home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Сцена девятая

Дом Донни. Ночь. Залитая кровью от пола до потолка внутренняя комната завалена лежащими на полу и подвешенными на крюках частями тел Брендана и Джоуи. Донни и Дейви, также заляпанные кровью с головы до ног, разрубают их на более мелкие части. Два револьвера Падрайка лежат на столе. Во внутренней комнате справа, на бездыханном теле Кристи сидит Падрайк и гладит обезглавленный трупик Малыша Томаса, обмазанный глиной. В рот Кристи вставлен крест, на котором написано: «Малыш Томас». Крест укреплен клейкой лентой к шее Кристи. У Падрайка отрешенный, печальный вид. Он вряд ли сейчас слышит негромкую болтовню Донни и Дейви.

Донни. Слушай, Дейви, а твоя матушка не расстроится, если узнает, что Мейрид присоединилась к террористам?

Дейви. Она ведь прекрасно знает, что рано или поздно это должно случиться. Я думаю, она с этим смирилась и даже мечтает о том, чтобы Мейрид приняли не куда-нибудь, а в ИРА. Ей кажется, что это будет более престижно.

Донни. Ну так ведь и есть. Они путешествуют по миру гораздо чаще, чем ИНЛА.

Дейви. Да, ребята из ИРА где только ни побывали.

Донни. Ага. Часто в Бельгию ездят.

Дейви. А ИНЛА никогда не были в Бельгии.

Донни. Слава богу, они хотя бы здесь поменьше стали орудовать.

Дейви. Никогда опять-таки не слышал, чтобы ИНЛА расстреливали австралийцев.

Донни. Но все же я думаю, что не только туризм привлекает тех, кто рвется в ИРА.

Дейви. Нет. Тут принципы. Я тебе скажу так. Я в себе не чувствую никакого желания убивать людей, а у Мейрид на этот счет нет никаких препятствий.

Донни. Я тебе другое скажу про Мейрид. Она чертовски точна. Выбивает глаз с расстояния в одну милю.[23]

Дейви. Скажу тебе по секрету, коровы ей в один прекрасный день отомстят.

Донни. У Падрайка другой стиль.

Дейви. Падрайк чего-то совсем спятил.

Донни. Да, совсем с ума сошел, стреляет из двух револьверов и сразу в голову.

Дейви. Тут даже уже не надо ничего уметь.

Донни. Два револьвера – это, правда, чересчур. Особенно с такого расстояния.

Дейви. Ну это типа такие понты.

Донни. У Мейрид это больше похоже на спорт. (Пауза.) А что он все еще сидит на этом придурке и гладит своего кота?

Дейви. (опасливо вытягивая шею, чтобыпосмотреть на Падрайка) Ага. Он просто больной, взял и выкопал кошку из могилы. И вообще, после всех наших страданий… Мы, между прочим, похоронили этого подлеца со всеми почестями… И что же? Ни слова благодарности!

Донни. Думаю, это у него такой ритуал оплакивания.

Дейви. (пауза) Без эксгумации никак не обойтись?

Донни пожимает плечами. Мейрид входит через центральную дверь, одетая в изящное платье, у нее в руках рюкзак и ружье.

Мейрид. Вы бы поменьше болтали, да побольше резали.

Донни. Что-то я не вижу желания ни у тебя, ни у твоего дружка помочь нам…

Дейви. Это что на тебе за фигня?

Мейрид. Это платье! Они обомлеют.

Дейви. Да…

Мейрид. Это с какой стати я вам должна помогать?

Донни. Это вообще-то ваших рук дело.

Мейрид. Вообще-то это твой дом. И не дело офицера заниматься грязной работой.

Дейви. Это ты что ли офицер?

Мейрид. Я младший лейтенант. Меня Падрайк только что произвел в чин. А себя Падрайк произвел в старшие лейтенанты, и он этого заслуживает.

Донни. Мир сошел с ума.

Мейрид. Выбейте у них все зубы. Это затруднит опознание.

Донни. Слушай, с тобой страшно находиться рядом.

Мейрид. Ага.

Дейви. А что мама сказала, когда ты уходила из дома?

Мейрид. Пожелала мне удачи и попросила щадить детей.

Дейви. А ты что ответила?

Мейрид. Я сказала, что постараюсь, хотя обычно не даю обещаний.

Дейви. А она что?

Мейрид. Она сказала, будет прекрасно, даже если я буду к этому хотя бы стремиться.

Дейви. Ага, я тоже так думаю.

Мейрид. Хорошо, мне надоело обмениваться любезностями с таким уродом, как ты. Занимайся своей работой. Я думаю, что трупы сами себя не разрежут. Или все-таки смогут, как тебе кажется?

Мейрид проходит к Падрайку.

Дейви. Она любит командовать.

Донни. Я заметил.

Донни и Дейви продолжают расчленять трупы. Мейрид садится рядом с Падрайком на труп Кристи.

Мейрид. Привет.

Падрайк. Привет. (Пауза.) Малыш Томас совсем потерял голову.

Мейрид. Да. Слушай, ты хорошо подумал про ИНЛА? Они же принимают в свои ряды таких, как Кристи. Видишь, что они с котами вытворяют!

Падрайк. В семье не без урода. (Пауза.) Эти идиоты еще не закончили резать?

Мейрид. Не-а.

Падрайк. Они хоть шустро работают?

Мейрид. Средне.

Падрайк. Все дело в отстутствии практики. Ну бог им в помощь. (Пауза.) Господи, что ты на себя нацепила?

Мейрид. А что теперь девушкам не разрешают носить платье?

Падрайк. Да нет. Просто шокирует.

Мейрид. То есть ты хочешь сказать, что оно мне идет? Ничего себе, да?

Падрайк нежно целует ее, в этот момент кот неизящно свешивается с его руки. Минута нежности длится вечность.

Падрайк. Когда ты ко мне ближе, ты совсем не похожа на мальчика.

Мейрид. Спасибо.

Падрайк. Правда, это не касается прически.

Мейрид. О, да из твоих уст это комплимент!

Падрайк. Мейрид, отрасти немного волосы. Хотя бы досюда, ладно? Как у Эви в «Доме Эллиота».[24]

Мейрид. И ты будешь меня такой любить?

Падрайк. Да.

Мейрид. Значит так. Мои волосы всегда будут такими, как я этого захочу. И пошла эта дура Эви из «Дома Эллиота» в жопу!

Падрайк. Мейрид…

Мейрид. А эта твоя Эви может ослепить трех мужиков с шестидесяти ярдов?

Падрайк. Нет. Но, вероятно, хотела бы.

Мейрид. Пусть будет довольна тем, что у нее есть.

Падрайк. А ты становишся грубой.

Мейрид. И горда этим.

Падрайк. Поцелуй меня еще.

Мейрид. Угу.

Падрайк. (целуются снова, пауза) Может быть, мы вместе уйдем из ИНЛА и учредим отколовшуюся группировку? Только ты и я.

Мейрид. А ты бы хотел этого?

Падрайк. Хотел бы.

Мейрид. Давай. А как мы назовем себя?

Падрайк. Я думал назваться «Армия Малыша Томаса», если ты, конечно, не возражаешь.

Мейрид. Отлично, звучит просто чудесно. «Армия Малыша Томаса». Супер. Каким будет наше первое дело?

Падрайк. Наша первое дело – найти ту сволочь, которую я тут пытал на днях. Он был у меня уже в тисках, но несчастье с Томасом заставило меня быть с этой дрянью мягким. Я только чуть-чуть его поддел. Он стал мне втирать про стригущий лишай, а это оказалось полной фигней. «Надо вдавить пилюли в сыр». Клянусь Томасом, у него вообще никогда не было кота.

Мейрид. Достойное дельце, по-моему.

Падрайк. Самое достойное на данный момент.

Мейрид. Нам нужно составить список важнейших дел на будущее. От первого пункта до двадцатого. Самое важное.

Падрайк. У меня уже был такой список, но я потерял его в автобусе. Что должно быть в самом начале списка?

Мейрид. Люди, которые мучают котов без всякой причины.

Падрайк. Отличная мысль. Хотя… (Пауза.) Могу я тебе кое в чем признаться, Мейрид? Я сегодня утром убил одного кота. Но у меня была причина.

Мейрид. Какая?

Падрайк. Он выглядел негигиенично. Наполовину был в каком-то черном говне.

Мейрид. Ну это не считается. Я тоже не люблю негигиеничных котов. Я имела в виду только тех, кто убивает миленьких чистеньких кошечек. Вот как мой кот. Я хотела сейчас с ним попрощаться, но он куда-то запропастился. Давно его уже не видела. Он мой лучший друг на всем белом свете, но что-то его нигде нет. Небось где-нибудь шляется, флиртует.

Падрайк. А мой кот уже больше никогда не будет флиртовать, хотя он всегда был знатным котярой.

Мейрид. Падрайк…

Падрайк. О, Мейрид, все, о чем я на самом деле мечтаю, это чтобы Ирландия была свободна. Свободна для детей, чтобы они носились по ней как угарелые и мирно играли во что им вздумается. Свободна для девушек и парней, чтобы они танцевали и пели вместе. Свободна для котов, чтобы они гуляли сами по себе без страха быть застреленными. Многого ли я требую, а, скажи мне, Мейрид?

Мейрид. Мне кажется, нет, Падрайк. Мне кажется, нет. Мы возьмем Малыша Томаса с собой или похороним его здесь?

Падрайк. Мы возьмем его с собой. Я сделаю для него стеклянный домик, чтобы он там жил, чтобы он был всегда рядом с нами.

Мейрид. (встает) А распятие?

Падрайк. (встает) Нет. Крест туда не влезет. Я лучше сорву для него хризантем.

Держа друг друга за руки, они выходят к Донни и Дейви.

Падрайк. Ну как продвигается работа, парни?

Донни. Мы почти все сделали, Падрайк. Вот-вот закончим.

Падрайк. Наскольку я вижу, вы еще далеки от финала. Еще не срезана кожа с пальцев. Не выбиты зубы. А к одноглазому Кристи вы еще даже не приступили. А ты говоришь: «Вот-вот закончим». С такими темпами вы закончите через неделю.

Дейви. Да я вообще не понимаю, почему это мы должны делать эту работу! Это не мы их укокошили. Если бы это сделали мы, то нет проблем. Но ведь это вы натворили.

Падрайк. Опять борзеешь?

Дейви. (себе под нос) Ну типа да.

Падрайк. Чего?

Дейви. Не борзею я, не борзею я!

Падрайк. Я бы давно вышиб твои сраные мозги, придурок, только с некоторых пор ты же мой племяш. Это никуда не будет годиться, если я прострелю голову моему любимому шурину.

Мейрид бросает на Падрайка взгляд, полный любви и восхищения.

Мейрид. А что у нас скоро будет свадьба, да, Падрайк Осборн?

Падрайк. Да. Скоро будет точно. Как только доделаем нашу работу.

Мейрид. Когда освободим Ирландию!

Падрайк. Да, когда освободим Ирландию!

Долго целуются.

Донни. Да, ждать им придется долго.

Дейви. Сто лет будут ждать.

Донни. Когда они поженятся, мы ж с тобой тоже породнимся.

Дейви. (с презрением) Точно, блин.

Донни. Что такое?

Дейви. Ты думаешь, мне будет приятно породниться с бешеным придурком и его отцом, который избивал свою жену?

Донни. А ты думаешь, мне будет приятно породниться с толстожопым пидарасом и душителем котов?

Дейви. (тихо, с ужасом) Блядь! Мы же про кота забыли!

Дейви подходит к окровавленной корзине на столике, убеждается в том, что она пуста, отставляет корзину, осматривается, заглядывает под мебель, шарит рукой в труднодоступных местах, наконец находит в шкафу ошейник с надписью «Сэр Роджер». Уже хочет выкинуть ошейник за разбитое окно, как тут Падрайк и Мейрид дают друг другу отдых после долгого поцелуя.

Падрайк. Твое платье, боже! Ты где-то уже вымазалась в крови.

Мейрид. Ну и что? Красный идет к любой одежде.

Падрайк. Ну по Ольстеру лучше не ходить в окровавленном платье.

Мейрид. Да кто заметит, Падрайк?

Падрайк. Туристы заметят. Давай, девочка, смени его или выстирай.

Мейрид. Я сейчас его прополощу.

Дейви выбрасывает ошейник за окно.

Мейрид. Ну вы закончили уже?

Дейви. Нет еще.

Мейрид. Режьте, режьте.

Дейви. А я чем занимаюсь?!

Мейрид. Ха-ха. И этот придурок будет еще говорить мне что Падрайк бешеный.

Она идет в сторону ванной.

Минут пять, и мы двинемся в путь.

Падрайк. Давай скорее.

Мейрид. Хорошо.

Мейрид целует его и входит в ванную.

Падрайк. (кричит ей вслед) Ой, слушай, я забыл, там на полу валяется тот грязный кот, которому я кишки наружу выставил.

Челюсть Дейви медленно отвисает, он смотрит на дверь ванной, ожидая реакции.

Падрайк. (Дейви) А ты разве говорил, что я бешеный?

Дейви. (с отсутсвующим видом) Да.

Падрайк. Что?

Дейви. Что?

Падрайк. Я спрашиваю тебя, ты говорил когда-нибудь, что я бешеный?

Дейви смотрит на Падрайка, который еще ни о чем не подозревает.

Падрайк. Ну ладно, глупая твоя рожа, ну какой же ты смешной. Иди работай. Или ты думаешь, что трупы сами себя разрежут?

Донни. Нет, не разрежут. Дейви, в чем дело? Иди сюда, давай выбьем этим зубы.

Дейви. (с отсутствующим видом) Давай выбьем.

Присаживается на колени рядом с Донни и начинает флегматично выбивать зубы у трупа. Его глаза внимательно следят за дверью в ванную.

Все хуже и хуже, хуже и хуже.

Донни. Что ты болтаешь, Дейви?

Дейви. Все хуже и хуже.

Падрайк. Да он какой-то совсем дурной у тебя.

Донни. Он просто еще ребенок. Это так кажется, что он ни черта не понимает. (Пауза. Распиливая труп.) Оказывается, парни, позвоночник очень трудно распилить.

Падрайк. Серьезно? А ты представь себе, что это хребет твоего злейшего врага, и станет легче.

Донни. Ага, представил. Пошло.

С отсутствующим взглядом в проеме двери ванной появляется Мейрид. У своей груди она держит окровавленный труп почерневшего Сэра Роджера. Сейчас ее видит только Дейви.

Донни. Я тебя уже поздравил с помолвкой?

Падрайк. Нет еще.

Донни. (вставая) Мои поздравления, сынок.

Падрайк. Спасибо, старик.

Донни пожимает Падрайку руку. Мейрид входит в комнату, Падрайк смотрит на нее.

Падрайк. О, да ты посмотри на себя. Мы подходящая пара. У каждого по коту. Кто скажет, что у нас нет ничего общего, кроме желания покончить со всякой сволочью? Нет, наверное, я не должен так шутить. Хотя бы ради Малыша Томаса.

Мейрид. И хотя бы ради Сэра Роджера.

Падрайк. Сэр Роджер, это кто? Сэр Роджер Кейсмент?[25]

Мейрид. Ага.

Падрайк. Зачем тебе сдалась эта грязная дохлая кошка, Мейрид?

Мейридосторожно отдает Сэра Роджера Дейви, зловеще ему улыбаясь. Окровавленной рукой взъерошивает свои волосы. Идет к Падрайку. Он сидит на столе, за его спиной лежат два револьвера. Он нежно дотрагивается до ее щеки, она начинает тихо напевать «The Dying Rebel».

Мейрид. (поет) «The night was dark and the fight was ended…»[26]

Падрайк подпевает.

Вместе. «The moon shone down O’Connell Street…»[27]

Мейрид. Поцелуй меня, Падрайк.

Падрайк сливается с ней в страстном поцелуе, в это время руки Мейрид тянутся за пистолетами. Она берет по пистолету в каждую руку, медленно подымает их и подводит стволы к голове Падрайка. Падрайк ни о чем не подозревает. Донни с ужасом смотрит на них. Поцелуй завершается.

Падрайк. Как там дальше, Мейрид? (Поет.) «The moon shone down O’Connell Street…»

Мейрид. В моем котике не было ничего негигиеничного.

Падрайк. (пауза) Нет, там что-то было про гибель храброго солдата, по-моему.

Мейрид. Точно.

Выстреливает в голову Падрайка из двух стволов. Падрайк обрушивается спиной на стол, умирает с Томасом в руках и широко открытым ртом. Мейрид смотрит на револьверы, через некоторое время продолжает песню. (поет)

«I stood alone where brave men perished. Those men have gone, their God to meet».[28]

Она вставляет стволы револьверов Падрайку в рот, оставляет их там и медленно, с необыкновенной нежностью забирает своего кота у Дейви.

И этого тоже, козлы, распилите.

Донни. Слушай, нехорошо, наверное, просить меня распилить собственного сына!

Дейви. Эй, я не собираюсь тут один все делать! Я предупреждаю.

Мейрид. Один из вас разрежет Падрайка, другой разрежет того мудака с крестом в глотке. Мои приказы не обсуждаются и не отменяются. С вами, сукины дети, лейтенант говорит.

Дейви. (Донни) Это справедливо. Так и решим.

Донни. Согласен.

Мейрид берет в руки рюкзак и ружье.

Дейви. Уйдешь в ИНЛА, Мейрид?

Донни. (перед тем, как начать резать труп Кристи) Конечно! Ведь в ИНЛА больше никого не осталось! Все умерли!

Мейрид. Нет, Дэвид. Я хочу остаться здесь. По крайней мере, на некоторое время. Я раньше думала, что убивать людей – это забавно. А, оказалось, что это скучно.

Дейви. Да, это быстро наскучивает.

Мейрид. Угу.

Донни. Угу. Переходи на коров.

Мейрид бросает злобный, мрачный взгляд в сторону Донни.

Донни. (испуганно) Это я просто так нервно переживаю смерть моего сына, Мейрид.

Мейрид. (пауза) Мы с Сэром Роджером пошли домой. Давайте, режьте поскорей.

Дейви. Ага.

Донни. Ага.

Видно, что Донни и Дейви не торопяться приступить к работе.

Мейрид. (гневно) Давайте, я сказала! Это приказ!

Донни и Дейви всячески выражают недовольство, но тут же становятся на колени и продолжают работу.

Мейрид. И готовьтесь. Завтра я проведу расследование, чтобы подтвердить мои самые скверные предположения. Надо выяснить, как Сэр Роджер оказался в этом доме, а также кто и зачем его перекрасил.

Донни и Дейви вздрагивают, их головы уходят в плечи, они начинают резать тела еще усердней.

Мейрид. (поет) «My only son was shot in Dublin, fighting for his country bold. He fought for Ireland and Ireland only. The harp and shamrock, green, white and gold».[29]

Мейрид уходит. Как только Донни и Дейви убеждаются, что она ушла, они прекращают работать. Стоя на коленях, они хватаются за головы и начинают стенать.

Дейви. Когда же закончится этот ад? Будет ли когда-нибудь конец?

Донни. По-моему, нет.

Небольшая пауза. Скребясь, черный кот вылезает из дырки в стене слева, садится на пол или вскарабкивается на полку, и там прохаживается. Донни и Дейви смотрят друг на друга, затем медленно всматриваются в кота.

Дейви. Это что еще за кот, черт его возьми?

Донни встает и подходит к нему, рассматривая детально.

Донни. (слабея) Малыш Томас, сукин сын! Это же сам Малыш Томас, ебать его в рот!

Дейви. Нет!

Донни. Да!

Дейви. Как это?

Донни. Все эти два дня эта сволочь где-то шлялась по бабам!

Дейви. Юбку искал, котяра сраный!

Донни. Тварь какая!

Дейви встает и смотрит на кота в руках Падрайка.

Дейви. А тогда это что за кот?

Донни. Какой-то приблудный получается, похожий на Малыша Томаса.

Дейви. Ну что же выходит, весь этот террор абсолютно на пустом месте?

Донни. Выходит, что так!

Дейви. Все потому, что этот сукин сын где-то шлялся два дня! Четыре трупа, две дохлых кошки… мои волосы! Я ничего не пропустил?

Донни. Твоя сестра убита горем.

Дейви. Моя сестра убита горем.

Донни. Израсходован весь гуталин.

Дейви. Эту сволочь надо пристрелить!

Донни. Думаешь?

Дейви. (пауза, задумывается) А ты?

Дейви медленно поворачивает голову назад, смотрит на пистолеты во рту Падрайка. Показывает на них большим пальцем. Они смотрят друг на друга, затем вскакивают и берут в руки по пистолету. Донни берет кота с полки или оттуда, где он находится в данный момент, и несет его на стол к трупу Падрайка. Взводят курки и медленно наставляют пистолеты на кота.

Донни. Но Дейви…?

Дейви. Что?

Опускают пистолеты.

Донни. По-моему, в этом доме было достаточно смертей.

Дейви. (пауза) Нет.

Донни. Еще одна смерть не повредит!

Они снова наставляют стволы на кота. Видно, что их руки дрожат.

Донни. На счет три.

Дейви. Давай.

Вместе. (пауза) Раз… (Пауза.) Два… (Пауза.) Три!

Длинная пауза, руки дрожат, зубы скрипят, дыхание сперто. Никто из двоих не в силах нажать на курок.

Донни. (скрипя зубами) Может, мы оставим бедняку в покое, а, Дейви?

Дейви. (скрипя зубами) Давай, Донни.

Донни. Давай!

Дейви. Давай!

Они с облегчением выдыхают. Сердца колотятся. Кладут пистолеты на стол, гладят и ласкают кота, стараясь восстановить дыхание.

Дейви. Ну что ты, Малыш Томас… Ну… Маленький…

Донни отсыпает Малышу Томасу немного «Вискас».

Донни. Ну, ну, малышка, давай. Ты уже дома, маленький. Ты дома.

Дейви. Все хорошо, малыш.

Донни. Все хорошо, черт тебя побери.

Свет медленно гаснет, если кот начинает есть «Вискас».

Донни. Я же тебе говорил, Дейви, он обожает «Вискас»!

(Если кот не притрагивается к «Вискас», то финальная фраза должна быть такой:

Дейви. Я же тебе говорил, Донни, что он ненавидит «Вискас»!)

Затемнение


Сцена восьмая | Лейтенант с острова Инишмор | Примечания