home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Отступление восьмое.

Он не приказывал.

Ему пришлось заняться одним из самых ненавистных в своей жизни занятий — просить. Причем просить столь смиренным тоном и столь часто напоминать о заключенной сделке, что его просьбы больше напоминали мольбы.

А представитель древнейшей императорской династии не должен умолять. Не должен он и просить.

Принц рода Ван Санти не просит — он приказывает!

Но не в этом случае. Страшная тварь, этот мрачный сгусток клубящегося дыма, не подчинялась ничьим приказам. Это существо было настолько древним, что его и Тариса можно сравнить с величественной горой и муравьем. И самомнение у твари было столь же великим как у горы, что надменно взирает на ползающих у ее подножия ничтожных букашек.

Поэтому Тарис Некромант с раннего утра был не в духе. А ближе к полудню его состояние можно было охарактеризовать как «с трудом сдерживаемая злоба». Вот уже несколько часов он сидел на бревне и неотрывно глядя на клубящуюся перед ним стену дыма, о б щ а л с я. И его частые кивки все сильнее походили на униженные просьбы.

Но вот наконец по древнему и почти нематериальному существу пробежала долгая и будто бы недовольная рябь, оно резко вздыбилось, затем рухнуло оземь и растеклось по траве дымным ковром, чтобы вновь собраться в плотный сгусток и рвануться прочь, петляя среди древних сосен.

Вчерашний лесной пожар обошел эту часть соснового бора — не из милости, просто ветер дул в другую сторону. Военные лагерь Некроманта остался на прежнем месте. И никто их не потревожил. Обе вражеские стороны занимались тем, что грызли и кололи друг друга при помощи небольших летучих отрядов пущенных во все стороны с одним единственным приказом — искать врага и убивать его.

Дымный монстр вскоре окончательно исчез из виду, двигаясь по большой дуге вокруг загадочного провала в земле и высящейся посреди него горы.

Встав, принц яростно впился ногтями в потемневшую левую щеку, сжал пальцы и вырвал из своего лица часть плоти. Глянув на окровавленный кусок дурно пахнущей кожи, он отбросил его в сторону и подбежавший к ошметку плоти костяной паук с тонким визгом жадно вцепился в него клыкастой пастью, пытаясь выжать крохи жизненной энергии. Нежить голодала…

— Все живое умирает подле него — невнятно произнес Тарис, зажимая ладонью дыру в щеке. Вскоре рана зарастет.

— Воин сильный, но непослушный — возникший рядом с Некромантом полководец Риз скривил губы в своей обычной кривой усмешке, а затем испустил тонкий булькающий смешок — Такие опасны. Ведь он может подумать, что ОН здесь главный.

— Нет. Без моей помощи ему здесь долго не продержаться — качнул головой принц — И оно знает это. И оно не хочет уходить обратно т у д а, где нет еды и где воздух напитан костяной пылью вздымаемой ветром с покрытой ею же земли и воды. Там нет вообще ничего живого. Ни дерева, ни травинки. Там только облака и тучи мелкой костяной муки. Оно не хочет туда обратно.

— Райское местечко, судя по описанию. Что ж… оно покорилось

— Скорее согласилось… Оно выполнит мой… мою просьбу. А ты? Твой план не подведет?

— Мои планы редко срываются, господин. Шурды… плохие воины. Слабые, больные, изуродованные с рождения. Добавить к этому злобный и скверный нрав… они плохие воины. Но их страх перед вашим именем так силен, что не требуется и подгонять. Очень скоро идущий в обход боевой отряд достигнет людского поселения за Горой, и там воцарятся боль и отчаяние.

— Мы уничтожим женщин, стариков и детей. Что нам это даст? Силы врага удесятерятся от ярости.

— Мы их захватим и обратим, ваше величество. Превратим в мертвяков. А затем натравив на тех, кто прежде был их мужьями и сыновьями. Или внуками. Трудно поднять меч на родную бабушку, что так часто гладила тебя по голове морщинистой доброй рукой и ласково улыбаясь, угощала тебя только что испеченным лакомством…

— Ты повторяешься, Риз — поморщился Тарис, медленно отлепляя руку от зажившей руки — Мы поступали так века назад.

— Да — кивнул Риз — Поступали. К чему отказываться от столь хорошо служащей нам тактики? Надеюсь в числе женщин окажется достаточно тех, в чьих животах уже шевелятся склизкие младенцы. О… какое горе будет увидеть для мужа идущую на него в атаку жену с разбухшим почерневшим животом в чьем нутре ворочаются и визжат злобные крохотные мертвяки…

— Разведчики?

— Птица парит и парит, скрываясь в черной туче. Скоро я отправлюсь туда же, ваше величество. Я не позволю скрыться никому — мы уже узнали, где находятся два их убежища, надежны скрытые в холмах к западу. Никто не уцелеет — еще раз хохотнув, Риз Мертвящий несколько раз часто переступил ногами — Никто из них…

— Возьми — Тарис передал рыжему безумцу бережно укутанный травой и оленьей шкурой горшок — Моя кровь. Я провел над ней особый ритуал. Дай каждому из пленных по глотку. Только по одному! Не больше!

— Отлично. Просто отличный подарок… И когда они отхлебнут?

— Упадут и сдохнут в корчах. А затем встанут. Одень на шею вот это и раздай такие же всем шурдам, что уцелеют после атаки — в руки Риза перешла связка из небольших мослов нанизанных на бечевку из гниющих сухожилий — Тогда вас не тронут.

— Как поступить с гостями с юга? Два больших отряда.

— Один очень большой отряд — поправил его Тарис, бросая мимолетный взгляд на сидящих поодаль трех крупных воронов — Они уже встретились. Решили выяснить кто из них сильнее. Но тут вмешался я… это не гости, Риз. Это мои подданные, что во весь опор спешили от самой Пограничной Стены, дабы поскорее пасть к моим ногам и засвидетельствовать свою вечную верность и покорность.

— Плевать на верность… главное это покорность. Нет ли с ними столь любимых мною визгливых детишек? Желательно дворянских кровей. Ведь деревенские привыкли к лишениям и трудностям. А дворянские… они родились и жили на шелковых подушках, их холили и лелеяли… как забавно расширяются их глазенки, когда я втыкаю в их ладошки лезвие остро отточенного ножа…

— Они мои подданные, Риз — повторил Тарис — Но… Порадуй меня. Обескровь и ужасни противника нашего. Добудь мне обещанных новых воинов и пошли их в атаку к горе. Сокруши врагов и заставь их запереться внутри Горы. И вот тогда я подумаю…

— О-о-о… все будет сделано уже к вечеру, мой повелитель Тарис Ван Санти — Все будет сделано в наилучшем виде… Я сокрушу их дух. Искалечу их души. Пусть не мнят себя знатоками смерти — я покажу им ее новые грани. Ведь я знаю точно — я уже бывал в аду. Что за удивительное там место…


Отступление седьмое. | Изгой. Книги 1-8 | * * *