home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Местный прогресс

Город Красноармейск, где вырос Юрий Чернов, был почти полностью продуктом советской истории. До революции это был небольшой поселок Троицк с церквушкой и церковно-приходской (начальной) школой. После окончания Гражданской войны около Троицка построили казармы и конюшни для кавалерийской дивизии. Тогда-то и переименовали поселок в Красноармейск. Затем в поселке появился медицинский пункт, превратившийся в больницу, семилетняя школа, пункт по приему от крестьян натуральных налогов (сена, мяса, молочных продуктов), хлебопекарня и другие мелкие заведения. В конце двадцатых и начале тридцатых годов в Красноармейске открыли ветеринарный техникум, курсы трактористов и школу младших командиров. Значительной вехой на пути прогресса явилось открытие исправительно-трудового лагеря неподалеку от поселка и мастерских при нем. Красноармейск превратили в районный центр, разместив тут множество учреждений. Школа стала десятилеткой и открыли две новых. Около города вскоре возник крупнейший в области свиносовхоз. Короче говоря, к началу войны с Германией Красноармейск стал значительным по партградским масштабам городом. Были построены железнодорожная ветка и шоссейная дорога, соединившие его с Партградом.

Во время войны в Красноармейск эвакуировали военное училище, госпиталь и завод по производству снарядов и патронов, которые тут и остались насовсем.

После войны около города построили новый исправительно-трудовой лагерь, химический комбинат и атомное предприятие для мирных целей. Город стал вторым по размерам и по значению в области после Партграда. Когда в моду вошло слово спутник, его стали называть спутником Партграда. В городе появились новые школы, техникумы, училища, культурные учреждения, конторы и т. д. Тридцатикилометровое пространство между Красноармейском и Партградом было застроено так, что наметилась очевидная тенденция к образованию гигантского города, сосредоточившего в себе около половины населения всей области.

Какой бы ужасный вид ни имело все то, что создавалось и вырастало в Красноармейске и Партграде, в сравнении с аналогичными явлениями на Западе, это так или иначе означало колоссальное усложнение общественной жизни и беспрецедентный в истории скачок в развитии. Если бы те, кто стал усиленно проповедовать идеи возвращения России в дореволюционное состояние и идеализировать это состояние, сравнивая бы суммарную картину хотя бы одного Красноармейского района в начале восьмидесятых годов с суммарной картиной этого района в лучшие дореволюционные годы, они увидели бы, что никакого пути назад уже нет и никогда не будет. Но никто этого не сделал. И даже официальная идеология и пропаганда не смогли использовать этот мощнейший аргумент в борьбе с теми, кто с началом перестройки начал открыто проводить линию на дискредитацию и разрушение всего того, что было создано за семьдесят лет советской истории.

Упомянутое выше усложнение общественной жизни области и района сопровождалось разрастанием системы власти и управления. Но это разрастание шло таким путем, что с каждым годом возрастало расхождение между управляющей системой и управляемым общественным организмом. Первая становилась все более неадекватной второму, все более иллюзорной, замкнутой на свои собственные интересы, а второй все более уходил из-под ее контроля, превращался в фактически неуправляемую мешанину огромного числа людей, предприятий, учреждений, действий и событий. Символами этого чудовищного несоответствия системы власти и управления подвластному и управляемому обществу стали в Партграде — первый секретарь обкома партии Сусликов, а в Красноармейске секретарь райкома партии Елкина.

Положение сложилось аналогичное тому, какое имело место в начале войны с Германией в 1941 году, когда во главе фактически новой армии оказались руководители вроде Ворошилова и Буденного, способные лишь стоять на Мавзолее во время парадов войск или гарцевать на цирковых лошадях, принимая эти парады. Тогда пришлось отстранить этих дегенератов-полководцев от командования войсками. С дегенератами-руководителями в брежневские годы произошло обратное. Главный дегенерат-руководитель Брежнев был увешан наградами и раздут до масштабов эпохального гения. А дегенераты помельче, вроде Сусликова и Елкиной, сделали блистательную карьеру. Сусликов был поднят на высший уровень власти — в аппарат ЦК КПСС, а Елкина вознеслась на областной уровень. Так что не случайно ничтожества вроде Брежнева, Сусликова и Елкиной вырастали в величины символические в сознании молодых людей, остро ощущавших характер происходящего в стране процесса. Юрий Чернов был одним из них.


Брежневский период | Смута | Трясина







Loading...