Book: Загадка торейского маньяка



Сергей Садов

ЗАГАДКА ТОРЕЙСКОГО МАНЬЯКА

Глава 1

Роскошные светлые волосы, водопадом ниспадающие ниже пояса, грациозная походка, прямая спина с высоко и гордо поднятой головой настоящей аристократки в несчетном количестве поколений, высокомерный взгляд. Она была королевой… до тех пор пока не раскрывала рта.

Ройс Реордан раздраженно проводил взглядом эту разряженную куклу, с трудом удержавшись от едкого, так и просящегося на язык словца ей вслед, — не хотелось проблем на пустом месте. В день ее появления в лицее над ней кто-то слегка подшутил, так прибежал папаша и устроил форменный скандал. А любимая дочурка стояла за спиной отца и презрительно посматривала вокруг. Считает, раз она из самого Моригата приехала, то все провинциалы не заслуживают даже ее взгляда. Вообще говорили, что отец этой фифы отвалил весьма круглую сумму, чтобы его дочь приняли в лицей, и, судя по отношению к ней учителей, так оно и было на самом деле. Любого, несмотря на знатность, завалили бы низшими баллами за демонстрируемые знания на опросах, выясняющих ее уровень, но ей кое-как натягивали тройки, а то и четверки. Ну как можно быть настолько тупоголовой? Создавалось впечатление, что, кроме платьев, юбок, всяких там выточек и бантиков, она не разбирается ни в чем. Особо она гордилась и сообщала об этом каждому встречному, кто был готов или нет ее слушать, что весь ее гардероб пошит в ателье госпожи Клонье. О да, о тряпках она говорила с огромным знанием дела. Еще бы уроки так отвечала.

Вдруг Ройса хлопнули по спине так, что он зашипел от боли.

— Смотришь на Фелону? Красивая… жаль, что настоящая блондинка.

— Торен, я тебя когда-нибудь пришибу, — прошипел Ройс, пытаясь почесать то место на спине, по которому пришелся удар.

— Обязательно, — хохотнул приятель. — Когда-нибудь. А девчонка все-таки ничего, так что давай, действуй, поддержу.

— Издеваешься? — Ройс хмуро глянул на друга. — Да она же тупа, как пробка!

— Так это не минус, а плюс! Отец говорит, что хорошая жена должна быть красива, как цветок, и иметь столько же мозгов.

— Ну, знаешь ли… — Ройс глянул на спешащих в классы людей и поднялся со скамейки. — У нас с тобой разные взгляды на девушек. Мне, например, хочется иногда и поговорить о чем-нибудь кроме тряпок. Хочется, чтобы моя жена поддерживала меня, а не была красивым, но бесполезным украшением в доме.

— Как знаешь, тогда я к ней попробую подкатиться, если ты не хочешь. Суди сам: недурна, денег у родичей куры не клюют, значит, приданое будет знатным!

— Лучше подумай, чего это они при своем богатстве из Моригата съехали, — буркнул Ройс.

— Я знаю, — вдруг раздался чей-то звонкий голос за спиной.

— Мелисса! — радостно воскликнул Торен, резко разворачиваясь и пытаясь обнять девушку, привычно схлопотал по шее и так же привычно обиженно засопел. — Вот всегда ты так, а я к тебе со всей душой.

— Угу, я слышала твои рассуждения о хороших женах. Извини, но я не такая красивая, как Фелона, зато гораздо умнее. Совершенно не твой идеал.

— Да ничего…

Но тут Ройс оттеснил приятеля.

— Так что ты там говорила?

— Ну… Вы же знаете, что мой отец — один из главных спонсоров лицея? В общем, я подслушала, как он разговаривал с директором… Фелону выгнали в Моригате из лицея за неуспеваемость, а остальные учебные заведения отказались ее принимать… Там денег требовали намного больше, чем мы… столица все-таки. Даже ее отец отказался столько платить, вот и подыскал место. Сами знаете, что после всех происшествий лицею очень нужны деньги.

Приятели посмурнели, даже жизнерадостный Торен сник.

— Да уж… Из-за всего этого приходится брать таких учениц.

— По поводу происшествий… — Мелисса вдруг наклонилась к приятелям и заговорщицки зашептала: — При том же разговоре я слышала, что директор лицея и мой отец разговаривали с кем-то в Моригате. В общем, для расследования убийств они обещали прислать Призванную!

— Призванную?! — чуть ли не завопил Торен, но тут же зажал себе рот. — Ты уверена?

— Да. Она должна приехать на рейсовом корабле. Я узнавала, он прибывает через четыре дня.

— Вы о Призванной?

Вся троица разом обернулись и недоуменно уставились на ту, которую только недавно обсуждали. Ройс закатил глаза, а вот Торен оживился.

— Да, о ней. Хочешь расскажу, Фелона?

Девушка одарила его презрительным взглядом.

— Я и сама могу рассказать, я с ней знакома.

— Что?! — удивились все, даже Ройс заинтересовался.

Девушка одарила всех взглядом: «Ну что возьмешь с этих провинциалов», но снизошла до объяснений.

— Я всю одежду шью только у госпожи Клонье! Призванная живет у нее. — Тут Фелона поджала губы и неодобрительно покачала головой. — Ума не приложу, что с ней все так возятся? Ни вкуса, ни манер. Одевается в какие-то невообразимые наряды, даже волосы коротко стрижет. А еще представляете — она ходит в штанах! — Фелона посмотрела на всех, приглашая разделить ее возмущение.

Троица переглянулась.

— И что? — осторожно поинтересовался Ройс.

— Как что?! — Фелона даже задохнулась от возмущения. — Она же позорит госпожу Клонье! Она живет у самого известного модельера столицы и носит… наряжается… надевает… — Девушка напряженно нахмурилась, пытаясь подобрать слова. Ее напряженное лицо выдавало отчаянную работу мысли. — Бедняцкую одежду! — наконец выдала она.

— Дорогая Фелона, понимаешь, у некоторых людей интересы не ограничиваются нарядами…

— А чем они ограничиваются? — удивилась Фелона.

Ройс с отчаянием посмотрел на Мелиссу, в надежде что девушка лучше объяснит, но та разглядывала облака над зданием лицея и к разговору подключаться явно не собиралась. А вот Торен неожиданно поддержал Фелону:

— Ну да, совершенно бестолковая эта Призванная. Да и кому она вообще интересна?

— И зачем она здесь понадобилась? — Фелона задумалась. — Госпожа Клонье тоже приезжает?

— Я думаю, она приезжает из-за недавних… происшествий.

— Каких? — заинтересовалась девушка, повернувшись к Ройсу.

— Ты что, совсем ничего не знаешь?! — Вспылил Ройс. — Ты уже почти неделю здесь!

— Не кричи на меня! Что я должна знать? Ничего не понимаю!

— Если бы ты интересовалась чем-то помимо тряпок…

— Замолчи-замолчи-замолчи! Не смей называть мои платья «какими-то там тряпками»! Их госпожа Клонье шила! Что вы все понимаете в своей провинции?!

— Ну извини, — еще громче заорал Ройс, — что здесь не Моригат! Оставалась бы там, раз тебе Торей так противен! Чего приперлась?!

— А меня спрашивали, что ли?! Век бы вашего паршивого острова не видела! Дыра дырой и никакой жизни! Даже театра нет! А где я теперь одежду покупать буду? Корабли с Моригата сюда раз в две недели ходят! Ужас! Дыра!

— Между прочим, наш Торей большой перевалочный центр товаров! У нас самые большие склады восточного сектора! Вся торговля с империей идет через нас!

— Вот и целуйтесь с этими складами! — уже в голос завопила Фелона. — Склады! Склады! Склады! По горло сыта этими складами! Зачем отец меня сюда притащил?! Что я ему сделала?!

— А еще у нас тут убийца расхаживает! — с мстительной радостью проинформировал девушку Ройс, но тут же, увидев ее испуг, сообразил, что переборщил. — Извини, — буркнул он, но поздно.

— У… у… убийца?! Что?

— Ройс, зря ты так, — осуждающе покачала головой Мелисса.

— Чего зря? — рассердился он. — Какой кретинкой надо быть, чтобы за неделю ничего не узнать о происходящем?

— Я тут всего три дня!

— Великое достижение! — ядовито произнес Ройс. — Госпожа помнит, когда она приехала на Торей.

— Хам! Я… Я все папе расскажу! Он тогда тебе такое сделает! Такое!

— У-убийца-а-а-а бродит по лицею-ю-ю-ю-ю! — провыл Ройс.

Фелона взвизгнула, испуганно обернулась, а потом приподняла подол платья и бросилась к зданию лицея.

— Ну и зачем ты ее напугал? — поинтересовалась Мелисса. — Хочешь, чтобы и сегодня ее отец пришел и устроил скандал?

— Да ну ее! Достала уже! Дура.

— Но шутка у тебя и впрямь дурацкая, — вздохнул Торен. — Совсем не смешная. Две девушки уже мертвы, и никто ничего не сечет. А я ведь знал Релону. Она на год старше нас была…

— Извини, — Ройс виновато махнул рукой. — Просто вывела она меня из себя. Что там хоть слышно? Ты разговаривал с родителями Релоны?

Торен пожал плечами.

— Я ее не так уж и хорошо знал, чтобы в гости к ним ходить. Видел родителей на похоронах, выражал сочувствие. А так… Ну спрашивал кое у кого. Так же как и первая не вернулась вечером из лицея, но все говорили, что она уходила домой… Потом на складе нашли ее труп.

Мелисса побледнела.

— А можно без подробностей?

— Сами спрашивали, — рассердился Торен. — Об этом не распространяются, так что все думают, что просто убили…

— Ритуал?

— А я знаю, Ройс?

Ройс нахмурился.

— Ладно, после занятий собираемся на старом месте и обсудим все, что узнали.

— Ройс, зачем тебе это? — вздохнула Мелисса.

— Зачем? А тебе не хочется поймать подонка, который их убил?

— Но ведь Призванная…

— Призванная! Призванная! Далась вам эта Призванная! Без нее шага ступить не можем? Я спрашивал отца, представляете, убийцу никто не ищет! Никто! Зачем? Ведь Призванная вот-вот появится! Она приедет и найдет, так чего напрягаться? А что еще кто-нибудь может погибнуть, никто не думает? Первую девушку когда убили?

Торен задумался.

— Одиннадцать дней назад.

— А вторую?

— Через неделю.

— Не просто через неделю, а ровно через неделю.

— Стой, ты думаешь…

— Я специально смотрел! Между двумя убийствами прошла ровно неделя!

— И сколько до…

— Два дня! Два дня, а Призванная приезжает лишь через четыре! Я пытался говорить со взрослыми, но все от меня отмахнулись. Мол, не лезь не в свои дела. Только директор обещал передать мои слова в Моригат, но я не уверен, что он это сделал, иначе Призванная поторопилась бы.

— Ну… может, все не так…

— Может. А может, так. Хочешь проверить через два дня? А если третьей будет Мелисса? Ой!

Мелисса, подтянула к себе сумку, которой огрела Ройса.

— Не болтай!

— Извини, — виновато пробормотал он. — Не подумал.

— Ты действительно увлекся, — буркнул Торен.

— Ну извините еще раз, глупость сморозил!

— Нам на уроки пора, пять минут осталось! — девушка глянула на часы, висящие над главным входом в лицей, и первая зашагала к входу. Обернулась. — После уроков поговорим. Я тоже не хочу, чтобы погибла одна из моих подруг.

Все занятия Ройс просидел как на иголках. Схлопотал на математике «отвратительно», но даже не огорчился — его мысли целиком занимали убийства. Так что едва их отпустили с последнего урока, он чуть ли не бегом устремился к соседнему классу, где шли занятия у Мелиссы и Торена. Те уже поджидали друга и сразу же гурьбой направились к выходу, не заметив увязавшегося за ними еще одного человека.

Фелону Торен обнаружил в тот момент, когда они уже подходили к складу, где хранились дрова, за которым в густых кустах они еще лет шесть назад организовали себе тайное место, устроив что-то типа шалаша в зарослях.

— Ты? — Торен растерянно оглянулся на друзей. Заметь кто-нибудь из них незваную гостью раньше, они могли бы ее прогнать, но сейчас у самого входа в их тайное убежище делать это уже поздно.

— А чего это вы здесь делаете? — опередила их девушка, с интересом рассматривая отодвинутые в сторону ветки, за которыми виднелась небольшая тропка, уходящая куда-то за склад.

— Это ты чего здесь делаешь? — хмуро поинтересовался Ройс, сердясь сам на себя. — Надо же, не заметил.

— А я домой идти боюсь, — честно призналась девушка и похлопала ресницами. — Ты меня до смерти напугал своими убийцами! Я хотела пойти за вами из лицея, а вы меня сюда потащили!

— Мы потащили?! — от такого заявления Ройс даже опешил. — Ты сама за нами потащилась!

— Да! Потому что ты теперь должен взять на себя ответственность!

— Чего? — Ройс едва не грохнулся на землю, рядом рассмеялась Мелисса, Торен поспешно скрылся за складом и вскоре оттуда донесся его хохот. — Ты… Ты… Ты хоть понимаешь что сейчас сказала?!

— Конечно, — девушка недоуменно посмотрела на всех, пораженная их реакцией. — Я читала — если мужчина что-либо сделает с девушкой, он обязан взять на себя ответственность и позаботиться о ней!

— И что я тебе сделал?

— Ты меня напугал!

— Господи, за что мне это?! — вопросил Ройс у небес, а из-за склада донесся новый взрыв смеха предателя Торена, рядом звонко смеялась Мелисса.

Фелона вдруг топнула ногой.

— Не смейте смеяться! Я… я папе все расскажу! Вот! Я к директору! — девушка развернулась и попыталась уйти, но ее успел перехватить за руку Ройс.

— Стой! Я… я прошу прощения. Не надо никакого директора. Послушай… я отведу тебя домой, но сейчас нам надо поговорить. Тут у нас… место есть, где мы в детстве играли, сейчас мы хотим кое-что обсудить…

— Ты с ума сошел? — прошипел за спиной подошедший Торен. — Ты потащишь ее в наше убежище?

— А у нас есть выбор? Она и так все видела и, если не возьмем ее с собой, обязательно растреплет всем.

— Можно подумать, она и без этого не растреплет.

— Будем держать около себя. Ты же вроде хотел к ней подкатить? Ну так вперед!

— Э, нет, — открестился Торен. — Ты с ней сделал страшное, значит, ты должен взять на себя ответственность… Да шучу я, шучу, — поспешно заговорил он, заметив выражение лица приятеля.

— В любом случае будем решать проблемы по мере их поступления. Фелона, приглашаю тебя в наше убежище.

Девушка с сомнением заглянула в кусты, подозрительно посмотрела на трех друзей.

— А там пауков нет?

— Нету там пауков! — рявкнул Ройс. — Быстро туда! Здесь убийца ходит!

Фелона испуганно пискнула и нырнула в кусты, остальные следом. За стеной склада кусты редели, и у забора обнаружился просторный… шалаш — не шалаш… настоящий небольшой домик, сколоченный из досок разного размера. Видно, ребята мастерили его из того, что нашлось поблизости. Двумя стенами ему служил забор, который как раз тут делал поворот, а третьей — стена склада. А вот крышу ему сделали основательную — из черепицы. Правда, пришлось потрудиться, чтобы ее вес выдержали стены, для чего по углам поставили толстые столбы, на которых перекрытия и лежали. Внутри домик оказался меблирован, пусть и старой потертой, но мебелью: небольшой диванчик, два кресла, в центре круглый дубовый столик. К потолку подвесили бронзовую масляную люстру с тремя светильниками, которые Торен тут же запалил, полумрак отступил — люстра светила на удивление ярко.

Фелона с интересом огляделась и тут же заняла самое мягкое и удобное кресло. Ройс было дернулся к ней, но Мелисса остановила.

— Оставь ее, больше времени потеряем на препирательства. — Она обошла занятое свое любимое кресло и села в другое.

— Тесно тут у вас, — поморщилась Фелона.

— Нас устраивает, — буркнул Ройс и замолчал, не зная, что говорить. Они собирались обсудить важные вещи, а что делать теперь? Но и медлить нельзя, если сейчас все не обсудят, то дело придется отложить на завтра, значит, день потеряют. А дней этих, если их догадки верны, не так уж и много осталось.

— А знаете, — вдруг заговорила Фелона, — три дня назад сюда прибыл корабль из Арвийской империи! Фрегат! Завтра офицеры дают бал у мэра. Моего папу пригласили.

— Моего тоже, — буркнул Ройс. — У всех тут родителей пригласили.

— А что, вам разве не обидно, что вас не позвали? Я такое платье приготовила, а папа… говорит, что там детям нечего делать… Какой я ребенок? Мне уже четырнадцать! Вот разве вам не обидно? Нет?

— Фелона… помолчи, пожалуйста, — Ройс устало потер виски. — У меня уже голова болит. Не обидно мне, на такие балы только с шестнадцати лет приглашают.

— Я и говорю, несправедливо! У меня платье…

— Помолчи, пожалуйста! Мы здесь не платья обсуждать собрались!

— Да? А что?

— Убийства.

— Ой. Ах да, кстати, я узнавала. Оказывается, двоих убили! И эти девушки учились в нашем лицее. Значит, и меня могут убить, да? Какой ужас!

— Мы и хотим что-то сделать, чтобы никого больше не убили!

— Правда?

— Правда. Ты можешь просто помолчать, а?

— Конечно, могу! Мне и папа иногда говорит, что я молчунья. Если не о чем говорить, я и не говорю. Вот когда я перед поездкой была у госпожи Клонье и заказывала наряды, то целых десять минут молчала, когда ткани выбирала. Ужас, правда? И сейчас могу помолчать. Убийцы мне совершенно не интересны. Даже страшно. Вот вам неужели не страшно о таком ужасе говорить? А вдруг и вас убьют?

— Фелона…

Ройс уже явно находился на взводе и сейчас мог высказать все, что накопилось на душе, но его вовремя остановила Мелисса. Девушка чуть привстала из кресла и положила на руку друга свою.

— Конечно, — мягко заговорила она. — Нам всем очень страшно, потому и спрятались здесь, чтобы убийца не нашел. А ты вот можешь мой журнал посмотреть. Это мне из Моригата прислали, говорят, что модели этих платьев сама Призванная разрабатывает для госпожи Клонье. Она же из другого мира. Вот этот журнал тоже по ее подсказке выпускать начали.

Фелона скептически посмотрела на обложку журнала, но тут же оживилась.



— Ой, этого выпуска я не видела. Да и вообще, посмотрели бы вы, во что эта ваша Призванная наряжается. Чего она посоветовать может? — Но журнал все же схватила и погрузилась в чтение, изредка что-то восторженно восклицая.

Ройс облегченно откинулся на спинку кресла и сделал подруге одобрительный жест.

— Теперь можно и поговорить… — на секунду замолчал. — Фелона — дура, — тихонько пробормотал он, но та даже не повернула головы, целиком погрузившись в чтение. — Мелисса, сколько у тебя этих журналов? В следующий раз тащи все — тогда она и болтать не будет о наших разговорах, и нам мешать не станет.

— Ты лучше скажи, зачем нас собрал? — вмешался Торен.

— Про убийства расспросить. Торен, я уверен, что ты знаешь гораздо больше, чем говоришь.

— Знаю, но… Ройс, ты же понимаешь, что я не могу трепаться о том, что узнаю дома? Отец меня убьет! А брат оживит и еще раз убьет.

— Хотели бы, уже давно убили бы за твои художества, но ведь жив пока. Так что колись, давай. По-дружески.

Торен махнул рукой. Видно было, что ему и самому хочется поделиться информацией. Задумался, потер лоб, вспоминая.

— В общем, первая жертва — Вира Котс, семнадцать лет. Найдена на тренировочной арене лицея…

— На какой именно?

— Там, где у нас занятия по фехтованию идут и по магии. Не перебивай, Ройс, иначе я точно что-нибудь важное забуду. Сейчас я буду говорить то, о чем взрослые не распространяются: девушке вырезали сердце и сожгли его.

Мелисса передернулась.

— Ужас. Наверняка это был какой-то ритуал.

— Все об этом подумали, но ни один маг не смог вспомнить ничего похожего. В древней империи было что-то из магии крови, но даже в Совете Магов не смогли ничего отыскать.

— Твой брат сказал?

— Да, Мелисса. Он же на Торее у нас самый многообещающий маг… он с Советом и разговаривал. Кстати, на полу арены никаких магических знаков не обнаружили, кроме стандартных. Если бы там что-то чертили, то следы обязательно остались бы. Пусто.

— Это уже серьезно, — задумчиво кивнул Ройс. — Любой ритуал провести без каналов силы невозможно, а их требуется нарисовать… А магия крови?

— Брат говорил, что для нее сил много не надо, хотя бы искорку, все остальное делала жизненная энергия того, чья кровь. И если это кровь мага, то…

— А Вира?

— Подающая надежды маг, — кивнул девушке Торен. — Вторая жертва — Релона Картс, пятнадцать лет. Обнаружена, как я уже говорил, на складе с мебелью. Так же вырезано и сожжено сердце. Убили ее спустя ровно неделю… Если ты, Ройс, прав, то следующая смерть произойдет через два дня.

— И снова никаких следов линий силы?

— Никаких, Мелисса. А ведь даже магия крови требует присутствия таких линий.

— Знаю, — буркнула девушка. — Теорию магии я еще помню. Я одно только не понимаю, Ройс, зачем ты все это выспрашивал у Торена? Чего ты хочешь?

— Я не хочу еще одной смерти! Призванная Призванной, но она, кстати, наша ровесница! Читали в газетах о том, что она сделала в столице?

— Ты про убийство посла Арвийской империи? Читали, и что?

— А то, Мелисса, если она сумела найти убийцу, то почему это не можем сделать мы?

— Ройс, ты здоров? — Девушка жалостливо посмотрела на приятеля и даже потянулась пощупать ему лоб.

Он сердито отстранился.

— Ну что не так?

— Не так то, что она Призванная! Для дураков повторяю еще раз — Призванная!

— И что?

Тут Фелона оторвалась от журнала и с интересом посмотрела на Ройса.

— Она обычная девчонка. Видела я ее. Ничего особенного. И в штанах.

Ройс посмотрел на Фелону так, словно заговорила тумбочка, но девушка уже снова уткнулась в журнал. Он счел за лучшее не спорить с ней и переключил внимание на Мелиссу.

— Читал я о Призванных. Когда впервые услышал о том, что появился еще один, так и почитал. Они обычные люди, пусть талантливые в том, ради чего их призывали, тем не менее все их таланты не выходят за пределы обычных человеческих. И если она умеет находить преступников, значит, должен быть какой-то метод, о котором мы просто не знаем.

— Вот именно! Не знаем!

— Но если мы ничего не предпримем, то и не узнаем!

— Не больно-то и хотелось.

— Хорошо, Мелисса, не хочешь помогать, не надо, но, если через два дня убьют еще кого, ты сама себя замучаешь — могла предотвратить, но не захотела.

— Пусть этим занимаются взрослые! Маги там, стража.

— Торен? — Ройс развернулся к другу. — Что слышно от твоего отца и брата?

Тот пожал плечами.

— У отца сейчас вся стража озабочена какими-то там реформами. Говорят, что Призванная что-то насоветовала сенату, и теперь образуется новая служба. Все стражники на нервах, боятся, что их уволят. Отец пытается утихомирить подчиненных, но… У многих семьи. Убийства, конечно, встряхнули всех, сами понимаете, что не простолюдинов убили, но что они сделают? Ну усилили патрули вокруг лицея и на дорогах. Маги тоже в растерянности. Брат пытался что-то выяснить по остаточным следам магии, но, как я уже говорил, их нет. Стража спихивает убийства на магов, поскольку преступления похожи на ритуал, а значит, их дело, а маги открещиваются от этого, поскольку следов магии нет, значит, расследование — дело стражей. Сейчас все чуть успокоились, поскольку сенат пообещал прислать Призванную. Все ждут ее. Отец ругается с верховным магом Торея, а знать давит на отца, командующего силами обороны, чтобы он принял меры.

— Еще вопросы есть, Мелисса?

— Нет, — буркнула она. — Только я все равно не понимаю, Ройс, почему ты считаешь, что у нас получится отыскать убийцу?

— Если ничего не делать, то не получится. Торен, ты со мной?

Приятель только рукой махнул.

— Куда ж я от тебя? Все равно ведь заставишь.

— А ты, Мелисса?

— Я против этой авантюры, но вас не оставлю. Должен же в вашей компании быть кто-то со здравым смыслом? Только…

— Что?

— Трепаться об этом не нужно, а тут у нас… — Мелисса многозначительно покосилась на Фелону, увлеченно читающую журнал.

— Полагаешь, она хоть что-то слышала? А если слышала, поняла, о чем мы?

— Лучше держать ее поближе к нам… на всякий случай. Ройс?

— А чего сразу я?! — возмутился он.

— Ну ты ведь должен взять на себя ответственность, — хрюкнул Торен, с трудом сдерживая смех.

— А в глаз? — мрачно поинтересовался приятель.

— Ладно-ладно. Но Мелисса права. А вообще, что делать-то будем? Каким образом можно отыскать убийцу?

Вопрос поставил всех в тупик. Мелисса увлеченно изучала потолок, Ройс хмуро кусал губы и пытался пальцем провертеть дыру в столе.

— Интересно, с чего начала бы Призванная?

— С вопросов, — вдруг заговорила Фелона. Ройс вздрогнул и ошарашенно посмотрел на девушку. Та, почувствовав его взгляд, оторвалась от журнала. — Чего? Я говорю с вопросов о новых стилях в моде надо начинать обсуждение. Вот куда это годится? — Фелона развернула журнал, чтобы все видели рисунок. — Я такое точно не надену! Ужас.

— Чтоб тебя, — буркнул Ройс. Вздохнул. — Ладно, сделаем так: Торен, ты пытаешься выяснить у отца и брата как можно больше подробностей.

— Смеешься? Я еще жить хочу! Если они догадаются, зачем я их спрашиваю…

— Так сделай, чтоб не догадались. Только не говори, что не сумеешь!

— Я не говорю. Я говорю, что не хочу.

— Надо. Надо же с чего-то начинать? А для этого нам нужно знать как можно больше. А ты, Мелисса… присмотришь за нашей гостьей, чтоб не болтала лишнего.

— Почему я?!

— А кто? Ты ведь девушка, значит, тебе проще будет с ней найти общий язык.

— А ты что собрался делать?

— А я постараюсь выяснить что-нибудь о ритуале, при котором требуется вырезать и сжигать сердца.

— Считаешь себя умнее Совета Магов, который ничего не нашел?

— Я хочу поговорить с нашим учителем по истории магии. Он знает колоссальное количество всяких мифов и легенд. Вдруг что вспомнит?

— Какое отношение мифы и легенды имеют к ритуалу? — удивился Торен.

— Ритуалы изучали в Совете Магов, и я им верю, когда они говорят, что ничего не нашли. Значит, есть что-то другое. Почему не мифы и легенды? Вдруг что-то есть? Давайте вместе найдем убийцу и докажем, что никакая Призванная нам не нужна! Мы еще покажем ей.

Ройс глянул на Фелону, которая выглядела на редкость задумчивой, словно пыталась в чем-то разобраться. Такое ее состояние было настолько непривычным, что Ройс даже растерялся. Как бы не перетрудилась девочка — думать пытается.

— Эй, ты чего? Эй!

Только со второго раза девушка очнулась и посмотрела на Ройса.

— Да! — радостно подхватила она. — Покажем ей! Ей просто необходимо показать, как правильно одеваться!

Поймав на себе всеобщие ошарашенные взгляды, Фелона даже стушевалась.

— А что? Разве мы сейчас говорили не об одежде и не о вопросах новых стилей в моде? — растерянно поинтересовалась она.

— Ты об этом думала? — с ноткой отчаяния поинтересовался Ройс.

— Ну да… я же сказала, что к подобным вопросам в моде надо подходить осторожней, а тут… Призванная совсем стыд потеряла, предлагая такие платья! Они же мне совершенно не пойдут! Вот смотрите, видите этот воротничок? Вот как он будет смотреться на мне, тем более на таком платье?

Ройс поспешно поднялся.

— Так, девушки, вы тут поговорите о воротниках, а я к учителю, он как раз сейчас должен быть в лекторском зале.

— А я домой поспрашивать брата и отца, — заторопился и Торен. — Я тут решил, что лучше сделать это поскорее.

Однако Ройс далеко уйти не успел — его догнали Мелисса и Фелона.

— Ей там страшно оставаться с пауками, — мстительно ответила Мелисса на полный муки взгляд юноши.

— Там нет пауков…

— Если хочешь, иди и докажи ей это. И вообще… ей стало интересно, куда вы все пошли.

— Ладно, идите со мной, но только ради всех богов, пусть она молчит!

Мелисса пожала плечами и зашагала за Ройсом, который торопился так, словно хотел убежать от них. Двинулся он, правда, не в сторону главного входа лицея, а к боковому. Мимо неторопливо прошел охранник с мечом, одарив их пристальным подозрительным взглядом. Ройс дернулся и сердито посмотрел ему вслед. Ну какой смысл сейчас нанимать охрану? Да и что один человек сделает, если территория лицея — это несколько строений и приличных размеров огороженная территория? Вот ходит он со своим мечом на боку и что? На несколько охранников у лицея не хватило денег, наняли этого типа два дня назад… тоже непонятно, почему не после первого убийства или не сразу после второго.

Ройс справедливо полагал, что таким образом руководство хотело успокоить родителей учащихся, а то некоторые уже забрали своих чад, наняв им учителей на дом. По этой причине к охраннику он относился без всякой почтительности, не понимая смысла такого вот патрулирования. Тем более, как ему казалось, этот тип с мечом постоянно болтался неподалеку от них. Куда бы они втроем ни шли, всегда наталкивались на него. Да и особо умелым бойцом охранник, откровенно говоря, не выглядел: седые спутанные волосы, жиденькая бородка, затертая дешевая одежда и меч в каких-то несуразных ножнах. Что из себя представляет само оружие, никто не знал, ибо охранник ни разу ни при ком не обнажал клинок, никто даже не видел, чтобы он его чистил. Некоторые ученики спорили, можно ли вообще достать этот меч из ножен, или он к ним уже намертво прикипел.

Мелисса вежливо кивнула мужчине, а вот Фелона сморщила носик и отвернулась, всем своим видом выражая презрение.

— Совершенно не умеет одеваться, — прокомментировала она.

Мелисса и Ройс промолчали.

Лекторский зал, куда сейчас направлялась троица, находился на втором этаже в левом крыле п-образного центрального здания лицея. Но дойти до него они не успели, встретив по дороге того, к кому и направлялись. Профессор Кардегайл неторопливо шел по коридору навстречу ребятам, неся в руках охапку каких-то свитков и тетрадей. Мужчина невысокого роста, но плотного сложения. Его круглое лицо с бакенбардами придавало ему некоторую добродушную важность, хотя ученики могли бы и поспорить с этим — во всем лицее не было учителя более требовательного, чем Кардегайл. Говорили, что он с детства мечтал стать магом, но не сложилось, оказалось, что он один из тех немногих, у кого совершенно нет никаких способностей к магии. Профессор мог бы заниматься артефактами, но вместо этого он увлекся историей магии, которую сейчас и преподавал. Причем увлекся этим предметом он всерьез, собирая легенды и истории, восстанавливая утраченные старые заклинания. Несмотря на полное отсутствие магических талантов, он пользовался непререкаемым авторитетом как теоретик магии. Потому именно о нем Ройс и вспомнил, когда встал вопрос о легендах, которые могли бы помочь выйти на след убийцы.

— Профессор! — бросился к нему Ройс, подхватывая часть уже готового выпасть из рук Кардегайла груза.

— Огромное спасибо, — с чувством поблагодарил профессор, у которого Ройс и Мелисса забрали почти все свитки. Он повернулся к Фелоне, надеясь, что она возьмет оставшиеся тетради, но та осталась стоять в сторонке, даже не сделав попытки помочь. Кардегайл покачал головой и поудобнее перехватил стопку. — Помогите донести до кабинета, пожалуйста.

— Конечно, профессор, тем более что мы направлялись именно к вам.

— Ко мне? Очень интересно. Очень. Тогда сейчас отнесем все это и поговорим.

Вчетвером они направились по безлюдным коридорам в сторону кабинета преподавателей. Там они помогли разложить принесенные бумаги по шкафам, после чего профессор Кардегайл повернулся к ребятам.

— Ну-с, молодые люди, по какому вопросу вы пришли? Да вы присаживайтесь, вон там, от других столов возьмите стулья.

Ройс помог со стульями для девушек, уселся сам, на мгновение задумался, а потом решительно кивнул сам себе.

— У меня, господин профессор, вот какой вопрос…

Глава 2

Выслушав сбивчивую речь юноши, профессор подозрительно оглядел всех троих.

— И зачем вам это нужно? Только не говорите мне, господин Реордан, что вы вдруг воспылали жаждой знаний и заинтересовались древними легендами.

Ройс помялся, потом все же выложил свои рассуждения. Профессор хмуро выслушал его, покачал головой.

— Бездоказательно. Бездоказательно, мой юный друг. Нельзя строить выводы, опираясь на два случая…

— Предлагаете дождаться следующего? — не выдержал Ройс, но тут же сник. — Простите.

Профессор покачал головой.

— Эх, молодость такая нетерпеливая! Но ты прав, если есть хотя бы один шанс, что вы добьетесь успеха, мы не можем терять время. Ты о своих предположениях говорил кому-нибудь?

— Директору Рекору… я слышал, что решили позвать Призванную.

— Призванную? — нахмурился профессор. — Когда?

— А вы не знаете? — удивился Ройс.

— Хм… нет. Директор, похоже, никого в это не посвятил. И когда же она прибывает?

— Об этом и речь! — с жаром заговорил юноша. — Я говорил директору о своем предположении, но он, кажется, ничего о них не сказал ей, иначе Призванная поторопилась бы. А так она приезжает через четыре дня на рейсовом корабле!

— Это может быть… поздно, — пробормотал себе под нос профессор. — В том случае, если ты прав.

— Ух ты! Теория магии!

Все разом обернулись на возглас. Оказалось, что Фелоне надоело сидеть и слушать, и сейчас она старательно изучала обстановку вокруг.

— Ради всех богов, ничего там не трогай! — заволновался профессор. — Там есть уникальные книги еще времен старой империи.

— Но ведь вы преподаете историю магии, а не теорию? — удивленно захлопала ресницами Фелона.

Мелисса ухватила девушку за руку и чуть ли не силой вернула в кресло.

— Профессор признанный в мире магии специалист по теории заклинаний. Чтобы их составлять, не нужно обладать силой… ой, простите, профессор.

— Ничего-ничего, — слабо улыбнулся Кардегайл. — Я уже давно смирился с тем, что не смогу использовать собственные заклинания. Зато другим помогаю. Даже написал несколько монографий по теории проектирования заклинаний.

— Правда?! А вы мне подарите одну книгу? С автографом! — Фелона радостно захлопала в ладоши.

— Тебе-то зачем? — вяло поинтересовался Ройс.

— Как зачем? — удивилась Фелона. — Буду подружкам показывать! Ни у кого нет книг от авторов с автографами, а у меня будет.

— Ну да, — пробормотал юноша. — Хвастаться. Не читать же.

— А что, — растерялась Фелона. — Их еще и читать можно? Там же какие-то закорючки непонятные, всякие линии, схемы. Я думала, это просто такие артефакты для магии.

Мелисса посмотрела на растерянную Фелону очень подозрительным взглядом, но ничего говорить не стала. Профессор слегка усмехнулся, потом все же поднялся и достал из шкафа одну из книг. Быстро что-то написал на ней и протянул девушке.

— Вот. Может быть, вы не только будете хвастаться ею подругам, но и прочитаете. Возможно, тогда мир магии обретет нового талантливого мастера.

Ройс не выдержал и расхохотался. Фелона, прищурившись, глянула на него.

— А вот возьму и прочитаю! И стану магом! Тогда ты еще пожалеешь о своем смехе!

Ройс в ответ на это заявление рассмеялся еще громче.

— Напрасно вы, юноша, смеетесь, — заговорил профессор. — Талант у вашей подруги, безусловно, есть. Минутку… — профессор достал из ящика стола небольшую стекляшку, похожую на монокль, и изучил сквозь нее всех троих. — Да, я прав, из вас троих у нее лучше всего структурирована сила и очень большой объем энергии. Если она серьезно займется развитием, то станет очень сильным магом. Пока же вы просто личинка, которая, если постарается, сможет стать прекрасной бабочкой, — обернулся он к Фелане.



— Ли… ли… личинка? — Фелону передернуло от отвращения. — Уберите ее с меня! Уберите! — Она вскочила и замахала руками, пытаясь с себя что-то стряхнуть.

— Профессор, чтобы стать магом, кроме таланта нужны еще мозги, — меланхолично заметил Ройс, когда Мелисса наконец-то успокоила Фелону.

— Ты прав, — кивнул Кардегайл. — Вот дали же боги талант… — предложение осталось неоконченным, но все поняли, что хотел сказать профессор. Тут он вспомнил, о чем шел разговор изначально. — Что касается проблемы… Напрасно, молодой человек, вы не доверяете взрослым. Все необходимые вопросы мне уже задавали… В частности, приходил брат вашего друга, господина Леройса.

— Брат Торена?

— Он самый. Так вот. Есть одна подходящая к ситуации легенда, но… Во-первых, о сожженных сердцах там ничего не говорится. Просто об убийстве, гм… невинной девушки для обретения личного могущества. Вообще-то о таком во многих легендах говорится. Да вы и сами, если в детстве читали сказки, наверняка слышали о подобном.

— Выпить кровь невинной девушки… — кивнула Мелисса, что-то вспоминая.

— Именно. Я, кстати, сразу об этом спросил. Так вот, кровь из тел никто не сливал. Во-вторых, девушки не были… гм… невинны. В-третьих, описываемые в легендах действия требовали серьезной подготовки.

— Но ведь это просто легенды, — возразил Ройс.

Профессор хмыкнул.

— Молодой человек, все легенды имеют под собой какое-то реальное основание. Я сам разработал несколько заклинаний, основываясь на древних легендах. — Профессор встал и достал с полки большой сложенный лист, развернул на столе. — Вот одна из магических схем, которая необходима для действий с человеческими жертвами.

Все трое с интересом склонились над сложнейшим чертежом. Даже Фелона заинтересовалась.

— Ничего себе, — удивилась Мелисса.

— И это обязательная печать, если маг хочет использовать всю силу жертвы, — заметил профессор. — Если же применяется что-то новое, то она будет еще сложнее.

— Никаких магических печатей на месте убийств маги не нашли, — вздохнул Ройс.

— Вот потому я и не поверил, что это ритуал. Никакой ритуал невозможно провести без хотя бы такого вот минимума. К тому же сами видите сложность чертежа. Обычно маги делают свои дела в заранее приготовленных комнатах, где основные печати вырезаны на полу. Сами понимаете, что в спешке такое не начертишь, а малейшая ошибка может привести к катастрофе.

— Но ведь убитых девушек могли принести откуда-то, — начала было Мелисса и сама же поняла глупость подобного предположения. — Слишком большой риск.

— Профессор, скажите, а что это за ткань? — Стоило ненадолго отвлечься от Фелоны, как та сразу же продолжила изучать кабинет, суя любопытный нос во все щели. На этот раз ее внимание привлек плащ, висящий на вешалке у двери. Она его чуть ли не обнюхивала. — Я такой никогда не видела.

Кардегайл хмуро глянул на нее, вздохнул, но решил, что проще ответить.

— Самая обычная, но обработанная специальным составом, который делают из сока одного дерева. После этого ткань становится водонепроницаемой. Я себе прикупил парочку плащей, очень удобно. И в дождь не промокает.

— Ой, как здорово! — Фелона даже в ладоши захлопала. — А можно этим соком обработать кружева на платье? Знаете, как бывает неудобно, если они намокнут?

— Нельзя, — терпеливо отозвался профессор. — Они потеряют цвет.

— Да? То-то я смотрю, плащ не подходит к вашему костюму. Я думала, у вас просто нет вкуса, а тут… А если плащик покрасить?

Бестактность девушки Кардегайл пропустил мимо ушей.

— В дождь краска сойдет.

— Покрасить и покрыть… накрыть… этим вашим соком.

— Потеряется цвет.

— Фу, какая гадость! — девушка отдернула руки от плаща, достала платок и старательно вытерла ладони.

— Вернемся к вашему вопросу, — профессор твердо решил игнорировать выходки Фелоны и не обращать на них внимания. — Я, конечно, рад, что вы так переживаете за судьбу своих друзей, но все же хочу заметить, это может быть опасным. Лучше все же доверить дело Призванной.

— Профессор, но она приедет только через четыре дня!

— Ах да, ваша гипотеза о том, что убийства происходят строго спустя неделю… — профессор задумался. — Ни в одной легенде такого не вспоминаю. Любой ритуал, кстати, ограничивается одной жертвой, для них не требуется последовательность жертв.

— Но я слышал, что чем больше жертв, тем больше выигрыш в силе.

— Кажущийся выигрыш, молодой человек. Кажущийся. Вы никогда не задумывались, почему маги никогда не проводят такие ритуалы, если это так выгодно?

— Запрещены законом? — неуверенно предположил Ройс.

— Ну, это само собой. Но ведь есть обычные преступники, почему вы думаете, что не бывает преступников магов? На самом деле ни один ритуал не имеет постоянного действия, а вместить больше силы, чем позволяет имеющийся резерв, невозможно. И какой смысл приносить жертвы, если вся полученная сила все равно уйдет в воздух? — профессор помахал рукой. — На самом деле жертвы приносят в том случае, если для какого-то действия требуется больше сил, чем есть у мага. Печатями маги направляют силу в свои заклинания, питая их не от себя, а от жертв.

— Но нужны сложные печати, — задумался Ройс.

— Без них это обычное убийство, — кивнул профессор, — совершенно лишенное смысла. Да, еще одна подробность. У жертв, насколько я понял, вырезали сердце… у еще живых…

Мелисса побледнела и поспешно отвернулась, а вот Фелона, кажется, просто не поняла, о чем идет разговор, занятая изучением пола.

— Торен об это не говорил, — испуганно пробормотал Ройс.

— Так вот, следов крови не нашли.

— Значит, выпили? — все же нашла в себе силы поинтересоваться Мелисса.

Профессор развел руками.

— С моей точки зрения, это какое-то сумасшествие, а поступки сумасшедших предсказать невозможно. Так что мой вам совет, оставьте это дело тем, кто им должен заниматься.

— Профессор Кардегайл… — Ройс замялся. — Если через два дня появится еще один труп… я себе этого не прощу.

— Что ж… похвально. Тогда давайте так… вам опасно заниматься этим без присмотра. Держите меня в курсе ваших поисков, а уже я буду выходить с вашими сведениями на директора. Пожалуй, мне поверят больше, чем вам, если что. Да и совет какой-никакой дать смогу.

Ройс, радостный, вскочил.

— Профессор! Огромное вам спасибо! Вы просто не представляете, как нам поможете!

— Хорошо-хорошо! — рассмеялся мужчина. — Не могу же я оставить своих учеников в опасности. Что бы я ни сказал, вы ведь все равно стали бы искать этого сумасшедшего? Вот видите. А так хоть под присмотром будете. Еще… наверное, стоит заглянуть в некоторые книги. Может быть, убийца и впрямь сумасшедший, но кое-что мне не дает покоя.

— Профессор, полагаете, что за этим что-то кроется?

— Есть одна мысль. Если я прав, то это вовсе не ритуал… Надо только заглянуть в личные дела убитых девушек. И туда вам соваться точно не стоит. Но хотел бы я ошибиться… Ладно, все, идите, надо подумать.

— Но профессор…

— Все-все, я сказал. Если что-то узнаю, извещу вас, пока же мне не хочется никого обвинять, тем более обвинить придется такого человека… Все, идите.

Профессор решительно выставил ребят из кабинета, в замке провернулся ключ. Ройс с досады чуть не пнул стену, но вовремя сообразил, что хуже сделает только себе.

— Интересный плащ, — пробормотала Фелона задумчиво. — Точнее, очень интересная ткань. Из нее столько всего сделать можно…

— Тебя вообще кроме тряпок что-нибудь интересует?! — не выдержала Мелисса, хотя до этого стойко переносила все выкрутасы новенькой. — Ты хоть понимаешь, что мы говорим о серьезных вещах? Ты понимаешь, что убили двух девушек?!

— Я тоже о серьезных вещах говорю, — обиделась Фелона.

Мелисса махнула рукой.

— Ройс, что делать будем?

— Откуда я знаю!.. Извини, Лисси, на друзей уже бросаюсь. Просто…

Мелисса успокаивающе положила руку на плечо другу.

— Я понимаю.

— Призванная эта… чтоб ее! — Ройс отвернулся. — Неужели так трудно приехать пораньше? Наверняка сидит сейчас у себя и ни о чем не переживает!

— Я устала, — вдруг захныкала Фелона. — И домой хочу.

— Отстань еще ты! Иди вон… к госпоже Клонье и обнимайся с Призванной.

— Хам! А вообще мне интересно! Я тоже хочу, чтобы меня похвалили! Давайте найдем убийцу? Интересно, во что он был одет, когда убивал?

— Р-р-р-р!!! — Мелисса даже отшатнулась от друга. — Еще одно слово про одежду и будет еще один труп!!!

— Не кричи! — высокомерно попросила Фелона. — Я просто подумала, как этот ваш… ну этот, который ножом резал… Он же весь перепачкался в крови, наверное. Интересно, как он потом отстирывал одежду? Я вот, помнится, однажды порезалась, так платье пришлось выкинуть. А оно знаете сколько стоило? Вот и ему, наверное, выкидывать пришлось.

— Мне прикажешь пожалеть убийцу?

— Подожди, Ройс. — Мелисса нахмурилась. — Дура дурой, но сейчас она дело говорит. Ты же слышал, что сказал профессор? Крови действительно должно быть много, и это не зависит от того, ритуал там был или просто сумасшедший порезвился. Почему тогда маги не обнаружили кровь? Они должны были ее обнаружить.

— Значит… значит, убивали не там?

— Меня спрашиваешь? Это к Торену вопрос.

Ройс замер.

— Первое место убийства мы посетить не сможем — зал сейчас закрыт, да и за прошедшие дни там же уже куча народа побывала и занятия проходили. А вот склад… Идемте.

— Я домой хочу, — снова заныла Фелона.

— Иди, — буркнул Ройс.

— Мне страшно.

— Тогда не иди.

Больше не обращая внимания на нытье девушки, он уверенно зашагал в сторону черного хода лицея, выходящего во внутренний двор, где стояли хозяйственные постройки. Во дворе пришлось потратить некоторое время на поиски рабочего, отвечающего за рубку дров, а потом заговорить ему зубы, чтобы получить ключи от склада старой мебели, которую приготовили для отправки в печь.

Склад представлял собой солидное помещение, не очень высокое, но просторное. Старую мебель уже успели сжечь дней пять назад, и сейчас он стоял полупустой. Только у задней стены лежали очередные вещи, обреченные на отправку в огонь.

Мелисса огляделась и поежилась, глянула на пол в центре, именно там, по ее представлению, и произошло убийство.

Ройс почесал голову и прошел вокруг свободного пространства, рассматривая не очень ровные и очень грязные деревянные полы.

— Даже если бы кто-нибудь захотел тут нарисовать магическую печать, ему пришлось бы сильно постараться, чтобы отмыть и выровнять полы, — пробормотал он. — Да и печать быстро не нарисуешь. Лисси, ты же видела магическую печать? За сколько ты могла бы нарисовать ее?

Девушка задумалась.

— Тут и ошибиться нельзя. Если все делать тщательно, то часов за пять, с перерывами. Но маги люди опытные, наверное, они быстрее справятся.

— И все равно не меньше четырех часов, если рисовать без перерыва. — Ройс еще раз оглядел пол. — Значит, все-таки не ритуал. Неужели профессор прав? Кого он заподозрил, как думаешь, Лисси?

— Не знаю. Такой человек… Директор? Председатель попечительского совета?

— Это твой отец, что ли?

— Мой отец отказался от этой должности, когда ему ее предложили как самому крупному спонсору лицея. Ее сейчас занимает Джерри Верт. Папа говорит, что прохиндей еще тот, но вот убийца… Я встречалась с ним пару раз и не верю, что он смог бы кого убить, тем более ножом. Однажды он порезался, так чуть в обморок не упал.

— И все равно хотелось бы с ним поговорить.

— Угу. А чего? Делов-то? Пойдем и поговорим. Нас сразу и впустят и поговорят… — сарказм Мелисса выдала с неподражаемой интонацией. — Да и о чем говорить будешь? «Мы вас тут в убийстве подозреваем, господин Верт, не сознаетесь, вы это сделали или нет?»

Ройс только рукой махнул, признавая правоту подруги, огляделся, заметив отсутствие Фелоны рядом, и обнаружил ее у дальней стены, рассматривающую старую мебель.

— Эй, ты чего там делаешь?

— Красивая, — протянула она. — Жалко такое сжигать.

— Тебе жалко? Фелона, это не наряды!

— Зато на стульях такая ткань мягонькая.

— Мы уходим.

Фелона поспешно отошла от мебели, огляделась вокруг, задержалась в центре, рассматривая что-то под ногами, поэтому из склада вышла последней.

Мелисса взглянула на небо и вздохнула.

— Достанется мне дома. Я же не предупредила, что задержусь после занятий.

— За тобой карету посылали?

Мелисса только вздохнула.

— Ройс, ты же сам помнишь наши прошлые задержки? Мы то на час задержимся, то к морю убежим, то еще что-нибудь ты придумаешь. Зато скучать не доводилось. Но из-за этого кареты за нами посылать перестали — все равно мы на них не ездили.

— Ха, я думал, это все в прошлом, — усмехнулся Ройс. — Сейчас ты из той хулиганки превратилась в на редкость благоразумную и послушную девушку.

— Скажешь тоже! — фыркнула Мелисса, слегка покраснев.

— Ой, а вы встречаетесь, да? — вмешалась Фелона.

Ройс наградил ее убийственным взглядом, полностью проигнорированным девушкой, вздохнул.

— Иди ты… к Призванной. Платья шей.

— Тебе легко говорить, иди, а я устала, между прочим!

— До ворот лицея осталось немного, а там поймаем пролетку и уедем.

— Все равно далеко!

— Слушай, ну чего ты от меня хочешь?

Фелона вдруг шагнула к нему, обвила его шею руками, повисла и томно закатила глаза:

— Возьми меня!

Мелисса споткнулась и едва не загремела, распахнув глаза, закашлялась. Ройс ошарашенно замер, не в силах даже пошевелиться.

— Чего? — прохрипел он, отчаянно пытаясь собраться с мыслями.

— Ну, возьми меня! — снова протянула девушка.

— Куда? — не нашел ничего лучшего Ройс, сам понимая глупость вопроса.

— На руки, конечно, — серьезно, как дурачку, разъяснила Фелона. — Я устала.

На Мелиссу вдруг напал «кашель», и она поспешно отвернулась.

— Зачем? — совсем растерялся Ройс, лихорадочно пытаясь сообразить, чего вообще от него хочет эта сумасшедшая.

— Чтобы нести меня. Я книгу читала. Там был та-а-акой прекрасный рыцарь! Он влюбился в девушку. И однажды, когда она гостила у него в замке, устала бродить по коридору… «Возьми меня, попросила прекрасная Брунгильда». Храбрый рыцарь тогда взял ее на руки и понес… Разве не чудесно?

— Куда понес? — справившись с «кашлем», заинтересовалась Мелисса.

Фелона замерла. Потом отлипла от Ройса и нахмурилась, на лице явственно стала видна усиленная работа мысли.

— Не знаю, — растерянно отозвалась Фелона. — Я еще не дочитала.

Тут Мелисса не выдержала. Зажав рот, она бросилась обратно в лицей, от которого они не успели далеко отойти, и оттуда донеслись сдавленные не то рыдания, не то смех. Сам Ройс торопливо отошел от Фелоны и с безопасного, как ему казалось, расстояния, настороженно посматривал на нее.

— Я это… пролетку поймаю и приеду, — после чего бегом припустился к воротам.

— Злой он, — вздохнула Фелона и повернулась к вернувшейся Мелиссе. — Неужели я недостойна того, чтобы меня носили на руках?

Мелисса торопливо отвернулась, ее плечи затряслись от сдерживаемого смеха. Но, наконец, ей удалось взять себя в руки.

— Вот никак не пойму, что ты за человек, — заявила она. — Только-только составишь о тебя мнение, как ты выдашь нечто такое, что хоть падай.

— Мой папа говорит, что я гений. А мама — что в настоящей женщине должна быть загадка, — заявила Фелона, подняв указательный палец. — Только я не пойму, что значит настоящая женщина? А бывает ненастоящая? Чем, как ты думаешь, настоящая отличается от ненастоящей?

— Наличием загадки, — хмыкнула Мелисса. — Лучше отойди с дороги, наш кавалер возвращается.

Поймать пролетку у лицея не представляло никаких проблем — извозчики постоянно дежурили неподалеку от входа. Все же здесь не столица республики, и очень немногие из родителей могли позволить себе отправлять карету за детьми. Зато извозчики хорошо зарабатывали на этом, иногда даже устраивая потасовки за право работать на таком выгодном маршруте.

— В Моригате извозчику ни за что не позволили бы въехать на территорию лицея, — недовольно поджала губы Фелона.

— Тогда тебе пришлось бы идти пешком до самых ворот.

Фелона посмотрела на Мелиссу, пролетку, смерила взглядом расстояние.

— Скорее бы папа купил мне карету. Тогда не придется позориться на этом убожестве.

Мелисса неожиданно обиделась.

— Я постоянно так езжу, хотя у меня и есть личная коляска.

Фелона промолчала, возможно, потому, что как раз рядом замерла пролетка. Ройс помог девушкам забраться, а сам сел напротив.

— Давайте развезу я вас по домам, а сам съезжу к Торену. Хочу выяснить, что он узнал.

— Он и сам завтра все расскажет, — буркнула Мелисса. — Чего торопишься?

— Лисси, время! У нас остался только завтрашний день.

— И еще послезавтра, — буркнула девушка. — Убийства происходили ночью, если ты помнишь. А ты только подставишь Торена и вызовешь лишние подозрения у его брата. Потом нам уже ничего не удасться узнать.

Подумав, Ройс вынужден был признать правоту подруги, но все равно остался недоволен. В результате досталось Фелоне за ее манеру совать нос не в свои дела. Та отнеслась к критике на удивление спокойно, даже перебивать не пыталась. Уже в конце, когда Ройс выдохся, глянула в его сторону.

— Прости, что ты там говорил про мои наряды, которые меня только и интересуют? Я немного задумалась и прослушала.

Ройс раскрыл рот, закрыл. Снова открыл. Мелисса тихонько постанывала от смеха рядом. И только в темных глазах Фелоны застыло выражение невинного удивления человека, искренне непонимающего, что тут вообще происходит.

Юноша обреченно махнул рукой.

— Где ты живешь? Куда везти?

— А ты не знаешь? — во взгляде искреннее изумление — как это можно не знать, где живет ОНА?! — Папа купил особняк у моря за тисовой аллеей.

— Я знаю, — вмешалась Мелисса, опасаясь, что Ройс сейчас сорвется, настолько сердито он выглядел. Впервые на ее памяти кто-то сумел так довести приятеля. — Девушка перебралась на сиденье рядом с Ройсом и развернулась к извозчику, объяснила, куда ехать. Тот понятливо кивнул и щелкнул кнутом, подгоняя коня.

Вот они выехали за территорию лицея, и пролетка свернула к морю, вырвалась из аллеи к холму, свернула за него и устремилась к побережью. Под колесами шуршал гравий.

Мелисса вернулась на место.

— Фелона, а ты правда видела Призванную?

— Как тебя, — важно кивнула та. — Даже подружиться хотела, думала через нее сделать себе скидку на наряды, но она со мной даже разговаривать не захотела. — Фелона сердито надулась, но тут же задумалась. — Она сказала, что я слишком много о платьях говорю. Но ведь я старалась убедить ее, чтобы она перестала носить эти ужасные штаны!

— Я поняла, — поспешно перебила девушку Мелисса. — Ты хотела ей помочь. Скажи, а ты что-нибудь знаешь про убийство посла?

— Конечно, знаю. Ужас форменный! Представляете, говорят, этот посол переоделся моряком и бродил ночью по гостиницам! Вот его и прибили.

— Зачем ходил?

— Искал кого-то. Или прятался от кого-то. Госпожа Разерина, она постоянно ходит в салон к госпоже Клонье, считает, что посол прятался, а госпожа Луреса уверена, что искал. Некоторые, правда, другие предположения делали, но госпожа Разерина — жена важного сенатора, потому многие согласились с ней. А у госпожи Луресы муж — очень сильный маг, и поэтому она не боится госпожи Разерины и осталась при своем мнении…

Мелисса закатила глаза.

— А Призванная что говорит?

— Ничего не говорит. Она не ходит в салон, представляете? Ее сама госпожа Разерина звала, но эта… невоспитанная посмела заявить, что у нее есть более важные дела, чем впустую обсуждать вещи, в которых не разбирается. Госпожа Разерина очень обиделась. Очень. И попросила госпожу Клонье никогда эту невоспитанную девицу в салон не звать. Призванная, наверное, все локти себе искусала от досады.

— Да, — согласился Ройс каким-то пустым голосом. — Наверное, страшно переживает.

— Вот-вот. Но так ей и надо! В следующий раз не будет пренебрегать приглашениями самой госпожи Разерины. А ты на самом деле хочешь найти убийцу?

— А тебе-то что? — удивился вопросу юноша.

— Помочь хочу, — обрадовала всех Фелона. — Я когда сказала Призванной, что тоже смогла бы найти убийцу, она согласилась и заявила, что у меня таланта даже больше, чем у нее. Мне только лень тогда было, потому и не стала искать, а сейчас вот захотелось. Можно?

— Нет! — рявкнул Ройс, но тут же взял себя в руки. — Я хотел сказать, что это скучно и неинтересно.

— Вредина. Ты просто не хочешь, что бы я нашла этого вашего убийцу. Ну, как знаешь, тогда я сама найду. Вы с директором не поговорили, вот с него и начну. Прямо утром к нему и пойду.

— Согласен! — Ройс чуть из пролетки не выпал, представив такое. — Ты тоже поможешь нам.

— Нет. Это вы будете помогать мне.

Ройс несколько раз вдохнул и выдохнул.

— Ладно, мы поможем тебе разыскать убийцу.

— Ага. Только хватать его будете вы, а то я боюсь.

— Хорошо. Только ради всех богов, не надо завтра идти к директору. Давай соберемся все, обсудим ситуацию и тогда решим, что делать.

Несмотря на то что усадьба, которую купили родители Фелоны, находилась дальше их домов, первой отвезли ее. Ройс в ответ на замечание Мелиссы, что к ней ехать ближе и лучше сначала доставить домой ее, чтобы не возвращаться, прошипел что-то о том, что за себя не отвечает и не гарантирует, что не привезет к дому Фелоны ее труп.

— Я и пяти минут не выдержу с ней наедине. Пожалуйста, Лисси, не оставляй меня.

Мелисса удивленно посмотрела на приятеля — паника в его голосе была явно не наигранной.

На территорию усадьбы их пропустили без проблем. Слуга у ворот едва разглядел в пролетке госпожу Фелону, сразу распахнул створки. Ройс помог девушке выйти. Фелона благодарно кивнула, но, прежде чем уйти, сообщила:

— Вы, господин Реордан, очень громко разговариваете в пролетке. Я чуть не оглохла. А представляете, каково пришлось несчастному кучеру? В отличие от карет, ему слышны все разговоры пассажиров… бедняге.

Фелона уже давно ушла в дом, а Ройс так и стоял у двери, раскрыв рот. Потом посмотрел на кучера, на небо, что-то пробормотал себе под нос и с опущенной головой поплелся к пролетке, сел рядом с Мелиссой и тихонько пересказал ей последние слова Фелоны.

— Ну и кто после этого дурак, а кто умный? — закончил он. — Завтра уже весь Торей узнает, что мы решили отыскать убийцу. Надеюсь только, до родителей эти сплетни не дойдут.

Всю оставшуюся дорогу ребята молчали. Мелисса, так же как Ройс, признавала свою вину. В довершение всего Ройсу еще и дома досталось за столь долгую задержку. Родители, памятуя его прошлые выкрутасы, не очень поверили, что он просто посидел, поговорил с друзьями.

Глава 3

На следующее утро Ройс постарался прийти в лицей пораньше. Каково же было его удивление, когда в парке он заметил Фелону, которая задумчиво там бродила, заглядывая за кусты и постройки. Некоторое время он наблюдал за девушкой, пытаясь понять, чего она ищет, но, когда она присела и заглянула под крыльцо домика для рабочих, не выдержал и подошел.

— Эй, ты что делаешь?

Девушка посмотрела на него совершенно бессмысленным взглядом, потом задумалась, словно пытаясь вспомнить, кто он такой.

— Разве не видишь? Убийцу ищу. Я его первая найду!

Ройс почесал нос, присел рядом и тоже заглянул под крыльцо.

— Там?

Фелона встала, поправила платье.

— А почему нет? Должен же он где-то скрываться? Как только найду, где он прячется, сразу и поймаю.

Ройс вздохнул и тоже встал.

— И как? Нашла что-нибудь?

— Да! — гордо возвестила девушка, чем изрядно озадачила Ройса. — Я обнаружила несколько подозрительных людей.

— О…

— Ага. Первый — это директор. Очень подозрительно, что он приехал так рано. Что он собрался делать? Наверняка готовит следующее преступление.

— Фелона, господин Рекор всегда приезжает в это время.

— Правда? — удивилась девушка. — А зачем? На его месте я бы спала подольше. Ведь никто из учителей не посмеет его ругать за опоздания. Он же тут самый главный! Вот потому и подозрительно, что он так рано приходит.

Ройс открыл рот, подумал, снова вздохнул и кивнул.

— Да, это очень подозрительно.

— Вот-вот. Второй подозрительный — это охранник. У него такой страшный меч на боку, им вполне можно убить и даже вырезать сердце.

— Его только два дня назад наняли… Впрочем, да, он тоже очень подозрительный. А еще кого нашла?

— А еще я видела такого высокого человека в остроконечной шляпе. Он тут вообще самый подозрительный.

— Фелона, это брат Торена.

— То есть убийца — это брат Торена? Какой ужас! Надо немедленно ему сказать.

Ройс рассеянно покивал. В отличие от девушки, его очень заинтересовало, зачем старший брат его приятеля утром приехал в лицей. Тут он заметил этого самого «подозрительного человека» и, забыв про Фелону, торопливо пошел ему навстречу. Девушка удивленно посмотрела вслед Ройсу, пожала плечами и отправилась бродить по парку дальше.

— Дарий, привет!

Брат Торена обернулся на крик, заметил Ройса, обреченно вздохнул, но тут же согнал с лица кислое выражение и улыбнулся.

— Привет-привет. Чего так рано явился?

— Сделать надо кое-что, — честно отозвался Ройс. — А ты каким образом тут очутился? По делам или брат что-то натворил?

Дарий хмыкнул.

— На этот раз не из-за него. Вчера поздно вечером пришло сообщение из магистрата. Призванная связалась с ними и попросила кое-что выяснить.

— Связалась? Как?

— Хм… не спрашивал. Но, похоже, сенат расщедрился и выделил телепата на корабль. Через него связь и держат.

— А что она просила выяснить, если не секрет?

— Она попросила кого-нибудь из магов, осматривавших место убийства, снова прийти сюда, запомнить все и сказать, что изменилось в обстановке с тех пор.

— А чего так рано явился?

— Пока вашей братии тут нет — никто мешать не будет. Не огораживать же опять всю территорию лицея?

— А-а-а. И как, заметил что-нибудь? Или секрет?

Дарий огляделся, пожал плечами.

— Да какой там секрет? Попросили сравнить картинки в трансе. Особо уточнили, что имеет значение любая мелочь, даже если мне она покажется не важной. Мол, даже сдвинутая в сторону травинка может помочь найти убийцу. Как-то так вот.

Маги по необходимости обладали почти абсолютной памятью, а в трансе могли вообще припомнить даже положение отдельной травинки десять лет назад в парке, куда случайно забрели после вечерней пьянки. Кажется, такие картинки Призванная и хотела получить.

— Ну, а поскольку я тут больше всех мотался, причем после обоих убийств, то меня и направили.

— Что-то заметил? — повторил Ройс, стараясь не выдать слишком уж большого интереса.

— Да ничего особенного. Тут ведь дорожки подметают каждый день. В остальном… За дровяным складом валялась куча сломанной мебели, а сейчас ее сожгли…

— А откуда там мебель? Мы ее на складе видели.

Дарий удивленно обернулся на голос, смерил подошедшую Фелону взглядом с головы до пят и вопросительно поднял бровь.

— Новенькая, — пояснил Ройс, молясь, чтобы Фелона не ляпнула про их участие в поиске убийцы. Но ее, похоже, интересовала только мебель: какая и какого цвета обивка.

— Лучше ответь, — прошептал Ройс. — Фелона слегка сдвинута на тряпках, фасонах и моде. Это единственная тема, на которую она может связно говорить. Но меня эта девица уже достала своей болтовней.

Дарий хмыкнул и вместо ответа подвесил перед собой иллюзию-картинку с тем, что было свалено за складом, после чего молча наблюдал, как восторженная девушка рассматривает кресла и стулья, восхищаясь дизайном и цветом ткани.

— Ой, а на диванчике обивка порвана. Эх, а она такая шикарная… такая… Жалко. Какой изверг догадался спалить такую красоту? Интересно, диван старый, а обивка новая почти… только порванная. Мебель одного дизайна… один мастер делал, в этом я разбираюсь. Но обивка на стульях и креслах потертая и старая. А на диване новая… Почему так, господин маг?

— Не знаю, — коротко ответил Дарий. — Скорее всего, меняли. Мебель делали на этом острове. Могу дать адрес мастерской.

— Все-таки варварство сжигать такую мебель. Варварство. И обивку ножом разрезали. Мальчишки — варвары.

Дарий присмотрелся — а ведь действительно обивка вспорота чем-то острым. Как же он раньше не обращал на это внимания? Покосился на грустную девчонку, не удержался и все-таки попытался считать эмоции, пусть это и не совсем этично. Похоже, она чем-то очень сильно расстроена. Неужели из-за мебели так переживает? На взгляд самого мага, ничего особенного эта старая рухлядь из себя не представляла. Так, массовка, сделанная по шаблонам. Быстро и дешево.

— До свидания, господин маг. — Девушка вежливо присела и важной походкой отправилась куда-то в глубь территории.

— Кто это? Еще одна подруга?

Ройс скривился.

— Разряженная кукла, которая ничем, кроме моды, не интересуется. О платьях, подвязках, фасонах, меблировке комнат может говорить часами, но и только. Не выгоняют ее только потому, что папаша болтушки выделил лицею очень большую сумму. Учителя даже спрашивать ее не пытаются. Однажды вообще заявила, что Марвинд — столица Каганата. Как можно не знать название столицы Арвийской империи? А пятнадцатилетняя война за наследство Корнии у этой красотки длилась семь лет.

— Ладно-ладно, я понял, — рассмеялся Дарий. — На редкость талантливая девушка. Но извини, мне пора. Сейчас еще производить сравнение воспоминаний и формировать сообщение об отличиях.

— А еще каких-нибудь отличий не помнишь? Кроме мебели? С ней-то понятно, сожгли ее.

— Ну… вот так с ходу… мелочи разные. Естественные изменения. На двери склада, где произошло убийство, кровь была, сейчас ее очистили. Но об этом я сообщил сразу.

— А ты общался с Призванной?

— Не лично, через телепата.

— Это понятно. О чем еще спрашивала?

— В основном ее интересовало, что, где и как лежало. И еще — заметил ли я что-нибудь общее в тех местах, где произошли убийства.

— А ты заметил?

— Что всех поразило — крови мало. А ведь девушек убили ножом в сердце. Крови же всего чуть-чуть. И нет следов магической печати на полу. В первом убийстве мы, возможно, и могли пропустить их, все-таки там зал тренировок, в том числе и в магии, но вот на складе… Слушай, а что ты так этим интересуешься? — вдруг полюбопытствовал Дарий. Но Ройс уже приготовил ответ.

— Я не этим интересуюсь. Я интересуюсь Призванной. Вот и пытаюсь понять, как и о чем она думает. Я уверен, что эти Призванные не обладают ничем таким, что не смог бы сделать обычный человек.

Дарий хмыкнул.

— Ройс, Призванные — это обычные люди, которые пересекают границы миров. Их отличия и гарантии успехов только в том, что заклинание Призыва отбирает лишь тех, кто соответствует набору критериев, необходимых, по мнению мага, для решения поставленной задачи. Человек, обладающий наиболее полным набором, попадает в наш мир.

— Вот я и думаю, а нельзя ли составить заклинание, которое определяло бы талант не у жителей других миров, а здесь, у нас?

— Хм… Однако озадачил ты меня. Тут все не так просто. Понимаешь, само заклинание не очень сложное, но не всегда, точнее, даже почти никогда, оно не отбирает, если можно так выразиться, кандидатов из числа наших сограждан. Люди Призыва — очень большая редкость. Результат получается из-за сложного взаимодействия высших сил обоих миров: нашего и того, откуда приходит Призванный. А вот каким образом происходит это взаимодействие — очень серьезный вопрос. На эту тему проведено множество исследований, написаны сотни манускриптов, монографий и диссертаций, но все остается на уровне предположений… Впрочем, не думаю, что тебе это интересно. Увлекся, прости, — закончил Дарий, заметив кислый вид собеседника.

— Я понял, что вы сами не знаете, как происходит процесс поиска Призванных.

— Именно. А так ты прав, наверное, если бы имелась возможность — нужный человек отыскался бы и у нас. Но… Проблема не только в талантах, к ним нужны и знания. Я кое-что слышал о Призванной. В ее мире хорошо развито дело поиска и обнаружения преступников. Этим занимаются специально обученные люди, одним из них был отец Призванной. Кроме того, у них существует огромное количество литературы, и учебной, и обычной, посвященной криминалистике. Призванная хорошо использовала все эти источники. Вот она и набрала необходимые критерии для выполнения заклинания. То есть у нее не только талант, но имеются и необходимые знания. Понимаешь? Можно иметь талант в музыке или науке, но если у тебя нет необходимых знаний, то талант так и останется неразвитым.

— Понятно, — кисло протянул Ройс. — Слушай, а когда эта Призванная приедет, сможешь познакомить меня с ней?

Дарий хмыкнул.

— Посмотрим. Если она сама захочет. Ладно, я побежал — и так слишком долго тут задержался, а меня просили сделать все срочно. Передавай Торену, что сегодня я задержусь на работе. И, ради богов, постарайтесь с вашей троицей ни во что не влипнуть, сейчас не самое подходящее время для ваших проделок.

Когда Дарий удалился, Ройс с удивлением обнаружил, что Фелона куда-то исчезла. На миг задумался, потом обреченно вздохнул и зашагал к дровяному складу. Можно, конечно, сделать вид, что не заметил ее присутствия, но, если с ней что-нибудь случится, он будет чувствовать себя виноватым.

Как и ожидалось, Фелону он обнаружил около дровяного склада, разглядывающую место, которое показывал Дарий в иллюзии, только тогда здесь лежала старая мебель, а сейчас только пыль и щепки. Вот девушка вытащила из щели деревянного помоста, на который обычно и складывались вещи, предназначенные к сжиганию, какой-то обрывок грязной ткани и внимательно его рассмотрела. При этом, судя по следам угля на платье, она успела забраться и в кострище, где сжигали старые вещи. Непонятно, что она там искала, но весь низ платья был изрядно перепачкан. С учетом того как Фелона относилась к одежде, она совершила воистину героический поступок. Ройс сначала даже не поверил своим глазам. Потом, подумав, решил, что указывать на испачканное платье будет верхом неблагоразумия, ибо просчитать реакцию девушки на такое он не взялся бы ни за какие призы. Потому, сделав вид, что ничего необычного не происходит, юноша подошел поближе и только сейчас заметил улыбку на лице Фелоны… Приплыли… Кто-то сходит с ума: либо он, либо Фелона… либо мир.

Глядя на эту улыбку, Ройс не знал, смеяться ему или плакать. Вот перед ним человек, который ничем, кроме нарядов, не интересуется. Зато всегда жизнерадостный и довольный.

— Почему бы тебе не пойти в ученицы к госпоже Клонье?

Фелона чуть заметно вздрогнула, потом обругала Ройса, который подкрадывается и пугает честных девушек.

— Что ты там нашла, честная девушка? — поинтересовался юноша, пропустив мимо ушей все прочие эпитеты в свой адрес.

Девушка нехотя протянула ему кусок ткани, судя по цвету, клочок обивки той самой мебели, что недавно сожгли. Без интереса повертев обрывок ткани, он механически попытался отскрести с него какое-то пятно непонятного цвета.

— Что тут у вас?

Ройс обернулся и улыбнулся.

— Привет, Мелисса! Как ты?

— Плохо, — буркнула девушка. — Вчера выслушада от родителей много интересного о себе. А ты, я гляжу, с утра полон сил. Ройс, ты просил нас прийти пораньше, а сам куда-то исчез. Случайно увидела, как ты шел сюда, не то пришлось бы долго искать.

— Извини, я вот за ней увязался. Дарий сегодня показал, что в этом месте недавно валялась старая мебель, так Фелоне расцветка обивки понравилась, и она прибежала полюбоваться кострищем.

— Какая еще мебель? Подожди, ты сегодня видел брата Торена? Он приходил сюда? — выделила девушка главное.

Ройс рассказал ей о недавнем разговоре.

— Интересно. Значит, он общался с Призванной? Да брось ты эту тряпку! Еще и грязную.

— Это кровь! — вдруг побледнела Фелона, тыча пальцем в лоскут, зажатый в руке у Ройса. — Я знаю, это кровь! Ой-ой-ой!

— Кровь? — Мелисса выхватила у растерявшегося Ройса тряпку и внимательно рассмотрела. — Грязь какая-то, — поморщилась она, отшвырнув ее от себя. — Какая кровь?

Фелона, однако, не слушая, ткнула кулачком в бок Ройса.

— Подними, — указала она на деревянный помост.

Помост представлял из себя примитивную конструкцию из нескольких щитов, уложенных на лежащие прямо на земле бревна. Сами щиты сделали из сбитых кое-как вместе неровных старых досок.

— Зачем?

— Тут тоже кровь! — девушка указала на несколько непонятного цвета пятен.

Ройс присел, посмотрел, покосился на Фелону, вздохнул и откинул в сторону один из щитов.

— Надеюсь, на некоторое время успокоится, — пробормотал он, отходя к Мелиссе, но та вдруг сама подошла к откинутому щиту и уставилась на землю под ним.

— Ройс, смотри, здесь тоже все испачкано. Словно что-то стекало сверху.

Фелона присела рядом.

— Кровь? — испуганно поинтересовалась она.

— Да откуда тут кровь? — вышел из себя Ройс. — Что ты привязалась? Краска, может, какая потекла или еще что.

— Уф. А я уж испугалась.

Ройс что-то прошептал себе под нос и поспешил убраться от нее подальше. Мелисса хмыкнула и последовала его примеру. Только Фелона осталась сидеть на корточках перед откинутым в сторону щитом. Вооружившись веточкой, она тыкала ею куда-то в землю с милой улыбкой «Я у мамы дурочка».

А вниманием Мелиссы уже целиком завладел Ройс.

— Значит, Призванную заинтересовали отличия? Надо будет озадачить Торена, пусть поспрашивает у брата о том, какие отличия он нашел. Хорошо бы почитать сам отчет.

— Шутишь? Я Торена даже пытаться не буду уговорить на такое. Да и Дарий не дурак, вмиг догадается, зачем нам это.

— Ройс, брат Торена никогда ничего не делает без подготовки. Уверена, он сначала запишет все, что увидел, систематизирует видения. А значит…

— Многие черновики отправятся в корзину, — закончил за нее Ройс. — Быстрее ищем Торена.

— Зачем быстрее? На перемене поговорим. Все равно до обеда Дарий будет вспоминать, потом медитировать. Меньше пяти часов у него это не займет. Потом он немного отдохнет, приводя в порядок разум… да что ты, его брата не знаешь? Раньше двух он все равно за бумаги не сядет.

— Точно. — Готовый мчаться на поиски друга, Ройс притормозил и снова посмотрел в сторону Фелоны, которая уже закончила изучать землю под откинутым щитом и теперь стояла недалеко от них и с интересом прислушивалась к разговору. В руке тот самый кусок обивки.

Мелисса ухмыльнулась. «Кровь, ха! Сама же не верит в это, иначе уже бежала бы отсюда подальше и не держала этот кусок грязной ткани. Ткань, конечно, в свое время была очень красивой, но сейчас… И чего такого прекрасного она в этой тряпке нашла?»

Заметив общий интерес, Фелона помахала ручкой.

— Вы продолжайте, продолжайте. Очень интересно.

Мелиссе срочно пришлось успокаивать друга, чтобы тот не высказал то, о чем позже будет жалеть.

— Подслушиваешь? — сердито поинтересовалась Мелисса, в общем-то понимая, что несправедлива, но все же не сдержалась.

— А что такого? — искренне изумилась Фелона. — Мы в салоне госпожи Клонье всегда обсуждаем интересное, кто что услышал. Кстати, господин Ройс, вы бы вернули щит на место, раскидал тут всякого… За собой убирать надо.

Ройс издал еле слышный рык, с грохотом вернул щит на место, резко развернулся и зашагал к лицею.

— А что я такого сказала? — недоуменно поинтересовалась Фелона у Мелиссы, сделав круглые глаза.

Девушка в ответ пристально посмотрела на Фелону.

— Скажи, зачем ты его дразнишь? Тебе это доставляет удовольствие?

— Я дразню?!

— Ой, вот только глазками хлопать не надо, переигрываешь. Если Ройс тебе так не нравится, зачем за ним бегаешь?

Фелона замерла, потом как-то незаметно изменилась, из глаз пропало выражение «а-ля баран».

— А может, наоборот, нравится? А он на меня внимания не обращает.

Мелисса на мгновение задохнулась.

— Однако-о-о, — протянула она. Потом неожиданно рассмеялась.

— Ты только ему не говори, — попросила Фелона.

— А вдруг он мне тоже нравится?

— Не-а, — Фелона беззаботно махнула рукой. — Конечно, я глупая и только тряпками интересуюсь, но я не настолько тупа, как Торен, который не замечает взглядов, что ты бросаешь на него.

Мелисса вдруг резко покраснела до состояния вареного рака.

— Ты…

— Я молчу. И ты молчишь.

Мелисса действительно замолчала, подумала, потом медленно кивнула.

— Договорились. Только все равно не пойму, чего ты Ройса доводишь.

— Он первый начал, — буркнула Фелона. — Мог бы и имя узнать, раз уж… — тут она резко осеклась и мотнула головой. — Ладно, идем.

Мелисса недоуменно моргнула, но Фелона уже ушла далеко, и пришлось ее догонять. Однако Мелисса и не заметила, как ее новая… подруга… сунула грязную тряпку в свою изящную и очень дорогую сумочку. Так же заметила и Ройса, стоявшего рядом с крайне недовольным Тореном и что-то ему объясняющим.

— Ну и какого? — вопросил Торен, когда все собрались вместе. — Вот какого я приперся в лицей с утра пораньше, если никого найти не могу?

— Это все из-за нее! — сдал Фелону Ройс.

— Истинный джентльмен, — буркнула в ответ девушка.

— О, вы такие сложные слова знаете, госпожа, — издевательски пропел Ройс.

— Прекрати, — оборвала его Мелисса. — Ройс, в конце концов, это недостойно.

— Эй, ты на чьей стороне? — крайне удивился юноша.

— На твоей. Но ты сейчас ведешь себе недостойно.

Ройс поморщился, но признал вину и поднял руки.

— Ладно-ладно, я все понял. Я тут самый злой и самый неправильный. Торен, времени мало…

— И кто в этом виноват?

— Времени мало, — выделил интонацией Ройс. — Что-нибудь узнал дома?

— Немного. Вроде бы Призванная связывалась с магами, и те прислали брату письмо, после чего Дарий с отцом долго о чем-то совещались. Подслушать не удалось. Я потом расспрашивал… В общем, первое убийство и второе очень похожи, и действительно это напоминает ритуал. Если бы на полу были обнаружены хоть малейшие следы магической печати, то так бы все и решили. Но их нет. Как нет следов крови. Все сходятся в том, что, когда вырезали сердца, девушки были еще живы…

Мелисса побледнела и поспешно отвернулась, Ройс нахмурился. Фелона осталась невозмутимой, только взгляд переводила с Торена на Ройса и обратно, хотела что-то сказать, но сдержалась.

— Продолжай, — попросил Ройс, когда все переварили новость.

— Ну вот. Когда живому человеку пронзают грудь, вытекает много крови, а ее нигде нет.

— Магия крови?

— Мелисса, мы уже обсуждали это, — Торен недовольно поморщился. — Это магия не требует крови в таком количестве. Слухи о жертвах для нее — чушь. — Тут юноша быстро глянул на часы над входом в лицей. — Так, у нас пять минут, поэтому не перебивайте. В общем, следов крови нет, словно убивали девушек не там, где нашли, а перенесли туда уже трупы. Но маги уверены, что убили их именно там. Почему, не спрашивайте, — опередил вопрос Ройса Торен. — Эманация боли вроде бы. Словом, уверены. Да и следы крови все же есть. Совсем немного, не столько, сколько должно быть. Теперь все.

Все задумались.

— И о чем это говорит нам? — первой нарушила молчание Мелисса.

Ответ на этот вопрос не нашелся ни у кого. К счастью, раздался бой часов, и ребята вынуждены были поспешить в лицей.

В классе Ройс сердито покосился на Фелону, словно вопрошая: и почему я должен быть в классе с ней, а не с друзьями? Вообще учеников в классе было немного, всего семь. Директор считал, что если в классе мало детей, то каждому можно будет уделить больше внимания, а количество учителей позволяло делать такие классы. В свое время преподаватели изрядно настрадались от шуточек неугомонной троицы, и только когда их в принудительном порядке развели по разным классам, они немного утихомирились. Была бы возможность, их каждого определили бы в отдельный, но, увы, классов было только два и сидеть одному досталось Ройсу как зачинщику всех шалостей. В результате сейчас ему пришлось дожидаться окончания уроков, чтобы обсудить ситуацию с друзьями.

Однако уже под конец урока его и Фелону вызвали к директору, а когда по дороге Ройс увидел и друзей, то сообразил, что разговор может оказаться крайне неприятным. Это чувство взыграло с новой силой, когда в кабинете директора обнаружился еще и профессор Кардегайл, при этом выглядел он несколько виновато.

Директор Рекор Тинефс оперся подбородком на переплетенные пальцы, положив локти на стол, и осмотрел всех четверых профессиональным учительским взглядом. Кроме Фелоны, которая, кажется, не поняла, зачем их позвали, все остальные почувствовали себя крайне неуютно. А вот директору, видимо, не понравилось отсутствующее выражение на лице Фелоны, и он усилил нажим, но его сердитый взгляд снова проигнорировали. А девушка вдруг обратила внимание на слегка поврежденный ноготь на пальце, поспешно достала пилочку и принялась приводить его в порядок. Директор вздохнул и сдался, обратив весь свой гнев на остальных. Ройс очень по-доброму покосился на Фелону, но его взгляд был с таким же блеском проигнорирован, как до этого взгляд директора.

— Значит, решили поиграть в поиск убийцы? — обманчиво ласково заговорил директор.

— Извините, ребята, — проговорил Кардегайл. — Я просто хотел уточнить некоторые детали, но господин директор все понял.

— А с вами, профессор, мы еще поговорим об этом, — обратил на него внимание Рекор. — У этих пока ветер в голове, но вы-то могли понять, что это опасно?

— Потому я и согласился им помочь, господин директор. Иначе ведь сами полезли бы. Вы же знаете эту троицу.

— Знаю, — буркнул директор, немного расслабившись и снова обращая взор на ребят. — Ну? Что хотите сказать?

— Да, господин Рекор, — собрав всю смелость, выступил Ройс. Фелона удивленно покосилась на него, но тут же снова вернулась к прерванному занятию.

«Чего это она?» — удивился Ройс, но размышлять об этом было некогда.

— Мы понимаем. Но вас разве не тревожит то, что завтра вечером может погибнуть еще одна ваша ученица?

Директор от такого заявления явно опешил.

— Поясните, господин Реордан.

Ройс в очередной раз поделился своей теорией, но был остановлен директором.

— Я прекрасно помню эту историю, и вы ее мне уже рассказывали раньше.

— Вы обещали рассказать об этом Призванной.

Директор раздраженно махнул рукой.

— Я рассказал. Я обо всем рассказал. И Призванная решила, что эта твоя идея ничем не подтверждается и что эти два случая ничем не связаны. И я согласен с ней. А если бы вторая жертва появилась через три дня, ты бы решил, что следующая произойдет через шесть после первой?

Ройс нахмурился и, явно стараясь сохранить самообладание, продолжил:

— Я понимаю, что могу быть не прав, математику я хорошо знаю. Более того, очень даже может быть, что я неправ. Но если есть хотя бы один шанс из ста, что моя теория верна… Люди, господин директор, это не цифры в статистике, и смерть одного — это не единица в отчете, а гибель целого мира.

Кажется, Ройсу удалось поразить всех. Даже Фелона смотрела на него ошарашенно, словно не ожидала такого. Ройс же, распаляясь, продолжил:

— Может, для вашей Призванной мое предположение слишком маловероятно и не заставит ее оторвать свой… э-э-э… свою спину от стула и поспешить, но лично я попробую предотвратить убийство.

— Твоя сестра, — вдруг понятливо кивнул директор, совершенно не выглядя сердитым. — Кажется, ее убийцу так и не нашли… три года прошло вроде бы.

— Господин Рекор…

— Молчу. Но все же ты не прав. Или думаешь, я не переживаю? Но что именно вы сможете сделать?

— Мы нашли кровь, — вдруг неожиданно вмешалась Фелона, чего явно никто не ожидал. В руке она держала тот самый кусок ткани, что подобрала у кострища. Ройсу, правда, показалось, что кусок меньше того, что был изначально, но это не то, на чем сейчас стоило заострять внимание. — Там, где лежала старая мебель. — Фелона вдруг зашептала: — Это может быть кровью жертвы! Представляете, труп спрятали в диван… там обшивка была порезана, а потом его сожгли вместе с диваном.

Директор растерянно моргнул.

— Э-э-э… Госпожа Фелона кер Шеордан, тела девушек никто не сжигал.

— А-а-а… действительно. — Фелона растерялась. — А откуда тогда там кровь?

Директор протянул руку, взял кусок ткани и внимательно осмотрел.

— Обшивка мебели, но почему ты решила, что это кровь?

— Господин Рекор, — вдруг вмешался профессор Кардегайл. — Это ведь ваша мебель. Вы распорядились ее выбросить из комнаты отдыха.

Директор растерянно посмотрел на кусок ткани.

— Да, похоже. Мебель старая была, вот я и попросил ее заменить. Что стало со старой, я, признаться, не интересовался. Но диван был целым, это я точно помню.

— Порезанный. Господин Дарий нам показал.

— Мой брат был тут? — вычленил главное Торен. Ройс от него отмахнулся.

— Сегодня с утра приходил. Призванная попросила посмотреть, что изменилось в лицее после убийств. Он показал нам картинку мебели. Может, Дарий… прошу прощения, господин Дарий, забыл детали, но я уверен, он не ошибается.

— Да, я разговаривал с ним, — кивнул директор, но тут же очнулся. — Но все равно, это не ваше дело. Вся информация будет передана кому следует.

— Господин директор, может, все-таки…

— Я сказал нет, Кардегайл! — вспылил директор, раздраженный вмешательством. — Нечего им лезть в это дело. А вы могли бы и сами подумать! Не вмешивайтесь! — Директор повернулся к ребятам. — Вы можете идти, а вы, — он развернулся к учителю, — задержитесь, я хочу поговорить с вами о том, какие инициативы детей стоит одобрять, а какие нет.

Все поспешно направились к двери, только Фелона задержалась рядом с Кардегайлом.

— Профессор, извините, не могли бы вы сказать, где купили ваш чудесный плащ? Признаться, я попросила слуг купить такой ткани, из которой он сшит, хотела подруге отправить в Моригат, но они ничего не нашли. Я их, конечно, отругала, но ткани у меня так и нет.

— Фелона, — чуть ли не простонал Ройс, пытаясь ухватить девушку за руку и вытащить из кабинета. На удивление безуспешно. — Нашла время о тряпках спрашивать.

— Ничего удивительного, — поспешно отозвался профессор, понимая, что проще ответить. — Эту ткань привозят из империи и торгуют ею только в их рядах на пристани. А плащ я себе отдельно заказывал у портного. В чем-то ты права, сама ткань не очень красиво выглядит, единственное, что хорошо, — непромокаема. Потому и особым спросом не пользуется.

— Спасибо, господин профессор. — Девушка чуть поклонилась и позволила себя увести из кабинета.

Ройс тут же затащил всех в какое-то пустое помещение с нагромождением ученических столов и стульев. Видимо, его использовали как временный склад мебели. Торен удивленно посмотрел на приятеля, но спорить не стал, только достал два стула — для себя и Мелиссы. Ройс поморщился, но также достал стул для Фелоны.

— Нам опять попадет, — вздохнула Мелисса, поправляя прическу.

— Пусть. — Ройс осмотрелся и понизил голос: — Вам ничего не показалось странным? Почему директор так яростно выступил против нашего расследования?

— Дай угадаю, — слишком уж серьезно для правды задумалась Мелисса. — Может быть, переживал за нас? Нет?

— Может быть. Но, возможно, переживал, опасаясь, что мы что-то найдем. Почему он так занервничал, когда увидел тот кусок ткани? Кстати, его он нам так и не вернул. Может, там и впрямь была кровь?

— Ты с дуба рухнул? — эмоционально высказался Торен, выразив общее мнение.

— Может, и так. Но помните, как отреагировал профессор Кардегайл после нашего рассказа? Он сказал, что кого-то подозревает… и идет прямо к директору. Наверняка чтобы выяснить что-то. Директор явно что-то скрывает.

— Чушь, — на этот раз высказалась Мелисса. — Господин Рекор — хороший друг моего отца. Да и зачем ему убивать девушек? Какой смысл?

— Может, они что-то сделали ему? Нагрубили, к примеру. Они обе не отличались хорошим поведением…

— Мягко сказано, — хмыкнул Торен. — Но все же если бы он хотел их за это убить, то убил бы раньше.

— Довели.

— Все равно чушь, — уже не так уверенно повторила Мелисса.

— А почему они плохо себя вели? — вдруг заговорила Фелона.

— Дуры потому что… как некоторые, — Ройс многозначительно покосился на Фелону, но та не поняла. Или сделала вид, что не поняла.

— Дуры?

— Связались не с теми, — так же коротко отозвался Торен.

— Ходили слухи, что они занимаются… этим, — закончила Мелисса.

— Этим?

Мелисса явно силилась что-то сказать, но никак не могла подобрать слова, только краснела.

— Да! — наконец чуть ли не рявкнула она. — Они обе были из не слишком богатых семей, а в лицее высокие требования… от некоторых идиотов, которые считают, что их деньги позволяют им устанавливать свои правила. Обе девушки были кем-то вроде… служанок у некоторых тут. И им постоянно требовались деньги, чтобы соответствовать устанавливаемому статусу. Вот и добывали как могли. Кто-то ворует, кто-то торгует… собой. Довольна?

Фелона довольной не выглядела. Более того, выглядела она скорее сердитой. Даже в ярости. Мелисса никак не могла понять, чем вызван этот гнев, а потому растерялась.

— И много таких? — прошипела Фелона, явно стараясь подавить гнев. Ройс посматривал на нее… заинтересованно.

— Не очень, но есть.

— Вы что тут забыли? — в комнату заглянул профессор Кардегайл. Выглядел он непривычно рассеянным. — Ну-ка на уроки!

— Как все прошло, профессор? — кинулся к нему Ройс.

— Что? А! Хорошо прошло. А вы идите на занятия, и так задержались.

Не слушая возражений, он вытолкнул всех из кабинета и направил в классы, сам следуя следом, что-то бормоча себе под нос. Ройс прислушался.

— Я точно помню, что где-то это видел. У директора в кабинете раньше такого не было. Где же я видел это? У Котс? Да нет… или да? Нет, не помню. А вы что замерли? Идите-идите.

Котс? Вира Котс? Первая жертва? Что там у нее мог видеть профессор? Ройс крепко задумался и едва не проскочил мимо кабинета. Если бы Фелона не ухватила его за руку, так бы и промчался.

— А? О! Спасибо.

— Не за что.

Ройс уже хотел войти в класс, но снова был остановлен.

— Ройс… а что случилось с твоей сестрой?

— Тебе какое дело? — грубо поинтересовался он, но Фелона не обиделась и даже не рассердилась.

— Ее убили?

— Похитили, — буркнул он. — Хотели стребовать с моего отца деньги. А после того как получили их, выбросили ее труп в море. Ее нашли рыбаки, сетями поймали. Довольна?

— Извини, — растерянно отозвалась девушка. А Ройс вывернуся из ее рук и вошел в класс.

До самого конца уроков Ройс отказывался о чем-либо говорить с Фелоной и даже с друзьями обменялся всего лишь парой слов, только договорился о встрече после занятий. Мелисса непонимающе глянула на Фелону, и та, к ее удивлению, тихонько ей прошептала:

— О его сестре поговорили.

Мелисса понимающе кивнула и нахмурилась.

— Он не очень любит об этом вспоминать.

Фелона промолчала, но, когда уже собиралась вернуться в класс, вдруг передумала и оттащила Мелиссу в сторону.

— Он из-за этого так хотел поговорить с Призванной?

— Да. Ройс считает, что она сможет найти убийц. Он вообще на этом зациклен. Отец его уже давно смирился, но он… Когда узнал о Призванной, решил, что попробует попросить ее о помощи… Ну и с тех пор он слишком нервно реагирует, когда кто-то убивает, особенно молодых девушек. Словно так он пытается защитить сестру.

— Понятно, — задумчиво протянула Фелона и удалилась, оставив Мелиссу с открытым ртом. Ей на мгновение показалась, что Фелона стала совсем другим человеком. Не в смысле внешности, а по манере поведения. Слишком уж серьезный взгляд у нее был и совсем не пустой, как все уже привыкли.

Глава 4

На занятиях Ройс выглядел на редкость рассеянным, отвечал невпопад, а когда учитель поинтересовался, хорошо ли он себя чувствует, неожиданно признался, что приболел, после чего был отправлен в кабинет к школьному врачу. Фелона пообещала присмотреть за больным и, не дожидаясь разрешения учителя, выскочила следом, но около двери никого не увидела. Заглянула за повороты в разные коридоры, но Ройса обнаружила чисто случайно, когда он на миг показался из-за двери пустого класса, там же оказался и директор, который что-то высказывал ему. Заметив девушку, он сердито кивнул Ройсу и ушел. На вопросы Фелоны Ройс отвечать категорически отказался и вернулся в класс, сообщив, что ничего серьезного у него нет, и ему стало лучше.

После занятий он настолько явно пытался избавиться от Фелоны, что это заметили все. Даже до откровенной грубости дошел, чуть ли не криком пытаясь заставить ее отвязаться, после чего выскочил из лицея и помчался в сторону ворот, заставляя всех встречных торопливо уступать ему дорогу, провожаемый обиженным взглядом девушки.

— Хам! Нахал! — жаловалась Фелона всем, кто хотел ее слушать. — И вдобавок идиот, — бурчала она. Когда основная толпа народа схлынула, она вдруг хмыкнула. — От меня еще никто не уходил.

…Ройс, на ходу что-то эмоционально объясняя Мелиссе и Торену, влетел в их тайное убежище и застыл с открытым ртом. В их домике удобно расположилась Фелона с чашкой чая в руке, который она медленно прихлебывала, закусывая булочками. На столе стоял чайник, под которым горел небольшой огонек, поддерживая воду в горячем состоянии.

— Присаживайтесь, — важно махнула она рукой. — Угощайтесь. Чувствуйте себя как дома.

Вид ошарашенного Ройса доставил Фелоне истинное наслаждение. Рядом с ним застыли Торен и Мелисса с одинаковым выражением на лице.

— Что ты тут делаешь? — нашел в себе силы поинтересоваться Торен.

— Вас жду, — объяснила девушка, подливая себе чая. — Вы же вчера сами говорили, что собираетесь после школы встретиться. Я попросила слуг доставить сюда все необходимое.

До Ройса не сразу дошло, что сказала Фелона, но когда дошло…

— Ты-ы! Ты рассказала о нашем месте кому-то?!

— Ну да. А что, нельзя было? — удивилась девушка. — А как бы нам все это принесли? — она указала на накрытый стол.

Мелисса вовремя зажала Ройсу рот и вытащила из домика. Торен проследил за ними, плюхнулся на стул и обреченно махнул рукой.

— Вот как чувствовал, — пробормотал он.

— Да что такое? — еще больше удивилась девушка.

Торен промолчал. Взял приготовленную чашку, налил себе чая и начал пить, закусывая баранкой, которую макал в варенье.

Вернулись Мелисса и Ройс. Последний сверкал в сторону Фелоны яростными взглядами, но молчал. Похоже, он пообещал ничего не говорить Фелоне и теперь держал слово буквально — он ее вообще не замечал. Впрочем, девушку это ничуть не огорчало, даже когда он игнорировал ее прямые вопросы.

— В общем, так, — начал он, не глядя на Фелону. От чая и угощений он также отказался, сердито косясь на друзей, которые наслаждались угощением. — Сегодня, когда меня выставили с урока, я заглянул в кабинет директора… Однако он появился не очень вовремя и я не успел оглядеться. К счастью, он поверил, что я зашел уточнить у него кое-какие вопросы…

— Зачем? — перебила его Мелисса.

— Меня заинтересовало, что там увидел профессор Кардегайл.

— Ты еще не оставил эту глупость? Думаешь, директор замешан в убийствах?

— Замешан или нет — не знаю, но, если есть возможность убедиться, лучше это сделать. Предлагаю сегодня ночью осмотреть его кабинет.

— С ума сошел? — вежливо поинтересовалась Мелисса.

— Не хотите, так и скажите! — вдруг ни с того ни с сего разозлился Ройс. — Я один пойду!

— Эй, полегче, — осадил его Торен. — С каких пор ты начал сомневаться в нас? Я тоже не вижу смысла в этом походе, однако я с тобой… как обычно.

— Вот и хорошо. Встречаемся сегодня в десять вечера у черного хода.

— Я с вами.

Ройс, наконец, обратил внимание на Фелону.

— Нет!

Девушка встала, потянулась и зевнула.

— Кажется, господин директор еще не ушел, он просил сообщить ему, если вы что-то задумаете.

Ройс быстро встал и резко ударил по косяку, перегораживая рукой выход. Фелона моргнула и опасливо покосилась на юношу.

— Ладно, — прошипел он. — Ты идешь с нами. Но если ты…

— Вот и договорились. Заходите за мной в восемь, я познакомлю вас с родителями. Папа давно просил привести в дом моих друзей.

— А-а. — Ройс растерялся от такого приглашения.

— От меня и поедем в лицей, — пояснила Фелона. — А если вы в восемь у меня не появитесь, то как раз будет время сообщить директору. — Девушка поднырнула под рукой Ройса и неторопливо скрылась из вида, оставив всех с открытыми ртами.

— Я правильно понял, — откашлялся Торен. — Нас сейчас шантажировали?

— Кажется, да, — оторопело кивнула Мелисса. — Разбудите меня.

— Вот стерва! — Ройс не сдержался, но тут же извинился, покосившись на Мелиссу. Потом заехал кулаком по опорному столбу домика, зашипел от боли и выскочил на улицу, размахивая рукой.

К удивлению всех, Фелона еще не уехала. Она стояла недалеко от выезда из парка рядом с новым охранником, который, склонившись, что-то слушал. Затем поклонился и зашагал в сторону лицея, что-то бубня себе под нос. Заметив троицу, он нахмурился, покачал головой и прошел мимо. Ройс обернулся, но охранник даже не замедлил шага.

— Всякие тут будут учить, как мне правильно нести охрану, — донеслось до них.

— Хм… Как же без нее спокойно было, — буркнул Ройс. — Я теперь даже этого недотепу жалею.

— Кстати, да, — напомнил Торен. — Как мы мимо этого охранника пробираться будем?

Ройс махнул рукой.

— Да ладно вам, уж мимо этого мы всяко пройдем. Из него охранник… Лучше скажите, мы действительно пойдем в гости к этой…

— А у нас есть выход? — поинтересовалась Мелисса. — Если мы хотим сегодня вечером осмотреть кабинет директора, то придется.

— Хорошо, — вздохнул Ройс. — Тогда по домам. Вечером встречаемся у дома этой… в общем, встречаемся. Торен, постарайся узнать у брата содержимое доклада, который он отправит Призванной. Посмотри мусорные корзины, Дарий наверняка туда отправит все черновики.

— Ты сам-то куда? — остановил друга Торен.

— Хочу еще кое-что выяснить. Поговорю с отцом по поводу Призванной. Постараюсь убедить его разрешить мне попросить ее о помощи.

Торен только вздохнул.

— Допустим, попросишь. Все равно она быстрее не приплывет.

— Может посоветует что… Ну не знаю я уже, что делать! Мы и так время теряем.

— Успокойся!

Ройс вздрогнул, взял себя в руки.

— Все, разбежались, а то действительно уже на друзей бросаюсь из-за этой дуры. Вот довела.

— Ты несправедлив, — покачала головой Мелисса. — Мне кажется, она просто за тобой бегает.

— Что?! Вот уж счастье привалило! Можешь передать ей, что пустоголовые идиотки, у которых в голове только тряпки, меня не интересуют.

— А я тут при чем? — удивилась Мелисса. — Сам передавай.

Ройс махнул рукой и быстро зашагал к выходу.

…К дому Фелоны вся троица прибыла почти одновременно. Ройс выглядел крайне мрачным, отпугивая своим видом даже комаров. Торен сохранял философское спокойствие. Одна только Мелисса выглядела заинтересованной. Их встретил важный слуга в шикарной ливрее.

— Госпожа ожидает вас в розовой гостиной, — сообщил он.

От такой встречи все трое слегка растерялись. Остров Торей Моригатской республики был что-то вроде перевалочного пункта, где никогда не существовало настоящей древней аристократии. Да и что им тут делать? Никаких развлечений, сплошная работа. Даже нобилей не очень много — три семьи. Богатые люди, которые могли себе позволить приобрести нобилитет, на острове имелись, только им такого счастья и даром не было нужно — никто ни в какие политические игры встревать не хотел, других дел по горло. Аристократы королевств и империи сюда тоже не заглядывали. Потому нравы на острове царили весьма далекие от чопорности нобилей центральных островов республики. В этом плане семейство Фелоны выделялось здесь, как белая ворона. Важные слуги в ливреях, непререкаемый этикет.

Отец Фелоны встретил троих друзей у лестницы.

— Господа, рад, что моя дочь приобрела друзей. Господин Реордан, ваш отец, насколько я знаю, член магистрата острова? А ваш, госпожа Мелисса Тирен, один из богатейших людей острова? Я бы хотел с ним познакомиться поближе. Торен Леройс, насколько я помню, ваш брат — подающий надежды маг, который, возможно, скоро займет место в Совете Магов, а отец — командующий гарнизоном острова.

Вот вроде только факты констатировал, но все трое почувствовали себя крайне неуютно, словно не с ними говорят, а с их родителями и пригласили их исключительно из-за их положения.

На лестнице показалась крайне недовольная Фелона. Она что-то прошептала отцу, отчего тот слегка растерялся, но тут же взял себя в руки.

— Ладно, проходите. Доченька, проводи их.

Мелисса чуть нахмурилась, в голосе отца Фелоны ей послышалась фальшь, вроде бы как не так уж и хорошо он к дочери относится, как пытается показать на публике.

Фелона развернулась и снова поднялась на второй этаж. Слуга вежливо поклонился, приглашая гостей следовать за ним. Отец Фелоны каким-то образом успел незаметно удалиться.

Гости, слегка шокированные такой встречей, отправились за слугой.

— Эти аристократы чокнутые, — прошептал Торен. — В Моригате все такие?

— Откуда я знаю? — отозвался Ройс. — Тихо, а то слуга услышит.

Слуга то ли обладал плохим слухом, то ли делал вид, что не слышит разговора, по крайней мере, он никак не отреагировал на шепот.

Розовая гостиная и впрямь оказалась розовой. То есть совсем. Розовый драп, которым были затянуты стены, розовые занавески на окнах, розовые подушки на креслах, розовые украшения на стенах, розовая лепнина. Только оттенки у розового цвета разные. Все вместе производило ужасное впечатление кукольного домика — забавно, но находиться здесь долго весьма неуютно. Сама Фелона также надела розовое платье и подвязала волосы розовым бантом.

Ройс торопливо отвернулся, чтобы выражением лица не выдать чувств, и стал изучать стол, на котором, к собственному удивлению, обнаружил книгу профессора Кардегайла с закладкой где-то в середине. Фелона заметила его взгляд и торопливо убрала книгу на каминную полку.

— Очень интересно пишет, — заметила она. — Оказывается, заклинания можно самому выдумывать и составлять, а ритуалы — вообще целая наука.

— Ты хоть что-то поняла в ней?

— Конечно! — возмущенно заявила девушка. — Если все сделать правильно, то получится «бах». А если неправильно, то «пшик».

Мелисса прыснула, но тут же взяла себя в руки, Фелона обиженно посмотрела на девушку, но сказать ничего не успела: слуга вкатил в комнату столик с булочками и чаем.

— Видели? — поинтересовалась Фелона. — Последняя мода в Моригате. Говорят, такие тележки Призванная придумала. Все-таки она не совсем пропащая.

В этот момент запищал вызов связи. Фелона неторопливо достала пластинку из специального кармашка на платье.

— Слушаю, Розен.

Такие пластины вызова устроены так, что слышать вызвавшего мог только тот, кто держал пластину в руке, потому ответов таинственного Розена ребята не услышали.

— Вот как? И сколько?

— …

— Понятно.

— …

— Покупай, Розен. И возвращайся скорее.

Фелона убрала пластинку и пояснила гостям:

— Слуга. Я ему велела купить такую же ткань, как ту, из которой у профессора Кардегайла был сшит плащ.

— Будь добра, избавь нас от своих лекций, касающихся тряпок, — хмуро отозвался Ройс.

Фелона пожала плечами и приглашающе махнула на кресла.

— Садитесь, угощайтесь. До нашей поездки еще долго.

— Тебя отец-то отпустит? — весело поинтересовался Торен, усаживаясь за стол, на который слуга выложил привезенный чай с угощениями. — В десять вечера.

— Отпустит, — без тени сомнения отозвалась Фелона. — Он мне доверяет. А уж когда я ему скажу, что собираюсь найти убийцу, он еще и гордиться будет.

— Не надо этого говорить, — поспешно вмешался Ройс.

— Как хотите. Может, поговорим? Хотите, я расскажу про Моригат? Там такой салон у госпожи Клонье…

Гости обреченно переглянулись. Вынос мозга длился около получаса. За это время ребята узнали о последней моде в столице, о новых тканях, о том, как правильно сшивать шелк и ситец. При этом Фелона словно не замечала тоски во взглядах ребят, оживленно пересказывая сплетни салона госпожи Клонье. Но вдруг затихла и глянула на гостей.

— А чего я все о себе и о себе? Это крайне невежливо. Мама точно была бы недовольна. Расскажите что-нибудь о себе и вы, пожалуйста.

Мелисса чуть из кресла не выпрыгнула от подобного предложения.

— Конечно, — торопливо заговорила она, словно боясь, что хозяйка снова начнет пересказывать никому не интересные сплетни.

— Вы давно знакомы?

— О, чуть ли не с рождения. Наши семьи дружат уже много лет.

— До чего интересно, Мелисса. О вас в лицее ходят ужасные слухи. Говорят, вы чуть не спалили лицей.

— Вранье! — не выдержал навета Торен. — Подумаешь, устроили дымовуху. Старшеклассники сами виноваты, нечего было Мелиссу доставать.

В общем, даже сами не заметив, все разговорились, вспоминая свои проделки. Фелона словно не слушала, но кивала в нужных местах, иногда вставляла слово, если разговор затихал. В результате все трое вспомнили свои выходки, рассказали об учителях и директоре, который оказался не таким уж хорошим человеком и даже попался однажды на воровстве выделенных лицею денег.

— Вообще директор любит покричать на учеников, показать свою власть, — возмущалась Мелисса.

— Ага, а господину Флетнеру, учителю биологии, вообще ни до чего нет дела, — подхватывал рассказ Торен. — Прочитает свою лекцию и домой. А если задашь ему какой-нибудь вопрос, так он смотрит на тебя, как на злодея, который отнимает у него время отдыха. Хотя плохих оценок он никогда не ставит, наверное, потому что иначе ему придется тратить время, принимая пересдачу. Как бы плохо кто ни отвечал, все равно поставит «удовлетворительно». Так что у него можно и не париться. Промямлишь хоть что-нибудь — получишь хорошую оценку.

— А вот господин Кардегайл — великолепный учитель и свой предмет любит, — снова продолжала Мелисса. — Он столько всего знает. Все-таки жаль, что он никогда не сможет стать магом.

— Да. Мой брат говорит, что мир магии потерял великого мага, но приобрел величайшего теоретика.

— А почему он не может быть магом, Торен? — поинтересовалась Фелона.

— Бывают такие люди, которые не имеют необходимых сил. На мага теоретически может выучиться любой. Но если сил магических нет, то… Никто не знает, с чем это связано.

— А можно эти силы получить?

Вопрос Фелоны озадачил всех троих. Даже Ройс завис, хотя в беседе старался участия не принимать.

— Если бы такая возможность имелась, думаю, Кардегайл сделал бы что-нибудь, — наконец выдал Торен. — Да и брат ничего подобного не упоминал. Насколько я знаю, хотя не специалист, тут главное в том, что для того, чтобы сделать что-то с собой, нужно использовать свою же силу. Чужую не получится. А если своей нет, то… Замкнутый круг.

Фелона встала, взяла книгу профессора, пролистала.

— А если использовать преобразование?

— Это чего? — после недолгого молчания поинтересовался Торен.

Фелона сунула ему под нос книгу.

— Вот. Профессор пишет о возможном преобразовании энергии в целях вливания ее больному.

— Так то больному, — махнул рукой Торен. — И тут идет неполное преобразование. Все равно энергия, даже преобразованная, не станет своей.

— Точно?

— Ну кое-что я понимаю, с таким-то братом.

— Увлеклась магией? — спросила Мелисса.

Фелона пожала плечами.

— Просто интересно. — Повернулась к Ройсу. — И я не дура, как думают тут некоторые.

Ройс криво улыбнулся.

— В вопросах моды — да.

— А сам? Скажи, ты хочешь поговорить с Призванной?

— Допустим.

— Хочешь или нет?

— Ну хочу.

— Отлично, как ее зовут?

— Чего? — растерялся Ройс. Покосился на друзей, но те с интересом наблюдали за разговором и вмешиваться не собирались.

— Какое у нее имя? Это же не секретная информация. Ты говорил, что много узнал о ней, но ни разу не назвал ее по имени, только по кличке. Призванная. Ха! Ну?

— Э-э-э… что? — Ройс совсем растерялся.

— Вот приехала она, как ты к ней обратишься?

— Узнаю.

— А что мешало узнать сразу? Кстати, она очень не любит, когда ее называют Призванной. При мне она одному типу в лоб дала за такое обращение. Ты даже этого не знаешь. Может, я только модой интересуюсь, но я знаю, что людей очень обижает, когда другие не запоминают их имена.

Видно было, что такая отповедь от девчонки, которую он привык считать пустоголовой, шокировала Ройса. Хуже того, умом он признавал ее правоту, но согласиться с ней мешала предубежденность. С кем угодно согласился бы, но не с этой фифой. Вот и сидел сейчас с растерянным видом, не зная, что ответить.

— Ну и как ее зовут? — наконец поинтересовался он. — Ты ведь знаешь, если посещала салон госпожи Клонье?

— Знаю, — с непонятной мстительностью отозвалась Фелона. — Но не скажу. Сам узнавай.

Обстановка в доме стала натянутой. Хозяйка молчала, а гости не могли подобрать тему для разговора. К счастью, в комнату ненадолго заглянул отец Фелоны, произнес несколько дежурных фраз, пожелал счастливо повеселиться и удалился. Никто ничего не понял, но ситуация разрядилась. Ройс даже взял на себя смелость заговорить первым, но поскольку все его мысли были заняты предстоящим делом, то и заговорил он о нем.

— Предлагаю выработать план…

— А что мы вообще собираемся найти? — перебил его Торен. — Ради чего мы полезем в кабинет директора?

— Ты же слышал, что сказал профессор?

— Будто бы он что-то там увидел. И что? Если бы что-то важное, он бы сказал.

— Кому? Точно не нам.

— Тем более.

— Торен, ты слышал что-нибудь от отца? К вам приходил Кардегайл?

— Нет, — вынужден был признаться юноша.

— Вот именно. Если бы захотел сказать, уже прибежал бы.

— Значит, не такое уж и важное он увидел.

— Либо не уверен в том, что видел.

Мелисса и Фелона с интересом слушали бесконечный спор, где один доказывал, что ничего важного они в кабинете не найдут и идти туда не стоит, а второй сыпал контрдоводами, которые в конце свелись к одной фразе: «хуже не будет».

— Сам посуди, Торен, профессор сомневается в значительности увиденного, поэтому и не может никому ничего рассказать. А проверять в директорский кабинет он не полезет.

Мелисса представила, как профессор Кардегайл влазит в окно директорского кабинета в костюме вора, и тихонько рассмеялась. Ройс сердито покосился на нее.

— Ничего смешного, между прочим. Если его там поймают, понятно, чем закончится. В лучшем случае его выгонят из лицея.

— А почему, кстати, профессор преподает в лицее? — вдруг заинтересовалась Фелона. — Профессор в области теоретической магии — это же уровень университета, а никак не провинциального лицея на границе республики. Эй, Торен, не хмурься, Торей действительно глубокая провинция.

— Профессор здесь родился, — ответил Ройс, сердито посверкивая глазами в сторону девушки. — Он действительно уезжал учиться в столичную академию, там же получил звание доктора магических наук за свои исследования. А потом вернулся сюда преподавать. Он говорит, что ему здесь лучше думается — вдали от интриг. Ну а исследования он может вести и тут. Все, что нужно, Совет Магов поставляет ему на заказ — его ценят.

— О-о… понятно. Ученый отшельник. Как забавно. Так что ты там говорил, Ройс?

— Говорю, что профессор не может тайком исследовать директорский кабинет. А нас, даже если и поймают, максимум отругают. Привыкли уже к нашим выходкам. Скажем, что хотели полюбоваться ночным небом из окна директорского кабинета.

Широкое окно действительно открывало великолепный обзор, но с крыши вид на ночное небо все же лучше, о чем Торен и сообщил.

— Мы поспорили, — парировал последнее замечание Ройс.

— Детский сад, — вздохнула Мелисса. — Ройс, мы уже не дети и порицанием тоже не отделаемся. Залезть ночью в кабинет директора — не шутка.

— Если боишься, езжай домой, — рассердился Ройс. — И вообще, чем меньше народу, тем меньше шансов, что попадемся.

— От меня не отделаетесь, — улыбнулась Фелона. — Мне даже интересно стало — никогда ночью не пробиралась в лицей. Наверное, очень необычные ощущения.

Трое гостей посмотрели на хозяйку дома с явной опаской — такой настрой вечно болтающей о моде девушки их слегка напугал. К счастью, часы пробили девять вечера. Ройс поднялся.

— Вперед. Лучше выйти пораньше и немного понаблюдать за лицеем. Надо поглядеть, как там охранник несет службу, жаль, времени мало, а то я бы денек просто посмотрел, прежде чем лезть.

— Мне надо переодеться, — важно поднялась Фелона. Троица гостей облегченно вздохнула — розовое платье хозяйки наводило на них тихий ужас в свете предстоящего тайного проникновения в лицей.

Ко всеобщему удивлению, переоделась Фелона вполне адекватно: темное свободное платье, не сковывающее движений, без всяких украшений, рюшечек и кружев. Такая же удобная обувь. У Торена, похоже, вертелся на языке вопрос по поводу того, как же она надела такую немодную одежду, но был жестоко обломан сдвоенными суровыми взглядами Ройса и Мелиссы. Судя по всему, его состояние они прекрасно поняли, но мигом сообразили, что после такого вопроса Фелона вполне захочет переодеться во что-то более модное.

Неизвестно, чем бы все закончилось, но в этот момент в дверь осторожно постучали, и на приглашение хозяйки в комнату заглянул слуга.

— Госпожа, принесли заказанную вами материю.

— А-а-а! Иду. Прошу вас, я все-таки разыскала ту ткань, из которой был сделан плащ профессора. Пришлось моим слугам побегать.

Ройс возразил бы, но никто его слушать не стал, а поскольку оставаться в комнате без хозяйки, когда она приглашает идти за ней, не очень вежливо, ему пришлось смириться. В результате в просторный холл все вошли почти одновременно, сразу за слугой, указывающим путь. На паркете обнаружился здоровенный рулон знакомой ткани длиной примерно в два человеческих роста. Фелона замерла перед лежащим рулоном и озадаченно его разглядывала.

— А меньше не было?

Из тени угла вышел здоровенный детина в не очень чистой рабочей одежде. Поклонившись сразу всем, повернулся к Фелоне.

— Нет, госпожа. Торговец сказал, что у него только такого размера. Ткань очень специфическая и новая. Имперцы привезли ее на пробу, посмотреть, как пойдут продажи.

— Понятно… — Фелона обошла вокруг рулона. — Но зачем надо было брать весь?

— Дык это… последний оставался. Торговец скидку большую сделал за то, что целиком возьму.

Фелона посмотрела на слугу очень странным взглядом, смысл которого Ройс не понял. Ясно, что она не сердилась, скорее выглядела озадаченной, пытаясь понять, как к этому относиться.

— И много торговец привез такой ткани? Кстати, плащей из нее не было?

— Узнавал, госпожа. В империи из такой ткани палатки шьют армейские. А плащ — это уже идея господина профессора-мага. Он много этой ткани купил, два рулона. Аккурат двенадцать дней назад купил. До этого немного брал, на три плаща.

Фелона осторожно попинала рулон, присела и внимательно осмотрела.

— Хм… Гарн, отрежь мне небольшой кусочек, пожалуйста.

Слуга просьбе совсем не удивился. Молча достал из голенища сапога нож, присел и чуть-чуть отмотал, примерился и вопросительно глянул на госпожу.

— Поменьше. Мне просто попробовать надо кое-что.

— Так?

— Да, нормально.

Быстрым взмахом ножа слуга отрезал от рулона небольшой кусок и вежливо протянул его Фелоне. Девушка потерла ткань в пальцах, поднесла к глазам, пытаясь что-то там рассмотреть. Огляделась, увидела вазу с цветами. Свернула ткань кульком и налила в него воду из вазы.

— Хм… не протекает. Еще б выглядела посимпатичней. Хотя не все ли равно солдатам, как выглядит их палатка? Главное, чтоб не промокала.

— Фелона, может, мы закончим уже с проблемами модной ткани?

— Модной такая штука точно никогда не станет, — задумчиво протянула девушка. Тут же встрепенулась и посмотрела на Ройса. — А ты куда-то торопишься? Времени у нас еще много.

— Э-э… — Ройс растерянно посмотрел на двух слуг, безучастно стоявших поблизости.

— Не переживай, — усмехнулась девушка. — При них можешь говорить все. Они абсолютно преданы мне.

— Тем не менее…

— Ой, Ройс, какой же ты нудный… Ладно-ладно, я пошутила, не сверкай на меня грозными очами. Гарн, подай карету к выходу.

Из дома Фелоны троица друзей вышла изрядно озадаченной. Родители мало того что без всяких вопросов отпустили дочь ночью непонятно куда, так еще и карету разрешили взять. Даже не спросили, когда любимая доченька вернется.

— Никак не пойму, завидовать тебе или пожалеть, — пробормотала Мелисса, когда слуга захлопнул за ними дверь кареты.

Фелона быстро глянула на девушку, нахмурилась и отвернулась. Мелисса отчего-то почувствовала себя крайне неловко.

— Извини, — пробормотала она.

— Все нормально, — неожиданно ответила Фелона. — Поехали.

Карета по вечернему городку ехала довольно шустро, обгоняя редких прохожих и заставляя их прижиматься к обочине. Иногда вслед неслись ругательства, но на это никто не обращал внимания. Вот карета замерла, и все четверо торопливо вышли из нее. Ройс, Торен и Мелисса вздохнули с явным облегчением. С этой поездкой в роскошной карете весь их тайный план по проникновению в директорский кабинет начал походить на откровенный фарс. Ладно еще их не привезли прямо к центральному входу, остановились на улочке, за квартал от лицея.

Недовольный Ройс, сам не зная почему, отвел всех в соседний переулок и оттуда некоторое время изучал окрестности. Остальные терпеливо ждали, когда их командир примет какое-нибудь решение.

— Надо бы осмотреться, — наконец проронил он. — Главное, на охранника не нарваться. Да и рано еще идти, в лицее кто-то может случайно оказаться. Сделаем так: девчонки ждут здесь, а мы с Тореном выясним обстановку.

Фелона еле слышно хмыкнула, но спорить не стала. Только когда мальчишки отошли, высказалась:

— Вот кавалеры, оставили двух беззащитных девушек поздним вечером в каком-то подозрительном переулке. А вдруг нас тут кто-то обидит?

— Кто именно? — вдруг заинтересовалась Мелисса.

— Кто-нибудь, — важно пояснила Фелона.

Теперь уже хмыкнула Мелисса. Выглянула из переулка, огляделась и вернулась к подруге, которая уже присмотрела какую-то перевернутую бочку и сейчас устраивалась на ней поудобнее. Мелисса с отвращением покосилась на грязное «кресло» и осталась стоять.

— Слушай, я все хотела спросить, но случая не было. Чего ты к Ройсу цепляешься? Тебе доставляет удовольствие его злить? Я думала, он тебе нравится.

Вопреки ожиданиям Мелиссы, ее новая подруга не вспылила, а задумалась.

— Ну-у… — наконец протянула она. — Вот так вот сложно сформулировать мое отношение к нему. Он, безусловно, очень интересный человек и действительно привлек мое внимание, но… Есть у него один недостаток, который перечеркивает все достоинства.

Такие заумные рассуждения Мелисса явно не ожидала услышать от девчонки, которую в классе уже привыкли считать весьма ограниченной, с одними только шмотками на уме.

— Э-э… — Мелисса тряхнула головой. — О чем это ты?

— О его нетерпимости к другим. Точнее, к интересам других людей, которые он считает незначительными. Ну, предположим, нравятся мне модные наряды, я люблю придумывать их и рисовать, воплощать свои мечты в реальность. Тебе кажется мое увлечение плохим?

— Нет, конечно… даже интересно.

— Тогда почему Ройс не устает постоянно тыкать меня носом в мою никчемность?

— Хм… — Девушка окинула Фелону задумчивым взглядом. — А не такая уж ты и дура…

— А кто решил, что я дура? Вы же все и решили. Потому, что я говорила только о том, что интересно мне. А Ройс взялся еще и активно демонстрировать мою ничтожность.

— М-да… даже не знаю, что сказать… Я и сама ведь так же думала…

— Но ты хоть не высказывалась обо мне в таком духе.

Мелисса растерянно почесала затылок.

— М-да… Наверное, просить прощения глупо. Но, знаешь, не сердись на него. Ройс не всегда был таким. С детства шило в одном месте. Он постоянно был генератором наших проделок, а мы только следовали за ним. Но его шалости никогда не были злыми и не задевали других людей. Он изменился после гибели сестры. Признаться, я даже боялась, что он и не оправится, но вроде бы пережил. А когда узнал, что в связи с произошедшими убийствами приезжает Призванная, он словно с цепи сорвался. Конечно, Ройс не врет, когда говорит, что его цель — защитить одноклассниц, но главное, он хочет привлечь внимание Призванной, заинтересовать ее и убедить помочь в поисках убийцы сестры.

— Он полагает, что ей это нужно? Нужно, чтобы кто-то что-то ей доказывал?

Мелисса беспомощно пожала плечами.

— А ты думаешь, он кого-то слушает? Если он что-то вбил себе в голову… Вот и пытается отыскать этого маньяка, убивающего девушек, и попросить Призванную о помощи. Но не получается. Я ж его с детства знаю. Пусть он выглядит уверенным и деятельным, но именно поэтому я вижу, — он не знает, что делать, растерян и оттого еще больше злится. И все, кто, по его мнению, не помогает ему, кто не разделяет его интересов, а имеет собственные, тем более такие, которые он считает ерундой, недостойны его внимания. Если ты оставишь это дело, он уже через пять минут о тебе забудет. Ты для него перестанешь существовать… — Мелисса вдруг замолчала и уставилась на Фелону. — Постой, ты ведь именно поэтому и участвуешь во всем этом?

— Не то чтобы поэтому, — пробормотала Фелона, довольная, что в сумерках не видно ее лица. — Вы просто удачно подвернулись.

— В каком это смысле — «удачно подвернулись»?

— А? О, не обращай внимания… А вот, кстати, и наши доблестные разведчики возвращаются.

Фелона соскочила с бочки и двинулась навстречу приятелям.

— Все тихо, — сообщил Торен, пока Ройс что-то высматривал на улице. — Охранника тоже видели — он обходил территорию, а после отправился к себе в домик. Лучше выдвинуться сейчас, пока он там. Когда следующий обход, мы не знаем, не хотелось бы нарваться.

Ройс согласно кивнул и добавил:

— В лицее света мы нигде не видели, не думаю, что там кто-то есть.

— Тогда идем, — вздохнула Мелисса. — Ох и не нравится мне все это! Если нас поймают…

— Мы можем сходить вдвоем с Тореном, — буркнул в ответ Ройс.

На территорию лицея пришлось перебираться через забор, поскольку ворота были заперты, а местность вокруг них хорошо освещалась. Впрочем, никто и не расстроился. Судя по всему, у этой троицы был не один способ тайного проникновения во двор родного заведения, один из которых они и показывали сейчас Фелоне. Забраться по наклоненному стволу дерева на какой-то сарай, пройти по крыше, подпрыгнуть и схватить нависающую над оградой ветку, раскачаться и спрыгнуть на какую-то груду мусора.

Фелона озадаченно покосилась на ветку, на свое платье, потом на подозрительную груду на другой стороне забора и возмущенно уставилась на Ройса.

— Неужели в таком длинном заборе нет ни одной дыры? Обязательно совершать акробатические трюки?

Ройс злорадно улыбнулся.

— Ну, если для вас, госпожа, пройти здесь слишком затруднительно, то можете подождать нас снаружи. Никто силой вас за нами не тащил.

Сказал так, что даже последнему тупице стало бы ясно, что выбрал он этот путь вовсе не случайно. Мелисса укоризненно покосилась на друга, но тот не обратил на нее никакого внимания. А Фелона уперла руки в бока, нахмурилась.

— Вот как, да? Ну ладно! — Резко развернулась и зашагала прочь.

— Эй, Ройс, может, вернем ее и переберемся в другом месте? — неуверенно поинтересовался Торен. — Нехорошо так делать… она же нам помогать пришла, а мы…

— Много от нее помощи! Если не хочешь идти, можешь бежать за нею следом.

— Ты совсем с ума сошел, — буркнула Мелисса, но за друзьями все же полезла. Все-таки каким бы Ройс ни был придурком, но они вместе пуд соли съели, и бросать его она не собиралась.

Груда у забора оказалась прелыми листьями, очевидно сметенными подальше от глаз и забытыми. Ребята провалились в них по колени и извозились в грязи, пока выбирались. Мелисса остервенело трясла руками, пытаясь стряхнуть с них ошметки гнили. При этом она так смотрела на Ройса, что тот счел за лучшее отойти подальше и воздержаться от замечаний. Сообразил, что если скажет сейчас хоть слово, то его будут бить, и бить больно. Мелисса достала из кармана два платка, один демонстративно отдала Торену, а вторым принялась яростно очищать платье.

Ройс для проформы пошарил по карманам, ничего подходящего не нашел и вынужден был чиститься руками, а потом уже их оттирать травой. Ко входу в лицей все трое подошли в мрачном молчании. И настроение их ничуть не улучшилось, когда там их встретила Фелона, чистая и аккуратная.

— Куда вы пропали? Я уже устала вас ждать. И чего это вы такие грязные? И этот запах…

— Как ты здесь оказалась? — удивилась Мелисса.

— Как? В калитку вошла. Я еще днем, когда мы уходили, заметила, что там замок сломан.

Мелисса медленно повернулась к Ройсу, вокруг нее ощутимо повеяло жаждой убийства.

— Ройсик…

— Эй-эй, ты чего, Лисси? — Ройс попятился. — Откуда же я знал, что там замок сломан? Да и светло…

— Но ведь вечером никого нет вокруг. Кто смотреть будет? — наивно поинтересовалась Фелона.

— А почему ты не сказала об этом нам? — попытался спастись Ройс переводом стрелок.

— Я хотела, но ты ведь сам заявил, что я ничего толкового предложить не могу, и велел не мешать вам. Я думала, вы знаете, что делать… я ведь только недавно приехала.

— Прибить тебя мало, — успокоилась Мелисса. — Но когда мы уйдем отсюда, я с тобой еще поговорю. А нам лучше поскорее попасть в здание, пока охранник у себя.

Ройс торопливо подошел к двери и достал связку ключей.

— Откуда они у тебя? — заинтересовался Торен.

— Посоветовался с одним человеком, — отозвался Ройс, пытаясь в связке найти нужный. — Вчера пробрался на вахту и сделал слепки со всех ключей. А эти… за три часа смастерили по слепкам.

— Интересные у тебя знакомства, — проронила Фелона. — Познакомился, наверное, когда убийцу сестры искал?

— Слушай, ты… — вскинулся было Ройс, но наткнулся на общие многообещающие взгляды Торена и Мелиссы и затих. — Да.

Наконец нужный ключ нашелся, и дверь открылась. Ребята проскользнули внутрь, аккуратно закрыв за собой дверь.

Глава 5

Некоторое время царила тишина.

— Ну… у кого какие умные идеи будут? — спросила Мелисса. — Ройс, кажется, ты планировал наш поход?

— Эм… может, свет включим? — предложение глупое, и все понимали это.

— Угу, чтобы все вокруг точно знали, что кто-то ночью пробрался в лицей. А если охранник примет нас за убийц, может сначала мечом шарахнуть, а потом уж выяснит, кого прибил.

— Так что? Возвращаемся? — В голосе Торена отчетливо послышались тоскливые нотки.

В этот миг вдруг раздался стук чего-то о дверь.

— Что? Кто? — Ройс заозирался.

— Не обращайте внимания, — пробормотала Фелона. — Это я головой о дверь бьюсь. — Скажите мне, гениальные воры-домушники, вы когда собирались ночью проникать в лицей, догадывались, что будет темно? И что свет зажигать нельзя из-за охранника?

— Если ты такая умная, то, может, предусмотрела что-то? — ядовито поинтересовался Ройс.

Вместо ответа в руках Фелоны вдруг вспыхнул огненный камень, который она тут же положила в небольшой фонарик, дающий узкий, но яркий луч света.

— Огонь-камень, — прошептала Мелисса, завороженно глядя на фонарик. — Дорогой.

— Дорогой, — кивнула Фелона, убирая огниво в сумку. На эту сумку все обратили внимание, еще когда Фелона садилась в карету, но никто и не догадывался, какие сокровища в ней скрывались: например этот фонарик. Интересно, что там еще имеется? Но спрашивать никто не рискнул, не до того сейчас.

— Никак не понимаю, как он может гореть и ничего не сжигать, только руки чуть припекает… — пробормотала девушка, светя фонариком, чтобы осмотреться. — Впрочем, не важно. Я про такой фонарь в одной книжке читала и подумала, что нам такая штуковина точно пригодится.

Ройс озадаченно уставился на Фелону. В глазах Мелиссы и Торена появилось уважение.

Мелисса локтем толкнула Ройса:

— Челюсть не урони, разведчик.

— Вы тоже не подумали о фонаре…

— Ну да. А вот она, помешанная на моде, не знающая ничего, кроме тряпок, подумала.

Ройс засопел, покосился на Фелону, нахмурился. Ему явно не нравилось, что его так ткнули носом в собственную глупость. Он стерпел бы такое от друзей, но от этой… этой…

Фелона поняла, что на уме у парня и, не дожидаясь, когда он что-то скажет, вышла вперед, указывая дорогу остальным. Ребята прошли по длинному коридору, поднялись на второй этаж и направились к правому крылу. Наконец, остановились перед дверью в кабинет директора.

— Ключи, надеюсь, есть или будем ломать? — насмешливо поинтересовалась Фелона.

Ройс без слов оттеснил ее в сторону и достал свою связку. Фелона направила луч фонаря на замок. Юноша замер, потом чуть заметно кивнул и стал подбирать ключ. Как обычно бывает по закону подлости — подошел последний. Ребята торопливо вошли, закрыли дверь. Неожиданно для всех Фелона быстро прошлась вдоль стен и, ловко орудуя запальником, зажгла газовые рожки.

— Эй! — возмущенно повернулся к ней Ройс. — Ты что творишь?!

— Да расслабься ты, вор-домушник, — помахала ему Фелона. — Вспомни, куда выходят окна этого кабинета — на озеро. К тому же само окно расположено на торце здания, и увидеть его можно только с противоположного берега, но он обрывистый, не очень-то подойдешь.

Все трое зависли, разглядывая Фелону, словно какое-то чудо света.

— Э-э-э… — Торен озадаченно покачал головой. — А откуда ты знаешь, куда выходит окно и откуда его видно?

— Так я же была в этом кабинете и смотрела в окно. А когда вы сюда собрались, обошла здание вокруг и посмотрела, где оно расположено. Там такие заросли кустов, что никто не ходит. А с дорожек окна не видно.

— Э… девушка, ты случайно не занималась… гм… в квартиры чужие не лазила? — не очень уверенно поинтересовалась Мелисса.

Фелона фыркнула, отвернулась и огляделась вокруг.

— Чем дурацкие вопросы задавать, лучше давайте займемся тем, ради чего сюда пришли… А лазить по чужим квартирам мне иногда нравится.

Под растерянными взглядами ребят Фелона медленно прошлась по кабинету. Заглянула под стол, выдвинула ящики и аккуратно осмотрела их содержимое. Не выдержала, наконец, и обернулась.

— Ну и долго вы будете на меня пялиться? Это вы меня сюда притащили, а не я вас.

— Я начинаю сомневаться в том, кто кого притащил, — пробурчал Ройс, потом тряхнул головой и занялся делом. — Так, раз уж Фелона исследует стол, пусть продолжает. Торен, тебе шкаф для одежды у двери. Мелисса, за тобой левая стена, а я загляну в книжные шкафы.

— Только если берете или передвигаете какие-нибудь, вещи, сразу же возвращайте их на место, и желательно класть их так же, как лежали до этого, — добавила Фелона, не оборачиваясь, — ее что-то заинтересовало в нижнем ящике стола. Под общими взглядами, которые, впрочем, она не заметила, покопалась у себя в сумке, достала ручку и подцепила ею какую-то вещицу, похожую на матерчатый браслет. — Хм… интересные вещи директор носит.

— Это… — вдруг хрипло выдавил Ройс.

— Что? — повернулась к нему Фелона.

— Эту штуковину я видел у Релоны в тот день, когда ее убили.

Фелона выпрямилась и поднесла трофей к свету. Внимательно изучила. Необычная, странная ткань, переливающаяся на свету.

— Ага. И кровь на внутренней стороне.

Мелисса побледнела и испуганно зажала рот ладонью. Торен нахмурился.

— Неужели директор…

— Кажется, мы не закончили. — Фелона аккуратно опустила браслет на стол и убрала ручку. — Улику не трогать, смотрим дальше, может, еще что найдем.

На этот раз никто ничего высказывать не стал, даже Ройс не спорил. Все разбрелись по своим местам и продолжили осмотр. Ребята вели себя так, будто кто-то забрал у них разом всю энергию. Видимо, до них дошло, что все происходящее вовсе не игра. Только Фелоне, казалось, находка придала сил, и она с энтузиазмом что-то искала в застекленных шкафах. Замерла на миг, потом ухватила за руку Ройса и потащила его к двери в кабинет. Тот озадаченно покосился на нее, но, странно даже, ничего не спросил.

— Встань тут и внимательно оглядись, постарайся найти еще какие-нибудь вещи, которые могли принадлежать одной из убитых девушек.

— Э-э…

— И не сходи с места. От двери смотри, что-то точно должно быть. Как только найдешь, скажешь. — Она отскочила обратно к столу и снова зарылась в ящики. Потом рассмотрела чернильницу на столе.

Мелисса отошла к двери, встала рядом с Ройсом и принялась наблюдать за Фелоной, которая вот уже в который раз за сегодняшний вечер сумела поразить ее. Причем настолько, что даже цель их сегодняшнего проникновения в лицей отошла на второй план. Впрочем, справедливости ради надо сказать, что ее цель отличалась от целей Ройса или Торена — она пришла сюда уберечь эту парочку от неприятностей: в их компании она была голосом разума. Однако сейчас все внимание Мелиссы сосредоточилось на Фелоне.

А та присела на директорское кресло, достала из сумки клочок ткани, который попросила отрезать у себя дома, расстелила на столе и попыталась директорской ручкой что-то на нем написать. Нахмурилась и повторила попытку. Заинтересованная Мелисса подошла и посмотрела, как чернила расплываются по водонепроницаемой ткани. Фелона вздохнула, дотянулась до пресс-папье и попыталась промокнуть их, после чего линии окончательно потеряли четкость, а в некоторых местах и вообще исчезли, перейдя на промокашку. Фелона провела по ткани пальцем, изучила собранные на него чернила и снова вздохнула.

— Занятно, — пробормотала она. Подумала, сунула кусок ткани обратно в сумку и вернулась к осмотру кабинета.

— Вот это, кажется, принадлежало Вире Котс… первой погибшей, — убито произнес Торен, показывая заколку для волос с небольшим сапфиром. — А когда все вокруг заинтересованно уставились на него, неуверенно пояснил: — Ее Вире кто-то подарил. Я видел эту безделушку на ней в коридоре. Меня тогда еще удивило, вроде бы Котс ни с кем особо не дружила, потому и запомнил.

— Понятно, — заинтересовалась Фелона, подходя ближе и рассматривая украшение. — Бронза и сапфир… не очень хорошего качества. Такая штука стоит… дежа три, не больше. Дешевка.

— Может, для тебя и дешевка, но это явно подарок.

— Я ничего и не говорю, — миролюбиво отозвалась Фелона, продолжая разглядывать заколку. — Я просто пытаюсь ее оценить. Одно точно: директору она принадлежать не может… у него нет дочерей? Только сын, но он взрослый и давно живет на другом острове… Внучек у директора тоже нет.

— Эй… А откуда ты знаешь? — удивился Торен.

— У отца спросила, — отмахнулась Фелона, после чего забрала украшение и положила рядом с браслетом, после чего развернулась к Ройсу, дисциплинированно оставшемуся у двери. Вот как на человека повлияло удивление, что все команды исполняет от и до. Девушка хмыкнула. — Эй, страж двери, ты эту заколку не видел?

— Нет. Я не уследил, где ее Торен отыскал, в другую сторону смотрел.

— Гм… Торен, где ты нашел эту заколку?

— Вон в том шкафу, за вазой. Пришлось на стул лезть.

— Ага. Понятно… Ладно, то место позже осмотрим, слишком неудобно, и Ройс действительно от двери не смог бы там ничего увидеть. Ройс, ау, ничего не высмотрел?

— Да что я отсюда должен высмотреть? — возмутился, наконец, юноша.

— Что-нибудь. Какую-нибудь вещь подозрительную, что-то лежащее не так. Сделай два шага вперед и встань перед столом, еще раз все осмотри внимательно.

Ройс послушно сделал два шага, замер и осмотрелся. За ним внимательно наблюдали три пары глаз. Юноша покосился на Фелону, на всякий случай еще раз осмотрелся вокруг и покачал головой.

— Ничего необычного не вижу.

Фелона задумчиво кивнула.

— Ладно, возвращаемся к поискам. Только, наверное, мы больше ничего не найдем.

Как девушка и предсказала, больше ничего подозрительного обнаружено не было. Наконец энтузиазм пропал даже у Фелоны, она замерла в центре комнаты и задумчиво теребила локон на виске, переводя взгляд с одного предмета на другой, при этом ни тряпичный браслет, ни заколка для волос ее не интересовали.

— Торен, ну-ка, подними меня.

— Чего?

Фелона подошла к шкафу и приподнялась на цыпочки, пытаясь заглянуть за вазу.

— Подсади, говорю.

Озадаченный Торен подошел и снова замер. Фелона, не дождавшись помощи, сердито обернулась.

— Ну и чего ты мнешься, как красна девица? Не можешь приподнять, что ли? Или сил не хватает? Я же не поцеловать меня прошу.

Торен совсем растерялся и покраснел, покосился на Мелиссу.

— О господи, — простонала Фелона. — Что за нервный господин, который при попытке прикоснуться к девушке краснеет так, будто я что-то неприличное предлагаю.

К счастью, подошел Ройс, отодвинул совсем растерявшегося и пылающего друга в сторону, подхватил Фелону за талию и резко приподнял.

— Хм… а ты не безнадежен, красавчик, — промурлыкала она, наблюдая, как он покраснел, но не отпустил ее, после чего отвернулась и осмотрела полку. — Мелисса, дай мой фонарь, а то твоего приятеля просить боюсь, он как-то нервно на мои просьбы реагирует. Вдруг в обморок упадет? — Взяла протянутую ей вещь, не обращая внимания на гневный взгляд девушки, и посветила на полку, передвинула вазу и снова осмотрела.

— Кто-нибудь знает, когда в кабинетах убираются? Утром или вечером? Вечером, я ведь права? В конце рабочего дня.

— Верно… но…

— Ройс, прекрати обниматься, отпусти меня. А почему… Потому, что там пыли нет. Все чисто. И вытер ее не Торен своим рукавом. Конечно, ее могли смахнуть и утром, но там уж слишком чисто, словно убирались часа три-четыре назад, но никак не двенадцать.

— Почему?

— Ройсик… ну не хмурься, тебя же так Мелисса назвала… Мне нельзя, да? Эх, какая жалость! Потому, что сейчас лето и жарко. С закрытым окном душно, а если его открыть, сюда летит пыль с улицы. Если убрать ее утром, то за день нанесет новой, немного, но она будет, на свету я бы точно заметила, а тут, если посмотришь, нигде ни пылинки. Впрочем, это совершенно не важно. Если бы убирала я, я бы даже внимания не обратила на эту заколку. Лежит себе и лежит. М-да…

— Так что делать будем? Надо же сказать об этом кому-то? — пробормотала Мелисса, поглядывая на девичьи украшения, лежащие на столе.

— Что делать? Ну ведь отец Торена командует стражниками? — Фелона вздохнула. — Оставляем все как есть, уходим и сообщаем об увиденном отцу Торена.

— Эх, и влетит мне! — тоскливо протянул юноша.

— Хватит ныть! — одернула его Мелисса. — Это уже не шутки, ты понимаешь?

— Да понимаю я все… Идем.

Свет в комнате погасили, дверь аккуратно закрыли. Но Фелона не ушла, а стала рассматривать соседнюю дверь.

— Я видела, что оттуда выходил профессор Кардегайл. Что там?

— Его кабинет.

— Его кабинет? — удивилась девушка. — Мелисса, но вроде бы он не заместитель директора, а учитель, пусть даже имеет профессорское звание. Разве ему положен свой кабинет?

— Кардегайлу его дали из уважения, чтобы он мог там спокойно заниматься и читать. Все-таки он действительно знаменит, и для лицея очень большая удача, что он преподает здесь. Он один поднимает уровень учебного заведения. Отдельный кабинет такому человеку — не слишком большая цена.

— Ясно… Ройс, а у тебя есть ключ от этого кабинета? Давайте и его осмотрим.

Ройс нахмурился.

— Эй, а может, не нужно? — постаралась внести в происходящее хоть немного здравого смысла Мелисса, но Ройс, видно, уже заинтересовался предложением Фелоны, да и Торен не спорил. Ключ подобран — и вот они внутри. Здесь освещение было организовано с помощью огонь-камня, подвешенного под потолком, сразу и не достанешь.

Торен подтащил стул, забрался на него, зажег светильник, а потом хмуро глядел на Фелону, которая дергала за веревочку у двери, отчего перед камнем стали проскакивать искры. Так его и поджигали.

— Иногда нужно и голову использовать, — посоветовала девушка, впрочем, слова прозвучали совершенно не обидно, и Торен не стал возмущаться, признал, что поторопился со стулом.

— Интересно, сколько такой камень стоит? — спросила Мелисса.

— Скорее всего, нисколько, — ответил Ройс. — Я слышал, что такие камни профессору подарил Совет Магов за большой вклад в теорию магии.

Фелона тем временем обошла весь кабинет по кругу, читая названия книг в шкафах, иногда снимала с полки какую-нибудь, чем-то привлекшую ее внимание, пролистывала и ставила на место.

— Все по магии, — пробурчала она. — Теория, воздействие, печати.

— А ты что ожидала увидеть у того, кто разрабатывает теорию магии? — удивился Торен. Сам он увлеченно разглядывал странные фигурки на столе.

Фелона перехватила его взгляд и тоже подошла. Нахмурилась.

— Гм, а вот это действительно интересно. — Она взяла в руки десять совершенно одинаковых фигурок. — Неужто полная десятка?

— Полная десятка? — непонимающе переспросил Торен.

— Ошон, — кратко пояснила Фелона. — Видела я однажды полную имперскую десятку… Совет Магов ее чуть ли не с руками оторвал.

— Я знаю, что такое ошон, но откуда у профессора полная десятка? Это ведь жуткая редкость.

— Откуда, откуда? Почем я знаю? К тому же, возможно, я ошибаюсь, я же не маг. Просто эти фигурки очень похожи на те, что я видела раньше, только намного меньше. — Девушка вернула фигурки на стол и заглянула в ящик. Заинтересовалась чем-то и достала деревянный футляр, в котором оказался флакончик с тушью, стальные перья и украшенный резной держатель для них из слоновой кости.

Рядом остановилась Мелисса.

— Карабонитовая тушь, — вслух прочитала она название на флакончике, заглянув через плечо Фелоны. — Кстати, Фелона, этой тушью ты вполне смогла бы что-нибудь написать на твоем куске ткани. Это специальная тушь для рисования магических печатей. Она пишет практически на любой поверхности.

Заинтересованная Фелона немедленно достала тряпку, укрепила одно из перьев в держателе, макнула в тушь и провела ручкой по ткани. На ней остался четкий черный след. Помахав тканью, Фелона попыталась черту стереть. Сначала просто терла пальцем, потом взяла одну из промокашек из пачки на столе и терла ею. Намочила промокашку из кувшина с водой и снова попыталась стереть черту, затем поскребла. Наконец, ей удалось чуть-чуть стереть линию. На лице Фелоны отчетливо проступило разочарование, что сильно развеселило Мелиссу.

— А чего ты хотела? Вечную краску? Извини, но так не бывает. Эта тушь пишет почти везде, она устойчивей обычной, но все же не вечная, иначе второкурсники во время практических занятий не обновляли бы печати на магической арене раз в два месяца.

— Да уж, вижу. А ею точно везде можно писать?

— Почти. На грязном полу — бесполезно, как ты понимаешь.

— Как на том складе, где убили вторую девушку?

Мелисса нахмурилась, но ответила:

— Верно. Пол неровный, доски нестроганые… там только краской и писать, но при том мусоре, что валяется на полу, какая-нибудь черта в печати обязательно ляжет неправильно, а то и вообще разомкнется. Последствия такой магии могут быть самыми… непредсказуемыми. А ты все же думаешь, что там была магия? Забудь.

Фелона пожала плечами и убрала письменный набор обратно в стол, предварительно все аккуратно протерев.

— А бумага какая-нибудь специальная нужна для рисования печатей?

— Нет. Обычно маги покупают простые альбомы и чертят в них. Но если нужна магия сложная, то таких листов бывает мало, для этого и нужны арены, где пол идеально ровный и предназначенный для нанесения печатей. Как правило, рисуют мелом, чтобы можно было потом стереть и нанести новую печать, но иногда наносят стационарные печати, как, например, у нас в лицее. Они служат для защиты студентов от криворуких магов. Ну и чтобы погасить последствия. Такие печати ставятся и в лабораториях, где проводят опасные эксперименты. А ты что, в самом деле этого не знаешь?

Фелона неопределенно помахала рукой.

— Что-то слышала на уроках, что-то от знакомых. Меня эта тема мало интересовала.

— Ну да, ты больше интересовалась тряпками, — буркнул Ройс и, не обращая внимания на хмурые взгляды Мелиссы и Фелоны, поторопил всех: — Давайте побыстрее, уходим. И так время потеряли, а нам еще за отцом Торена ехать.

Вспомнив о находке в кабинете директора, все как-то сникли, потеряв весь исследовательский азарт. Первая из кабинета вышла Мелисса, за ней Торен. Последней его покинула Фелона, напоследок окинув помещение внимательным изучающим взглядом. Ройс торопливо запер дверь.

— Выходим и едем к Торену. Фелона, твоя карета уехала домой?

— Вот еще. А мне что, после этого похода ночью домой пешком добираться? Я кучеру велела ждать нас в том переулке, где он нас высадил, только отъехать подальше.

— Отлично. Тогда грузимся и вперед.

Из лицея выходили хоть и поспешно, но осторожно, не желая встречаться с охранником. Но едва они покинули территорию, Фелона остановилась.

— Будет лучше, если съездит один Торен, а нам не мешало бы остаться и понаблюдать, вдруг кто-нибудь еще захочет сюда проникнуть. Мало ли. Но одного тут не оставишь… всякое может случиться. К родителям Торена ехать постороннему в два часа ночи тоже не самая хорошая идея. Мелисса, езжай с Тореном, а мы тут с Ройсом понаблюдаем.

— Эй, а меня ты спросила? — возмутился Ройс.

Фелона пожала плечами.

— Если хочешь, езжай с Тореном ты, оставив поздней ночью в мрачном пустом переулке двух беззащитных девушек. Ну, или давай я поеду, тогда здесь останется Мелисса, твой друг детства, и если вдруг что случится и на вас кто-нибудь нападет, то она может пострадать. С другой стороны, я совершенно посторонний человек, который тебя еще и раздражает. Даже если меня убьют, — Фелона жалостливо всхлипнула, — ты только обрадуешься.

Мелисса подавилась смешком и поспешно отвернулась, зажимая себе рот.

— Иди ты! — рассердился Ройс. — Мелисса, Торен, давайте бегом в карету. Неужели я сейчас это скажу? Не верю… В общем, Фелона, как ни странно, права, оставлять здесь все без наблюдения нельзя. И, Торен, ничего опасного тут нет, мы будем наблюдать из переулка и, если что, успеем убежать, да и не заметят нас там со света.

Короткий спор закончился победой Ройса, и Торен с Мелиссой скрылись в переулке. Вскоре оттуда послышался стук копыт, и выехала карета, с выглядывающими из окон ребятами. Возница замер перед Фелоной, получил подтверждение приказа от нее и торопливо щелкнул кнутом, подгоняя коня.

Когда карета скрылась за поворотом дороги, Фелона устроилась около угла забора, ограждающего сад какого-то дома, и оттуда стала наблюдать за воротами лицея. Впрочем, было заметно, что ничего интересного она там обнаружить не надеется, а просто проводит время. Нагнулась, сорвала травинку, сунула ее себе в рот и принялась медитировать, перебрасывая из одного уголка губ в другой. Ройс некоторое время наблюдал за ней, потом решился подойти.

— Ты очень странная.

Девушка на миг замерла, потом медленно повернула в его сторону голову, изучила с ног до головы, пожала плечами и отвернулась.

— Ну и что? Кому это, кроме тебя, мешает?

Действительно, ну и что?

— Мне не мешает.

— Тогда чего цепляешься?

— Потому что я терпеть не могу ограниченных людей, которых не волнует ничего, кроме того, что интересует их.

Девушка снова повернулась к нему, но на этот раз в ее взгляде был интерес.

— Надо же, как самокритично. Не ожидала.

— Да я…

— Наверное, имел в виду меня? Задумайся над тем, что интересует тебя и что именно ты тащишь всех в разные неприятности. Мнение других тебя как-то мало колышет. Я хоть своих предпочтений никому не навязываю.

Ройс нахмурился, но все-таки задумался, не стал сразу говорить то, что хотелось. Наверное, не желал разрушать тишину ночи криками, да и охранник показался с той стороны ограды. Он подошел к калитке, осмотрелся вокруг и отправился обратно. Когда он исчез, возмущаться стало уже поздно. Подумав, Ройс благоразумно решил перевести тему.

— Что ты думаешь о директоре?

— Вау! Тебя интересует мое мнение?

— Фелона, прекрати. Я серьезно. Понял я, был неправ и ты умеешь думать.

— Тогда ничего не думаю. Какие причины у директора убивать девушек?

— Причины?

— Да, причины. Ему что, захотелось, и он взял и убил их?

— Но мы нашли вещи убитых у него…

— Я не говорю про вещи. Я говорю про мотив. Допустим, приедет сейчас стража, найдут эти вещи, привезут директора. А он заявит: знать ничего не знаю, дети пробрались в кабинет и подбросили.

— Э-э… — Ройс завис. О таком он явно не думал. — Нас четверо свидетелей.

— Ну вы трое известны всему острову своими проделками, а я вообще новенькая, которую вы втянули в свои проказы. Его слово против нашего.

— То есть все зря?

— Если об убийстве, то да. Ничего мы не докажем. Не мы, так кто другой подбросил, если мы сумеем доказать, что подбросили не мы. Впрочем, с этим проблем не будет.

— Правда? — Ройс встрепенулся.

— Правда. Шалости — это одно, а вот убийство — совсем другое. Я о том, что директор отопрется от этих вещей, и никто ничего не докажет. Ты вот видел, чтобы он держал их в руках? Нет. И никто не видел.

— Да это… что же делать?

— Что делать? Ждать стражу и доверить все тем, кому положено этим делом заниматься. А ты что, забрался ночью в лицей и вообразил себя великим сыщиком?

— Кем?

— А это новая должность так называется в том ведомстве в Моригате, что создается с подачи Призванной. Задача таких людей — поиск преступников. А мы, по сути, очень сильно всем помешали, поскольку нужно было, не поднимая шума, установить наблюдение за директором и поймать его, когда он попытался бы избавиться от улик.

Ройс озадаченно глянул на Фелону. Слишком уж трезвые суждения для нее. Да и опечаленной она не выглядит, как было бы, верь она в то, что говорит.

— Так еще не поздно…

— Поздно. Отец Торена наверняка, едва получив сообщение от сына, созовет всю стражу, прихватит старшего сына и примчится сюда. И, кстати, из-за нас в том числе, вдруг мы тут подвергаемся опасности. А когда о деле знает столько народа… к утру о произошедшем будет знать весь остров.

— Что-то ты не выглядишь расстроенной.

— А какой смысл расстраиваться? Что произошло, то произошло, и повлиять на это мы уже не можем. Зато весело.

— Ты ненормальная. Что может быть веселого в убийстве?

— В убийстве ничего. Не люблю убийц.

— Можно подумать, я их обожаю.

Фелона пожала плечами, выглянула из-за угла забора, оглядела окрестности, не обнаружив ничего, достойного внимания, отвернулась, прислонившись к ограде.

— Кажется, наш разговор зашел куда-то не туда, — вздохнула она. — Давай хоть сейчас не будем задевать друг друга.

Ройс пожал плечами, открыл рот, закрыл, хмыкнул, потом вдруг рассмеялся.

— Ты чего? — удивленно повернулась к нему девушка.

— Да вот, хотел поговорить с тобой, не задевая, и не знаю, о чем разговаривать.

Фелона задумалась и тоже рассмеялась.

— Да уж. Тоже ничего не могу придумать. Милый, ты не находишь, что мы просто созданы друг для друга? Выходи за меня замуж.

Ройс подавился, закашлялся и ошалело уставился на Фелону, потом до него дошло, и он согнулся от хохота.

— Ну ты и… м-да… Ты нам предлагаешь поменять пол?

— Поменять пол?

— Сама подумай, что ты мне предложила сделать. Выйти за тебя замуж.

Фелона задумалась и хлопнула себя по лбу.

— Вот ведь, вечно путаюсь. А что, маги могут менять пол?

— Ни разу о таком не слышал. А зачем?

— Ну-у-у… если бы меняли, ты бы мог выйти за меня…

Ройс покачал головой.

— Замолчи, а? Сейчас опять поругаемся.

— Ройс, твоя проблема в том, что ты слишком серьезно ко всему относишься и не можешь расслабиться. — Фелона вдруг замолчала, задумавшись. — Мелисса говорила, что до гибели сестры ты был другим…

— Ты ничего не знаешь!

— Кое-что слышала… узнавала после разговора с Мелиссой. Мне кажется, твоя проблема в том, что ты никак не смиришься с ее гибелью, и это напрягает тебя…

— Что ты можешь понимать?! Полагаешь себя умной?! А я не успокоюсь, пока не найду убийцу! Слышишь? Если надо, я буду молить Призванную помочь.

— Призванную, да? — Фелона отвернулась. — А имя ее ты так и не узнал…

— Какое отношение к делу имеет ее имя?

Фелона резко оттолкнулась от забора и прошагала мимо Ройса в сторону лицея. У поворота развернулась к нему.

— Ты прав, никакого. Ты не замечал, что тебе стали безразличны другие люди? В том числе и твои друзья. Ты зациклился на своей цели и общаешься с ними просто по привычке. У тебя замечательные друзья, ради тебя лезут туда, куда им лезть совсем не хочется. Или ты действительно думаешь, что Торену и Мелиссе интересно это твое расследование?

— При чем тут интерес?! Мы пытаемся помочь…

— Кому?

— Предотвратить еще одно убийство, и мы даже нашли убийцу!

— М-да… тяжелый случай. А ты не подумал, каково Мелиссе?

— Мелиссе? А при чем тут она?

— Ты правда такой тупой?

— Эй…

— Заткнись, Ройс! И послушай. Кто главный попечитель лицея?

— При чем тут это?

— Кто?

— Ну, отец Мелиссы, но при чем тут это? — повторил он.

— Слухи о директоре до тебя доходили?

— Что он подворовывает и стоит за тем обществом, которое помогает зарабатывать девушкам из небогатых семей?

— Разве убитые не из этого общества?

— Я все равно не понимаю…

— Ты и впрямь дурак? Как ты думаешь, почему директор Рекор все еще директор, несмотря на все слухи? Более того, в лицее никто особо и не скрывает, что именно директор организовал это общество. При желании найти доказательства — не проблема.

— Ты думаешь…

— Дошло, да? Сыщик доморощенный. По сути, Мелисса сейчас отправилась сдавать собственного отца, ибо, что обнаружит стража в доме у директора, не знает никто, но уверена, что там отыщутся улики, касающиеся этого общества, а также счета: кому, куда и сколько… Или, думаешь, такое можно организовать без серьезных покровителей?

— Но она же…

— Не знает? Я и говорю, дурак, ты даже не обратил внимания на то, как вела себя Мелисса, когда мы обнаружили улики. Она думает, что ее отец — соучастник убийств.

— Мелисса никогда не ладила со своим отцом! И всегда говорила, что когда ей исполнится пятнадцать и она станет совершеннолетней, то уедет в дом, который достался ей от матери.

— Это не отменит того, что она дочь своего отца.

— О боже… — Ройс со стоном опустился на землю. — Я… я даже не думал… не замечал…

— Понял, наконец? К счастью, у Мелиссы не один друг. Торен позаботится о ней. А ты… да делай что хочешь. Думаю, если хорошо попросишь Призванную, она тебе поможет, а там можешь гордиться — отомстил. Только как бы не стало хуже. Иногда предпочтительнее, чтобы правда осталась скрытой. Так лучше для всех. Но ты ведь упертый, для тебя чужие жизни и чувства не имеют значения, только твоя месть, твои желания.

— Неправда! Неправда…

— Неправда? «Какое значение имеет ее имя»? Ройс, а тебе не приходило в голову, что кому-то может быть неприятно, что его знают только по кличке?

— Но это… Я не…

— Не думал? О Мелиссе не думал, об имени человека, у которого собрался просить помощи, не думал. О чем ты вообще думал? Впрочем, не отвечай, я знаю, о чем.

— Если бы я знал про отца Мелиссы, я бы не стал…

— Впутываться в это? Охотно верю. А как же твои крики о том, что ты не допустишь новых убийств? Что ты затеял расследование, чтобы предотвратить новые смерти? О Мелиссе ты не думал, хотя, если бы обращал внимание на кого-нибудь, кроме себя, все бы сообразил, а сейчас ты уже готов оставить убийцу в покое, лишь бы не пострадали друзья. Хотя о чем я, ты не о друзьях думаешь, а опять же о себе. Тебя огорчает не то, что отец Мелиссы может оказаться замешанным в преступления, а что, задев Мелиссу, это ударит и по тебе. И тебе придется отвлекаться от благородной мести. А может, и не придется, тут ведь достаточно просто наплевать на чувства подруги и забыть о ней.

— Замолчи!

— Да пожалуйста, — Фелона пожала плечами, отвернулась и вышла из переулка.

Ройс немного постоял, опустив голову, а потом сорвался с места и бросился ее догонять.

— Я не такой! Слышишь! Не такой!

— Ты чего орешь? Кому ты сейчас и что пытаешься доказать? Не такой? Да ради бога. Я-то при чем? С каких пор мое мнение для тебя что-то значит?

— Действительно. — Ройс как-то разом успокоился. — Еще не хватало выслушивать всяких…

— Кого всяких? — прищурившись, поинтересовалась Фелона.

Ройс замер. При свете газовых фонарей, освещавших улицу у ворот лицея, выражение лица девушки было видно очень хорошо, и сейчас Ройс как-то вдруг понял, что она вовсе не та тихоня, помешанная на модных тряпках.

Неизвестно, каким образом Ройс выкрутился бы из этой ситуации, слишком уж он разозлился, чтобы извиняться, но недостаточно, чтобы продолжать зашедший так далеко спор, наплевав на последствия. К его счастью, на дороге послышался стук копыт, и тут же из-за деревьев выскочили несколько всадников, резко осадивших коней у остановившихся прямо посередине дороги ребят. Стражники моментально спешились. Быстрый осмотр убедил их, что с парочкой все в порядке, после чего они кинулись к воротам в лицей.

Ошеломленные Фелона и Ройс остались стоять, раскрыв рот и соображая, что сейчас произошло. А к воротам уже спешил охранник с ключами. На дороге показалась карета, за ней еще одна. Просто удивительно, как сумели они почти не отстать от всадников.

Из одной кареты выскочили Мелисса с Тореном, из другой вышел, по всей видимости, его отец и человек, которого вчера утром Фелона видела в лицее, Дарий — брат Торена.

Он с отцом подошел к ребятам, Леройс-старший при этом пристально оглядел всех четверых, задержав взгляд только на Фелоне. Та взгляд не отвела и так же внимательно смотрела на него. Сразу видно, солдат, крепкий, меч на поясе, именно меч, а не шпага, какие предпочитали носить аристократы. Одежда тоже простая, без всяких украшений, выдержанная в мягких тонах, в основном синего, серебряного и красного цветов. И шел он как военный, четко печатая шаг, при этом не забывая внимательно осматриваться вокруг.

До сегодняшнего дня Торен считал, что прямой взгляд отца неспособен выдержать никто, однако Фелону, подвергшуюся самому пристальному вниманию, казалось, это нисколько не заботит — ее разглядывают, она разглядывает в ответ. Наконец, эти разглядывания закончились, и отец Торена осмотрелся. О чем он сейчас думает, Торен догадаться не смог, но на Фелону посмотрел с откровенным уважением.

— В общих чертах я уже все знаю, — заговорил Леройс-старший, наконец. — А теперь хотелось бы услышать подробности. Ройс, к тебе домой я послал человека. Будить твоих родных он не станет, но сообщит слугам, где тебя искать утром. Чувствую, разговор у нас будет долгим. А пока давайте пройдем в лицей, полагаю, лучше разговаривать не на улице, а мои люди возьмут под охрану всю территорию.

Отец Торена нашел взглядом какого-то офицера и махнул рукой. Тот моментально оказался рядом и вытянулся.

— Лейтенант, тщательно осмотрите все вокруг и расставьте людей, в парк не должен проникнуть ни один посторонний. Еще людей поставьте у каждого входа в здание лицея. Когда закончите, возьмите пятерых самых сообразительных и идите к кабинету директора, будем осматривать его, а пока вы тут командуете, я побеседую с нашими героями.

Последнее слово в устах отца Торена прозвучало откровенной насмешкой. Трое друзей отвернулись, вздохнули и понуро поплелись в сторону лицея. Фелона опять-таки осталась абсолютно равнодушной к издевке, она словно и не заметила ее, с интересом наблюдая за суетой солдат, по приказу командира занимающих посты. При этом иногда на ее лице проскакивала улыбка, совершенно не соответствующая ситуации. Один раз она даже хмыкнула, глядя, как солдат ломанулся сквозь заросли, стремясь поскорее занять отведенное ему место.

— Что-то не так, госпожа Пр…

— Фелона, будем знакомы, — перебила его девушка. — А вы, как я полагаю, отец Торена… Прошу прощения, не имею чести знать ваше имя.

Мужчина нахмурился, потом, видимо, приняв какое-то решение, расслабился.

— Артер Леройс, как вы верно заметили, госпожа, отец Торена. А это мой старший сын, подающий надежды молодой маг Дарий.

Юноша шагнул вперед, склонил голову и аккуратно коснулся пальцев протянутой руки девушки.

— Очень приятно, госпожа, жаль, что утром я не знал вас так, как знаю сейчас.

Фраза прозвучала с каким-то непонятным для всех намеком, но размышлять было некогда. Заметив, что ребята остановились, Артер так глянул на них, что те припустились к лицею чуть ли не бегом. А вот Фелона осталась рядом с Артером Леройсом и Дарием, что-то им рассказывая по дороге. И, к удивлению Торена, иногда оборачивающегося, чтобы понаблюдать эту картинку, его отец и брат внимательно ее слушали.

Глава 6

Артер Леройс, Дарий, парочка солдат стражи и ребята разместились в комнате, рядом с кабинетом директора. Торен хотел что-то сказать, но отец остановил его, велев подождать, пока к ним присоединится еще один человек.

— Призванная? — вскинулся Ройс, за что был награжден крайне задумчивыми взглядами Артера и Дария.

— Нет, — наконец ответил Артер Леройс и снова отвернулся, наблюдая за дверью.

К общему удивлению, в кабинет вошел охранник лицея.

— Эй, его же директор принял! — воскликнул Ройс. — Вы уверены, что он не с ним?

— Уверен, — так же сухо отозвался Артер. — Я его рекомендовал — он мой человек. А что выглядит так непрезентабельно, то… — тут он посмотрел на Фелону, — некоторые вообще выглядят блондинкой с куриными мозгами.

— На что вы намекаете? — делано возмутилась Фелона и покрутила локон. — Вы что-то имеете против блондинок? Вас в юности отшила одна из них?

— Ах ты… — начал было возмущаться Артер, но тут же остановился и рассмеялся. — Ладно, будем считать — один-один.

— И почему все мужики так любят устраивать соревнования? — вздохнула Фелона и отвернулась, снова превратившись в девочку, которой все происходящее безразлично.

— Итак, я хочу услышать всю историю сначала. Торен, начинай ты, — заявил Артер.

— Но…

— Начинай. Если понадобится, потом остальные тебя поправят.

Торен покосился на Мелиссу, которая все это время просидела молчаливая и подавленная, но к рассказу приступил без пререканий. Ройс иногда встревал, давая свои пояснения.

— В общем, вы ночью тайком проникли в лицей, предварительно выкрав ключи, забрались в кабинет директора и все там обыскали? Я ничего не перепутал?

Торен испуганно переглянулся с Ройсом. Посмотреть на ситуацию с такой точки зрения он не догадался.

— Но мы же нашли там вещи убитых, — пробормотал он.

— А кто их туда положил? — вдруг спросила Фелона.

— В каком смысле? Это же кабинет директора. Кто еще может что-нибудь положить туда?

— Ха. — Фелона тихонько рассмеялась. — Значит, если я приду к тебе в гости, найду у тебя в комнате окровавленный нож, то тебя можно сразу арестовывать как маньяка?

— У меня нет в комнате окровавленного ножа!

— Так будет, — равнодушно пожала плечами девушка. — Уж окровавленный нож найти нетрудно. На скотобойне, например. И подложить я его смогу, пока ты мне экскурсию по дому устраиваешь.

— На что ты намекаешь?

— Я не намекаю. Я спрашиваю: почему директор убил девушек? Какая у него причина? Пока мы не узнаем причины, все эти найденные вещи ничего не стоят. А сам директор скажет примерно то же, что я сейчас.

— Я знаю, почему директор мог убить тех девушек, — вдруг заговорила Мелисса.

— Знаешь или догадываешься? — тут же повернулась к ней Фелона.

— Э-э… — Мелисса недоуменно взглянула на подругу. — Догадываюсь.

— Тогда молчи. Молчи, я сказала! Догадки без доказательств ничего не стоят, но человек, высказавший их, несет за них ответственность.

— Подождите, — вмешался Артер. — Госпожа… э-э… Фелона, почему вы не хотите, чтобы Мелисса высказала свои предположения?

— Как раз потому, что это всего лишь предположения. И они отвлекут нас от сути. Предположения надо строить на фактах, а не на догадках.

— Но…

— Я знаю, что она хочет сказать. Общество Амура, — отчеканила Фелона.

— Эм… — поперхнулся Артер и покосился на бледную Мелиссу. — Понятно. Но ведь, возможно, она права.

— Возможно. А может быть, и нет. Но, думаю, лучше поговорить с самим директором.

— Действительно, — поднялся Артер. — Я отправлю к нему несколько солдат, пусть его привезут сюда.

— Ночью? — поинтересовался кто-то из подчиненных Артера.

— А мы тут не шутки шутим! — неожиданно вспылил отец Торена. — Убийства девушек — общая беда! И чем скорее мы во всем разберемся, тем лучше. В том числе и для самого директора. А пока за ним едут, давайте повнимательнее посмотрим его кабинет. Ройс, ключи у тебя? Открывай.

В кабинете директора ничего не изменилось, вещи убитых все так же лежали на столе. Артер осмотрел их и кивнул Дарию, ожидающему у входа. Тот молча подошел, достал какой-то флакон и капнул из него на браслет и заколку, что-то прошептал, дождался, когда состав засветится.

— На них определенно кровь, — сообщил он, с удивлением глядя, как Фелона хлопнула себя ладонью по лбу.

— Ну вот вовек бы не сообразила, — пробормотала она. — Чья кровь?

— Эм… для этого нужно сравнить ее с кровью жертв.

— У вас она есть?

— Гм… трупы кремировали, как положено.

— Я слышала, что обычно мертвых хоронят.

— Не всегда. Но жертв магических действий обязательно сжигают… мы не были уверены, что над телами не производился какой-то обряд… рисковать никто не хотел.

— Вы же вроде заявили, что… а, ладно. Но хоть образцы крови вы сохранили? Как раз для таких случаев.

— Увы… нет.

Фелона снова хлопнула себя по лбу.

— А по крови родителей девушек можно сказать, чья она? Вроде бы родственная кровь должна быть похожа.

— Конечно! — теперь уже Дарий хлопнул себя по лбу. — Чары родства! Как я сам не сообразил.

— Вот и хорошо, — вмешался Артер. — Дарий, а днем едешь к родным девушек и… ну, сам понимаешь. Как только убедимся, что это кровь погибших… тогда уже можно будет и с директором серьезно поговорить.

Осмотр продолжался. Стражники, возможно, и не очень хорошо разбирались во всяких доказательствах, но обыскивать помещение умели. Распотрошили все шкафы, простучали стены. Писарь, устроившийся за столом, старательно заносил все найденные вещи в список с кратким описанием.

Глядя, как шустро парило над бумагой гусиное перо, Фелона даже позавидовала. У нее писать с такой скоростью не получалось даже стальным пером.

— Тут какие-то фамилии, — один из солдат продемонстрировал найденный листок.

Все склонились над ним.

— Это новенькие в обществе Амура, — отозвалась Мелисса и отвернулась.

— Гм… всего трое.

— Кажется, больше мы ничего не найдем, — заметила Фелона. — Вряд ли директор хранил здесь что-либо опасное для себя. Думаю, и список этот остался здесь только потому, что он еще не закончен и не полон. Искать надо у него в доме, а не здесь.

— Что ж, — поднялся Артер. — Тогда и посылать за ним никого не будем, сами поедем.

— Ларс! — к командиру подбежал мужчина, распоряжавшийся обыском. — Оставлю тебе троих офицеров в помощь и немного солдат. В лицей никого не впускать. Сами продолжайте обыск, может, еще что найдете, а я с остальными навещу уважаемого господина директора. — Слово «уважаемого» прозвучало в устах Артера как явная издевка. — А вот с вами что делать? — повернулся он к ребятам. — Заварили вы кашу.

— Мне кажется, — поспешно опередила всех Фелона, — что мы имеем право узнать окончание истории. Заслужили.

— Порку вы заслужили, — вздохнул Артер, но тут покосился на Фелону. — Кое-кто из вас, — уточнил он. — Ладно, кареты поданы, прошу.

Странная кавалькада мчалась в эту ночь по улицам единственного города острова Торей Моригатской республики — две кареты с эскортом из двенадцати солдат во главе с самим командующим Артером Леройсом.

Двигалась кавалькада достаточно лихо, чтобы разбудить некоторых людей, живущих вдоль центральной улицы. И нет ничего удивительного, что иногда вслед ей неслись ругательства разбуженных горожан.

Директор лицея Рекор Тинефс жил недалеко от моря на Аливейском холме, где располагались особняки зажиточных горожан. Потому здесь кавалькада чуть снизила скорость и к воротам дома директора подъехала уже совсем не спеша. Артер махнул солдатам, и те моментально перемахнули через забор. Стучать, похоже, никто не собирался. Залаяла собака, но лай немедленно сменился жалобным визгом. Вышедшая из кареты Фелона поморщилась и осуждающе посмотрела на Артера. Тот либо действительно не заметил ее взгляда, либо сделал вид, что не заметил. Дождался, когда солдаты откроют ворота, и махнул остальным. Всадники моментально заехали внутрь двора и помчались к дому, спешились у крыльца, вышибли дверь и ворвались внутрь дома.

— Все же вина директора еще не доказана, — проворчала Фелона, наблюдая за действием от ворот.

— Извинимся, если он окажется невиновным, — спокойно отозвался Артер.

Фелона покосилась на него, вздохнула и шагнула к лежащей у ворот собаке, присела рядом и осторожно коснулась ее.

— Жива, — с облегчением констатировала она. Рядом остановилась Мелисса и тоже присела.

— Бедненькая.

— Ладно-ладно, — раздраженно отозвался Артер. — Нечего меня винить! Позаботятся о собаке, позаботятся! Эй, рядовой! Отнеси ее к будке и займись ею!

Рядовой, попавшийся под руку командиру, явно не испытал положительных эмоций и сердито покосился на двух девушек, но спорить с начальством не решился. Поднял собаку и понес ее к видневшейся неподалеку конуре. Однако следующее происшествие заставило всех забыть о пострадавшем животном: из дома выскочил один из солдат и подбежал к Артеру.

— Господин командующий, дом пуст! В спальне разбросаны вещи, видно, что их собирали впопыхах. Кажется, господин Рекор сбежал!

— Что?! — Артер бросился к дому, ребята за ним, только Фелона осталась стоять раскрыв рот.

— Что?! — повторила она. — Как бежал? Когда успел сообразить? Вот гад!!!

Обернувшийся Ройс смог наблюдать забавную картину: главная блондинка класса с яростью пинала ствол первого подвернувшегося дерева.

В дом Фелона вошла, чуть прихрамывая, однако выглядела она, вопреки ожиданиям Ройса, не разгневанной, а скорее расстроенной, сильно расстроенной.

Ребят посадили в холле на диванчике и велели ни во что не вмешиваться, а стражники разошлись по всему дому, и вскоре до слуха ребят донеслись звуки обыска. Артер с Дарием занялись кабинетом. Фелона минуты две сидела задумавшись, потом встала и начала медленно прохаживаться по дому, заглядывая в каждую комнату. К общему удивлению, ее никто не останавливал, и даже отец Торена, столкнувшись с девушкой в коридоре, лишь посторонился, уступая дорогу. А Ройса, когда тот попытался повторить подвиг девушки, вернул на место первый же офицер с вежливой просьбой не путаться под ногами.

— А как же Фелона? — попытался было перевести стрелки Ройс, но это ни к чему не привело.

Офицер оглянулся.

— Она не мешает, — кратко пояснил он и занялся своими делами.

Фелона, совершенно не обратив внимания на этот разговор, уже остановилась у двери в спальню, внимательно что-то разглядывая. Торен и Ройс убедились, что офицер отошел, и сразу присоединились к ней. Мелисса осталась сидеть у входа, пытаясь что-то разглядеть в никому неведомой дали.

— Ничего себе! — присвистнул Торен, рассматривая царивший в спальне беспорядок.

— Интересно, а где были слуги, когда директор собирался? — поинтересовалась Фелона.

Пройдя в комнату, она выдвинула несколько ящиков шкафа, заглянула в одежный отсек.

— У господина Тинефса была только приходящая служанка. Сами видите, что дом у него не очень просторный, — пояснил подошедший Артер.

Фелона задумчиво кивнула. Домик действительно был маловат. Одноэтажный, четыре комнаты плюс ванная.

— Да уж… — девушка подошла к разобранной кровати и потрогала ее. Откинула одеяло, потом заглянула под матрас, под подушку. Хмыкнула и показала спрятанный там кинжал.

— Занятно, — растерялся Артер. Подошел, внимательно рассмотрел кинжал, взял его в руки и покрутил, примериваясь. — Занятно, — повторил он. — Не простое оружие. Боевой кинжал, такие делают, чтобы пробивать доспехи, да и на охоте он не лишний. Дарий! Посмотри, не осталось ли на нем следов крови!

Дарий моментально оказался рядом и снова повторил процедуру с капаньем чего-то там на лезвие. Растер, пошептал, потряс, снова пошептал и потряс. Нахмурился и повторил операцию. Покачал головой.

— Либо этим ножом кого-то убивали очень давно, либо его очищали магией.

— Либо им ничего не делали, — добавила Фелона. — Этот директор хоть умел с ним обращаться?

— Если не уметь, то такое оружие лучше не держать под рукой. Впрочем, даже не умеючи, с кинжалом…

— Так умел или нет?

Артер нехотя кивнул.

— В молодости Рекор Тинефс служил в страже. Копил деньги на поступление в университет.

— То есть он тоже не из обеспеченной семьи?

Артер поморщился.

— Ну какие могут быть тут обеспеченные семьи? Глухомань же. — Он покосился на сына и его друга. — Вот они и сдружились как раз потому, что наши семьи тут самые богатые. Золотая молодежь — так, кажется, говорят в столице.

— А чем занимается отец Мелиссы?

Артер нахмурился.

— А вот это…

— Вы же все понимаете?

— Отец! — вклинился Торен.

— Замолчи! — Артер нахмурился сильнее. — Он владеет территорией в порту и построил там склады. Сдает их в аренду купцам.

— Наверное, в деньгах он не очень нуждается?

— Я понимаю, на что вы намекаете, но Ларшен, может, и не совсем… не совсем…

— Моральный тип.

Артер зло глянул на девушку.

— Не совсем разборчив в средствах, когда дело касается денег, но он никогда не нарушает закон. Я его очень давно знаю. На убийство он не пойдет. Да и не нужно ему это.

— Общество Амура… Публичный дом в порту… это ведь он владеет им?

Артер быстро глянул в коридор, где сидела Мелисса, убедился, что она не слышит, и мрачно кивнул.

— А общество — всего лишь кузница кадров. Занятно…

— Замолчи, слышишь?! — прошипел рядом Торен. — Не смей ничего говорить о Мелиссе.

Фелона удивленно посмотрела на него, пожала плечами.

— Разве я говорю что-то о Мелиссе? Только о ее отце.

— Командующий! Посмотрите! Вот что было в тайнике в кабинете. За картиной спрятано.

К Артеру подбежал один из стражников и протянул три тетради. Фелона пристроилась рядом с командиром и стала читать у него через плечо. Артер прочел несколько строк, дернулся, глянул на Фелону, обреченно вздохнул и убирать тетрадь не стал, позволив смотреть ей, но вот от сына и Ройса твердо отстранился и даже наорал на них, чтобы не лезли под руку.

Просмотрели их бегло, но все было ясно и так.

— Полагаю, это и есть списки всего общества Амура и бухгалтерские книги, а также зарплатные ведомости девушек, — Фелона дернула себя за локон и тут же испуганно пригладила за макушку под удивленные взгляды окружающих. — Можно я посмотрю эти тетради получше?

Артер опять заколебался, потом сунул их ей и отвернулся.

— В любом случае это не имеет никакого отношения к убийству. Ларшен не мог в этом участвовать!

— Вы с ним с детства дружили? — Фелона неторопливо листала тетради.

— Да. Я был не совсем согласен с его методами получения прибыли, но… он никогда не нарушал закон. Ему нравится ходить по краю, но он ни разу этот край не пересек.

— Бывают такие люди, — кивнула Фелона. — Но знаете, как правило, очень часто такие люди заигрываются, вдруг обнаружив, что край они все-таки пересекли. И вот тогда, в панике, они способны на многое, чтобы замести следы и спрятать все улики. А еще мне не нравятся люди, зарабатывающие так, как это делает ваш друг.

— Разве есть что-то противозаконное в его деятельности? — удивился Артер.

— Я говорю не про законность, а про свое отношение к этому. А тетради я все-таки оставлю у себя.

Артер спорить не стал.

— Хотите посмотреть кабинет, где их обнаружили?

Фелона покачала головой.

— Нет. Все, что я хотела, уже увидела…

— Отец, я нашел орудие убийства! — в комнату влетел возбужденный Дарий, сжимая в руке чуть изогнутый нож с костяной рукояткой. — Реакция положительная! Именно этим ножом убили одну из девушек! Кровь совпадает с той, что на заколке!

— Ну вот и все, — вздохнул Артер. — Кажется, пора объявлять директора в розыск.

— Лучше подумайте о том, как он узнал, что пора бежать. Кто ему сообщил об этом? — буркнула Фелона. Глянула на враз побледневшего Артера, отвернулась и удалилась к друзьям.

Встретили они ее… напряженно. Даже Мелисса посматривала на Фелону озадаченно. Вдруг ее глаза расширились, было видно, с каким трудом она сдержала готовый сорваться крик. Отвернулась. А вот Торен выглядел сердитым и явно готов был многое высказать Фелоне, если бы его не сдерживало присутствие Мелиссы. Ройс же размышлял о чем-то весьма серьезном, но явно не о Фелоне. Судя по взгляду, брошенному на Мелиссу, именно о ней он и думал. Наконец первым решил прервать затянувшуюся паузу:

— Ты это… Лисси, не думай ничего плохого. Даже дядя Артер не верит в то, что твой отец участвовал в убийстве.

— Зато кое-кто, — Торен с откровенной злостью посмотрел на Фелону, — полагает иначе. К счастью, этот «кое-кто» ничего не решает.

Мелисса быстро глянула на Фелону, побледнела и снова отвернулась. Ни на поддержку Торена, ни на слова Ройса она никак не отреагировала.

Подошли Артер с Дарием.

— Вот что… — Артер Леройс слегка замялся, покосившись на Фелону, но закончил: — Пора бы вам по домам. Кажется, дело принимает серьезный оборот и может затянуться надолго.

— Вы совершенно правы, — первой поднялась Фелона. — Надо хоть немного поспать. Завтра, чувствую, будет очень сложный день для всех.

— Вот и хорошо. — Господин Леройс вздохнул с откровенным облегчением. — Я отдам распоряжение, и вас отвезут по домам в каретах.

— У меня своя, — отказалась Фелона. — И я могу подвезти Мелиссу.

— Подвезти Мелиссу? — нахмурился Леройс.

— Нет! — тут же закричал Торен. — Я и сам могу ее проводить!

— Торен, замолчи! — оборвал сына Леройс и пристально посмотрел на Фелону. — Хотите поговорить с Ларшеном?

— Зачем? — Фелона чуть улыбнулась. — Вы же говорили, что он ни при чем. Я вам верю. Я просто хочу помочь подруге добраться до дома. Моя карета намного удобнее ваших.

Артер Леройс хмуро глянул на девушку, но возразить ничего не мог.

— Хорошо.

— Отец!

— Торен! В карету, живо! Ройс, ты тоже иди, тебя доставят домой.

— Но, отец!

— Все в порядке, Торен, — вмешалась Мелисса. — Фелона, спасибо, я согласна поехать с тобой.

— Но Лисси…

— Торен, хватит, пожалуйста.

Торен бросил сердитый взгляд на Фелону, резко развернулся и вышел. Мелисса кивнула подруге, бросив «Я сейчас», и кинулась следом. Фелона, воспользовавшись тем, что ненадолго осталась наедине с Артером, поинтересовалась:

— Вы ведь сообщили отцу Мелиссы, куда едете? И о том, почему едете, сообщили?

Артер сжал кулаки, опустил голову. Потом глянул прямо в глаза девушке.

— Да. И отцу Ройса тоже. Я ведь должен был им сказать, где их дети и что волноваться не стоит. Какие бы ни были отношения между дочерью и отцом, но он переживает за нее.

— Вот и прекрасно, — согласилась с ним Фелона. — И теперь под подозрением и отец Мелиссы, и отец Ройса. Вы великолепно отвели от них подозрения.

— Я готов поклясться честью, что никто из них не участвовал в убийстве!

— А если вы ошибаетесь?

— Если ошибаюсь, я подам в отставку и пойду под суд вместе с ними.

— Хм… Вы ведь не шутите, да? Но лучше бы вы не создавали лишних проблем ни себе, ни своим друзьям, тогда и клясться не понадобилось бы. Да, и провожать меня не надо, занимайтесь домом. — Фелона резко развернулась и выскочила на улицу, где снова дала волю чувствам, пнув ограждения крыльца. Зашипела от боли и попрыгала в сторону кареты, у которой ее уже дожидалась удивленная поведением подруги Мелисса. Двух других карет не было, видно, парней все-таки заставили уехать, не дожидаясь, когда уедут Мелисса с Фелоной.

Прихромав к карете, Фелона присела на ступеньку и потерла ногу.

— Почему я вечно забываю, что стены и деревья намного прочнее моей ноги?

Мелисса против воли улыбнулась.

— Есть такое дело, госпожа Призванная.

Фелона вздохнула и поднялась.

— Сообразила, да? Хотя и неудивительно, странно, что твои приятели все еще не догадались.

— Полагаю, их головы забиты другим.

— Наверное. — Фелона встала. — Не хочешь прогуляться? Заодно и поговорим. Вижу, что хочешь пообщаться, а в карете не очень удобно. Не люблю я их, а пешочком в самый раз будет… горизонт светлеет, прохладненько…

— Да, самое время для заговоров и тайн, — хмуро согласилась Мелисса.

— Наивная, — улыбнулась Фелона. — Заговоры устраиваются днем, а ночью заговорщики встречаются только в плохих приключенческих книгах. И как, согласна?

— Я не против.

Фелона стянула парик блондинки и зашвырнула его в карету.

— Если бы ты знала, как он мне надоел! И ведь целый день мучиться приходится. Гарн, езжай потихоньку за нами.

Кучер на козлах кивнул, дождался, когда две девушки удалятся вперед на достаточное расстояние, и тронул вожжи.

— Что ж, — Фелона чуть повернулась к Мелиссе и протянула руку. — Раз уж многоуважаемый Ройс Реордан не соизволил узнать мое имя — Наталья Астахова, можно просто Наташа, будем знакомы.

Мелисса слабо улыбнулась и осторожно пожала протянутую руку.

— Мелисса Тирен, очень приятно, госпожа Наташа. А твои волосы не такие короткие, как я думала.

Фелона… теперь уже Наташа, потрепала макушку.

— Живя в Риме, поступай как римлянин, — непонятно произнесла она и тут же пояснила: — Достаточно того, что я всех шокирую своим брючным костюмом, короткие волосы — уже чересчур, поскольку к ним у вас такое отношение. Поэтому решила их отрастить, тем более в империю пригласили, неудобно все-таки. Хотя длинные волосы мне никогда не нравились, слишком сложно за ними ухаживать. Отращу сколько там положено по нормам приличия, чтоб шею закрывали, и ладно.

Сейчас темные волосы Наташи закрывали примерно половину шеи, и такая стрижка явно не отвечала нормам приличия. Мелисса к такой девушке точно не подошла бы без крайней на то необходимости. Но идущая рядом девушка была Призванной, и уже по этой причине ей многое прощалось.

— Понятно…

— Но ты ведь со мной не о стрижке хотела поговорить, верно?

— Ну да, — Мелисса замялась. — А как ты здесь оказалась? Вроде бы говорили, что ты приедешь на рейсовом корабле.

Фелона покосилась на девушку, но комментировать вопрос не стала.

— Имперский корвет подбросил. Слышали же, что он прибыл к вам в порт. Вот на нем и приехала. Меня в империю пригласили в связи с последним делом…

— Убийство посла?

— Оно самое, — кивнула Фелона. — А тут вызов от вашего мэра, а потом сообщение о предположении твоего приятеля по поводу разницы в неделю между убийствами.

— Значит, директор передал его слова?

— Передал. На самом деле, честно говоря, я не очень-то и верю в эту закономерность, слишком уж это… странно получится.

— Тогда почему все-таки приехала пораньше?

Фелона пожала плечами.

— Верю я или нет, но дело касается человеческой жизни. Имперцы удачно предложили помощь, если бы прибыл военный корабль республики, это у вас вызвало бы недоумение, а так обычный визит вежливости по дороге в империю никого не удивит. Правда, собираться мне пришлось наспех, даже вещи взять не успела, собственно, все мои вещи — только вот это платье на мне, еще два запасных, парик и из личной гигиены кое-что. Остальное уже покупали слуги здесь.

— А приглашение в империю?

— Послезавтра сюда зайдет имперская эскадра, она меня и заберет.

— С тремя платьями? — заинтересовалась Мелисса.

Фелона рассмеялась.

— И кто-то говорил, что я повернута на моде. Нет, конечно. У меня же друзья в Моригате остались. Альда, это моя подруга, пообещала собрать все в лучшем виде. Да и мама наверняка подберет все самое лучшее. — Уж ее я знаю.

— Мама?

— Я так называю госпожу Клонье. — Фелона чуть смутилась. — Моя мама умерла, когда мне было три года. Я ее и не помню уже. А когда я попала к вам сюда, госпожа Клонье заменила мне маму. Я даже и не заметила, как стала к ней так обращаться. — Фелона устремила печальный взор куда-то вдаль. Мелисса тактично отвернулась, но Фелона долго предаваться печали не стала. — А на Торее уже отец Торена помогал, особняк подобрал, договорился с владельцем, оформили подложную купчую на большую сумму.

— И он согласился? — удивилась Мелисса, вспоминая владельца поместья, точнее, известную его жадность. Особняк-то он долго продать не мог как раз из-за того, что цену заломил несусветную.

— Я ему разрешила использовать свое имя, — хихикнула Фелона. — Он всем будет говорить, что в его доме жила сама Призванная.

— О! — рассмеялась и Мелисса. — Тогда все понятно. А твой отец?

— Один из сотрудников создаваемой службы. Потому он дома так и мялся, если помнишь.

Мелисса согласно кивнула. Ее тогда поразило поведение «отца» Фелоны. Странно он вел себя по отношению к дочери, словно робел. Девушка так и сказала.

— Ну да. Он же меня и не знал совсем, а я сама Призванная! — Фелона пафосно подняла палец к небу. — К тому же реально он мне подчиняется, я вроде бы его начальница. Вот и не знал, как себя вести. Актер из него тот еще. А охранник лицея на самом деле мой телохранитель. Так что мы тут толпой бегаем.

— Только тайно, — снова улыбнулась Мелисса. — Кстати, зачем?

— Видишь ли… хоть я и не верю, что разница между убийствами в неделю — закономерность, скорее всего, это обусловлено другой причиной, но в жизни случается всякое. Если бы я появилась здесь открыто, то убийца с большой долей вероятности, если разница в неделю действительно ничего не значит, затаится, и тогда найти его станет очень трудно. А вот если он будет считать, что я приеду позже, то он расслабится и постарается что-то сделать до моего приезда.

— То есть ты стараешься его спровоцировать на убийство?!

— Спокойно, Мелисса, не кипятись. Я ведь для того и приехала раньше, чтобы наблюдать за всем. И да, я хочу его спровоцировать. Но выбор тут такой: либо провоцировать сейчас, пока я здесь, либо объявиться, заставив его затаиться, а потом уже ждать нового убийства, когда я покину Торей. Я ведь не могу здесь долго находиться — приглашение императора не принято игнорировать, и после прихода эскадры у меня останутся максимум сутки на все дела.

— Ты потому так огорчилась, что директор сбежал? Если бы его поймали, то все бы закончилось.

— Скорее я огорчилась собственной глупости, — призналась Фелона. — Я ведь хотела попросить стражу понаблюдать за домом директора, пока мы в лицее его кабинет осматриваем, но побоялась. Все-таки опытных в слежке людей в страже нет. Испугалась, что слежку заметят, и она встревожит убийцу. Думала, что до утра ничего не случится. Кто ж знал, что так все обернется?

— Понятно… А Ройса зачем дразнила?

— Я? А-а-а, ну да. Просто это так забавно, его дразнить. А в лоб дать за то, что Призванной называет, не могу.

— Э-э… что?

— Призванная, — Фелона передернулась. — Ненавижу эту кличку. В Моригате все знают, что я в лоб даю, если кто так обратится… да шучу я, шучу. Тебя тоже занятно дразнить.

— Да ну тебя, — обиделась Мелисса.

— Ладно-ладно, извини. Но кличку эту я и правда не люблю. Ройс мог бы и узнать мое имя, раз уж собрался о чем-то просить. Так что считай, что это моя месть ему за Призванную. Ну и потом надо было поддерживать образ блондинки. — Фелона вдруг остановилась и повернулась к Мелиссе, загородив ей дорогу. — Ну и долго ты еще будешь толочь воду в ступе?

— Э… что?

— Ты ведь не об этом решила поговорить со мной. Мелисса, я догадываюсь, о чем ты хочешь спросить, но, если ты не спросишь, я говорить не буду. Говори или садимся в карету и едем по домам.

Мелисса помолчала. Потом выдохнула и словно в омут бросилась:

— Ты думаешь, что мой отец замешан в этом? — И полный тревоги взгляд.

— Хм… как бы ты ни ругалась с отцом, но все же волнуешься.

Мелисса махнула рукой.

— Наташа! Ты же сама велела говорить.

Фелона вздохнула, покопалась в висящей через плечо сумке и достала тетради. Протянула их девушке.

— Это все, что касается общества Амура в лицее. Как я понимаю, директор занимался тем, что подыскивал… гм… кадры, для будущей работы в известных тебе заведениях твоего отца. У него ведь не один бордель в порту Торея? Можешь не отворачиваться, я просила навести справки, твой отец содержит несколько таких домов на разных островах республики, пусть и не центральных.

— Значит…

— Вот только дело в том, — перебила Мелиссу Фелона, — что все девушки в этом обществе старше пятнадцати лет, то есть по законам республики Моригата они совершеннолетние и имеют право сами принимать решения по поводу своей судьбы… м-да… дома я огорчалась, что у нас совершеннолетие наступает в восемнадцать. Сейчас, глядя на ваше общество Амура, я бы и у вас сделала так же. Надо подкинуть идею Мэкаллю. Впрочем, это все, — Фелона помахала рукой, — к делу не относится. Закон законом, мое отношение ко всему этому — только мое. А вот по закону ничего предосудительного ни директор, ни твой отец не делали. Насильно девушек никто в общество Амура не тащит, все сугубо добровольно, я поспрашивала некоторых, хотя и не думала, что директор так бы подставился. Зачем насилие, когда достаточно рекламы и красивых россказней? Но, подозреваю, у родителей девушек, которых туда завлекли, иное ко всему отношение, не просто же так директор спал с кинжалом под подушкой, а на окнах его дома очень крепкие ставни, во дворе собака.

— Были дела, — посмурнела Мелисса. — Однажды ночью пытались его дом поджечь. Он и директором оставался только из-за поддержки моего отца. Тогда мы с ним впервые поругались.

— А он тебе сказал, что действует исключительно в твоих интересах и заботится о твоем будущем?

— Откуда ты знаешь? — искренне изумилась Мелисса.

Фелона грустно улыбнулась.

— Все это так… обыденно. И о твоих подлинных интересах он, конечно, узнать не удосужился?

— Нет.

— Вот видишь. Хм… но ничего говорить не буду. Худшее в таких случаях, что можно сделать, — это влезть в эти дела постороннему. — Фелона задумалась. — Мелисса, извини, что заставила вспомнить об этом, но я сделала это не просто так. Артер Леройс совершил одну большую ошибку, когда сообщил твоему отцу и отцу Ройса о происходящем. И об этом знают слишком много людей, всем рты не заткнешь. Торей же небольшой остров. Думаю, уже к обеду все будут знать об этом случае. Виновен твой отец в убийствах или нет, никого волновать не будет. Не думаю, что родители девушек не знают, для кого старается директор лицея. Понимаешь?

Мелисса побледнела, но все же кивнула.

— Я так примерно и думала. Я пыталась переубедить отца, но он повторял как заведенный, что заботится обо мне и что ничего незаконного он не делает. — Девушка вдруг вспомнила о тетрадях, что дала ей Фелона, пролистала их без особого внимания, просто чтобы отвлечься от тяжелых мыслей. — Значит, ты думаешь, что мой отец не виноват в убийствах?

— Кинжал он не держал точно. Более того, думаю, что он даже и не подстрекал директора к убийству. Вот только если бы он не защищал директора и не поддерживал это общество…

Фраза осталась незаконченной, но было ясно, что имеется в виду. Мелисса убито протянула тетради Фелоне и побрела по дороге, даже не глядя перед собой. Фелона ругнулась про себя, поспешно убрала тетради в сумку и бросилась догонять девушку.

— Мелисса… все, что нас не убивает, делает нас сильнее… глупое утешение, но… Я сообщу утром Торену. Если ты ему действительно нравишься, он останется с тобой. Разве это не здорово? М-да… утешитель из меня тот еще.

Мелисса остановилась и повернулась к Фелоне. Слабо улыбнулась.

— Нет, что ты. Ты действительно подбодрила меня.

— Да? — недоверчивый взгляд.

— Честно. А сейчас, пожалуйста, отвези меня домой.

Фелона кивнула и махнула слуге на козлах. Он стегнул коней и подъехал к девушкам, дождался, когда они заберутся внутрь, и щелкнул кнутом, заставляя коней мчаться со всей возможной скоростью. У дома Мелиссы, когда девушка вышла из кареты, Наташа высунула голову из окна уже в парике.

— Мелисса, только мальчишкам не говори про меня! Ладно?

— Почему? — удивилась девушка.

— Убийца еще на свободе. Если узнает, кто я на самом деле, постарается либо убежать, либо спрятаться. А так потеряет бдительность, надеюсь.

— Ты думаешь, что будет еще один труп? Но… зачем теперь?

— Есть подозрение. А зачем… Когда поймаем убийцу, спросим.

— Глупость! Ему же нужно бежать.

— Мне кажется, что он не завершил все задуманное. Вот чувствую, что еще ничего не закончилось, потому и прошу.

— Ладно. Никому не скажу.

— Спасибо.

Наташа дождалась, когда подруга скроется в доме, и вернулась в карету.

— Домой, — попросила она слугу, а когда карета набрала ход, откинулась на спинку и задумалась. Совершенно непонятно, что делать. Убийца определен, но как теперь его ловить — вот в чем вопрос. Как же все осложнилось.

Когда карета подъехала к крыльцу, Наташа уже кое-что придумала. Вздохнула, коснулась шрама на груди и поморщилась. Опять лезть под нож, но… а кто иначе? Мелиссу отправить?

— Через полтора часа разбудите меня, — велела она своему «отцу» и легла в холле на диванчик, как была, в платье, только парик сняла. Полтора часа после такой ночки чертовски мало, но спать дольше слишком большая роскошь. Остается надеяться, что днем удастся еще часика два вздремнуть.

— Да, госпожа… — но ответа девушка уже не слышала — спала.

Глава 7

Этой ночью Ройсу выспаться так и не удалось. Вернувшись домой и выслушав все, что родители думают о нем, он честно пытался уснуть и даже вроде бы получилось, но уже через два часа он проснулся и больше уснуть не смог. В конце концов, он оделся и осторожно, стараясь никого в доме не разбудить, двинулся к выходу, где и был перехвачен старым слугой, уже давно служившим в доме.

— Господин, ваш отец опять будет недоволен.

— Господи, Лорс, ты меня напугал, — Ройс выпрямился. — Прошу тебя, не буди отца. Скажешь ему, что я ушел к Мелиссе. Ей нужна поддержка.

Слуга вздохнул.

— Хорошо, молодой господин. Я передам господину.

— Спасибо.

Ройс выскочил из дома и быстро зашагал в сторону ворот — вдруг отец в окно заметит. Спит сейчас, конечно, но кто знает.

Только покинув территорию поместья, он вздохнул с облегчением и быстрым шагом направился на Эвенскую площадь, где даже в этот час можно было нанять извозчика. Договорившись о цене, он устроился в пролетке и задумался, пытаясь разобраться в происходящем. Действительно, он виноват во всем, что влез в дело, его не касающееся? Но ведь действовал он из лучших побуждений!

Вдруг чуть в стороне от торговых рядов рынка, мимо которого сейчас проезжала пролетка, кое-что привлекло его внимание. В восемь утра торговля только начиналась, людей не очень много, поэтому он и заметил знакомую фигуру. Сначала даже не поверил, но, присмотревшись, поспешно вскочил и хлопнул извозчика по плечу:

— Стой! Остановись ненадолго!

Озадаченный извозчик дернул поводья, заставляя лошадь замереть на месте, оглянулся, но, увидев, что молодой господин разглядывает что-то в стороне рынка, пожал плечами и отвернулся — у богатых свои причуды.

Первым порывом Ройса было подойти, но тут же замер — слишком уж подозрительной выглядела встреча Фелоны, этой богатой дурочки-блондинки, с каким-то нищим босым мальчишкой в обносках, выглядевшим лет на двенадцать. Зная эту публику, Ройс недоумевал, что же заставило попрошайку так внимательно слушать то, что говорит ему Фелона. Она покопалась в сумке, достала оттуда два листка и протянула мальчишке, который их внимательно рассмотрел, а потом сунул себе за пазуху, что совсем не вызвало возражений девушки. Поговорив еще немного и ответив на какие-то вопросы нищего, девушка снова залезла в сумку и достала оттуда кошелек. Мальчишка тут же развязал его и высыпал на ладонь несколько монет. Блеснуло серебро, а Ройс чуть не задохнулся от удивления: судя по объему кошелька, сумма там солидная. За что же блондинка платит такие деньги нищему? Малец радостно подбросил кошелек, спрятал его туда же, куда и листы, потом уважительно кивнул девушке и моментально испарился. Только что стоял перед ней, а вот его уже нет, только грязные босые пятки сверкнули где-то в стороне торговых рядов.

Несколько секунд лихорадочных размышлений о дальнейших действиях привели к тому, что, ничего толком не решив, Ройс обнаружил себя. Да и трудно было бы не заметить одинокую пролетку, торчащую у края дороги рядом с рынком, в которой кто-то сидит и пялится на нее.

Фелона на миг нахмурилась, но тут же узнала пассажира и радостно улыбнулась.

— Нихао, Ройссан! — крикнула она еще издали и побежала в его сторону. Именно побежала.

— Что это было? — хмуро поинтересовался Ройс, пытаясь сообразить, как выкрутиться из неловкого положения.

— Что именно «это»?

— Что такое «нихао» и зачем ты исковеркала мое имя? Меня зовут Ройс, а не Ройссан.

— Темный ты человек, — ухмыльнулась Фелона и тут же забралась к нему в пролетку. — Ты куда ехал? К Мелиссе? Я с тобой.

— Эм-м-м…

— Спасибо, Ройс, я знала, что ты мне не откажешь. Поехали!

Кучер неуверенно посмотрел на растерянного молодого господина, пожал плечами и тронулся — пусть господа сами разбираются, его дело — пассажиров возить.

— Может, все-таки объяснишь, что ты тут делала?

— Вербовала гвардию Шерлока Холмса, что же еще? Удобная, кстати, идея.

Была бы рядом стена, Ройс, наверное, начал бы биться об нее головой. Покосился на Фелону и наткнулся на ехидную улыбочку.

— Рад, что у тебя есть настроение шутить, — буркнул он.

— А у тебя нет? Ну и зря. — Фелона вдруг чуть приподнялась и огляделась вокруг. — Ройс, посмотри, какая чудесная погода! Взгляни на эти сады! Неужели мир не прекрасен? Ты когда-нибудь встречал рассвет на берегу реки или моря?

— Чего?

— Я так и думала, — Фелона плюхнулась на место. — Приземленный ты человек.

— Слушай, ты… Ты хоть понимаешь, что у Мелиссы сейчас неприятности?

— Правда? — натурально удивилась Фелона. — Какие? Я думала, неприятности у директора лицея господина Рекора.

— Директор был… деловым партнером отца Мелиссы.

— Отец Мелиссы тоже директор лицея? — еще больше удивилась Фелона.

Ройс обреченно махнул рукой и отвернулся, не заметив ухмылку девушки. Весь оставшийся путь он молчал и даже ни разу не посмотрел в сторону Фелоны.

— Вот, увязалась, — буркнул он Мелиссе, которая встретила их у ворот, видно, ждала. Из двери дома выглядывал Торен.

Мелисса бросила быстрый взгляд на невозмутимую Фелону и тут же отвернулась. Ройс этот жест понял неправильно и согласно кивнул:

— Вот-вот, я так же отреагировал, но ее проще взять с собой, чем убедить, что в ее помощи никто не нуждается.

— И чем я заслужила такое пренебрежение с вашей стороны, господин Ройс? — хлюпнула носом Фелона, прижимая платок к глазам. — А ведь я так переживала за вас.

— Э-э… — Ничего нового, Ройс так же не мог переносить женских слез, как любой другой мужчина, и сейчас растерялся, да еще под убийственно осуждающим взглядом Торена, говорящим, что в слезах девушки виноват именно он.

— Я позабочусь о Фелоне, — каким-то неестественно спокойным голосом сообщила Мелисса, поспешно ухватила подругу за плечо и чуть ли не бегом потащила ее в дом. Только убедившись, что ребята их не видят и не слышат, Мелисса прислонилась к стене и все же не выдержала — рассмеялась.

— Наташа, что это сейчас было?

Наташа отняла от совершенно сухих глаз платок и посмотрела на него.

— Осваивала женскую технику влияния на мужчин. Мама говорит, что это всегда срабатывает. Надо же… а я не верила. Блин! Вот бы дома мне кто сказал о таком.

— Зачем?

— Спрашивает много, надо было отвлечь. Ну и подразнить его тоже хотелось.

— О! А ты часом в него не влюбилась, подруга?

— Чего?! — искренне возмутилась Наташа. — В этого самовлюбленного идиота?!

— О! — повторила Мелисса и снова улыбнулась. — Понятненько.

— И чего тебе понятно?! Нет, чего?

— А то, что ты бы не возмущалась так, если бы ничего к нему не испытывала. Признайся, ведь он тебе нравится.

— Самовлюбленный идиот, зацикленный на одной цели — поиске убийцы сестры.

— Эм… Наташа, наверное, не стоит касаться этой темы. Он очень хотел попросить тебя о помощи в поисках убийцы…

Наташа резко отвернулась.

— Потому и говорю, что он идиот, — буркнула она. — Если бы снял пелену с глаз, сам бы все понял.

— А? О чем ты? Хочешь сказать, что знаешь, кто убил его сестру? — Играть удивление Мелиссе не пришлось, так она была поражена.

Наташа пожала плечами.

— Я отыскала на рынке мальчишек, которые там вечно околачиваются, заплатила им немного, и они мне все рассказали.

— Рассказали, кто убил сестру Ройса?

— Нет, конечно. Рассказали достаточно, чтобы понять, что там произошло…

— Эй, вы там долго?

Мелисса с такой досадой посмотрела на вошедшего Торена, что тот даже попятился.

— Я просто хотел узнать, все ли у вас в порядке.

— Как только все будет в порядке, мы сразу придем! — Мелисса чуть ли не силой выставила Торена из комнаты и хлопнула дверью у него перед носом, но момент был упущен.

Наташа убрала платок и шагнула к двери.

— Он прав, Мелисса, мы только всех тревожим лишний раз. Пойдем, а об этом поговорим, когда будет поспокойнее и когда разберемся уже с этим вашим маньяком.

— И все-таки…

У двери Наташа обернулась.

— Почему все забыли, что вместе с телом сестры Ройса был обнаружен еще один труп?

— Совершенно в другом месте на берегу Острожного залива…

— Рядом с обломками рыбачьей лодки.

— Ну да. Тогда же шторм небольшой был. Скорее всего, он в него на лодке и попал, когда рыбачил.

— И?

— Что «и»?

— Ничего! Да только он никогда не был рыбаком, а служил клерком в отделении одного из банков? Мелисса, в том шторме не погиб больше никто, а рыбаки даже лов не прекратили. Только очень неумелый человек мог разбиться тогда на лодке.

— Хочешь сказать, что он и был убийцей? — удивилась Мелисса.

— Вот как раз и нет. Если ты не умеешь управлять лодкой, ты попытаешься куда-нибудь уплыть?

— Я поплыву на корабле.

— А если ты не можешь по какой-то причине купить билет и тебе очень надо покинуть остров?

— Тогда… тогда найму опытного человека, умеющего управлять лодкой.

— Ну вот. Теперь понятно?

Мелисса задумалась и честно попыталась разобраться.

— Нет, — наконец сдалась она.

— По какой причине именно в тот день этот человек не мог покинуть остров?

— Потому что искали убийцу…

— А убийцу знали в лицо? Как бы его выделили из толпы?

— Но ведь поиски были…

— Вот именно. Значит, знали, кого искать.

— Все равно ничего не понимаю, — вздохнула Мелисса.

— Ох, я ведь уже все чуть ли не открыто объяснила…

— Мелисса! Мелисса, где ты?!

— Отец, — прошептала девушка. — Нам пора идти, Ната…

— Фелона. Меня зовут Фелона, помнишь?

— А, конечно, прости. Идем, Фелона, потом расскажешь.

Вся семья Тиренов — Мелисса, ее отец Ларшен, мать Алмалия, а также гости — Ройс, Торен и Фелона — собрались в гостиной, разместившись в креслах вокруг невысокого стола. Фелона, когда слуга ввел их с Мелиссой в этот зал, сначала недоуменно огляделась, не понимая, что сейчас тут планируется, но послушно села в подставленное для нее слугой кресло. К счастью, долго гадать не пришлось, ибо почти тут же вошел еще один слуга и объявил:

— Господин Артер…

Ларшен раздраженным взмахом руки прервал слугу.

— Говорил же, без объявлений.

Не дожидаясь, чем кончится дело, в зал стремительным шагом вошел Артер Леройс, вежливо поклонился бледной Алмалии, кивнул Ларшену, покосился на Фелону и плюхнулся в последнее оставшееся свободным кресло.

— Артер, зарет тем покт…

— Дорогой! — возмущенно глянула на него жена. — Тут дети!

— Я уже знаю эти выражения, не волнуйся, мамочка.

Артер запнулся, посмотрел на ребят, явно желая выставить их вон, удержался только потому, что они были одними из главных действующих лиц в произошедших событиях.

— Так… Артер, можешь объяснить, что там в лицее произошло?

— Как я понял, наша неугомонная троица с присоединившейся к ним… новенькой, — только Фелона, наверное, заметила небольшую паузу перед «новенькой», — обнаружили в кабинете директора Тинефса вещи убитых девушек, после чего сообщили об этом мне. Я вызвал ближайших свободных солдат и отправился туда. Подтвердив их слова, мы поехали в дом директора, где выяснилось, что он собрал вещи и дал деру.

— Вот же с… — Ларшен поймал взгляд жены и сдержался, хотя явно хотел как следует отвести душу. — Такого я от него не ждал… А его не могли похитить? — Ларшен явно цеплялся за соломинку, слишком уж не хотелось ему верить в виновность директора лицея.

— Ты же видел его дом. Там ставни толщиной в два моих пальца, дверь вообще железом обита и засов. Рекор никому незнакомому ночью не открыл бы ее. А ставни в доме заперты изнутри и не сломаны, дверь тоже цела. — Артер снова покосился на Фелону. — Ларшен, хочу спросить… я знаю… но я должен этот вопрос задать, ты же понимаешь? Ты имеешь какое-то отношение к убийствам девушек?

— С ума сошел, Артер? — искренне возмутился Ларшен. — Да я этого подонка собственными руками придушу, как только поймаю!

— А за что? — вдруг поинтересовалась Фелона.

На нее посмотрели все, кроме Артера Леройса, который просто опустил голову.

— В каком смысле, за что? — поинтересовался Ларшен Тирен.

— Ну просто непонятно, — Фелона изобразила максимально глупую улыбку и похлопала ресницами. — За что вы на него сердитесь: за то, что убил девушек, или за то, что порушил ваш бизнес?

В зале воцарилась мертвая тишина, и только Артер продолжал сидеть опустив голову, а Мелисса даже одобрительно улыбнулась.

— Ты… — Ларшен явно пытался подобрать наиболее вежливые слова, чтобы сказать, что он думает о нахальной гостье.

Но не успел, Фелона все так же задумчиво продолжила:

— Я бы вот очень огорчилась, если бы мою дочь заманили в общество, подобное тому, что процветало в лицее. — Потом резко подняла взгляд на Ларшена. — Могла бы и убить… всех виновных в этом.

Взгляд девушки оказался настолько пронзительным и твердым, что Ларшен даже слегка отшатнулся испуганно, но тут же взял себя в руки.

— Никто их силой никуда не тащил!

— Как мать, меня бы это не остановило.

— Значит, надо было лучше воспитывать свою дочь, чтобы она знала, что можно делать, а что нет!

— Хм… дома нам говорили, что воспитывает не только дом, но и школа… лицей. А если самый главный человек в лицее начинает утверждать нечто иное, чем родители. Полагаете, у девушек пятнадцати лет есть шансы переспорить профессионального педагога, который умеет находить дорогу к сердцам? Интересно, сколько девушек теперь жалеют, что в свое время послушали такого милого и умного собеседника, как господин Рекор Тинефс? Знаете, я бы его четвертовала. А заодно и того, кто его покрывал.

Фелона резко встала и вышла, оставив всех сидеть с открытыми ртами. Даже Ларшен не нашелся что ответить. Мелисса вскочила и бросилась следом.

— Лисси!

Девушка остановилась у двери и обернулась к Торену.

— Знаешь, я бы очень хотела, чтобы нечто такое сказал бы ты! — и, уже не останавливаясь, вышла.

Фелону она нашла на крыльце, облокотившуюся на перила и рассматривающую розовые кусты на клумбе. Услышав шаги, обернулась, виновато улыбнулась.

— Извини, Мелисса, не сдержалась.

Мелисса пристроилась рядом, устремив взгляд куда-то вдаль.

— У меня не хватило смелости сказать такое отцу.

— Гм… Мелисса, можно личный вопрос?

— Вопрос от Призванной Наташи или от Фелоны? — Мелисса обернулась.

— Гм… скорее от Призванной Фелоны.

Мелисса слабо улыбнулась.

— Давай.

— Я слышала, что ты собираешься уехать из дома, когда тебе исполнится пятнадцать…

— Ройс… вечно не держит язык за зубами.

— Ага.

— Да, собираюсь. Через три месяца. Мне от мамы достался особняк на острове Ларне, туда и хочу уехать.

— От мамы?

— Понимаю, что ты хочешь сказать. Алмалия — моя мачеха. Они с отцом поженились год назад.

— И какие у вас с ней отношения?

Мелисса пожала плечами.

— Мы взаимно не замечаем друг друга. Думаю, она ждет не дождется, когда я уеду из дома, мне же она не мешает.

— А как мачеха относится к делам твоего отца?

— Ни разу не слышала, чтобы она его осуждала. К тому же… скоро у меня будет брат или сестра. Отец скрывает это, но я же не дура. Думаю, он поэтому не очень и возражает против моего отъезда из дома. Знаю, что он даже открыл на мое имя счет в банке.

— А как же Торен?

— А что Торен? Если действительно я ему нужна, поедет следом.

Наташа почесала затылок.

— Знаешь, у меня дома в пятнадцать лет девчонки над таким даже не задумываются еще. В куклы играют. Утрирую, конечно, люди разные.

Мелисса хмыкнула.

— А ты со многими девушками в лицее общалась, кроме меня? Я имею в виду действительно общалась, а не просто вопросы по делу задавала.

— М-да. Знаешь, когда я собиралась сюда, не думала, что отыщется столько скелетов в шкафах. Чего проще — отыскать убийцу и уехать? Интересно, что найдется у Леройсов?

— Вот как раз у них ты ничего не найдешь, — развеселилась Мелисса.

Фелона быстро глянула на Мелиссу, чуть грустно усмехнувшись, но промолчала, а подруга, к счастью, ничего не заметила и продолжила говорить:

— По словам отца, Артер с детства отличался болезненной честностью, обожал рыцарские романы и любил подражать их героям.

— Да уж. Я заметила, — хмыкнула Фелона, вспомнив его обещание уйти в отставку, если в убийстве окажется замешанным кто-то из его друзей. — А Торен?

— Ни разу не слышала, чтобы он хоть раз мне солгал… Другим бывало, а вот мне никогда.

— Тебе он очень нравится?

— О чем это вы тут говорите?

— Торен, как же ты не вовремя! — простонала Фелона.

— А ты вообще молчи! Устроила там, наговорила гадостей отцу Мелиссы и убежала!

— Торен, не обижай мою подругу!

— А… — Торен растерянно перевел взгляд с Фелоны на Мелиссу и обратно. — А когда это вы успели так подружиться?

— Да вот только что и подружились, — улыбнулась Мелисса.

Фелона вдруг резко выпрямилась и устремила взгляд в сторону ворот.

— Началось.

Ребята, встревоженные выражением ее лица, тоже обернулись — за оградой поместья стал собираться народ. Пока людей было еще немного, но все они с явной враждебностью посматривали в сторону дома Тиренов и что-то обсуждали между собой.

— Господин Ларшен невиновен в смерти девушек, — буркнул Торен.

— Я думаю, им, — Фелона махнула в сторону кучки людей у ворот, — на это глубоко плевать. Для них сейчас очень подходящий повод свести кое с кем счеты. Надо бы предупредить твоего отца, Торен, надеюсь, он не отпустил солдат далеко. Нам тут только самосуда не хватает… Хотя извини, Мелисса, я их понимаю.

— Я тоже, — слабо прошептала Мелисса.

Новость, принесенная ребятами, заставила взрослых нервно вздрогнуть, а Фелону Ларшен Тирен наградил таким взглядом, будто это она привела людей под ворота их дома.

— Я могу вызвать сюда солдат, — вздохнул Артер, — только лучше будет перейти в лицей, все равно мне туда нужно вернуться по делам. К тому же все равно он сегодня работать не будет. А охрана здесь, боюсь, только подогреет людей.

— Хорошая идея, — согласилась Фелона, словно ее спрашивали.

— Рад, что вам понравилось, госпожа, — буркнул Ларшен.

— А вот его, — тут же отреагировала Фелона, легким кивком головы указав на отца Мелиссы, — можно оставить здесь, пусть объяснит людям, что он действовал строго по закону, а родители девушек сами виноваты, что плохо воспитали детей. Может, и получится.

— А вы злая, — заметил Артер Леройс, первым нарушив воцарившуюся после слов девушки тишину.

— Еще какая, — согласилась с ним Фелона. — Но нам лучше поспешить, а то может достаться за компанию.

— Что достаться? — Это уже Ройс, не вовремя и не в тему. Ему даже отвечать не стали.

— А солдат я все-таки сюда пришлю, — пробормотал Артер. — И слуг защитят, и дом.

К счастью, народа у ворот собралось еще не очень много, и две кареты покинули двор почти без проблем. Их пытались остановить, но с Артером Леройсом приехали еще четверо стражников, которые уверенно оттеснили людей с дороги, давая возможность всем проехать. Будь толпа побольше, люди, может, и попробовали бы сопротивляться, но сейчас они просто стояли на обочине, посылая вслед каретам проклятья.

Единственный город Тирея, хоть и не очень крупный, даже по меркам Моригата, занимал обширную площадь из-за своей необычной планировки — его районы были разбросаны на больших пространствах. Бедняки и рабочие порта жили недалеко от складов. Дальше шел небольшой пролесок, за которым находились жилища рыбаков, у них даже были свои причалы, где они не мешали приходящим в порт грузовым кораблям, а те не мешали им. Дома богатых горожан находились на холме с обратной от порта стороны острова. Холм этот от остального города также отделяли обширные парковые и лесные насаждения. Между этими районами жили те, кто был богаче рабочих порта, но беднее элиты — средний класс: клерки банков, управляющие складами. В центре города находился рынок, за которым располагалось здание муниципалитета.

Так что кареты сейчас катили в одном из таких пролесков, отделяющих разные районы города, и приближались к лицею, располагавшемуся чуть в стороне от богатых районов, но не очень далеко. Так что долго ехать не пришлось, и вскоре кареты притормозили у ворот лицея. Стражники, узнав командующего, немедленно распахнули их, давая возможность проехать.

— Оповестите в городе, что сегодня занятия в лицее отменяются, но преподаватели должны прибыть! — бросил Артер одному из офицеров.

Тот поклонился и кинулся исполнять приказ.

Некоторые учителя, впрочем, уже были на месте, в основном те, кто привык появляться пораньше, как, например, профессор Кардегайл, сейчас растерянно стоявший рядом с еще двумя педагогами. Заметив прибывших, все трое заспешили к ним.

— Что здесь происходит, вы можете объяснить? — заговорил Кардегайл, остальные его молча поддержали, видно, доверили как самому уважаемому коллеге.

Фелона узнала преподавателя естественных наук и преподавателя математики. Ничем особо примечательным они ей не запомнились, но и плохого ничего сказать о них нельзя. Наташа Астахова сама могла бы многому научить математика, очень уж часто он допускал ошибки или порой придерживался каких-то странных теорий, пытаясь доказать гармонию алгеброй. В основном из-за этого преподаватель Аристарх Партий и слыл оригиналом. Сейчас он навострил уши и внимательно слушал.

— Все объясню, — пообещал Артер Леройс, — только давайте дождемся всех преподавателей, чтобы не повторяться. Заодно хочу задать вам кое-какие вопросы. А сейчас я вас прошу пройти в зал магии.

Зал магии имел форму амфитеатра. Возможно, не самая лучшая форма для разговора, но это единственный зал, который смог бы вместить большое количество народа — кроме преподавателей обещали прибыть еще и члены магистрата.

Пока солдаты провожали всех нужных людей в сторону лицея, Фелона отошла в сторону, отозвав Артера, и что-то ему объясняла. Тот слушал с весьма хмурым видом, но не спорил. Подошедшего Торена прогнал прочь, попросив Мелиссу присмотреть за слишком любопытным юношей. Неизвестно, кто больше удивился просьбе — Мелисса или Торен. Никогда до этого Леройс-старший не выказывал такого расположения девушке.

— О чем ты говорила с отцом? — тут же набросился на Фелону Торен, едва девушка вернулась к ним.

— Просила пустить и нас на собрание.

— И как?

— Пустил. Сказал, что мы главные свидетели.

Торен чувствовал, что его в чем-то обманывают, но ясно, что большего все равно не добиться, потому повернулся к Ройсу, безучастно наблюдавшему за суетой во дворе.

— А ты что скажешь?

— А что я должен сказать? Теперь, пока директора не поймают, никто не успокоится. Мелисса, извини, я совершенно не подумал, что все это может задеть тебя.

— Прекрати чушь нести, — буркнула девушка. — А если бы знал, не стал бы разоблачать убийцу?

Ройс растерянно замер, похоже, о таком не думал.

— Я не знаю, что делать теперь.

— Идти в зал магии, что же еще, — отозвалась Фелона и зашагала к лицею.

Переглянувшись, ребята бросились за ней. Вопреки ожиданиям их никто задерживать не стал, и они спокойно вошли внутрь лицея и так же спокойно дошагали до зала. Там Фелона заняла хоть и не первый ряд, но близко к нему. Вообще офицер стражи, распоряжающийся тут, рассаживал всех на одной стороне трибун, чтобы стоящий на арене смог видеть всех присутствующих.

Фелона немного поерзала, потом бросила сумочку на кресло, а сама спустилась на арену, где стала бродить, разглядывая начертанные магические печати на деревянном покрытии. Сами печати были выжжены каленым железом очень тщательно. Четко отмечалась каждая черточка. Присела, потерла линии пальцем.

Торен понаблюдал за ней, потом перевел взгляд на офицера, но обнаружил, что тот с таким же интересом смотрит за девушкой. Вмешиваться в ее действия он явно не собирался. А тут еще и Мелисса спустилась на арену.

Фелона отвлеклась от печатей.

— Знаешь… когда я попала сюда, я видела похожее, но там печать была нарисована мелом.

— Не важно, чем печать будет нарисована и где. Главное, чтобы линии были четкими и образовывали нужный узор. Линии — всего лишь проводники.

— Как печатная плата на электрической схеме, — покивала Фелона. Мелисса не поняла, но переспрашивать не стала. — То есть начертить схему я могу на любом материале?

— Печати общего употребления вообще чертят на бумаге. Недолговечно, но на несколько раз хватает.

— Я так и подумала, — кивнула Фелона и отправилась на место.

— Тебе это для чего-то нужно? — поинтересовалась Мелисса, догоняя ее.

— Нет. Просто подтвердила свои мысли. Заодно посмотрела, какие печати бывают. Очень сложный рисунок. Такой быстро не начертишь. Даже не за один день.

— А чего ты хочешь? Это же стационарная печать, разработанная, кстати, специально для учебных учреждений. Знаешь, какие из учеников маги? Они такое намагичить могут, что лицей разнесет. Вот эта печать в числе прочего обеспечивает и безопасность.

— Так серьезно? — удивилась Фелона.

— Ну не настолько, — призналась Мелисса. — Такое и у солидного мага не получится сотворить, но себе навредить могут запросто. Думаешь, почему магией не пользуются все подряд? Как раз из-за этого. Слишком уж она требовательна к точности. Ошибешься где — и поминай, как звали. Даже опытные маги ошибаются. Да и результат ее… недолговечен. Только ошон и позволяет сделать заклинания серьезными, но он…

— Да, про ошон я читала, — кивнула Фелона, задумавшись. — Магия ведь позволяет менять себя?

— Конечно, только кто рискнет себя менять? Хвост отрастить? Или рога?

— Ну рога у мужчин и без магии отрастают неплохо, а вот насчет хвоста подумать надо, — хихикнула Фелона.

— Не завидую я твоему будущему мужу, — улыбнулась Мелисса в ответ.

Последние две реплики мальчишки явно расслышали и теперь озадаченно разглядывали вернувшихся девушек, которые чинно уселись на кресла, благовоспитанно сложили руки на коленях и невозмутимо уставились на арену. Только легкое подрагивание губ Мелиссы выдавало, что она с трудом сдерживает смех.

— Лучше молчи, — заметил Ройс.

Торен глянул на него, на девушек, кивнул и отвернулся.

— Нас игнорируют, — отозвалась на это Фелона. — Даже обидно.

— И не говори.

Неизвестно, чем бы закончилась эта перепалка, но как раз в этот момент вошли еще пятеро преподавателей и Артер Леройс вместе с тройкой офицеров. Встав на арене недалеко от ребят, они затеяли жаркий спор на тему, сейчас все объяснить или позже, когда соберутся все приглашенные.

— Господа! — крикнул с места профессор Кардегайл. — Имейте терпение! Мы все здесь ждем! Господин Леройс не станет объяснять одно и то же каждому.

Преподаватели остались недовольны, но прошли на места молча, после чего довольно громко принялись обсуждать невоспитанность военных. Присутствующие офицеры предпочли сделать вид, что ничего не слышат, чем вызвали еще большее недовольство интеллигенции. А поскольку уселись эти учителя недалеко от ребят, то слышали они их прекрасно. Мрачная Фелона начала посматривать в сторону какого-то магического инвентаря, сложенного на арене чуть в стороне от печатей. Некоторые предметы из этой кучки напоминали булавы, и Мелисса всерьез начала опасаться за здоровье болтунов, слишком уж мрачной выглядела девушка. Даже непонятно, что ее так злит. Ну болтают, кому они мешают?

— Балаболы, — хмуро отозвалась она на вопрос подруги. — Терпеть не могу таких пустозвонов. Сами ничего не умеют делать, да и не хотят, но обо всем имеют собственное мнение и презирают тех, кто смеет с ними не соглашаться. Нагляделась я на таких дома. Есть только два мнения — мое и неправильное.

— Хи, смешно. Надо будет запомнить.

Фелона только вздохнула и огляделась.

— Никак не пойму, чего они ждут? Собрание какое-то организовали. Вот к чему всю эту толпу нагнали? Я просила только высшее руководство лицея собрать и допустить нас. А здесь что? Скоро митинг начнется?

— Не знаю, что такое митинг, а зачем ты просила собрать высшее руководство?

Фелона посмотрела, чем заняты мальчишки, и, убедившись, что они увлечены беседой и не обращают на подруг внимания, объяснила:

— Хочу кое-какую мысль до них донести. Но, возможно, так и лучше. Только бы скорее начали… Торен, можешь узнать у отца, чего они ждут?

— Тебе зачем?

— Пожалуйста, Торен, — попросила Мелисса, скорчив просительную рожицу и похлопав ресницами.

Торен покраснел, вскочил и бросился к отцу, споткнулся об ограждение арены и вылетел на нее кувырком. Поднялся и двинулся дальше.

Фелона проводила его изумленным взглядом, повернулась к Мелиссе и продемонстрировала ей поднятый вверх большой палец… после чего пришлось объяснять значение жеста. Мелисса повторила его, изучив полученную фигуру из пальцев. Фелона взяла в руки ее кулак и сложила другую фигуру.

— А вот это означает: ничего от меня не получишь и вообще отвали.

Рядом застонал Ройс.

— С кем я сижу? Госпожа Фелона, вы, вообще, где воспитывались? Вы и на самом деле та, за кого себя выдаете?

— Господин Ройс, вы удивитесь, когда узнаете, где я воспитывалась, — с той же интонацией ответила ему Фелона, ничуть не смутившись. — Что касается второго вопроса, то, конечно, я не та, за кого себя выдаю. Как вы вообще могли подумать, что я та?

Мелисса рассмеялась, а Ройс отвернулся. Видно, решил, что спорить бессмысленно и лучше поберечь нервы.

Вернулся Торен и плюхнулся на свое место.

— Мэра ждут. Почти весь магистрат хочет приехать. Прислали гонца с известием.

— На фига?! — Фелона так удивилась, что не сдержалась.

— А я откуда знаю? Отец тоже в ярости. Хотя… судя по всему, чиновники хотят убедить всех, что заботятся о гражданах. Выборы же скоро, вот и мелькают перед будущими избирателями, показывая, что расследование и поиск убийцы находятся под контролем. Наверняка потом будут заявлять, что лично ловили Рекора Тинефса.

— Гр-р-р-р…

— Только кусать никого не вздумай, — посоветовала Мелисса, слегка отодвинувшись от девушки. — Это может быть плохо воспринято… Хотя магистрат можешь покусать.

— Спасибо, подруга, — Фелона отвернулась, рассматривая сидящих в зале и стоящих у входа. — Трогает твоя вера в меня. Но кусать я никого не буду.

— Жаль, — притворно повздыхал Ройс.

— Но для некоторых могу сделать исключение, — тут же развернулась к нему Фелона.

— Мэр Торея — Вергилий Томсон! — объявил какой-то разряженный тип, торжественным шагом промаршировав в центр арены. Провозгласив это, он тут же шагнул в сторону и склонился в глубоком поклоне. Фелона с каким-то нездоровым интересом сначала рассмотрела шута, а потом развернулась ко входу, стараясь лучше рассмотреть того, кого сейчас представили таким экстравагантным образом.

— Надо же, не ошиблась, — даже восхитилась она, когда представленный вплыл в зал. Именно вплыл, плавной походкой балетного танцора. Было бы красиво… на сцене театра.

— В чем не ошиблась? — Мелисса посмотрела на подругу.

— Я пыталась представить, во что будет одет тип, которого представили таким образом. Но желтые подвязки не предвидела даже я.

— Кто о чем, а Фелона о тряпках, — пробурчал Ройс. — А господин Томсон — известный экстравагант. Одеваться он любит пышно.

— Ага. Особенно пышное жабо, — согласилась Фелона. — Черный камзол с кружевными нарукавниками, белые чулки. Рюшечки на камзоле, кстати, смотрятся очень экстравагантно. А подвязки… я в восхищении.

Вошедший Томсон тем временем отвесил присутствующим легкий поклон.

— Господа, я очень рад, что подлый убийца наконец-то выведен на чистую воду! Обещаю, я приложу все силы, чтобы он оказался на скамье подсудимых и понес заслуживающее наказание! Я лично прослежу за всем и возьму это дело под полный контроль!

Фелона вдруг разразилась бурными овациями. Правда, не хлопая, а только изображая хлопки, и стараясь не привлекать внимания, для местного, так сказать, употребления: друзей посмешить. Но Томсон каким-то поразительным образом это заметил и даже принял за чистую монету, чуть смутился, видимо, редко его выступления встречали овациями, пусть и бесшумными. Поэтому он, поддерживая искренний порыв девушки, улыбнулся во все тридцать два зуба.

— Юная леди, я рад, что вы так близко к сердцу приняли мои слова.

— Я прониклась! — Фелона растерялась только на мгновение, но тут же очнулась, приложила правую руку к сердцу и поклонилась. — Теперь убийца точно будет пойман.

Подошедший к мэру и вставший у него за спиной Артер хмуро глянул на девушку, но счел за лучшее никак ее слова не комментировать. Наклонился к Томсону и что-то ему прошептал. Тот выслушал, благосклонно кивнул и в сопровождении господина Леройса прошел на зрительские ряды. Следом вошли еще трое членов магистрата, но эти никаких речей не толкали. Молча появились, молча сели рядом с начальством. В одежде, кстати, никакой экстравагантности не было.

Артер Леройс замер около мэра, что-то выслушивая, покивал, ответил и вернулся на арену. Тотчас два офицера сели в первом ряду напротив командующего, готовые в случае необходимости выполнить любой его приказ.

Леройс-старший откашлялся, привлекая внимание.

— Господа, мы собрались здесь, чтобы доложить о ночном расследовании, которое провели мои люди, и сейчас я готов дать отчет уважаемым гражданам.

— Офигительно тут идет следствие. Кто б рассказал, не поверила бы, — восхитилась Фелона, после чего устроилась в кресле поудобнее и приготовилась слушать.

Глава 8

Артер Леройс отчитался по ночным делам, начиная с момента, когда к нему приехали сын и Мелисса. Рассказал про обыск в кабинете Рекора Тинефса и, убедившись в правдивости ребят — в доказательство были продемонстрированы вещи погибших девушек, обнаруженные в кабинете, — отправился вместе с солдатами арестовать директора лицея для передачи его суду. Обнаружив, что директор сбежал — краткий рассказ о том, что нашли в доме при обыске, — разослал всем заинтересованным службам известие о произошедшем, после чего вернулся в лицей для продолжения следствия, желая опросить преподавателей.

Фелона при этом отметила, что Леройс ни словом не обмолвился о документах, касающихся общества Амура. Нахмурилась, дернулась было задать вопрос, но тут же опомнилась и осталась сидеть — никто ведь не знает, кто она на самом деле, — ее просто не поймут, если она со своим вопросом опередит всех, особенно членов магистрата. Да и вряд ли ее станут слушать. К тому же то, о чем умолчал Артер Леройс, позволило сделать определенные выводы. Поразмышляв немного, она решила, что от ее вмешательства ничего не изменится, слишком много заинтересованных в молчании. Вместо этого она приготовилась слушать и смотреть.

После окончания выступления Леройса зал буквально взорвался. Кто-то даже сомневался, что дети реально нашли вещи погибших в кабинете, а не подбросили их из озорства.

— Чтобы их подбросить из озорства, — сурово отбрил такого сомневающегося Артер Леройс, — требуется, дабы эти вещи были у них изначально. Где бы они их взяли? Надеюсь, вы, господин Тирсен, не считаете, будто мой сын и его друзья принимали участие в убийствах?

Аргумент, на взгляд Наташи, так себе. В убийстве не участвовали, но вещи они вполне могли найти и не в кабинете, а в другом месте и подбросить для обвинения нелюбимого учителя, тем более что Мелисса директора откровенно ненавидела за все дела с ее отцом. Но этот господин Тирсен под взглядом командующего сомневаться в невиновности ребят не рискнул, даже если ему и пришли в голову те же возражения, что и Наташе.

Дискуссия приобрела более осмысленный характер, когда за наведение порядка взялся один из офицеров. Вскоре образовалась своеобразная очередь из желающих задать свой вопрос. Первым, как положено, задал вопрос мэр:

— Господин командующий, какие именно меры вы приняли по поимке беглеца?

— Я приказал усилить патрули на улице, проверять все отходящие корабли, а также отправил патрули в рыбачий квартал. По морю ему не сбежать. Прошу магистрат выделить деньги для награды за беглеца.

— Все это хорошо, — Томсон плавным жестом изобразил рукой круг перед собой, словно пытаясь показать, как именно «хорошо». — Но недостаточно. Определенно недостаточно. Очень плохо, командующий, я ожидал от вас большей расторопности.

«Начинаются политические игры», — вздохнула Наташа.

Было бы даже забавно, если бы ее это хоть каплю волновало, а так приходится участвовать в нелепой постановке, пусть и в качестве зрителя.

— Господин мэр может что-то рекомендовать со своей стороны? — вежливо поинтересовался Леройс.

Мэр на миг даже растерялся. Кажется, он привык критиковать, но не давать советы, тем более такие, за которые могут и призвать к ответу.

— Нужно больше патрулей.

— А вы знаете, сколько именно солдат я отправил в патрули, господин мэр? — все так же вежливо спросил Леройс.

— Эм-м-м… все равно мало. Надо еще.

— Я могу считать это официальным разрешением от магистрата на получение дополнительных средств для найма большего количество солдат?

— Ну зачем же так, — тут же пошел на попятную мэр. — Можно ведь обратиться за помощью к купцам, пусть дадут людей из их охраны. А награду объявите. Обязательно объявите.

— Спасибо, господин мэр, магистрат готов выделить средства?

— Обсудите с моим казначеем.

Совершенно пустой разговор. Даже дальнейшие вопросы, на взгляд Наташи, несли больше смысла, чем этот обмен «любезностями». Непонятно, каким образом этот Томсон сумел занять пост мэра. Видно же, что совершенно пустой человек. Впрочем, может, потому и занял. Баланс интересов, чтоб их!

— Я заверяю, что никуда беглец не денется! — наконец не выдержал Леройс. — Рано или поздно он попадется и предстанет перед судом!

Этот момент Наташа посчитала самым подходящим, чтобы вступить в диалог. Вскочив с места, она довольно эмоционально принялась размахивать руками.

— Что значит рано или поздно?! Господин Леройс, вы ведь понимаете, что он не просто так прячется? Он хочет отомстить нам за то, что мы вывели его на чистую воду! Если вы не можете его изловить, то обеспечьте нас охраной!

Артер чуть прикрыл глаза, видно было, что он с трудом сдерживается, чтобы не заорать, тем более такой подставы от Призванной он никак не ожидал, полагая ее на своей стороне.

— Госпожа…

— Фелона кер Шеордан, если вы забыли.

— Благодарю, кер Шеордан. Я полагаю, что вам ничего не угрожает. У господина Тинефса сейчас несколько другие заботы, чем мстить вам.

— Это вы так говорите! А вот Ройс Реордан считает, что он убивает девушек раз в неделю! Значит, сегодня ночью будет еще одна жертва!

— Что за глупость, госпожа кер Шеордан? Он убил этих девушек…

— Почему? — с интересом спросила Фелона и даже голову склонила набок, ожидая ответа.

— Потому… они слишком много знали.

— Обе?

— Да. Он сначала устранил одну, а потом вторую…

— И вторая молчала целую неделю после убийства первой? Не побежала за помощью, никому ничего не сказала? Нет, господин командующий, это все не так просто! Это какой-то его хитрый план! Может быть, он потому и сбежал, что хочет кого-то убить? Возможно, даже меня! Господин командующий, я требую охрану! Я слишком молода, чтобы умереть! Вы знаете, сколько еще платьев я не перемерила?

По залу пронесся смех, разряжая накаленную атмосферу, а вот Леройса последняя фраза привела в ярость.

— Мне кажется, сейчас не самое подходящее время для шуток! А вы никому не нужны, тем более директор и не знает, кто именно его разоблачил. Если он и будет кому мстить, то точно не вам!

— Вы еще пожалеете, когда утром найдут мой хладный труп! Попомните мои слова! Я вас предупреждала, что будет еще одна жертва! Сегодня вечером ровно неделя с предыдущего убийства!

Леройс только отмахнулся.

— Если ни у кого больше вопросов нет, позвольте мне вернуться к моим прямым обязанностям. Прошу прощения, но сегодня занятия в лицее отменяются. Будет лучше, если все ученики останутся дома, пока мы не разыщем убийцу. Кто знает, на что он решится после того, как все открылось. Солдат в районы города я разослал, они всех оповестят.

— Они оповестят, а мне солдат на охрану выделять не стали, господин командующий.

Леройс сделал вид, что не услышал.

Едва Леройс-старший возвестил об окончании собрания, Наташа сорвалась с места и бросилась к выходу. Кто-то проводил ее смехом, но девушка даже голову не повернула. У входа она резко свернула в сторону и спряталась за портьерой у окна и осторожно выглянула оттуда, рассматривая каждого выходящего из зала. Вот выскочили ее друзья и заозирались, ее разыскивают. Мелисса в сердцах топнула ногой.

— Что б ее! Что она еще затеяла?

— Домой побежала, — хмыкнул Ройс. — Прятаться к папочке. Ведь страшный убийца хочет ей отомстить.

— Ройс, прекрати! — неожиданно для всех заступилась за Фелону Мелисса. — Ты ее совсем не знаешь. Уверена, у нее были причины так поступить.

— О чем разговор, молодые люди? — из зала, как ни странно, следом за ребятами вышел не Томсон, которого ожидала Наташа, а профессор Кардегайл. — Что вы так бурно обсуждаете?

— Фелону, — фыркнул Ройс.

— Вот как? А где она, кстати? Я хотел с нею поговорить по поводу ее выступления на собрании…

— Поверьте, профессор, — ехидно отозвался Ройс, — мы тоже очень хотели с ней поговорить по поводу ее выступления, но она, кажется, сбежала.

В этот момент вышел мэр Томсон в окружении остальных членов магистрата, некоторых учителей и командующего.

— Девочка подняла важный вопрос, — вещал мэр слушавшему его Леройсу. — Вы совершенно не умеете работать, господин командующий. Что вы накинулись на нее? Вы не хотите обеспечить ее безопасность?

Дождавшись, когда толпа пройдет мимо и уже никто не сможет их услышать, Торен прошипел:

— Я Фелоне ноги оторву! У отца и так куча проблем с этим убийцей, так она еще ему их подбросила на пустом месте.

— Но в чем-то девочка права, — задумчиво пожевал губу профессор. — Не нравится мне все это. Очень не нравится. А на нашего мэра надежды мало.

— А вы, профессор, о чем хотели с ней поговорить? — поинтересовалась Мелисса.

— А? А, ничего такого. Просто я чувствую себя виноватым перед вами. Вы же забрались в кабинет директора из-за моих замечаний по поводу того, что я там что-то видел? Я прав?

— От вас ничего не скроешь, профессор, — улыбнулся Ройс. — Но почему виноватым? Разве вы не помогли разоблачить убийцу?

Профессор всплеснул руками.

— Да боже мой! Я себя последним негодяем чувствую из-за того, что мои подозрения заставили детей рисковать жизнью!

— Мы не дети, — возмущенно воскликнул Торен, вызвав слабую улыбку у профессора.

— Безусловно, молодой человек. Безусловно. Но подумайте, что убийца мог прийти по каким-нибудь делам, когда вы изучали его кабинет, и что бы тогда с вами было? Нет-нет, если уж я что-то заметил, то именно я должен был идти! И ведь хотел об этом подумать, но, старый дурак, отвлекся на одну увлекательную задачу и обо всем позабыл. А вообще мне надо было сразу отправиться к твоему отцу, Торен. Пусть я и сомневался в том, что видел, но убийство девушек — это так серьезно. Пусть я даже потом выглядел бы дураком в глазах окружающих, если бы оказался неправ, но зато совесть была бы спокойна. А сейчас я себя чувствую таким виноватым.

— Профессор, да ладно вам, — проронил Ройс. — Вы здорово нам помогли.

— Ну-ну, — Кардегайл даже смутился. — А приходите сегодня после обеда ко мне на чаек? Надо же мне загладить вину. И в любом случае ваша подруга права, мало ли что придет в голову убийце, так что всем вам лучше держаться вместе. И подругу обязательно прихватите. Не вини ее, Ройс, она совершенно права. А я еще попрошу твоего отца, Торен, чтобы он выделил хотя бы одного солдата для вашей охраны.

— Глупости, профессор, — поморщился Торен. — Тинефсу сейчас совершенно не до нас — ему бы самому спастись. Вы на его месте стали бы рисковать ради мести?

— Я бы, безусловно, не стал, но я бы и не стал убивать девушек. Кто его знает, что творится в голове у сумасшедшего. Поверьте, нормальный человек понять таких типов совершенно не сможет. Надо быть таким же сумасшедшим, чтобы догадаться, о чем думают подобные типы.

Профессор откланялся и неторопливо удалился.

— Ладно, — вздохнул Ройс. — Думаю, Фелона сбежала домой, там и найдем ее.

— Зачем? — поинтересовался Торен.

— Затем, что я хочу сходить в гости к профессору. Мне очень важно задать ему один вопрос. А без нее я туда прийти не смогу, все-таки приглашали всех.

— Она откажется выходить без охраны.

— Значит, заставим силой, — мрачно пообещал Ройс.

Мелисса хотела что-то возразить, но в этот момент совершенно случайно заметила Фелону, выглядывающую из-за портьеры. Поскольку она единственная стояла лицом к окну, то только она девушку и заметила. Сообразив это, Фелона умоляюще приложила палец к губам и снова спряталась.

— Давайте лучше я попробую поговорить с ней, — предложила Мелисса. — Меня она послушает с большей охотой, чем вас.

— Почему ты так думаешь? — повернулся к ней Торен.

— Ну-у-у… мы обе девушки…

— Неубедительно.

— Торен, пожалуйста. Или ты действительно хочешь, чтобы Ройс тащил ее в гости к профессору силой?

— Ладно, — сдался он. — Давай тебя проводим.

— И чем это будет отличаться от того, что мы пойдем к ней все вместе? Нет, идите занимайтесь своими делами. Скажите только, где я вас смогу найти.

— Но…

— Мы будем в комнате для чаепития у меня, — поспешно вмешался Ройс.

— Ройс, ты хочешь ее отпустить одну в город, по которому разгуливает убийца? — повернулся к другу Торен.

— Она не одна, а со слугой и в карете.

— Ты меня порой бесишь своей упертостью, — буркнул Торен. — Мелисса, тебя проводить?

— Идите, я сама со всем разберусь.

Чуть ли не силой вытолкав мальчишек из коридора, Мелисса убедилась, что они ушли, подошла к окну и отдернула портьеру.

— Ну и что это значит, госпожа Призванная?

Наташа пожала плечами.

— Хотелось понаблюдать за всеми со стороны.

— И как?

— Намного лучше, чем я надеялась.

Мелисса пристально посмотрела на Наташу и вздохнула.

— Ты такая же, как директор. Тоже сумасшедшая. Если профессор прав, то ты его вполне можешь понять.

К удивлению Мелиссы, Наташа спорить не стала, только пожала плечами.

— Очень может быть. Вот только я поставила себя с другой стороны баррикады. А чтобы успешно ловить преступников, надо прежде всего понять, как думают эти люди.

Мелисса тряхнула головой.

— Бред какой-то. Ты пойдешь к профессору?

— Пойду. Не хочу, чтобы твой друг тащил меня к нему силой. Только сразу после обеда я не смогу прийти, мне еще надо кое-что сделать. Буду часам к четырем, можешь так и передать друзьям. Приду сразу к профессору.

— Обещаешь?

— Мелисса, я никогда никому ничего не обещаю — я просто делаю то, что говорю. Либо не говорю и не делаю. Если я говорю, что приду, значит, приду. Если бы были сомнения, я бы так и сказала. Если бы не от меня это зависело, сказала бы, что постараюсь.

— А что ты…

— Ты уверена, будто хочешь узнать, что я намереваюсь сделать? Ладно. Во-первых, собираюсь поставить ловушку убийце, а во-вторых, выяснить последние детали касательно убийства сестры Ройса.

— Ты… Ты знаешь, кто это сделал?

— Почти уверена, но нужно еще кое-что уточнить.

— Не скажешь?

— Пока у меня не будет уверенности, нет… да и потом, не знаю. Ройсу скажу, если попросит, а там он сам решит.

— Если попросит?

— Мелисса, иногда бывают случаи, когда правду лучше оставить там, где она лежит, да еще и прикопать на всякий случай поглубже. И сейчас если я права, то не знаю, что будет лучше: рассказать или оставить все как есть. Хотя нет, вру, знаю — рассказать, чтобы больше такое не повторилось. Чье-то уязвленное самолюбие не то… не тот мотив… нет… — Наташа щелкнула пальцами, пытаясь подобрать слова. — В общем, уязвленное самолюбие — это не то, что должно приводить к гибели молодую девушку, которой еще бы жить и жить.

— Самолюбие? Ты о чем?

— Я не до конца уверена в своей теории, а она не та, которую можно озвучить, если нет стопроцентной уверенности. Вот и хочу прояснить некоторые моменты. Извини, большего сказать не могу.

— Ты очень странная.

Наташа, уже собравшаяся было уходить, замерла. Развернулась. Мелисса даже вздрогнула, такая грусть была в ее глазах.

— Думаешь, я этого не знаю? Или, думаешь, это легко? Порой я мечтаю быть обычной блондинкой, у которой в голове одни наряды. Таким очень легко живется. Наверное, я не просто так выбрала такую роль, а исполнила свое тайное желание. Но знаешь… мне нравится докапываться до скрытой правды, общаться с разными интересными людьми. — Наташа развела руками. — Извини. Или прими меня такой, какая я есть, или постарайся забыть обо мне, как только я уеду с Торея. Переделать себя я не смогу… да и не хочу.

— Тогда скажи хоть, зачем ты так выступила на собрании?

— Собрание… — Наташа сморщилась и почесала нос. — Какая глупость! Какой вообще смысл в нем? Магистрат хотел покрасоваться перед всеми и показать, будто что-то делает? А реально они ведь могли только помешать… Впрочем, что ни делается, все к лучшему — в данном случае эти люди здорово мне помогли. Ладно, извини, но мне уже некогда, и так задержалась дольше, чем рассчитывала.

Мелисса проводила девушку хмурым взглядом, потом задумалась над тем, что услышала. Два убийства, смерть сестры Ройса… неужели Фелона, занимаясь этим делом, походя действительно узнала убийцу? И почему не может назвать его без полной уверенности? Сама она не сказала бы только в одном случае — если… Но это же невозможно! Этого не может быть! Но если это правда, тогда… Господи, Ройс, только не это!

В расстроенных чувствах девушка отправилась к выходу, села в карету, которую вызвал специально для нее отец, и велела отвезти ее домой, совсем позабыв, что Ройс просил ехать к нему. Дома она часа два металась по комнате, пытаясь успокоиться, но только сильнее заводя себя. Лучше бы она не разговаривала с этой Призванной.

— К вам ваши друзья, госпожа, — возвестил слуга.

— Друзья? — Только сейчас Мелисса вспомнила, что ее ждали.

— Знаешь, это уже ни в какие ворота! — влетел в гостиную Ройс. Спешащий следом Торен безуспешно пытался его успокоить. — Мало того что Фелона пропала, так теперь еще и ты куда-то делась! Ты знаешь, как мы переживали, когда ты не приехала спустя два часа, как мы договорились!

— Извините… я… я сначала Фелону разыскивала, потом ее уговаривала… совсем забыла о времени.

Врать Мелисса не умела и сейчас отчаянно надеялась, что ни Ройс, ни Торен не заметят ее лжи, пока они рассержены.

— Ты от Фелоны заразилась глупостью? — поинтересовался Ройс, все еще сердясь.

Мелисса тут же ухватилась за возможность сменить тему.

— Зря ты так про нее. Фелона очень умная, она просто не хочет этого показывать, вот и прячется за шутовской маской.

— Это ты так пошутила? — удивился Торен.

— Это вы дураки! Вы увидели то, что она хотела вам показать, и успокоились, даже не замечая всего того, что не укладывается в вашу стройную картину. А я больше вас всех с нею разговаривала, потому знаю, что говорю.

— Опять об этом? — неожиданно донесся до ребят из-за двери раздраженный голос отца Мелиссы. Тот, кто ему отвечал, говорил тише, и его расслышать не получилось, даже непонятно было, кто собеседник.

— …

— Нет, нет и нет! И у тебя ничего не получится сделать, поскольку нет никакого нарушения!

— …

— Это угроза?

— …

— Тогда до свидания.

Хлопнула дверь. Спустя минуту в гостиную стремительно ворвался Ларшен Тирен, заметил ребят и замер.

— Много слышали? — спросил он, придя в себя.

— Ты говорил слишком громко, но мы не слышали с кем.

— Не слышали? — Ларшен раздраженно махнул рукой. — Эта Призванная берет на себя слишком много! Никто еще не разговаривал со мной таким образом!

— Что?!! Призванная приехала?! — Ройс даже вскочил. — Она здесь?!

Ларшен нахмурился, видно было, с каким усилием он взял себя в руки.

— Нет еще.

— Но вы сказали…

— Я общался по связи. Корабль уже недалеко, и дальности хватает для связных пластин.

Врать Ларшен умел почище Мелиссы, потому Ройс поверил, а вот Мелисса своего отца знала лучше. К тому же она точно знала, что Призванная уже давно на острове. Но вот чего она не знала, так это того, что отцу известно о Призванной. До сего момента Мелица полагала, что о присутствии на Торее Наташи знает только отец Торена. Она даже не уверена, что мэр тоже в курсе. Точнее, знать он, может, и знает, но вот точно ее не видел ни разу, иначе как-то обязательно дал бы понять это на собрании. Впрочем, очень может быть, что Наташа открылась отцу только сейчас по каким-то своим соображениям. И если это так, значит, разговор шел о делах отца, касающихся общества Амура. Только попытка надавить на него с этой стороны могла вызвать такую реакцию. Отца всегда раздражало, когда кто-то пытался указывать ему на аморальность его действий.

«Мораль? Мораль определяется законом! Или вы считаете, что наши сенаторы аморальные люди? И если закон разрешает что-то, значит, это что-то вполне морально, — всегда парировал он в таких случаях. — А все эти разговоры — в пользу бедных. Это они пусть думают о морали, если им не хватает соображения и умения заработать».

Именно такая позиция отца и вызвала их разлад. Пока была жива мама, она еще как-то умела сдержать его порывы, но, когда ее не стало, для отца не осталось авторитетов. Вот тогда он развернулся по полной. И именно тогда общество Амура, действующее ранее полулегально и очень осторожно, стало в лицее чуть ли не официальной организацией.

— Ваши дочери идут в общество? Значит, хотят. Если бы вы правильно их воспитывали, как я свою, они бы ни за что не пошли ни в какие общества, — отвечал он жалобщикам. Урезонить его не смогли ни Артер Леройс, ни Жерар Реордан — отец Ройса.

Вот сейчас Мелисса и гадала, о чем именно ее отец разговаривал с Наташей и почему он так рассержен? И зачем Наташа вообще ввязалась в этот спор? Не дура ведь и должна понимать, что если даже дочь ничего не может сделать, то ее он тем более не послушает, будь она хоть десять раз Призванной. Значит ли это, что разговор она затеяла из-за поиска убийцы? Если это так, то может быть, Наташа подозревает ее отца в соучастии в убийствах?

Вот еще одна головная боль! Мало ей о Ройсе переживать, сейчас еще и об отце волноваться приходится. Чем бы он ни занимался, какие бы ссоры у них ни возникали, но он оставался ее отцом, и она волновалась за него.

«Все плохо! Все очень плохо!» — лихорадочно размышляла Мелисса, пытаясь хоть как-то успокоиться. В конце концов решила, что сейчас лучше всего перестать волноваться и сменить обстановку, и сразу вспомнила, что их приглашал профессор Кардегайл. Она даже испытала к нему благодарность за это. Все лучше, чем сидеть дома или у Ройса и переживать.

Девушка быстро глянула на часы. Почти час дня. Профессор точное время не называл, сказал только — после обеда, так что можно уже идти в гости. Ладно бы она хоть как-то могла повлиять на ситуацию, а так…

Сейчас Мелисса очень хотела встретиться с Наташей и все-таки вытрясти из нее имя убийцы. Пусть даже самое страшное случится, лишь бы не эта неопределенность. Даже если ее отец окажется виноватым вместе с директором Тинефсом, она будет знать, как поступить — от переезда, конечно, придется отказаться, отцу понадобится ее поддержка… Но сейчас это чувство полнейшего бессилия… никогда Мелисса не испытывала ничего хуже. А еще осознание того, что, если она попытается сделать что-то, без четкого понимания ситуации, это может привести к прямо противоположному результату, а потому сейчас лучше молчать и не делиться ни с кем своими переживаниями. Она должна все вынести одна, как бы ни хотелось получить помощь от Торена или Ройса. Зная их характер, можно быть уверенными, что они кинутся в бой, не разобравшись, и наломают дров. Поэтому она сейчас и молчала, поэтому и не стала разоблачать ложь отца.

— Отец, я к Ройсу вместе с Тореном. — Мелисса не спрашивала разрешения, просто ставила в известность.

Ларшен повернулся к дочери.

— Почему ты не хочешь понять, что я все делаю только для тебя? — Не дождавшись ответа, он покачал головой. — Рано или поздно ты поймешь это и еще скажешь спасибо. А вы возьмите карету, нечего прогуливаться пешком по городу в такой момент.

— Отец, тут же два шага…

— Не спорь! Бери. Вернешься в ней, я приказал слуге сопровождать тебя.

Мелисса пожала плечами и спорить не стала. Иногда отец становился очень упрямым, и с ним было проще согласиться, чем переубедить. Сейчас был как раз один из таких моментов.

Ехать пришлось сначала к Ройсу, хотя Мелисса и предложила сразу отправиться к профессору Кардегайлу. Но Ройс возразил, что они слишком поспешно выскочили из дома на ее поиски и даже не оделись нормально для похода в гости.

— Он прав, Лисси, — развел руками Торен. — Мне бы тоже не мешало переодеться, так что заедем еще и ко мне. А чего ты вообще дергаешься? Приедем чуть позже, делов-то? Все равно Фелоны не будет до трех или четырех часов, сама сказала.

— Да лучше б ее вообще не было, — буркнул Ройс, что-то обдумывая. — Только из-за того, что она вечно таскается за нами, ее принимают за нашу подругу.

— Да ладно тебе, Ройс, — на этот раз даже Торен встал на сторону Фелоны. — Зря ты так. Она неплохая девушка, хотя у нее и есть свои заскоки. Но, признаться, у тебя их тоже хватает. Например, твоя упертость.

— Это верно, — поддержала приятеля Мелисса. — Что с сестрой, что с этим делом.

— А что с сестрой? — тут же вскинулся Ройс. — Что не так с моей сестрой?

— Все так… но знаешь, не стоит сейчас на ней зацикливаться. Да, она погибла, это трагедия, но ты же сам ломаешь себе жизнь этими вечными поисками. А как только узнал, что приезжает Призванная, так совсем с ума сошел, взялся доказывать зачем-то, что можешь ей помочь, и ввязался в это дело.

— Ты что-то имеешь против того, чтобы я нашел убийцу сестры? Ты сама говорила…

— Ройс, прекрати! — поспешно вмешался Торен. — Ты сейчас наговоришь лишнего, я чувствую.

— Я уже неоднократно заявлял, что, если не хотите мне помочь, не надо, но если все же помогаете, то чего спорите?

— Ройс, а ты уверен, что стоит искать убийц? — озвучила свои опасения девушка. На нее с одинаковым недоумением уставились с двух сторон.

— Ты чего, Лисси? — поинтересовался Торен.

Мелисса тут же пошла на попятную:

— Ничего, просто волнуюсь за Ройса. Слишком уж он зациклился на этом.

— Есть такое, — согласился Торен. — Но именно поэтому я тоже хочу отыскать того подонка, может, тогда он, наконец, успокоится.

Мелисса только вздохнула и замолчала. Кроме предчувствий и слов Наташи у нее ничего нет, а это слишком слабые аргументы.

В гости к профессору Ройс надел выходной костюм темного цвета с белым кружевным жабо, удобные полусапоги, которые он носил почти всегда вне лицея, сменили элегантные туфли. Застегнув золоченый пояс, он быстро оглядел себя в зеркале и кивнул.

— Нормально.

— Ты словно на прием в магистрат собираешься, — усмехнулась Мелисса.

Сама она осталась в том же платье, в которое переоделась, вернувшись из лицея, — оно ее вполне устроило и для дружеского приема вполне подходило. Желание Ройса нарядиться в парадный костюм девушка совершенно не понимала.

— Это он хочет произвести впечатление на Призванную, — просветил ее Торен, усмехнувшись. — Мне отец сейчас по связи сообщил, что пришло известие о хорошем ветре и корабль с нею придет почти на двенадцать часов раньше. Он будет здесь завтра после обеда. Вот Ройс и тренируется.

— Заткнись, — беззлобно посоветовал Ройс, направляясь к выходу. — Тебе бы тоже не помешало нормально одеться.

— Конечно, ваша светлость. Как скажете.

— Балабол.

К дому профессора вся троица прибыла только после трех. Кардегайл, очевидно, заметил их из окна и вышел на крыльцо.

— А я вас, признаться, ждал чуть раньше, — сообщил он, помогая девушке выбраться из кареты.

— Просто некоторые тут решили приодеться, — покосилась на приятеля Мелисса.

— Не для Фелоны случайно? — лукаво улыбнулся Кардегайл.

Ройс чуть не подавился от такого предположения и отчаянно закашлялся.

— Ну вы и скажете, профессор.

— А что? Девушка она хорошая…

— Пожалуйста, профессор, — простонал Ройс.

— Ну как скажете. Вот только карету тут, боюсь, не поставить. Даже не знаю, что делать. Дворик у меня, сами видите, маловат, а в сарае моя коляска стоит, такая большая карета туда точно не влезет. Улица узкая, и около дома ее тоже не оставишь. Гм…

Профессор опустил пальцы в кошелек на поясе, достал оттуда несколько монет и протянул их кучеру.

— Вот что, любезный, там чуть дальше, метров через двести, будет небольшая площадка, на которой можно остановиться. А через дорогу находится замечательное кафе, отдохните. У вас же есть пластина вызова?

— Благодарствую, профессор, — обрадовался кучер. — А вызову как не быть, господа через него мне приказы и отдают, когда, значится, к выходу карету подать, а когда можно и распрягать.

— Вот и замечательно. Когда госпожа соберется уезжать, она тебе сообщит. Ступай, голубчик, ступай.

Кучер просительно повернулся к госпоже. Что бы ни говорил ему профессор, но он все-таки слуга Тиренов, а значит, разрешение он может получить только от нее.

— Езжайте, — отпустила его девушка. — Только смотри там… знай норму.

— Конечно, госпожа, — обрадовался кучер. — Я ж разве не понимаю? На работе я себе позволяю совсем чуть-чуть, — в доказательство он даже легонько раздвинул пальцы, показывая, сколько это «чуть-чуть».

Мелисса только отмахнулась.

— Мы задержимся до вечера, так что быстро не жди, отдыхай.

Обрадованный слуга поспешно забрался на козлы и направил карету дальше по дороге, а остальные зашагали в дом. Кардегайл приглашающе распахнул перед ребятами дверь, а сам вошел последним.

— Проходите в гостиную, служанка уже стол накрыла, я сейчас чайник принесу.

— А служанка? — удивилась Мелисса.

— Э-э, — профессор расстроенно махнул рукой. — То ли дочка у нее заболела, то ли племянница. Отпустил я ее. Попросил стол собрать и отпустил. Ну да ладно, что ж я совсем безрукий и чайник не вскипячу?

— О, профессор, тогда я вам помогу, — поспешно поднялась Мелисса.

— Буду весьма признателен. Помоги мне принести чашечки с вареньем, их я на кухне оставил. А вы сидите, ребята, мы быстро.

Мелисса с профессором действительно обернулись минут за пять. Первым в комнату вошел Кардегайл, неся на вытянутых руках большущий серебряный чайник, который он торжественно и осторожно водрузил в центр стола. Мелисса тут же расставила вазочки, наполненные разными сортами варенья, и вернулась на свое место.

— Ну вот и отлично! — профессор с гордостью оглядел накрытый стол. — Все-таки моя Марта замечательный человек! Такой стол собрала. Налетайте, ребята, обещаю неповторимый вкус. Никто с моей Мартой в готовке не сравнится.

Едва они приступили к еде, как профессор вдруг поднял голову и прислушался к чему-то за окном. Вышел из-за стола и выглянул в окно.

— Ага, а вот и наша последняя гостья. Вы оставайтесь тут, я ее встречу.

— Пожаловала наша модница, — пробурчал Ройс, за что получил чувствительный тычок в бок от Мелиссы.

Скривившись, он обиженно поглядел на девушку, но выступать не стал, признавая, что погорячился.

Тут в гостиную вошел профессор и с шутливой торжественностью провозгласил:

— Госпожа Фелона кер Шеордан, — и тут же отошел в сторону, давая дорогу девушке.

Фелона игру приняла и в зал вплыла торжественной походкой, слегка придерживая белоснежное платье руками в таких же белоснежных перчатках. Ройс едва удержался, чтобы не протереть глаза, до этого дня он не замечал за Фелоной привычки ходить в перчатках. А уж бант, перехватывающий волосы со вплетенным в него жемчугом… Один он стоил больше, чем все их наряды, вместе взятые. Платье… Платье явно вышло из ателье госпожи Клонье — слишком шикарным оно было. Теперь понятна реакция профессора — при виде такого действительно полагаешь, что приехала как минимум принцесса.

— Не ждали? — оглядела сидящих за столом ребят Фелона. — А я пришла.

— Обалдеть, — непонятно к чему прошептал Торен, во все глаза уставившись на девушку, за что и получил тычок от Мелиссы.

А вот профессор, похоже, вовсю наслаждался представлением и посмеивался у двери, пока Фелона шествовала, по-другому не скажешь, к своему месту.

Глава 9

Усевшись за стол, Фелона удивленно оглядела замерших ребят.

— А чего это вы делаете? — поинтересовалась она.

— Едим, — не нашел ничего лучше этого Ройс, разглядывая девушку.

Фелона вдруг смутилась и поправила прическу.

— Я тебе нравлюсь?

Ройс поперхнулся и под смех приятелей уверил, что выглядит она сногсшибательно, но не в том смысле, что она подумала.

— Ничего не поняла, — вздохнула Фелона, а внимательно наблюдавшая за ней Мелисса заметила мимолетную улыбку, промелькнувшую на губах подруги. Кажется, она поняла, ради кого Призванная так нарядилась. Выглядела Фелона действительно потрясающе… вот только… Мелисса знала о парике и сейчас прикидывала, как бы весь наряд смотрелся на подруге с ее природными темными волосами и коротковатой стрижкой. Выходило довольно… странновато. Если верить Наташе, то волосы она стала отращивать относительно недавно, значит, раньше ее стрижка была еще короче. Мелисса представила и едва не фыркнула, вот так все выглядело бы действительно нелепо. Теперь ясно почему, по слухам, Призванная раньше не носила платьев. Она бы их тоже не носила, будь у нее такая короткая прическа. В этот момент девушка поймала на себе ехидный взгляд Призванной. Кажется, та догадалась, о чем думает Мелисса, которая сейчас пожалела, что сидит между мальчишками. В этот момент ей очень хотелось задать кое-какие вопросы, и лучше бы, чтобы их никто не слышал. Хм… А почему бы и нет?

— Ройс, будь другом, поменяйся местами с Фелоной. Пожалуйста. — Отработанный умоляющий взгляд и парень без споров вскочил, помог Фелоне пересесть, придержав стул, передвинул свои тарелки.

— Котик, — восхищенно протянула Фелона, разглядывая Мелиссу. — А можешь еще так же изобразить? Хочу научиться!

Фелона честно попыталась скопировать умоляющий взгляд Мелиссы, но получилось у нее скорее требовательно, чем просяще.

— Ха-ха, — прыснула Мелисса. — «Если немедленно не дашь то, что я хочу, пожалеешь», — прокоментировала она выражение на лице подруги.

Парни сделали вид, что ничего не заметили, и уткнулись в тарелки. По опыту известно, что в такие беседы девушек лучше не лезть, влетит от обеих. Но профессор смеялся радостно и самозабвенно.

— Эх, молодежь! — воскликнул он, когда немного успокоился. — Знаете, я ведь в лицей пошел работать, как раз чтобы наблюдать такое вот бесхитростное поведение еще беззаботных детей. Общаясь с детьми, я сам словно заряжаюсь их энергией молодости.

— Ага, сила юности с нами! — воскликнула Фелона, вскидывая руку со сжатым кулаком.

Профессор снова рассмеялся.

— Точно. Как верно подмечено.

— Ну… это не мои слова, это цитата. У меня дома так один приятель любил кричать. Впрочем, кажется, он тоже кого-то цитировал.

— Забавно. Ройс, как тебе не стыдно? Поухаживай за дамой. Видишь же, у нее еще тарелка пустая. Фелона, не стесняйся, бери все, что тебе нравится.

Обед или ужин, непонятно, что сейчас было, с точки зрения профессора, прошел непринужденно и весело. Даже Ройс отложил бесконечные придирки к Фелоне и не стал комментировать, когда она в своей манере принялась рассуждать о моде и одеждах, рассказывая, какая мода, по ее мнению, будет лет через десять.

— Чувствуется знающий человек, — заметил профессор после ее десятиминутной речи. — А вы, молодой человек, — обратился он к Ройсу, — напрасно морщитесь. «Сила в многообразии». Слышали такое выражение? А Фелона, сразу видно, разбирается в вопросе. Вам, может, и не нравится эта тема, но очень может быть, что сейчас перед нами сидит будущий великий модельер, который и станет формировать моду через десять лет.

Фелона едва заметно поморщилась, что опять-таки заметила только Мелисса, специально наблюдавшая за ней. Похоже, такая карьера Призванную не вдохновляла.

— Я очень много переняла у госпожи Клонье, — скромно призналась она. — Мне не хотелось бы составлять ей конкуренцию.

Ройс на такое признание фыркнул, а вот Торену оно неожиданно понравилось. Вот только Ройс не дал времени продолжить разговор на эту тему.

— Профессор, скажите, а зачем вы пригласили нас сегодня?

— Эх, какие же вы нетерпеливые, — вздохнул Кардегайл, глянул на часы в углу, сделанные в виде крепостной башни, встал. — Давайте пройдем в другую комнату. Не стоит серьезные разговоры вести в царстве еды — это плохо сказывается на пищеварении.

Когда все разместились в креслах на закрытой веранде с другой стороны дома, профессор задумчиво потер переносицу и глянул на ребят, сидевших напротив.

— Скажите, вы действительно думаете, что девушек убил Рекор?

Такой вопрос удивил всех, даже Фелону.

— Мы же нашли их вещи у директора? — возразил Торен.

— Подбросили. Вы что, серьезно думаете, что в кабинет директора никто не заходит, кроме него? Да вы сами тому пример. Кто угодно мог пробраться туда и подложить опасные улики. Я еще и потому не стал поднимать шум, что сомневался в его виновности, даже заметив эти вещи.

— Но почему?

— Торен, вот скажи, ты бы стал хранить у себя в кабинете вещи убитых девушек, причем там, где их сможет увидеть любой посетитель?

— Я не собираюсь никого убивать.

Профессор отмахнулся.

— Я же не об этом. Вот представь себя на месте Рекора Тинефса. Ты убил, зачем-то забрал вещи жертв и положил у себя в кабинете… в качестве трофеев.

— С такой стороны я не задумывался, — растерялся Торен. — А вы сказали об этом моему отцу?

Профессор развел руками.

— Да как-то не удалось. Он все с мэром, господином Томсоном, ходит. Наш председатель, кажется, решил принять личное участие в поимке преступника. А он бы меня слушать не стал, для него ведь все просто: есть преступник, его надо поймать, довести до всех жителей Торея, что убийца пойман под его непосредственным руководством. Если я начну сомневаться в этой версии, боюсь, я стану чуть ли не личным врагом мэра, для которого уже все очевидно. А поговорить с твоим отцом наедине у меня не было возможности. Потому я решил поделиться сомнениями с вами, запустившими весь этот процесс, а уж ты, Торен, доведешь мои сомнения до отца. Я ведь не так уж и много прошу, правда?

— А почему вы решили рассказать о своих сомнениях? — поинтересовалась Мелисса. — Вы же не любите директора? Вы часто с ним ругались.

— Любите — не любите. Я уже вышел из того возраста, когда мои поступки определялись чувствами. Директор, конечно, не очень хороший человек, но в убийстве, на мой взгляд, не виновен.

— Профессор, а вы не пробовали сделать себе нормальную прическу? Ваши вьющиеся темные волосы позволяют такое… Вы бы стали таким загадочным, если их еще немного завить и отрастить. Представляете, локоны, спадающие с плеч, мантия… настоящий профессор магии.

— Простите? — растерялся Кардегайл, непонимающе глядя на разглядывающую его Фелону.

— Я говорю, что вам надо волосы отрастить подлиннее. Хотя бы как у директора. Вот его прическу ни с какой не спутаешь.

— Фелона, замолчи, — простонал Ройс. — Ты хоть понимаешь, о чем мы сейчас говорили?

— Конечно, — возмутилась девушка. — О директоре. Я потому и сравнила профессора и директора. Посмотрите, они одного роста, но какая разница в одежде! Директор всегда ходит в дорогих нарядах, его прическа идеальна, волосы ровно такой длины, какой нужно. А вот профессор совсем не следит за собой.

— Хм… конечно, верно, но у меня очень много других дел, кроме того, чтобы следить за своими нарядами, — улыбнулся Кардегайл. — Но я воспользуюсь твоими советами позже, если ты не против. Поможешь мне?

— Конечно! — обрадовалась Фелона, повернулась к Ройсу и гордо вскинула голову.

Ройс устало прикрыл лицо рукой.

— Профессор, возвращаясь к разговору…

— Конечно, Ройс.

— У вас есть еще какие-нибудь доказательства невиновности Рекора?

— Только то, что он не дурак, как я уже говорил. Он никогда не стал бы хранить у себя вещи убитых девушек.

— Я думаю, мой отец тоже это понимает, — согласился Торен. — Но считаю, что все эти вопросы он хочет задать непосредственно господину Тинефсу когда его поймает.

— О… об этом я не подумал, — расстроился профессор. — Наверное, я не по делу влез со своими советами.

— Что вы, — поспешно заговорил Ройс, успокаивая Кардегайла. — Никто из нас ведь даже не подумал об этом…

— Ну вам простительно, — слабо улыбнулся профессор.

— Скажите, профессор, — снова вмешалась Фелона. — А почему вы не можете стать магом?

В комнате воцарилась тишина. На Фелону смотрели очень неодобрительно и осуждающе. Кардегайл вздрогнул, потом вздохнул.

— Бывает такое, что человек просто неспособен концентрировать силу. Какое-то там нарушение в голове, и нужной концентрации не получается.

— А разве нельзя это исправить с помощью магии?

— Фелона, — прошипела ей в ухо Мелисса, но девушка только отмахнулась.

— Не надо так смотреть на вашу подругу, — поспешил защитить девушку профессор. — Что же касается вашего вопроса, то… эту проблему изучали многие. Иногда, казалось, решение близко, но всякий раз срывалось. Пока никому не удалось добиться успеха. К тому же любая магия очень недолговечна. Порою заклинание держится не более десяти минут, после чего распадается.

— А, ошон?

— Верно. Ошон позволяет стабилизировать заклинания. Но ведь нечего стабилизировать, если решение не найдено. К тому же я уже давно смирился с этим и доволен, став теоретиком и разработчиком многих новых заклинаний. Пусть сам их не могу использовать, так ими пользуются другие. Простите, я вас ненадолго покину, скоро вернусь.

Едва профессор вышел, как Фелоне досталось со всех сторон, даже Мелисса высказалась по поводу ее черствости, хотя обычно защищала перед друзьями. Под общими нападками Фелона сначала пыталась отбиться, потом подняла руки.

— Ладно-ладно, признаю, что я черствая неблагодарная и вообще хамка, такая, каких свет не видел. Но я же не знала, что профессор так резко отреагирует на мои вопросы? Я просто удовлетворила любопытство.

— А меня не могла спросить? — накинулась на подругу Мелисса. — Я бы тебе и сама все объяснила.

— Я же не знала, что ты такой специалист в магии.

— Слушай, ты серьезно думаешь, что проблема профессора неизвестна ученикам лицея? Одно время, — вдруг призналась Мелисса, — я даже мечтала стать магическим врачом, чтобы помочь профессору вылечиться.

— Я польщен, но я действительно уже давно смирился со своей ущербностью, — вдруг раздалось от двери. Профессор вошел в комнату и вернулся на место, положив на стол перед Фелоной книгу. — Вот, если тебе действительно интересно и это не праздное любопытство, тут все отыщется. Книга не такая уж большая и написана очень простым языком. Ройс, Торен, не надо ругать подругу, она же не со зла.

— Конечно, не со зла, — пробурчал Ройс. — Где там у нее в голове поместится зло, если все занято тряпками.

— Ройс!

— Извините, профессор.

— Ты не передо мной извиняйся.

— А перед ней-то за что? — возмутился юноша.

— Ро-ойс!

— Хорошо, профессор. Только из уважения к вам. Фелона, прости меня, пожалуйста, я был с тобой слишком резок.

Девушка кивнула.

— Извинение принимается.

Чтобы как-то сгладить возникшую неловкость, профессор достал игру, похожую на шахматы, и предложил сразиться. Фелона отказалась, сославшись на то, что знает только, как ходят фигуры.

— Но я с интересом посмотрю, может, и научусь чему.

Ройс одарил девушку насмешливым взглядом, но воздержался от замечаний.

Сыграли три партии, все выиграл профессор. При этом, к удивлению Фелоны, лучше всех из троих друзей играла Мелисса, и против профессора она продержалась дольше всех. При этом профессор после признался, что испытал несколько сложноватых моментов.

— Мелисса, ты вполне могла меня подловить один раз.

Пообсуждали проведенную партию, после чего Фелона взглянула на часы и сообщила, что уже около восьми вечера и им, в общем-то, пора собираться по домам.

— Подождите минутку, — с кряхтеньем поднялся профессор. — Я кое-какие подарки вам приготовил. И еще, Торен, все-таки доведи до своего отца мое мнение о директоре.

— Конечно, профессор. Сразу, как только вернусь, поговорю с ним.

— Вот и славно. А то неспокойно мне с этим обвинением. На мэра вообще никакой надежды, ему все равно, кого обвинить, лишь бы это помогло ему выиграть предстоящие выборы.

— Профессор, уверяю, мой отец совершенно не такой. Он хочет найти настоящего убийцу.

— Твой отец, Торен, один из немногих порядочных людей. Ты должен гордиться им. А сейчас подождите меня, никуда не уходите, я кое-что покажу.

Профессор неторопливо вышел из комнаты. Фелона поднялась из кресла, потянулась, несколько раз присела, помахала руками, ногами, наклонилась вперед-назад, вправо-влево.

— Ты чего это? — удивилась Мелисса, наблюдавшая за ней.

— Пока сидела, все тело затекло, — буркнула Фелона.

— Хм… Слушай, все спросить тебя хотела. А чего ты сегодня весь день в перчатках ходишь? Ни разу не сняла.

— Эти? — Фелона внимательно рассмотрела легкие матерчатые перчатки у себя на руках так, словно впервые их увидела. — Ничего ты не понимаешь: перчатки — лучшее средство защиты женских рук, чтобы они были мягкими и шелковистыми… руки, в смысле, не перчатки.

— Я догадалась, — улыбнулась Мелисса.

— А еще они хорошая защита самой девушки.

— Это как? — невольно заинтересовался Ройс.

— О! Я тебе как-нибудь продемонстрирую это, обещаю.

Торен глянул на дверь.

— Что-то профессора давно нет…

Звон разбитого стекла в соседней комнате было ему ответом. Ребята вздрогнули и испуганно переглянулись. Замерли, не понимая, что делать. Только Фелона вдруг напряглась и пристально уставилась на дверь.

— Мелисса! — от голоса Фелоны захотелось встать по стойке «смирно!» и немедленно броситься выполнять приказ. — Присмотри за этими приятелями, чтоб не натворили чего.

Сама она уверенно шагнула к двери, но дойти не успела, она распахнулась навстречу, и в комнату вошел человек в длинном плаще, скрывающем всю фигуру, и в маске, закрывающей лицо.

— Волосы, — испуганно прошептал за спиной Фелоны Торен. И действительно с краю маски виднелся небольшой клок светлых директорских волос. Перепутать их было сложно, а их длина, похоже, сыграла с директором дурную шутку, поскольку помешала как следует спрятать их под маской.

— Тихо! — прошипела в ответ Фелона, чуть повернув голову, и снова уставилась на вошедшего.

— Молчать! — прохрипел человек, закашлялся, но через мгновение сумел справиться. — Как же вы мне надоели!

— Взаимно, — буркнула Фелона.

— Фелона, — попросил испуганный Ройс. — Не зли его. Видишь, у него тесак.

Тесак был большой, таким и голову снести можно одним ударом.

— Так, ребятки, быстро и осторожно достали свои пластины связи и положили их на стол, а то… — Он вдруг шагнул вперед, поднял свой тесак и коснулся шеи стоявшей впереди Фелоны. Та сглотнула, по виску прокатилась капелька пота. Испуг девушки, кажется, понравился пришельцу. — Быстро, я сказал! Или увидите, как эта очаровательная головка окажется у ваших ног!

Первым очнулся Ройс. Осторожно, стараясь не делать резких движений, он медленно достал пластину из нагрудного кармана, положил ее на стол.

— Отойди к стене! Вон к той. Быстро. А теперь ты, Торен!

Торен положил свою пластину рядом с пластиной Ройса и присоединился к приятелю у стены. Мелисса просьбы дожидаться не стала и положила свою пластину связи без понуканий. Встала рядом с Тореном и испуганно прижалась к нему.

— Ребята, поверьте, я не хочу причинять вам вреда, но мне нужно было кое-что забрать у этого старого маразматика профессора, а он, к сожалению, не согласился мне отдать эту вещь…

— Вы убили профессора?! — вскрикнул Торен.

— Может, да… а может, и нет, — хрипло хмыкнул незваный гость. — В комнате валяется, я только стукнул его по голове. Может, и умер, но вряд ли, я несильно бил. Так что, глядишь, и выживет. А сейчас, что касается вас… Ну-ка, блондиночка, положи свою пластину на стол, рядом с остальными. Быстренько.

Фелона аккуратно достала свою пластину и выполнила приказ. Преступник тесаком оттеснил Фелону в сторону, шагнул к столу и рубанул сразу по всем пластинам.

— Вот так. — Директор явно успокоился и даже расслабился. — Как я уже говорил, зла я вам не желаю, но своя шкура ближе к телу. Потому сейчас вы выпьете воду со снотворным и заснете часика на три. Когда проснетесь, я буду уже далеко. А чтобы вы не наделали глупостей, вашу блондинистую подружку я захвачу с собой.

— Пожалуйста, нет! — испуганно вскрикнула Фелона.

— Заткнись! Будешь вести себя хорошо — вскоре вернешься к своим друзьям.

— Вы врете! Вы меня хотите убить так же, как тех девушек, которых вы убили раньше!

Гость ухмыльнулся.

— Может, и да… а может, и нет. Как повезет тебе, деточка. Если бы ты знала, как я ненавижу таких, как ты, богатеньких, которым все само идет в руки. А я вынужден… — Тут гость осекся, сообразив, что едва себя не выдал. — В общем, так, ты, Мелисса, ну-ка, вон из того графина налей в стаканы воды. Быстро!

Мелисса не сдвинулась с места, только испуганно задрожала.

— Быстро, — поторопил ее незваный гость.

— Вы же видите, что она боится! Давайте я сделаю, — вышел вперед Торен.

— Ну давай, кавалер. Три стакана. Быстро.

Руки Торена отчетливо дрожали, но он справился. Гость достал из кармана три бумажных пакетика.

— Каждый сыпь в стакан, — кинул он их Торену.

— А это точно не яд?

— Придурок! Если бы я хотел вас убить, поотрубал бы головы и свалил. Но, как я уже говорил, вам просто не повезло оказаться у профессора в тот момент, когда я заглянул к нему в гости. К большому счастью для вас, я очень добрый человек, а потом не злите меня. Сыпь порошок из пакетиков в стакан, и пейте.

— А Фелона? — поинтересовался от стены Ройс.

— А ей не повезло. Парень, радуйся, что я не беру кого-нибудь из твоих друзей. Тебе же вроде она никогда не нравилась? Вот и радуйся, что вскоре с ней расстанешься. — Гость неприятно рассмеялся. — Возможно, даже навсегда.

— Отпустите ее, я пойду с вами, — неожиданно предложил Ройс.

— Чтобы ты что-нибудь устроил? — Гость опять хмыкнул. — Со мной пойдет либо Фелона, либо Мелисса. Парень, я даю тебе возможность выбора. Ну? Быстренько выбирай, кто пойдет со мной?

Ройс растерянно замер. Оглянулся на бледную Мелиссу, посмотрел на неестественно прямую Фелону, замершую перед гостем.

— Парень, выбирай поскорее, иначе заберу обеих.

Фелона вдруг отмерла и посмотрела на гостя.

— Я слышала о таком приеме. Но ведь вы все равно возьмете только меня. И отпускать меня вы тоже не намерены. Мне ведь приготовлена та же участь, что и тем девушкам?

Гость на мгновение растерялся.

— А ты не такая идиотка, как полагает твой приятель.

Ребята в ужасе замерли.

— Нет, вы не можете!

— А ну назад, Торен! То, что я не хочу убивать вас, вовсе не значит, что я не сделаю этого, если вы меня принудите! По одному подходите к столу и пейте. Быстро. Сами решайте, кто будет первым.

Вдруг Фелона шагнула к гостю. Тот повернул к ней голову, дернул руку с тесаком.

— Прошу вас, — вдруг взмолилась девушка, — прижимая руки к груди. — Не убивайте меня! Я ведь еще слишком молода, чтобы умирать! Прошу вас. — Девушка всхлипнула и тут же стала размазывать слезы по лицу.

— Хм… — Гость вдруг покосился на Мелиссу. — В таком случае тебя заменит Мелисса. Ты согласна, чтобы твоя подруга умерла вместо тебя?

— Да! — обрадовалась Фелона и сделала еще один шаг. — Конечно! Возьмите ее, только не трогайте меня!

— Вот как… А они так о тебе переживали, — притворно огорчился гость. — Люди везде одинаковы — думают только о себе. — Он посмотрел на замерших у стены ребят. — Хороший урок для вас будет.

И тут, воспользовавшись тем, что гость на миг потерял ее из виду, Фелона сделала последний шаг и положила руку на грудь гостю. Треск, грохот небольшого взрыва — и гостя буквально отшвырнуло к стене.

Фелона подняла правую руку с перчаткой и осмотрела ее.

— Хорошая вещь, — сообщила она. — Почти шокер. — Потом пояснила для ошарашенных ребят: — Мой дядя сделал, он маг. Жаль только, одноразовая штуковина, потом заряжать надо. Мелисса, говорила же я тебе, что перчатки — лучшее средство для защиты девушки.

Гость со стоном поднялся и подобрал тесак.

— Одноразовая? — прохрипел он. — Девочка, молись, умирать ты будешь медленно. — Он сделал один неуверенный шаг, второй.

Фелона, настороженно наблюдавшая за ним, вдруг шагнула вперед и положила ему на грудь левую руку. Снова треск, грохот, но слабее. Мужчину хоть и откинуло назад, но он устоял.

— У меня две руки, идиот, — пояснила Фелона. — А значит, и две перчатки. — Она снова их рассмотрела и поморщилась. — Все-таки слабоваты они. Надо будет попросить дядю усилить разряд.

— Э-э-э… — наконец отошел от шока Ройс. — Он еще на ногах и скоро оправится.

Фелона подняла голову и посмотрела на пошатывающегося гостя. Возвела глаза к потолку и вопросила у него:

— Ну вы там скоро?! Или мне так и отбиваться от маньяка в одиночку?

Словно по сигналу вылетело окно в комнате, и в помещение впрыгнул мужчина с мечом, в котором ребята с удивлением узнали охранника из лицея.

— Дарк, ну тебя только за смертью посылать! — возмутилась Фелона.

Ворвавшийся ответить не успел, с петель слетела дверь в комнату, и в помещение ворвались еще трое солдат, за которыми прошел и отец Торена — Артер. Хмуро огляделся, повернулся к Фелоне.

— А вам не кажется, госпожа Призванная, что втравливать в ваши дела детей это чересчур?

— Эй, между прочим, я не старше их! — возмутилась Фелона. — К тому же им ничего не угрожало. Сами все слышали.

— Что здесь происходит? — Очнулся Ройс, переводя взгляд с Фелоны на отца Торена. Потом его взгляд остановился на Фелоне. — Ты Призванная?!

Фелона вздохнула. Аккуратно сняла парик, положила его на стул, неторопливо подошла к Ройсу.

— Как же давно я об этом мечтала, — сообщила она ему, после чего треснула юношу по лбу. Несильно, но чувствительно.

— Эй!

А вот то, что за всей шумихой забыли о госте, было большой ошибкой, но он напомнил о себе сам. Пока все разглядывали Фелону, неожиданно ставшую Призванной, он сумел добраться до двери в другую комнату. Когда его маневры заметили, было уже поздно.

— Назад! — заорал он. — Тут в комнате лежит профессор! Еще шаг — и я его убью.

Солдаты замерли, а Фелона укоризненно покосилась на Дарка Врома.

— Я ваш телохранитель, госпожа Наташа, — отрезал он. — Убийцу должны были схватить люди Леройса.

— Ну что за идиотизм! — простонала Фелона, развернулась к убийце, выглядывающему из-за двери. — Чего вы хотите?

— Карету к дому! Всех солдат позвать в эту комнату. Профессора я заберу с собой, если вы не будете делать глупостей, то вашего любимца я отпущу сразу, как только он перестанет быть мне нужен!

Фелона… Призванная…

Ройс потер лоб, покосился на девушку. Наташа, мысленно поправился он — получать в лоб больше не хотелось.

— Наташа…

— О, один удар в лоб просветляет память и ускоряет мыслительные способности. Эксперимент можно считать удачным. Надо будет запомнить.

— Прекрати! Ты считаешь, сейчас подходящее время для шуток? Директор же убьет профессора!

— Ах, да. — Наташа словно только сейчас вспомнила о замершем у двери убийце. — Извините, но мы не можем вас отпустить.

— Значит, я сейчас отрежу голову профессору и выкину ее к вам. Меня вы поймаете…

— А вот этого вы точно не сделаете, — уверенно заявила Наташа. — Лучше сдавайтесь.

Глава 10

На мгновение в комнате воцарилась тишина. Артер Леройс мрачно разглядывал убийцу у двери, Ройс растерянно посматривал на Наташу. Только Мелисса дернулась к комнате, но была вовремя схвачена за руку Тореном.

— Наташа, там профессор! — воскликнула она, когда сообразила, что бежать к убийце — не самое лучшее решение.

Наташа оглянулась, кивнула и снова вернулась к созерцанию убийцы.

— Дом окружен, и в окно вам не выбраться, — Наташа на всякий случай обернулась к Артеру Леройсу за подтверждением, и тот кивнул. — А не сделаете вы этого потому, что трудно отрубить голову самому себе. Профессор, заканчивайте ваше представление.

— Что? — ахнул за спиной Наташи Ройс. — Профессор?

Убийца замер.

— Что за шутки?

— Если я не права, покажите нам профессора. Вытащите его из комнаты и покажите. Профессор, игра окончена.

— Пока я буду его вытаскивать, вы ворветесь? Нашли дурака!

— Ладно, — вздохнула Наташа, — пора заканчивать балаган. Дарк, вы были по тому адресу, который вам сообщил мальчишка?

— Конечно.

— Господин Леройс, пригласите гостя.

Артер повернулся к двери и что-то тихо сказал одному из солдат. Тот выскочил наружу и через мгновение вернулся с потрепанным бледным мужчиной в мятой и местами рваной одежде.

— Господин Тинефс, — ахнула Мелисса. — Значит, это…

— …на самом деле профессор Кардегайл, — подтвердила Наташа.

— Ты, скотина!!! — директор рванулся к профессору, но был остановлен солдатами и за руки оттащен в угол.

— Господин Тинефс, если будете вести себя несдержанно, то вас выведут отсюда.

Директор еще пару раз дернулся, но, сообразив, что вырваться из крепких рук солдат не получится, успокоился.

— Все! Отпустите. Не буду ничего делать.

Наташа подозрительно посмотрела на директора. Что-то ей показалось странным в его порыве. Словно он не гневался, а играл гнев. Но времени обдумать это не было.

Профессор обреченно вздохнул, вышел из комнаты и стянул с себя маску, на пол упал отрезанный локон директорских волос.

— Значит, догадалась… Интересно, когда…

Наташа пожала плечами.

— Еще до того, как сюда приехала. Вы первым попали под подозрение. Господин Леройс, пусть кто-нибудь осмотрит коляску профессора, там должен быть рулон водонепроницаемой ткани. Прикажите принести его сюда.

— Значит, и об этом знаешь… — Профессор выронил тесак и устало плюхнулся на стул. — Скажешь, почему стала подозревать меня?

— Охотно? Профессор, вы же знаете, кто такие Призванные? Я из мира, где магии нет, но есть много сумасшедших, которые в нее верят. И, в частности, верят, что ритуалы могут дать им силы… Когда я узнала, что вы не можете использовать магию, я подумала, почему бы не попытаться вернуть ее при помощи ритуала? И я подробно расспросила своего дядю, он бывший член Совета Магов. Он, в принципе, не отрицал такой возможности, но считал, что ритуал должен быть очень сложным. И сказал еще, что такого пока не существует… что еще больше показывало на вас. Кому, как не видному теоретику магии, автору многих заклинаний, под силу разработать подобный ритуал?

— Вот как? — профессор горько улыбнулся. — Значит, все мои попытки запутать следы были напрасны? Выходит, ты все время со мной играла, словно кошка с мышкой? Забавно было?

— Играла? — удивилась Наташа. — О, нет, профессор, играть с такими, как вы, — не уважать себя. Видите ли, все, что у меня имелось, — мои ощущения и логические рассуждения, которые суду не предъявишь. У меня не было доказательств, потому и пришлось прибегнуть к хитрости и прибыть сюда раньше запланированного срока, чтобы заставить вас действовать, пока вы считаете, что меня тут нет. Я была уверена, что как только вы узнаете, о приезде Призванной, то постараетесь замести следы. А лучше всего это сделать, свалив вину на другого. Мне оставалось только следить за вами и попробовать разобраться с убийствами. Первое из них случилось давно, и осталось слишком мало следов, а вот со вторым мне повезло больше. Господин Леройс, ваш старший сын здесь?

— Здесь, как вы и просили.

— Можно его позвать?

— А я уже подумал, что обо мне забыли. — Дарий прошел в комнату, глянул на профессора, поморщился. — Профессор… я так вам верил… Я готов был поклоняться вам…

— Дарий, еще будет время. Помнишь, я просила тебя вспомнить о мебели у кострища? Ты показал разрезанный диван?

— Ну да. — Дарий быстро сварганил иллюзию, показывающую подготовленную к сожжению мебель!

Наташа достала из сумки кусок ткани со следами крови.

— Это мы нашли на том месте. Еще спорили, кровь это или нет. Ройс, это кровь, поверь, я ее узнаю в любом виде, тем более проверить несложно, и такие вещи обязательно проверяются, а не отмахиваются от них на том основании, что крови там быть не может, а если есть, то могли пораниться рабочие.

Ройс поморщился.

— И откуда она там взялась?

— А вот из этого дивана. Сейчас…

Как раз в этот момент вошел солдат и бросил на пол рулон водонепроницаемой ткани. Наташа подошла к нему и хорошенько пнула, разворачивая. Рулон раскатился по полу гостиной — на всеобщее обозрение предстала нарисованная на ткани сложнейшая магическая печать. Наташа полюбовалась ею и повернулась к Ройсу.

— Вот почему между убийствами прошла неделя — такую печать быстрее чем за несколько дней не нарисуешь, а потом еще день-два нужны для проверки, ошибка же здесь недопустима. Господин Леройс, ткань водонепроницаемая, потому следов крови в сарае и не было.

— А перепачканную кровью ткань повторно не использовать, и ее надо куда-то девать. Кардегайл спрятал ее в обшивку дивана, который утром должны были сжечь, — хмуро кивнул Артер Леройс и повернулся к такому же мрачному офицеру: — Лартен, посмотри, кто осматривал территорию лицея и, в частности, место, где была свалена мебель. Убедись, что в течение следующего месяца эти орлы будут охранять только туалеты в казарме.

— Подожди, — торопливо заговорил Ройс, боясь, что перебьют. — Если причина убийства через неделю только в этом, то почему профессор хотел убить тебя именно сегодня вечером? Ведь в подобном намерении не было смысла.

— Смысл был. Ты сделал эту закономерность реальностью.

— Я? — изумился Ройс.

— Именно ты. Ты столько раз всем говорил о ней, что об этом не слышал разве что ленивый. Вот профессор и решил сделать твою закономерность реальностью. Насколько я понимаю, еще одна жертва ему требовалась. — Наташа повернулась к профессору.

Тот несколько секунд выдерживал ее взгляд, потом ухмыльнулся.

— По моим расчетам, еще две жертвы — и у меня все получилось бы.

— Две… — Наташа нахмурилась. — Ну да… В таком случае лучше всего это было сделать до моего приезда и свалить вину на кого-нибудь другого. С этой целью профессор ловко навел подозрения на директора и даже подкинул в его кабинет вещи убитых девушек, намекнув об этом нашей компании, — Наташа насмешливо оглядела Ройса, Торена и Мелиссу.

— Мерзавец, — опять прошипел из угла директор.

— Ройс, конечно же, — продолжила Наташа, — не удержался и тут же кинулся проверять подозрения профессора. — Ройс покраснел и отвернулся, попутно бросив гневный взгляд на Кардегайла. — И так же естественно мы нашли вещи погибших. Профессор, я несколько раз проверяла, а потом и Торена заставила проверить. С места посетителя от двери их заметить невозможно. Одна вещь лежала вообще в ящике стола, а другую вы спрятали за вазой.

— Так ты поэтому гоняла меня, заставляя смотреть? — догадался Ройс.

— Именно. Мне было интересно, что же такого подозрительного профессор увидел, чего я, при всем внимании, не нашла. Собственно, я знала, зачем нас сюда направили, но все же было интересно. Кстати, профессор, я потом отправила слугу разыскать вашу водонепроницаемую ткань, он даже купил рулон. Угадайте, когда он спросил продавца, кто еще покупал у него эту ткань, кого он назвал? И что он ответил, когда спросили, сколько вы ее покупали? После этого сложить два и два было делом техники. Правда, я немного засомневалась, когда мне не удалось ничего написать на ней, но, к счастью, в вашем кабинете… Да-да, мы не только директорский кабинет осмотрели, но и ваш. Подозрительного там, как я и ожидала, ничего не нашлось, зато Мелисса показала очень интересную вещь — флакон с карбонитовой тушью. Кстати, профессор, откуда у вас ошон? Это ведь он был у вас на столе?

— И это заметила? Никто не понял, что это за фигурки…

— После дела у Гринверов я узнаю ошон в любом виде. Кстати, не боитесь, что его украдут? Он ведь сколько стоит… А без него, как я понимаю, ни один ваш ритуал невозможен.

— Ха. Что ты понимаешь, девчонка. Это мой ошон! Я его двадцать лет создавал, знал, что рано или поздно понадобится. А украсть его?.. Жаль, что не попробовала. Одной Призванной стало бы меньше.

— Ну, я что-то такое предполагала, — совершенно спокойно отозвалась Наташа. — Ясно же, что такую ценность не оставят без охраны. А узнать ошон… некому узнавать. Единственный, кто мог его опознать, — вы. Дарий, ты когда-нибудь видел ошон?

— Нет. Те фигурки я видел на столе, но мне даже в голову не приходило… Кто же его стал открыто держать?

— Вот! И никому не приходило. Это я одна такая. Да и то узнала только потому, что уже видела такие фигурки раньше. Вот только чего я не предвидела, так это похищения директора. Господин Леройс, вы говорили отцу Мелиссы, что господин Тинефс незнакомцу дверь бы не открыл. А преподавателю лицея, уважаемому профессору магии? Думаю, Кардегайл нашел слова, которые заставили директора открыть дверь.

— Он заявил, что в лицее что-то случилось, — прошипел из угла Тинефс.

— А дальше дело техники. Нетрудно усыпить человека, который этого не ждет. Не знаю уж… хлороформ или что-то подобное. По голове, наконец, стукнуть чем-нибудь. В общем, моя вина, не предусмотрела, хотя и могла бы предвидеть — улики-то против директора шаткие, зато его побег уже говорил о многом.

— Ты не предвидела, а я по твоей милости сутки связанным в каком-то сарае провалялся! Меня вообще могли убить!

Наташа нахмурилась.

— Не могли. Я была уверена, что Кардегайл вас сразу не убьет, ибо тогда не на кого будет вешать очередной труп. Он же знал, что я спрашивала о времени смерти девушек и что врач может определить подобное. Обнаружив ваше тело, а спрятать его надежно у профессора возможностей нет, быстро выяснят, когда именно вы погибли, и сообразят, что убить третью девушку вы не могли. Профессор, я нигде не ошибаюсь?

Кардегайл вдруг хрипло рассмеялся.

— Считаешь себя умной, да? Я действительно хотел повесить всех убитых на этого подонка.

Директор, вопреки ожиданиям, не бросился спорить, а промолчал.

— Труднее было отыскать, где профессор держит директора, но тут мне помогли мальчишки с рынка. За несколько дежей они проследили за ним… Профессор ведь не мог оставить директора совсем без внимания. К тому же у меня имелось подозрение, что место, где держат Рекора Тинефса, станет местом будущего преступления, так что профессор обязан был там появиться. Сегодня с утра за Кардегайлом таскались мальчишки. Потом оставалось только проверить места, где профессор побывал. А поскольку после обеда он ожидал в гости нас, то и посетить много мест не мог. Кстати, господин Леройс, я те четыре дежа, что отдала мальчишкам, потратила из собственного кармана. Надеюсь, ваш магистрат возместит мне траты?

— Не сомневаюсь, — хмуро кивнул Артер.

— Очень хорошо, — кивнула Наташа. — Ну а дальше вы, господин профессор, пригласили нас к себе и принялись убеждать, что директор невиновен, а потом разыграли эту небольшую комедию. Заранее отрезали локон директора, переоделись в длинный плащ, маска и директорский локон, словно случайно выбившийся из-под нее. Несколько характерных для директора словечек, после чего все будут убеждены, что приходил именно он. Потому, кстати, вы и не собирались подмешать снотворное в еду, как я опасалась. Вам было нужно, чтобы «директора» узнали и Мелисса, и Торен, и Ройс. Позднее они могли бы подтвердить, что именно директор приходил и похитил Фелону кер Шеордан. Потом бы нашли ее труп с вырезанным сердцем. А сам директор… утонул при попытке бегства с острова на лодке. И выловили бы его тело где-нибудь на пляже. А настоящий преступник остался бы весь в белом и совершенно тут ни при чем. Хороший план, профессор. Но знаете, три пакетика со снотворным у человека, который пришел навестить только вас и случайно наткнулся на ребят в гостях… ну, не серьезно. Если бы я прибыла на корабле в положенный срок, а Фелона оказалась бы Фелоной… неужели я не обратила бы внимания на эти три пакетика? Их же специально приготовили как раз для троих. Четвертого усыплять не собирались.

— Я гений в магии… не в преступлениях, — криво усмехнулся профессор. — Не подумал. Досадно.

— А вот ваша психологическая игра… очень жестоко. Мелиссу вы ведь все равно не взяли бы. Как я поняла, вам требуются для жертв девушки с магическим даром. Мелисса таким не обладает. А вот меня вы обследовали и сказали, что дар у меня есть, причем большой.

Профессор снова криво усмехнулся.

— Я бы проиграл тут. Ты же Призванная. Твой дар, это не дар… это ты и есть. Отсюда и показания.

— Я сама состою из магии, — кивнула Фелона. — Именно это ваш прибор и показал. Но дара, в вашем понимании, у меня нет. Моя гибель ничего бы вам не дала. Я правильно поняла?

— Совершенно верно.

— Но скажите почему? Неужели вам не было жалко этих девушек, профессор? Ведь вы их знали! Они же учились у вас!

— Жалко? — профессор вдруг взорвался: — А ты знаешь, каково было мне?! Я видел, каким резервом обладают эти девушки и как впустую они просаживают свою жизнь! Если бы я имел хотя бы десятую часть их сил… Думаешь, я ради себя это делал? Нет! Ты не представляешь, какие открытия я бы еще совершил! Весь мир бы сказал мне спасибо… а цена — жизни двух этих… этих, которые от безделья не знали, чем себя занять, и попали в сети директора с его обществом. Что их ждало? Публичный дом, а потом ранняя смерть? А так их жизни пошли на пользу науки! Они еще спасибо мне сказать должны были!

Наташа скривилась, но дослушала профессора до конца. Дождавшись, когда он замолчит, устало заметила:

— Профессор, если бы вы только знали, насколько сейчас неоригинальны. Но по мне, каждый свою жизнь проживает сам, и только он решает, как ею распорядиться. Может быть, со всех точек зрения они вели себя неправильно, и вы сейчас сказали правду, и они действительно так бы и закончили свои жизни. Но это были их жизни! Может быть, вы правы, а возможно, одна из них потом опомнилась бы и изменила себя. Но вы не оставили им никаких шансов. Господин Леройс, думаю, профессор здесь больше не нужен, а нам еще дом осматривать.

Артер Леройс отдал короткий приказ офицеру, тот солдатам, и профессора под конвоем вывели из дома.

Наташа развернулась к ребятам:

— Сейчас тут все будут очень заняты, да и поздно уже. Если хотите поговорить, приезжайте завтра к десяти утра ко мне.

— Но…

— Ройс, я уже поняла, что ты хочешь, давай поговорим в более спокойной обстановке — этот разговор не на ходу.

Ройс согласно кивнул.

— Договорились. Буду ждать… и это… извини, в общем… я вел себя как свинья.

— А я вела себя как блондинка, — улубнулась Наташа. — Ладно, идите. Сейчас тут начнут все разбирать по камешкам.

Артер Леройс одобрительно кивнул и приказал солдатам проводить карету с детьми и возвращаться, только убедившись, что все они развезены по домам.

— И чтоб сдали их родителям, — закончил он.

— А вы, — Наташа развернулась к директору. — Вам тут тоже нечего делать. Давайте так, поезжайте домой, а завтра мы с вами поговорим. Отдыхайте. Думаю, вам и ванну захочется принять.

На этот раз Леройс не выглядел довольным, но и держать директора тут тоже особого смысла не было. Ну и помыться ему действительно не помешает.

— Вас проводить? — все-таки спросил он у Тинефса.

— Сам доберусь, — сердито буркнул тот, развернулся и вышел.

Артер Леройс хотел что-то сказать, но лишь пожал плечами. А Наташа подошла к окну и стала наблюдать за уходящим директором, не обращая внимания на солдат, начавших обыск в доме. Наконец, минут через пять она отошла от окна.

— Господин Леройс, вы тут пока без меня управитесь, а я ненадолго отъеду. Если что найдете, не выносите ничего из тайников. Приеду и посмотрю.

— Но…

— Честное слово, я по делу, — Наташа даже руку к груди приложила, и пока Леройс не нашел что возразить, повернулась к молчаливому Дарку Врому. — Дарк, подавай карету, едем. И да, сними, наконец, этот парик, ты в нем кажешься старой развалиной.

Дарк стащил с головы седой парик, бросил его на стол и вышел. Вскоре донесся стук копыт, и у ворот остановилась легкая коляска. Наташа забралась в нее и плюхнулась на сиденье.

— Гони, мы должны опередить Тинефса.

Коляска быстро пронеслась по вечернему городу и остановилась у ворот дома Рекора. Наташа выпрыгнула из нее и уверенно направилась к крыльцу, а Дарк отправился отгонять коляску подальше, где ее не заметит директор. Когда он подошел к дому, Наташа уже вскрыла дверь и дожидалась его.

— А если бы директор согласился принять помощь Артера? — поинтересовался он.

— Не принял бы. Колясок там только наша и карета Мелиссы. На карете отправились развозить ребят, свою коляску я бы не отдала. Артер хотел выделить коня, но директор — неважный наездник. Найти же в это время пролетку сложно. Точнее, можно, но чуть дальше. И поедет она не так быстро, как мы.

— Все продумала?

Наташа пожала плечами.

— А что тут сложного? Так, я закрываю дверь, а ты пока найди место, где можно спрятаться.

Спрятались здесь же, в коридоре, между шкафом и дверью, поскольку было непонятно, в какую комнату отправится директор по прибытии.

Ждать пришлось недолго, уже через десять минут у ворот остановилась пролетка, раздались шаги, дверь открылась. Вошедший директор закрыл дверь и задвинул засов. Услышав этот звук, Наташа ткнула в бок Дарка, тот пожал плечами, хотя вряд ли этот жест Наташа разглядела — темно, да и смотреть не очень удобно.

Скоро зажженная керосиновая лампа исчезла в одной из комнат. Наташа быстро, но осторожно выбралась из-за шкафа и медленно прошла следом. Выждала некоторое время и дальше двинулась, уже не таясь. Дарк быстро ее догнал и пристроился рядом.

Тинефса они застали склонившимся над небольшим отверстием в стене, откуда он поспешно доставал какие-то бумаги.

— И почему я не удивлена? — хмыкнула Наташа, разглядывая тайник от двери. — Все же я была права и солдаты не очень умело проводили обыск.

Директор резко обернулся и побледнел.

— Как вы сюда попали? — Дернулся к бумагам, но его опередил Дарк. Быстро рванулся вперед, схватил их, оттолкнул директора в сторону и достал остальные. Вернулся к Наташе и протянул бумаги ей.

Девушка прошла к лампе, развернула один листок, прочитала. Хмыкнула.

— Чего вы хотите? — простонал директор. — Вы не имеете права!

— Можете жаловаться, — равнодушно отозвалась Наташа, читая следующий листок.

Тинефс помолчал, разглядывая гостей исподлобья.

— Сколько ты хочешь? — наконец заговорил он. — Двести тысяч за эти бумаги.

— Ого. Интересно только, откуда у простого директора лицея двести тысяч деж? И ведь не последние отдаешь.

— Двести пятьдесят за эти бумаги…

Наташа, наконец, подняла голову и посмотрела на стоявшего рядом директора.

— Ну что вы, я же не шантажистка какая. Я вообще очень добрый человек.

— Значит…

— Совершенно верно, я сама доброта. Именно поэтому я даю тебе двадцать четыре часа, чтобы исчезнуть с острова и вообще из республики. После этого я передам эти бумаги заинтересованным людям.

Секунду казалось, что Рекор Тинефс бросится на нее, но он наткнулся на ледяной взгляд стоявшего рядом с Наташей Дарка Врома и не осмелился. Только голову опустил.

— Будь ты проклята, — прошипел он. — Я за это время даже деньги со счетов снять не успею.

— Считай, что я тебе посочувствовала. Дарк, идем, возвращаемся в дом профессора, посмотрим, что там откопали.

— А ты, оказывается, умеешь быть жестокой, — заметил он, когда они ехали обратно, а девушка устроилась рядом с ним на козлах.

— Ты просто не видел тех бумаг по обществу Амура, которые уже нашли у него.

— А в этих что такого страшного, что он даже хранил их отдельно?

Наташа развернула один листок и показала. Дарк чуть притормозил коня, прищурился, читая в темноте. Присвистнул.

— Да он псих! Его ведь живьем за такие шутки закопают!

— Мне его почему-то совершенно не жалко.

Дарк помолчал, задумавшись.

— И отца Мелиссы тоже, — закончил он.

Теперь настала очередь Наташи думать, а Дарк молчал, только иногда посматривал на хмурую девушку. До конца поездки она так и не произнесла ни слова. Уже у дома профессора она замерла у ворот.

— Подумаю об этом завтра, — устало сообщила она и шагнула в дом. Дарк только головой покачал.

Обыск в доме профессора находился в полном разгаре, когда вошла Наташа. Солдаты на ее появление не обратили особого внимания, а на прямой вопрос, где Артер Леройс, махнули в сторону кабинета.

Леройса девушка застала за просмотром каких-то бумаг. Сам командующий выглядел бледновато. Услышав звук шагов, он в раздражении поднял голову:

— Я же просил никого не… а, это ты, — закончил он уже спокойно. — Сделали свои дела?

— Да, и очень удачно… или нет. Пока сама не разберусь.

— Вот и я тоже не разберусь. — Леройс кивнул в сторону еще одной двери из кабинета. — Там профессор организовал что-то вроде лаборатории, а также записывал свои эксперименты. Здесь основы, но, если все описанное у него в тетрадях правда… мне страшно.

— Что там? — Наташа подошла и вчиталась. — Гм… как я понимаю, его метод не просто активировал способности человека к магии, но и увеличивал его силу… увеличивал силу… Дайте догадаюсь, если маг проводит тот же ритуал, что и профессор Кардегайл, он увеличивает свои силы?

— Да. Причем предела не знал сам профессор, он не довел эксперимент до конца. К счастью, для закрепления результата нужен ошон, и без него силы увеличатся минут на десять максимум.

— Точно?

— Дарий заверил меня, что именно так. Без ошона все это не имеет смысла. Кардегайл, похоже, догадывался, что к этому придет, когда начинал свои опыты, и позаботился, чтобы изготовить ошон. Собственно, только недавно он его и закончил. Слабый, даже по сравнению с обычным, но зато он попытался сделать его синхронизированным. Все-таки он настоящий гений, Дарий сказал, что до сих пор не понимает, как профессор добился подобного результата. Да еще этот ритуал разработал, настоящий шедевр, — при этих словах Артера перекосило.

— Да уж. Но ведь профессор вроде бы не маг? Как же он его проводил?

— О, вот в этом весь и фокус. Я почему даже не подумал на Кардегайла, не может он запустить ритуал, маг ему нужен, а это уже сообщник. Я ведь и хотел выбить из него имя сообщника, это ведь не шутки. Грешным делом, даже на сына подумал. Но вот описание ритуала, — Леройс кивнул на стопку тетрадей на столе, — кстати, защита тут непростая стояла, Дарий с трудом с ней справился. Ну, ломать не строить. В общем, суть в том, что он не просто так выбирал девушек, обладающих силой. Они и запускали ритуал. То есть сами и отдавали свои силы. А активировал запуск удар ножом в сердце, специальным ножом — вон он, в той коробке лежит.

Наташа подошла к полке и приоткрыла коробку, рассмотрела чуть искривленный кинжал с нанесенными на нем печатями.

— Надо бы узнать, у кого он его заказывал. Ведь сразу видно, что его изготовили недавно.

— Узнаем. Да и не думаю, что сам профессор будет отрицать. Против него тут столько всего. Можно было сразу арестовывать и обыскивать.

— Не уверена, — вздохнула Наташа. — Что-то слишком уж много тут улик.

— В каком смысле? — удивился Леройс. — Думаешь, их ему подбросили?

— Нет-нет, такое не подбросишь, слишком все специфическое. Описание ритуала, расчеты магии. Никто такое, кроме мага, не сделает. Тут же все его опыты описаны, но опыты не на людях, заметили? — Наташа пролистала тетрадь к началу и теперь бегло просматривала записи.

— К чему ты ведешь?

— Он ничего не прятал. Вот скажите, если вы готовитесь к ритуалу с человеческими жертвоприношениями, вы же позаботитесь о том, чтобы спрятать все эти записи и описания. Разве нет? А тут все на виду. Защищено, да, но защита явно не от магов, от обычных воров. Извините, но ваш сын против профессора не тянет, и если он справился с защитой, значит, не такая уж она была надежная.

— Ну да. Не думал, что его заподозрят. Или увлекся. Надо будет спросить у него.

— Спросите, — задумчиво кивнула Наташа.

— А с этим что делать?

— Ритуал увеличения силы, да? — Девушка нахмурилась, посмотрела на равнодушно слушавшего их Дарка Врома. — Мой совет: опечатайте дом и сообщите в Совет Магов. Пусть шлют своих людей и изучают здесь все.

Леройс задумался, потом кивнул:

— Верно. Пусть этим маги занимаются. Они оценят. Тебе еще что-то надо?

Наташа покачала головой.

— Домой поеду. Я же прошлую ночь не спала почти, еще одну ночь не выдержу. А завтра у меня еще разговор с Ройсом.

— Что-то случилось?

— Он просил найти убийцу сестры. Завтра утром еду к нему.

— Гм… вот как? Старая история…

— Старая. Пойду я… кстати, приходите завтра домой к Ройсу к десяти и позовите Ларшена.

— Ларшена? Зачем?

— Есть у меня для него… подарок, — хмуро ответила Наташа. — Гарантирую, ему не понравится.

— Но…

— Вот вы, как его друг, и решите, что с этим подарком делать. До свидания.

Наташа развернулась и направилась к выходу, оставив мрачного Леройса одного. А когда они с Дарком вышли из дома, остановилась и обернулась к дверям.

— Дарк, скажи, люди удержатся от увеличения собственных сил, если надо идти по трупам?

— Люди есть люди.

— Разбуди меня в четыре утра, хорошо?

— Что ты задумала?

— Я?

— Наташа, я ведь тебя очень хорошо знаю, ты так же себя вела, когда собралась пробраться в здание сената для разговора с императором.

— Да ничего я не задумала, но эти исследования профессора… мне они не нравятся.

— А мне очень не нравится выражение твоего лица.

— Едем, — прервала спор Наташа, забираясь в коляску.

Дарк вздохнул и влез на козлы. Едва приехав, Наташа о чем-то переговорила со своим «отцом» и отправилась к себе спать. Дарк проводил ее подозрительным взглядом, а потом прижал в углу Дирка, который, собственно, и играл роль «отца».

— Дирк, что тебе велела госпожа?

— Да ничего такого…

— Дирк, ты ведь знаешь меня, да?

— Слушай, — Дирк явно занервничал. — Ты ее телохранитель, а я вроде как подчиненный. Ты вот станешь делиться со всеми тем, что тебе командир приказал? Вы там поругаетесь, а потом снова друзья, а если меня выгонят с этой работы, кто мою семью кормить будет?

Дарк нехотя отошел.

— Ладно, я понял. Только вот тебе и мой приказ: если госпожа соберется куда среди ночи, сразу же разбудишь меня.

— Это можно, — облегченно вздохнул Дирк. — Госпоже совсем не дело одной бегать по ночному городу.

— Рад, что мы поняли друг друга, — усмехнулся телохранитель. — Кстати, а почему тебя выбрали на эту роль?

— Не знаю, — Дирк пожал плечами. — Там же в спешке все делали. Спросили меня, служил ли я в доме нобилей? А я пять лет там был, даже камердинером пришлось поработать, пока не выгнали за чужую ошибку. Вот и предложили сыграть роль богатого аристократа с избалованной дочкой, дали эту работу, сказали, если хорошо проявлю себя, работа станет постоянной.

— И как? — хмыкнул Дарк. — Считаешь, проявил себя?

Дирк уныло покачал головой.

— Только и делал, что наносил визиты, а о деле даже времени не нашлось поговорить.

— Ха, так это обычная ситуация. В этой глухомани приезд столичного аристократа — событие. Так что не переживай, все ты правильно делал, без твоих визитов госпоже пришлось бы много хуже.

— Полагаешь? Значит, Призванная… ой, — Дирк испуганно огляделся, — я хотел сказать, госпожа Наташа, оценила мою помощь? Она сообщит господину Арету Гонсу, что я справился?

— Обязательно.

— Спасибо, господин Дарк. А Приз… госпожа Наташа хороший командир. Не зазнается, все у нее по делу.

— Конечно, — согласился с ним Дарк, умолчав, что Наташе, пожалуй, и дела не было до всего, что не касалось ее расследования. — А ты иди и не забудь разбудить меня.

Дарк Вром отправился к себе в комнату, но раздеваться не стал, только сапоги стянул и устроился прямо на нерасстеленной кровати. И совершенно не удивился, когда около четырех утра его растолкал Дирк.

— Госпожа собирается куда-то уходить, — почему-то шепотом сообщил он.

— Вот неугомонная, — ругнулся Дарк и стал неторопливо натягивать сапоги, после чего вышел из дома через черный ход. Обогнул дом, устроился за широким дубом, росшем через дорогу от главных ворот, и принялся терпеливо ждать.

Призванная или нет, но Наташа оставалась девушкой, потому, даже несмотря на то что встала она раньше Дарка минут на двадцать, вышла из дома позже. Заметив наряд девушки, Дарк только вздохнул — предчувствия его не обманули. На девушке были уже виденные им темные штаны, темная свободная куртка, подпоясанная черным же поясом. На руках перчатки… черные.

Воровато оглядевшись по сторонам, девушка легкой трусцой отправилась в сторону дома профессора.

— Вот… — Дарк мысленно перебрал несколько характеристик своей подопечной, но озвучить ни одну не рискнул. — Интересно, если бы профессор жил на другом конце города — что бы она делала? Пешком добиралась?

Хотя профессор жил в другом районе, но пешком дойти до него можно было значительно быстрее, чем ехать в карете. Следовало только срезать дорогу, спустившись по пешеходной тропе с высокого холма, который на карете приходилось объезжать.

Ну да, так и есть. Дарк свернул с широкой дороги на узкую тропинку между деревьями, постепенно уходящую вниз. Вот пошли выложенные камнем ступени, ведущие с холма. Склон довольно крутой, а потому даже пешеходная дорога вынуждена была петлять серпантином.

Даже красиво, оценил вид Дарк Вром, если не гоняться за неугомонным начальством в образе молодой девушки. Вот чего она без него потащилась? Неужели полагает, что он откажется следовать за ней? Хотя как раз нет, не полагает. Знает, что он согласится, но таким вот образом она его защищает и не втравливает в неприятности. Вром снова проглотил несколько эпитетов в адрес подопечной, которые появились у него в голове.

Наконец спуск закончился, и началась широкая дорога. Вот и дом профессора. Дарк пристроился за широким кленом и оттуда наблюдал, как Наташа осторожно выглядывает из-за угла соседнего дома, откуда виден вход в жилище профессора. Немного понаблюдала, после чего стала пробираться вдоль забора, подошла к калитке, нагнулась к замку и шмыгнула во двор.

— Собак не боится? — удивился Дарк. Потом хмыкнул: это же Призванная наверняка, еще когда были в доме профессора, изучила все вокруг. И если не опасается четырехлапой охраны, значит, имеет основание.

Решив так, Дарк последовал за подопечной, благо та калитку только прикрыла, запирать не стала, видимо, собиралась воспользоваться этим же путем при возвращении. Ага, а вон и ее темная куртка, мелькнувшая на заборе. Ну да, эта яблоня служит отличной ступенькой на забор, а там и спрыгнуть невысоко.

Дарк выждал немного, воспользовался той же яблоней и тут же нырнул в кусты — Наташа открывала ставню на одном из окон. Она же заперта… И когда успела?!! Ведь он же все время был рядом с ней!

— Буду связывать! — выругался Дарк.

Он подбежал к дому и осторожно заглянул в открытое окно. Никого. Быстро перебрался через подоконник, прислушался. По-хорошему, можно уже выходить к подопечной, не прогонит же она его, но лучше оставить все так — и присматривать за ней удобнее, и реагировать в случае какой непредвиденной проблемы сподручней.

Дарк выглянул из-за двери.

— Опа! А это кто? О!

Вром хмыкнул. Надо же, какой сюрприз! А вот и Наташа крадется. Сейчас… сейчас… ух, встреча двух одиночеств. Дарк, развлекаясь, понаблюдал за парочкой, а потом спрятался за дверью, приготовившись слушать занимательный разговор двух горе-взломщиков.

Глава 11

В дом Наташа проникла без проблем — Леройс позаботился об охране только центрального входа, а вот о том, что в дом можно попасть с другой стороны, и не подумал. Но справедливости ради стоит заметить, что никому и в голову не пришла мысль, что кто-нибудь вознамерится так рисковать. Даже охрану выставили, поскольку так положено, а не из опасений чего-то. Трое охранников обосновались между воротами и дверью в дом, развели костер на травке и устроились там, обсуждая какие-то свои дела. Честно говоря, Наташа не поняла, почему бы охранников не впустить в дом, пусть заняли бы комнату недалеко от двери — и им удобнее, и дом под присмотром. Возможно, тут как раз тот случай, когда военное «не положено» не требует никаких дополнительных пояснений. Даже непонятно, что бы она делала, если бы солдаты сидели в доме. Хотя там, скорее всего, они мирно уснули бы.

Думая таким образом, она не заметила, как налетела на еще одного крадущегося человека. Только когда почти столкнулась с ним, отскочила, едва удержав испуганный возглас. Человек тоже сдержался, похоже, и он здесь не совсем законно. Наташа прищурилась, изучая гостя, направила ему в лицо свет воровского фонаря. Человек сморщился и заслонил лицо рукой, причем свет явно причинял ему намного больше неудобств, чем должен. Раз он шел без фонаря, наверняка обладает ночным зрением. Кто их, магов разберет?

— А не подскажет ли уважаемый Дарий Леройс, что он забыл в такой час в доме профессора Кардегайла?

— Я могу задать вам тот же вопрос, госпожа Призванная… ай… что вы?

— Наташа, с вашего позволения, господин маг, — прошипела девушка. — Неужели мое имя так трудно запомнить?

— Ладно-ладно, я понял, не надо больше пинаться. Так что вы здесь делаете, госпожа Наташа?

— Интересуюсь, кому захочется ночью проникнуть в дом профессора.

— Если бы вы кого-то караулили, то не удивились бы нашей встрече.

— Хм… Тоже в сыщика играем? Впрочем, ладно. Но у меня вызывает смутные сомнения ваше появление здесь, господин маг. Никак не могу избавиться от чувства, что я что-то упустила в деле профессора. Не было ли у него случайно помощников?

— Я бы никогда не опустился до приношения жертв! — прошипел Дарий. Была бы возможность, даже закричал бы, а так был вынужден сдерживаться. — Использовать жизни других… отвратительно!

— М-да. Ладно, считай, что я тебе поверила, но тогда возвращаемся к прежнему вопросу: что ты здесь делаешь в такое время?

— Ты ведь не маг? Можно на «ты»?

— Можно, — разрешила девушка. — Я сама обращаюсь к тебе на «ты». Ты не намного старше меня, чтобы выкать. И я действительно не маг. Более того, в прошлой жизни с магией я даже не сталкивалась.

— Тогда тебе трудно оценить то, что сделал профессор. Наташа, это не должно выйти отсюда! Убийства ради обретения силы…

— Не все так страшно. Не каждый маг сможет получить ошон — это раз. А два — то, что профессор жив, и даже если его труды уничтожить, он сможет восстановить свои работы.

— С ошоном согласен, но ради могущества люди пойдут на многое. А вот восстановить работы… Ты явно не представляешь размер трудов. Профессор вел исследования больше двадцати лет, за это время он накопил огромный объем результатов экспериментов, базы исследований. Все это невозможно держать в памяти. Конечно, он сможет повторить все, если ему дать время, избежит старых ошибок, но время… Да и не согласится никто ему это время предоставить. Ради готового результата ему могут простить многое, и наш магистрат утрется, если в дело вмешается Совет Магов, а вот что-то делать ради результата, полученного лишь через десять лет… не станут.

— Откуда такая уверенность? — заинтересовалась Наташа.

Дарий поморщился, но сознался:

— Присутствовал на первом допросе. Профессор чуть ли не прямо заявил, что ради его исследований ему многое простится. Требовал как можно скорее связаться с Советом Магов.

— Что-то такое я и предполагала, — вздохнула Наташа. — Общалась я с некоторыми представителями Совета. Как говорил в таких случаях отец, бодливой корове бог рога не дал. Если кое-кто из этих «коров» получит рога…

— Подожди, — дошло, наконец, до Дария, — так ты сюда заявилась тоже…

— Без догадок, пожалуйста. Я просто вышла погулять, а в этом месте такой чудесный воздух.

— Гм… как маг подтверждаю. Очень полезен, — развеселился Дарий. — Так что будем делать?

— Гулять, разумеется. Идем в кабинет, посмотрим.

Кабинет ничуть не изменился с того времени, как Наташа побывала в нем последний раз. Лаборатория тоже осталась прежней. Нахмурившись, она прошлась и там и там, иногда заглядывая в какие-нибудь тетради и журналы.

— Что-то случилось, госпожа Наташа?

— В том-то и дело, что нет. Я просто никак не пойму одной вещи… Впрочем, ладно, так и параноиком можно стать. Как ты хотел тут все уничтожить?

— Я еще очень неопытный маг и сумел одну ловушку не обезвредить, а отложить ее действие. Ночью она сработает. Любая магическая экспертиза это подтвердит.

— А на самом деле?

— Я эту ловушку переделал, осталось ее запустить. Увы, но делать такие вещи самозапускающимися я пока не умею. Потому, кстати, я останусь вне подозрений.

— Наивный ты. Профессор вот тоже надеялся остаться вне подозрений, на том основании что он не может запустить свое заклинание. Все маги, с кем я беседовала, так и говорили.

— А почему ты его все-таки заподозрила? — заинтересовался Дарий.

— Я не маг и многого в этом деле не понимаю. Но я точно уверена, что «невозможно» — это слишком расплывчатое понятие. В конце концов, он банально мог не сам запускать заклинание. Главное — у него был мотив. А вот тебя я очень серьезно подозревала, потому и отца твоего просила не говорить тебе, кто я такая, хотя обосновала это тем, что лучше, чтобы обо мне знало как можно меньше народа.

— Спасибо, госпожа Наташа.

— А ты не ерничай. Убийство, а тем более два убийства, — это вовсе не шутки. Я и отца твоего подозревала.

— И все равно открылась ему?

— Кому-то я должна была открыться. Доверять вашему мэру мне очень настойчиво не рекомендовали люди, которым доверяю я. Директор лицея — слишком незначительная фигура. Оставался только твой отец. Но если бы преступником был он, это тоже стало бы ясно по его реакции, когда я появилась здесь. А раз знал обо мне только он, то вывод очевиден.

— Однако. Все равно не понимаю, как ты все провернула?

— Да просто. С вашим мэром вышли на связь весьма солидные люди и попросили позаботиться обо одном семействе, где несчастная доченька напрочь обделена умом, зато отец — очень значимая фигура. А дальше уже сам мэр поднял свои связи с просьбой позаботиться о его дорогих друзьях. А когда твой отец стал изучать все со своей стороны, уже никаких проблем для него не возникло. Все, что ему понадобилось, — прикрыть меня от своих людей и пристроить в лицей моего телохранителя. Я официально никак не была связана с твоим отцом, все сделал мэр, а зная его, никто и не подумал, что Призванная может оказаться под его опекой. Да и не ждали меня раньше, чем прибудет рейсовый корабль. Никто не мог предположить, что имперцы согласятся поработать курьером.

— Неплохо придумано. Ты это все сама сделала?

— Шутишь? Я только высказала общую идею, а дальше уже другие люди работали. Мэкалль сильно помог, он и план придумал и через своих помощников действовал.

— А разве не через новую службу? Я слышал о ней, отец со своими подчиненными обсуждали ее весьма активно.

— Подозреваю, отнеслись они к идее без энтузиазма. Непонятные перемены никому не нравятся, тем более что у твоего отца заберут многих людей и выведут из подчинения. Он должен решить: остаться командующим солдатами и милицией или перейти в новую службу и возглавить ее на Торее. Это я тебе по секрету говорю, можешь отцу об этом сказать… тоже по секрету, само собой.

— А может, еще что-нибудь по секрету скажешь?

— Скажу. Если он не согласится на перевод, то будет выполнять ту работу, к которой привык, но вряд ли он вырастет больше, чем командующий заштатным островком республики. В случае положительного решения заниматься ему придется совсем новым делом, а сначала покинуть остров и отправиться в столицу на курсы повышения квалификации… это уже я придумала. Там все объяснят и по поводу обязанностей и по тому, как нужно вести дела. Много мороки, много непонятного, много хлопот. Зато если он проявит себя, то вполне возможно его повышение на должность руководителя новой службы над несколькими островами — я предложила создать округа, а то островов много, но одни большие, другие маленькие. А так округа будут с примерно равным количеством населения, и в каждом таком округе по управлению новой службы. Сам видишь, расти есть куда, как всегда бывает при создании чего-либо нового. А то, что с работой незнаком, так никто еще незнаком, все в равных условиях находятся. Так что пусть решает.

— Спасибо, — задумчиво кивнул Дарий. — Я обязательно передам ему. А я могу поступить в эту службу?

— Легко. Маги нам нужны. Мы же создаем целые экспертные отделы. Там и научные исследования будут, правда, в направлении криминалистики… это наука о поиске улик и проведения расследований… Ну вот ты проверял кровь на предметах, этим и занимаются криминалисты, ну а еще ищут новые методы поиска следов. Там не только маги будут, но и врачи, и даже вставшие на путь исправдения уголовники.

— А они зачем?

— А кто лучше их знает методы работы преступников? Ладно, что-то заболтались мы с тобой. Не дай бог охрана очнется и проверит дом.

Подслушивающий Дарк Вром мысленно согласился с Наташей.

— Один момент, — все же решил уточнить Дарий. — Ты говоришь, что новая служба не участвовала в этом деле, но ты всем представлялась от ее имени.

Наташа пренебрежительно махнула рукой.

— Какая служба? Пока еще все только обсуждают, и ничего из стадии бумаг не вышло. Сенат с Гонсом Аретом ругается из-за полномочий. Они хотят поставить службу под полный контроль сената, а дядя ссылается на меня, я говорила, что в моем мире служба не подчинена исполнительному органу власти. Мэкалль напоминает о последнем деле с убийством посла империи, когда именно контроль сената над следствием едва не втравил республику в войну с империей. Собственно, мой «отец» пока единственный рядовой новой службы. Кроме него там Гонс Арет — ее глава, я — консультант, еще с десяток стражников для силовых действий, мой телохранитель — Дарк Вром, инструктор-фехтования, а заодно персональная нянька консультанта службы, то есть моя.

Услышав такую характеристику, Дарк едва не выдал себя, с трудом справившись с рвущимся наружу смехом. Персональная нянька… а что? Собственно, так и есть.

— Ну и моего «отца» нашли в последний момент как раз для этого дела. Признаться, не очень он подходит для этой роли, слишком уж артист из него посредственный. Всегда помнит, что я его начальство, и ведет себя соответственно. Поэтому в его обществе я стараюсь не появляться, спалилась бы сразу.

— Да уж… весело у вас там.

— Еще как. А то, что я представлялась от имени службы… так делала ей рекламу. Вот, мол, появилась новая организация, которая защищает мирных граждан и карает преступников. В общем, пускаю пыль в глаза.

— А ты весьма откровенна, — проронил Дарий.

Наташа пожала плечами.

— В таких делах я предпочитаю быть честной. Когда новая служба войдет в полную силу, а это обязательно случится, в нее побегут толпами ради карьеры. А сейчас… пусть лучше недооценивают, зато придут только те, кто сможет принести пользу. Я ответила на все вопросы?

— По секрету? — Дарий улыбнулся.

— Ну да, — улыбнулась в ответ Наташа.

— Что ж, я расскажу отцу обо всем. Как я понимаю, это реклама для него новой службы?

— Примерно. Но теперь твоя очередь. Что нужно тут сделать? И что, кстати, произойдет, когда активируется твоя ловушка?

— Ничего не нужно делать, только запустить заклинание. Я не торопился с этим, поскольку слушал тебя. А произойдет тут пожар. Сразу и в кабинете, и в лаборатории. Причем огонь будет такой силы, что никакие сейфы и тайники в стенах от него не спасут.

— Эй, а мы не устроим пожар во всем районе?

— Не устроим. Когда от жара рухнут стены кабинета и лаборатории, огонь из магического сразу превратится в обыкновенный. Температура резко упадет, что запустит еще одно заклинание, которое активирует противопожарную систему в доме, тут есть и такая. Ей потребуется время, чтобы справиться с последствиями действия магического огня, но ничего невозможного здесь нет. Вот только дом профессора спасти не получится, одни внешние стены и останутся… ну, по моим расчетам.

— А если ты в расчетах ошибся?

— Если ошибся, то стражники к тому времени уже всех соседей на помощь позовут и справятся с тем, что останется от огня после действий противопожарной системы. Даже в худшем случае пострадает только сад профессора и его каретный сарай.

— Ладно, верю. Запускай свое заклинание, и уходим отсюда. Дарк, ты лучше сейчас уходи, а то будешь прятаться от меня, можешь и не успеть.

— Давно меня заметила? — Дарк вышел из укрытия и печально вздохнул.

— Еще около дома. Я и сама обычно пряталась за тем деревом, когда нужно было понаблюдать за выходом. Но раз уж ты хотел остаться незамеченным, кто я такая, чтобы тебя обнаруживать?

— Значит, когда ты говорила про няньку…

— А кто еще побежит за мной посреди ночи непонятно куда? Нянька ты и есть, — усмехнулась девушка.

— Был бы я твоим отцом… — в очередной раз вздохнул Дарк, но фразу не закончил. Только подвел итог: — К счастью, я не твой отец.

— Скоро рассвет. Абдула, поджигай.

— Какой еще Абдула? — удивился Дарий.

— Запускай свое заклинание, говорю! — поторопила его Наташа.

— Готово, бежим!

Все трое стремительно миновали коридор и выбежали из дома. Наташа развернулась, чтобы закрыть дверь, но была перехвачена за руку Дарком.

— Куда? Оставь ты ее, все равно после пожара тут никто ни в чем не разберется.

А в доме уже ревело пламя. Наташа задержалась на заборе, чтобы понаблюдать, но была сдернута решительным Дарком. Вовремя, в сад уже бежали охранники, которые тут же высадили окно. Видимо, посчитали, что выбить его можно быстрее, чем дверь.

— Им что, даже ключей от дома не дали? — удивилась девушка. — Ну и порядки у вас! Ладно, нам лучше поторопиться, а то скоро сюда сбежится все население района.

Столь благоразумную мысль никто оспаривать не стал, и все трое рванули по улице. Когда поднялись по лестнице в богатый район города, распрощались с Дарием.

— Завтра увидимся, — пообещала ему на прощание Наташа.

— Увидимся?

— А что, не хочешь? Но придется. Пожар мимо меня не пройдет, все-таки я тут официально возглавляю расследование, так что в известность поставят точно, а ты тут единственный маг-эксперт. Так что встретимся.

На этой оптимистической ноте они и расстались. Дома Наташа тут же отправилась к себе в комнату, пожелав Дарку спокойной ночи.

— Вторую ночь не сплю уже. Не буди завтра раньше девяти.

Девушка уснула в тот же миг, как ее голова коснулась подушки.

До девяти? Ага, как же! Ее разбудил в половине восьмого прибывший лично Артер Леройс, причем возражения Дарка Врома слушать он просто отказался. Может, и в комнату ворвался бы, если бы Наташа была парнем, а так ограничился стуком.

— Кого там несет? — соизволила проснуться Наташа, пребывающая по вполне понятной причине в скверном расположении духа. — Дарк, просила же не будить меня раньше девяти!

— Это я, госпожа Наташа.

Секундная тишина за дверью.

— Господин Леройс? Что вы тут делаете? Я и сама собиралась с вами встретиться, но чуть позже.

— Я по поводу ночного происшествия?

— Кардегайл сбежал?

— Что? Нет, конечно.

— Тогда все остальное не важно.

— Важно! Сгорел его дом, только стены и остались.

Дверь в комнату распахнулась, и перед Артером предстала сонная девушка, одетая в довольно простое платье, без всяких ставших на ней уже привычными для образа кер Шеордан украшений. Да и платье скорее пошло бы обычной служанке.

— Сгорел? По какой причине?

— Сейчас там мой сын выясняет, что к чему, пока говорит, что сработала какая-то магическая ловушка.

— Да? Неудивительно, все-таки профессор Кардегайл действительно гений, когда дело касается магии, а ваш сын, извините за откровенность, против него слабоват. Так что вполне мог что-то пропустить.

— Вы так спокойны, госпожа Наташа.

— Спокойна? Да я рада до смерти!

Это заявление повергло Леройса-старшего в шок, он явно не ожидал такого.

— Рада? То есть вы совершенно не огорчены?

— Огорчена? Нет. Извините, господин командующий, но я совершенно не верю в людей и не думаю, что разработки профессора кто-нибудь использует на благо. Один этот ритуал с жертвами чего стоит. Какой маг откажется от увеличения собственной силы? Хотите массовых жертвоприношений?

— Вчера вы такого не говорили.

Леройс, похоже, сумел взять себя в руки и вернулся к официальному «вы».

— Я бы и сегодня не сказала. Видите ли, я все-таки и представляю сенат республики и действую по его поручению. Естественно, я не могу заявить что-то типа: не верю сенаторам и не хочу им доверять подобные вещи, Совет Магов, кстати, ничуть не лучше. А сейчас, когда все работы профессора сгорели, я совершенно спокойно могу выразить свою радость.

— Сенаторы могут подумать, что это вы уничтожили работы профессора, если я передам им вашу позицию.

— Это, угроза? Господин Леройс, кто там сейчас проводит расследование причин пожара? Разве я?

— Мой сын, но какое это имеет значение?

— Разве он заявил, что там произошел поджог со стороны?

— Он сказал, что пламя было магическим…

— Вот именно. А я, знаете ли, совершенно не маг, мне не под силу разжечь магический огонь, тем более такой силы, чтобы спалить весь дом. И никто вам не поверит. Разве что у меня был сообщник… Профессор в тюрьме, а кому еще из магов на острове такое под силу?

— Только моему сыну, — хмуро отозвался Леройс.

— Вот! Вы же не думаете, что он и был моим сообщником?

— Профессор Кардегайл обошелся без помощников.

— Профессор Кардегайл — гений в области магии, и свой ритуал он разрабатывал двадцать лет. Я такое не создам и за сорок.

— Окончательного заключения от моего сына еще нет, но если возникнет хоть малейшее сомнение…

— Непременно. Но чего вы ко мне цепляетесь?

— Охранники видели чью-то тень на заборе.

— Очень рада за них. Могли бы и схватить эту тень.

— Они пытались спасти дом.

— А от меня вы чего хотите? Не волнуйтесь. Если причина пожара в не до конца разряженной вашим сыном ловушке, я не буду сообщать об этом ни в сенат, ни в Совет Магов. Я же не дура и понимаю, что шансов у него против профессора нет. Вы ведь это хотели услышать, пытаясь угрожать тем, что якобы именно я подожгла дом?

Леройс помолчал, разглядывая стоящую напротив девушку.

— Спасибо.

— Не за что. Если это все, то я — досыпать. Двое суток почти не спала.

Лерой отошел, обернулся.

— Не знаю как, но уверен, что ты в этом участвовала.

— Господин Леройс, такие обвинения принято доказывать! — отчеканила Наташа.

Артер криво усмехнулся.

— Будь ты невиновна, уже мчалась бы к дому профессора расследовать — уж твой характер я успел изучить. — Он снова поклонился и удалился.

К замершей девушке подошел Дарк Вром, глянул на закрывшуюся за гостем дверь.

— Знаешь, расследовать преступления у тебя получается намного лучше, чем их совершать.

— Ну и ладно. Все равно он ничего не сделает и ничего не докажет. К тому же полагаю, он и сам рад пожару, просто боялся, что я свалю вину на его сына. Убедился, что я этого делать не стану, и, успокоенный, ушел. Все, Дарк, я спать. Еще кто разбудит меня раньше девяти, умрет особо мучительной смертью.

— Сурово, — Дарк уважительно глянул на девушку и отправился к себе. — Досыпайте спокойно, госпожа Наташа, ваша нянька будет на страже.

— Ты теперь эту няньку мне будешь всю жизнь вспоминать?

— Всенепременно, госпожа Наташа. Всенепременно.

— Злюка, — буркнула девушка, но в спор вступать не стала, благоразумно решив не терять драгоценное время сна на такую ерунду, просто закрыла дверь.

Артер Леройс снова появился в доме у Наташи ближе к девяти. На этот раз ему навстречу вышел «отец» Фелоны — Дирк.

— Господин Леройс, ну не могу я пропустить вас к госпоже! — увещевал он командующего. — Поймите, у меня четкий приказ до девяти госпожу не будить. Меня же уволят.

— До девяти осталось двадцать минут! — рявкнул выведенный из себя Леройс.

— Вот именно! Ну что вам стоит подождать эти двадцать минут? Поймите же меня, я не могу нарушить прямой приказ начальства. Хотите, я вам чаю сделаю?

— Делай, — обреченно махнул рукой Артер.

В самый разгар чаепития появился Дарк Вром, и Дирк с явным облегчением передал гостя ему, а сам торопливо ушел, сославшись на дела. А у Артера появился собеседник, на которого он смог излить все накопившееся раздражение. Дарк его выслушал с совершенным равнодушием.

— Исполнительный он просто, но такого и искали. Времени не было подбирать идеального кандидата. Слишком умный будет ставить под сомнения приказы Призванной, дурак все завалит. Нужен был не дурак, но и без лишней инициативы. А он к тому же зарабатывает место в новой службе.

— Я бы такого в подчинении держать не стал.

— Значит, вы просто не умеете правильно распорядиться подчиненными, — пожал плечами Дарк. — Не бывает, чтобы всегда под рукой был человек, который идеально соответствует требованиям.

Леройс нахмурился, замечание ему не понравилось, но появление нового лица предотвратило спор.

— Чаи гоняете? А мне нальете? Господин Леройс, вы решили переехать ко мне?

— Это не ваш дом, смею заметить, госпожа Наташа.

Девушка улыбнулась, прошла к столу и села, придвинув блюдце с кексами. Заскочивший в комнату слуга моментально наполнил чашку чаем и так же быстро исчез.

— Ну не придирайтесь к словам, господин командующий. Пока этот дом числится за мной. Но вы ведь снова пришли так рано не для того, чтобы обсуждать, кому он принадлежит?

Леройс отставил чашку, покрутил в руке ложку и тут же отложил ее.

— Мой сын утверждает, что это сработала не до конца разряженная ловушка.

— И? — поторопила гостя Наташа, когда молчание затянулось.

— Как?! — воскликнул Артер. — Как вы сумели это провернуть?! Не отрицайте, я знаю, что вы там были. Может быть, я вам даже благодарен за то, что уничтожили это проклятое богами исследование, но я хочу понять.

Наташа только руками развела.

— Извините, ничем не могу помочь. У вас есть доказательства, что я там была? И вообще, почему вы не верите собственному сыну?

— Я его спрашивал, — признался Артер, — не угрожаете ли вы ему тем, чтобы он молчал.

Наташа рассмеялась.

— Вы подумали о таком? Да уж. Знаете, один человек у меня дома говорил: отбросьте все невозможное и то, что останется, каким бы невероятным ни казалось, и будет правдой. Вы же делаете все строго наоборот. Впрочем, ладно. Как я и говорила, я не собираюсь в отчетах сваливать вину на Дария. Не тянет он против профессора.

— А если обвинят вас?

— На каком основании? — удивилась Наташа. — Я понятия не имею, как работает магия, и не смогу разглядеть ловушку, разряженную или нет. И я, кстати, просила Совет Магов выделить мне в помощь квалифицированного мага, но эти снобы сами отказались. Дескать, квалифицированному магу есть чем заняться помимо игр. Убийства для них игры! А на самом деле это они мне Гонса Арета простить не могут, повлияла на него нехорошо. Ну пусть теперь сами локти кусают, что потеряли все исследования.

— Вот как? У вас там не все так просто.

— Жизнь вообще не простая штука. Так я вас успокоила?

— Будем считать, я признал версию сына.

— Ну и отлично. Вы с каретой? Не подкинете меня и Дарка к Реорданам?

— Зачем? — насторожился Леройс.

— Обещала я кое-что Ройсу.

— По поводу сестры?

— А вы что-то знаете?

На вопрос Леройс не ответил, вместо этого задал свой:

— Есть ли необходимость ворошить прошлое? Только лишняя боль семье.

— Получается, что Ройс ничего не испытывал, когда все эти два года искал убийц? Не пора ли с этим покончить, как вы думаете?

— В любом случае спустя два года отыскать убийцу нереально.

— Может, и так, — согласилась Наташа. — Но потому мне и нужны все люди, кто знал погибшую. Я послала приглашение и Ларшену Тирену.

— Зачем? — тут же вскинулся Леройс.

— А чтоб далеко не ездить, когда мне понадобится сообщить ему новые сведения, которые мне удалось получить.

— Новые сведения? — Леройс сразу насторожился. — Я могу на них взглянуть?

— А почему вы решили, что на них можно посмотреть? — Наташа внимательно наблюдала за Леройсом, а тот откровенно занервничал.

— Я просто подумал, что это какие-то бумаги…

— Почему? Это может быть информация, которую кто-нибудь мне сообщил. Лично я так и подумала бы. Почему же вы решили, что это именно бумаги?

— Ну не знаю. Да и какая разница?

— А мне интересно, что так старательно ваши люди искали в доме директора?

— Что? Там же обыск был. Искали тайники.

— Их нашли. Но, насколько мне известно, потом еще один обыск проводился вашими доверенными людьми, без участия солдат. Что они искали?

— Просто проверяли работу за солдатами! — Леройс откровенно нервничал и злился.

— Пусть так, — согласилась с ним Наташа. — Так подкинете до дома Реорданов?

— Хорошо! Но вы напрасно теряете время!

— О, не переживайте, до прихода корабля у меня еще много времени.

— Жду вас в карете, — Леройсу явно хотелось хлопнуть дверью при выходе, но он сдержал себя неимоверным усилием.

Дарк встал за спиной Наташи, глядя на закрывшуюся за гостем дверь гостиной.

— Думаешь, он знал о тех бумагах, что мы отобрали у директора?

— Знал ли, не знаю, но догадывался. По крайней мере, не удивился бы. Был бы уверен, обыск в доме провели бы более основательно.

— Что-то меня от этих трех семейств в дрожь бросает, — поежился Дарк. — Какие страсти в этом богом забытом углу. Что еще всплывет?

Наташа промолчала, развернулась и отправилась переодеваться. На этот раз она вышла в привычном брючном костюме. Сложила молитвенно руки и возвела глаза к небу.

— Помолимся о безвременной кончине Фелоны кер Шеордан, она была славной девушкой, и мне, может быть, даже будет не хватать ее.

Дарк хмыкнул, поправил меч на поясе, надел шляпу и открыл перед девушкой дверь.

Леройс встретил их нарочито равнодушным взглядом. Когда все расселились, он выглянул из кареты и махнул кучеру. Того, видимо, проинструктировали заранее, и он тут же тронул лошадь с места, не уточняя адреса.

— Не понимаю, на что вы надеетесь, спустя столько времени, — пробурчал Леройс. — Мне вообще этот фарс не нравится, только растеребите у всех старые раны.

— Это не мое желание, — отозвалась Наташа. — Но так и быть, я спрошу Ройса еще раз.

— О чем?

— Готов ли он услышать правду.

Леройс покосился на девушку, нахмурился и отвернулся к окну. Всю оставшуюся дорогу он молчал. А когда карета остановилась, вышел первым и помог выбраться Наташе, опередив Дарка.

— Неужели это так нужно? — шепнул он.

— Думаю… да.

— Что ж, я предупредил. Ничем хорошим это не кончится.

Наташа, в общем-то, была согласна, вот только выбора особого не было — остановиться уже не удавалось.

У крыльца дома их встретил лично хозяин Жерар Реордан. Хотя Наташа его ни разу не видела, она сразу поняла, кто это, по описанию, данному ей Леройсом еще в первый день ее нахождения на Торее. Представительный мужчина в идеально скроенном на заказ костюме. Всегда прямая спина, не гнущаяся при любом ветре. Таких людей проще сломать, чем согнуть. «Гвозди бы делать из этих людей, крепче бы не было в мире гвоздей», — вспомнилось Наташе неожиданно при взгляде на лицо Жерара.

— Мой сын предупредил, что вы приедете. Артер, доброе утро, слышал, дело с убийствами разрешилось?

— Да, Жерар, все хорошо. Твой сын ведь наверняка уже все рассказал?

— Да. Но он хочет еще что-то обсудить и даже пригласил для этого Призванную…

— Наташу! — прорычала девушка. — Мое имя не такое уж сложное для запоминания.

Жерар взглядом просверлил в дерзкой девчонке две дырки, убедился, что ему уступать не собираются, и кивнул, словно подтверждая за нею право иметь собственное мнение.

— Проходите, госпожа Наташа. Мой сын и его друзья ждут в гостиной, а я хотел вас представить моей жене Лауре. Лорс проводит вас, — Жерар Реордан кивнул слуге, который тут же оказался рядом с девушкой, — а я подойду через минуту, как только перекинусь парой слов с моим другом.

Наташа покосилась на невозмутимого Леройса, но не нашла причин не отпускать его от себя до начала разговора. Не просто же так Ройс держал от отца в тайне причину ее приглашения? Пусть бы и дальше оставался в неведении. Но нет так нет. Девушка кивнула слуге, и тот неторопливо зашагал по коридору, указывая дорогу.

У двери Наташа на миг замерла. Ох, и не нравилось ей то, что придется сделать, но и обратного пути нет. А ведь ей нравился Ройс… да… видно, такая судьба у всех сыщиков. Правда не всегда приносит радость, и стоит ли ее озвучивать сейчас, Наташа не была уверена. Возможно, она и изменила бы решение, но каким-то образом девушка чувствовала, что раскрыть правду очень важно.

Вздохнув, она решительно шагнула в раскрытые двери с верным телохранителем Дарком Вромом за спиной.

Глава 12

Троицу друзей Наташа увидела сразу — Ройс, Мелисса и Торен сидели недалеко от окна, сдвинув стулья, чтобы им было проще общаться, и что-то вполголоса обсуждали. Ларшен Тирен располагался за небольшим столом, на котором стояли два бокала красного вина, видимо, вышедший их встречать хозяин дома проводил время за беседой со старым другом. Наташа подошла к окну и убедилась, что отсюда не видно подъезжающую карету.

Заметив вошедшую Наташу, все повернулись к ней и озадаченно понаблюдали, как она что-то высматривает за окном. Девушка повернулась и только теперь заметила невысокую женщину, сидевшую за вышиванием в кресле, в самом дальнем углу комнаты. Совершенно невзрачная внешность, такая же одежда.

Наташа обошла стол, приблизилась к ней и чуть поклонилась.

— Госпожа Лаура Реордан, полагаю?

Женщина растерянно взглянула на гостью, посмотрела в сторону места, которое раньше занимал муж, не найдя его там, совсем растерялась.

— Д-да, госпожа Призванная.

На эту женщину не хотелось сердиться, настолько растерянной она выглядела. Наташа не стала ни о чем спрашивать, поклонилась и подошла к приятелям. Ройс поспешно встал и придвинул ей свободный стул.

— Благодарю, — кивнула она ему, усаживаясь. Ройс торопливо приставил еще один стул Дарку Врому за стол к Ларшену. Последний наградил телохранителя Наташи не очень приветливым взглядом, но поздоровался достаточно вежливо. Развернулся к Наташе:

— Могу я узнать причину вашей настойчивой просьбы, касающейся моего прибытия к господину Реордану?

— Давайте дождемся хозяина дома? — предложила девушка. — Будет крайне невежливо начинать обсуждение без него, тем более что мы ждем еще одного гостя — Артера Леройса.

В этот момент двери распахнулись и двое мужчин вошли в комнату. Жерар метнул быстрый взгляд в сторону Наташи, но тут же отвернулся, сделав вид, что устраивает за столом друга, однако, пока он двигал стул, успел еще раз глянуть в ее сторону.

Наконец, Жерар устроился за столом, дождался, когда появившийся слуга разольет всем мужчинам вино по бокалам и выйдет из комнаты, после чего и задал свой вопрос:

— Итак, госпожа Наташа?

Наташа повернулась к Ройсу.

— Насколько я понимаю, у вашего сына есть ко мне какое-то дело. Ройс?

Юноша вскочил, быстро глянул на отца, а потом, словно бросаясь в ледяную воду, выдал на одном дыхании:

— Я хочу найти убийцу моей сестры. Прошу тебя помочь.

Наташа искоса наблюдала за отцом Ройса, но тот остался невозмутимым.

— Мне кажется, — обратился он к сыну, — мы уже обсуждали этот вопрос.

— Отец! Неужели ты не хочешь найти убийцу?

— Упрямый ты, — вдруг заговорила Наташа, вздохнув. — Я это сразу поняла. А уж когда ты так уперто решил отыскать убийц девушек… Вот только не всегда правду лучше доставать из тайников, где она надежно укрыта от глаз людских.

— С каких это пор ты ударилась в философию? — поинтересовалась Мелисса.

Наташа потерла переносицу.

— Да так… был у меня урок, который приучил сначала думать, а потом действовать…

— Очень полезный урок, — бросил Артер Леройс. — Но в таком случае что мы тут делаем?

— Нам есть что обсуждать, — отрезала Наташа и снова повернулась к Ройсу. — Ты уверен, что хочешь узнать правду?

Ройс очень внимательно рассмотрел девушку.

— Что ты хочешь сказать?

— То, что правда не всегда бывает нужна. Возможно, лучше оставить ее там, где она находится сейчас.

— Я хочу знать! Что бы там ни было!

— Знала, что ты так скажешь, — вздохнула Наташа. — Господин Реордан, вы ничего не хотите добавить?

— Я? Что я должен добавить? Мне не нравится происходящее здесь!

— Отец, почему?! — не выдержал Ройс. — Неужели ты не хочешь узнать имя убийцы? Наташа же Призванная! Она найдет его!

— Не думаю.

— Но почему?

— Возможно потому, — вклинилась в разговор Наташа, — что никакого убийцы нет?

— Что? — резко развернулся к ней Ройс. — Как это?

— Я и сама гадала, как это произошло. В общем-то, все, что нужно, я уже знала… Не надо так удивляться, господин Реордан, получить информацию намного проще, чем ее скрыть, если о ней знает несколько человек, как бы вы ни старались… Не правда ли, господин Леройс?

Торен удивленно вскинулся.

— Папа, о чем она говорит?

— О чем я говорю? — не дала себе перебить девушка. — Это же очевидно. Реорданы, Леройсы, Тирены… ваши родители — старые приятели. Когда похитили дочь Реордана, к кому бы обратился за помощью отец, как не к своему старому другу, да еще и командующему всеми вооруженными силами острова, Артеру Леройсу? Ведь вы же вели поиск похищенной?

— Это не тайна, — отозвался Леройс.

— Вот только вы как-то не любите афишировать это.

— А что афишировать? Мой провал? Ведь Беллу я так и не нашел.

— Наташа, я не понимаю, — Торен посмотрел на девушку. — На что ты намекаешь?

— Ну… если рассмотреть вероятность того, что никакого похищения не было…

— Что? — вскинулся Ройс.

— Как я уже говорила, для меня непонятным оставался только один момент… до тех пор, пока я не пришла сюда. Сегодня последняя загадка разгадана. Господин Жерар, вы ведь никогда не смирились бы, если бы дочь решила выйти замуж вопреки вашей воле? Не так ли? Вы слишком властны и привыкли, чтобы все было так, как вам нужно… Сын — ваш наследник, но дочь… Наверное, у вас уже была намечена выгодная для вас партия. Интересно, как к ней относилась Белла?

— Папа?

Жерар сидел, плотно сжав зубы, сверля Наташу взглядом. Той даже неуютно стало, но она продолжила:

— Сначала я полагала, что все происходило так, как говорят официально… поспрашивала я разных людей. Первое сомнение у меня зародилось, когда я услышала про разбитую рыбацкую лодку и труп девушки на берегу. Зачем похитителю понадобилось вывозить ее в море? Утопить? Проще было закопать тело на берегу… на худой конец сбросить со скалы в море. Да и вообще, зачем было его прятать? Вот тогда я решила начать с лодки.

— С лодки? — эхом повторил Ройс.

— С нее, Ройс. Кому-то ведь она принадлежала. Знаете, кто больше всех знает обо всем происходящем на острове? Мальчишки. Любопытные и во все щели сующие свои носы. Не зря я их назвала гвардией Шерлока Холмса… впрочем, вы не поймете. Так вот, я их просила не только проследить за профессором, еще раньше я поручила им выяснить все о том давнем деле. Понятно, простимулировав их старательность хорошей суммой. Знаете, я удивилась, сколько всего узнала.

Жерар вдруг откинулся на спинку кресла и расслабился.

— Вы поверили их трепотне?

— Трепотне? О, нет, ведь можно все проверить. Например, лодка принадлежала рыбаку Турону. А когда я его постаралась разыскать, вдруг обнаруживается, что его обвинили в контрабанде и посадили… сразу после исчезновения Беллы. Странно, что его не обвинили в убийстве и похищении, это же было так легко, господин Леройс. Почему же вы этого не сделали? Вместо этого контрабанда?

— Папа, — завертел головой Торен, — о чем она говорит? Какой Турон?

— Что удивительного в том, что кого-то посадили за контрабанду? — поинтересовался Артер Леройс.

— Да ничего. Вот только за контрабанду крабов обычно дают пинка под зад и отнимают улов, вот и все. А тут вдруг такие строгости. Я узнавала, если сажать всех рыбаков за подобную контрабанду, то остров останется без рыбы, ибо ловить будет некому. Абсолютно все в случае удачи пытаются провезти крабов на остров в обход налога на роскошь… Краб — роскошь? Ну да ладно, не мое дело. Главное я поняла — за такое не сажают.

— Иногда стоит проявить строгость…

— Кого еще посадили, кроме него, господин Леройс?

— Сажали…

— Двоих… которые уже на свободе. Просидели неделю оба. Я это тоже узнавала.

Леройс нахмурился.

— Как вы могли получить такую информацию?

— Я же Призванная, забыли? Дала взятку архивариусу, помахав у него перед носом бумагой от сената республики, и получила всю информацию, которая мне была нужна. Только не надо на него сердиться, господин Леройс. От взятки он бы мог отказаться, и сенат ему не указ, у него свой начальник есть, а вот перед сдвоенной атакой он не устоял, мало там у вас платят. Закон он не нарушил, я ему все расписки оставила. Впрочем, понятно, почему он не горел желанием рассказывать всем о моем визите, и вы остались о нем не осведомлены. Но знаете, что самое паршивое в этом деле? Я не смогла встретиться с заключенным. Выяснилось, что через две недели после заключения его пырнули чем-то острым сокамерники.

— Такое случается…

— Да. Раз в десять лет. Такой же случай был десять лет назад, когда так убили ошибочно помещенного в общую камеру приказчика, мешавшего одному влиятельному человеку.

— Я тогда не командовал стражей…

— Да. Но совпадение, согласитесь, удивительное. Господин Леройс, я ведь не дурочка, в вашей тюрьме с десяток заключенных, причем пятеро из них обычные дебоширы, которые сидят, пока не оклемаются, а потом выпишут им штраф и пинком на улицу. Вы полагаете, я поверю в случайность этих совпадений?

— Отец, то, что она говорит, — правда? — глухо поинтересовался Торен. Не дождавшись ответа, Торен снова повторил: — Отец?

— Вот мне и интересно стало, с чего это потребовалось затыкать рот простому рыбаку? И почему же его не обвинили в убийстве? Ну если нельзя встретиться с рыбаком, можно поговорить с его семьей.

— Замолчи! — прошипел вдруг Жерар.

— Тогда, может быть, продолжите вы? Ваш сын не идиот, после всех намеков и сам сможет во всем разобраться. Или семью рыбака тоже арестуете за контрабанду? Так я этого не допущу, как представитель сената, отвечающая за законность. Поверьте, полномочий у меня достаточно.

— Это действительно была случайность, — вдруг заговорил Артер Леройс. — Я всего лишь хотел продержать его пару месяцев, пока все утихнет. К его несчастью, как раз в тот момент мы захватили пиратское судно и камеры оказались переполнены. Рыбаки и пираты всегда не очень любили друг друга, вот, наверное, рыбак и высказал в их адрес что-то.

— Артер! — повернулся к нему Жерар.

Но Леройс неожиданно не поддался давлению:

— Хватит, Жерар. Уже ясно, что правда всплывет, а я не хочу, чтобы мой сын смотрел на меня как на последнюю сволочь и убийцу.

— Ну, откровенно говоря, с тем рыбаком вы поступили не очень хорошо, — заметила Наташа. — Но я рада, что к его смерти вы непричастны, не хотелось бы в вас разочаровываться. Но вот в истории с Беллой, как мне кажется, вы проявили себя не лучшим образом. Дружба для вас оказалась важнее судьбы девушки…

— Но я же не знал, что все так произойдет! — чуть ли не вскричал Артер. — Думал, молодая, ветер в голове! Я бы и сам, будь у меня дочь, всыпал бы ей за такие выкрутасы и запер дома!

— Да что же случилось с сестрой?! — не выдержал Ройс.

— Ее ведь не похищали, не правда ли, господин Реордан?

Жерар плюхнулся в кресло и махнул рукой.

— Все выяснила? Ну давай, послушаем.

— Слушайте, господин Реордан, слушайте. Вы ведь не хотели вспоминать, что это ваша вина в гибели дочери.

— Я?! Это не я убежал с каким-то прохвостом! И не я требовал выкуп за якобы похищение!

— Вот как? Честно говоря, я предполагала, что история с выкупом полностью ложь, но учитывала возможность, что его требовала ваша дочь. Вряд ли у нее было много денег для побега и, главное, на дальнейшую жизнь.

— Побег?

— Ройс, будь любезен, помолчи, — развернулась к нему Наташа. — Ты хотел правды? Получай. Молчи и слушай. Так вот, из разговоров с семьей рыбака я узнала, что за неделю до того дня, как тело девушки обнаружили, он вдруг стал готовить лодку к дальнему выходу. По его словам, якобы хотел сходить к соседнему острову, здесь, мол, рыбы уже мало. Он заново просмолил днище, починил паруса, дополнительно укрепил рулевое весло. Но вдруг за день до выхода в море он пришел домой очень радостный, сообщил, что их беды теперь разрешены и что он хочет купить новую лодку, а то старая уже никуда не годится. Удивительно, правда? Только-только готовился к дальнему походу и вдруг хочет купить новую лодку: поновее и попросторнее.

Наташа вдруг нырнула в сумку и достала смятый и промасленный листок.

— Один рыбак у себя дома отыскал, он в него снасти заворачивал, потому и сохранился. Буквы уже изрядно стерлись, но можно прочитать слово «вознаграждение» и сумму в двадцать дежей. Также я разобрала слово «разыскивается» и «каштановые волосы». Маловато, но зная то, что я уже знала… Ройс, у твоей сестры были каштановые волосы?

— Да, — глухо отозвался парень, низко опустив голову. — Длинные каштановые волосы, спадающие до колен…

— А! Вот какое слово было — «длинные». Там видны только буквы «д» и «ы», потому и не догадалась, о чем речь. Мои предположения интересны или уже все всем ясно? Рыбака наняли для помощи в побеге с острова, но потом ему попалось на глаза это объявление о вознаграждении. Я ведь правильно понимаю, что вы, господин Леройс, быстро разобрались, что никакого похищения не было? Сколько лет было Белле? Пятнадцать?

— Почти шестнадцать, — ответил Ройс, все так же не поднимая головы.

— Ну да. Вряд ли она знала, как организовываются похищения. Полагаю, она быстро себя выдала. Но с кем она сбежала — вот вопрос? Если мои предположения о побеге верны, то в лодке она плыла не одна. И тогда я стала разыскивать труп мужчины, который обнаружили в море или у берега после тех событий. Таких нашлось несколько, хорошо у вас в республике регистрируют такие случаи, да и Торей не такой уж большой остров, и подобные происшествия долго у всех на слуху, а тут еще и смерть девушки. В общем, вряд ли она бежала с пятидесятилетним крестьянином или восьмидесятилетним стариком. Оставался последний — клерк одного из отделений банка «Морской», который расположен у вас.

— Я не знал об этом! — рявкнул вдруг Жерар. — Иначе я бы сразу пресек это безобразие! Только после этого «похищения» и узнал, когда их вместе мои люди увидели. Потом уже навел справки… Если бы я только знал раньше…

Наташа задумчиво посмотрела на отца Ройса.

— Я вот даже не знаю, что хуже: знали вы о любви дочери к тому клерку или нет? Ведь если не знали, это означает, что ваша дочь настолько вам не доверяла, что скрывала от вас свои чувства всеми правдами и неправдами.

— Если бы рассказала, я бы…

— Она в этом и не сомневалась, вот и таилась. Думаю, потому и решилась на побег — знала, что никогда не получит от вас разрешения. Что там дальше было? Рыбак выдал их, но не знал, где они скрываются, поэтому вы решили их поймать у лодки? Господин Леройс, вас ведь не могли не пригласить. Вы там были? Что там случилось?

— Они пришли к лодке раньше нас, — глухо проговорил Артер. — Наверное, не верили до конца рыбаку. Мы хотели сделать засаду, но, когда появились там, они уже сидели в лодке. Белла первая нас увидела, выпрыгнула и столкнула лодку в море… Мы чуть-чуть не успели.

— Я так и думала, — кивнула Наташа. — Не знаю, каким служащим был тот клерк, но вряд ли он умел управлять лодкой в неспокойном море. Скорее всего, он попытался поднять парус, и от его неумелых действий лодка опрокинулась. Спастись в неспокойном море у них не было никаких шансов. Потому, кстати, рыбака и не обвинили в убийстве, хотя старательно распространяли версию про убийство девушки похитителем. Конечно, ведь дочь почтенного и уважаемого Жерара Реордана не могла сбежать с мужчиной. Это же позор. А рыбак… как он ни подходил на роль похитителя, но это же суд, где он молчать бы не стал. Конечно, можно было не доводить дело до суда, но… ведь много свидетелей имелось, что рыбак общался с вами по поводу награды. Да и он мог проболтаться. Как не похвастаться, что идешь за наградой? Проще на время удалить его, пока все не утихнет… на время. Правда, господин Леройс? А заодно спрятать от несчастного случая…

— Отец, это все правда? — Ройс встал и подошел к отцу.

— Это был несчастный случай, — отозвался тот.

— И это все, что ты можешь сказать?! Если бы ты не настаивал на ее женитьбе с твоим партнером…

— Этот брак был мне нужен! Ты ничего не понимаешь! Или думаешь, я не любил Беллу? Ее жених был очень приличным человеком!

— Я не пойму, ты жалеешь о ее смерти или о том, что сорвался твой план с женитьбой?

— Как ты смеешь…

— Ройс, твой отец любил ее, ты не прав, — неожиданно для всех вмешалась Наташа. Жерар так удивился этой нежданной поддержке, что даже сказать ничего не смог сразу. — Он любил ее, но по-своему. Я это сегодня поняла, когда увидела его отношение к жене. За все время твоя мать не произнесла ни слова, а ведь мы о ее дочери говорим. И она плачет…

— Мама, — повернулся к ней Ройс.

— Ты ведь тоже о ней не думал, правда? — грустно поинтересовалась Наташа. — Твой отец любил свою дочь… Он из тех, кто считает, что лучше всех знает, что нужно для счастья другим. А женщины, в его представлении, должны заботиться о доме и не вмешиваться в мужские дела.

— Женщины не должны вмешиваться в такие дела, — криво улыбнулся Жерар. — И ты лишнее тому доказательство, Призванная…

— Вы бы с большим удовольствием выслушали все это от мужчины?

— Мужчина бы все обдумал, прежде чем выступать. Зачем понадобилось ворошить старое?

— О, поверьте, я долго думала, прежде чем решиться вывести правду на свет. Очень долго.

— На самом деле? — с явным сомнением поинтересовался Жерар Реордан. — И чего вы добились? Поссорили меня с моим сыном?

— С вашим сыном вы поссорились сами, когда скрыли от него все. Как вы не замечали мучений вашей дочери, так вы не замечали и зацикленности сына на поисках убийцы, а это однажды могло привести к новой трагедии. А рассказать правду у меня были две причины. Первую я уже назвала: ваш сын слишком зациклился на поиске убийцы, такое добром не кончилось бы.

— Трогательная забота о моем сыне, — едко отозвался Жерар.

Наташа хотела что-то ответить, но осеклась, покосилась на Ройса, покраснела и тут же отвернулась. Только спустя несколько секунд продолжила:

— Вторая причина, как мне кажется, такова: кое-что осталось скрытым от всех здесь присутствующих. — Девушка развернулась вместе со стулом к Ларшену.

— Я в том деле не участвовал, — ответил он под ее пристальным взглядом.

— Естественно. Думаю, Жерар Реордан хотел посвятить в происходящее как можно меньше людей. Но меня вот что интересует: почему Белла выбрала клерка? Он ведь старше ее года на четыре. Неужели ей не понравился ни один сверстник? Наверное, это так и осталось бы для меня загадкой, если бы я не обнаружила одну вещь, о существовании которой не догадывалась. Я даже не думала, что такая вещь может существовать. Дарк, будь добр, дай мне сумку.

Дарк Вром молча подошел к девушке, поставил перед ней небольшую сумку и отошел. Наташа заглянула в нее, вытащила тетрадь, аккуратно положила к себе на колени под внимательными взглядами всех присутствующих.

— Вот уж чего я не ожидала, так это того, что ваша дочь, господин Реордан, будет вести дневник.

— Что?! — Если отец только воскликнул, то сын даже вскочил с места и бросился к девушке, в попытке выхватить у нее тетрадь, но был перехвачен Дарком Вромом.

— Я имею право его прочитать! Это записи моей сестры!

— Ройс! — оборвала его Наташа. — Сядь!

Некоторое время они мерялись взглядами, потом Ройс сдался и вернулся на место.

— Где ты его нашла? Не у нас же дома?

— Нет, не у вас. Там, где меньше всего ожидала, — в доме директора лицея.

— Но откуда он у него? — удивился Жерар Реордан.

— Откуда? Наверное, она дала ему дневник на сохранение, не веря, что дома его не найдут, — предположила девушка.

— Ну это уже слишком! — Реордан-старший медленно поднялся. — Я долго терпел, но сейчас вы, госпожа Призванная, перешли все границы! Вы думаете, у моей дочери были от меня тайны до тех пор, пока она не связалась с этим клерком? Это он ее испортил!

— Правда? — Наташа уперла локоть правой руки в колено и положила подбородок на сжатый кулак, совершенно невозмутимо разглядывая нависшего над ней Жерара Реордана. — А вы знаете, что ваша дочь была членом общества Амура?

Повисшая тишина казалась осязаемой.

— Чушь, — прохрипел вдруг непослушным голосом Ларшен. — Я контролировал директора и видел все списки!

— Даже эти? — Наташа достала из сумки несколько листов, подошла к нему и позволила прочитать, не выпуская из рук.

Ларшен вгляделся, побагровел и рванул ворот куртки, потянулся к листам, но девушка их тут же отдернула и вернулась на место. Тирен привстал за ней, но тут к Наташе подошел Дарк Вром, недвусмысленно положив руку на рукоять меча.

Ларшен беспомощно обернулся к бледному Жерару.

— Я не знал, Жерар, клянусь! Эта свинья меня так подставила…

— Ну почему же? — поинтересовалась Наташа совершенно спокойно. — У вас же есть проверенное оправдание: девушка совершеннолетняя и вступила в общество добровольно. А если отец недоволен, значит, он плохо присматривал за ней и не занимался воспитанием. Вы же это говорили всем родителям девушек? Следовательно, легко убедите Жерара Реордана, что он плохо воспитывал дочь.

Ларшен откинулся на спинку кресла, нащупал на столе бокал, залпом его осушил и швырнул на пол. Звон разбитого стекла оказался единственным звуком.

— Козел! — прошипел с ненавистью Ларшен. — Заниматься таким за моей спиной!

— И даже собирая доказательства, — заметила Наташа, — если вы, конечно, имеете в виду директора лицея. Не думаете же вы, что эти списки доказывают что-либо? В них и мое имя вписать можно. А вот письма директору с просьбой принять их в общество, написанные собственоручно, — это, согласитесь, уже совсем другое. Наивные девушки даже не подозревали, как можно будет их использовать… эти письма. А еще записки с отчетом о посвящении… Ларшен, вы же знаете, как проходит посвящение в общество Амура?

Ларшен простонал, но теперь уже рвал ворот куртки Жерар, который в этот момент пришел в себя от потрясения.

— Моя дочь тоже в этом участвовала? — хрипло спросил он.

Наташа задумалась, потом вздохнула. Снова залезла в сумку и достала несколько листов.

— Вот все документы, касающиеся вашей дочери. — Она встала, подошла к столу и положила бумаги перед Жераром. — Я один раз прочитала… клянусь, от меня это никто не узнает…

Жерар схватил листы.

— Почерк Беллы, — заметил он и лихорадочно принялся читать. Побледнел, руки его задрожали. Вот листы упали из его рук на стол. Их хотел было схватить Ройс, но его поймала за руку Наташа.

— Ройс, поверь мне сейчас, прошу.

— Что?

— Не читай этого. Прошу тебя! — Наташа умоляюще посмотрела на него. — Прошу, не читай! Мелисса, да помоги же мне!

Бледная девушка непонимающе посмотрела на Наташу, потом словно очнулась и бросилась к Ройсу, Торен кинулся ей на помощь. Вдвоем они оттащили вырывающегося Ройса от стола, а Наташа успела собрать листы.

— Что ты с ними хочешь делать? — безжизненным голосом поинтересовался Жерар.

Наташа покосилась на листы в своей руке, обвела взглядом комнату. Заметила блюдо для фруктов, поставила его на стол, смяла листы и положила их на него.

— Дарк…

Дарк Вром шагнул к столу, достал спички, чиркнул. Через мгновение листы корчились в пламени на блюде. Жерар, по мере того как бумага сгорала в пламени и чернела, оживал. Дождался, когда на блюде останется только пепел, и посмотрел на Наташу.

— Спасибо, — выдохнул он. — А с остальными бумагами как поступишь?

— Этот список директора не очень большой. В нем только девушки из очень влиятельных семей… Кажется, директор что-то готовил, не просто так он собирал все это. Может, шантаж, а может, что еще. Поймаете, спросите. А остальные бумаги… Я отдам тем, кто их писал. Пусть поступят так, как захотят.

— Ясно…

Наташа мгновение помолчала.

— В дневнике Белла написала, что вступила в общество, чтобы хоть как-то выступить против вас… она называла вас сумасбродом и тираном. Потом уже поняла, что из себя представляет это общество, все-таки ваша дочь не была глупа, только вот метод протеста выбрала не тот. Понять-то поняла, но обратной дороги уже не было, она знала, что вы никогда ее не простите… и хотела покончить с собой. Тот клерк из банка вытащил ее из петли… случайно оказался в лесу. Белла его постоянно называет забавным растяпой. Он заблудился в тот день и там встретился с вашей дочерью. Именно он заставил ее поверить, что продолжать жить стоит, он же помог ей избавиться от депрессии. Неудивительно, что девушка полюбила своего спасителя.

— Я ничего этого не знал…

Наташа покачала на руке дневник Беллы, потом положила его перед Жераром.

— Вы многое о своей дочери не знали.

— Но как дневник попал к директору? — спросила Мелисса.

— Мне это неведомо, — пожала плечами Наташа. — В начале дневника Белла называет Рекора своим вторым отцом… — В руке Жерара хрустнул бокал. Не замечая крови, он еще сильнее сжал осколки.

Артер первым пришел в себя, заставил друга разжать руку, извлек из его ладони стекло и вызвал слуг. Жерар с руганью прогнал их, сам замотал ладонь платком. Потом сел и осторожно раскрыл первую страницу дневника. В тишине прошло несколько минут — никто не осмелился прервать чтение.

Вдруг Жерар поднял тяжелый взгляд на Ларшена.

— Этого я тебе никогда не прощу.

— Жерар…

— Уходи, Ларшен… Иначе не сдержусь. Больше никогда не смей появляться на пороге моего дома.

Ларшен вскочил, потом замер и опустил голову. Шагнул к двери, но, проходя мимо Наташи, посмотрел на нее.

— Довольна?

— Вы меня в чем-то обвиняете?

— Ты…

— Я должна была утаить эту информацию?

— Ларшен, уходи! — в голосе Жерара уже слышались раскаты грома.

Ларшен Тирен выпрямился и медленно вышел из комнаты.

— Папа, — пискнула Мелисса, медленно встала, ее качнуло. — Я…

Торен вдруг вскочил, подбежал к Мелиссе сзади и обхватил ее.

— Не смей ничего говорить! Не смей! Ты ни в чем не виновата! Ты пыталась остановить отца! Господин Реордан, ну скажите же ей?

Под тяжелым взглядом Жерара девушка съежилась.

— Думаю, Белла, назвала бы тебя подругой, — вдруг задумчиво проговорила Наташа.

Жерар вздрогнул, опустил взгляд, о чем-то задумался.

— Я тебя ни в чем не обвиняю, — наконец вздохнул он. — Двери моего дома всегда открыты перед тобой. — Он медленно встал, прихватил дневник дочери и, сгорбившись, удалился. Его жена суетливо поднялась со своего места, вытерла глаза и поспешила вслед за мужем — за все это время она так и не произнесла ни слова.

Наташа вздохнула, грустно посмотрела на троих друзей. Торен так и застыл, обняв Мелиссу, рядом с ней замер Ройс, готовый защитить ее от отца, если понадобится. Вот они повернулись к Наташе.

Можно ли разговаривать взглядами? Наверное, да. По крайней мере, все они друг друга поняли.

Наташа опустила голову, прикусив губу.

— Я говорила тебе, Ройс, что правду иногда лучше оставить спрятанной…

— Нет, — ответил Ройс, подумав. — Ты сняла с моих плеч тяжелый груз… спасибо.

Наташа кивнула, снова опустила голову. Развернулась и зашагала к выходу. Дарк поспешил следом.

Артер Леройс догнал их на улице. Хотя, скорее всего, специально ждал, когда они выйдут из дома, чтобы поговорить без помех.

— Ты действительно довольна тем, что сделала? — прямо спросил он.

Наташа подняла голову.

— А что бы вы сделали на моем месте, Артер? А? Вы бы утаили эту правду?

Леройс замер. Отвернулся.

— Мне трудно быть беспристрастным. И Ларшен, и Жерар — мои друзья. Мы с ними с самого детства. Боюсь и в этот раз я бы выбрал дружбу. Жерар никогда не простит Ларшена… и винить его я не могу.

— Да, винить его трудно.

Леройс вдруг выпрямился, словно приняв какое-то решение.

— Сейчас отправлюсь на допрос профессора. Как я понимаю, дело, ради которого вы к нам прибыли, еще не завершено.

— Вы сердитесь на меня за то, что я разрушила вашу дружбу? Но в чем моя вина, скажите? Это не я организовала общество Амура! Не я не смогла убедить Ларшена Тирена остановиться. Вы же начальник стражи! Вы могли на него повлиять!

— Я вас ни в чем не обвиняю, госпожа Наташа. Но дело нужно завершить. Допросные листы я пришлю вам с поверенным. Закончим оставшиеся формальности. — Леройс быстро кивнул, прощаясь, и удалился.

Наташа некоторое время смотрела в спину командующему.

— Дарк, скажи, я не права?

— Не знаю, — ответил телохранитель. — Я никогда не задумывался о таких отношениях между людьми. А впрочем, вы поступили совершенно правильно. Ларшен теперь прикроет это общество.

— Спасибо, Дарк, — вздохнула Наташа. — Поехали домой, отдыхать. Все-таки я совершенно не выспалась. Подождем допросных листов, которые обещал прислать Леройс.

Девушка отвернулась, старательно протерла глаза и твердо зашагала к стоявшей в стороне коляске. Дарк покачал головой и поспешил следом. Порой ему трудно было понять свою подопечную. Видно, что она сильно расстроена, но что именно ее расстроило, непонятно. Не Артер же Леройс?

Дома Наташа плюхнулась в кресло и невидяще уставилась в окно. Дарк хотел что-то сказать, но глянул на девушку и осторожно вышел, предупредив всех, чтобы госпожу не беспокоили. Потом он заметил, как Наташа прошла в свою комнату.

— Всем сказать, что отдыхаешь? — поинтересовался Дарк.

Наташа медленно обернулась на голос и непонимающе уставилась на телохранителя. Наконец, ее взгляд прояснился и приобрел осмысленность.

— Нет, постучи, я выйду. Кстати, когда должен прибыть корабль?

— Завтра, ближе к обеду.

— Спасибо. Дарк, наверное, пора уже собирать вещи.

— Да вещей-то у нас…

— А… ну да. Хорошо, я тогда немного посплю. Кто придет, стучи.

— Я понял, — задумчиво проговорил Дарк, глядя на закрывшуюся дверь.

Стучать пришлось уже через три часа, когда прибыл посыльный от Артера Леройса. Наташа в мятой одежде и сонная, очевидно, спала, не раздеваясь, выглянула из-за двери.

— Что случилось, Дарк?

— От Леройса прибыл посыльный.

— А… сейчас выйду. — Через пять минут Наташа вышла из комнаты, кое-как приведя себя в порядок.

Дарк покачал головой — как ни билась госпожа Клонье, но ей так и не удалось привить своей приемной дочери аккуратности в одежде, та предпочитала удобства красоте.

Наташа вышла в гостиную, поздоровалась с посыльным.

— Господин Леройс просил что-то передать мне?

— Не бумаги, госпожа П… Наташа. Господин командующий велел передать, что профессор отказывается давать показания… пока. Он говорит, что готов все выложить в вашем присутствии завтра.

— В моем присутствии? — удивилась Наташа. — Зачем я ему нужна?

— Не знаю, госпожа. Но профессор предупредил, что ничего не расскажет, если не будет вас. Господин Леройс приглашает вас завтра к одиннадцати.

Девушка раздраженно взъерошила волосы на затылке.

— Ладно, буду в одиннадцать у тюрьмы.

— Я так и передам командующему. — Посыльный поклонился и вышел.

— Зачем я понадобилась Кардегайлу? — удивилась девушка. — Дарк, завтра к десяти подготовишь коляску?

— Конечно. Отдыхай, Наташа.

— Да, спасибо. Что-то голова болит.

— У любого заболит, если двое суток спать урывками.

— Ой, ну не бурчи, Дарк. Ладно, пойду. Спокойной ночи.

Дарк Вром выглянул в окно, хмыкнул.

— Спокойного вечера, — пожелал он.

Наташа тоже выглянула в окно, пожала плечами и отправилась спать: вечер, ночь… какая разница — если хочется спать, значит, ночь.

Глава 13

Ваза впечаталась в стену и с грохотом разлетелась осколками по комнате. Дарк Вром философски оглядел мусор, добавленный к уже существующему на полу разгрому, покосился на замершего у стенки испуганного Дирка и не заметил бросок пресс-папье, вылетевшего в окно.

— Господин Вром, — испуганно зашептал Дирк, — а что, собственно, происходит?

Дарк Вром пригнулся, пропуская над головой пустую, к счастью, чернильницу и пожал плечами.

— Понятия не имею. Она как вернулась из тюрьмы от профессора Кардегайла, так давай все крушить.

— Ненавижу! — прорычала Наташа, опрокидывая кресло.

— А… — попытался было что-то спросить Дирк, но был остановлен предостерегающим жестом Врома.

— Дай девочке перебеситься. Успокоится, сама все расскажет, а так может и нам достаться. О! А это была имперская фарфоровая статуэтка… если не ошибаюсь, около трех сотен деж.

Дирк икнул и печально посмотрел на осколки.

— А это ничего, что мы вот так в чужом доме?

Вром снова пожал плечами.

— Сенат взял все расходы на себя… заплатит.

— Гм… если не ошибаюсь, расходы он взял на себя исключительно те, что будут использованы по делу.

— Дирк, да не будь ты таким занудой. Не обеднеет твой сенат. А расходы эти самые что ни на есть по делу. Расследовать убийства юных девушек и — это такой стресс! Истерика вполне оправданна. Девочке надо расслабиться, выплеснуть раздражение. Отнесем расходы к психологической релаксации. Пусть уж лучше достанется вещам, чем нам. Не согласен?

— Это ты меня сейчас истеричкой назвал? — Наташа услышала Дарка и медленно повернулась к нему с плотоядной улыбкой.

Дарк поспешно поднялся.

— Пойду-ка я проверю, как там обед…

— А ну стой! — Но Дарк уже выскочил за дверь, о которую что-то грохнуло. — А ты с ним, значит, был согласен?! — услышал он из-за двери вопрос девушки, адресованный, видимо, бедняге Дирку, не успевшему удрать.

Дарк мысленно пожелал ему удачи и неторопливо отправился на кухню.

Когда он появился в гостиной, толкая перед собой тележку с обедом, девушка уже успокоилась и, мрачная, сидела в единственном оставшемся на ногах кресле. Дирка нигде видно не было. Телохранитель оглядел разгром, подошел к столу и вернул его на место, затем сгрузил на него с тележки еду.

— Поешь.

Наташа сердито зыркнула в его сторону, но ничего не сказала, придвинулась к столу, взяла ложку и задумчиво помешала кашу.

— Дарк, я такая идиотка… я так лажанулась…

— Прости, что ты сделала?

Наташа вздохнула, потом снова нахмурилась.

— Профессор сволочь! Ненавижу его! Гад! Все-таки нашел способ поквитаться со мной! И эти… Ларшен еще большая сволочь! Ненавижу его снисходительную улыбочку… так бы и врезала! Знаешь, с каким трудом сдержалась? А Жерар с его мерзким взглядом: «Ничего другого от сопливой девчонки и не ожидал». И я, вежливо улыбаясь, с ними попрощалась!

По крайней мере стала понятна причина такого разгрома в комнате. Если девочка действительно сдержалась, когда ее каким-то образом умудрились унизить на допросе профессора, то ясно, что таким образом она выплеснула свое раздражение.

— И ведь сволочь Леройс специально пригласил и Ларшена, и Жерара! За каким лешим они на допросе оказались?! Надо было выставить их из кабинета… И знаешь, что самое обидное? Ведь чувствовала — что-то не так, даже видела, что именно не так, и все равно не смогла сообразить!

— Гм… Профессор не убийца?

Наташа оторопело уставилась на Дарка, потом отвернулась.

— Ну настолько бы я не лажанулась. Хотя… Блин! Блин! Блин! Этот зал магии, малое количество крови, дата покупки водонепроницаемой ткани.

— А что не так с покупкой?

— Когда она была сделана?

— Э-э… не знаю.

— После второго убийства. Вспомни, что сказал слуга? Двенадцать дней назад два рулона! Ну не идиотка ли я?

— Так, я совсем запутался. Можешь объяснить, чтобы я все понял?

Наташа отложила ложку, повернулась в кресле к Дарку.

— Понимаешь, первое убийство было странным. Очень. Я видела несколько непонятных моментов, но, когда уверилась, что убийца профессор, отбросила их. А ведь папа говорил, что дело не закрыто, пока нет ответов на все вопросы. А тут… Эх!

— А подробнее?

— Ну смотри. Почему убийство произошло в зале магии лицея? Это ведь почти прямо указывает на виновного — кого-то из лицея. У кого еще могут быть ключи от зала магии? Профессор на идиота совсем не похож — неужели не мог сообразить, что он тут первый подозреваемый?

— Но его никто не заподозрил.

Наташа отмахнулась.

— Всего лишь вопрос авторитета. Профессора настолько уважали, что о нем никто даже не подумал. И там было слишком мало крови.

— Ткань?

— Которую купили после убийства.

— Плащи.

— На плащах печатей не нарисуешь. Магическая печать — важная часть. Когда бы он успел ее нарисовать на них? Да и размер любого плаща маловат.

— Гм… Тогда я не понимаю.

— Вот и я не понимала. Над второй жертвой проводился тот же магический ритуал, что и над первой. Потому я решила, что все это дело рук профессора. Эти два вопроса никак не давали мне покоя, но потом я просто отмахнулась от них, а ведь все было очевидно, если хорошенько подумать.

— И что именно очевидно? — совсем запутался Дарк.

— Почему профессор, совсем не дурак, отправился в зал магии лицея, сужая круг подозреваемых?

— Ну не так уж и сужая. В лицей каждый мог забраться.

— Но не каждый мог использовать печати профессора Кардегайла.

— Печати профессора?

— А где он, по-твоему, проводил опыты с печатями?

— Э-э… дома?

— Дома — само собой, но вспомни, что магичить он не мог. Ему нужен был кто-то, кто сумеет активировать его печати. А кто это может сделать на острове?

— Учитель магии лицея! — хлопнул себя по лбу Дарк.

Наташа ткнула в его сторону пальцем.

— Точно. А значит, в зале магии лицея просто обязаны были присутствовать все те печати, что разрабатывал профессор дома. Причем их нужно было быстро ставить и убирать, чтобы не мешать учебному процессу. Скорее всего, заранее подготовленный лист или меняющийся пол, не знаю, как там обычно маги делают, но уверена, есть какой-то механизм быстрой смены готовых печатей.

— Слышал о таком, — кивнул Дарк. — Обычно используют сборные листы из склеенной древесины. Но их ведь надо заранее сделать.

— В разговоре со мной, при нашей первой встрече, профессор прямо и сказал, что такой ритуал требует серьезной предварительной подготовки. Но ведь Кардегайл готовил свой эксперимент больше двадцати лет, естественно, у него все было подготовлено. Только до этого дня он не убивал.

— Он еще не закончил эксперимент.

— Тоже верно, но тут есть еще один момент. Чтобы убить человека, пусть даже считая его бесполезно прожигающим жизнь, нужно преодолеть некий психологический барьер. Так просто на такое дело не решишься. А теперь смотри: первая жертва в лицее, крови мало, ткани еще нет. Почему?

— Жертва была мертва? — неуверенно предположил Дарк.

— Умирала, — вздохнула Наташа. — Если предположить это, то все встает на свои места. А та кровь, что вытекла, осталась на сменных щитах с печатью. Может, профессор и оттер кровь со щитов, но их с собой не потаскаешь, а еще одна жертва в зале магии всех заставит задуматься. Потому Кардегайл и позаботился о будущем, купив про запас водонепроницаемой ткани, на которую и нанес вторую печать.

— Подожди, я не понимаю…

— Профессор не убивал Виру Котс, — призналась Наташа. — И я должна была догадаться.

— Что?

— Это единственный вывод… все мы задним умом крепки.

— Подожди-подожди! Что это значит?

— А то и значит. Профессор натыкается на умирающую девушку и… Эксперименты его давно закончены, но не хватает последнего — силы. Думаю, он уже размышлял о жертвах, только не мог решиться, переступить через себя. А тут такой шанс! Нельзя упускать. Однако девушка вот-вот умрет, и с ее смертью все его действия станут бесполезными. Причем несчастную смертельно ранили на территории лицея, только там профессор мог на нее наткнуться. Где можно провести ритуал? Там, где есть готовые для него печати. То есть либо дома, либо в зале магии лицея, но домой он не успеет, к тому же тащить умирающую по городу… Тогда профессор заворачивает ее в свой плащ и бежит в зал магии, лихорадочно готовит ритуал. К тому времени девушка уже потеряла много крови, потому ее там почти не было. Профессор успевает в последний момент, за мгновение до смерти, но ритуал завершается успехом.

— Однако.

— Он получил такой заряд энергии, что это его опьянило. Он даже смог применить магию. Всего лишь несколько минут владения, но это чувство было сродни экстазу. После такого он уже не мог устоять и стал готовиться ко второму ритуалу.

— Подожди-подожди! А все это каким образом ты узнала? Ну, про экстаз и решимость повторить успех.

Наташа удивленно посмотрела на Дарка.

— А как ты думаешь?

Вром нахмурился.

— А-а-а! — сообразил он. — Рассказал на допросе? Но зачем он тебя вызывал? Почему не выложил все Леройсу? Зачем ты ему понадобилась?

Наташа вздохнула.

— Чтобы поиздеваться, разумеется. Хотел показать, что я всего лишь глупая маленькая самонадеянная девчонка… и ему это удалось… до сих пор стыдно. Господи, как же я могла быть настолько слепой?

— А Ларшен и Жерар?

— А их уже Леройс пригласил, чтобы поставить меня на место. Заодно, думаю, надеялся примирить их, показав, что я тоже ошибаюсь. Бесполезно, конечно, но их лиц я не забуду до конца жизни! Этакое снисходительное у Жерара и…

— Я понял-понял! — поспешно остановил Наташу Дарк, заметив, что девушка потянулась к чашке с явным намерением запустить ее в стену. — Только ты сама сказала, что Кардегайл ничего не говорил Леройсу про первое убийство и потребовал твоего присутствия на допросе.

— Леройс, как бы я к нему ни относилась, совсем не дурак, — вздохнула Наташа. — Думаю, полистав бумаги профессора, сопоставив все, он и сам пришел к выводу, что первое убийство совершил не профессор. А когда тот пообещал все рассказать, но только в моем присутствии, окончательно убедился в собственной правоте и пригласил друзей.

— Полюбоваться на твое униже… прости, — заметил взгляд девушки телохранитель.

— Именно. Только я не доставила им такого удовольствия! Да, я ошиблась и честно в этом призналась. Перечислила все те факты, которые прежде отбросила, и признала свою вину. Все-таки удовольствие я им испортила, — злорадно усмехнулась девушка. — Они явно ожидали другой реакции.

Дарк оглядел разгромленную комнату и хмыкнул.

— Вместо них отвела душу на ни в чем не повинных вещах.

Наташа тоже осмотрелась и виновато улыбнулась.

— Да уж, набедокурила.

— Подожди, — вдруг нахмурился Дарк. — А как же показания медиков? Они говорили, что раны двух девушек одинаковы. Разве они не заметили, что у первой две раны?

Наташа раздраженно махнула рукой.

— Я первым делом и отправилась к врачу, чтобы разобраться с этим вопросом. Чуть не прибила идиота! Этот… Слов не хватает! Помнишь, говорили, что в случае, если есть подозрения, что убийство связано с магией, тела кремируют?

— Ну… Стой, ты хочешь сказать…

— Да. Тело никто толком не осматривал. Сожгли быстренько и все. А когда произошло второе убийство и связались со мной, я потребовала у врача внимательно осмотреть тело и прислать описание первого осмотра. Этот… Этот идиот, вместо того чтобы честно признаться, что ничего толком не смотрел в первом случае, решил, что все убийства одинаковы, и заявил, что в первый раз было все так же, как во второй.

— О!

— Будь уверен, — злорадно заявила девушка, — я в это обязательно ткну носом Леройса, когда увижусь с ним вечером. Он у меня надолго запомнит…

— Эм… может не стоит уподобляться?

Наташа задумалась.

— Все равно нужно сказать, пусть сам разбирается с врачом. Да и моя вина тут тоже есть. Я должна была сразу встретиться с этим идиотом и выбить из него все детали, вместо того чтобы верить на слово всему тому, что он наплел мне по связи. Не хотелось светиться, я ведь якобы еще плыла на корабле, вот и не поговорила. Правильно отец всегда предупреждал меня, что верить никому нельзя и все надо подвергать сомнению.

— Осталось только выяснить, кто убил первую девушку.

Наташа сморщилась, Дарку даже показалось, что она вот-вот расплачется.

— Директор, — выдавила она. — Судя по всему, девушке удалось выкрасть бумаги Рекора Тинефса, и она хотела всем рассказать о его деятельности, которую он скрывал даже от своего покровителя Ларшена Тирена.

— Откуда ты знаешь?

— Не знаю, предполагаю. Только на этом можно было подловить Рекора, что он даже решился пойти на крайние меры.

— А как ты узнала, что убийца именно он?

— Профессор рассказал. Когда он наткнулся на девушку, она была еще жива, значит, он появился на месте преступления сразу после директора. Впрочем, и без этого ясно, что мотив мог быть лишь у Рекора. Вот только доказательства пришлось бы поискать.

— Вот именно. Ты сама говоришь, что без доказательств нет вины.

Наташа задумалась, потом встала и вышла из комнаты. Вскоре она вернулась с бумагами, которые они отняли у директора.

— Скорее всего, какие-то из этих бумаг побывали в руках у девушки. Никто после этого, кроме директора и меня, их не касался, а я просмотрела их очень бегло, в основном читала дневник Беллы. Получать отпечатки пальцев я уже научилась, благо ничего сложного в этом нет, найти отпечатки убитой девушки тоже можно. Важных бумаг, ради которых директор пошел бы на убийство, тут не очень много.

— Но это уже не имеет значения, так ведь? Потому что директора именно ты заставила покинуть Торей и отправиться в бега.

Наташа снова сморщилась и отвернулась. Убито кивнула.

— Да, — выдавила она.

Дарк вздохнул.

— Дела. И что собираешься делать?

Наташа пожала плечами.

— Леройс уже все сделал. Он подготовил его портрет и отправил сообщение на все острова о розыске убийцы. Портрет потом развезут на кораблях.

Дарк посмотрел на опущенные плечи девушки и решил ее подбодрить.

— Да не огорчайся ты так. Рекору Тинефсу сейчас не позавидуешь. Никуда он не денется, отыщется.

Наташа покачала головой.

— Он ведь будет прятаться не столько от правосудия, сколько от тех людей, кому перешел дорогу. Не останется он в республике, и у него были почти сутки. Думаю, он уже плывет куда-то на рыбачьей лодке, а дальше сядет на корабль. Да мало ли возможностей?

— Если подумать, мало. Даже самое враждебное республике государство не станет ссориться из-за простого убийцы.

— Надеюсь, ты прав, и Рекора отыщут.

— Конечно, отыщут.

Наташа повернулась и пристально посмотрела на телохранителя.

— Ты правда так думаешь или просто подбадриваешь меня?

— Гм…

— Не стоит, Дарк. Спасибо, конечно, но не стоит.

— Ладно, тогда… А хочешь прогуляться? Мне тут сказали, что неподалеку есть потрясающий ресторан! Там подают фирменное блюдо — какую-то особую рыбу, запеченную с сыром и специями. Говорят, блюдо потрясающее!

Наташа на миг остолбенела. Посмотрела на полную чашку каши, потом на Дарка. И вдруг улыбнулась.

— А пойдем. Заедим горе потрясающей рыбой с особыми специями. Надо немного прийти в себя, вечером состоится важный разговор с Леройсом. После всего, что было, не хочу ударить перед ним лицом в грязь. Пусть не думает, что я пала духом. Да, я ошиблась, но за одного битого двух небитых дают. Рекор же… никуда эта сволочь не денется. — Наташа задумалась. — Не так уж и много вариантов у него на самом деле. Надо будет попросить императора при встрече, пусть его поищут и в империи… Точно! Захвачу один из портретов.

— О! — Дарк вытаращил глаза от удивления, потом расхохотался. — А сдаваться ты не любишь. Да уж, тогда он точно никуда не денется. Наташа, отбрось все мысли о деле, отдохни немного, ей-богу, тебе это так необходимо. Просто ни о чем не думай. Идем, насладимся волшебным блюдом.

Дарк вежливо предложил девушке руку, помог ей встать и направился к выходу. Коляску решили не брать, а нанять извозчика. Наташа, правда, настояла, чтобы всем в доме сообщили, где их искать, в случае если она кому-нибудь понадобится.

В ресторане к ним подсел Ройс, пришедший сюда вместе с приятелем, минут через двадцать. Торен выглядел подавленным и явно не горел желанием общаться с кем-либо, но отказать другу не мог.

— Можно присоединиться? — вежливо поинтересовался Ройс.

Наташа помахала рукой.

— Уже присоединился, чего спрашивать?

— Я могу уйти, если мешаю…

— Сиди, — Наташа дождалась, когда Торен и Ройс сделают заказ подошедшему официанту. — Ну?

Ройс помялся и зачем-то старательно протер руки салфеткой.

— Я это… поблагодарить хотел… — Торен покосился на приятеля, но смолчал. Наташа развернулась к нему.

— Торен, если хочешь что-то сказать, лучше говори сейчас, потом будет труднее, а мучить тебя это невысказанное станет долго… я-то знаю, как бывает.

— Ты все знаешь, госпожа Призванная, — криво усмехнулся Торен. Фраза явно осталась неоконченной, и Наташа догадывалась, что он хотел добавить. Наверняка о ее равнодушии к чужим судьбам.

— Обижаешься за отца?

Торен скривился.

— Чего мне обижаться? Отец заверил меня, что не хотел смерти того рыбака. — Тут он вскинул голову и в упор уставился прямо в глаза Наташи. — И я ему верю!

— Я тоже, — согласилась Наташа, а мысленно добавила: «А рыбак мертв, и мертв потому, что тем, кто у власти, понадобилось его на время упрятать подальше с глаз, чтобы лишнего не болтал. Так что, может, и не хотел Артер его смерти, но косвенно к ней причастен, и Торен это прекрасно понимает, потому и кидается так яростно на защиту отца».

— Я тоже ему верю, — повторила за парнем Наташа. — Иначе не предложила бы перейти во вновь формируемое управление внутренней следственной стражи.

— А ты предложила? — растерялся Торен.

— Нет. Собиралась сделать это при встрече вечером после подведения всех итогов расследования.

— Но ведь мой папа виноват в смерти рыбака?

О, теперь уже он обвиняет отца? Совсем, видно, растерялся парень.

Наташа едва заметно улыбнулась.

— «Пусть первым бросит камень тот, кто сам без греха».

— Что?

— Для меня имеет значение то, что смерти рыбака он не хотел. Да, он был неправ, превысил полномочия… Впрочем, ты сам все понимаешь. Это была ошибка, и он это знает. Думаю, такого он больше не повторит никогда. Разве это плохо? А безгрешных людей не бывает. Если искать на работу ангелов, придется и самой увольняться.

— Ангелов? Я понял, что ты хотела сказать, но… А в чем ошиблась ты?

Наташа задумалась на мгновение.

— Я позволила бежать Рекору. Более того, я сознательно отправила его в бега, посчитав это хорошим наказанием за его общество Амура.

— Директор сбежал? — вскинулся Ройс.

— Сбежал, — подтвердил Торен. — Я слышал от отца, он объявлял его в розыск.

— Первое убийство совершил именно он, — сообщила Наташа. — Я это узнала уже после побега директора. Как видите, я самолично позволила убийце уйти.

— Ха, — хмыкнул Торен. — А ты неробкая девица, — уважительно протянул он. — Не каждый вот так признает собственную ошибку.

Не будь утреннего «представления» Артера в тюрьме, Наташа и не признала бы ее, но после того унижения, которое девушка испытала, она серьезно пересмотрела взгляды на некоторые вещи. И если ошибка совершена, то лучше всего открыто ее признать, понять, как произошла она, и больше не повторять. А попытка как-то оправдаться, хоть перед другими, хоть перед собой, сделает только хуже. Зато сейчас Наташа твердо уверена, что не позволит больше никому сыграть на ее промахе.

— Самолично позволила. И ты говоришь это так спокойно? — А вот Ройс, похоже, не очень восхищен.

— А что я должна делать? Посыпать голову пеплом?

— Постричься, — буркнул Торен.

— Хм… шуточки у тебя. Знаю я, как тут у вас относятся к стриженым. Беспредел какой-то. Из-за этого вынуждена волосы отращивать. Отродясь длинных не носила. — Наташа с досадой накрутила короткий локон на палец.

Торен хохотнул. Ну, слава богу, кажется, больше не мрачен, ожил.

— Спасибо, госпожа Наташа, — официально и очень серьезно поблагодарил он.

Ройс хотел что-то сказать, но тут подошел официант с их заказом, и все замолчали, дожидаясь, когда он расставит блюда.

— Что собираешься делать дальше? — поинтересовался Торен, опередив Ройса, который с досады поморщился.

— Ничего, — пожала плечами Наташа. — Надеюсь, сегодня вечером закончить все дела. Ловить директора — не моя работа, с этим стража справится лучше. Корабль из империи прибудет завтра после обеда, пока пополнит припасы… послезавтра утром отплываю в империю. — Девушка быстро глянула на Ройса. Тот, когда услышал о ее скором отъезде, вздрогнул.

— Я буду скучать, — выдавил он.

Наташа отвернулась.

— А что еще ты хотел сказать?

Ройс замялся, вздохнул.

— Теперь уже не важно. Хотя… не кори себя, это я настоял, чтобы ты рассказала, как все было.

— Да, — не стала спорить Наташа. — Жалеешь?

Ройс задумался.

— Нет. Я словно освободился от давнего кошмара, который не давал мне жить… Слушайте, да что мы все о грустном? — вдруг оживился парень. — Наташа, как я понимаю, завтра целый день ты свободна?

— Я встречаю подругу, она должна приехать на корабле. Ее зовут Альда Тонзер.

— Тем более. Давайте все вместе погуляем? В первой половине дня неподалеку от порта, а когда приедет твоя подруга, берем ее и отправимся в дальний конец острова. Уверяю, такого ты нигде не видела.

— А что там? — заинтересовалась Наташа.

— О-о-о! — восхищенно протянул Торен. — Ты этого точно не забудешь. Соглашайся, не пожалеешь.

— Ладно, договорились, — улыбнулась девушка.

Закончив есть, все четверо поднялись и на выходе расстались. Парни отправились по своим делам, Наташа с Дарком домой, готовиться к встрече с Артером Леройсом. Идти решили пешком, немного размяться. Телохранитель улыбался чему-то своему и молчал. Наташа подозрительно посматривала на него, потом не выдержала:

— И что тебя смешит? В ресторане не произнес ни слова.

— Госпожа Наташа, телохранители не встревают в разговоры своих нанимателей.

— Да ладно тебе, — скривилась девушка. — То же мне, педант выискался. Когда хочешь, еще как вмешиваешься.

— Когда этого требует долг.

Наташа решила не спорить и вернулась к изначальному вопросу:

— Так чему ты там улыбаешься?

— Да ничему особому…

— Да-а-арк…

— Просто я наблюдал за Ройсом.

— Все, ни слова больше.

— Почему? Он же тебе нравится.

— Дарк…

— Это, конечно, не мое дело…

— Вот име… эх, нет, Дарк! Пусть все остается как есть.

Дарк непонимающе посмотрел на девушку, покачал головой. Порой он не понимал, какими извилистыми путями бродят мысли Призванной. С его точки зрения, все просто и очевидно. Остается только сделать один шаг, но его-то никто и не хочет сделать. Не просто не решается, а именно не хочет. Вполне сознательно и твердо.

— Как знаешь.

— Да. Дарк, когда вернемся домой, отправь кого-нибудь за тем гением-врачом, который делал заключение по смертям девушек. Хочу, чтобы Артер его тоже послушал.

Телохранитель согласно кивнул.

Артер Леройс слушал внимательно, мрачнея с каждой секундой. Невозмутимая Призванная сидела в сторонке и делала вид, что ее тут нет. Командующий изредка посматривал в ее сторону, надеясь увидеть хоть тень злорадства на лице девушки, но та выглядела такой же мрачной, как он сам. Рассказ врача ей категорически не нравился. И ведь это его вина, ничего не скажешь. Он обязан был расспросить врача подробнее обо всех смертях, когда Призванная попросила узнать об этом. А он сосредоточился на втором убийстве, совершенно упустив из вида первое.

Призванная должна была расспросить сама? Так ведь ее тут формально не было, она еще плыла на корабле, а если бы новая ученица Фелона кер Шеордан начала расспрашивать, то недолго бы продержалась ее легенда. Как тут ни крути, но именно он упустил этот момент. И в свете всплывших фактов его утренний поступок выглядел очень некрасиво, словно он свою вину спихнул на совсем еще юную дознавательницу. Ткнул ее носом в ошибку? Есть чем гордиться, уделал сопливую девчонку, пусть хоть и трижды Призванную.

— Скройся с глаз моих, — наконец не выдержал он.

Врач, понимая свою вину, быстро выскочил из комнаты.

— Ну и наделали мы с вами дел, — проронила Наташа. — Никто из нас не догадался расспросить его подробно.

— Ну вы не могли с ним говорить из-за легенды, а вот я хорош… — Артер хрустнул пальцами. — Я… прошу прощения за утренний инцидент. Могу сказать в оправдание только то, что хотел помирить Ларшена и Жерара.

— Знаете, — задумчиво проговорила девушка, — а, пожалуй, я даже поблагодарю вас за сегодняшнее утро.

Артер удивленно уставился на нее.

— Поблагодаришь?

— Да. Вы мне преподали очень ценный урок. Я его запомню. Да и ошибка моя так лучше запомнится. Теперь уже я не повторю ничего похожего.

— И в чем, по-твоему, ошибка?

— Не надо позволять исчезнуть кому-то замешанному в деле до тех пор, пока дело не завершено окончательно.

— Все мы хороши. Что же касается твоего предложения… Я могу подумать?

Наташа качнула головой.

— О своем решении вы сообщите не мне. Набором людей занимается Гонс Арет, которого и назначили главой создаваемой службы. Когда я отъезжала, он попросил меня присмотреть кандидатов… Я делаю вам предложение. Плюсы и минусы объяснила. Время, примерно около недели, у вас есть. Дяде Гонсу… простите, главе службе Гонсу Арету я о вас сообщу, и он будет ждать от вас вестей.

— Хорошо. И еще раз простите. А директора, полагаю, поймаем. К счастью, быстро спохватились. Бумаги…

— Я их заберу с собой. Так будет надежнее. Завтра с утра отдам девушкам компромат на них, а остальные… посоветуюсь с мамой… госпожой Клонье. Надеюсь, ее большой житейский опыт поможет решить проблему.

Артер вздохнул.

— Признаться, я бы предпочел, чтобы их уничтожили.

— Возможно, так и сделаю, но… Спешить я не буду. Однако обещаю, что приложу все силы, чтобы никто не пострадал.

— Если об этих бумагах станет кое-кому известно, то, боюсь, Ларшену тоже придется худо.

— Значит, никому о них не говорите. Я тоже не хочу никого ставить в известность о них.

— Что ж, спасибо и на этом. Сейчас домой?

— Да. Осталось только отчитаться перед Гонсом Аретом. Он ждет вечером связи со мной.

— У вас есть амулет дальней связи? — удивился Артер.

— У меня есть телепат, — поморщилась Наташа. — Целыми днями только и делал, что ел да спал. У него, видите ли, тонкая душевная организация. О смерти он говорить не любит, мертвые вызывают у него ужас, а разговоры не о собаках или… гм… женщинах — скуку.

Артер улыбнулся.

— Телепаты, — пояснил он, — осознают свою важность. Только за их дар их все носят на руках, им и делать ничего не надо, знай только передавай сообщения кому скажут.

— Я думала, это утомительно.

— Не утомительней обычного разговора. А вообще телепаты любят болтать друг с другом.

— И с телепатами других стран? — удивилась Наташа.

Леройс-старший ухмыльнулся.

— Закона нет, но есть железное правило: телепатов не обучают другим языкам. Как раз во избежание.

— То есть совсем? — удивилась Наташа.

— Совсем. Телепатов не так уж и много, на самом деле и дар открывается уже года в четыре. Родителям выгодно сообщать об этом, ибо государство сразу берет такого ребенка на полное обеспечение.

— Забирает из семьи?

— Зачем? — удивился Артер. — Просто оплачивает все расходы на его содержание. Лучший лицей, лучшие педагоги.

— Хм. Только не обучают другим языкам? А зачем в таком случае им хорошее образование?

— Не обучают. А образование… как это зачем? Они ведь разные сообщения передают, в том числе и научные споры. Если они не будут понимать, о чем речь, могут ведь и от себя что добавить. И чем образованней телепат, тем выше он ценится.

— Ясно. — Наташа потянулась. — Ладно, засиделась я что-то.

— Я прикажу подать карету к выходу.

— Спасибо, господин Леройс. И до свидания. Думаю, мы с вами еще увидимся, перед моим отплытием, но уже не по делу.

— До свидания, госпожа Наташа, — попрощался и Артер Леройс. — Счастливого вам плаванья.

— У нас говорят «семь футов под килем», — улыбнулась девушка.

— Правда? — заинтересовался Леройс. — И что эта фраза означает?

— Понятия не имею. Я же не моряк, но могу предположить. Футы — это у нас так расстояние меряют. Семь футов — безопасная глубина для корабля. Так что пожелание, скорее всего, означает плаванье без мелей.

— О, надо будет запомнить. Ну тогда семь футов под килем вам, госпожа Наташа.

Девушка с улыбкой кивнула и вышла. Теперь осталось доложиться Гонсу Арету, а там наверняка и Мэкалль будет присутствовать, и все, дело можно считать закрытым. Пусть даже и не идеально.

Вспомнив о сбежавшем директоре, Наташа нахмурилась. Хоть и раскрыла она убийства, но дело все-таки провалила. Именно провалила, как бы ни оправдывала себя тем, что второй убийца арестован и ожидает приговора, а первый в бегах и объявлен в розыск.

— За битого двух небитых дают, да? — Наташа замерла перед открытой дверью кареты и взглянула на ночное небо с начавшими появляться звездами. — Слабое утешение, — вздохнула она, забираясь внутрь и закрывая за собой дверь.

Глава 14

Все утро Наташа с Дарком собирали вещи, которые они планировали взять с собой на корабль. Глядя на три внушительных сундука, забитых под завязку, девушка никак не могла понять, как такое вообще происходит. Ведь приехала сюда она с парочкой платьев и небольшим узлом необходимых вещей. За каких-то несколько дней количество вещей превратилось вот в это.

Наташа еще раз оглядела набитые в сундуки вещи и поморщилась. Понятно, что-то ей понадобилось, чтобы поддерживать реноме богатой избалованной блондинки, помешанной на моде, но сейчас-то все эти платья зачем с собой тащить? Мама наверняка собрала ей в империю самое лучшее, что только есть. Добавлять к ним еще и это? Но расстаться с обновками оказалось выше ее сил. Всегда считала себя свободной от увлечений тряпками, а сейчас сама превратилась в чуть ли не завзятую модницу. Да еще и Дарк смотрел на все эти сборы с таким понимающим философским спокойствием. Мол, Призванная-то ты Призванная, но остаешься обычной девушкой.

Наташа сердито разбросала одежду из одного сундука и вновь принялась за укладывание вещей, на этот раз безжалостно откидывая в сторону все лишнее. Дарк издал очередной вздох, но снова промолчал.

— Не понимаю, — ворчала девушка, — сундуки! Эти идиотские сундуки! Неужели у вас тут не додумались до простейших чемоданов?

— Додумались, госпожа, — отозвался Дарк на свою беду.

— Так какого рожна мы занимаемся с этими идиотскими тяжеленными гробами?!

— Госпожа, — терпеливо разъяснил Дарк, — чемоданы, конечно, удобная штука для поездки в карете, например, или для плавания не небольшое расстояние. Но на корабле, поверьте, сундуки намного сподручнее. Они прочнее и лучше выдержат качку, к тому же защищены от воды, а значит, ваши вещи будут сохраннее. Вдобавок они запираются, и ворам не так-то легко утащить сундук… в отличие от чемодана.

— И что, много воров на имперском корабле?

— На имперском военном корабле воров, безусловно, нет, но на рейсовых пассажирских — хватает, а потому лучше держать свои вещи под надежным замком.

— Ладно-ладно, я поняла.

На этот раз девушка подошла к отбору вещей ответственнее, и теперь заполненными оказались всего лишь два сундука. Наташа издала очередной стон.

— Не понимаю, что ты переживаешь, — наконец, не выдержал Дарк Вром. — Ну возьми ты все два, в чем проблема?

— Два? Дарк, как ты думаешь, а сколько вещей собрала мне мама?

— Гм… м-да.

— Вот именно!

— Все равно не понимаю, в чем проблема? Ты бы видела, сколько берут с собой в соседний город некоторые нобилессы, которых я в свое время охранял. Две дополнительные кареты нанимать приходилось.

— Сравнение мне, конечно, польстило, — ядовито отозвалась девушка, избавляясь от всех вещей, которые купила на Торее.

Эту картину и застали Ройс, Торен и Мелисса. Едва войдя в комнату, они застыли, раскрыв рот посреди разбросанных тут и там платьев, статуэток, отрезов тканей. Сама Наташа пыталась запихнуть в переполненный сундук что-то, похожее на фартук.

— Что здесь происходит? — удивился Ройс.

— Пытаемся уместить вещи в один сундук, — пояснил Дарк.

— Зачем? — еще больше удивилась Мелисса.

— Не спрашивайте, — Дарк неторопливо поднялся. — Зигзаги ее мыслей порой ставят меня в тупик. На этот раз госпожа убедила себя в том, что с тремя сундуками путешествовать очень неудобно и ей достаточно одного. Только вот все вещи, что она накупила на Торе, такие красивые, и с ними так жалко расставаться…

— Дарк! — прорычала Наташа, резко поворачиваясь к телохранителю.

— Уже ухожу, — замахал он руками. — Ухожу-ухожу, не буду мешать.

Наташа снова попыталась запихнуть фартук в сундук, но сдалась.

— Блин!

Ройс и Торен благоразумно решили помолчать.

— Так, ребята, — решительно взяла дело в свои руки Мелисса. — Вы подождите нас пока в другой комнате… Наташа, можно им там чай… кофе приготовить? Отлично. А я помогу тебе собраться.

Ни Торен, ни Ройс спорить не стали и послушно удалились.

Девушки появились через полтора часа, каждая несла по два набитых пакета.

— Уложились в один сундук? — поинтересовался Ройс.

— Нет, — весело отозвалась Наташа. — Мелисса убедила меня, что в империи те платья мне точно понадобятся, даже несмотря на обновки, которые приготовит госпожа Клонье. Придется взять два сундука.

— А это? — кивнул на тюки Торен.

— Это? — Наташа глянула на свои пакеты. — Это не нужно. Мелисса сказала, что эти вещи можно отдать в здешний сиротский приют. Сейчас туда заедем ненадолго. А вообще-то я не ношу платьев…

Торен скептически ухмыльнулся.

— Не ношу! — тут же отреагировала на его гримасу. — Я просто соответствовала образу!

— Весьма неплохо соответствовала, — примиряюще заметил Торен.

— Хочешь сказать, что я похожа на идиотку-блондинку, ничем, кроме тряпок, не интересующуюся? — окончательно рассердилась девушка.

Торен растерялся.

— Я говорил только, что платья тебе идут.

— Не идут, — отрезала Наташа.

Ройс и Торен переглянулись.

— Как скажешь, — признал собственную неправоту Торен.

— Идут! — жаловалась Наташа Мелиссе, когда они загружали свои пакеты в отделение кареты для багажа. — Вот где они мне идут? Нет, если волосы светлые и длинные, тогда да, не спорю. Но я-то не блондинка, а брюнетка! К тому же с короткими волосами платья точно не сочетаются.

— Не такие уж они и короткие у тебя.

— До ваших норм приличия все равно не дотягивают. Впрочем, бог с ними. Мы не опаздываем в порт?

— Точно нет, — ответил услышавший ее Торен. — Я узнавал у отца, корабль еще вне пределов связи.

— Ну да, эти ваши пластины, — пробормотала Наташа. — Удобная вещь, жаль только работают на не очень больших расстояниях.

Торен пожал плечами.

— Брат говорит, что маги пытаются увеличить дальность связи, но пока безуспешно. Никто не понимает, с чем это может быть связано. Телепаты же могут общаться друг с другом на любых расстояниях, а вот пластины, построенные по тому же принципу, берут только километров на сорок.

— А эти ваши комнаты связи? — удивилась Наташа. — Я помню, в здании сената.

— А ты знаешь, сколько этот амулет стоит? — поинтересовался Торен. — Вот именно. Не говоря уже о сложности его изготовления и обязательной работе с ошоном. Да и принцип там совершенно другой.

— Ну я в этом ничего не понимаю, — призналась Наташа, забираясь в карету. — Пусть ваши маги думают.

— Они и думают.

…В сиротском приюте долго не задержались. Сдали вещи и отправились в порт, дожидаться прибытия имперского фрегата. В порту Ройс сразу потащил всех в приличного вида трактир, где обычно встречающие дожидались кораблей. Поскольку до прибытия рейсового корабля еще далеко, то трактир стоял полупустой.

— Я думала, такие заведения в порту всегда полны народа, — оглядела Наташа зал.

— Здесь цены очень высокие, — пояснил Ройс, решительно направляясь к столику у окна. — Их специально такими держат, чтобы сюда приходила только приличная публика. А для простых людей и моряков с кораблей в порту полно обычных трактиров.

Обменявшись парой слов с хозяином заведения, Ройс вернулся к столу.

— Я попросил его предупредить о прибытии корабля из империи, а пока он принесет нам немного еды.

— И попить чего-нибудь, — попросила Наташа.

— Обязательно.

В трактире ребятам пришлось сидеть около двух часов. Наконец появился трактирщик с сообщением, что у входа в порт показался арвийский фрегат. Подняв сигнальные флаги, он медленно и величественно входил в гавань. На рее полоскались два флага: арвийской империи и флаг страны пребывания — Моригатской республики.

Расплатившись за напитки и еду, ребята вышли на причал, и тут рядом с ними остановилась карета. Дверь ее раскрылась, и из нее неторопливо выбрался Артер Леройс, следом — представитель империи в Торее.

— Папа?! — удивился Торен.

— А что ты рот раскрыл? — усмехнулся он сыну. — Я все-таки командующий гарнизоном, и, когда в порт прибывает военный корабль другого государства с дружественным визитом, я обязан его встретить, как представитель власти республики.

— А разве не мэр должен встречать? — удивилась Наташа и тут заметила, как поморщился представитель империи и отвернулся Артер.

— Ему нездоровится, — пробормотал Леройс-старший.

Наташа вспомнила мэра, с которым встречалась в лицее, и понятливо кивнула.

— О, — встрепенулся Артер Леройс, — прошу прощения за мою невоспитанность. Госпожа Наташа, позвольте представить вам консула арвийской империи на Торее Горена Торза. Господин Горен, а это знаменитая Наташа Астахова, Призванная.

— Просто Наташа, без Призванной, — буркнула Наташа, чуть поклонившись.

Консул улыбнулся, склонился в легком поклоне и вежливо поцеловал ей руку.

— Мелисса Тирен, — продолжил представлять Артер. — Мой сын Торен и Ройс Реордан.

Было видно, что консул прекрасно знает всех троих, но так же вежливо раскланялся со всеми.

— Очень рад, — дежурно отозвался он, краем глаза продолжая наблюдать, как фрегат приближается к берегу.

С причалившего корабля спустили сходни, и Артер с консулом поднялись на борт, где их встретил капитан. Обменявшись парой слов, они скрылись с глаз, а на их месте около борта показалось чье-то лицо.

— Альда!!! — заорала из всех сил Наташа, замахав руками. От нее испуганно отшатнулся проходящий мимо матрос, высказав в ее адрес что-то на неизвестном языке, но явно не комплимент. Торен, Ройс и Мелисса вздрогнули, Ройс вполголоса сделал Наташе замечание.

Девушка виновато глянула на друзей, извинилась, лихо вбежала по сходням на корабль и сразу попала в объятия Альды. Правда, подруга тут же ухватила Наташу за руку и оттащила в сторону, где тихонько отчитала по поводу поведения благовоспитанной девушки.

— Благовоспитанной? — удивилась Наташа, озираясь. — Где ты ее видишь?

Альда хлопнула себя по лбу, изобразив на лице безмерное отчаяние. Потом не выдержала и рассмеялась.

— Ты всегда в своем репертуаре! Наташка, как же я соскучилась! И по твоим шуточкам тоже. Даже не думала, что буду скучать по ним.

— Больше, чем по Лорену? — улыбнулась Наташа.

Альда шутливо толкнула Наташу.

— Да ну тебя. Знаешь же, что его не отпустил отец, он решил обучать его своим делам. А это кто?

Наташа обернулась.

— Ой, извините. Альда, это мои друзья, мы познакомились на острове. Мелисса Тирен, Ройс Реордан и Торен Леройс. Господа, моя подруга Альда Тонзер.

Некоторое время все раскланивались друг перед другом и знакомились. Это продолжалось бы долго, если бы рядом не показался капитан корабля с отцом Торена и не прогнал бы всех на берег, чтобы не мешали погрузке припасов.

— Вы вроде бы куда-то собирались сводить Наташу с подругой? — поинтересовался Артер Леройс. — Торен, забирай их и идите.

— Действительно, идите, — заметил незаметно подошедший Дарк Вром. — Госпожа Наташа, не волнуйтесь, я позабочусь о ваших вещах и прослежу, чтобы их доставили на корабль.

— Большое спасибо, Дарк.

По дороге Наташа рассказывала подруге о том, что произошло на острове, и о своем расследовании. Остальные внимательно слушали, подозревая, что им известны не все детали. Впрочем, зря они на что-то надеялись, Наташа четко знала, что можно рассказывать, а о чем лучше помолчать и не говорить даже лучшей подруге.

В место, которое друзья хотели показать Наташе и Альде, сначала пришлось ехать в карете, о которой позаботился Торен. Быстро выехав за пределы города, направились по довольно неплохой дороге, мощенной камнем. Правда, дорога была очень узкой, и карета занимала всю ее ширину, хотя иногда и попадались «карманы», которые позволяли разминуться встречным экипажам.

Наташа с интересом глядела в окно на мелькавшие деревья, потом попросила ненадолго остановиться и изучила мостовую и окрестности.

— Расследование? — с улыбкой поинтересовалась Альда.

— Да ну тебя, — отмахнулась Наташа. — Просто интересно, как дорога построена. Куда она вообще ведет? Не знала, что в этой части острова что-то есть.

— Там ничего нет, — улыбнулся Ройс. — А дорогу проложили специально для карет. В том месте, куда мы едем, любят бывать горожане, вот и позаботились, чтобы легче добираться. Раньше просто утрамбованная была, но после дождя проехать по ней оказывалось весьма затруднительно.

— Специально положили дорогу, чтобы ездить к месту отдыха? — удивилась Наташа.

— Должны же люди где-то расслабляться, — заметила Мелисса. — А что, у тебя на родине дороги ведут только туда, где нужно работать?

— Нет, конечно, но я удивилась, честно говоря. Ладно, поехали.

Дорога шла по живописным местам острова, огибая встречающиеся холмы, заросшие деревьями. Один раз они проехали небольшую деревеньку, вокруг которой виднелись засеянные поля. Работающие в поле крестьяне не обратили на карету никакого внимания. Снова лес. Наконец, они выехали на поляну, и карета остановилась. Вышедший Ройс что-то сказал извозчику, тот поклонился и стал распрягать лошадь.

— Идемте, — позвал всех Торен, первым углубившись в лес по отчетливо видимой тропинке.

По лесу петляли минут десять. Если бы Наташа не видела, что по тропе постоянно ходит много народа, настолько она выделялась, то решила бы, что над ними шутят.

— Альда, Наташа, — вдруг остановился и обернулся Ройс, — закройте глаза.

— Что? — удивилась Наташа.

— Закрой глаза. — Ройс осторожно взял ее за руку, заставив девушку едва заметно вздрогнуть. Наташа разозлилась на собственную слабость и решительно зажмурилась.

Ройс аккуратно повел ее дальше, предупреждая о препятствиях на пути.

— Осторожно, корень.

Впереди слышался голос Торена, что-то объясняющего идущей рядом с ним с закрытыми глазами Альде. Вот Ройс остановил Наташу, повернул к морю, об этом Наташа догадалась по запаху йода, который донес до нее ударивший в лицо ветер. Девушка подняла руку, защищая прическу.

— Открывай.

Девушка послушно распахнула глаза, секунда понадобилась, чтобы привыкнуть к яркому солнечному свету и… Наташа ахнула, прижав кулаки ко рту, глаза сами собой широко распахнулись.

Они стояли на краю небольшого обрыва, высотой метра два-три, не больше, но именно потому и вид оказался таким потрясающим. Солнце, освещающее море с ослепительно синего безоблачного неба, отражалось от накатывающих на берег и разбивающихся о камни волн, играло на поверхности зеркальными бликами. Но не это заставило Наташу замереть от восторга. По всей поверхности залива над водой стремительно летали рыбы. Наташа сначала даже не поверила, но присмотревшись, убедилась, что летают именно рыбы. Стремительно вырвавшись из воды, небольшие рыбки расправляли плавники на манер крыльев, на которых и летели довольно приличное расстояние над поверхностью. Первые секунды их хвост еще касался воды, вычерчивая на ней причудливую змейку, но вот рыба оказывалась в воздухе полностью. Активно двигая плавником, она слегка подправляла свой полет, напоминая небольшой игрушечный самолетик, запущенный кем-то над волнами. Солнечные лучи, отражаясь от чешуи, играли на росших у воды деревьях множеством солнечных зайчиков. Один такой прошелся по лицу Наташи, и девушка испуганно отшатнулась, но тут же весело рассмеялась. Сложив руку козырьком над глазами, она с восторгом всматривалась в море, наблюдая за поразительным зрелищем. Вот одна рыба недалеко от берега стала замедляться, и тут ее хвост коснулся волны, активно заработал, скорость движения стала возрастать, секунда — и рыба снова летит.

Для Наташи, впервые оказавшейся на море только в этом мире, зрелище было воистину поразительным, но даже Альда, которая выросла на островах Моригатской республики, смотрела на открывшийся вид раскрыв рот. Видимо, и для нее такое было в новинку.

— Эта рыба не очень любит приближаться к берегу, — с улыбкой пояснил Ройс. — Для рыбаков зрелище привычно, но остальные люди могут видеть такую картину только с палуб кораблей, а на них до моря высоко и подробностей не разглядеть. Никто не знает, что привлекает рыб в эту бухту, но только здесь их можно наблюдать почти рядом. А в солнечную погоду лучи солнца, отражаясь от чешуи, устраивают настоящее световое представление.

— Я читала об этом в книге одного путешественника, — прошептала Альда, не отрывая взгляд от моря. — Он описывал свои наблюдения и впечатления, но я даже представить не могла, что реальность окажется настолько прекраснее описания!

Мелисса уважительно посмотрела на Альду.

— Ты читала Арута?

— Да. На мой взгляд, он лучше всех описывает места, в которых побывал. А ты его тоже читала?

— Я с ним встречалась, — усмехнулась Мелисса. — Он приезжал на Торей пять лет назад, и я упросила отца пригласить его к нам. Я уже тогда зачитывалась его книгами о путешествиях. У меня на полке его книга с автографом стоит.

— Ух ты?! А мне встретиться с ним не удалось.

Возникший разговор Мелиссы и Альды развеял очарование момента. Наташа нехотя оторвалась от наблюдения за полетом рыб.

— Да уж! — восхищенно пробормотала она. — Сюда стоило приехать только для того, чтобы увидеть такое.

— Так и едут только ради этого, — усмехнулся Торен. — Даже из империи приезжают. Правда, в основном ученые из их университета.

— Эх, жаль у меня нет фотоаппарата, — Наташа обернулась и посмотрела на море. — Хотя… — Девушка бросилась к карете, покопалась в своей сумке и достала тетрадь и карандаши. — Это не заменит красок, но хотя бы общие наброски сделаю. Потом по памяти раскрашу.

Усевшись прямо у обрыва, Наташа, ни на кого не обращая внимания, погрузилась в рисование. Причем рисовала она странно — частями. Часть на одной странице блокнота, продолжение на другой, какие-то детали на третьей и так далее.

Удивленные ребята окружили ее и наблюдали, как под быстрыми, но точными движениями карандаша на бумаге появляются контуры летящей рыбы, вот еще штрих — и летучка, как живая, готовая сорваться с листа и устремиться в полет. Лист перевернут, и на этот раз набросками запечатлен окружающий пейзаж без рыб. На другой странице выводится каменистый обрыв. Иногда Наташа прямо на рисунке делала какие-то пояснения.

— Это для будущей картины в красках, — пояснила она удивленному Ройсу. — Я тут пишу, какие цвета и оттенки надо делать. Эх, была бы у меня неделька, я бы постояла здесь с холстом, а так… Надеюсь, у меня получится передать цвета как надо.

— Я даже не догадывался, что у тебя такой талант, — восхитился Ройс, наблюдая за ее работой.

— Да ерунда, — отмахнулась Наташа. — Семь лет художественной школы — и вот результат. Только я не заблуждаюсь на свой счет, я крепкий середнячок. Ты просто не видел, как рисуют у нас другие.

— Не скромничай, Наташа.

— Я не скромничаю, а трезво смотрю на вещи. Я рисовать начала потому, что мне нравилось и было скучно, хотелось было хоть чем-то себя занять, пока папа на работе. Вот он и привел меня однажды в художественную школу. Но художником я никогда стать не хотела. Это скорее занятия для души — хобби.

— А ты не думала заняться всерьез?

— Еще один Дарк Вром, — буркнула Наташа, не отрываясь от рисования. — Чтобы достичь чего-то в этом, нужно отдавать всего себя рисованию, а я слишком непоседлива, как говорил папа, чтобы долго сидеть на одном месте. Не мое это. Не смогу я годами рисовать картину, доводя ее до совершенства. Сделать набросок — пожалуйста, нарисовать акварель — без проблем, а вот на масло, которое требует осторожности и точности, меня уже не хватает. Быстро надоедает.

Следующие два часа Наташе старались не мешать, просто иногда подходили, смотрели, остальное время либо наблюдали за морем, либо обсуждали что-то между собой. Выспрашивали Альду о том, как познакомилась она с Наташей. Альда, правда, старалась особо не распространяться.

— Она меня просто спасла в тот раз.

— Как? — с подозрением поинтересовался Ройс. Слишком уж как-то гладко получалось у Альды. Типа пришла в сенат, поговорила с председателем, уговорила связать ее с императором и убедила того, что следует продолжать расследование.

Альде врать совершенно не хотелось, но и рассказывать, как оно было в действительности, ей запретили.

— Конечно, все было не так просто, и Наташе пришлось постараться, чтобы убедить всех. Потому и говорю, что выручила меня. А подружилась я с ней вовсе не из-за этого. С ней интересно. Никогда не знаешь, что она может выкинуть в следующий момент.

— Это точно, — согласился Ройс и задумался.

Альда оглядела его с ног до головы, покосилась на рисующую подругу, а потом перевела разговор, заставив всех рассказать в подробностях о том, что делала на острове Наташа.

Уже позже, подгадав момент, она отозвала в сторону Мелиссу и поинтересовалась:

— Что там у Наташи и Ройса происходит?

— Сама не пойму, — пожала плечами девушка. — Сначала я думала, что Фелона — тогда я еще не знала, что она и есть Призванная, — запала на Ройса. Я не удивилась, по нему многие девчонки у нас с ума сходят. Потом, когда я узнала, что Фелона — Призванная, я решила, что она только играла интерес, чтобы не выпасть из образа. После уже не была уверена в этом. Ну а когда Наташа разобралась со смертью сестры Ройса, она словно отдалилась от него и держится с ним подчеркнуто ровно.

— Вот оно что, — протянула Альда, задумавшись. — Кажется, понимаю. А Ройс? Ты же его должна лучше знать, все-таки друг детства.

— Ройс вбил себе в голову, что его идеал — Призванная, и никого вокруг не замечал. Когда же обнаружилось, что Фелона и есть Призванная, он растерялся. Фелону он откровенно презирал, считая ее пустышкой, и обнаружив, что она и есть его идеал…

— Представляю, — рассмеялась Альда. — Он никак не мог понять, как ему ко всему относиться, и решил дождаться результата поиска убийцы сестры.

В этот момент Наташа сложила блокнот, отбросила оставшийся огрызок карандаша, встала и потянулась.

— Все тело затекло, — пожаловалась она. — Ну что, возвращаемся?

— Поехали, — согласился Ройс. — С нас еще прощальный ужин. Наташа, пожалуйста, не спорь, мы все так тщательно готовили его.

— Вот как? — растерялась Наташа. — Спасибо. Отказываться, конечно, не буду.

Ужин прошел хоть и весело, но чувствовался налет печали. Неожиданно и Мелиссе, и Торену, и даже Ройсу стало жаль, что их новая знакомая, с которой они только-только подружились, так быстро их покидает. Уже когда совсем стемнело, Наташу и Альду проводили в их временный дом, где девушек встретил Дарк.

— Вернулись? Идите к себе в комнаты, ложитесь, завтра рано вставать. Уходим с рассветом.

— Так рано? — удивилась Наташа, любившая утром поспать. — Почему не ближе к обеду?

— Как велел капитан, так и будет, — отрезал Дарк Вром, но тут же добавил: — Не знаю почему, но говорят в это время выходить в море удобнее всего. Я не моряк, сама можешь спросить на корабле у кого-нибудь.

— Надо было сразу на корабль идти, — пробурчала Наташа, направляясь к себе в комнату. — На нем бы переночевали, и не пришлось бы вставать в такую рань.

Альда, посмеиваясь над ворчанием подруги, слегка толкнула ее в спину, заставив ускориться.

— Завтра на корабле после отплытия выспишься, ворчунья.

— Пфе, — гордо высказалась Наташа и удалилась с высоко поднятой головой. А утром ее разбудил настойчивый стук в дверь Дарка Врома, а знакомый голос требовал немедленно ее пропустить, чтобы опрокинуть на голову сони кувшин холодной воды.

— Это ее точно заставит проснуться.

Наташа передернулась и поспешно поднялась. С Альды станет — опрокинет.

— Я уже встала! Сейчас соберусь и выйду!

Стук в дверь прекратился.

— Коляска подана, — сообщили из-за двери. — Госпожа Наташа, только вы еще не готовы.

Девушка почувствовала себя крайне неловко. Получается, ее одну ждут. Поспешно одеваясь, она одновременно стала приводить себя в порядок.

— А вещи? — поинтересовалась она, выходя в гостиную и расчесываясь на ходу.

— Еще вчера доставили на корабль.

— Всё?

— Всё, — усмехнулся Дарк.

Альда налила в чашку чая и подвинула ее к свободному месту за столом.

— Садись, выпей. Еще есть время.

— Ага, спасибо. — Наташа плюхнулась за стол, ухватила чашку двумя руками и тут же их отдернула. — Вот же…

Дарк сделал вид, что ничего не слышал, а Альда укоризненно покачала головой.

— Воспитанная девушка скажет: «Ой, как горячо».

— А я так и сказала, — невозмутимо отозвалась Наташа, беря чашку уже осторожнее. — Просто немного на другом языке.

— «Другой язык» я бы не поняла, — попыталась все-таки воззвать к благоразумию Наташи Альда.

— Почему? Ты же гений и знаешь несколько языков. Ничего удивительного, что ты понимаешь и этот.

Дарк хмыкнул, Альда вздохнула.

— Ну где, где твое воспитание, которое так старается привить тебе госпожа Клонье?!

Наташа попыталась почесать затылок, наткнулась на укоризненный взгляд подруги, печально вздохнула, выпрямилась на стуле, чинно сложив руки перед собой. Аккуратно одной рукой взялась за ручку чашки и так же аккуратно отпила, отставила чай, взяла одно печенье, чуть-чуть откусила.

Альда одобрительно кивнула.

— Но как же это скучно, — пробормотала Наташа.

Наконец чаепитие закончилось, и все трое забрались в ожидавшую их коляску, которая мигом сорвалась с места и отправилась в порт.

У трапа их ожидал сам капитан. При виде подъезжающей коляски он неторопливо подошел к ней, открыл дверь и помог выйти девушкам.

— Госпожа Призванная, — поприветствовал он Наташу, — для меня большая честь проводить вас на борт корабля. Мой повелитель приказал доставить вас к нему со всеми подобающими почестями.

— Благодарю, капитан, — криво улыбнулась девушка. — Только не могли бы вы называть меня Наташей, а не Призванной? Или госпожой Наташей, если нельзя просто по имени.

— Как вам будет угодно, госпожа. Прошу на борт вас и ваших спутников.

Наташа обернулась и еще раз окинула взглядом город. Заметила стоявшего в стороне Артера Леройса. Он, увидев, что Наташа смотрит на него, приложил руку ко лбу, изобразил воинский салют и чуть поклонился. Поколебавшись, Наташа поклонилась в ответ, потом помахала.

— До свидания, господин Леройс.

Потом еще раз осмотрела причал, но никого из знакомых больше не увидела. А она надеялась, что проводить ее приедет хотя бы Ройс. Вздохнула и зашагала на корабль. Снова обернулась. Никого.

Уже когда она готова была зайти на борт, у трапа остановилась еще одна коляска, заскочившая на причал на полной скорости. Из нее выскочил Ройс и замер перед сходнями. Торен выбрался медленнее, поскольку потратил время, расплачиваясь с возницей, потом помог выйти Мелиссе. Все трое остановились внизу.

Наташа обернулась, махнула рукой.

— До свидания! Спасибо за вчерашнее!

— Будет возможность, заглядывай к нам! — прокричал Торен.

— Убрать трап! — раздался приказ капитана.

Чтобы не мешать, Наташа отошла в сторону и выглянула из-за борта. Помахала друзьям. Ройс вдруг сложил ладони рупором, приложил их ко рту и заорал:

— Через два месяца мне исполняется пятнадцать! Тогда я приеду в Моригат! Я хочу поступить в новую службу!

Наташа на миг замерла, потом прокричала в ответ:

— Буду ждать!

Корабль оделся в паруса и неторопливо отчалил от берега, направляясь в открытое море. Только Наташа стояла у борта, наблюдая, как город удаляется.

— Почему ты ничего ему не сказала? — поинтересовалась подошедшая Альда. — Тебе же нравится Ройс.

Наташа, не оборачиваясь, покачала головой.

— Не хотела ставить его в неловкое положение. Я знала, что ему будет трудно сказать мне «нет», потому и не стала ничего говорить.

— Почему ты думаешь, что он тебе отказал бы.

— Не отказал бы, — вздохнула Наташа. — В этом вся проблема.

— Не понимаю я тебя.

Наташа облокотилась о борт и устремила взгляд куда-то вдаль.

— Мы бы все равно расстались, — наконец заговорила она. — Он еще думает, что благодарен мне, но на самом деле он меня никогда не простит за то, что я сделала, что бы он ни думал сейчас.

— Не простит? За что? Не понимаю. Говоришь так, словно это ты убила его сестру.

— Думаю, если бы ее убила я, он бы меня простил гораздо легче, — вздохнула Наташа. — Он может пока этого не понимать, но рано или поздно поймет и захочет со мной расстаться, но и не захочет меня обидеть. Вот и будет мучиться сам и мучить меня. Смогу ли я отпустить его, если начну с ним встречаться? Так что лучше не начинать, если знаешь заранее результат.

— Не то чтобы я сомневалась в твоей проницательности, о великий дознаватель, но не пояснишь ли ты мне свою глубокую мысль? Что-то я никак в ней не доберусь до дна.

— Образность твоей речи повергает меня в смятение, о великий философ, — рассмеялась Наташа, Альда тоже хихикнула. — Просто люди очень не любят, когда срывают покровы с их идеалов, чем бы они ни были. А я именно это и сделала. Что бы там ни было, но Ройс очень высоко ценил отца, уважал его, и тут я со своей правдой. Он не врал, когда говорил, что благодарен мне, разоблачить ту давнюю историю действительно нужно было, иначе все могло закончиться очень плохо.

— Но человека, который сделает это, вряд ли будут вспоминать с благодарностью, — поняла Альда.

Наташа грустно кивнула и отвернулась.

— Именно. Ройс сколько угодно может убеждать меня и себя в обратном, но это навсегда останется между нами. Мы с ним можем стать друзьями, но не больше. Потому я и решила, раз уж не смогу стать для Ройса единственной, то лучше и не пытаться.

— Даже не попытаешься?

Наташа покачала головой.

— Все закончится ссорой, которая причинит боль и мне, и ему. Мы разругаемся и, возможно, превратимся во врагов, а я этого не хочу.

— Но если ты знала, что все так закончится, зачем разоблачала? — удивилась Альда. — Могла бы что-нибудь придумать, как-нибудь выгородить его отца.

Наташа повернулась к подруге.

— Полагаешь, ложь — это то, с чего нужно начинать отношения?

— Ну ладно, ничего не придумывать, просто ничего не говорить.

— Тогда он продолжал бы мучиться, и прошлое так и стояло бы у него на пути.

— Как мне это знакомо! — пробормотала Альда. — Суну голову в пасть льву, но помогу другу. Не мне, конечно, осуждать тебя но, по-моему, ты уже перебарщиваешь с этим.

— Ты так обо мне думаешь? — поморщилась Наташа.

— Да нет, конечно. Я тебя слишком хорошо знаю, чтобы так подумать. Однако выглядит со стороны именно так. Но знаешь… если бы ты была другой, то и не заинтересовала бы меня. Осталась бы просто одной из многих моих одноклассниц, с которой можно поговорить о тряпках и парнях, но не более. Так что, подруга, что бы ты там ни сделала, я останусь на твоей стороне. Если хочешь, можешь даже поплакаться у меня на плече.

Услышав последнее предложение, хмурая Наташа растерянно моргнула, потом не выдержала и рассмеялась. Протянула руку.

— Договорились. Если что, рассчитываю на твое плечо.

Альда пожала протянутую руку.

— В любое удобное для вас время, госпожа Призванная.

Над морем пронесся веселый заливистый смех двух девушек…


home | my bookshelf | | Загадка торейского маньяка |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 5
Средний рейтинг 3.4 из 5



Оцените эту книгу