home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава одиннадцатая

Прохаживаясь по квартире, Дамира привычно открывала краны, окна, включала пакетники электросчетчика:

— Ты знаешь, Шеньшун, каждый раз, надолго уезжая в командировки, я перестаю верить в реальность своей квартиры. Мне кажется, что это сон, фантазия. И даже вернувшись, я еще два-три дня не могу смириться с тем, что она существует. Вроде как я в ней — а поверить не могу! Отвыкаю…

Последним она включила сотовый телефон, оставленный перед поездкой на столе — чтобы не разориться на заокеанском роуминге. Но не успела женщина положить его обратно, как трубка загудела.

— Странно, номер незнакомый… — Она нажала кнопку: — Алло?

— Это вы, Дамира Маратовна?

— Да, я. А с кем имею честь?

— Вы меня легко узнаете. Я тот, кто спас вам жизнь. Очень рад, что вы наконец-то вышли на связь! Вы в Москве? Надеюсь, вы понимаете, что после произошедшего перед вашим отъездом вам лучше не показываться ни в своей квартире, ни на работе? Спасти вас второй раз мне не позволят. Так вы в Москве?

— Д-да… — неуверенно ответила археологиня.

— Мне сегодня повезло, я тоже здесь. Давайте встретимся через час в Бутово, в «Му-му». Заведение многолюдное, внимания мы там не привлечем, и неожиданности в таком месте устроить сложнее. Договорились? Тогда я жду.

— Сказали что-то неприятное, Дамира? — обеспокоился нуар. — Ты изменилась в лице.

— Он прав, — ответила археологиня, глядя на погасший экран трубки. — Отсюда нам лучше немедленно уйти. Боюсь, теперь это и вправду больше не мой дом. Если за квартирой следили… Нет, об этом лучше не думать! Скорее прочь!

* * *

«Му-му» в Бутово при всем старании строителей больше всего напоминало заводскую столовую времен СССР: большущий зал с одинаковыми двуногими столами, столешницы из ламинированной фанеры и железные каркасные стулья. Уголок деревенского уюта присутствовал здесь только вокруг стойки раздачи и ближайших столиков. Однако подобное ущемление прав большинства особо не беспокоило посетителей заведения. Ведь они приходили сюда поесть, а в обширном зале даже в самое оживленное время в избытке имелись свободные места.

Шеньшун и археологиня взяли себе обед, сели за один из столиков в дальнем конце зала и посвятили себя еде. В том смысле, что по сторонам особо не смотрели, и даже не заметили, как к столику подсел мужчина средних лет, коротко стриженный, гладко выбритый и приятно пахнущий, в бежевой сорочке с черным галстуком. На нем был темно-серый костюм, в петлице которого поблескивал странный серебряный значок: кувшин на фоне тележного колеса, причем с ручки кувшина свисала на пару сантиметров цепочка грубого плетения. В одной руке незнакомец держал четки из мелких ониксов, в другой — стакан апельсинового сока.

— Приятного аппетита, — кивнул мужчина. — Имею честь представиться: доктор Кристофер Истланд к вашим услугам. Надеюсь, вы меня помните?

— Кажется, да… — неуверенно ответила Дамира. — Прошлым летом вы оказались на месте… — Она запнулась. — На месте драки. Это вы крикнули, что нас хотят убить.

— Прекрасно! — довольно улыбнулся Истланд. — Значит, вы знаете как минимум то, что я не отношусь к сообществу лиц, желающих вашей гибели. Но это еще не все, Дамира Маратовна, далеко не все. Посмотрите на эту эмблему, — указал он на лацкан пиджака. — Она не вызывает у вас никаких ассоциаций?

— Простите, нет.

— Неудивительно, милая леди, у вас выдался очень насыщенный событиями год. Постараюсь освежить вашу память. Зимой две тысячи одиннадцатого года вы подавали заявку на грант в институт Пастера. Странный, скажу вам, выбор. Но неважно, поскольку в итоге заявка все же попала по назначению. Вы получили письмо с согласием финансировать вашу экспедицию, впервые в истории связанную с раскопками не земляных городищ, а каменного могильника доновгородского периода, потом вели долгую переписку по поводу размера необходимых средств и конкретного места раскопок, получили и подписали финансовые документы. И во время всей вашей переписки, на всех получаемых вами письмах и документах, везде наверху заглавного листа неизменно присутствовала эмблема ордена, с которым вы заключили договор и ведете дело. Ну же, вспоминайте…

— Постойте… А ведь да, правда! Там действительно была эмблема! Да, я помню. Меня еще удивило, что все это должно значить: кувшин, тележное колесо. Но потом я как-то привыкла и перестала обращать внимание.

— «До поры, как порвется серебряный шнур, и расколется золотая чаша, и разобьется кувшин у ключа, и сломается ворот у колодца, и прах возвратится в землю, которою он был», — процитировал Истланд. — Я понимаю ваше сомнение, Дамира. Любой проходимец может прицепить себе на лацкан эмблему ордена и разгуливать с ней, выдавая себя за нашего магистра. Но ведь это несложно проверить. Вы можете обратиться прямо к отцу Эйзелю, настоятелю Багетского монастыря и главе бельгийского крыла нашего ордена — у вас должны иметься все его реквизиты. Ваши раскопки финансировало именно бельгийское крыло. Либо вы можете обратиться в капитул ордена Девяти Заповедей напрямую, найдя телефоны и электронный адрес в интернете. И там, и там монахи ордена немедленно подтвердят мои полномочия. Именно я представляю сейчас интересы ордена, находящегося под покровительством пророка Экклезиаста, и уполномочен вести с вами все переговоры по поводу вашей работы.

— Подождите… — насторожилась археологиня. — Вы хотите сказать, что мои раскопки финансировал христианский орден? Несуразица какая-то… Зачем вам это надо?

— Очень странно слышать этот вопрос от профессионального историка, — вздохнул монах. — Уж вы-то, в отличие от обычных обывателей, должны знать смысл и цели христианского учения. Ну-ка, вспомните, с чего начинается Библия? Евангелие от Иоанна, глава первая, стих первый: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог». Но так это звучит только у вас, на русском языке. Потому что до перевода текст звучал совсем иначе. — И он продекламировал: — Ен архэ эн о Логос, кай о Логос эн прос тон Тъеон, кай Тъеос эн о Логос. Вы поняли меня, Дамира? Логос! Ло-гос. Логос — это отнюдь не просто «слово», как его читают православные. Логос — это логика, знание, упорядоченность, структура, определенность. В первых строках Нового Завета всем честным христианам указывается, что Бог — это не дедушка с бородой, которого рисуют на открытках. Христианский Бог — это знание! Бог сотворил наш мир, будучи знанием и благодаря знанию, а отнюдь не лепил из глины, как в этом почему-то уверены атеисты. Ой, прошу прощения… Вас не обижает, что я называю вас по имени, без отчества? Я несколько увлекся.

— Нет, ничего, Кристофер. Я знаю, что на Западе принято обращаться к людям по имени. Так что, если вам удобно, то пожалуйста.

— Благодарю вас, Дамира. Но, собственно, я уже все объяснил. Христианство является единственной в мире религией, которое провозгласила своим Богом — Знание. Именно поэтому большинство ученых в нашем мире являются христианскими священниками, монахами, настоятелями, именно поэтому служители церкви отдают свою жизнь изучению химии, физики, биологии. Христианство суть служение познанию, познанию замысла Божьего и Его самого. Ваше исследование обещало ордену новые открытия, неведомую пока информацию для нашей копилки фактов. Так отчего же нам не пожертвовать презренным златом ради высшей ценности?

— Вас послушать, Кристофер, так все костелы, соборы, золотые ризницы и алтари по сути есть тайные химические лаборатории и отделения аспирантуры для особо одаренных? — ехидно поинтересовалась археологиня.

— Совершенно неуместная шутка, мэм. Вы, как профессионал, должны знать, что высшие цели любой организации далеко не всегда совпадают с повседневными потребностями ее последователей. Йоги желают достичь аскезы, но вместо этого вынуждены показывать фокусы ради хлеба насущного. Суфии жаждут очищения души, но вынуждены колдовать для монархов. Христиане обязаны познавать мир, постигать Божий замысел, но в жизни своей они засевают поля и строят дома, они рожают детей и хоронят усопших, они болеют и беспокоятся за близких. Открытие закона сохранения энергии стало важной вехой на пути познания. Но сможете ли вы с помощью этого закона провести обряд бракосочетания или зарегистрировать своего ребенка? Люди живут, им нужны праздники, им нужны места собраний, им нужны… Кстати, хороший пример: вашей стране, русскому народу, всему вашему населению, слишком часто становившемуся жертвой нападений, всегда требовались крепости для защиты рубежей. И поэтому все русские монастыри неизменно являют собой крепостные стены с пушками, оружейными складами, монашескими гарнизонами и продовольственными погребами. Но вы же не считаете пушки символом православия? Если внешняя мишура, если побрякушки для обывателей, свечи и колокольный звон заменили собой суть учения, если обрядовость и песнопения стали в ваших глазах важнее теологии и христианских заповедей — это печально в первую очередь для вас, мэм, но отнюдь не для христианства.

— Простите, Кристофер, я не хотела оскорбить ваших чувств, — пошла на попятную Дамира.

— Я полагаю, вы просто мало знакомы с этой темой, сударыня. А место, где мы находимся, мало подходит для вдумчивых дискуссий. Давайте вернемся к главному нашему вопросу. Мы полагаем, что вы являетесь честным человеком, Дамира. Поэтому буду краток. Орден финансировал вашу экспедицию в полном соответствии с вашими запросами. Теперь орден хотел бы получить отчет о результатах проведенных исследований. Согласитесь, он имеет на это полное право.

— В последний раз, когда у нас испросили отчет о результатах экспедиции, три мои девочки на несколько месяцев попали в психиатрическую лечебницу, а меня великодушно признали отравившейся галлюциногенами. Может быть, лучше не станем трогать эту тему?

— Не беспокойтесь, милая леди. Это только светская наука, в соответствии со своими суевериями, делит факты на возможные и невозможные, на те, которые пригодны для выпрашивания грантов, и ненужные, которые неприятны заказчикам. Христианская наука познает замысел Божий. А чтобы узнать Истину, факты нужно собирать, а не передергивать. Вы покушали? Тогда предлагаю поехать со мной. Я получу отчет, а вы обретете безопасность. Договорились?

— Хотите спрятать под замок?

— Ну, что вы, мадам, нет ни малейшей необходимости! В России сейчас имеется огромное множество баз отдыха. На одной из них, возле Усвят, я снял шестиместный коттедж. Полдня езды от Москвы. Там есть горячая и холодная вода, отопление, свет, широкополосный интернет, прекрасная кухня, баня и сауна, ресторан. И что самое главное: если вы сами не проболтаетесь, никто и никогда не догадается вас там искать. Уверен, вам самим не захочется оттуда уезжать.

— Тогда всего один вопрос.

— Я весь внимание.

— Кто я для вас: мэм, леди, сударыня или мадам?

— Простите мисс, я пятиязычен, — смущенно улыбнулся Истланд. — Иногда сам не замечаю, как перескакиваю. Какое обращение для вас наиболее комфортно?

— В общем-то, все равно… Но «мадам» желательно исключить.

— Как пожелаете, Дамира. Тогда поехали? Я купил здесь машину. Она страшненькая, но зато стоила дешевле холодильника. Даже если сломается через месяц, все равно получится намного экономичнее такси.


Глава десятая | Воля смертных | Глава двенадцатая