home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 9

СТРАННОЕ ПРОИСШЕСТВИЕ

Не так уж долго мне пришлось поработать, замещая доктора Корниша, всего несколько недель, но за это время я успел так втянуться в дела, что сейчас снова чувствовать себя свободным было непривычно и даже немножко тоскливо. Нет, пора остепениться. Хватит мотаться по чужим углам и переезжать с места на место.

С такими мыслями и чувствами я шел по переулку, а затем дальше по узкому арочному проходу, где можно было двигаться, только едва не касаясь плечами стен. Проход закончился спуском к идущей вдоль канала дорожке.

Я постоял пару минут, любуясь висевшей в небе почти полной луной. Она освещала сам канал, но дорожка оставалась в глубокой тени. Справа от нее возвышалась стена, за ней — дома. Слева вдали можно было разглядеть теряющийся в вечерней дымке мост, а ближе — парусник, мачта которого отчетливо выделялась на фоне серого неба.

Естественно, я направился к паруснику, неторопливо шагая и с удовольствием набивая трубку. Днем это место никакой красотой не отличалось, но сейчас, при луне, сцена выглядела почти романтической. Я прислушался к тишине. Кроме доносящегося из-за стены приглушенного шума улиц не было слышно ни звука. И вокруг ни души. Единственное, что выдавало присутствие человека, — это мерцающий свет в окнах кают голландского парусника.

Необыкновенно умиротворенная обстановка подвигла меня к ленивым размышлениям о том о сем и ни о чем конкретно. Я шел, с наслаждением попыхивал трубкой, легко ступал по дорожке, чтобы не потревожить благодатную тишину. Где- то там, неподалеку, в загадочном доме лежал на своем узком ложе Саймон Бенделоу, и, возможно, именно сейчас мисс Дьюзнеп и ее приятельница на прощание вглядывались через целлулоидное окошко в его изможденное желтое лицо.

Я поднял глаза, пытаясь определить, где находится этот дом. Но признаюсь, что даже не было понятно, в какую сторону смотреть.

Двигаясь дальше, я начал различать корпус парусника, а напротив, у дорожки — небольшое хозяйственное строение вроде сарая. Перед ним у небольшого причала — погрузочная лебедка. На подходе к ней я заметил в стене дверь, ведущую, наверное, к какому-то дому наверху. А вот и сарай, небольшое деревянное сооружение непонятного назначения.

В этот момент на паруснике возникло небольшое движение. Кто-то вышел на палубу и запел. Там, в каюте — теперь я это заметил — было веселье, небольшая пирушка. А моряк на палубе очень мелодично пел, но песня была мне незнакома.

Я подошел к причалу, встал рядом с лебедкой, начал слушать. Неожиданно лебедка скрипнула, а в следующий момент что-то сильно ударило меня в бок, задев руку, и я полетел в воду.

К счастью, я хорошо плаваю, так что быстро добрался до мелкого места и встал в воде чуть выше колен, не то чтобы встревоженный, скорее озадаченный случившимся. Вначале надо было достать шляпу, которая плавала неподалеку, а потом решить, как выбраться на берег. Рядом была ровная стенка канала и зацепиться не за что. Пришлось возвращаться вброд ярдов на пятьдесят, где я видел спускающиеся к воде ступеньки. Идти пришлось долго, утопая ногами в мягком иле. Наконец я по ступенькам выбрался на дорожку, постоял в нерешительности, чувствуя, что сильно продрог, а затем двинулся обратно к причалу, где уронил свою любимую трость. На этот раз шагал я не так беззаботно, как вначале прогулки.

Лебедка лежала на земле. Что заставило ее опрокинуться, было не ясно. Я осознал, что чудом избежал смерти. Стрела лебедки прошла в нескольких дюймах, едва не задев голову. Трос вряд ли порвался, скорее всего ослаб. Но почему? Ведь лебедка не была нагружена. Я осмотрел конструкцию и все равно не понял причину поломки. Трос был цел, а лебедка управлялась из сарая. Я заглянул в полуоткрытую дверь, затем вошел. Подождал, пока глаза привыкнут к полумраку, и увидел, что трос там просто не закреплен.

Моя трость валялась у причала, рядом с ней трубка. Возвратив свои сокровища, я двинулся обратно по дорожке, откуда пришел, под доносящееся с парусника веселое пение. Сейчас там уже выступал целый хор. Через несколько минут я был у ступенек, быстро поднялся в арочный проход и по переулку вышел на Маркет-стрит.

К счастью, свет в магазине Морриса горел, и я даже разглядел его силуэт. Дверь была не заперта. Хозяин в дальнем конце работал с каким-то изделием, зажатым в тиски.

Он взглянул на меня, не сказать, чтобы слишком приветливо, но. разглядев состояние моей одежды, отложил напильник.

— Доктор, что с вами?

— Ничего особенного, — ответил я, пытаясь улыбнуться. — Просто случайно упал в канал.

— Что значит случайно?

— В том смысле, что не намеренно, — ответил я и кратко рассказал о происшествии.

И тут мистер Моррис неожиданно проявил благородство.

— Но вы же замерзли, — произнес он, вставая. — Раздевайтесь, а я пока схожу за одеялом.

Он завел меня в небольшую комнатку в конце магазина, включил газовую плиту и вышел в боковую дверь. Я, не теряя времени, сбросил мокрую одежду и к его возвращению пришел в более или менее сносное состояние.

Он подал мне халат:

— Вот, наденьте это, завернитесь в одеяло и садитесь в кресло ближе к огню.

Я последовал его указаниям.

— А теперь, — продолжил он, — я отнесу вашу одежду супруге для просушки. Только достаньте все из карманов. Ботинки и шляпа высохнут здесь, у камина. Если кто-то зайдет в магазин, позвоните мне. Вот кнопка.

Он вышел, а я положил сушиться шляпу и ботинки, придвинул резное деревянное кресло к камину и сел поудобнее. Комната производила странное впечатление. Вернее, не сама комната, а тот хлам, которым она была забита. Тут не было ни одной вещи, стоившей, по моему мнению, дороже шести пенсов. Казалось, мистер Моррис собирал и приносил сюда все, что владельцы лотков на Маркет-стрит выбрасывали в мусорные баки. Часы без стрелок, сломанные скрипки, графины без пробок, сильно потрепанные книги религиозного содержания… Чем же на самом деле зарабатывал себе на жизнь этот человек? На вывеске магазина можно было прочитать, что он «антиквар», но это никак не вязалось с извлеченным наружу и расставленным по лавке содержимым мусорных баков. И сколько я здесь ни был, ни разу не видел ни одного другого посетителя.

И сам мистер Моррис вовсе не казался бедным старьевщиком. И вполне приличный дом явно стоил немалых денег…

Наконец хозяин вернулся с моей одеждой.

— Почти все высохло, — буркнул он. — Супруга вашу одежду немного почистила, но погладить не успела. Это, знаете ли, целая история.

Он положил одежду на спинку кресла, и я, бормоча слова благодарности, начал быстро одеваться. Равнодушно кивнув, мистер Моррис пожелал мне счастливого пути и снова принялся за работу.

Я решил идти домой пешком. Неудобно было показываться в таком виде в транспорте. Пройдя квартал, я неожиданно увидел на противоположной стороне улицы доктора Ашера. Подошел, тронул его за руку, он развернулся и, узнав меня, расплылся в улыбке:

— Как ты оказался в моем районе в такое время? Продолжаешь замещать Корниша?

— Да, — ответил я. — Но сегодня был мой последний визит, только подписал свидетельство о смерти.

— Вот так и надо заканчивать работу, — похвалил он. — Когда похороны?

— Не знаю. Это меня не касается.

— И это правильно. Доктору там нечего делать. — Ашер вздохнул. — А мне пару дней назад пришлось проводить пациента в последний путь… Родственники настояли. Ничего не поделаешь, пооколачивался у могилы, сделал грустное лицо, послушал пение. Представляешь, пастор даже притащил с собой детский церковный хор.

— Твой пациент, наверное, бьш уважаемый человек.

Ашер пожал плечами:

— Да обычный бедолага с раком поджелудочной железы.

Когда мы подошли к месту, где наши пути расходились, он посмотрел на меня:

— Послушай, Грей, ты бы все же нашел время заглянуть ко мне вечерком. Посидим, выкурим по трубочке, выпьем вина, вспомним былые времена!

В ответ на мое обещание зайти к нему в гости он добавил:

— В прошлый раз я дал тебе несколько советов. Выслушай еще один. Следи за своим видом. Пренебрегать этим — большая ошибка. Относись к себе с уважением, и люди будут тебя уважать. Речь идет не о том, что нужно быть денди. Просто на тебе все должно выглядеть прилично. Понял? Чистый воротничок, глаженые брюки — не такие уж на это пойдут большие затраты, тем более что они окупятся. Помни, доктор должен выглядеть респектабельно! До свидания, старина. И приходи, не тяни.

Не дав мне вставить ни слова, он направился в свою сторону, помахивая зонтиком и, наверное, представляя цревосходную иллюстрацию только что высказанных наставлений. Однако его слова напомнили, что идти мне лучше избегая людных мест с хорошим освещением.

Когда я вошел в дом и закрыл за собой дверь, из гостиной вышел доктор Корниш.

— Грей, где вас так долго носило? Вы как будто заблудились? — Затем, рассмотрев мой вид, он воскликнул: — Но что с вами случилось?

— Ничего страшного, — ответил я. — Просто искупался в канале. Сейчас расскажу.

Он кивнул в сторону двери:

— В гостиной доктор Торндайк. Пришел несколько минут назад, хочет вас видеть.

Мы вошли. Торндайк стоял, медленно набивая трубку. Увидев меня, вскинул брови:

— Вижу, мой друг, что вы побывали в воде. Но одежда сухая. Так что с вами приключилось?

— Подождите, пожалуйста, несколько минут, если у вас есть время, — попросил я. — Мне нужно умыться и переодеться.

Торндайк кивнул:

— Ладно, только недолго.

Я ринулся к себе в комнату, быстро умылся, переоделся и вышел в гостиную, как раз когда хозяин дома расставлял на столе бокалы.

— Доктор Корниш сказал мне, что заставило вас отправиться в Хокстон, — произнес Торндайк. — Так что там за кремация? Вы же знаете, я к таким вещам отношусь крайне скептически.

— Там вроде бы нет ничего подозрительного, — ответил я.

— А купались вы до или после осмотра тела? — спросил он.

— После.

— В таком случае начните с самого начала.

Я подробно рассказал обо всем, что произошло с момента моего прибытия на Маркет-стрит. Торндайк с любопытством слушал и даже пару раз уточнил некоторые детали. Его интересовало все: от устройства гроба до ассортимента товаров в магазине Морриса.

— Да, странное происшествие, — заметил доктор Корниш, когда я закончил. — И непонятно, как мог сам собой отсоединиться трос лебедки. Такого не бывает. Значит, в этом сарае кто-то был.

Я заверил его, что тщательно осмотрел сарай — не было ни души.

— Находясь в воде, вы могли видеть сарай? — спросил Торндайк.

— Нет, это высоко. Я даже дорожку не видел. Но в такой тишине, если бы кто-то оттуда выбежал, было бы слышно. А кроме того, кто мог вздумать так пошутить?

— Действительно, кто? — согласился Торндайк, кивая. — Тут любая версия кажется невероятной. Но факт есть факт. Это случилось. Не менее странным представляется мне ваш знакомый Моррис. Заниматься торговлей антиквариатом в таком районе? Откуда там возьмутся покупатели? Только если товар у него сомнительного происхождения.

— Вот я и подумал, — произнес Корниш, — а не скупщик ли он краденого? Кто знает.

— Вот именно, кто знает, — согласился Торндайк, поднимаясь, чтобы выбить трубку. — Я, пожалуй, пойду. Грей, вы не возражаете прогуляться со мной до конца улицы?

Разумеется, я с радостью согласился, подозревая, что он намерен сказать кое-что, не предназначенное для ушей Корниша. Так оно и оказалось.

— Я заглянул к вам, чтобы поделиться впечатлениями от деятельности полиции, — произнес он, как только мы вышли на улицу. — Мы были к ним несправедливы. Они действуют активнее, чем я предполагал. По секрету мне сообщили, что они передали монету на экспертизу в Британский музей. При этом выяснился любопытный факт. Эта не та монета, что была украдена у Ван Зелле- на, а копия, сделанная электролитическим способом из золота. Состоит она из двух частей, аккуратно спаянных и обработанных, чтобы скрыть швы. Все это исключительно важно. Во-первых, это объясняет, почему убийца носил монету в жилетном кармане. Возможно, он получил ее недавно и не успел спрятать. И во-вторых, возникает вопрос, не изготовил ли ее Д’Эрбле? Нужно выяснить, работал ли он с гальванопластикой.

— Тут и выяснять нечего, — сказал я. — Мне точно известно, что он этим занимался. Плакетки с гравировкой и барельефами, которые я принимал за литье, на самом деле получены им с помощью гальванопластики. Он работает в этой технике много лет и достиг совершенства. Например, создал бюст дочери из двух частей, потом спаянных вместе.

— В таком случае, — проговорил Торндайк, — мы делаем шаг вперед. Теперь у нас есть правдоподобная версия мотива преступления и новое направление расследования. Предположим, что убийца заказал Д’Эрбле изготовить с помощью гальванопластики копии уникальных вещей, которые потом собирался продать за большие деньги коллекционерам. При этом мастер стал опасен, поскольку знал, кто владеет оригиналами, скорее всего похищенными. А поскольку этот заказчик жестокий, безжалостный убийца, то ему ничего не стоило избавиться от Д’Эрбле.

— Вы думаете, что Д’Эрбле взялся за такую работу?

— А почему нет? Что подозрительного в таком заказе? Мало ли зачем человеку понадобились копии. И откуда Д’Эрбле мог знать, что оригиналы украдены?

— Это верно, — согласился я. — А что за новое направление расследования, которое вы упомянули?

— Если Д’Эрбле сделал несколько копий каких-то вещей, то, возможно, некоторые уже проданы. И если найти покупателей, то, может быть, через них удастся выйти и на продавца. Вы встречаетесь с мисс Д’Эрбле?

— Да. Я теперь вхож в ее дом. И с некоторых пор бываю там каждое воскресенье.

Торндайк улыбнулся:

— Молодец, зря времени не теряете. В таком случае вам будет нетрудно выяснить, делал ли ее отец недавно какие-то гальванокопии и кто заказчик.

Я с готовностью согласился, радуясь, что могу принять активное участие в расследовании. На этом мы расстались. Доктор Торндайк пошел дальше, а я вернулся обратно к дому Корниша.


Глава 8 КОНЧИНА САЙМОНА БЕНДЕЛОУ | Поющие кости. Тайны д'Эрбле (сборник) | Глава 10 НАПАДЕНИЕ НА МЭРИОН







Loading...