home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава. 6

Таиси пришла незаметно, скромно, как незваный гость к людям, не особо его ждущим. Без криков и ругани, без угроз и насмешки, просто тихо появилась, напоминая о своем соседстве. Неожиданно Латиса испытала облегчение, приход Таиси все быстро расставил по своим местам — вот же она, причина! Вот почему Латиса отказалась лететь домой, когда Шалье совершено недвусмысленно предложил это сделать. Вот она, причина — смерть Таиси, которую, так или иначе, нужно вытащить наружу. У Латисы будет достаточно времени, чтобы спокойно во всем разобраться. Все, что ей нужно — получить немного информации и сделать так, чтобы Шалье ей доверял. Сам он, похоже, все время занят, так что поискам не помешает. Она все узнает и тогда… тогда Таиси… уйдет? Неужели такое возможно? Уйдет раз и навсегда?

В комнату зашла целая группа увлеченно беседующих людей. Некоторые тут же уставились на Латису и она поспешила уйти. Тем более все уже решено, Таиси должна исчезнуть, а для этого придется остаться у тайтов. Значит, Латиса это сделает, не такая уж и большая жертва по сравнению… с возможными.

Коридор сам собой привел к архиву. Там Филиция с двумя подсобными рабочими укладывала аппаратуру обратно в ящики. Мужчины в черных комбинезонах смотрели с неприязнью.

— Чего надо? — спросил один из них.

Латиса растерялась. Такое знакомое, почти родное рабочее место вдруг стало совсем чужим. И прав здесь находится у нее, похоже, никаких не осталось.

— Это моя напарница! — возмущено заявила Филиция и чуть ли не силком потащила ее в угол, где были сложены прозрачные пластины, требующие очень бережной упаковки.

Латиса машинально стала ей помогать. Новостей Филиция не сообщала, а наоборот, была на редкость молчаливой. Весьма раздраженно хватала нежные пластинки и удивительно, как ни одной до сих пор не испортила.

— Все хорошо? — спросила Латиса.

Кудрявая голова напротив прямо заметалась, как зверек в клетке без выхода.

— Хорошо? — спросила неверяще. — Как у меня может быть все хорошо? Тебя тут оставили. Стив как с цепи сорвался, вчера наорал на меня, знаешь, как напугал?

— Обо мне не волнуйся, — Латиса сложила в кучку следующую пачку пластин и принялась оплавлять слоем пузырчатого пластика.

Разговор не клеился. Наконец, рабочие ушли на обед и Филиция сразу же собралась за ними. Латиса упаковочный пистолет так и не отпустила.

— Я останусь, принесешь мне потом кофе, хорошо? Не хочу лишний раз появляться…

Филиция поняла и молча кивнула. Повторять утрешнее шоу с позированием перед камерами никому не хотелось.

Коробка медленно наполнялась пухлыми свертками. Тишину разрывал только скрип выпускаемого пистолетом упаковочного пластика. Еще один брусок, еще…

Накопителя уже не было. Латиса смотрела на опустевшее место и думала, что Карасан, похоже, хотел ее о чем-то предупредить. Но не стал. Как только она разберется… со своими проблемами, сразу выяснит, о чем он говорил. Почему намекал, что Шалье… опасен? Латиса была уверена, что в списке опасностей он стоит далеко позади Таиси. Тут же в раздумья вторгся до тошноты знакомый голос, привычно требуя внимания к себе и своей ужасной смерти.

'Отстань, все сделаю', — устало подумала Латиса. Но та не отстала. Скрип работающего пистолета стал почти неслышным.

Пластинки получилось упаковать в одну коробку. Когда за спиной послышались шаги, Латиса обернулась, почему-то ожидая увидеть Карасана. Но это был Стив. Держал в руке стаканчик кофе с таким видом, будто пришел с целью обменять его на что-нибудь ценное. Латиса поняла, что отчего-то его боится. Еще и его… мало, что ли других причин боятся? Не буду бояться, смело решила, но посмотрела в его глаза и осталась стоять на месте. Подходить ближе не хотелось.

Стив уселся на диван и приглашающее протянул стаканчик.

'Скоро вернется Филиция. Вот-вот зайдет', — подбадривала саму себя Латиса и все же подошла. Кофе оказался еле теплым.

— Ты готова?

— К чему?

— Лететь домой, — в лице Стива что-то быстро дернулось.

— Послушай, Стив. — Стоило сразу все ему рассказать, не ждать, пока он сделает что-то, что ее обяжет. — Я решила не лететь. Будет лучше, если я останусь здесь.

Сказанное Стив выслушал удивительно спокойно.

— Вот как? — ровно спросил. — И с какой это стати ты решила остаться?

— Это касается только меня, — вполне твердо ответила Латиса.

— Нет, дорогая моя. Это еще и Леви касается! — прошипел Стив, подавшись вперед.

— Каким это боком? — удивилась Латиса.

— Все видели, как ты с тайтом своим обнималась! Думаешь, ты тут кому-то нужна? Никому ты не нужна, ни единому мужику, кроме Леви. Второго такого больше не найдешь. Поняла? Запомни!

Сидеть рядом со Стивом стало так неприятно, что она тут же вскочила.

— Не тебе меня судить! И… тайтов!

Тот только улыбнулся. Как крокодил, утащивший под воду слабо трепыхающуюся жертву. Еще сопротивляется, но надолго ли? Что-то было в этом… гадкое и настолько обидное, что Латиса и про страх совсем забыла.

— Тебе не пора? — ледяным тоном поинтересовалась.

Стив хлопнул себя по коленкам, словно поражаясь, ах, ну что за дура! Встал и спокойно пошел к двери. Вышел, не оглянувшись.

Желание остаться у тайтов стало еще сильнее. Как всегда, когда требуют сделать все наоборот. Жаль, Советнице в ее просьбе отказала! Можно было и согласиться, разобраться с Таиси и вернутся домой с красивой трудовой историей. Хотя, таких длительных планов Латиса строить не стала, бог с ней, с Советницей, сначала… Таиси. Первопричина всех Латисиных бед.

Вскоре вернулась Филиция. В столовой сообщили, что в график по времени они почти не укладываются, поэтому всем стоит поторопится. А еще шептались про Редкого, что-то с ним не так, похоже, очередной заскок.

— А тебя Советница вызывала. Точнее… просила подойти, — добавила Филиция и вернулась к упаковке.

Латиса с удовольствием воспользовалась возможностью уйти из архива. Коридор был совершенно пуст. Видимо, хорошо народ пропесочили, раз все сидят по рабочим комнатам и действительно работают.

Стоило показаться в дверях кабинета, как Адина вскочила и кинулась навстречу. Не обниматься, как на секунду показалось ошалевшей от такого зрелища Латисе, а схватить за руку и куда-то потащить.

— Редкий заперся в кабинете. Поговори с ним. Уж в этом-то ты мне не откажешь?

Адина тащила так напористо, что упади Латиса, все равно бы за собой волокла. Значит, ситуация и правда критическая. На всех гениев временами накатывает, но в такое неудачное время…

— Причина какая?

Адина досадливо поморщилась.

— Не говорит.

Ну, конечно!

Дверь кабинета Редкого была заперта.

— Быстро только входи, у меня ключ одноразовый, — сообщила Адина, доставая красную пластинку. Датчик замка щелкнул и Латиса успела влететь внутрь до того, как дверь захлопнулась.

Почти все пространство комнаты заполняли полусобранные коробки. Редкий сидел за столом, сложив ноги на низкую табуретку. На мониторе перед его носом вертелась ДНК спираль, время от времени частично вспыхивая красным цветом. Прямо перед Редким, на крышке стола, стояла маленькая бутылочка водки. Она была открыта.

Латиса вздохнула. Непроизвольный выброс энергии…

Молча пододвинув стул, села, копируя позу Редкого. Такие же скорбно опущенные плечи, слегка согнутая спина и выпрямленные в прямую линию ноги. Такое же рассеянное лицо. Нужен был образец голоса. Она откашлялась. Тогда Редкий обратил внимание, что у него появилась соседка.

— Нравиться? — кивнул на цветную спираль.

Интонацию Латиса ловила с одного слова. Служба в пастушьей фирме даром не прошла.

— Да, — так же глухо ответила.

— Знаешь, что это?

— ДНК тайтов? — предположила, несколько секунд подумав.

— Если бы! ДНК местного животного, наподобие пса. Нам выделили несколько живых экземпляров для изучения образования пламени. Живых тайтов для экспериментов выдать не согласились, — совершено серьезным и даже слегка обиженным голосом сказал Редкий.

— Вы из-за этого так расстроились? — тут же спросила Латиса. Очень мягко и сочувственно.

— А, — махнул рукой, словно нечего с ним возится, все нормально. И отвернулся. Латиса осторожно пододвинула бутылку ближе к себе. Полная, значит, не пил. Повезло…

— Надо же, как странно получается, — легко заговорила Латиса. — Кто-то очень хочет домой, но ему приходится остаться здесь и решать свои нерешаемые проблемы. А кто-то не хочет, но вынужден улететь, чтобы в спокойной обстановке разобраться со всем ворохом новой для человечества информации.

Редкий задумчиво оглянулся.

— Вы бы на чьем месте хотели оказаться? — напрямую спросила Латиса.

Он не ответил. С подозрением покосился на бутылку, но взять не попытался. Посмотрел на вертящуюся спираль.

— Я кое-что узнал, — сказал каким-то слишком серьезным, почти зловещим тоном. Латиса напряглась.

— Тайты заявили, что нас создали. Это — неправда, — доверительно сообщил Редкий, и его узкое лицо со складками вокруг рта и носа стало удивительно напоминать какую-то хищную птицу.

— А что правда? — с хорошо выверенной дозой интереса спросила Латиса.

— Нас с ними создали… одновременно. Кто-то третий.

Она молча смотрела. Редкий устало хлопал глазами.

— И что?

— Как что? — он усмехнулся. — Молодежь… Какие вы все… Подумай девочка, КТО это был?

Латисе было глубоко плевать, кто же это был. Она, уже не скрываясь, взяла со стола открытую бутылку и резко перевернула ее горлышком вниз. Редкий с интересом следил за жидкостью, струйкой летящей до пола и разбивающейся множеством мелких брызг.

— Я вложила глубокий смысл в это действие! Не желаете подумать, какой? — зло спросила Латиса. Редкого она не понимала, да и возможно ли понять гения? Только обидно было за что-то… Может, за свое существование, зависимое от чего угодно, кроме собственных решений? Это так… утомляет. Неожиданно захотелось спать. Шалье… говорил, ей нужно много спать. Похоже, сейчас пора пойти домой.

Латиса осторожно поставила пустую бутылку на стол и ушла, даже не попрощавшись. Дурь, какая дурь! Ну их, всех этих создателей, вместе взятых! Чертовы манипуляторы! Один создал, другой, — какая разница? Дай Редкому волю, он бы тоже не отказался кого-нибудь создать. А потом развлекаться за счет их жизней.

Домой. Прощаться ни с кем не хотелось. Прощание будет таким предсказуемым — куча пустых фраз, сказанных ненатуральными голосами и традиционные, с трудом выдавливаемые попытки поддержать. Стоило представить все это мучение, как спать захотелось еще больше. Даже с Филицией прощаться незачем, поняла Латиса и очень быстро направилась к дому. Благо, коридоры пустые.

По комнате ползал уборщик, тщательно огибая места, где валялись незнакомые ему вещи. Получались такие захламленные островки хаоса в океане сверкающего чистотой пола. При виде хозяйки мягкий гибкий шар съежился и быстро проследовал до своего места в стене, где сразу же отключился.

Опять этот страх. Не Таиси, так одиночество. Не тайты, так Стив. Не прошлое, так будущее. Игроки… Манипуляторы…

Латиса встала на край кровати и, раскинув руки, упала на спину. Немного ударилась, но все равно ей понравилось.

'Шалье говорил, нужно много спать', — подумала, закрывая глаза.


Катер нуль-перехода был не очень большим и некоторые нужные вещи Шалье был вынужден загрузить прямо в кабину. Мельком подумал, что за роботов, взятых без предупреждения на центральном складе, ему еще придется отчитываться. Тут же об этом забыл.

Два часа, пока катер разгонялся, Шалье просматривал записи событий на Стекляшке. Все шло тихо-мирно. Он видел охотников, вернувшихся с добычей: головами и внутренностями врагов и подумал, что нужно не забыть сделать пометку в учете населения яриц. Оно в очередной раз сократилось. Табу на бессмысленные жертвы случайно подвернувшихся под руку женщин и детей у яриц не было.

Видел, как происходила торговля женскими особями. Лини досталась крепкому, синекожему Каерри и стала его третьей женой. Весь процесс торговли она просидела, опустив голову так низко, что та болталась где-то между коленями.

Видел, как лежала на земле, горестно причитая, мать Гууара. Ее никто не трогал и не успокаивал, потому что главарь дал понять, что Гууар не мертв и может вернуться.

Видел, как нахлынул ночной туман и высушенные на солнце морские губки засветились мягким желтым светом, а жители деревни разбрелись по своим хижинам.

Видел, как наступило утро и из хижины Каерри вышла покоренная Лини, с поникшими плечами и порванным, сломанным в нескольких местах гребешком, свисающим набок.

Как решать эту проблему, Шалье не знал. По-хорошему, стоило Лини нейтрализовать, смерть одной особи среди остальных яриц особых чувств не вызовет. Это был самый простой способ, но именно сейчас он не мог об этом думать, так что просто выключил запись. Удивился, поймав себя на мысли, что ему отчего-то жалко эту несчастную ярицу, чувство настолько забытое, что Шалье даже пожалел, что оно вернулось.

Переход прошел за несколько секунд и последующий час торможения, мокрый от пота и дрожащий от озноба Шалье приходил в себя. Слабость была совершено неконтролируема, и ее нужно было просто переждать.

Ночь на планете Стекляшек уже началась. Шалье задал координаты прибытия и еще несколько минут, пока катер опускался, позволял себе бездельничать.

Гууар крепко спал. Шалье занес его в катер на руках, и, глядя со стороны, можно было подумать, что он несет десятилетнего ребенка.

Место, где можно спрятать подопечного, тоже давно было выбрано — небольшой остров недалеко от поселения Кровавой богини. Шалье посадил катер вручную и, проверив состояние Гууара, отправился наружу.

Технические роботы работали по заранее настроенной программе и довольно быстро клепали из грязи, взятой у берега, кирпичи. Вскоре посреди острова появился остов будущей хижины, где Гууару придется проживать в ближайшее время. Проживать и 'общаться с богами'. Убедившись, что строительство идет без запинок и ошибок, Шалье занялся защитным радиусом. Датчики, определяющие размер приближающихся существ и ультразвуковые излучатели, вызывающие у них бесконтрольную панику. Никто не должен сюда проникнуть, пока этого не понадобится самому Шалье. Экран, который стал для него почти второй кожей, позволял видеть даже сквозь туман. По периметру новой площадки духов один из роботов высадил деревья, растущие далеко от места проживания яриц, но известных тем по легендам. Влажную теплую атмосферу крепкие тонколистые деревья переносили с трудом, поэтому под каждый пришлось помещать аппарат контролируемой влажности и температуры. Самоуничтожающийся, если его вынуть без предварительной подачи сигнального кода.

Все шло на редкость хорошо и Шалье это 'хорошо' настораживало. Он не особо доверял удаче, потому что в его жизни подобное доверие всегда заканчивалось очень плохо.


Латису разбудил звонок. Филиция мялась на экране планшета, неуверенно и просительно заглядывая в глаза.

— Не хочешь даже попрощаться? — укоризненно спросила.

— Мне так легче, — сонным голосом пробормотала Латиса.

— Ладно… — смущенная напарница, неожиданно ставшая бывшей, облизала губы и, словно решившись, добавила. — Уже начались рейсы наверх. Через час нас тут не будет. Потом еще проверка работоспособности систем — и прощай, Серебряный мир. — Филиция замолчала, словно ждала ответной фразы.

Латиса промолчала, так как сказать было нечего.

— Я забыла вчера у тебя свой брелок. Мама подарила. Поищи, я зайду минут через десять, хорошо? — через время очень настойчиво попросила Филиция.

Латиса удивилась, но кивнула. Вообще, она никогда раньше не слышала от напарницы ни про брелок, ни про маму, но мало ли у людей бывает секретов? На собственном опыте Латиса знала, что их бывает о-го-го сколько и чаще всего о них лучше не знать.

Посмотрев вокруг кровати, Латиса ничего не нашла, потому проверила еще и уборщика, но тот тоже ничего не подбирал. Когда в дверь позвонили, Латиса открывала с сожалением — скорее всего, Филиция потеряла брелок не у нее, а времени искать уже не было. Было жаль, ведь подарок мамы… У Латисы, например, от мамы ничего не осталось.

Однако вместо Филиции в дверь протиснулся Стив. Латиса смотрела, все еще не понимая, но тот вдруг сделал шаг в сторону и за его спиной показался Леви. Такого странного, будто жеваного лица у него Латиса никогда раньше не видела.

В горле пересохло.

— Нет, — прошептала, не отводя взгляда от наставленного на нее медицинского пистолета, — вы не посмеете…

Леви шагнул вперед.

— Я не… хочу, — Стив поймал ее при попытке увернуться и к области плеча быстро прижался пистолет.

— Вы… не понимаете, — успела сказать Латиса и тут же свалилась, потому что ноги перестали держать.

Самое страшное, что вколотая жидкость никак не повлияла на Таиси. Вокруг исчезло все, стало тихо и темно, сплошная пустота — и она.


Роботы управились даже быстрее, чем Шалье рассчитывал. Когда они, наконец, остановились, Шалье огляделся: аккуратная получилась хижина, высокая и прочная. Крыша из спрессованной сухой травы продержится не дольше первого муссона, но другой материал нельзя использовать — слишком подозрительно будет выглядеть.

Большая площадка, плотно укатанная и обожженная, Посередине — высокое каменное изваяние. Лицо статуи не очень походило на лицо Ранье, но в очередной раз поднимая на него глаза, Шалье чувствовал, как опять сжимается сердце. Не сдержавшись, подошел к нему вплотную.

— Я обещаю, — прошептал. — Я клянусь!

Статуя равнодушно молчала. У ее подножия лежали сочные местные ягоды и некоторые из самых красивых, растущих вокруг, цветов.

Все запланированные дела закончились как-то сразу и Шалье совершено неожиданно понял, что все уже сделано. Он оставил над Гууаром медицинский управляемый аппарат и отправился на катер. Усталость брала свое — несколько минут Шалье просто сидел, закрыв глазами. Потом стал думать — может, подняться на орбиту и просто выспаться? Где-то глубоко пробуждалась другая мысль — статуя Мальтики… Взять бы кувалду побольше и разгрохать на мелкие кусочки. А кусочки — в пыль. Только вот… он знал, что рука не поднимется.

Нет, надо убираться отсюда поскорее, решил, и запустил программу возвращения. Два часа разгона Шалье спокойно спал.

Сразу после перехода проснулся от охватившей его мелкой дрожи. Каждая клетка тела тряслась и пыталась жить собственной жизнью. Ощущение, будто на куски разрывает, Шалье глубоко дышал, дожидаясь, пока все успокоится. Два перехода подряд за такое короткое время! Час торможения он медленно учился восстанавливать управлением телом. Неконтролируемая энергия синими волнами хлестала во все стороны, местами свиваясь в подобие вихрей.

Когда встал вопрос, куда опускаться, Шалье вспомнил о Латисе. Проверил контроль — огонь почти без усилий подчинялся. Хотелось спать, пару секунд он размышлял, что лучше — сразу домой отдыхать или все-таки ее навестить. Жаль, во сне выброс энергии не контролируется, иначе бы он просто пришел к ней и лег спать рядом, убил бы сразу двух зайцев — и отдых, и без присмотра не оставил.

В последний раз представив свою комнату, Шалье вздохнул и пунктом прибытия выставил человеческий сектор. Проверит быстро — и сразу спать.

В доме было темно и тихо. Шалье вошел в знакомую комнату и сразу понял, что Латисы в ней нет. Проверил — человеческий корабль начал разгон три часа назад, с его размерами ему понадобится еще как минимум столько же.

Тогда Шалье осторожно уселся в кресло, где за последние дни провел уже немало времени и уставился на пустую кровать. На полу рядом с ней серой грудой валялись вещи, бывшие на Латисе.

Пальцы медленно сжимали попавшийся под руки жесткий пух подлокотников.

Невозможно злиться на Лини, случайно помешавшую его планам, потому что она сделала это не специально.

Глупо злиться на Карасана, наивно надеющегося успокоится за счет сведения с ним счетов, потому что он безопасен.

Пух хрустнул, почти вырванный их формирующей кресло сетки.

Больно, но злиться на Ранье, сделавшего свой выбор, тоже бессмысленно — он умер счастливым.

Но те… кто увезли Латису…

Глаза застилала белоснежная ярость.

'Смешно злиться на Старших, в своей заботе доходящих до маразма, хотя они временами безумно мешают. Но даже когда они делают это специально, злится на них я не могу, потому что они верят в свою правоту. Даже когда пытаются украсть мою цель, — неспешно думал Шалье. — Ладно те, кто хотел украсть цель, пусть их. Но украсть мою… мою…'!

Фразу он не закончил, но это было и не нужно. Глаза загородил экран и, выходя из дома, Шалье уже передавал Аелле сообщение о необходимости задействовать тормозящую сетку внешнего радиуса.


Латиса проснулась от чужого прикосновения — к спине прижалась чья-то рука. 'Шалье', — мгновенно подумала и облегчено вздохнула, но расслабиться не удалось. Что-то было не так! Таиси… Здесь была Таиси!

Вот оно! Мгновенное осознание истины заставило вылететь из кровати, как пробку из бутылки шампанского. Сидящий на краю Леви изумлено наблюдал, как Латиса вскочила на ноги, безумно смотря на него и одновременно мимо.

Таиси не приходит, когда… рядом Шалье! Не может или боится… Не важно! Как она раньше не поняла? Когда он рядом… вот в чем дело! Так просто… А сейчас Таиси здесь… и не только Таиси. Латиса пошатнулась и наконец-то разглядела перед собой Леви, напряженного, будто перед дракой.

Тогда она зашипела. В данный момент Латиса вообще сильно напоминала разъяренное животное. Шалье — единственное, что защищало от Таиси, остался там, на планете тайтов. И последний шанс выяснить правду про жертвоприношение тоже остался позади. Латису окатило всепоглащающей ненавистью. Ей хотелось сделать так, чтобы лицо напротив скривилось от боли. Чтобы кричало от страха. Чтобы прочувствовало, очень хорошо прочувствовало все то, что чувствовала сама Латиса, улетая от единственной возможности избавиться от Таиси. Теперь мертвая останется с ней навсегда, а значит, 'навсегда' по времени будет очень коротким и мучительным.

Очень медленно и целенаправленно Латиса сделала шаг вперед. Наклоненная голова, как у тайтов, и дергающийся уголок губ подсказали Леви, что лучше отойти. Он так и сделал.

Она шагнула еще раз.

Леви осторожно стянул с кровати простынь и растянул перед собой, готовясь ловить и скручивать.

Ответом ему была очередная порция угрожающего шипения.

Неизвестно, чем бы все это закончилось, но тут корабль дернулся так резко, что Леви упал, ударившись плечом о край кровати, а Латисе каким-то чудом удалось устоять. И еще толчок, менее резкий, и несколько секунд подергивания. Все, после только тишина и привычное мягкое покачивание, говорящее о том, что корабль остановился.

Молчание длилась недолго. Включился внутренний коммутатор и раздался громкий голос капитана из командной рубки.

— Внимание! Всем оставаться на своих местах! Причин для паники нет! Небольшая задержка, скоро отправимся дальше. Из кают не выходить!

Потом щелкнул переключатель и комната Леви получила персональное послание.

— ЛЕВИ, — орал голос, в котором с трудом можно была различить советника Булдина. — ЕСЛИ ЭТО ТЫ ЕЕ УВЕЗ, Я ТЕБЯ УНИЧТОЖУ! — советник чуть не задохнулся и его тут же сменил другой, не менее злой:

— Тащи сюда свою подружку, и очень быстро, потому что каждая секунда отложится в твоем послужном списке отрицательным отзывом. Хотя не факт, что ты выйдешь из тюрьмы в возрасте, когда еще берут на работу!

Леви поднялся с пола, не обращая на вопли никакого внимания. Увидев его взгляд, Латиса оглядела себя и впервые заметила, что совершено голая.

Выдернула простынь, которую Леви все еще держал за край, и завернула вокруг себя на манер тоги. Направилась к выходу.

Выйти ей не дали. Не успела руку протянуть к кнопке, как Леви набросился сзади и оттащил. Развернул лицом к себе, обхватывая руками.

— Пусти, — шипела Латиса. Запал бесконтрольной злости прошел и сил хватало только дергаться.

Он смотрел почти умоляюще. Даже можно было бы пожалеть, если бы не сила, с которой он тащил ее от двери. От… Шалье.

— ЛЕВИ! — снова выплюнула связь, — немедленно сюда, он ждет, и не знаю, насколько хватит его терпения! Убью гада! Лично придушу!

Уникальный момент — советник опустился до ругательств и прямых угроз! Похоже, в нем проснулся обычный человек?

Леви не двигался. Потом неожиданно потянулся к ее губам.

— Если, — вдруг четко сказала Латиса прямо ему в лицо. Он остановился.

— Если. Ты. Меня не отпустишь. Он тебя убьет, — ясно и очень радостно сообщила Латиса, причем была уверена, что говорит правду.

— Он сумасшедший! Совсем! Он тебя убьет! — с большим удовольствием кидала в глаза человеку, посмевшему так безобразно распоряжаться ее судьбой. Посмевшему встать на сторону Таиси.

— Убьет! Убьет! — веселилась. Было так приятно думать, что кто-то готов за тебя крушить и ломать все вокруг, без разбора и несмотря на последствия.

Руки Леви словно упали. Через мгновение Латиса уже выскакивала из комнаты и босиком неслась к технической лестнице наверх. Хорошо, что каюты пилотов всего на втором ярусе.

В командной рубке Шалье стоял прямо у перехода в пристыкованный катер. Просто стоял и смотрел на людей, скопившихся напротив, на безопасном расстоянии. Угрозы, в принципе, в его взгляде не было. Только вот вокруг полыхал голубой огонь и жеста миролюбия Шалье показать так и не изволил.

— Нелепая случайность, недоразумение. Надеюсь, ничего… — продолжал лепетать один из Советников. Все сказанное раньше Шалье пропустил мимо ушей и даже глазом не моргнул, давая понять, что вообще услышал.

Латиса выскочила из бокового коридора и люди расступились. Уже медленнее подошла ближе, смотря снизу вверх и улыбаясь сумасшедшей улыбкой. Все правда, все подтвердилось, Таиси… не было.

Шалье мельком глянул на нее и снова стал изучать окружающих. Через несколько секунд огонь погас.

Латиса подошла еще ближе, Шалье одной рукой обнял ее за плечи и задвинул себе за спину. И попятился. Она поняла и отправилась прямиком в катер.

Последний раз окинув окружающих его людей, Шалье так и не нашел того, кто ее увез. Но она уже в безопасности, за спиной, так что, пожалуй, стоит побыть добрым. Да и лишние конфликты с Аеллой не в его интересах.

Шалье, наконец, сложил руки, прощаясь, и под облегченные вздохи людей покинул человеческий корабль.


Глава. 5 | Два угла | Глава. 7