home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава пятая

Мейси сомневалась, что Стрэттон станет всерьез подозревать Билли. Они уже встречались раньше, и тогда инспектора не только поразила преданность Билли своей нанимательнице, но и позабавило рвение, с которым ее помощник взялся за новую работу. Однако инспектор мог заподозрить, что Мейси намеренно ходила в дом Фишер, чтобы замести следы Билли. Нет, Стрэттон был человеком умным и не стал бы рассматривать такую версию всерьез. Хотя он, вероятно, захочет допросить Билли, чтобы исключить его из круга подозреваемых и выудить любые полезные сведения.

Поднявшись на первый лестничный пролет, Мейси остановилась, задумавшись: Джозеф Уэйт потребовал, чтобы полиция ничего не знала об исчезновении его дочери, хотя оно могло быть связано с ее дружбой с Лидией Фишер. Поиски убийцы, пожалуй, потребуют огласки этой информации. Мейси беспокоилась о том, к чему приведет укрывание доказательств от Стрэттона. Но тревожило ее не только это. А если Уэйт ошибся, и Шарлотта пропала не по своей воле? А вдруг она знала убийцу? Может быть, следующей жертвой станет она? И все же могла ли Шарлотта сама убить подругу? Обеих подруг?

Не успела Мейси открыть дверь кабинета, как та сама собой распахнулась, а за ней уже ждал Билли, без пиджака и с закатанными рукавами рубашки. Мейси сверилась с часами.

— Билли, давай присядем.

Дежурная улыбка помощника испарилась.

— Что стряслось, мисс?

— Сначала присядем.

Билли заволновался и захромал еще сильнее. Мейси знала, что неловкий разговор непременно скажется на его ноге, самом уязвимом месте.

Она присела напротив и постаралась расслабиться, желая смягчить атмосферу в кабинете и показать, что владеет ситуацией.

— Билли, сегодня утром я была в доме Лидии Фишер на Чейн-мьюз и нашла ее… мертвой.

— Боже мой! — Билли встал со стула и, спотыкаясь, подошел к окну. — Я знал, что она слишком много пьет.

Билли нервно провел рукой по волосам.

— Нужно было забрать у нее бутылку и вызвать вас по телефону. Уж вы бы решили, как поступить. Я мог ее остановить. Знал же, что она глотает стакан за стаканом. Надо было…

— Билли! — Мейси вышла из-за стола и встала перед помощником. — Лидию Фишер вчера убили сразу после твоего ухода. Ты ничем не мог ей помочь.

— Убили? Прикончили, что ли?

— Да. Точное время смерти пока не установлено, но, спешно осмотрев тело, я решила, что она пролежала там со вчерашнего вечера.

Мейси вспомнила, как пришла в дом Лидии, как обнаружила тело, как затем опросила служанку и увиделась со Стрэттоном. Билли боялся полицейских допросов, которые, несомненно, еще предстояло пройти. Она попросила помощника еще раз описать встречу с миссис Фишер и их расставание.

— Билли, ты хорошо поработал, — заметила Мейси, когда дрожащий голос Билли умолк. — Я объясню инспектору Стрэттону, что ты работал по поручению встревоженного отца, ну и так далее. Главное — не называть Джозефа Уэйта.

Она потерла затылок и, минуту подумав, сказала:

— Но факт остается фактом: кроме убийцы, ты последним видел Лидию Фишер в живых.

— Но когда я ушел, она уже порядком набралась, и это тоже факт.

— Еще раз — который был час?

— Я вернулся сюда в пять, так? Как мы и условились. — Билли потянулся к пиджаку, висевшему на спинке стула, и извлек блокнот. — Еще нужно было кое-какие дела закончить, так что… ну вот, мисс, было двадцать пять минут четвертого.

— Когда ты уходил, в доме был еще кто-нибудь, кроме прислуги?

— Смешно, что вы об этом спрашиваете, мисс, потому что, хоть я никого и не заметил, мне все равно показалось, что рядом был кто-то еще. И вправду сейчас вспоминаю: на лестнице стоял чемодан. Ну, огромный такой, кожаный, в полоску.

— Любопытно. Не припомню, чтобы видела сегодня утром большой чемодан.

— Вероятно, это новой кухарки. Он не мог принадлежать миссис Фишер, правда? Помните, как она поправила меня, мисс? Я заметил у нее на руке обручальное кольцо, но по дому не скажешь, что там есть хозяин, в смысле мужчина.

— Почему ты ничего об этом не сказал, Билли?

— Ну, мисс, тогда она еще была жива, ведь так? И я к ней не присматривался. Я же приходил только разузнать о мисс Уэйт.

Мейси вздохнула:

— Честный ответ. Но запомни…

— Да, знаю, «все должно быть описано досконально». Но, мисс, я же так и сделал. Все записал в блокнот, но ничего не сказал, потому что это ведь не миссис Фишер сбежала, правда?

Билли неуклюже сел, а Мейси осталась стоять, глядя в окно на площадь. На улице темнело. Прежде он говорил, что хочет попасть домой вовремя, чтобы отвести детей на игровую площадку. Ей пришло в голову, что Билли надеялся попасть домой засветло. Она повернулась к помощнику:

— Да, Билли, ты прав. А теперь вспомни еще раз, что происходило после твоего ухода.

— Миссис Фишер рассказала о мисс Уэйт и монашках. Она сидела развалившись, чуть не падала. Потом я попрощался, поблагодарил, как полагается, и ушел.

Мейси вздохнула.

— Господи, если бы только кто-нибудь из слуг закрыл за тобой дверь.

— Я тоже на это надеюсь, мисс. Но служанки там не было. И кстати, сдается мне, следом за мной в дом кто-то вошел.

— Что ж, Билли, будем думать, что так и было.

— Нет, мисс, понимаете, сразу после меня.

— Объясни.

— Я стоял на улице, ну вы же знаете, какие там узкие переулки. И так чудно получилось: я из дома вышел и стал протискиваться мимо здоровенной машины, которую леди припарковала прямо на тротуаре, а потом свернул в сторону «Виктории». Не прошел и пары ярдов, как услышал за спиной шаги, а потом хлопнула дверь. Подумал, это, наверно, мистер Фишер с работы вернулся или еще откуда и я его не увидел.

— Ты уверен, что хлопнула дверь дома номер девять?

— Вернее некуда. Тот же звук, мисс. Слух у меня что Чадо. Иной раз детишки зашалят, так уж я точно знаю, откуда шум, — иначе от моих негодников житья не будет. Даже если бы стукнула дверь другого дома на той же улице, звук был бы другой, в обоих направлениях. Нет, это хлопнула дверь девятого дома.

Билли посмотрел на Мейси, и в глазах у него отразился ужас — его вдруг осенила жуткая догадка.

— Послушайте, мисс, уж не думаете ли вы, что это он ее пришил?

— Не исключено.

Мейси обдумывала еще одну версию: а вдруг Лидия Фишер лгала Билли с самого начала? Замеченный на лестнице чемодан мог принадлежать Шарлотте Уэйт, которая — в одиночку или с чужой помощью — и убила подругу. Уэйт назвал дочь «увядающей лилией», но Мейси она больше казалась темной лошадкой.

— Становится все интереснее, правда, мисс?

— Интригующе, я бы сказала. Интригующе. Я написала матушке Констанции в Кэмденское аббатство в Кент и надеюсь получить ответ с обратной почтой. Независимо от того, скрывается там Шарлотта или нет, матушка сможет прояснить, что на уме у девушки, страстно пожелавшей стать монашкой. Я навещу ее при первой возможности. Также хочу переговорить с доктором Бланшем и, чтобы прежде увидеться с ним, остановлюсь во вдовьем доме в Челстоуне.

— А к старику отцу заедете?

— Ну конечно. А почему ты спрашиваешь?

— Удивительный человек ваш отец. Просто вы с ним почти не видитесь, а он ваш единственный родственник.

Мейси изумленно отпрянула. Правота Билли ужалила ее, словно невидимое насекомое. Она знала, что именно так ранит правда, и лицо ее залилось краской.

— Я вижусь с отцом по мере возможности. — Мейси наклонилась к стопке бумаг и, сложив их, взглянула на часы: — О Господи, Билли! Тебе уже давно пора. Иначе не успеешь поиграть с детишками.

— Ничего, успею, мисс. Мы всегда играем, прежде чем они идут спать. Любим немного пошалить, хотя женушка моя вечно стонет, что дети слишком разволнуются и им уж не до сна.

— Думаю, на сегодня хватит. Завтра утром я встречаюсь с инспектором Стрэттоном, и мы едем в дом Лидии Фишер. Пару дней я пробуду в Кенте, так что будь готов справляться без меня.

— Я вас не подведу, мисс. — Вытянув раненую ногу, Билли встал со стула.

— Снова нога беспокоит? Сегодня тебе как будто легче.

— Да она то отпустит, то опять прихватит, мисс. То так, то эдак. Ну, я пойду?

— Хорошо, Билли.

Натянув пальто, помощник махнул Мейси на прощание и заковылял вниз по лестнице. Парадная дверь отворилась и гулко захлопнулась. На часах было шесть пополудни.

Уходить Мейси не спешила.

Хотя денек выдался долгий и столько всего произошло, она вовсе не жаждала опять оказаться в своих апартаментах. При мысли о предстоящем вечере у нее заныло сердце. Может, она спустится вниз и выпьет чашку какао с Сандрой, одной из служанок, оставшихся в особняке Комптонов в Белгравии, тогда как вся остальная прислуга находилась в Челстоуне. Сандра, Валери и Тереза казались милыми девушками, однако не слишком доверяли Мейси Доббс, которая, как они знали, когда-то являлась одной из них. Поэтому нередко им было трудно заговорить с ней, хотя держались они вполне дружелюбно.

Собирая бумаги, Мейси сложила корреспонденцию в папку, перед уходом проверила, хорошо ли заперты ящики стола, и погасила свет. Завтра предстоял еще один рабочий день, который, как она надеялась, расскажет больше не только о смерти Лидии Фишер, но и, возможно, о характере, мотивах и местонахождении дочери ее клиента. Мысленно отметила, что нужно подготовить дополнительные вопросы Джозефу Уэйту о друзьях его дочери. Она еще не решила, спрашивать ли его о сыне.

Закрыв парадную дверь, Мейси вышла на оживленную площадь. Вокруг шли прохожие, направлявшиеся в гости, возвращались в съемные комнатушки студенты-художники из Школы Слейда, покупатели входили и выходили из продуктовой лавки: там миссис Кларк с дочерью Фиби сбивались с ног, исполняя самые прихотливые заказы разношерстной публики Фицрой-сквер, которую глубокая экономическая депрессия ничуть не тревожила.

Мейси свернула направо на Уоррен-стрит, на ходу натягивая перчатки, но вдруг остановилась, заметив на противоположной стороне дороги двух мужчин. Они только что вышли из паба «Принц Уэльский» и на минуту встали под фонарем, а затем спрятались в тень подальше от освещения. Она тоже шагнула в тень, чтобы остаться незамеченной. Непрерывно оглядываясь по сторонам, мужчины коротко о чем-то поговорили. Один из них, незнакомый Мейси, вынул из внутреннего кармана пальто конверт, а второй, озираясь, забрал его и что-то вложил в руку первому. Ей показалось, что он передал несколько свернутых банкнот — плату за товар. Она смотрела, как мужчины разошлись. Незнакомец вернулся в паб, а второй отрывисто захромал в сторону Юстон-роуд. В тусклом свете фонарей, пробивавшемся сквозь вечерний туман, мелькнула его светлая шевелюра.


В тот вечер в своей комнате в доме № 15 по Эбери-плейс Мейси не находила себе места. Когда Сандра пришла узнать, не желает ли мисс «чашечку какао», она отклонила предложение и осталась сидеть, уставившись во тьму за окном. Что же происходило с Билли? То он выглядел измученным, то через минуту уже был бодр и жизнерадостен. Казалось, ее помощник метался между пренебрежением к самой сути их совместной работы, за которую взялся с такой готовностью, и весьма успешным выполнением обязанностей. Мейси даже подумывала повысить ему жалованье, в то время как иные работодатели сокращали подчиненных. Старые раны все еще донимали Билли, что бы он ни говорил. К тому же она, видимо, совершенно недооценила его умение усмирять дурные воспоминания: они то и дело накрывали его волнами боли, переменчивые приступы которой так ее встревожили.

В комнату прокралась тишина, просочилась в роскошную драпировку мебели. Собравшись с мыслями, Мейси попыталась отогнать окружающее безмолвие, решив снова просмотреть записи по делу Уэйта. Лидию Фишер убили, прежде чем Мейси успела расспросить ее о Шарлотте. Может, убийство должно было помешать их встрече? А как же случай в Кулсдоне? Неужели газетная статья и вправду заставила Шарлотту сбежать? Быть может, оба убийства между собой никак не связаны и не имеют никакого отношения к ее делу? Мейси размышляла над этими и другими вопросами, пока наконец не решила отложить работу до утра. Ее телом овладело беспокойство — верный признак путаницы в мыслях, от которой нужно было избавиться ради крепкого сна и утренней бодрости.

Взяв с постели подушки и опустив их на пол, она слегка ослабила тесемки пеньюара — чтобы не сковывал движения — и села, скрестив ноги. Привести мысли в порядок и унять бешеное сердцебиение можно было лишь одним способом: вернув себе полный контроль над телом с помощью медитации. Мейси четыре раза глубоко вдохнула носом, положила ладони на колени, соединив большой и Указательный пальцы, и опустила веки. Когда ее свободно блуждавший взгляд остановился на едва различимом пятне на ковре, она постаралась изгнать из головы все мысли. Постепенно ее окутала царившая в комнате безмятежность, и некогда яростное биение пульса словно слилось с дыханием. Смутные мысли и тревога пытались проникнуть в ее разум, но Мейси не впускала их и сидела расслабленно, представляя, как те уплывают из поля ее внутреннего зрения, словно облака по вечернему небу. Она глубоко дышала и была спокойна.

Позже, открыв глаза, Мейси признала правду, которая открылась ей в безмолвии и мешала навещать отца, — тот сразу бы все заметил. Правда, которой Мейси так долго избегала, оказалась проста: ей было одиноко. Она еще немного посидела, не двигаясь и размышляя над тем, что Шарлотту Уэйт, быть может, тоже тяготило одиночество.


Глава четвертая | Мейси Доббс. Одного поля ягоды (перевод Вознякевич, Д.) | Глава шестая







Loading...