home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 2

День пролетел незаметно. Вечером мы вышли выгулять Марсика, и мне снова пришлось нацепить каблуки и соответствующее выражение лица. Впрочем, тут спокойно относились к причудам приезжих. А я уже давно была именно приезжая. Поэтому соседки по подъезду проводили меня шушуканьем в спину, причем не понятно, кто их больше впечатлил — Эрилив или Марс. Подозреваю, что все же Эрилив. Ну как же, Настина дочка привезла какого-то иностранца знакомиться с родителями. Ишь, фифа, поди, заграницу лыжи навострила.

Когда мы вернулись, уже пришло время ложиться спать. Не обошлось, правда, без маминых выкрутасов. А начиналось все так безобидно…

— Эрилив, вы хотите минералки? — мама вошла в гостиную с графином минеральной воды.

Я только удивленно приподняла брови на сей странный жест, — зачем переливать газированную воду в графин? Она ведь вся выветрится.

— С удовольствием, Анастасия Витальевна, — вежливо отозвался, сидящий в одиночестве на диване, лирелл.

— Давайте я за вами поухаживаю, — мама подошла и протянула ему пустой стакан.

Эрилив взял его, она наполнила стакан водой, а потом…

— Ой! Я такая неловкая! — воскликнула мама, поднимая пустой уже графин с дивана. — Споткнулась. Вот ведь руки-крюки, — причитала она под моим прожигающим в ней дырки взглядом.

— Мама!

— Ну что мама? Полотенца неси. Ой, вот ведь беда какая. Весь диван промок…

— Ну, мама! — пыхтя как злобный ежик, я помчалась в ванную за полотенцами.

— Эрилив, но вы не расстраивайтесь. На полу вам спать не придется, — щебетала мамуля, размазывая лужу по дивану, чтобы захватить как можно больше площади. И при этом стараясь не смотреть на вскочившего парня. — У нас есть раскладушка, так мы вам постелем. А хотите я ее в Викиной комнате даже поставлю? Вы ведь наверняка захотите поболтать перед сном. Ах, эта молодежь… Такие полуночники, вам бы до утра не спать, а потом не разбудить.

— Мама! Раскладушка сломана.

— Чего это? Мы ей ножки изолентой перемотали, — невозмутимо продолжала она.

— Мам, иди спать. Мы сами справимся и с диваном, и с постелями, — я нахмурилась.

— Неблагодарная, — усмехнулась она. — Сейчас выдам вам раскладушку и постельные принадлежности.

— Раскладушку не на-до, — по слогам произнесла я. — Ты не переживай, мамуль, я сейчас феном быстро высушу диван.

— Вот еще. Сгорит фен, это ж сколько дуть нужно!

— Ничего страшного. Я новый куплю. Иди, мам, иди. Папа, спокойной ночи, — я сделала отцу страшные глаза, чтобы он увел ее.

Мы с Эриливом и Марсом проводили родителей взглядом.

— Рил, — шепотом позвала я его. — Ты же маг, суши давай.

— Думаешь? — он хитро улыбнулся. — Я не против спать на раскладушке в твоей комнате. Поболтаем.

— О-о, тогда тебе гарантированы незабываемые впечатления. Если она под тобой ночью сложится как карточный домик, виноват будешь сам. И кстати… Чего это в моей комнате? Здесь же диван промок, а не стены.

— Злая она, Марс, — шутливо посетовал лирелл, проводя рукой над мокрым пятном. — Не любит она нас, в спальню не зовет.

— Чего это не зову? — поддержала я игру. — Вот я Марсика очень люблю, и в спальню зову. Марс, пойдешь со мной.

— Тяв, — согласился щенок.

— Ну вот, а бедного несчастного одинокого лирелла бросают на мокром диване в чужом враждебном мире… Да еще и в одиночестве, — запричитал Эрилив.

— Не бойся, маленький, — прыснула я от смеха. — Мы с Марсом рядом. Если вдруг к тебе ночью придет Бабайка и захочет укусить за пятку, ты зови.

— Бабайка это кто?

— Честно говоря, не знаю. Но он, как говорят, приходит к непослушным детям. Ко мне ни разу не приходил, так что прямо и не знаю… Врут, наверное.

Эрилив, стараясь не смеяться громко, досушил диван и стал расстилать на нем простыню.

— Ты пока стели, а я феном пошумлю, пусть мама не думает, что я гостя на мокром спать уложила, — сходив ванную, я принесла фен и включила его.

Марсу теплый воздух очень понравился, и он, подставляя, то один, то другой бок, крутился передо мной.

— Хорошая штука, — кивнул на электроприбор Эрилив. — Ты тоже ею волосы сушишь?

— Ага. Если спешу по утрам, то им. Если не тороплюсь, то сами сохнут. Но долго, неудобство длинных волос.

— Это да, — он сел на диван, глядя на нас, а я выключила фен.

— А ты давно волосы покрасила? И какой твой родной цвет?

— Каштановый, вот как эта прядь, — я выбрала в распущенных волосах прядку и продемонстрировала. — А покрасила… М-м, дня за три вроде до вашего приезда из Лилирейи. Не помню уже точно. Накануне, короче.

— А зачем?

— Просто так, для разнообразия, — я улыбнулась. — Пора по-хорошему уже освежать цвет. Вот не решила пока, корни подкрасить или свой родной вернуть.

— Не представляю тебя темноволосой, — он задумчиво улыбнулся. — Привык тебя видеть такой.

— А мои наоборот, только привыкли к светлым волосам, сначала даже не узнали, когда я явилась перед ними после салона, — я хихикнула, вспомнив, и продолжила. — Увидишь еще, не думаю, что я долго прохожу с этим цветом. К зиме в любом случае верну свой каштановый цвет.

— Ты с любым цветом волос прекрасна. Никогда не встречал девушки подобной тебе… — как-то печально отозвался Эрилив.

— Так уж с любым, — неловко попыталась я пошутить. — А если с зеленым? Или синим? И почему ты так грустишь по этому поводу?

— Думаю… Как же я буду жить…

— Эм-м… В смысле?

— Неважно, — он встал. — Ну что? Спать? Выдавай гостю полотенце.

— Да, конечно, — я тоже поднялась.

Пока лирелл был в душе, я озадаченно спросила Марса.

— Марсик, ты что-нибудь понял? — щенок не ответил, только хвост замотался. — И я не поняла. Одно знаю точно, я буду безумно скучать, когда он уедет.

— Тяв, — решил снизойти до ответа мой лиловый песик.

Разбудил меня какой-то шорох и подергивание за край одеяла. Я спросонья подумала, что это Марс, но судя по тяжести на ногах, щенок решил, что спать на полу менее приятно, чем в постели у хозяйки и коварно туда пробрался. Подергивание одеяла повторилось, и я села, пытаясь в темноте разобрать, кто ж меня будит.

— Эрилив? Ты чего? Бабайка пришел, что ли? — хрипло пошутила.

— Да не Эрилив я, а Кузьма, — так же хрипло ответил мне… Кузьма?!

— Кто?! — пискнула я, а весь сон, как рукой сняло.

— Да не бойся, маленькая хозяйка. Домовой я, Кузьма.

— А… — многозначительно протянула я.

— Ты это… — темный силуэт переместился и сел так, чтобы на него падал лунный свет из окна. — Не увози родителей, а? Привык я к ним. И с прабабкой твоей жил, и бабушкой, и мать твою с пеленок считай нянчил. А уж про тебя и не говорю, но ты теперь отрезанный ломоть.

— Кузьма… — я прокашлялась. — Да я хотела им как лучше сделать. Эту квартиру продать, добавить денег и им жилье побольше купить.

— Так ведь не хочут они сами. И ты их не заставляй…

— Ну… Так и ты с ними переезжай?

— Да как же ты не понимаешь?.. — покачала лохматая голова. — Дом ведь это наш. А мы и ремонт сделали, и мебель поменяли.

Я тихо хмыкнула, так забавно звучало это 'мы', но вспомнив своих шустрых домовых, вслух ничего говорить не стала. Зачем его обижать?

— Ну и как мне тогда им помочь? Они ж деньги не возьмут, и переезжать не хотят, чтобы эту квартиру продать. А просто купить им новое жилье — у меня столько денег нет.

— А ты это… Знаешь, что сделай, маленькая хозяйка? Ты поставь им дверь на подъезд. Такую железную, с кнопочками. На нее у тебя денег хватит?

— Кодовую дверь? — я задумалась. — На нее хватит. А прочие жильцы?

— А ты просто на всех ключики домофоновые закажи и раздай. Или такую дверь, чтобы без ключа, просто код вводить. Так все только спасибо скажут, особенно на халяву-то, — домовой рассмеялся.

— Хорошая мысль, — я кивнула. — И как я сама не додумалась? Завтра с утра тогда и займусь.

— Вот спасибо! — коренастый мужичок встал. — Благодарствую от всей души. А за родителей не боись. Я за ними приглядываю, они как у бога за пазухой, я слежу. А тебя я помню еще с минуты, как из роддома привезли. Ох и горластая же ты была. Так я по ночам твою кроватку качал, чтоб ты мамке поспать давала, — в его голосе послышалась улыбка. — А выросла такая красавица, любо дорого посмотреть. И способная. Ишь, силища какая, прямо как у Лизаветы.

— И тебе спасибо Кузьма. А ты Лизавету долго знал?

— А как же. Как война закончилась, и мир наступил, так я с ней так по всем квартирам и переезжал, пока сюда не заселились. Замечательная феечка была.

— Кузь, а расскажи мне про нее? — я жадно подалась вперед. — Я ведь маленькая была, когда ее не стало. Что она умела? Как это проявлялось?

— Лечить могла, души покалеченные исцеляла. У кого горе какое, так к ней и шли. Сами не знали люди, отчего тянулись к ней, но как поговорят, а она им пожелает чего хорошего, так у них прямо новая жизнь начиналась. А как у нее цветы росли, м-м, любо-дорого посмотреть было. А уж сколько мужчин к ней сваталось. Война, мужики-то почти все на фронте погибли, и сотни одиноких баб. А за ней табунами ходили, хоть и не была она красавицей писаной по той моде. Тогда ведь ценились женщины крепкие, статные, а она хрупкая была. Но такой свет от нее исходил… А она выбрала одного. И всю жизнь душа в душа, а уж он ее как любил!

— Да… — зачарованно протянула я. — Кузьма, а как она управляла своим даром, не знаешь?

— От чего не знаю, того не знаю. Феи вы, как у вас всё устроено — про то мне неведомо.

— Жаль.

— Так я пошел, маленькая хозяйка. А ты уж не забудь про дверь-то. И храни тебя судьба, — домовой мне неловко поклонился и исчез. Вот только что стоял, и пропал.

— Хорошо, Кузя, не забуду. Эх ты, сонька. — погладила я спящего щенка и протяжно зевнула. — Приходи, кто хочешь, делай с хозяйкой, что хочешь. Защитник…

Но Марсик только сонно подергал лапами и еще слаще засопел.

Встав утром, я развила бурную деятельность. Обложилась местными газетами, выискивая объявления об установке кодовых дверей на подъезд. Обзвонив несколько и уточнив детали, договорилась с одной фирмой и, всё обговорив, съездила к ним в офис. Эрилив только удивленно спросил, чего это на меня нашло, но выслушав ответ, больше вопросов не задавал. К обеду мы вместе с замерщиками вернулись к дому. Соседи по подъезду шушукались и нервно спрашивали, чего это я такое задумала. А услышав ответ, громко цокали языками, мол, какая хорошая дочка. Но главное, что их радовало, что им не придется ни за что платить.

К вечеру все детали были полностью улажены. Стоимость я оплатила с банковской карты, так как наличных с собой у меня в таком количестве не было. И завтра с утра должны были приехать устанавливать дверь. Родителей я поставила перед фактом за ужином.

— Пап, мам, вот договор, — я положила на стол папочку. — Я сегодня договорилась и оплатила установку в подъезд железной двери с кодовым замком.

— Вот чем ты сегодня занималась? — мама поджала губы. — Нет бы показать другу город, погулять. А ты?

— Мамуль, ну что тут показывать? Я к вам приехала, а не на экскурсии, — примирительно ответила я. — Мы сейчас уедем, чтобы на девятичасовую электричку успеть, к ночи уже дома будем, а завтра дела. А вместо меня за всем проследить придется тебе, па. Ты отпросись на работе, ладно? И проверь, чтобы замок исправно работал.

— Хорошо, — папа улыбнулся и поправил очки. — Деловая ты стала, хозяйственная.

— Ну а что делать? Переезжать вы не хотите, а в подъезд ваш войти невозможно. Устроили тут общественный туалет, стыдно гостей приводить.

— Да нет, Вик, хорошее ты дело сделала, спасибо. Настя! — папа многозначительно взглянул на маму.

— Ну да, хорошее, — вздохнув, согласилась она. — Спасибо. А у тебя деньги-то остались?

— Остались, мам. У меня сейчас нормальная работа, хватает на жизнь.

— Ну и то хорошо. Но к нам все же почаще приезжай.

— Угу. Пап, ну… Ты помнишь, да? Может, передумаете? Хоть посмотрите?

— Ни в коем случае! — он сделал страшные глаза.

— Да ну вас. Ладно… Так, вот еще что. Мам, домового не забывайте подкармливать. Ты не забыла, что Эйлард говорил? Что у вас домовой живет, а ты забываешь ему угощение оставлять. А Эйлард экстрасенс, можно сказать — маг, он все это видит.

— Да помню я, помню, — мама всплеснула руками. — Только забываю.

— А ты не забывай, — я улыбнулась ей. — Можете не верить во всякую чертовщину, но уж в домовых-то, я надеюсь, вы верите?

— В домовых? — родители переглянулись. — Вик, я буду напоминать маме, — принял огонь на себя папа. — А то Настя со своей любимой работой про все на свете забывает.

— Спасибо, пап.

— Эрилив, а вы тоже экстрасенс? — мама заботливо подложила лиреллу салатика. — Ой, наверное, это так интересно. А моя бабушка тоже способности имела. Только она себя феей называла.

— А она и была феей. Фея Радуги, — я подмигнула маме.

— Да помню я, помню, — мама рассмеялась. — Она и со мной в эти же игры в детстве играла, что и с тобой. Только все равно у меня никаких способностей не обнаружилось. Бабуся на тебя Вик рассчитывала, только я вот что тебе скажу, ну их эти способности. Радости от них никакой, одни проблемы. Я рада, что мне ее дар не передался.

— А какие проблемы? — я бросила быстрый взгляд на Эрилива.

— Да ну, вечно всем всё надо. То помоги, то подлечи, то посоветуй, то выслушай и поработай жилеткой, в которую поплакать можно… Не дом, а проходной двор всё время был, пока она жива была. А она никому отказать не могла.

— Она хорошая была и добрая, — отозвалась я с улыбкой.

— Добрая-то добрая, но на шею себе позволять садиться нельзя. Люди всё равно не ценят, чем больше им даешь, тем больше они хотят, — мама махнула рукой. — Я так рада, что ни у меня, ни у тебя способностей нет, как у бабуси Лизы. Одна головная боль от них.

— Эм-м.

— Не мэкай, когда ты уже отучишься от этой привычки? Кушай лучше, совсем прозрачная. Тебя словно не кормят.

— Чего это? Ем я, хорошо и вкусно.

— Эрилив, а вы непременно приезжайте к нам еще. Всегда будем вас рады видеть. И позаботьтесь о Вике, хорошо? — щебетала мама. — Она такая… За ней глаз да глаз нужен. Так я на вас рассчитываю, если вы за ней присмотрите, я буду спокойна.

— Мама-а-а.

— Непременно, Анастасия Витальевна, — невозмутимо ответил мой телохранитель. — Будьте уверены, ни днем, ни ночью с нее глаз не спущу.

— Даже ночью? — прикинувшись дурочкой, мило уточнила мамуля. — Ой, какой вы молодец. Вот, Вика, теперь я за тебя спокойна. Теперь рядом с тобой настоящий мужчина, не то что… Экхм. В общем, настоящий. Да.

— Эрилив, ну ты хоть не потакай ей, — попробовала я перевести все в шутку.

— Ну, какие же это шутки, — он хрипло рассмеялся, и мама сделала стойку. Да, смех у него убойный, даже мою маму пробирает. — Мне твои родители дали добро, я теперь с тебя ни на минуту глаз не спущу, ни на шаг не отойду, — и этот прохиндей мне подмигнул.

Что ответить я не нашлась…

Уже устроившись в поздней электричке и двигаясь в сторону дома, я обратилась к Эриливу.

— Рил, ты извини за маму. Она хорошая и я ее очень люблю, но она такая… энергичная.

— У тебя очаровательные родители, — с улыбкой ответил он.

— Это да. Но я не об этом, а о маминой… гм… настойчивой мысли выдать меня замуж.

— Это я понял, — он рассмеялся. — Но хочешь, я тебя утешу? Ты еще не знакома с моей мамой. Вот уж где желание женить меня хлещет через край.

— А почему именно тебя, а не старшего брата?

— Ну, с ним-то проблем нет. Он живет в наших владениях, наследует титул и женится как миленький, никуда не денется. А вот я… — он улыбнулся. — Отрезанный ломоть, который болтается вечно где-то, ввязывается в какие-то истории и приключения. И к тому же никак не желает представить маме свою невесту. Из-за чего она думает, что никакой невесты нет, а я все это придумал, чтобы она оставила меня в покое.

— А почему ты не желаешь ее представить своей маме? — заинтересовалась я.

— Долгая история, — он неопределенно махнул рукой. — Со временем, разумеется, представлю. Но не скоро, до свадьбы еще далеко, — он помрачнел. И добавил только через долгую паузу, которую я не решалась нарушить. — И потом, я должен сейчас быть здесь и у меня есть обязательства.

— Обязательства… — тихо повторила я.

Ну да. Он действительно должен сейчас быть здесь, ведь у него есть обязательства — охранять меня. Он пообещал это князю. Черт! Как-то обидно и неприятно. Во-первых, чувствовать себя 'обязательством', а во-вторых тем, что он 'должен' быть здесь, раз пообещал. И судя по интонациям, он этому не очень-то и рад. Ужасно неприятно. Вроде как получается, что это из-за меня он тут должен торчать, вместо того, чтобы жить себе припеваючи. Настроение испортилось и я, отвернувшись к окну, не стала больше ни о чем его спрашивать.

Когда приехали домой, почти все уже спали. Так что мы, стараясь не шуметь, разошлись по комнатам. И у меня на завтра были планы пообщаться с лешим Фролом. Ведь саженцы ждут…

И вскочив пораньше, я собралась на трудовой подвиг. Для начала постучала в спальню телохранителя.

— Рил, туки-туки, ты встал?

— Что-то случилось? — дверь открылась через минуту и передо мной предстал сонный взлохмаченный лирелл, босой и одетый только в брюки.

— Нет, просто нас ждут великие дела. Подъем, — я улыбнулась.

— Я тебя уже боюсь, когда ты мне говоришь о великих делах. Что ты опять задумала, неугомонная?

— Как что? Сеять, пахать. Исключительно крестьянский труд у нас нынче по плану. Так что вставай, спускайся завтракать и пойдем к Фролу за помощью. Давай-давай, цигель-цигель, ай-лю-лю, — произнесла я фразу из фильма 'Бриллиантовая рука', - а мы с Марсиком пошли пить кофе.

— Не вздумай уйти без меня, отшлепаю, — он пригладил волосы.

— Ужас! Мой телохранитель маньяк, — я рассмеялась и притворила дверь.

Когда он спустился, я уже допила кофе, поболтала с Ари и Лекси. И ожидая его, прошлась по замку, интересуясь как успехи. Тимар и Ведогор обрадованно сообщили, что все, что я просила, они делают. Уже почти закончен гараж, а вот строить детскую площадку еще не начали. Так что я велела быстро огородить территорию, выделенную под нее, веревкой на колышках, а с остальной землей сейчас будут происходить метаморфозы.

— Вики, я готов, — позвал меня Эрилив. — Ты свисток не забыла?

— Нет, конечно. Без него же леший не придет.

— Леший? — стоящий рядом Тимар округлил глаза. — К нам придет леший?

— Угу, обещал, по крайней мере. Сказал, что поможет рассадить растения и приняться им. Так, Тим, неси сюда из моего кабинета стопку журналов по ландшафтному интерьеру. И ждите нас. Ведогор, ты тоже понадобишься, далеко не уходи.

И вот, дойдя до леса и посвистев в свистульку, мы замерли в ожидании. Марс шустрым меховом комком крутился вокруг, пугая бабочек, а я внимательно смотрела в сторону леса.

— Приветствую, красава, — раздался скрипучий голос за моей спиной и я, взвизгнув от неожиданности, подскочила и обернулась.

— О господи, Фрол, — я схватилась за сердце. — Я так точно инфаркт заработаю. Разве ж можно так пугать?

— Да ладно, — леший невозмутимо улыбнулся. — Спутник твой меня видел, видишь, спокойный какой. И песик твой, — он подмигнул Марсику и тот радостно тявкнул в ответ.

— Да… Ладно… — я сделала глубокий вдох. — Фрол, у меня ждут саженцы из Ферина и с Земли. Поможешь рассадить? А мой домовой тебе подсобит, ты скажи только что нужно. Идем?

— Идем-идем. Посмотрю я, как вы там устроились на Источнике. Очень уж любопытно, — он повернулся и пошел впереди, а нам пришлось его догнать и пристроиться рядом.

Явление лешего народу произошло бурно. Точнее, сам-то Фрол был невозмутим и степенен, а вот моим было интересно. Домовые все вышли поздороваться, а потом снова разбежались по делам. Тимар и Янита жадно смотрели на лешего, демоны косились и ходили за нами по пятам. Не все, разумеется, а выданные нам Назуром. Спустился даже профессор Владир.

— Леди Виктория, — он торопливо, насколько позволял возраст, шел к нам. — Это правда? К вам пришел леший? Настоящий? Ну, представьте же нас друг другу, — он жадно смотрел на Фрола.

— Фрол, леший из ближайшего леса. Профессор Владир Дальгин, мой преподаватель, — выполнила я его просьбу.

— Фрол… Какое чудесное и необычное имя. А я всегда думал, что у водяных и леших нет имен. Вот ведь маги-неучи, ничего не знают, а еще энциклопедии составляют, — профессор пожал руку нечисти.

— Да, — крякнул польщенный леший. — Имя у меня… Да… Хорошее имя, — он улыбнулся в бороду, а я ему подмигнула.

— Леди, ну расскажите же мне, что вы задумали и в чем вам будет помогать Фрол? — Владир предвкушающе потер руки. — Я, как ученый, просто горю от любопытства.

— Скорей, это я буду помогать Фролу, — я рассмеялась. — А он любезно согласился организовать тут озеленение территории.

— Ой, как интересно.

Домовые и демоны вынесли нам во двор все саженцы и горшочки с рассадой, семена, горшки и прочие причиндалы. Я продемонстрировала Фролу несколько картинок и провела по территории, прилегающей к воротам в Ферин и на Землю. И мы принялись за дело. То есть Фрол принялся за дело.

Он постоял над саженцами кустов и как-то замысловато присвистнул, отчего кусты вскочили на корешки и зашагали за ним. Зрелище было незабываемое, и мы все, открыв рот и забыв про все на свете, наблюдали. Шеренга кустов бодро семенила на ножках-корешках, расставив в стороны веточки для равновесия. Доведя их до нужного места, леший пошевелил пальцами, отчего земля стала сама шевелиться и образовывала ямки, в которые тут же пристраивались кусты, после чего земля зарывала их. Покончив с плодово-ягодными кустами и деревцами, которые он увел ближе к забору, чтобы там был сад, добрались до декоративных кустов, из которых образовался живой лабиринт. Затем была очередь цветов. Тут помощь оказали домовые и демоны, по указанию Фрола доставляя ящики в нужные места, а он, сверяясь с выданными ему фотографиями из журналов, командовал своим цветочным воинством. А те зарывались кто куда. Кто-то в клумбы, которые формировались по воле лешего, а кто в горшки, которые наполняли землей и подставляли цветам Тимар и Ведогор.

Через пару часов двор было не узнать. Точнее частично не узнать. Была полностью засажена территория со стороны Земли и Ферина. Живой лабиринт, альпийская горка, ягодно-плодовый сад, веселая молоденькая травка, которая взошла по мановению пальца. Клумбы огородили специально приобретенными оградками, где-то стояли плетеные загородки. Ближе к детской площадке рядышком встали несколько деревьев, которые по свистку Фрола пришли из леса. Из высоких деревьев пока были только они, так как плодовые деревья были еще молодые и леший сказал, что не нужно их торопить, осень же началась. Приживутся в лучшем виде, но вот растут пусть сами. А еще на просторном месте высилась сосна — будем ее наряжать на Новый год.

Затем пришла очередь домовым поработать. В лейки заливали воду, в которую добавляли по несколько капель живой, и они на лапках топали и поливали все то, что только рассадил леший.

— Фрол, ну ты просто волшебник, — я, блаженно улыбаясь, подошла к нему. — Нет, ты круче! Ты настоящий леший! Вот.

— Ну спасибо, красава, коли не шутишь, — он довольно крякнул в бороду. — Ты потом позови меня, посмотрю, что мои коллеги тебе насадят.

— Непременно. Но ты заходи сам в любое время. Будем рады видеть, чаем угостим и плюшками. Ну и просто так, поболтать, повидаться.

— Спасибо, воспользуюсь, — он с достоинством поклонился. — Скоро похолодает, так в лесу скукота смертная. Вся природа спит, лешему и делать-то нечего.

— Вот и приходи. А хочешь я тебя потом познакомлю с коллегами из Мариэли и Лилирейи? Только сначала сама с ними познакомлюсь.

— А чего ж не хотеть? С удовольствием.

Ушел леший уже вечером, наевшись Любавиных пирогов с грибами и ягодами, и довольный результатами своих трудов и нашей благодарностью.


Глава 1 | Дом на перекрестке. Трилогия | Глава 3