home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Мария-Элена Домбрийская.

Малена просыпалась со странным чувством.

Такое бывает у детей. Когда все хорошо, когда в соседней комнате спят мама и папа, и можно прибежать, забраться к ним под одеяло и еще подремать, ощущая родное тепло и находя защиту от любой беды, когда приснился хороший сон и впереди хороший день…

Почему?

У нее же….

Память возвращалась медленно, но потом имя сверкнуло вспышкой.

Матильда!

Этой ночью Марии-Элене снилось, что она — другой человек.

Живет в другом мире, ходит по другим улицам, ищет работу и даже завела кошку. Кошку ей, кстати, всегда хотелось, но мамин старый кот, Мурчик, умер вскоре после маминой смерти. Тосковал, отказывался есть, так и сдох рядом с родовой усыпальницей, а нового завести…

В доме появилась Лорена.

— Подумаешь, — прозвучал в голове знакомый голос. — Лорена — мурена! Ты как относишься к жареной рыбе?

Мария-Элена прислушалась к знакомому голосу, который говорил с привычными ворчливыми интонациями, и вдруг…

— Тильда, ты мне точно не приснилась?

— Не знаю, как насчет тебя, ты могла мне и присниться. А вот я совершенно живой и реальный человек, — отозвался тот же ворчливый голос. — Так сказать, умная и обаятельная девушка в самом расцвете сил.

Правда! Все правда! И это — было!!!

Малена от радости подскочила на своем ложе, выпрыгнула на пол и повернулась на носочке, как в детстве.

Не одна!

Она теперь не одна!

У нее есть… А кто у нее есть?

— Согласна на сестру, — отозвалась Тильда.

Малена вспомнила Силанту. Помолчала.

— Сестра…

— Так, рассказывай, — Матильда посерьезнела. — Судя по тому, что тебе не нравится это слово… все серьезно?

— Наверное…

— Долгая история?

— Да.

— Тогда пока рассказ отменяется. У нас есть дела поважнее.

— Какие — искренне удивилась Малена.

— Зарядка!

— Это что-то вроде утренней молитвы?

— Да, примерно, — хохотнул голос в голове. — Уступишь ненадолго место?

— Зачем?

— Ты пока не знаешь, как и что надо делать, а объяснять долго. Покажу — и удеру. Идет?

— Куда удерешь?

— В сторонку отойду! Дальше сама делать будешь!

— Хорошо…

Малена попробовала посторониться, и удивилась, как это легко дается. Словно в удобное кресло присела и ждет спектакля.

— Раз и два, и три, четыре, выше ноги, уши шире, — голос был весел и бодр.

Под эти странные присказки, Малена закатала ночную рубаку аж до талии, подоткнула ее — и принялась делать странные движения.

Головой, руками, ногами, талией и даже попой. Странно как-то…

— Зачем ты так делаешь?

— Чтобы тело было сильным, гибким и в хорошей форме.

— Не понимаю?

— Допустим, придется тебе бежать…

— Куда?

— Неважно. Или рожать, — тело в это время извернулось и попробовало сделать странное — подтянуть колено к носу. Получалось плохо. — М-да, связки у тебя, подруга, отвратительные. Растяжки никакой.

— Я не…

— Да оно и понятно. Ты же в монастыре воспитывалась, какая там гимнастика! Трудовая нагрузка… Ладно. На монастырских харчах не растолстеешь, так что база есть, остальное подтянем. Ты у меня еще колесом пройдешься, — тело опустилось на пол и попробовало…

— А что ты сейчас делаешь?

— Отжимаюсь.

— Как-то это странно, — честно высказалась Малена.

— Да все просто, зайка. Чтобы выносить и родить здорового ребенка, нужно здоровое тело. Чтобы вести полноценную жизнь — тоже. Зарядка помогает поддерживать себя в форме. Ну и мужчинам нравятся девушки с хорошей фигурой.

Малена поежилась.

— Никогда об этом не думала…

— Странно, что в монастыре вам об этом не говорили.

— Почему?

— Потому что. Вот в нашей Библии написано, что Бог сотворил человека по своему образу и подобию. У вас не так?

— Они творили мир и людей из огня своих сердец и цветов своей души…

— Очень романтично. Но я о нашем… Так вот — если мы сотворены по Его образу и подобию… уффф! — Малена не стала садиться на пол, она оперлась ногой на стену и пыталась теперь дотянуться до носка, но получалось плохо, — То пренебрегать своим телом, содержать его в беспорядке — грех. И серьезный. Мы же уродуем и Его творение и Его подобие. Поняла?

— Никогда об этом не думала…

— Думать тоже учиться надо. Если бы все умели это делать, в мире не было бы ни горя, ни боли…

— Правда?

— Так бабушка говорила. Все, уступаю место. Иди…

Малена едва не упала, где стояла. В теле ныла каждая жилка, каждая косточка…

— Ты что сделала?

— Да почти ничего. Размялась немного, подготовки-то у тебя никакой. Не унывай, потом будет легче. Давай, прикажи подать тебе воды, ополоснуться, и вперед. Одеваться, завтракать и ехать вперед. Ибо — надо!

Малена поежилась.

Страшновато как-то было. Это сейчас она должна открыть дверь, распорядиться, чтобы ей принесли воду, потом помыться, потом…

— Я не умею…

— Тогда двигайся опять. И смотри, как я это делаю! Рявкать надо учиться, иначе всю жизнь проживешь в роли серой мышки. А кошек вокруг мно-ого…

Малена вздохнула.

Хорошо говорить Матильде. А как быть, если тебя ничему такому не учили?

— Что тоже странно…

— Почему?

— Сейчас, воду закажу и объясню.

Матильда оглядела себя, завернулась в одеяло и решительно распахнула дверь. Почти пинком.

Коридор был пуст.

Ага…

А вот подходящая штука у нее в комнате. Медный таз и кувшин, далеко слышно будет….

Малена только вздрагивала, когда кувшин принялся ударяться о таз, в каком-то странном ритме. А потом, вошедшая во вкус Матильда, принялась стучать все звонче, четче и быстрее…

Вставай, вставай, постели заправляй!!!

Это, конечно, не горн, но литавры — тоже неплохо.

Людей долго ждать не пришлось.

Первым в коридоре показался сам трактирщик, за ним несколько вояк в цветах Домбрийских…

Кувшин и таз мигом были отставлены в сторону. Матильда прищурилась на трактирщика.

— Господин Свон, будьте любезны, распорядитесь. Мне нужны две служанки, теплая вода, чтобы умыться с утра и легкий завтрак. А вы, десятник… как ваше имя?

— Десятник Крокс, ваша светлость.

— Господин Крокс, будьте любезны найти капитана Сетона и сообщить ему, что мы выезжаем после того, как я позавтракаю. Пусть готовится к отъезду.

— Как прикажете, ваша светлость…

Малена отпустила его небрежным жестом и обвела взглядом остальных, скопившихся в коридоре.

— Ни у кого нет дела? Я вам сейчас найду работу. Р-разойдись!

Подействовало ли обещание, или командный рявк — непонятно, но люди зашевелились. Малена не стала дожидаться конца процесса, вернулась к себе и захлопнула дверь.

И без сил упала на кровать.

— Фууу… Матильда, у меня бы так никогда не получилось!

— Глупости говоришь, подруга. Все у тебя получится, если потренируешься… вот где странность. Про монастырь, да?

— Да…

— Ты — герцогесса. Должна выйти замуж и разбираться с большим хозяйством, верно?

— Да….

— А тебя чему учили?

— Ну… я могу…

— В теории, подруга. А на практике, если не рявкнешь… ты сама видела. Без пенделя чудотворного никто и не почешется. А ты их выдавать не умеешь… представляешь, если полководец вместо команд начнет мямлить: «деточки, ну пожалуйста, заиньки, потрудитесь, уж будьте добреньки…»

Мария-Элена фыркнула.

— Ничего не получится.

— Вот! А тебя так и выучили. Ты — сферический конь в вакууме. Ты умеешь все, а слушаться тебя никто не будет, потому что этому-то тебя не научили. Управлять людьми — тоже искусство…

— А ты откуда это знаешь?

— Оттуда… Потом расскажу. Там умываться несут…

Мария-Элена прислушалась. Да, что-то гремело, но еще на один вопрос времени хватало.

— А что такое пендель чудотворный?

— Это такое секретное магическое воздействие, в результате которого медлительные — ускоряются, трусы становятся храбрыми, ленивые — трудолюбивыми, а жадные — щедрыми. Правда, хватает ненадолго, надо повторять для закрепления результата.

— А у нас это повторить можно?

— Да… только надо заказать подходящее оборудование.

— Какое?

— Тяжелые ботинки с окованными железом носами. И тренировка, конечно, а то ногу обобьешь о чугунные зады…

Малена едва не осталась без воды, потому что служанки никак не ожидали увидеть хохочущую герцогессу, сидящую на краю импровизированной кровати и вытирающую слезы смеха. Вот едва и не разлили все…

Ничего, справились.


предыдущая глава | Зеркала. Дилогия | cледующая глава