home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



11

Слегка баюкая правую руку, пальцы которой временно потеряли чувствительность, Рольф медленно шёл вдоль реки. Шаманский бубен, несомый сильным течением, некоторое время ещё вздрагивал на поверхности мелких волн, а потом утонул. Рольф усмехнулся. Вот для чего был нужен бубен — для побега. Всего лишь…

Он остановился.

Пора подумать, что делать дальше. Событие Событием, но высшие силы не любят бездействующих исполнителей.

Карта города, которую ему недавно показала Кети, в памяти отпечаталась неплохо. Но сейчас его привели на берег реки. Значит, здесь он должен что-то или кого-то разыскать или увидеть. Часть События? Берег уводил от портовых районов, но Рольф чувствовал, что ненадолго. Глядя на серые волны, рябые от дождя, он задумался.

Собираясь с мыслями, что делать дальше, неплохо бы проверить, чем он может воспользоваться в случае чего. Судя по некоторым признакам, Дэниел привёз ему не просто одежду, а с тайничками на всякий случай — с учётом того, в каком месте находится Рольф. Итак. Проверил, обхлопав, — и оказался прав. Одежда простая, но то же драповое короткое пальто оказалось с сюрпризом. И не с одним. Левая пола с изнанки прятала узкий вертикальный карман. Правой рукой Рольф пока действовать не мог, хотя по пальцам уже пошло покалывание. Пришлось расстегнуть пальто, чтобы вытащить заначку левой рукой. Узкий же кожаный предмет, длиной с ладонь, почти не удивил его. Он вынул из него другой, отделанный деревом предмет, который заставил его чуть улыбнуться. Осталось ткнуть в кнопку — и клинок немедленно вылетел из рукояти ножа. Рольф, сам того не замечая, расправил плечи. Теперь он чувствовал себя гораздо уверенней, даже несмотря на то что пальцы всё ещё плохо подчинялись ему.

В кармашке правой полы после тщательного обследования он нашёл новёхонький вирт, но на этот раз разочарованно усмехнулся. Вирт? Для него-то, который не умеет им пользоваться, разве что ответить на вызов или позвонить с уже имеющегося номера? Но потом Рольф решил, что и этот предмет не зря появился у него, и оставил его на месте — снова «запечатав» в тайничке. А вдруг будет суждено снова встретить Колдея?

Остальное в его одежде строго соответствовало плохой погоде: новые джинсы взамен сгоревших, джемпер, спортивного типа полуботинки… Не хватало лишь зонта.

Он брёл по берегу реки почти до вечера, здорово голодный, но упрямый: что же такого ему здесь предложат, если послали именно сюда? По дороге, благо теперь никто не подгонял, Рольф подбирал всё, что на глаза попадётся и пригодится в его странной здесь жизни. Речной берег, здания от которого отстояли на довольно приличном расстоянии, был здорово захламлен, и заинтересованный человек мог здесь найти много чего. Вперемежку с галькой валялся откровенный мусор, но Рольф сумел подобрать какую-то прочную верёвку и намотать её на пояс под пальто, затем нашёл какие-то металлические обрезки, похожие на сильно вытянутые треугольники, где-то в три дюйма длиной: наверное, что-то вырезали из металла, а остатки выбросили. Они понравились ему тем, что с одной стороны были заострены, а с другой — туповаты. И в пальцах держать удобно. Он нашёл таких штук пять… Потом подобрал что-то вроде металлического же прута, длиной чуть выше его самого. Возможно — часть металлической ограды: один конец был заржавлен до округлости, другой — венчался острым наконечником, шейка которого представляла собой витую змейку. Как боевой посох — только вместо «змейки» у таких Скальный Ключ прилаживал птичьи перья. Опираться, в общем-то, на прут было удобно. Приглядевшись к находке, шаман понял, что эта вещь точно пригодится, во всяком случае — сейчас, когда он в одиночестве шагает по незнакомым, а значит, довольно опасным местам. Рольф ещё хмыкнул на последнюю мысль: неужели он сможет использовать этот смертоносный посох против человека — он, «небожитель», как кричал Горан?

К вечеру Рольф начал спотыкаться: и устал, и глаза плохо видели в подступающей тьме — здесь ведь место мало того сильно замусоренное, так ещё почти безлюдное, фонарей для редких «гуляющих» у реки городские власти как-то не удосужились поставить. Разве что с самой реки, бывало, сияют огни с деловито проходящих по воде редких кораблей… А тратить магические силы на разглядывание пока не хотелось. Плохо видел, естественно, мелочь. Зато прекрасно видел предметы покрупней. Однажды, не желая обращать на себя внимание, загодя и далеко обошёл небольшой шалаш из подручных материалов. Кажется, здесь живут нищие…

Потом была настоящая пустыня, и даже присутствие громадного города на заднем плане не впечатляло… И вот тогда-то произошла необычная встреча.

В вечерних сумерках он заметил: навстречу довольно быстро приближаются тёмные, почти чёрные тени. Небольшие, ниже человека. На всякий случай, чтобы быть свободней в движениях, Рольф расстегнул пальто и крепче взялся за посох, благо острая боль превратилась в едва ноющую. И отошёл с пути этих теней. Сначала он расслышал беспорядочный топот по гальке, а потом редкое и тихое взвизгивание, а то и поскуливание. Тени то подбегали к воде, скучиваясь возле неё, словно пытались что-то рассмотреть, то продолжали бежать дальше, параллельно реке.

Бродячие собаки. Целая свора… Кажется, посох он подобрал не зря.

Свора вдруг встала на месте. Он разглядел повернувшиеся к нему морды и чуть качнул посохом — предупреждающе. Хотя этим бродягам его посох… Внезапный скулёж при виде угрозы его тем не менее озадачил, потому что ни одна из собак не двинулась с места — ни бежать далее, ни броситься на одинокого человека. А потом одна из псин быстро кинулась к воде — и резко вернулась рявкнуть на Рольфа.

Он перешёл на магическое зрение и сам бегом приблизился к реке. Свора теперь следовала на небольшом расстоянии за ним, словно признав вожаком.

Вдоль берега медленно плыла какая-то чудовищная рыбина. Именно её преследовали бродячие псы, не решаясь залезть в ледяную воду. Неужели они сообразили, что человек с таким оружием может им помочь? Вообще-то, они должны остерегаться его, но… Рольф быстро усмехнулся: сбросим всё на Событие.

И занялся рыбалкой.

Рыбина была чудовищной не только из-за размеров. Она была бочонком диаметром в метр с небольшим. Только магическое зрение позволило заметить, что прозрачнейшие плавники у неё всё-таки есть. Теперь Рольф не сомневался. Мало ли что хотят псы, но он тоже не прочь перекусить хоть чем-то, особенно во всех смыслах плывущим в руки. Пальто теперь только мешало, и он, сунув ножны с финкой в пояс джинсов, нетерпеливо сбросил верхнюю одежду прямо на прибрежную гальку.

Засучив рукава джемпера, Рольф быстро шёл рядом со своей потенциальной добычей, стараясь определиться, как ударить её металлическим прутом, чтобы оглушить с одного удара. Он не знал, что это за рыба, можно ли её есть, — полагался в последнем на псов: раз преследуют, возможно, им уже удавалось полакомиться таким. Сообразил лишь, что такая тяжёлая может очень даже здорово сопротивляться. Правда, шагов через десять он заметил, что добыча немного вялая. Не оттого ли её заметили собаки и принялись за охоту?

Метнув взгляд вперёд, он сообразил, что рыбина плывёт по течению, а значит, и он сам возвращается в портовый район. А ещё впереди он заметил выдающийся в реку берег и понял, что сейчас рыбина либо уйдёт в место поглубже, либо проплывёт на мелководье. И он побежал на речную косу, чтобы уже оттуда приглядеться и быть уверенным, что добыча мимо не пройдёт. Про себя молился стихиям воды и богам реки, чтобы помогли ему, голодному, а не ради забавы пошедшему на ловлю рыбины.

Добыча и в самом деле слабо попыталась отвернуть от мелководья. Рольфу даже показалось, что он слышит, как шуршит её тело о песок и камни под водой. Но Рольф ещё услышал жалобное повизгивание за спиной — и (он чуть не расхохотался) бурчание собственного желудка, которому «сверху» передали, что его скоро накормят. Это-то вкупе и заставило шамана рвануть прямо в воду на три шага и ударить импровизированной острогой, как это делали на Островном Ожерелье, в округлый рыбий бок чуть со стороны, не напрямую. К его изумлению, посох вошёл в плоть легко, хотя и дёрнулся на пути пару раз — наверное, задел костяк. Уже схватившись обеими руками за посох, Рольф с трудом налёг на него, чтобы рыбье тело не соскользнуло с остроги, чтобы застряло в нём — наконечник-то тоже при деле! Вскоре он свирепо торжествовал: осталось лишь выволочь добычу!

Всего лишь — свысока ухмыльнулся он… Для последнего пришлось войти в воду с другого бока застывшей рыбы — промокнув по бедро, — и пожалеть, что нельзя её доставить на берег перекатом: посох теперь мешал. Зато с другой стороны Рольф разглядел, почему рыбина плыла так тяжело: она оставляла за собой постепенно уменьшающийся кровавый след не только из раны, нанесённой шаманом, но и из другой — глубокой резаной раны. Рольф даже вздохнул с облегчением: оказывается, он просто добил её… А уж разглядев рану, он сначала пробил добычу насквозь, а потом выдрал свой посох со стороны наконечника и руками покатил тело на берег. Стороной промелькнула странная мысль, что эта охота стала каким-то неведомым порогом, который он сумел перешагнуть — и стать другим.

На самый берег огромную добычу вкатить, естественно, сил не хватило. Здесь он ещё начал опасаться, как бы голодная свора не накинулась на рыбину, да и на него самого. Но собаки уселись чуть дальше от берега и поблёскивающими глазами, изредка нетерпеливо поскуливая, следили, что он будет делать дальше.

Хвост добычи оказался маленьким, но достаточно твёрдым и плоским, чтобы снова попробовать использовать посох. И Рольф примитивно прибил рыбину хвостом к берегу.

Прислушавшись, понял, что добыча мертва. Ощущая странное чувство торжества (и опять вспоминая презрительное Горана: «Дикарь!»), он рассмеялся вслух от удовольствия: охота удалась! Подаренным ножом шаман быстро распластал рыбу на куски нежнейшего мяса — собаки уже вскочили, и первые пласты он быстро порезал на полосы и раскидал их по берегу. Псы мчались к предложенному ужину чуть не по одному, подхватывая на бегу рыбьи полосы и сразу уносясь в стороны.

Как только свора занялась делом, Рольф отрезал мясо для себя, и огляделся. Вскоре он собрал достаточно хвороста и мусора, поддающегося огню, чтобы запалить небольшой костёр. Напитанная водой начинка костра сначала разгоралась неохотно, но Рольф время от времени добавлял огня с ладоней, подсушивая, и заставил-таки запылать чёрные, в основном трухлявые ветки. Поглядывая на собак, он разложил под топливо рыбье мясо, а потом снова отошёл к рыбе, пластая её на части и оставляя «угощение» для бродяг. Усевшись у костра, придвинув к нему снятые мокрые джинсы и ноги для обсушки, он с удовольствием принялся было за горячий ужин. Теперь он не боялся псов: рыбы хватит, чтобы обожраться ею и гораздо большей своре.

Поэтому не вздрогнул, когда прямо возле уха услышал хриплое частое дыхание. Оглянулся не спеша — и хмыкнул: косматая псина, похожая на громадного горбатого волка, стояла рядом, чуть не склонившись над человеком и держа в зубах его недавно сброшенное где-то пальто.

— Спасибо, — насмешливо сказал Рольф и осторожно принял из зубов зверя одежду. — Хочешь? — предложил он зверю уже остывший кусок запечённой в углях рыбы.

Тот стоял и смотрел. Подошёл такой же косматый и громадный. Тоже стал смотреть на кусок. Рольф пожал плечами и, разломив кусок на две части, положил на речную гальку. Отвернулся. Ничего не боялся: появилось впечатление, что он один из них — из зверей. Появилось и утонуло в поплёскивании речных волн. Снова вцепился в кусок, только-только взятый с углей — горячий, сочный, терпко пахнущий подпечённым мясом и снова впился в него с жадностью. Горячий сок потёк по пальцам, которые он торопливо облизывал, стараясь не упустить ни одной капли. Насыщения пока не чувствовал: за спиной голодных часов больше. Заслышав позади чавканье, обернулся увидеть, как оба косматых пса пожирают разделённое между ними мясо.

Где-то через полчаса Рольф твёрдо уверился, что именно ради этих двух псов его и заставили идти вдоль реки. Закончив с ужином, один косматый улёгся за спиной человека. Рольф некоторое время посомневался, приглядываясь к объясняющим линиям в поле собаки, а потом осторожно лёг на его спину головой. Второй тут же опустился рядом, под рукой, и человек оказался словно в низком кресле. Теперь холодно было только спине. Повозившись, шаман подсунул под себя драповое пальто, усмехаясь мысли, что скоро одёжка, недавно шикарная, станет точно соответствовать статусу того района, где завтра ему придётся побывать. Теперь можно было и соснуть.

Сытый, от сытости вялый и ленивый, Рольф закрыл глаза — и впервые подумал, что во сне, который будут сторожить два зверя, он хотел бы увидеть Кети.

Рольф не впервые был с женщиной. Любопытные и энергичные женщины Островного Ожерелья, подзуживаемые Скальным Ключом, не сдавались перед силой молодого шамана, которая не давала им колдовски соблазнить его. То и дело то одна, то другая приходили к нему, используя весь свой арсенал обольщений. Но Рольф получал лишь чисто мужское удовольствие. Ни одна островитянка так и не смогла приворожить его. После ночи с Кети он понял, что изменился. Изменился так, что чувствовал себя другим — жёстче, крепче. Если раньше он ощущал себя лишь повзрослевшим мальчиком, который благожелательно и с любопытством глядит на мир, то теперь он смотрел на мир как на охотничьи угодья… Теперь он смутно приблизился в своих предположениях к пониманию, что значит старинное выражение «моя вторая половинка». Кети — его вторая половина. Как только он соединился с нею, он стал целым. Он внутренне понимал, что с нею наверняка происходит то же самое. Вряд ли она чувствует себя только девушкой, которая физиологически стала женщиной. Они идеальная пара. И только сейчас он серьёзно воспринял слова старого шамана: «Свою невесту ты увидишь лишь через шестнадцать лет. И узнаешь её. А она тебя. И тогда будет ещё одна сказка о мужчине и женщине».

Сказка началась — Рольф это тоже понял. Он заснул быстро и крепко, погрузив пальцы одной руки в густую шерсть лежащего рядом пса, пальцами другой мягко касаясь «древка» копья-посоха. В его сне играла на гитаре девушка, и он слышал её далёкий голос…

… Проснулся ещё до рассвета, когда серые тучи отбрасывали приглушённый свет города на речной берег, но рассмотреть хоть что-то было трудно.

Свора псов спала чуть дальше от него — и ни одна псина не позволила себе подойти к спящему человеку, охраняемому двумя громадинами. Шаман поднялся и, умывшись у реки (морщась в душе: вода — чувствительно грязная из-за производственных отходов), вернулся к рыбине. Куски, хранившиеся в углях, тоже оказались нетронутыми. Он сунул их в пластиковую коробку, найденную, пока искал мусор для растопки. Потом подошёл к рыбине. Вознёс благодарность всем богам, что помогали ему, и закончил с потрошением добычи. Мясо и годные для еды потроха оставил собакам, которые тут же принялись за ранний завтрак, а сам пригляделся к рыбьему остову. Голову он поздно вечером не удосужился разглядеть. Сегодня — увидел. Плоская, не привычно вытянутая, рыбья морда напоминала человеческое лицо, толстогубое и мертвоглазое. Без особого труда шаман втащил скелет на берег, поставил головой кверху, сломав позвонки, затем обложил его остатками топлива для костра и поджёг поминальным огнём. Сам уселся в «лотос» напротив, чтобы дымом от остова тянуло на него, и некоторое время молился, отбивая, похлопывая ладонями, ритм и монотонно обращаясь ко всем богам, которые принимали душу рыбы.

Когда он встал, скелет рыбины мягко обвевался дымом, плохо видимым в том же тёмно-сером свете. Шаман встал, бросил взгляд на посох, который был и острогой, убрал его под рыбину и нагнулся за пальто. Когда разогнулся, рядом, по бокам, стояли два пса. Рольф мельком вспомнил Ависа — и пошёл вперёд, к портовым улицам, которые даже в ранний утренний час жили энергичной жизнью. Снова вспомнив о посохе, приутишил вздох: взял бы, но на улицах мегаполиса такой посох мог бы выглядеть очень странно.

Довольно и того, что он возвращается с псами. В самом городе это не прошло бы. Полиция остановила бы немедленно и заставила бы либо вернуться в трущобы, откуда явились эти бездомные псины, либо сама бы вызвала нужные службы, чтобы избавить город от этих чудовищ.

Рольф шагал спокойно. Он ещё не знал, куда идёт, но отчётливо понимал, что становится приманкой для Горана. Эрик зря думает, что Горана поймают его люди. Горан спрятался так, что его не найдёшь. Но Горан сам придёт за Рольфом. Рольф — приманка повкусней Кети. Рольф — это боль. Идеальная. Так помнит Горан. А Горан из тех садистов, кто не пропустит удовольствия добавить боли человеку, который уже страдает.

Трое поднялись к первому дому приречной улицы, обогнули его. У торца Рольф встал и оглянулся. Свора бродячих псов, следовавшая чуть далее, остановилась и затем медленно пропала в утренних сумерках. Два пса рядом не шевельнулись, дожидаясь хозяина. И шаман пошёл дальше.

Эта улица ему незнакома. Кажется, она чуть ниже той, на которой размещается дом с бистро Сары. Но в бистро он не собирался возвращаться. Он искал жильё другого типа. Раскрыв все чувства навстречу городу, который не только рос с каждым шагом ему навстречу, но и расширялся, он настроился на улавливание магических потоков. По информации, которую время от времени получали на Островном Ожерелье из внешнего мира, он знал, что во многих городах есть кварталы, в которых живут довольно сильные маги: шаманы, ведьмы, колдуны, гадалки, астрологи. Именно на волну магии, окружающей эти кварталы, он и настроился.

Псы шли чуть поодаль, где-то на шаг позади. Но Рольф знал, что они готовы в любой момент рвануть на помощь ему… Здесь, где каждый второй фонарь сломан, он легко шёл по пешеходным дорожкам, сунув руки в карманы. Встречным он казался замёрзшим гулякой, возвращающимся из своих таинственных походов по злачным местам. На деле — правой рукой он сжимал в кармане нож с пока закрытым клинком.

Он сам, словно собака, кивнул, когда волна магии мягко коснулась его чувств. Встав на месте, Рольф некоторое время анализировал эту волну и вскинул брови, когда учуял в ней нечто знакомое. Еле слышная нота, которой он однажды коснулся, заставила его идти к человеку, оставлявшему магический след в пространстве.

Предутренняя темнота была уже прозрачной, и он решился идти дальше по следу, который протянулся в пространстве рвано и прерывисто. А потом инстинкты подтолкнули его, на всякий случай приготовив нож, бежать — и псы помчались следом, по бокам. Улочка была какая-то неровная, быстро перешедшая в извилистый лабиринт небольших переулков; в некоторых приходилось переходить на магическое зрение, потому что «коридоры» были настолько узки, что даже сумеречный свет сюда не поступал. Но Рольф бега не сбавлял: он-то видел.

След, несущий в себе знакомое и магию, становился всё шире и гуще, и в нём по нарастающей стали появляться гнетущий страх и боль. Страха (перед смертью!) было больше, и шаман не удивился, вылетев из-за угла следующего дома, когда перед ним предстала картина, которой обычный человек сразу бы не разглядел: трое били ногами четвёртого, скорчившись лежащего на земле.

Рольф зарычал — и псы кинулись вперёд бесшумными, но страшными снарядами. Непроизвольного рыка почти невидимого во тьме человека убийцы не услышали. Как не услышали мягкого бега тяжёлых лап. Но уже первый закричал, мгновением спустя захлёбываясь, когда на него взлетел один из псов, сразу вцепившись в горло и вбивая своей тяжестью в землю. Другие двое шарахнулись в стороны. Второму не дали времени ни устоять на ногах, ни крикнуть: вторая псина сбила его с ног и загрызла. Третий тоже вскрикнуть не успел — брошенный шаманом нож впился в точку чуть выше ключицы. Когда трое убийц перестали шевелиться, Рольф подошёл и выдрал нож из горла человека.

Больше его эти трое не интересовали. Он вытер оружие об одежду убитого и подошёл к их жертве. Псы, насторожённо оглядываясь, тоже приблизились к лежащему телу. Под их охраной шаман спокойно опустился на корточки и перевернул человека. Приложил пальцы к шее, почувствовал, как толкнулась кровь в кожу, и некоторое время посидел, подумал. Но утро хоть и медлило появиться, постепенно высвечивало всё вокруг.

Рольф огляделся и, приподняв старуху, взвалил её на плечо.

Так, спокойно и не спеша, он вышел из страшного переулка, оставляя за собой трупы и присматриваясь к новому струйному течению в пространстве, которое вело в жилище старухи. Псы, напившиеся крови, продолжили конвоировать человека, который недавно накормил их, а теперь кровью привязал к себе.

Перед подъездом старого высотного дома-развалюхи Рольф осторожно спустил старуху на землю и затем просто понёс её на руках, как ребёнка. Уже на нужном этаже старуха с трудом открыла глаза и, вглядевшись, даже в темноте узнала своего спасителя, после чего тихо, потому что иначе больно, заплакала. Рольф вошёл в её квартиру, грязную, но с дверью, которую можно запереть, и опустил свою ношу на старинный диван. Понимая, что на спине ей лежать неудобно, он помог повернуться набок.

Морщинистые, разбитые в кровь губы зашевелились, но не сумели издать ни звука.

Рольф присел перед диваном.

— Почему?… Ты же простил меня? — прошелестела старуха, всё ещё плача.

— Ты сама виновата, — мягко сказал шаман. — Я простил. Но ты себя не простила. Поэтому тебя преследуют. Прости себя. И тогда всё будет хорошо…

— Но ты посидишь со мной?

— Посижу.

Но, словно в противовес собственным словам, он тут же поднялся. Правда, перед тем как отойти, он мягко, почти нежно скользнул пальцами по векам старухи, и лицо той мгновенно осунулось в глубоком сне.

— Сторожить, — шёпотом велел Рольф псам.

Оба тут же встали у изголовья старухи, а потом, будто найдя лучшую позу для долгого караула, сели. Один — вдоль дивана. Другой — нос к носу с ним.

Шаман вернулся в узкую прихожую и закрыл дверь на замок. Затем ножом, всё ещё хранящим кровь убитых, провёл несколько линий вокруг этого замка. Теперь всем тем, кто бы подошёл к двери с намерением ворваться в квартиру старухи, станет худо при одном только взгляде на эту дверь. А уж если кто-то пересилит ощущение страха и дотронется до дверной ручки, тот будет бежать в страшной панике из самого дома.

Квартирка оказалась двухкомнатной. Кроме комнаты, где спала старуха, существовала маленькая комнатка, в которой она занималась профессиональными делами ведьмы. Здесь Рольфу было уютней, чем где бы то ни было в квартире. Он лёг на грязный коврик посредине комнаты и уснул… Один из псов, прислушиваясь — следивший за передвижением своего хозяина по комнате, встал и отошёл от дивана. Во сне Рольф инстинктивно перекатился поближе к теплу, обняв лохматую лапу псины… До утра было всего ничего. Но теперь шаман знал, что ему придётся перейти на ночной образ жизни. И спал спокойно.


предыдущая глава | Шаман (СИ) | cледующая глава