home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



5

Он старался не шуметь в тесной комнатушке, и, кажется, это получилось. Кети проспала довольно долгое время. Рольф не будил: по словам Сары, девушке придётся петь на сцене допоздна. Он ещё хмыкнул: хозяйка же сказала, что нужны всего три-четыре песенки. Почему она думает, что Кети будет петь долго?

Сейчас Рольф сидел на полу, у той самой кучи барахла, в которой смог найти кое-что необходимое, да ещё с кухни принёс несколько пустых банок, которые сейчас осторожно и резал ножницами. У ног с одной стороны постепенно росла куча металлических кругляшей, с другой — истерзанные банки, совершенно потерявшие форму.

Услышав шорох, он прислушался. Снова что-то прошелестело, и скрипнули стулья. Он улыбнулся. Проснулась. Подать голос, что он здесь? Не успел.

— Рольф… — позвали шёпотом.

— Я не сплю, — отозвался он.

Кети осторожно встала со стульев и дёрнула плечом, глядя на «постель».

— Никогда не спала днём. — Она быстро, слегка встряхнув тряпки, поправила их на стульях. И только затем подошла к Рольфу, присела на корточки.

— Что это?

Он посмотрел в её сонное лицо, в оживающие глаза.

— Кети, я плохо ориентируюсь в вашем мире. Я не знаю, как найти тех, кто может нам помочь. Но одно я знаю очень хорошо: без денег в этом мире не проживёшь. Мы с тобой сейчас зарабатываем только на еду. Но Сара не может дать нам денег на одежду. А без одежды тяжело. — Он даже неуверенно посмотрел на тонкую куртку, которую ему дала Сара. Куртка одета на голое тело. А значит, грела только в помещении. — Не знаю, что будет дальше, но нам с тобой нужна одежда. А вдруг придётся уходить отсюда? Я придумал один способ заработать. Вот эти круглые штуки пойдут на украшение моей одежды, которая мне понадобится завтра вечером. А ещё завтра я схожу на побережье за ракушками, которые мне в этой одежде будут нужны.

— Не совсем понимаю, как в такой одежде можно заработать денег, — медленно сказала Кети. — Я ещё сонная, может, поэтому не соображаю. — И отобрала у него ножницы и последние две банки. — У тебя, наверное, пальцы устали. Дай я порежу. Всё равно до вечера заняться нечем.

Рольф усмехнулся и вытащил из кармана какой-то предмет, напоминающий обыкновенную ручку, только толстую. Но, когда он развинтил длинный колпачок, на свет появилась длинная игла на ручке. Прекратив резать первую банку, Кети с любопытством спросила:

— А это что?

— Это шило. Им я буду протыкать кружки, а потом связывать их между собой.

— Как это — связывать?

— Нанизывать на проволоку.

— Давай — нанизывай, а я посмотрю и потом помогу с остальными.

Совершенно очарованная происходящим, Кети быстро нарезала из оставшихся банок столько кружочков, сколько смогла, а потом и в самом деле помогла Рольфу, соединяя проткнутые им кружки по несколько штук в одну связку. Потом потрясла одну связку и засмеялась, слушая сухой металлический перезвон. А Рольф собрал оставшийся мусор и вышел из комнатушки — в сопровождении дракончиков на плечах — выбрасывать.

Возвращаясь, он только начал открывать дверь, как замер от неожиданности: в уже образованную щель мягким, но звонким водопадом будто упал тревожный гитарный аккорд, немедленно повторившийся. Музыка, раздражающая, возбуждающая, хлынула мимо него в коридор… Как-то стороной он понял, что рядом кто-то остановился, потом ещё. Машинально отметил, что подошла Сара — с полуоткрытым от изумления ртом, и тоже встала рядом, вслушиваясь в поразительно сильную музыку, возникающую под пальцами девушки, сидящей на «кровати».

Когда Кети закончила играть, Сара перевела дух и, покачав головой:

— Да вы с ней — сплошные сюрпризы! — медленно ушла в свой кабинет.

Рольф растерянно улыбнулся троим ребятам из обслуги бистро, которые восторженно переглядывались, а потом, опасливо и дружески похлопав его по плечу, чуть ниже места обитания дракончиков, ушли.

— Ты так умеешь играть? — удивлённо спросил он, закрыв за собой дверь.

— В смысле — так? — Кети снова озадаченно смотрела на него, а потом кивнула. — Поняла. Я училась в музыкальном лицее. То, что я песенки пела, — это в лицее все умеют. На занятиях по композиции многому учат. А основной мой инструмент — именно гитара. Тебе понравилось, как я исполняла?

— Очень. Как называется эта музыка?

— Классическое фламенко.

Рольф заметил, что его пальцы до сих пор вздрагивают, едва он только вспоминает музыку, и усмехнулся.

— Кети, скажи, а ты только играешь? Менять темп не можешь?

— Как это?

— Ну, скажем, ритм твоего фламенко немного поменять на такой. — И он слегка побарабанил по краю стола. Авис немедленно сунулся с плеча над его руками, словно услышал что-то знакомое.

— Ну, попробую, — задумчиво сказала Кети. — Вот так?

Прослушав, Рольф чуть не засиял. Кажется, его задумка обретает черты постепенной законченности. И, что самое приятное — уговаривать на авантюрную затею Кети не придётся. Кажется, по своему характеру она авантюристка та ещё. Он не успел ей ничего объяснить, как в дверь постучали. Они в два голоса сказали: «Войдите!» и, переглянувшись, засмеялись.

Вошла Сара. С одной руки у неё свешивалось что-то тёмно-зелёное и такое роскошное, что теперь открыла рот Кети — и невольно встала. Свободной рукой хозяйка бистро протянула девушке пакетик.

— Струна. — А когда освободились обе руки, она расправила перед Кети длинное платье в оборках и кружевах. — Насколько я поняла, вы скрываетесь. Вот тебе, имита Кети, платье, вот парик (в руках растерянной до нечаянно вырвавшегося смешка девушки появилось нечто весёлое — рыжего цвета!). Туфли получишь перед выходом. Косметику тебе принесёт моя управляющая — Мария. Ужин — скоро. Принесём. Что вам ещё надо, голубки?

— Мне — ничего, — поспешно сказал Рольф. — Сара, можно, я помогу твоим ребятам расставить столы и стулья в общем зале?

— Ишь… Маскируется, — подмигнула Сара удивлённой девушке. — Красавчик, говори сразу, о чём хочешь попросить?

Рольф рассмеялся, но сказал:

— Мне нужно найти человека, который на своей машине отвёз бы нас завтра до обеда на побережье, а вечером, до выступления, — туда, куда я попрошу.

— Подумаю, — благосклонно сказала хозяйка бистро. — Чего стоишь? Напросился на работу — иди, помогай!

Когда за нею закрылась дверь, они переглянулись и засмеялись.

— Деловая какая-то! — с шутливым возмущением сказала Кети.

— Нет, она молодец, — уже задумчиво сказал Рольф. — Хвататься за каждую возможность выжить и жить…

— Только почему она постоянно говорит странное? То я твоя девчонка, то голубки мы у неё? — покачала головой Кети.

Но Рольф уже заметил, что она то и дело нетерпеливо косится в зеркало рядом, и поднялся со своей «постели». Жёстко повёл плечами, расправляя их, и спросил:

— Успеешь до моего прихода померить одежду?

— Успею, — с облегчением, что он уходит, откликнулась девушка.

К вечеру они договорились, каким образом будет проходить выступление.

Затем была вызвана Сара. Ей объяснили «программу», и она согласилась с предложенными номерами немедленно. Но и кое-что подкорректировала. Впечатлившись игрой Кети на гитаре, она, оказывается, с трепетом («До-орого!»), но пригласила танцовщицу на пару номеров.


… Танцовщица, с необычным именем Кириетт (девушки ещё посмеялись — дуэт «Кети и Кириетт»!), пришла за полчаса до выступлений, и вместе они быстро согласовали нужные им мелодии и танцы. Кириетт оказалась очень смешливой. Она то и дело радостно хохотала, особенно если ей удавались красивые повороты и движения. Кети бы влюбилась без памяти в её танцы, если бы не одно большущее но: танцовщица положила глаз на Рольфа! Она то и дело плясала перед ним, взмахивая юбками и открывая полные ножки! То и дело болтала с ним, чуть не забывая вообще о номере!.. А Рольф, кажется, не понимал, что происходит. Так что втихомолку Кети решилась на обман: завтра, когда она сможет остаться с хозяйкой бистро наедине, надо обязательно сказать, что, как гитаристке, ей пока очень трудно сосуществовать в музыкальном дуэте с Кириетт. Ну, типа, она так сильно от старательности напрягается, что пальцы судорогой сводит — и можно сбиться, играя на гитаре.

И, только додумав, что она собирается делать, Кети, слегка ошеломлённая, спросила себя: а не влюбилась ли она сама в Рольфа?

А ещё спустя пару минут она, уже совершенно изумлённая, подумала: а не заметила ли хозяйка бистро, что она влюблена? А… А Рольф в неё? Поэтому она, Кети, — «его девчонка»? И не потому ли они, Рольф и Кети, — «голубки»?

Она оглянулась на Рольфа, стоящего неподалёку. Он сосредоточенно отбивал ритм только что сыгранной ею баркаролы, прислушиваясь к своему постукиванию. Нет, Рольф не влюбится в эту вертихвостку, потому что рядом с ним постоянно она, Кети! А танцовщица, Кириетт, здесь временно!

Околдованная мыслью, что они двое — вместе, Кети расслабилась и вдохновилась одновременно. Пальцы, давно не тренированные, забегали по струнам мягче. Девушка всего лишь раз после этого заметила, как Рольф поднял глаза на неё и улыбнулся ей. И — забыла о своём желании поговорить с Сарой, чтобы та больше не приглашала Кириетт.

Танцовщица же помогла Кети одеться к выступлению. Кети подошла к зеркалу — и ахнула. А потом засмеялась вслед за Кириетт.

— Слушай, а ты такая!.. — Танцовщица захохотала от избытка чувств. — Такая!

Только когда Рольф взглянул на неё, Кети показалось, что она поняла, какая — такая. Итак, на короткие чёрные волосы Кети натянули рыжий парик — волосы локонами до лопаток, синеву глаз подчеркнули сиреневой подводкой, и, наконец, она смогла надеть зелёное платье, которое перед тем лишь примеряла — без сценического грима.

Рольф ничего не сказал. Он только смотрел на неё потрясёнными глазами. А Кети смотрела на него — из зеркала и улыбалась ему, благо он стоял за её спиной. Теперь она не злилась из-за Кириетт, а лишь чуть жалела, что не может в этом изумительном платье танцевать перед Рольфом. Точней — не умеет.

До выступления, пока танцовщица доедала заказанный лёгкий ужин, Кети и Рольф, немного смущённо переглядываясь, успели нашить кружочки на полосы, которые он вырезал из более плотных тканей, найденных в той же ветоши. Критически взглянув на получившееся, Кети подумала, что эти полосы похожи теперь на элемент старинных рыцарских кольчуг, только у рыцарей множество колечек или чешуек почти не шевелится, скреплённое между собой, а то, что делает Рольф… Кружочки свободно мотались на полосе, едва её поднимали, и продолжали позвякивать, а Рольф прислушивался к этому звуку и то и дело явно пытался звенеть ими в каком-то странном ритме. Причём, кажется, его удовлетворило суховатое звучание множества металлических деталек. А дракончики так вообще впали в экстаз: Рольф специально для них положил полосы на пол, и Авис пытался схватить пастью край полосы и взлететь, чтобы заставить их звенеть, а радостный Малыш скакал по полу за ним и старался «на халяву» проехаться на полосе-погремушке. Рольф и Кети — нахохотались, глядя на них!

Перед выступлением снова постучалась Сара. Довольно улыбнулась при виде уже одетой Кети и более серьёзно сказала:

— Мы забыли о том, как представить тебя гостям. Вы же не хотите, чтобы тебя называли настоящим именем. Придумайте сценическое имя. Ну?

— Авис! — выпалила Кети и вызывающе взглянула на Рольфа. — А что? Вполне женское имя. И искать не надо.

— Я же не возражаю, — пожал плечами улыбнувшийся Рольф. — Это имя тебе идёт.

— Авис — так Авис, — решила Сара. — Отлично. Эх, ребятки, как я волнуюсь! Как будто у меня никогда артисты не выступали. — И взволнованно засмеялась, уходя.

Понял ли Рольф, что, называя имя его дракончика как сценический псевдоним, она хочет чувствовать себя ближе к нему, к Рольфу? Нет, сейчас лучше об этом не думать. Она нетерпеливо встала, пусть и помнила, что за нею должны прийти — пригласить на сцену. Хотя какая сцена — так, площадочка, на краю которой и предстоит сесть с гитарой. А на самой сцене будет танцевать Кириетт. Всей площадки — метра два на три, но танцовщица уже показала свой профессионализм, и за её танец можно не беспокоиться. Нет, Кети хотелось немного пройтись, потому что она боялась, как бы, шагая к сцене, не наступить на роскошный подол платья. Ну и одновременно хотелось, чтобы Рольф лишний раз на неё посмотрел.

— Тебе надо немного приподнимать платье, пока идёшь, чтобы не наступить на него. Упадёшь ещё, — сказал Рольф, внимательно следивший, как она ходит.

Она в этот момент отвернулась и поэтому поулыбалась вволю: он заботится о ней!

Потом посидели снова вместе, пока в дверь не постучали. Рольф пожал ей пальцы, вспотевшие от предконцертного мандража, и кивнул.

— Всё помнишь?

— Ага, — храбро сказала она: Рольф придумал кое-что, чтобы ей легче было на сцене. Он взял на кухне пластиковый поднос и будет отбивать ритм для начала.

Оба поднялись и вышли из комнатушки. Идя по коридору к выходу на сцену, Кети нервно усмехнулась: ещё вчера они удирали от Горана, а сегодня уже выступают на сцене маленького ресторанчика. Жизнь…

У двери в зал их уже дожидалась Кириетт. Она открыла дверь и первой проскользнула в зал. А там уже пронеслась пять шагов к площадке яркой красивой птицей, которую — на волне её же азарта, обещающего праздник! — встретили восторженными воплями. Кети, с бешено бьющимся от страха и волнения сердцем, прижимая к себе гитару, собралась шагнуть следом.

— Кети…

— Что? — испуганно спросила девушка.

Рольф, стоявший совсем рядом, склонился к ней и легонько поцеловал в губы, после чего подтолкнул к выходу.

«Мои алкаши», как ласково называла своих посетителей Сара, уже собрались. Они, уже успокоившиеся после фееричного явления танцовщицы, добродушными приветствиями встретили новенькую певичку и гитаристку.


… Рольф смотрел на Кети, чуть сжавшуюся, пока шла к сцене. Насколько он узнал её — аккомпанируя Кириетт, она должна стать свободней. Это в её привычках: помогая другим — забывать собственное состояние. Так было и с ним. Едва она начала помогать ему, она забыла, что ей самой грозит опасность. Поцелуй… Он потрогал пальцем губы, казалось, всё ещё горящие от прикосновения к нежной коже её губ… Зачем он это сделал? Напрасные надежды на будущее, которому не быть. Он отвернулся, чтобы не видеть, как она садится на край сцены, оправляя складки платья; как улыбается комплиментам посетителей бистро… Но повернуться пришлось. Дверь он не закрыл. В помещении бистро (что они уже проверили) звук отсюда, от двери, должен быть слышен отчётливо. Он сел на заранее поставленный стул в дверях и положил на колени поднос. Кириетт встала в позу, Кети положила пальцы на струны.

Рольф стукнул по подносу раз — улыбнувшись удивлению посетителей, заоборачивавшихся в поисках происхождения ритмичного гулкого стука, который уже звучал непрерывно. Хлопнул под конец по подносу — и Кети начала мелодию с затакта.

Рольф ещё немного посидел, но вскоре стало ясно, что Кети освоилась. Пока они нанизывали на проволоку металлические кружочки, она задумчиво решила, что будет вести себя так, словно попала на привычный экзамен в лицее. Как она объяснила, обычно экзамен этот проводится на сцене. Правда, сцена в лицее академическая, огромная. И зрителей почти не видно. Не то что здесь, когда сидишь со слушателями лицом к лицу… Теперь, по договорённости, Рольфу можно уйти. Но уходить не хотелось. Виденный им уже несколько раз танец снова заворожил, да и Кети легко играла в том сумасшедшем темпе, который затребовала от неё Кириетт, обрадованная, что танцует под «живую» музыку. Поглядывая на зрителей и слушателей, Рольф невольно усмехался: их тоже очаровала музыка гитарных струн и перестука каблучков.

— Рольф! — шёпотом позвали со стороны.

Он оглянулся и всё-таки встал. Сунул поднос под мышку и шагнул к Саре, которая манила его за собой. Уже в коридоре она негромко, но более звучно сказала:

— Ты хотел найти кого-то, кто может вас сопровождать по городу и на набережную. Я созвонилась со своей подругой. Её сын — байкер. Сам-то штурманом работает на каких-то межпланетных пассажирских линиях, но сейчас у него двухнедельный отпуск после недавнего полёта. Отдыхает, катаясь с друзьями. Кажется, он согласился вас возить. И не один. Друзей с собой берёт. Говорит, что хоть какая-то цель появилась в бродяжничестве по городу.

Мотоцикл… Рольф задумался, немного смущённый. Мотоцикл — это холод. Осенний холод. Когда он выносил баночный мусор, поневоле вышел на улицу, к контейнеру при бистро. Моросящий дождь не думал заканчиваться. Но если даже и закончится к утру, то промозглость останется. Он-то сможет выдержать холод, но Кети? Сара правильно поняла его смущение.

— Пару курток я вам найду, — сказала она. — Одна осталась от мужа. Другой может поделиться кто-то из ребят обслуги. Кети пришлась им по нраву, а ей курточка нужна поменьше, чем тебе.

— Спасибо, Сара.

— Пошли. Это байкер ждёт тебя у меня в кабинете.

— Ждёт? — удивился Рольф, думавший отсидеться здесь, за сценой, а потом пойти в «свою» комнатушку.

— Ну да. Он приехал, чтобы заранее познакомиться с будущими пассажирами.

Сара взяла у него поднос, сунула пробегавшему парню из обслуги и повела Рольфа к кабинету. Он поколебался и пошёл, благо по коридору несколько шагов. Женщина открыла перед ним дверь и, держась за косяк, сказала вовнутрь:

— Вы тут сами, без меня, познакомьтесь и решите свои вопросы. А мне некогда прохлаждаться. Не разругайтесь, парни, ладЫ?

— Здравствуйте, — немного стеснительно сказал Рольф и шагнул в кабинет.

Дверь за ним закрылась. А он застыл на месте, во все глаза глядя на сидевшего у стола Сары молодого белобрысого великана лет, показалось, под тридцать. Он был одет тепло, по погоде — в чёрную кожу с меховой опушкой. Спустя секунду после приветствия великан медленно, с осознанием своего превосходства развернулся к нему, благодушно улыбаясь. Но улыбка так же медленно начала таять, потому что великан заметил странный пристальный взгляд незнакомца и насторожился.

— Мы знакомы? — пробасил он.

Его лицо с возрастом стало неузнаваемым, поэтому Рольф ещё раз проверил себя, точно ли он опознал этого человека. Ведь прошло почти восемнадцать лет с того времени, как они расстались. Почти восемнадцать! И — три личных года боли, страха и ужаса! Каждодневного медленного умирания — физического! Жизни — под страхом быстрой смерти — всего лишь небрежного выстрела из пистолета, если вдруг охранникам покажется, что ты недостаточно вежлив с мучителями или недостаточно хорошо и усердно работаешь…

— Малыш Колдей… — Рольф облизал пересохшие от горячего дыхания губы. — Тебя теперь не потаскаешь на закорках, как бывало. Колдей… Как ты вырос… — Он уже улыбался вовсю, чувствуя если не счастье, то неимоверную радость от встречи именно с этим человеком!.. Который из знаков, что подбрасывала сегодня судьба, был предвестником, что в его жизни появится именно этот человек, а не кто-то другой?

Но небольшое опасение, что этот человек не захочет вспоминать страшные годы, пережитые ими когда-то, тонкой иглой пронзило сердце. Рольф остановился на полушаге, вглядываясь в белобрысого великана, который встал и тоже изо всех сил всматривался в него, даже не отвлекаясь на дракончиков, с ответным интересом глазеющих на него. Впрочем, о дракончиках его, наверное, предупредила Сара.

— Я не помню тебя, — пробормотал он, уже с беспокойством вглядываясь в Рольфа. И вдруг замолчал. Его глаза немного расфокусировались. Великан задумался. — На закорках?… Малыш Колдей?… Хочешь сказать, что ты…

— Не узнаёшь, — уже спокойно сказал Рольф. — Что ж. Будем знакомиться заново. Меня зовут…

— Рольф… — шёпотом сказал Колдей. — Это из-за тебя прилетела на Сэфа нынешняя сэфианская губернаторша, а заодно вытащила всех нас. Рольф, дружище!

В два шага преодолев расстояние между ними, великан крепко обнял Рольфа под возмущённый писк двух дракончиков, брызнувших с плеч старого друга.

Несмотря на бережное объятие высокого сильного человека, который здоровается с человеком, выглядящим довольно хрупким, великан всё же задел правую руку Рольфа. Боль пронзила всё тело. Рольф застонал. Стон был короткий, но Колдей немедленно отпрянул.

— Что случилось? Ты не ранен? Сара сказала — ты скрываешься! Ты ранен? Ну же, Рольф, не молчи! Что случилось? И ты же не один? С какой-то девчонкой?

— Ты стал слишком много болтать, малыш Колдей, — усмехнулся Рольф, когда боль начала уходить и стало легче дышать.

— Слушай, пошли — посидим где-нибудь, — предложил Колдей, с тревогой глядя на него. — Расскажешь, что случилось и что тебе нужно от меня. Или расскажешь то, что сочтёшь нужным. Я в таком долгу у тебя. Если б не ты…

— Тебе хочется вспоминать об этом? — медленно спросил Рольф.

— Иногда хочется поговорить с человеком, который меня поймёт, — уже спокойно ответил великан. — А кто лучше тебя поймёт меня — даже с полуслова?


предыдущая глава | Шаман (СИ) | cледующая глава