home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава XIX

За две последующие недели Гарри Клифтон так и не смог осуществить намеченную великую экспедицию — неотложные дела требовали присутствия всех членов семьи в пещере. Все более насущным становился вопрос: во что одеваться? Заменить отсутствующие ткани могли только шкуры животных. Поэтому пришлось организовать охоту на тюленей. Дядюшке посчастливилось убить их полдюжины. Однако вскоре тюлени стали очень подозрительными, а затем и вовсе покинули островок. Попытки найти их след оказались безуспешными.

К счастью, на смену тюленям пришли другие животные, дюжина которых пала под стрелами, пущенными детьми 18 и 19 мая. Это были лисы с большими ушами,[116] похожие на длинноухих собак, с серо-желтоватой шкурой, более крупные, чем лисы обыкновенные. В результате значительно пополнились запасы меха. Миссис Клифтон не скрывала своей радости, а дядюшка просто искрился от счастья. Казалось, большего и желать невозможно. Тем не менее, когда мистер Клифтон спросил, не испытывал ли дядюшка в чем-либо недостатка, тот ответил весьма уклончиво, хотя и не стал уточнять, чего же именно ему недостает.

Наконец внутренние работы подошли к концу. Теперь мистер Клифтон мог исследовать побережье и выяснить, куда же забросила его судьба: на остров или на материк. В экспедицию решено было отправиться 31 мая, чтобы заодно установить конфигурацию берега и разузнать о природных богатствах приютившей их земли. Дядюшке Робинзону пришла в голову блестящая идея.

— Чтобы пробраться в глубь наших владений, — сказал он, — почему бы не воспользоваться водным потоком, любезно предоставленным в наше распоряжение природой? Поднимемся вверх по течению на шлюпке. Пойдем, пока река будет судоходной, а потом высадимся на берег. Но главное, шлюпка облегчит нам и обратный путь.

Этот план был принят единогласно. Оставалось решить последний вопрос: кто примет участие в экспедиции? Мистеру Клифтону очень не хотелось оставлять жену в пещере одну с маленькой дочерью, хотя мужественная женщина, безусловно, не стала бы возражать. Марк, осознавая, чего от него ждут, великодушно согласился охранять мать и сестренку. Но все понимали, каких мучений стоило это юноше. И тут на помощь пришел дядюшка.

— А что, если отправиться в путь всей семье? — предложил он. — Наступают прекрасные июньские деньки, ночи уже стали короткими, и потому переночевать в лесу можно без особенных проблем. Предлагаю всем без исключения принять участие в экспедиции. К тому же б'oльшую часть дороги мы проделаем на шлюпке и потому совсем не устанем.

Не стоит говорить, что такое предложение понравилось и взрослым и детям. Все тут же начали собираться. Для великой экспедиции миссис Клифтон запаслась вареным мясом, яйцами вкрутую, жареной рыбой. Дядюшка изготовил новые стрелы, закалил над огнем палки. В случае необходимости топору мистера Клифтона отводилась роль как наступательного, так и оборонительного оружия. Вопрос с огнем был решен следующим образом: трут разделили на две части; одну — тщательно смотали в клубок и бережно спрятали в пещере для разжигания огня после возвращения, вторую — взяли с собой. Несомненно, путешественники очень рассчитывали, что им попадется на глаза какое-либо вещество, способное заменить трут.

Накануне отъезда, то есть в воскресенье, все отдыхали и молились за благоприятный исход экспедиции. Мистер и миссис Клифтон наставляли детей. Да и дядюшка Робинзон не преминул поделиться с ними своими прочными и мудрыми принципами. Тридцать первого мая все проснулись с первыми лучами солнца. День обещал быть великолепным. Шлюпка уже стояла наготове. Дядюшка установил парус, надеясь воспользоваться благоприятным бризом, положил два весла, чтобы при необходимости плыть против ветра, и длинную бечеву из волокон кокоса — она заменяла корабельный канат.

Итак, шлюпку столкнули в море. В шесть часов утра все заняли свои места: Марк и Роберт — впереди, Джек и Белл — рядом с матерью посредине, дядюшка и Клифтон — сзади. Дядюшка управлял штурвалом, а Клифтон держал шкот паруса.

Ветер дул с моря. Легкий бриз вызывал рябь на поверхности моря. Крики животных и птиц оглашали воздух. Парус поднялся, и суденышко плавно устремилось в пролив, разделявший островок и побережье. Весьма кстати начался прилив: на протяжении нескольких часов приливная волна несла шлюпку вверх по реке.

За короткое время, подгоняемые ветром и приливом, они достигли северной оконечности островка, очутившись почти на той же высоте, что и река. Гарри Клифтон выбрал шкот паруса, и шлюпка устремилась вперед. Теперь утес перестал быть преградой для солнечных лучей, и золотые блики весело играли на водной глади. Фидо лаял от восторга, Джек радовался не меньше.

Дети узнали место своей первой стоянки, а миссис Клифтон показала мужу, где они перевернули шлюпку, превратив ее тем самым в крышу. Прилив стремительно увлекал за собой суденышко. Вскоре скалы первой стоянки скрылись из виду.

И вот шлюпка, мчавшаяся меж двух зеленеющих берегов, достигла той точки, где лес образовывал с рекой угол. Путешественники оказались под настоящим куполом из листвы. Ветви высоких деревьев переплетались между собой над поверхностью воды. Опавший парус стал совершенно бесполезным. Дядюшка попросил Марка и Роберта свернуть его, что те и сделали с величайшей аккуратностью. На всякий случай были приготовлены весла, однако в них пока не было необходимости: благодаря силе прилива шлюпка неслась с довольно большой скоростью. Поскольку скорость шлюпки сравнялась со скоростью водного потока, необходимость править рулем отпала, дядюшка прикрепил к корме весло и с его помощью придерживался нужного направления.

— Как живописны эти берега! — не уставал повторять Клифтон, любуясь извилистой рекой, скрывавшейся под обильной растительностью.

— Да, — согласилась мать, — природа создает удивительную красоту при помощи воды и деревьев!

— Вы еще и не то увидите, мадам, — откликнулся дядюшка Робинзон. — Повторяю, судьба нас забросила на восхитительную землю.

— Неужели вы уже исследовали реку? — поразилась миссис Клифтон.

— Конечно, — ответил Роберт. — Мы с дядюшкой пробирались по правому берегу среди лиан и зарослей.

— Какие чудесные деревья! — сказал Клифтон.

— Да, — согласился дядюшка. — Дерева нам хватит на самые разнообразные нужды.

Действительно, на левом берегу возвышались роскошные представители семейства ильмовых, драгоценные мелколистные вязы, высоко ценимые строителями из-за свойства долго не гнить в воде. Росли там и другие деревья того же семейства, в том числе и каменные, из орехов которых добывают весьма полезное масло. Чуть поодаль инженер заметил несколько кустов лардисабалы.[117] Их гибкие ветви, погруженные в воду, образовывали настоящую паутину. Встретились также два или три дерева из семейства эбеновых с твердой черной, испещренной прожилками, древесиной. Мистер Клифтон заметил также dios-piros virginiana,[118] растение, обычное для Северной Америки и встречающееся там вплоть до широты Нью-Йорка.

Среди самых красивых деревьев выделялись гиганты из породы лилейных, удивительные образцы которых Гумбольдт[119] наблюдал на Канарских островах.

— До чего же красивые деревья! — закричали Роберт и Марк.

— Это драконовое дерево,[120] — пояснил мистер Клифтон. — Поразительно, дети, но подобные гиганты представляют собой всего-навсего зарвавшийся лук-порей.

— Разве такое возможно? — не поверил Марк.

— По меньшей мере, — продолжал Клифтон, — они принадлежат к тому же самому семейству лилейных, что репчатый лук, лук-шалот, лук-резанец, спаржа. Несомненно, скромные члены этого семейства принесли бы нам больше пользы, чем гигантские деревья. Добавлю, что к лилейным также относятся тюльпаны, алоэ, гиацинты, лилии, тубероза и phormium tenax — новозеландский лен, который ваша мать могла бы научиться возделывать.

— Отец, — спросил Марк, — почему естествоиспытатели объединили в одно семейство стофутовые драконовые деревья и двухдюймовые луки?

— Потому что эти растения обладают одинаковыми типичными характеристиками, сынок. То же самое относится и к животным. Ты будешь весьма удивлен, когда увидишь, что к одной и той же категории относятся и акулы и скаты.[121] Семейство лилейных очень обширно и разнообразно. В нем насчитывается не менее тысячи двухсот представителей. Они распространены по всему земному шару, но преимущественно в умеренных зонах.

— Отлично! — воскликнул дядюшка. — Я верю, мистер Клифтон, что однажды мы найдем эти скромные лилейные, о которых вы так горюете. Впрочем, не будем недооценивать драконовые деревья. Если мне не изменяет память, жители Сандвичевых островов едят их деревянистые корни, кстати, очень вкусные, я сам их пробовал. Если их измельчить, положить в воду и дать забродить, получится приятный напиток.

— Да, это правда, — подтвердил инженер. — Но только речь идет о пурпурном драконовом дереве, которое, может быть, и встретится нам. Что же касается этих деревьев, то они дают только драконову кровь — знаменитую камедь, успешно используемую для остановки кровотечений, камедь, которую Бетанкур[122] в изобилии собирал во время завоевания Канарских островов.

Шлюпка отошла в шесть часов утра. Через час с помощью прилива она достигла берегов озера. Для детей было настоящим удовольствием очутиться посреди широкой водной равнины, которую они ранее могли рассматривать только с берега. Отсюда хорошо просматривалась западная часть утеса, полоса высоких деревьев, желтый ковер дюн и сверкающее море. Теперь предстояло пересечь озеро в его северной части и добраться до устья верхнего рукава реки. Дул попутный ветер. И даже деревья не служили ему преградой. Дядюшка поднял парус, и легкое суденышко стремительно помчалось к западному берегу. Гарри Клифтон, вспомнив о непонятном бурлении при первом посещении озера, внимательно вглядывался в подозрительные воды. А дети просто восторгались ими. Маленький Джек, опустив руку за борт, любовался маленькой журчащей бороздкой.

По просьбе Марка было решено обследовать маленький островок в трехстах метрах от берега. Через несколько мгновений шлюпка пристала к нему. Островок представлял собой скалу, полностью покрытую водяными растениями и, видимо, служившую излюбленным местом озерных птиц. Можно было смело сказать, что она походила на огромное гнездо площадью приблизительно в один ар,[123] в котором мирно жили пернатые обитатели. Фидо залаял и хотел выпрыгнуть из шлюпки, но мистер Клифтон удержал его. Островок был заповедником водяной дичи и не следовало напрасно тревожить покой птиц, иначе им пришла бы в голову мысль вить гнезда где-нибудь в другом месте.

Закончив наблюдение, дядюшка Робинзон направил шлюпку к устью верхнего рукава реки. Достигнув цели, путешественники убрали парус, пришлось также снять мачту — та не прошла бы под низкой дугой густой растительности. Поскольку в верхней части реки прилив утратил свою силу, дядюшка и Марк сели за весла, а инженер взялся за руль.

— Вот и прикоснулись к неведомому! — сказал Клифтон.

— Да, мсье, — ответил дядюшка. — Мы никогда ранее не забирались так далеко — ждали вас, чтобы отправиться в путешествие. Я, право же, не рискну предположить, куда течет эта река, но не удивлюсь, если окажется, что куда-то очень далеко, — видите, здесь она все еще очень широкая.

Действительно, ширина нового устья была более восьмидесяти футов, а русло даже и не собиралось суживаться. К счастью, течение было не слишком быстрым, и легкое суденышко, увлекаемое веслами, плавно скользило по воде то вдоль левого, то вдоль правого берега.

Так шлюпка шла в течение примерно двух часов. Солнце, хотя и стояло в зените, едва пробивалось сквозь густую листву. Несколько раз путешественники выходили на берег размять ноги. На этих стоянках были сделаны весьма полезные открытия в растительном царстве. Семейство Лебедевых представляли главным образом густые заросли дикого шпината. Миссис Клифтон нарвала его целый пук, решив, что позже обязательно пересадит растения в свой огород. Она также обнаружила многочисленные экземпляры диких крестоцветных, которых рассчитывала в дальнейшем «окультурить» путем пересадки: это были разновидности капусты, кресс-салата, хрена, репы. Встречались также тонкие, ветвистые, немного мохнатые стебельки высотой до одного метра с маленькими коричневыми зернышками. Клифтон без труда узнал в них полевую горчицу, из которой получают горчицу столовую.

Эти бесценные растения были аккуратно уложены в шлюпку, и замечательное путешествие продолжилось.

Деревья служили убежищем для многочисленных птиц. Марк и Роберт вытащили прямо из гнезда две-три пары тинаму[124] — представителей семейства куриных с длинными тонкими клювами. Было решено не убивать самца и самку, чтобы они дали потомство в будущем птичнике. Стрелы, пущенные молодыми охотниками, поразили несколько турако[125] из отряда сорочьих[126] — величиной с голубя, с зеленым оперением, малиновыми пятнами в области крыльев и прямостоящим хохолком, украшенным белой каемкой. Это были сколь очаровательные, столь и вкусные птицы. Их мясо высоко ценится гурманами.

Во время одной из стоянок маленький Джек непроизвольно сделал очень важное открытие, из-за которого чуть не получил взбучку. Мальчуган принялся валяться на лужайке, и, когда он поднялся на ноги, его одежда оказалась перепачканной желтоватой землей — пришлось выслушать строгое замечание матери. Джеку было очень стыдно.

— Послушайте, мадам Клифтон, — вступился за мальчишку дядюшка Робинзон, — не ругайте его. Пусть ребенок забавляется.

— Пусть забавляется, но не валяется на земле! — ответила мать.

— Но как можно позабавиться, не повалявшись! — настаивал дядюшка.

— Ах! Почтенный дядюшка! — не сдавалась миссис Клифтон. — Мне очень хочется знать, что по этому поводу думает его отец!

— На этот раз я полагаю, что маленького Джека вовсе не следует ругать. Наоборот, мы должны радоваться, что он валялся на желтой земле.

— Но почему?

— Потому что желтая земля — это глина, гончарная глина. Теперь у нас есть из чего изготовить обыкновенную, но очень нужную посуду.

— Посуда! — воскликнула миссис Клифтон.

— Да, ибо я не сомневаюсь, что дядюшка Робинзон такой же искусный гончар, как и плотник, и дровосек, и кожевник.

— Скажите просто, что он моряк, — откликнулся дядюшка. — И этого будет вполне достаточно.

Маленький Джек повел Клифтона и дядюшку на лужайку. Инженер увидел, что почва была образована гончарной, или по-научному терракотовой, глиной, которая используется главным образом для изготовления фаянсовой посуды. Ошибки быть не могло, но на всякий случай он положил на язык маленький комочек субстанции и почувствовал характерную липкость, которая обусловлена способностью глины сильно впитывать жидкость. Итак, природа щедро предоставила в распоряжение маленькой колонии драгоценное вещество, широко распространенное по поверхности всего земного шара. Глина на лужайке залегала среди кварцевых песков.

— Восхитительное открытие! — воскликнул мистер Клифтон. — Сперва даже подумал, что это каолин, из которого изготовляется фарфор. Впрочем, растерев глину и вымыв водой самые крупные ее частицы, мы получим фаянс.

— Давайте ограничимся обыкновенными горшками, — ответил дядюшка Робинзон. — Я уверен, что мадам Клифтон дорого заплатила бы за простую глиняную миску.

Путешественники сделали большие запасы глины, которая заняла в шлюпке место гальки, ранее служившей балластом. После возвращения в пещеру дядюшка собирался, не теряя ни минуты, приступить к изготовлению горшков, блюд, тарелок, требовавшихся в хозяйстве.

Все уселись в шлюпку, и она, подталкиваемая веслами, плавно пошла вверх по реке. Тем временем русло стало извилистым и заметно сузилось. Создавалось впечатление, что исток реки где-то не очень далеко. Глубина также заметно убавилась. Дядюшка выяснил, что под килем не более двух-трех футов. Клифтон полагал, что расстояние от их местоположения до впадения верхнего рукава в озеро равнялось двум лье.

Узкая долина, которую пересекали исследователи, была менее лесистой. Деревья не образовывали густого леса, а росли отдельными группами. По речным берегам возвышались массивные скалы с острыми краями. Характер почвы, ее вид, структура также значительно изменились. Появились первые признаки горной гряды, высокую точку которой образовывал центральный пик.

Около половины двенадцатого стало невозможно продвигаться вперед. Шлюпке не хватало воды. По берегам исчезла трава, а само русло было усеяно черноватыми камнями. Путешественники уже некоторое время слышали шум водопада, расположенного, видимо, не слишком далеко.

Действительно, преодолев крутую излучину, шлюпка очутилась у подножия водопада. Это место просто завораживало. Посреди хвойных деревьев, в глубине живописного ущелья, запруженного суровыми мшистыми скалами, река устремлялась вниз с высоты тридцати футов. Поток воды был не слишком мощным, однако, падая, она разбивалась об острые выступы, скапливалась во впадинах, образуя естественные бассейны, била фонтанами, образовывала завитки. Одним словом, от прелестной картины глаз нельзя было отвести. Семья остановилась, чтобы полюбоваться восхитительным зрелищем.[127]

— О! Какой красивый водопад! — воскликнул Джек.

— Отец, отец! — попросила Белл. — Давай подойдем поближе!

Но желанию девочки не суждено было сбыться. Лодка задевала килем дно. Пришлось править к левому берегу. В пятидесяти футах от водопада все высадились. Дети тут же принялись резвиться на берегу.

— Что будем делать теперь? — спросил Марк.

— Пойдем к горе, — ответил непоседливый Марк, указывая в сторону пика, возвышавшегося к северу от места высадки.

— Дети, — сказала миссис Клифтон, — прежде чем вы предпримете новую вылазку, я хочу сделать предложение.

— Какое, мама? — спросил Марк.

— Давайте сперва поедим.

Такое предложение ни у кого не вызвало возражений. Из шлюпки немедленно достали провизию. Холодное мясо дополнили лори и тинаму. Костер, сложенный из сухих дров, быстро разгорелся, и нанизанная на палку дичь зарумянилась над дрожащим пламенем.

С едой было быстро покончено. Все торопились отправиться дальше. Клифтон и дядюшка внимательно осмотрели окрестности, чтобы не заблудиться на обратной дороге. Впрочем, они не могли не найти водный поток, приведший их сюда.


Глава XVIII | Дядюшка Робинзон | Глава XX