home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 34

Берди сидела в гостиной Сью Суини и пила кофе. Ее голос звучал ровно, уверенно и спокойно. Взгляд был бесстрастным.

– В конце концов в моем списке не осталось никого, кроме Джуда. Как только поняла, что Дафну убил действительно Тревор Лэм, поскольку орудием послужило то, что он привез домой тем же вечером, я сообразила: убить самого Тревора могли всего несколько человек. Лэм сам достал орудие убийства из тайника, желая кому-то показать. И я стала исключать возможные кандидатуры одну за другой. Демонстрировать статуэтку Лили Денджер Тревор не удосужился бы. Энни тоже. Лили даже не была знакома с Дафной, Энни недолюбливала ее. Для них этот предмет мало значил. А Тревор добивался драматического эффекта.

– А как же мы, все остальные? – спросила Сью. Она прихлебывала кофе, глядя на Берди поверх своей чашки. Взгляд был настороженным.

– Отсеялись Розали, Грейс и Кит. Чудик обожал Дафну, но мне не верилось, что он мог наброситься на брата с подобным орудием. Скорее уж задушил бы его или забил кулаками насмерть. А Тревор не рискнул бы разыграть такую сцену наедине с Лесом Хьюитом или Цикадой Бейкером. Оба слишком крупные, рослые и упорные противники. Он побоялся бы, что они кинутся в драку. Насчет Филиппа Хьюита я тоже не сомневалась: вряд ли он способен отправиться в хибарку в темноте, один, да еще прикончить Тревора. Вдобавок Филипп был слишком занят своим «подвигом» – тем, что решился наконец посмотреть на зарезанного ягненка.

Оставались Долли Хьюит и вы, Сью. Любая из вас могла рассчитаться с ним. Любая из вас, по-моему, способна на это. У обеих имелась возможность. Долли легко могла ускользнуть, пока Филипп находился в своей комнате, а Лес резал ягненка. В сущности, какое-то время, хотя и недолгое, я была почти уверена, что оба убийства совершила Долли.

– Вы думали, что она убила родную дочь? Как вы могли?

– Такое случается. И потом, в то время я еще не знала про статуэтку «Дафна». Долли рассказала мне, что дочь подарила ей на день рождения «Леду и лебедя». Но на какой день рождения, не упомянула. Я поняла ее слова так, что именно «Леда» была той статуэткой, которую Дафна получила с почты за неделю до смерти. Я еще не знала, что Тревор принес домой посылку лишь через неделю после того, как увез ее от Пег. «Леда» могла бы стать таким же эффективным орудием убийства, как и «Дафна». И даже следы они оставили бы похожие.

– Но вы же говорили, что «Леда» стояла на журнальном столике в гостиной Долли!

– Да.

– Значит, она должна была ходить мимо нее каждый день.

– Да.

Возникла тягостная пауза. Берди почувствовала на себе взгляд Сью и подняла голову.

– Как же вы исключили нас из списка? – спросила Сью.

– Долли могла уйти к Тревору, пока ее муж резал ягненка. Могла в порыве ярости убить Тревора, если бы он показал ей статуэтку «Дафна». Но она не знала, что статуэтка у него. Мне не верилось, что Долли могла явиться к нему среди ночи, только чтобы наброситься с упреками. Она считала Тревора опасным. И понимала, что сама слишком слаба. Этот поступок выглядел бессмысленным. И конечно, к хибарке Долли направилась бы по своим выгонам, а потом через реку. У нее не было причин встречаться с Джудом на тропе. Маловероятно, чтобы она погналась за ним. По всем этим причинам я в конце концов вычеркнула ее.

– А меня? – Сью не сводила глаз с окна над раковиной. В окно было видно, как колышутся верхушки деревьев.

– Вас… Вообще-то и для вас возникла проблема со временем. Лили покинула хибарку без двадцати двенадцать. По всем раскладам Джуд должен был прибыть туда к полуночи. Даже если бы вы ушли из паба раньше, чем сказали мне, то и тогда вам не хватило бы времени на разговор с Тревором с глазу на глаз. Всего-то двадцать минут. И все это время, как рассудила я, вы либо спорили бы, либо занимались любовью. Одно из двух. Но и в том, и в другом случае у Тревора не нашлось бы никаких причин показывать вам статуэтку сразу же. А если насчет времени вы не соврали, тогда увидели бы Джуда лежащим у тропы.

– Но про время я сказала правду. А Джуда не видела.

– Да, хотя у вас был фонарик. Я задумалась об этом уже в больнице. Ситуация складывалась плачевным образом для вас. И вдруг я кое-что вспомнила. Когда я нашла фонарик Джуда, он был выключен. В то время я не придала этому значения. Но почему его выключили? Потому что Джуд уже находился там, когда вы прошли мимо, Сью. Но не хотел, чтобы вы его увидели. Он был на том самом дереве, пока вы пробегали мимо него к хибарке и обратно. Убив Тревора, Джуд запаниковал, пришел в ужас от того, что натворил. Он действовал необдуманно. И полез на дерево, чтобы снова спрятать статуэтку в тайник, где она пролежала так долго. В дупло на дереве, которое показал ему Тревор. На дереве опоссума.

– А когда я пробежала мимо, Джуд попытался слезть с дерева и упал, – тихо промолвила Сью и вздохнула.

– Да, упал. Он ведь не спортсмен. И никогда им не был. Джуд рухнул навзничь и сломал ногу. Потому и находился на том же месте, когда я вышла на тропу ближе к двум часам. Лежал беспомощный под деревом. А я решила, будто на него напали. Мысль, что он лазил на дерево, мне и в голову не приходила. Я ни на секунду не заподозрила Джуда. С какой стати Джуду убивать Тревора Лэма? Человека, которого он спас? На чье спасение потратил пять лет своей жизни? На деле которого, примере вопиющей несправедливости судебной системы, он заработал репутацию?

А вскоре я узнала, что Тревор был все-таки виновен. Методом исключения остальные отсеялись. И неожиданно поняла, почему на сей раз виновным может быть Джуд. Не только может, но и должен быть. Той ночью он узнал всю правду. Что Тревор Лэм виновен, но ему плевать. Он виновен, однако злорадно потирает руки, ведь Джуд добился его освобождения. И Тревор намерен объявить правду всем. Ткнуть в нее носом каждого. И Джуд… сорвался. Обезумел. Взбесился. И убил его.

«Он убил его. Я выяснила. Я сказала…»

Берди отставила свою чашку и поднялась.

– Мне пора, Сью, – произнесла она. – Не следовало мне об этом рассказывать. Дэн подвезет меня до Сассафраса, там я заберу свою машину. Спасибо за кофе. Попрощайтесь от моего имени с Цикадой. И с Пег. – Она наклонилась за своей сумкой и повесила ее на плечо.

– Берди… – Сью протянула руку. – Я думала, вы его любите.

Берди не ответила.

– Почему же вы не промолчали? Вы же могли никому ничего не говорить. И полицейские ни за что бы не догадались. Ведь это справедливо…

– Так хотел Джуд, – ответила Берди. Ее голос был ровным и спокойным. – Он сам попросил меня. Хотел, чтобы все случилось поскорее, прежде чем арестуют или заподозрят кого-нибудь другого. Джуд бы этого не вынес. И потому постарался загладить вину за то, что совершил, поддавшись порыву. Я знаю его. Это был порыв бешенства. Он не сумел сдержаться. В любом случае Джуд явился бы с повинной. И хотел, чтобы я избавила его от этой необходимости. Я могла ему помочь: рассказать все как есть.

«А разве истина и справедливость не одно и то же?»

– Я бы так ни за что не поступила, – заметила Сью.

Берди попрощалась, забрала из комнаты в пабе свою дорожную сумку, спустилась по шатким ступеням и вышла через двор на улицу. Она знала, что Сью Суини смотрит на нее в окно, ждет, когда она помашет ей рукой на прощание, но не обернулась.

«Я бы так ни за что не поступила».

Солнце озаряло улицу, сияя на горизонте. Пег Маккан бойко распродавала свой товар детям, возвращавшимся домой из школы. Пикапы, фургоны, грузовики и «Бобкэт» Быка Трюса выстроились под деревьями напротив паба. Берди увидела, что Лэмы уже расселись на веранде, на том же бревне, где обычно. Грейс, Энни, Розали, Чудик. Джейсон колотил палкой по цистерне для воды, не обращая внимания на вопли Энни.

Розали подняла голову, сказала что-то матери и встала. Потом спустилась с веранды и направилась к Берди. Ее волосы разметались по плечам, она щурилась от яркого света.

– Уезжаете? – спросила Розали.

Берди кивнула.

– Говорят, это вы выяснили, что случилось на самом деле. Что Тревор действительно убил Дафну. А Джуд убил его, потому что все узнал. Это правда?

– Над данной версией сейчас работает полиция. А больше я не могу ничего добавить.

«Когда же все это закончится?»

Розали смотрела на нее, склонив голову набок. Потом вдруг схватила Берди за руку. Ее пожатие было горячим и сильным.

– Не расстраивайтесь! – воскликнула она. – Вы поступили так, как должны были. Жизнь продолжается. Вы сделали то, что считали нужным. Но я понимаю, каково вам сейчас. Я бы так ни за что не поступила.

Ее пальцы сжались на руке Берди.

– Это, конечно, ничего не значит, но я подумала, что вы захотите узнать: Грейс образумилась. Похоже, она считала, что это я убила Тревора. Из-за нее. Представляете? Говорит, испугалась, что меня заберут. Говорит, что любит меня.

– Разумеется, любит. – Берди переступила с ноги на ногу в сухой пыли на дороге. – А как приняла известие Энни?

– Немного расстроилась из-за Тревора. Но она вас не винит. А Кит завтра возвращается домой. Хоть какая-то радость для мамы. Кит тоже думал, что это я Тревора убила, представляете? Потому и звал меня в больницу, хотел поговорить. И помочь мне замести следы. Нечего сказать, приятно знать, что родные считают тебя способной на убийство!

Розали оглянулась на веранду. Берди посмотрела в ту же сторону. Энни опустошила стакан. Берди увидела, как она протянула его Чудику. Пора отправляться за очередной порцией.

– Я, наверное, пойду, – промолвила Розали. – Я только хотела сказать, и все…

– Спасибо, Розали.

По пути к двери паба Чудик ухмыльнулся и поднял нагруженные стаканами руки. Жестом товарищества, приветствия и прощания. Стоя на дороге, Берди тоже подняла руку. Она думала о Долли и Лесе Хьюит, скорбных и отомщенных, обнявшихся в тихой гостиной. Об измученном Филиппе Хьюите, пишущем стихи. О Джуде, дремлющем на белых стерильных простынях.

«А разве истина и справедливость не одно и то же?» Повернувшись, она направилась к машине, но, прежде чем сесть, еще раз обернулась. Джейсон раскачивался на опоре цистерны, а Розали бранила его. Энни показывала в усмешке беззубые десны и кричала, чтобы Чудик скорее нес пиво. Грейс болтала, прислонившись спиной к столбу веранды. Ее собеседником был парень с голым торсом. В зале паба Цикада Бейкер и Сью подавали выпивку мужчинам с загорелыми лицами.

«Жизнь продолжается».

Дверца автомобиля распахнулась.

– Садись давай, – проворчал Тоби мягче, чем обычно.

Берди села в салон и захлопнула дверцу. Машина вывернула со стоянки и двинулась мимо паба в сторону моста. Люди на веранде, сидевшие плечом к плечу, закричали и замахали руками. Берди смотрела на них сквозь стекло.

Сейчас они уже казались ей бесконечно далекими.


Глава 33 | Агнец на заклание | Сноски







Loading...