home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 8


И мстя моя будет жестока...


Аля открыла глаза.

Она лежала в небольшой палате. Откуда-то из-за ее спины лился теплый желтоватый свет. Кровать была мягкой и удобной. Рядом стояла капельница, и иголка от капельницы исчезала в ее руке. Какая-то жидкость непрерывно лилась ей в вену. Странно. Зачем?

Рядом на тумбочке были разложены медикаменты в аптечных коробочках.

Боль по-прежнему ощущалась где-то глубоко в теле, но уже не доставляла сильных неудобств. Зато кое-что другое....

Почему-то ее руки и ноги были притянуты к кровати прочными ремнями. Вроде бы даже пластиковы-ми.

Но зачем?

Аля попробовала пошевелить рукой. Ногой. Нет, намертво.

Но почему?

И кто? И как?

Предыдущий приход в сознание она помнила весьма смутно. Как сон, приснившийся год назад...

Лежать было неудобно. Да и в туалет захотелось.

Аля открыла рот и попробовала кого-нибудь позвать.

- Э-эй!!!

Получилось плохо. Аля сглотнула слюну, пытаясь смочить пересохшую гортань, и попробовала еще раз.

- Лю-уди. Ау-у-ууу....

На этот раз вышло лучше. Потому что вне зоны видимости что-то щелкнуло - и раздался тихий го-лос.

- Вы пришли в себя!?

- Да, - отозвалась Аля. Голос был определенно мужской. И чем-то знакомый.

Хозяин голоса сделал несколько шагов вперед - и очутился перед Алей.

- Леонид?

- Да, Алечка. Здравствуйте. Я рад видеть вас в сознании.

Лицо мужчины было настолько усталым и измотанным...

- я тоже. А вы мне не расскажете, что происходит?

- Расскажу. Только воды попейте.

Леонид профессионально, не отстегивая женщину, чуть приподнял ей голову и поднес к губам круж-ку со специальным носиком. И в горло Але полился тепловатый травяной настой.

Какое же это было блаженство. Но после нескольких глотков Леонид отнял у нее чашку.

- пока больше нельзя. У вас были серьезные ранения.

- Да?

На большее Али не хватило.

- Да. Позвольте, по порядку. Вы помните, что на вас покушались?

- Смутно. А что было потом?

Мужчина явно смутился.

- М-да. Даже и не знаю, с чего бы начать...

- С начала.

- Знать бы, где оно.

- Можете не начинать от Адама и Евы, - усмехнулась Аля. Боли почти не было, а ехидство... види-мо, это семейное. - Я предпочитаю современность.

Леонид вздохнул. Взъерошил золотистую гриву.

- Аля, пожалуйста, не бойтесь сейчас. Я не буду вас отстегивать, но поверьте, я никогда не причи-ню вам вреда.

А в следующий миг начало происходить что-то страшное.

Расширившимися от ужаса глазами Аля наблюдала за чудовищной картиной.

Леонид на ее глазах начал меняться.

Золотистые волосы словно вытянулись и рванулись вниз, сплошным потоком растекаясь по плечам. Лицо мужчины вытянулось вперед и тоже начало покрываться золотистой шерстью.

Миг - и сверкнули острые белые клыки.

Оскал был страшен.

Аля в ужасе смотрела на чудовище перед собой. Не человек. Не лев. Нечто среднее. С телом человека и головой, плечами, лапами - дикого зверя.

Сознание милосердно не выдержало, отправляя женщину в полную темноту.

***

Увы, долго наслаждаться темнотой Ален не пришлось. Резкий запах вырвал ее из забытья.

- Нашатырь?! Уберите!

Леонид послушно убрал склянку. И Аля воззрилась на него с ужасом, припоминая... Зверя.

- Это... что!?

- Это я. Оборотень.

Сказано было так просто и грустно, что Аля не нашлась, что ответить. Только переспросила в пол-ном ошалении:

- Оборотень?

- Да. Клянусь, я не хотел вас пугать. Но и по-другому объяснить не получится.

- Что объяснить!?

- Многое. Очень многое.

Стукнула дверь. И в комнату вошел... Александр? Юлин парень!

Аля вздохнула с облегчением. Ну хоть один нормальный человек.

- Алекс?

- Добрый день Алечка. Мне сказали, что вы очнулись.

- Кто? - удивился Леонид.

- Надя. Она, между прочим, наблюдает за нами сейчас через камеру. Просто решила вам не ме-шать.

- а ты решил помешать?

- Лень, выйди пока отсюда и подожди в коридоре. Обещаю - я тебя позову. Но пока... лучше мне. Так?

Леонид на миг задумался. И кивнул.

- Да. Позовешь?

- Клянусь.

Леонид развернулся и вышел. А Аля воззрилась на Шарля.

- Алекс, что случилось!? Что здесь вообще происходит!?

Шарль зарылся пальцами в волосы. Присел на край кровати, и устало повел плечами.

- Это долгая история. Если позволите, я начну с начала, как мне рассказала ее сама Юля. Вы помните тот момент, примерно года полтора назад, когда ездили с мужем отдыхать зимой, а когда вернулись - нашли вашего ребенка в больнице с воспалением легких?

- Да.

Еще бы Але не помнить! И воспаление, и свой страх за дочку, и как она сидела у кровати девочки, сжимая в ладонях ее руку и молясь всем святым - лишь бы ее ребенок остался жив!!! Лишь бы!!!

И страшное время потом.

Юля практически высохла после болезни. Остались одни глаза. И ее страшные кошмары по ночам, ее замкнутость, ее скрытность, ее отчуждение...

- тогда все это и началось. Хотя мне сложно желать о том, что ваша дочь попала в этот круговорот. Иначе мне было бы сейчас намного хуже. Так вот. Юле позвонила подруга...

Шарль рассказывал невероятные вещи с абсолютно спокойным лицом. Аля слушала - и волосы вста-вали дыбом чуть ли не в буквальном смысле.

Вампиры!

Оборотни!!

Драконы!!!

Демоны!!!

ИПФ!!!

И все это - на одну маленькую девочку!? Ее дочку!? Господи, да она же еще ребенок! Как она мог-ли... как она могла...

- Костя был в курсе почти с самого начала. Мечислав сам рассказал ему. У него, видите ли, далеко идущие планы на Юлю. Он ее любит...

- а ты?

- а я просто брат, - Шарль улыбнулся без малейшего оттенка горечи или тоски. Аля поняла бы. Но нет. Такое не сыграешь. Он счастлив быть Юлиным братом. - Для того, чтобы войти в вашу семью, и не вызвать у вас подозрений, мне пришлось жениться. Костя знал. Но одним из условий, которое не сго-вариваясь поставили и он, и Юля - была ваша полная неосведомленность.

Аля чуть не вскипела.

Поросята бессовестные!!!

Любимые, но бессовестные!

Да кем они ее считают!? Оранжерейной орхидеей!? Выберется - уши им оборвет.... Обоим!!! И мужу - и дочери!!!

А в следующий миг, забыв про все свои планы. Она в ужасе уставилась на руки. Они стремительно покрывались рыжеватой шерстью. Кости удлинялись. Блеснули острые когти...

Упасть в обморок на этот раз не получилось. Слишком много адреналина гуляло по венам. Поэтому она просто смотрела расширенными от ужаса глазами. Хотела заорать - но из горла вырвалось какое-то рычание. И на миг ей привиделась роскошная тигрица. Огненно-рыжая, с четкими черными полосами, грациозная и изящная....

Только сейчас женщина поняла, зачем на кровати веревки. Ей просто не давали вырваться.

- Что ЭТО!?

- Это - ваша вторая ипостась. Вы ведь еще не знаете конца истории. Сейчас вы успокоитесь, выпьете вот это - и поговорим...

Шарль снова поднес к губам Али кружку с травяным отваром. Женщина покорно сделала глоток. Еще один. И еще...

- вот так. Это настойка, помогающая молодым оборотням превращаться. То есть НЕ превращаться, а сдерживать себя. А теперь попробуйте расслабиться. Подумайте о чем-нибудь хорошем. Ваша дочь жива и здорова. Скоро она будет с вами. Вы выжили в подлом нападении. Выжили после страшных ран. Леонид оказался в тот день около вашего дома. Он пришел на выстрелы. Убил нападающих. Но поздно. Вы были у него на руках. Раненная. Умирающая. Он не смог дать вам уйти. И поделился своей кровью.

- Как???

- Порезать руку, накапать кровь в свежую рану. Это несложно. Вот дальше было страшнее.

- Почему?

Аля задавала вопросы нарочито спокойным тоном. И старалась не сорваться в истерику. Лучшее за-клинание - подумаю об этом потом!!! Завтра! Послезавтра!!! Через год!!! Лишь бы не сейчас! Лишь бы не сойти с ума!!!

А пока просто выслушать, что произошло. Как сериал. Как что-то, что произошло с другими. Как страдания очередной Марии-Анхелиты.

- может начаться отторжение. Оборотней мало, потому что не всегда инфицирование ведет к жизни. Очень часто человек умирал. По непонятными причинам, но умирал. Юля все грозится вплотную за-няться биологией сверхъестественного...

Упоминание о дочери вызвало улыбку.

- Она может.

- Да. Леонид рисковал, но и поступить иначе он не мог. И вторая причина. Вас доставили в самую обычную больницу. А молодые оборотни могут перекидываться так, как вы. Неосознанно.

- меня сложно назвать молодой.

- Можно. Срок жизни оборотней до двухсот лет. А то и больше. Вы еще совсем девчонка по их мер-кам.

Аля подумала об этом и вздрогнула.

- Двести лет? А Юля!? Костя!? Я останусь жить, а они?

- За Юлю можете не беспокоиться. Мечислав и она связаны. Она будет жить, пока живет он. А вампи-ры теоретически бессмертны.

- Теоретически?

- На практике их иногда убивают. Но Мечислав та еще сволочь. Он позаботится и о Юле, и о себе. И о вас.

- А Костя? Он не может... Где он!?

Аля вздрогнула, понимая, что под обилием впечатлений просто забила о муже.

- Почему его нет!?

Он должен был быть рядом! Сидеть, держать за руку объяснять все это... почему Шарль отводит глаза!? ЧТО СЛУЧИЛОСЬ!?

Дракон на миг закрыл ладонями лицо. Потом встряхнулся и прямо поглядел Але в глаза.

- Костя мертв.

Аля как-то сразу поняла, что это правда. И ее не перешибешь криками, слезами, истериками... не справишься, не станешь отрицать, не потребуешь показать тело...

Вроде бы и ничего... но мир вокруг утратил половину своих красок - и стал сухим и серым.

Костя мертв.

И ничего уже не будет. Ни седых волос, ни ярких веселых глаз, ни сильных рук, крепко обнимаю-щих ее, ни смеха ни чаепития на лужайке, ни разговора о детях... ничего, ни-че-го, НИЧЕГО!!!!

Его нет.

Зачем она здесь!?

ЗАЧЕМ!?

Аля сама не понимала, что скулит, тихо и жалобно, на одной высокой ноте, пока Шарль не обнял ее.

- поплачь... поплачь о нем, девочка. Он любил тебя. Он безумно тебя любил...

Аля овладела собой очень нескоро. Кое-как проморгалась от слез. И еще раз порадовалась ремням. За то время, пока она плакала, она несколько раз теряла контроль над своим телом. А Шарль, утешая ее, гладил по волосам и рассказывал, что в этом нет ничего страшного, все через это проходят, просто обычно молодые оборотни стараются избегать подобных эмоций, но сейчас вот такое безвыходное положение...

- Как!?

Она хотела спросить, как это случилось. Когда!? Но горло словно спазмом свело.

Шарль догадался.

- Это все случилось в один день. Почти в одно время. Мы были вместе. Ему позвонили, попросили приехать на встречу. Мы выехали. Он первым вышел из машины - и тут же упал. Он не мучился. Ему не было больно. Я бросился к нему, но помочь уже не мог. Убийцы ушли.

Аля тихо заплакала. Шарль гладил ее по волосам и думал, что все-таки он сволочь. Но не стоило сей-час рассказывать ВСЕ. И про Славку, которого тоже убили. И про Юлю, которая знала о возвращении брата. И про то, как он прятался под трупом телохранителя.

Не стоило.

Не сейчас.

Потом она все узнает. Так или иначе. Но сейчас, когда она себя еще не контролирует - не надо.

Аля плакала.

Шарль гладил ее по волосам. А когда она заснула, попросил Леонида побыть с ней.

Лучшего сейчас и придумать было нельзя.

***

Я лежала на той же кровати. Холодно. Противно. Тошно.

Мечислав обещал, что меня выручат. Но когда? А если склизень решит - раньше!?

Бээээ....

Мысли кружились, как вспугнутые птицы. В келью вошла та же девчонка.

- Вам нужно в туалет?

- Спасибо. Нет. Ты можешь со мной поговорить?

- Мне запрещено говорить с тобой. И о чем нам разговаривать?

Я опустила ресницы.

- Меня зовут Юля. А тебя?

- Ксения.

- Ксюша, ты знаешь, зачем я здесь?

- Нет. мне просто сказали ухаживать за тобой. Это мое послушание.

Послушание!?

Твою рыбу!!! А головой подумать не судьба!? Девчонка прикована за руки и за ноги! И вроде вполне здорова! И ты даже не хочешь узнать, что и как!?

Кррррретинка!!!

Видимо, я невольно зарычала. Ксюшка дернулась и подорвалась с места, в ужасе глядя на меня. Я сверкнула глазами. Яростно. Хищно.

Когда я доберусь домой, они заплачут кровавыми слезами!

И в глубине души медленно шевельнулся Зверь.

Никогда я так ему не радовалась. Я едва чувствовала его, обычная волна разрушительной ярости не накрывала меня с ног до головы, но он - был. Глубоко внутри за треснувшим зеркалом. И я знала, ес-ли для своего спасения понадобится снова выпустить Зверя... я пойду на это.

Я буду век жалеть. Возможно. Но если я смирюсь, жалеть я буду намного дольше.

Девчонка дрожала в углу. А потом схватила со столика термос. И начала наливать снадобье.

- Выпей немедленно! И бес уйдет!

Я глубоко вздохнула.

- при чем тут бес? Что тебе вообще сказали?

- Что в тебя вселился бес. Поэтому тебе здесь самое место, - на автомате ответила Ксюшка.

- И чем мне помогут эти помои?

- Это чай с благословением! Он усмиряет демонов!

Я расхохоталась. Весело и звонко, от души.

- Ксюша, ты дура! Ни одного демона этот чай не остановит. Разве что тонну выльешь - и он захлеб-нется! А так - эта дрянь блокирует мои способности. Ты еще не поняла? Меня здесь держат насильно! Меня похитили из родного дома, и я не более бесноватая, чем ты! Хочешь, повторю Отче наш? Или перекрещусь? Хотя нет, перекреститься не могу. Руки привязаны. Но молитву - запросто. И по твоему выбору!

Ксюшка смотрела на меня широко открытыми глазами.

- Думаешь, почему я молчала?! Да меня просто наркотой накачали! Твои же начальники! Выкрали из родного дома, накачали наркотой, привязали здесь и собираются промыть мне мозги так, что я ста-ну похожа на тебя!

- Врешь! Ты все врешь!!!

Ксюшку колотила крупная дрожь.

Я недобро оскалилась.

- Да неужели? Я могу тебе назвать свой адрес. Меня зовут Юлия Евгеньевна Леоверенская. Запиши мой номер, позвони и расскажи, где я. Моя семья обязательно за мной явится! Потому что меня на-сильно запихнули в церковную психушку! Ясно тебе?

Девушка прижалась к стене, с ужасом глядя на меня.

- Это неправда! Нет!

Я фыркнула.

- Правда. И ты сама это знаешь. Потому что Бог - благ, но слуги его - сволочи. Как и всякие рабы и слуги. И ты сама понимаешь, что я не бесноватая.

- Буянишь, Юленька?

Голос склизня раздался весьма неожиданно. Я повернула голову к двери.

- Сто лет не виделись? Не пошел бы ты на ..., козел?

- Как невежливо. И вообще ты, Юленька, ведешь себя весьма некрасиво. Хамишь. Ругаешься. Смущаешь неокрепшие девичьи умы...

- Отец Михаил, так она лгала? - пролепетала полностью одуревшая Ксения.

- Ах, ты еще и отец Михаил? Хотя оно и понятно. А осеменишь еще двадцать лохушек - архиеписко-пом сделают? Или кто там у нас? Митрополитом?

Лицо склизня перекосилось.

- Отец Михаил, она все лжет, правда? Она просто сумасшедшая?

Ксюшка доверчиво повернулась к склизню.

- Неужели? Хотя он так тебе и скажет. И ты поверь. Потому что если проверишь - навсегда разочару-ешься в этой паскудине!

- Нет, Ксюша. Она не сумасшедшая.

Склизень приблизился к девчонке.

- Она вполне нормальна и здорова. И очень важна для нашего дела. Важнее сотни таких как ты... ду-ра.

Пауза была короткой. Очень короткой. Но взмах ножа я заметила. Склизень одним движением перере-зал Ксюшке горло - и отшагнул в сторону, чтобы не запачкаться кровью.

Я выдохнула через сжатые зубы.

Кто сказал, что смерть от такой раны мгновенная? Ксюшка умирала медленно. Или это для меня вре-мя замедлило свой ход!? Заберите эти минуты! Я не хотела их жить, но и отвести взгляд не могла. Пра-ва не имела. В карих глазах девочки до последнего стыли боль, недоумение, непонимание. Как же так? Неужели ей лгали? Но за что, за что, ЗА ЧТО!? Обливаясь кровью из сонной артерии, сползая навзничь, и пытаясь до последнего зажать страшную рану. Ее пальцы были в крови. Кровь была везде. На полу на белых руках, на сером платье девочки... не было ее только на склизне. Но мне казалось, что кровь несчастной девочки плещется в его глазах.

А ее глаза...

Они будут преследовать меня до последней минуты моей жизни. Страшно видеть преданное доверие. Страшно видеть убийство невинного человека.

- А теперь, Юленька, когда ты поняла, что все это всерьез, и что играть с тобой никто не будет, можно поговорить серьезно, - нежно улыбнулся мне подлец.

Я тоже ему улыбнулась. Искренне надеюсь, что ты, склизень рогатый, попадешься мне в лапки. Я тебя долго убивать буду. Ты - хуже фашиста. Те были изначально враги, а ты убил девчонку, которая тебе полностью доверяла... падла!

Зверь за стеклом рычал и скалил зубы. Он тоже надеялся тесно пообщаться с мерзавцем, и задушить его в объятиях. Жаль, что пока для этого не хватит сил... безумно жаль.

- Вот видишь, ты уже улыбаешься, ты же девочка умная...

- Племянник, стоит ли с ней рассусоливать? Скажи ей, что ее ожидает - и пойдем. У тебя еще есть дела?

- привет, выдра желтобрюхая, - я даже не повернула голову в сторону настоятельницы. - Вернулась полюбоваться и кайф получить? Он у вас не только осеменителем, но и палачом подрабатывает? Людей не хватает?

- Хватает. А с твоей помощью, будет еще больше.

- Я тебе еще так помогу, - пообещала я. - Мечтать о смерти будешь.

- Возможно. А ты еще долго будешь жить, Юленька. Будешь жить - и рожать детей от моего Ми-шеньки.

Я фыркнула.

- я вам не племенная кобыла. По заказу не залетаю.

- Я буду очень стараться. Ты оценишь, - пропел склизень-Мишаня, присаживаясь опять ко мне на кро-вать.

Я выдохнула.

- Отлезь от меня, мокрица. Оценю. Орденом сутулого с закруткой на спине. И благодарственный приказ выпишу. С занесением в печень, почки и поджелудочную.

- Это ты сейчас так говоришь. А потом тебе понравится.

Я представила, как каждую ночь буду терпеть его прикосновение, как он будет оставлять во мне свою сперму, как я буду носить ребенка от ЭТОГО...

Это оказалось последней каплей.

Хорошо, что я успела повернуть голову в нужную сторону.

На подоле рясы отца Михаила образовалось весьма дурно пахнущее озерцо желчи. Я сплюнула по-следние капли и, вывернув шею, вытерла голову об подушку.

- Да пошел ты, козел.

Облеванный святоша взлетел с кровати. Я ухмыльнулась ему.

- Не удивлен? Значит, я не первая, кому от тебя тошно. Склизень.

Поп вылетел из комнаты. Стираться, надо полагать. Но его тетка осталась.

- Знаешь, что тебя ждет? - прошипела она, приближаясь ко мне.

- Ты сейчас расскажешь, - я привычно обломала ей всю малину.

- Ты проживешь в этой комнате остаток своей жизни.

Она вперилась своими лупешками в мои глаза и мне ничего не оставалось, как ответить вызовом на вызов. И насмешливо поглядеть в ее бледные буркалы.

Ты меня не сломашь, мерзавка!

Не дождавшись реакции, выдра продолжила шипеть.

- Ты будешь видеть меня, моего племянника и девчонок, которые будут прислуживать тебе. Но учти, если ты кому-нибудь из них скажешь хоть одно лишнее слово, они закончат так же, как Ксения. И их смерть будет на твоей совести. Но ты не думай, у тебя будет полноценная жизнь. Будешь рожать детей от моего племянника. ИПФ нужны дети с твоими талантами, но воспитанные в правильном ключе. А если они еще унаследуют и Лешенькины таланты...

- Сама бы и рожала. Или не можешь?

- Женщины в нашем роду дара не наследуют, - неожиданно просто пояснила монашка. И опять пере-шла на шипение. - Но с твоей кровью... я бы предпочла для Мишеньки кого-нибудь приличнее, но дар достался такой дряни, как ты! Что ж, пускай. Лет через десять ты станешь похожа на человека. А по-том... Если будешь хорошо себя вести, тебе даже разрешат выходить на воздух. И может лет через два-дцать сообщить твоей матери, где ты находишься. Хотя она этого и не заслуживает. Ее отношения с твоим дедом противоестественны...

Вот тут я взвилась.

Честно признаюсь, я собиралась вытерпеть все молча, гордо издеваясь над ее мировоззрениями. Но не стоило ей трогать моих родных.

Не стоило.

Теперь она становилась моим личным врагом.

- Они любят друг друга. Ясно тебе, кобыла?

- Это не любовь, а блуд, - отрезала монашка.

Я не осталась в долгу.

- Блуд - это то, чем твой племянник занимается! Так что молчала бы! Уж вам за все грехи вовек не отмолиться!

- Мишенька получает отпущение грехов...

- Лично у Господа Бога? А феназепам не пробовали? Он хорошо глюки срубает.

- А любые отношения, не освященные в церкви, априори являются мерзким срамным блудом.

Я хрюкнула. Какие мы слова-то знаем!

- Солнышко, да ты сама появилась на свет в результате блуда. Или у нас теперь попов женят? Вот не знала! А посему закрой рот и фибли отседова, фаплап!*

* Э.Ф. Рассел. 'Ближайший родственник'. По другим данным 'Близкий родст-венник'. Очень рекомендую к прочтению. Получите удовольствие. Прим. авт.

- Чего?

- И читай фантастику! Помогает! И вообще, с чего ты взяла, что я так уж беспомощна! Вы будете пичкать меня своим варевом до родов?

Лицо монашка расплылось в мерзкой улыбке.

- Зачем? Ты так и не поняла? Это - святая земля! Она и не дает тебе колдовать!

О, ЧЕРТ!!!

- Монастырь!

- Вижу, ты понимаешь, Юленька. Этот чай, которым тебя поят, всего лишь помогает чистить орга-низм. А другой, который тебе дадут чуть позже, будет повышать вероятность зачатия. Общеукреп-ляющее и все такое. Мы не блокировали твои способности! Ты не можешь ничего со мной сделать, по-тому что твоя сила ничто пред силой Бога.

Я оскалилась. Молчи, Юля, молчи... Ты еще возьмешь свой реванш...

И не сдержалась.

- Лапочка, а не боишься? Рано или поздно, так или иначе... моя сила не обязательно враждебна ва-шей, иначе твои хозяева не пытались бы получить от меня потомство. А если я научусь ей пользовать-ся? А я ведь научусь! Даже здесь!

- Не научишься, - заявила монашка. Но в ее лупешках (назвать ЭТО глазами я просто не могла) мелькнула тень сомнения. И я усилила нажим.

- Научусь. Я - Леоверенская. А в нашем роду принято долго и изобретательно благодарить за достав-ленное удовольствие. Ты не сможешь спасть спокойно, зная, что я - рядом. Нет, не сможешь. И Ксю-шу я тебе припомню. Видит небо, ты мне за всех ответишь. Потому что первой я доберусь именно до тебя.

Мой голос сорвался на шепот. Я сдерживалась сколько могла, но... Запах крови просто ввинчивался в ноздри, вытеснял все мысли из разума, ярость рвалась внутри, а тело девочки было рядом, совсем рядом...

Мечислав, мое альтер эго, моя любовь! Кровь - это сила вампиров. Вот и...

И из моих зрачков рванулся - Зверь. Выглянул, улыбнулся монашке и приветливо облизнулся.

Он был еще слишком слаб. И это было не его место. Но даже сейчас...

Выдра побелела, как полотно.

Взвизгнула.

И вдруг вылетела из комнаты, подобрав подол.

Какое-то время она не вернется.

Тело девушки так и лежало на полу.

Прости меня.

Прости.

Я не знала, что так получится.

А что бы изменилось, если бы я знала? Я бы придержала язык? Сомневаюсь. Или...

Кровь девочки была на полу. На стуле. На ее платье. Кровь отдавала металлическим привкусом у меня на языке, запах щекотал ноздри - и Зверь внутри меня оживал. Я знала, почему.

Женщина со звериными глазами. Моя внутренняя суть. Зверь с человеческими глазами. Плоть от пло-ти вампира.

И чтобы расти ему нужны кровь, смерть, боль... неважно, чьи. Мои тоже сгодятся. Недаром я сильно прогрессировала за последние годы. И подарок Даниэля тут не при чем.

Я не хочу даже думать об этом... но вампиры совершенно не травоядные личности. И я становлюсь похожа на Мечислава. Передо мной лежит труп, а я смотрю и думаю, что зверь просыпается слишком медленно. И слишком слаб на этой святой земле.

Какая же я гадина...

***

Тамара вышла из дома. Огляделась по сторонам. Расправила плечи. Надо бы сходить в магазин. А ко-го туда пошлешь? Лёша не отрывается от монитора. Благо, компьютер здесь хороший, не то, что у них дома. Алька постаралась - прислала ей старье с барского плеча, а себе, конечно, сливочки...

Васеньку? Тоже не пошлешь. Либо купит не то, что надо (кому кроме него нужны шесть бутылок водки?), либо еще что похуже. Познакомится с алкашами и загуляет. А где его здесь искать? Это дома, в маленьком городке, почти селе, все ясно. Мужья пьянствуют в одном месте, жены подбирают их в другом... А здесь как?

Пусть уж лучше дома сидит.

И остаются она и Лёля.

Пришлось, правда, пообещать девочке, что они зайдут в магазин обуви. Но это не страшно. Ну хочет ребенок сапожки или туфельки. Почему бы и нет? Главное купить что-то практичное и без каблуков, на которых по нашим улицам все ноги переломаешь.

А хорошая обувь должна быть комфортной и практичной. Красота ей вовсе даже ни к чему. Да и во-обще красота должна быть в душе, а не на тапках...

Тамара и не подозревала, что за ней наблюдают почти двадцать человек. То есть шесть из них были вполне людьми. Из ИПФ. А еще четырнадцать приставил к ней и ее дочери Леонид, который таки взялся за работу. Аля пришла в себя, теперь ей надо было дать время, чтобы во всем разобраться, а пока лучше не попадаться на глаза.

Так что работа, работа и еще раз работа.

Да и какими глазами оборотень посмотрит на любимую женщину, если та, по его вине лишится и сестры и племянницы?

Хотя... с такими родственниками... может, и не стоило усердствовать?

Тамара еще раз огляделась, поморщилась и походкой статуи командора направилась к арке, которая выводила в переулок. А уж из переулка рукой подать до магазинов.

Но в переулке их и ждали.

Сначала женщина даже не обратила внимания, на четверых человек, которые болтали о чем-то, стоя рядом с машинами. Мало ли кому тут собраться приспичило? Разговаривают люди - и пусть себе.

Только вот дорогу всю перегородили. Надо им замечание будет сделать...

Тамара не успела даже открыть рот, поравнявшись с ИПфовцами.

Против лома нет приема. Но и против газового баллончика его тоже нету. Особенно если это снотворное. Женщина успела сделать лишь один вдох, но этого хватило за глаза. Рядом так же беззвучно осела на асфальт Лёля.

- В машину и к шефу, - распорядился командир группы. И наклонился было за Лёлей. Но...

Собака бежит быстрее человека. А оборотень сильнее и собаки и человека вместе взятых.

ИПФовцы и не подозревали о своих конкурентах. Поэтому и не успели среагировать, когда из открытых окон прямо на них выпрыгнули три оборотня, а в переулок влетели еще две машины, взвизгнули тормозами и плотно заблокировали выход.

Не прошло и минуты, как все четверо ИПФовцев лежали в рядочек на грязном асфальте. Одного из водителей тоже оглушили, а второго вытащили из машины и теперь добавляли ума головному мозгу через стимуляцию спинного мозга, печени и почек. А чего этот дурак вздумал бить по газам и пытаться протаранить чужую машину?

Ремонт нынче недешев!

Успей кто-то схватиться за оружие - и исход битвы было бы невозможно предсказать. Но оборотням повезло. Отец Михаил, отправлявший ИПФовцев на задание, хорошо разбирался в человеческих ду-шах, но был отвратительным военным. И даже не подумал о возможности встречной ловушки. подска-зать было просто некому. Отец Павел был не лучше, Рокин отлеживался у вампиров, а его подчинен-ные хоть и пытались посоветовать взять побольше народу, но... субординация - великая сила. Ты на-чальнику посоветуешь, ты же виноват и окажешься. Заместитель Рокина таки попытался намекнуть на усиление отряда, но получил в ответ кроткое 'Сын мой, не сомневайся в Божьем воинстве...' - и от-стал. Здоровье было дороже...

Вот Леонид не мелочился. Заставил своих ребят снять несколько квартир в доме, поставил новые замки на чердаках, по типу домофона, чтобы открыть можно было за секунду, отрядил четыре маши-ны, а оружия, выданного оборотням, хватило бы на роту танковых войск*.

* Численность роты по моим данным 31 - 40 человек, прим. авт.

Результат был предсказуем. Недаром даже Наполеон считал, что Бог - на стороне больших батальо-нов.

- Этих всех грузим в машины - и к нам. В 'Три шестерки'. Надо срочно допросить и если получится взять еще парочку ИПФовцев - будет просто замечательно, - распорядился командир оборотней.

Он-то как раз был собой доволен.

Ни одного убитого. Только раненные. Одному сломали руку, второму чуть не выбили глаз, третий неудачно приложился ногой к голове ИПФовца. ИПФовец, понятно, умер, а командир влепил подчи-ненному такой хук в челюсть, что тому предстояло пару месяцев выращивать новые зубы. Сказали же - не убивать! А то трупы существа не говорящие. У оборотней. А до пробуждения вампиров хорошо бы и кого покруче взять.

- Шеф, а с бабами что?

- А на баб я отряжаю тебя, Санька и Витю. Берете и доставляете по адресу. И объясняете родствен-никам насчет солнечного удара. Усекли?

- Так точно.

Восторга это у оборотней не вызвало. Но не оставлять же Юлиных родственниц на грязном тротуаре?

***

***

Алексей Самойлов, командир отряда ИПФовцев, открыл глаза.

Сказать, что ему не понравилось происходящее?

Лучше было промолчать.

Он находился в каком-то подвале. Ни одного окна, отчетливый запах, идущий от земляного пола, темнота... почти полная темнота. Свет от лампочки в коридоре скорее подчеркивает ее, а не рассеива-ет. Своей руки и то не видно. Но как он сюда попал?

Что было до этого?

С утра был вызов к отцу Михаилу. Сразу после заутрени. Алексей помнил тихий ласковый голос, внимательные глаза, дорогое серебряное распятие.

- Сын мой, от вас требуется совсем немного. Просто привезти двух женщин сюда. Здесь ими займут-ся специалисты.

- Хорошо, отче. Но... зачем?

Вопросы задавать особо не рекомендовалось, но Алексей не любил 'темных' дел. Поэтому и был в свои годы только командиром группы. По армейским меркам - сержантом.

Священник не рассердился.

- Мы получили информацию о грозящей им опасности. Но защитить их сможем только здесь.

- А нельзя им об этом сказать? А потом уже везти к нам?

- Сын мой, а ты представь, что на улице к тебе подойдет священник и начнет рассказывать про ИПФ? Поверишь ли ты ему?

Алексей пожал плечами. Учитывая, что его отец тоже работал в ИПФ,... когда знаешь, что яблоко съедобное, сложно представить, что где-то об этом не знают.

- Хорошо, отец Михаил. Я привезу их. Адреса, телефоны...

- все здесь.

Алексей осторожно взял небольшую коричневую папку. Два листка бумаги. Несколько фотографий. А ничего себе так женщины, симпатичные. Мать и дочь. Тамара и Оля.

- как скоро...

- Как только сможете. Отправляйтесь прямо сейчас.

Алексей кивнул и вышел вон.

И дошел... на свою голову!

А его люди?

Алексей попробовал оглядеться.

Больше всего это напоминало... камеру.

Он сидел на бетонном полу, стянутый по рукам и ногам. Шею туго обхватывал... ошейник? Убедить-ся даже на ощупь не было никакой возможности. А судя по состоянию мочевого пузыря - сидит он тут уже довольно долго. Часа четыре точно.

Слева раздался слабый стон. Алексей повернул голову.

- Кто здесь?

Резко вспыхнул свет. Ослепленный мужчина зажмурился. А когда открыл глаза...

Это действительно была камера.

Пыточная.

Приспособления для получения информации присутствовали в полном объеме. Тиски, дыба, крючья в стене... и пять человек, связанные по рукам и ногам. Вся его группа. Кроме одного бойца.

И - оборотень.

Эту тварь Алексей узнал бы из тысячи. Нечеловеческая грация, сильные, слегка сдержанные движе-ния, надменное выражение лица - и длинные когти, выдвигающиеся из кончиков пальцев.

Леонид, а это был именно он, надменно оглядел Алексея.

- Самойлов Алексей Петрович, не женат, не судим, наследный ИПФовец, по службе не продвинулся из-за мерзкого характера... поговорим?

Алексей сплюнул под ноги. То есть хотел. Но рот пересох, казалось, еще в прошлом веке.

- Да пошел ты...

Леонид очаровательно улыбнулся.

- Нет? Константин Сергеевич, будьте любезны, зайдите. Не хочу драть шкуру полосками с ваших знакомых.

Алексей в ужасе смотрел, как в комнату заходит... Рокин!!!

Живой, здоровый и абсолютно спокойный.

- Ты... ты...

- Да жив я. И ты пока жив. А сейчас, Лешенька, ответь мне - какой козел послал вас за Томкой и Лелькой?

Алексей покачал головой.

Но и ему, и Рокину, и Леониду было понятно, что долго сопротивляться он не сможет. Даже пытать не придется.

Зачем?

***

Выйдя из пыточной камеры, Рокин поглядел на Леонида.

- Лень, их обязательно там держать?

- Даже в голову не бери. Чистая психология. Сегодня же переведем в другое место.

- а отпустить?

- Костя, трогать их никто не будет. Но пока все не выяснится, и отпустить их мы не можем. Сам по-нимаешь.

Рокин понимал. Но легче от этого не было.

Словно он предавал друзей.

***

Стоило мне закрыть глаза, как я тут же провалилась в сон. Я думала - не усну после увиденного.

Уснула. И оказалась на своей родной поляне.

А рядом стоял Мечислав.

К которому я тут же бросилась на шею - и разревелась в сорок три ручья. Пусть это только сон, это виртуальное пространство, но как же хорошо хотя бы ненадолго почувствовать, что ты не одна. Что рядом есть мужчина, на которого можно опереться. Или хотя бы вот так поплакать у него на плече...

Несколько минут Мечислав стоял в полном ошалении. А потом подхватил меня на руки и опустился со мной на траву.

- Ну тише, девочка, тише моя хорошая, успокойся, родная моя, любимая...

Мягкие уговоры сделали свое черное дело - а разревелась вдвое сильнее.

Для всех парней - женщин в истерике надо не успокаивать, а встряхивать. Или пару пощечин что ли дать? Или хотя бы под душ засунуть. Холодный.

Методы гестаповские, но помогает.

А начнешь сюсюкать - еще больше разойдемся.

Прошло не меньше часа, прежде чем я смогла говорить. И даже связно рассказать Мечиславу обо всем, что со мной произошло.

Что тут скажешь?

Вампир останется вампиром ВСЕГДА!!!

Первое, что его заинтересовало:

- Тебя никто не тронул, ведь так? Это моральная травма?

Пришлось кивнуть.

Морально. Но противно...

- Ну и не страдай тогда. Если все сложится хорошо - сегодня вечером там будет наша группа. Тебя заберут, всех убьют, монастырь сожгут. А этого Мишеньку ты сможешь лично...

- Надеюсь, - вздохнула я. - а это точно?

- Сегодня или завтра, но точно.

Стало хоть немного, но легче. Авось, пару дней я еще продержусь.

- Обязательно продержишься. Ты справишься. Я в тебя верю. Уж если ты меня столько времени за нос водила...

- что?! Ах ты негодяй клыкастый!!! - я пихнула вампира, но добилась только того, что мы вместе свалились на мягкую траву.

- Стервочка!

- Мерзавец!

- Ведьмочка...

- Вампир!

- Да. Иди сюда, любовь моя...

Чем мы занялись потом?

Господа, к чему такие странные вопросы?

Разумеется, мы чинно беседовали о математической статистике!

А почему у меня такой удовлетворенный вид?

Математическая статистика кого угодно удовлетворит. Главное - заниматься ей с чувством, с толком, с расстановкой...

И не свалиться в озеро...

***

Леонид долго собирался с духом перед Алиной палатой. А затем постучал в дверь. Осторожно. Самы-ми кончиками когтей, которые непроизвольно выпустил от волнения.

- Да?

- Можно войти?

- Входи, - голос женщины был безразличным и пустым.

Леонид неловко вошел внутрь и опустился на стул рядом с кроватью.

- Как ты?

- Шикарно, - зло отозвалась Аля. - лежу бревном, впитываю витамины, муж умер, дочь черт-те где...

Надя уже успела вывалить женщине все истории в подробностях. И хорошего настроения это Але не прибавило. Кому бы понравилось ощущать себя дурой, или того хуже, тепличным цветочком, кото-рый муж и дочь оберегали от всех бед и невзгод?!

- Аля, не надо...

Женщина сверкнула злыми глазами.

- а что надо?

- Надо подождать еще пару дней. До полнолуния. Потом ты сможешь контролировать себя.

- и что мне это даст?

- Ты сможешь жить дальше. И не забывай про дочь. Да, Костя умер. И мне безумно жаль. Я знал его, он был замечательным человеком. Но в чем виновата Юля? Ты ведь не хочешь оставить девочку совсем одну? Да и Мечислав хотел с тобой познакомиться... Ты хочешь увидеть, кого выбрала твоя дочь?

Леонид уговаривал, произносил правильные слова, а душа его пела. Он помнил, в какое отчаяние впала Юля после смерти Даниэля. И опасался, что то же самое будет с Алей.

Как с таким бороться - он не знал.

Но Аля не собиралась впадать в депрессию. Она собиралась бороться. Мстить. Даже сейчас она не плакала. Она злилась. В глазах сверкают опасные молнии, брови чуть сдвинуты, губы крепко сжаты - так и зацеловал бы...

Тут не депрессий надо ждать, а репрессий.

- Что известно о Костином убийце?

- Завтра ночью женщина, которая заказала это убийство, будет здесь. На суде.

Аля дернулась так, что веревки только жалобно пискнули.

- Я хочу присутствовать!!!

- Твое право. И даже убить - если пожелаешь. Ты - жена. Твоя воля взять кровь за кровь.

Аля кивнула. А потом задумалась.

- Нет!!! Я хочу убить, но убить - медленно! И... я не справлюсь с вампиршей.

Леонид улыбнулся. Молодец! Умница! Действительно тигрица! Мстительна, умна, осторожна... кошка!!!

Любимая...

- Попроси Мечислава. Так тоже можно. И палачи у него есть.

Алю передернуло.

- Ничего плохого в этом нет. Кто-то рождается поэтом, а кто-то снайпером. Палач это почти хирург. Только причиняет боль. Мечислав будет не против.

- а он сам не...?

- Нет. Шеф этого не любит. Но использует людей там, где им это нравится.

- И хорошо использует.

- Надя уже рассказала про Андрэ?

- Да.

- Я попрошу Валентина еще рассказать. Ты поймешь, насколько это было тяжело.

Про трудности симбиоза оборотней и вампиров Аля разговаривать не пожелала.

- Что известно про мою дочь?

- К вечеру все группы будут на местах. Кто раньше, кто чуть позже. Но к полуночи мы все должны выяснить.

- Замечательно. И что вы потом сделаете с ИПФовцами?

Леонид пожал плечами. Основной вариант был один.

Убить.

А вот его варианты...

Убивать тоже можно по-разному.

Леонид сам не любил пытки. Но у Мечислава были и палачи. Почему бы не дать людям заняться лю-бимым делом?

И судя по горящим глазам Али - она полностью разделяла это мнение.

***

Вампир передернул плечами. Сегодня ему пришлось проснуться раньше. И не просто проснуться. Пойти в гараж. И заняться машиной Мечислава.

Приказ Елизаветы был абсолютно точен. И оспаривать его не хотелось. Если вампир этого не сделает, мстительная стерва обязательно заложит его.

Может быть, он и выкрутится. Но на всех планах придется поставить жирный крест.

А сейчас у него есть хорошие шансы.

Если вечером найдут и привезут Юлю.

Если он сможет перехватить контроль над фамилиаром Мечислава.

Если...

Да, его планы не просто зияют прорехами.

Они вообще похожи на паутину.

Но куда ж деваться?

Выбора нет. Но есть возможность выигрыша.

А значит стоит рискнуть.

Вампир осторожно подсоединил к днищу машины маленькое устройство.

Это вам не грубые мины с часовым механизмом.

Эта штучка будет реагировать на вибрацию. И рванет, когда машина поедет. Никак не раньше.

Этим джипом пользуется только Мечислав. Остальные стараются его не брать.

Ну что ж.

Будем надеяться, все получится...

***

***

Вечер...

Я ждала его с содроганием и омерзением.

День прошел как обычно. Я встретилась с Мечиславом. Успела даже выспаться и отдохнуть. А вот ночь...

Успеют ли ребята?

Я точно знала - сегодня Склизень придет ко мне.

Уверена была.

И тошно было до ужаса. Меня просто колотило так, что позвякивали цепи. Я ведь не отобьюсь.

А как я смогу вернуться к Мечиславу? После... этой мрази!?

КАК!?

В сказках обычно цепи зубами перегрызают, или шпильками там замки открывают, или еще че-го...

А здесь!?

Ага, так мне и оставили возможность удрать. Кровать там корявая... замки хреновые... щас!

Но без борьбы я не сдамся. Пусть меня убьют, оглушат, что хотят, то и делают, пусть... просто так я не дамся!!! Даже если кусаться и царапаться не получится...

Глубоко внутри расхаживал Зверь с человеческими глазами. Он ждал возможности освободиться. За-нять мое тело. И тогда...

Что тогда будет - и думать не хотелось. Но если другого выхода не будет... лучше быть животным в человеческом теле, чем достаться этой мрази. Лучше так.

Когда дверь комнаты распахнулась, я была почти спокойна. Только губы искусала. В кровь.

Склизень, как никогда омерзительный, приветливо улыбнулся, водружая на стол вазу с розами.

- Исполняю свое обещание. Ты же просила розы, Юленька.

- Засунь их себе в ... и ..., - вежливо ответила я. Развить тему? Стоило бы.

Склизень погрозил мне пальцем.

- Как некрасиво. Будешь ругаться - ротик заткну. А ты ведь этого не хочешь?

Я сверкнула глазами. Еще как не хочу.

- Вот. Мы твоему ротику найдем применение получше.

Яйца тебе отгрызть... гнида!!!

Вслух я это не произнесла. Но подумала. И даже облизнулась. Глазки склизня масляно заблестели.

- Не сомневаюсь, что тебе понравится. Если уж тебе нравилось спать с нечистью, которая только по-пущением дьявола бродит по нашей земле...

Я фыркнула. Если уж сравнивать мою личную нечисть (Мечислава) и вот ЭТО... Да лучше уж под взвод вампиров лечь!

Склизень еще раз осклабился и начал... раздеваться.

Мама, роди меня слепой. А лучше - бревном!!! Без половых отверстий!!!

Обвисшее тельце никак не вызывало желания, а редкие поросли волосков и бледное брюшко наводи-ли на мысль об амфибии, которая выросла в канализации.

Ну, только подойди, падла!!! Ногами достану!!! Ты у меня жить не будешь! Господи, почему я не оборотень, те бы и задними лапами тебе устроили трепанацию черепа и препарирование всех внутрен-ностей.

Мой взгляд упал на окно.

И в следующий момент я готова была поверить в Бога, в черта... да хоть во весь пантеон Греции и Рима.

Ибо за окном стоял вампир.

Конечно, не стоял, а парил в воздухе, пытаясь что-то сделать с решеткой. Почему вампир? Ну-у... у людей зубы короче. И летать они точно не умеют. А я, глядя на пейзаж из окна, так поняла, что нахо-жусь где-то на уровне второго-третьего этажа.

Но...

Надо отвлечь внимание! Не дай бог склизень туда взглянет. Сейчас он стоит к окну боком. А если по-вернется ко мне...

- Слушай ты, свинский выкидыш, а ты ко мне как приходить будешь? Потрахались, тут же пописали на палочку, тут же по второму кругу, если что не так?

Склизень покачал головой.

- Весь месяц, каждый день. Пока у тебя не начнутся месячные.

- А потенции хватит?

- можешь не сомневаться.

- Могу. И сомневаюсь. И вообще - ты на себя-то погляди!? Так любую женщину фригидной сделать можно!

Вампир за окном исчез. Вместе с решеткой. И я удвоила усилия, стараясь не косить в ту сторону слишком рьяно - еще догадается, гадина...

- Ты хоть пузо бы подтянул. Болтается, как мусорный пакет!

- Ты говори, говори, Юленька, - глумливо пропел склизень. Подошел к кровати почти вплотную и уставился мне в глаза. - Я люблю, когда девочки разговаривают. И когда кричат - тоже.

- Какое совпадение. А я люблю, когда кричат мальчики, - огрызнулась я. - Последний шанс тебе даю - уходи по-хорошему. Ведь сдохнешь.

- А я рискну. Мне очень нравится...

Что еще нравится подонку я услышать так и не смогла. Окно разлетелось на сотню мелких кусочков. Вампир бросился вперед одним невероятным, невозможным движением. Сверкнули белые клыки на черной тени. И Склизень оказался в крепких объятиях. Одна рука вампира легла ему на шею, вторая на голову...

- До свидания, зайчик...

Хруст свернутых позвонков был почти не слышен. Я злорадно оскалилась. Вот почему-то НЕ ЖАЛЕ-ЛОСЬ мне Михаила. Абсолютно.

Тело склизня мягко осело на пол. А вампир очаровательно улыбнулся мне.

- Добрый вечер. Вам не надоело это негостеприимное местечко?

- Чертовски надоело!!! - рявкнула я. - Вытащите меня отсюда, а?

Мне было плевать на все! Кто то, как он может находиться на освященной земле, как он нашел меня -НА-ПЛЕ-ВАТЬ!!!

Все, что угодно, лишь бы убраться отсюда.

- У вас есть отмычки?

Вампир остановил взгляд на моих оковах.

- Мне это не нужно.

- Нужно. Это серебро, - мрачно поведала я. - Этакая насмешка. Да еще и освященная.

- Вот как? А цепь?

- Металл. Посеребренный.

- Замечательно.

Он шагнул вперед, осторожно дотронулся до цепи - не обжигает ли, а потом обмотал ее простыней и просто разорвал, как гнилую нитку. Я тут же обмотала небольшой ее конец - сантиметров пятнадцать вокруг ноги, чтобы не мешала двигаться.

- Одежда, вещи?

- Они все забрали. Уроды.

Вампир зашипел.

- а позвать охрану?

Я задумалась. Побуянить? Действительно, в пижаме, да на морозе - не комильфо. Я живая и хочу та-ковой остаться. Но где гарантия, что прибежит подходящий человек?

- Ладно. Сделаем проще. Человеком ты побрезговала. А его одеждой?

Я перевела взгляд на склизня.

Его одежда?

Почему бы и нет! И плевать на брезгливость! Чтобы выбраться отсюда, я и с ассенизатора комбине-зон стащу!!!

Вампир меня понял без слов. Халат полетел мне в лицо.

- Закутайся. На пару часов сойдет, а там доберемся до машины.

Я повиновалась и подошла к вампиру.

- Дальше что?

- Дальше ты садишься мне на закорки. И обхватываешь руками и ногами. Сможешь?

- фигня вопрос!

Вампир чуть пригнулся - и я уселась, как было предложено. А в следующий миг мы уже вылетели в окно. Мне показалось, что он сделал какое-то движение рукой... что-то бросил? А, какая разница! Главное - выбраться отсюда! Остальное - ЧЕПУХА!!!

- Не возражаешь? Или ты хотела задержаться и слегка отомстить?

Я задумалась. С одной стороны - хотелось бы. И гори оно тут все синим пламенем! С другой сторо-ны...

- А сколько невиновных пострадает здесь?

- Тебя это волнует? - вампир приземлился на землю. - Невиновные всегда страдают. Больше, мень-ше...

- Не хотелось бы, чтобы страдали все.

- А отдельные представители?

- Одному ты уже свернул шею. А вторая... хуже смерти племянника для нее и быть не может. Я это поняла. А если мы с ней еще раз встретимся - я сама оплачу свои счета.

Вампир посмотрел на меня с веселым изумлением.

- Даже так?

Я тряхнула головой.

- А разве может быть иначе? Где машина?

- Не месть, но жизнь?

- Отложено, но не забыто. Идем?

- Идем.

Мы отлично поняли и сказанное - и несказанное. Я не хотела подвергать нас опасности. Хотя вампир был бы не против. Я не хотела убивать. Несмотря ни на что. Хотя и желала мести. Но...

Не знаю. Что-то внутри меня противилось этому. И вампир молчаливо принял мое решение, возлагая на меня всю ответственность за последствия.

Скоро мы сидели в кабине здоровущего 'Хаммера'. Я жевала бутерброд с колбасой, запивала чем-то спиртным из фляги - и ощущала себя безнадежно счастливой. А вампир уверенно вел машину по про-селочной дороге, или, вернее, грунтовому направлению.

Хорошие все-таки у 'Хаммера' амортизаторы!

Да и машинка не из дешевых. А бензина жрет столько... у этого вампира точно нет проблем с налич-ностью. Или есть собственная нефтяная скважина. Иначе такой джип не прокормить.

Но тишина в кабине продлилась недолго. Разговор начала я. Все равно бутерброды закончились.

- Давайте знакомиться? Юля. А вы?

- Меня называют Палачом.

- Хм-м... - не могу сказать, что я испугалась, но и бешеного восторга не ощутила. - А Мечислав мне не рассказывал?

- Подозреваю, что он еще многое тебе не рассказал.

- Тем больше повод продолжить мое образование, разве нет? Почему вас так назвали?

- Говори мне 'ты'.

- Хорошо. И кто тебя так назвал?

- Так кто - или почему?

- И то, и другое. И еще 'когда', пожалуйста.

Вампир фыркнул. Кажется, он решил на меня не сердиться.

- И почему я не добавил снотворного в вино?

- Потому что во сне я храплю, пою и ворочаюсь.

- Бедный Мечислав.

- Не переводи тему!!! До Мечислава мы еще доберемся - во всех смыслах!

- а если я не хочу отвечать?

- Почему? Ну, палач!? И что!? Не придурок же!

- Только этого еще не хватало! Ладно, заноза. Палач - потому что меня всегда приглашают убивать вампиров. Довольна?

- А кто приглашает?

- Совет вампиров. Я могу убить любого. И из Совета - тоже. Я прихожу к тем, кто нарушил правила - и уничтожаю их. Или ты думала, что вампиры слушаются Совета просто так?

- Судя по тем, кого я видела - им пугало не нужно.

- А я и не пугало. Я - палач. И когда я прихожу - не остается ни живых, ни мертвых.

- Только насекомые?

- И пепел.

Меня передернуло от этого слова. Но...

- И давно ты... работаешь ужасом вампиров?

Палач улыбнулся. Получалось у него на удивление живо для бесстрастных вампирьих лиц. Я привыкла, что они носят свою надменность, как маски - и вот! Первый вампир на моем пути, который не считает нужным скрывать свои эмоции.

- Давно. Еще до того, как финикийцы придумали деньги, до того, как поставили великие пи-рамиды, до появления первых букв...

Я хлопнула ресницами.

- Ты совершенно не похож на кроманьонца или неандертальца?

- А я и не они. Но чтобы ты знала, вампиры старше десяти тысяч лет обретают способность меня свою внешность по своему желанию.

- Десять тысяч лет!?

Мне чуть не стало дурно. Пропасть веков. Пропасть столетий...

- Поэтому ты можешь спокойно входить в церковь?

- Ну да. Крест не властен надо мной, потому что я древнее ваших символов веры.

- А Альфонсо да Силва...

- Юля, ему не было еще и трех тысяч лет, когда он погиб. Печальная участь. Но могу тебя заверить - через пару тысячелетий он обрел бы способность выходить на солнце. А христианство... когда появится новая религия, Мечислав, например, не будет бояться ее символов.

- Новая религия?

- Ну да. Люди сами придумывают богов, сами обставляют их ритуалами, сами забывают их...

И в голосе Палача проскользнула горечь.

Несколько секунд мы молчали. А потом я не выдержала.

- А как тебя зовут?

- Я же сказал...

- Нет! Палач - это работа, профессия, должность, но ведь не имя?

- Не имя. Но это мало кого интересует. Мое имя забыли.

- Так скажи, чтобы его помнил хотя бы один человек!

Вампир на миг повернул ко мне голову. Глаза блеснули красным.

- Не стоит. Можешь называть меня прозвищем.

- Нет стоит, - передразнила я. Странно, но мне было спокойно и уютно с этим вампиром. Что-то внут-ри меня заставляло относиться к нему, как к Шарлю. Или к Вадиму. Я понимала, что это может быть страшной ошибкой. Но...

- Цыц, мелочь. И не спорь со старшими.

- а нас... куда это мы?!

Джип так запрыгал по грунтовке, что я чуть без языка не осталась.

- Куда-куда... полагаю, что скоро за нами снарядят погоню.

- Да!?

- а ты не поняла, что в комнате стояли камеры?

- Откуда бы? Я не Джеймс Бонд.

Не поняла. А когда дошло, покраснела так, что... вот суки!!! Это за мной что - круглосуточно наблюдали!? И когда я... это самое ... даже в туалет ходила... СУКИ!!!

Для вампира мои эмоции не остались тайной.

- Надо будет сказать Мечиславу - пусть наймет тебе нормальных учителей.

- А мы...

- А мы сейчас к нему и направляемся. Только окольными путями. К завтрашнему дню как раз прибу-дем на место.

- Дню? А ты... я водить толком не могу.

- а я могу не спать сутками. Да и окна затонированы.

Я тут же успокоилась.

- а тебя не штрафуют за тонированные стекла?

- у меня есть разрешение.

- Да?

Вампир фыркнул и кивнул на бардачок. Я открыла его и присвистнула.

Бардачок был заполнен пачками стодолларовых купюр в банковских упаковках. Сколько тут было? Ну тысяч сто - точно. А может и больше. Пересчитывать было неловко.

- с таким разрешением ты и Путину на голову нагадить можешь.

Вампир чуть скривил губы.

- Лучше держаться подальше от политики. Там так обмараешься... навоз покажется золотом.

- Личный опыт?

- в том числе.

Телефон на панели робко пискнул, напоминая о себе. Вампир остановил машину и поднес трубку к уху.

- Да...

- Да, так.

- Не твое дело.

- Завтра.

- Если тебя там не будет - послезавтра тебя вообще не будет. Ясно?

Палач или нет - он определенно мне нравился. Я прищурилась, разглядывая его лицо из-под ресниц. Оригинальность.

Это было первым и единственным словом, которое приходило в голову.

Очень необычное лицо. Когда он появился - мне было не до его внешности. Когда ты тонешь и тебе бросают веревку - плевать из чего она сделана. А вот сейчас...

Черные волосы рассыпались по плечам мужчины. Но если у Мечислава пряди ложились красивыми локонами - так и тянуло провести ладонью, тут было совсем иное впечатление. Резкие и острые, как росчерки меча. Я и не думала, что такое возможно. Но казалось, что эти волосы должны оставлять кровоточащие следы на его лице. Высокий лоб мужчины переходил в длинный, чуть изогнутый нос. Слишком длинный для такого лица. Резко очерченные скулы соседствовали с тяжелым подбородком. Бледные губы почти не выделялись. Зато влажно блестели острые и длинные клыки. Глаза были огром-ными и кроваво-красными. А черные брови взлетали прямиком к вискам.

Красиво?

Да.

Но общее впечатление... руки сами собой потянулись за карандашом и бумагой. Вампир, закончивший разговор, насмешливо улыбнулся мне.

- и что скажет художник?

Я бы сказала. Правда. Но... у моего желудка тоже было свое мнение. Которое он и выразил отчетливым урчанием.

- Художнику нужно уединение...

Палач оскалился еще выразительнее.

- Сейчас остановлюсь. Иди, уединяйся. Только задом на гадюку не сядь, ладно?

- Змеи ночью спят.

- Значит, она вдвойне обидится, - заключил Палач, съезжая на обочину и вырубая все, кроме габа-ритных огней. - Обещаю не подсматривать.

Я бы точно что-нибудь сказала. Но... зов природы заставил меня опрометью ринуться в ближайшие кусты.

Твою рыбу!!!

Вот с чего такая пакость?

...

Палач довольно улыбнулся. Трава, на которой был настоян коньяк, подействовала быстро. Чем бы девочку ни поили в монастыре, эту гадость надо как можно скорее вывести из организма. Хорошо, что он запасся подходящими снадобьями. И заметил у нее на тумбочке кувшин с той пакостью.

Ну ничего.

Юля может играть в деликатность, сколько ей вздумается.

Пара килограмм взрывчатки, которые он укрепил на стене возле ее окна, должны уже скоро...

Палач бросил взгляд на часы и нахмурился.

Даже десять минут назад.

Что ж. в монастыре сейчас должно быть весело и интересно.

Все кругом корит огнем, часть стены наверняка обрушилась, есть жертвы, а пламя распространяется. И заодно уничтожает все следы Юлиного присутствия. От греха подальше. А то ведь могут и обвинить девчонку в убийстве.

А после того, как взорвутся остальные заряды... уцелеет ли кто-нибудь даже рядом?

Какая разница.

Невинные жертвы?

Палач презрительно скривил губы. Вот уж что его волновало меньше всего.

Жертвой больше, жертвой меньше, сотней больше, десятком меньше ... Какие мелочи!

Недаром его прозвали палачом. ...

***

***

Мечислав взглянул на часы. Равнодушные стрелки остановились одна на девяти - вторая между де-вяткой и десяткой.

Вечер.

Сегодня его группы наконец должны добраться до места. Важно - все сразу и одновременно. Вот ко-гда не было телефонов - было намного лучше. А сейчас - век сотовой связи, один монастырь можно будет хоть пеплом по ветру пустить, но в остальных будет ждать засада. И Юлю могут перепря-тать...

Юленька...

Убил бы тварей, которые подняли на тебя руку. И убью еще. Не побрезгую руки замарать. Авось, ТАМ зачтется. Как очищение мира.

После визита на Юлину поляну вампир стал задумываться, есть ли что-то после смерти. И теперь ему казалось, что есть. Может, это и не рай или ад. Но что-то такое... страшное, мощное, жестокое и рав-нодушное.

Телефон призывно звякнул - и вампир щелкнул кнопкой.

- Да?

Звонил Вадим.

- Шеф, Елизавета приезжает через час.

- И что?

- Вы не поедете встречать?

Мечислав на миг задумался.

С одной стороны - Елизавета тоже Княгиня. И встретить ее надо. С другой же... а морда у нее не треснет!?

За то, что она покушалась на Юлю, за Константина - ее вообще на терке натереть мало.

Будь здесь Юля - он бы и фамилиара не отправил встречать эту гадину!

А кого бы...

Мечислав прищурился.

- Вадик, выбери кого-нибудь на свой вкус. Среднеранговых. Но не слишком слабых, чтобы эта сучка на них гнев не сорвала - и отправь встречать. Можешь - на моей машине. Она пообъемнее.

- Вампиров?

- Разумеется. Из оборотней она мохнатые половички сделает.

- Если Михаила и Витторио?

- Валяй.

Мечислав помнил обоих. Витторио - наследство Андрэ. Михаил - его собственный alunno. Лично выращенный.

Оба достаточно сильны, чтобы не дать над собой просто так издеваться. Оба - занимают не слишком выгодное место при Мечиславе. Заносчивость никогда не шла на пользу карьере.

- Дать им оборотней для солидности?

- Нет. Зная Елизавету - она притащит с собой свиту. Так что пусть едут вдвоем. Да, и на моей маши-не. Еще трех человек туда впихнуть можно. А если эта дрянь притащила с собой больше - пусть доби-раются своим ходом.

- Так точно, шеф.

Мечислав кивнул - и щелкнул кнопкой. Бросил трубку на рычаг. И развернулся, услышав мед-ленные аплодисменты.

- Сурово, друг мой. Очень сурово.

Серые глаза были холодными и мрачными. Но Мечислав был одним из немногих, кто не боялся. Олег Северный был его... другом?

У вампиров не бывает друзей. Но Мечислав почти мог повернуться к нему спиной. А это дорогого стоило.

- Вечер добрый. Какими судьбами?

Мечислав не стал тратить время на глупые вопросы, вроде 'Как ты сюда попал?' или 'Как ты мино-вал охрану?'. Козе понятно, что член совета вампиров еще и не такое может. Он и на трибуне может сидеть во время выступления президента. Небрежно поплевывая чиновной шушере на головы. Сила такая. Отводить глаза. А уж пройти мимо слабых вампиров и оборотней... ха!

- Но я же обещал, что сам разберусь.

- Мне казалось, что ты обойдешься скайпом?

- Обошелся бы. Но если мои подозрения верны - Елизавета наконец попалась в капкан!

Мечислав молча ждал продолжения.

- Хочу лично уничтожить эту гадину.

- Есть причины?

- Более чем достаточно. Если помнишь Людвига...

Мечислав помнил, но смутно. Симпатичный рыженький мальчишка, обожал петь, сам сочинял стихи и музыку... совершенно не подходил для роли вампира. Но Олег по какому-то капризу дал ему вечную жизнь. И вложил в своего alunno очень много сил.

- Да. По-прежнему поет?

- Уже нет.

Мечислав вскинул брови.

- Вышел на солнце.

Догадаться было несложно.

- Елизавета?

- Да. Я лично просил ее не трогать мальчишку. А эта гадина...

Мечислав сочувственно кивнул.

Елизавета действительно была прекрасна. Но истинное ее лицо видел только Даниэль. И те, кто вы-рвался живым из коготков хищницы. Остальные же... Да поможет им Бог.

- Думаешь, ей не удастся вывернуться?

- постараюсь, чтобы не удалось.

Вампиры обменялись понимающими взглядами. Мечислав почему-то тоже не любил Елизавету. И пе-решли к делу.

- Я послал за ней машину. Давай я пока вызову кого-нибудь, пусть тебе отведут комнаты, накор-мят...

- я уже завтракал. Но искупаться не откажусь.

Мечислав щелкнул кнопкой селектора.

- Володя, зайди ко мне.

Вампир появился минут через пять. И буквально окаменел, глядя на Северного.

- Проводи Олега в серебристую комнату. И помоги устроиться. Если нужно что-то заказать...

- слушаюсь, шеф, - отмер Владимир. И поклонился члену Совета.

- Прошу Вас.

Олег кивнул Мечиславу и вышел из кабинета.

Вампиры врут, как дышат. И сейчас Олег умолчал о второй причине своего приезда. Он действительно хотел отомстить Елизавете. И с радостью убил бы гадину своими руками. Но... срываться за несколько тысяч километров...

Если бы не звонок от Палача - он никогда бы так не поступил.

***

Вампир метался по своей комнате, как разъяренный зверь.

Член совета!!!

В горле клокотали грязные ругательства.

Как же не вовремя!!! Как безумно не вовремя!!!

Если с Елизаветой начнут разбираться всерьез - злопамятная гадина обязательно сдаст его!!! С потро-хами и всеми наполеоновскими планами!!!

Значит, разборок допускать нельзя.

Как?

Выходов два. Либо смерть Елизаветы, либо Мечислава. Но к этой гадючке не подобраться. Слишком умна. Слишком осторожна. Иначе никогда не дожила бы до своих лет с такими садистскими наклонно-стями. Да и Мечислав наверняка приставит к ней соглядатаев с первой минуты. Нет, Елизавета отпада-ет.

Мечислав?

А уничтожить Мечислава физически...

Вампир ухмыльнулся. У них с Елизаветой есть шанс. Ей это тоже будет выгодно. Нет обвинителя - нет и дела.

Правда, ему при таких раскладах не стоит рассчитывать на пост Князя Города, но тут уж не до жиру - быть бы живу.

Мечислав может сколько угодно играть в демократию. Но вампир отлично знал цену его добродуш-ной улыбки. Красавец улыбался точно так же, перерезая горло своему врагу.

Внешняя привлекательность была для Мечислава таким же оружием, как и кинжал. И вампир вирту-озно пользовался и тем, и другим. И даже мягкость... лучше ведь быть добрым хозяином среди злых. Тогда и ценить будут больше.

Насчет же истинной снисходительности Князя и его готовности к прощению вампир не обольщался. Лучше пойти и самому раствориться в серной кислоте. Слабоконцентрированной.

Так будет менее больно.

А вот если поговорить с Елизаветой и действовать совместно...

Он ведь тоже не просто так прожил свои сотни лет. Враг твоего врага может и не стать другом. Но союзником он будет обязательно.

***

Мечислав тряхнул роскошными кудрями и нервно заходил по комнате.

События обострялись. Член Совета - это не то, что хочется видеть на своей территории. Ему еще Альфонсо да Силва хватило по самое это самое. Охрана, привычки, пятое-десятое... и ты из Князя превращаешься в гибрид слуги с телохранителем. А если уж на твоей территории прикончат ДВУХ членов Совета - это просто смертный приговор.

Не хотелось бы.

И плохо верилось в мстительность Олега.

Его не зря прозвали Северным.

Он был спокоен и равнодушен настолько, что... проще было поджечь айсберг, чем разозлить Олега. Именно благодаря своему хладнокровию он и поднимался выше и выше по лестнице власти.

Он мог бы отомстить. Но жертвовать ряди этого своими удобствами? Срываться с места, прибывать тайком в город... нелогично!

Почему он так сделал?

Почему...

Мечислав стиснул виски.

Нужный ответ уже вертелся где-то в подсознании...

Телефон!!

Мысль улетучилась, не успев проявиться и оформиться.

Сволочь!!!

- Да!?

- Шеф, тут Алина Михайловна просила вас прийти...

Мечислав сверкнул глазами. Но бросил трубку на рычаг и вышел из кабинета.

Можно бы и не ходить. Дел и так по горло.

Но зачем портить отношения с будущей тещей!?

***

Алина Михайловна сидела на кровати. Темные волосы откинуты назад, глаза ясные и умные. И что-то неуловимо общее с дочерью. То ли улыбка, то ли выражение серьезного напряженного внимания? Кто знает?

Мечислав опытным взглядом подмечал признаки недавней болезни. Ввалившиеся щеки с пятнами ча-хоточного румянца, несколько морщинок, прорезавших гладкий лоб, потускневшие волосы, нездоро-вая бледность...

- Алина Михайловна, добрый вечер. Вы хотели меня видеть.

Как и у Юли - реакция женщины оказалась совершенно неожиданной. Вместо 'Здравствуйте...' или хотя бы 'мне надо...' Алина Михайловна замотала головой.

- Кошмар!!! Бедная девочка!!!

Мечислав настолько растерялся, что очень по-человечески захлопал глазами.

- простите?

- Юля. Вы ведь сердце ей разобьете....

Вот так сразу? С чего бы такие заявки?

- почему вы так решили?

- Потому что Юля - самая обычная. А вы посмотрите на себя? Вы же просто... сколько женщин у вас было!?

Мечислав искренне задумался. До пятой сотни он, кажется, еще считал. Потом - бросил. Но Аля по-няла и так.

- Вот!!! Сколько времени пройдет, прежде чем вам станет скучно с Юлей? Год!? Два!? Вы же сердце ей разобьете!

- пока это исключительно по ее части, - огрызнулся Мечислав. Неприятно все-таки, когда тебя УЖЕ, не зная, записали в подлецы. Просто на основании красивой внешности. Ну и... вольного образа жизни. - И сердца, и нервы... и даже почки с печенью.

- Шутить изволите? - сверкнула глазами Аля.

- а вы хамить изволите? - ощетинился Мечислав. - Мало ли кто вам по внешности не нравится! Из-вольте держать свои сомнения при себе и Юлю мне ими не расстраивать! Я ясно выразился?

- Ясно. А то - что!?

- молчать прикажу, - сверкнул глазами вампир. - Как тигр - вы обязаны мне подчиняться.

- а как мать... я обязана вам ноги вырвать!

- Руки коротки.

Мечислав понял, что дальнейший разговор в таком тоне к хорошему не приведет - и направился к двери.

- Вы сейчас живы только благодаря мне.

- Я не хотела такой жизни.

- Могу прислать убийцу.

- И что будет с Юлей? Когда она узнает?

Мечислав резко развернулся. Сверкнули зеленые глаза.

- Алина Михайловна, мне плевать, что я вам не понравился. Своей властью над тиграми я ЗАПРЕ-ЩАЮ вам делиться вашими дурацкими страхами с кем-либо. Я не желаю, чтобы они портили мне и Юле жизнь. Вы ничего о нас не знаете. Вы составили свое мнение со слов посторонних людей - и имеете наглость судить? Ровно через три месяца, когда вы посмотрите на нашу жизнь со стороны и составите независимое мнение - я разрешаю прийти ко мне и высказать все, что пожелаете. А до тех пор - молчите. Юля и без вас достаточно страдала. Ей нужны не ваши нелепые сомнения, а помощь и поддержка. Либо дайте ей то, что нужно - любо молчите. Ясно?

Алина Михайловна дернулась. Но тело вдруг стало непослушным и деревянным. И женщина с удив-лением услышала, как ее губы выговорили короткое:

- Ясно.

- и попросите Леонида. Пусть он расскажет вам о взаимоотношениях между вампирами и оборотня-ми. И о том, что такое фамилиар. А мы с вами еще поговорим. Потом...

Мечислав аккуратно притворил за собой дверь. И со злостью подумал, что не зря о тещах ходит столько историй и анекдотов.

***

Желудок работать нормально отказался.

А Палач отказался ехать по графику - пятнадцать к тридцати. То есть пятнадцать минут мы едем, а тридцать я сижу в кустах. И с чего меня так разобрало? Свобода, как слабительное?

Ага... как же! Скорее в монастыре чем-то накормили. Нехорошим. С молитовкой... машу вать!!!

Так что мы съехали с дороги в лес, нашли там поляну и прочно обосновались. В багажнике монстро-образного джипа нашлось все для разведения костра. А еще - несколько пледов. И даже кое-что переку-сить. Сухой паек. Но я была рада и этому.

И теперь мы с вампиром сидели у костра, грелись, прищуривались на пламя и переглядывались. Мне хотелось поговорить. Но... вопросов было слишком много. А ответов мне пока не давали.

А ему?

А почему бы...

- А ты меня ни о чем не хочешь спросить? - нашлась я.

- Я многое знаю. Вот если ты мне только расскажешь о своей силе. Как ты ее применяешь, что ощу-щаешь, как на тебе это отражается... можешь?

Я подумала.

- могу. Но с перерывами на кусты.

- Главное - выбери одну сторону. И лучше подветренную.

Конечно, лучше. Главное - самой не вляпаться.

- а когда мы поедем?

- Как только ты почувствуешь себя лучше. Сама понимаешь, походным туалетом не запасся.

- а такие есть?

- Есть многое на свете, друг Горацио...

- А ты лично Шекспира знал?

- Юля, кого он интересовал в то время? Просто еще один драматург. Таких - вагон и воз. Великими люди становятся после смерти...

- Думаешь, надо сдохнуть, чтобы тебя оценили?

- посмотри на Христа. Или на ваших христианских святых.

Пример был ярким, что говорить.

- А Христа ты знал?

- Знал. И он знал о вампирах. И ненавидел нас, кстати говоря.

- За что?

- Было бы за что... если серьезно - за то, что мы нравились женщинам. А вот он - не особо.

- Святотатствуешь...

- Тебя это волнует? - вампир прищурился на огонь.

- Нет. А это - правда?

- В те времена мы были намного свободнее. А кое-где нас считали равными богам. Или хотя бы деть-ми богов. Так что... Мы не привыкли скрываться - тогда. Но привыкли к безнаказанности. И пожалели потом. Кстати, у Христа была сила, чем-то схожая с твоей...

- Он же сын Божий... согласно Библии.

- Бог сам его родил? Лично?

- Ээээээ... ангел навестил Марию и она понесла от святого духа... примерно так? Который был го-лубь.

- Юля скрещивание голубя и человека нереально. И вообще - включи мозги? Представь - есть у тебя соседи. Она - молодая, симпатичная. Он - старый, не удовлетворяющий ее в постели и плохо зараба-тывающий.

- И?

- Она приходит и говорит тебе: 'Юля, я тут понесла от святого духа. Или голубя.'. Твоя реакция?

- Поинтересуюсь, кто из ее знакомых это место голубем называет. Явно парень с фантазией.

- Вот. Нормальное критическое восприятие. Так чего ж ты веришь, если тебе говорят, что две тысячи лет тому назад...

- я и не верю.

- Но употребляешь слово 'богохульство'.

- Виновата, исправлюсь.

- Так-то лучше. Никогда и никому не доверяй, если хочешь жить долго и счастливо. Вслух ты мо-жешь сказать о своем доверии, можешь надеть любую маску. Но внутри - всегда должен оставаться холодный рассудочный уголок, который поможет тебе взглянуть на ситуацию со стороны. Ясно?

Я кивнула. Хотя бы логично. Сильно подозреваю, что история со святым духом в наши дни не прокатит. Почему?

Да потому что есть анализ ДНК. И народ нынче недоверчивый. А тогда было проще. Люди верили в магию, а вера...

- А вера помогает творить чудеса. Левитация, чтоб ты знала - естественное свойство вампиров. Гип-ноз - тоже. Лечение... это смотря что по силе. Но если исправить ауру, то исправится и физическое тело человека. Что еще?

- воскрешение из мертвых?

- Мечислав умер. Сколько лет назад-то?

- Он же на солнце не выходит...

- а я выхожу. Все зависит от силы конкретного вампира.

- А кто был отцом Иисуса?

- А я знаю? Милая, если бы я знал, кого отслеживать - я бы этого младенца удавил в колыбели.

- Добрый ты...

- Очень.

Я прислушалась к себе и метнулась в ближайшие кусты. С подветренной стороны.

Надеюсь, за ночь ветер не переменится?

***

Михаил и Витторио не успели ничего почувствовать.

Они собирались встречать Княгиню соседней области. Оба оделись, как на парад, оба надушились и уложили волосы, чтобы не вызвать нареканий своим внешним видом. За руль сел один из оборотней-шоферов. Машинка уже прогревалась...

Они успели выехать из гаража.

А вот отъехать от клуба уже не успели.

Взрывное устройство, прилепленное под дно машины, было рассчитано на пятнадцать минут за-держки. Иначе говоря, после того, как повернулся ключ в замке зажигания, жизни сидящим в машине оставалось именно на те пятнадцать минут. Больше было опасно. Могут и успеть доехать. Меньше - тоже.

Они ничего не успели почувствовать.

Жалобно зазвенели, вылетая, стекла.

Ударная волна мягко раскатилась по улице.

Направленный взрыв перемешал в кашу двоих вампиров, оборотня и внутренности мащины.

***

***

Взрыв стал для Мечислава неожиданностью.

Что-то грохнуло на улице, жалобно зазвенели стекла в окнах, несколько, кажется, даже вылетели... что-то жалобно звенело внизу, кто-то кричал... страшно и тонко, на одной ноте...

Вампир не бросился к источнику шума, поглядеть своими глазами.

Первое что он сделал, это открыл сейф в кабинете. И достал из него прочный кевларовый бронежи-лет, сделанный по спецзаказу. С титановыми вставками. Для человека - неподъемно. Но вампир носил его, как пушинку. Потом сунул в карман небольшой автоматический пистолетик с серебряными пуля-ми, сунул запасной магазин в другой карман и только после этого поднял трубку. Позвонить в бар.

Как ни странно, ответили ему почти сразу. И он даже узнал молодого вампира, который сегодня должен был стоять за стойкой.

- Тим, что происходит?

- Шеф, там что-то взорвалось на улице. Совсем рядом с нами...

- Что именно и где?

- Пока не знаю. Выйти посмотреть?

Подставлять малолетку (и сотни лет не исполнилось вампирчику, куда уж тут...) Мечиславу не хоте-лось. Кого бы посильнее найти.

- Рядом с тобой кто-нибудь есть?

- Да. Борис тут, Симеон, Диана...

- отправь Бориса и Диану посмотреть, что случилось. Дай ему трубку.

И через пару минут услышал голос Бориса.

- Да, шеф? Высунуться, осмотреться?

- Только осторожно, сам понимаешь...

- ИПФ?

- Все может быть.

- Но мы же еще не...

- А им может на это наплевать...

- Ладно, шеф. Я осторожно и аккуратно. Но по-моему это не они.

- Иди смотри. Вернешься - сразу ко мне с докладом.

- Ясно.

И в трубке опять зарокотал голос Тима.

- Шеф, ребята пошли.

Мечислав переключился с военных материй на практические.

- У нас убытки большие?

- Да нет. Чепуха. Только пара стекол вылетела...

- А ведь заказывал бронированные...

Тим промолчал и Мечислав продолжил мысль.

- После смены зайдешь ко мне, я тебе дам телефоны поставщиков. Разберешься с мерзавцами. Чтобы заменили все за свой счет.

- Как скажете, шеф.

- Пострадавшие есть?

- в клубе нету. Если только пара шишек.

- На стоянке?

- Там вроде как только машины покалечило... ой!

- Шеф!!! - зарокотал в трубке встревоженный голос Бориса. - Это твоя машина взлетела!!! Ребятам пи... ц...

Мечислав выругался.

Коротко и грязно.

Трубка полетела на рычаг, а вампир заходил по комнате, как разъяренный тигр. Для полного сходства недоставало только хлещущего по бокам хвоста.

А если бы он не послал ребят встречать Елизавету? Мог бы он поехать сам?

Да запросто! На эту ночь намечены разборки с ИПФовцами. А сюда их привозить нельзя. Придется допрашивать в 'Волчьей схватке'. И ехать туда. Или если Юля...

Его спас счастливый случай.

А если бы он решил встречать Елизавету сам?

Мог бы?

Мог... Не захотел. Северный... Если бы Олег не приехал, Мечислав может быть и поехал бы сам. Или послал Бориса. Или Вадима... Это сейчас, когда он ощущает за собой силу одного из членов Совета, да еще после почти прямого намека Олега... он и проявил неуважение.

Нет, ну что за сука!?

Кто решил избавить от него мир?!

Сначала одно покушение, потом второе... ИПФ!?

Да ни х... подобного!!!

ИПФовцы в жизни не станут сотрудничать с 'выродками дьявола'. А машина стояла в гараже. Туда был доступ только у своих. Через пост охраны... или через клуб... а мог кто-то прийти в клуб? И потом спуститься и заложить бомбу?

Надо посмотреть записи с камер наблюдения. За последние... когда он ездил? Вчера? Позавчера?

За последние два дня! Но кого бы этим занять?

Кто его предал?

Ведь кто-то из близких. Факт.

Кто-то, хорошо знающий его привычки. Что Мечислав любит комфорт. Предпочитает ездить в своей машине. И не любит кому-то ее давать.

Хотя... это как раз неудивительно...

КТО!?

Найду - урою суку, - пообещал себе вампир, прекращая расхаживать по комнате.

Сейчас ему важнее были Юля, ИПФ, Олег, Елизавета...

Мечислав снял трубку и защелкал кнопками.

- Леонид. Немедленно ко мне. Со спецами. Проверишь все машины в гараже. Мой мерс только что взлетел на воздух. Хочу убедиться, что на сегодня больше полетов не запланировано....

- Борис, живо спустился в гараж и изъял все диски с записями за последние два дня. Со всех встреч-ных камер. Возьми с собой Тима и Диану. Рысью! И все диски мне на стол.

- Валентин. Берешь свою Дарью и едешь ко мне. В 'Три шестерки'. Как приедешь - сразу ко мне. Будешь кино смотреть.

- Владимир. Живо собирайся и рысью на вокзал встречать Елизавету. Возьми пару такси и кого-нибудь для солидности. Нашими машинами пока пользоваться нельзя.

- Вадим, что у тебя по ИПФ?

Выслушав ответ Вадима, Мечислав недобро улыбнулся.

- Таможня дает добро, Вадик. Чтобы к полуночи они уже были у меня. Вопросы?

- Нет вопросов.

- Тогда действуй. И постарайся не сдохнуть.

- Шеф, я тебя тоже люблю.

- Если не справишься - я тебя тоже полюблю. Во все места.

- Ой. Пошел за вазелином!!!

Мечислав щелкнул кнопкой. Любит он... гетеросексуал хренов! Последнего гомика, который к Ва-диму подвалил с интересным предложением, тот вообще задницей на забор посадил. На воротный столб. Нет, Вадик с его шуточками иногда бывает просто невыносим.

Но без него было бы грустно.

***

Наконец-то домой.

Работа священника бывает сложной и тяжелой. Отстоять вечерню службу, а потом еще два часа ре-шать хозяйственные вопросы. А что делать? Хочешь жить комфортно - молись богу, но не забывай, что живешь на грешной земле. И старайся устроиться на ней с комфортом.

Отец Михаил потянулся. С удовольствием откинулся на мягкие сиденья, обтянутые кремовой кожей. Вдохнул запах салона автомобиля.

Новый джип ему очень нравился. Мощная дорогая машина почти бесшумно несла его по темным улицам. Водитель отлично знал свое дело, и порой святому отцу казалось, что машина даже не касается земли колесами.

Да, ему нравились удобство, роскошь, нравились дорогие вещи.

И почему бы Господу Богу не простить своим слугам маленькие слабости? Ведь они делают столько полезного для Церкви?

Вот, например, Юля Леоверенская... приведение ее в лоно христианской церкви позволит получить сильных духом слуг Её, которые будут бороться с нечистью и нежитью.

Наверняка.

А то, что она немного ерепенится - неважно. Все можно исправить.

А скоро в лоно церкви придут и ее родственницы. Которых также можно... мягко попросить зачать ребенка от нужного человека. С высокими моральными качествами.

- Элитного быка-производителя, - всплыл из памяти язвительный мужской голос. Отец Михаил поморщился. Неприятный был разговор.

Геннадий Крокодиленок оказался... то ли он был умнее, то ли глупее, чем думал отец Михаил. Кро-кодиленки несколько раз встречались с Юлей. Они разговаривали, обедали вместе, даже вроде бы на-ладили отношения... но когда отец Михаил мягко намекнул, что хорошо бы Крокодиленку-младшему повнимательнее посмотреть на девушку и даже применить к ней методы убеждения... не насильствен-ные, что вы! Но каждой женщиной можно манипулировать. Каждой! Просто надо найти нужную струну в ее сердце. Одной надо восхищаться. Дугой жестко командовать. Третью, простите, трахать шесть раз в день. Четвертой устраивать романтические ужины. Пятой... да сколько женщин, столько и особенностей. Важно другое. Найди ее уязвимое место - и станешь Хозяином. Повелителем души и тела. И можешь делать с ней, что пожелаешь.

Но когда он заикнулся о таком месте в душе Юли - наткнулся на жесткий отпор.

И до сих пор помнит, как сверкал глазами Геннадий. Помнит их последний разговор.

- не трогайте девочку!!! Ей и так слишком много досталось! Она не должна играть в ваши игры!

- Это пойдет ей только на пользу...

Язвительная усмешка.

- Возможно. Но ей, а не вам.

- То есть?

- Юля - это как стихия. Останови ураган! Заключи в клетку дождь. Сдержи пожар!

- Люди давно нашли способы это сделать.

- И стихия умерла. Не поступайте так с Юлей.

- Умрет?

- Нет. Вырвется на свободу. Рано или поздно, так или иначе... даже стихию люди не сковали и не убили. Я чую гнев мира. Он жив! Он копится! Но пока еще у нас есть шансы на прощение. А Юля - это другое. Страшное... я чувствовал ее дар. Если вы ее попробуете согнуть - она вас уничтожит.

- Неужели?

- Да. И не потому, что захочет. Это... другое...

- Что - другое?!

- Закон равновесия. Зеркало. Юля полностью инертна сама по себе. Но она отвечает на внеш-ние воздействия.

- а если у нее не будет возможности ответить?

- Проверьте. - Еще одна язвительная усмешка. - Только постарайтесь меня и моего сына в это не вмешивать. Мне еще жизнь не надоела.

Геннадий исчез вскоре после похищения. Вместе с сыном. И так, что найти его до сих пор не могли. Татьяну пришлось выдернуть с курорта, и она спешно ехала обратно - она могла попробовать найти беглецов. А Юля...

Мать Марфа справится. Обязательно.

И не таких обламывали.... А тогда...

Из сладостных мечтаний о полностью покорной армии молодых экстрасенсов отца Михаила вырвал лязг.

Машину тряхнуло, слегка раскрутило на месте и занесло.

- что случилось, Дима?

Водитель отозвался сразу.

- По-моему, батюшка, в нас кто-то въехал.

- Тогда иди, разбирайся, сын мой...

Дима засопел и полез из салона. Разбираться.

Отец Михаил улыбнулся.

Машину жаль. Но не одна она у епархии. Есть и другие, не хуже. А эту отремонтируют за счет нару-шителя. И никак иначе.

Ибо согрешил - расплатись, дитя мое. Покайся и расплатись. Не вводи церковь в убыток...

С улицы донесся мат Дмитрия.

- Ты... и ...!! Ты попала в натуре!! Ты хоть понимаешь, что это крыло сто тысяч стоит! Да оно до-роже всей твоей ржавой кастрюли!!! Понасажали б...ей за руль - и думают, что теперь им все дороги открыты! Да тебе вообще машину водить нельзя, ты ... и ...!!!

Отец Михаил, заинтересовавшись, выглянул в окно.

М-да...

Дмитрий орал, что есть мочи на девчушку в короткой курточке и джинсах, стоящую рядом с красным матизом. Та хлопала глазами.

- Ну вы поймите, я просто не видела...

- Что!? Да как, ... и ..., ты могла не видеть!? У тебя глаза на ...!?

И чего он так разоряется?

Отец Михаил вздохнул, понимая, что если не осадить Дмитрия, тот будет еще долго орать - и полез наружу.

А в следующий миг все завертелось.

Мигая огоньками подлетела машина скорой помощи. И оттуда выпрыгнул молодой врач.

- Авария!? Нужна помощь!?

- Все в порядке, - ответил отец Михаил.

- Да? - прищурился врач. - Точно?

А в следующий миг отца Михаила что-то укололо в ногу. И он мягко осел на пыльный асфальт, гас-нущим зрением заметив небольшую царапину на крыле джипа...

Настя одним движением вырубила шкафоподобного водителя и брезгливо поморщилась.

- Вот мразь! Сто тысяч! Да такие царапины санолином красят - и навек забывают!

Оборотень подхватил бесчувственное тело и сноровисто передал в машину скорой помощи. Там его приняли и в мгновение ока спеленали как колбасу - по рукам и ногам. Отец Михаил уже покоился в машине. Из уважения - его водрузили на каталку. Водителю такой роскоши не досталось и его при-шлось запихать под скамейку. Машина скорой помощи хоть и большая, но не безразмерная.

- Настя, теперь отправляйся домой. И жди звонка. Будем чинить твоего жука, - распорядился тот же оборотень. А сам скользнул в джип и повернул ключ в замке зажигания.

Сейчас он отгонит эту машину в мастерскую, где ее и разберут на запчасти.

А нечего, нечего наезжать на бедных девушек! Даже если девушки сами наезжают на вас.

Настя уселась в матиз и ласково погладила приборную панель.

- Поехали, хороший мой. Домой, к детям... Извини, что пришлось тебя покалечить. Но ты у меня еще краше будешь! А Юле я очень серьезно должна. Я бы еще и не то сделала. А тебя мы починим. Обязательно починим.

Через пару минут о случившемся напоминали только несколько красных пластиковых крошек, отле-тевших от Настиной машины при столкновении.

***

Ипполит прищурился. Зарево полыхало так, что глазам было больно.

И что грустно - зарево полыхало аккурат в районе монастыря, в который и направлялась группа из трех вампиров и шести оборотней.

И выводы напрашивались сами.

Если это горит не монастырь, то какого ж вам еще надо?

Надо подъехать поближе и посмотреть.

Что мужчины и сделали. С пригорка, да в мощный бинокль, было видно очень хорошо.

В селе люди носились по улицам, пытались как-то организовать спасательные работы и просто найти огнетушители... но куда там! Полыхало так, что любо-дорого! Все здание... нет, не церкви, а именно сам жилой корпус монастыря, словно облили от крыши до подвала 'греческим огнем' и добавили несколько килограмм тротила.

Монашки вылетели на улицы и теперь носились стадом испуганных овец. Какая-то тетка рвалась в огонь, причитая что-то о родной кровиночке, но ее удерживали в десять рук.

Результат впечатлял. И насколько знал Ипполит - просто так подобное пламя не загорается.

Это кто-то должен постараться.

И вариантов у него было немного.

А если там... Юля!?

Вампира прошиб холодный пот. И плевать на то, что живые мертвецы не потеют!!!

От такой мысли и кровавый пот выступит!!!

Телефон сам собой прыгнул в руку.

Ипполит слушал гудки, ждал ответа начальства и наблюдал краем глаза за происходящим возле мона-стыря.

Тетку так и не удержали. Простоволосая, босая, она умудрилась вырваться из рук девушек, помча-лась к полыхающему зданию и в один миг скрылась внутри.

- Матушка Марфа, - отчаянно позвал кто-то, бросаясь вслед за ней.

Куда там!

Пламя трещало, взвиваясь в небо огромными языками.

- Ипполит? Что случилось?

Голос шефа полоснул ножом.

- Шеф, вы Юлю чувствуете?

Мечислав на миг задумался.

- Да. С ней все в прядке.

- Это хорошо. А то мы приехали к монастырю, а он горит.

- Как?

- Страшно. Жилой корпус. И...

Медленно, с громким то ли треском, то ли стоном, просела внутрь крыша.

- Ипполит!

- я подозреваю, что это Юля...

- Юля!? Нет, она точно жива... Значит так, я полагаю, там найдется кого расспросить?

- Да.

- тогда рысью. Что происходило в монастыре в последнюю неделю, как это было, чего там не бы-ло... ты меня понял?

- Да, шеф.

- Как выяснишь - перезвонишь мне. Я пока придержу остальные группы, так что не тяни.

Ипполит кивнул, словно Мечислав мог его видеть, потом сказал 'Так точно' и отключился.

Юля ему нравилась.

Не как женщина, нет. Но она была неплохим человеком. Да и как фамилиар... не злая, не жестокая, готова жизнь положить за своих людей... а уж после того демона... Ипполит не хотел бы такую подру-гу жизни. Но боевая подруга из нее получилась - лучше не придумаешь.

Так что надо было все срочно выяснить. И отчитаться.

Не говоря уж о том, что сильный фамилиар - сильный Князь. А такие Князья, как Мечислав - на вес бриллиантов. Увы, к вершинам власти взбирается подлейший и наглейший. Что на дневной стороне, что на ночной. И те, кто берегут своих людей, кто заботится о них, не подставляет зря под пули... таких - единицы.

Ипполит кивнул своим людям.

- Надо бы взять парочку 'языков'. И расспросить.

- Без вопросов, - ухмыльнулся один из оборотней - Алексей. Шрам, пересекавший его лицо, он по-лучил еще до своего превращения. Аккурат на Великой отечественной. И процедура 'взять и разгово-рить' была ему знакома и вдоль и поперек.

- Не убивать.

- так ты им потом память потрешь - и нет проблем.

- Ни проблем у тебя, ни вопросов... разбиваемся на пары, захватываем по человеку и ведем сюда. Допросим - отпустим. Не убивать, не калечить... если не будет острой необходимости. Ясно?

- Ясно, - отрапортовали подчиненные.

Ипполит оглядел наглые морды.

- Идите уж!

Вампиры и оборотни переглянулись, одинаково сверкнули клыками - и растворились в сумерках. Надо захватить минимум двоих - троих монахинь и расспросить - сделаем!

А потом...

Что потом - Ипполит пока еще не решил. Но засвечиваться и оставлять за собой обескровленные те-ла... шеф не одобрит.

Или одобрит?

Если бы его фамилиара украли, он бы точно все разнес вдребезги и пополам...

Ипполит улыбался. Ноги уверенно несли его к деревенской улице. Алексей работал на подстраховке. Отделить одну овцу от стада, если все стадо бестолково мечется вокруг пожара?

Да проще, чем конфетку у ребенка отобрать!

***

Елизавета ступила на перрон и поморщилась.

Вокзал ей не нравился. И путешествовать поездом - тоже. Но лететь - привлекать к себе ненужное внимание. А не приехать тоже нельзя. Северный выразился весьма... однозначно.

Если она бы не поехала, он расценил бы ее жест, как признание вины.

А признаваться Елизавета не собиралась.

За столько сотен лет у нее накопились и опыт, и знания, и сила... и она собиралась воспользоваться всем сразу, чтобы добиться своего.

В идеале - полного оправдания, смерти Мечислава и присоединения его домена к своему.

Если не получится - хотя бы оправдания. А с Мечиславом она потом по-тихому разберется.

Если ее приказание пока еще не выполнено. А может быть и уже...

И где встречающие?

Цветов Елизавета не ждала, но достойного сопровождения - обязательно.

Увы...

Особо достойного не получилось.

Высокий темноволосый вампир словно сгустился из воздуха и склонился в почтительном приветст-вии.

- Княгиня...

Елизавета милостиво кивнула.

- Прошу вас проследовать за мной...

На улице ждали две машины, при виде которых Елизавета подняла брови. Это явно было такси и не самого высокого разбора. Что происходит?

- Вы полагаете...

- Княгиня, наш господин ни в коем случае не хотел оскорбить вас. Сегодня на него было совершено покушение.

- Вот как?

- К счастью, неудачное. Была заминирована его машина. Но Князь решил выказать вам уважение - и отправил людей встречать вас. Именно в этой машине.

Елизавета чуть не сплюнула.

Не мог он сам куда-нибудь съездить!

Ну да ладно! Теперь она здесь. И ее люди не допустят таких промахов, как этот бездарь!!!

Простейшее дело - и то испохабили!

Княгиня церемонно приняла предложенную ей руку.

- Что ж. Ведите...

***

Когда отец Михаил открыл глаза - первым, что он увидел, стало острие скальпеля. Аккурат в санти-метре от его зрачка.

И надо сказать - пастыря это не порадовало.

И еще больше не порадовал приятный мужской голос:

- Дэми, лапочка, осторожнее... если он решит покончить жизнь самоубийством, я тебе этого нико-гда не прощу.

- Шеф, вы оскорбляете во мне профессионала! Когда у меня такое бывало?

- Двести пятнадцать лет назад.

- О, ну я тогда чуть переусердствовала.

- Сейчас такого...

- Не будет! Обещаю!

Второй глаз тоже открылся. Острие скальпеля чуть убралось от глаза. И отец Михаил смог оценить обстановку. Он висел распятый на чем-то вроде дыбы. Руки и ноги крепко привязаны веревками. Рот свободен. А висит он...

Мужчина едва не задохнулся от ужаса.

Больше всего это напоминало средневековую пыточную камеру. Кое-что из инструментов он даже видел раньше. В музее. Но там все было заржавленное. А вот здесь...

Но самым страшным были не начищенные до блеска хирургические инструменты. И не пляшущие по стенам искры живого огня.

Самым ужасным в этой комнате были двое людей.

То есть... вампиров.

Этих тварей отец Михаил узнал бы где угодно! И дело было не в клыках! Нет! Было в них нечто дру-гое, чуждое людям, страшное...

Смертельно холодное. Холодом старой смерти.

Если бы кто-то сказал отцу Михаилу, что это говорят его способности, которые он не стал развивать в свое время - он бы оскорбился. Но... церковь веками собирала таланты. И один из них проявился именно так. Отец Михаил потому и достиг своего поста. Никто не мог обнаружить его способностей, потому что не понимал, в какой стороне искать. А мальчик просто знал, ЧЕГО можно ждать от человека. Или не ждать. Отец обещал ему игрушку, а мальчик ясно видел, что обещание будет выполнено. Шеф говорил о повышении, а Миша понимал - врет. И это было для него естественно, как дыхание. Сам он считал себя просто талантливым физиономистом и психологом.

Именно поэтому он и решил похитить Юлю. Он понимал, что девушка НИКОГДА не согласится со-трудничать с ИПФ. Ее еще можно было сломать. Но не переубедить.

Именно поэтому он разозлился на Крокодиленков - видел, что они искренни. Но почему!? Что с ними сделала Леоверенская?

Именно поэтому ему сейчас было страшно.

Жутко до такой степени, что когда вампиры повернулись к нему и блеснули одинаково клыкастыми оскалами - мужчина не выдержал. Горячая желтая струйка побежала по его ноге.

Женщина наморщила нос.

- а я даже еще не начала. Засранец!

- Дорогая, ты еще отомстишь ему за разочарование, - второй вампир чуть приблизился. И отец Ми-хаил резко выдохнул.

Вампир был поразительно красив. Черные пряди волос локонами рассыпались по широким плечам. Зеленые, как у кота, глаза горели адским пламенем. Это искры открытого огня отсвечивают в них - или просто алые огоньки? Как у самого дьявола...

Священник заскулил. Сильные тонкие пальцы ухватили его за подбородок.

- Ты планировал похищение Юли?

И почему-то мужчина не смог соврать. Язык словно против воли вымолвил:

- Я...

- Отлично. Дэми - он твой. Ты знаешь, что мне нужно.

- Шеф, вы прелесть! - мурлыкнула вампирша.

- Жду отчета.

Пальцы разжались - и Мечислав покинул камеру пыток.

Ему совершенно не хотелось наблюдать за происходящим. Дамарис прекрасно знает свою работу.

А он получит полную информацию к утру.

Или даже немного раньше... как только группа Ипполита отзвонится.

В способности своего фамилиара он верил.

Если Юля смогла вырваться из плена - там точно все погорит на километр вокруг.

И это - правильно.

***

Ипполит смотрел на телефон.

Надо было звонить шефу.

А не хотелось.

Гонца, принесшего дурные вести, убивают первым. Хотя... по телефону не убьешь, а пока они доберутся домой - авось шеф и остынет.

Но - увы. Надо было отчитываться.

- Да? - отозвался в трубке голос Мечислава.

- Шеф, это Ипполит.

- Это я и так понял. Что скажешь?

- Шеф, по-моему Юля была здесь...

- вот как?

- Да. Мы расспросили нескольких монахинь и послушниц. Во-первых, несколько дней назад в мона-стырь приехала целая группа людей. Потом они уехали, но по словам одной из послушниц, в одной из келий кого-то поместили. Там приходилось стирать белье... туда часто заходила и мать-настоятельница и ее племянничек - на редкость гнусная особь. Кстати, оба погибли в огне. Мать-настоятельница во время пожара, а племянничка так никто и не видел с момента его начала. Пропала одна из послушниц - некая Ксения.

- Это все не факты.

- Нет. Но по совокупности...

- Это еще ничего не доказывает.

- Там точно кого-то держали. И наблюдали.

Мечислав тряхнул головой.

- Да кого угодно и сколько угодно! Это не доказательство.

- И сегодня начался пожар.

- Тоже... Ладно. Полагаю, что если Юля там и была - сейчас она где-то в другом месте. Так что по-старайтесь обшарить окрестности...

- Уже.

- И?

- Тут явно был кто-то из наших.

- Вот как?

- Мы нашли колею от джипа. Кто-то уехал отсюда. Недавно. И нашли пластиковую бутылочку с ос-татками донорской крови.

- Вот как?

Мечислав задумался. Ненадолго. А потом вздохнул и отдал приказ.

- Возвращайтесь.

И отключился.

Надо было звонить другим группам и выяснять, что у них.

В дверь просунулась голова Вадима.

- Шеф, тут Елизавета прибыла. Надо бы встретить.

Мечислав чертыхнулся.

- ладно. Тогда садись вместо меня на телефон. И координируй действия групп. Я их направил в монастыри, чтобы вытащили Юлю. Так что следи. А я пойду, поприветствую эту гадину.

- Шеф, наденьте бронежилет, - предложил Вадим.

- и бронетрусы?

- и даже носки не помешали бы.

- Вадик, не зли меня.

Мечислав сверкнул глазами и вышел из комнаты.

Елизавету видеть не хотелось. Но выбора не было... Утешало только одно - если все пойдет хорошо, через пару дней он будет навсегда избавлен от этой ядовитой гадины.

***

Палач прислушался к характерным звукам из ближайших кустов.

Юля уже дошла до той стадии, когда ничего не важно и не беспокоит. И тем более чуткий слух како-го-то там вампира. Даже одного из самых страшных вампиров.

Так что означенный кровопийца мог спокойно заняться своими делами. А именно - набрать один но-мер и услышать на том конце провода...

- Господин?

- Елизавета приехала?

- Да.

- Обеспечь ей теплый прием.

- А если Мечислав...

- полагаю, он будет только рад.

- Да. Но... он отправил группы за Леоверенской... и одна из этих групп может находиться недалеко от вас...

- Сейчас это ничего не меняет. С Мечиславом я разберусь сам. Твое дело - Елизавета. Вопросы?

- Господин, было покушение на Мечислава. Буквально сегодня вечером.

- Кто посмел!?

Так Палач уже давно не злился. Умри Мечислав - и у него на руках останется труп чужого фамилиа-ра. Бесполезные килограммы дохлого мяса! Нет, но какого... какая наглость!

- приеду - разберусь. Твое дело - занять их всех до завтра. А к вечеру мы будем на месте.

- Мы? Господин, так...

- Ты задаешь слишком много вопросов.

- Прошу прощения, господин.

- Встреть Елизавету.

Палач нажал отбой и набрал еще один номер, оглянувшись на кусты.

Нет, вроде бы не слышала...

Будь у них время, он не стал бы так издеваться над девушкой. Но... кто знает, чем ее успели напоить святоши. А его состав обеспечивал полное прочищение организма. Другой состав поможет Юле восстановить силы - и к завтрашнему вечеру она будет на пике формы. А сейчас... часика три еще придется потерпеть.

Организм очищается.

- Да!? - забился в трубке капризный женский голос.

- Елизавета, ты забыла у кого в руках плетка? Я напомню.

Голос Палача был страшен. Словно лязгнул клинок гильотины.

- Господин!? - взвился в трубке испуганный голос. Но вампир не собирался щадить ее. Коротко рас-смеялся - и щелкнул кнопкой отбоя.

Убрал телефон. Поворошил угли костра.

Вовремя.

Из кустов выбралась злая, как три черта, Юля.

- Как ты себя чувствуешь?

- Хреново.

- Возьми плед, закутайся.

Юля с благодарной улыбкой приняла теплое одеяло. Завернулась, уселась напротив вампира.

- Думаю, раньше утра мы в путь не тронемся...

- Ничего страшного. Я могу жить под солнечными лучами. Да и стекла в машине тонированные.

- А когда я буду дома? - Почему такой вопрос? Слышала ли она его разговоры по телефону?

- Завтра к вечеру. Не возражаешь?

- Нет.

- Хочешь что-то спросить?

Юля задумалась. И улыбнулась.

- потом. Сейчас у меня все равно мозги не работают... ближе к утру, ладно?

- Договорились.

Не слышала. Тем лучше.

***

Встречать Елизавету в одиночестве Мечиславу не пришлось. Рядом с ним, словно по волшебству, нарисовались Шарль и Северный. На миг вампиру даже показалось, что у него двоится в глазах. Да, более несхожих личностей было еще поискать. Но вот улыбки на их лицах цвели абсолютно одинако-вые. Злые, ехидные, предвкушающие...

И оба разряженные, как на парад. Северный - во всем белом, расшитом хрустальными бусинками и серебром, что придает ему абсолютно нереальный вид. Шарль - в черном. На фоне черной рубашки лицо его кажется таким же бледным пятном, как и у вампира. Ярко горят лиловые глаза.

Мечислав едва не фыркнул, представив себя с такой 'свитой'.

- Шарль?

- Короля играет свита, - дракон словно прочитал его мысли. - поэтому я хотел бы пойти с тобой. Раз-решишь?

- а я в качестве скромной группы поддержки, - добавил Северный.

Мечислав посмотрел на него с сомнением.

Юлю Олег перепугал до невроза... Елизавета покрепче, но...

А если попросить Олега пообщаться с 'любимой' тещей? Чтобы та уяснила разницу между 'хороши-ми' и 'плохими' вампирами?

Интересная идея...

***

Елизавета вышла из машины, опираясь на руку сопровождающего.

Внутри женщина вся кипела от злости и ненависти, но внешне... о, внешне это была сама снежная королева. Только с черными волосами.

Бешенство захлестывало вампиршу с головой. Но проявить его было нельзя. Пока нельзя...

Ближе к утру, если все получится, она еще сможет отдохнуть...

А пока...

- Елизавета. Добро пожаловать, княгиня.

Мечислав склонился перед женщиной в полупоклоне. Легком. Скорее знак вежливости, чем почте-ния.

Гнев полыхнул в Елизавете с новой силой.

Мечислав словно старался ее задеть. Не оскорбить, нет. На полноценное оскорбление его выходки не тянули. Но...

Елизавета... И только потом титул.

Добро пожаловать. Не 'рад приветствовать Вас в моем доме...'

И даже поклон. Всего лишь жест. Ни единого прикосновения. Елизавета привыкла, что ей целуют руки при встрече. Жест вежливости. И сейчас она автоматически подала руку, но та повисла в воздухе. Это произошло одновременно с поклоном Мечислава, почти незаметно, она вовремя опомнилась и успела оборвать свой жест... но унижение осталось унижением!

И даже его одежда! Самая простая, человеческая, ничего торжественного! Как бы говорящая: 'у меня много дел. И ты всего лишь одно из них. Не больше и не меньше. Что-то среднее между заказом про-дуктов и телефонными звонками!'

Она была уверена - Мечислав нарочно поступал именно так!

Чтобы унизить ее! Чтобы разозлить!

Заставить совершать ошибки.

- Князь Мечислав, - процедила женщина.

И только потом бросила взгляд на его спутников. Те приготовились к ее приезду. И выглядели доста-точно торжественно. Один в черном, один в белом... два ангела за плечами Ммечислава. Один - воз-несшийся, один - падший...

Елизавета невольно вздрогнула.

Сейчас она как никогда была близка к потере контроля над собой.

Ледяные глаза Олега Северного могли заморозить даже пингвина. Вампир смотрел на Елизавету так... словно прикидывал, когда ее можно будет убить.

Но это было понятно. Северный не любил ее. Никогда. Еще с той поры, как она однажды оказалась в одной постели с его учеником.

Но Елизавете было наплевать на его любовь или ненависть.

А вот второй...

Где она уже видела эти невероятные глаза? Эту улыбку?

Мужчина выглядел... очаровательно. Елизавета даже мысленно облизнулась. Если все пройдет удач-но - этого она заберет с собой. Ей нужна новая игрушка.

Старые уже не выдерживают.

Или попросить у Мечислава этого мальчика на ночь? Уже сейчас?

- Как всегда - царица ночи, - голос Северного обрушился ледяной глыбой.

Елизавета ответила ему улыбкой.

И не такие пугали!

- Княгиня. Рада вас видеть, Олег. Вы будете разбирать наше... непонимание?

- Не только я. Но я позабочусь, чтобы все друг друга поняли, - кивнул Олег.

- А этот милый молодой человек?

Елизавета обратила взгляд на мужчину в черном.

И ало-лиловые глаза вдруг полыхнули.

- Шарль. Леоверенский.

- Вот как?

Родственник? Брат? Но... Как!? Кто!?

Елизавета была ошарашена.

Спросить сейчас и показать свою слабость? Неосведомленность?

Никогда!

Но кто же это может быть!?

Юлия вроде бы человек? Или это... ее брат!? Или другая родня!?

Вариант с замужеством не приснился бы вампирше и в кошмаре.

А мужчины не спешили развеивать ее недоумение.

- княгиня, - заговорил Мечислав, - мой человек проводит вас и поможет устроиться. Надеюсь до утра еще увидеть вас.

- Полагаю, что могу это гарантировать. За час до рассвета и я, и Елизавета будем в вашем кабинете, - скрипнул голосом Северный.

Женщина сверкнула глазами, но спорить не стала.

Просто улыбнулась, как бы показывая - это не капитуляция. Но меня устраивает ваше предложение. И кивнула Владимиру.

- так проводите же меня в мои покои...

Они бы не отделались так легко. Елизавета могла бы вежливо вымотать им все нервы. Могла бы затя-нуть церемонию приветствия. Могла бы многое...

Не давал покоя звонок Палача.

Ужас вампиров сердился на нее.

И это беспокоило больше, чем все остальное.

Мечислав проводил ее ненавидящим взглядом.

Разжал стиснутый кулак правой руки. Медленно слизнул пару капель крови, выступившей на полу-круглых ранках от ногтей.

- Сука.

Шарль положил ему руку на плечо.

- Главное не убей ее. Юля хотела бы присутствовать.

- Юля сама обещала убить ее, - поправил Мечислав.

Северный ухмыльнулся каким-то своим мыслям.

- Возможно... только возможно... так и случится.

Вампир выдержал взгляд лиловых и зеленых глаз и кивнул.

- пойду пока к себе. За час до рассвета, господа.

***

Нет в жизни счастья без биде и унитаза... Это я к трем часам ночи знала абсолютно точно. В организ-ме просто НИЧЕГО не осталось. А спазмы продолжались. Но-шпу бы стрескать, так и того нету... ПЕ-СЕЦ!!!

Оставалось только разговаривать.

Палач терпеливо ожидал моего возвращения из очередных кустов, подшучивал, поил чем-то типа спиртного из фляжки.

Первое время я только благодарила и хлопала ресницами. К трем часам ночи я опьянела настолько, что море уже было по колено.

И я начала нагло приставать к вампиру.

С вопросами! И только с вопросами!

А вы о чем подумали?

И первым вопросом стало:

- А зачем ты ввязался в это дело? Из-за денег?

Палач только фыркнул.

Имя свое, кстати, он называть отказывался. Сначала. Но я после третьей рюмки нагло заявила, что не хочет сам признаться - будет Пашей.

Почему?

Палач - Павел - Паша... вроде как и созвучно. А не нравится - скажи, что тебя устроит.

Этот метод принес результаты, и я услышала короткое 'Нед'.

За которое и уцепилась.

- Ты американец? Англичанин? Британец?

- Нет. Просто это наиболее созвучно моему настоящему имени.

- А...

- пока не назову.

- а потом?

- Возможно...

- Ну правда! - после алкоголя мне уже море было по колено и Остапа понесло. - Начнем сначала. Как женщина - я тебе точно не нужна. Тебе плевать.

- а вдруг? - подначил Палач. Но с таким видом... Я только фыркнула.

- Не верю.

- Хорошо. А что тогда?

Я почесала нос.

- Рассмотрим все варианты? Первый - Тебе что-то надо от Мечислава. Может быть?

- Может.

- Не поможет, - передразнила я. - Где ты, а где Мечислав. Судя по всему, ты можешь намного боль-ше. И боятся тебя намного больше. Не верю я, что все так просто.

- Мало ли кто кого боится...

- Мне кажется, что тебе что-то нужно от меня.

- От тебя?

- Это, конечно, нескромно. Но больше у меня нет предположений.

- Именно от тебя?

- Да. От моей силы. Полагаю, что незамеченными мы со Славкой не остались. Андрэ, Иван Тульский, Альфонсо да Силва... тот еще наборчик. Кто-нибудь обязательно наводил справки. И ты тоже узнал о нас тогда. Но вот потом... Я вообще-то не управляю своей силой. Она управляет мной.

- Она больше тебя. Я знаю. Это пока нормально.

- Пока?

- Я встречал подобных тебе людей.

- Подробности?! - вцепилась я.

Нед пожал плечами.

- Подумай сама. Ты не уникальна. Уникальна сложившаяся ситуация. Так получилось, что твой тип силы характерен именно для женщин. Но если ты помнишь о роли женщины в обществе...

- не настолько уж мы были и забитые! - обиделась я.

- Нет. Но до недавнего времени ты не смогла бы даже выбрать себе мужа. Не говоря уж про жизнь одной и общение с вампирами.

- Логично. Но во все века были исключения.

- А ты бы смогла стать таким исключением?

Я задумалась. Смогла бы? Ага, щаззз! Шесть раз!

- Нет.

- То-то и оно. Они тоже не смогли.

- Если ты говоришь - они, значит...

- Охота на ведьм, Юля. Тогда были многие,... тогда погибли многие. Нам было некогда их спасать. Самим бы ноги унести.

- Это понятно. Ты уже наблюдал таких, как я. И это подводит к той же мысли. Ты знаешь, чего от меня можно ждать. И тебе что-то от меня нужно. Иначе ты не поехал бы через всю страну, не стал бы вытаскивать меня из монастыря... и нужно тебе это добровольно.

- Вот как?

- А что проще? Шантажировать меня Мечиславом? Или Шарлем? Ты можешь.

- Могу. Но не буду.

- Вот. Так что!? Что может понадобиться Палачу от обычной соплюшки!?

- С очень необычной силой. Силой самой жизни.

- Я ведь не отцеплюсь. Мне надо знать. Если хочешь - я пообещаю, что никому и ничего не расска-жу. Хочешь?

Вампир пожал плечами.

- Можно ли тебе доверять?

- Если тебе что-то от меня нужно - и добровольно, тебе все равно придется мне довериться...

Ой...

Очередной приступ накатил на меня - и я опрометью бросилась в кусты.

***

Алина Михайловна лежала в кровати и мрачно смотрела в потолок.

Жизнь не радовала. Мягко говоря.

Мало ей было смерти мужа, ранения, превращения в оборотня...

После зрелища вампира, с которым связала себя ее дочь - жизнь не радовала вдвойне.

Женщина просто не могла поверить в порядочность Мечислава! Слишком уж он красив. Слишком обаятелен. Слишком... за ним слишком много всего. Разве такой будет счастлив с ее маленькой девоч-кой?

Никогда!

Рано или поздно ему понадобится разнообразие, его потянет на подвиги... он разобьет сердце ее ма-лышке.

И она ничего не сможет сделать, чтобы это предотвратить.

Ничем не сможет помочь своему ребенку. Вообще ничем.

И смотреть на это просто так - тоже!

Но и сделать... что тут сделаешь!?

Дверь скрипнула. И быстрым шагом вошел высокий вампир с каштановыми волосами.

- Алина Михайловна, как здоровье, что болит...

Он быстро осмотрел женщину, проверил пульс, послушал сердце, пробежался пальцами по шра-мам...

- Скоро и следа не останется. Завтра - послезавтра я вам разрешу вставать. Шарля прислать?

- Шарля?

- А... ну да! Вы его знаете, как Алекса. Прислать?

Алина Михайловна кивнула.

Еще бы!

Ей весьма хотелось поговорить с этим умником! И выяснить, какое место он занимает в жизни ее доче-ри!

- Только он сможет прийти не раньше рассвета. Сейчас Мечислав его занял...

Алина Михайловна кивнула. Что ж, она подождет.

Выйдя из палаты, Федор ненадолго задумался, а потом повернул в соседнюю комнату. Надя была там. Сидела, листала учебник по физиологии.

- Надя, зайди к нашей тигрице, - попросил вампир.

- Хорошо. Ей стало хуже?

- Физически - нет. А вот морально...

Надя отложила книжку.

- Что случилось?

- Она поговорила с Мечиславом.

- и что?

- Попал наш шеф. Есть такое слово... ТЁЩА...

***

Палач посмотрел вслед девчушке.

Смешная.

Удивительно смешная, с высоты его тысячелетий. И - искренняя.

Теперь он понимал, что так притянуло к ней Мечислава.

Поразительная цельность, искренность, какой-то внутренний свет...

И сила. Сила, сквозящая в каждом ее движении. В каждом жесте, каждом звуке ее голоса...

Она еще неопытна. И пока не сможет дать ему того, что необходимо. Но позднее - да! Обязательно.

И чтобы этого добиться - он с радостью откроет ей все, что девушка захочет знать.

Почему бы и нет?

Убить ее он всегда успеет. Если Юля проговорится.

***

Когда я в очередной раз вылезла из кустов, Палач сидел у костра с самым невинным видом. Я вздох-нула - и уселась с другой стороны.

- Тяжко жить на белом свете...

- особенно когда Бог умом не обделил?

- Была б я умная - я бы еще когда подругу послала на фиг! И знать не знала бы про вампиров...

- Жалеть поздно.

- да. Ты не надумал рассказать мне, что именно от меня требуется?

- Надумал.

Палач выглядел абсолютно спокойным. Но я не верила. Уж кто-кто, а вампиры своим лицом так управлять могут - профессиональные дипломаты обзавидуются!

- И?

- Я хочу, чтобы ты меня убила.

Прозвучало это настолько неожиданно, что я опешила. И смогла выдавить только...

- Ч...то!?

- Ты не ослышалась. Мне нужна моя смерть.

Я посмотрела на Палача. На невероятно древнего вампира, обладающего такой силой, что мне даже страшно было представить. Он поймал мой ошалевший взгляд - и кивнул.

- Не прямо сейчас, нет, позднее, когда ты войдешь в силу, и сможешь убить меня...

Я затрясла головой, как укушенная лошадь.

- Зачем!? За что!? Почему!? И почему - я!?

Палач вздохнул, поворошил ветки в костре и улыбнулся.

- Скажи, ты знаешь о Нидхегге?

Я задумалась. Что-то я помнила.

- Это скандинавская мифология? Нидхегг, Один, Тор...

Вампир чуть кивнул головой.

- Да. Ты читала об этом?

Я кивнула. Было. Чего я только не читала... кроме школьной программы по литературе. Вот ее - НЕ-НАВИЖУ!!! Но сейчас не время об этом...

- Вроде бы...

- Расскажи, что помнишь. Мне так будет легче...

Спорить я не стала. Хочешь - расскажу. Я не в том положении, чтобы спорить.

- Нидхёгг, гигантский дракон... ой...

- Ты продолжай, не отвлекайся.

- Хорошо. Рожден богом коварства и зла Локи*. Имя дракона означает 'разрыватель трупов'. Живет он в царстве мрака, которое называется Нифльхейм или еще в некоторых версиях Хель, по имени богини, им управляющей. Питание - мертвецы, попадающие в подземный мир. А еще он пил кровь грешников - лжецов, клятвопреступников и убийц, которые в силу своей пакостности направлялись именно туда... ПИЛ КРОВЬ!?

Я ощутила, что мои глаза принимают форму правильного круга.

* в данном случае Юля ошибается. Бог Локи приходился отцом Мировому Змею, прим. авт.

- Именно. И не только. Еще он грыз корень дерева...

- Дерева Иггдрасиль - гигантского ясеня, соединяющего небо, землю и подземный мир. На том же де-реве сидел гигантский орел, Нидхегг ругался с ним, а белка Рататоск посредничала, перенося руга-тельства от орла к дракону и обратно. Больше не помню. Уж извини...

- Хель... - заговорил Палач. - Это самый тёмный, самый холодный и самый низкий из девяти миров мёртвых. Дом Нидхёгга - это яма, кишащая ядовитыми змеями, которая расположена около Хвергель-мира, или на вашем языке Кипящего Котла. Это великий ручей, это источник всех рек мира. Нидхёгг с помощью четырёх змей перегрыз корень древа Иггдрасиль - гигантского ясеня, соединяющего небо, землю и подземный мир, и разразилась война между богами и чудовищами-великанами. После жуткой трёхлетней зимы боги победили в великой битве Рагнарек. Нидхёгг участвовал в битве, но не был убит. Он уцелел и вернулся в царство мрака, где пировал телами тех, кого ему сбросили с поля сраже-ния...

- Это действительно так?

- Нет. Но помни - сказка ложь, да в ней?

- Намек... и тут есть правда?

- Есть. Нидхегг был драконом - и вампиром.

Меня передернуло.

- Кошмар!

- Да. И Рагнарек действительно был. Просто... немного не такой, каким его помнят скандинавы.

- А какой?

- Вампиры и оборотни с одной стороны. Люди, укротившие силу жизни - с другой.

Я захлопала глазами. Они уже оставили все попытки принять нормальную форму и теперь стре-мились к овалу. Это было как-то уже слишком. Маги? В нашем мире!?

- А чему ты удивляешься? Назови их экстрасенсами, если тебе так больше нравится.

Мне вообще никак не нравилось. Но...

- и чего ж они не поделили? Кормушку?

- Угадала.

Упс...

- Нет, я понимаю, что вампирам и оборотням нужны люди. А магам жизни - зачем? Я-то немножко тоже завязана с той силой? Мне не придется людоедством заниматься?

Палачи расхохотался. Звонко и весело, от души.

- Тебе!? Людоедством!? Зачем!?

- Ну вы же сами сказали...

- Да в переносном смысле, девочка! В переносном! И те, и другие хотели власти над отдельно взя-тым народом! И те и другие сцепились именно за власть!

- и в борьбе бобра с ослом, победило бревно?

- Угадала. Накрыло обоих. Были уничтожены почти все маги. Были уничтожены почти все вампиры.

- А Нидхегг?

- А ты не догадываешься?

Палач смотрел так, что мне стало страшно. И захотелось закричать... уйти, убежать от этих черных глаз... не смогла. Опустила голову.

- Догадываюсь. Нед... Нид... Нидхегг, да? Когда это было?

- почти десять тысяч лет назад...

Я выдохнула. Христа еще не было и в помине. Были шумеры, египтяне... разве тогда уже были ви-кинги?

- Тогда уже были многие. Я не буду рассказывать тебе всю историю, просто поверь, что это - было. Я кивнула. Хорошо. Примем, как факт.

- А... дракон... вы летать умеете? И перекидываться?

- Умею, - горько обронил дракон. - Умел... будь оно все проклято... оно и так проклято! Ты знаешь, почему мы ночуем тут, девочка!? Посмотри на меня!!! Я БЫЛ драконом!!!

Палач встал и отошел от костра на несколько метров. Посмотрел, сделал еще несколько крупных ша-гов назад - и вдруг свел перед собой руки, словно с силой сжимая что-то невидимое.

И - исчез...

То есть не исчез. А переродился.

Я просто не сразу поняла это из-за размера. Человек был небольшой. А дракон... дракон был огром-ным.

Он сливался с ночью, он был, как кусок абсолютной черноты там, где раньше виднелись небо и де-ревья, он заслонял звезды, и казалось, поглощал их свет.

Он был антрацитово-черным. Огромного роста... мне казалось, что он был выше сосен, даже стоя на всех четырех лапах. Твердая чешуя не отблескивала в лунных лучах. Она словно впитывала их в себя. На хвосте, шее, спине я видела шипы. Лапы украшали громадные когти. А крылья... крылья - сложе-ны? Я пока их еще не видела. Но если он рискнет расправить их на поляне - половину сосен обрушит.

Тяжелая голова опустилась на траву.

- Подойди ко мне. Не бойся. Не убью...

Голос был негромким, глуховатым и напоминал голос Палача. Никакого рева и рыка. Почему?

- Речевой аппарат драконов и людей устроен по-разному. Я не могу произносить слова внятно из-за строения гортани. Это магия. В которую ты не веришь, - напомнил о себе ящер.

Я выдохнула и сделала шаг вперед. И вовсе я не боюсь! И не боялась! Просто задумалась! О чем? О памперсах! Все-таки хорошие люди их изобрели, вот кому бы Нобелевку давать надо!

Голова дракона мирно лежала на поляне. И вообще он как-то устроился, как кот на завалинке. Подог-нул под себя все четыре лапы... чтобы ничего не задеть и быть не слишком заметным.

Я представила себе картинку - и вдруг захохотала как гиена. Кажется - изрядно перепугав дракона. Он, бедный, наверное решил, что я рехнулась.

- Ты в порядке?

- Нет, - призналась я. - Я только что подумала - спутники же летают! И снимают! Сделает так кто-нибудь снимок нашей полянки - вот народ оторвется! Дракон!? НЛО-извращенец!? Опыты коварных военных!?

- Скорее сбой аппаратуры или галлюцинации. Неважно.

- А что - важно?

- Твое согласие, Юля. Я стар. Устал. И... я бы хотел жить, но не могу!

- почему?

- Я дракон. Но - без крыльев. Посмотри...

Крыло осторожно развернулось, чтобы не задеть меня.

- Это проклятие. Проклятие одного из магов. Еще тогда. Десять тысяч лет без неба. Десять тысяч лет без крыльев. Десять тысяч лет смерти... я так больше не хочу. И не могу. Я устал.

- Ну и разбил бы себе голову об стену. Сложно что ли? - буркнула я, рассматривая крыло. На вид оно больше всего напоминало... драную промокашку! Изрядно пожеванную и помятую. В дырочку и складочку. Осторожно дотронулась пальцем - и кивнула. Да, на этом не полетаешь. Под моей рукой было что-то вроде полиэтилена. И стоило мне увеличить нажим... я не стала этого делать. И так ясно, что оно прорвется даже под моей рукой.

- Очень больно?

- Было больно. Тысячи три лет тому назад стало легче. Ненамного. В человеческой форме теперь мне намного уютнее. Они хотя бы не болят...

- и это нельзя исправить?

- Смешная девочка...

Дракон осторожно отобрал у меня крыло, поднялся на лапы - и вдруг расплылся черным туманом. Миг - и на поляне опять стоял обычный человек.

- Ты знаешь, кто такие драконы?

- Да. Если ты слышал о Шарле...

- Шарле?

Я запустила пальцы в волосы.

- Альфонсо да Силва держал моего брата у себя пленником.

- пленником? Твоего брата?

- То есть тогда Шарль еще не был моим братом. Но... он тоже дракон.

Почти исторический момент. Я стала единственной свидетельницей того, как у ужаса вампиров отвисает челюсть.


***

Мечислав посмотрел на часы. Примерно через час должны были явиться Елизавета и Олег Северный. А пока можно было и послушать Вадима.

- Шеф, это полная задница, - докладывал старый друг и подчиненный. - Записи с камер мы отсмот-рели. И к вашей машине никто кроме вас не приближался.

- Хочешь сказать, что я сам бы себя подорвал?

- Нет. Хочу сказать, что неизвестный знал о камерах наблюдения и потер с записей свою морду.

- а кто о них знал?

Вадим молча положил на стол лист бумаги с шестью именами. Мечислав пробежал их, наткнувшись взглядом на имя 'Вадим' в самом начале, и поднял брови.

- вот как?

- Да. Они потерты даже с той камеры, которую устанавливал лично я.

Вампир чертыхнулся.

- Тогда круг сужается.

Шесть человек. Условно человек. Вадим, Владимир, Валентин, Борис, Леонид, Федор.

Каждый из них знал про ВСЕ камеры. Каждый мог потереть изображение. Каждый мог подложить бомбу.

И как прикажете это все выяснять?

Особенно когда над головой висит Елизавета, пропала Юля и не дает о себе знать Палач?

Впервые за триста лет Мечиславу захотелось взять что-нибудь тяжелое и отвести душу. Или свернуть кому-нибудь шею.

Ну вот КТО!?

Ладно. Выясним... А пока...

- Что с милицией?

- после энной суммы согласились, что имела место техническая неисправность. Бензобак потек... выписали штраф и приказали явиться. Направлю Леонида.

Мечислав усмехнулся. Продажность 'слуг закона' всегда была полезна вампирам. И не надо кричать, кто коррупция, казнокрадство и прочие перекосы возникли только сейчас. Они вечны и незыблемы. Пока в кодекс не введены телесные наказания и смертная казнь так точно. Да и эти меры не дают сто-процентной гарантии. Они просто снижают вероятность недобросовестности.

- Это хорошо. Ладно. Сейчас мне некогда, но завтра сядем и подумаем, как можно проверить каждо-го из списка.

- Со мной подумаем? - съехидничал Вадим.

Ответом ему стала метко запущенная в полет папка. Увернуться вампир успел, но занервничал.

- Если я еще и вас с Борькой подозревать буду - вообще рехнусь. Сгинь с глаз моих, чудовище!

Вадим послушно исчез за дверью. Но насладиться хотя бы минутой отдыха Мечиславу не дали. В дверь просунулась головка Дамарис и вампирша доложила:

- Шеф, клиент готов к общению. Записать на диктофон или вы сами...

Мечислав закатил глаза и встал из-за стола.

- пошли. Кое-какие вопросы хорошо бы прояснить сейчас. А остальное выпотрошим позднее. Глав-ное не переборщи...

- Шеф, вы обижаете во мне профессионала!

***

Алина Михайловна встретила Шарля то ли улыбкой, то ли гримасой.

- Здравствуй...

- Здравствуй. Ничего, что я на ты? Просто среди паранормов принята такая манера общения. На вы обращаются только к высокому начальству. А мы примерно на одной ступени.

Шарль присел на кровать. И в следующую минуту на его запястье сомкнулись пальцы 'тещи'.

- Алекс...

- Шарль.

- Шарль... Скажи, Юля ведь...

- Юля все знала. С самого начала. И ваш супруг тоже. Просто они не считали нужным взваливать эту ношу на твои плечи.

- Умники! - сверкнула глазами женщина. - Сейчас вот мне намного легче!

- а что - если бы ты знала о существовании паранормов заранее, тебе стало бы легче?

- А вдруг? Уж Князь ваш точно не оказался бы...

- Князь - наш, - спокойно перебил Шарль. И мой, и твой. А то, что в первый раз он всех шокирует, в этом ничего удивительного. Юля вообще рассказывала, что у нее чуть крыша не съехала. Она не знала, чего ей больше хочется - стукнуть его или поцеловать.

- И выбрала поцеловать?

- Ударить. Это долгая история. И лучше пусть она ее сама расскажет.

- А ты...

- Она мне доверилась. И я этого доверия не предам.

Слова упали чугунной плитой. Алина Михайловна поняла, что - все. Не пробиться. И перешла к тем вопросам, которые ее волновали.

- Скажи, кем ты приходишься Юле?

- Официально мужем. В жизни - братом.

- Вот как?

- Мечислав сам это предложил. Он понял, что в ближайшее время я без Юли жить не смогу. И решил дать нам обоим какую-то основу отношений. А лет через двадцать - посмотрим.

- Лет... двадцать?

- Вряд ли мне потребуется меньше для восстановления. Неважно. Тебе не нравится Мечислав?

- И это еще мягко сказано!

- Зря.

Алина Михайловна зашипела сквозь стиснутые зубы. А Шарль пожал плечами и пояснил:

- Он не злой. Не глупый. Не подлый. Особенно по отношению к своим людям. Юлю он любит. Как может, конечно...

- А когда он пойдет налево...

- подозреваю, что Юля даже и не узнает.

- Уверен?

- более чем. Юля не просто привлекает Мечислава. Она ему полезна. Нужна. Необходима! В бли-жайшие лет сто можно за нее не беспокоиться. А дальше - посмотрим...

- Ты так легко об этом говоришь...

- а вы подумайте проще. Сто лет! За это время и ядерная война случиться может.

- Типун тебе на язык.

- Да хоть сотню. Но лучше порадуйтесь за ребенка. Вампиры имеют хорошие шансы выжить даже рядом со взрывом. И Юля тоже выживет.

- Очень мило.

- Алина, ну тебя же не это грызет... так ведь?

- Ты...

Шарль не дал закончить фразу.

- Ты злишься, ты растеряна, ты не знаешь, что делать дальше. И куда себя приткнуть - тоже. Вот и досталось Мечиславу. Но проблема не в нем. В тебе.

Женщина прикрыла веки, не соглашаясь с его словами, но и не отрицая их. И Шарль продолжил:

- Ты просто еще не определилась в этом мире. А зря. Хочешь начать завтра?

- Завтра?

- Ну да. Физически ты уже здорова. А вот душевно... полагаю, что тебе надо сходить домой, пови-даться с родными, прогуляться на фирму, на кладбище, попрощаться с Костей...

Алина Михайловна кивнула головой.

- Вот. Я предлагаю тебе завтра этим и заняться. Только пока, прости, не одной.

- Почему?

- Потому что во многом твое состояние вызвано еще и перестройкой организма. Ты становишься оборотнем. В крови гуляют лошадиные дозы гормонов. И оказывают свое влияние на психику. Я не знаю, кто и что может на тебя подействовать. Но не хотелось бы столкнуться в центре города с огромным безумным тигром. Да и Юля потом меня прикончит.

Алина закатила глаза.

- Ладно. Если хочешь - пусть так и будет.

- Я поговорю с шефом. Или я тебе составлю компанию, или Леонид. На выбор.

Алина Михайловна чуть подумала.

- Леонид.

Шарль кивнул и вежливо стал прощаться, пряча улыбку.

Нет, Алина не забыла мужа. И Леониду придется долго трудиться, чтобы в ее глазах опять зажглись огоньки любви. Но... то, что он сделал, так просто не проходит. Он делился с ней кровью. Держал ее на руках, когда женщина была между жизнью и смертью. Звал обратно...

Рано или поздно Алина посмотрит на него, как на мужчину. А уж что будет дальше... дальше будет жизнь. И важно только это.

***

Мечислав приказал секретарю принести новую рубашку - и хлопнул дверью кабинета. До встречи на высшем уровне оставалось еще пятнадцать минут, вполне можно успеть принять душ, вымыть голову переодеться... черт бы побрал этого попа!

Откуда только в людях берется столько дерьма!?

Стоило Дамарис только улыбнуться, в очередной раз приблизившись к мерзавцу - и у него начинался приступ 'медвежьей болезни'. За двадцать минут допроса Мечислав чувствовал себя так, словно его в отхожем месте искупали! Волосы, кожа, одежда - все пропиталось мерзким запахом. И если чистые джинсы в кабинете еще были, то рубашку он вчера использовал...

Засранец!

Мечислав с удовольствием вылил на себя полфлакона геля с приятным травяным запахом и взбил пе-ну на волосах.

Так-то лучше.

Увы, новости не радовали.

Вытряхнуть из попа все координаты места, в которое он отправил Юлю, удалось очень быстро. И оказалось, что это как раз тот самый сгоревший монастырь. Так что Дамарис было дано поручение най-ти Вадика и отозвать все боевые группы домой. Нечего им по дорогам шляться. Если Юлю умудрились похитить - он все равно увидит ее днем. И она расскажет ему, что произошло. В способности своей девочки Мечислав верил.

Юля знает, где и как его можно найти. И обязательно придет в его сон. То есть... это ему придется пойти к ней на поляну.

Ну и пусть. Ради возвращения ее, живой и невредимой, Мечислав мог и не такое вытерпеть.

А потом, когда он узнает, где его девочка и что с ней и настанет время действовать.

А пока имеет смысл предъявить свои обвинения Елизавете. И сделать так, чтобы эта стерва не могла еще раз напакостить. Или еще не раз...

***

Олег Северный бросил короткий взгляд на телефон. По закону подлости...

Раздавшийся звонок тут же подтвердил незыблемость законов. Особенно когда на дисплее высвети-лось одно короткое слово из пяти букв.

Палач.

Хорошо хоть не при разборках с Елизаветой позвонил.

- Да, господин?

Голос Палача был неожиданно отрывистым и взволнованным.

- Ты сейчас у Мечислава. Есть там такой человек по имени Шарль?

- Да, господин.

- мне нужно, чтобы ты внимательно посмотрел на него. Я позвоню перед рассветом расскажешь все, что о нем думаешь.

- Как прикажете...

- и не слишком там церемонься с Елизаветой. Я скоро буду в городе, вот и подготовь ее к моему ви-зиту.

Олег невольно улыбнулся. Неужели Палача тоже достала эта гадина?

- ты меня понял?

- Я все сделаю, как вы приказываете.

- Вот и ладненько, - почти пропел Палач, отключаясь.

Олег в удивлении поднял брови. Он никогда не видел своего господина - таким. Но выполнять при-каз - надо.

Жить очень хочется, Даже и после смерти.

В отличие от многих, Олег знал и истинное имя и историю Палача. И не собирался его гневить.

***

Мечислав спокойно сидел в кресле и даже заставил себя читать какую-то бумагу. Которую и отложил в сторону, едва в кабинет постучали.

Первым вошел Олег.

- Что ж, как я и обещал, - он чуть посторонился, пропуская Елизавету.

Вампирша была невероятно красива сегодня. Черные локоны падали на беломраморные плечи, чер-ный шелк платья стелился по полу, черные глаза сияли алыми огнями - она знала все преимущества своей внешности и умела ими пользоваться.

Справедливости ради - даже у готового ко всему Мечислава на миг перехватило дыхание. И елизавета воспользовалась этим в полной мере.

Шагнула вперед, словно скользя по лунному лучу, чуть вздохнула, отчего белая грудь приподнялась в вырезе платья...

- Слава, неужели обязательно устраивать это публичное шоу? Почему два разумных вампира не мо-гут договориться между собой?

Вот этого ей говорить и не стоило. Ибо стоило прозвучать этому непринужденному 'Слава'...

Елизавета хотела создать непринужденную атмосферу. И ей бы это удалось. Но... Слава...

Так его звала последнее время только Юля.

Только ей это позволялось.

И перед глазами встало ее лицо. Ее глаза - отчаянные, испуганные, родные...

Мечислав резко выпрямился.

Покушения на своего фамилиара, свою девочку, свою любимую он никому спускать не собирался.

- Княгиня Елизавета, прошу вас, присаживайтесь. Олег...

- полагаю, что я буду третейским судьей в вашем разговоре. И я буду решать, представлять ли вас завтра на суд Совета, - Олег наслаждался происходящим. - Мечислав, полагаю, тебе первое слово?

Мечислав пожал плечами. Предлагать пропустить вперед даму?

Еще чего! Эту - только в очередь на гильотину!

- Все просто. Я обвиняю эту женщину в покушении на моего фамилиара и ее родных. Убийцы у меня, дали запротоколированные и записанные по всей форме показания. Но если что - они могут повторить свои слова. - кроме того, я подозреваю, что Елизавета причастна к покушению на меня. Но доказательств у меня пока нету.

- и не будет, - Елизавета возмущенно повела плечами.

- Полагаешь, что убрала всех исполнителей? - поинтересовался Мечислав. - Ошибаешься.

Но вампирша отлично владела собой.

- полагаю, что если ты и подговоришь кого-то, Олег обнаружит вранье.

- И правду, и ложь... - Олег был спокоен и насмешлив. - Мечислав, я хотел бы поговорить со свиде-телями.

- Сейчас?

- Да. Если они говорят правду, я назначу заседание Совета на завтра.

Мечислав пожал плечами и надавил кнопку. Борис появился, словно выжидал за дверью.

- Боря, проводи нашего гостя к тем, кто покушался на Юлю.

Борис изящно поклонился, но промолчал. Незачем.

Олег поднялся из кресла и улыбнулся Мечиславу.

- пообщайтесь пока... я скоро вернусь.

Мечислав чуть нахмурился. Но волноваться было не о чем.

Елизавета не станет убивать его здесь и сейчас. И уж точно не своими руками. Пока у нее еще есть надежда...

И действительно, стоило им остаться одним - и женщина тоже поднялась из кресла. Скользнула к столу Мечислава, облокотилась руками так, чтобы в декольте были видны все ее прелести...

- Слава, что за ерунда!? Чем я заслужила такое?

- Лиза, - поморщился Мечислав. - прекрати балаган. Ты знала, что Юля мой фамилиар. И пыталась ее убить. Полагаешь, я должен тебя простить?

- Глупости, - глубокий вздох. Словно вампирши нуждаются в воздухе... - Если бы я хотела убить эту девчонку, она была бы мертва. Давно мертва.

- Если бы ты нашла исполнителей. А вот с этим возникли проблемы, - ударил наугад Мечислав. - Оборотни не стали бы покушаться на Юлю по доброй воле. Она - единственная их надежда на детей! Она их будещее. И мое тоже.

И попал. На миг Елизавета потеряла самообладание. Глаза сверкнули алыми огнями.

- Довольно! Если ты настаиваешь на продолжении этого фарса - тебе же хуже! Ты выставишь себя идиотом перед Советом!

- Переживу. Твоя могилка скрасит мне это ощущение.

- И не надейся на мою смерть! Неужели ты думаешь, что у меня нет никаких связей?!

- а ты думаешь, я позволю тебе пакостить и дальше?

- и столько шума из-за какой-то малолетней твари, которая, кстати, угрожала мне. Первая. Где она сейчас?

- Не твое дело.

- А может мое? Я являюсь оскорбленной стороной. И могу вызвать твоего фамилиара на поединок!

Мечислав внутренне содрогнулся.

Его девочка - и эта гадина!?

Никогда!!!

Демон - и тот был безопаснее.

Но ответить стоило спокойно.

- Я бы на твоем месте беспокоился не о поединке, а о достойном саване.

- Обеспечь его себе и своей сучке, - сбросила маску вампирша. - Она уже перестала плакать по сво-ему горе-художничку?

Мечислав брезгливо скривил губы. Удар не достиг цели. Он-то по Даниэлю уже отплакал.

- я не удивлен, что Даниэль предпочел погибнуть, лишь бы не возвращаться к тебе. - Ты омерзи-тельна.

- Ты еще повторишь мне эти слова. Ползая в пыли у моих ног.

- Я могу сделать это в любой момент. И Даниэль, и Юля - они видят твою натуру. Ты просто тошно-творна. Ты не вызываешь ничего, кроме брезгливости. И даже красота тебе не помогает, Елизавета. Ты воняешь, как разложившийся труп.

И этих слов Елизавета не выдержала. Бросилась вперед хищной кошкой, намереваясь выцарапать противнику глаза.

Мечислав перехватил тонкие руки с алыми ногтями в сантиметре от своего лица.

- Успокойся. Не то закую в цепи.

Но все было бесполезно.

Хорошо хоть тревожную кнопку можно было нажать и ногой. А когда влетят охранники во главе с Вадимом - передать им извивающуюся от ярости вампиршу.

- Эту - в цепи, пока не остынет. Она пыталась меня убить.

Елизавета разразилась потоком ругательств, но Вадиму было все равно.

В цепи?

Да хоть в кандалы! И заклепать наглухо!

Покушение на шефа и друга он никому спускать не собирался.

***

До утра мы разговаривали. Подозреваю, что в таком шоке Палач не был уже лет триста. Зато уж те-перь...

Сначала мне пришлось рассказать, кто такой Шарль и откуда он взялся.

Рассказала. Пусть и с тремя перерывами.

Потом про то, как выручала его у Альфонсо да Силва.

С двумя перерывами.

И про состояние Шарля.

Вот тут Палач впал в бешенство. Одна мысль, что кто-то из его... детей? Созданий? Посмел так по-ступить с ДРАКОНОМ...

Короче, повезло Альфонсо да Силва. Раньше сдох. Будь он сейчас жив...

Мне пришлось минут двадцать успокаивать вампира, только чтобы продолжить рассказ. Причем взбе-сило его еще и то, что он НЕ ЗНАЛ!!!

- слушай, ну ты же ужас и убийца вампиров, каратель, а не информационный центр!

- девочка, а сколько бы я пробыл ужасом, не умея работать с информацией!?

- Недельки две?

- Меньше. А тут... Столетия!!! И хоть бы одна скотина!!!

- А кто знал, что Шарль - дракон. Кроме Альфонсо?

Палач задумался. Почесал нос. И как-то растерянно развел руками.

- Может, и никто. Вампиры знают о драконах, но я считал, что я - последний.

- Угу, размечтался...

- Юля, драконы не могут постоянно находиться в человеческой форме. Физически. Нам надо прини-мать свой нормальный облик и довольно часто. Летать, танцевать среди грозы... Это я искалечен. Но нормальные драконы не способны прятаться. И хитрости даются им с большим трудом.

Я вспомнила Шарля и кивнула. Максимум, чему смог научиться дракоша - это молчать. В ответ на все. Что бы ни происходило рядом.

- Так что если бы были живые драконы - я бы знал.

- а что могло с ними случиться?

- Смерть, - пожал плечами Палач. - Люди безжалостны.

- Вот уж точно. А вампиры - квинтэссенция всего сволочного в людях.

- Не преувеличивай.

- я еще преуменьшаю. Сколько вампиров знает о тебе?

- Четверо, - вздохнул Нед. Да, конечно, Нидхегг, но 'Нед' звучало как-то спокойнее.

- Альфонсо знал, что ты дракон?

- Нет.

- А какова вероятность, что Альфонсо поделился информацией о своем ручном драконе с кем-нибудь из знающих?

- Нулевая. Члены совета живут между собой, как кошка с собакой.

Я тряхнула головой.

- Не сомневаюсь. И уверена - животные приличнее. Уж добрее точно. Я не удивлена, что эта инфор-мация прошла мимо тебя. Альфонсо тоже был не лыком шит. А Шарль... он был почти безумен.

- а сейчас?

- Сейчас ему легче. И проклятие я с него снимаю....

Я запнулась, когда в меня уперся горящий взгляд палача.

- Снимаешь... проклятие?!

Видимо, снадобье действовало не только сзади, но и спереди. На мозги. Потому что дошло до меня, как до утки. На третьи сутки.

- Да. А...

- Как ты думаешь, если поработать с моим проклятием?

Потом я сто раз обзывала себя дурой. Но язык без участия мозга ляпнул:

- А умирать кто будет?

Палач странно фыркнул. Закатил глаза, словно сомневаясь в моей адекватности. И предложил:

- Хочешь, я подарю тебе Елизавету для этой цели?


Я подумала.

- Хочу.

Елизавету я терпеть не могла. И было за что. Если бы не она, Даниэлоь до сих пор был бы со мной. Или мне стоит поблагодарить вампиршу?

Если бы не она, что могло бы случиться?

- Мечислав не потерпел бы соперника. Рано или поздно он избавился бы от Даниэля.

Я захлопала глазами. Нед рассмеялся.

- Я знаю о ваших взаимоотношениях. А остальное - о чем ты размышляла, понять тоже несложно. У тебя очень выразительное лицо.

- Все равно благодарить эту сучку не за что, - буркнула я.

- Так и быть. Прикончишь ее без благодарности.

- Мечислава попрошу. Он не откажет.

- А сама?

Я пожала плечами.

- На моих руках тоже есть кровь. Но это - другое...

- Ты никогда не убивала хладнокровно. Так?

Я кивнула. Всегда - это были либо враги, либо я была в состоянии аффекта, в крайнем случае - мне надо было спасать своих друзей. Хладнокровно, рассудочно и жестоко я не убивала. И уж тем более не убивала ради своей жажды мести.

- Если хочешь - не убивай ее сама. Но рано или поздно тебе придется через это пройти.

- Лучше поздно. Не стоит спешить с некоторыми вещами.

Палач пожал плечами.

- Как пожелаешь. Так что ты можешь сказать о моем проклятии?

Я зачесала волосы назад всей пятерней.

- Не знаю. Надо посмотреть. Разрешишь?

- конечно разрешу.

- Тогда... о черт!

Очередной приступ скрутил меня, я взвыла и бросилась в кусты, ругаясь нехорошими словами.

Да что ж за зараза такая!?

***

Палач в полном шоке смотрел на кусты, за которыми скрылась девушка.

М-да.

Это и называется - дубиной по голове.

Оказывается, он не один в мире. Есть и еще дракон.

Шарль.

А еще... Юля может посмотреть на его проклятие.

Он уже знал, что откроется. Пустит ее посмотреть. Разрешит ей попробовать снять проклятие.

И он сможет опять встать на крыло.

Летать.

Распарывать облака крыльями и кружить в кокетливом танце с ветрами.

Кто не ощущал этого, тому не понять. Но дракон без неба, дракон без крыльев...

Нет!!!

Не надо надеяться на многое!

Довольно уже, что род драконов не угас. А его проклятие... вряд ли Юле такое под силу.

Кусты зашуршали, и Палач принял самую непринужденную позу. Юле не стоит пока знать о его мыслях и чувствах.

Не надо.

Рано.

***

Когда я в очередной раз выползла из кустов, Палач возлежал возле костра как турецкий шах. Я даже позавидовала. Надо же так уметь! У меня-то вечно то ветка в бок воткнется, то уголек стрельнет... мо-жет все дело в том, что я живая? Но и Палач вроде как...

- Скажи, а ты живой или мертвый? - не удержалась я.

Палач замотал головой.

- Не понял?

- а что тут непонятного? Шарль явно живой. Мечислав умирал. А ты?

Древний дракон пожал плечами.

- Я не умирал, если ты об этом. Но я изначально был таким. Драконом и вампиром.

Упс.

- А почему? - задала глупый вопрос я.

Палач развел руками.

- Полагаю, порода такая. Почему одни собаки крупные, а другие мелкие? Почему ты брюнетка, а кто-то блондин?

- вопрос генетики. А твои родители?

- Это не тема для обсуждения.

Палач резко взмахнул рукой, не удержал равновесия и едва не воткнулся ухом в землю. Я покачала головой.

М-да. Умею я довести человека. И не-человека тоже.

- Ладно. Вопрос снимается как политически незрелый. Давай я пока посмотрю на твое проклятие? Пока есть время?

Палач поднялся на ноги.

- а тебе не будет слишком тяжело?

- Не знаю. Надеюсь, что нет. Но если что - будешь отпаивать водой. А ехать я могу и в состоянии бревна.

- Уверена?

- а надо отложить на недельку? - съязвила я.

- Нет. Что надо делать?

- Да ничего. Сесть со мной рядом, - растерялась я. - Можно взяться за руки. И не пытайся откусить мне голову, если будет чуть больно. Хорошо?

Палач сделал два шага и послушно опустился рядом со мной.

Я взяла его за руки - и сделала то, чего боялась.

Внимательно посмотрела в черные глаза - и открылась.

***

Я падала.

Падала в непроглядную черноту, без ночи, звезд и дна.

Это был колючий и холодный мрак, пронизывающий каждую клеточку моего тела. Он впивался в меня колючими щупальцами, ввинчивался внутрь, пытался поглотить меня и растворить в себе.

Наползал, давил массой и ужасом, пронизывающим каждый сантиметр пространства... как я смогла собраться - я не знаю.

Но всего на миг в моей памяти, разодранной ужасом на клочки, мелькнули зеленые глаза.

И я вспомнила одно имя.

МЕЧИСЛАВ!!!

Этого оказалось довольно.

Зеленые глаза вспыхнули - и тут же надо мной качнулись зеленые своды моей поляны.

***

Мечислав глухо застонал от боли.

С ним впервые случилось такое.

Секунду назад он сидел за столом и проглядывал файлы в компьютере.

А потом...

Это было как вспышка.

Как удар молнии, пронзивший все его тело. Только молния была черной, холодной и ужасно болез-ненной.

Он очнулся на полу, сжимая в ладони крошево раздавленной мышки.

На полу блестели капли крови.

Мечислав провел ладонью по лицу... да...

У него очень давно не текла кровь из носа. Уже лет триста. А тут вдруг... больно...

ЮЛЯ!?

Мечислав прислушался к себе.

Нет. Там, где была их связь, он ощущал уверенное ровное тепло.

Его девочка была жива. Безусловно.

Но минуту назад с ней произошло что-то очень плохое.

Палач!?

Мечислава пробила крупная дрожь.

Он слишком хорошо знал, ЧТО это чудовище может сотворить с человеком или вампиром.

Юля, Юленька, родная, только бы жива осталась... Мечислав сплюнул кровь и рванулся из кабине-та, призывая по дороге Олега.

Члены Совета могут связаться с Палачом в случае крайней необходимости.

А у Мечислава была именно такая необходимость.

Вампиру было плевать на все.

Деньги?! Власть?! Сила!?

Да хоть и его голова!

Но Юлю он на растерзание не оставит!!!

***

Лес возмущенно шуршал своими кронами. И было от чего.

Я ощущала себя так, словно меня провернули через мясорубку.

Раз двадцать.

А остатки облили бензином и подожгли.

Казалось, на всем теле не осталось ни одного спокойного места. Болела каждая клеточка, каждый нерв словно на раскаленные спицы наматывали... уж про мозги я вообще молчу.

Не было их у меня никогда! Точно! Были бы - я бы молчала в тряпочку. Мало ли что!

Хотел умереть человек... то есть дракон - вот и помирал бы. И не фиг тут реликтовых животных спа-сать было! Гринписовка нашлась!

Идиотка!

Стон рядом заставил меня повернуть голову.

А в следующий миг я забыла про свою боль.

Потому что мне таки удалось.

На моей любимой поляне лежал громадный черный дракон. Но в каком виде!!!

По сравнению с ним Шарль был просто... просто грудным младенцем! С такими же ясельными про-блемками! Подумаешь - пара цепочек! Фигня какая!

А тут...

Двигаться я пока не могла и рассматривала Палача просто так.

Представьте себе дракона.

Большого, черного, размером так с девятиэтажку. Есть?

Есть. И как эта скотина мне тут все деревья не переломала? Или поляна - величина переменная?

Деревья зашумели, и я поняла - не было бы мне так плохо - получила б я шишкой в лоб. За дело.

Все тело дракона покрывала сетка из какого-то металла. И даже на вид сетка выглядела сплошной и неразрушимой. А там, где она касалась кожи, чешуя просто плавилась и обтекала. Словно на узлах сет-ки выступала сильная кислота. И как эту пакость разорвать я даже не представляла.

Хуже всего пришлось именно крыльям. Их кислота разъела почти в клочья. Как самые тонкие и без чешуи. Еще бы он смог летать! При таком проклятии!

М-да.

Палач мог не просить меня о смерти.

Проклятие и так убивало его.

Медленно, жестоко и неотвратимо.

И очень болезненно.

***

Нидхегг весь дрожал от... страха?

Он думал, что давно уже разучился бояться?

Наивный...

То, что с ним происходило, заставляло его сворачиваться в клубок, как маленького котенка.

Хвост сам собой прижимался к телу, остатки крыльев дрожали, а язык нервно облизывал морду.

Да-да, морду. Здесь он был в своем истинном обличье.

И это 'здесь' было... кошмарным!

Он находился в месте, где не было ничего.

Вообще ничего.

Только сплетение силовых потоков. Невероятно мощных. Сильных, чистых, абсолютно чуждых ему. Пожелай они - и в следующий миг его сотрут из мира. Навсегда.

Они сверкали, словно потоки звезд, обтекали его со всех сторон, равнодушно прикасались - и стре-мились дальше.

Им не было до него никакого дела.

Раньше.

А сейчас...

Он пропустил момент, когда рядом появилась Юля.

Она просто лежала на одним из силовых потоков и выглядела абсолютно спокойной.

Довольной, счастливой, расслабленной... и потоки явно признавали ее. Они ластились к девушке, касались ее платья, волос, лица, завивались кольцами на запястьях... Палач понимал - одно движение - и от нее не останется даже памяти.

Но девушка доверялась им.

Лежала, расслаблено откинувшись назад, и мечтательно улыбалась, словно видела что-то очень хо-рошее. А потом повернула голову в его сторону.

И Палач увидел, как с ее лица спадает улыбка.

Она явно видела что-то нехорошее.

А в следующий миг и Палачу стало страшно.

Потому что девушка припала к одному из силовых потоков и просто начала пить его, как воду.

Ей-ей, были б у дракона волосы - они бы дыбом встали от ужаса.

А силовой поток все вливался и вливался в тело девушки, даже и не думая протестовать. Он с радо-стью делился силой, пока Юля не начала светиться сама.

И тогда девушка встала и пошла к нему, легко скользя по потокам сил над пустотой.

Палач мысленно застонал и закрыл глаза.

Это было слишком даже для его нервов.

***

Я на миг закрыла глаза. А когда открыла их - рядом оказалось озерцо с прозрачной водой. И я потя-нулась к нему губами.

Вода была холодной, но не ледяной, а очень чистой и вкусной. И я пила ее, впитывала всеми кле-точками тела, наслаждалась каждым глотком... и утихала боль, и исчезали судороги, время от време-ни скручивающие меня в тугой комок... мне было спокойно и хорошо.

А потом я встала и пошла к дракону.

Глаза зверушки были закрыты. И я вежливо постучала по бронированному носу.

Ох, зря! Потому что моя рука попала на полоску сетки.

И в следующую минуту я взвыла дурниной.

Сетка обожгла и меня. Причем так больно, что я рысью помчалась засунуть руку в воду. Ох, черт! К ней и не прикоснешься! Кто ж бедного Неда так приложил?

Спросить, что ли?

***

Нидхегг рискнул приоткрыть глаза - и едва не закрыл их обратно. Вид пространства, пронизанного потоками силы, был... непереносим. Последний раз он видел нечто подобное, только подобное еще во времена Рагнарека.

И видеть это снова - не хотелось.

А еще было страшно видеть, как женщина скользит по потокам сил, как опускает в них руки и явно получает от этого удовольствие.

Как, как она получила такую силу!?

Кто она вообще такая!?

Если удастся выбраться отсюда - Нидхегг поклялся себе вплотную заняться этим вопросом.

Если вы обнаруживаете под своей кроватью ядерную боеголовку - вы точно поинтересуетесь ее про-исхождением...

***

Мечислав ругался матом, как грузчик, которому на ногу уронили комод. Раз пять.

Палач не отвечал.

Ни на звонки, ни на смс-ки.

Этот убийца со стажем был доступен, вполне себе в зоне действия сети, но НЕ ОТВЕЧАЛ!!!

Не хотел?

Был занят!?

Но чем!!!???

Воображение услужливо подсказывало Мечиславу, что можно сделать с его девочкой.

Его любимой, родной, его Юленькой - и вампир готов был скрежетать зубами со злости.

Но сделать как раз ничего и не мог. Только дозваниваться раз за разом, слышать длинные гудки - а потом обрыв связи - и в очередной раз повторять про себя клятву.

Если я его любимой девочкой что-нибудь случится - пусть Палач молится, чтобы Мечислав не пере-жил этого.

Потому что иначе...

Плевать, что Палач неуязвим.

Плевать, что его нельзя убить!

Убить можно каждого. А если за это возьмутся вампиры, оборотни и дракон - что-то обязательно по-лучится.

Юлю он никому не простит...

***

Как следует оттерев руку, сначала в воде, потом об траву, а потом опять в воде, я серьезно задума-лась. И подошла к Неду уже осторожнее.

- Тебе что-нибудь говорили о твоем проклятии?

- Мало - дракон говорил, не размыкая губ. Слова рождались где-то в глубине горла и с трудом доно-сились наружу.

- что именно? Чья это вообще работа? Потому что мне даже дотронуться до него сложно...

- С Шарлем было не так?

- Нет. Намного легче. А твое... оно бы и на меня переползло, если бы смогло. Факт! Неужели его никто не пытался снять?

- Пытался.

Я потерла виски.

- Ладно. Давай так. Вот вернемся в реальность - и ты мне там все расскажешь. В красках и подробно-стях. Обещаешь?

- Что сам знаю.

Пришлось удовольствоваться таким обещанием.

Я задумалась.

- Но просто так до этой дряни и не дотронешься. А вот если... ты мне сейчас скажешь, легче будет или тяжелее, ладно?

- Хорошо.

Я опять подошла к озерцу. Опустилась рядом на колени. И зачерпнула в ладони воды. Сколько смог-ла.

Вернулась к дракону и вылила воду ему прямо на замершую в ожидании морду. Четко - на одну ячей-ку сетки. Раз, другой, третий...

После пятнадцатого раза Нед чуть шевельнул глазами.

- Легче. Там, куда ты... воздействовала.

Я кивнула. И пристально рассмотрела сетку и шкуру под ней.

Вода словно смыла кислоту. И вновь она не появлялась. А сама сетка в этом месте выглядела потре-панной. И какой-то тусклой.

О чем я и сообщила дракону.

- Полагаю, если тебя искупать полностью - станет легче. Но масштабы... был бы ты помельче. Или было бы у меня ведро...

Масштаб задачи и так впечатлял. Облейте из ладоней девятиэтажку. Ага? А я посмотрю на героев.

Было бы хоть озеро побольше...

Прилетевшая в лоб шишка стала хорошим ответом. Не наглей. Бери, что дают. И будь благодарна за это. Да понимаю я. Но помочь-то хочется!

Деревья зашумели, как бы говоря - всем не поможешь.

Ну и что! Я постараюсь!

Извернемся как-нибудь. Платье намочу, еще что-нибудь сделаю... прорвемся! Нед мне ничего плохо-го не сделал. Наоборот - не явись он, попик добился бы своего. Бээээ...

Так что вампиру я сильно благодарна.

И я с удвоенной решимостью принялась таскать в горстях воду.

Я не знаю, сколько прошло.

Час, два, три... ноги уже подкашивались, когда мне показалось, что сетка стала более хрупкой и не-надежной. Я вцепилась в нее через мокрую ткань - и дернула, что было сил.

И отлетела назад.

В моих руках был зажат кусок проволоки.

Совсем маленький. Обломилось только одна ниточка, не больше пяти сантиметров длиной. По срав-нению со всем объемом - это был мизер. Как базарный воришка рядом с масштабами перестройки.

Но даже это было прогрессом.

Вот только я чувствовала себя так, словно на мне всю ночь черти воду возили. О чем и сказала Неду Но Палач не стал огорчаться.

- Возвращаемся? - почти радостно уточнил он.

Я кивнула.

- Ты, наверное, возвращайся. А я побуду тут, хорошо? Мне тут спокойно, уютно... а выйду - мы поговорим.

- Обязательно поговорим.

- Тогда - до встречи, - я помахала ручкой и попросила, обращаясь к голубому небу над собой:

- Верните, пожалуйста, товарища на место?

Я же собиралась отоспаться здесь, отдохнуть и дождаться Мечислава.

Наверняка вампир за меня волнуется. А я тут драконолечением занимаюсь...

Ничего. Вот настанет рассвет - и Мечислав обязательно придет сюда. Дорога открыта...

***

Нидхегг открыл глаза на лесной поляне.

Костер уже прогорел и рассвет потихоньку отвоевывал себе место.

Юля лежала рядом. Она распласталась на траве, раскинула руки и лицо у нее было абсолютно спо-койным и счастливым.

Что бы с ней не происходило сейчас - она была более чем довольна.

Если она сейчас там...

Палача передернуло.

М-да.

Как только девушка очнется, надо будет с ней серьезно поговорить. Похоже, она сама не представля-ет масштабы своих сил. И грозящей окружающим опасности.

Самое ужасное - он представляет масштабы катастрофы, но вот как с ней справиться - неясно! Мо-жет ли девушка контролировать свой разум? И кто из них главнее? Она? Или потоки сил которые она поглощает?

Главный закон любой магии - всякое действие равно противодействию.

Юля воздействует на силы - они, в свою очередь действуют на нее.

И как только она отдастся им полностью - что останется от человека?

Безумная сила.

Тем более страшная, что остановить ее будет невозможно.

Нед пытался в свое время. И схлопотал свое проклятие. Да, магу это не помогло. Но ведь и он не бес-конечен...

Дракон покосился на горло девушки.

У него было огромное искушение достать из кармана нож - и...

А можно и не доставать. Хватит и одного удара ладонь. Удара, который разобьет шейные позвонки в пыль.

Так легко убить ее сейчас...

Так тяжело забыть, что она пыталась помочь...

И невозможно отказаться от надежды...

Ладно!

Убить он всегда успеет.

Палач вздохнул.

Искренне понадеялся, что не пожалеет о своем решении.

И принялся грузить все в машину.

Пора выдвигаться. К ночи Юля должна быть в своем городе.

***


***

Мечислав закрыл глаза.

Сегодня он ложился еще до рассвета. У него были важные дела. Впервые он так сильно хотел попасть на ту самую поляну.

К Юле.

Что-то произошло с его девочкой?

Где она?

Если бы кто-то сказал вампиру еще лет десять назад, что он будет так переживать из-за человека? Из-за женщины? Из-за соплюшки двадцати лет от роду?

В лучшем случае Мечислав долго бы смеялся.

А еще - удивился бы.

Женщины!?

Вот уж не ценность для вампира. Он их за семьсот лет видел во всех видах. И без видов. Столько пе-ребрал, что самому страшно становилось.

Благо - у него было все.

Красота, ум, обаяние - даже своего за глаза хватало, не говоря уж про вампирское.

Деньги?

Бедствуют только ронины. И то - если не умеют зарабатывать. А Мечислав всегда был практичен.

О бедности он забыл навсегда.

А женщины - они в чем-то удивительно просты. Они видели богатого красавца - и дальше все было предсказуемо.

Его совращали, соблазняли, пытались затащить под венец, за эти годы вампир испробовал все.

И накатила скука.

Он всегда мог предсказать, как поведет себя та или иная женщина.

Всегда.

А если все знаешь наперед - зачем смотреть кино? Иногда он ловил себя на мысли, что так и стано-вятся гомосексуалистами.

Юля была... неправильной.

Дело не в том, что она сопротивлялась своим желаниям. Ну и его тоже. Было и такое в жизни вампи-ра. И не раз. А уж сколько перед ним это разыгрывали... иногда просто смешно становилось.

Видимо, по принципу - больше потрудишься, больше ценить станешь.

Дуры.

Принцип-то был правильный. Но только для мужчин, которые ничем не заняты.

А вот если у тебя до черта дел? Если на тебе висит и бизнес, и твои люди, и еще много всякого раз-ного? Если ночи иногда не хватает?

Где уж там бегать за капризной девицей!

Такой он посчитал и Юлю. Сначала. Потом заинтересовался. А когда стал узнавать ее ближе...

Сейчас Мечислав мог честно сказать себе - он любил.

И волновался.

Но напрасно.

Стоило ему закрыть глаза - и над головой зашумели зеленые своды поляны.

- Славка!!!!

Юля с радостным визгом бросилась ему на шею.

Мечислав поймал ее, подхватил на руки и закружил по поляне. И на миг ему показалось, чтот весь мир кружится и радуется вместе с ним.

Живая.

И даже не слишком пострадавшая.

Что еще надо?

Все остальное исправим!

- Юленька... родная моя...

Прошло не меньше десяти минут, прежде чем вампир смог выпустить женщину из рук. И то - не до конца.

Уселся в тень под одной из сосен, оперся спиной... и плевать, что это место его не любит! Чтобы по-говорить с Юлей - он бы еще и не туда пришел! Перетерпят!

- Я за тебя ужасно волновался.

Юля кивнула и потерлась щекой о его плечо.

- Я тоже. Как у тебя дела?

- Жив, здоров. Ты лучше расскажи, почему тебя не оказалось в монастыре? Что вообще произошло этой ночью?

Юля закатила глаза.

- Жуткое количество вещей! Началось с того, что меня-таки решили осеменить.

Мечислав стиснул зубы. Надо поручить Леониду - пусть закупит несколько килограмм тротила. Или еще чего. Не было у нас терактов в монастырях!?

Будут!!!

Давно пора!!

- И? - решился спросить Мечислав.

- а если меня... того?

Вампир пожал плечами.

- Монастырь я снесу с лица земли. А тот, кто дотронулся до тебя хоть пальцем, будет подыхать долго и мучительно. Не возражаешь?

Юля улыбалась.

- Возражаю. Тебе придется для этого заново отстроить монастырь. А тому типу и некромант уже не поможет. Да и не успел он ничего. Нед меня спас.

- Нед?

Юля наконец отлепилась от его плеча и невинно посмотрела вампиру в глаза.

- Ага. Он мне разрешил называть его так. Вы-то его зовете Палачом...

Мечислав невольно закатил глаза.

- Солнышко, ты просто невыносима. Ты знаешь, кто он такой?

- ага. Полагаю, что знаю больше вас всех. Но ты не бойся. Нед хороший. Просто ему очень не повез-ло в жизни.

Мечислав застонал.

- Юля, я с тобой с ума сойду! Расскажи подробно, что с тобой произошло ночью! И почему тебе не-давно было так плохо?

Его сумасшедшая фамилиар потупилась.

- Понимаешь, дело было так.... Меня сегодня действительно решили... того. Но Нед успел вовремя. Свернул шею мерзавцу и увез меня.

- А еще подорвал монастырь, - дополнил Мечислав.

- При мне он его только поджег.

- Понятно. Что было потом?

- Мы поехали к тебе. Нед сказал, что может вести машину и днем и ночью.

- Ко мне?

- Да! Я не сказала? Нед пообещал отвезти меня домой.

Мечислав перевел дух.

Палач сказал - Палач сделал. Это было железно и непреложно.

Именно поэтому его боялись вампиры.

- Точно?

- он пообещал, что мы будем дома к вечеру, - обиделась Юля.

- А почему так поздно? - проснулась подозрительность в Мечиславе.

- Мне стало плохо. Не знаю, чем меня напичкали в монастыре... или сам Нед, но я просто всю ночь из кустов не вылезала, - смутилась девушка. - Хорошо вам, вампирам! У вас-то этих проблем нету!

- у нас других хватает. Ты одна заменяешь мне расстройство почек, печени и желудка, - мрачно со-общил вампир.

- Зато ты всегда обо мне думаешь, - съязвила девушка, опять утыкаясь ему в плечо. - Мы с Недом поговорили. Он вообще-то хороший. А когда узнал про Шарля... он собирается тесно общаться с на-шим дракошей.

- Насколько тесно? Шарль переживет?

- Славка! Ты... ты... злюка! - Юля ткнула его кулачком в плечо. - ты же не думаешь, что я разрешу кому-то причинить Шарлю вред? Тем более Нед и сам... ой!

- Сам - что? - уцепился за оговорку Мечислав. - Юля, рассказывай... Все равно ведь придется.

- А ему ты не расскажешь?

- Сейчас. Проснусь и побегу.

- Нед тоже дракон.

Вампир схватился за голову.

- Палач!?

- Да. Он сказал, что кое-кто в Совете знает. Только это тайна.

- Между нами она и останется, - заверил Мечислав, прикидывая последствия встречи двух драконов. Интересно, город уцелеет? Или лучше заранее заказать билет до Аляски? - Что он еще рассказал?

- Он очень древний.

- Да.

- ты не понял. Безумно древний. Десять тысяч лет - минимум. А то и больше. Я так поняла, что под проклятие он тоже попал не ребенком.

- Проклятие?

- Ага. Тебе стало плохо под утро?

- Да.

- Это я виновата. Я его сюда затащила, хотела посмотреть. Меня и долбануло...

- Но с тобой вроде все в порядке?

- Здесь - да. Там я наверное сплю. Как и ты.

- я все равно беспокоюсь.

- Нед не причинит мне вреда.

- мне бы твою уверенность.

- Я - его единственный шанс избавиться от этой гадости.

- Если тебя раньше не прикончит, так? Юля!?

Женщина молчала. Мечислав тряхнул ее за плечи и приподняв лицо за подбородок вгляделся в груст-ные глаза.

- Это опасно для тебя?

- Не знаю. Может быть.

- То есть - да.

- Я же все равно не брошу его без помощи.

- Убить тебя мало!

- Я тебя тоже люблю.

Мечислав закатил глаза. В очередной раз. Ей-ей, стоило бы выдрать эту дурочку, которая с такой на-ивностью рассуждает о серьезных вещах.

Палач... кошмар вампиров на протяжении тысячелетий. И - не причинит вреда.

Он хороший.

М-да.

Вот как ей объяснить, что вампиры в принципе коварные и жестокие?

А никак. Вроде бы уже и сталкивалась и с тем, и с другим, чудом жива осталась...

- Юля, сейчас тебе надо идти. Пожалуйста. Я тоже пойду. А ты обязательно позвони мне вечером. Хорошо?

Юля покраснела.

- Ой. Славка, я просто дура. Надо было сразу.

- Ладно. Спишем на нервы и переживания. А сейчас внимательно послушай меня. Когда проснешься - сразу позвонишь Валентину. Чтобы я был спокоен. Или Леониду.

- Ладно.

- А перед въездом в город еще раз позвонишь мне. Я вас встречу.

- Хорошо. Слава, а у вас точно все в порядке?

Мечислав вздохнул. М-да... признаваться и все рассказывать?

Только не здесь!

Вечером.

- Все, что необходимо, я тебе расскажу. Когда встречу.

- Хорошо.

- Тогда - иди. И будь осторожнее. Пожалуйста. У нас где-то есть вредитель...

- Ты меня даже не поцелуешь на прощание? - удивилась девушка.

Поцелуй вышел долгим и сладким.

За ним как-то незаметно последовал второй.

Третий.

Здравый смысл подсказывал Мечиславу, что надо как можно скорее уходить. Но... когда это его слушали в такой момент?

Особенно когда в твоих руках любимая женщина, а трава такая мягкая и уютная... подождет Палач. Авось не полиняет.

***

Шарль критически оглядел Алину Михайловну и пожал плечами.

- Ладно. Авось все уцелеют.

Дракону не слишком хотелось брать с собой неинициированного оборотня, но куда деваться? Обе-щал.

Да и... полезно. Пусть Алина Михайловна походит по фирме, пообщается с людьми, чтобы потом не ходили сплетни...

Выглядела женщина не слишком хорошо. Но бледность удачно пряталась под косметикой, а одежда маскировала шрамы.

- Леонид обещал подъехать попозже, - сообщила Алина Михайловна.

- Тем лучше.

Шарль подал руку даме, помог ей влезть в машину и сам устроился на заднем сиденье джипа. Пока он еще не водил машину. Но собирался.

День предстоял тяжелый. И впереди таких дней было видимо - невидимо. Не бросать же дело всей Костиной жизни на произвол судьбы?

***

Сюрпризы ждали Шарля уже на подъезде к фирме.

В виде Тамары и Васисуалия. Весьма недовольных, растрепанных и пытающихся прорваться через за-слон охраны на фирму.

- Томка? - удивилась Аля, не торопясь выходить из машины.

- Да. Хотите повидаться?

- Безусловно. Алекс... Шарль, ты ее сюда не позовешь?

- Лучше пойдем на фирму. Посидите в конференц-зале. Там удобно.

- пойдет, - кивнула Аля. - идем?

Шарль кивнул и вежливо помог женщине выбраться из машины.

- только уж не обессудьте, пока Леонид не подъехал, пусть с вами побудет Костя. На всякий случай. - Ты думаешь, я могу сорваться при Томке?

- Запросто. Это не от вас зависит. Это перестройка организма. Так что не спорьте.

Аля и не стала.

Вместо этого она помахала сестре рукой. Но куда там! Тамара такой мелочи, как сестра, даже и не за-метила. И продолжала атаковать охранника, требуя пропустить ее на фирму. Сейчас. И даже сию секун-ду.

Парень держался исключительно за счет турникета. Но металлическая полоса уже потрескивала под напором мадам Старковой.

- В чем дело? - вмешался Шарль, решительно отстраняя Васисуалия. И заодно нажимая алкоголику на болевую точку. Быстро, незаметно и гарантируя полный вылет из реальности минут на десять. А нечего тут визжать. Жаль, с Тамарой так нельзя. Алина Михайловна не простит.

- Шеф, - появилось облегчение на лице охранника, - тут вот...

- Что - вот!? Что - вот!? - взвилась Тамара. - Что этот дуб себе позволяет! Я сестра владельца фирмы! Собственно, ближайший родственник. И меня же не пропускают!? Развели тут хамья! Да за такое во-обще выгонять надо!!! С волчьим билетом!!!

Охранник закатил глаза. Кажется, его уже и волчий билет не пугал. В конце концов, волки - милые и добрые существа. Не то, что эти...

Шарль отлично его понимал. Сам же запретил пропускать идиотов. Но - куда деваться.

- Ладно. Пропустите их. Пока. И только со мной.

- Алекс! - возмутилась Алина Михайловна.

- Режим безопасности, - развел руками Шарль. - пройдемте, мадам?

И ловко направил мадам Старкову так, чтобы дама слегка вписалась боком в турникет. Поделом. Нече-го тут визжать с утра пораньше. Еще бы на лестнице ее пару раз уронить...

Проводив всю компанию в конференц-зал, Шарль вежливо откланялся. И тут же отправился в свой кабинет, где и включил компьютер. В вопросах безопасности Костя был тем еще параноиком. И сделал так, что на его компьютер в любой момент можно было вывести изображение с каждой установленной в здании камеры.

В том числе и в конференц-зале.

***

А в зале было весело.

Кое-что дракоша пропустил, потому что Тамара уже уперла руки в бока, а Аля, хоть и держалась, но в ее глазах сверкали опасные искорки. Ладно. Авось, охранник успеет ее поймать и не дать переки-нуться.

- Твои родственники... - услышал дракон.

- Что-то ты меня ни разу не навестила, - парировала Аля.

- а кто знал где ты? Ты исчезла, Юлька исчезла, старика твоего убили...

- НЕ СМЕЙ так о Косте!!! - почти взревела Аля, сверкая глазами.

Она бы бросилась вперед и точно прикончила сестру. Константин поймал. Вовремя.

Увы, осторожность не была свойственна Тамаре.

- А разве нет? Ты же знаешь, бизнес - это опасно. Вот и доигрались!!! Продай ты всю эту шарашкину контору! Продай! Как ты не понимаешь - ты просто не справишься!

Аля тряхнула головой. Высвободилась из рук охранника.

- А мне и не надо. У меня есть дочь и зять.

- Видела я этого зятя! Бандит с большой дороги! А дочка?

- Тома, ты переходишь все границы.

Голос Али стал неожиданно спокойным и холодным. Но разве остановишь голосом - ошалевшего но-сорога? Или раздухарившуюся Тамару?

- Хорошо дочурка! Хамит, спит с кем попало, родителей не слушается, уважения никакого к стар-шим!!! Ты вообще понимаешь, что они тебя просто оберут до нитки и выкинут на улицу!? Или ты со своим стариком окончательно выжила из ума?

- Довольно!!!

Голос Алины Михайловны понизился так, что Шарль присвистнул. Почти рычание. Почти ультра-звук.

- Я выслушала тебя. И сыта по горло. Убирайся.

- К-как!? - растерялась Тамара.

За эти годы она привыкла быть старшей. Быть всегда правой. Привыкла, что Аля выслушивает ее по-учения и не слишком спорит. Ей и невдомек было, что Алина Михайловна старалась просто не раздра-жать мужа. Ну и немного чувствовала себя виноватой. Все-таки ее свекор... почти снохачество...

- Молча. Вон из моей жизни!!! - взвилась Аля, - окончательно теряя всякую сдержанность. - И чтобы я больше никогда о тебе не слышала! Нет у меня сестры! Только брат! А ты бери своего алкаша, бери своих правильно воспитанных деток и катись домой! Сегодня же! Чтобы когда я вернусь - и духу вашего не было!!!

- Ты делаешь громадную ошибку, - начала было Тамара. Но ее уже никто не слушал.

Ни Аля, повернувшаяся к охраннику и приказывающая выставить бывших родственников из конто-ры.

Ни Шарль, который лихорадочно набирал номер Леонида и собирался обеспечить выставление род-ственников из города.

Ни Константин, который сейчас звонил своей команде и просил подкрепления.

Ни даже Васисуалий, который нашел в конференц-зале бар и теперь жадно поглощал коньяк ценой в его годовую зарплату.

Аля окончательно выкинула родственников из своей жизни.

***


***

Леонид постучался в конференцзал минут через десять после торжественного выдворения.

Аля сидела на стуле, опустив голову. Припадок бешенства прошел - и теперь это была просто усталая грустная женщина. Вовсе даже не оборотень.

- все так плохо? - тихо спросил Леонид, кладя руку ей на плечо.

Аля кивнула. Говорить ей не хотелось.

- Или не стоит расстраиваться? Пойми, это ведь мелочи жизни!

- Это моя сестра...

- И что? Друзей мы выбираем сами, но нас за это наказывают родственниками. Какие они тебе родные? Родные люди - это те, кто к тебе и через огонь примчится. В любой момент. И не говорить будет, а делать...

- Делать Тома тоже пыталась...

- И тебе это не понравилось...

- Да. Где мы успели так разойтись? ГДЕ!?

- Костя был замечательным человеком. И менял каждого, кто оказался рядом с ним. В лучшую сторону. Тамаре такого счастья не досталось. А вот вы с Юлей - вы стали другими. Яркими сильными, настоящими...

- Костя умер...

И столько тоски звучало в женском голосе. Столько боли...

Леонид опустился рядом с Алей на колени.

- Да. Но ты жива. И надо жить дальше. Хотя бы ради него.

- Ради чего? Юле я не нужна. Костя ушел. Томку я выгнала. У брата своя жизнь. Зачем я здесь?! Без меня всем было бы лучше.

- Глупости! - вскипел Леня. - Ты очень нужна Юле. Она вас безумно любит.

- У нее своя жизнь. Ты видел ее мужчину? Я им только помеха. Зря ты меня вытащил...

- Не зря. Аля... я скотина, но ты мне очень нужна. Я жить без тебя не смог бы!

- Сможешь. Я же живу без Кости.

- но не хочешь. И я не хочу. Ты не думай, это тебя ни к чему не обязывает. Просто... разреши мне быть рядом. Как другу. Мне без тебя очень плохо.

И столько было искренности в последних словах, что Аля вздрогнула.

А потом медленно подняла голову - и кивнула.

- Пусть. Все равно я пока как слепая...

- Вот и разреши мне учить тебя. Я ведь не причиню тебе вреда, - Леонид посмотрел ей в глаза. А за спиной показал в камеру сжатый кулак.

Шарль хихикнул и отключился от сети.

Ладно уж. Пусть Ленька уговаривает его тещу без свидетелей.

В конце концов, кто-то должен заботиться об Але. Почему не любящий ее мужчина?

А всем остальным будет обеспечено душевное спокойствие. Тоже немало в наше время.

***

Я открыла глаза - и тут же закрыла их. Солнечные лучи били сквозь затонированное стекло, казалось, прямо в мозг.

Как только Нед их выдерживает?

- пришла в себя, спящая красавица?

- Пришла - пришла, - кивнула я.

Болело все. Мышцы, нервы, кожа, кости... как меня так угораздило?

Хотя чего удивительного. Побыть в плену, удрать из монастыря, всю ночь просидеть в кустах - это на физическом плане. А на метафизическом - лечить дракона и заниматься любовью с вампиром.

Насыщенное расписание.

- А давно я валяюсь? Сколько времени?

- Да уж часа четыре.

- Обалдеть!

- Я даже волноваться начал, - Нед уверенно вел машину, черные очки отсвечивали в лучах солнца. - Не стоило. Просто мне действительно тяжело пришлось.

- Это меня и волновало. Сейчас ты как? Пить, кушать, писать - надо?

Я прислушалась к себе.

- Пить. Водички и побольше.

- Без вопросов. Бутылка на заднем сиденье.

Я кивнула и полезла назад. Минералка нашлась почти сразу. Бутылка была даже не распечатана. Я от души напилась, стараясь не попасть себе по зубам на очередном ухабе - и улыбнулась.

- Теперь хорошо.

- Тогда лезь обратно. Беседовать будем.

Я послушалась - и постаралась поудобнее устроиться в кресле. У 'Хаммера' оно такое, что хоть сиди, хоть лежи... военная машинка.

- Как ты себя чувствуешь?

- Нормально, - после короткой паузы отозвался Нед. - Что ты со мной сделала?

Я вздохнула. А потом начала рассказывать о природе своей силы. То, о чем я как-то не говорила ночью. Потому что не слишком разбираюсь. Про Даниэля. Про ауры. Про оборотних и детей. Про демона. Про Диего и Клару, которых, как ни крути, я свела на той поляне. И помогла им уйти вместе.

Палач слушал очень внимательно. А когда я закончила, подвел итог.

- Макака на ядерной боеголовке.

- Хам клыкастый, - обиделась я, забыв о разнице в возрасте. - что мне теперь - повеситься?

- Учиться.

- и рада бы. Сам видишь, какой у нас бардак! Не сопрут, так сами припрутся! А как еще вопрос с ИПФ решать?

Нед пожал плечами.

- Там разберемся. Ты сама чего хочешь?

Я подумала.

- да чтобы нас со Славкой всеет оставили в покое. Чтобы дали нормально пожить. И мне, и родным...

- Родным? - искренне удивился Палач.

- Деду, маме, Шарлю...

Нед вдруг вырулил на обочину и затормозил.

- Ты не знаешь.

Он не спрашивал. Он утверждал.

И стало страшно. Как в детстве, когда смотришь 'Собаку Баскервилей'. Там, где зверушка должна появиться... и появляются тела и из-за холмов несется тоскливый вой... ЧТО СЛУЧИЛОСЬ!?

И откуда-то из глубины души - НЕ НАДО!!! Я не хочу этого знать.

А узнать придется.

И обволакивает холодом.

Неужели...

- в день, когда тебя похитили, на твоих родных совершили покушение. Твой дед мертв. Мать ранена. Но поправляется.

Нед не глядел на меня.

А я никак не могла осознать произошедшего.

Дедушка мертв?!

Но так ведь... так не бывает!!!

Он был в моей жизни всегда. И мне казалось, что это будет продолжаться бесконечно. А его нет. Он никогда не влетит в квартиру, не взъерошит мне волосы, не скажет шутливо 'совсем законспирировалась, поганка...', не возьмет на руки правнука, не... не... не...

И только когда Нед обнял меня за плечи и неловко привлек к себе, я поняла, что плачу.

***

Нидхегг обнимал плачущую девушку, механически гладил ее по голове, приговаривал какие-то глупости и думал, что ему придется очень много работать следующие лет сто. Или двести.

Потому что убивать надо было сразу.

А сейчас уже поздно.

Не сможет он оторвать голову этой соплюшке. Все знает, понимает, что она опасна, что не справится, если Юля выйдет из-под контроля, что пострадают многие... и все это неважно.

Наплевать.

Потому что есть надежда.

Надежда вновь раскрыть крылья. И взлететь высоко-высоко...

Глупая, иррациональная... только вот отказаться он уже не сможет.

Ему придется оставаться рядом с Юлей.

Приглядывать, учить, защищать.

Придется решить этот вопрос с Мечиславом. Хотя... тот не станет возражать. Мечислав достаточно рационален и не станет отказываться от помощи.

Придется сделать многое.

Он справится. Обязательно справится.

И первый шаг к своей цели надо делать именно сейчас.


Глава 7 | Крест и крыло | Глава 9