home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...




Эмори

День 286-й, осталось 151


– Извините. Что там дальше?

Шарлотта взяла свою распечатку с текстом «Нашего городка» и прочитала:

– «Я больше не могу…»

– Точно.

Я махнула рукой, чтобы она замолчала. А потом выпрямила спину, сделала глубокий вдох и закрыла глаза, медленно сливаясь с персонажем Эмили Вебб и ее родным городком Гроверс-Корнерс.

Я представила себе этот город. Главную улицу. Аптеку. Конюшню и белый забор вокруг моего дома. Кладбище.

Открыв глаза, я посмотрела на Тайлера.

– Я больше не могу! Все слишком быстро происходит. Мы не успеваем посмотреть друг на друга! – Я закрыла лицо руками и всхлипнула, но всхлип получился неестественным. Я потеряла настрой из-за того, что забыла строчки.

Я подбежала к Шарлотте и продолжила с тревогой в голосе:

– Я не понимала. Как все это происходило, а мы никогда не замечали? Перенесите меня назад – на холм – к моей могиле. – Я шагнула на крест на сцене. – Но сначала подождите. Я взгляну на него в последний раз.

Наступила тишина. Я повернулась налево, затем направо. Остановила взгляд на аудитории и начала произносить монолог Эмили Вебб со всей страстью, какую только могла изобразить.

– Прощайте! Прощай, мир. Прощай, Гроверс-Корнерс… Прощайте, мама и папа. – Я снова посмотрела вокруг. – Прощай, тиканье часов. Прощайте, мамины подсолнухи. Еда и кофе. Свежевыглаженные платья и горячие ванны. Сон и пробуждение. О, Земля, ты слишком прекрасна, и мы не в силах этого понять!

Я подошла к следующей пометке и посмотрела на Шарлотту.

– Есть ли люди, которые живут и замечают жизнь, каждую ее минуту?

– Нет, – спокойно ответила она. – Святые и поэты – возможно. Отчасти.

Я снова умолкла и в последний раз окинула взглядом сцену и зал.

– Я… – Реплика не шла в голову. – Я…

– Готова вернуться, – прошептала Шарлотта.

– Я готова вернуться, – повторила я.

– Так, хватит, – крикнула мисс Мартин с переднего ряда. Все разом вздохнули, а я расслабила плечи. Мисс Мартин поднялась на сцену, и мы собрались вокруг нее. – Эмори, ты должна выучить реплики.

– Знаю, – ответила я. – Извините. Я уже почти все запомнила. Я справлюсь.

– Последняя сцена очень важна. – Мисс Мартин смотрела на меня, но разговаривала достаточно громко, чтобы все ее слышали. – Это знаменитый прощальный монолог Эмили Вебб. Это вам не шутки. Каждое слово должно звучать искренне. Каждая пауза должна завлекать аудиторию, чтобы зрители внимательно слушали и не отрывали взгляда от Эмили, чтобы ждали, когда она снова заговорит. Вся пьеса держится на ее финальном монологе.

– В общем, никакой ответственности!

Мисс Мартин с укором посмотрела на Шарлотту.

– Это большая ответственность. «Наш городок» – пьеса о том, как чудесна и невероятно прекрасна жизнь, даже в худших своих проявлениях. Эмили получает возможность снова увидеть мир и взглянуть на него новыми глазами, под другим углом. В финальной сцене она пытается донести до зрителя, что надо каждый день смотреть на мир так, словно это последний раз.

Тут мисс Мартин щелкнула пальцами.

– Есть идея. – Она повернулась ко всей группе. – В этой сцене Эмили Вебб прощается с часами, подсолнухами и горячими ваннами. Что скажете? Вы бы на ее месте сказали то же самое?

Тайлер пожал плечами. Шарлотта помотала головой.

– Про кофе я согласна, – сказала Мелани, и все рассмеялись.

– Это наша пьеса. Наш городок. Выпускной класс, поднимите руки.

Все девять старшеклассников подняли руки.

– Монолог принадлежит Эмори, но она говорит за всех вас. Это ваше прощание с этой сценой. С этой школой. С целой огромной главой в вашей жизни. – Она принялась мерить шагами сцену. – Давайте и то, что перечисляет Эмили Вебб, тоже переложим на свой лад.

Мисс Мартин отошла к столу в дальней стороне сцены и взяла с него стопку чистой бумаги.

– Перечислите три вещи, которые для вас много значат. Конкретные, как это сделала Эмили. Разумеется, вы будете скучать по родным и друзьям, но сейчас нам нужно не это. Чего именно будет вам не хватать? Представьте свои комнаты, территорию школы, ваш дом, ваш мир – и все мелочи, которые вам дороги. Если бы вы знали, что навсегда покидаете эту землю, с кем и чем вы бы попрощались в первую очередь?

Она нарвала листы бумаги на небольшие клочки и раздала всем по три штуки.

– Присядьте, где вам будет удобно. И пишите.

Мы с Шарлоттой и Тайлером собрались в тесный кружок, как и другие компании, и все рассеялись по выкрашенной в черный сцене.

Я подумала о своей комнате, книгах, ноутбуке, одежде, но ни с чем из этого мне не хотелось прощаться. Потом я представила маму. И Люка. И, сама не знаю почему, вид из моего окна.

Хоть я и сердилась на Ханну, я бы непременно с ней попрощалась, если бы навсегда покидала этот мир. С ней. С тридцатью шестью шагами, разделяющими наши окна. С семнадцатью годами воспоминаний. Глаза защипало от слез, но я закусила губу, чтобы не заплакать, и написала: «Наша лужайка».

Никто не поймет, что это значит и почему это так важно, но я-то знаю.

Минут десять, пока мы размышляли и составляли списки, в театре стояла полная тишина, а потом начали раздаваться смешки. Мисс Мартин поняла, что мы закончили, и пошла собирать наши бумажные лоскутки.

Потом она снова подозвала меня к краю сцены.

– Ну что, Эмори, – сказала мисс Мартин. – Давай повторим.

Я шагнула вперед и посмотрела на пустые ряды, готовясь закрыть глаза и мысленно перенестись в Гроверс-Корнерс. Вдруг мисс Мартин схватила меня за плечи и развернула спиной к залу.

– Эмори, повтори монолог здесь, перед остальными. Сейчас они – твоя аудитория.

Я сделала глубокий, неспешный вдох и опустила веки. Выдохнула. Встряхнула руками. И открыла глаза.

– Прощайте.

Я посмотрела на Тайлера. Затем на Шарлотту.

– Прощай, мир. Прощай, старшая школа «Футхил». Прощайте… – Мисс Мартин протянула мне бумажку, и я прочитала то, что было там написано, вместо слов Эмили. – Песни, от которых хочется плакать. – Она дала мне следующий клочок. – Прощай… мамин голос. – От этого у меня екнуло сердце. Я посмотрела на остальных ребят. Они сидели на сцене и слушали меня, улыбаясь. – Прощайте, танцы. И запах воздуха после ливня. И чизкейк с шоколадными каплями. – Я взглянула на Тайлера, потому что это наверняка написал он. Он послал мне воздушный поцелуй. – Прощай, пицца «Пепперони». Прощайте, мои любимые книги. И поцелуи. – На этом я рассмеялась, как и все. – Прощайте, наши рождественские украшения. – Я говорила, чувствуя сердцем вес всего, что было дорого мне и моим друзьям.

Когда мисс Мартин протянула мне последнюю бумажку, я сначала прочла ее про себя. Мне не стоило труда это написать, но смогу ли я произнести то же самое вслух и не разрыдаться?

– Прощайте, эта сцена и все персонажи, которыми я смогла на ней побывать.

Я окинула всех взглядом, подняла руки и произнесла последнюю фразу монолога Эмили Вебб:

– О, Земля, ты слишком прекрасна, и мы не в силах этого понять!


Ханна | Если бы мы знали | * * *







Loading...