home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


* * *

— Отдай его мне, — в который раз заворчал ветер, поглядывая на толстый кошель на поясе принцессы.

— Нет, я ведь дала Ирифи слово.

— С каких пор обещание, посуленное безумцу, чего-то стоит?

Изольда уперла руки в бока, но тут же беспомощно опустила их.

— Давай хотя бы попробуем разузнать, о каких несчастьях твердил горемычный вихрь. Он ведь хочет уберечь твою жизнь.

— Да что ты? — окрысился Хёльмвинд, вытряхивая из волос крупицы земли и осколки битой посуды.

— Пусть и делает это немного неуклюже… — Изольда все пыталась оправдать симпатичного старичка. — Прошу, не набрасывайся на него. В конце концов, нет ничего плохого в том, что горловина рога пока побудет у меня. Но если ты настаиваешь…

Она потянулась к мешочку, привязанному на боку, и ветер испустил долгий протяжный вздох.

— Ох, ладно, оставь… Может, хваленые чары терновника сгодятся хоть на что-то полезное.

— Вот и славно! — Колдунья просияла, ничуть не обижаясь на заносчивый тон. — И раз мы прекратили не стоящий внимания спор, давайте лучше поговорим о драконах.

Бесстыдно подслушивавший Ирифи взволнованно встрепенулся, закувыркался в воздухе.

— О драконах? О тех, что спят в водах проклятой реки?!

— Тебе что-то о них известно? — подал голос Лютинг. Пока его жена пререкалась с негодующим верховным, он напряженно придумывал способ убраться с обугленного острова. К сожалению, тщетно.

— Сто шестнадцать мшисто-медных панцирей, фейлан! — с жаром затараторил вихрь. — Двести тридцать два крепких перепончатых крыла. Янтарные, топазовые глаза, величавые шеи… Все загублено, изъедено рыбами на дне Дахана-Пламен. Кара на наши головы за то, что не сумели уберечь крылатых! Но что мы могли — безразличные к вершащемуся во внешнем мире?

Выдергивая спутанные космы, он заметался над островом, не прекращая стенать и корчиться. Под ветряными порывами набухали целые облака черной взвеси.

— Можно им чем-то помочь? — спросила Изольда, натягивая плащ на лицо.

— Нет. В мертвые тела не вдохнуть жизнь…

— Я не хочу оживлять их. — Из-под алой ткани виднелись одни голубые слезящиеся глаза. — Лишь подарить страдальцам покой. Нет такой тюрьмы, которую нельзя разрушить, особенно если владеешь волшебством.

Пыльный вихрь неожиданно замер, закивал, не удосужившись перевернуться всклокоченной головой вверх. Костлявые колени смешно торчали из оборванных штанов.

— Твоя правда!

— Так значит, есть возможность освободить пленников? — Требовательный, полыхающий зеленью взгляд пригвоздил старичка к месту.

— Ох и страшно ты смотришь, фейлан, душа в пятки уходит!

Таальвен внутренне содрогнулся. Но на чудаковатые высказывания Ирифи никто давно не обращал внимания.

— Как избавить крылатых от мук? — подхватила Изольда. — Прошу, ответь. От этого зависит наша судьба!

Старичок моргнул, глубокомысленно послюнявил палец и, подлетев к принцессе почти вплотную, объяснил поучительно:

— Во власти терновника давать жизнь и отнимать. Когда колдовские ветви завьются погребальным узором и напитаются чернотой, когда шипы прорастут сквозь чешуйчатую плоть и полую драконью кость, тогда в измученных телах не останется искры, что позволяла им двигаться, обрекала на страдания в подводном узилище… Пусть терновник раскрошит древние черепа и прочные костяные пластины. Ему одному по силам…

— Что? — Изольда не поверила своим ушам. — Ты предлагаешь начисто стереть их с лица этой земли? Но как сотворить такое со ста шестнадцатью телами, хаотично разбросанными по всему дну?

Вихрь взлетел к небесам, поведя костлявыми плечами. По всей видимости, разглагольствовать ему наскучило.

— Пусть катится к буранам, — пожелал Хёльмвинд вслед. — Все равно в его блаженной болтовне правда и выдумка так перепутались, что концов не найти.

— Думаю, насчет власти терновника он не сочинял. — Принцесса решительно распрямила спину, обвела глазами кольцо глубокой реки. — И раз иных догадок на сей счет не сыскать, предлагаю проверить.

— Хочешь запрудить реку сливовыми зарослями? — уточнил Таальвен Валишер, утаптывая ногой пепел.

Изольда кивнула. Раньше ей не доводилось делать подобное, и лишь боги ведали, хватит ли мочи использовать нужное количество магии. С другой стороны, шипастые побеги не раз возводили стены вокруг нее по собственному желанию. Значит, творить такое им не составляло труда.

— Я пойду с тобой, — вдруг заявил Лютинг. — Постою за спиной, пока ты будешь колдовать.

По настойчивому тону принцесса поняла: муж ее опасается, как бы могущество терновника не захлестнуло колдунью. Ведь его понадобится много, а тьер-на-вьёр, терпеливо ожидающая шанса вырваться на свободу, всегда настороже.

— Хорошо…

Нельзя сказать, что от неусыпного присутствия Таальвена Изольде становилось легче. Напротив, руки и ноги немели, в горле словно застревал плотный тугой комок. Но совладать с невидимой ведьмой получалось намного лучше. Так что пускай сторожит…

Северный ветер предусмотрительно отошел подальше. Магия терновой колдуньи неизменно вызывала у него смятение и трепет. И как бы Хёльмвинд ни желал помочь, интуиция заставляла убраться подальше, когда голубые глаза принцессы заливало теменью. Уж лучше он понаблюдает за Мак Тиром, в который раз отважившимся крутиться под носом у ворожащей девушки, — невероятное безумство, на которое нельзя смотреть без восхищения.

— Готов? — полюбопытствовала Изольда буднично, словно собиралась ловить рыбу или купаться.

Таальвен кивнул, вслед за женой отправляясь к речной каемке. Как только подошвы их сапог коснулись мокрого песка, из глубины вынырнул бдительный драконий князь.

— Я должна поговорить с тобой, — крикнула колдунья, и страж Дахана-Пламен поманил ее на глубину чешуйчатой рукой.

— Ну, пойдем, — промолвил Лютинг, беря спутницу под локоть. В башмаках у обоих тут же премерзко захлюпало. Едва высохшие одежды вновь пропитались влагой.

Пришлось забрести в мутную толщу по пояс, прежде чем драконий князь смог подплыть к ним и встать на черный речной песок.

— Кажется, я знаю, как положить конец вашим мытарствам, — заговорила Изольда приглушенно. — Но хорошо подумай, прежде чем я начну. По завершении колдовства от твоего народа ничего не останется. Только безмолвный бесполезный прах. Хочешь ли ты этого?

Некогда сильный могучий дракон замолчал, сверкнул топазовым взором. Очи его видели бессчетное множество закатов и восходов, наблюдали, как растут и ширятся горы, наползая на шершавую каменную твердь. Крылатому было ведомо, как рождались в Тьер-на-Вьёр новые моря и чудесные озера… Он умел прорицать будущее, был велик и мудр, и бесконечно утомлен.

— Хочу покоя, — затрепетал в багряной пасти змеиный язык.

— Как повелишь… — Принцесса кивнула, с усилием вытаскивая из ила увязшие подошвы. — Тогда возвращайся на дно. Скоро ты получишь желаемое.

Безучастный драконий князь устремил на юную колдунью взор, шагнул ближе. На нечеловеческом лице не было ни сожаления, ни страха. Грезилось, что через мгновение за спиной его раскроются грозные бронзовые крылья, а в глотке забурлит пламя. Но наваждение сгинуло, так и не воплотившись.

— Ты, — с шипением выдохнул он, — будешь править Тьер-на-Вьёр — от клыков Ан-Альеж на востоке до Звездного моря на западе… Сотни долгих веков… Тайны истоков древней магии, зеркальных озер и другие станут тебе доступны… Но ты никогда не вернешься домой!

Он вскинул когтистый указательный перст, и принцесса с трудом удержала в груди невольный возглас.

Но пугаться было некого. Огласив последнее пророчество, пленник Огненной реки с головой погрузился в пепельный поток. Миг — и на пыльной глади не осталось даже кругов.

— С-славно. — Слегка заикающаяся девушка поплелась на берег. От волнения сосало под ложечкой, и она не заметила, как Таальвен украдкой убрал ладонь с рукояти.

Наконец мокрые, ежащиеся от холода, они выкарабкались на сушу. Опустившись на колени, принцесса погрузила ладони прямо в остывшую золу.

— Прошу, терновник, явись на мой зов, — зашептала она, — помоги упокоить тех, кто нуждается в твоей защите…

И сосредоточенно сомкнула веки, не зная, что еще предпринять. Подол ветряного плаща, черный от копоти, сиротливо улегся на песок, светлые локоны, подрагивающие от пробуждающихся чар, лениво рассыпались по спине.

— Даруй им смерть, — бормотала Изольда, отчаянно надеясь, что колдовство послушается, прильнет к бледным запястьям сухими браслетами.

Но тревожилась она напрасно. В этой пропитанной древними чарами стране магия отвечала на зов почти мгновенно, буйно разрастаясь, если ей позволяли. В мгновение ока колючие путы оплели Изольду и двинулись дальше — на мелководье. Задержавшись на поверхности на секунду, могучие корни взрыхлили речное дно, заплелись по нему, словно ползучие стебли кувшинок. Хотя вряд ли безобидные цветы, способные разве что спутать незадачливому пловцу ноги, сумели бы нанести подобный ущерб.

Сливовые побеги наводняли реку, кинжалами прошивали тела утопленников, вспарывая плоть. Как и предвещал Ирифи, они крошили драконьи кости в пыль, сминали черепные коробки. Фигурные ребра под их натиском ломались, как стебли осоки, но жадным ветвям было мало. Будто чудовищные щупальца, они росли, змеились, пока не заполонили собой все русло. И вот уже непролазная смертоносная стена защищает остров с южной крепостью от непрошеных гостей. Едва ли кто-нибудь рискнет штурмовать ее.

Разогнув спину, Изольда изумленно поглядела на творение собственных рук. Странно, она и не уследила, как перекинулись колючие стебли с ее бедер и плеч на речную гладь. Кажется, дело сделано: ни один дракон не уцелеет после столь яростной атаки.

Теперь требовалось отозвать чары обратно. Иначе путники будут заперты на острове, как в ловушке.

— Ш-ш-ш, — уговаривая шипастый клубок отступить, вновь заворожила колдунья. — Довольно…

Но управлять разросшимся терновником оказалось не так-то просто. Ветви продолжали множиться, наползать на противоположный берег. Колючки на них достигали исполинских размеров.

— Подчинись, — застонала Изольда, закусывая почерневшие губы. — У тебя нет собственной воли!

Она чуяла: в этой изнуряющей борьбе тьер-на-вьёр ей не помощница. Открестившись от своей магии на время, ведьма молчала, предоставив Изольде самой постигать науку управления волшебством. С каким же трудом она ей давалась!

Но ни одно существо или сила, будь то человек либо чары, лишенные разума, не устояли бы против безграничной воли, что бурлила в отважном сердце. И в конце концов, сливовые ветви дрогнули, сдались на милость своей хозяйки.

Наблюдая, как они уползают из вспененной воды, Таальвен выдохнул с облегчением. Он знал, что принцесса выстоит, верил всей душой. Сомневался лишь в том, сколько попыток для этого понадобится. На их с ветром счастье, колдунья училась быстро. Минет год, и она свыкнется со своими чарами, примет их как частицу собственного естества… Если тьер-на-вьёр не помешает.

— Правильно, — проговорила принцесса, заставляя последние тоненькие стебли втянуться в чернильные полосы на руках. Все так, как и должно быть.

Обозревая вспаханный вдоль и поперек берег, она попыталась встать, но колени предательски ткнулись в золу.

— Ох, тина и кости!

Предвещая наперед, что она откажется от помощи, Лютинг все же подступил и протянул жене ладонь.

— Я не собираюсь падать в обморок.

Губы его тронула кривая улыбка.

— Сегодня нет.

Прошли времена, когда Изольда терялась в забытьи после каждого всплеска колдовства. Больше она не намерена соскальзывать за границы разума.

Ухватившись за протянутую руку, принцесса, шатаясь, поднялась. Перед глазами мгновенно заплясали черные точки. Но приморский принц просто шел рядом, незаметно подстраиваясь под ее неровный шаг, Подрывать едва затеплившуюся веру колдуньи в себя ему не хотелось.

Кое-как Изольда доковыляла до крепости. Вечер давно выстилал небо звездными блестками и теперь почти окончил свою привычную работу. Смеркалось.

Не обращая внимания на первые звездочки, принцесса упала на каменное крыльцо и заявила, обращаясь к Хёльмвинду и Ирифи — порядком потрясенным:

— Теперь драконы оплаканы и с почестью погребены. Можем переправляться назад. Осталось разыскать еще две башни.

— Я бы с радостью покинул это место, — наконец сподобился ответить Северный ветер, — но ты в щепки разнесла то, на чем мы собирались плыть.

Принцесса озадаченно оглядела отмель. И, завидев развороченный вдребезги челнок, ни с того ни с сего захихикала.

— Ох, наш несчастный корабль… о нем-то мы позабыли… Храбрые путешественники с горкой трухлявых обломков вместо плота…

Напряжение последних часов схлынуло, лишив ее остатков сил. Но колдунья все смеялась, ухватившись за живот, размазывая слезы по замызганным щекам.

— Ай, не могу больше! — Чтобы не задохнуться, пришлось повалиться на спину и несколько раз наполнить горящие легкие воздухом. — Погибаю!

— А она точно придет в себя? — на всякий случай уточнил верховный владыка неведомо у кого.

Приступ Изольды виделся ему едва ли не таким же безумием, как недавние бесчинства у реки.

— Если нет, — Лютинг лениво оперся о каменную кладку цитадели, — сунем ее в мешок.

— У нас нет мешка. — Верховный осмотрелся.

— Тогда доверим Ирифи нести принцессу до следующей башни.

— Мне? — Пыльный вихрь с содроганием отшатнулся. После расправы над змеями, свидетелем которой он стал, несчастному требовалось время, чтобы прийти в себя. — Я не удержу терновую ведьму!

— Никто не будет меня тащить, — восстановив дыхание, внесла ясность Изольда. — Эти двое просто издеваются над нами.

Она сползла с невысокого порога и подмигнула пришибленному Ирифи.

— Пересечем реку вплавь. Всем нам не помешает отмыться как следует, так что купание пойдет на пользу.

Ловкие пальцы принялись сплетать волосы в косу: в воде неприбранные космы наверняка станут лезть в глаза.

— Ты хорошо плаваешь, Северный ветер? — насмешливо полюбопытствовал Таальвен Валишер.

— Лучше, чем ты с этой железякой. — Верховный ехидно указал на меч.

— Жители приморских земель учатся нырять с раннего детства, доставать со дна жемчуг и ракушки… Легкий клинок для меня не помеха.

— Посмотрим…

— А знаете что? — положила конец их драчливым препираниям принцесса. — Давайте заночуем на этом берегу…

— Место понравилось? — мгновенно поддел Хёльмвинд.

— Нет. — Она смущенно опустила голову. — Тело совсем не слушается. Боюсь, доползти до берега — все, на что я сейчас способна.

От такого простодушного объяснения верховный потерял всякий интерес к дальнейшим издевательствам. Таальвен же будто того и ждал.

— Разобьем лагерь под крыльцом, — распорядился он. — Дрова для костра у нас уже есть.

— Сотни веков эти многострадальные земли не видели пламени, — вклинился в разговор Ирифи. — Неужто рука твоя не дрогнет, высекая искру, фейлан?

Приморский королевич не ответил, отправляясь за обломками деревянного ялика.


ГЛАВА 12 ЧАРЫ ДЛЯ ЖДУЩИХ ПОКОЯ | Терновая ведьма. Исгерд | * * *







Loading...