home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Преступник в качестве героя

Мы считаем естественным, что в детективе искусный сыщик ведет с преступником умственный поединок. Однако на рубеже веков преступник еще сражался с представителем закона за право на роль героя, за читательские симпатии.

Открыл этот ряд в 1897 году английский писатель Грант Аллен. Его полковник Клэй — очаровательный мошенник, светский мужчина. Возможности литературного расследования увлекли даже шурина Конан Дойла: Э.У. Хорнанг (1866–1921) вызывает приятное волнение у своих почитателей искусством побегов Раффлса. Он всего на два года моложе полковника Клэя и дебютирует в 1899 году в детективе «Раффлс, взломщик-любитель».

Марсель Аллен и Пьер Сувестр создали во французской литературе образ легендарного героя, непобедимого Фантомаса. Их творение — в шестидесятых годах возродившееся на киноэкранах — приветствовали как новую внешнюю форму поэзии Гийом Аполлинер, Блэз Сандрар, Луи Арагон, Макс Жакоб, Жан Кокто. С 1911 по 1914 год вышло тридцать два тома приключений Фантомаса. '

Среди героев, выбиравших кривые пути, все же самые громкие аплодисменты выпали на долю джентльмена-взломщика, бессмертного Арсена Люпена, созданного Морисом Лебланом (1864–1941). У дисциплинированных англичан королем был Шерлок Холмс, у богемных французов — повелитель воров Арсен Люпен. Он не только работает на свой страх и риск, но иногда ведет и настоящую следственную работу. Между прочим, к добыче он часто подбирается с помощью дедукции, посрамляющей даже Шерлока Холмса. Вечно юный герой многих книг — «Выдолбленная игла», «813», «Золотой треугольник», «Зуб тигра», «Тридцать гробов», «Графиня Калиостро» и т.д. — дебютировал в 1907 году (с рекомендательным предисловием французского академика Жюля Кларета). Бывают у него и галантные приключения, и здесь он тоже остается безупречным джентльменом. Во время ограблений Люпен прибегает к насилию, лишь когда, его вынуждают к этому, в исключительных случаях и всегда корректно, крови не проливает, более того, считает убийц своими врагами и преследует их, как полицейский служащий. Он маг воровства. Насмешливый, колючий, любящий шутку, охотно сыплющий перец под нос своему противнику бюрократу-инспектору Ганимару. В его точно разработанных комбинациях, выверенных по хронометру движениях, организованных почти с четкостью крупного предприятия акциях чувствуется что-то американское. И все же французская сущность в нем доминирует: он обожает театральность, охотно ломает комедию. Люпен с наслаждением занимается следственной работой и, разумеется, тоже распутывает тайну закрытой изнутри комнаты — аттракцион величайших детективов всех времен. У него душа анархиста, который, несмотря на это, живет как элегантный светский завсегдатай: в цилиндре, плаще, с моноклем и тростью он появляется на различных раутах.

Менее талантливые родственники Люпена: непогрешимый Годал Фредерика И. Андерсона, Джимми Дейл по прозванию «серый тюлень» Франка Л. Пакарда, Майкл Сейерз Э. Филлипса Оппенхейма, Алонзо Мактевиш Питера Чейни, Северак Баблон Сакса Ромера и даже женщины: миссис Раффлс Джона К. Бэнгса, Софи Лэнг Фредерика И. Андерсона, Джейн Фор Скуэр Эдгара Уоллеса, Фиделити Доув Роя Викерса.

Образ авантюриста в период между двумя мировыми войнами затмили многочисленные знаменитые сыщики золотого века. На цирковой арене детектива клоунские номера очаровательных мошенников сменились волнующими аттракционами мозговых гимнастов-сыщиков. Однако симпатичные жулики все же сохранились, а позднее, с завоеванием пространства «жесткой школой», вновь просочились в книги. Читатель раскрыл им свое сердце и на сей раз, когда строй казавшейся незыблемой буржуазной демократии уже начал трещать и проказливый обход законов стал принятым.


Америка от начала века и до конца первой мировой войны | Анатомия детектива | Золотой век







Loading...