home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 64. Битва за Хогвартс

Мне, скажу честно, было хоть разорвись: у меня в группе было аж двое детей Пожирателей — Миллисента и Драко. Впрочем, Невиллу тоже повезло — ему достались Крэбб с Гойлом. Луна опекала Нотта, ну а дальше, как я понял, Том распределил оставшихся по убыванию ценности для отряда… Цинично, зато правда.

До нас донеслась перебранка в эфире: это профессора рвались в бой, а их не пускали. Снейпа, правда, Том выпустил, взяв с него слово, что геройствовать тот не станет, и скоро декан оказался в окопе рядом с нами. Без мантии он выглядел как-то непривычно.

— Я обещал твоей матери присмотреть за тобой, — сказал он в ответ на невысказанный вопрос Драко, и я выдохнул с невольным облегчением: меньше забот! Правда, я тут же передумал: за самим Снейпом тоже глаз да глаз, так что теперь у меня было не двое подопечных, а трое… Ну, спасибо, Том, удружил!

— Не за что, — негромко хмыкнул он в наушнике. Сволочь такая, на расстоянии мысли читает!

Теперь между группами было порядочное расстояние, и видеть соседей я не мог, знал только, что Невилл за изгибом рва справа, а моя позиция крайняя левая.

— Уизли, ваша группа на подходе, — шепнул Том. — Не зевайте.

Мы и не зевали: в маговизоры нам отлично было видно, как горят ядовитые кусты лабиринта, и шестерка Пожирателей медленно, прикрывшись щитами, выходит на открытое место.

Из замка лениво постреливали поверх голов, и пару раз пули взрыхлили землю под ногами у наших противников, чтобы те не расслаблялись.

Малфоев я узнал сразу, у них внешность приметная, вдобавок они были без масок. И без «головных пузырей», кретины! Их счастье, что ядреную химию, которой потравили оборотней, уже сдуло свежим ветерком!

На лице миссис Малфой был написан откровенный ужас и, по-моему, она с трудом удерживалась от обморока, глядя на растерзанные пулями тела оборотней и залитую кровью траву, во всяком случае, спотыкалась на каждом шагу. У мистера Малфоя лицо было каменное и какое-то… повернутое внутрь, что ли? У меня сложилось впечатление, будто он заранее смирился с гибелью единственного сына и не хочет идти дальше, чтобы найти его мертвым, но и не идти тоже не может.

— Мой папа справа сзади, — шепнула Миллисента.

А то б я не узнал! Они с отцом были очень похожи — тот тоже оказался рослым, крепко сложенным и, я бы сказал, довольно симпатичным мужчиной, если бы на лице у него не было того же выражения, что и у Малфоя-старшего. Правда, к нему примешивалась еще и злость, и готовность мстить, если придется…

Остальных я не знал, довольно противные рожи, кстати.

— Я придумал… — прошипел Драко и поманил нас поближе. — Сделаем вот что…

Выслушав, я решил, что план хорош, а Том, который подслушивал, по обыкновению, его одобрил.

— Только маску снять не забудь, — предупредил он. — А вы подстрахуйте, а то эта компания еще начнет палить с перепугу. Профессор, к вам тоже относится! Раз уж вы напросились на передовую, извольте слушаться моих приказов и обойтись без самодеятельности!

Снейп в ответ только выругался, да так, что Риддл уважительно присвистнул.

Драко избавился от «пузыря», стянул маговизор и маску, сунул их в карман и провез по физиономии грязной рукой. Его одежда была щедро заляпана кровью — он ухитрился подбить прыгнувшего оборотня аккурат над окопом, так что, если б не «головной пузырь», его бы целиком окатило, а так только шмотки пострадали. Почиститься он не успел, и это было кстати.

— Главное, руками в глаза не лезь, — предостерег я, — хрен знает, как кровь оборотня действует, может, через слизистую тоже…

— Не учи ученого, — огрызнулся он, высыпал себе на голову пригоршню земли и размазал по светлым волосам, потом встряхнулся и окончательно сделался похож на садового гнома, о чем я не преминул ему сообщить. — Иди в жопу, Уизли! Миллисента, начинай стонать потихоньку… Я пошел.

— Ни пуха, Малфой, — тихо сказал я.

— К дементору, Уизли, — отозвался Драко со смешком и, осторожно выглянув наружу, начал потихоньку выползать из окопа.

Не знаю, о чем подумали Пожиратели, когда сперва услышали слабый стон (в Миллисенте погибала актриса), затем увидели окровавленную руку, тянущуюся к ним будто бы из-под земли, а затем грязную физиономию и всклокоченные волосы… По-моему, испугались, во всяком случае, собрались кучнее и подняли палочки.

— Папа… — прохрипел Драко, на карачках выбравшись из окопа (пришлось подпихнуть его сзади, чтобы не съехал обратно), и пополз навстречу взрослым. — Папа…

Тут этот доморощенный артист нашел в себе силы кое-как подняться на ноги и, спотыкаясь, двинуться вперед.

Как ни странно, первой в себя пришла миссис Малфой: она с нечленораздельным воплем кинулась вперед и схватила сына в охапку. Сквозь рыдания я различал только «Драко… Драко… ты ранен? Скажи, ты ранен? Что с тобой? Не молчи!»

Мне даже стыдно стало, когда я представил на месте Малфоев себя и мамочку, а уж когда я увидел, как выходит из ступора Малфой-старший… Сперва я думал, его удар на месте хватит, а потом — что он Драко задушит.

— Это не моя кровь, — вяло отбивался тот, не пытаясь, однако, высвободиться из родительских объятий. — Осторожней! Это оборотень… Он… я его убил, но… но…

— Говори же!

— Там Миллисента… — Драко артистически всхлипнул и добавил достаточно громко, так, чтобы расслышали остальные: — Он дотянулся… Я не могу ее вытащить, там слишком глубоко, я пытался, правда…

Миллисента застонала громче.

— Что?.. — каким-то задушенным голосом произнес ее отец и вдруг ринулся вперед.

— Стой, Буллстроуд! — крикнул ему вслед незнакомый Пожиратель. — Это может быть…

— Ловушка, — заключил я, когда увесистый мистер Буллстроуд рухнул в окоп, поскользнувшись на моем заклинании. Хорошо, шею не сломал, но ушибся, наверно, порядком.

Правда, это его не интересовало: он увидел Миллисенту — перемазанную с ног до головы, растрепанную, но несомненно живую, и схватился за нее, как за спасательный круг.

— Ступефай, — шепнул я, и мистер Буллстроуд оцепенел. — Действуй!

— Дикси, — позвала она, и явился их домовик. — Папа ранен! Живо домой!

Они пропали, а судя по возмущенному воплю, исчезли и Драко с родителями.

— Не зевайте, — предостерег всевидящий Том. — Они движутся к вам.

— Я сам, — сказал Снейп, лихо выскакивая навстречу Пожирателям.

Их было пятеро на нас троих (третьим в нашу компанию затесался Диггори), но, во-первых, они не ожидали увидеть подростков, а во-вторых — Снейпа.

— Предатель! — взвыл один из них, поняв, кто перед ним, и я сперва решил, что он имеет в виду меня, но нет — он говорил о Снейпе. Я-то в маске был, кто б меня опознал?

Надо было добивать их из окопа, подумал я, пропуская мимо себя незнакомое заклинание — Седрик принял его на щит, а я от души врезал по нападавшему Конфундусом, а потом Инкарцеро, чтоб не дергался. Другой тем временем успел запустить Темную метку с воплем «Он здесь, господин!», но тут же схлопотал от Снейпа какое-то замысловатое проклятие, после которого потерял ориентацию, побрел куда-то не туда и рухнул в окоп.

Теперь Снейп бился против двоих, а нам с Седриком достался очень сильный противник с мощным щитом, который мы никак не могли пробить даже вдвоем. Наконец, мне это надоело, я вспомнил сестренкин летучемышиный сглаз, и это сработало! Пока Пожиратель отбивался от летучих мышей, мы успели спеленать и его и поспешили на помощь к декану. Правда, тот и без нас, сопливых, справился: один его противник лежал бездыханным, второй истекал кровью. Я проверил того, что свалился в окоп — он вроде бы дышал, но я и его связал как следует и оглушил вдобавок. Том учил не оставлять в тылу врага, который еще может встать… Ну, какое-то количество Пожирателей нужны были нам живыми.

— Помощь нужна? — зычно окликнул Флоренц, гарцевавший чуть поодаль со всадницей на спине. Я угадал насчет пулеметчицы — на Амбридж были навьючены запасные колчаны, и она подавала стрелы. То еще зрелище, скажу я вам, но смеяться отчего-то не тянуло.

— Спасибо, Флоренц, сами управились! — отозвался я и хотел добавить что-то еще, но тут Том гаркнул мне в ухо:

— Ни с места! Не шевелись! Ни звука!

Если Риддл приказывал таким тоном, то самым правильным было выполнить его требование, и я замер на месте с полуоткрытым ртом. Седрик, стоявший в отдалении, видел я краем глаза, поступил так же, и я заметил, как он стремительно бледнеет. А потом понял, что стало тому причиной…

Мимо нас, извиваясь в траве, стремительно проползла громадная змея, толщиной, наверно, в бедро взрослого человека. Мы ее, к счастью, не интересовали, она направлялась прямиком к Снейпу.

Я шевельнул было рукой — одна Авада, и нет проблем, — но змеюка тут же развернулась в мою сторону, и я снова окаменел. Она была куда быстрее оборотня, и против нее у меня не было шансов. Боюсь, у профессора тоже: он не пытался бежать, да что там, даже палочку не поднял, хотя успел бы пришибить эту тварь, реакция у него была что надо! А может, и не успел бы — это была не обычная змея. Похоже, нас нашла сама Нагини. Предпоследний крестраж…

Змея подняла верхнюю часть туловища, как кобра, так что голова ее оказалась на одном уровне с лицом Снейпа, и прошипела:

— Так вот где ты прячешься, предатель… Я знал, что ты здесь, Северус, знал…

Я сперва опешил — с каких это пор я серпентарго понимаю? — а потом сообразил, что это Том переводит, у него же была обратная связь, он все слышал, да и видел недурно.

Змея медленно-медленно придвигалась к профессору, а тот так же медленно отступал, не сводя с нее глаз. Она была на таком расстоянии, что не было ни малейшего шанса избавиться от этой твари: змеи живучие, и даже если бы я ухитрился всадить в нее Аваду, она успела бы вцепиться в Снейпа, а я почему-то не сомневался, что она ядовитая… Сейчас я как никогда жалел о том, что невербальные заклинания мне даются из рук вон плохо!

— Седрик, — шепнул Том в наушнике. — Ты стоишь намного дальше. Произнеси вот что…

Диггори вздрогнул, сглотнул, но все же издал едва слышное шипение. Подействовало: Нагини рывком развернулась в его сторону, и Снейп смог сделать два шага назад, увеличивая расстояние до смертоносной твари.

— Что ты сказал? — прошипела она, метнувшись к Диггори.

— Теперь ты, — приказал Том, и я повторил звуки, которые он нашептал мне в ухо:

— Я знаю где то, что ты ищешь.

— Такая маленькая вещь… — добавил отступивший Седрик, и змея снова кинулась к нему, а я тоже проворно попятился.

— Не больще пятнадцати дюймов…

— Белого цвета…

— Абсолютно непобедимая…

— Из бузины…

— С сердцевиной из волоса фестрала…

Теперь змея металась в центре образованного нами треугольника, но он все еще был недостаточно велик для того, чтобы кто-то из нас мог прикончить гадину без риска угодить в другого, если промажет.

— Рон, окоп прямо позади тебя, — шепнул Том. — Еще шаг — и падай. Тогда Снейп сможет ее убить.

Я и рухнул, надеясь только, что не сломаю себе шею. Зеленая вспышка сверкнула прямо надо мной, но, похоже, Снейп промахнулся…

Зато не промахнулся Флоренц. Сперва что-то свистнуло, а потом над моей головой мелькнуло лошадиное брюхо и громадные копыта — это кентавр одним махом перескочил окоп. Я еще успел вскочить и высунуться наружу, чтобы увидеть, как Нагини в предсмертных судорогах бьется на земле, а в основании черепа у нее торчит стрела. Стрела, наконечник которой был смазан ядом василиска.

И все бы ничего, но кентавр есть кентавр — он приподнялся на дыбы, потрясая луком, опустил передние копыта на скользкую гадину, превращая ее в месиво, но…

Я говорил, что змеи живучи. А может быть, Нагини была уже мертва, и только случайное сокращение мышц от удара, рефлекс заставил ее извернуться и вонзить ядовитые зубы в ногу Флоренца…

Кентавр вскрикнул — это был странный звук, что-то среднее между лошадиным ржанием и человеческим воплем, — и отпрянул. Клыки Нагини глубоко вошли в его плоть, и змеиное тело потянулось следом: он никак не мог стряхнуть с себя ядовитую тварь, которая мстила, даже будучи мертвой, совсем как ее хозяин.

— Флоренц? — Амбридж, скатившаяся с его спины, когда кентавр встал на дыбы, кинулась было разжимать челюсти змеи, но пришедший в себя Снейп успел перехватить ее руку.

— С ума сошли?!

— Снейп, но… но… — она растерянно смотрела на то, как Флоренц все пятится и пятится, будто в надежде уйти от смерти, а она тащится за ним тусклой зеленой лентой, почти не заметной в траве. — Вы же зельевар!.. Вы…

— Уже поздно, — шепотом сказал он. — И у меня нет средства против яда этой змеи.

У Флоренца подгибались задние ноги, и Амбридж кинулась к нему в тщетной попытке поддержать, но куда там! Мы не удержали бы его и вчетвером…

Кентавр тяжело завалился набок, и наблюдать за его агонией было страшно, тем более страшно, что мы ничего не могли поделать. Эннервейт на него не действовал — мы с Седриком попробовали вдвоем, а противоядия не существовало в природе — так сказал Снейп, и я не видел причин ему не верить.

Но и не смотреть на Флоренца мы не могли. Его лошадиную часть уже перестало сводить судорогой, и копыта не били бессильно воздух… Видно было, что смертное оцепенение быстро захватывает и его человеческий торс. Я поймал себя на том, что размазываю по щекам — по маске, вернее, — слезы, глядя на то, как Амбридж, противная жаба Амбридж держит на коленях голову Флоренца и плачет навзрыд, вытирая пену с его губ, а он, уже не в состоянии ничего сказать, просто смотрит на нее и силится улыбнуться…

Седрик шмыгнул носом, я взглянул на него и увидел, как у него дрожат губы.

Сзади послышался шорох, я резко обернулся, вскинув палочку, но это был всего лишь Драко. Через минуту после него появилась Миллисента, оба они подошли к нам и замерли. Я промолчал — что тут объяснять, если все понятно и без слов?

Наверно, мы простояли так несколько минут, и даже Том не вмешивался со своими ценными указаниями. Хотя он, наверно, просто был занят с другой группой — чуть правее, за уцелевшими укреплениями посверкивали вспышки заклинаний, видно, Невилл вступил в бой с Пожирателями.

Мысль об этом заставила меня встряхнуться, Снейпа, видимо, тоже.

— Долорес, — неожиданно мягко сказал он и, наклонившись, взял ее за плечи. — Все кончено.

— Нет, — сказала вдруг Амбридж и, бережно закрыв Флоренцу глаза, опустила его на траву, а сама неуклюже встала на ноги. — Бой еще не окончился.

У нее была совсем коротенькая палочка, ей под стать. Только сейчас это почему-то не выглядело забавным.

— Старший группы вы, мистер Уизли? — негромко спросила Амбридж, утерев лицо. — Я жду распоряжений.

— Командуй, Рон, — шепнул Том. — Даю подсказку — Луне приходится тяжко, а Вилли связан боем с превосходящими силами противника. Действуй.

— За мной, — коротко сказал я, спрыгивая в окоп и устремляясь к позициям Невилла. Поверху было быстрее, но мне не улыбалось словить шальную Аваду от своих же соратников. — Сориентируемся на месте. И без геройства!

Кто бы мне сказал, что я поведу в бой двоих профессоров, я бы не поверил и засмеялся. Правда, сейчас мне было вовсе не до смеха…

К Невиллу мы подоспели вовремя: без Крэбба с Гойлом (которые, как он потом сказал, отцов брали с боем и еще не успели вернуться) ему приходилось несладко. Однако они с Магвайром еще держались — вдвоем против троих, хотя уже почти выдохлись. Тут-то мы и ударили с фланга, снесли Пожирателей, почти не заметив, и рванули дальше, на помощь Луне.

Лавгуд с Ноттом (этот обернулся быстро) и МакКинби засели в глухой обороне, и правильно сделали: против такой оравы у них шансов не было. Только и оставалось, что удерживать щиты и ждать подкрепления. Наша помощь пришлась как нельзя кстати, и, право, я не завидовал Пожирателям, на которых разъяренной фурией вылетела Амбридж. Недаром Флоренц говорил, что от нее приятно пахнет темной магией — я даже понять не мог, что за заклинания она использует. Том, наверно, знал — я слышал, как он уважительно присвистнул.

И я уж молчу о Снейпе. По его лицу трудно было что-то понять, но палочкой он орудовал с такой скоростью, что попросту не оставил шансов нападающим.

— Можете выдохнуть, — проинформировал Том. — Возвращайтесь на исходные позиции и передохните, пока есть время, Пожиратели снова перегруппируются. От наших заграждений мало что осталось, поэтому теперь нас ждет открытое столкновение.

— Как насчет засадного полка? — спросил я, стащив маску и умывшись. У меня аж волосы были мокрыми.

— Пока рано, — ответил Риддл. — Надо связать их боем, вот тогда… И только посмейте кто-нибудь сдохнуть, с того света достану!

Удивительно, но у нас было всего четверо легко раненых, их отправили в замок приходить в себя и лечиться, а мы почистились и уселись отдохнуть.

— Ну как прошло? — спросил я Миллисенту.

— Вроде бы без накладок, — ответила она, глотнув воды из фляги. — Дома я сказала маме, что папа ранен… ну, по-волшебному, ему нужен полный покой, и дала ему зелье сна без сновидений. Велела домовику присматривать и, если вдруг очнется, повторить… Надеюсь, обойдется. Драко, а у тебя как?

— Примерно так же, — устало выдохнул он, порылся в карманах и выудил аптечку. — Не знаю, как вы, а мне энергетик не помешает…

Я согласился, что это точно лишним не будет, и тоже кинул в рот пилюлю. Том озаботился средством для подкрепления сил, честно предупредив, что оно поможет обострить чувства и ускорить реакцию, но после боя нас накроет тяжелый отходняк. Я, однако, подумал, что если я выживу, это будет самым меньшим, что меня обеспокоит!

— В общем, нашему домовику доверять нельзя, он на всю голову ушибленный, — продолжил Драко, запив пилюлю. — Пришлось взять родителей под Империо. Сперва отца, он не ожидал… потом маму, она растерялась. А потом я так же, как Миллисента, велел им выпить зелье.

— Зато они честно смогут сказать, что были под Империо, — серьезно сказала она, — если будет дознание. Ты им память-то подчистил?

— А как же… — Драко завалился на спину, глядя в небо. Солнце медленно клонилось к закату. — Кто б мне пару лет назад сказал, что я буду такое вытворять, я б его на смех поднял…

Подошли Крэбб с Гойлом: у одного был расквашен нос, у второго не открывался глаз. Видно, справиться с отцами им удалось не сразу… Как мы потом узнали, те просто приняли сынишек в незнакомой форме и жутковатых масках, выскочивших буквально из-под земли, за инфери или еще какую-то нечисть, поэтому отбивались всерьез, даже лишившись палочек. Словом, парням перепало — вовремя надо маскировку снимать! Ну да ладно, пара оплеух — это не Авада, от этого не умирают.

Явились и другие — оказалось, хроноворот пришлось задействовать только Дафне Гринграсс, чтобы выхватить из пасти у оборотня Панси Паркинсон. Ну да там хватило пары минут, ничего страшного…

— Ну что, бойцы? — негромко спросили сверху.

Я запрокинул голову и увидел Тома — небожители все-таки спустились с башни. Джинни молча присела рядом и обняла меня. Ну так… я видел только свой участок фронта, и то мне хватило, а она наблюдала побоище во всей красе.

Том тоже уселся на край окопа, свесив ноги вниз и посмотрел вперед. Там бродили фестралы, деловито отбрасывали копытами вовсе уж негодные останки и пожирали лакомые куски.

— Теперь, думаю, вы все их видите? — негромко спросил он, а я передернулся, но промолчал. Надо думать, от мяса оборотней с фестралами ничего не приключится, они все-таки волшебные твари.

Мимо прошли аргентинцы, переговариваясь на испанском. Деловито стрекотала кинокамера — здоровенная штуковина, куда там агрегату Криви! Ну да Колина и не пустили на поле боя, нечего ему тут было делать…

Подошли близнецы. У Фреда была располосована физиономия, а Джордж заметно хромал, но оба выглядели вполне бодро.

— Вот это была заварушка! — сказал Фред, плюхнувшись рядом с нами. — Там дементоры зашли с тыла, пока вы отстреливались. Если б не фестралы и профессор Флитвик, мы б их не остановили.

— А сам-то он где? — спросил я зачем-то.

— На башне, его мадам Помфри зельями отпаивает, он совсем выдохся, — ответил Джордж и хлебнул воды из фляги. — Дементоров там не сотня оказалась, конечно, но пара десятков точно. А вы все были заняты, так что пришлось нам оседлать метлы и рвать когти навстречу тварям… Кстати, кое-какие наши штучки дементоров хоть ненадолго, а отпугивают!

— Потом покажете, — кивнул Том. — Молодцы.

Фред явно хотел сказать что-то насчет вознаграждения, но осекся: из леса навстречу союзникам вышел еще один отряд. Судя по тому, что многие двигались слишком медленно: кто хромал, кого вели под руки, — им сильно досталось. Двоих несли — какие уж там чары левитации! — на обычных самодельных носилках из пары слег и куска ткани. Они были накрыты с головой, и я снова поежился.

— Мигель и Тони, — сказал командир Браво, неслышно подошедший к нам, и закурил. У него была какая-то удивительно ароматная сигара. — Одного великан размазал о дерево. Второму оборотень успел перерезать глотку, пока тот менял обойму.

— Примите мои соболезнования… — Том начал было подниматься, но тот положил руку ему на плечо.

— Благодарю. Это была их работа, и они знали, на что шли. Их семьи получат компенсацию от нашего управления.

— И от нас, — негромко произнес Том, и Браво кивнул.

— Неплохо, — произнес он, затягиваясь и выпуская клубы дыма. — Твоя девочка-снайпер — настоящий самородок, да и бойцы не подкачали. И не скажешь, что им максимум…

— Семнадцать, — сказал Том. — Только я чуть постарше, да вот профессора взрослые.

— Я вижу, — кивнул Браво, взглянув на Снейпа и Амбридж, и удалился вслед за своими бойцами.

— Я ведь говорил, что не нужно вам идти на передовую, сэр, — сказал Том Снейпу, помолчав. — Вы едва не погибли.

— Если вы добавите «а еще из-за вас погиб Флоренц», де Линт, я за себя не ручаюсь, — незнакомым холодным тоном произнесла Амбридж. Куда только подевалось ее вечное сюсюканье! Даже девчачий голосок словно стал на пару тонов ниже, и в нем звенело уже не серебро, а сталь.

— Я вовсе не собирался этого говорить, — ответил Том, — да только на лице профессора Снейпа эта мысль написана более чем отчетливо, и не нужно быть легилиментом, чтобы прочитать ее.

— Флоренц погиб не из-за кого-то, а потому, что сам решил сражаться, — сказала она, не слушая. — Точно так же он кинулся бы на выручку любому из жеребят, как он говорил. А профессора Снейпа он уважал, и…

— Долорес… — МакГонаггал, давно стоявшая рядом с нами, тронула ее за плечо и протянула клетчатый носовой платок.

— Он погиб в бою, — негромко проговорила Амбридж, высморкавшись. — Я знаю, он этого хотел. Сородичи не приняли бы его назад, люди не желали с ним знаться, а жить отшельником он не мог.

— А вы? — спросил Том, глядя на нее в упор. — Вы разве не общались с ним на равных?

— Я? — она приподняла тонкие выщипанные брови и криво улыбнулась. — Это он общался со мной на равных, а не наоборот! Вы можете смеяться, де Линт, но Флоренц, не-человек, пожалуй, стал единственным, кто разглядел человека — во мне… И показал мне этого человека. Жалкого, мстительного, злобного человечишку, много лет потратившего на то, чтобы завоевать мнимое признание, но так ничего и не добившегося…

— Долорес! — с удивлением произнесла МакГонаггал.

— Что, Минерва? — та взглянула вверх. — Может быть, у меня кризис среднего возраста, и мне нужно принять себя, как говорят маггловские психотерапевты! Принять себя, полукровку, чья мать ушла обратно в обычный мир, а отец мыл полы в Министерстве… И это, как ни странно, оказалось куда проще сделать, чем я полагала!

Я покосился на Тома, но того, похоже, вовсе не удивили эти откровения.

— Профессор, вам, может, лучше присоединиться к нам на башне? — спросил он, но Амбридж покачала головой.

— Я не такой уж плохой боец, — сказала она. — Здесь от меня будет больше толку. Мы уже… — тут Амбридж взглянула сперва на меня, потом на Снейпа, — неплохо сработались. Не переживайте, де Линт, я не самоубийца и грудью на Аваду не кинусь. Разве только другого выхода не останется…

— Хорошо, — кивнул Том и легко поднялся на ноги, поманив меня к себе.

— Чего? — спросил я, когда мы отошли на десяток футов в сторону.

— Хотел сказать, что ты отлично справился, — улыбнулся он.

— Том, Невилл и Луна тоже прекрасно держались!

— Да, только на них не нападала Нагини. Флоренца жаль, очень жаль, но он спас ваши задницы, да и сам уцелел бы, если б не был склонен к показухе, — серьезно сказал Риддл. — Рональд, ты понимаешь, что теперь жизнь Волдеморта висит на волоске? У него остался только один крестраж.

— Я помню. Только Гарри ведь заперт в подземелье… я надеюсь, — добавил я, видя, что в глазах Тома поблескивает нехороший огонек.

— Заперт, — улыбнулся он. — Конечно же, заперт. Рональд… Не вмешивайся, что бы ни происходило, и не позволяй кому-то другому сделать это. Я могу положиться на тебя?

— Даю слово, — сказал я, хотя Том ни к чему меня не принуждал.

— Значит, я могу положиться на вас с Джиневрой. Она тоже дала мне слово, — сказал Риддл без улыбки. — Рональд?

— Что?

— Ты не хочешь спросить меня, почему я отсиживаюсь в замке, пока вы рискуете жизнями, хотя я сильнее любого из вас?

— Не хочу, — усмехнулся я. — Я знаю.

— Неужто?

— Конечно. Волдеморт — вот твоя добыча. А мы… кто спасает родителей, кто расчищает путь, вот и все. Это справедливо.

— Я не сомневался в тебе, Рональд, — улыбнулся Том. — А теперь идем. Пора на позиции. Видишь, Деннис сигналит…

Я обнялся с сестренкой и братьями, и мы живо рассредоточились по окопам. Правда, я знал, что скоро нам придется идти с Пожирателями в лобовую, это не оборотни, в окопе не отсидишься… Оставалось уповать на то, что из замка поддержат огнем: Том сказал, теперь отряд Браво будет бить на поражение, пока мы не смешаемся с Пожирателями, а потому лучше бы подержать их на расстоянии, сколько получится…

— Идут! — звонко выкрикнул Деннис, возвращаясь к штандарту.

Вдруг что-то сверкнуло, и маленькая фигурка камнем рухнула на башню, а знамя вспыхнуло прозрачным бездымным пламенем и растаяло… Слышно было, как вскрикнула МакГонаггал.

— Ах так? — негромко проговорил Том после паузы. — Ну что ж…

Я не разобрал, что именно он сказал, но только вечерние облака над Астрономической башней вдруг сгустились и понеслись по кругу, словно над смотровой площадкой бушевал смерч, и из смерча этого выплыл ослепительно-зеленый щит с серебряным мечом поверх, вонзающимся острием в небеса.

Что ж, у нашего Тома была своя Метка…

Громыхнуло, будто призрачный меч ударил по щиту, в облака ударила серебряная молния, а в ответ над лесом всплыл черный череп со змеей.

— Деннис жив, — сказал Том как ни в чем не бывало. — Успел вильнуть. Правда, ногу сломал, но хоть посидит спокойно… По местам!

Скажу честно, я плохо запомнил, что творилось в том бою. Картину я восстанавливал уже после, по рассказам, воспоминаниям, кинохронике, поэтому буду рассказывать по порядку даже о том, чего не видел своими глазами.

Первыми сквозь наши бывшие заграждения ринулись егеря: это был настоящий сброд, который просто гнали на убой. Правда, с ними были уцелевшие оборотни, но тех осталось совсем мало.

Егерей остановили еще на подходе пулеметным огнем — магами они в большинстве своем были слабыми, и долго удерживать щиты не могли. Ну и мы поспособствовали, ясное дело…

— Не прижимайтесь к замку, — скомандовал Том, когда на нас двинулись Пожиратели. — Там у вас не будет свободы маневра, а мы не сможем поддержать. В атаку!..

Если честно, первых минут боя я не помню вообще. Меня спасли рефлексы: я швырнул в первого противника Конфундусом, отскочил (и при этом удачно сбил с ног второго), отшвырнул от Миллисенты какого-то недоделка… В себя я пришел меж двух огней, в смысле, в меня целились сразу двое, и я не стал пытаться защититься, а просто упал ничком, пропуская заклятия над собой. Должен сказать, эта парочка отменно заавадила друг друга!

После этого я уже начал немного соображать и понял, что ухитрился не растерять свою группу. Невилл, кажется, тоже справлялся, хотя его и теснили к замку.

— Уизли, цел? — гаркнул Снейп, оказавшийся рядом.

— Цел! Невиллу помощь нужна!

— Я к ним! — отозвалась Амбридж, и через минуту справа по флангу засверкали вспышки и отчетливо потянуло темной магией…

На поле боя царила полная неразбериха. Спасибо, своих мы всегда могли отличить по форме и маскам, хуже было то, что Пожиратели тоже не могли спутать нас со своими соратниками! С дезиллюминационными чарами было бы проще, но они отнимали слишком много сил, которые лучше было использовать иначе.

«Да где ж, мать вашу, засадный полк?!» — подумал я, волчком вертясь между тремя Пожирателями и едва успевая парировать их заклинания. Если бы не Миллисента, мой щит, мне бы конец пришел, ей-ей! А так я даже успевал огреть их чем-ничем в ответ, и даже временами попадал, да вот только сил оставалось все меньше и меньше.

Со стороны Хогсмида послышался шум, вроде бы хлопки аппарации, потом какой-то невнятный грохот, вопли… и все стихло.

— Это Орден, — пояснил Том. Голос у него был спокойным и холодным. — Всего восьмеро. Завязли.

Мне показалось, будто я различаю ругань мамочки, но, конечно, это было всего лишь игрой воображения.

«Представь, что ты на тренировке, — сказал я себе, — что ты не можешь погибнуть! Покажи, на что ты способен — Том же смотрит, и наваляет тебе, если ты оплошаешь!»

Как ни странно, это помогло, и я даже отправил парочку Пожирателей в глубокий нокаут (не без помощи Драко, буду честен), когда вдруг услышал леденящий душу безумный хохот.

Драко тоже дернулся, видно, узнал тетушку, а через пару минут мы увидели всю компанию: Беллатрису с всклокоченными волосами, развевающимися по ветру, двоих Лестрейнджей и… да, Барти Крауча-младшего.

— Держитесь от них подальше! — скомандовал Том, но мы и так уже кинулись врассыпную от этой психической.

— Струсили, малявки! — выкрикивала она, швыряясь заклинаниями во все стороны так, что даже ее соратники едва успевали пригибаться и уворачиваться. — Ну где же вы, где?!

Мы залегли в остатках укреплений и не испытывали ни малейшего желания соваться под горячую руку.

— Из леса идут еще великаны, — сказал вдруг Том. — Берегитесь, не суйтесь им под ноги, пропустите.

А то будто мы горели желанием сражаться с великанами! Ясное дело, их надо было подпустить поближе к замку, чтобы оттуда их могли расстрелять в упор, в лесу-то засады уже не было. Вот мы и вжались в землю, надеясь, что нас не растопчут мимоходом… Обошлось — великаны, недовольно взревывая, протопали по направлению к Хогвартсу, а я только сейчас осознал, как далеко мы отошли, дав втянуть себя в бой. Или…

— В укрытия! — скомандовал Том. — Кто уже залег, так и лежите!

Я, однако, высунулся из-за здоровенного валуна как раз вовремя, чтобы увидеть, как прибывает вторая волна десанта.

Ей-ей, Лестрейнджи впали в ступор, когда аккурат напротив них из ниоткуда возникли Лонгботтомы, живые и здоровые, и сходу вжарили так, что я чуть не ослеп от вспышек. Особенно, по-моему, старалась Августа Лонгботтом, и Рудольфуса Лестрейнджа уложила именно она, а вот с Беллатрисой Фрэнк с Алисой едва-едва справились вдвоем. И то, если бы Невилл не ударил с тыла из своего укрытия, она смогла бы вырваться, но… От Авады еще никто не уходил. Кроме Поттера, конечно, но это отдельный разговор.

— Младшего — живьем, — скомандовал Том. Я не понял, о ком он, но решил, что о Рабастане — надо же кого-то на развод оставить, все-таки старинный род! — и шарахнул по нему Ступефаем, да так, что тот сунулся носом в землю и больше не шевелился.

— Инкарцеро, — добавила Миллисента, спутывая его волшебными узами, и я понял, что она поддержала мою атаку. У меня одного заклятие такой силы не получилось бы.

— Спасибо, — сказал я.

— Мы напарники, — улыбнулась она.

— Идиоты, я Крауча имел в виду! — рявкнул Том.

— А ты уточняй! — огрызнулся я, снова выглянул из укрытия, но Барти не увидел. Куда его дементоры унесли?

И тут я его увидел: он приближался к укрытию Луны, и, по-моему, ничего уже не соображал — выражение лица у него было совершенно невменяемым.

И, как нарочно, никого из взрослых рядом не оказалось: братья Блэк в самой гуще схватки сражались спиной к спине против добрых двух десятков Пожирателей, троицу Лонгботтомов тоже связали поединком, Снейп и Амбридж отмахивались от остальных и сбивали залетных дементоров, а вот периферия оставалась нашей…

— Давай к ней, — кивнул я Драко, и тот шустро пополз в ту сторону, сделав знак Невиллу. Тот двинулся следом, а мы с Миллисентой остались прикрывать позиции…

Ребята опоздали. Барти был слишком силен: пробить его щиты издалека мы не могли, а подобраться ближе он не позволял. Более того, обороняясь, он отступал так умело, что все приближался и приближался к Луне, которой просто некуда было деваться из убежища, разве что выскочить на открытое место с риском для жизни!

— Давайте разом, — услышал я слова Малфоя, и Крэбб с Гойлом приставили кончики своих палочек к его. — Авада…

— Барти!

Откуда взялся мистер Крауч-старший, я не понял, он будто из-под земли вырос. Хотя, наверно, это Винки доставила его в нужное место, она ведь так любила хозяина… А он, видимо, решил воспользоваться последним шансом поговорить с сыном.

Том молчал, из чего я сделал вывод, что и такой поворот событий он предусмотрел. Ну или, по крайней мере, считал возможным.

Всегда аккуратно причесанные волосы мистера Крауча растрепались, галстук съехал набок, пиджак был порван и местами закоптился.

— Барти, — повторил он неожиданно спокойно, словно не ему в грудь упиралась палочка сына, — ты прочитал мое письмо?

В лице Крауча-младшего ничто не дрогнуло, он даже не удосужился кивнуть или покачать головой, однако медлил со смертельным заклинанием.

Луна тем временем, не будь дура, шустро отползла на безопасное расстояние, потом шмыгнула за уцелевший куст, а через полминуты уже оказалась возле Невилла. Ей-е й, передвигалась она, как ниндзя из маггловских фильмов, совсем неслышно, а благодаря камуфляжу еще и незаметно!

— Да, — выговорил наконец Барти-младший и нервно облизнул губы. — Прочитал.

— Тогда давай покончим с этим, — сказал мистер Крауч и опустил палочку. — Я насиловал твою волю много лет. Ты в своем праве. Я не стану сопротивляться.

— Просто уходи, — ответил тот, сглотнув (я видел, как дернулся кадык на худой шее). — Уходи, я… Уходи, скорее!

— Барти…

— Я тебя пощажу, но только ради памяти мамы! — выкрикнул Барти-младший, и палочка в его руке задрожала. — Убирайся!

И тогда мистер Крауч повернулся к нему спиной. Вот так просто взял, повернулся и зашагал в сторону замка, не глядя по сторонам и не пытаясь закрыться от чужих заклятий. Мне показалось, он разом постарел лет на десять.

— На что же он надеялся? — шепнула Миллисента.

— Может, на чудо? — ответил я. — Только чудес не бывает…

Я рассказываю долго, но на самом деле времени прошло всего ничего, и мистер Крауч успел отойти на десяток шагов, не больше. А потом… потом это было как замедленная киносъемка в маггловском кино: Барти-младший вдруг сорвался с места вслед за отцом, и я уж думал, сейчас он, как в том самом кино, заключит его в сыновние объятья, и…

Нет.

Он просто сшиб мистера Крауча с ног, и оба покатились по траве, только старший сразу вскочил, а младший, опрокинувшись на спину, остался лежать, раскинув руки и глядя в закатное небо стекленеющими глазами.

— Это была не Авада… — прошептала Миллисента, до боли стиснув мою руку.

— Не Авада, — согласился я. — Какая-то другая дрянь… и… и…

— Ему не хватило дюйма, — выговорила она. — Единственного, последнего дюйма! Еще бы немного, и оба спаслись бы…

— Миллисента, он знал, что не успеет, — негромко ответил я. — Он мог сбить отца с ног любым заклинанием, это было бы быстрее, тот ведь даже щиты не поставил. Ты же видела, как Барти колдует!

— Это все, что он мог сделать для отца, — сказала незаметно подобравшаяся к нам Луна. В масках мы все были похожи друг на друга, но голос я узнал, конечно.

— Барти ведь его ненавидел, — напомнил я.

— А мистер Крауч его любил, — ответила Луна. — Как умел. Иначе разве пошел бы на такой подлог? Даже по воле жены?

Я молча смотрел вперед, туда, где мистер Крауч, стоя на коленях, раскачивался из стороны в сторону, держа в объятиях бездыханное тело сына, закрывшего его — ненавидимого, врага, предателя — своим телом. Он не плакал, нет, но лицо у него было таким, что я понял: сейчас он встанет, развернется и пойдет в самую гущу сражения, не заботясь о себе, не пытаясь защититься, и будет убивать направо и налево, насколько хватит сил, потому что жить ему больше незачем.

— Ты куда, Лонгботтом? — спохватился Драко.

А Невилл, особо не скрываясь, шел к Краучам, и я поспешил прикрыть его щитами, а то мало ли… Миллисента с Луной последовали моему примеру.

Невилл, не сбавляя шага, поднял палочку, и…

— Круцио! — рявкнул он так, что даже я вздрогнул. — Круцио Максима!..

Ей-ей, на мгновение мне показалось, будто Невилл намерен отомстить Краучу-младшему за родителей, раз уж Лейстрейнджи мертвы, но вдруг вспомнил наш первый курс и свои самонадеянные речи, и то, как я осторожно пытался наставить Лонгботтома на, как мне казалось, истинный путь… Далеко же нас завел этот путь!

Невилл не опускал палочки, и мертвое, казалось бы, тело Крауча-младшего выгнулось дугой так, что отец не удержал его, и забилось в судорогах на примятой траве. Короткая передышка — и новый Круциатус, и еще раз… и еще… И вдруг мы услышали вскрик, слабый, но…

— Жить будет, — сказал Невилл, опустив палочку, шмыгнул носом и добавил: — Дальше сами его воспитывайте, мистер Крауч. Может, еще не слишком поздно.

— Винки! — опомнился я. — Забери хозяев в замок и проследи, чтобы младший никому не навредил!

Домовуха, возникшая рядом со мной, истово закивала. Миг — и Краучи пропали.

— Это было прекрасно, Вилли, — раздался в наушнике голос Тома. — Я могу тобой гордиться!

— Не ты, а Рон, — сказал Невилл. — Это была его идея насчет Круциатуса, еще давнишняя.

— Значит, я могу гордиться вами обоими, — не стушевался Риддл. — Не зевайте!

Стрелки Браво работали на совесть, но, кажется, среди Пожирателей нашелся кто-то сметливый, приказавший великанам поживее пересечь простреливаемую полосу, не обращая внимания на пули. Нескольких удалось остановить, но пяток прорвались и теперь колошматили по воротам, которые ощутимо вздрагивали.

Стрелять по ним не было возможности, а заклинания не действовали толком, разве что раздражали гигантов, как назойливые мухи доводят животных в жару…

— Не лезьте, — предупредил Том, когда ворота треснули от могучего удара одного из великанов. — Мы сами. Оставайтесь на местах.

На поле боя вспышки сверкали все реже — большую часть Пожирателей или положили с концами, или обезвредили, теперь добивали оставшихся и искали тех, кто затаился в наших же укреплениях. В этом, к слову, не было равных Амбридж, она буквально нюхом чуяла, кто где спрятался, а уж выудить их оттуда и обезвредить — это было делом Снейпа.

— Не верится… — шепнул Невилл, глядя на родителей, которые вместе с его бабушкой рыскали по окрестностям в поисках затаившихся Пожирателей.

— Мне тоже, — ответила Луна, а я только-только сообразил, что вон тот высокий седой мужчина — ее отец. А… а женщина-то кто? У нее еще такие заклятия были интересные, я сроду ничего подобного не видел!

— Луна?! Так значит… — дошло до меня. Верно, Том ведь дал ей хроноворот, чтобы она отдала Гермионе, но…

— Папа сам отправился назад, — безмятежно ответила она, поняв меня и без слов. — Это же всего четыре года. Они провели это время в Китае. Мама меня едва узнала. Сказала, я стала совсем взрослая.

Я хотел сказать что-нибудь приличествующее случаю, но тут великан опять грохнул кулаком в ворота, и они почти поддались, треск был оглушительный!

Вот только вслед за этим треском раздался странный вой, пронзительный, ввинчивающийся, казалось, прямо в мозг, и я невольно зажал уши, как и все остальные.

Откуда-то из сгустившихся над замком облаков упала черная тень, и великан, пораженный ярко-синей вспышкой, с криком боли отпрянул от ворот. Синие молнии разили без промаха, и гиганты пятились и пятились от неизвестного бойца, который по сравнению с ними был все равно что муха рядом с вороной! Ну а когда они отошли на достаточное расстояние, снова застрочили пулеметы аргентинцев, и через несколько минут с великанами было покончено.

Я присмотрелся, настроив маговизор: незнакомец восседал на метле, но я сроду таких не видел — она была вдвое короче обычных и раза в три толще, а вдобавок оснащена подобием седла. Ноги седока держались в стременах, а руки он в управлении, кажется, не задействовал вовсе.

Эта странная штуковина развернулась на месте и понеслась по направлению к нам. Осадив метлу буквально футе над землей, всадник поставил ее почти вертикально и, не покидая седла, стянул маску с маговизором.

Я лишился дара речи, а когда обрел его, смог выговорить только:

— Вы?..

— Конечно, я, олух, — ворчливо ответила тетушка Мюриэль, коленями удерживая гарцующую метлу на месте, и пригладила коротко остриженные волосы, которые, ей-ей, были седы едва ли наполовину. Похоже, прежде она просто носила парик! — А ты кого ждал? Самого Гриффиндора?

— Н-но… тетушка… — кажется, я начал заикаться.

— Мне сто с лишним лет, — ухмыльнулась она, — и я, детки, успела вдоволь повоевать. У Гриндевальда хватало всякой швали вроде этих вот великанов, а мы — слыхали, может, о «ночных ведьмах»? — живо научились с ними расправляться. Как славно вспомнить молодость! Теперь и помирать не жалко… Смотрите, не подведите!

Тетушка Мюриэль стартовала вертикально вверх — только пыль поднялась столбом — и исчезла в облаках.

— Я не знал, — честно сказал я ребятам. — Я всю жизнь считал ее просто… ну… чудаковатой старушкой.

— Не стоит недооценивать старушек, в особенности чудаковатых, — вмешался Том. — Двигайтесь к замку, мы сейчас откроем ворота. Живо!

У ворот почти все мы оказались одновременно, и уже внутри принялись подсчитывать потери.

Были тяжело ранены Монтегю и Уоррингтон, а легкие ранения ни мы, ни аргентинцы вообще не считали. Пострадали Сириус Блэк и мистер Лавгуд, но не критично, они оставались в строю. Погибли только Флоренц, пара коммандос и несколько домовиков, которых угораздило кинуться на Беллатрису Лестрейндж. Но, как сказал глава хогвартской общины домовиков, они защищали школу, а потому смерть эта стала почетной, а имена погибших останутся в веках…

Застрявших в болоте членов Ордена Феникса вытащили из ловушки и закрыли от греха подальше в одном из пустующих классов, отняв предварительно палочки.

— Уже скоро, — сказал Том, когда я поднялся на башню.

Глаза у него горели жутким огнем, губы обветрились, словно он непрестанно кусал их от нетерпения, а в голосе сквозило нетерпение.

— Том…

— Уже скоро он бросит мне вызов, — перебил Риддл и ухмыльнулся так жутко, что я невольно попятился. — Вы останетесь со мной?

— Спрашиваешь! — выпалил я, взяв его за протянутую руку, а Джинни попросту дала ему подзатыльник.

— Слишком много пафоса, Томас де Линт, — сказала она. — До добра это не доводит.

— Ну что ж… Отвернись, Рональд, — велел он. — Отвернись, отвернись…

Ну, я отвернулся, трудно, что ли? У меня за спиной раздался шорох, слабый вскрик, еще какие-то невнятные звуки, но я сделал вид, будто оглох. Правда, оплеуха у Джинни вышла звонкая, но потом… гм… Я оглох, напоминаю.

— Теперь и умирать не страшно, — весело сказал Том, и я обернулся.

— Только посмей… — прошипела раскрасневшаяся Джинни, раздувая ноздри, как взбешенная лошадь.

Риддл хотел что-то сказать, но тут раздался голос Волдеморта.

— Вы храбро сражались, — произнес он, — а я умею ценить мужество. Однако вы понесли тяжёлые потери. Если вы будете и дальше сопротивляться мне, вы все погибнете один за другим. Я этого не хочу. Каждая пролитая капля волшебной крови — утрата и расточительство. Я милостив и приказываю своим бойцам немедленно отступить. Я даю вам час. Достойно проститесь с вашими мертвецами и окажите помощь раненым…

Мы недоуменно переглянулись. Повторяю, с нашей стороны убит был только Флоренц, двое коммандос и домовики, а ребята с тяжелыми ранениями уже находились вне опасности!

— А теперь я обращаюсь прямо к тебе, Гарри Поттер, — продолжал Волдеморт. — Ты позволил друзьям умирать за тебя, вместо того чтобы встретиться со мной лицом к лицу. Весь этот час я буду ждать тебя в Запретном лесу. Если по истечении часа ты не явишься ко мне и не отдашься в мои руки, битва начнётся снова. На этот раз я сам выйду в бой, Гарри Поттер, и отыщу тебя, и накажу всех до единого — мужчин, женщин и детей, — кто помогал тебе скрываться от меня. Итак, один час…

— Время пошло, — будничным тоном сказал Том, взглянув на часы. — Предлагаю пойти пожрать, а то на голодный желудок я плоховато соображаю.

В Большом зале было немноголюдно: тут столовались только бойцы, остальным домовики отнесли еду в Тайную комнату. Чем выпускать ребят, а потом собирать по всему замку, лучше было держать их под надзором.

— Это было ужасно страшно! — радостно сказал Деннис Криви. Он все еще очень сильно хромал, но отправляться в убежище отказался наотрез, а ужин наворачивал за двоих.

— Ничего, главное, жив остался, — серьезно сказал ему Том. — Ты здорово помог, дружище. У меня каждый боец на счету, а ты просто прирожденный наблюдатель!

— Я и сейчас могу! — загорелся тот. — Нога почти зажила, и я же не бегать буду…

— Теперь уж не за кем наблюдать, — улыбнулся Риддл и потрепал его по макушке. — Волдеморт сам к нам придет, вот увидишь. Оставайся с братом, поможешь ему с камерой, ясно?

Деннис радостно закивал, глядя на Тома влюбленными глазами, а тот посмотрел на часы и встал.

— Двадцать минут до часа «Икс», — сказал он. — Все знают, что делать. Не забывайте — никакой самодеятельности. Волдеморт — моя добыча. Командир?

— Принято, — кивнул Браво.

— Дамы и господа? — Том покосился на профессоров.

— Это ваше решение, де Линт, — негромко сказала МакГонаггал. — Однако в том случае, если школе будет угрожать опасность…

— …вы займетесь эвакуацией учеников, — отрезал он. — Сэр?

— Даже не думайте избавиться от меня, де Линт, — криво усмехнулся Снейп.

— И от меня, — добавила Амбридж.

— Ладно, только не лезьте на рожон, — ухмыльнулся Том и снова взглянул на часы. — Рональд, выводи свою группу, остальные — следом.

Мы живо выбрались из замка и заняли позиции в уже знакомых до боли окопах.

Над Хогвартсом повисло молчание, даже птицы замолчали.

Я следил за стрелкой часов…

— Я думал, он придёт, — сказал Волдеморт, и голос его зазвенел в мертвой тишине. — Я ждал его. Но, видно, я ошибся… Что ж, я приду сам!

— Иди, иди, — негромко засмеялся Том, я слышал его голос в наушнике, и чувствовал переполняющий его азарт. — Иди же ко мне…

Несколько уцелевших Пожирателей стали почетным эскортом Волдеморта: он неторопливо шел к замку, не глядя под ноги и будто бы не замечая своих верных приспешников. Даже мертвую Беллатрису он перешагнул так, словно это была всего лишь сломанная кукла, а не преданная ему всей душой женщина, пускай и сумасшедшая…

— Отдайте мне Гарри Поттера, — сказал Волдеморт, остановившись перед Хогвартсом и глядя на Астрономическую башню. — Отдайте, и я пощажу вас.

— Его здесь нет, — откликнулся Том. — Здесь только я, Томми. Я и мои бойцы.

— Мне нет до тебя дела. Мне нужен…

— Гарри Поттер, я помню, — перебил Риддл. — А мне нужен ты.

Из своего укрытия я видел, как Том становится на зубец башни и, раскинув руки, как огромная птица, планирует вниз. Я и не знал, что он умеет летать без метлы!

— Ну здравствуй, враг мой, — сказал он, уставившись в лицо Волдеморту.


* * * | Предатель крови | Глава 65. Аста ла виста!