home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 5. Подходящее знакомство

Могучий синеглазый блондинистый рыцарь, за плечами которого вился по ветру столь же синий плащ, а по бедру хлопали ножны здоровенного меча, мчался на огромном вороном жеребце. Копыта высекали искры из булыжной (в центре деревни!) мостовой. Худощавая, если не сказать откровенно тощая шатенка понукала небольшую тонконогую лошадку. Каким образом гнедая малышка умудрялась не отставать от своего гигантского собрата, оставалось их большой лошадиной тайной.

— Мири, ты только погляди, какой мужчина! — умилилась Элька. — Прямо герой с книжной обложки! Никогда не думала, что плащи и в самом деле способны так живописно развеваться! Может, тут какой-то секрет есть? Или дело во врожденном таланте?

— А девица уж больно худа! — разочарованно вздохнул Рэнд.

Завидев людей, "ковбой" разомкнул уста и заорал, будто через невидимый, но очень мощный рупор:

— Хрялки и мордодрал! Тревога!

— О Свет Лучезарный, ЕЩЕ ОДИН? — растерянно удивился бедолага-староста, так мечтавший о глотке холодного пивка. Широченные плечи кузнеца печально поникли.

— Еще? — приподняла тонкую бровь женщина, одновременно подавая своему разгоряченному спутнику знак остановиться, и впилась взглядом в лицо кузнеца. Если глаза Нивы можно было сравнить с шилом, то бледно-зеленые очи незнакомки, горящие болотными огнями на вполне симпатичном личике, из тех, по которым не прочтешь возраста, вполне сошли бы за два сверла дрели.

— Так, это, только что, дан… — начал толковать староста.

— Минтана, — не без надменного повеления поторопиться с объяснениями, представилась леди.

— Да еще и стерва, — сделал категоричный вывод о характере незнакомки вор.

С таким высокомерием ее не приняли бы за нищую и в лохмотьях, но на женщине было хоть и немного пропылившееся, и грязноватое по подолу, как заметила Элька, шелковое темно-зеленое платье с небольшими, украшенными цветочным орнаментом-вышивкой, разрезами, облегчавшими посадку на лошадь. Одежда несколько не по погоде, но никакой зябкости леди не демонстрировала.

— Стало быть, дан Минтана, хрялки да мордодрал на Луговину Эда только что налетели. Хорошо, даны Лукас и Гал оказались поблизости. Помогли разобраться с нечистью!

— А своей миссией староста, видать, считает оказание моральной поддержки спинам нашей компании, выступившей навстречу врагу! — вслух догадалась оскорбленная трактовкой происшедшего, умалявшей роль друзей, Элька.

— Нет, они числом хрялков к Галу подманивали, — ехидно возразил Фин.

Зеленые "дрели" перенесли свое внимание на мужчин, названных данами, как успела догадаться компания, Перн именовал тех, кого считал магами. Лукас ответил даме легким кивком и любезно отметил:

— Как раз об этом мы собирались поговорить с достопочтенным старостой Перном в трактире. Он великодушно обещал угостить нас пивом. Не сочтете ли вы возможным принять наше приглашение? В помещении вести беседу куда удобнее, нежели посреди улицы, даже украшенной столь прелестными цветами.

— Пиво…холодненькое… — рыцарь мечтательно облизнул пересохшие губы и бросил на Минтану почти умоляющий взгляд. Малоподвижное и суровое, словно вытесанное из гранита лицо мужчины было слабо способно передавать мимикой движения его души, но тон говорил сам за себя.

Надменная дама, хорошо знакомая со слабостями своего спутника, выразила согласие с предложением Лукаса едва уловимым кивком головы и сошла с лошадки. В ту же секунду спешился и рыцарь. Приняв у Минтаны поводья, он отвел животных к коновязи. А староста забарабанил тяжелым, что твоя кувалда, кулаком в дверь трактира:

— Коут! Открывай! Эй!

— Тятька открывать не велел, хрялки, сказал, идут, — пробасили из-за двери два очень похожих голоса.

— Нету больше хрялков и мордодрала нету, — рявкнул в ответ Перн во всю мощь легких. — Открывайте двери, Донд, Тильда! Да поживей, спасителей наших с голоду уморите у порога!

— Раз нету, тогда конечно, — снова прогудели из-за двери не голоса, а два колокола, послышался какой-то скрип, грохот, пыхтение, будто двигали что-то очень тяжелое, и основательно забаррикадированная дверь распахнулась.

Гал только покачал головой, соображая, что к ней были придвинуты громадный стол со столешницей в шесть пальцев толщиной и ножками, которым впору поддерживать небесный свод вместо атлантов, и три лавки такой же конструкции. А спутник Минтаны одобрительно хмыкнул, побарабанив удивительно гибкими пальцами по ножнам меча.

— Батька-то где? — обратился Перн с вопросом к двум обнаружившимся внутри субъектам: тощему, маленькому парнишке и рослой, крутобедрой девахе.

— В погребе, — пробасила девица, нервно наматывая на руку толстую косу и покачивая во второй тяжелую чугунную сковороду.

— Пиво прячет, — подтвердил таким же низким голосом парнишка и, шмыгнув носом, просительно протянул: — Только вы, дядя Перн, сами ему про мордодрала скажите, нам-то, боюсь, он не поверит! Испужался слишком!

— Лады, — кивнул староста, откинул полосатую дерюжку дорожки и, играючи сдвинув родного брата стола, трудившегося на охране дверей, подцепил люк погреба у стойки. Отбросив крышку, Перн не полез внутрь, а лишь заорал, уклонившись от просвистевшей мимо его уха тяжелой кружки:

— Коут, вылезай, данам, спасителям Луговины, пивка поставь, да на стол собери!

— Ты что ль, Перн? — донесся снизу недоверчивый голос уже знакомого компании тембра.

— Нет, — рявкнул староста, начиная сердиться, — мордодрал над тобой изгаляется! Вылазь сейчас же, а то стол назад задвину и сиди там до следующего поворота колеса!

— Не задвинешь, — весело возразили Коут, — пиво-то у меня, да и жратва тоже!

— Папань, это и правда Перн, а с ним леди дан, пара спутников и защитник, — вступилась Тильда. — Вылазь, папань!

— Ну… коли так, — послышалось раздумчивое пыхтение, и над полом показалась почти лысая голова с лукавым прищуром карих глазок. Повертев ею по сторонам, Коут проворно выбрался из люка и, подбоченившись, властно скомандовал:

— Тильда, марш в погреб, курочки холодной, колбасок, окорока гостям на стол мечи, Донд, пива темного из той бочки, что с клеймом Тарима, нацеди три кувшина!

— Да, папаня, — откликнулись "дети" и скатились в подвал, куда попрятал всю снедь в ожидании нашествия мордодралов запасливый Коут.

А такой же худощавый, как его сын, трактирщик весело прогудел:

— Присаживайтесь, гости дорогие, прошу вас, вон к окошечку, самое лучше место у меня в зале, и светлое и удобное, и стол со стульями, а не лавками какими-нибудь!

"Интересно, как в него такой голос помещается?" — риторически полюбопытствовал Рэнд, заинтригованный несоответствием между тембром и телосложением.

"А что в Коута и Донда не поместилось, то Тильда за ними таскает", — находчиво предложила "рациональную" разгадку Элька, с оторопью взирающая на девицу, одной своей фигурой доказывавшую, что великаны существуют.

Через считанные минуты на столе, за которым расселись посетители и староста Перн, появились кружки, кувшины с пивом, холодное мясо, пара караваев мягкого хлеба, и свежая зелень — все, что нужно для важного разговора. Для дамы расторопная Тильда даже принесла воды и миску, сполоснуть руки с дороги. Леди оценила заботу очередным кивком и легкой улыбкой. Названный защитником рыцарь Минтаны одним махом осушил кружку пива, налил из кувшина еще, выпил снова, снова налил и запросто спросил, смакуя напиток по глоткам и жадно обкусывая целый окорок:

— Так что у вас тут вышло? Рассказывайте!

— Слухи-то о бандах хрялков и мордодралах до нас из Дорана только доходить начали, ну я покамест и решил пару ребятишек в старую крепость у Луговины отправить, — обстоятельно, с самого начала начал повествование Перн. Коут, возводивший за стойкой привычные горки посуды, навострил уши, детей, вознамерившихся "помочь", папаня шуганул прочь — кухарить. — Там хоть и развалины, а площадка на башне дозорной, однако ж, цела. У Вероны, даны нашей, штука одна отыскалась из старинных — злозор — трубочка с зеркальцем, если пакость какая поблизости бродит, так зеркальце темнеть станет и силуэт нечисти рисовать. А с башни злозор далече действует…

"Радиус применения заклинания расширяется", — пародируя Макса, занятого далеко от зеркала наблюдения "разделкой" мордодрала, вставила Элька.

— Вот ребятки наши шайку хрялков и засекли. Верона, она ж дана не боевая, все больше по целительству или совет ученый дать, с девками и детьми в лес ушла, да скот на дальние луга мы едва отогнать успели, как они явились. Думали мужиков сильных у нас много, да бабы не промах, отобьемся, не отдавать же тварям Луговину на разграбление! Да только, — Перн вздохнул и честно признал, кивнув в сторону Лукаса и Гала: — Не отбились бы, если б помощь не подоспела! Мы ж не воины, посекли бы хрялки нас в капусту. А так, вот что значит могущественные даны, хрялки — ублюдки свиные, и хрюкнуть не успели, как чистыми свиньями оборотились, а мордодрала дан Лукас уменьшил и в махонькую бутылочку засадил, а потом и вовсе испарил вместе с бутылью! О как!

Увлекшийся староста осушил свою кружку и бросил в сторону героев сражения слегка виноватый взгляд, словно извиняясь за то, что историю их подвигов поведал в красках самолично.

— Спасибо за рассказ, староста, — сухо поблагодарила Перна леди и приказала: — А теперь, если ты не против, нам бы хотелось поговорить со спутниками наедине.

— Да уж, конечно, у Твердыни Зад свои дела, беседуйте, Зад Си Дан, никто вас не потревожит, я скажу Коуту, чтоб двери трактира пока не открывал, — согласился разочарованный староста, даже не сделав попытки оспорить "предложение" Минтаны. Сильный и сметливый мужчина был готов сойтись с хрялками и мордодралами лицом к лицу, но не препираться с женщиной, тем более колдуньей. Перн оставил компанию и, перебросившись словечком с трактирщиком, вышел.

Минтана погладила ожерелье из зеленых камней на своей шее, опуская, как ощутил Лукас, чары рассеянного внимания, благодаря которым Коут и его ребята, периодически высовывающие с кухни любопытные носы, утратили к разговору за столом у красно-желтого окна всякий интерес, и спросила Д" Агара:

— Ты и твой сердечный друг оказались в этих краях случайно?

— Лукас, — после эдакого оригинального обращения до Эльки мгновенно дошли все намеки старосты и шутки толпы, — вас с Галом тут за гомиков принимают!

— Так вот что они их все спутниками именуют! — догадался и развеселившийся курьезной ситуацией Рэнд.

Брови Лукаса, поползшие вверх при словосочетании "сердечный друг", употребленном Минтаной, сделали попытку покинуть симпатичную физиономию галантного мага. Гал грозно нахмурился и спросил у Минтаны в лоб, слегка покраснев:

— Ты полагаешь, что мы любовники?

— Да, — спокойно, совершенно не понимая, с чего вдруг начал злиться высокий мужчина, подтвердила Минтана, пожевывая веточку петрушки.

— Теперь-то вы пожалели, что не взяли меня с собой? — коварно уточнила Елена. — Самое время извиняться и просить, чтобы я явилась и сняла с вас нелепые обвинения в нетрадиционной ориентации! На слово вам тут точно не поверят!

— Что ж, не вижу повода, по которому мадемуазель не могла бы присоединиться к нашему обществу сейчас, — нейтральность фразы скрадывали почти умоляющие интонации. Маг — большой поклонник женского пола — не желал, чтобы его предпочтения были истолкованы столь превратно.

— А Гал меня позовет? — капризно уточнила Элька. — И вообще, может быть, Мири тоже хочет на Алторан?!

— Нет, — поспешно возразила обладающая повышенной чувствительностью целительница. — Если можно, я хотела бы остаться с Рэндом наблюдателями. Мне не по душе эманации этого мира. Они… — Мирей помялась, подбирая подходящие слова, — какие-то затхлые и грязные, даже здесь у меня начинает ломить виски. Отправляйся одна, а мы отсюда смотреть будем.

— Приходи, Элька, — обреченным вздохом подтвердил свое согласие воитель. — Лучше уж ты, чем это.

— В переводе с языка Эсгала, фраза означает: "Дорогая Элька, не будешь ли ты так любезна спасти нас из щекотливого положения. Пожалуйста, приходи, я буду очень рад тебя видеть!" — громким шепотом перевел для Мирей и Елены шутник-вор, смиряясь с тем, что ему придется дежурить, но намереваясь вдоволь поизгаляться над коллегами, пребывающими на Алторане.

А Элька прямо поверх шортиков и узкого топика уже натягивала приталенное длинное голубое платье с роскошным кружевным воротником, манжетами и перламутровыми пуговичками, припрятанное в одном из многочисленных шкафов зала совещаний. "Не бегать же переодеваться в свою комнату каждый раз, когда придется выходить на дело?" — решила не обремененная комплексами юная хаотическая колдунья и перетащила в комнату кое-какие из своих шмоток, в том числе и вышеописанное платье. Сама девушка считала, что в этом наряде больше всего похожа на пуделя Артемона, но Мирей и Лукас с один голос твердили, что платье необычайно идет Елене. Сочтя, что босоножки все равно не видать из-под юбки, а значит, и не зачем их снимать, Элька пригладила волосы и нажала на перстень, как раз когда Лукас закончил объяснять своим сотрапезникам:

— Боюсь, староста Перн своим рассказом невольно ввел вас в заблуждение не только касательного нашей миссии, но и статуса. Наше появление именно в Луговине Эда можно отнести к разряду счастливых случайностей. Мы выбирали провинциальное местечко, чтобы с него начать знакомство с Алтораном и беспристрастно оценить характер постигших его невзгод. Говоря "мы", я имею в виду команду, работающую над разбором жалоб, поступающих в наивысшую из возможных инстанций — Совет Богов. Символом нашей миссии и доказательством правдивости слов являются перстни, — Лукас позволил своему перстню с изумрудом проявиться и явственно засверкать на пальце. — Я действительно маг, а мой товарищ, именно товарищ, а не спутник или сердечный друг — Эсгал — воин, кроме того, в нашу команду входит и дама. Позвольте представить вам Эльку!

— Привет, — явившись пред очами публики, Елена улыбнулась, не дожидаясь особого приглашения, уселась на стул, освобожденный старостой, и ухватила в руку кусочек благоухающего ароматными травками копченого окорока.

— Пивка? — спокойно восприняв рассказ Лукаса, доброжелательно предложил светловолосой девушке защитник Минтаны, привыкший к постоянным магическим фокусам, после того, как смерив девушку оценивающим потенциальную боеспособность взглядом, наивно счел ее безобидной. Глаза Минтаны слегка расширились, но больше она ничем не выдала своего удивления от столь оригинального способа перемещения.

— Нет, пиво без водки — деньги на ветер, — отшутилась Элька, но в глазах дюжего рыцаря — как уж там ему перевел фразу браслет-переводчик девушка, само собой, не поняла — появился проблеск истинного уважения, а Минтана неодобрительно поджала и без того неполные губы. — Кстати, мы все назвались, а твоего имени так и не слыхали!

— Грондернал, — отрекомендовался мужчина. — А лучше просто — Нал.

— Нал, так Нал — хорошее имя. ("Просто отличное имя!" — восторженно вставил Рэнд.) — Ты, небось, потомок каких-нибудь древних королей и единственный наследник былого величия? — не на шутку заинтересовалась Елена.

— Мое полное имя Мандраманндрил Грондернал. Но как ты догадалась? — искренне удивился Нал, тряхнув гривой светлых волос.

— По плащу, — чистосердечно призналась Элька.

— Тебе известна древняя эмблема некогда славного Мандраманндрилиса и его королевский цвет? — снова искренне подивился рыцарь.

— Посланникам богов ведомо многое, — глубокомысленно заметил Лукас, не дав Елене возможности рассказать о своих выводах относительно живописно развевающегося плаща, как непременного атрибута венценосной особы, странствующей инкогнито. И "проницательно" обронил: — История вашего наследства печальна…

— Да уж, — хмыкнул Нал, задумчиво почесав щеку, небритую пару дней, — а все тот проигрыш в кости моего пра-пра-прадеда. Впрочем, если судить по справедливости, старик не причем, азарт и невезение в играх на деньги наша фамильная черта.

— Мы говорили о вашей миссии в Алторане, — напомнила Минтана слегка увлекшемуся делами минувших дней обществу, принимаясь за очередную веточку петрушки с упорством голодающей козы. — Скажите, кто призвал вас? И как вышло, что вы смогли прийти?

— Зачем тебе это знать? — в лоб спросил Гал.

Непривыкшая к таким прямым вопросам, Минтана подумала секунду и столь же коротко и ответила:

— Я хочу помочь.

— Она говорит правду, но не договаривает, — вставила словечко Мирей, работающая детектором лжи. — Точно не знает пока, что ей делать: защищать ли Алторан от нас или помогать нам, для того, чтобы помочь своему миру.

— А она действительно может помочь? — задумчиво спросил пространство Лукас, привычно, как и при приглашении Эльки используя отвлекающую магию перстней. Маг решал, насколько нужно быть откровенным с Минтаной. То, что Нал будет делать все, что сочтет нужным его дама — мозг тандема, было очевидным.

— Кажется, да, — вместо пространства снова ответила эльфийка, поставившая свой дар к эмпатии на службу компании.

— Я предлагаю вам, дан Минтана, быть взаимно откровенными, — решился на конструктивный диалог мосье. — Совет Богов получил письмо из Твердыни Зад, запечатанное печатью из синей глины. Прочтя письмо, мы посовещались и все-таки решили, невзирая на попытку магического давления, отправиться на Алторан. Вот мы здесь. Свобода перемещения в необходимое место нам дарована Силами.

— Вероятно, это действительно так, — склонила голову в раздумье Минтана. — Уже несколько сот лет на Алторан не являлся никто из других миров. Но я читала о Совете Богов в старых рукописях.

— Мы пришли по их поручению, чтобы понять и помочь, — мягко заметил Лукас, положив руки на стол, словно демонстрируя чистоту и открытость.

— Неужели ваши силы столь велики? — вопросила колдунья, в голосе ее недоверчивость смешивалась с какой-то глубинной детской надеждой.

— Ни одно из поручений Совета Богов не было провалено нашей командой, — гордо ответствовал Лукас, а Рэнд, сбивая с приятеля спесь, заверил мага:

— Не расстраивайся, все когда-нибудь бывает в первый раз. Может, на Алторане нам повезет?

Элька хихикнула, созерцая выражение оскорбленного достоинства, промелькнувшее на подвижной физиономии мосье Д" Агара. Справившись с собой, маг продолжил:

— Но чтобы помочь, мы должны понять, в какой именно помощи нуждается ваш мир, понять сами, а не действовать по принуждению, которое пытались навязать нам из Твердыни.

— Я понимаю, — снова кивнула Минтана, а Элька с неожиданным сочувствием разглядела на ее безвозрастном лице крохотные морщинки усталости в уголках глаз и губ. Повинуясь душевному порыву, Елена отрешенно заметила:

— Иногда старые методы — не самые лучшие.

— Из Твердыни слишком привыкли манипулировать всем и вся, манипулировать, полагая, что весь мир будет двигаться, как марионетка на нитях, — согласилась Минтана, опустив голову. — Старые ошибки, новые ошибки… Все это собирается век от века в один большой ком… Именно поэтому мы с Налом покинули Твердыню. Лучше делать хоть что-то, чем сидеть и ждать, ждать и видеть, что все старания впустую, что мир все равно с каждой минутой, с каждым днем все ближе и ближе к тьме. Хрялки и мордодралы уже средь белого дня нападают на деревню, множатся пособники тьмы…

— Вы сможете убить Темного Недруга? — спросил Нал с такой надеждой, будто выпрашивал у Санта-Клауса в подарок роту игрушечных солдатиков.

— А зачем нам его убивать? — задала встречный вопрос Элька.

— Он вредит Алторану даже из заточения, его гнусная сила просачивается сквозь печати, наложенные магами. Эта скверна рождает хрялков, мордодралов и прочую нежить. Он отравил истоки магии нашего мира, теперь любой мужчина, родившийся с даром, обречен желать другого мужчину и никогда не возляжет с женщиной ни по доброй воле, ни по принуждению! По-настоящему одаренные маги рождались лишь от союза двух магов, у нас не осталось теперь могущественных волшебников. А те ничтожные даны, что прячутся за стенами Твердыни Зад… Они стареют, как обычные люди. Они не в силах даже укрепить печати на узилище Темного. Разве смогут даны выйти на бой с Повелителем Теней, когда падет последняя печать, и он вылезет из заточения, чтобы мстить тем, кто лишил его свободы творить зло!? — горячо выступил Нал.

— Что ж, теперь нам ясен ваш взгляд на проблему, благодарим, — вежливо поклонился маг потомку древних королей и нажал на перстень, снова устраивая маленькое совещание для своих.

— Значит, мы должны убить Темного Недруга, — просто резюмировал Гал, кладя руку на эфес своего славного меча.

— Мосье Эсгал, ну почему сразу убить? Для начала нам нужно определиться с реальным положением дел, собрать доказательства виновности. И даже если так… Давайте не будем кидаться в крайности, не думаю, что убийство единственный выход! Возможно, нам удастся договориться, — пожал плечами маг.

— Зло не знает договоров! — отрезал воин, решительно мотнув головой.

— Ну ясный пень, — насмешливо фыркнула Элька, — кто ж с абстракцией договариваться будет?! А Лукас говорит конкретно о том товарище, которого здешние маги заперли где-то посреди озера в какой-то горе. Если он действительно первопричина и источник всех бед. Конечно, характер у парня не сахар, да за века заточения, небось, еще больше испортился, но попытаться-то можно!

— Лукас у нас красноречивый! — подбодрил приятеля Рэнд.

— Благодарю за доверие, мосье, — фыркнул и впрямь польщенный маг.

— Но я явственно чувствую эманации зла и скверны в этом мире, — жалобно промолвила Мирей. — Этот Темный — очень недоброе и могущественное создание.

— Мири, если в аквариуме не менять воду, очень быстро завоняет тухлым даже от хорошей рыбы, — наставительно заявила Элька, когда-то в далеком детстве занимавшаяся под руководством любимого дедушки разведением рыбок.

— Что вы хотите этим сказать, мадемуазель? — заинтересовался Лукас.

— А то, что этим наивным алторанцам какой-то могущественный тип помешал, а они, вместо того, чтобы убить его или вытурить из мира, не нашли ничего лучшего, как закрыться с ним вместе! — пояснила свою мысль хаотическая колдунья с нестандартным мышлением.

— Ну да, — поддержал подружку Рэнд, — Мири же нам читала, что границы Алторана закрылись из-за побочного действия Заклятья Печатей! Вот вся дрянь тут и киснет!

— Что будем делать? — подытожил вопросом диалог Гал, понимая, что со своей идеей об убийстве он пока остался в меньшинстве.

— То, что и намечали, — ответил за всех Лукас, — прогуляемся по Алторану, чтобы решить, какая помощь в данном случае будет наилучшей, и что мы вообще можем сделать! И ради Творца, мосье Эсгал, не заводите пока больше разговоров об убийствах! В первую очередь надо выяснить, что и почему происходит, установить личность противника данов. Кто он: черный маг, какая-то сущность или бог? Если последнее, вряд ли Совету Богов придется по нраву столь кардинальное решение проблемы! Коль они не церемонятся между собой, это еще не значит, что каждый простой смертный может устранять богов по своему усмотрению!

— И даже не простой смертный, — добавила Элька, успокаивающе потрепав воина по руке и сочувственно подмигнув ему.

Лукас снова нажал на перстень, возвращая к компании рассеянное заклятьем внимание Минтаны и Нала, и продолжил разговор:

— Мы считаем необходимым отправиться к Твердыне Зад, а затем к месту заточения Темного Недруга. Думаю, в пути мы увидим достаточно, чтобы принять верное решение. Не пожелаете ли, дан Минтана и рыцарь Нал, сопровождать нас?

— Мы с вами, — решительно объявил защитник в полном согласии со своей дамой. — Но на чем вы поедете? До Твердыни больше десятка дней пути! У вас есть лошади?

— Я думаю этот вопрос легко решаем, — усмехнулся Лукас, конечно не собиравшийся прохлаждаться на Алторане столько времени, но считавший что пару-другую дней они проблеме уделить смогут.

— Ты наколдуешь лошадей? — заискрилась любопытством Элька, уже успевшая познать прелести верховой езды, но ничего при этом себе не стереть и не наездиться настолько, чтобы процесс перестал доставлять ей удовольствие.

— Нет, к чему? — выгнул бровь маг, коснувшись пухлого кошеля на поясе. — Мы их купим в Луговине Эда.

— Фу, Лукас, — разочарованно поморщилась девушка. — Это как-то не по-мажьи, не по-маговски, тьфу, короче, неправильно! Вот бы тебе, сделать какой-нибудь жест руками и сказать:

— Сивка, нет, нас же трое, значит,

Сивки-Бурки,

Вещие каурки,

Встаньте предо мной,

Как лист перед травой!

Элька театрально махнула руками, на улице что-то громыхнуло и раздалось ржание. Лукас, поперхнувшись глотком темного пива, страдальчески воскликнул:

— Мадемуазель! — и выскочив из-за стола, в очередной раз объявил. — Я с вами точно поседею!

— Ну и что? — философски удивилась Елена. — Этот цвет волос тебе тоже пойдет!

За магом на улицу последовала вся остальная заинтригованная или озабоченная (все зависело от степени знакомства с возможностями Эльки и доверия к хаотической магии) компания. У крыльца, кроме двух разнокалиберных лошадей Нала и Минтаны, о которых уже успела позаботиться великанша Тильда, метнув в ясли овса, переступали копытами три похожих, словно клоны, оседланных гнедых коня. На неизбалованный общением с животными урбанистический взгляд Эльки, лошадки были что надо.

Лукас поспешно спустился с крыльца и с самым сосредоточенным видом принялся осматривать одно из материализованных хаотической колдуньей животных, ощупывать морду, оглаживать бока. Словом, маг вел себя так, как будто собрался прикупить коня у прожженного шельмы-барышника. Лошадь терпеливо сносила "таможенный" досмотр и косила на мужчину любопытным карим глазом.

Елена, оскорбленная в лучших чувствах, фыркнула и под аккомпанемент тяжелого вздоха Гала за своей спиной спросила:

— Лукас, что тебя опять не устраивает? Если масть, то уж извини, зеленой на складе не было!

— Правда, вот капризный! — вступился за подружку вор. — Хорошие лошадки и самое главное забесплатно, чего ему еще надо?

— Предупреждения о том, что Элька собирается колдовать, — пояснил мосье, как всегда донельзя озадаченный манерой и техникой стихийных чар девушки. Но, все-таки признавая правоту Рэнда, сказал:

— Теперь мы обеспечены транспортом, спасибо, мадемуазель.

— Это ты коней призвала? — уточнил Нал у новой знакомой, восхищенный быстротой действий. — Здорово! А ты так все на свете достать можешь?

— Вот именно, что все на свете, — вместо Эльки скорбно ответил Гал, опустив руку на плечо спутницы в качестве страховки от возможных выходок.

— Совсем избаловались, — разыграв обиду, пожаловалась девушка новому знакомому. — Вот лошадок им наколдовала, а вместо благодарностей одни претензии! То масть не та, то стать не подходящая! Злые!

— Не след рыцарям критиковать леди за помощь, — согласился с Элькой благородный Нал, а Минтана, сообразив, что девушка шутит, тихо фыркнула, улыбка промелькнула в зеленых глазах колдуньи.

Обзаведясь лошадьми, благодаря старинному призыву из русской сказки и прихватив из трактира припасов на дорогу, компания быстро собралась в путь. Благодарный за спасение своего погреба трактирщик напихал данам полные мешки снеди, налил во фляги пива и почти обиделся, когда Гал попытался с ним расплатиться. Пока мужчины под зорким приглядом Минтаны паковались, Элька ненадолго отлучилась домой и, с наслаждением стянув с себя платье с кружавчиками, натянула брюки из плотной ткани, полусапожки и простую рубашку, сверху набросила на плечи короткую куртку романтического кроя, удержавшись от соблазна нацепить любимую косуху. Почесав под подбородком замершую в терпеливом ожидании хозяйки Мышу, девушка схватила с вешалки эльфийский плащ и вернулась во двор Трактира, где беседовал с воинами староста.

Перн, рассчитывавший, что спасители хоть немного погостят и послужат селу щитом от бандитских формирований мордодралов, только крякнул, но удерживать отряд просьбами не пытался: у магов свои пути, и счастье, что село оказалось на этой дороге. Гал и Нал давали мужику на прощанье дельный совет: продолжать нести дозор и поскорее отправить просьбу в ближайший город, чтобы прислали в Луговину Эда солдат. Там, где появился один отряд нечисти, вполне может объявиться и другой.


Глава 4. Первый контакт: репьи, меч и магия | Шестеро против Темного | Глава 6. Старые Пути, новые идеи