home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



8

Телефона общины «Слово жизни» в Интернете не было. Валманну пришлось сделать целых три звонка, чтобы отыскать председателя, которым оказался человек по имени Натан Бломберг. Валманн поймал его на службе — в налоговой инспекции в Тронхейме. Про себя полицейский подумал, что это самое подходящее место для активного христианина, желающего заниматься и мирской деятельностью. Ему вдруг вспомнилась библейская цитата из уроков религии в школе: «Ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель…».[13] А дальше следовало нечто о том, что Бог наказывал детей за вину отцов до третьего и четвертого рода. Примерно так же, как и налоговая инспекция.

Натан Бломберг не был особенно разговорчив, узнав, что на проводе полиция. Он извинился, сказав, что не может долго разговаривать в рабочее время и что Валманну лучше обратиться к секретарю общины, Гудрун Ларсен, если у него что-то важное. Она взяла трубку с первого звонка и оказалась довольно разговорчивой. О брате Илье она могла сказать только хорошее. Благодаря своей набожности, благочестию и ораторским талантам Божьей милостью он служил примером и источником вдохновения для них всех. Человек, который погряз в грехе и сумел с Божьей помощью подняться, чтобы поделиться опытом со своими братьями и сестрами по вере. Встретиться с таким человеком и послушать его — это большая удача. На вопрос Валманна Гудрун Ларсен сообщила, что брат Илья регулярно посещает по меньшей мере еще четыре общины в районе Тронхейма. Она рассказала далее, что расходы приезжих проповедников оплачивает община, а кроме того, они обычно получают часть пожертвований. Что касается брата Ильи, то его вознаграждение выливалось обычно в кругленькую сумму, так как на его выступлениях обычно развязывались кошельки.

На вопрос Валманна о практической организации таких визитов, например проживании, секретарь общины стала менее разговорчивой.

— Обычно проповедники живут в пансионатах или маленьких дешевых отелях, ведь община тоже должна экономить, знаете ли.

— Ну и?.. — Валманн истолковал паузу так, что он нечаянно затронул тему, поставившую любезную Гудрун Ларсен в неудобное положение. Она продолжала уже без энтузиазма и более прохладным тоном:

— А почему полиция, собственно, интересуется братом Ильей? Что-то случилось?

— Мы хотели побеседовать с ним в связи с одним делом, которое расследуем.

Снова пауза.

— Вы сказали, что из полиции Хамара. Это, случайно, не то самое… С той несчастной женщиной? Это убийство, которое по телевизору показывали?

— Я могу подтвердить, что мы хотели бы с ним поговорить именно в связи с этим делом. Он знал эту женщину. Больше я ничего не могу сказать.

— Каким образом он ее знал? — Ни вера Гудрун Ларсен, ни ее глубокое уважение к брату Илье не могли, видимо, заглушить жгучего любопытства к деталям убийства, о котором писали газеты и говорили по телевизору. Пятидесятники, вероятно, похожи на остальных людей, когда доходит до дела, подумал Валманн и решился на шоковое нападение, которое выходило, строго говоря, за рамки правил и, более того, являлось прямым нарушением закона о профессиональной тайне.

— Они жили вместе.

На другом конце провода воцарилось убийственное молчание. Валманн терпеливо ждал.

— Но… но это совершенно невозможно!

— К сожалению, это факт. Агнар Илья Скард, это его полное имя, в последнее время проживал по тому же адресу, что и убитая женщина. Если они не находились в официальном браке, то, во всяком случае, жили вместе. Теперь вы понимаете, почему мы так хотим с ним побеседовать.

— Но… — Гудрун Ларсен почти что зарыдала, — у него ведь здесь жена!

— У него и там женщина? И они женаты?

Секретарь общины, видимо, не была готова ответить на этот вопрос. Она молчала.

— Они супруги перед ликом Божьим! — прошептала она с дрожью в голосе. — Он с ней живет, когда приезжает к нам. В нашей общине законы Божьи ценятся выше созданных человеком предписаний.

— Ах вот как… Он сейчас у нее?

— Я не знаю.

— А вы можете назвать ее имя и телефон?

Еще одна длительная пауза.

— Агнете. Агнете Бломберг. Раз уж полиция интересуется.

— Бломберг?

— Да, она дочь одного из членов общины.

— Председателя?

— Да, он уже у нас давно. Но собирается уходить. Ему надо позаботиться о больной жене.

— А эта Агнете — их дочь?

— Она сбилась с пути, когда была совсем молодой, и причинила много горя своим родителям. Однако брат Илья помог ей вернуться на путь истинный. Так между ними возникла любовь.

— Ах вот как. А телефон ее у вас есть?

Гудрун Ларсен снова замолчала. Затем высморкалась и продиктовала номер телефона.

Валманн поблагодарил за полезные сведения. Ему не терпелось закончить этот разговор, но он почувствовал некоторую нерешительность на другом конце провода. У Гудрун Ларсен было на душе еще что-то.

— Я взяла их к себе, — произнесла она многозначительно, но очень тихо.

— Взяли к себе?..

— Да, в мой дом. Я приютила их.

— Скарда и дочку Бломбергов?

— Я не могу рассказать этого родителям. Особенно Натану, он мне этого никогда не простит. Но им нужно было где-то жить, а у меня комнаты пустуют с тех пор, как я овдовела. Ведь говорится в Писании, что мы должны помогать нашим братьям и сестрам в нужде. Не мое дело судить о сердечных делах. Это только Бог может.

— Хорошо. Значит, они живут у вас?

— Она у меня живет. А он бывает ее гостем, когда приезжает и проповедует нам.

— А сейчас они там?

— Нет, они уехали. Он во многих общинах выступает, а она иногда ездит с ним и свидетельствует.

— Вот как.

Прежде чем повесить трубку, Валманн сказал, что, возможно, ему придется позвонить еще раз.

— Надеюсь, речь не пойдет об этом ужасном убийстве! — воскликнула Гудрун Ларсен с опасением в голосе. Однако Валманн почти увидел падкий на сенсацию блеск в ее глазах.

Он повесил трубку и набрал названный ею номер. Автоответчик сообщил, что связь не может быть установлена. Значит, телефон отключен или абонент находится вне зоны действия сети. Чуточку поразмыслив, он вновь набрал номер налоговой инспекции в Тронхейме и попросил соединить его с Натаном Бломбергом. Налоговый инспектор не показался ему более доброжелательным, чем в прошлый раз, и он перешел сразу к делу:

— Я так понял, что ваша дочь Агнете живет вместе с мужчиной по имени Агнар И. Скард?

— Я не хотел бы об этом говорить.

— Мне достаточно простого «да» или «нет».

— Я этого не скажу.

— А вам известно, что утаивание от полиции фактов, связанных с расследуемым делом, наказуемо?

— Подавайте на меня в суд!

— Речь идет об убийстве.

— Он, что, убил кого-то?

— Он, возможно, важный свидетель по делу.

— Я в этом не сомневаюсь. Уж этот парень прошел сквозь огонь и воду…

— А как мне связаться с вашей дочерью?

— Я и сам бы не прочь это узнать.

— Хотите сказать, что не поддерживаете с ней связи?

— Она уже давно порвала с нами. И лучше не стало, после того как она связалась с этим… Ильей. Мою жену это просто в могилу сводит. Мы верили, что она вернется на путь истинный.

— А теперь больше не верите?

— Да мы и не знаем, что думать.

— А когда в последний раз с ней общались?

— Очень давно.

— Вы не заявляли, что она пропала?

— Она всегда удирала из дому.

— Сколько ей лет?

— Девятнадцать. Скоро двадцать.

— А чем она занимается?

— Работала в гостинице «Ройял гарден», в баре. Попробуйте найти ее там.

Валманн поблагодарил и повесил трубку.

В гостинице ему сообщили, что Агнете Бломберг и вправду там работала, но недавно уволилась. Вежливый голос из администрации гостиницы сказал также, что она по-прежнему иногда появляется в баре и на дискотеке, но теперь только в качестве почетного гостя.

Валманн промчался по коридору, постучал в дверь кабинета Энга и, не дождавшись ответа, распахнул ее:

— Привет. Мы с тобой едем в Тронхейм, причем сейчас!

— Сейчас? — На лице Энга особого энтузиазма не было.

— Как можно скорее. Надеюсь, тебе ничего не мешает?

— Да нет! Впрочем… — Валманн отметил про себя, что его коллега выглядит усталым.

— Еще один бурный вечерок? — спросил он с наигранным весельем в голосе. Полицейский с похмелья и на работе — довольно необычное явление в управлении.

Энг криво ухмыльнулся, но не стал вдаваться в подробности. Затем он сделал вид, что в связи с предполагаемой поездкой у него в голове забрезжила какая-то мысль.

— Подожди, я позвоню своим приятелям, и мы с тобой там неплохо погуляем.

— Я сказал «сейчас», и это значит сейчас. Если хочешь позвонить, сделаешь это по дороге. Даю тебе полчаса на сборы.

— Ну хорошо, хорошо. Но ты не хочешь сказать, что мы поедем на машине?

— Только до Гардермуена.

— А я было испугался, что ты приглашаешь меня в сказочное путешествие на твоем старом «мондео».

— Мы можем поехать на твоем «БМВ», если хочешь. Но за руль сяду я, — добавил он, увидев, что у коллеги заблестели глаза. — Тебя нельзя показывать дорожной полиции.

— Послушай, ты же сам приказал мне изучать ночную жизнь Хамара. — Энг постепенно начал реагировать на строгий тон. — Я только выполнял приказ. Я же работал!

— Если мы выйдем из этого здания через полчаса, то успеем на рейс в шестнадцать двадцать.

Валманн не видел смягчающих обстоятельств, и пристрастие коллеги к ночной жизни начало вызывать у него беспокойство.

В машине Энг рассказал, что Виггену повезло и он сразу же обнаружил «сааб» Скарда.

— У него оказался знакомый, который там работает в дорожной полиции и живет в Винстре, так он ему позвонил и попросил проверить бензоколонки. И сразу повезло! На второй звонок ему ответили, что на заправке имеется ясная видеозапись «сааба» и водителя, который там заправлялся. Видеозапись сделана в полдень в среду, и на ней видно, что машина ехала в северном направлении.

— Отлично, — ответил Валманн. — Теперь нам известен его маршрут в сторону Тронхейма. Осталось только найти запись, показывающую, что в четверг он возвращался обратно. Иначе наша версия лопается. Надо будет сообщить об этом Виггену.

— Итак, ты считаешь, что Скард по-прежнему под подозрением?

— Чем больше мы узнаем о нем, тем сильнее вырисовывается образ насильника-психопата.

— А что насчет второго, того гомика?

— Он также под подозрением, но мне трудно представить его хладнокровным убийцей.

— Хладнокровным?..

Валманн не стал углубляться в объяснения. У него перед глазами вновь возникло изуродованное тело Карин Риис и залитые кровью мебель и стены.

— Если окажется, что Скард обладает безупречным алиби на период с вечера четверга до утра пятницы, придется все пересмотреть. В данный момент есть все основания считать его главным подозреваемым. — Он начал информировать Энга о последних фактах, касающихся Скарда и его эскапад в Тронхейме, одновременно пытаясь найти удобное положение в машине Энга, которая явно не была рассчитана на человека ростом свыше одного метра и восьмидесяти сантиметров, не склонного превышать скорость. — Необходимо проинформировать полицию в обеих долинах, по которым проходят дороги на юг из Тронхейма, попросить их связаться с отрядами дорожной полиции и узнать, не давил ли он слишком сильно на педали, а также посетить все бензоколонки и проверить видеозаписи, — заключил он. — Это большая работа, но, поскольку речь идет об ограниченном отрезке времени, она вполне осуществима.


предыдущая глава | Поздние последствия | cледующая глава