home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 5

Как и кем порою вершатся судьбы некоторых королевских династий

Бюсси в компании молодых людей играл в мяч на площадке близ замкового парка, когда неожиданно подошел лакей придворного штата королевы и попросил уделить ему несколько минут. Бюсси, недоумевая, отошел с ним, и тот сообщил, что его послала некая дама; она просит графа о встрече в восемь часов вечера в саду, в центральной аллее. Посланник прибавил: свидание это весьма важное, и особа, пославшая его, очень надеется, что господин граф не забудет о ее просьбе. Сказал — и исчез, оставив Бюсси в раздумьях, ибо сегодня у него было свидание с другой дамой.

Поразмыслив немного и вспомнив слова лакея о важности предстоящей встречи, Бюсси, не понявший, отчего дама попросту не прислала ему записку, решил, что сумеет оправдаться перед своей возлюбленной, сославшись на неотложные дела, например, на беседу с маршалом или самой королевой-матерью, назначенной на то же время. Верный себе, как искатель приключений, он подумал: ничего плохого не будет в том, что он обзаведется еще одной любовницей, а что к этому идет — у него не было сомнений.

Решив, таким образом проблему, он со спокойной совестью продолжил игру, ответив партнерам на вопрос, что сегодня вечером его зовет в загородную резиденцию кардинал Карл Лотарингский.

Ровно в восемь Бюсси, верный своему принципу никогда не ходить на свидание без кольчуги, шпаги и кинжала, пришел, как его и просили, на центральную аллею сада, слабо освещенную из окон дворца. Бюсси надел костюм, в котором редко появлялся в обществе. Кроме того, он спрятал лицо под маской и низко надвинул шляпу на глаза. Теперь его никто не узнал бы, а значит, и не сообщил бы любовнице, что встречу с кардиналом Бюсси променял на вечернюю прогулку по саду. Предосторожность оказалась вовсе не лишней, ибо ему действительно повстречались некоторые знакомые, любители прогулок при луне; но никто не узнал его или, во всяком случае, сделал вид, что не узнал, поскольку такие маскарады устраиваются неспроста.

Пройдя шагов тридцать по аллее в гордом одиночестве и уже начиная думать, не шутку ли кто вздумал с ним сыграть, чтобы поссорить с дамой сердца, неприметно следящей в эту минуту из укрытия, Бюсси услышал справа шорох ветвей и остановился, положив на всякий случай руку на эфес шпаги.

— Кто здесь? — негромко спросил он.

— Это вы, господин граф? — так же тихо ответил ему не знакомый женский голос из кустов.

— Если вам нужен Бюсси Д'Амбуаз, то это я.

— Значит, я не ошиблась, — вновь послышался голос. Посмотрите, не следит ли кто за вами, и идите сюда.

— Куда?

— Ко мне, прямо через кусты.

Бюсси тихо засмеялся, огляделся по сторонам и нырнул через живую изгородь прямо туда, откуда его звали.

— Вот и вы, слава богу, — снова проговорила незнакомка.

Бюсси поглядел на женщину, стоящую перед ним, и не узнал ее. Одета она была как служанка и стояла в тени, так что лица ее он не видел.

— Что же дальше? — задал он вполне резонный вопрос.

— Это я просила вас прийти.

— Вы? — протянул Бюсси. — Вот как! Любопытно…

— Идите за мной, — поманила его рукой незнакомка. — Здесь есть маленький павильончик, там нам удобно будет разговаривать, потому что оттуда просматриваются все тропинки, и нас некому будет подслушать.

— Но я все же хотел бы знать… — начал было Бюсси, но она приказала ему молчать, приложив пальчик к губам.

— Тс-с! Не говорите ни слова. Скоро вы все узнаете, а сейчас идите за мной.

Бюсси улыбнулся и произнес:

— Единственное, что я понял, так это то, что это свидание нелюбовное.

Потом вздохнул и молча, последовал за женщиной.

Прижимаясь к кустам, огибая клумбы и пересекая тропинки, попадавшиеся на пути, они прошли почти весь парк и остановились у небольшой беседки, увитой плющом. В те времена она служила для того же, для чего такие беседки в таких парках служат и сейчас — тайных любовных свиданий. Никто не мог с точностью сказать, когда она была здесь поставлена, однако комендант замка уверял, что построили ее при Франциске I для тайных встреч короля с госпожой Д'Этамп.

Именно это место и выбрала незнакомка для разговора с Бюсси.

Они сели на скамью, и она повернула к нему лицо, сразу же оказавшееся в полосе неяркого света, с трудом проникающего сюда из окон дворца.

— Вы не узнаете меня, господин Бюсси? — спросила она, глядя в его глаза. — Меня зовут Мари, я служанка королевы-матери.

Кажется, Бюсси это ничего не говорило, если судить по безучастному выражению лица.

— Мы разве встречались? — холодно спросил он.

— Да, один раз, в прошлом году. Вы избавили меня тогда от насильника, пытавшегося силой овладеть мною… Помните, я тогда рассыпала ворох простыней, а вы потом помогли мне их собрать?

Бюсси несколько раз кивнул и улыбнулся.

— Теперь вспомнил.

И спросил:

— Значит, ты против такого рода любовных занятий?

— Да, против, — ответила Мари, слегка потупившись. — Я честная девушка, и мне противно дарить свою любовь таким вот диким образом.

— Слышали бы тебя фрейлины из «Летучего эскадрона», — ухмыльнулся Бюсси, припоминая сцену, о которой служанка только что говорила.

Этот случай, действительно, произошел с ним год тому назад. Ему назначил аудиенцию король, и он в ожидании условленного часа прогуливался по коридору, как вдруг услышал крики о помощи. Он поспешил туда и увидел, как один из придворных пытался заняться любовью с какой-то служанкой, тащившей целый ворох простыней, а та, рассыпав их и отбиваясь от насильника, подняла крик. Бюсси вмешался, но немедленно получил грозное предупреждение о том, что пожалеет об этом, а пока незнакомец посоветовал ему идти своей дорогой и не совать нос в чужие дела. Бюсси оттащил насильника в сторону и влепил ему хорошую пощечину. Тот схватился за шпагу, но, подумав, предложил неожиданному защитнику тотчас же прогуляться с ним. Бюсси не надо было долго упрашивать; они вышли, обнажили шпаги у монастырской стены, и через минуту Бюсси убил дерзкого обидчика слабых женщин. Потом он вернулся и помог собрать белье служанке, которая была настолько напугана происшедшим и так переживала за красивого дворянина, пришедшего ей на помощь, что забыла даже, куда и зачем шла. И тут Бюсси вспомнил про аудиенцию, на которую, конечно, опоздал, за что и получил нагоняй от Карла; впрочем, король тут же простил его, узнав, что произошло.

— Теперь вспомнил, — повторил Бюсси и с любопытством посмотрел на девушку. — Ну, и что же из того?

— Нынче я хочу отблагодарить вас за услугу, — произнесла Мари.

— Отблагодарить? Меня? — Бюсси расхохотался. — Прямо здесь?

И он описал рукой полукруг впереди себя.

— Да нет же, вы меня совсем не поняли, — горячо заговорила служанка. — Речь идет о другом.

— О чем же?

— О том, что заговор герцога Алансонского и наваррского короля раскрыт!

Бюсси молча, уставился на нее. Такого оборота, какой принял разговор, он явно не ожидал. Откуда этой девице известны такие тайны? И при чем здесь он, разве он служит королю Наварры?

— Заговор? — спросил он. — Но я впервые об этом слышу. И какое мне, собственно, до этого дело, если у нас с королем Наваррским различные вероисповедания? Впрочем, — тут же добавил он, — теперь он, кажется, стал папистом.

— Мы знаем об этом, но мы подумали, что, быть может, мы поможем вашим друзьям и отведем от них беду.

— Мы? Кто это — мы?

— Я и Тереза, моя очень хорошая подруга.

— А кто она такая? И про каких друзей ты говоришь?

— Да про ваших же, мсье Лесдигьера и мсье Шомберга.

Теперь Бюсси понял, что дело нешуточное, и если королева решит наказать участников заговора, то полетят многие головы и, в первую очередь тех, кто составляет ближайшее окружение мятежных принцев. Он сразу стал серьезным, оглянулся по сторонам и еще ближе придвинулся к девушке.

— Вот что, милая, рассказывай-ка все без утайки, коли уж ты привела меня сюда. Как тебе удалось узнать о заговоре, и кто рассказал о нем королеве-матери?

— Моя подруга Тереза — камеристка мадам де Сов, вы ее хорошо знаете, — начала Мари. — Однажды утром, когда мсье де Ла Моль вышел из спальни баронессы, она приказала Терезе убрать постель, а сама поспешила к королеве. Так подумала моя подруга, и так оно все и случилось. Она протестантка, и ей показалось, будто ее госпожа хочет выдать королеве какую-то важную тайну, которую, наверное, выболтал ей мсье де Ла Моль и которая касается его величества Генриха Наваррского. Она незаметно пошла за баронессой и увидела, как та входит в покои королевы-матери. Тогда она тут же нашла меня и попросила ради нашей с ней дружбы подслушать разговор, который происходил у королевы.

— Вы обе сошли с ума, — воскликнул Бюсси, — и сами не знаете, в какую историю вы впутались! Узнай об этом кто-нибудь — и вас непременно повесят.

— Поэтому я и решила довериться вам, господин граф, ведь вы честный человек, как мне кажется, и у вас хорошие друзья.

— Но как же ты подслушала беседу королевы с баронессой? Стояла у дверей? А если бы тебя увидели там в это время?

— Нет, сударь, я была в это время в соседней комнате. Королева-мать однажды приказала просверлить дырку в стене, чтобы подслушивать чужие беседы как из той, так и из другой комнаты. Несколько раз она уже пользовалась этим отверстием; теперь оно пригодилось мне.

— Как в Лувре, — усмехнулся Бюсси. — Там давно уже нет ни одной стены или потолка, не оборудованных слуховыми отверстиями, которыми пользуется старая королева или ее шпионки.

— Ваша правда, сударь, — подтвердила Мари. — Но слушайте дальше. Баронесса рассказала королеве о том, что десятого апреля гугеноты готовятся захватить замок и освободить герцога Алансонского и короля Наваррского. Зачинщиком всего и основным действующим лицом, которое являлось посредником между пленными принцами и мятежными гугенотами, был объявлен этот самый господин де Ла Моль вместе с каким-то своим другом, фамилии которого я не запомнила. Баронесса просила всего лишь наказать любовника. Королева засмеялась и обещала это. Она сказала, что виноваты здесь только принц и король, которые и будут держать ответ. Но я хорошо знаю госпожу: если она мило улыбается, это значит, что готовит какую-то западню тому, о ком идет речь.

— Мне нет никакого дела до этого Ла Моля, — поморщился Бюсси, — а также до наваррского короля; но зато, черт возьми, меня живо волнует судьба моих друзей, которые могут оказаться в большой опасности, если мятежники, не подозревая о собственном провале, начнут выступление.

— Поэтому я и решила рассказать вам, — сказала Мари. — Во-первых, я в долгу у вас и, думаю, что смогла вернуть его: зная обо всем, вы сможете спасти друзей. А во-вторых, я делаю это ради подруги, ведь она протестантка.

— А ты?

— Я католичка, и мне, как вы можете понять, тоже нет никакого дела до заговоров, которые устраивают гугеноты. Я могла бы, конечно, рассказать об этом и самому господину Лесдигьеру, служащему королю Наваррскому, но меня ничто с ним не связывает, потому что мы с ним разной веры.

— А тот слуга, что ко мне подходил, — вспомнил Бюсси, — ему ты об этом рассказывала?

— Он такой же католик, как и мы с вами, и ему вовсе незачем знать о дворцовых тайнах, связанных с гугенотами. Я просто попросила его передать вам, что некая дама мечтает встретиться с вами, и он не имеет ни малейшего понятия о том, кто эта дама, и зачем ей нужно свидание.

— Что ж, — взял девушку за руку Бюсси, — ты все правильно сделала, Мари, и спасла если не жизнь короля Наваррского, то хотя бы его относительную свободу.

— А также жизни его дворян, которые являются вашими хорошими друзьями, хоть у вас и разные вероисповедания.

— Откуда тебе известно об этом?

— Ах, да кому же об этом неизвестно, ведь вас так часто видят втроем. А теперь торопитесь, сударь, времени осталось совсем немного. Я думаю, вы без труда найдете способ предупредить друзей, а уж они своего короля. Мне или Терезе сделать это было бы значительно труднее, ведь мы простолюдины; что может связывать нас с дворянами, да еще в стенах замка и на виду у всех?

— Благодарю тебя, девочка моя, — растроганно произнес Бюсси и обнял Мари за плечи. — Ты оказала большую услугу не только мне; возможно, ты изменила ход истории Франции, ибо Валуа наследуют Бурбоны, одному из которых, самому первому, который займет престол французских королей, ты спасла сегодня жизнь.

Мари скромно улыбнулась.

— Я всего лишь ничтожное колесико в том огромном механизме истории, о котором вы говорите, господин граф, — произнесла она, не делая никаких попыток высвободиться из объятий Бюсси. — Но если я действительно оказала сегодня вам большую услугу… то у меня есть одна маленькая просьба… — она внезапно замялась, и виноватая улыбка тронула ее губы. — Ах, простите меня, ради бога, я сама не знаю, что говорю…

И она в смущении опустила голову, стыдливо закрыв лицо ладонями. Бюсси улыбнулся, осторожно взял за подбородок и приподнял белокурую головку Мари так, чтобы видеть ее лицо — невинное, и оттого казавшееся ему прекрасным.

— Ты хотела меня о чем-то попросить? Говори же, не стесняйся, я выполню любую твою просьбу, какою бы она ни была, ибо готов признаться в том, что сегодняшнее свидание с тобой оказалось важнее, нежели беседа с кардиналом Карлом Лотарингским.

— Я не хотела бы, чтобы вы сочли мою просьбу чересчур дерзкой, — пролепетала Мари, вся пунцовая от смущения, но, не опуская головы, а лишь устремив взгляд в землю, — а потому не осмеливаюсь даже произнести ее.

— Неужели на это требуется больше отваги, чем на то, чтобы подслушивать разговоры королевы Франции? — тихо проговорил Бюсси.

Она молчала. Видно было, как участилось ее дыхание, как бурно вздымается грудь. Секунды медленно тянулись одна за другой, как груженые возы по пыльной дороге, а Мари все никак не решалась сказать то, что подсознательно требовало ее женское существо.

Бюсси ждал, силясь понять, чего же она от него хочет. Наконец она подняла блестящие глаза.

— Поцелуйте меня на прощанье, господин де Бюсси, — произнесла она, вся замирая от собственной смелости, — если, конечно, вы не брезгуете простой девушкой…

Бюсси не брезговал. Наоборот, ему очень нравилась эта юная служанка с оттенком стыдливости, так контрастирующим с фривольным поведением придворных дам, и он наклонился к Мари и поцеловал ее в губы, будто выпил росы с только что распустившегося цветка.

Закрыв глаза от счастья, она еще несколько мгновений сидела, вся под впечатлением поцелуя, потом внезапно схватила руку Бюсси и приникла к ней губами. И, прежде чем ему удалось высвободить ладонь, она быстро поднялась и побежала в сторону замка.

Бюсси с улыбкой глядел ей вслед. Этот поцелуй, единственный, полученный ею от дворянина, Мари запомнит на всю жизнь.


Глава 4 В гостях у слуги дьявола | Варфоломеевская ночь | Глава 6 Месть Екатерины







Loading...