home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава двадцать третья

Один тип из «Крови»; сказал, что их вожак. Насчет вступления в ополчение. И еще что-то насчет ваших предпочтений в плане мужчин. Наверное, имел в виду подбор кадров. Подробности дислокации на бумаге.

Бринд получил сообщение еще раньше днем, в нем главарь банды, Малум, вызывал его на закате к трактиру «Дыра победителя». Он долго сидел тогда с листком бумаги в руках, глядя вдаль.

В указанное время он уже ждал на набережной, где стоял пронзительный холод. Улицы еще поливали соленым раствором, чтобы смыть с них последние следы льда, а в небе над городом снова собирались тяжелые снеговые тучи. Огоньки баров складывались в одну большую подкову вдоль кромки моря, но дальше к северу, откуда должно было начаться вторжение, не было ничего, кроме темноты. В «Дыре победителя» нарастал шум, торговцы и рыбаки прибывали и, подпирая стойку, громко болтали о делах. Люди в большинстве своем проходили мимо, волоча ноги и зябко кутаясь от холода, никто не хотел смотреть солдату в глаза, точно он был дурным предзнаменованием. Бринда это устраивало.

Вскоре к Бринду подошел высокий тип в капюшоне, с заросшим щетиной лицом. Дорогая одежда, теплый верхний плащ из серой шерсти, причудливо скроенные сапоги с кричащей отделкой, красная маска. По всему видно, что это Малум.

– Я получил твое сообщение, – сказал Бринд.

– Вижу, у тебя мания комментировать очевидное, альбинос.

– Ты принял решение об участии своих людей в обороне города во время войны? – спросил Бринд.

– Да. Ни «Кровь», ни «Крик» в вашем фарсе не участвуют.

Ах ты, эгоистичная сволочь.

– Ты понимаешь, что твое решение может привести к гибели города? Твоя трусость может к ней привести?

– И ты еще будешь говорить мне о трусости?

– Падение Виллирена станет началом целой цепи страшных событий по всему архипелагу. Один остров мы уже потеряли, за ним падут и остальные. И чем больше людей будут стоять в стороне и наблюдать, как это происходит, тем быстрее это случится.

– Беда в том, – заявил Малум, – что никто из нас не хочет воевать бок о бок с тобой.

– С солдатом империи?

– Нет, с извращенцем. Перевертышем.

– Боюсь, я не понимаю вас, сэр.

И тогда Малум рассказал командующему о соглядатае, который ходил за ним по пятам, о том, как он проследил его до самого борделя, где Бринд искал компании мужчин, о мужчине-проститутке, которого нашли, и тот сознался во всем при свидетелях, после чего был казнен выстрелом из арбалета в голову.

Все это показалось Бринду настолько нереальным, что скорость его пульса участилась втрое в считаные секунды. Слово за словом падало в тишине, и командующий все сильнее уходил в себя, ужасаясь тому, что его секрет раскрыт, и кем – этим бандитом! Даже если у него нет иных доказательств, подписанного признания того человека хватит, чтобы разрушить его карьеру.

Рука Бринда скользнула к рукояти меча, но Малум, заметив его движение, оскалился:

– Какого хрена ты делаешь?! Решил, что можешь убить меня прямо здесь, так подумай еще раз. Пятьдесят моих людей следят сейчас за каждым твоим жестом, и если ты хотя бы двинешься с места, они набросятся на тебя и прикончат, каким бы непобедимым воином ты себя ни считал. Да и вообще, стоит нам сделать так, чтобы о признании того мудака узнали люди, и не только твоей карьере – всей твоей армии конец.

Возможно, это был блеф от первого слова до последнего, но, повинуясь многолетней армейской привычке, Бринд тут же перевел полученную информацию в цифры и понял, что шансы не в его пользу.

– Чего ты хочешь?! – зарычал он.

– А, вот ты теперь как заговорил, – сказал Малум немного спокойнее, чем прежде. – Ты должен мне несколько тысяч ямунов. Столько, сколько понадобится на покупку города, слышишь? Нового города, разумеется, ведь от этого через неделю-другую может не остаться камня на камне.

– Так зачем же ты угрожаешь тому, кто еще может спасти это место? Я могу избавить тысячи людей от неминуемой смерти.

Маска мешала рассмотреть выражение лица бандита, но, похоже, тот ненадолго задумался, прежде чем дать ответ.

Бринд слушал, как лодки на ветру сталкиваются бортами друг с другом, создавая бесконечный прерывистый ритм, сводящий человека с ума.

– Я-то настоящий мужик, – заключил наконец Малум, – так что такому, как ты, меня не понять. – И он снабдил его короткими инструкциями о том, где оставить деньги, и пригрозил, что если он придет не один, то… Нагло ухмыльнувшись, главарь банды скрылся в тумане.

Бринд чувствовал, как его обступает тишина. Миру, в котором он жил до сих пор, только что пришел конец.


Бринд заглянул в офицерскую комнату, где его люди отдыхали, сидя в креслах под большой картой города, кто за чтением, а кто за игрой в карты.

– На одно слово, лейтенант, пожалуйста.

– Разумеется, командир. – Нелум положил книгу на стол и бросил взгляд на остальных, которые ухмылялись так, словно хотели сказать, что он попался. Кто-то пошутил:

– Лейтенант идет сортиры чистить, – и все загоготали.

Вскочив на ноги, Нелум последовал за Бриндом.

Каждый их шаг громко отдавался под сводами коридора, каменные стены усиливали каждый их вздох, пока они шли из здания цитадели наружу, туда, где вдоль зубчатых крепостных стен были проложены дорожки для наблюдения.

Вечер был поздний, обе луны скрылись за облаками. На стенах не было никого, кроме редко расставленных часовых из драгунского полка – стрелков, вооруженных тяжелыми дальнобойными луками и превосходным зрением; их коричневая с зеленым форма почти сливалась с темнотой. Один за другим они коротко и почтительно салютовали двум проходившим мимо гвардейцам и продолжали наблюдать за северным горизонтом.

Наконец Бринд и Нелум вышли на площадку башни в восточной оконечности цитадели и уставились в темную даль. Внизу покидал трактиры народ, пьяные песни затихали вдали, изредка раздавались женские крики.

– То, что я расскажу вам сейчас, лейтенант, вы вольны интерпретировать как хотите, – начал Бринд.

– Продолжайте. – Нелум сказал это искренне, но Бринд все равно держал паузу, сколько мог.

– Что-то случилось, командир?

Бринд как можно короче рассказал ему обо всем случившемся, опустив многие детали, но упомянув о том, что все, ради чего они трудятся в настоящий момент, может рухнуть в самое ближайшее время из-за угрозы шантажа, нависшей над ним.

– Понимаю, – проговорил Нелум. – Могу ли я поинтересоваться причиной шантажа?

Вопрос повис в воздухе.

Наконец Бринд сказал:

– Это обвинения личного характера.

– А именно?

– Меня обвиняют в связях – сущая чепуха, конечно, – с другими мужчинами. Лично я думаю, что это лишь предлог, выдуманный бандитами, чтобы не участвовать в обороне. – Тут он вполне уверенно рассмеялся. – Однако проблема в том, как не позволить этой лжи разрушить все то, к чему мы сейчас стремимся. У этого парня повсюду связи, под его началом состоит много людей.

Всякое выражение исчезло с лица Нелума, и Бринд больше не мог на него смотреть. Потирая руки, чтобы согреться, он отошел на несколько шагов.

Наконец его лейтенант неуверенно заговорил:

– Такие вещи… ну, они ведь случаются в армии, правда? То есть я слышал, что мужчины ложатся с мужчинами, когда армия в длительном походе… Но уже на следующий день об этом забывают.

– Я это знаю, ты это знаешь, любой солдат, кто прослужил хотя бы год, это знает, – буркнул Бринд, глядя на Нелума.

Молчание Нелума угнетало.

– К этим слухам нельзя относиться легкомысленно, они бросают тень на доброе имя Ночной Гвардии, а это может привести к срыву всех наших оборонных планов.

Лицо лейтенанта оставалось по-прежнему неподвижным, пар от дыхания клубился перед ним.

– Но ведь этого еще не случилось, правда? Может быть, его убрать, пока не поздно?

– Он сказал мне, что есть и другие, кто знает, – возразил Бринд, – и если он исчезнет, кто-то другой распространит этот слух.

– Наверняка это блеф.

– Но что ты сам об этом думаешь? – Бринд снова повернулся к подчиненному в надежде уловить какую-нибудь реакцию. Неважно какую. – Я знаю, что ты предан учению Джорсалира, а оно не одобряет подобных дел. Но мне нужно быть уверенным, что ложь не пойдет дальше.

– Чем занимаются солдаты в свободное от службы время, меня не касается. – Отрывистые фразы, горький тон – все свидетельствовало о том, что он знает: Бринд лжет. – Вы слывете одним из самых способных воинов и командиров в армии, и нам всем надлежит трудиться и не терять надежды, какой бы поклеп на нас ни возводили.

Терпение Бринда лопнуло, и он, схватив лейтенанта за плечи, с размаху прижал его к стене, блестя глазами. Нелум и бровью не повел. Солдаты смотрели друг на друга, ожидая, кто не выдержит первым.

– Это все сплетни, ясно? И я рассказал о них тебе только потому, что ценю твой совет.

Плеск волн в стену гавани под ними, казалось, привел Бринда в чувство. Ослабив хватку, он пробормотал извинения и, опершись о парапет, уставился на берег.

– Понятно. Следовательно, нам пора готовиться к изменению сценария, – продолжал Нелум как ни в чем не бывало. – Однако думаю, что неплохо было бы нам пустить свой слух, в противовес этому: пусть болтают, что зреет заговор с целью очернения старших офицеров имперской армии. Можно даже намекнуть, что его авторы – агенты врага, работающие под прикрытием у нас в тылу и шпионящие за нашей подготовкой к обороне.

– Отличная мысль. Мне совсем не нужно, чтобы это дело погубило все мои планы. Черт, мне надо еще город спасти.

– Вам надо спасти город?

Важнее слов были паузы.

– Нам, – быстро поправился Бринд. – Ты считаешь, что я должен выступить против Малума. Значит, если со мной что-нибудь случится, ты остаешься вместо меня. Следующим главнокомандующим имперской армией будешь ты. Я подготовлю все необходимые для этого документы, но что ты сам думаешь о такой перемене роли?

Вот дерьмо! Зачем он все это говорит сейчас – чтобы снова завоевать доверие лейтенанта? Мозг Бринда буквально закипал от паранойи.

– Сэр… Разумеется, сэр, – выдохнул Нелум. Некоторое время он, который никогда не лез за словом в карман, не знал, что сказать. – Я так польщен, это такая честь… Но вы ведь здесь, с нами, и вы по-прежнему старший офицер за пределами Виллджамура.

Вот и не забывай об этом.

– Спасибо за ваше время, лейтенант.


– Да конечно, на хрен все это. Мы просто возьмем у него деньги, а его самого прирежем, и дело с концом. – Малум усмехнулся. – Простые планы всегда самые эффективные.

Первым заржал Джей-Си, за ним остальные бандиты, числом десять. Звякнули кружки, и разговор стал тише, точно проникнувшись духом ночи.

Развалившись на стуле в углу трактира, Малум точил свой нож о промасленный оселок, пока остальные обменивались шутками при тусклом свете свечей. Их было десять, и все десять пойдут с ним и убьют командующего, если он не принесет денег. И если принесет – тоже.


Глава двадцать вторая | Город холодных руин | Глава двадцать четвертая