home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава пятнадцатая

Сквозь дарданов

Вернувшись на берега Истра с пятью сотнями конных солдат, из которых Иллур разрешил ему сделать моряков и морпехов, пополнив команды кораблей, скифский адмирал остался доволен увиденным. Токсар времени зря не терял. Он согнал почти всех бойцов на берег и, судя по результатам, заставил их трудиться днем и ночью. Проделанный объем работ впечатлял — имевшиеся ворота были отстроены заново, а стены заботливо подправлены стащенными со всей округи камнями. Крепость уже почти возродилась. Впрочем, было еще что доделать.

— Надо башни тоже привести в порядок, — решил Ларин, после осмотра произведенных Токсаром работ, — и поставить на них несколько метательных машин с кораблей.

— Зачем? — удивился верный помощник. — Разве мы здесь надолго останемся?

— Надолго, — подтвердил Леха, осматривая живописные окрестности, вид на которые открывался с вершины прибрежного холма, — Иллур приказал сделать из этой крепостицы такую, чтобы ни за что было не взять. Здесь у нас будет новый перевалочный лагерь, откуда в Македонию двинемся.

Он оторвал взгляд от реки и перевел его на бородатого скифа.

— В общем, будем укреплять дальше, — решил он, — кроме башен, на которые надо еще камней привезти, думаю, надо построить крепкую пристань. Возьмешь плотников, что корабли мне чинили, и туда отправишь. Мастера у нас, хвала богам, имеются.

— Я еще задумал частокол вокруг холма вкопать на половине полета стрелы, — поделился соображениями Токсар, — а напротив главных ворот даже двойной соорудить. Не так быстро враг подойти сможет.

— Тоже дело, — похвалил Ларин помощника, — соображаешь, Токсар. Слушай, может тебе в инженеры пойти? А что, отправим тебя к грекам, подучишься.

Но, увидев нахмуренное лицо скифа, Леха хлопнул его по плечу, добавив.

— Ладно, не дуйся, пошутил я. Делай пока, что задумали.

Так прошла еще неделя. Погода неожиданно испортилась, зарядили дожди. Военные строители поневоле, барахтаясь в грязи, устанавливали частокол из свежеструганных бревен вокруг каменистого холма. Вкапывая в твердую землю колья, они постоянно поглядывали на небо и молились богам, чтобы те прекратили это буйство воды. Прекратить работы до наступления хорошей погоды Леха наотрез отказывался — Иллур уже получил сообщение, что крепость почти готова и выдвинулся с армией в сторону Истра. Пристань, которую адмирал лично инспектировал трижды в день, раздавая тумаки и награды плотникам, вышла на славу. К ее нескольким пирсам могло причалить не меньше пятнадцати триер. Чуть поодаль Леха приказал построить еще одну, поменьше, для торговых судов. На случай развития торговли с окрестными народами, если Иллур решит все же не идти дальше вверх по Истру, просто захватив их. В общем и целом укрепления получились знатными. Конечно, о том, чтобы разместить в крепости всех воинов Иллура не шло и речи, но к концу недели Леха был готов принять здесь небольшую армию.

За это время дарданы никак не побеспокоили вгрызавшихся в берег скифов. Аргим постарался обезопасить новый порт на берегу Истра от набегов местных воинственных жителей. По сообщениям, которые скифский военачальник присылал адмиралу с гонцами, он продвинулся в глубь территорий дарданов не слишком далеко — по Лехиным подсчетам километров на двадцать, — но, встретив перед собой множество крепостей и укрепленных поселений в нарождавшихся горах, снизил темп продвижения. Конница захватила близлежащие долины, но для штурма крепостей ей не хватало поддержки пехоты Ларина, а он продолжал сидеть на берегу, занятый строительством. Впрочем, самого адмирала это устраивало. Он решил дождаться Иллура и уже с ним двигаться в горы, снова сменив флагманскую триеру на коня.

Дарданы, по сообщениям Аргима, оказывали жестокое сопротивление. Это был многочисленный и воинственный народ, у которого имелась мощная армия из конных и пеших воинов, уже потрепавших авангард скифов в нескольких открытых сражениях. Но и скифы не вчера родились. Аргим продолжал теснить их все дальше в горы, где, по данным разведки, в хорошо укрепленных долинах находились их главные города. С севера наступали македонцы. И дарданы вели яростную войну на выживание, обороняясь и контратакуя на двух фронтах. Слушая донесения, Ларин отчетливо понимал, что еще успеет повоевать с дарданами. Быстро они не сдадутся. А потому спокойно достраивал крепость и ожидал подхода основных сил.

На исходе восьмого дня дожди закончились и почти сразу ему доложили, что на противоположном берегу появилась конница. Выйдя на только что отстроенную башню, откуда открывался отличный вид на реку, Леха вдохнул напоенный ароматом свежести воздух, приставил ладонь ко лбу и в лучах вечернего солнца, разглядел приближавшиеся полки.

— Ну, вот и братец пожаловал, — пробормотал Леха и добавил, обернувшись к Токсару, что ходил за ним по пятам, словно тень, — начинается новая жизнь.

Он не ошибся. Едва переправившись на другой берег, тридцатитысячная конная армия царя скифов расположилась лагерем вокруг крепости. И в наступивших сумерках на берегу было уже не протолкнуться от юрт и лошадей, изредка оглашавших окрестности своим ржанием. Зажглись костры. В воздухе запахло ароматом горячей пищи.

— Хорошую крепость построил, Ал-лэк-сей, — похвалил Иллур, осмотрев наутро восстановленные сооружения, — но не пристало скифу отсиживаться за стенами. Ты хороший моряк, но дальше нам нужно двигаться посуху. Не забыл еще, как на коне сидеть?

— Да как же я забуду, — усмехнулся Леха, задумчиво почесав бороду, — до твоей ставки только так и можно было добраться. На корабле туда не доплыть.

— Это верно, — в свою очередь улыбнулся Иллур, оглядывая бесконечные долины, начинавшиеся на другом берегу и тянувшиеся до самого горизонта, — много земель мы захватили. И без конной армии их не удержать. Но и к морю греческому мы еще вернемся. А пока я хочу захватить горы дарданов, за которыми лежит Македония. А там и до другого побережья недалеко.

Леха не стал спорить. Горы так горы. Опорную базу для флота в среднем течении Истра они устроили на славу. Вчера он получил известия с побережья Малой Скифии, от командира эскадры квинкерем, что появлялись греки, но были отброшены. Серьезных потерь нет. Иллур уже отправил туда пятитысячный корпус для укрепления порядка в новых землях, а сам адмирал организовал регулярное патрулирование по реке своих бирем и триер, чтобы случайно не затронутые войной местные жители не подумали считать себя свободными. Так что побережье и вся река вплоть до этих мест теперь контролировалась флотом скифов. А берега и глубинные земли — их конницей. Можно было и в горы подаваться. Навстречу к македонцам, громившим дарданов где-то в южных ущельях Балкан, или Гема, как здесь называли эти горы.

На следующее утро почти вся армия, — Иллур оставил здесь только тысячу воинов, — снялась с места и направилась вверх по долине. Ларин был удивлен, что его кровный брат привел с собой далеко не всех имевшихся в его распоряжении воинов. Впрочем, пообщавшись с Иллуром, выяснил, что обескровленный корпус Арчоя, обогнувшего Карпаты, а также воинство Тарнары, куда вновь входили и амазонки Исилеи, Иллур оставил в землях гетов, защищать его новые границы на западе. Там, где еще обитало немало воинственных племен, не испытавших пока на себе тяжелую поступь скифских коней и ударов его «бронированной» армады. Среди них было немало кельтов, о силе и несговорчивости которых Ларин был наслышан от своего карфагенского друга. Много войск Иллур оставил и в северных землях гетов, примыкавших к горам и новым владениям скифов, — Тире и Ольвии. Не говоря уже о самих этих городах. Разросшаяся кочевая империя требовала теперь гораздо больше войск для защиты своих границ. Но Иллур, похоже, не собирался останавливаться на достигнутом. Ведь лучшая защита — это нападение. А если вспоминать о тайном соглашении с Ганнибалом, предстояло захватить еще множество земель и, если не по Истру, то по самому побережью Адриатики, дойти аж до Северной Италии. А там схлестнуться с легионами Рима. Поэтому Ларин был не удивлен, когда Иллур поведал ему о наборе рекрутов в конные и даже пешие полки.

— Вся конница Палоксая, что сбежала с поля боя, теперь служит мне, — рассказывал ему кровный брат, покачиваясь в седле, — набралось почти четыре тысячи человек.

— Они даже не переметнулись к грекам? — изумился адмирал, внимая словам Иллура.

— Нет, — ухмыльнулся царь, — они вспомнили, что родились скифами. Сами вернулись ко мне, и я не казнил их.

Он скользнул взглядом по окрестным скалистым холмам, становившимся все круче, и продолжил свою мысль.

— В наказание я отправил их в набег на земли греков. И они отлично справились, сотни деревень, принадлежавших Томам и Одессу, сожжены. Берега Истра хорошо защищены. А греки в панике ожидают нападения на свои города.

— То-то я думаю, отчего они вдруг решились напасть на наше побережье, — задумчиво проговорил Ларин, понятия не имевший о набегах на греков, — а это была месть.

Честно говоря, он был немного обижен, ведь кровный брат его даже не проинформировал о своих действиях. «Впрочем, он царь. Ему виднее. А мне тогда не до греков было, — быстро успокоился адмирал, — и тут забот хватало».

— Все племена, что живут по берегам Истра, — развивал перед кровным братом свои планы Иллур, — все, кто жил под Палоксаем, в крайних землях греков, их данники и дальше, до самых этих земель, тоже пойдут служить в мою армию. Мне нужно больше солдат.

— Трибаллы не пойдут, — осмелился возразить адмирал, вспомнив отчаянное сопротивление небольшого народа, который они с Аргимом почти истребили.

— Пойдут, — отмахнулся Иллур и добавил таким тоном, словно говорил о судьбе животных, не стоивших внимания. — А если ты прав, то о них больше никто никогда не услышит.

— Тогда нам придется истребить и всех дарданов, — предупредил Ларин, посмотрев вперед, на зелено-желтые скалы, возвышавшиеся в половине дневного перехода.

— Филипп только поблагодарит меня за это, — усмехнулся Иллур, в глазах которого горел огонь, — а, может быть, даже пришлет золота. Ведь дарданы давно беспокоят его северные земли набегами. И он сам не раз ходил на дарданов, выжигая целые города, но они до сих пор не сломлены.

— Мы могли бы обойти их по реке, — предложил адмирал, — и выйти к Македонии чуть дальше.

— Там живут скордиски, а они служат македонцам, — отмахнулся от такого предложения Иллур, — Они отказались пропустить мою армию. А если я принудил бы их силой, то Филипп мог бы меня неверно понять.

«Ишь ты, как заговорил, дипломат просто, — удивился Ларин. — Так вот почему мы не двинулись дальше вверх по реке. Там обитают данники наших союзников. Ну да ладно, меньше народу положим. А крепость-то не зря отстроили, не ровен час, еще может пригодиться».

Свободное продвижение по землям дарданов закончилось только через пару дней. Все это время Ларин, ехавший рядом с вождем скифов, замечал по сторонам сожженные деревни и разрушенные укрепления. Десятки трупов отмечали путь скифского авангарда, пролегавший по тем же долинам много дней назад. А когда они въехали в обширную долину, где на берегу горной реки стоял разрушенный город дарданов, то счет трупам пошел на сотни и тысячи. Никто их не убирал и не хоронил, а потому над окрестностями сожженного города кружили сотни стервятников.

— Похоже, здесь была жестокая битва, — заметил Леха, осматривая усыпанные трупами дарданов и скифов тела.

Мертвые лошади говорят о том, что скифам здесь противостояла и конница дарданов. Судя по искусно сделанным доспехам всадников, а также разукрашенным щитам, мечам и обломкам копий, видневшимися повсеместно, дарданы неплохо умели изготавливать оружие и защиту от него. Но это мастерство не спасло их от натиска скифских орд.

Часть метательных орудий Иллур приказал снять с кораблей и взять с собой, а своего кровного брата назначил командиром обоза. Так что теперь Леха вновь был старшим артиллеристом, чему в особенности обрадовался Токсар. В его распоряжении находилось теперь пять баллист и три катапульты, разобранные и погруженные на телеги. Такого арсенала могло вполне хватить для штурма небольшой крепости. И эта крепость не замедлила объявиться.

На следующее утро, когда их повстречал разъезд, посланный Аргимом, скифы мощным потоком влились в очередное ущелье, сразу заметив у перевала крепость дарданов, под которой лагерем стояло воинство Аргима. И стояло, судя по всему, довольно давно. Крепость была невелика, но выстроенная почти у самого перевала, надежно преграждала путь в следующую долину, запечатав единственную дорогу. Продвинуться дальше можно было, лишь взяв ее или совершив обходной маневр.

— Мои разведчики обшарили все соседние долины, — ответил на это предложение адмирала Аргим, — но в каждой из них перевалы закрыты крепостями. Обойти все перевалы можно, лишь совершив проход по землям скордисков или вернувшись обратно по реке. Но это долго, да и нет уверенности, что с другой стороны нас не встретят подобные укрепления.

— Мы не будем делать ни того, ни другого, — решил Иллур, осмотрев подступы к крепости издалека. — Ал-лэк-сей, сколько тебе понадобится времени, чтобы разбить ворота своими машинами?

Ларин присмотрелся. Крепость была небольшой, всего пара башен, не считая той, в которую упиралась дорога. Мост через ров, по которому шумел горный ручей, поднят. Стены не очень высокие, но хорошо сложены. Не расшатать. А за счет своего расположения на самой высокой точке, это укрепление вполне могло держаться сколь угодно долго, получая припасы из соседней долины. Даже отсюда было видно, как дарданы в кольчугах сновали к перевалу и обратно, абсолютно не беспокоясь насчет скифов. Стрелы доставали до стен только с близкого расстояния. Об окружении и речи быть не могло. Разве что забросить туда, поднявшись по отвесным стенам, отряд подготовленных бойцов-альпинистов или дивизию «Эдельвейс», но об этих солдатах из прошлой жизни Ларин приказал себе забыть. Был бы порох, можно было бы устроить небольшой взрывчик. Но пороха тоже не было. Хотя Ларину и приходили в голову иногда мысли использовать то, чему его учли когда-то в школе морпехов. Но даже для черного пороха, кроме известных с древности серы и древесного угля, нужна была селитра. А к ней первые «бомбисты» шли не одно столетие. В этом времени ее просто еще не существовало. Во всяком случае, если что и было, то Ларин понятия не имел, где это взять.

Разглядывая крепость дарданов, Леха вспомнил о зажигательных снарядах, которые Калпакидис научил изготавливать скифов вместе с метательными машинами. Адмирал прихватил с собой несколько горшков с этой смесью, состава которой не знал. Ну не был он химиком от природы. Заряды напоминали уже известный ему «греческий огонь», пахли отвратительно и могли только поджечь что-нибудь, но никак не взорвать. Приходилось, однако, довольствоваться тем, что есть.

«Эх, — сокрушался Леха, поглядывая на обнаглевших дарданов, совершенно бесстрашно расхаживавших вдоль стен со своими разукрашенными щитами, — знал бы заранее, взял с собой самого Калпакидиса. Тот что-нибудь обязательно придумал бы. Особенно, если пытнуть каленым железом. У греков от этого фантазия быстро просыпается».

— Трудновато, — проговорил наконец адмирал, закончив свои наблюдения.

— Вот если бы орудия поставить чуть повыше, так чтобы доставали тех, кто стоит на стенах и за ними, — мечтательно заметил начальник осадного обоза, — тогда можно было бы разбить или захватить ворота. Хотя они и выглядят очень крепкими. А просто так снизу таран подкатить, очень много людей положим.

— Хорошо, — неожиданно согласился Иллур, приняв решение, — к ночи построить курган из камней и начать осаду. Не позднее чем завтра мы должны взять эту крепость. Я оставлю вам несколько тысяч всадников, а сам встану лагерем в соседней долине. Тут нет места для всей армии. Утром я вернусь, и двинемся дальше.

Сказав это, скифский царь развернул коня и направился в обратную сторону, ничего больше не собираясь обсуждать. У Ларина от такой перспективы даже челюсть отвисла. Он перевел взгляд на Аргима, но тот был спокоен. Конечно, не ему же надо на стены лезть.

— Ну надо так надо, — развел руками морпех.

Впрочем, и Аргим без работы не остался. Его люди собирали по всей долине камни и свозили их к самой крепости, сваливая на другой стороне рва под настороженными взглядами дарданов. Защитники крепости пытались обстреливать их из луков, чтобы задержать строительство кургана. Но конные скифские лучники, специально выдвинутые вперед к стенам, не давали дарданам особенно разгуляться.

Для ускорения процесса, Леха даже выделил несколько телег из обоза для перевозки особо крупных камней. А все конные скифы привозили к месту строительства насыпи такие камни, какие только могли поднять на коня. К своему удивлению перед самыми сумерками напротив крепости возвышался курган высотой почти в две трети стены, которая на глаз доходила до шести метров.

На плоской вершине вытянутого вдоль стен кургана Ларин смог разместить четыре орудия. Две баллисты и две катапульты. Больше не уместилось, но и этого было достаточно для того, чтобы убедить дарданов в серьезности намерений. Еще не было сделано ни одного выстрела, а дарданы мгновенно оценили опасность и даже предприняли контратаку.

Не успели скифы втащить последнюю баллисту на курган, как перекидной мост со скрипом опустился на этот берег и по нему хлынули сотни пехотинцев в кольчугах, со щитами и копьями. Нападение было направлено на холм, с которого дарданы хотели сбросить угрожавшие им машины. Но Аргим не спал, и его конница мгновенно опрокинула дарданов в реку.

Атака, тем не менее, была столь стремительной, что несколько десятков бойцов из крепости все же прорвались к машинам в тот момент, когда там как раз находился Ларин с Токсаром. Охранявшие курган пешие лучники встретили наступавших градом стрел, но дарданы, не обращая внимания на потери, прорвались сквозь их строй и, умертвив многих, устремились к вершине.

Наблюдая эту атаку, Ларин решил, что нападение совершают камикадзе, ценою своих жизней решившие отвести опасность от крепости. На вершине холма, кроме него и Токсара находилось всего человек пятнадцать скифов-пехотинцев, которые должны были вскоре начать стрельбу из машин.

— Мечи к бою! — крикнул Леха, увидев, что все попытки остановить дарданов на подступах не увенчались успехом и наверх карабкаются, охватив курган полукольцом, человек двадцать в плоских шлемах, со щитами и копьями. Разъяренные лица защитников крепости Леха уже не видел, быстро наступали сумерки. Но тусклое мерцание доспехов и наконечников копий, передвигавшееся по кургану вверх, говорило, что опасность уже близко.

Он едва успел выстроить на краю кургана своих артиллеристов, поручив Токсару правый фланг, как снизу показались первые дарданы, и завязалась схватка. Ларин, у которого не было с собой щита, едва увернулся от резкого выпада копьеносца, поразившего в бок стоявшего рядом бойца. Скиф, ждавший удара с другой стороны, глухо вскрикнул и повалился на камни. А Ларин, понимая, что его жизнь зависит от быстроты реакции, рубанул с размаху по руке дардана и отсек ему предплечье вместе с зажатым в ладони копьем. Дикий рык раненого был подтверждением, что морпех не промахнулся Но на всякий случай Леха ударил противника мечом в шею, окончательно решив вопрос. Затем, увидев рядом следующего бойца, он подхватил копье и метнул в него. Бросок оказался точным. Копье поразило дардана в грудь, выйдя из спины.

— Хреновые у вас кольчуги, ребята, — заметил на это Ларин, быстро подхватывая с земли щит и принимая на него удар очередного копья.

— Хреновые, — повторил он, вонзив свой меч в грудь дардану, когда острие клинка адмирала, пробив металлические кольца, вошло в плоть, — поучились бы у кельтов.

Дарданы успели перебить половину его артиллеристов и повредить одну катапульту, к тому моменту как снизу подоспели скифы. Впрочем, Леха почти справился своими силами.

— Жаль артиллеристов, — сокрушался он чуть позже, когда, заменив солдат новичками, готовился к первому обстрелу крепости, — обученные были солдаты.

— Ничего, — успокоил его раненный в левую руку Токсар, находившийся тут же, — хватит и тех, что есть.

Он оказался прав. Обстрел начали уже в темноте и, чтобы видеть лучше, куда посылать ядра, решили для начала подсветить цель, забросив в крепость несколько зажигательных снарядов. Эффект превзошел все ожидания. Нет, в пороховой погреб, конечно, не угодили. Его еще в природе не существовало. Но зато попали в склад, где хранились бочки со смолой, отчего в осажденной крепости быстро начался пожар.

— Вот так вот, — радовался Леха успехам своих канониров, наблюдая за метавшимися в огне дарданами, — а ну давай вон в ту башню целься, смотри, сколько их там собралось.

Через час, когда пожар охватил крайнюю башню и прилегавшие к ней дома и амбары, дарданы не выдержали. Мост вновь опустился, и они пошли на новый приступ. На этот раз атака была подготовлена лучше. Дарданов высыпало из крепости человек триста пеших, за которыми последовала конница, еще не меньше сотни. И вскоре у подножия холма завязалось настоящее сражение.

Но и Леха на этот раз подготовился лучше, предвидев подобное развитие событий. Курган с баллистами охраняло почти шестьсот конных лучников и копейщиков, пробиться с ходу через которых не представлялось возможным. А потому артиллеристы продолжали «утюжить» постройки за крепостными стенами, даже когда бой приблизился к самому кургану.

Наблюдая за этой контратакой, Ларин неожиданно увидел иной, более быстрый способ захвата крепости. Он был прост, как все гениальное. Дарданы слишком увлеклись атакой и, видимо, желая выслать новые отряды на помощь сражавшимся, не закрыли ворота. Но прорваться к ним можно было, только сломив сопротивление сотен контратаковавших дарданов. Аргим, похоже, тоже заметил открытые ворота, сквозь которые из крепости постоянно просачивались пехотинцы, и рвался к ним. Но на это требовалось время. А пока Ларин приказал перенести стрельбу на главные ворота.

— Поможем нашей коннице, — решил он, — а ну давай целься в ворота. Надо развалить их в хлам или хотя бы повредить так, чтобы закрыться не смогли.

На сей раз выцеливать взялся сам Токсар, жаждавший отомстить дарданам за ранение. И первое же ядро пробило в воротах огромную дыру. Второе ушло в перелет, а третье угодило в крайнюю балку, выбив ее из креплений. Ворота немного перекосило.

— Давай, Токсар! — заорал Леха увидев, что его план может сработать. — Еще пара таких попаданий и мы прорвемся внутрь. Они никогда их не закроют. Нечего будет закрывать!

И Токсар не подвел. Следующие ядра раздробили еще несколько бревен, окончательно перекосив ворота. Подъемный мост тоже удалось повредить. И к тому моменту, как по нему проскакала конница скифов, опрокинув в ров противника, закрыть ворота было уже невозможно. Дарданы яростно сопротивлялись, попытавшись забаррикадировать проем. Но скифов было уже не остановить. Новым ударом всадники Аргима вышибли дарданов из ворот и погнали по залитым огнями пожарища улицам небольшого селения, спрятавшегося за стенами горной крепости.

К рассвету желание Иллура исполнилось.


Глава четырнадцатая Пущенная стрела | Прыжок льва | Глава шестнадцатая Послы македонцев