home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 3. Нежить в городе!

Через четверть часа мы были готовы к выходу из злосчастного трактира, когда случилось сразу несколько событий.

Я стоял в коридоре, нахлобучив шлем, держа в охапке щупальца и приглушенно поторапливая сонных спутников. Я только собирался рявкнуть на неловко переставляющего ноги гнома, никак не могущего найти свою сумку, и тут меня резко повело в сторону, да так, что я с грохотом врезался в стену коридора. Затылок пронзила ослепляющая боль, в ушах появился тонкий пронзительный звон. Под встревоженные возгласы друзей я рухнул на колени и скорчился от все усиливающейся и усиливающейся боли. Соскочивший с головы шлем укатился под ноги застывшего на месте Тиксы. С дробным стуком на пол один за другим попадали ледяные щупальца — и безжизненно застыли в мертвой неподвижности.

Ко мне подскочил Рикар, затормошил за плечо, попытался поднять на ноги, крича в ухо:

— Господин! Что с вами? Корис?!

— Аагх… — выдохнул я, преодолевая боль, и с ужасом понял, что едва могу шевелить челюстями. Меня словно парализовало. — Бег… бег-гите!

— Ну уж нет! — рявкнул здоровяк и завопил: — Мукри, Тикса! Помогите поднять господина!

— Корис, что с тобой?! — сквозь застилавший глаза туман я с трудом углядел тоненькую фигурку упавшей передо мной на колени девушки. — Корис?!

В следующий миг меня скрутило в судорогах. Вырвавшись из рук Рикара, я в припадке забился на полу, исходя безумным криком боли.

— Хватайте его и тащите к выходу! Живо!

— Рикар, стой! — прорезался голос Мукри. — Отойдите от него! Отойдите! Бросьте!

— Ты что несешь, тварь поганая? А? Чтобы я господина бросил?! — раненым медведем взревел Рикар.

— Смотри на щупальца!

— О, Создатель Милосердный!

— Рикар, Алларисса, отойдите от него! Щупальца просыпаются!

Вытянувшиеся на полу ледяные отростки задрожали и, разом взмыв в воздух, окутали меня в подобие кокона, обвившись вокруг тела и приникнув так плотно, что сквозь нахлынувшую на меня новую волну боли мне почудился скрип доспехов. Раздались резкие хлопки, следующие один за другим, и следом за ними — громкий хрустальный звон, послышавшийся из висящего у меня за спиной заплечного мешка. По полу застучали мелкие осколки, в воздухе замелькали непонятные обрывки ткани. Основание шеи пронзила настолько сильная боль, что я даже не смог закричать. Рот был разинут, но из него доносился лишь сдавленный хрип. Я умирал… Во всяком случае, ощущения были именно такие — словно ко мне подступала мучительная агония. Главное, выдержать еще немного, и тогда наступит блаженное забытье и избавляющая от страданий смерть…

— Да что же это… Они ему в шею лезут! Хватайте их!

— Не трогай, Рикар!

— Корис! Корис!

Я не отвечал на встревоженные выкрики. Стоя на коленях и задрав голову к низкому потолку, я чувствовал… как подобно отливу испепеляющая боль отступает и исчезает, оставляя после себя ощущение… или вернее присутствие в моем теле чего-то нового, чего никогда не было прежде. Я чувствовал, как МОИ щупальца медленно ослабляют хватку вокруг моих плеч и медленно сползают вниз. Ощущал, как они хищно поводят слепыми кончиками по сторонам… и передают мне картинку наполненного светящимися человеческими силуэтами коридора, налаживающуюся поверх моего обычного зрения. Рикар разевает рот в беззвучном крике и наклоняется ко мне, одновременно я вижу приближение огромной светящейся фигуры и пульсирующие внутри нее сгустки энергии… И я ощущал смутную и непонятную радость, исходящую из каждого из десятка отростков. Радость и ликование, что мы воссоединились… наконец-то стали единым целым…

— Корис! — вопль здоровяка наконец пробился сквозь звенящую тишину, и я одним рывком выпал в реальный мир. — Корис!

Ухватившись за предплечье Рикара, я тяжело поднялся с колен, ощущая, как вздымаются в воздух ледяные щупальца.

— Я в порядке…

— В порядке? — прижимая дрожащие руки ко рту, прошептала прижавшаяся к стене Алларисса. — Корис… они торчат у тебя из шеи… они влезли тебе в шею… они в тебе.

Было сказано слишком много «они», чтобы не понять, что речь шла о найденных в могиле давным-давно умершего мага…

Дернув рукой к голове, я наткнулся на тугой и ритмично подрагивающий пучок щупалец, выходящий из основания моей шеи, чуть ниже затылка. Выходящий из моей заледеневшей плоти.

Значит, мне не почудилось — росшие из куска горного хрусталя отростки решили сменить хозяина и переселились ко мне в тело. А хрустящее крошево на полу — это все, что осталось от некогда великолепно ограненного кристалла, перемешанное с бумажными обрывками и кусками материи — заплечный мешок разорвало на жалкие клочки. Еще хорошо, что на мне мощные доспехи, надежно прикрывающие спину. Иначе шкуру бы знатно исполосовало…

Я еще не успел толком осознать произошедшие со мной перемены, когда громко хлопнула дверь и в коридор с криком влетел еще один член нашего маленького отряда:

— Факелы! Много факелов. Там толпа народу, и все идут прямиком сюда и очень быстро! Скоро будут у ворот.

— А трактирщик умен, — прохрипел я, отлепляясь от стены и ощериваясь в злобном оскале. — И золотишко наше к рукам прибрал и перед Церковью не провинился… Рикар, еще один выход есть? На задний двор.

— Есть. В главный зал, а оттуда через кухню. Идти сможете, господин?

— Смогу, — кивнул я, и даже не соврал: с каждым мгновением ко мне стремительно возвращались силы. — Веди. Алларисса, держись в середине. Пошли. Ходу!

От мощного пинка Рикара дверь, ведущая из жилой части трактира в главный зал, затрещала, но устояла.

— Подперто с той стороны! — выкрикнул Мукри, приникнув к полу и заглянув в щель под дверью.

— А ну отойди! — рявкнул здоровяк, выхватывая топор.

Несколько сильных ударов — и дверь превратилась в груду щепок, а мы ввалились в пустой зал, перешагивая через наваленные у двери столы и лавки. Не теряя ни мгновения, здоровяк повел нас к неприметной двери в тыльной стене зала. Единственное, что я успел заметить, так это грубо оштукатуренные стены, широкий камин, наполненный еще тлеющими углями, и единственную на весь трактир старую картину, висящую над каминной полкой. Мой взгляд выхватил изображенных на потускневшем от времени полотне тощего паренька с немного дурацкой улыбкой и сидящую у него на нравом плече вихрастую куклу.

Донесшиеся до наших ушей крики и пробившийся сквозь окна тусклый свет возвестили, что пришедшие по наши души горожане уже совсем рядом.

— Ходу! Ходу! — рявкнул я, хватая споткнувшегося гнома за шкирку и толкая вперед. — Живо!

Оказавшись на заставленной разделочными столами, кувшинами и бочонками кухне, я чуть замедлил шаг и, быстро оглядевшись по сторонам, крикнул:

— Здесь! Стой! Что в этих кувшинах у стены? И в бочонках?

Не задавая лишних вопросов, здоровяк шагнул к выстроившимся на широких полках сосудам и, заглянув внутрь, коротко доложил:

— Вино. Пиво. Масло.

Уцепившись за последнее слово, я приказал:

— Масло на пол! Мукри, сбегай в зал и зачерпни полный совок углей, что еще не потухли, и разбросай по залу. Прихвати кувшин с маслом и разлей повсюду. Остальные на задний двор и ждать!

Рикар с ходу уловил мою мысль и, коротко кивнув, принялся скидывать наполненные маслом кувшины на пол. Кухня наполнилась звоном бьющейся посуды, по полу разлилась блестящая лужа масла, увеличивающаяся с каждой секундой.

— Достаточно! Поджигай, — приказал я, стоя у распахнутой двери. — Мукри, сюда!

Рикар дотащил последний кувшин до кухонной печи, оставляя за собой длинный маслянистый след, распахнул заслонку, щедро ливанул содержимое внутрь и тут же отпрянул в сторону. Ярко полыхнувшее пламя с ревом вырвалось из заслонки и взвилось к бревенчатому потолку. Языки огня побежали по полу, разбегаясь в разные стороны. Дальше я смотреть не стал — упругая волна горячего воздуха ударила в меня, и я с воплем вылетел на холодный двор:

— Выбирайтесь!

Надсадно кашляющие здоровяк и пират выскочили следом и кинулись за мной, к уже широко распахнутой калитке, где нас дожидались остальные.

— Ходу! Ходу!

Спотыкаясь и падая, мы бежали по ночной улочке, а за нашими спинами разгоралось бушующее пламя. Коротко оглянувшись, я сквозь прорези шлема увидел языки огня, вырвавшиеся из двери кухни и взметнувшие к небу чадные струи дыма. Приютивший нас на одну-единственную ночь трактир «У Жирного Пита» горел, а в воздухе уже раздавались первые крики горожан:

— Пожар! Пожар!

— Правильная мысль, господин! — пропыхтел держащийся рядом Рикар. — Это их надолго задержит! И трактирщику поделом! Сейчас к лесу?

— Нет, — выдохнул я. — Веди нас к порту! Проклятье… что же я творю… что же я творю… Какого черта мы вообще сунулись в этот городишко?

— Это уж вам решать, господин. Я сейчас только одно знаю — теперича нам всем головы не сносить. Поджог — самое страшное, что сотворить можно, заживо камнями забьют, — бесстрастно ответил здоровяк, подхватив начавшую отставать Алю за локоть и таща за собой. — Быстрее, быстрее, Темный вас побери! Мукри, заворачивай к порту!

— Твою мать, — обреченно буркнул я, по примеру Рикара хватая за шиворот коротконогого Тиксу и увлекая за собой. — А ведь я так хотел уйти из этого городишки по-тихому…

Как ни удивительно, но первым не выдержавшим изнурительный бег по кривым улочкам оказался Мукри. Пират с каждым мгновением все больше спотыкался и замедлял шаг, пока наконец не рухнул на колени, хрипя словно загнанная лошадь. Вслед за ним остановились и остальные.

— Все… больше не могу, клянусь… клянусь грот-мачтой… не сделаю ни шага… — сквозь кашель прохрипел Мукри.

— Сделаешь! — прошипел я, отпуская шиворот гнома и грубо вздергивая пирата на ноги. — Еще как сделаешь! Тем более что бегать больше не будем. Рикар, где мы сейчас?

— Ближе к центру города, господин, — незамедлительно отозвался здоровяк, напряженно крутя головой по сторонам. — Еще четверть лиги в ту сторону и выйдем на площадь. А если свернем вот сюда, то через триста шагов окажемся у порта. От погони, кажись, оторвались на время — они пожаром отвлечены. Но поспешать надо.

— А если пойдем прямо, вот по этой улице, то она выведет нас до порта? — я ткнул во внешне неприметную улочку, кривой загогулиной тянущуюся куда-то в сторону моря.

— Да, — прохрипел Мукри, привалившись к стене. — Выведет. Мы вчера по ней прошли немного.

— Тогда идем сюда! — Я решительно свернул в указанном направлении.

Следом за мной потянулись остальные, кто-то все еще кашлял, со свистом дышал или натужно хрипел. Пробежка по скользким от ночного инея улицам вымотала большую часть отряда. Всех, кроме меня, Ларни и Рикара. Ларни со здоровяком держались благодаря бурному прошлому старых наемников, а я… а я — ледяная глыба, не знающая, что такое одышка и ломота в костях.

— Господин, почему именно сюда? — поинтересовался поравнявшийся со мной здоровяк.

— Я вижу магическую энергию. Много энергии, — пояснил я. — И вся она внутри вот этого вот домика.

— «Домика»? — мрачно буркнул Рикар, и я невольно усмехнулся.

Тут здоровяк прав — назвать возвышающиеся перед нами каменные трехэтажные хоромы просто «домиком» значило сильно погрешить против истины. Это был настоящий особняк, достойный принимать самого титулованного дворянина. Мощный каменный фасад, закрытые узорчатыми решетками окна, с таким же узором кованый забор вокруг постройки и виднеющаяся за воротами окованная железными полосами дверь. И переливающиеся по стенам радужные переливы какого-то заклинания. Наверняка защитного.

— Этот дом гномы строить! — уверенно заявил Тикса, подойдя поближе и осматривая дом. Помолчал немного, затем вытянул палец и, ткнув им в одно из свисающих с моих плеч ледяных щупалец, деловито поинтересовался: — Змеюка сдохнуть?

— Нет, не сдохли, — рыкнул я, несколько даже уязвленный таким предположением. — И не тыкай пальцем, если не хочешь остаться без рук.

— Они и впрямь больше не шевелятся, господин, — тихо произнес стоящий позади Ларни.

— Да, я заметил. Они словно спят, — отозвался я, не сводя глаз с темных окон дома, где за толстыми стенами уверенно сияло несколько десятков ярких разноцветных огоньков. Магические сферы, до отказа наполненные энергией. Запас энергии, необходимый любому магу.

Шагнув вперед, я приложил руку к небольшой металлической пластине, висящей на створке ворот, и с силой повел ее в сторону, стирая налипший снег и открывая вычурно вырезанные буквы:

«Арджикус Ван Юзгар. Маг Целитель». Предельно лаконично, но при этом очень информативно. Сразу дает понять любому умеющему читать, что здесь живет Исцеляющий, обладающий дворянским титулом. То есть безродным и нищим хозяина дома можно не беспокоить.

— Господин! Уходить надо! А то нам не Исцеляющий, а могильщик понадобится! — с тревогой в голосе рявкнул Рикар.

С тоской я последний раз взглянул на дом, где жил человек, возможно, сумевший бы избавить меня от ледяной напасти, и резко развернувшись, зашагал прочь. Не судьба.

Отступление второе

Еще до того как слитно скачущий по ночному тракту отряд увидел Коску, до их ушей донесся тревожный звон набата. Мгновением позже лошади вынесли всадников из леса, и их глазам предстало багровое зарево пожара, вздымающееся над крышей одного из домов. Порывы ночного ветра то и дело заставляли языки пламени прижиматься к земле и жадно облизывать крыши стоящих рядом зданий, не занявшихся яростным пламенем только благодаря покрывавшему их толстому слою снега.

— Вперед! — рявкнул седовласый священник, пришпоривая коня и устремляясь навстречу зареву пожара.

— Отец Флатис, мы не можем отвлекаться на тушение пожара! — крикнул поравнявшийся с его конем другой священнослужитель. — На нас возложена другая миссия!

— Глупец! — зло крикнул отец Флатис, пригибаясь к шее лошади. — В этой суматохе будет гораздо сложнее найти носителя Младшего Близнеца! А если есть погибшие в муках от сжигания заживо жертвы, то эманация смерти окончательно собьет нас со следа! Не удивлюсь, если огонь вспыхнул не случайно и это дело рук носителя кинжала!

Привратник предпочел проглотить оскорбление со смирением истинного священника и переключился на скачущих позади монахов:

— Быстрее, братья! Быстрее, во имя Создателя!


* * * | Изгой. Книги 1-8 | Глава 4. Смертельный дар