Book: Сталкер (сборник рассказов)



Сталкер (сборник рассказов)

Саломатин «Set» Дмитрий

Душа

I. Охота

Тусклый свет луны едва пробивался сквозь зеленоватую предрассветную дымку. От болота тянуло сыростью и гнилью. Было слышно, как над его мёртвой, затянутой бурой пеной поверхностью, среди почерневшего, чахлого тростника едва слышно потрескивает «комариная плешь».

Стоит только человеку или зверю неосторожно приблизиться к ней, не заметив мерцающих зеленоватых искр, и чудовищной силы гравитационное поле схватит его, скрутит, ломая все кости и разрывая сухожилия, в жгут, в смертельной карусели поднимет в воздух, и, разрядившись, разорвёт в кровавые клочья. И тогда, возможно, на краю такой «плеши», отчаянный сталкер–одиночка найдет чудесный, мерцающий артефакт – все, что осталось от полного жизни человека и его снаряжения, сплавленного чудовищным давлением в кусок вещества с удивительными свойствами.

На краю болота затрещал кустарник, послышался тяжеловесный топот. Через заросли, издавая странный резкий визг, ломилось небольшое стадо вспугнутых с лёжки плотей. Псевдоплоти, или мутировавшие потомки домашних свиней, были существами, способными жить в местах, заражённых радиацией. Платой за эту способность служили их исковерканные Зоной тела. Они имели кошмарный внешний вид: на высоких, тонких, покрытых хитином ногах с острыми, как лезвия копытами, высились огромные бесформенные туши. На хищных, плоских мордах горели злобой ко всему живому три выпученных глаза. Осторожные и коварные, плоти редко отваживались нападать на добычу в одиночку, поэтому собирались в небольшие группы, и горе тому существу, которое неосторожно приблизилось бы к ним.

Мохнатый псевдопёс, весь покрытый бисером росы, поднял голову и прислушался. Утреннюю тишину прорезал многоголосый вой – стая слепсов вышла на охоту. Слепсы – потомки обычных собак, попавших под воздействие Зоны, обычно охотились стаями. Безжалостная Зона лишила слепсов глаз, но одарила их способностью к эхолокации. Слепые псы прекрасно ориентировались среди опасных аномалий Зоны, совершенно не нуждаясь в зрении.

Псевдопёс жалобно взвизгнул и попытался подняться на ноги, что ему удалось с большим трудом, - левая передняя лапа висела как плеть. Во время вчерашней охоты ему не повезло. Плоти, собираясь в группы, представляли собой нешуточную угрозу, поэтому псевдопсы предпочитали отбивать от стада одиночек.

… В тот вечер стая слепсов, к которой он присоединился, загнала крупного самца псевдоплоти, который, чувствуя близкий конец, яростно отбивался от нападающих слепсов передними ногами с острыми, как пики, копытами. В толчее боя один из ударов копыта пришелся по правой передней лопатке псевдопса. Хрипя от ярости, пес вцепился в загривок визжащей твари, бешено молотящей своими паучьими лапами. Слепсы тесным кольцом сгрудились вокруг вожака, оскаленные слепые морды почти касались борющихся, жаркое дыхание опаляло их бока. Псевдопес всем телом повис на плоти, резкими рывками пытаясь сбить его с ног, но сломанная лопатка не давала ему опереться на все лапы. Зубы псевдопса располосовали загривок плоти и когда он, в очередной раз, рванулся в смертельном ужасе, пытаясь освободиться, пес не удержался на ногах и упал, а плоть высоким скачком перескочил через него и с визгом вломился в кустарник. Стая яростно взвыла и снова бросилась в погоню за ускользающей добычей. Псевдопёс, тяжело дыша, поднялся на ноги и посмотрел им вслед. Он попытался опереться на сломанную ногу, но идти не смог, поэтому, забился в кусты и стал зализывать рану. Ему повезло, что плоть увёл стаю за собой, - если бы слепсы обнаружили, что он ранен, судьба его была бы решена: стая всегда добивала подранков, - таков закон Зоны, слабым в Зоне не место…

Псевдопсы были разновидностью слепсов, но сохранившие способность видеть. Они нередко охотились вместе со своими слепыми собратьями, частенько отбивая у них добычу, что не удивительно при их телепатических способностях.

Поговаривали о том, что псевдопсы могли посылать свои фантомы, способные убить жертву, не вынуждая своего хозяина нападать самому. Эти удивительные, психотелекинетические способности – подарок самой Зоны, позволивший им адаптироваться в этой враждебной среде.

II.Встреча

Псевдопёс чутко повел короткими острыми ушами, - вдалеке, из-за болота ещё доносился едва различимый вой охотящихся сородичей и визг плотей. С трудом он сделал несколько шагов и снова, тяжело дыша, остановился. Сломанная лопатка воспалилась и не давала опереться на ногу, причиняя острую боль. Если бы у него была возможность отлежаться где-нибудь в укрытии несколько дней, он сумел бы оправиться от раны – у псевдопсов есть такая способность – любые раны, даже пулевые ранения, заживают у них в считанные дни за счёт быстрой регенерации тканей. Сталкеры даже охотятся на псевдопсов из-за этой их особенности. Умельцы изготавливают из их хвостов элексиры для заживления ран, которые очень высоко ценятся среди сталкеров.

Псевдопёс не мог оставаться на месте, - он уже несколько дней голодал и после ранения сильно ослаб. Но больше всего его мучила жажда. Поэтому, преодолевая слабость и боль, он, хромая, побрел к недалекому болоту. Тем временем почти совсем рассвело, и пес уже улавливал ноздрями запах застоявшейся воды, но дорогу ему преградил невысокий песчаный откос. Обойти его стороной не было сил, и он поднял голову, выискивая более пологое место для подъема, как вдруг его взгляд встретился с другим взглядом. Хриплое рычание вырвалось из его пересохшей глотки, глубоко сидящие глаза на приплюснутой морде вспыхнули зловещим красным светом, а густая шерсть на спине и плечах встала дыбом.

Перед ним на откосе, на большом валуне, положив автомат на колени, сидел смертельный враг - человек.

Несколько бесконечных мгновений они не отрываясь, смотрели друг другу в глаза. Стрелку еще никогда не доводилось видеть так близко от себя живого псевдопса, тем более - смотреть ему в глаза. Нападения псевдопсов всегда бывали молниеносными, подпускать их близко было смертельно опасно, особенно одинокому путнику. Сталкер уже некоторое время назад заметил, как пёс с трудом ковыляет в его сторону, и решил посмотреть, куда он направляется.

Пёс с ненавистью смотрел на человека, - раньше он уже успел познакомиться с огнестрельным оружием и один только вид человека приводил его в ярость. Красная пелена застилала ему глаза, – перед ним была пища, ему хотелось вцепиться человеку в горло, - голод и жажда доводили его до неистовства.

- Что, брат, сожрать меня хочешь? – негромко, с усмешкой, произнес сталкер, - Ну-ну, посмотрим!

Пёс шарахнулся в сторону от звука человеческого голоса, но, ни напасть, ни убежать не было сил и он, оскалившись, продолжал пристально следить за человеком. Тот, обернувшись, нашарил свой рюкзак, вытащил из него кусок копчёной кабанятины и бросил псу под ноги. Пёс снова шарахнулся, не удержался на ногах, упал на бок, потом присел на задние лапы, держа сломанную на весу.

Дразнящий запах копчёного мяса коснулся его обоняния, но пёс по-прежнему не спускал с человека глаз, тяжело поводя впалыми боками.

- Не хочешь? А вот это? – сталкер вынул из рюкзака миску, отстегнул с пояса флягу и налил в миску немного воды. Потом, держа автомат под рукой, осторожно сполз со склона, поставил миску на землю и снова взобрался на свой наблюдательный пост. Пёс, не переставая глухо рычать, не отрываясь, наблюдал за ним. Но звук рычания изменился – пёс почуял воду, жажда сводила его с ума, и даже присутствие человека и его запах не могли остановить его. Пес доковылял до миски, постоял над ней, недоверчиво вглядываясь в человека, а затем жадно стал лакать воду длинным черным языком.

- Вот так-то лучше! – снова негромко сказал сталкер.

При звуке его голоса пес прижал уши и скосил на него глаза. Но лакать не перестал, пока вода не закончилась. Затем снова отошёл на прежнее место и прилёг, глядя на человека.

- Ну, что смотришь? – усмехнулся сталкер, - И что мы теперь делать будем? Ведь ты же оклемаешься и сожрёшь меня! Или не сожрёшь?

Пёс навострил уши, но уже не зарычал. Человек ещё раз достал флягу, показал её псу, снова осторожно слез с обрыва и, вылив оставшуюся воду в миску, отошёл в сторону.

Пёс долго смотрел на него, потом тяжело поднялся, подошел к миске, долакал воду, и снова улёгся на прежнем месте.

- Молодец! А у тебя, оказывается, есть мозги! Ну, будем надеяться, что пока у нас – перемирие! Интересно, чем все это закончится? Как ты думаешь, брат? – сталкер забрался на откос, огляделся ещё раз по сторонам и улёгся под прикрытием валуна на кусок брезента, не спуская глаз с псевдопса. Тот глянул несколько раз в его сторону, потом подобрал кусок кабанятины и, в мгновение ока, проглотил его. Сталкер усмехнулся и бросил ему ещё один.

Два дня спустя Стрелок вернулся к привычному уже валуну на откосе с очередным угощением для пса. На краю болота он подстрелил молодую плоть и сейчас еле доволок до стоянки её окорок. Он удивился, увидев пса, сидящего около едва тлеющего костра – тот никогда не подходил к месту ночёвки сталкера. Увидев человека, пёс спрыгнул с откоса на своё привычное место и облизнулся, ожидая очередной подачки.

- Что, проголодался, брат? Вижу, теперь ты и сам сможешь охотиться. Держи, - это последняя халява!- со смешком Стрелок сбросил ему мясо.

– У-у-у, зверюга! – одобрительно проговорил сталкер, наблюдая, как пёс крепкими челюстями кромсает подношение. – Ешь, ешь! Жаль, ближе не сошлись! А то привёл бы тебя в Бар, - народ просто обалдел бы от такого зрелища! Ведь не поверят же! А на поводок тебя не пристегнёшь, верно, псина?

Пёс внимательно слушал его монолог. Он уже давно не рычал при звуке его голоса, красновато-коричневая шерсть не вставала дыбом и в красных глазах на плоской, почти обезьяньей морде, не вспыхивал огонь ненависти.

- Ну, что, брат? Пора прощаться! Я и так задержался тут с тобой. Да и Выброс скоро. Мяса тебе на пару дней хватит, кость срослась, проживёшь! Ну, прощевай, может, свидимся ещё! – сталкер собрал рюкзак, присыпал землёй костер, забросил калаш на плечо, махнул псу рукой, и, повернувшись, зашагал в сторону Свалки.

Боезапас был на исходе, так как Стрелок вышел из глубокого рейда, в рюкзаке, в ячейке небольшого контейнера лежал новый, неизвестный ему артефакт в пару с его неразлучным антирадиационным «морским ежом». Впереди предстоял отдых, общение с друзьями, - на Кордоне его должен был поджидать старый знакомец – Призрак, да и Клык обещал подскочить, - надо будет с ребятами обсудить новый интересный маршрут…

Пёс, прекратив есть, долго смотрел ему вслед, пока фигура сталкера не скрылась за искривлёнными чахлыми сосёнками…

III. Схватка

Стрелок сделал большой крюк, обходя старое паровозное депо, – его контролировали сталкеры-нейтралы, но в последнее время всё чаще в его окрестностях видели бандитов. Время от времени их небольшие банды приходили из Тёмной долины, где была их основная база, на Свалку, чтобы пощипать новичков, или подкараулить сталкера, возвращающегося на Кордон с хабаром из рейда вглубь Зоны, куда сами отморозки соваться не рисковали. Нарваться на них, учитывая дефицит патронов, не очень-то хотелось.

Стрелок внимательно вглядывался в окрестности, привычно отмечая расположение аномалий, время от времени сверяясь с детектором. Счетчик радиации, встроенный в часовой браслет, негромко защёлкал, предупреждая об опасности. Стрелок приблизился к Свалке – трём огромным радиоактивным холмам. Сюда, после первого взрыва на Чернобыльской атомной станции, свозили весь заражённый хлам, потом его засыпали землёй, заливали с вертолетов бетоном. С тех пор кислотные дожди размыли горы мусора, бетон раскрошился, оплывшие склоны поросли зарослями «держи-держи», как называли сталкеры кустарник, напоминающий клубки колючей проволоки с очень прочными шипами, прорубиться сквозь который можно было лишь с большим трудом.

Недалеко от Свалки, огороженное колючей проволокой, располагалось кладбище автомашин, куда свозилась вся зараженная техника, - на площадке посреди неё даже стоял повреждённый военный вертолёт, брошенная раскуроченная военная техника, БМП. От кладбища тоже довольно сильно «фонило», но сталкеры нередко бывали здесь, – в стороне стоял «чистый» вагончик, в котором иногда и жили сталкеры, промышляющие на Свалке.

Среди просевшего разнородного хлама вокруг Свалки густо гнездились аномалии, - «воронки», «комариные плеши», «карусели», около них иногда попадались любопытные вещицы.

От радиации люди спасались «антирадами» - один укол в три дня, радиочастицы выводились из организма с отходами жизнедеятельности. На саму Свалку сунуться без специального антирадиационного костюма было просто немыслимо – слишком высок был радиационный фон, - «антирад» был здесь бессилен. Но всё равно находились отчаянные головы, которые пытались рыться на Свалке, разыскивая артефакты – найти их в более доступных местах удавалось всё реже.

Здесь очень ценили «морских ежей», артефакты, образующиеся иногда у крупных скоплений аномальноизменённых растений, называемых сталкерами «жгучим пухом». Такое название растение получило за то, что при приближении живого организма «жгучий пух» выбрасывал в сторону пришельца облако спор, которые при попадании на незащищённую кожу вызывали обширные, очень болезненные ожоги. Поговаривали даже, что «морские ежи» - не что иное, как плоды «жгучего пуха». Тем не менее, при ношении «ежа» у человека уменьшалась свёртываемость крови - и при кровотечениях из ушей и носа, вместе с кровью выводились радионуклеиды, что было не очень удобно, но зато действенно. Были и менее экзотичные способы защиты, например, артефакт «кристалл» создавал поле, экранирующее своего носителя от воздействия радиации, но он был настолько редок и дорог, что сталкеры предпочитали более доступных «ежей».

Взглянув на показания счётчика радиации, Стрелок остановился, вынул из контейнера в рюкзаке своего «ежа» и переложил его в нагрудный карман своей кожаной охотничьей куртки, усиленной вшитыми кевларовыми пластинами. Он нашёл его недалеко от Свалки, ещё в прошлую экспедицию, когда разведывал дорогу на Агропром. В тот раз….

Стрелок вышел на старую потрескавшуюся асфальтовую дорогу, ведущую мимо кладбища машин к дозорному посту нейтралов, расположенному у выхода со Свалки. Дальше шли знакомые, исхоженные места, дорога на Кордон, - уже завтра, к вечеру, он увидится с друзьями.

Через дорогу протянулись длинные тени от придорожных тополей, тусклое солнце зоны клонилось к закату, из низин потянуло сыростью и прелью. Далеко, за холмом, тоскливо провыл слепс, где-то со стороны болота ему откликнулся другой, - охотники собирались на ловлю. Стрелок прибавил шаг, впереди уже показались бетонные блоки поста, разбитый БТР, перегородивший дорогу и ржавый автобус с выбитыми стёклами, который ребята-нейтралы приспособили для жилья. Основная база нейтралов располагалась недалеко от разрушенного железнодорожного моста в районе Кордона, в развалинах старой животноводческой фермы, а на Свалке они оборудовали наблюдательный пост из-за постоянных набегов бандитов. Нейтралы не принадлежали ни к одному из сталкерских кланов, не желая присоединяться к ним из любви к свободе и независимости. Фактически все они являлись одиночками, но реалии Зоны всё равно вынуждали их объединяться в группы.

День клонился к вечеру, надвигались сумерки, Стрелок уже видел в разстрескавшихся стёклах автобуса на посту весёлые отблески костра, горевшего в железной бочке за блоками заграждения. Он миновал разбитый БТР и, удивившись, что его до сих пор не окликнули дозорные, свистнул, предупреждая о своём появлении, опасаясь, что зазевавшийся часовой может пальнуть в него. С ребятами на посту он был хорошо знаком и не ожидал здесь никаких неприятностей. Вдруг он краем глаза заметил, как от БТР-а за его спиной к нему метнулась чёрная тень и в спину ему упёрся короткий ствол «Узи».

- Куда торопишься, сталкер?- услышал он хриплый, незнакомый ему голос.

Из-за бетонных блоков появились ещё две фигуры в чёрных кожаных плащах и полумасках на лицах. В руках у всех были короткоствольные пистолеты-пулеметы.

- Ну что, пацан, добегался? Давай, показывай, что ты нам притаранил?- заржал один из подошедших. Второй потянулся к «калашу» Стрелка, висящему у него на плече.

- «Вот чёрт! Бандиты! Надо же так, по-глупому, вляпаться! А что же с ребятами с блок-поста?! Убиты? Или эти отморозки их просто повязали?» – мысли лихорадочно метались в голове у Стрелка, - «А я-то, хорош, расслабился! Пёрся, как у себя дома! Так кто ж думал?!»

Он мягко шагнул в сторону, перенёс вес тела на согнутую правую ногу, на лету перехватил ствол стоявшего позади бандита и резко дёрнул его на себя, сделав подсечку. Бандит с воплем полетел вперёд на своего напарника, сбив его с ног.



Третий успел среагировать и замахнулся, намереваясь ударить Стрелка в лицо прикладом «Узи», но сталкер был проворнее, - он увернулся и удар прошёл вскользь, лишь задев плечо. Стрелок тут же прыгнул в сторону, сделав оборот вокруг себя, и ударил его ногой в переносицу. Бандит кубарем отлетел к костру у блоков.

- Ах ты, гнида! Убью!!! – заорал первый, вскакивая на ноги и вскидывая «Узи».

- Мочи козла! – завопил второй, увидев, что Стрелок прыгнул к своему упавшему автомату.

Перед глазами Стрелка вспыхнула автоматная очередь, две пули впились в грудь, одна задела плечо. Легко бронированная куртка не выдержала стрельбы почти в упор. Очередью его отбросило к БТР-у, он ударился о колесо спиной и сполз по нему на землю. В глазах заплясали огненные круги, на губах выступила кровь.

- «Всё! Это конец!» – мелькнула в мозгу мысль, он закашлялся.

- Смотри-ка, ещё не сдох! Сволочь! – к нему, шатаясь, подошёл бандит, которому он сломал нос. – На, получай! – он злобно пнул Стрелка в бок.

- Эй, Лютый! – обернулся он к главарю. - Что с этим делать будем? Добить, как тех, с поста?

- Оставь его, Бугай, он и так не жилец, сам сдохнет! – заржал главный, - Сивый, тащи сюда его рюкзак, посмотрим, что там у него есть!

Сивый подобрал автомат и, подхватив рюкзак, который Стрелок успел сбросить в драке, и направился к главарю.

- «Чёрт, как нелепо всё закончилось!» – подумал Стрелок, глядя на бандитов сквозь багровую муть, застилающую глаза.

Сивый протянул Лютому рюкзак. Главарь принялся отстёгивать верхний клапан, как вдруг остолбенел от испуга: грозный хриплый рёв раздался, казалось, со всех сторон сразу. Бандиты в ужасе завопили и схватились за оружие. Лютый, краем глаза увидел, как прямо из темноты к нему метнулась чёрная в сумерках тень, с кроваво горящими глазами, и тут же, получив страшный толчок в грудь, он полетел наземь. Последнее, что он почувствовал, заваливаясь назад, как острые клыки впились ему в горло, вырывая трахею. Вокруг оставшихся бандитов заметались такие же дьявольские тени с горящими в темноте глазами. Бандиты панически отстреливались, вопя от ужаса – они своими глазами видели, как их пули попадали в эти тени, но вместо трупов врагов появлялись лишь радужные вспышки фантомов. Вскоре всё было кончено, - на блок посту остались только трупы. Огромный, ощетинившийся псевдопёс медленно крался к беспомощному и безоружному человеку у БТР-а.

- «Ну вот, теперь-то уж точно, - конец!» – мелькнула в угасающем сознании сталкера мысль, когда пёс подошёл вплотную к нему и жарко дохнул ему в лицо.

Стрелок потерял сознание и потому не увидел, как псевдопёс обнюхал его пропитанную кровью куртку и горестно завыл, задрав безобразную морду к небу. Затем, ещё раз обнюхав бесчувственное тело, он отошёл от сталкера в сторону, но скоро вернулся назад, притащив в зубах его рюкзак. Подойдя к человеку, он бросил рюкзак рядом с ним. Из разбитого контейнера выпал необычный, светящийся переливчатым янтарным светом артефакт. Пёс подтолкнул его мордой к неподвижному телу Стрелка, огляделся по сторонам и улёгся рядом с ним, чутко вслушиваясь в наступившую тишину…

… Первое, что увидел утром Стрелок, открыв глаза, была «улыбающаяся» жутким частоколом зубов морда псевдопса, прямо перед его лицом. Стрелок в ужасе дёрнулся и зажмурился. В голове мелькнула наивная мысль, что если он закроет глаза, как в детстве, то «кошмар» исчезнет. Несколько мгновений спустя он снова приоткрыл глаза, – но «кошмар» не исчез. Более того, страшная зверюга ткнулась холодным носом в его руку. Стрелок скосил туда глаза и увидел, что его пальцы судорожно прижимают к груди тот самый незнакомый артефакт, который он недавно добыл возле аномалии «карусель», около выхода в Тёмную долину, потратив на это полдня и штук двадцать болтов. Потом взгляд его переместился на грудь, - вся куртка была залита запёкшейся кровью. От попадания пуль на ней остались рваные дыры. Стрелок вновь вздрогнул, вспомнив, вчерашнюю встречу с бандитами. Косясь на выжидательно смотрящего на него пса, он осторожно расстегнул куртку и с опаской потянул молнию комбинезона вниз, ожидая увидеть страшные раны. Но его опасения не подтвердились, – от сквозных пулевых ранений остались только розовые отметины. Стрелок схватился за плечо, - там рана тоже затянулась. Он с опаской посмотрел на пса, который, продолжая жутко «улыбаться», внимательно наблюдал за ним. Тогда он осторожно попытался подняться на ноги. Голова слегка кружилась, ноги дрожали от слабости, но, в общем, чувствовал он себя вполне неплохо.

- Как же такое могло случиться? – подумал Стрелок и поднёс руку с артефактом к глазам. – Неужели это этот артефакт оказал такое воздействие?! Просто невероятно! Сталкер спрятал его в нагрудный карман куртки и повернулся к псевдопсу:

- Спасибо, дружище! Теперь мы – квиты! Жизнь за жизнь! Если бы не ты, мне бы уже конец пришёл!

Псевдопёс внимательно слушал его, свесив из пасти набок длинный чёрный язык…

… Стрелок задержался на блок-посту до следующего утра. Немного придя в себя, он похоронил сталкеров в одной братской могиле, а бандитов прикопал в узкой ложбине неподалёку. Затем собрал снаряжение, боеприпасы и продукты, заменил свою пришедшую в негодность куртку на снятую с одного из бандитов. Лишний хабар припрятал в укромном месте и, проведя ночь под охраной лохматого телохранителя, рано утром двинулся в сторону Кордона.

Псевдопёс неслышно следовал за ним, изредка показываясь на глаза. В нагрудном кармане сталкера, рядом с верным «ежом», лежал новый чудесный артефакт, названный Стрелком в благодарность за спасённую жизнь «Душой»…

Сергей "Quad" Ульянов

Случай 

Дорога до Янтаря предстояла не близкая. «Хорошо что в баре отдохнуть успел» думалось мне на выходе из бара. Снаружи моросил легкий дождь, противно бивший по защитному стеклу шлема. Не торопясь, я пересек территорию бара «Сто рентген», по пути продумывая, полностью ли я готов к предстоящей вылазке. Бармен предложил навестить ученных в их мобильной лаборатории, которая располагалась на месте высохшего озера Янтарь. Неприятные мысли крутились в моей голове. Вспоминались все сплетни и слухи услышанные мной об этом месте. Все кто ходил туда рассказывали о неприятных ощущениях которые они испытывали. У кого-то просто начинала болеть голова, кого-то начинало не по детски глючить. Но не это пугало меня. Пугало то, что многие не возвращались из этого места.

«Бармен, скотина, послал небось на верную смерть» проплыла мысль, но думать ее стало некогда. Впереди на втором этаже здания что-то блеснуло, а вслед за этим раздался сухой треск автомата. Моя реакция была мгновенной. Выполнив прыжок с «фирменным» приземлением «мордой в грязь» в сторону ближайшего дерева я судорожно снял автомат с предохранителя и осмотрел недружелюбное сооружение. Через оптический прицел я заметил стрелка который тут же выпустил еще несколько пуль в сторону моего укрытия. Выглянув с другой стороны дерева стало заметно-снайперу я понравился. Подтверждалось это несколькими короткими очередями выбившими землю в сантиметре от моего носа. Выставив ствол автомата из-за дерева я дал короткую очередь в сторону снайпера. Ответ в виде ответного огня не заставил себя долго ждать. Причем стреляли уже с несколько человек. Ситуация начина осложняться. Высунувшись из-за дерева я приложил смарт-визор к глазам. На экране отметились четыре цели расположенные цепью. Вот уж действительно неприятный сюрприз. И тут на меня снизошла благодать. Одним из полезных приобретений сделанных в баре были гранаты объемного взрыва для подствольного гранатомета. «Кретин»-выругал я сам себя за забывчивость. Зарядить гранату было секундным делом. выбрав момент когда очереди стихли я высунулся из своего укрытия и поста-равшись прицелиться как можно точнее нажал на спуск. На втором этаже вспыхнуло пламя и следом за ним раздался грохот взрыва. Переждав пока дым рассеется я снова поглядел в смартвизор. Целей тот не обнаружил и я потихоньку выполз из своего укрытия. Взяв автомат на перевес и максимально пригнувшись короткими перебежками я приблизился к зданию. Около здания я заметил труп одного из стрелков. Одет он был в серый комбинезон поверх которого был натянут бронежилет. «Наемники» - пронеслась мысль. Наемники были легендарной но реально существующей группировкой. Где была их база и как с ними связаться не знал никто. Но судя по тому что наемники существовали заказчики все-таки находились. Рядом с ногой раздалось непонятное шипение. Уже в прыжке я направил автомат в сторону откуда раздался звук. Оказалось это ожила рация убитого. «Так и в штаны навалить не долго»-подумалось мне. Все таки Зона, здесь неприятностей надо ждать на каждом шагу. Чуть зазеваешься и все пиши пропало. Хорошо если тело целиком найдут, а то сколько народу по отдельным фрагментам опознавали. Одного вот по татуировке на руке опознали. Правда это почти все что от него и осталось. Лужа крови, разо-дранный ботинок, «Калаш» покореженный, обрывки тряпья, да рука по локоть… Непри-ятное, мягко говоря, зрелище, должен вам сказать.

Снова раздалось шипение рации, сменившееся голосом: «Наблюдатель, что там у вас, почему молчите?» Оставив наемника лежать на своем месте я направился ко входу. Заглянув в дверь я увидел коридор который в двух метрах от меня под прямым углом поворачивал направо.

Откинув обшлаг рукава я поглядел на свой КПК. Датчик движения показывал, что в конце коридора что-то движется. Интуиция подсказывала, что вряд ли там дед Мороз с подарками. Стараясь не шуметь я перезарядил подствольник, тихонько выставил ствол по направлению к цели и нажал на спуск. По ушам шарахнуло взрывной волной и на пару секунд я оглох. Оклемавшись и выглянув из-за угла стало ясно: вреда мне там уже никто не причинит. По стенам оплывали куски мяса совсем недавно бывшие человеком. По коридору расплывался запах горелого мяса и еще чего-то не совсем понятного. Но уж точно не фиалок. Преодолев коридор и выбравшись через пролом в стене начинаю думать как и куда двигаться дальше. Хотя думать особо не приходилось дорога была всего одна – за угол. Вот мы видим на картине… как обычно, не совсем дружелюбных наемников око-павшихся метрах в 50 прямо по курсу. Вакуумные боеприпасы здесь были бессильны, а осколочных гранат у меня не было. Выход был один – перестрелка. Благо сидели наемни-ки удобно и можно было попытаться снять их по очереди. Согнувшись в три погибели я выглянул из-за угла и поймал в перекрестье прицела первого наемника. Сухо закашлял автомат, выплевывая смерть, которая и настигла одного из наемников. Но оставался вто-рой наемник, взявшийся поливать свинцом мое укрытие. Так просто, как с первым, с ним разделаться не получиться. Было бы хорошо закидать его гранатами, но вакуумные бое-припасы здесь были бессильны, а осколочных у меня не было. Выставив руку с автома-том за угол я дал короткую очередь высунулся следом. Сбывались мои худшие опасения – на помощь наемнику спешили несколько его сотоварищей. А тут еще и в проеме здания зазвучало характерное для снорка взревывание. С одной стороны снорки с другой наем-ники. Ситуация веселей не придумаешь. Я отполз в угол и стал ждать кто первый сунется в мое укрытие. Первым оказался снорк. В проеме стены появилась его голова с остатками противогаза рыло которого повернулось в мою сторону. Я приготовился пустить очередь прямо ему в морду но тут снорк заговорил.

-Ты спать идешь?- такого я не ожидал.

-Ты чего не ложишься? Третий час, опять завтра будешь ныть, что не выспался!


Я отвернулся от монитора медленно возвращаясь к реальности. В темной комнате вырисовывался силуэт жены. «Хватит играть, давай ложись» в последний раз сказала она и направилась в спальню. Но ничего, завтра еще поиграю, думал я выключая комп. Да, основательно затягивает мир S.T.A.L.K.E.R.

 Владислав Илюхин

Разоблачение

Зона Отчуждения – самое непредсказуемое место на Земле. Люди, земля – меняется всё, и даже мутанты становятся умнее, но есть то, что практически остаётся неизменным – это по-года. Всё время здесь капает мелкий холодный дождь, бледно-серое небо отражается в гряз-ных лужах, жёлтые листья тоскливо покачиваются на холодном ветру. И это лишний раз подчёркивает, где ты находишься.

Но в знаменитом баре «Сто рентген», где частенько коротал вечера известный сталкер Стре-лок, было тепло и уютно. Здесь можно было отдохнуть, найти работу, выпить с друзьями. Когда по телику показывали футбол, пиво и чипсы разбирались как горячий чай на морозе, и сегодня был как раз такой день. Болельщики разных команд сидели по обе стороны друг от друга, и когда одни кричали: «Гол!», то от других слышались все возможные ругательства.

И только Саня Калаш не наблюдал за матчем, он сидел в дальнем углу, погруженный в себя. Под столом валялся старый рюкзак. Только взглянув на него, можно было узнать давно ли этот человек в Зоне.

Новички совершают одну и ту же ошибку: носят все свои вещи сразу, даже не думая приго-дятся они им или нет. На этом наживаются бандиты: запугают «зеленого», он им поклажу скинет, а потом ходит по Зоне и шугается каждого. А чаще всего такое «пушечное мясо» уст-раивается работать к крупным торговцам или в местные забегаловки. И это в лучшем случае, у некоторых вообще такой кавардак в рюкзаке, иной раз не поймёшь, где что лежит. И эта оплошность иногда стоит жизни. Если долго роешься в поисках патронов во время пере-стрелки – труп.

Но Саня не такой, он конечно недолго в Зоне, а все правила и хитрости знает. Ведь учитель у него опытный человек был, храбрый, но однажды всё-таки не повезло.

-Здорова, сталкер! – за стол сел с виду обычный парень в походной куртке со вставками из кевлара. Спереди висел ремень разгрузки. Штаны цвета хаки из специальной ткани были за-правлены в массивные ботинки, – как живешь в это нелёгкое время?

- А я вижу, ты как всегда «на позитиве», – ответил Саня, - да как-то всё обыденно, что ли. Надоело всё здесь, домой хочу.

- Ну, так, ты, из бара выйди. А то что, получается, сидишь здесь и жалуешься. Сходил бы «зверьё пострелять», артефактов бы принёс.

- Хорош прикалываться. Я серьезно. Вот все, хабар скину, и на волю.

- Так я к тебе по этому поводу и пришёл, у мужика одного схрон узнал, говорит, там хватит, чтобы дом на Мальдивах построить и ещё на безбедную старость останется.

- Ага, так ты первому встречному поверил, и ещё, наверное, заплатил немало.

-Не суди по себе. Источник проверенный - не врёт. Я один не пойду, сам понимаешь, а сто-бой – другое дело. Делимся пятьдесят на пятьдесят. Ну, так как? Идёшь?

-Ну, смотри, Серый, подведёшь – ох, плохо будет.

-Эх, ты, я к тебе…, а ты: «подведёшь», - изображая разочарование, закончил Серый.

-Ну, значит, завтра утром встречаемся здесь. В полной экипировке. Обмозгуем всё и в путь.

Утро в «100рентген» проходило, как и всегда. Сталкеры суетливо собирались в рейды. Одни за артефактами, другие на поиски приключений на свою ж…у. Сонный бармен стоял у пли-ты и помешивал какое-то непонятное варево. Охранники, украдкой, досматривали последние сны, иногда просыпаясь от посторонних шумов, но через мгновение опять засыпали.

Калаш шёл в бар «на автомате». В голове у него крутилось только одно: всё последний раз на вылазку и всё. Забираю хабар, сплавляю торгашам и сматываюсь на хрен из этой Зоны. Мно-го она мне крови испортила, сколько всего навидался, друзей одного за другим терял. Кто, за эти паршивые артефакты, ствол в спину направлял, кто в этих проклятых аномалиях погиб. Всё надоело. Зачем дурак попёрся? Саня и не заметил, как зашёл в бар, очнулся он от громко-го смеха нескольких сталкеров, идущих к выходу.

Они не обратили внимания на его странное поведение, посчитав за очередного бедолагу, ко-торый «попал под раздачу» контроллера. Такие «везунчики» обычно приходили в себя часа через два.

Серый сидел за столом в углу зала. Допивал вторую банку «Нон Стопа». На нём был костюм «Сева» без лицевого щитка, вместо него на плече висел импортный модернизированный противогаз, баллонов с воздухом сзади тоже не было. Увидев своего друга у входа, он жестом предложил ему сесть за стол.

Здорова, Санёк, – торопливо начал Серый. – Времени особо нет, так что действуем в темпе. План такой: схрон спрятан неподалёку от КБО «Юбилейный», в лаборатории где-то. В под-ва…

-Ты сбрендил? – Он не успел договорить, его тут же перебил Калаш, - «Юбилейный». Мы там сдохнем. Там монолитовцев как «собак нерезаных», зомби, кровососы, псы. Ты о них по-думал?

-А что? Мы, прям, шёлковые.

- Ты уже, какой год по здесь, а всё понять не можешь. Это - Зона. Ты не на курорте. Здесь ставка- жизнь. Это не игра на компе. Тут сохраниться не получится.

- Я не меньше тебя смерть встречал, это наша работа. Пора уже привыкнуть.- Серый сделал паузу. – И так…?



-Надеюсь, ты знаешь, что делаешь... Выходим.

Серый, по натуре, был лидером. Все, кому довелось с ним познакомиться, уважали его. Он мог уговорить, а порой и заставить любого. Когда-то, за периметром он был Сергей Серов студент московского юридического факультета. У него было любимое занятие, хорошая ра-бота, друзья, любимая девушка Аня, на которой он собирался пожениться, но судьба диктует свои правила. Богатый сынок владельца крупной компании на огромной скорости сбивает Аню, девушка погибает на месте. Сергей решил отомстить, и на одной из вечеринок убивает его. Скрываясь от милиции и обезумевшего от горя олигарха, он отправился в Зону. Теперь у него не осталось выбора, на волю ему «путь заказан».

Всю дорогу Саня размышлял о том, как будет жить за периметром. Тех средств, которых он собрал за годы в Зоне, хватало на безбедную старость на берегу Средиземного моря. Мысли оборвались и он насторожился: «Что-то не так. Не может быть все так гладко. Ни одного му-танта, даже аномалии». «Слишком хорошо – тоже плохо», - гласит пословица и в этом случае она имела абсолютное подтверждение.

В туннеле было холодно, и откуда–то веял ветер. К счастью, или, наоборот, здесь было свет-ло, вероятно работал автономный генератор энергии. По всюду были следы когтей, кровь и,облетевшая со стен, штукатурка. Обычно в таких местах внутренний голос настойчиво от-говаривает: «Не ходи - опасность!», но сдавать назад было уже поздно.

Впереди оказалась большая металлическая дверь, насквозь проржавевшая от времени.

- Так, судя по карте за дверью первый научный блок. В основном тут проводились бумажные работы: доклады об экспериментах, штамповка документов. – Сказал Серый, проверяя по ПДА.

- Ни чего интересного. – Пренебрежительно отозвался Саня.

- Не думаю, тут должен быть замаскированный вход в подсобные отделения.

- А там что?

- Наш схрон, - С нетерпением произнес Серый и подошел к двери.

Дверь со скрипом поддалась, и с потолка посыпалась старая штукатурка. Внутри царствовал жуткий хаос. Повсюду валялись бумажные папки и различные листки бумаги. Свет от туск-лой лампы едва освещал просторную комнату, и некоторые места помещения скрывал мрак. Отыскать здесь потайную дверь было нереально. « Посвети фонарем на тот шкаф, наверное, дверь там», - посоветовал Серега. Среди всего этого беспорядка шкаф, стоящий в дальнем углу, казался слишком аккуратным, что и выдавало потайной ход.

Саня подошел к нему и начал просматривать папки с документами. На одной из них была надпись «СЕКРЕТНО». Интересно, кто допустил такую халатность и оставил здесь это?

В записях содержались сведения об экспериментах по созданию армии «нового поколения». Отчет был дотирован 17 октября 1975г. Согласно описаниям куратором процесса был некий А.Н. Солоницкий.

Саня продолжал читать, но вдруг резкий крик Серого заставил отвлечься от документов.

Серега лежал в позе эмбриона, корчившись в конвульсиях, и кричал, неистово, зверски, не-стерпимо. Калаш подбежал к другу, но он был бессилен. «Серега, ты чего?» – испугался Са-нек.

В эту минуту в помещении внезапно появился человек. Высокий старый мужчина в белом халате. Лицо покрывали глубокие морщины. На лбу выступали отчетливые волнообразные полосы.

Благодаря молниеносной реакции опытного сталкера, Саня за долю секунды выхватил пистолет и прицелился ровно между глаз странного визитера.

-Кто? – Заорал Калаш.

- Аркадий Несторович Солоницкий, - спокойным, уверенным голосом произнес профессор.

Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Мысли в голове пролетали с бешеной скоростью: «Солоницкий? Куратор эксперимента? Но как? Что за…? Какого… я вообще здесь делаю?»

-Что с Серегой? – Саня обратил внимание на друга, который сейчас лежал без сознания.

- Я нейтрализовал его, он был не нужен мне, - сказал Солоницкий.

« Он напал на Серого, – подумал Калаш. – Тварь, ты мне за все ответишь». Он сжал пистолет, но пальцы не слушались его. Ствол стал тяжелеть, кисть постепенно разжималась. Саня почувствовал сильную усталость. Ноги перестали его слушаться, и он рухнул на пол. Попытка встать обернулась неудачей. Он отполз назад к стене и облокотился на нее. Спокойный вид профессора только еще больше злил Калаша. На лице Солоницкого было некое подобие ухмылки.

- Советую прекратить попытки убить меня. У тебя это не получиться, - с нескрываемой иро-нией произнес ученый и подошел ближе к Сане. – Следующая попытка может нанести тебе вред.

«Сука, он еще и издевается»,- Саня не на шутку разозлился. Он готов был разорвать Соло-ницкого. Калаш нащупал нож у себя в кармане, рванул вперед что было сил, и воткнул ору-жие прямо в глотку ублюдка. Мгновение, и острая боль сковала его левую руку. Нож оказал-ся не в горле профессора, а торчал у Сани из руки.

-Как? – заорал Калаш.

-Галлюцинация, - усмехнулся доктор.- Я показал тебе то, что ты хотел увидеть.

-Ну, ты и мразь.

-Это просто самозащита. Кстати, я тебя предупреждал.

-Зачем тебе все это? Что с Серым?

-Видишь ли, - начал Солоницкий, - Как ты уже знаешь, тут проводились эксперименты. В то время была холодная война, и советское правительство поручило ученым, работающим здесь, создать новую армию сверхсильных бойцов, тупых убийц, иначе говоря. Бред, на мой взгляд, но тогда все были настороженны, ожидали нападения. К сожалению, меня назначили главным. Поначалу все шло нормально. Правительство прикрывало нас, выделяла средства, отправляло бойцов на опыты. Лозунги, все возможные обещания хорошей жизни делали свое дело. Солдаты шли добровольно, а тех, кто был не согласен, просто сковывали наручниками и привозили сюда. Наш эксперимент набирал обороты. После взрыва в на ЧАЭС, все предприятия начали спешно эвакуировать, проект новой армии закрыли. В лабораториях, глубоко под землей, мы продолжали «склеивать» различные разновидности монстров. Первое время никто из ученых не знал о том, что произошло на поверхности, но шло время, среди персонала поползли различные слухи, народ не на шутку встревожился. Некоторые начали отказываться от участия в эксперименте. Видел бы ты реакцию тех «счастливцев», которые вышли на поверхность. Они увидели огромный пустой город, без всяких признаков былой жизни.

-Зачем ты все это рассказываешь мне? – Спросил Калаш, его ненависть уже сменилась на любопытство.

- Считай это исповедью старика, собирающегося уйти в вечность. – С присущей ему манерой ответил профессор. – Так позволь мне продолжить. Прошло уже почти двадцать лет. Из всей группы остался только я. Эксперимент давно был заброшен, но в камерах еще оставалась ар-мия, созданная учеными. В две тысячи шестом году произошла вторая авария, не такая как на атомной станции. Этот взрыв не остался незамеченным. С моими подопытными начали происходить различные изменения на уровне ДНК. Они становились все более неадекватны-ми, перестали понимать команды, контроль над их поведением был потерян. К их сверх спо-собностям добавились животная дикость и жажда крови. Меня изменения тоже затронули. Я обрел способности к телекинезу, научился влиять на разум существ. Скорее всего, это и по-могло мне выжить, когда эти монстры полезли наружу из своих камер. Я заставил их подчи-няться мне. Те монстры, которых ты привык видеть сейчас – потомки нашей армии. Снорк – это образец бойца, невосприимчивого к боли и обладающего огромной силой, видоизменен-ный в ходе довольно быстрой эволюции. Так же нетрудно догадаться, что прототипом кон-троллера послужил телепат.

Профессор тяжело вздохнул. На его лице читались усталость и сожаление. Почему сожале-ние? Наверное, это - чувство вины за своих созданий. Тот факт, что он прародитель ужасных монстров, не давал ему спокойно жить уже много лет. Солоницкий хотел рассказать людям всю правду, хотел извиниться за своих «детей». За двадцать лет проживания в этом бункере он не видел других людей. Поддерживая связь только с монстрами, профессор проводил время в своей «подземной крепости».

- То, зачем вы пришли находится вон за той дверью. – Ученый указал пальцем на тот самый шкаф – замаскированный вход в подсобные помещения.

- Ты отпускаешь нас? – Удивился Калаш.

- Да. Я передал тебе свою тайну, теперь я свободен. Она мучила меня долгое время.

- Я не понимаю. Почему ты посвятил меня в свои тайны?

-Многие хотели бы знать, как приручить снорков или обмануть контроллера. Эти документы, которые ты нашел, имеют огромную ценность снаружи. Передай эти записи ученым за периметром. Ты ведь хотел уйти из Зоны, поэтому не сможешь воспользоваться знаниями в корыстных целях.

- Как ты узнал про это?

-Я прочитал твои мысли. У тебя есть сильное желание покончить с жизнью сталкера. Я помо-гу тебе в этом.

- Что ты собираешься сделать? Ты никогда не покидал своего убежища, тебе неизвестно, что твориться там, наверху.

- Я общался с животными в Зоне. Мне известно многое, даже то, что не знает ни один стал-кер, каким бы опытным он ни был. Я впервые выйду на поверхность и проведу тебя с твоим спутником. На вас никто не нападет.

-А сюда ты нас вел?

-Да. Я узнал, что двое сталкеров направляются в мой бункер, и решил им помочь.

- Не знаю, благодарить тебя или нет, после того, что было с Серым?

- Он ничего не вспомнит. Для него это окажется просто удачным рейдом. С хорошим хаба-ром, и без единого монстра на пути.

- В таком случае нам нужно торопиться, стемнеет скоро. Обратно путь не близкий.

Саня подошел к Серому и привел его в чувство. Серега недоуменно разглядывал его минуты две, медленно поднялся на ноги. Голова гудела, как после веселой ночи. В глазах немного двоилось.

- А что со мной было? – Спросил Серый, осматриваясь по сторонам.

-Сверху, тебе на голову, потолок осыпался. – Как ни в чем не бывало, ответил Калаш.

- Да и сколько я валялся в отключке?

- Минут десять. Вот кстати и хабар. – Саня протянул сверток. В нем лежал натовский писто-лет и артефакт «Душа».

- Не плохой навар. Давай еще осмотримся, может, что получше найдем?

- Многие двери закрыты. Тем более и стемнеет скоро. – Улыбнулся Саня. Он не стал говорить о профессоре, который тем временем был наверху и смотрел на небо, такое знакомое и забытое. Ученый вдыхал свежий воздух полной грудью, наслаждался каждым вздохом.

Солоницкий выполнил свое обещание. До кордона никто не нападал на Саню. Изредка отку-да-то из кустов доносилось шуршание, и Калаш по привычке хватал оружие.

На Кордоне патрулей не оказалось. «Самое время уйти за периметр»,- подумал Саня. Сталкер достал кусачки с прорезиненными рукоятками и отрезал часть сетки. Обычно по проволоке пускают электричество, чтоб, по мнению вояк, какая-нибудь тварь будь это сталкер или му-тант не перешла за ограждение, но это было, лишь для отчетности. Калаш снял с себя рюкзак, перекинул его, а сам прополз через брешь в колючке. Прилив сил и эмоций нахлынули на него в тот момент. Оказавшись по ту сторону забора и окинув Зону взглядом, он достал свой КПК, где была карта всех его схронов, и стер данные о себе. Саня знал, что это ему больше не понадобится, у него с собой и так была огромная сумма наличных. Он положил гаджет на землю, рядом с оружием. На дисплее ярко светилась надпись: «Для входа в сеть С.Т.А.Л.К.Е.Р. введите свое имя и пароль».

КОНЕЦ.


Бражников Владислав 

Зона наш дом

На небе не было не единой звёздочки, только лишь одиноко горела луна и освещала небосвод. Сталкеры сидели у костра, молча смотря в огонь. Трещали угли и создавали ощущения покоя. По зоне пронёсся тёплый ветерок и где то в дали кто протяжно и отчаянно взвыл. Одновременно с этим на ПДА сталкерам пришло сообщение.

- В локации «Янтарь», в 23:40 зафиксирована смерть сталкера Семецкого. Причина смерти: Химера,- прочитал первый сталкер, которого звали Чип.

- Семецкий – хорошая примета, - Сказал второй, его звали Икс.

Чип вздохнул и снова уставился в костёр.

- Сегодня ничего не случиться, – пробормотал Икс.

- Откуда знаешь? – выйди из транса спросил Чип

- Не знаю.

-Нельзя быть таким самоуверенным!

- Почему?

- Зона накажет!

Вдалеке раздались выстрелы и вой сирены.

- Кажется, лагерь учёных атаковали, - произнёс Икс.

- Похоже на то.

Всё затихло, куда – то пропали звуки, чувства, мысли. В сталкерских головах оказалась пустота и какой-то манящий звук в центр Зоны…

Всё вернулось на свои места.

- Ты это слышал? – спросил Чип.

- Да!

- Ну и, что же это.

- Зов…

Наступила пауза…

Пискнул ПДА.

- Внимания сталкеры приближается мощный выброс. Срочно ищите надёжное укрытие, - прочитал Чип.

- Небо порозовело… - заметил Икс, укладывая вещи в рюкзак.

- Ты же сказал, что сегодня ничего не случиться!

- И был прав. Вчера, ну то есть «сегодня» 22 сентября ничего не случилось.

- А сейчас какое сентября?

- 23.

- Бежим!

Они сорвались с места и с невероятной скоростью побежали вперед, не думая об аномалиях и монстрах. Они бежали сквозь кусты, прорывались сквозь ветки деревьев. Но выброс наступал им на пятки. Икс запнулся и упал, а Чип стал помогать ему. Вдруг они вмести заметили крышку люка…

Открыли и бросились вниз в пасть темноты, спасаясь от багрового неба…

Они очнулись от невероятной тишины, которая окружала их. Приняли решения двигаться вперёд. Они шли по бесконечно длинному коридору. Устали и хотели повернуть назад, но поняли, что заблудились.

- Мы же всё время шли вперёд, - удивился Чип.

- Тихо, вон гляди.

Икс указал пальцем вперёд, на свет. Они подошли к свету и увидели дверь, на которой было написано «Добро пожаловать в рай»

Дверь открылась. За ней стоял прекрасный голубой камень.

-Икс, что это?

- Это исполнитель желаний, Чип.

- Нет, я ничего не хочу!

- А я, Чип, хочу домой.

Они оказались у костра. И на ПДА и пришло сообщение «Зона наш дом, сталкеры!»


"Монгол"

Смерть после жизни

Лило как из ведра, вспышки молнии озаряли руины небольшого поселка, пустые дома зловеще зияли выбитыми окнами, держащаяся на одной плети дверь то и дело ударялась о потрескавшую стену, вследствие чего монотонный стук смешивался с канонадой грозы в Зоне. Радиоактивная вода небес заливала эти жалкие халупки, будто опытный бармен наливающий спиртное по стаканам, ветер пронизывал до костей и не щадил никого: деревья под его порывами склонялись к земле, обломки техники и деревянных построек перекатывались по земле, задевая невидимые поля аномалий и приводя последних в действие, вспышки электрических разрядов и хлопки гравитационных ловушек выделялись из общей картины этой ночи. В деревушке не было никого, казалось, будто сама мама Зона прокляла это место - ни один сталкер не заночевал в подвалах многочисленных лачуг, ни один мутант не таился за стенами построек в надежде на шальную добычу, даже воронье, которое обычно при отсутствии дождя летает где ни-попадя, не появлялось тут. Один я, как монумент, стою на одном месте который час и не могу сделать более двух шагов в любую из сторон, потому как то место, где я находился, сплошным кольцом окружали аномалии. Попал в этот капкан по случайности, на этом месте несколько часов назад подпрыгивал неизвестный мне и науке артефакт причудливой формы, похожей на одну из букв греческого алфавита, какую именно вспомнить никак не мог. Промок до нитки, зуб на зуб не попадает, пальцы словно приросли к цевью старенького "АКМ", глаза до боли и рези вглядываются в тьму а разум проклинает севший фонарик и отстутствие болтов, которые я бесполезно истратил на убеждение того факта, что меня окружили проклятые аномалии. Но ведь прошел то я сюда как-то! Увидев артефакт, отсвечивающий зеленым светом в свете заходящего солнца, я, как настоящий сталкер и охотник за артефактами, пошагал к нему. Дорога была сравнительно чиста, за те пятьдесят метров от тропы к центру деревушки я обошел шесть разных аномалий и не обратил внимания на богатый ассортимент ловушек Зоны. Как только я погрузил артефакт в контейнер то услышал будто за спиной кто-то утробно зарычал. Затем сбоку, а затем передо мной. У меня хватило ума не открывать шального огня, но от увиденного волосы встали дыбом - аномалии, едва различимые при солнечном свете, словно живые создания сдвинулись со своих мест и окружили меня плотным кольцом, своим урчанием будто предупреждали о невозможности покинуть место хранения артефакта. Постояв так с десяток минут я принял решении положить артефакт на землю, но камешек Зоны уже не скакал как прежде, а просто валялся под ногами не привлекая к себе никакого внимания. Чуда не произошло, аномалии не расступились. Тогда я израсходовал все имеющиеся у меня в запасе ржавые болты на безуспешную попытку найти хоть какую-либо лазейку, но тщетно. Время шло, накрапывал дождь, за все время ни на тропе, ни в деревушке никто и ничто не появлялось. Я попробовал бросить артефакт в одну из аномалий но его постигла участь пущенных мною ранее болтов. Отчаявшись, я несколько раз выстрелил в невидимые капканы, никакого эффекта это не произвело, я сел на землю и обхватил голову руками...

Добило меня предупреждение о том что вскоре грянет незапланированный по графику, составленному сталкерами, выброс. Это была моя смерть. Я не боялся смерти, я не боялся умереть в пасти мутанта, от предательской пули, я боялся умереть от выброса... Потому что я, как каждый человек на земле, страшился неизвестности, ведь после выброса не выживал никто и не мог рассказать каково оно, пережидать разрядку Зоны...

Сидя на земле и куря последнюю сигарету я понимал что чувствует человек, которому его лечащий врач объявляет о скорой смерти. Я вспоминал родных, друзей, детишек, мать... У меня из глаз лились слезы, меня трясло будто от сильнейшего холода, хотя я его уже не чувствовал, я отчаянно, будто угодившая в ловушку тварь, швырял оставшиеся патроны вместо болтов, потом я швырял жидкие комья этой проклятой земли, но это была моя агония, агония человека... В эти минуты я любил жизнь так, как ни любил ее никогда. Я любил свою убогую квартиру, любил свою низкую должность на своей малооплачиваемой работе, любил своих более удачливых приятелей, любил их бесконечные насмешки, подколки, любил гопников, которые когда-то избили меня и забрали все, что нашли у меня в карманах. Я обращался к Иисусу, Будде и Аллаху, продавал душу дьяволу за бесценок, клялся уходом в монастырь и принять вечный обет безмолвия - я делал все, чтобы чудо помогло мне добраться до ближайшего укрытия...

Как начался сам выброс я и не заметил, просто вокруг загрохотало, меня вырвало кровью, я перестал ощущать реальность и унесся в неведомую пустоту. Помню лишь, что ужасно пекло в голове иочень сильно скрутил живот, от этой боли свело челюсть и что-то лопнуло в области мочевика. Затем неведомая сила подняла меня вверх и со всей мощи, будто пушка выталкивающая массивное ядро, швырнула в сторону. После нескольких секунд полета последовало жестокое приземление... И лило. Как из ведра...

Я всегда вспоминаю свою смерть во время выбросов. В эти мгновения, за которые я отдал бы свою жизнь, у меня в рассудке происходит прояснение и я могу мыслить, как мыслил когда-то. Я совершенно потерял счет времени, я отдавал себе отчет что левая рука у меня прострелена в двух местах и гниет, я понимал что от меня воняет чем-то неестественным, но от того не менее противным. Я все понимал, но во время выбросов я не мог двигаться. Лучше бы я сдох, но я не сдыхаю... Я стал частью Зоны, неведомая сила уводит меня от аномалий, мутанты принимают меня за своего, питаюсь я трупами людей и порождений Зоны, иногда в меня стреляют... Иногда это потому что мои остатки разума не поддаются той мгле, которая его постепенно обволакивает и не бросают мое тело на пули сталкеров, бывших моих братьев по крови. В моем покалеченном теле и вскрытом разуме еще теплится надежда на нормальную человеческую жизнь. На жизнь за Периметром. Но с каждым выбросом, когда мгла ненадолго отступает и я могу нормально мыслить и размышлять, я понимаю, что все зря. Я умру таким каким стал, и никогда меня больше не повидают мои близкие, не согреют своим приветливым взглядом, детишки никогда не назовут меня папой, жена мужем, а мать сыном. Выброс заканчивается и мгла подступает снова, я ее чувствую... Осталось еще пара минут мозгового покоя, возможности думать и рассуждать, возможности убедиться в том, что я не тварь, а человек, ведь твари не могут мыслить. Еще пара минут и я снова побреду куда укажет мне мгла или неведомые повелители моего тела, которые частенько указывают мне, что делать. Помнится, их называли контроллерами... Еще минута и все начнется заново. Боги, убейте меня, я не хочу ТАК жить, пошлите мне сталкера с обрезом, который прекратит мое жалкое существование! Я заклинаю вас!!! Прошу! Умоляю...

Два сталкера выбрались из развалин пятиэтажного дома, осмотрелись, и быстренько пошагали по направлению к бару "Сто рентген".

-Ух, Жорик, какие мы все таки лихачи! - говорил первый. - Пережить выброс не в баре! Не каждый так может.

-Да, нам просто повезло. - отвечал Жорик. - Ты не кричи об этом сейчас, Буша, не накликай беду, всякое может случиться, а у нас два патрона на двоих осталось...

-Один тебе, другой мне. - попробовал сострить Буша, но тут же получил ощутимый удар в лицо.

-Типун тебе на язык, дурак! - Жорик помог встать ударенному им же Буше. - Сразу видно, что зелень. Сказано, молчи, вот и сопи в трубочку!

-Зомби! - вскликнул Буша и бросился было к разваленной сторожевой будке, но крепкая рука Жорика остановила его.

-Тихо. - цыкнул он и снял автомат с предохранителя.

Мимо остовов советских автомобилей медленно брел зомбированный сталкер в костюме одиночки. Его левая рука болталась непослушной веревкой, лицо перекошена, челюсть скошена в стороноу, очевидно вывихнута или переломана, перед костюма был запятнан кровью, несмотря на расстояние отделяющих одиночек от зомби и благодаря ветру, дующему со стороны жертвы Зоны, сталкеры отчетливо услышали запах гниения. Они укрылись за остановившемся навеки пассажирским автобусом и дождались, пока зомби пройдет мимо...

В баре Жорик напился в хлам. Он сидел за столиком совершенно один, посылая куда-подальше набивавшихся в собутыльники одиночек и неудачников. В руке он держал свой КПК и не отрывал от него своего взгляда. С интервалом в несколько минут на дисплее то и дело появлялись сообщения о погибших сталкерах, о месте и причине их смерти. Под ногами валялось две опустошенных бутылки со спиртным, пепельница была полна окурков, а сам Жорик о чем-то бормотал себе под нос...

-Кислый, не вздумай... Кислый, только не ты... Кислый, ты не сможешь так поступить... Нет...

При звуковом сигнале входящего сообщения пьяный сталкер вздрагивал, отчего складывалось впечатление о том, что Жорика хватает нервный тик.

-Что это с ним? - спросил один приятель у другого. Приятели сидели за соседним столиком и тоже отдыхали под распитие беленькой. Вопрошающий был новичком в Баре и поэтому прибился к матерому сталкеру по кличке Витязь.

-Не обращай внимания. - махнул рукой Витязь. - с ним каждый вечер такое происходит.

-А в чем причина? - не унимался новенький.

-А друг его пропал. Кислым звали. - отвечал матерый сталкер, немало повидавший на своем веку. - Ушел в ходку, не вернулся и сообщений о гибели нет. Вот Жорик и переживает.

Тем временем Жорик, опрокинув в себя последнюю порцию водки, откинулся на спинку стула и уснул сном напившегося человека. Вечер в баре набирал обороты, громче зазвучала музыка, разговаривали громка, смеялись, Бармен выпустил на танцпол проституток на что посетители ответили овациями. Поэтому никто не услышал сигнала о входящем сообщении сталкерской сети о смерти некоего Вадима Кислого на територии Рыжего леса...


Константин Арушанов

Один день из жизни Наёмника

Пролог

По мимо меня нас было четверо – МетроманД6 (Мы звали его просто «метро»), Мартинез (Иногда зовём «Мирон»), Подонок, и АдмиралЪ (Он всегда настаивает, что его позывной пишется с твёрдым знаком). Я –Псих. Мы сидели в засаде три дня, Вася иногда доставал из нагрудного кармашка бронекомбенизона «Булат» сигареты и неторопливо курил, иногда проверял свою винтовку «G-36». Винтовка немецкого производства, и в боях она вела себя уверенно. Мартинез при каждом движении гудел сервоприводами экзоскелета и всё время жаловался, что ему в нём жарко. Мирон носит с собой РПК и Кольт 1991. Подонок от того и подонок, что сидел в километре от нас с СВД и иногда пускал по рации всякие анекдоты, знал ведь, собака, что не достанем его, брони на нём не было – обычный комбез с шевроном клана. АдмиралЪ был одет и вооружён схоже со мной – БП’шка, и АК-74 с подствольником. Только у меня был АК 74/у с оптикой. Оба одеты в «Булат», на мне ещё подсумок с лекарствами. Было душное утро в Зоне – засуха. Дождей не было неделю, в солнце греет так, что поговаривают, зомби жарят яичницу из вороньих яиц на улицах Припяти. Часы показывали без пяти восемь.

Мартинез снял шлем – худое, вытянутое лицо, сощуренные глаза. Мирон полез в карман и достал очёчник, надев очки, он оглядел нас раздражённым взглядом и спросил:

- Долго мы будем тут сидеть, мужики? У меня сейчас смазка потечёт ото всюду!-почесав кончик носа добавил- и срать хочеться.

-Сходи, посри. Я прикрою – незамедлительно раздалось в эфире.

-Не засерай частоту.-устало протянул АдмиралЪ.

-Цель должна скоро появиться – сказал я и сняв шлем провёл рукой по ёжику коротко стриженых волос.- Мирон, не бухти, сами злые и небритые, думаю не ты один мокрый как жопа.

Метро хохотнул и приложился к фляжке.

АдмиралЪ был худым, глаза с хитрым прищуром. Я иногда думаю, что он пра-пра-пра-правнук какого – то китайца. Как выглядел Подонок не знал никто, даже сам Подонок, он всегда носил подшлемник. Все грязные, небритые. Только у Адмирала три белых волосинки над верхней губой. Мы лежали на холме посреди Мёртвых Высот. В группе была некая демократия – если у кото-то посреди боя возник гениальный план, он озвучивал его по закрытой частоте. На следующий день цель появилась. Но не так как мы ожидали. Совсем не так.

- Я чувствую денёк будет долгим.. – сказал Метроман, приложившись к фляжке.

Глава 1 Всё идёт не по плану

- Контакт с целью, два часа от вас – сообщил Подонок.

-Принял- сказал я- По позициям, бойцы!

По маленькой дорожке, старательно обходя аномалии двигалась группа армейского спецназа- три человека. Мы на корточках двинулись параллельным курсом. Но вдруг один боец развернулся в нашу сторону и пустил длинную очередь из АС Вал. «Мать твою..» пронеслось у меня в голове, когда я увидел, что из незащищёной части бедра торчит шприц – транквилизвтор. АдмиралЪ вскрикнул. И это выдало нас с потрохами..

Спецура развернулась и полным составом начали поливать нас свиноцом. Нашей целью был учёный, он был одет в рубашку и сандалии. «Ещё-бы тапочки одел, болван» подумал я и отключился.

Очнулся я в кокой-то комнатушке. Перед глазами пелена. В глаза бьёт свет. Попытался осмотреться – только что-то искрит в другом углу и два каких-то мешка из серой ткани слева. Пол и потолок со стенами наверное покрыты трещинами. Я поднял взгляд и упал в беспамятство.

Проснулся от того, что меня тормошат.

-А.. вырвырвыр..- пробормотал я.

-Тише ты!-прошипел Мартинез.

Я открыл глаза. Миска с водой наполовину пуста. Передо мной Адмирал и какой-то странный мужик. «Наверно Подонок» - подумал я.

-Очухался?- Сказал он.

-Вроде да..

-Тогда слушай: по ходу нас усыпили и припёрли хер знает куда. Возможно наш ботаник на опыты себе взял. Вас военсталы взяли, а я в самом конце успел ранил цель и убить двоих военсталов. А потом получил по голове тупым предметом… - закончил он.

Я осмотрелся – в углу, в разбитых очках сидел Мирон и искрил экзоскелетом, все остальные, включая меня были в Х/Б. Бронники сняли скорее всего. А с мирона не свинтили, потому-что он поставил секретку на приводы. И снять броню могли только он и мы. К моему удивлению ВСЯ наша снаряга лежала справа от нас. Только под колпаком пуленепробиваемого стекла, вбитого в бетон. Мне показалось, что колпак был вмурован на скорую руку, как будто его уже выдирали.. «Суть твою» - пронеслось у меня в голове.

-Оружие есть у кого?

-Нет.

-Блять.

-Угу..- протянул АдмиралЪ.

-Всё идёт не по плану – заключил я и закатил глаза.

Глава 2 План

«О чём это пленные шушукаются?» - подумал Монолитовец – страж. В клане строгие правила – говорить с неверными, значит быть неверным, то есть смерть. Иногда даже очень мучительная..

-Бр…-он поёжился, обхватил себя за плечи. «Ничего.. У меня под рукой любимая и верная Оц-14, в кобуре Беретта с глушителем. Немногим Стражам разрешается носить такое оружие. Особенно после побега особо важной цели, второй промах карался смертью.И почему первого приказали не запирать? Не понимаю...»

Монолитовец гордилсятем, что его не покарали..

Мы сидели кружком говорили. Охранники, если они, конечно были, немогли нас услышать. План был такой – я отвлеку охранника разговором «ни-о-чём» а Мирон вырвет из земли купол и отдаст снаряжение.

Метро кивнул. «Начали».

Я подошёл к решётке. Высунул голову сквозь прутья.Посмотрел вправо, влево. Слева сидел монолитовец. «Оп-па.. Это сильно осложняет дело..»

- Обед скоро?

Тишина.

- Обед скоро, Страж?

- Чего ты хочешь, неверный?

- Расчёта по векселям- пошутил я- кормёжка скоро?

- Скоро – ответил монолитовец. Он смотрел в одну точку и казалось, даже не дышал. На коленях Оц – 14, В кобуре… Не вижу. Не важно. На морде противогаз

- Как ты попал в Орден?

- Неважно.

- Иди в жопу, псих – подначил я. – Ваши сказки про Монолит это бред! Вы же просто обколотые придурки!

- Как ты смеешь, неверный?!!

- Укуси меня – заржал я и повернулся к ниму спиной, дразня.

- Не груби мне!

- Это ещё не грубость.. – монолитовец подошёл к решётке и я резко развернувшись схватил его за капюшон и трижды ударил головой об решётку. Глазницы противогаза залила кровь. Готовченко..

-Мирон, что у тебя?

-Готово, что у тебя?

-Длинная «кишка» по обе стороны от нас.

-Весело. Разбирайте.

Мирон взял масёнку и смазал приводы. Когда мы облочились, Мартинез сделал дыру в решётке. АдмиралЪ, взяв ПБ прострелил монолитвоцу голову. Я поковырявшись в карманах и подсумках подвёл итог:

-Судя по карте мы под Юпитером.

-Значит надо выбираться.- Пробормотал АдмиралЪ.

Мы вылезли в дыру и пошли направо. Найдя ПДА мы обновили цифровые карты, которыми так услужливо поделился монолитовец. Теперь у меня было две кобуры – в одной БП, в другой Беретта. Оба ствола «глушённые», к БП пять магазинов, к беретте – шесть по пятнадцать. Подонок взял себе «Гром». Со снайперкой он мало что мог поделать.

Я почесал макушку. Пора валить.

Глава 3 Комната

Метро снял маску, закурил:

-Сегодня будет длинный денёк..-сказал он.

-Не забывайте, о цели. – напомнил Мирон.

Оставив сигарету в зубах, Метро усмехнулся и повёл стволом в сторону левого коридора.

-Связи тут нет. По-этому придётся идти всем вместе. Вправо – влево?

-Давайте вправо.

-Давайте.

-А мне кажется не стоит. – сказал Подонок.

-Почему?

-Чую жопой, там монолитовцев и кадавров их ручных до хуя будет.

-Давайте так-предложил я- тут ставим метку, исследуем правый коридор, если засада, то идём обратно. Судя по карте коридоры сходятся в одной точке. Можно посмотреть, что да как, вдруг оружейка?

-Хз. Надо посмотреть.- кивнул Мирон

Повесив «калаш» за спину, я поудобнее перехватил «беретту» и свинтил глушитель.

Мартинез звонко лязгнул затвором РПК.

- Все готовы?

- Ага.

- Рванули!-коротко бросил Подонок и повёл группу.

Коридор был очень длинным и прямым. Мартинез топал так, чо стены дрожали. Пора – бы нам скинуться ему на экзоскелет. Перед глазами встал ценник. Я отогнал тревожные мысли и припустил дальше.

В проходе показался белый, чистый свет. Как – будто от ртутной лампы. Мы вошли в большой широкий зал, залитый светом. Посередине стоял подимум.

- Херня какая-то! – воскликнул АдмиралЪ.

На него никто не обратил внимания – над «подиумом» появлялся силует в халате.

- Здравствуйте, господа – наёмники – подмигнула нам наша цель. Чёрт! Нам заказали Директора..

- И вам не кашлять – сказал Метро.

- Что-то я не помню, что-бы кандидаты в местных зомби убегали из клетки. Вы мне определённо нравитесь! – воскликнула фигура, поднял вверх указательный палец.

- Что вам от нас надо? – спросил я

- Ничего особенного. Надо кое – кого убить…

- Это мы можем!- радостно крикнул Подонок, стаскивая СВД.

- Не перебивайте. Убейте Шухова.

- Рэдгарда? – уточнил начитанный Мирон.

- Именно его. – кивнула фигура.

- Он – легенда. В легенд Зоны не стреляют. – ответил за нас всех АдмиралЪ.- Так ведь, парни?

- Так.- сказали мы хором.

- Очень жаль… - фигура опустила голову на грудь. – Если хотите – загадывайте желание. – фигура обратилась в большую фигуру. Скалу. Монолит..

- Он не единственный, что-ли?.. – Метро выронил сигарету.

- Огонь по счёту «три». – сказал я, держа «калаш» в одной руке, а «беретту» в другой.

- Раз..- все вскинули оружие.

- Два… - Щелчок предохранителя на БП Адмирала.

- Три!- крикнул я и мы открыли огонь. Глыба крошилась, трескалась и.. кричала. Нечеловечески. Когда рожки опустели, Мирон ещё стрелял.Но тут в голове прозвучал голос : «Очень жаль… Вы – бы мне пригодились..»

В голове лопнула сначала одна струна. Потом другая. После как –будто взорвалась бомба. Я чувствовал как из глаз и ушей течёт кровь. Боль раздирала нас всех изнутри. Мирон, обхватил голову руками зашёлся в беззвучном вопле. Потом наступила тишина. И пустота.

- Я умер? – спросил я пустоту.

- Возможно. – усмехнулась та.

- Наверное умер

- А может нет! – гоготнула пустота.

- Но я не чувствую своего тела.

- Правильно. У тебя его нет.

- Значит я умер.

- Это вряд – ли.

- Кто ты?

- А кто ты?

- Если – бы я знал…- с сожалением сказал я.

- То то – же!

- Где остальные?

- У каждго свой ад.

- Значит я умер. – уверенно сказал я.

- Кто тебе об этом сказал?

- Ты.

- Да брось, я пошутила!

- Несмешно. Где я?

- В Зоне.

-Логично. Большего я от тебя не добьюсь?

- А чего-бы ты хотел?

-Бабла, «феррари», баню, бабу. Лучше двух.

-Много хочешь, с-т-а-л-к-е-р.

- Я не легенда, с татуировкой на предплечье. Я наёмник. Да наверное это так.

- Угадал! – засмеялась пустота девчячьим голосом.

- Так где – же я?

- Ты в Зоне – повторила пустота.

- Кончай свои шутки. Мне надо идти!

- С выжжеными мозгами?

- Хотя-бы так.

-Не строй из себя героя, наёмник. Пора расчитаться.

- За многое..- протянул я.

- За убитых тобой людей как минимум.

- А как максимум?

- Увидишь.

Глава 4 Зона

Я лежал на камне. Большом и холодном. Проморгавшись, я встал, и тут – же свалился мешком на землю. На мне был старый пыльник, на морде респиратор. Сколько времени? «13:00», прикинул я. Что со мной было? Чувствую, что день будет долгим. Утром была какая-то комната. Большая и светлая. Я не знаю, почему, но мозги мне не прочистили.

На спине висел старенький вещьмешок, за поясом «кольт 1911», в карманах два дополнительных магазина. Я вытащил его, подержал в руке. Холодный металл успокаивал. Однако пистолет был без магазина. Я вынул один из кармана и вставил в пистолет. Передёрнув затвор, я спрятал пистолет и продолжил обыск карманов. В мешке нашлись консервы и фляжка. Так-же у себя на правом рукаве я нашёл нож. Обычный штык-нож от АКМ. «Что-ж, негусто. Что я могу тут сказать?»

Надо было сначала определить, где я нахожусь, потом искать людей. На пыльнике не было нашивок. Должны принять за бродягу Зоны. Я осмотрелся – находясь в чаще леса, где на ветвях всех деревьях вместо листвы висели выжие молчалки жгучего пуха, было легко определить на какой локации я нахожусь, но вот куда идти? ПДА отсутвовал. Придётся действовать наёмничьим методом : я вынул из второго магазина одну пулю и закрыв глаза подбросил в руке. Сразу убрал руку с траектории полёта пули, я открыл глаза через секунду. Суть этого эксперимента в следющем – куда будет «смотреть» наконечник пули, туда я и двинусь. Пуля «смотрела» вправо. «Таков твой выбор» - я подобрал пулю и загнал её обратно в магазин.

Перехватив пистолет двумя руками, я двинулся в путь. Через пару километров я наткнулся на бандитов. Их было трое. Один в плаще, второй в сталкерсокм комбезе, на котором была пришита эмблема с расколотым черепом, на третьем просто кожанка чёрного цвета. Они проходили в трёх метрах от меня и я прекрасно их слышал и видел, сам неподвижно сидя в кустах.

-…и вот я её курву нагнул и засадил – «плащ» задрал вверх палец.

- Что – то не верю я тебе, Камера. – Сказал парень в сталкерском комбезе.

- Да ну тебя на хуй, Долдон.

«Адидас» молчал. Видимо отмычка.

Мне нужен был ПДА. Я достал из ножен штык.

Когда троица ушла на пять метров от меня я бросил ножом в Долдона. Бандюки схватились за стволы – у Камеры была МР5 – за плащом не было видно, а у отмычки «плётка».

- Кто, падлы?!!! – взревел Камера.

Я вскинул «Кольт». Было жаль два патрона, но стрелять пришлось.

Бах!

Камера медленно опустил глаза к груди, провёл рукой по сердечной зоне и завалился на живот.

«зелёный» же вовсе растерялся и попытался убежать.

Бах!

«Адидас» рухнул ничком на большой камень.

Я посидел в кустах ещё с минуту, потом обошёл полянку по краям, если кто затаился. Потом, спрятав пистолет в карман подошёл к телу Долдона. Вынув нож из затылка бандита, я вытер его об рукав куртки и засунул в ножны. Спустив левый рукав, я обнаружил, что искал – ПДА. Он уже зафиксировал смерть предыдущего владельца и когда я надел его себе на руку на мониторе высветилась надпись: «Введите своё имя»

Подумав, я настучал на дисплее «Псих», послу чего ПДА с минуту тыкал меня иголкой и потом успокоился. В поле «статус пользователя» я ввёл «Я вернулся.»

Тыкнув нужную иконку я загрузил «мозг» своего старого КПК. Он фиксировал смерть всей группы.

Я скрипнул зубами. Такие ребята полегли. И тут у меня возникли планы. «Надо контротаковать, пока враг ещё не опомнился, может я вытащу их оттуда!»

Обыскав тела, я нашёл Ак 74 с полным рожком и двумя в подсумке. Мне нужна броня. Хоть какая-то.

Я оглядел свой пыльник. Нет, не сгодится. Я бросил взгляд на Долдона.

Не долго думая, снял костюм, оторвал эмблемы. Так уже поспокойнее. У остальных обнаружилось: две аптечки, обрез, пятнадцать зарядов к нему, МР5, пять рожков к ней. Я брал всё, что мог унести. Отсуда до Юпитера было недалеко.

Сев на камень, я открыл консервы и перекусил. Было противно – еда давно просрочена, но желудок требовал подпитки. Взяв у банюков одну аптечку и бутылку водки я посмотрел на время – «13:30» . Я решил идти к мосту в Лиманск. По дороге обходя аномалии, я наткнулся на пси-пса.Он прыгнул на меня из кустов. Я перекатился влево, под спиной хлюбнула грязь. Веером я выпалил весь рожок в сторону твари, а когда она пыталась отползти, отрезал ей голову ножом.

Глава 5 Наёмники

До моста я дошёл спокойно. А когда вышел к мосту, сразу затаился. Наёмники опускали мост, а один человек стоял в будке с СВУ и отстреливал бандитов, чтобы наши могли опустить мост. Я наглотался таблеток и под шумок переплыл реку в полукилометре от моста. Повесив МР5 за спину, я поудобнее взял «калаш» и двинулся к нашим. Через 10 минут я был на месте, сидел в кустах. Ещё через 5 минут наёмники начали удалятся, я быстро нагнал их.

- Стоять! Кто такой? Через 3 секунды стреляем.

-297DH4, я вернулся с того света.

-Псих? Тебя сложно опознать.

- Извини, времени смотреть в зеркало не было. Так мне можно с вами? Кто главный группы?

- Да-да, конечно.- наёмник опустил автомат- Лидер группы Леший. Он ведущий. Давай к нему.

Когда я поравнялся с Лешим, он остановил группу.

- Привет, покойник. – усмехнулся тот. – Чего – то хотел?

-Конечно. – я развёл руками – мне нужны два человека и снаряга получше.

- Снарягу могу дать, запишу на твой счёт. Через час будем у схрона, там обновишься, а люди зачем?- лидер группы взял ПДА и что-то отчеканил, после спрятал.

- Я двину под Юпитер. – честно сказал я.

- Как это?

- Вся моя группа там полегла. Сегодня утром. Я вернусь за ними.

- Не зря тебя иногда Психом зовут. Я не дам людей.

- С тобой или без тебя, я верну их, или погибну. – Я скрестил руки на груди, в знак того, что отговаривать меня не стоит.

-Псих, пойми…-начал было Леший, но я развернулся и бросил через плечо.- Где говоришь схрон?

За спиной у меня вздохнули. – На юг отсюда. Запиши, что взял.

- Окей. -Я перехватил калаш и двинул в путь. – на карте где?

Пда пиликнул, и отметил на карте новую метку.

Глава 6 Хвост

Спустя десять минут, как ушёл Псих дал приказ остановится.

- Идите дальше.

- Есть! – откликнулись наёмники.

-Вествуд! Ко мне!

- Слушаюсь!

Ко мне подбежал парень в респираторе и наёмничьем комбезе. В руках SG 550, за спиной «Тоз-34».

- Значит так: мы идём за этим психом.

Через час мы с напарником вышли на схрон.

***

Я выбрел на схрон – это была дверь в погреб маленького домика. Сняв растяжку я открыл дверь и поставил растяжку снова. Включил фонарик, огляделся. Я попал в маленькое помещение со спёртым воздухом. На первый взгляд тут ничего нет, но включив свет, я выстрелил в угол, и попал в секретку. Из стен выехали стеллажи с оружием и снаряжением. Подумав я взял наёмничий комбез и «Вал», одну аптечку, а когда сел на стул поесть, услышал слабый стук в дверь. Четыре короктих, один длинный, два коротких.

- Входите! – крикнул я.

Сняв растяжку,дверь открыли, на пороге стояли Вествуд и Леший. Я взглянул на часы – «15:21»

Я деловито подцепил вилкой тушёнки и запихнул в рот.

- Какими судьбами, братцы – кролики? – прожевав сказал я.

- Да вот за тобой пошли. Знакомься – Вествуд,- Леший сделал знак рукой в сторону парня- Вест, да не стой как пень, садись! –Леший придвинул две табуретки. – В общем мы с тобой, брат.

Я довольно хмыкнул.

- Обновляйте снарягу.-я засунул в рот ещё кусок.

- Я возьму «Ак-74/у» и комбез сталкера.-пройдясь вдоль стеллажей сказал Вест.

- Неее…- протянул я.- Мы на «Монолит» идём. Там что-то посерьёзней нужно, чем «плётка» и «стрекоза». Бери «Гром» и «СКАТ-9м».

- Денег нет на такое..- пробубнил Вествуд

- На меня запишем. – потянулся я.

- Окей – подвёл итог Леший и не думая, взялл со стеллажей Кольт 1911 и ВАЛ, пять рожков под автомат и три под пистолет. – И ещё.. Хороших парней идём спасать. Хотя где гарантии, что они ещё живы? По хер! – нахнул он рукой и набрал код на кодовом замке, который я даже не заметил. Из пола вышел подиум с пятью экзоскелетами. Новыми, в масле. Я аж присвистнул. – Разбирайте!

Я не колебаясь ни секунды стянул бронник и одел сначала подкладку, потом бронник и саму конструкцию из трубок.

- Я прикинул: энергии экзоскелетов хватит на пять часов «боевого» режима. Как подойдём к Юпитеру, включите его, пока, пусть работают в сберегающем режиме. – сказал Леший, одевая броню.

Вествуд, широко улыбаясь, проверял все ремешки, заклёпки, тумблеры. Потом взял «Гром», пять рожков и две подствольные гранаты. Также он взял беретту и два магазина плюс нож и разместил нож на привод, что-бы тот выбрасывался, как у Ассасинов в старых игрушках. Я собственно последовал его примеру, только крепил нож не на правую руку, а на левую. А ещё я взял мачете. Глотнув банку энергетика я подобрал ВАЛ и снял со стеллажа пять магазинов для КОЛЬТ’а, я выщелкнул полупустой и поставил на стеллаж. Вставил новый, дёрнул затвор. Нормально. Пойдёт. Засунув пистолет в набедренную кобуру, я разложил содержимое армейской аптечки по ячейкам, автоматика экзоскелета при ранении владельца фиксирут сложность раны, область и вводит необходимые лекарства или просто выводит на экран сообщение типа «Вы умрёте через полчаса». И как ни крутись, а сдохнешь через 10 минут. Я улыбнулся. Посмотрел на часы – 15:43.

-Двинули – прогудел я и приоткрыл дверь.

Глава 7 Зомби

В 17: 00 мы были около главного корпуса завода «Юпитер».

- Нужно поискать здесь ход, дверь, что-нибудь. – сказал я. – Не разделятся. Ещё порвут на сотни маленьких сталкеров.

- Принято – откликнулось в наушникое голосом Вествуда.

- Командир, а почему операция нужна именно сегодня? – не сдержался от распирающего вопроса Леший.

- Завтра парней уже может не быть. – прогудел я, приоткрывая дверь главного цеха. – Пусто!

- Надо поискать тщательнее! – сказал Вест.

- Если бы ход был здесь, тут бы крутились противники, а мой ДЖФ молчит как партизан. – я размял затёкшие руки.

- Ну хорошо.

Потом мы двинули в административный цех. Это место надо было проверять первым. Я повёл стволом автомата из стороны в сторону, включил ПНВ.

- Сканер что-то засёк. – сказал Леший.

И тут невидимый соперник вышел из тени : их было трое. Шаркающей походкой они шли к нам. Шлем скорее всего не может принимать такую частоту. Это же прототипы. Я вскинул ВАЛ и дал очередь в грудь одного из противников. Он медленно опустился на землю со звуком, похожим на «буээээ», Вествуд от бедра поливал зомби из грома.

- Им надо бить в головы! – заорал Леший и выстрелил в зомби, по которому я дал очередь из ВАЛ’а.

Чтож. Будем стрелять. Я выхватил «Кольт» я прицелившись, выжал спуск. Голова третьего зомби лопнула, как перезревший арбуз. Вествуд, тем временем, одной пулей снёс голову последнему.

Я спрятал кольт в кобуру и перехватив ВАЛ двинулся дальше.

- Теперь я уверен, что ход здесь. – прогудел я, включая фонарик.

Лучик света облизал опшарпаные стены и устремился вдаль. Конца коридора не было видно. Он был прямым как кишка.

- Я отчётливо помню, как был здесь. Тут были комнаты и лестницы. – недоумённо сказал Леший.

- Они видят и впускают нас.-обьяснил я.

-Кто – они? – задал вопрос Вествуд.

- О-сознание, кто-ж ещё. –ответил Леший.

Я молчал. Мне нечего было сказать. Я горел желанием спасти команду. Они мне как семья всё-таки.

В кориде внезапно образовалась щель, из неё высыпались пять зомби. Они почти синхронно с нами подняли стволы и начали палить. Экзоскелет уберёг. Я понял, что одна из пуль срикошетила об мой шлем.

- НАЗАД! – крикнул Вествуд, вскидывая «Грозу».

- Стой!! – Заорали мы с Лешим хором, но Вествуд всё-же выстрелил.

Гранаты летают по навесной траектории. Сняряд чирканул по потолку и взорвался, отдалившись от нас всего на 20 метров. Нас вновь уберегли экзоскелеты. Коридор завалило. Я очнулся от неприятных писков в ушах. Оказалось, это броня пыталась привести меня в чувство с помошью звуком и энергетических импульсов. Я открыл глаза. Экзоскелет фиксировал критические повреждения почти всех систем и интерфейс был ярко – красным. Я сел, помотал головой, разгоняя белую пелену, закрывающую взор. Блин.. сколько же мы тут провалялись? ПДА коворил, что сейчас 19:38. Пойдёт, я надеюсь. Я наконец огляделся и понял, что что-то не так. Мы валялись перед дверью. Оружие куда-то пропало. Всё кроме ножа. Приводы искрили, руки были пудовыми. Я нажал на кнопку перезагрузки системы. Экзоскелет тикал чем-то с минуту, потом принял новые данные и охарактеризовал состояние как тяжёлое. Я поморгал. Слева лежал неподвижно Вествуд, справа – Леший. Я вскочил, сорвал с Лешего шлем и пошупал пульс. «Покойник» - констатировал я. Потом то же самое случилось с Вествудом. Закрыв обоим глаза я подошёл к двери. Кода не было. Дверь была полностью гладкой и занимала пракчитески весь коридор. Я с досады ударил кулаком по двери. Потом ещё и ещё. «Силовой режим активирован» - прогудел экзоскелет. « Питания хватит на шесть минут.» - констатировала броня. Я не долго думая скрутил аккумуляторы с брони Вествуда и Лешего. Вставил «свежий» аккумулятор в экзоскелет и попждал перезагрузки. «Питания хватит на сорок минут». – сказала машинка и я понял, что Вествуд погиб сразу. «Везунчик ты, Псих»- сказал я про себя и с размаху пнул дверь. Потом с разворота, чтобы удар получился мощнее. Дверь скрипнула и поддалась. Я отошёл на десять шагов и разбежавшись ударился в дверь плечом. Больно. Я почувствоал на секунду, будто лечу, потом голова больно ударилась об уже лежащую дверь.

Глава 8 Монолит

Я встал. Передо мной стелился коридор, в конце которого был яркий свет. Я включил ускорение и припустил в конец(а может начало?) коридора. Внезапно в коридоре возник силуэт стоящего спиной ко мне монолитовца. Я не сбавляя темпа прыгнул на него я выкинув клинок, проткнул ему голову насквозь. Он не издал не звука, если не считать того грохота, с которым мы упали на пол. Я обыскал тело и нашёл «калаш» и один рожок к нему. В кобуре на поясе был «USP» с глушителем, в подсумке нашлась одна граната и два магазина для «УДП». Я взял пистолет, оставив калаш висеть на спине и побежал дальше. Экзоскелет перестал искрить. Это странно. Достигнув конца коридора, я попал в зал, больше похожий на арену в баре «сто ренген».

- Встречайте! Сегодня здесь тот, кто пришёл за своими друзьями. Тот, кто выжил! Встречайте: наёмник Псих! А мешать ему в заветной цели будут несколько человек – первый раунд: гроза искателей приключений, и не обращайте внимания на клиичку, стреляет он действительно не плохо! Встречайте Циклопа!

Диктор замолк, а «трибуны» были необычайно тихи, хотя там и стояли сталкеры «монолита». Видимо у них так заведено. Я поднял АК к плечу и шагнул к горе стоительного мусора, увидел контенер и рванул к нему. Оторвав крышку, я отбежал подальше, в угол, где меня было возможно увидеть только с одной стороны. И то- я простреливал эту сторону. К контейнеру прибежал Циклоп и разрядил в него рожок от ВАЛ’а. Я прицелившись, выжал спуск. «Арбуз» сразу разлетелся на кусочки. Тело ещё секунду стояло, а потом завалилось на колени, а потом на живот.

- Вау! Первый раунд завершён! Но что это? Группа «монолита» решила бросить вызов психу-одиночке!

Зал синхронно крикнул «Слава монолиту!» и снова затих. «Да блять!» - подумал я и метнул гранату в другой конец зала.

Грохнул взрыв и диктор сказал «Двое минус!, осталось ещё двое!»

Я мысленно сплюнул. Взяв пистолет я вышагнул из-за контейнера. Перебежав к контейнер справа, я прикинул шансы : я не знаю их опыт, звание, экиперовку в конце концов. Шансы были хуёвыми. Честно.

Я вышел из-за ящика и сразу увидел сгорбленную фигуру в стандартнос комбезе «монолита». Вскинув пистолет я послал в фигуру три пули. Одна должна была точно пробить сердце. Одна пуля действительно пробила сердце. Монолитовец вскинул руки к небу и упал ничком. Вторая пуля попала в руку, а третья в баллон с за спиной бойца. Я не знаю, что они носят в своих баллонах, но бабахнуло знатно. Я выматерился. Из-за угла сразу вырулил монолитовец, поливая от бедра место, где я предположительно находился. Я не долго думая спрятался, а как боец в припадке истречиского хохота начал перезарядать автомат, я снял с привода нож и выйдя из-за угла метнул ему в голову. Попал в глаз. Боец заорал, выкинул оружие и получил контрольный в голову из «USP».

- Второй раунд завершён! Ты прошёл ещё одно испытание на пути к своей цели – последние слова прозвучали подозрительно знакомым голосом. Я вспомнил его и сразу подняв пистолет, выстрелил в динамик. Пистолет шёлкнул, и я вставил новый магазин.

Дойдя до конца арены, провожаемый презрительными взглядами бойцов «монолита» я закрыл за собой дверь. В голову больно «постучали». Я отрубился.

Очнулся я во всё той-же клетке, что и утром. ПДА говорил, что сейчас 21:17. Снаряга всё там-же, под куполом. На мне экзоскелет, а камера открыта. Подозрительно, вам не кажется? Я оторвал купол, взял потерянный мною ВАЛ и два рожка боеприпасов к нему. Хотелось есть, но дело прежле всего. Я взял со стеллажа кольт и нож. Вышел из камеры, вырубил монолитовца, который опять сидел на том же месте, в той-же снаряге.

Глава 9 Дежавю

На этот раз я свернул влево. Справа лишь комната с «монолитом». Вдруг слева окажется комната с био камерами? Возможно. Тем-не-менее я дошёл без приключений, если не считать двух собак, которые выскочили из своих камер и накинулись на меня. Нож успокоил обоих. Когда я достиг конца коридора, то попал… во всё ту-же белую, блять, комнату! Дежавю ёпт! Передо мной вновь возникла фигура в балахоне.

- Я знаю зачем ты тут. – сказала фигура.

- Я тоже. Ведь с тобой я говорил, когда был тут в первый раз?

-Именно. Итак, ты пришёл, чтобы выручить своих друзей?

- Ты просто читаешь мои мысли приятель!- сказал я, готовясь изрешетить фигуру из ВАЛ’а.

- А вот этого не надо. Слушай меня, наёмник: твои друзья здесь – он махнул рукой и как по мановению палочки слева от фигуры появились четыре капсулы с пленниками. Одеты все были во всё те же баллахоны.

- Освободи их.

- Это твоё желание? – вопросила фигура.

- Моё желаение тебе не увидеть, даже со всеми твоими способностями к телекинезу и прочей херне.

- Не надо так грубо. – сказал человек и капсулы открылись.

Тела моих напарников попадали на пол и люди начали кашлять и жадно глотать воздух. Я незамедлительно вскинул кольт и выстрелил фигуре в голову. Человек упал ничком на спину. Я побежал к команде, народ уже потихоньку приходил в себя, Метро сидел, обхватив колени на полу и пялился в одну точку сузившимися зрачками. Я щелкнул перед глазами у Метромана фонариком и он отошёл из транса. АдмиралЪ просто валялся на спине и ржал. Я перевернул Мартинеза на спину и сразу отшатнулся. В глазах у парня ужас.

- К…то.. ты?.. – прошептал он.

- Псих – признался я.

- На.. тебя не.. похоже.. – зрачки расширились, дыхание нормализовалось.

Я отошёл от него к Подонку. Парень уже был готов отплясывать ламбаду на черепах местных кровососов.

Внезапно все стены стали зеркальными плоскостями. И я увидел себя. В кого я превратился.. Лицо от правой брови до левой скулы перескал уродливый рубец. «Теперь меня мама родная не узнает» - подумал я и притронулся к шраму. Но тут фигура человека, которого я недавно «застрелил» встала в совсем ином обличье. Вместо левой руки был огромный органический тесак, покрытый венами по всей своей длинне, правая рука превратилась в уродливую когтистую лапу, о пяти пальцах. Глаз остался у монстра только один, на месте второго двигались какие-то щупальца.

Внезапно монстр заорал и я вскинул ВАЛ. Остался один магазин обычных, один с бронебойными и один полупустой сейчас был в автомате. Я перещёлкнул автомат на одиночные и выстрелил твари в голову. Он(или она?) откинул голову и сразу-же поднял снова. Хорошо, зараза. Будем действовать по-другому. Я выщелкнул полупустой магазин и вставил магазин с бронебойными. Левая рука тем временем полетела сверху-вниз на меня, я кувыркнулся в сторону и влепил три патрона в основание тесака. Попасть было не трудно - рука застряла в полу, настолько сильным был удар.

Монстро заорал и… оторвал свою клешню к ебени – матери. На месте утраты сразу отрос аналог правой руки. Теперь тварь была похожа на россомаху из старых фильмов. Я тем временем переместился монстру за спину и двумя пулями раскрошил ему затылок. «Осталось порядка 15 пуль» - механически подсчитал я. Тварь даже не подумала сдохнуть – с разворота она долбанула меня клешнёй. Я отлетел добрых десять метров, прежде чем остановился, долбанувшись хребтом об стену. Снова спас экзоскелет, но двигатся было крайне трудно. Нож вылетел из ножен ещё в полёте и теперь я остался с пятнадцатью пулями в автомате, против невьебестически стрёмного пидараса.

Чтож, вот наверно и конец.. Я дёрнул затвор, выщёлкивая один патрон. Чтобы застрелится, чтобы не мучатся. Я прицельно высадил одну за одной пять пуль в глаз твари, пока она медленно но верно шла ко мне. Монстр зарычал, и тут случилось то, чего я никак не мог ожидать. АдмиралЪ, Метро и Мирон пытались прижать монстру руки. Зачем? И так ясно, что всем нам кранты.. Конечно-же все трое улетели в сторны, когда монстр, словно отряхиваясь дёрнул плечами. Но тут над головой твари появился Подонок с двумя клинками в руках. У нас у всех клинки дублируются. Стоит нажать на кнопку, как один клинок раздваивается и превращается в два. Я просто сидел и не мог пошевелится. Подонок тем временем всадил один клинок в голову твари(я даже удивился, насколько легко нож прорубил череп), а потом наш доблестный коммандос с размаха отрубил голову твари. Потом, когда уже обезглавленная тварь пыталась стряхнуть надоедливого «наездника», он, шатаясь, методично перерубал вены на обоих руках. Кровищей было залито, казалось всё, что только можно. Команда наёмников потерялась в маленьком кровавом океане, который уже доходил мне до лодыжек. Когда тварь, наконец упала, Подонок бросил взгляд на меня, потом на валяющихся друзей, снова на меня.. Я кивнул. Подонок ломанулся к Мартинезу, усадил за пятую точку, и оставив его подпирать и без того прочные, измазанные кровью зеркальные стены, двинулся к Метроману. Перевернул его на живот. Потом проделал тоже самое с Адмиралом. Когда подошёл ко мне, в потолок из тела монстра взвился яркий багровый луч. Голова заболела. На миг в голове появилась мысль, что всё это было зря. Мы все покойники, мы все бы всё равно погибли. Контракт сразу показался мне «гнилушкой», но чтобы так.. В голове лопнули все нити. Этот бой мы проиграли всухую…

Эпилог

Я снова почувствовал, как-будто у меня не было тела, я снова видел лишь пустоту и мрак.

- Ну привет. –сказал я.

- И тебе не кашлять – хихикнула пустота.

- Теперь-то я умер?

- А сам-то как думаешь?

- Скорее всего. Второго случая может не быть.

- Ну.. в этом ты прав, странник.

- С утра «сталкер», сейчас «странник». Где связь?

- Свою роль в качестве «сталкера» ты выполнил.

- Ах вот оно как? – ничуть не удивился я. Наверняка Зона хотела испытать своего нового «супер-монстра».

- Странно, что ты не умер в первый раз.

- Я везунчик?

- Радуйся, наёмник, тебе дали второй шанс. – улыбнулась пустота.

В глаза хлынул яркий свет. Я открыл глаза и начал жадно хватать ртом воздух.

Мирон посмотрел на меня с удивлением и принялся чистить пулемёт.

- Я чувствую, денёк будет долгим.. – сказал Метро, приложившись к фляжке….


"Ал"

Хлам

Выпь давно искал время для похода сюда. В баре всё поговаривают, мол, интересное чего-то тут происходит ночами. Пара сталкеров пропала, к примеру, да притом бесследно. Шорох в третьей хате слева слышиться - ужасный, если верить слухам. Ну, да пересудам здесь быть - Зона как-никак.

Хутор был пуст. Даже с больной буквы Пуст. Ворон и тех над ним не летало. Впрочем, выброс был два дня назад - могло и покосить, да обратно налететь не успели. Но факт.

В самом центре улицы на "входе" вольготно расположилась "карусель": вон пара болтов кружится, а болты - это вам не листья, ага? Сталкеру Выпи таковое видать не впервой было. Впрочем, он со входа и не шёл - далеко же не всегда здесь прямая дорога самая близкая.

Дыра в заборе была основательная. Видно, кабан пробегал - что ему, твердолобому. Васка Хлыщ 2 недели тому назад по глупости помер - говорил, с багром пожарным выйден на припять-кабана. Впрочем, после полторушки горькой и не на такие подвиги народ рвался, да дальше порога не доходил. А Ваську Хлыщом чего кличут? Его когда-то трое гоповатых сталкеров отмесить собирались - отмесились, голубчики. Чуть не соскребали их с грунта потом. Так он после этого, когда в бар шёл, споткнулся, и слегка дверной косяк подровнял. Косяк крякнул, Васька ввалился в бар, и споткнулся ещё раз, да ряпнулся оземь. Вроде несильно - но отключился, и юшка из носа хорошо плеснула. Вот и Хлыщ - только за глаза, потому что вторично косяк ровнять никто не хочет.

Так вот, помер Васька. Багор чуть не втрое скорёжило, когда Хлыщ им кабана угомонить попытался. Цемент он жрёт, что-ли? Кабан, в смысле.

Вот и здесь зверюга с забором не разминулась.

Метнув пару болтов, Выпь сунулся дальше. Приметил во дворе ещё пару изделий, и одну гайку - значит, не впервой сюда сталкеры хаживали.

Неспешно пройдясь по хутору, сталкер успел мельком оглядеть около десятка хат - негостеприимных ну ни разу. А вот одна заинтересовала - какая-то незахламленная слишком, что-ли?

В окно Выпь увидел только кучу хлама в углу. Что интересно, одну на всю хату - остальное пространство было чистым. Открыв было крышку подвала, бродяга сразу раздумал туда заглядывать - аромат оттуда шёл, прямо скажем, не Шанель. Так прёт от мощного такого, плотного "киселя". Даже было задумался, стоит ли в хате ночевать - вечерело же. Ну, да до ближайшего места потенциальной ночёвки ещё прилично чесать, да и задницей своей рисковать не хотелось. Хм, и чего про этот хутор сплетничают? Вполне мирно, а как для Зоны - так вообще кущи райские.

Зайдя в комнату с с кучей этого мусора, Выпь что-то такое почувствовал... непонятное. Погуляв цепким взглядом, заметил блики в углу. Оценил - никак они туда упасть не могли, солнце под другим углом, да ещё и садиться - вон на стене напротив тень от дерева колышется. Ну, с богом.

Подойдя к подозрительному углу, Выпь чуть не взвизгнул - отсвечивал какой-то артефакт. Нет, ну явно же - нормальный утюг так не сияет, да и цветом не тёмно-фиолетовый с прожилками иссиня-чёрного. И не слышал вроде о таком сталкер - стало быть, учёным диковинка понравиться. А это - сумма. Может, и не очень большая - ну да там видно будет. Упрятав находку в контейнер, Выпь ещё раз прочесал всю хату, и основательней заглянул в остальные - нет, нифига не нашёл. Ну, и пёс бы с ним - вот медузы две плохоньких, да этот утюг аномальный. На прожитьё должно хватить, и в карман чего положить останется. А бармен - сволочь. Ну его, с такими ценами, да больше жрать негде...

Ночевать сталкер почему-то решил в том самом доме, где нашёл "утюг". Может, думалось ему, сон какой приснится нормальный. Да и отстреливаться, в случае чего, удобно будет.

С полчаса послушав Зону вокруг, ничего опасного не услышал - так, постреливают да порыкивают вдалеке. Как обычно. Съев стандартную тушёнку с хлебом, да запив стопочкой горькой - нуклиды же - Выпь свернулся в дальнем углу комнаты, который ни со входа, ни тем более из окна явно не просматривался (видно, шкаф там стоял, или телевизор). Перед самым сном ещё раз о находке вспомнил - а Гиря говорил, мол, сопляк ты ещё, Выпь, на одних медузах да прочей мелочи жить и будешь, а в итоге кровосос тебя сожрёт. Вот всем выставлюсь за находку, а этой сволочи нет. Пусть завидует...

Утром в округе ничего не изменилось. Только куча хлама в комнате хаты лежала уже в другом углу, а на стенке за ней плясали блики.


"Cocka"

Проснуться во тьме

Я открыл глаза и ничего не увидел. Повсюду была только темнота, густая и чёрная. Тишина, нет вот звук моего дыхания, что-то пузырится, а, хм, это просто урчание моего живота.

Сколько я пролежал в этой темноте стараясь понять "ЧТО, ГДЕ, КАК?" я не знаю. В какой-то момент я вдруг осознал что я здесь(вот только где?) и мне жутко неуютно. Меня что-то стесняло... я попытался поднять руку, кое- как это у меня получилось. Я был жутко слаб, моя рука ужасно дрожа медленно ползла сквозь тьму (Я это ощущал) и вдруг упёрлась во что-то твёрдое. Сил у меня не хватило и конечность шлёпнулась на живот. Ох, какой ужас! Я ужасно худ. Ощупав живот и грудь, я натолкнулся на лес выпирающих рёбер покрытых тончайшей как бумага кожей.

Мне пришлось лежать так некоторое время, ждать пока отдохнёт рука. Вдруг я вспомнил - что у меня есть вторая! Чёрт! Что с моей памятью?! Я поднял руку и ощупал лицо, оно было очень худо, кожа покрывала череп словно шёлк. Волосы, где они?! Ни одного я не нашёл, даже ресниц не было. Рука устала да так и рухнула на лицо. Я почувствовал ладонью свое тёплое дыхание, ещё я унюхал запах не чищеных зубов.

Что чёрт возьми такое, я понимал что быть худым - не нормально, я знал что зубы нужно чистить, и ещё я знал, что на голове должны быть волосы, в конце концов РЕСНИЦЫ! Они должны были быть в любом случае! У всех людей они есть! А я человек! Хм, я всё это знал, но меня что-то беспокоило, что?

Я стал думать, время текло, я знал что такое время. Голова начала болеть, меня клонило в сон... "Перетрудился" подумал я...

Я проснулся, хотелось есть, но пить хотелось сильнее. Я решил встать, резко поднялся и очень больно стукнулся обо что-то лбом, снова рухнул. Боль пульсировала, я выматерился и понял что это не хорошо. По лицу поползла какая-то скользкая, мерзкая гадость! Я тряхнул головой и гадость попала в рот, на грудь и шею. Гадость была солёной, это кровь! Причём моя.

Я стал думать. Так, вчера я... появился... нет! Ээ, возник, или... проснулся? Да, проснулся, где я проснулся? Тьма, ничего не видно, я поднял руки и стал ощупывать то "место" где я появился. В общем подвигав ногами, руками и головой я понял что нахожусь в металлическом гробу. Ещё я понял что к паху и шее прикреплены какие-то пластиковые трубки мешающие двигаться. Я дёрнул за одну и почувствовал боль промеж ног. Оох, как больно! Я снова выматерился, понял что это плохо и опять назло всем и всему изрыгнул пару адских словечек.

Чёрт, мне нужен свет, ведь ничего не видно. Я вновь начал ощупывать мой "гроб", он был кое где выпуклым, но ничего интересного или выдающегося я не нашёл. От злости и непонимания ситуации я с силой саданул коленом по низкому "потолку" и вдруг... что-то зажужжало. Затем послышался писк, возник басовитый гул и мне в глаза брызнули огнём! Я зажмурился, чёрт, как жжёт глаза, ах. Я прикрыл их ладонями но свет остался.

Постепенно ослепительно белый свет исчез, и остались лишь розовые блики. Запах, возник странный запах. Что же это? Сладкий, приторно сладкий запах. Я лежал зажмурившись и пытался вспомнить что это за запах. Пахло... сладким, вэ...ваниль! Вот, пахло ванилью! Но причём тут ваниль? Что вообще происходит? Постепенно мой разум прояснился, я даже удивился насколько узок был мой взгляд на жизнь, но теперь мне будто дали больше мозгов!

Я лежал и пытался наконец понять всю сложившуюся ситуацию. Постепенно запах исчез, или приелся, но я перестал его замечать. Ничего так и не поняв, я решился опять открыть глаза. Невыносимо белая щель возникла передо мной, я зафиксировал взгляд, и лежал так полу открыв глаза некоторое время. Затем свет стал меркнуть, я всё шире открывал глаза и наконец свет превратился в очень слабое сияние двух ламп встроенных в "потолок".

Ого! Я наконец увидел свои ноги, руки и свой "гроб"! Он был из металла, полимеров, и разных неизвестных мне веществ. Я же лежал на какой-то мягкой и тёплой штуке, я просто не знаю названия данного, ээ, плоского предмета. Я решил получше рассмотреть то на чём я лежал и попытался перевернуться но... не смог. Моя пятая точка как будто была приклеена к "штуке" и как только я начинал ворочаться...там становилось больно.

Я снова лежал и поражался какой я беспомощный! Захотелось в туалет, по маленькому, я подумал что не хочу плавать в своей моче и решил найти выход из такой неприятной ситуации. Выход я не нашёл, зато нащупал своё хозяйство и вдруг понял что моё "хозяйство" сплошь покрыто пластиком переходящем в трубку, которая в свою очередь уходила между ног в ложе. Я попробовал, и у меня получилось, в моче я не утонул! Бурная радость захватила меня и я засмеялся, как ребёнок. Но что странно, кто такой этот ребёнок я вспомнить не мог. Ломал голову долгое время но... "ребёнок" остался для меня "весёлой" тайной. Может этот ребёнок какое-нибудь существо которое любит веселится и радоваться, ну или писать. Я внезапно опешил, а вдруг я... ребёнок?! Очень может быть... ребёнок застрявший в железном гробу. Затем я почему-то подумал что ребёнки не бывают такими длинными как я, они не имеют такие большие ладони, и у них тонкий голос. Значит я не ребёнок. А кто же я тогда?

Кто я? Над этим вопросом я пролежал так долго что непроизвольно заснул...

Я снова проснулся, потянулся, возникло желание сходить по маленькому, сходил. Я страшно хотелось есть! Чёрт, я огляделся в поисках съестного, но "пожевать" тут можно было только шланги или синтетическое покрытие.

Внезапно запахло чем-то... что это за запах я сначала не понял, но потом, когда аппетит исчез, я додумался что так пахнет еда! Я понял, что через трубки в паху и шее доставляется в моё тело еда и вода. По телу разлилось тепло, я стал сытым, очень странное ощущение, рот не нужен, чтобы пить или есть, нужны лишь трубки...

Вот так лёжа в неге тепла и достатка этого гроба я вдруг вспомнил то о чём думал до того как заснул в прошлый раз. Кто Я? Что очень смущало, я не мог вспомнить ответ на этот вопрос, а я его однозначно знал. Пришлось пойти по цепочке фактов, я человек, заключённый в металлический ящик который кормит, поит, и заботится обо мне. Как я здесь оказался не помню, я помню только всё что стало происходить с моего первого... пробуждения. Этот факт привёл меня в ступор, "П Р О Б У Ж Д Е Н И Я". Я спал, спал здесь в этом гробу! Долго ли? Как я могу ответить на этот вопрос, если даже не знаю кто я?! Хотя, судя по некоторым данным, я вспоминал кое чего в процессе нахождения здесь. Значит есть возможность того что я опять что-то вспомню.

Начиная с того момента ничего нового в моей жизни не происходило. Я засыпал, просыпался, псевдо ел, псевдо пил, и лежал. Ещё я думал, очень много думал. Бывали моменты когда голова тяжелела от раздумий, возникал запах ванили и разум просветлялся. Сколько времени прошло с того момента как я впервые проснулся и не знаю...

Однажды я в очередной раз после сна открыл глаза. Но света ламп я не увидел! Была та же густая тьма как и в первый раз. Немного полежав я стал долбить коленками в "потолок" словно там жил мой шумный сосед. Свет как тогда не включился. Мало того, я чувствовал дикую жажду но она не проходила. С ужасом я осознал что "чудесный гроб" перестал работать и теперь он станет выполнять свою основную работу: "хранить в себе труп". В меня словно в болванку ворвалась паника, она заполнила всё моё существо. Вот что происходит когда после летаргического сна в гробу просыпается человек! Паника была животной, она как лавина вытеснила всю логику, оставив лишь прямые инстинкты. Я начал бить ногами по "крышке гроба" как умалишенный и вдруг с ужасом заметил что шлангов в паху и шее больше нет, они валяются с краю от меня! После этого я сорвался и стал зверем, зверем который угодил в смертельную западню. Я кричал, звал на помощь, выл как волк, рычал от бессилия и сдирал пальцы в кровь пытаясь найти щель в гробу. Мои ноги болели, руки стали гореть от ссадин, голова покрылась шишками.

Так, словно бешенный пёс я бесился от ужаса внутри этой "клетки". Вдруг голова закружилась, я перестал шевелится и застыл понимая что сейчас умру. Дышать было очень трудно, возможно воздух сюда больше не поступал. Я понял свою ошибку и старался совершенно не двигаться. Меньше усилий, больше кислорода. Кислород это жизнь.

Хм, я успокоился, лежал и смотрел в "потолок", в темноту. Вдруг я увидел контуры этого самого потолка, но как? Света ведь нет! Я стал ворочаться в поисках этого чудом возникшего друга "зрения". И вдруг справа от головы я увидел еле светящуюся зелёным надпись "Открыть", а над ней была нарисована давящая рука. Я вытер слезу защекотавшую нос и дрожа рукой нажал на надпись. Она продавилась и... тишина. Прошли века, я дрожал и обливался потом, в голове шумело. Вдруг пространство вверху улетело ввысь и я увидел... звёзды. Их было много, очень, они были разные, хотя вроде одинаковые. Ещё я почувствовал ветер, он прошёлся по моему телу и я вздрогнул. Но самым невероятным были звуки! Не звук моего тела, а звуки того что было за "гробом" как будто что-то накатывало, и постепенно исчезало. Ветер чем-то шелестел, что-то издавало странный звук, похожий на... отрыжку. В небе я заметил круг... луна, это была луна. Огромная, гипнотизирующая неоновая монета. Она была среди звёзд и будто смотрела на меня. Я стал смотреть на неё, слушать шум округи и плакать. Как это красиво, после дурацкого гроба звёзды, шумы и луна были прекрасны. Они ласкали мои чувства словно нежнейшие перья. Стало так приятно, и я провалился в сон.

Я проснулся от того что заболели глаза. Наверное уже день так как свет бил сквозь закрытые веки. К нему надо привыкнуть... и я привыкал. От нечего делать стал слушать звуки округи. Хм, теперь их больше, появились какие-то жалобные крики, сначала я подумал что это кричит человек, но крики были разные и я понял что это наверное... птицы. Хм, птицы, интересно что это, или кто? Наверное это живые существа раз они кричат.

Я всё лежал и размышлял о птицах как вдруг услышал довольно странный звук. Ээ, какой он природы я не смог вспомнить, но меня не покидало чувство смущения, и ещё... я чувствовал... ах! Как порой тяжело понять свои чувства! Затем я понял, я понял что нахожусь тут не один! Кто-то сопел прямо перед моим лицом!!! О ужас, что делать? Мне стало страшно... и ещё интересно! Кто это, сопит над моим гробом?! Я решился. Резко открыл глаза.

Боли не было, я увидел какой то чёрный полукруг в море голубого неба. Затем я понял что это голова, очень чёрная! Белые, очень белые белки глаз с карими зрачками с интересом смотрели на меня. Похоже у этой головы были волосы, какие-то... курчавые. Я вдоволь нагляделся на это лицо, что странно оно меня не удивляло, как будто я уже видел подобное. Затем я взглянул на шею, она была довольно толстой и уходила в широченные плечи такого же черного цвета. Похоже это был человек. Во всяком случае он походил на человека. Затем вдруг голова исчезла.

Я лежал и боялся подняться, чего я боялся? Да всего чего стоит бояться, я не знал что есть вне моего гроба, и это незнание заставляло бояться. Затем я увидел их, птиц, они летали в небе и кричали. Странные существа, меня почему то не удивляли их бессмысленные крики.

Внезапно со всех сторон возникли десятки чёрных голов которые уставились на меня. Чёрт! Я чуть не... испугался я сильно. Закричал и в отместку с ужасом уставился на них. Вдруг один что-то пролепетал, языка я не понял, затем каждый стал что-то говорить но я не понимал. Один из них, тот у которого на голове была какая-то штука исчез и через мгновенье опять появился. Перекинул руку через стенку гроба и я увидел в ней кусок жаренного мяса. Чёрный незнакомец улыбнулся и что-то сказал, покачал едой. Я смущенный, взял мясо. Все затаили дыхание... я ждал. Вдруг один выдохнул и сделал жевательное движение. Я сразу набросился на еду и чёрные люди в один голос засмеялись. Меня поразили их зубы, они были невероятно белыми, как будто светились.

Я поел, и мне дали какой-то фрукт, он был очень сладким, я съел и его. Потом мне дали понять чтоб я встал. Так как они меня накормили, да ещё так вкусно, то я стал немного доверять им. Я встал, пятая точка отлипла ещё ночью и я голый стал осматривать округу. Вокруг моего гроба был песок, крышка валялась неподалёку, впереди я увидел, хм я сразу вспомнил что это было море. Волны накатывали на берег и исчезали в песке. Я развернулся под пытливыми взглядами чёрных людей и увидел что песчаный берег уходит довольно далеко вперёд, затем врезается в... лес. Там были деревья, какие я не разглядел. Потом я увидел... деревню, да, небольшие хижины стояли довольно далеко, там сновало много людей. Ещё я увидел довольно большую... трубу которая высилась над берегом очень далеко. Я осмотрел опять своих незнакомцев и понял что голый тут только я один.

Вдруг я увидел, вернее заметил что среди окружающей толпы меня стоит девушка, она не была такой чёрной как остальные, её кожа была гораздо светлей. Она смотрела на меня как все, но во взгляде было, ожидание. Она поймала мой взгляд и сказала: "Превет", я в свою очередь опешил.

Человек с "штукой" на голове что-то быстро затароторил, девушка выслушала его и сказала запинаясь: "Я Оми, ты чилавек... раньшего, пойдь-ом, в диревню."

И я пошёл, голый белый человек "раньшего" в компании чёрных людей шлёпал по тёплому песку. Хм, я вспомнил всё гораздо позже. Сначала конечно познакомился с племенем "Иквихгу". Затем Оми рассказала мне что иногда "капсулы" раскрываются сами собой и из ни выходят люди "Раньшего" но это бывает очень редко. Она была дочерью сына человека "прошлого" (это я её поправил). Что ж, я тоже человек прошлого, спасшийся во время последней войны в капсуле. Я постепенно вспомнил всё, вспомнил как бежал и слышал нарастающий гул ядерных взрывов, вспомнил о своей жене и детях... вспомнил то что было невероятно давно. На моей капсуле которая упала с неба, как и сотни других в тот роковой день я не увидел ни даты, ни даже намёка на время проведённое мной во сне. Я не могу узнать то место, что когда-то было моим домом, здесь появилось море, и возник совершенно другой климат.

Я проспал в своём гробу очень много времени, затем... питание закончилось, и капсула разбудила меня. Но моя память была слишком атрофированной, чтоб понять что делать дальше. Капсулы не предназначены для такого долгого эксплуатирования. Как же она так долго поддерживала мою жизнь? Ответ прост - такие капсулы были созданы на случай ядерной атаки и их генераторы преобразовывали радиацию из вне в энергию. Радиации не стало, и энергия кончилась...

Сейчас я не думаю о прошлом, слишком уж это жутко. Бывает, гуляю рядом с той "трубой" (которая на самом деле была подводной лодкой моего времени). Гуляю я и вспоминаю те первые мгновения моего пробуждения, хм, это наводит на меня веселье, я действительно был как ребёнок. Сейчас я улыбаюсь и пишу эти строки, ты человек "прошлого" читающий этот рассказ наверно тоже улыбнулся? Да, я скучал по моим современникам, осматривал десятки капсул валяющихся по всей округе. Я пытался их открыть, но не мог. Я не знал как их открыть. А стоит ли? Ведь эти самые мои современники устроили ад на земле. Может эти чёрные люди не совершат таких диких ошибок? Они очень дружелюбны, на материке есть другие племена, и что странно, дружище они никогда не воевали меж собой, они даже не дрались ни разу!!!

Хм, интересно, а ведь белые люди выжили лишь в капсулах, не то что мои нынешние друзья. Что странно я не увидел на их телах ни одной патологии, а они просто должны были быть! Может эти прекрасные чёрные люди "настоящего" и есть великие потомки человечества, истинные люди? Те кому бог или кто там есть позволил выжить и подарил землю. Так что подумай "проснувшийся" друг, принадлежит ли тебе это время? Эта земля и этот воздух, который ты, благодаря хитрости науки делишь с нынешними людьми.

«На этот рассказ, меня натолкнул один предмет из игры «Fallout» что-то типа капсулы там есть, только она стоит вертикально и в неё можно залезть, закрыться и сидеть до пришествия Христа. Давно хотел написать такой рассказ но сейчас чего-то вдруг припёрло и вот, написал.»


Нурушов Тимур

Грач!

В Зону все попадают по разному.. Ктото идет сюда за богатством, ктото хочет дойти до монолита, ктото просто убегает от прошлой жизни.. Ха.. Наивные!!! В зоне в самый раз скрываться от правохранительных органов. Например как Грач. Ну и пусть обвинения были ложными, ну и пусть улики были подброшенны. Жаль только, что Сергей, он же теперь Грач, не может этого доказать. Хорошо, что люди, которые важны ему, знают, что он не причем. Ну и еще знает тот кто подстроил всё это.

Ну ничего, вот заработает Грач много денег. Вернется на Большую землю и отомстит всем. Но есть одна проблема.. Что он умеет? Да ничего! Вот и остается ему заниматся марадерством. И довольно удачно, с сожалению для сталкеров -новичков.

Так сказать атаман банды, в которой состоит Грач, владел 1/3 свалки. Ну конечно сталкеры много раз пытались выбить бандитов со свалки и бывало у них это получалось. Но бандиты вновь и вновь возвращались.

вообще Грачу невероятно повезло когда он пришел, хм.. может точнее бежал в Зону. Когда молодой парень отдал последние деньги воякам на границе Зоны за пропуск его подобрал Филин - атаман. Ну естественно Сергей не хотел быть мародером. Он из зол выбираешь меньшее... Зато живется ему хорошо. Частенько бывает в Депо. Опорным пунктом. Куда бывает приводят девчат.. А это очень большая радость. Тут то ни где не найдешь девчат, да хоть каких. А так как Грач в основном бывал при деньгах, эти девчата его любили.. В общем жил он отлично. Пока долговцы или свободовцы не задумывали рейды на Свалку. Вот тогда бандитам приходилось не сладко. Все прятались. Или на время уходили за периметр. Ну а потом возвращались.. И жизнь продолжала! Грач промышлял.. И когда нибудь он, возможно станет атаманом!

Зона, сдесь кто то теряет, а кто то находит.. Вот например Грач нашел себе и денег, и уважение. Ещё бы, после якобы, случайно гибели атамана именно он занял его место. Ну что касается атамана, людей этой категории относились к не очень то хорошой компание. Они отличались жестокостью и очень хорошим умением манипулировать людьми. Второе у Грача получалось гораздо лучше первого. Ну ни чего. У этого новоиспеченного атамана есть очень хороший помощник. Мародер до самого мозга костей! Этот паршивец постоянно настраивал Грача против всех и такими темпами точно скоро сделает из него очень жестокого человека...

Но как известно все мы люди, все мы смертны. И вот в одной из вылазок группа Грача потеряла половину своего состава, в которую входил его советник. Ну что ни делается, то делаетс к лучшему. После неудачной вылазки Грач задумался о жизни, о семье, про которую он изрядно успел забыть. И атаман понял, что всё что он делал не имело ни какого смысла! Это только приносило боль людям. Людям которые кровью и потом добывали редкие артефакты, советали глубокие вылазки. А он, как шакал отнимал у них то что они честно заслужили. Что же он, как он мог, зачем он это делал... Все это пришло в голову атаману сразу... Голова закружилась, в глазал потемнело... Грач потерял сознание...

Очнулся он из.за ощущения будто его поливают холодной водой. Так и жется.. молодой парнишка из его отряда взял на себя смелость это исполнить.

-Ты что творишь? Пошел отсюда!... хотя стой! Собери всю мою амуниция. И еды подольше.

-Нам тоже собираться?

-Я сказал только мою! И живее.

Через десять минут все было сделано.. Грач снарядился, одел разгрузку, рюкзак, взял в руки Ак и направился к выходу.

Выйдя из ангара Грач сорвал все знали различия и направился на север!

Больше ни кто его не видел.. среди бандитов говорят что он дошел до монолита и отправился домой, а сталкеры считают что он по сей день бродит по просторам в роли вольного сталкера! Он нам остается лишь догадываться.


Сергей Юрченко

Просто очень похож

03.04.2010

Сула единственный, кто знал его в лицо. Два дня назад он вышел на связь и подтвердил все опасения Сидоровича. Зная о прослушивании эфира, Сула был краток: Прости Андрюха, но это правда. Это точно был он. Я хотел всё сделать сам, как ты и просил, но напоролся на старых знакомых. Теперь висят на хвосте, хрен скинешь.

Было слышно, что он говорил на ходу. Голос был сбивчивый, какие то посторонние шумы. Явно уходил от погони.

-Где? - здавлено спросил Сидорович.

-. В Низинке, возле трубы. Помнишь, где Татаринов тогда срезался? Там я его и нашёл.

-Спасибо Костя.

-Да какое там спасибо. Ладно держись, жаль что всё так обернулось.

Связь прервалась, а Сидорович уже точно знал, что ему нужно делать дальше. Сначала он уладил все дела с клиентами, потом зашел во вторую комнату и достал из под кровати железный ящик со снаряжением. Старенькая, без всяких наворотов Зоря ни шла, ни в какое сравнение с современными комбинезонами. Да только по опыту Сидорыч знал, что ни какие высокие технологии никого ещё не спасли. Если Зона тебя не примет – всё, не жилец. Хоть какими побрякушками обвешайся. А в этом комбезе она его, когда то знала. Знала и любила. Глядишь, и сейчас признает. Он натянул Зорьку, любовно называя её так перед каждым выходом, вроде как, надеясь на взаимность, подвигался, подогнал ремни. Закинул на одно плечо уже уложенный рюкзак и потянулся, было за Рысью, но передумал и взял обычный обрез. Распихал по карманам патроны, посмотрел на часы. 21:32. Пора.

Сидорыч выключил свет, запер на ощупь нижнюю дверь и осторожно подошёл к выходу. Там присев на корточки, некоторое время прислушивался к звукам в деревне. От туда доносился тихий гомон, а потом раздался дружный смех. Дозорных нигде видно не было. С тех пор как исчез куда то старший все жили, надеясь на авось.

-Анекдоты травят. Ну, это до первого случая- стараясь оставаться незамеченным, он осторожно вышел из бункера и, свернув сразу налево, растворился в темноте.

Район, в который направлялся Сидорович, сталкеров не привлекал. Поживиться там было не чем, а проблем не оберёшься. Это скоро все поняли и больше туда не ходили. Было у этого места одно странное свойство – потеря реальности. Накатывало это волнами и держало всех по-разному. Причём определить такой приход, можно было только после того, как тебя попускало. Бывало, идёшь там, внимательно смотришь по сторонам, оцениваешь обстановку и вдруг щёлк…ты с дедом пересыпаешь сеть, по воде стелется туман и ты счастлив. Причём переход настолько плавный, кажется таким естественным, логичным. А потом резко возвращается реальность. А она, пока ты там грезил, может ой - как измениться. Вот в этом то и заключалась главная опасность. Ни один сталкер так закончил здесь свою бродячую жизнь.

Сидорович об этом знал не понаслышке, когда то испытал всё на собственной шкуре. Но сейчас его волновало другое. Стоя на краю так называемой Низинки (раньше это был огромный колхозный ставок, а теперь просто высохшее ложе с потрескавшимся дном) он пытался найти место для укрытия. Двое суток пути вымотали его в конец. Он еле держался на ногах. Обводя взглядом, бывшую береговую линию он заметил, как над зарослями ивы торчат дуги для тэна. Пригнувшись, Сидорович подкрался поближе. Когда то крытый Урал с левой стороны почти полностью был скрыт деревьями, а правым бортом как раз смотрел на низинку. Сидорыч продрался сквозь заросли и подошёл в плотную к машине. Фон в норме. Он встал на подножку и заглянул в кабину через разбитое стекло. На полу валялись свежие гильзы и пустые консервные банки. Хорошее место, но спать здесь, почему то было страшно. Сидорович снова слез на землю, поозирался, и стараясь не шуметь, забрался в кузов. Там он привалился к переднему борту, положил рядом заряженный обрез и отключился.

Когда он проснулся, был уже вечер. Быстренько перекусив, Сидорович достал бинокль, и пока ещё была хорошая видимость, стал осматривать местность. Ни собак, ни живых зомби он не заметил. Зато было много мёртвых. Их тела, а где только ошмётки валялись по всему высохшему дну. Такую масштабную зачистку могли провести только военные. Рассматривая трупы, он старался запомнить их местоположение. И как только сумерки стали сгущаться, он прихватил с собой найденный в кузове кусок брезента и где перебежками, где ползком добрался до ближайшего трупа. Что бы не светиться Сидорыч накрыл себя вместе с ним брезентом и включил фонарь. Застывшее лицо показалось ему знакомым. Где-то он его уже раньше видел, но гадать где и когда ни времени, ни желания не было. Переползая от одного мертвеца к другому, Сидорович проделывал одну и туже процедуру. И всё напрасно. Того, кого он искал, среди мёртвых не было. Когда осматривал последнего - фонарик был уже не нужен. Занимался рассвет. И тут он услышал, как хлопнула дверца. А потом раздалось гудение, имитирующие работу двигателя. Точно такое же, какое издают дети, когда играют в машинки. Приподняв голову над трупом, Сидорович увидел, как гражданский зомби, сидя в кабине, крутил руль во все стороны и при этом подпрыгивал, как будто ехал по колдобинам.

-Дальнобойщик, твою мать. Теперь придется искать новое место.

Конечно, он легко мог его убить, но ни хотелось пока поднимать шум, да и кто знает, сколько тут ещё таких специалистов шляется. Смотрел же тогда в бинокль, внимательно, каждый кустик - никого не было. А тут на тебе. Видать, ночью новые подошли. Сидорыч размял правую кисть, взял поудобней обрез и уже опёрся было на левый локоть, чтоб начать ползти, как его накрыло волной.

-Ну так чё, Константин Сергеевич можно сделать так, чтоб Колька мой к тебе попал? Сула, уже осоловевший (обмывали внеочередное звание) потянулся за сигаретами.

-Да какие проблемы, завтра сделаю запрос, оформим перевод.

Сидорович посмотрел, улыбаясь на Колю, потом перевёл взгляд на Сулу.- Два дня как в увольнительной, а уже мозги проел со своей Зоной. Вчера нам с матерью так целую лекцию устроил. Дескать, если не будет таких как он, так зомби скоро до Киева доходить будут. Сула затянулся, потом выпустил струю дыма в потолок.- Так то тебе надо к долговцам дезертировать. Это они всё хотят спасти мир от Зоны, а у нас что? Жахнул с пулемёта по собакам и тишина.

Придя в себя, Сидорович сразу понял, что попал. Буквально в двух шагах за спиной он услышал какое-то бормотание. А реальность застала его в той же позе, что и оставила. Предплечье затекло, он всё ещё лежал на земле и понимал, что разойтись полюбовно уже не получится. Оставалось только одно. Он рывком перевернулся на спину и дуплетом выстрелил в голову нависшего над ним зомби. Тот, отлетев назад, рухнул в траву, а Сидорович закричал как-то по звериному, всё ещё лёжа перезарядил обрез и на карачках пополз к убитому.

-Показалось.

- Да не может быть.

- А чего ты ждал? Разве не за этим ты сюда шёл?

За миг до того как нажать на спуск, он встретился с ним взглядом и …узнал. В другой ситуации он может, поступил бы и по-другому, но инстинкт самосохранения и здравый рассудок его опередили. Он стоял на коленях над убитым зомби и водил над ним руками, как будто боялся к нему прикоснуться. От головы почти ничего не осталось. Лохмотья формы, худое как у узника концлагеря тело. Набравшись смелости, Сидорович полез в нагрудный карман зомби, нашёл там засаленный, почти чёрный военный билет и раскрыл. С фотографии на него смотрел молодой парень.

Долго ещё Сидорович сидел рядом с существом, бывшим когда-то его сыном. Он был полностью погружён в себя, совершенно не замечая, что происходит вокруг. Ему было всё равно. Иногда в его памяти всплывали фрагменты из прошлой жизни - жизни, ставшей для него далёкой и чужой. Он давно смирился с Колиной смертью и со своей участью. Но пустота, образовавшаяся внутри, заставила играть по своим правилам. Он ещё раз посмотрел на фотографию и хриплым, сдавленным голосом сказал: Просто очень похож.

Затем он вернул документ на место, с трудом поднялся и медленно, покачиваясь из стороны в сторону, словно зомби, побрёл на Кордон.

- Просто очень похож.


Алекс Самарский

Призрак

- Ну, как она? – подойдя к костру, спросил молодой парень у сидящих. На вид ему было не больше тридцати лет, однако небольшой старый шрам, тянущийся от левого глаза к виску, придавал его лицу вид тертого жизнью мужчины и даже некоторую суровость. Он был среднего роста, обычного телосложения и т.п. В общем, встретишь такого на просторах Руси и ничего выдающегося в нем не увидишь.

- Помаленьку, - буркнул усатый мужчина, покрепче сжимая цевье «калаша». – Чего тебе, Призрак?

- Да вот, на огонек забежал, - поставив свой АКМ на предохранитель, присаживаясь, ответил Призрак. – Что нового в Зоне слышно, Хотабыч?

Два других сталкера, сидящие напротив, тихо прыснули в кулак.

- Кто?! – возмущенно воскликнул усач.

- Ладно, Сергей Андреич, не буду больше вас так величать, - усмехнулся Призрак.

- То-то же! – торжествующе вскинув подбородок с небритой щетиной, произнес Сергей Андреевич-Хотабыч.

- Так что нового? – повторил вопрос молодой сталкер.

- Зона слухами полнится… - туманно произнес усач; малопонятные фразы часто встречались в его речи.

- Сиплого недавно нашли, - произнес один из сидящих напротив Призрака.

- Где? – заинтересовавшись, спросил Призрак.

- В Темной Долине, - вставил фразу другой сталкер.

- Ты че, Лис? – ткнув соседа локтем в бок, спросил сталкер. – Не в Темной Долине его нашли.

- А где? – злобно спросил Лис.

- Мне говорили не в Темной Долине… - начал сталкер, но Сергей Андреич прервал его:

- Криг, иди Лешего смени.

Сталкер с явной неохотой поднялся на ноги, положил на сгиб левого локтя цевье автомата и тихо пошел, скрывшись в темноте.

- Лис, а ты дуй к гитаристу нашему. Смени его, пусть он тоже отдохнет.

С тихим ворчанием и словами: «Надо тоже на гитаре научиться бренчать», - сталкер поднялся и тоже вскоре растворился во тьме.

- Вот ведь балбесы! – покачал головой усач.

- Новички? – поигрывая ножом в одной руке и держа в другой банку тушенки, спросил Призрак.

- А то кто ж! Сейчас приходят, недельку на Кордоне поошиваются и вглубь Зоны сразу пойти хотят. Эти вот только три недели в Зоне, первая ходка.

Призрак иронично хмыкнул и начал открывать банку.

- А по снаряге не скажешь, - задумчиво ковыряясь в тушенке, сказал Призрак. – У каждого по «калашу» укороченному. У меня только после пятой ходки на такой накопилось.

- Снаряга трофейная, - махнул рукой Хотабыч. – Два трупа нашли.

- Ясно, - произнес Призрак и углубился в поедание содержимого банки.

- А ты просто так подошел? – хитро осведомился сталкер, потирая ус. – Или по делу?

- Вообще-то порядочные люди сначала приятного аппетита желают.

- А где ты в Зоне порядочных людей видел? – доставая консервы, съязвил усач.

- В зеркале.

- Не ври уж! – открыв банку, усмехнулся Сергей Андреевич.

- Все мы не без грешка. А пришел я по делу.

- По какому? – жуя, спросил Хотабыч.

- Не знаешь случайно, никто там к центру Зоны прогуляться не хочет?

От этих слов сталкер Сергей Андреич закашлял.

- Подавился?

- Нет, - откашлявшись, произнес Хотабыч. – Просто пора бросать курить. Но ты меня все равно удивил. Хочешь повторить подвиг своего тезки из группы Стрелка?

- Нет, - улыбнулся Призрак. – Они исследователями были.

- А ты зачем?

- Для исполнения заветного желания.

- Какого?

- Этого я и сам не знаю, - невесело вздохнул Призрак. – А если серьезно, то не к центру мне надо, а к Припяти.

- Зачем?

- Надо, - уклончиво ответил сталкер, доедая тушенку.

- Нет, не знаю. Может, кто-то и собирается покончить жизнь самоубийством, но про таких я не знаю.

- Тьфу на тебя!

- А что ты хочешь услышать? Поход в Припять – самоубийство. Монолитовцы, Выжигатель в последнее время снова признаки жизни подавать начал… Продолжать?

- Не надо, Хотабыч. Я пошел в бар. – Призрак зашвырнул банку в угол с мусором, встал и направился к выходу из ангара. До бара было рукой подать, территорию охранял «Долг», но в последнее время участились случаи проникновения разных мутантов через всевозможные заслоны. Поэтому сталкерам приходилось ставить свои охранения, не сильно доверяя долговским блокпостам.

- И не называй меня так! – вдогонку крикнул Сергей Андреич.

Вскоре лежа на койке в снятой у бармена комнате, Призрак лежал, заложив руки за голову, и думал. А ведь Хотабыч дело говорил. И про монолитовцев, и про Выжигатель мозгов…

«Волков бояться – в лес не ходить, - решил Призрак. – Но как в этот лес пробраться?»

Призраку верил в существование поля артефактов. Он, кажется, даже видел его. В ПДА одного погибшего сталкера нашел несколько нечетких снимков Припяти и… поля артефактов. Точнее, он хотел в это верить. И проверить.

«Что может мне помочь добраться до Припяти? Нет, не так. Что может помочь мне добраться до Припяти без дырки в башке и в здравом рассудке? Только чистое везение. Очень большое чистое везение».

Сталкер посмотрел вверх. Штукатурка кое-где отвалилась, оголив потолок. Надо бы бармену тут ремонт провести, а то развалится тут все к чертовой бабушке после нескольких выбросов, когда стены сотрясаются, и к гадалке не ходи.

«А что бармен говорил про патологическое везение сегодня?» – мелькнуло в голове у сталкера. Он точно помнил, как бармен рассказывал ему про какого-то сталкера, который вляпался во что-то. Вопрос только во что. Нет, не в то самое, о чем могли подумать некоторые люди.

Призрак встал с койки и быстрым шагом пошел к бармену. В полупустом зале бармен протирал стаканы и стопки.

- По какому поводу к нам пожаловали? – ухмыльнулся бармен улыбкой бывалого картежника.

- Помнишь, ты сегодня мне про сталкера рассказывал, которому везло сильно?

- Ну?

- Во что он вляпался?

- Он? В дьявола-хранителя.

- А где эту хрень можно встретить? – в лоб спросил Призрак.

Бармен хитро посмотрел на сталкера прищуром матерого чекиста и произнес:

- А тебе зачем, сталкер?

- Хочу найти его и стать везунчиком! – шутливо произнес Призрак. Впрочем, не смотря на то, что он сказал правду, он хотел, чтобы его слова не были восприняты всерьез. Пол Экман классифицировал подобное обдуривание как «сообщение правды в виде обмана». Парадокс, но так оно и было.

Бармен еще раз посмотрел на сталкера и сказал:

- В Темной Долине можно найти его. На Военных Складах. На Янтаре, говорят, встречался раньше. Только, если ты забыл ту историю, парень-то погиб потом.

- А что, совсем никак нельзя от него избавиться? – осторожно осведомился Призрак.

Бармен отрицательно покачал головой.

Сталкер изобразил на лице подобие улыбки, из приличия немного поболтал с барменом о жизни и вскоре пошел к себе в комнату. Несмотря на веселое лицо, думы у сталкера-одиночки были не столь радужные. От дьявола-хранителя нельзя было избавиться никакими методами. Но так заманчиво было оказаться патологическим везунчиком… Но сумасшествие и смерть…

Призрак снова лег на койку. Взгляд его серых как небо над Зоной глаз устало бродил по обшарпанным стенам комнатушки.

Небывалая фортуна и богатство от собранного хабара и несколько дней жизни с этими радостями. А потом конец. Конец везению, конец отрадам жизни. Конец самой жизни. Сон поглотил сталкера.

На следующий день Призрак проснулся с теми же мыслями. Надо было принимать решение.

«Орел-решка?» - хитро ухмыльнулся своим мыслям сталкер, ища в кармане монетку.

«Орел – иду за дьяволом-хранителем. Решка – без захребетника буду жить».

Призрак большим пальцем подбросил монетку высоко вверх. Она быстро закрутилась, почти достала до невысокого потолка и полетела вниз. Упав на пол, она прокатилась на ребре по полу и закатилась под койку. Сталкер чертыхнулся и опустился на четвереньки перед койкой: надо было доставать решение своей судьбы. Нащупав там небольшой кругляш, он, стараясь его не перевернуть, начал притягивать его к себе. Вытащив монетку, он посмотрел на нее.

Решка.

«Значит, не судьба», - подумал Призрак. Алчность давала о себе знать, но все же в далекой глубине души он радовался, что выпала решка. Жизнь в роскоши, но на несколько дней…

Так он решил тяжелый для себя выбор. Лучше не пытаться идти в Припять с помощью захребетника к полю артефактов, которое, может, даже не существует. Но в очередную ходку шагать надо.

Взяв у бармена задание: найти «Ломоть мяса», сталкер засобирался в путь.

Не на такой путь он надеялся. Едва сталкер ступил вглубь территорий Темной Долины, как начался спонтанный выброс. Такие явления иногда происходят в Зоне, и горе тем, кто не успел найти себе укрытие.

Такое же горе грозило сейчас Призраку: в Темной Долине все известные ему убежища были под властью бандитов или мутантов. Ближайшее место, где он мог спрятаться, было на Свалке, но добраться туда он не мог чисто физически.

Призрак бежал, не обращая внимания на редкий писк детектора аномалий: они сейчас могли дать ему более быструю смерть. Ну, или хотя бы он представлял, что ждет человека после встречи с аномалией.

Пробираясь через какие-то заросли, Призрак чуть было не влетел в черную дегтеобразную дрянь, свисающую вниз с веток маленького мутировавшего дерева. Она слегка колыхалась от каждого движения сталкера и блестела при вспышках молний.

- Дьявол-хранитель, - сухими губами прошептал сталкер.

Оставалось решить, что теперь делать. Орел-решка теперь не помогут: счет шел буквально на минуты. Смерть от выброса сейчас или смерть позже, но с наслаждением жизнью в течение нескольких дней? Ужасный рокот с небес и зашатавшаяся под ногами земля заставили сталкера принять положительное решение. Он чуть ли не прыгнул в эти сети. Обмазав скулы и шею для надежности (а то вдруг через комбинезон эта штука не так подействует!), он побежал дальше.

Его мучил всего один вопрос: интересно, как на него подействует этот дьявол-хранитель, что он почувствует. Но ничего не произошло: он все продолжал бежать. Только силы медленно начали таят. Но, - о чудо! – спустя пятьдесят метров он наткнулся на «Лунный свет» - артефакт, повышающий выносливость почти до бесконечности. Призрак подобрал светящийся нежно-голубым светом шар и побежал дальше.

К удивлению многих, внеплановый выброс так и состоялся. Еще немного погромыхали небеса, но ничего не произошло. Подбегая к своему укрытию, Призрак увидел, что выброс не состоится сегодня.

- Что за чертовщина? – риторически спросил он, глядя на артефакт, зажатый в ладонях. – Или… - он перевел взгляд на комбинезон и понял: дьявол-хранитель действует.

***

Пройдя на территорию Бара, сталкер заметил, что все как-то остерегаются его и даже стараются не смотреть в его сторону. Зайдя в бар, он подошел к барной стойке и подождал, когда к нему подойдет бармен. Когда тот подошел к сталкеру и увидел его лицо, то, не говоря ничего, отошел и вызвал охрану.

- Как вы его не заметили? – тихо шипел бармен в трубку. – Да мне до одного места, поняли?! Идите и разберитесь.

Призраку стало не по себе. Он нервно стал стучать пальцем по стойке.

- Бармен, что это значит? – произнес он.

Бармен ничего не ответил.

– Повторяю вопрос: что это значит?

Бармен снова ничего не ответил и отвернулся.

Призрак тяжело вздохнул и навел на него ствол АКМа.

- Четвертый раз повторять не буду.

Когда ствол оружия смотрит тебе в лоб, любой почувствует себя неуютно.

- Так что это значит?

Бармен помедлил, но потом все же произнес:

- С тобой нельзя общаться совсем никак. Любое сказанное тобою кому-нибудь слово и даже жест гарантированно делает человека трупом.

- Ясно. – Сталкер опустил ствол и пошел к выходу.

Там его уже поджидали охранники с заряженными автоматами.

- Стоять! – рявкнул один из них, красноречиво поведя стволом.

Призрак не обращал внимания и шел дальше.

- Стоять, мразь! – передергивая затвор, повторил охранник; из патронника вылетел тусклый цилиндрик ранее заряженного патрона.

Но сталкер шел дальше. Тогда охранник нажал на спуск. Осечка. Перезарядился и снова нажал на курок. Снова осечка. Ни у кого из охраны не удалось выстрелить в сторону Призрака.

Выйдя с территории Бара, он пошел в сторону Военных Складов.

«Что теперь?»

Призраку не хотелось жить. Он сам искал смерти и шел ей навстречу. Зачем жить, когда не можешь даже обменяться с кем-нибудь жестом.

Сталкер подошел к заброшенной деревне и сел на пригорке. Возле старой обветшалой водонапорной вышки копошился кровосос. Лениво глядя в его сторону, Призрак понимал, что его в ближайшие несколько дней его ничто не убьет. А вот потом…

Все его мысли сводились к одной: что делать. Извечный вопрос, поставленный еще Чернышевским. Призрак не помнил, к какому выводу пришел тот писатель, но они вряд ли могли помочь ему.

- А ну-ка, помоцаем, кто у нас тут? – раздался из-за спины противный резкий голос, одновременно сопровождаемый звуком передергивания затвора.

Медленно повернув голову, Призрак увидел несколько бандитов с довольными ухмылками на лице. Двое из них уже направили на сталкера свои стволы.

- Ну, що, махнемся хабаром не глядя? – издевательской интонацией предложил один из бандитов и ткнул сталкера стволом «Гадюки» в спину.

- Пошли вон отс-с-седа! – шикнул сталкер, встал и пошел к водонапорной башне.

От такой наглости бандиты на мгновение оторопели.

- А ну, стой, падла! – завизжал один и дал очередь в воздух.

Кровосос повернул голову в сторону бандитов и втянул в себя воздух. Эти получше будут, чем падаль. Кровосос побежал в их сторону, переходя в режим невидимости. Отшвырнув проходящего мимо Призрака, будто даже не заметив его, монстр устремился к бандитам. Сталкер поднялся и обернулся. Вот и конец пришел этим отморозкам.

«А мне что делать?» - вернулся к своим думам сталкер.

Призрак подошел к слегка подгнившему трупу. В его руке был зажат ПДА. Сталкер наклонился и достал комп. Протерев его об траву, Призрак включил ПДА.

Это было неприлично, но сталкер покопался в сообщениях. Тем более какие личные сообщения могут быть здесь, в Зоне? А вот нужная сталкеру информация иметься могла.

- Ни-че-го, - меланхолично произнес Призрак и прислушался. Он даже не заметил, как за холмом затихли все звуки. Кровосос или бандиты? Наверное, все-таки кровосос. Хотя, какая разница?

Тут Призраку попалось на глаза сообщение о гибели Семецкого: одного из духов Зоны. Призрак усмехнулся: сообщение о гибели Семецкого – хорошая примета, к удаче. «Юрий Семецкий, Саркофаг, огнестрельное ранение в голову». И что ему в Саркофаге понадобилось, а?

Неожиданно ему в голову, как пуля – к Семецкому, пришла идея. Саркофаг и Монолит. Если он существует, то он может помочь.

Монолит – штука загадочная. Да, он может выполнить твое желание. Люди всю свою историю мечтали о подобных вещах и рассказывали разные небылицы друг другу. И такое место как Зона просто не могло обойтись без подобной легенды. Мало кто добирался до Монолита. Еще меньшее количество оставались людьми в духовном понимании. Исполнитель Желаний – он же Монолит – готов исполнить любое желание добравшихся до него смельчаков. Но как он их выполнял – разговор отдельный. Тот же Семецкий, к примеру, хотел быть бессмертным, добрался до Исполнителя и… но почему-то почти каждый день приходят на ПДА сталкеров сообщения о его гибели. Странное у Исполнителя Желаний понимание бессмертности.

- Дурак я, - грустно вздохнул Призрак, - и не лечусь. Лучше б сдох тогда под выбросом, если бы он произошел.

Призрак взял в руки АКМ и побежал в сторону Радара. Терять сталкеру было нечего. Жизнь его сейчас стоила не больше рукоятки старого ножа. А потерять рукоятку без лезвия вроде как и не жалко.

Сталкер приближался к Радару. На форпосте «Свободы» к его удивлению никого не оказалось. Даже мутантов.

Сталкер на мгновение остановился, чтобы осмотреться, и побежал дальше.

***

Тихие голоса появились в мозгу у Призрака, едва он ступил внутрь Саркофага. После этого началась череда невезения. То автомат переклинивало в самый неподходящий момент, то галлюцинации вызывали в нем панический ужас. Впрочем, раз он до сих пор был жив, значит, еще не весь поток удачи иссяк.

Но все позади. Трупы монолитовцев, кровь, боль… все это там, в прошлой жизни. В новой жизни его ждало освобождение от дьявола-хранителя, который уже по чуть-чуть стал притягивать несчастья.

Призрак спрыгнул с плиты и подвернул ногу. Буквально в десяти метрах от Монолита. Бранясь, он похромал вперед, но неожиданно остановился. А как загадывать желание? Может, воздеть руки кристаллу и во всеуслышание сказать: «Хочу избавиться от дьявола-хранителя!»? Или достаточно просто подумать?

«Какие странные мысли могут придти в голову в паре шагов от цели», - присаживаясь, про себя усмехнулся сталкер.

Истерический хохот снова раздался в его голове. Галюны в Саркофаге были те еще. Призрак с силой сдавил голову руками и сжал до ломи челюсти. Такую боль он не испытывал никогда. Вблизи Исполнителя Желаний нельзя было долго находиться. Призрак встал и, шатаясь, побрел к черному кристаллу, излучающему тьму.

Шаг… В голове будто ударил колокол. Еще шаг… Очередной удар в голове. С каждым шагом удары становились все громче и громче. А потом наступила тишина. Только едва слышно, как в висках бьется кровь.

Сталкер поднял голову. Прямо перед ним находился Монолит. Призрак повесил на плечо свой автомат. Медленным движением сдвинул со лба капюшон и так же медленно поднял голову. Все мысли моментально вылетели из головы. Зачем он пришел сюда? Сейчас он не смог бы ответить на этот вопрос.

Он вспомнил, зачем здесь оказался, и тихо прошептал:

- Спаси. Сними дьявол-хранитель.

Земля под ногами сталкера слегка дрогнула. Наступило полное безмолвие.

«Все?» - успел подумать Призрак за секунду до того, как сознание покинуло его.

Очнулся он ночью, судя по звездному небу. Свет далеких холодных звезд проникал сквозь дыры в крыше Саркофага. Призрак стал и почувствовал в теле необыкновенную легкость. Лишь голова слегка болела.

Сталкер осмотрелся. На том месте, где находился Монолит, располагалась большая груда камней. Он обошел эту груду и увидел свое тело, лежащее поверх этой груды. Он на мгновение потерял дар речи.

«А кто же я?»

Истеричный ехидный хохот снова разнесся в мозгу Призрака. Он будто насмехался над непутевым сталкером, продавшим душу Дьяволу Зоны, куда более могущественному, чем дьявол-хранитель. Только теперь Призрак понял, на что он обменял свободу от дьявола-хранителя, потеряв душу, став одним из Духов Зоны, неупокоенной душой этого мира…


24-26 апреля 2010 года


Никита "Шут" Мищенко

Аватар

Я взобрался на холм и втянул носом свежий, утренний воздух. Ногой кое-как поправил сползающий противогаз на лице и ей же почесал за ухом. Эх, всё-таки хорошая штука – длинные ногти. Как вылезу, тоже, наверное, стричь перестану…

Внизу раздался вопль вожака, и я кубарем скатился в общую толпу. Ага, а вот и жертва. Новичок. Испуганно озирается по сторонам, неуверенно водит дулом пистолета. Нет, не жить ему. Я оскалился и облизал губы, на которых всё ещё были остатки крови…

***

-Эй! В чём дело?

Я открыл глаза и задергался.

-На сегодня хватит – Лиза отстегнула ремни безопасности.

-Но мне нужно вернуться!

Она провела рукой по моему лбу.

-Да ты весь горячий! Зачем тебе возвращаться?

-Надо… - я помотал головой, приводя мысли в порядок – я почти втёрся в доверие к вожаку.

-Успеешь – она подошла к пульту и нажала «Сохранить результаты» - а сейчас тебе нужно поспать.

-Да, не помешало бы – я зевнул – не хочешь со мной?

Она игриво улыбнулась.

-Намекаешь?

Я улыбнулся в ответ.

-Нет, предлагаю.

Она снова что-то нажала на пульте.

-Много работы. Не сегодня.

-Ну, как хочешь.

Я встал и немного шатающейся походкой направился в свою комнату…

***

Кровь. Кровь и мясо. Много мяса. Сладковатый запах разлагающейся туши. Похоже, псевдогигант. Я иду на распространяющийся на многие километры аромат. Там уже полно народу. Собаки, плоти, есть даже кровосос – все хотят урвать кусок побольше.

Я впиваюсь зубами в ещё тёплую печень, и горячая кровь тонкой струйкой течёт по моему подбородку. Непередаваемое ощущение. Насыщение…удовлетворение…тепло разливается по всему телу…приятно…хорошо…

***

-Подъём!

Я открываю глаза и медленно вдыхаю и выдыхаю. Холодный пот струиться по всему телу.

-Подъём, мистер маньяк! – Пашка по-идиотски смеется. Он считает, это забавно.

-Павел…убью… - спросонья шепчу я.

-Что, бессонная ночь?

-Ага – сон не давал о себе забыть – перед глазами до сих пор стаял образ мёртвого псевдогиганта.

-Будешь лежать пластом – опоздаешь на завтрак. Так что поторопись…маньяк!

Пашка снова заржал и побежал дальше по коридору. Я приподнялся на руках и почувствовал, как хрустят затёкшие конечности. Нет, когда-нибудь я его точно убью…

***

Не знаю, что наши повара понимают под словом «завтрак», но я точно не ожидал увидеть поджаренный кусок хлеба и тарелку манной каши.

-Может, и не вкусно, зато питательно – улыбаясь, Пашка проглотил ложку каши и запил компотом. Я подступившую слюну.

-А мясо когда будут давать?

Пашка удивлённо посмотрел на меня.

-А чего это тебя вдруг на мясо потянуло? Породнился уже?

-С кем?

-Ну а к кому ты каждый день ходишь? – Пашка зловеще ухмыльнулся.

-Дурак ты, Павел – я сплюнул и встал из-за стола – и шутки у тебя дурацкие.

-Какие мы обидчивые. Так бы и сказал – я мужик, мне белок нужен.

Я промолчал и вышел из столовой.

***

-У тебя видений нет? – невзначай сказала Лиза.

-В смысле?

-Ну, видений…галлюцинаций…может, необычные сны…

-Да всё в порядке – я задумчиво отхлебнул из кружки кофе – а что?

-Ты пребываешь в симуляторе дольше других – Лиза посмотрела мне в глаза – в инструкции написано, возможны побочные эффекты. Уверен, что здоров?

-Инструкции пишутся для идиотов – я махнул рукой – я в норме.

-Ну, хорошо.

-Когда следующая процедура?

Я попытался спрятать азарт в глазах, но получалось плохо.

-Через полчаса.

Я кивнул. Лиза встала, направилась к выходу.

-Ты…это…если что – говори, мы всё обмозгуем… – сказала она на пороге.

Я снова кивнул.

***

На этот раз он позвал меня к себе. Лично. Высокий, невероятно сильный снорк. С зубов капала кровь, она же была на руках. Он облизался гнилым языком и посмотрел на меня. Даже через треснувшие стёкла противогаза я увидел большие, как у кошки, жёлтые зрачки. В голове зазвучал голос.

-Ты – чужак.

-Это правда – мысленно ответил я, не в стояний сопротивляться его власти.

-Но мы не будем тебя убивать – продолжил он – ты нам нравишься. Ты не такой, как другие.

Я дышал часто, прерывисто, каждое его слово отдавало в моей голове причудливым эхом.

Вожак закрыл глаза, затем открыл снова. Зрачки изменились – теперь они были кроваво-красного оттенка.

-На что ты готов, что бы остаться с нами навсегда?

Я даже не думал – мысли сами появились в моей голове.

-На всё.

***

-Проснись! Просыпайся!

Я в очередной раз выплыл из омута в реальный мир. Надо мной склонилась озабоченная Лиза.

-Что такое?

-Твоё состояние достигло критической отметки – Лиза смотрела то на пульт, то на меня – тебе нужно к доктору.

-Машина врёт – я тяжело дышал – возвращайте меня.

-Но…

-Немедленно!

Лиза испуганно уставилась на меня. Затем, проглотила комок в горле и показала на дверь.

-Как старший научный сотрудник я приказываю тебе идти к Паше.

-Приказываешь? – я по-звериному оскалился – вот как?

Она прослезилась.

-Прошу. Умоляю…

-Хорошо – я отстегнулся и вылез из симулятора – но потом пообещай, что вернёшь меня.

Она поджала губы.

-Обещаю.

***

-Что, досиделся таки? – Пашка весело посмотрел на меня – ну ничего, пара уколов, часик сна – и будешь как новенький.

-Не надо никаких уколов. Просто скажи Лизе, что я готов дальше работать.

Пашка серьёзно посмотрел на меня – улыбки как и не было.

-Друг, ты чего? Я ж ничего плохого…

Я схватил с кушетки скальпель.

-Просто скажи ей, что я в норме!

Пашка испуганно попятился.

-А может, и вправду не надо никаких уколов – с круглыми от страха глазами промямлил Пашка – давай кофе выпьем, всё обсудим…

Я перекинул скальпель в другую руку и улыбнулся.

-Я…тебя маньяком обзывал…ты прости меня, а?

Я подошёл к нему и поднял скальпель.

-А зачем извиняться? Ты был прав.

***

-Я прошу тебя, остановись!

Лиза схватила меня за рукав, но я резко высвободился.

-Просто загрузи меня в эту хреновину. И можешь уходить, я не хочу тебя убивать.

-Скажи мне одну вещь – послышался её надорванный голос за моей спиной – что они для тебя?

Я обернулся.

-Всё.

Несильный удар в висок. Я предупреждал. Я развернулся и с силой толкнул её. Лиза кубарем полетела в другой конец комнаты и врезалась в груду аппаратуры. Её обмякшее тело упало на пол, кровь потекла в мою сторону. Я приник к алой луже и попробовал её языком. Странно – такая красивая девушка, и такая невкусная кровь…

Я включил все кнопки на пульте, лёг в симулятор, застегнулся. Скоро они узнают. Узнают, придут и отключат меня. Но я готов. Я знаю, ради чего всё это делаю…

***

Лёгкий южный ветер подгонял меня. Я нёсся по асфальтированной дороге, стирая ноги в кровь. Вдалеке донёсся победный клич вожака – он чувствует, что их сородич возвращается. И я чувствую, что возвращаюсь. Домой…


11.05.2010г


"cheburashka"

Стопа снорка

Небо. Обычное серое небо распласталось над зоной. Хорошо лежать на земле и смотреть в небо. Может потому что существует хрупкая надежда что ветер, наконец, раздует тучи и появится привычное яркое, такое любимое синее небо.

А земля – деревья, цветы они, как ни мечтай, так и останутся пародией с элементами изощренного гротеска на то, другое, что намертво впечаталось в память, и с чем так сложно расстаться.

Фигаро сидел на блокпосту и, напевая жизнерадостный мотивчик, то и дело отводил руку с еще недоделанным значком.

Эти значки из дешевого и бесполезного артефакта только-только входили в моду у них в батальоне. Все четверо караульных занимались одним и тем же.

Артефакт «капля» хорош тем, что красив и блестящ. Пользы от него никакой - это не звездочка, которая делает меньше твою поклажу, не душа, которая в случае чего не даст умереть, а обычная, блескучая капля, которая так красиво будет смотреться на дембельском мундире. А уж, сколько историй можно будет придумать на гражданке для наивных девчонок.

На сером экране окна караулки обращенного в зону застыл нетронутый дыханием жизни статичный пейзаж и даже птицы, казалось бы чего им - лети не хочу, так и не хотели летать над кордоном.

Оставалось отполировать. Фигаро вспомнил, как в далеком детстве отливал грузила из свинца добытого в аккумуляторе, как наливал блестящий жидкий свинец в чайную ложку и как делал дырочки для лески. Но конечно у свинца не было такого блеска как у капли. Сейчас даже и не скажешь когда взялась эта мода на значки. Наверное, когда сержант Корастылев поймал неумеху сталкера и вместо того, чтобы тихо разобраться и отпустить парня поднял бучу и конфисковал у того и снаряжение и жидкий хабар. Ничего примечательного и ценного у того не было, только «Юла» да десяток Капель.

Хотя, с другой стороны, повариха давно носила каплю на цепочке и приехавшая к ней сестра стонала от такой красоты и тиранила простых солдат требованием достать ей точно такую же. А кто откажет красивой девушке, которая тревожила если не умы, то хотя бы тела солдат .

Короче с неудачного сталкера или с неугомонной повариховой сестрицы, но каша заварилась изрядная. Значки хотели все. На это дело было заряжено несколько знакомых сталкеров. Капля резко взлетела в цене, но ничто не могло остановить повальное увлечение. Все английские булавки, какие только можно было найти шли в дело. Ничего не понимающие родственники в посылки с салом клали пакетики булавок. Наиболее предприимчивые потихонечку приторговывали.

Капля конечно сосем не похожа на каплю в ее стандартном понимании, представьте себе первую крупную каплю летней грозы, которой повезло упасть не на землю, и сразу стать невидимой, а на пыльную деревенскую дорогу и застыть плоской неумелой кляксой нерадивого ученика и просуществовать в таком виде еще немного пока ее припозднившиеся сестры не заполонят собой все пространство. Вот эти то странные кляксы и назывались каплями.

Фигаро еще раз полюбовался своим значком и ткнул локтем в бок своего дружбана Шрека, который как раз пытался прикрепить булавку к своей капле, купленной утром у сталкера по кличке Майонез.

Фигаро и Шрек были из одного города. Шрек только на один призыв старше. И, когда Фигаро попал в охранение зоны, они очень быстро сдружились. Кроме общих корней у них было еще одно общее, которое сближало их больше чем детские воспоминания о палатке мороженого на углу городского парка. Им обоим очень нравилась зона. Как-то слово за слово они разговорились на эту тему и Шрек открыл свою самую сокровенную мечту - он хотел остаться после армии в зоне. Фактически сама армия рассматривалась ими как учеба для их последующей жизни там на зоне. И они всегда с радостью вызывались на всяческие рейды. Во время выброса старались быть на передовой. Свободное время проводили в тире или слушали рассказы старого сталкера Музыканта, который, потеряв ногу в зубах у псевдособаки, стал кочегаром в их небольшом военном городке около Периметра.

Шрек любил учиться и старался узнать как можно больше, понимая, что лучше знать больше, чем меньше - пригодится .

Фигаро поддерживал друга в его мечте. Ему тоже нравилась зона и, глядя на то какие деньги сталкеры получают за свой хабар, он подумывал, что можно на пару лет и подзадержаться в этом богом забытом месте, чтобы сколотить небольшой капиталец на дальнейшую жизнь.

Шрек получив тычок от Фигаро уколол себе палец иголкой и тихо выругался.

Фигаро сунул ему под нос свой значок, сделанный из Капли, вызывавшей тихую зависть окружающих. Вот наглядный пример, как надо устраиваться в жизни. Фигаро скорешился с Майонезом в самом начале службы расчетливо прикинув, что разумно обустраиваться на новом месте с максимальным комфортом. Успевал всюду и сейчас как раз собирался наладить бизнес по производству значков из капель. Он умудрился даже сходить в самоволку в зону, чем заслужил безмерное уважение Шрека и свою кличку . Майонез на правах старой дружбы продал ему совершенно потрясающую каплю похожую на комету без кривеньких лучиков и вмятин с характерным длинным хвостом. И не сильно-то Фигаро переплатил за такое чудо.

Гражданка встретила Шрека приветливо - ласковым солнцем, суетливой матушкой, которая на радостях взяла три дня отпуска, чтобы порадоваться и побаловать ненаглядного сыночка. Сестрица за два года вымахала, расцвела, как экзотический тюльпан, заботливо посаженный осенью, училась в институте и была довольна жизнью.

Шрек просыпался в шесть и лежал в полусне с закрытыми глазами, ожидая крика дневального. Каждый раз он не сразу понимал, что дневального нет и не будет, и спи сколько хочешь. Да не спалось. Выходил на балкон курил. Смотрел на зимний город с третьего этажа, щелчком бросал вниз окурки, как ни старался красный огонек, описывая разные траектории, падал почти в одно и то же место.

Утренние сумерки потихоньку отступали, сменяясь ярким морозным днем Шрек морщился на солнце, вспоминал блеклые цвета зоны и думал, что ему всего-то потерпеть до весны, а там они с Фигаро наконец займутся зоной вплотную. И как пойдут вместе на Янтарь и как.... да он часами мог прокручивать в голове это, как вспоминая рассказы Музыканта. Рассматривал карты зоны нарисованные Музыкантом или подаренные Майонезом. И кривые сосны кордона казались ему образцами природной красоты и вспоминались с нежностью.

Сестрица радовалась брату щенячьей радостью, тащила знакомиться с веселыми и бестолковыми подружками. Хвасталась перед ними значком из капли, который сразу же с сестринской непосредственностью заграбастала себе, обозвав ультрамодной брошкой.

Только Шрек не спешил вливаться в мирную жизнь. Армия слишком изменила его, он знал и чувствовал, что зона ждет. Яркие краски раздражали, хотелось серого пасмурного неба мелкой мороси.

Студенческие шутки, над которыми хохотала сестра, казались глупыми. И доходили до него как сквозь толстый слой тумана того самого, который каждый раз подкрадывался к их блокпосту перед выбросом. Почему то в самые неподходящие моменты, например, когда сестра потащила его на день рождения в группу и, именинница строила ему недвусмысленные глазки, и его даже выпихнули танцевать, ему представлялась последняя перед дембелем атака на блокпост, когда он стоял у пулемета и как в примитивной компьютерной игре все стрелял и стрелял, а монстры падали и падали согласно сценарию.

И вот эта его далекость, непохожесть на других и не способность так самозабвенно веселиться заставляла его поплотнее закрыть дверцу в собственную скорлупу и медленно дрейфовать ожидая когда Фигаро наконец отслужит положенное - никому из ребят не хотелось иметь проблемы с законом, которые неизбежно случились бы, вздумай кто из них самовольно сократить срок службы.

Шреку казалось, что он старше сестры не на два года, а на бесконечные километры лет.

К маю когда земля, наконец, подсохла Шрек в приподнятом настроении добрался до военного городка. Здесь рядом с зоной весна шла по графику ежедневно сверяясь с календарем - май так на деревьях уже зеленые листья, пахнет сиренью- все как положено . Он предвкушал как обрадуется Фигаро . Как он умыкнет друга в самоволку и они обсудят последние детали своего предприятия- Шрек прихватил с большой земли многое, что могло им обоим пригодиться и в зоне появятся два новых удачливых сталкера. Именно удачливых, иначе и быть не может.

На КПП сидели какие-то незнакомые солдаты . (странно подумал Шрек - в комендантском взводе, который постоянно дежурил на КПП и в патруле в городке были все свои. А эти отказались вызвать и Фигаро - хотя Шрек называл его не по кличке, а как положено по фамилии. да и вообще на любое имя которое он называл, даже сержанта Коростылева, отвечали, что такие здесь не служат. В городок его, разумеется, не пустили

Озадаченный Шрек пошел вдоль забора до хоз/двора, где Музыкантова кочегарка лепилась к стене. Через известную дыру -< седьмая и восьмая доски от четвертого столба носили чисто декоративный характер - народная тропа вела в магазин соседнего поселка> - проник на территорию городка и, благо новенький камуфляж скрывал его принадлежность к мирному населению, пошел в кочегарку. Музыкант сидел на своем месте. Шрек, увидев его, с удивлением понял, что Музыкант ему роднее и ближе чем все родственники оставшиеся в родном городе.

- Вах, какие люди, -воскликнул Музыкант – заходи, на пороге не стой.

Шрек закрыл за собой дверь.

- Чего это у вас рожи какие-то новые. Фигаро вот отказались позвать.

- Хе, да тут сейчас все новые. Из старых, поди, только я да Клавка остались. Нет больше твоего Фигаро - зона его забрала.

Шрек похолодел -

- Как нет, ты чего говоришь такое, у него ведь дембель должен быть в конце мая

Музыкант затянулся сигаретой

-Тебе, Шрек, как рассказать с деталями или коротко?

Давай с деталями - Шрек мрачно оглядел кочегарку и сел на привычное место в углу у двери.

Уехал ты… ну может месяца два, как прошло и вот напасть - приехал проверяющий, которого никто, как водится, не ждал. Ну что делать, в спешном порядке объявили смотр на заброшенном стадионе, ну ты знаешь там, за поселком. А ребята строевой конечно занимаются, но до маршей ли когда такой сосед рядом. Ну делать нечего построились, пошли, а стадион-то прям скажем не красная площадь с ихними парадами,тока шагнул уже поворачивай . Ну Корастылева то на нервы и пробило, вот он вместо того чтобы сказать правое плечо вперед скомандовал налево. Эх, чо тут началось – те, кто думает, пошли правильно, а те кто, только команду понимает - те выполнили его приказ буквально и разбрелись все как бараны. Ну хоть потом построились снова и вышли со стадиона как положено, но эффект был испорчен.

А Жлоба ты знаешь он весь зеленый был как пришли с этого смотра, только оружие сдали он орал так что в зоне было слышно всем говорит, построиться и кросс в противогазах говорит, до блокпоста, ну который у железной дороги километров пять будет, и пустил их по зоне да без оружия. Музыкант прикурил новую сигарету. - Ну че делать побежали кросс… вот мутант недоделанный. Без оружия в зону ребят погнал. Никто не вернулся - две роты сгинуло. Кипиш был полный. Искали их с вертушками это ж не иголка столько народу - а оказалось что для зоны это иголка.

Я наших спрашивал, но в зоне все тихо тогда было как обычно. Батальон быстро расформировали, как до верха дошло. майора перевели куда-то, так что от нашей части считай, только номер остался да мы с Клавкой. Она, как бабе положено, голосила, в себя прийти не могла, ко мне приходила. Я ее в чувство приводил, а то уволили бы к химере, где бы она другую работу нашла.

- Вот такие Шрек у нас дела.

- А как же их найти - спросил Шрек, ужасные новости никак не вмещались в его сознание, они были много больше его головы. Всплыли кадры из какой то комедии, когда клоун нес поперек двери лыжи и они как он ни старался никак не пролезали, только сейчас было совсем не смешно.

Шрек никак не мог осознать, что вот нет ни Фигаро, ни Болвана, ни Пестеля. Медленно приходило понимание своей одинокости перед зоной, что то плечо друга, на которое он всегда мысленно опирался в своих блужданиях так и не станет опорой и что их вечерние мечты о сталкерстве придется осуществлять ему одному.

-Как же их теперь найти - повторил Шрек.

-А зона их знает, как найти. Исчезли и все. Нет их. Мы тут сидели со сталкерами крутили-вертели, что к чему, да ничего толком не придумали все только теории, никаких доказательств.

- Ну а теории -то какие, - Шрек прикурил от старой сигареты новую.

- Да разные. Все думают, что зона на количество народа среагировала – это ж почти двести человек посчитай, что в одном месте скопом.- Музыкант поправил культяшку на ноге.- А может - ну это Майонез говорил - что на эмоции ее замкнуло - там ведь каждый материл либо Жлоба, либо Коростылева. Злые были. Ну да кто добрый такой кросс выдержит - только на адреналине. Выброс после этого был знатный. Ты только в зоне его не ищи особо - не найдешь да сам сгинешь. Вон Майонеза скоро ждем с ним и иди. Он мужик верный.


Тропа через минное поле была на КПК Майонеза он следил за всеми новинками в обороне периметра, похлеще чем какая-нибудь заморская дива за модными тенденциями сезона. Что нынче в моде клетка или горошек. Растяжки или лягушки.

Майонез никому не раскрывал свою тайну, откуда добывал сведения и особо не жлобствовал, когда просили провести. Единственно только, никому ни за какие деньги, карту не скачивал.

Деревья в лесу, будто нарисованные нетвердой детской рукой торчали растопырившись. Тонких веток не было совсем. Зеленые хилые облачка первой листвы окутывали толстые культи, тянувшиеся в направлении солнца. «Воркалось хлипкие шорьки пырялись по мове и хрюкотали зелюки мюмзики в мове….» крутилось в голове Шрека последние пол часа Интересно как могли бы выглядеть эти самые мюмзики. Псевдоплотей знаю, псевдособак знаю, а вот мюмзики...неспешно размышлял Шрек, шагая за Майонезом.

Вышли на край поляны. Кое-где виднелись трамплины, жарка чуть потрескивала около куста когда-то бывшего калиной с характерными резными листьями.

Майонез присел на корточки и замер. Шрек будто в детской игре безмолвно повторил за ним все движения.

Послышались отчаянное взвизгивание, и на поляну выскочила раненая псевдоплоть. Быстро-быстро перебирая тремя уцелевшими лапами, псевдоплоть неотвратимо неслась на Шрека, со скоростью маленького детского паровозика, которые катают маленьких детишек по воскресеньям.

Шрек еще в армии готовился к зоне, к тому, что тут либо ты, либо тебя. И при отстреле зверья рвущегося за периметр, он всегда был один из лучших. Но там серая масса с пустыми от страха глазами, где не различаешь особо, что идет на тебя псевдоплоть или чернобыльский пес, там локоть товарища который, так же отбивает атаку там блокпост стены, которые помогают. А тут, на поляне. хладнокровие изменило Шреку, куда-то подевался весь предыдущий боевой опыт. Как будто он смотрел кинофильм про кого-то на которого бежала эта самая псевдоплоть.

Время замерло, картинка отдалилась, Шрек не отводил глаз от псевдоплоти, чьи визгливые крики становились все громче.

Вдруг псевдоплоть задела аномалию трамплин и как заправский акробат в цирке полетела вверх. Шрек проследил глазами ее полет прикинул где она может приземлиться и на секунду отвлекся. На поляну высыпало около десятка псевдособак, заинтересованных в псевдоплоти самым непосредственным образом. Они, подняв морды, с тоской проследили за улетающим в небо ужином.

Как назло, со стороны сталкеров подул ветер, и собачьи морды, словно хорошо смазанные флюгеры, повернулись в сторону сталкеров.

- От зараза, - прошептал Майонез. Быстро вон к тому кусту там жарка она нас сзади прикроет.

Шрек очнулся. Сработал автоматизм, которого он так упорно добивался во время службы. Добежав до куста и прикинув, сколько шагов он может сделать назад, чтобы не стать аппетитным жарким, упал на колено и выпустил длинную очередь, которая перебила лапы двух первых собак.

- В голову целься - крикнул Майонез и метким выстрелом уложил крупного пса с оскаленной мордой и жизнерадостным лаячьим хвостом колечком. Какая-то неуклюжая псина угодила в новорожденную карусель и пропахав передними лапами по земле две грядки, хоть редиску сажай, с жалобным визгом исчезла с глаз, чтоб через секунду осесть на поляне плотным красным туманом.

у Сидоровича было спокойно. В полумраке зала белели свободные столы.

-Пойдем -сказал майонез бросая свою поклажу в углу- познакомлю тебя с начальством.

Сидорович был в зале. Сталкер Клык как раз вернулся, они сидели за рюмочкой чая и хохотали. Увидев краем глаза Майонеза с незнакомцем, Сидорович подобрался и выжидающе замолчал.

- Здорово Сидорович, вот привел человека, Шреком зовут.

- Вижу, что человека, а не кровососа - хохотнул Сидорович и налил себе воды.

- Он тут, на периметре служил, вот как два года вышли, решил у нас в полях попастись.

Сидорович окинул взглядом широкие плечи Шрека

- Дембель значит. И чего же ты можешь, дембель, без мамы старшины и папы сержанта? Чтоб на наших полях пастись, много чего уметь надо.

Шрек с благоговением смотрел на живую легенду зоны, о котором столько слышал от Музыканта и помалкивал, а Майонез, вынимая из сумки хвосты псевдособак, усмехнулся,- Вот на воротник своей девчонке он уже настриг теперь осталось на шубу. Со мной на пару ходок пойдет, а там и сам сможет. Ему только чуток пообвыкнуть.

- У него тут друг пропал, ну помнишь, весной, когда зона над майором посмеялась, и человек двести сгинуло. Найти вот хочет.

Сидорович хмыкнул

- Ну-ну сам смотри не сгинь. Еже ли тебе, друг мой Майонез, охота возиться - велкам, как говорят наши иностранные братья.

Снаряжение, между прочим, на полях не растет и вообще стоит денег.- Сидорович нарисовал на столе толстым пальцем загогулину, отдаленно напоминающую валютный значок. - Ты в армии, небось, забыл, что деньги существует. Там ведь родина мать одевает.

Шрек откашлялся и сказал, что деньги на первое время есть.

Вам Музыкант привет просил передать.

- Ууу Музыкант - оживился Сидорович - давно не видались он, как накормил псевдособак, так в военном Городке кости бросил. Не смог далеко от зоны-то. А ты ему кем будешь.

Шрек глянул прямо в глаза Сидоровичу - я его ученик.

Хороший сталкер был - вздохнул Сидорович и поднялся - Ну что, пошли ко мне, поворкуем, - и он кивнул Клыку, извиняясь за прерванную беседу. Майонез подхватил сумки с собачьими хвостами и все прошли в подсобку.

Через три месяца Шрек уже освоился и смог существовать отдельно от Майонеза вот только мысли о Фигаро, которого он честно искал, собирая слухи, опрашивая знакомых и незнакомых сталкеров, не покидали его. Они остались хорошими друзьями с Майонезом и случись что действительно серьезное или какой сложный заказ, то оба, не задумываясь, пошли бы вместе, прикрывая спину друг друга.

Как то утром когда Шрек отдыхал от последнего похода, где ему удалось удачно разжиться душой и ..... До него дошел слух, что Сидорович хочет с ним потолковать. Шрек удивился. потому как не считал себя на столько опытным и значительным, чтоб им мог заинтересоваться такой человек .

Как только Шрек толкнул дверь, Сидорович сразу перешел к делу - Тут такая штука Шрек. Майонез шлет тебе привет. Он у научников. Неудачно с псевдоплотью разминулся. Недели три проваляется, если не больше. Просил тебя принести стопу снорка. Заказ научников. Снорков последние полгода развелось на Янтаре, как будто там гнездо у них. Сам не справился, тебя вот подряжает. Пойдешь?

- Ну, если Майонез просил, то без асков. Когда выходить надо?

- Ну, завтра и пойдешь.

Остаток дня Шрек занимался рутиной - паек собрать дня на четыре, оружие проверить, это святое, как зубы утром чистить. Под вечер развел костерок. Сидел в тишине, возвращаясь мыслями к загадочной судьбе своей роты, к Майонезу, которого ранила псевдоплоть и это с его-то опытом, вдыхал сладковатый дым, поднимавшийся к сумрачному выцветшему небу. Ему казалось, что он приносит жертву некоему странному божеству. Но какому? Может ее величеству зоне?

Встал рано, чтоб до полудня миновать свалку. Разумно по окружности обошел псевдоплотей, которые перегородили дорогу и. довольно похрюкивая, чавкали тухлой собакой.

Приближаясь к Янтарю стал больше таиться. Внимательно оглядывая пространство каждый раз, когда ему надо было оставить спасительный полог леса, но даже эта осторожность не помогла - на подходе к болоту пара снорков в изодранной камуфляжной форме выскочили из кустов как тот самый чертик из коробочки в руке председателя домоуправления в брильянтовой руке. Как только они заметили Шрека, их бессмысленные движение приняло его направление и онИ нестройно запрыгали в его сторону.

Шрек вскинул автомат и заученным движением выпустил очередь. Левый снорк прижался к земле и пули пролетели сверху, а правый, не такой догадливый, подставил грудь, одетую в военные лохмотья, и упал навзничь. С недовольным рычанием уцелевший снорк бросился на Шрека, но куда ему с голыми руками против пули. Расстояние позволяло и Шрек тщательно прицелившись, снял его одним выстрелом, будто в тире. Теперь оставалось отрезать вожделенную стопу и идти на Янтарь к научникам, где ждал Майонез.

Шрек подошел к ближнему снорку, достал нож, потянул за противогаз, перевалил на спину, чтоб удобнее было работать - на кармане изодранной камуфляжки ярко блеснул чуть гнутый значок в виде кометы с такими характерными длинными лучиками....


 "Andrea"

Путь ночи

-Это не возможно, ты хоть сам понимаешь, что говоришь?

-Попробуй попросить помощи у своего прозвища,- пошутил Барк.

Сталкеры Барк и Ночь в зоне уже давно, за это время они прошли через многое: нехватку денег, смертельную опасность, схватку с монолитовцами. Когда они в первый раз пришли к Сидоровичу, тот сразу назвал Леху Баркасом. Это был почти двухметровый, плечистый парень, с длинными волосами, вообщем настоящий богатырь. Макс же был наоборот низок, немного худощав, однако моментально реагировал в экстремальной ситуации и очень ловко и быстро двигался. Прозвище Ночь он получил после того, как провел ночь у излома, но сейчас не об этом. Так вот, ходили эти друзья вместе по зоне, артефакты собирали, пока Барка не поймал кровосос. Макс принес его Сидоровичу почти мертвого. На лечение ушел весь хабар, оружие и снаряжение. Через месяц Барк оклемался и поклялся отстреливать это отродье. Ну и ,естественно, Долг тут как тут. Вообщем как Ночь его не отговаривал, Барк вступил в эту мощную группировку. Так союз друзей, который начался с первого класса, распался. Ночь стал ходить по зоне один вольным сталкером, а Барк отстреливать мутантов в черно-красном костюме.

Ночь докурил сигарету, посмотрел на лежащий рядом «Калашников», что-то буркнул себе под нос нецензурное и взглядом покосился на сидящего рядом Барка. Тот выну один рожок, вздохнул и виновато проговорил Максу:

-Только тридцать патронов, а хотели вообще с одним ножом отправить. Слушай, не в обиде, сделал все, что смог.

-Да ладно, все нормально. Я же не знал, что он из Долга. Нарывался он, нарывался, ну я ему и пулю в лоб.

-Если выживешь, выпьем вместе как в старые добрые, я угощаю.

-Спасибо, обещаю вернуться к халяве.

Ночи предстоял настоящий ад, его выгоняли с территории Долга в час ночи, из снаряжения ему вернули только нож и «калаш» с тридцатью патронами. До ближайшего схрона топать минимум час, при условии, что никакая тварь зоны не помешает в пути. Но путь сильно осложняла ночь, темная, неизвестная темнота, которая съедала сталкера, не оставляя ничего, даже одежды. И в этом виноваты не только мутанты, но и постоянные мародеры и бандиты, которые расхаживали группами по три, четыре человека и собирали легкую добычу у одиночек.

Ночь в зоне отличалась от обычной, известной ночи. Вместо привычных стрекочущих светлячков здесь можно услышать только чавканье, скрежет и рык. Постоянный вой собак заставляет вздрагивать каждую секунду. Но больше всего боишься темноты, она поглощает тебя, заставляет паниковать, тебе кажется, что за каждым кустом спрятан враг, ты постепенно сбиваешься с дороги, ты включаешь фонарь и все. Как говорят сталкеры, включил фонарь дольше, чем на минуту, значит ты покойник. Свет от фонаря, как сигнальная ракета для различных мутантов, особенно для такого опасного ночного хищника, как химера. И заканчивается все обычно тем, что одиночка будет убит мутантами, либо, если он еще новичок, подарит несколько грамм свинца своей голове. Поэтому опытные сталкеры ходят днем, а к вечеру находят местечко, где можно безопасно провести ночь.

Так поступал и Макс. Но однажды, когда Барк был ранен в бою с кровососом , и ему надо было срочно где-то остановиться, он спустился в люк на Свалке. Тот, кого Ночь увидел в маленьком водопроводном узле оказался излом, расчленяющий свою добычу мутированной рукой. Но делать было нечего, и Ночь провел всю ночь с изломом, не выпуская автомат из рук и не заснув ни на секунду. После этого случая и начали называть Макса Ночью.

Стоящий рядом долговец с СВД кивнул Барку. Барк кивнул в ответ, пожал руку Максу, чертыхнулся и пошел в бар. Рядом стоящий долговец грозно посмотрел на Ночь.

-Совет Долга решил, что ты должен быть изгнан с нашей территории навсегда. При приближении к Ростку дозор в праве тебя расстрелять.

-Ага, если выживу.

-Не перебивай- долговец направил СВД на Макса. Ночь знал точно, здесь и сейчас злить никого не надо.

-Однако- продолжил парень- при встрече на нейтральной территории боец Долга тебя не тронет.

-Ну хоть на этом спасибо.

-Пошел вон. Надеюсь ты умрешь мучительной смертью.

-И тебе будь здоров.

Ночь повернулся спиной к стоящему дозору и попытался увидеть что-нибудь вдали. Казалось, что впереди сотни глаз, которые следят за каждым его движением и готовых уже сожрать Макса вместе с его костюмом и боекомплектом.

-Ночь против ночи- подумал он- схватка начинается. Я покажу тебе желание жить. Готовься к поражению.

Он еще раз взглянул на здания Ростка, которые больше никогда не увидит, повернулся и направился в темноту, туда, где был последний круг ада. Туда, где человек решал свою судьбу, а не бог или дьявол, хотя дьявол там имел весомую силу.

Было тихо. Пять минут тянулись, как пять часов. Ночь вздрагивал при каждом шорохе, при каждом падении листа с дерева, при каждом хрусте сломанной ветки, даже если Макс сам на нее наступал. Впереди еще час пути, может меньше, но это не облегчало путь сталкеру.

-Спокойнее, все будет хорошо, ну подумаешь час прогулки под звездами в тихом, спокойном месте, с песиками, мутированными свиньями, яйцеголовыми кровососущими упырями и другими привлекательными тварями этого курорта- успокаивал себя Макс.

Ночь всегда отличался, как говорили сталкеры, особым идиотизмом. Он всегда шутил, даже если ситуация этого не хотела. Когда он проводил ночь с изломом, он рассказывал анекдоты всю ночь, от заката до рассвета, чтобы не уснуть. Вообщем с юмором у него было все в порядке, даже чересчур в порядке. Но это только помогало ему выжить в этом гиблом месте.

Макс присел на трухлявый пень и вздрогнул. Несомненно, в кустах кто-то был. На мгновение он решил включить фонарик, однако вспомнив поучения бывалых сталкеров, сразу передумал. Ночь начал вглядываться в темноту и разглядел очертания фигуры. Псевдособака, а значит рядом еще как минимум пять или семь особей. Да уж, хуже некуда. Быть разорванным тупыми псинами, да еще и лысыми. Макс поднял автомат и прицелился. Собака стояла не подвижно. Нервы напряжены до предела, руки вспотели, появился холодный пот. Пес, явно ждал приближение стаи, понимая, что один явно не справиться. Ночь стал потихоньку отходить к дороге.

Вой. Страшный вой раздался по зоне. В метрах пяти послышался ответный вой. Макс прикинул, что впереди схватка с пятью псевдособаками. Ну что, поехали!

Три пули уложили пса намертво. Еще три заставили остановиться еще одного. Остальных четверых пока видно не было, а это значит, они затаились. Сталкер выжидал минут пять и дойдя до разбитого запорожца включил фонарь. Тут же со всех четырех сторон выбежали остальные собаки. В голове машинально появился план действий, и одна очень важная фраза:

ЭКОНОМИТЬ ПАТРОНЫ!!!

Первой добежала собака слева и получило в ответ несколько патронов в голову. Второй под раздачу попала собака впереди. Ночь прикладом сломал ей челюсть, потом припечатал все тем же прикладам к асфальту и, ловко переворачивая автомат, выстрелил в упор. Однако не успев вовремя разобраться с третьей, к Максу подбежал вожак и вцепился в левую руку. Боль, жгучая боль пронзила все тело, надавила на вески, а потом снова вернулась в руку. Быстро достав из кармана трофейный нож, он вонзил его в голову огромной твари. Та проскулила, ослабила хватку, но все еще держалась на руке. Тем временем третья черно-белая собака схватила за ногу. Ночь перерезал ее горло и выдернул ногу из пасти, тем самым получил лишние рваные раны. Остался вожак. Ночь упал на асфальт и подобрал свой АКМ, четыре выстрела успокоили пса, хотя тот еще минут пять пытался встать.

Макс аккуратно сел на землю. Адреналин начал выходить из крови, поэтому ноги стали ватными, а боль вернулась к укусу на руке и двум рваным ранам на ноге.

-Надо бы прививочку от бешенства сделать, а то бешенством болеть не хочется- сказал он вслух

-Три на первую, четыре на вторую, четыре на третью, и того одиннадцать. Следовательно, в рожке осталось девятнадцать. А еще топать минут сорок. Может портал где-нибудь есть, как в фильмах на большой земле. Да, начинаешь сам с собой разговаривать, первая стадия шизофрении. А прошел только треть. А ну ка встал, выпрямился и пошел навстречу смерти - подбодрил он себя. Макс отрезал одну штанину от костюма, разрезал надвое, и перевязал ногу и руку. Потом достал пачку сигарет, вынул последнюю сигарету, бросил пачку в сторону валяющейся рядом собаки и с наслаждением закурил. Сейчас главное успокоится и собрать в себе остальные силы. А там глядишь, и второе дыхание откроется. Ночь докурил, подошел к вожаку, затушил об него окурок и двинулся дальше.

Вдали появилась огромная труба, лежащая поперек дороги, первый признак того, что до Агропрома осталось меньше двадцати минут ходьбы. За пройденное время Ночь успел потратить еще семь патронов на крыс и пять на псевдоплоть. Расклад неутешительный, семь патронов и нож. Главное ни на кого не нарваться.

Ночь прошел мимо огромное стены, пересек дорогу и вышел на небольшое поле аномалий. Именно после поля был старый люк, замаскированный старыми колесами и различными ветками. На обустройство схрона Макс потратил почти год. Там были различные виды оружия, от ножа до РПГ и ПК, куча различных патронов, детекторы, костюмы медикаменты, продукты. Особым атрибутом схрона была огромная занавеска , за которой стоял стол, кресло качалка, и старенький магнитофон. Напротив стола был умывальник с зеркалом: сам Сидорович проектировал водопровод (правда денег пришлось отвалить немало). Освещалось все двумя лампочками, подключенных к машинным аккумуляторам. Когда барк примкнул к Долгу, Ночь думал продать схрон и выбраться из зоны ко всем чертям, однако таких зона просто так не отпускает.

Показалась автобусная остановка, за ней и схрон. Настроение было отличное, Макс не только выжил, но теперь и получит уважение сталкеров. Посвистывая, он завернул за остановку и замер.

Два кровавых глаза, серебристо-фиолетовая шерсть, огромный размер. Ночь выдохнул. Напротив него, в метре, стояла химера. Она посмотрела на жертву, казалось появилась улыбка на ее лица. Макс не двигался, шансы выжить равны нулю, даже если бы у него РПГ был. Эта быстрая тварь порвет его в клочья, насладиться едой, а останки доедят другие обитатели Зоны. И это произойдет в тридцати сантиметрах от спасения.

Ночь выкинул автомат, легким движением руки метнул нож в дерево и подошел ближе к химере.

-Давай быстрее, не хочу испытывать боль.

Рев, страшный рев, как будто вся живность этого мира кричали одновременно. Ночь почувствовал вонь трупов из пасти мутанта. Пот стекал ручьем, кровь в голове стучала, как часы на Спасской башне. Адреналин заставлял гонять кровь с бешеной скоростью, от чего руки и ноги тряслись, как после недельной пьянки в «100 рентген». Разум не воспринимал ничего, не хотел думать. Ночь лишь хотел, чтобы все побыстрее закончилось.

А потом мозг заработал. Руки затряслись еще сильнее, сердце выскакивало из груди. Сталкер подошел к монстру еще ближе и прошептал:

- Мама-зона, я хочу жить

Химера стояла неподвижно, но было ясно, она готовиться к атаке.

-Я хочу жить, я хочу жить, я хочу жить, слышишь меня родная.

Химера нависла над Максом. Не соображая ничего, Ночь прокричал, глядя в глаза мутанту.

-Я ХОЧУ ЖИТЬ!!!

Химера подняла свою правую лапу. Макс увидел огромный, острый как нож коготь. Он стал приближаться к лицу сталкера и сделал длинную, кровавую полосу от правого глаза к левой скуле. Потом химера развернулась и быстро убежала по направлению к темной долине.

Ночь стоял не двигаясь. Боль от раны увеличилась от соленых слез. Сердце теперь наоборот, почти не билось, а мозг не работал, как будто вся кровь ушла на последний крик, который его спас. Наконец, ноги после огромного количества адреналина стали ватными и Ночь упал. Кое-как он дополз до схрона, отодвинул два колеса, что потребовало невероятных усилий, и свалился в схрон…

Он не помнил, сколько он пролежал в шоке и беспамятности, минуты или годы. Потихоньку приходя в себя, он начал замечать знакомые очертания. От них излучалась волна безопасности и уюта, что придало Максу еще больше сил. Он встал, включил два аккумулятора Honda и подошел к зеркалу.

Лица практически нет, вместо него запекшаяся кровь и огромный порез, оставшийся после встречи с когтем химеры. Он вроде был не глубокий, но было ясно, что шрам останется навсегда. Глаза были красные и припухшие, видно от потери крови. Ну что сразу бросилось в глаза Ночи, так это то, что он был седой. Седые виски ярко выделялись на фоне крови на лице.

Макс умылся, вытерся полотенцем, отчего то стало не серым, а красным. Он вколол обезболивающее, чтобы не умереть от обработки раны водкой и антисептик от заражения. Аккуратно лег на старенькую кровать, закрыл глаза и прошептал:

-Спасибо родная…

В баре было как обычно, шумно и весело. Тем бар «100 рентген» и отличался, что здесь можно было найти любого собеседника, выпить, отдохнуть, повеселиться, вообщем, что сталкер захочет сделать после вылазки, то обязательно сделает.

Барк сидел за бутылкой водки и безразлично смотрел в потолок. К нему тихо подошел средних лет парень, с большим шрамом на лице и седыми как снег волосами. Тронул аккуратно Леху за плечо. Обнялись. Выпили вместе, Барк пошутил пару раз, но Ночь даже не улыбнулся.

-Ну рассказывай давай, как справился. Переждал у кровососа в гостях???

Тяжелое пятисекундное молчание…

- Завтра утром я ухожу из зоны навсегда, она меня отпустила…


Никита "Шут" Мищенко

Казнь


Мюзикл в 1 акте 2 действиях


Действующие лица:

Виновный

Палач

Арлекин

Толпа

Ангелы

Голос из-за кулис


Акт 1

Прелюдия

Сцена. Из-за кулис выбегает арлекин, кланяется.

Арлекин: Здравствуйте дамы и господа, женщины и мужчины, бабушки и дедушки, девочки и мальчики, сталкеры и мутанты…

Голос из-за кулис: Утихомирься, а то зрителей разбудишь.

Арлекин: Здравствуйте все. Сегодня я расскажу вам честнейшую историю, а если там найдётся вранья – так слова два. А пойдёт в ней речь о,…хотя, что это я? Ангелы вам всё расскажут, а мне позвольте удалиться.

Арлекин уходит, появляются ангелы.

Первый ангел: Эта история произошла тогда, когда у кур росли рога.

Второй ангел: Что ты врешь, молокосос, у тех кур вместо клюва был насос.

Третий ангел: Господа, не ссорьтесь из-за кур, не они беда – к 2012 году готовится пора.

Арлекин: Ох уж эти ангелы, вечно чего-то не поделят. Зовите Scorpions.

Выходят Scorpions, играют песню «Big cities». Занавес, антракт.

Действие 1

Темница. За письменным столом, в наручниках сидит виновный. Макает перо в чернильницу, что-то пишет на бумаге.

Заключённый: Я, Инквизитор, он же Шут, пишу эту объяснительную в твёрдом уме и трезвой памяти. В моей смерти прошу никого не винить…кроме…этого…этого…и этого человека.

Виновный откладывает перо, вздыхает.

Виновный: Мне осталось жить до завтрашнего рассвета. Пожалуй, порадую своих поклонников последним произведением.

Виновный берёт перо, чистый лист, начинает писать. Зачёркивает, выкидывает. Берёт новый лист. Зачеркивает, выкидывает. Виновный поворачивается к зрителям, свет фокусируется на нём, играет музыка Димы Билана «Never let you go».

Виновный: Каждый день просыпаюсь зря

Потому что не приходит она

Муза Музовна моя…о нет! О да!

Объясните кто-нибудь

Как же дальше мне здесь жить

Без вдохновения…не знаю я…

Про что же мне писать

Спасите! Прошу я, помогите

Спасти мою никчёмную работу

Как я уже сказал, спасите

Кто нибудь, прошу я

Скажите, что мне дальше писать, иначе я…совсем завяну здесь…

На сцену сверху падает рояль. Из него вылазит полупьяная балерина, начинает делать замысловатые па. Из зала на рояль летит «коктейль Молотова». Рояль загорается, балерина падает в оркестровую яму, виновный заливается на весь зал соловьём. Огонь сжирает занавесы, и сверху падает тот, кто их закрывает. Антракт.

Действие 2

Главная городская площадь, постамент для экзекуции. На ней стоят виновный и палач. Вокруг толпа.

Палач: Виновный Инквизитор, он же Шут. За ваши литературные злодеяния и не желание слушать компетентной критики вы приговариваетесь к высшей мере наказания. К казни.

Толпа оживлённо гудит.

Виновный: Я прошу право на последнее слово.

Толпа замолкает.

Виновный: Я знаю, что большинство про меня думает. Параноик, не желающий и не умеющий писать толково и со смыслом. Но кто-нибудь из вас задумался, почему я это делаю?

Толпа молчит. Внезапно раздаётся голос.

Голос из толпы: А чего тут думать? Выпендриться хочешь, вот и пишешь всякий бред. И вот это, что сейчас происходит, ну разве не х**ня?

Виновный: Достопочтенный господин, нас могут читать дети.

Голос из толпы: Извините.

Виновный: Я писал это, что бы радовать людей, вызывать у них улыбки, смех, дарить небольшие, но запоминающиеся эмоции. Похоже, всё зря. Простите меня. И прощайте.

Толпа гудит громче обычного. Палач поднимает вверх руку, толпа замолкает.

Палач: Да упокоится твоя мятежная душа.

Палач поднимает над головой топор. Виновный покорно становится на корточки, кладёт голову на постамент. Пауза. Зал замолкает, слышно, как суфлёр тихо ругается – никто за весь мюзикл не забыл свои слова. Внезапно палач опускает топор. Свет фокусируется на нём, толпа начинает хором подвывать, играет музыка «Наутилус Пампилус».

Палач: Я пытался уйти от работы

Я брал отпуск и уезжал на Гавайи

Я пытался уйти от жены

Я брал выходной и уезжал к её маме

Я хотел быть красивым и стройным

Хотел носить трусы поверх штанов

Что ли все проходящие мимо

Завидовали тому, что я красивый и стройный

Но я ведь палач…

Я резал головы, руки, ноги и носы

Резал, что бы не уволили совсем

Хотел сыграть в детском спектакле Карлик – Носа

Но мне сказали, что я перепугаю весь зал…

Я не хочу быть палачом

Я хочу быть…врачом

Но не хочу быть хирургом

Хочу быть детским врачом…

В комнате с красным потолком

И с зелёными стенами

Я каждый день режу носы

Что бы не воровали сало…

Все плачут, обнимаются, целуются. Появляется ангелы и арлекин.

Арлекин: Ну, вот и всё, наша история закончилась. А что же хотят сказать наши ангелы?

Первый ангел: Я хотел просто сказать, что суфлёр – полный дурак.

Второй ангел: Режиссер – вообще козёл, не кормил нас колбасой.

Третий ангел: Вам не нравится, а мне – словно сказочка во сне.

Выходят остальные актёры, все кланяются. Бурные аплодисменты, на сцену летят цветы, бутылки и гранаты. Занавес опускается.

КОНЕЦ


Александр Якименко

Прорыв

 - ... Такой вот план. - закончил Фрак. Молодой сталкер обвел взглядом коллег, собравшихся в единственной комнате его съемной хаты.

- А оцепление что в это время делает? Решето из нас клепает? - скептически спросил Обод, развалившийся на лучшем месте для сиденья – мягком кресле из потертой искусственной кожи. Остальные примостились рядком на застеленной койке.

- Идиот ты шо ли? Сказано же тебе - нет там никого на несколько километров только турель эта автоматическая, а ее мы обесточим. Я это место давно заприметил. Ну что идете, или будете на проход бабки собирать? – Фрака раздражала наглость бывшего футболиста. Обод появился в Зоне вскоре после громкого допингового скандала, положившего конец спортивной карьере. Лицо его было достаточно известным, что быть узнанным даже в Зоне. Его прозвище было производным от фамилии, что среди сталкеров встречалось нечасто.

Присутствующие задумались. Фрак подобрал не случайных людей. Все пятеро принадлежали к «выходным» сталкерам, тем кто живет за пределами Зоны, а внутрь приходит за хабаром, короткими рейдами. Как правило, такие дальше Свалки не заходят, собирают всякую артефактную мелочь и большую часть прибыли тратят на проходы через периметр туда-обратно. Сейчас у всех пятерых вместе не набиралось денег, чтобы заплатить воякам за проход одного. Так уж вышло. У каждого по своим причинам.

- Фрак, а бульдозер тот точно на ходу? - поинтересовался Крамар. Известный своей осторожностью сталкер получил прозвище за отдаленное сходство с актером Крамаровым, каким его запомнили по фильму «Неуловимые мстители».

- Ага, я в прошлую ходку в него канистру соляры залил, да проехал пару метров. Но тогда у меня другой проход был, а этот вариант проверил и на будущее припас.

- Ладно, хлопцы, вы как хотите, а я с Фраком пойду. Мне б вот только хоть обрез бы или макар какой ржавый, от собак отбиваться. А то совсем голый, - высказался Скотник, крупный, еще крепкий мужик лет пятидесяти.

- Калаш дам. А еще пару обрезов есть. До Сидоровича доберемся, - поспешил заверить Фрак.

- Если просто все так, тогда зачем тебе мы? Сам бы и шел себе. А то уговариваешь, стволы на шарик раздаешь, - Обод все еще сомневался.

- Та лесок там за периметром. Не нравится он мне в смысле зверья мутного. В одиночку можно и не пробиться. А за стволы после отдадите, вроде как в кредит.

- Торговец Фрак, - хмыкнул Торпеда, брюнет лет тридцати пяти, бывший таежный охотник.

- А насчет мин - точно их там нет? - не унимался осторожный Крамар.

- Воронки густо - значит, подорваны все. А новых не ставили, саперы бы непременно кусты выжгли, уж больно они покрученные, вдруг какие свойства мутные проявят и на турель нападут? Хотя конечно полной гарантии нет. Может где одна мина и уцелела, нас ждет.

Ночь уже была разбавлена первыми признаками рассвета. Пасмурное небо Зоны на востоке слегка алело. Сталкеры залегли в бурьянах. Только что они прорезали колючку, бегом пересекли открытое пространство предзонника и теперь переводили дух. Кроме оружия и прочего обычного снаряжения сталкеры волокли с собой металлическую садовую лестницу. От железобетонного забора периметра их отделяло четыре метра полотна грунтовки и пару метров обочины. Огромный бульдозер четко выделялся в сумерках на фоне серого бетона. Была в этой машине еще советского производства какая то монументальность, казалось бульдозер стоит здесь несколько столетий, или, по крайней мере, оставлен ликвидаторами в восемьдесят шестом. На самом деле бульдозер стоял здесь меньше месяца. Его бросили по каким-то соображениям стройбатовцы, ровнявшие здесь грунтовку. Слева от бульдозера торчала деревянная вышка с автоматической турелью.

- Поехали! - скомандовал Фрак. Роли были распределены заранее. Торпеда и Фрак поставили лестницу. Фрак полез под вышку. Тем временем Скотник принялся заводить бульдозер. Присветив налобным фонариком, Фрак улыбнулся. Для отключения турели в штатном режиме следовало подойти к ней с тыла и набрать девятизначный код на панели управления. Но обтекаемая, похожая на модуль боевого космического корабля из футуристического фильма, бронированная автоматическая оборонная турель, по замыслу своих японских производителей должна была устанавливаться на железобетонный постамент, сквозь который подводился кабель электропитания. Отечественные вояки взгромоздили ее на деревянную вышку лагерного вида. Между опорными брусьями свободно висел кабель в пластиковой оплетке. Его можно было бы перерубить у земли, топором с изолированной рукоятью, например. Перебить выстрелом. А можно просто протянуть руку, стоя на лестнице, отщелкнуть фиксирующие скобы и вытащить из под днища грозной машины обыкновенный, вполне гражданского вида, трехфазный разъем. Фрак спустился на землю и снова полез наверх, теперь по деревянной лесенке вышки. Нужно было убедиться, что турель не имеет автономного запаса питания. Сталкер потыкал кнопки на маленькой консоли - экран оставался темным. Фрак обошел турель сбоку. К крышке отсека боеприпасов были приварены петли, на которых висел гаражный замок явно неяпонского происхождения. Похоже, Фраку не первому пришла в голову мысль разжиться здесь пулеметными патронами.

- А не очень-то и хотелось. На фига они мне нужны?

Нужно было спешить, пока у вояк шухер стоит. Через пару минут они раздуплятся и вертушку пришлют. К этому времени нужно быть под прикрытием деревьев. Бульдозер уже упирался в забор. На какой-то момент Фраку показалось, что все зря - забор устоит и придется бежать назад. Или лезть через забор, тратя время на резку густо напутанной по верху колючей проволоки. Но тонкая панель треснула, смялась, держась на арматурной сетке и, наконец, выпала в Зону. Бульдозер проехал по обломкам бетона и вминая в разрыхленную почву колючку, поехал по изрытому воронками грунту. Скотник опустил нож, надеялся, что осколки противопехотной мины в случае чего не пробьют металлический щит. Остальные сталкеры поотстали. Бульдозер въехал в воронку, Скотник сдал назад, собираясь нагрести в нее грунта.

- Ты шо - шоссе строишь? Дальше пешком! - крикнул Фрак, набирая темп. Скотник потратил время на глушение двигателя и выбрался из кабины. Теперь все, не думая о минах, неслись в сторону леска. Под прикрытием деревьев перешли на быстрый шаг. Через четверть часа вышли к холму, у подножия которого имелись развалины погреба. Фрак скомандовал привал и послал Обода с электронным биноклем на холм.

Обод проворчал, что вечно все на него валят и ушел. Дышал он почти ровно, остальные с трудом переводили дух. Восстановить дыхание Фраку удалось только к тому времени, когда бывший спортсмен вернулся с рекогносцировки. Обод был доволен. Жмурясь от фонарика Фрака, он сказал:

- Таки прорвались. Сам удивился. Теперь дело плевое – до Сидоровича дотопать.

- Что вояки?

- Как селедки. Тихие. Типа вообще ничего не случилось. Хотя как ты кабель выдернул, у них на пультах все должно было замигать, шо елка на Новый год.

Обод помолчал и добавил:

- Там прикол. Собаки со всего Кордона к пролому бегут.

- То есть?

- В глаза не свети. Ну, три стаи видел. Голов по десять-пятнадцать. Одна при мне еще в пролом наш прошла. А две на подходе были, сейчас проскочили уже, наверное.

- Странно это. Схожу сам посмотрю. А вы пока отдыхайте. – как часто бывало, после удачного решения, сталкеры признали в Фраке командира. Пока они не доберутся до Сидоровича, Фрак будет главным в пятерке. Начав подниматься на холм, Фрак услышал, что кто-то пошел за ним. Оглянулся – это был Скотник.

- Тоже гляну, - буркнул бывший колхозник.

Фрак смотрел в бинокль. В зеленоватых резких отсветах ПНВ он видел как из травы на границе разрытой взрывами земли выскакивают юркие тени тушканов и устремляются в пролом. А вот на бетонный обломок вылез крысиный волк величиной с крупную таксу. Вокруг обломка сновали крысы свиты. Осторожная и опасная тварь на бетонном обломке будто испытывала сомнения. Наконец решилась и рванула в пролом, серое воинство двинуло за вожаком. Фрак поводил биноклем. Датчик движения засек пятерку слепых псов в километре южнее пролома. Стая двигалась к периметру. Заработала автоматическая турель. Двоих собак смело, остальные успели отбежать в лесок, за пределы досягаемости турели. Датчик движения выхватывал среди деревьев то одну, то другую собаку. Похоже, они теперь двигались точно в направлении пролома. Рядом с Фраком пыхтел Скотник, пытающийся в неверных рассветных сумерках рассмотреть что-то в обычный оптический бинокль. Вдруг датчик движения засек цель возле пролома. Тушканы бросились в разные стороны от высокой сутулой человекообразной фигуры, которая на пару секунд появилась у пролома, а затем вновь исчезла. Фрак опустил бинокль и двинул вниз к остальным. Следом затопал Скотник.

- Кровососа видел? – спросил он у Фрака.

- Да, фигня какая-то. На гон похоже.

- Думаешь выброс будет?

- Так позавчера был. Рано. Да и других признаков нет.

Спустившись, Фрак несколькими фразами описал ситуацию остальным.

- Вот и хорошо, нам по пути меньше мутных будет, - обрадовался Крамар.

- Дурак ты, - отозвался Торпеда – если со всего Кордона мутанты сюда прут, то можем мы со стаей нос к нос столкнутся, а стволов у нас не очень.

Сталкер оглядел товарищей, будто заново оценивая огневую мощь группы. Старые АКМы, списанные и налево проданные еще при СССР, у Фрака и Скотника, обрезы двустволок у Обода и Крамара, да охотничий карабин «Сайга-9» у самого Торпеды. От стаи слепых псов в два десятка голов на открытом месте можно и не отбиться без потерь. Псы – твари быстрые, хрен попадешь. Чуть замешкаешься на перезарядке – и конец.

- Вот так и случаются Киевские Случаи. – брякнул Крамар.

Киевским случаем сталкеры называли историю, когда кровосос каким – то образом добрался до Киева и поселился в подвале школы. Тварь обнаружили только, когда она издохла и вонять начала. Рядом нашли трупы троих детей. История нашумела в прессе, ни до ни после нее мутанты до столицы не добирались. А вот жителям ближайших к Зоне невыселенных деревень постоянно приходилось сталкиваться с тушканами и крысиными стаями. Иногда прорывались слепые псы и кабаны. Пару раз за периметром появлялись кровососы и однажды в полусотне километров от периметра нашли тушу химеры. К счастью крупные мутанты не могли долго существовать без подпитки аномальной энергией и за пределами Зоны заболевали и дохли. Хотя иногда успевали натворить дел. Несмотря на это мутанты рвались из Зоны. Перед выбросами они волнами атаковали периметр. Сталкеры называли такие массовые атаки гоном.

- А я как-то с одним ученым с Янтаря у Сидоровича столкнулся. Поговорили от не фиг делать. Так этот головастик утверждал, что Зона вроде как один организм, ква… Квазиразумный, во. Только доказательств нет. А вот оно – доказательство. Только дырку сделали, так и полезли всей толпой, будто сговорились, – лениво сказал Обод, мутанты возле пролома его не интересовали.

- Хлопцы, вы как хотите, а я остаюсь, – заявил Скотник и решительно зашагал в сторону пролома.

- Сдурел совсем? – удивился Обод.

- Он местный. У него семья в ближайшем селе, – пояснил ему Торпеда. Тем временем Фрак догнал Скотника:

- Не сходи с ума. Дойдем до Сидоровича, расскажем ему. У него есть контакт с вояками. Маякнет кому надо и дырку мигом заткнут.

- Пока дойдем, пока Сидорович свяжется с вояками, пока те бокорезить будут… Много всякой мерзости за периметр пролезет. И мы виноваты будем.

- Я сейчас же Сидоровичу на ПДАшник скину. Он мужик умный, сообразит, что торопиться надо. Через четверть часа этой дыры не будет. Так что не лезь туда. Попадешь под раздачу. Воякам, что кровосос, что сталкер – одна группа мишеней.

Скотник остановился. Фрак достал ПДА. Быстро отстучал сообщение. Перечитал. Скрепя сердце дописал в конце волшебное словосочетание: «отдам хабаром». Ну вояки, ну сволочи! Мало того, что сталкеров валят, а с выживших дерут по три шкуры, так еще и службу завалили, мутанты за периметр стаями прут, а эти уроды зеленые мышей не ловят! ПДА дернулся в руке, в верхней части экрана появилась пиктограмма отсутствия покрытия. Что ж, сеть в Зоне – штука капризная. Сталкер ругнулся и настроил сообщение, что бы оно отправилось, как только появиться покрытие. Скотник все понял и потопал дальше к опушке жиденького соснового леса, в котором они находились. Подбежал Торпеда.

- Ну что вы тут надумали?

- Сетки нет, - пожаловался Фрак.

- Барыге хотел сообщить? Правильно, жаль не получилось. Ладно, пошли.

- Я остаюсь. Я эту кашу замутил мне и хлебать.

- Вольному воля. Мы пошли, удачи тебе. Как доберемся, Сидоровичу все скажем, пусть своим генералам звонит.

- Ок. – Фрака распирала злость, не столько на товарищей, которые не обязаны были подставлять свои глотки, сколько на себя, на не вовремя проснувшуюся совесть. Но решение было принято. Он бросился догонять Скотника.

Рассвело. Скотник залег на удобной позиции за упавшим деревом. Фрак тоже устроился удачно. Автомат лежал в развилке дерева, целится в вертких мутантов было легче, когда цевье прилягало к твердой опоре. Беспокоило одно – вдруг какая тварь сзади подойдет. Оружие может зацепиться за ветку, и эта заминка будет стоить жизни. Сталкеры уже успели уничтожить стаю слепых псов и одного кровососа. На счету Фрака это вообще был первый кровосос. В одиночку он с ним не справился бы. Лишь в два ствола удалось взять живучую, умеющую становиться невидимой, тварь в клещи и добить. Еще Скотник ранил крысиного волка, но тот успел скрыться за забором. На крыс и тушканов патроны решили не тратить. Вообще у них было еще сотня патронов, но в коробках. Сейчас Фрак прикрывал, а Скотник снаряжал магазины. Крупных мутантов пока не было. За спиной хрустнула ветка, Фрак резко обернулся. Удачно выдернул автомат из развилки и с трудом остановил палец на крючке.

- Свои, - крикнул Крамар.

- Мы типа вам помочь решили – заявил Обод. А, идущий замыкающим, Торпеда хмуро пояснил настоящую причину:

- Там снорки. В траве мелькают. Не меньше двух. Без автоматического оружия их не пройдешь. Так что пришлось вернуться. В погребе сидеть и ждать пока туда снорк свалится - смысла нет. Вот же фигня какая! Первый раз снорки на Кордоне появились. И именно у меня на пути!

- Занимаем круговую оборону и ждем вояк. Как появятся – сразу бегом к погребу. Крамар с Ободом держат тылы, все равно ваши хлопушки до пролома не добьют в полную силу, – приказал Фрак.

- Уи, мон колонель, – ответил Обод недовольно и сопровождаемый удивленными взглядами стал сгребать прошлогоднюю хвою, устраивая себе лежку ногами к пролому.

- Сетки нет? – спросил Торпеда.

- Нет, – Фрак в который раз глянул на ПДА.

- Я на дерево. Давай ПДАшник, может там сеть есть.

Фрак с сомнением оглядел чахлые сосенки.

- Не туда смотришь. – Торпеда кивнул вглубь леска. Старая сосна выросла там еще когда не было окружающего подлеска. Как все сосны, выросшие на открытом месте, она имела несколько развилок.

- А пролом увидишь?

- Не боись, увижу!

- Внимание, псы! – крикнул Скотник и отложив недоснаряженный магазин, открыл огонь. Фрак бросил ПДА Торпеде и побежал на свою позицию. Пока он примостил автомат в развилке, Скотник ликвидировал двух мутантов, а третьему прострелил голову Торпеда. Фраку осталось только добить одного из еще дергающихся псов.

С четверть часа крупных мутантов не было. Только Торпеда умудрился снять мелькнувшего в траве крысиного волка. Вдруг за спиной бахнул дуплетом обрез.

- Тушканы! - заорал Обод. Затем дважды, поодиночке выстрелил Крамар. Несмотря на свою привычку перестраховываться, в бою это был хладнокровный боец и сейчас Крамар не спешил, давая Ободу возможность перезарядиться. Фрак развернулся. Обод и Крамар встали на ноги, обувь давала некоторую защиту от мелких бестий, опасных своим количеством. Еще неплохо было бы штаны из армированной ткани, но со снаряжением у пятерки было туго. Фрак сделал несколько шагов вперед, чтобы оказаться между сталкерами, он опасался в горячке боя зацепить кого то из них. Скотник остался на месте, судя по его стрельбе, возле пролома появились новые мутанты. Фрак дал длинную очередь от бедра. Выцелить быстро мелькающих среди редких бурьянов отдельных тушканов было нереально, но стреляя в гущу стаи, трудно было нескольких не зацепить. Крамар удачно влепил сноп картечи в целый клубок мутантных грызунов. Стая распалась, твари запаниковали. Тушканы на Кордоне и Свалке - дело обычное. Сталкеры хорошо знали их повадки, сейчас стая потеряла стайность, мутантные грызуны бросились врассыпную, инстинкт самосохранения взял верх над голодом. Обод потратил еще несколько патронов отстреливая отдельных тварей, пока Фрак не рявкнул на него по поводу экономии боеприпасов. Снова вернулись на свои позиции. Через полчаса стрельбы по слепых собаках, Фрак уже начал опасаться, а хватит ли патронов до подхода военных. Спустился со своего дерева Торпеда.

- Шо, ушло? – обрадовался Фрак.

- Не, я анекдот спустился рассказать.

- Что?

- К сталкеру Сидорову в Зону приехала погостить теща. Ученые засекли необъяснимое значительное увеличение количества мутантов, пытающихся вырваться за периметр.

- Не смешно!

- Мужики, я понял в чем тут дело, – не меняя тона, продолжил Торпеда. – Это контролер.

- Гонишь! Они на Кордоне не живут! – сказал со своего места Обод.

- Не живут, – согласился Торпеда. – Им здесь условья не те, аномальности мало. Но забредают, хотя и редко. Я как то краем уха байку слыхал. Что контролер на Кордон постоянно ходит непонятно каким путем и зверей на периметр гонит. Удержать всех под полным контролем ему не под силу, но и не надо это. Он просто внушает им чтобы шли к определенной точке и ломились сквозь периметр, такое внушение держится, даже когда он зверя отпускает. Еще говорят этот контролер один и тот же. Мол, один снайпер его в плечо ранил был. А в другой раз в прицел шрам видел, только во второй раз промазал.

Теперь все молчали, даже Скотник оторвался от автомата и повернулся к Торпеде.

- А не врут? – спросил Обод в надежде услышать опровержение рассказанного.

- Может и врут. Только смотри сам - что мы тут необычного видим? Гон этот без выброса и снорков на Кордоне. В это предположение факты укладываются как патрон в обойму родную! Мутных контролер гонит, а снорки с ним пришли – свита постоянная.

- Самое необычное – что у вояк турель погасла, мы под периметром третий час воюем, а им хоть бы хны. Будто в натуре контролер их всех взял, – проворчал Фрак.

- Не, я на контролера не подписывался, – откровенно испугано сказал Обод. – Вы как хотите, а я обратно за периметр. Найду бабки и в другом месте войду, где контролеры не водятся.

- Мужики, а ведь если мы снорков видели, то и контролер рядом? – спросил Крамар.

- Как бы не у тебя за спиной, – мрачно ответил Торпеда. - У них ведь тоже возможности не беспредельные. И судя по всему ему работать легче, когда место прорыва в прямой видимости. Иначе б под снайперов не подлазил, а на другом конце Кордона сидел.

Обод испуганно заозирался, а Скотник поднялся на ноги и внимательно оглядел заросли вокруг.

- Мужики, а давайте обратно, а? А пролом с той стороны покараулим? – услышав о контролере, Обод явно «спекся».

- Не, тогда зря столько мороки. А тебя никто не держит, даже поможем, расчистим огнем от мелочи, чтоб пройти можно было. Но уговор – как выйдешь, бегом к ближайшему блокпосту. Мол, так и так, местный, гулял возле периметра, а оттуда кровосос выскочил и мелочь мутная. Спешили очень, тебя не заметили. Вообщем, шото странное творится.

- Ага, так они в местного и поверят! Сначала спасибо скажут, а потом под белы ручки и на шконку!

- Специфической снаряги у тебя немного, спрячешь по дороге, а…

- Внимание! Слушайте! – прервал Скотник. Все замолкли. И поняли, что он хотел сказать. Приближался нарастающий звук. Будто несколько человек часто-часто лупили кувалдами по земле. Ноги отчетливо ощутили вибрацию.

- Кабаны! - Торпеда бегом кинулся к «своему» дереву. Ему повезло, он не столкнулся с громадной тушей нос к носу. А разгоряченный бегом чернобыльский кабан не успел среагировать на человека. Длинный клык, больше похожий на слоновий бивень задел сталкера не острием, а боковой поверхностью. Торпеда улетел куда-то в кусты, остальные дружно открыли огонь. Кабан, в котором на вид было не меньше тонны, заревел и попытался остановиться на месте, но не справился с инерцией и покатился боком. Сталкеры не жалели патронов, но зверюга все же поднялась на ноги и побежала на меняющего обойму Фрака. В этот момент Крамар разрядил обрез в глаз мутанту. Тварь заревела так, что выстрелы утонули в ее реве, и решила сменить объект нападения. Длинная очередь Фрака наконец добила мутанта. Кабан еще не умер, но упал и забился в судорогах, ломая молодые сосны. Сталкеры отбежали подальше, что бы не стать жертвой его агонии. Только после еще одной очереди кабан затих. Людям крупно повезло. Основная часть стада промчалась мимо. Как только выбежавший на них кабан забился в агонии, Скотник потерял к нему интерес и начал стрелять по стаду. Ему удалось повредить ногу еще одному секачу. Сейчас сталкер методично старался его добить прицельными короткими очередями. Зверь хромал в сторону обидчика, но шансов дойти у него явно не было. Не меньше трех секачей и штук десять самок ушли за периметр. Из кустов выбрался Торпеда.

- Живой, мы тебя не задели? – крикнул Фрак.

- Слегка живой, - охая от боли Торпеда полез на дерево, - блин, кажись ребро сломал. - Устроившись в развилке, он матерясь вполголоса, изучал «Сайгу» на предмет повреждений от падения и попадания земли в затвор. Вдруг Торпеда радостно заорал:

- Есть!

- Что?- испуганно вскинулся Обод.

- Сообщение ушло!

В этот момент у пролома вновь появились псы. Сталкеры занялись ними, но настроение улучшилось даже у деморализованного Обода. Через несколько минут Торпеда крикнул:

- Сидорович пишет – с вояками договорился. Советует нам повременить минут десять и уходить! Время пошло!

- Кажись обошлось, - тихо прошептал Фрак. Но Зона любит обламывать радость. А Кордон уже Зона. Снорк появился прямо за спиной у Крамара. Заметили его, только когда кровь веером брызнула из разорванного горла. Фрак повернулся и открыл огонь уже не опасаясь задеть товарища, тому явно уже было все равно. Сейчас Фрак боялся только перегрева ствола. Непрерывный огонь – единственный способ достать верткую тварь. Бывший человек в рваном армейском хэбэ прыгнул вверх и сам «зацепился» за очередь. Пуля в ногу развернула его в полете. Неловко приземлившись на переднюю конечность снорк оттолкнулся нею и молниеносно отпрыгнул вбок. Там замер на секунду. Фрак тащил в его сторону автомат, но разгоряченное адреналином сознание уже понимало, что он не успевает. И никто ему не поможет – Обод возился с перезарядкой обреза. Снорк не случайно отпрыгнул именно туда, тактика была заложена у твари в инстинктах, Фрак перекрывал своим телом линию огня для Скотника. В треск калаша вплелся резкий хлопок карабина. Снорк кувыркнулся через голову. Несколько пуль Фрака клюнули неподвижно лежащее тело. В затылочной части старой противогазной маски ГП-5 было маленькое отверстие, из которого сочилась густая черная кровь.

- Классно ты его! – крикнул Фрак, сменяя рожок. Руки тряслись.

- Хрен бы попал, если об он не понтовался, не замер на месте! – ответил Торпеда.

- Точно он не один был? – крикнул Скотник.

- Не меньше двух, точно! – «обрадовал» Торпеда.

Фрак и Обод разом бросились к Крамару.

- За тылами следи! – рявкнул Фрак и склонился над телом, пытаясь уловить дыхание. Крамар не дышал, кровь из разорванного горла сочилась медленно. Значит – все.

- Ну как? – крикнул Скотник, выпуская очередь в сторону пролома.

- Готов! Бросай все – отходим!

Скотник продолжал азартно строчить по пролому. Перекрывая автомат, Фрак завопил:

- Та харэ! Вояки все равно за периметром облаву проведут, как дыру закроют!

Скотник поднялся на ноги. Фрак скомандовал:

- Я веду. Обод за мной, Скотник - замыкающий. Дойдем до дерева – ждем Торпеду пока не дойдем - он прикрывает.

Фрак успел сделать несколько шагов, когда на поляне появился контролер. Очевидно он каким-то образом «отвел глаза». Только что его не было – а теперь стоит шагах в десяти, чуть левее от дерева Торпеды. Полуголый, в рваных джинсах и грязных берцах, лысая лобастая голова с глубоко посаженными глазами медленно ворочается по сторонам, на шее и затылке уродливые наросты. Вполне человеческие жилистые руки безвольно свисают вдоль торса. На левом предплечье – шрам, там явно неправильно срослись поврежденные пулей мышцы. Первая реакция – направить автомат и стрелять. Но руки будто окаменели. Головой туда-сюда вертеть можно, а конечностями шевелить не получается, будто привязали тебя к каркасу стальному твою позу повторяющему. В ушах шум – будто шепот громкий, только слов не разобрать. Фрак повернул голову в сторону Обода, замершего с опущенным обрезом. Рядом с ним появились два снорка. Два! Несколько быстрых взмахов когтистых конечностей - и окровавленный труп бывшего спортсмена лег на прелую хвою. Фрак ощутил, что контроль усилился, сталкер уже не мог вертеть головой и шум в ушах стал громче. Очевидно «держать» троих контролеру стало легче, чем четверых. Снорки прыгали вокруг тела Обода, тряся головами в противогазах. Фрак, уже впавший в отчаяние, не сразу понял что произошло. Он не слышал ничего кроме настойчивого шепота в ушах, но увидел, как хвоя вокруг Обода и снорков вдруг взметнулась множеством фонтанчиков, мутанты задергались и упали на недавнюю жертву. Одновременно исчез контроль и в уши ворвался стрекот вертолета и грохот циркулярных пулеметов. Военные подтянулись немного раньше, чем обещал Сидорович. Фрак вскинул автомат. Там где, только что стоял контролер, никого не было. Позади заорал Скотник:

- Тикаем, хлопцы!

Фрак обернулся и увидел зависший над опушкой вертолет. Глухо ухнуло. Фрак не разбирался в тяжелом вооружении и не понял, что за медлительная, толстая ракета сорвалась с направляющей. Пробегающий мимо Скотник толкнул в плечо:

- Бегом!

Фрак побежал, хлопнуло, сталкер оглянулся и увидел, что сзади поднимается стена пламени. Очевидно, толстая ракета содержала горючую смесь. Фрак поднажал и обогнал Скотника. Впереди кубарем слетел с дерева Торпеда, «Сайга» болталась за спиной. Сзади ощутимо тянуло жаром. Снова ухнуло, потом хлопнуло. Дикий крик резанул по ушам. Фрак споткнулся и обернулся. Тело Скотника билось на самом краю охваченного пламенем участка. Похоже, значительная часть высокотемпературной смеси попало на спину сталкера, потому что крик не длился долго, тело продолжало корчиться, но это просто сокращались сгорающие мышцы. Как завороженный остановившийся Фрак следил за гибелью товарища. Вдруг прямо из пламени выскочил контролер. Мутант почти не пострадал – только дымились тлеющие джинсы. Фрак автоматически нажал на курок. Не промазал – контролера отбросило назад в огонь. Одновременно приступ невыносимой головной боли швырнул Фрака на колени. Но боль сразу отпустила. Фрак вскочил и побежал – до погреба осталось совсем чуть-чуть. Только бы пилоты не заметили, что он туда прыгает. Фрак краем глаза бросил взгляд на вертолет. Тот висел боком и работал пулеметом – кажется куда-то в пролом. Очевидно, экипаж засек там движение. Фрак сиганул в погреб. Внизу заорал сбитый с ног Торпеда:

- Черт! Мои ребра!

Сталкеры залегли на дне погреба в вонючей грязевой жиже. Через некоторое время стало трудно дышать - смолистый дым от выгорающего леса стелился по земле в строну погреба. Противогазов у сталкеров не было. Рассчитывали взять в кредит у Сидоровича.

- Вылазим, а то задохнемся! – крикнул Торпеда, протирая слезящиеся глаза. На верху дыма было еще больше. «Только бы не ошибиться с направлением», - думал Фрак, огибая холм справа. Наконец сталкеры выбрались из дыма. Пожар позади угасал - не такой уж и большой был этот лесок, да и сыро было вокруг. Где то за дымом стрекотал вертолет.

- Ходу, пока дым совсем не рассеялся! – крикнул Фрак и побежал по заросшей травой заброшенной грунтовой дороге. До лагеря новичков оставалось еще километра два. Аномалии в этой части Зоны хоть редко, но попадались. Бежать нужно было осторожно. Через полкилометра измотанные сталкеры залегли передохнуть в густом кустарнике.

- Скотник ушел? – спросил Торпеда, тихо постанывающий на каждом вдохе.

- Не. Сгорел.

Фрак рассказал о Скотнике и контролере. А что случилось с Ободом, Торпеда и сам видел, сидя парализованным на дереве.

У Фрака была фляжка с водой и сталкеры выпили по несколько глотков. Шум вертолета вдалеке утих. Очевидно, подтянулись наземные войска и он улетел.

- Идти сможешь? – спросил Фрак.

- Даже бежать, если из меня снова шашлык готовить надумают!

- Тогда подымаемся.

Прежде чем вставать, Фрак внимательно осмотрелся. Вроде никого. Но когда он поднялся, то первое что увидел – это контролера, спускающегося в овраг метрах в тридцати восточнее. Не думая, что делает, сталкер прицелился и дал очередь. Это была ошибка. Фигура на мушке дернулась, Фрак попал. Контролер не такой живучий как кровосос или снорк, но все же живучей человека. До этого тварь их просто не замечала. А сейчас у Фрака перехватило дыхание, легкие не могли выдохнуть, контролер добрался до безусловных рефлексов. Рядом корчился на земле Торпеда. «Конец!» - и одновременно с этой мыслью все кончилось. Торпеда вскочил на ноги и сорвав с плеча карабин, побежал к оврагу, где скрылся контролер.

- Стой! С ума сошел?! – хотел крикнуть Фрак, но изо рта вырвалось лишь невнятное сипение. Все еще тяжело дыша, он побежал следом за Торпедой. Тот припал на колено на склоне оврага и несколько раз выстрелил. Когда Фрак до него добежал, Торпеда напряженно всматривался в листву, опустив оружие.

- Ты чего? – задыхаясь, спросил Фрак.

- Ушел, гад.

- Это тот же был?

- Тот же. Я у него на груди рану от твоей пули заметил, и штаны почти сгоревшие. Кстати ты его еще раз задел, в предплечье, по старому шраму. А я, кажись, в задницу пулю засадил, если не показалось. Так что кровавый след четкий. Возьмем тварь!

- Да ты сбрендил! Это же контролер! Живыми ушли – радоваться надо, а не за своей смертью гнаться! Еще зомби из нас сделает, будешь его охранять и остатки сталкеров за ним доедать!

- Ты в «100 рентгенах» был хоть раз?

- Не, а причем…

- А я вот часто бываю. Сижу, слушаю, что бродяги болтают. Иногда полезнейшие вещи узнать можно. У меня слух хороший, разбираю даже то, что на другом конце бара гуторят.

- Поздравляю, можешь в ФСБ идти работать! Но причем здесь контролер?

- А притом. Думаешь - чего он нас отпустил?

- А фиг его знает. Контролеры же разумны, некоторые сталкеры даже разговаривали с ними, если не врут. А если существо разумно, то оно любую глупость сотворить может! Например, проникся он чувством благодарности, что мы ему помогли такой замечательный прорыв устроить! Стадо кабанов за периметр ушло, не меньше одного кровососа, мелочи всякой несчитано!

- Ага, сами помогли, сами и помешали, да еще и без свиты его оставили и самого покоцали порядочно. Не, благодарность тут не причем. Надорвался он, вот! Сталкеры в баре рассказывали, что когда большой группой на контролера наваливаешься, то большую часть он берет, мочит так или иначе, а потом силу теряет, хватает, вот как нас, и отпускает. Сбежать пытается. Потому он, пока в силе, не просто людей душит, а норовит под контроль взять, что б своих перестреляли. Однажды сбежавшего контролера на третий день только догнали, так он все еще ничего не мог, хотя и хватал уже сильнее. А нам повезло. Он на прорыве выдохся. Если б не снорки свиты он бы к нам вообще не полез. Так что можем его догнать по следу кровавому и убить! И ни фига он нам не сделает!

- Да на черта он нам сдался? Не, неплохо бы за ребят посчитаться. Только кто ж знает: куда его черти понесут? Он же не на Кордоне живет. А у нас ни детекторов, ни противогазов, патроны на исходе и припасов никаких! Пусть живет, гад! Нам за ним гнаться не с руки!

- Да понял я, куда он двинул. По этому оврагу тропинка на Темную долину идет. Там раньше застава бандитская была, а потом тропу аномалия перекрыла. Бандюки и ушли, хрен им там ловить. Но пока еще не ушли я им попался был. Обобрали. Но по-людски - ствол оставили и посылку, что я в долину тащил. Еще и предупреждали: мол, ты, новичок, на восток долины не лезь. Там развалюха, а в ней контролер живет. Так что это наш контролер и есть! Видно аномалия с тропы после выброса ушла, а тропу никто заново не провесил! А про то, что он бессильный, сейчас только мы и знаем. А на фига?! Да Сидорович за голову контролера месяц назад столько бабла обещал, сколько я за всю жизнь не видел! Притащим ему ее – и все, хочешь экзоскелет покупай, хочешь вообще со сталкерством завязывай!

- Это уже интересней. Только не догоним мы его в таком состоянии. Давай так – зайдем к Сидоровичу и авансом у него снарягу возьмем. И стволы нормальные.

- У меня нормальный! А если с пустыми руками к нему явимся - то вся голова за снарягу и уйдет! Я этого жлоба знаю!

- А пусть уходит! У меня в ПДАшнике местечко одно классное отмечено – артов немерено. У мертвого сталкера с ПДА слил. Матерый сталкерюга был, да кровосос еще матерей. Так я их вдвоем сцепившихся и нашел. А на ПДА – отметка и описание чего он там видел. Только без снаряги в этот Клондайк не добраться. А так обменяем голову на снарягу нормальную – и за артами!

- Продешевим сильно.

- Ничего, артами отобьем! Зато контролера точно возьмем. И в аномалию не вляпаемся.

- Не, хреновый план. Боюсь я этого Сидоровича больше контролера. Случая не было, чтоб он у меня полцены не сбил.

- Тогда так. Зайдем в лагерь новичков. Нехай тебе там ребра перетянут бинтом эластичным. А я тем временем к Сидоровичу забегу, снарягу выторгую. Отдохнем, переночуем. А завтра с рассветом – в Темную долину! Звучит?

- Не звучит! Выторгуешь ты у Сидоровича две куртки латаные, да два обреза ржавых. Вот и все снаряжение. Что я этого кровососа не знаю?!

- Не сторгуемся – значит не судьба нам контролера добыть. А лезть вот так, голым, в Темную долину я не согласен. А сам ты точно не справишься.

- Ладно, уломал. Только в лагере новичков про контролера ни слова. Мол, шото вроде гона было, чудо Зоны, однако.

- Не учи папу сношаться! Пошли, напарник!

- А, должник, привет, заходи давай! – похоже Сидорович был в отличном расположении духа.

- Здравствуй, – обращение барыги Фрака совсем не обрадовало.

- Так говоришь, отходился Скотник?

- Да, вояки сожгли живьем. И не он один, еще Крамара и Обода снорки порвали, – вообще-то Сидоровичу он еще ничего не говорил. Только в лагере новичков в двух словах рассказал, что случилось. Но видно у Сидоровича стукачи быстро работают. Или жучки в лагере поставлены? Вообще - по фиг, хоть спутник на орбите, Фраку на это плевать!

- Зона им пухом. Ну, давай за упокой выпьем.

А это что-то новое, Фрак никогда не слыхал, что бы Сидорович сталкеров выпивкой угощал. Торговец поставил на прилавок два стакана, налил всклень и подвинул один стакан под решеткой, отделяющей его от покупателей. Достал из под прилавка тарелку с двумя присохшими бутербродами с колбасой, поставил так, чтобы Фрак тоже мог взять один. «А водка-то получше той паленки, что сталкерам толкает. Вот жлобяра, против его наценок разница в цене сортов – фигня, а все равно экономит!» - отметил про себя Фрак.

- Зона – пухом! – повторил барыга, легко, как воду, выпивая стакан. Фрак промолчал, резко выдохнул и выпил свой. Пить водку такими дозами он не умел, но в этот раз не поперхнулся, допил и вгрызся в зачерствевший бутерброд. Сидорович закусил и сложил руки на животе, на его лице появилось благостное выражение, делающее лысого торговца похожим на монаха, обращающегося к Богу. «Так и есть: собственное пузо – вот его Бог!», - зло подумал сталкер.

- С Ободом и Крамаром я не чаще, чем с другими «выходными» сталкивался, чисто по делам. А вот Скотника давно знал. Еще в девяностых вместе сталкерили.

Фрак снова промолчал, но барыга понял его удивленный взгляд:

- Ну, цветмет всякий добывали, кабеля выпаливали, иногда и автозапчасти с брошенной техники снимали. – барыга еще помолчал. А затем продолжил:

- Ты не думай, ничего особо «горячего» мы не трогали. У нас дозиметр был.


Михаил (travokyr-k3) Шалимов

Предпоследний шанс

- 30 декабря - «Бар»

- Чип, я так понял, ты берешься за это дело? – Спросил бармен, привычно протирая стойку грязным полотенцем.

- Ты же знаешь, в каком я сейчас положении. А сумма, которую ты предлагаешь, могла бы всё исправить. – Сталкер одним большим глотком допил своё пиво. – Вчера мне звонили из больницы. Представляешь, если я не переведу деньги на их счёт в течении недели после Нового года, то эти сволочи отключат её от аппарата жизнеобеспечения. Ну и, соответственно, речи ни о какой операции вообще идти не может.

- Эти эскулапы совсем уже охренели? Неужели им не хватает тех денег, которые ты выручаешь за артефакты?

- Не хватает, это не то слово. Я еле свожу концы с концами. – Чип в сердцах ударил ладонью по стойке. – Давай, не будем обсуждать мои проблемы и перейдём ближе к делу.

Лицо бармена вмиг стало еще серьёзней. Отложив в сторону полотенце, он заговорил.

– Что ж, слушай внимательно, парень. Ко мне с Янтаря шла группа сталкеров. Они несли очень редкий артефакт. Впрочем, что за артефакт, тебе знать не обязательно. Но именно он и будет твоей целью. Когда группа проходила мимо Агропрома, им на ПДА «упал» сигнал «SOS». Посмотрев, от кого поступил призыв о помощи, выяснилось, что у ученых там вертушка разбилась. Сначала подумали что все, хана яйцеголовым. Ан нет… Один, благодаря костюму повышенной защиты, как-то выжить умудрился. В общем, дальше он с моей группой топал.

- Мне что, еще и ученого выручать? – Удивился Чип. – Ты что, «батя», совсем рехнулся? Я же один, без напарника иду. А если на стаю слепых псов или кабанов нарвёмся? Профессор твой мне сильно мешаться будет…

- Что у вас, молодых, за привычка - старших перебивать?! Ты сначала до конца дослушай, потом вопросы задавать будешь! – Возмутился бармен. – Так вот, когда группа шла через свалку, они на бандитскую засаду нарвались. По моей информации, ребят всех положили, а вот ученого в живых оставили. Наверно, выкуп за него получить хотят, но это дело, в принципе, не наше. А вот артефакт, который сталкеры несли, бандиты с собой захватили. Он, кстати, в ярко-оранжевом контейнере был. Если ты не дальтоник, то, я надеюсь, ни с чем другим не спутаешь.

- Погоди, а уголовники, что дураки по-твоему? – Сталкер почесал затылок. – На кой им его в таком приметном контейнере хранить? Наверно артефакт твой переложили, а контейнер припрятали куда-то. И артефакт теперь днём с огнём не сыщешь.

- Не прав ты, Чип. Контейнер из сплава особого был. Да такого, что его даже промышленным лазером вскрыть не удастся. Чтобы внутрь заглянуть, код нужно знать, по-другому никак не выйдет. Впрочем, код тебе знать, тоже не обязательно. Все усек?

- А где мне твоих бандитов на свалке искать? – Кивнул головой сталкер.

- Здесь как раз всё очень просто. У меня в их банде «крот» был. – Бармен расплылся в улыбке. – Ты ведь помнишь, где раньше у Лешего «берлога» была? Вижу, помнишь… Что побледнел-то? Успокойся, там всего несколько человек будет. – Бармен повернул голову, на настенный календарь. - Сегодня тридцатое число, ну а завтра у них сходка где-то. Видно, праздновать будут. Бандиты, конечно хоть и хреновые, но тоже люди. Так вот, если ты завтра с утра выйдешь, то аккурат к празднику и успеешь. Когда они почти все на сходке будут. На базе из охраны всего три человека останется.

Ты главное запомни, что учёный нам по боку, от него прибыли никакой. Твоя задача - это контейнер с артефактом. Не будет контейнера, не будет и денег. С сестрой своей тогда прям там можешь прощаться. Ты же знаешь, в долг я не даю. Ну что, согласен на мои условия?

- А разве у меня есть выбор?

-Думаю, что нет.- Ответил бармен.

- 31 декабря– «Где-то на Свалке...»

Чип стоял и смотрел на горы радиоактивного хлама. Со стороны они смотрелись как безобидные холмы всевозможного мусора и обломков техники. Но как обычно это бывает, первое впечатление обманчиво. Любой новичок в Зоне мог совершенно точно сказать, что если сунуться туда без специального комплекта радиационной защиты, то ни какая доза «Антирада» не спасёт. Ну, а если задержаться на холме дольше получаса, то и от этого комплекта проку будет не много.

Чип не был дураком или самоубийцей. Он прекрасно понимал, что ему в обычном броннике там делать нечего. Переключив «калаш» на стрельбу очередями, он двинулся в обход зараженных земель.

Сталкер старался идти как можно быстрее. Чип прекрасно знал, что сейчас ему нужно спешить. Пусть на часах еще четыре и пока достаточно светло, но уже к пяти начнёт смеркаться. Зима как никак.

Слава Богу, до разрушенной барахолки было недалеко. По словам бармена, в её подвале должны были держать учёного. А у бандитов, что его охраняют, должен быть тот самый, заветный оранжевый контейнер, из-за которого, собственно, весь сыр бор.

Чип двигался по левую сторону от радиоактивных холмов. Идти по неглубокому снегу было на редкость неудобно. Ноги постоянно норовили разъехаться в разные стороны. А когда из-за облаков выглядывало солнце, снег будто вспыхивал миллиардами огней. Щурясь от яркого света, ослеплённый Чип не заметил приближающейся угрозы…

- Твою мать! – Ругнулся сталкер, дав длинной очередью по стае слепых псов, так неожиданно возникшей на его пути. Ему чертовски повезло, что мутантов было не слишком много, и их удалось спугнуть, не ввязываясь в бой. На борьбу с псами у него совсем не оставалось времени.

Поругав себя за невнимательность, Чип сменил рожок автомата и двинулся дальше. Но на этот раз уже куда более осторожней.

Примерно через час ходьбы он был уже у развалин барахолки, недалеко от которых, располагались две водонапорные башни. Они величественно возвышались над заснеженной Зоной, подобно уцелевшим в руинах старых замков оборонительным вышкам. Немного подумав, сталкер решил взобраться на одну из них и, глядя в бинокль, оценить обстановку.

Вскарабкавшись по хлипкой лестнице, он уже через пару минут осматривал территорию. Быстро темнело, но, несмотря на это, Чип еще отчётливо видел развалины здания и зияющий чернотой вход в подвал. Рядом с которым дежурило два человека, а неподалёку от них, отбрасывая зеленые тени и бурля пузырями, притаилась лужа «студня». Не самая опасная и хорошо заметная аномалия. Её уникальность заключалась в том, что она способна растворить в своих недрах любое известное науке вещество.

- К ним близко лучше не подходить…- Сделал вывод сталкер.

Бандиты были вооружены дробовиками, что делало их довольно опасными противниками в ближнем бою. Но вместо того, чтобы быть на чеку, часовые, передавая друг другу фляжку, о чём-то увлечённо разговаривали и лишь изредка поглядывали на детектор движения. В итоге, это их и погубило.

Спустившись с водонапорной башни, Чип аккуратно подобрался к развалинам барахолки. Подкравшись к разрушенной стене, сталкер оказался почти напротив часовых. Вытащив из жилета разгрузки гранату, он бросил её аккурат под ноги мародёрам. Раздался оглушительный взрыв.

Чип выскочил из-за своего укрытия, чтобы сменить позицию, и краем глаза заметил, что одного из бандитов порвало взрывом, а второго посекло осколками. Его тело валялось у входа в подвал, из которого тут же появился еще один человек. Сталкер, не успев занять новую позицию, на бегу выстрелил по столь неожиданно появившейся мишени. Кувыркнувшись, он увидел, как опрокинутый пулями бандит рухнул в бурлящую лужу «студня». Полыхнула зеленая вспышка, и уже через несколько секунд аномалия полностью поглотила тело человека.

Подождав еще с минуту и убедившись, что опасность миновала, Чип решил спуститься в подвал.

Бандитское логово оказалось довольно просторным. Отбрасывая жутковатые тени, на потолке одиноко раскачивалась тусклая лампа. А в углу помещения сидел связанный и насмерть перепуганный учёный.

- Пожалуйста, не убивайте меня. Я уверен, вам заплатят хороший выкуп.- Заскулил пленник.

- Заткнись, родной, я не по твою душу пришел. - Как мог, успокоил его сталкер. – Скажи мне, ты не видел у этих людей ярко-оранжевого контейнера?

Осознав, что никто его убивать не собирается, ученый немного успокоился. Собравшись с мыслями, он ответил. – Да. Да, я видел этот контейнер. – Сказал научник. И тут же нервно вздрогнул, когда нож сталкера коснулся верёвок на его запястьях. – Этот контейнер был на поясе человека, который за несколько минут до вашего появления выскочил на улицу. – Сказал ученый, с болезненным видом потирая затёкшие руки.

- Не может быть. – Чип не поверил своим ушам. – Я же его только что в «студне» искупал. – Дрожащим голосом произнёс сталкер.

И тут он понял, что это конец. Теперь Чип уже никак не расплатится с врачами.

Не говоря ни слова, сталкер устало сел на грязный бетонный пол. Его разумом всецело овладело отчаянье. Впервые в жизни он чувствовал себя таким беспомощным, неспособным хоть как-то повлиять на сложившуюся ситуацию. С каждой секундой сталкер всё глубже погружался в мрачное молчание.

А вот ученого будто прорвало. Он благодарил сталкера за спасение, поздравлял его с Новым годом и говорил еще много всякой ерунды…

Но Чип его не слушал. Теперь это было не важно. Уже не важно…

- 1 января.- «Бар»

Вечером следующего дня Чип привел ученого в бар. Усадив его за свободный столик, он подошел к стойке.

Поведав бармену о своей неудаче и купив бутылку водки, сталкер вернулся за стол к своему спутнику. Не говоря ни слова, он наполнил два стакана, и они молча выпили.

Опустошив бутылку на половину, Чип рассказал ученому свою грустную историю. Он говорил о своей сестре и проваленном задании, о том, что это был его последний шанс спасти её...

- Мне больше негде искать помощи. И винить, кроме себя, мне больше некого. – Смахнув так некстати навернувшуюся на глаза слезу, он продолжил. – Кроме меня ей никто не поможет, а теперь даже я не в силах этого сделать. – Убитым голосом произнёс сталкер.

- Чип, ты хороший человек. Ведь ты мог бы бросить меня в том подвале и не рисковать своей жизнью, ведя меня за собой по Зоне. Но все же, ты вытащил меня оттуда. И теперь я обязан тебе жизнью. – Сказал с благодарностью ученый. – Знаешь, сталкер, а ведь я директор научно исследовательского института в Москве… - Хитро улыбнулся служитель науки.

- 13 января. – «Москва»

- Спасибо вам огромное, Николай Валентинович. Я никогда не забуду ваш поступок. – Сказал бывший сталкер.

- Ну что вы, Артём, не стоит благодарности. Я буду лично следить за ходом её выздоровления. Но пожалуйста, не забывайте своих обещаний. Вы будете должны уделять ей львиную долю своего времени. После операции возможно, что ей придётся учиться заново ходить. Срок реабилитации может растянуться на пару лет. – Ученый виновато пожал плечами. – Но, несмотря на все трудности, я уверен, что у вас все будет хорошо. – Попрощавшись, ученый пожал ему руку. После чего, запахнув свой белый халат, заспешил к себе в кабинет.

Артем еще долго стоял и думал, о том, что все сталкеры ищут нечто особенное и в основном находят лишь смерть. А ему посчастливилось найти новую жизнь для близкого человека…

Многие бы назвали случившиеся совпадением, но это было бы неправдой.

Ведь Артём точно знал, что это чудо! Что это подарок судьбы, который она приготовила ему на Новый год.

Но теперь это было не важно. Уже не важно…

Главное, что она будет жить!


Евгений "Enot" Бобков

Здесь ничего нет

- Здесь ничего нет.

Он думал, что не произнес эту фразу вслух, но громкое эхо, разнесшее под сводами Саркофага его голос, заставило сталкера вздрогнуть.

Он в бессилии опустился на колени. Продел руку через ремень оружия, ухватил за цевье и с силой отбросил дорогостоящий даже по меркам Зоны автомат в сторону. Разряженная винтовка, звякнув оптикой о бетон, упала на пол.

Здесь ничего нет.

Он готовился ко всему. Он был готов принять правду о безумных ученых, разумных мутантах, взбесившихся силах природы, инопланетянах наконец - но к такой правде оказался не готов.

Саркофаг был ужасающе, вопиюще пуст. Кроме зашкаливающего дозиметр радиационного фона, разбитой, гниющей мебели в опустевших почти полвека назад комнатах, да остатках реактора, проглядывающих сквозь руины и кучи щебня в центре бетонной коробки, здесь не было ничего.

Последний блокпост сектантов он преодолел у входа на территорию станции. Последнюю пулю своего автомата он отдал раненому, на чьих губах, пузырясь вместе с выходящей изо рта кровью, застывало имя его идола.

Несуществующего идола.

Саркофаг встретил сталкера тишиной и темнотой. Больше трех часов он бродил, забираясь в подвалы, уцелевшие административные помещения, поднимался к реактору – но не нашел ничего. С пистолетом наперевес, он обшаривал угол за углом, комнату за комнатой, этаж за этажом – но никто не бросился на него сзади, не вцепился в горло, не обстрелял из-за угла. Ни людей, ни мутантов, ни даже аномалий.

Здесь ничего нет.

В отчаянии он сорвал с себя противогазную маску. Стоя на коленях, опустив голову, он секунду за секундой вдыхал затхлый, отравленный радиацией воздух.

Ему уже все равно.

Пару лет назад он пришел в Зону, ища приключений. Как все. Да вот только основная масса таких «пришлых» погибала в первый месяц, если не день, а он через год стал сталкером. Легендой. Человеком, знающим многие тайные тропы, тем, кто не боялся ходить по Зоне ночью, тем, кого побаивалась и обходила стороной даже мелкая шпана.

Он знал многое.

Секрет его крылся в любопытстве. Оно сгубило немало славных бродяг, но его оно вело по Зоне как чистой тропке. В приграничных территориях не было места, куда бы он не заглянул, не было пути, которого бы он не знал. Да и районы ближе к Центру ему были знакомы лучше других.

Он никогда не доверял Зоне. Может, потому и был так удачлив в своих походах.

Но любопытство не знало границ. Все деньги, полученные за сбыт хабара, он тратил на дорогое снаряжение: детекторы, оружие, скафандры, пси-барьеры. Чтобы пробраться дальше. Чтобы больше узнать.

Но осознав, что все Её тайны постичь попросту нереально даже для такого дотошного исследователя, как он, сталкер решил добраться до главной из них.

Подтвердить или опровергнуть легенду, каждую ночь рассказываемую у костров.

Легенду о Монолите.

Он ни секунды не сомневался, что дойдет.

Даже когда последняя «отмычка», парень-новичок, пущенный вперед, внезапно дико закричал и взорвался фонтаном крови и кишок, ступая, казалось бы, по абсолютно чистому и безопасному участку. Он не сдался даже тогда, когда единственный человек, ставший близким за годы скитаний по Зоне, умирал на его руках в одном из домов на отшибе Припяти.

-Не бойся, Сашка, - шептал он, прикрывая руками кровоточащую рану на груди товарища. – Я принесу тебя к Нему. Он сможет помочь тебе.

Саша закашлялся, захрипел, открыл глаза. Мутный, гаснущий взгляд сфокусировался на друге.

-Нет там ничего. Нет. База сектантов здесь, а не на ЧАЭС. Нечего им там охранять. Нет там Монолита. Жаль только… Хотел на Саркофаг хоть одним глазком… Он говорят в грозу… Красивый… - изо рта сталкера пошла кровь, он а вновь закашлялся, веки сомкнулись.

Сашка умер спустя час, когда его друг уже соорудил волокуши для транспортировки и был готов забрать его.

Монолитовцы гнали его до границы города - призрака, внезапно отступив через час погони. Шел непрерывный ливень. Промокнув до нитки, сталкер пробирался между аномалиями, ежесекундно рискуя жизнью. Лишь одна мысль билась в голове: «Я дойду. Я узнаю Твою тайну. Ты не сможешь меня остановить.»

Сашка, как же ты был прав.

Здесь ничего нет.

В безумном порыве он схватил себя за волосы. Сжав руки в кулаки, почувствовал, как легко волосы отделяются от кожи. Он оглядел свои ладони. Кожа на ладонях покраснела, на ладонях лежали клоки вырванной шевелюры. В глазах мутнело.

Радиация заканчивала свое разрушающее действие.

Самая главная тайна Зоны до смешного проста – в её центре ничего нет.

Интерес к познанию, к жизни уходил постепенно, подобно тому, как радиация наполняла тело легендарного сталкера.

Медленно, дрожащими руками, он расстегнул набедренную кобуру. Уже слабеющими пальцами стискивая вороненую сталь рифленой рукояти и сбрасывая предохранитель, он подумал, что ему, наверное, и действительно больше не нужно ничего знать.

Ствол «беретты» уперся в висок, но сталкер уже не чувствовал этого.

Он стоял на коленях, с опущенной головой, пистолетом в дрожащей левой руке, с ладони которой уже начала слезать кожа. Растрескавшиеся, покрасневшие губы растянулись в глупой улыбке.

Здесь ничего нет.

Выстрел эхом пронесся над сводом Саркофага.


"Torgels"

По ту сторону...

Гроза разгулялась не на шутку, дождь тоже, как из ведра. Обычный вечер обычного дня в Зоне. Пастух подкинул несколько влажных корявых веток в мягко горящий костер. Погода мало беспокоила, ему повезло – нашел этот полуразвалившийся сарай. Видимо, старый дровяник. В чудом уцелевшее стекло маленького окошка колотил ливень. Хоть крыша не протекает – можно нормально обосноваться здесь, вот только не хочется. Грозу пересидеть, а потом в бар дернуть. Хватит, наелся Зоной. По самое горлышко наелся. Сбыть хабар и к чертовой матери отсюда…

А ведь как все начиналось. Романтика, вольная сталкерская жизнь! ЗОНА! Сказки для идиотов. Вся романтика в том, чтобы живым вернуться, загнать хабар и напиться в доску. Вольная сталкерская жизнь тоже оказалась далеко не сахаром – пот, грязь, радиация, усталость и кровь. Причем, крови порой даже больше, чем всего остального. Друзья есть – всегда помогут, поделятся, а поговорить не с кем. Устало отмахиваются: «Опять ты со своей философией!..» Про прошлую «дозоновую» жизнь разговаривать не принято. Все, ты в Зоне. Это твое прошлое, настоящее и будущее.

Пастух вздохнул, отложил почищенный Калашников, натянул поплотнее капюшон и задумчиво пошевелил угольки.

Паршивый день сегодня. В группу Шатуна он не попал – тот ушел с двумя новичками, что б пообтерлись, а с незнакомыми ходить не хочется. Пришлось идти в одиночку. И в итоге день насмарку – от Периметра отошел километров на пять, артефактов почти не нашел, а патроны все истратил – псевдоплоти сегодня в ударе, так и прут.

Верно ему в баре сказали два месяца назад, когда он только-только пришел: «Неее, парень. Тебе Зона ничего хорошего не даст – ни денег, ни счастья». Верно сказали. Это место для тех, кому терять нечего. Для тех, кто в жизни разочаровался. А ему, Пастуху, еще и тридцати нет. Останься он в родном селе, уж может и женился бы, хозяйством обзавелся. Нет, потянуло на романтику. Настоящим мужиком себя почувствовать! На тебе романтику! Жри ее горстями! Да только руки от кровавой грязи вытри…

- Эй! Есть тут кто?! - Сквозь шум ветра и дождя прозвучал уверенный мужской голос. - Сталкеры, есть кто внутри? Пустите непогоду-то переждать? Не стреляйте, сынки! Один я.

Пастух напрягся: кого там кровосос принес. Голос незнакомый, лишь бы не мародер.

- Заходи, дядя! Только медленно и руки на виду держи!

Покосившаяся дверь со скрипом отворилась и в сарай медленно вошел щуплый субъект в синем дождевике и с суковатой палкой в руке. За плечом вошедшего болтался не туго набитый рюкзак из мешковины:

- Добрый человек, пусти прохожего обогреться? – Из под капюшона на сталкера глянули веселые старческие глаза. – Бреду-бреду, смотрю – в оконце никак огонек играет? Думаю, пустят погреться? Идти еще далековато. А по такой погоде и того дальше. Не против соседства, парень?

- Заходи, дед, только не шали, я нервный. – Пастух ничего не имел против пришедшего, но своими словами прибавил себе уверенности. – Располагайся, места хватит.

- Вот, благодарствую! Промок весь, чай пообсохну к утру. А то ревматизм ежели на пути прихватит – куда ж дальше идти. Благодарствую! А ты что же, один здесь?

- А ты с какой целью интересуешься, старче? Интерес какой имеешь или так, разговор завести?

- Антирес, конечно. Да не про твои бирюльки, сынок. Любопытно просто – а коли дичина захочет поужинать? Чем ты от нее отбиваться будешь? Котелком чтоль? Автоматик-то безпатронный – отсюда видать. Вона, рожок пустой отстегнут. Были б патроны – зарядил бы. – Дед опустился на чурбак, положив рюкзак на колени, а палку отставил в сторону.

- Так и ты, дед, не особо для зверей-то опасен. Что-то кроме этого дрына и не видать у тебя ничего. А под плащом берданку не спрячешь. Да и обрез бы уж давно оттопыривался. – Пастух подозрительно окинул старика взглядом. – А ты вообще, как здесь оказался, дед? Что-то староват ты для Зоны. Без оружия ходишь, как по Крещатику…

- Да кому ж я нужен-то? Старый, костлявый, кости прогнили уже. Несъедобный я. – Дед, поморщившись, потер поясницу. – Живу я здесь, парень. Вот и хожу без оружия. Кто ж по дому с карабином ходит?

Пастух опешил. Сумасшедший дед! Вот принесла нелегкая на ночь глядя собеседничка. Ишь ты – живет он здесь. Маразматик старый.

- Хорош шутить, дед, не с сопляком разговариваешь. Как звать-то тебя?

- Да не шуткую я, сынок, взаправду говорю. Живу я здеся. Ну то есть в Чорнобильском районе. А звать меня Митрий Фомич. Председатель свиноводческого совхоза «Заря пролетариата». Слыхал про такой? Это километров 10 к северу отсюда.

- Не, не слыхал. Я так далеко не ходил. – Пастух озадаченно почесал макушку. – Брешешь ты, Фомич. Какой колхоз? Уж 25 лет тут ничего нету. Зона только.

- Кому Зона, кому Родина. Слыхал я про энту аварию на станции. Лектричество из ей шло. А потом бахнуло что-то и лектричество кончилось. Тогда весь совхоз растащили, люди уехали. Одни мы со Степанидой, жинкой моей, остались, да еще сын Минька. Куда нам ехать? Родились тута, выросли, работали. Некуда нам ехать. Вот и работничали втроем. А третий месяц, как Степанида померла, вдвоем остались с Минькой. Только он тоже не ахти какой работник стал. Болеет, кожа у его язвится. Вот, за мазью иду. Авось и полегчает.

- Ну ты даешь, Фомич! И чего, никак на тебя Зона не повлияла? Ты, вроде, не хворый никакой, раз хозяйство практически один ведешь. Во, дела! – Сталкер шумно выдохнул. – В баре расскажу, так не поверят! Действующая свиноферма в Зоне! И что же – даже свиньи есть?

- А то! – Дед горделиво приосанился. – Пятьдесят рыл. Упитанные, здоровые, что твои кадки! Хоть сейчас на всесоюзную выставку! Поросятся справно, хряки племенные.

А то, что здоров я – эт верно. Да разве за таким хозяйством один углядишь? Крыша в хате протекает немного, заборец надо бы обновить – совсем ветхой стал. Печка чадит полегку. Помогают мне иногда…

- Кто ж помогает-то? Тут из поселенцев только вы с Минькой и остались.

- Как кто? Сталкеры заходют иногда. Подсобят чего и дальше идут. Ну не за так, конечно. Харчуются они у меня, а после, как уходить соберутся, я им гостинцев каких надам. Так и живем – не тужим.

- И что, часто заходят? – Пастуха уже заинтересовал этот дед. Может и сумасшедший, но рассказывает складно. Будто и нет вокруг никакой Зоны с ее аномалиями, монстрами и остальным дерьмом. Интересно Пастуху послушать про сельскую жизнь, все-таки знакома она. Мирная…

- Редко заходют, но метко. Когда сами забредут, когда позову кого. Вот прошлый раз у меня паренек один две недели работничал. Добрый паренек, мастеровой. Мы с ним в хлеву крышу перекрыли, ясли поставили новые. Да еще и дров нарубил. Санькой звали. Улыбчивый такой. Хороший паренек… Только позавчера ушел. Домой, сказал, направился. Ты, ежели встретишь его, скажи, поклон Фомич передавал! Погостевать звал.

- П-передам. – Пастух пытался скрыть волнение. Этого улыбчивого Саньку сталкеры звали Скоморохом – смешливый молодой парень, шуток его не было конца. Пастух прекрасно его знал, все-таки одногодки и почти земляки.

Последний раз, примерно месяц назад, Скоморох уходил в Зону с Топтуном, опытным сталкером. Шли они в сторону Рыжего леса, да, видать, не дошли. Топтун вернулся один, без хабара и сказал, что Скоморох отстал от него в лесу, когда они нарвались на собачью стаю. Топтуну поверили, так как никаких причин врать у него не было. Выпили, конечно, за Скоморошью добрую память. И забыли. А вчера ранним утром Скоморох ввалился в бар с полным мешком артефактов. Загнал их бармену-скупщику не торгуясь и ушел. Ни с кем не разговаривал, ничего не рассказал. Даже не поел. Самое главное то, что продал он абсолютно ВСЕ. И амуницию, и детектор аномалий, и винтовку. Только складной нож оставил. Вот оно как! Значит домой Скоморох пошел. Молодец! Пастух даже позавидовал ему. Вот он, оказывается, где был – на ферме работал. Дела!..

- За мазью, говоришь, идешь, Фомич? А куда? За Кордон чтоль?

Дед благодушно рассмеялся, показывая ровные белые зубы:

- Зачем за кордон? К соседу я иду. Километров пять топать.

- Сосед тоже? Председатель? – Почему-то сталкеру показалось, что дед сейчас ответит утвердительно и начнет рассказывать про еще один совхоз. Какой-нибудь овечий или птичий. Но Пастух ошибался.

- Не-е-ет. – Снова рассмеялся дед. - Никакой он не председатель. Просто человек хороший, Федосом Николаичем звать. Хутор у него свой, на окраине желтого леса. Он мне Саньку-то и посоветовал. Подобрал он его порватого зверьем на опушке. Ну подлечил хорошенько, народными способами, знахарь он. И мне привел, на откорм, так сказать. А Санька еще и рукастым оказался. Как на ноги встал, так сразу: «Чего, Фомич, подсобить по хозяйству?». Вот и сгодился. К Федосу я иду, ага. Что-то мы заговорились с тобой, парень, а как величать тебя и не знаю.

- Пастух. – По привычке произнес сталкер, потом осекся. – Паша.

- А чего ж пастухом-то прозвали?

- Деревенский я. До Зоны пастухом работал, потом подался вот. На вольные хлеба… - Пастуха никто не расспрашивал про личную жизнь и поэтому он немного смутился. – Думал, что денег подзаработаю. А оказалось, что плохо тут. Не мое это. Я к другой свободе привык. А не к этой… Отстань, дед…

- Да я и не пристаю, не губься. Понимаю… Я ж поэтому и в город не поехал, после аварии энтой. Сам всю жизнь на земле, не могу в городе долго жить. Давай ужинать чтоли? Заговорились мы.

- Извиняй, Фомич. Нечего. Полбуханки хлеба осталось на утро, а больше нету. Не рассчитал немного перед выходом. – Пастуху было даже немного стыдно перед дедом: вроде гость, а угостить нечем.

- Давай, режь хлебушек. У меня сальца запасено – Федосу гостинец. Ну да ничего, чай не обеднеет. Лучок вот тоже… соль… ах, перчику забыл прихватить, ну да кабы знал…

Пастух нарезал хлеб, подал старику. Тот достал из-за голенища своих резиновых сапог кривой нож, обтер его о штанину и начал нарезать сало.

- Чичас поужинаем, Пафнутий, и на боковую. Ни свет, ни заря вставать, чтоб к восходу до Федоса дойти. А еще обратно. Как там Минька… Ты кушай, Паша, не красней. Баш на баш: ты – хлеб, я – сало. Все по-честному, не совестись.

Пастух ел молча. Он уже давно забыл про свою подозрительность. Бедный дед. Четверть века здесь живет, на руинах прошлого. И руки не сложил. Хозяйничает, председательствует в разрушенном совхозе. Побольше б в Зоне таких председателей, может и подобрела бы она.

Фомич стряхнул с бороды крошки:

- Ложись, Паша, спать. Я покараулю, потом тебя разбужу. Бессонница у меня, часа через три спать захочу – сменишь. Давай, я пока по нужде схожу.

Пастух проснулся, когда солнце уже показалось за горизонтом. Дождь кончился, только вязкая грязь напоминала о ночной буре, а на небе не было ни облачка. Благодать! Пастух довольно потянулся. И вдруг вспомнил – а где дед Фомич? Он, вроде как караулить оставался, разбудить обещал. Сталкер обвел взглядом сарай. Может ему вчера, от усталости, почудился этот странный дед? Или Зона наваждение напустила? Говорят, такое случается. Да вроде нет. Вон и лучок на чурбачке, заменявшем вчера стол, лежит. И пара ломтей черного хлеба с аккуратными ломтиками сала. Не почудилось, значит. А где дед?

Сталкер вскочил – где автомат!? Где контейнер с артефактами?! Вот они. Лежат, прикрытые какой-то дерюгой. Все нормально, не воришкой дед оказался. Пожалел, видимо его, не стал будить. Досидел до утра и пошел своей дорогой, к Федосу Николаевичу. Добрый путь тебе, Фомич. Пастух мысленно поблагодарил странного деда и, с удивлением вспоминая вчерашний разговор, начал собирать вещи. До бара еще топать и топать, а молодой организм уже начал требовать калорий.

Сборы заняли не больше минуты – пристегнуть к автомату пустой магазин, закинуть за плечо контейнер и готово. Сунул в карман остатки вчерашнего ужина – перекусить по дороге, окинул прощальным взглядом свое убежище и вышел на улицу.

Примерно километр Пастух прошагал в задумчивости. Ничто не мешало его спокойствию – места эти сталкерами хожены-перехожены, аномалий минимум, да и то самых примитивных, монстры крупнее тушканчиков здесь редкость. Лепота. Артефактов тоже не сыскать – окраина Зоны. Впереди раздались громкие голоса, Пастух прислушался. И сразу уловил знакомый бас Шатуна – он с группой возвращался из рейда. Вот и хорошо. Идти будут нескучно, да и на новичков интересно глянуть. Сталкер припустил рысью и вскоре увидал группу, остановившуюся рядом с невысоким кустарником. Они что-то шумно обсуждали, размахивая руками и матерясь. Кричать издалека в Зоне не принято, поэтому он подошел поближе…

Небритый здоровяк Шатун и двое молодых, чуть за тридцать, сталкеров стояли, сгрудившись, возле какого-то большого тюка. Завидев Пастуха, Шатун сделал приглашающий жест, и двинулся ему навстречу. Молодые остались на месте - согласно неписаному правилу, старший группы не обязан представлять им своего знакомого. Поэтому они дружно делали вид, что Пастух им безразличен и продолжали рассматривать непонятный продолговатый предмет.

- Здорово, бродяга! – Подошедший Шатун хлопнул Пастуха по плечу. – Как сходил? Ты не обижайся, надо же и смену себе готовить. Я думал с тобой послезавтра пойти, а ты вишь, один прогулялся. Есть добыча?

- Два «выверта» и одна «медуза», шелуха. А у тебя как? – Пастух был рад встрече, но на откровения со сталкерами, даже такими, как Шатун, его никогда не тянуло. Тем более, что это именно ЕГО добыча. Добытая в одиночку. А значит – неприкосновенная для всех, кроме него.

- Тоже мусор. Далеко не пошли, мальцы еще в нашем деле. Первая ходка, сам понимаешь. Зато смотри, что мы на обратном пути зацепили! – Шатун самодовольно ухмыльнулся, увлекая Пастуха за собой. – Это не каждому опытному сталкеру удается. Пойдем, покажу! Представляешь, идем, никого не трогаем! И тут из-за куста контролер вываливается! Здоровый, как лось! Он и хрюкнуть не успел, как парни в него по магазину разрядили! Быстрые оказались. Мне только добить осталось.

Они вместе приблизились к двум новичкам. Те поприветствовали Пастуха и представились: Челнок и Цифра. Он назвал себя и взглянул на лежащее тело, закутанное в синюю непромокаемую ткань...

- С-суки-и!.. – Будто молния пронеслась перед глазами Паши-Пастуха. – СУКИ!!!!!

Резко сорвав с плеча автомат он развернулся к оторопевшим сталкерам:

- Какая тварь! Кто! Убью, ублюдки!!!!!!

Он замахнулся пустым автоматом на стоящего рядом Челнока. И тут же нарвался на мощный удар в челюсть. Упав навзничь, он по-детски заморгал глазами. Над ним навис Шатун:

- Ты чего, паря?! Башкой где-то треснулся, или под Выжигатель попал? Чего кидаешься, идиот?!

- Уйди, сволочь. – Пастуха трясло. – Уйди! Слышишь?! И вы уходите, мрази! Что он вам сделал? Он просто шел! Сволочи! Вам бы только стрелять, да по грязи лазать! А он… он…

Из его глаз текли слезы, рука судорожно искала нож.

- Уходим, парни. Что-то с ним не то. Очухается – сам к бару выйдет. Не обращайте внимания. У некоторых это бывает. Уходим. – Шатун резко развернул свою группу и быстрым шагом стал удаляться от кустарника и сидящего под ним Пастуха. Тот смотрел им вслед, пока они не скрылись из виду. Потом осторожно перевернул тело.

На него глянула уродливая морда одного из самых страшных порождений Зоны – контролера. Черные глаза даже после смерти их хозяина пронизывали насквозь. Но это был он. Это был его дождевик, его клюка и его старый потрепанный мешочек. И сало. В обмен на мазь…

…По грязному болотистому полю шел человек. Не сталкер. Без оружия, с одной лишь суковатой палкой в руках и худым мешком за плечами. До бывшего свиноводческого совхоза, где теперь обитала псевдоплоть, оставалась еще пара километров. Сталкеры не заглядывали туда. Артефактов нет, а нарваться на взбешенного кабана – шанс очень большой. Но человек шел именно туда. Там умирал молодой контролер. Сын того контролера, который оказался человечнее многих людей. Сын Митрия Фомича. И человек нес ему лекарство.


"Torgels"

День рождения

- Пойдешь сегодня? – спросил бармен огромного сталкера, наливая кофе в пивную кружку, стоящую перед ним.

- Конечно. – ответил тот, угрюмо глядя на струю из кофейника. – Вот выпью эту гадость и вперед.

- Скоро Выброс. Успеешь? – бармен достал сахарницу, придвинул ее к сталкеру.

- Успею. Ты ведь достал? – сталкер одним глотком отхлебнул полкружки, не обратив внимания на сахарницу.

- Напомни мне, Гриша, когда я что-то не доставал? – потянувшись под стойку, бармен достал красивую коробку дорогих шоколадных конфет. – Свежие и, говорят, очень вкусные. Вчера военные на Кордоне сменялись, так я прапора одного попросил с новой сменой из города прислать. Только аккуратней, а то руки у тебя, как лапы медвежьи. Не зря свое погоняло носишь.

Бармен попал в точку. Сидевший перед стойкой сталкер Медведь отличался поистине страшной силой. Рассказывали случай, когда он в одиночку справился с тремя спецназовцами врукопашную. Те забрели в бар и, подвыпив, начали задирать сталкеров. Медведь тогда постукал их друг об друга головами и, подняв над землей за шкирку, выбросил на улицу. Что удивительно – военные никому не пожаловались и никаких последствий эта ситуация не имела. Видимо, прониклись уважением.

- Не бойся, Толик, уж ее-то я не помну. – Медведь аккуратно сгреб со стола коробку и положил ее на колени. Разгладил полиэтиленовую пленку. – Красивая. Как думаешь – понравится?

- Чего ж не понравится? Хорошие конфеты, фирма! – Толик-бармен обиженно насупился.

- Ну не обижайся. Запиши на мой счет. Со следующей ходки заплачу.

- Мастер ты, Гриша, гадости людям говорить. Минуты не прошло, а ты мне два раза нахамил. Ты что же это, решил, что я с тебя за них еще и деньги возьму? Эх ты! А еще друг называется. Что ж я, сухарь безчувственный?! К такому делу хорошему руку прикладываю, так ты ее деньгами своими радиоактивными замарать хочешь. Тьфу на тебя, балбес! – похоже, бармен решил обидеться всерьез. Но Медведь слишком хорошо его знал – Толик легко обижался и так же легко прощал. Однако касалось это только своих. Тех, кого он знал давно и кому доверял безоговорочно. Медведь был одним из этих немногих людей. Поэтому уже через минуту бармен, как ни в чем не бывало, налил Медведю вторую кружку кофе и спросил:

- Больше брать ничего не будешь?

- Зачем? Нет, ну «калаш» возьму, конечно, и магазинов штуки четыре. А больше ни к чему. Недалеко же.

- Тебе виднее.

Медведь быстро выпил кофе и поднялся.

- Пора. Пока совсем не стемнело. А то в темноте через Периметр сложно.

- Удачи! Коробку не помни, слышишь?

- Не волнуйся. Пока!

Медведь двинулся к выходу, на ходу закинув за плечо автомат и аккуратно придерживая конфеты. В дверях он столкнулся с Пузырем, молодым сталкером. Пузырь потеснился и пропустил Медведя. Увидев в его руке коробку, он сделал удивленные глаза, но, помня сталкерское правило не лезть в чужие дела, промолчал. Медведь вышел на улицу, а Пузырь подошел к стойке и, посмеиваясь, обратился к бармену:

- Слышь, Скряба, куда это он? С конфетами. Бабу что ль подцепил? А автомат тогда на кой?

- Не твое дело, щенок! – неожиданно злым голосом процедил бармен. – Брать будешь чего? Нет? Ну и чапай отсюда.

Обескураженный Пузырь отошел за ближайший столик и сел, видимо дожидаясь товарищей. Скряба тихо вздохнул и начал уныло протирать стаканы.

Темнело. Быстрым шагом Медведь шагал в сторону Периметра – высокого проволочного заграждения, окружавшего всю Зону. Спокойно подойдя вплотную к проволоке, он бросил на рядки заранее подготовленный небольшой металлический пруток. Тот, звякнув о проволоку, отскочил. Медведь удовлетворенно хмыкнул.

После Второго Взрыва по Периметру пустили ток, создали пятиметровую контрольно-следовую полосу и через каждые три километра поставили блокпосты. Проникнуть в Зону можно только по спецпропускам, которые выдаются военным, ученым и некоторым иностранным исследователям. Все остальные передвижения «туда» и «оттуда» наказываются огнем без предупреждения. Но охотников за артефактами это никак не останавливает. Каждый имеет свои способы проникновения в Зону и редко ими делится. Медведю и многим другим сталкерам было бы очень несладко, если бы Скряба не был таким предприимчивым. Он трезво рассудил, что если сталкеров будут валить почти при каждом переходе Периметра, то бар останется без клиентуры, а он без артефактов и, как следствие, без денег. Поэтому он отстегивал военным ближайшего блокпоста некую четырехзначную сумму в твердой валюте, чтобы в определенные часы они отключали ток на своем участке и немного ослабляли бдительность. Этим оправдывались высокие цены на снаряжение и прочие услуги, но оно того стоило.

Аккуратно приподняв нижний ряд проволоки, Медведь лег спиной на землю и осторожно, стараясь не зацепиться, прополз за ограду. Все, осталось немного. Контрольно-следовую полосу пришлось злостно растоптать. Ничего страшного – за все заплачено. Следующий же патруль наведет на ней полное благолепие. Пригибаясь насколько возможно, Медведь короткими перебежками добрался до ближайших деревьев и затаился. Поправил съехавший с плеча автомат и вытер песок с коробки конфет. Проверил - не помялась. Вот и ладно. Он включил КПК – на электронной карте тропа через перелесок была отмечена синими точками. Выпрямившись во весь рост, Медведь уверенно пошел вглубь Зоны. Через несколько минут перелесок остался позади и перед сталкером предстал унылый серый пейзаж Зоны Отчуждения. Теперь следовало быть начеку. Здесь хоть и окраина, но случайности бывают разные. Во всяком случае, слепые псы здесь появляются довольно часто, а встреча с ними хоть и не очень опасна, но все равно нежелательна.

Начал моросить дождь. Ничего удивительного, в Зоне дождь идет практически всегда. Будто солнце отвернулась от этого зараженного пятна на теле Земли. Накинув капюшон, Медведь снял с плеча автомат и поставил предохранитель на одиночный огонь. Осмотревшись вокруг и не увидев ничего подозрительного, он двинулся вперед.

До нужного ему места было около километра и, не теряя контроль над окружающим миром, сталкер погрузился в раздумья…

* * *

Они были знакомы с самого детства. Один город, одна улица. Один детдом…

Тогда еще не было сталкера Медведя и бармена Скрябы. Были Гришка Коробов, его младший брат Антон и Толик Сипухин – неразлучная компания. Постоянно соперничавшие и всегда готовые прийти друг другу на выручку. Родители Толика были запойными алкоголиками, за что государство лишило их родительских прав, а самого Толика определило в детдом. У братьев все было гораздо трагичней – их родители не вернулись из летнего отпуска на Черном море. Поезд «Сочи-Москва» столкнулся с товарным составом. Они погибли на койках купе, даже не проснувшись, оставив двух сирот – тринадцатилетнего Гришку и восьмилетнего Антона. Сначала оба жили у бабушки Наташи – матери отца. Но хулиганистый Гришка доставлял много хлопот, да к тому же подбивал к своим проказам тихого Антона. В конце концов, бабушка отдала братьев в детдом. Не потому что не любила – вовсе наоборот. Но безконечные жалобы соседей по поселку и регулярные вызовы в школу сильно утомляли ее. Бабушка поняла, что не справляется с внуками, и решила доверить их воспитание Родине.

Когда Гришка и Толик окончили в детском доме среднюю школу, они расстались. Толик подался в малый бизнес, уйдя от воинской обязанности по сильному плоскостопию. А Гришка, уже тогда выделявшийся среди сверстников своей силой, решил пойти в военное училище. Но, видимо не судьба была ему стать бравым офицером Российской армии. За регулярные самовольные отлучки к брату в детдом он через год был отчислен и переведен на срочную службу. Антон еще заканчивал школу, а Гриша уже демобилизовался в звании младшего сержанта военной разведки и вернулся в родной поселок, к бабушке. После окончания школы Антон поступил в инженерно-строительный институт и перетянул в город старшего брата. Григорий устроился слесарем на машиностроительный завод. Каждые выходные братья брали с собой пакет «городских» сластей и ехали навестить бабушку. Так прошло 7 лет…

А потом произошел Второй Взрыв на ЧАЭС и началось движение сталкеров.

Братья сидели на кухне в квартире, которую получил Антон – красно-дипломный выпускник, инженер серьезного градостроительного предприятия. Пили водку и спорили:

- Гриня, ты с ума сошел! Кой черт тебя туда тянет, ума не приложу!

- Да потому что надоело, Тоша, понимаешь? Не могу я так больше. С утра на работу, вечером домой и так каждый день из года в год. От зарплаты до зарплаты на чужого дядю горбатиться. Не мое это, как ты не поймешь! Ну не работяга я по жизни. Мне адреналин нужен. А тут, кроме как за тараканами с тапком бегать, никакого развлечения. В эту халупу даже девку не привести – стыдно.

- А там тебе медом намазано!? Экстремал хренов! А если убьют или сам по дури пропадешь? Ты ведь пойми, голова садовая, ты один у меня. Бабушка если еще лет пять проживет – и то хорошо, да навряд ли проживет. Сам знаешь ее состояние. И чего я тогда делать буду? Ни семьи, ни друзей. Толик вон, помнишь, когда последний раз приходил, что сказал? Что уезжает далеко и надолго. Когда вернется – неизвестно. Теперь еще и ты собрался невесть куда. В Зону!

- Не отговаривай. Я все уже давно решил. Руки крепкие, голова ясная. Ну, то есть, к утру будет ясная. Авось не пропаду. Да и не насовсем я. Подзаработаю деньжат и обратно. Там, говорят, на квартиру можно за полгода скопить. Вот годик-полтора покантуюсь – и хорош. Обещаю!

- Говорят, что кур доят, а коровы несутся. Ты про аномалии слыхал? Про мутантов? Про радиацию? Ты ж ни одной бабе нужен не будешь, облученный и покусанный. Это ты сейчас сильный, как тяжелоатлет. А потом что будет?

- Ты, Тоша, меня раньше времени не хорони. Я еще живой и практически здоровый. Я решил. Все. Точка.

- Дурак ты, Гриня, и не лечишься. Раз решил – будь по-твоему. Отговаривать тебя всегда безполезным делом было. Как пойдешь-то?

- Я с толковыми ребятами познакомился. Опытные сталкеры, приехали родных повидать. Обещали вывести на Кордон, там есть бар для своих. Для сталкеров. Бармен скупает то, что приносят из Зоны. Ну, артефакты, то есть. Говорят, что жадный до ужаса. Скрябой зовут. Ну, я думаю, столкуемся, как-нибудь. Я тут поднакопил кой-чего – на первое время хватит. А потом Зона прокормит.

- Смотри там, аккуратнее. Когда уходишь?

- Завтра утром. – Гриша разлил водку по стопкам. – Давай выпьем, брат. Будем здоровы!

Братья чокнулись и выпили. Антон потянулся к пельменям в тарелке. Гриша вздохнул:

- Пойду я, Тоша, спать. Завтра великий день, а еще протрезветь нужно.

- Двигай. Сегодня твоя очередь на раскладушке спать, но ложись на диван. Когда еще доведется нормально поваляться. Отдыхай. Только меня разбуди перед уходом.

- Угу. Спокойной ночи, брат.

- Спокойной ночи. – Антон секунду помолчал и совсем тихо, что бы не услышал Гриша, добавил. - Сталкер.

Он подпер рукой голову и просидел перед полупустой бутылкой до самого рассвета, так и не допив ее. От тяжелых мыслей он очнулся тогда, когда в коридор вывалился слегка помятый Гриша с армейским вещмешком и в своем старом камуфляже.

- Уже?

- Да, Тоша. Пора.

- Что бабушке сказать?

- Скажи, что в Москву направили, на повышение квалификации. И поцелуй за меня.

- Хорошо. Удачи тебе, брат!

- Не скучайте тут. Я вернусь. Я обязательно вернусь!

- Береги себя, сталкер.

Братья крепко обнялись. Гриша захлопнул за собой входную дверь. Антон постоял и, понуро стукнув кулаком по стене прихожей, пошел собираться на работу.

Когда Григорий впервые вошел в дверь бара на Кордоне, то сразу приковал к себе взгляды отдыхающих сталкеров. Отовсюду послышались приглушенные возгласы:

- Вот это да!

- Сила!

- Гигант!

- Медведь!

- Точно, парни! Медведь!

- Медведь и есть!

С интересом оглядывая бар и его посетителей, Григорий подошел к стойке.

- Где Скряба? – обратился он к сидящему у стойки сталкеру.

- Сейчас вернется. На кухню за шашлыком пошел. А ты к нему за снарягой? Новенький?

- Угу. Вот только не знаю, что получится. Он, говорят, жадный у вас очень?

- Это есть. Его потому Скрябой и кличут – все подскребает, до последней крошки. А-а-а, вот и он идет. Ладно, Медведь, удачи в торгах.

- Меня Гришей зовут…

- Это ты, приятель, забудь. Это там тебя по имени звали. А здесь тебя парни уже обозначили. Медведь ты теперь.

Сталкер забрал свою кружку пива и отошел за ближайший свободный столик.

Из дверей кухни вышел толстый бармен.

- Толик?! – Григорий не поверил своим глазам. – Ты?!

- Гришка! Какими судьбами тебя сюда занесло? – удивление бармена было под стать Гришиному.

- Я-то на заработки пришел, а ты здесь откуда? Ты ж говорил, что уезжаешь далеко и надолго.

- Вот сюда я и поехал. Здесь для торговли самая благодать. Так ты в сталкеры податься решил?

- Решил. Принимай, вот, в гости. Поможешь нужным барахлом обзавестись?

- Конечно. Только, Гриша, чур уговор – дружба дружбой, а табачок врозь. Если парни увидят, что я тебе поблажки делаю – цены снижаю или еще чего - наезды могут начаться. И на тебя, и на меня. Я для них – Скряба. А марку нужно держать. Без обид?

- Какие обиды, Толик. Все прекрасно понимаю. Это, как в армии – дед есть дед, салага есть салага.

- Ну и отлично. Давай рассчитаем, что тебе сейчас в первую очередь нужно…

…Так начинал сталкер по прозвищу Медведь.

- Медведь, тут до тебя какой-то новичок пришел. Говорит, знакомый твой. - встретил вернувшегося из рейда Медведя опытный сталкер Шахтер.

- Нет у меня знакомых среди молокососов. Покажи мне этого нахала. – Медведь был не в духе. Поход был неудачным чуть менее, чем полностью.

- Во-о-он там, за четвертым столиком слева. Его Скряба уже окучивает.

- Понял. Сейчас посмотрим, что это за знакомец.

- Только ты его это… не особо. Скрябе проблем и так хватает.

- Посмотрим… – Медведь уже направлялся к указанному столику.

Вдруг он растерянно замедлил шаг:

- Не понял. Это как понимать? Толик, может ты мне объяснишь?!

- Тихо, Гриша. Не надо трогательных сцен воссоединения семьи. Я тебя прошу – успокойся. – Скряба потихоньку отодвигался от столика, из-за которого поднимался Антон.

- Привет, Гриня. – Антон двинулся навстречу брату.

- Тоша! Ты какого черта здесь забыл? – Медведь все никак не мог поверить своим глазам.

- Того же, что и ты, брат. Того же самого. Присядем?

- Давай. А то я до сих пор глазам поверить не могу. Рассказывай. – Придвинув стул, Медведь сел напротив брата.

- А нечего рассказывать, Гриня.

- Ну как это, нечего? Как сам, как бабушка? Давно не виделись.

- Умерла бабушка. На прошлой неделе похоронили. Я письмо тебе не стал писать. Решил сам приехать и сообщить. Я же теперь вольная птица.

- Померла, значит… Эх… Не успели мы с ней повидаться… Да что уж теперь вздыхать. А насчет вольной птицы – это ты что имел в виду?

- А то, что уволили меня, Гриня. Как нагадившего щенка на мороз выкинули. Компанию продали частнику, а он на мое место сынка своего приятеля поставил. Так что, меня попросили удалиться. Помнишь, я тебе три года назад говорил – один ты у меня. Вот так-то. Больше мне пойти некуда. Примешь? – Антон смущенно прятал взгляд.

- Ну, раз такие дела у тебя – рад помочь. Будем на пару промышлять, а то никак себе напарника грамотного не подберу. А с тобой мы, я уверен, по-братски всегда общий язык найдем.

- Согласен. Только вот что, Гринь, я ведь в делах этих совсем ничего не смыслю. Ты меня чуток поднатаскай, Я быстро схватываю. Ты только поначалу многого от меня не требуй.

- Да что я, себя не помню, когда в первый раз сюда пришел. Так же, как и ты. Только постигать многое самому пришлось. Ну, а теперь и тебя научу – что здесь, да как. Нормально все будет. Прорвемся, брат! Давай, за встречу!

Братья сдвинули кружки с пивом, которые предусмотрительный Скряба уже поставил на стол.

Теперь Медведю было с кем поговорить во время долгих рейдов. Он быстро ввел Антона в курс происходящих вокруг Зоны дел. Среди сталкеров Антон получил кличку Профессор – все-таки люди с высшим образованием в Зоне большая редкость.

Антон действительно схватывал на лету. Благодаря опыту старшего брата, он уже через три месяца мог безошибочно, по шороху в кустах, определить, какой монстр в них затаился. Разбирался в аномалиях и артефактах. Но самого главного - сталкерского чутья – он так и не приобрел. Это его и подвело…

В тот вечер братья возвращались из Зоны довольные. Тяжело нагруженные рюкзаки приятно отягощали их плечи. После Выброса всегда много артефактов, главное первым выйти на охоту. До Кордона оставалось не больше километра, когда они решили сделать последний перед Периметром привал.

Выбрали место между тремя большими валунами, которые надежно защищали от пронизывающего порывистого ветра. Костер разводить не стали – незачем заморачиваться ради десяти минут отдыха. Сбросив рюкзаки, присели на лежащее между камнями гнилое бревно.

- Знаешь, чего я подумал? – задумчиво произнес Антон. – Засасывает нас Зона. Еще немного и совсем в ней растворимся.

- С чего вдруг? – удивленно посмотрел на него Медведь.

- А ты на нас со стороны посмотри. Не именно на нас с тобой, а на сталкеров. Мы даже в баре себя ведем так, будто ждем чего-то страшного. Скованные, нервные, постоянно напряженные. Любой разговор сводится к Зоне, к артефактам, аномалиям.

- Ну, пара стаканов крепкого это напряжение прекрасно снимают.

- Вот именно. Мало того, что радиацией себя гробим, так еще и алкоголем добавляем. И самое страшное то, что иначе никак…

- Не к добру ты, Тоша, эту тему поднял. Зона не любит, когда ее хаять начинают. Ох, не любит. Можешь считать меня суеверным, но лучше этот разговор продолжить в баре. Идет?

- Да ладно. Но, если тебе будет спокойней. Пойдем уже.

Поднявшись и забросив рюкзаки на плечи, братья вышли из своего каменного убежища. Глаза Антона забегали по окрестностям:

- Отлить надо, сейчас вернусь. – он направился в сторону одиноко растущего кустарника

- Стой! – Медведь догнал его и схватил за плечо. – Не ходи туда.

- Что такое? – Антон присмотрелся. – Куст, как куст. Ничего особенного.

Медведь подбросил на ладони вытащенный болт и запустил его в кустарник. Никакого эффекта.

- Вот видишь, – улыбнулся Антон – ты уже понемногу параноиком становишься, брат.

- И все равно не ходи. Я чувствую – что-то там не ладно. – Медведь крепче сжал его плечо.

- Все там нормально, ты сам видел. Не чуди.

Сбросив руку Медведя он вошел в кусты.

Раздался хлопок, и над кустами повисло облако из сорванной листвы. Через секунду оттуда раздался страшный рев.

Медведь бросился вперед с автоматом наперевес и, с замиранием сердца, оббежал куст с другой стороны. То, что он увидел, повергло его в шок – за кустом была небольшая ложбинка, на дне которой скрючилось тело того, кто несколько секунд назад был его братом…

* * *

Сверяясь по регулярно обновляемой карте аномалий в своем КПК, Медведь размеренно шел по Зоне. Пару раз ему все-таки пришлось одиночными выстрелами отгонять одиноких слепых псов. Наученные горьким опытом встреч с человеком, они, трусливо поскуливая, быстро убегали прочь. Моросящий дождь утих. Уже окончательно стемнело, когда сталкер увидел отблеск костра, разложенного среди трех больших, в человеческий рост, валунов. Рядом с костром маячила высокая фигура. Медведь сбавил шаг и, стараясь не шуметь, приблизился к камням.

Рядом с костром, на небольшом бревне, неподвижно сидел страшный сон всех сталкеров, независимо от возраста и опыта. Кровосос.

Не делая резких движений, Медведь осторожно начал обходить камни, намереваясь подобраться поближе с другой стороны. До костра оставалось всего несколько шагов. Неожиданно под ногой сталкера хрустнула ветка. Кровосос взвился, как расправленная пружина, обернулся на звук и мгновенно перешел в состояние невидимости, которое выдавало его движения только едва заметными на фоне костра колебаниями атмосферы. Вопреки всему, Медведь не потерял самообладания:

- Тоша! – громким, четко различимым шепотом произнес он. – Тоша, это я.

Кровосос появился так же внезапно, как и исчез. Медведь шагнул в освещаемый огнем круг.

- Здравствуй! – сказал он держа на вытянутой руке коробку шоколадных конфет. - С днем рождения, брат!

Ротовые щупальца кровососа раздвинулись, обнажив растянутые в подобие улыбки губы.

Они сидели рядом – огромный кровосос и широкоплечий сталкер. Плечом к плечу. Монстр и человек. Смотрели в огонь и молчали. Кровосос взял в лапу выпавшую из костра обгоревшую ветку и начертил на земле неуклюжие буквы: «Помнишь тот разговор?». Медведь кивнул:

- Помню.

Кровосос помедлил, замел слова и написал: «Ты был прав».

- В чем?

«Не к добру он был».

- Не надо об этом. Прошлого не вернуть, Тоша.

Щупальца кровососа слегка поднялись и напряженно застыли. Он чертил и заметал, потом снова чертил. Медведь внимательно смотрел:

«Каждый день я чувствую, что мне не вернуться. Вчера я убил человека. Разорвал и выпил. Это был Шпора. Помнишь его? Он хоть и был бандитом, но он человек. А я совсем потерял человеческий облик».

Кровосос застыл, повернул к сталкеру морду и посмотрел на него своими маленькими глазами. В их уголках что-то блеснуло. Он быстро отвернулся и продолжил писать:

«Кто я теперь?».

- Ты мой брат! Мне наплевать, как ты выглядишь, потому что ты мой брат!

«Я боюсь за тебя. Я и тебя убью».

Медведь обескуражено взглянул на него:

- Ты что, Тоша? Что ты такое говоришь?

Кровосос не обратил внимания на его слова:

«Не сегодня. Но это случится. Я знаю».

- Ты просто расстроен. Я не верю в это.

«Уходи».

- Ты сейчас волнуешься. Давай в следующий раз поговорим?

«Я больше не приду сюда.»

Веточка замерла, потом медленно вывела большие буквы:

«ПРОЩАЙ».

Кровосос встал. Медведь тоже поднялся. Щупальца приблизились к его лицу, скользнули по лбу, щекам, подбородку. Замерли. Из уродливой пасти кровососа натужно вырвалось:

- Б-рр-а-ат!

И снова в смотрящих на сталкера глазах что-то блеснуло. Кровосос развернулся и огромными скачками бросился в темноту.

* * *

Иногда в баре появляется огромный сталкер. Он садится в тени, за самым дальним столиком, пьет крепкий кофе, и никогда не общается с остальными посетителями. Но если кто-нибудь рассказывает о том, как ловко в прошлую ходку удалось завалить кровососа, сталкер судорожно закрывает лицо широкими ладонями.

И только предательски дрожат его могучие плечи…


"MaXimys"

Ящик Пандоры

Ящик Пандоры раскрылся внезапно. Вся грязь и нечисть, весь ужас нашего бренного мира вылился наружу в единственном месте на Земле. В Чернобыле.

В Ящике осталась только одна вещь. Надежда.


* * *

Работа возле Янтарного озера сегодня шла как и обычно. Кто-то изучал местную флору, а кто-то фауну, которая достаточно видоизменилась за двадцать лет после катастрофы на ЧАЭС. Отдельные представители животных находились в клетках, в научной лаборатории.

Лагерь учёных расположился здесь неспроста. Рядом находилось Янтарное озеро, которое имело глубокую ценность для науки. Какую именно ценность я не знаю, но то, что имела — это точно.

Вся научная лаборатория находилась под землёй. Это было удобно во всех отношениях. Особенно в том, что под землёй учёным ни кто не мешал. Ещё не мало важный фактор играло то, что животные не могли напасть на лагерь и разрушить его.

— Ну что, пойдём посмотрим наших зверушек? — спросил Виктор Павлович, человек лет пятидесяти, с полностью седой головой.

— Да профессор, пойдёмте, — ответил ему его помощник Сергей. Сергей напротив был высоким молодым человеком, с жгуче-чёрными волосами

Пройдя к клетке , внутри которой находилась собака, профессор включил диктофон и начал говорить:

— 12 апреля. 14:30 Пойманная вчера собака. Возраст два — два с половиной года. Бурого окраса. Видны изменения внешнего облика, а следовательно и генотипа. Глаза слишком сужены, на половину затянуты плёнкой. Скорее всего, в дальнейшем плёнка полностью закроет оба глаза. Также. . .

— Виктор Павлович, вас зовёт генерал Мережко. — перебил его неожиданно спустившийся в подвал высокий, статный военный. Это был капитан Максимов, один из взвода военных, находящегося здесь.

— Сейчас, сейчас, — с усталым вздохом ответил ему профессор. — Сейчас, только докончу свои записи.

— Он сказал, что это срочно, — настаивал на своём капитан, спускаясь всё ниже по лестнице.

Внезапно земля содрогнулась. Всё вокруг «забегало» и «запрыгало». Максимов повалился с лестницы и упал под стол. Профессор и его помощник Сергей, последовали «примеру» Максимова. Тряска продолжалась всего лишь минуты две — три. Но троим, присутствующим в подвале она показалась вечностью.

Тряска закончилась также внезапно, как и началась.

Поднявшись из-под стола, профессор сразу же посмотрел на часы, достал диктофон и начал быстро говорить:

— 12 апреля 14:37. Произошло мощное землетресение. В ближайшее время собираемся выбраться на поверхность, узнать, что произошло, а также увидеть последствия, — выключив диктофон и быстро убрав его в карман, он решительно направился к лестнице, ведущей на поверхность.

— Профессор, куда вы? — спросил его Сергей, тоже выбравшийся из-под стола, и в данный момент помогавший военному.

— На выход! Надо же посмотреть, что там делается, — с удивлением в голосе ответил Профессор.

— Виктор Павлович, не ходите один. Это может быть опасно.

— Не вижу ничего опасного молодой человек! — ответил Виктор Павлович и отворил дверь

Сказать, что картина, которая предстала ему его не обрадовала, значит не сказать ничего. На поверхности лежали десятки трупов: военных, его друзей и коллег, учёных и профессоров, лаборантов.

Через несколько минут на поверхность выбрался и Сергей, поддерживающий под руки Максимова. К слову сказать, после знакомства с ножкой стола, на лбу у Максимова осталась огромная шишка.

— Ну и что же здесь произошло? Профессор, вы что хотите сказать, что их всех убило землетрясение? — спросил Максимов.

— Да, молодой человек, вы правы. Здесь «поработало» не землетрясение.

— Тогда что?

— Это я и сам бы хотел узнать!

Пройдя чуть дальше, профессор услышал голос. Повернувшись на право, он увидел, что источником голоса является мобильный телефон. Он поднял его. По нему шло голосовое сообщение. Остановив его и включив сначала, профессор стал слушать:

«Уходите, уходите под землю! Иначе все погибнете! Началось необратимое! Учёные перепутали частоты! Включили магнитный купол от радиации на полную мощность на малом пространстве! Все погибнут! Купол можно убрать только уничтожив магнитный излучатель на ЧАЭС! Осталось 48 часов!»

После этого сообщение закончилось и началось сначала.

Выключив телефон и убрав его в карман, профессор подошёл к своим товарищам.

— Дела наши плохи. У ученых, что работали на ЧАЭС, произошла какая-то чудовищная катастрофа. Скорее всего, никто не остался в живых. Да что я вам рассказываю, послушайте сами.

Послушав голосовое сообщение, Сергей сказал:

— Я думаю, что надо идти к ЧАЭС и отключить эту установку. Мы сейчас не понимаем всей полноты трагедии. Даже учитываю все людские потери.

— Вы знаете куда именно надо идти? — спокойно спросил Максимов.

— Да, примерные координаты у нас есть.

— Тогда берите автоматы, благо есть из чего выбирать и вперёд. Надо торопиться. Осталось всего лишь 48 часов.

— А зачем оружие. Что с нами может случиться? — спросил профессор

— Представьте, что может сделать с человеком собачка, живущая у вас в лаборатории? А представьте, что сделают двадцать собак? Представили? — закурив Максимов продолжил. — Короче взяли автоматы и вперёд.

Взяв автоматы, они подошли к Максимову.

— Ну думаю марш-бросок делать бессмысленно, сдохните сразу. Поэтому пойдём быстрым шагом. Вопросы есть?

— А почему вы нами командуете? — с частотами негодования в голосе спросил Сергей.

— А потому что это спасёт вам и тебе в частности жизнь.

* * *

Шли они уже достаточно долго. Вдалеке появились пятиэтажки. Это был какой-то посёлок или маленький город.

— Профессор, что это за место? — спросил Максимов.

— Судя по карте, это город Лиманск. Его ещё называют мёртвый город.

— Виктор Павлович, а почему мёртвый?

— Потому что в нём сейчас нет ни одного человека.

— Людей может быть и нет, а вот зверушки имеются, — сказал Максимов, зайдя за угол и увидев стаю собак. — В укрытие!

Собак было около 30. Но одна из них была больше и темнее по цвету, чем все остальные.

— Ну что вы встали! Я же сказал — в укрытие! - прокричал капитан, смотря на окаменевших от страха профессора и лаборанта.

Толкнув обоих, Максимов прокричал им:

— Профессор, займите левую сторону. Студент — правую. — уже более спокойным голосом скомандовал Максимов. С недавних пор, Сергея он стал называть Студентом.

Собаки стремительно приближались. Профессор первым открыл огонь. Тут же к нему присоединились Студент и Максимов.

Несколько собак уже пали смертью храбрых, в основном за счёт капитана Максимова.

Собаки всё приближались. Студент пока справлялся, а вот у Профессора получалось не очень. Результаты этого «не очень» проявились совсем скоро. Несколько собак прыгнули на профессора и стали его трепать, как игрушку. Студент уже хотел стрелять. Но Максимов выбил у него автомат и взяв нож, пошёл «рубить на право и на лево». Это было трудно. Собаки быстро двигались. Студент продолжал сдерживать натиск собак. И как только он подстрелил того самого, большого пса, оставшиеся собаки успокоились и разбежались в разные стороны.

Профессор был ранен. Были многочисленный рваные раны.

— Студент! Студент твою мать! Иди перевяжи профессора!

— Сейчас, сейчас, — сказал Студент и побежал к профессору с полными глазами страха.

Прошло минут пять. Студент перевязал Профессора.

— Ну что, готово? Ну тогда пошли.

— Капитан, он не может идти без посторонней помощи.

— А ты на что?

Услышав в ответ молчание, Максимов его успокоил:

— Ну ладно, ладно, Студент. Помогу я тебе.

Положив руки профессора на свои плечи, они продолжили путь.

* * *

— Так, а это что за место? — спросил капитан, смотря в бинокль.

Они решили сделать привал на поляне, возле лесопосадки. Их здесь совершенно не было видно, зато отсюда они могли наблюдать за всем происходящим вокруг.

— Судя по картам, это Армейские склады. Раньше, ещё до катастрофы они выполняли свою историческую функцию — были складами. А после катастрофы, когда всё улеглось, здесь стали базироваться малочисленные армейские силы, направленные в Чернобыль, — ответил ему Сергей.

— А слышал, слушал о них. Но не знал где находятся, — Убрав бинокль в рюкзак, капитан продолжил. — Так . . . время уже 9 часов. Скоро совсем стемнеет. Значит что надо делать?

— Что? — с незнанием дела спросил его Студент.

— Значит надо искать ночлег. А эти Армейские склады подходят лучше всего. Да и профессор наверное уже устал. Отоспится, отдохнёт. Ну что, пошли?

— Пошли.

Взяв профессора они направились к воротам Армейских складов.

* * *

До ворот они прошли примерно полкилометра и зашли на территорию военной базы. Зашли осторожно. Кто знает, что или кто их здесь ждёт.

Они дошли до двухэтажного здания, выглядевшего лучше всех.

— Наверное какой-нибудь административный корпус. — предположил Максимов. — Давайте в нём и переночуем.

— Можно, — ответил профессор, до сих пор, всю дорогу молчавший.

— Только будем ночевать в подвале. Так, на всякий случай.

— В подвале, так в подвале, — ответил Студент, заводя Профессора в здание.

Спустившись в подвал, они пошли в самый его конец. Но вдруг услышали крик:

«Нет, нет! Не надо. Не убивайте меня»

Пройдя в то помещение, откуда доносился крик, они обнаружили там учёного, примерно лет тридцати пяти. Учёный был маленького роста и с большими очками.

— Кто вы? — спросил Максимов, у ошарашенного учёного. Тот молчал.

— Студент, дай ему спирту.

После того, как процедура по приведению в чувство была окончена, капитан продолжил:

— Ты кто? Как сюда попал.

— Я, я учёный. Я Игорь Анатольевич Звягинцев. Меня сюда с ЧАЭС доставили за день до катастрофы. Здесь только я один выжил.

— Вы знаете как остановить магнитный излучатель?

— Да, — говорил учёный, немного вышедший из своего заторможенного состояния. Магнитный излучатель состоит из колб, заполненных жидкостей. Чтобы его уничтожить в эти колбы, надо влить другую жидкость. Произойдёт, если конечно можно так выразиться, «размагничивание» излучателя.

— У вас есть эта жидкость? — с глазами, полными надежды спросил Сергей.

— Да, — сказал учёный, доставая маленькую колбу с фиолетовой жидкостью из кармана своего халата. — Вот она.

— Надо действовать быстро. Но идти ночью — смерти подобно. Неизвестно, какие сюрпризы ждут нас по пути, — сказал Максимов.

— Вы правы молодой человек. Переночуем и выдвинемся. Тем более, завтра с утра у нас ещё будет больше суток. Так что, успеем добраться до ЧАЭС и сделать всё необходимое.

— Профессор, а что будет, если не уничтожить магнитный излучатель, — вмешался в разговор Студент.

— Глобальная экологическая катастрофа, масштабы которой мы даже не можем себе представить! Можно сказать, что учёные на ЧАЭС по неосторожности открыли Ящик Пандоры, из которого вышел весь мрак и вся грязь. Осталась только Надежда. Надежда, которую нам надо спасти в течении суток.

— Ладно, давайте спать. Завтра тяжёлый день. Прямо с утра двинемся, — сказал Максимов взяв автомат. — Ночью дежурим по два часа. Первый я. Потом студент. Потом уж вы, Игорь.

* * *

— Интересно, как там Профессор? Надеюсь выживет, — сказал Студент.

— Да не волнуйся ты! Конечно же выживет! Куда же он денется! — с едва заметной иронией подбодрил его Максимов.

К ЧАЭС они пошли вдвоём, оставив профессоров на Армейских складах, так как Сергей Павлович был ранен, и оставлять его одного было нельзя. Но у них была ещё одна причина не взять с собой их нового знакомого Игоря Анатольевича. После краткого боевого курса, капитан Максимов понял, что из него такой же вояка, как из Николая Валуева гимнаст.

Шли они уже достаточно долго. Примерно 6 часов. За это время они уже три раза делали привал. За время их путешествия с ними не случилось никаких приключений и им никто не повстречался на пути.

— Студент, а ты хоть раз на ЧАЭС был?

— Нет, не приходилось, - робко ответил Сергей. — Даже Виктор Павлович не был. Был только отец Виктора Павловича — Павел Михайлович.

— А ты откуда знаешь?

— Виктор Павлович сам рассказывал.

Выйдя из леса и повернув налево, Максимов невольно присвистнул.

— Опа! Почти пришли, - сказал он, завидев вдалеке башню четвёртого энергоблока Чернобыльской АЭС.


* * *

— А как вам удалось спастись? — спросил Виктор Павлович у своего коллеги. — Ведь, все кто здесь были — погибли.

— Вы сколько уже здесь находитесь?

— Два месяца.

— Вы наверное знаете, что здесь работают по полгода. Так вот, я проработал здесь указанное срок и за день до катастрофы был переброшен сюда. Это было сделано для того, чтобы отправить нас отсюда вертолётом домой, — взяв чайник и выпив воды, Игорь Анатольевич продолжил. — И вот наступил долгожданный день отправки. Со мной, обратно домой отправлялись ещё четверо учёных. Все тоже с ЧАЭС. И вот, все собрались и уже подошли к вертолёту. И тут, только не смейтесь, засунув руку в карман, обнаружил, что там нет моего любимого платка. Мне его, между прочим подарила моя любимая мама. Царствие её небесное. Ну так вот. Я бросил вещи и побежал в место, где мы находились в последние сутки. То есть здесь. Здесь я и «встретил» эту катастрофу. Так что, мой любимый платок спас мне жизнь.

— Бог . . . — тихо и неопределённо сказал Виктор Павлович.

— Что?

— Я говорю, Бог спас.

* * *

— Ну вот тебе Студент и ЧАЭС. Рад?

— Безумно. Всю жизнь мечтал здесь побывать.

— Ну вот твоя мечта и свершилась! Прошу заметить, абсолютно бесплатно!

Они оба старались шутить, поддерживая этим друг друга. Каждому из них было страшно. Страшно было и входить внутрь. Страшно было и от мысли, что будет, если они не смогут.

Перед ними была лишь одна самая простая и банальная серая дверь. Никаких таинств и загадок. Пока никаких. Это наверное потому, что они зашли с чёрного входа, если его можно так назвать. Зайдя внутрь, Они огляделись и прислушались к новой для них обстановки.

— Вроде всё спокойно. Дай схему, — попросил Максимов.

Студент достал из кармана джинсов сложенный несколько раз лист бумаги, со схемой, которую любезно начертил Игорь Анатольевич, и передал его капитану.

— Так . . . значит сейчас идём прямо, затем заходим в третью дверь с левой стороны. После поднимаемся на второй этаж, идём прямо до упора поворачиваем налево. Дальше идём прямо до двери. Открываем её, делаем своё дело, тихо и незаметно уходим. Всё ясно?

— Так точно, сэр.

— Ну, значит, вперёд. Как говорится, Родина нас не забудет.

Они сделали всё как на плане. Вошли в третью дверь с левой стороны, поднялись на второй этаж, повернули налево, дошли до двери. Открыли её. И . . . не увидели ничего необычного. Там не было ни яркого свечения, ни космоса. Там не было ничего, что они ожидали увидеть. В маленьком помещении, располагалось несколько больших колб с зеленовато мутной жидкостью внутри. Колбы были соединены трубками.

— Так, а теперь осталось малое. Влить жидкость. Сделаешь?

Ничего не ответив, Студент достал колбу и уже хотел подойти к месту соединения трубок. НО тут его остановил голос из неоткуда.

«Не делай этого. Вы нам нужны. Мы О-Сознание. Мы создадим здесь Зону нашего влияния. Присоединяйтесь к нам. В ближайшем будущем мы сможем руководить не только этой Зоной, но и всем миром».

— Кто бы ты ни был, но ты реально больной! Напрочь!— сказал капитан, снимая автомат с предохранителя.

«Послушайте, вы не представляете чего вы лишитесь, если откажетесь. Вы лишитесь самого главного, что есть на Земле. Власти. Неужели вам не надоело всю жизнь выполнять чьи-то приказы. Подумайте, прежде чем ответить».

— Да что тут думать. Нам этого . . .

Но капитан не закончил свою речь. Ему в спину вошёл нож. Капитан упал, но всё ещё был жив.

— Щенок, ты что сделал! Ты что охренел!

— Заткнись! Он прав! Пришла пора и самому поправить! — он вскинул руки вверх, с зажатой колбой, и произнёс. — Я присоединяюсь к тебе, О-Сознание. Прими же меня.

Сверху появилось зеленоватое свечение. Оно обволокло Сергея и забрало его. Колба полетела вниз. Но пола она не достигла. Вытянулась рука и поймав, прижала её к самому дорогому, что есть в человеке — Сердцу. Капитан Максимов погиб. Но не погибла надежда.

Надежда есть всегда. Но её надо найти.


"MaXimys"

Жаркая ночь

Да сегодня ночка выдалась жаркой. Давно такого не было. Монолитовцы и зомбированные сталкеры буквально кидались на Барьер уже около часа. Стражи барьера — бойцы группировки «Свобода», еле-еле сдерживали натиск противника. И неизвестно было, когда всё это закончится.

— База, база приём. Это барьер! Приём! — кричал в рацию Ставр.

— Барьер, барьер — это База, — с небольшим опозданием затрещала рация.

— Вы что, там все охренили?! Я же больше получаса назад запрашивал подкрепление! Лир, в чём дело?

— Ставр, у нас здесь тоже жарковато! Долг и военные напали на Базу! Сами еле-еле держимся! Подкрепления не будет! Рассчитывайте только на свои силы! Конец связи!

Выругавшись, Ставр вернулся на линию обороны.

— Ну что ребята, как дела? Держитесь? — спросил он у свободовцев находящихся поблизости.

— Пока держимся! Только у нас очень большие потери! — сменив магазин Грек продолжил. — А эти фанатики всё прут и прут! И конца края нет!

— Ничего, прорвёмся! — крепче сжимая автомат сказал Ставр.

— Конечно прорвёмся, старшой! Нам больше ничего не остаётся!

Ставр в прошлом служил в «Войсках Дяди Васи». Для тех кто не понял — «ВДВ». Вы спросите почему его так прозвали? Ставр. Всё легко и просто. Просто наш герой родом из Ставрополя, поэтому и Ставр. Этот псевдоним он получил ещё во время воинской службы на благо Родины, Отечества и Отчизны. Да-да, он служил! И воевал! Воевал в Афгане, в Чечне. Было всё. И ранения, и потери боевых товарищей, и безвыходные ситуации. Был он и в плену у душманов. Но всё это не шло ни в какое сравнение с Зоной.

Весть о Зоне переполошила весь мир. Многие страны отправили в Зону свои армии, своих военных. Не обошла эта участь и Ставра. Его отправили в Зону в составе одного из многочисленных военизированных отрядов. Отправили охранять человечество от Зоны. Они добрались до границ Зоны. Но дальше всё пошло не так, как надо. Вертолёт, на котором их перебрасывали в Зону, в мобильный лагерь учёных, был сбит фанатиками из Монолита. Из тех кто находился в самолёте, выжил только он один. С тех пор прошло много времени. И вот, теперь он обороняется против того же ненавистного Монолита, группировки, которая так резко изменила его судьбу и, наверное, всю его дальнейшую жизнь.

* * *

— Гор, что делать! Они прут и прут! Не останавливаясь!

— Откуда я знаю!

— А кто знает?! В конце концов, Кто из нас глава «Свободы»?! Ты или я?! — прикурив Лир продолжил! — Ребят жалко. Все полягут! Что они хотят? Долг то ладно. Но военные? Они бы просто так не стали лезть в пекло и погибать неизвестно за что!

— Откуда я знаю? Поверь, я знаю не больше, чем ты!

Подойдя к столу, Гор взял рацию.

— Первый, первый — это База. Как у вас?

— Много раненых и убитых! Без подкрепления не справимся! — отозвались с другого конца.

— Подкрепления нету, держитесь парни! Конец связи! — ответил Гор, и продолжил дальше. — Второй, второй — это База. Как у вас?

— Плохо, очень плохо! Патронов почти не осталось. Гранаты закончились. Много раненых. Пока держимся.

— Держитесь, парни, держитесь! Патроны скоро будут! — затянувшись сигаретой, Гор продолжил. — Третий, третий . . .


* * *

— Парни, вроде их становится меньше! Скоро совсем кончатся, — счастливым голосом прокричал кто-то справа.

— Дай ты бог! Фанатики чёртовы! — донеслось из середины.

Примерно через десять минут бой на Барьере был завершён с убедительной победой бойцов «Свободы».

— Молодцы, ребята! Выстояли! Теперь надо прийти на помощь на Базу! Сколько нас осталось? — посчитав, Ставр продолжил. — Так, нас осталось двадцать три. Даст бог, после боя выпьем за упокой души погибших товарищей! А теперь, пятнадцать человек со мной на базу, остальные восемь — здесь на Барьере! Грек за старшего!

* * *

— Барьер, барьер — это База. Как там у вас? — спрашивал Гор.

— Всё в порядке. Атаку отбили. Отряд из пятнадцати человек, во главе со Ставром направляется к вам. Ставр оставил меня за главного.

— Ладно, Грек. Следи за порядком. Конец Связи.

* * *

— Держимся все вместе. Выстроится в две шеренги. Передвигаемся пригнувшись. Будьте настороже! Фонари выключить! Закройте глаза на несколько секунд, чтобы привыкнуть к абсолютной темноте, — после паузы Ставр продолжил. — Сделали? Молодцы. Фил и Краб замыкающие. Лис вместе со мной впереди. Всё, пошли.

Их группа уже шла примерно минут десять. До базы оставалось минуты две, три спокойной ходьбы.

И тут внезапно, с той стороны, куда они шли на них посыпался «свинцовый дождь». Они не видели противника, который открыл по ним огонь. Из защитных укреплений были только деревья.

План недоброжелателей увенчался успехом. До того момента, как группа Ставра спряталась за деревья, она уже потеряла больше половины своих бойцов.

Оценив ситуацию, Ставр достал гранату, включил фонарь и показал её оставшимся бойцам. Все поняли его замысел. В сторону противника полетело несколько гранат. Стрельба стихла. Можно было продолжать путь.

Благополучно дойдя до базы, они не услышали ни одного выстрела. Они вошли на базу. Впереди стояло двое человека. Один из них был Гор — командир Свободы. Второго он видел впервые. Остальные действующие лица стояли в тех позах, в которых они замерли. Время как-будто остановилось. Сказав своим бойцам стоять, он продолжил путь. Обернувшись, Ставр увидел, что его бойцы тоже стали похожи на статуи.

«И эти тоже? — подумал Ставр. — Что за чертовщина?».

Дальше он двинулся к Гору и его собеседнику. Внезапно, Гор упал, издав протяжный крик и исчез. Незнакомец бежал прямо на него. Ставр стрелял, но пули проходили сквозь противника не принося ему никакого вреда. Бросив автомат Ставр достал нож и с удвоенной силой и злостью бросился на встречу врагу. Внезапно, когда до врага оставалось лишь 2-3 метра, неведомая сила повалила Ставра на спину и приковала к земле. Он ни мог пошевелить ни рукой, ни ногой.

— Здорово Ставр, наслышан о тебе! Вот, всё хотел встретиться лично. Если ты ещё не догадался, я Стрелок, — сделав театральную паузу, Стрелок продолжил. — Ты наверное хочешь знать, что тут произошло? Я тебе отвечу. Я пришёл за Гором! Нет, не правильно выразился! Я пришёл забрать у Гора то, что ему не принадлежит! Гор нашёл артефакт! Очень хороший артефакт! Называется Крест. Даёт влияние над всеми в Зоне. С его помощью он мог своротить горы. Но он не знал об этом. Хозяева потребовали, что бы он отдал артефакт им! Он не захотел. За это и поплатился своей жалкой жизнью.

— Это я понял, — отвечал ему Ставр. — Ну зачем надо было губить столько ребят. Из-за одного артефакта? И зачем ты мне это всё рассказываешь?

— Нет, это чтобы все знали, что хозяевам надо подчиняться и исполнять их волю беспрекословно! А Гор возомнил себя чуть ли не богом. Ладно, хватит об отбросах. У меня есть к тебе предложение. Ты избранный, — сразу, «в лоб» выдал ему Стрелок. — Таких как ты и как я больше в Зоне нет. У меня есть к тебе предложение. Ты становишься главой Свободы и частью О-Сознания. Крест я отдаю тебе. Ты помогаешь хозяевам, независимо от того, что они попросят сделать. У тебя будет самое главное, о чём мечтает каждый — власть.

— Я согласен, — без раздумья, сурово и кратко, ответил Ставр.

— Ну и хорошо. Держи артефакт, — сказал Стрелок, передавая ему артефакт.

— А почему огонь не остановился, — спросил Ставр указывая на костёр.

— Я концентрировался только на людях.

— Пошли к костру, я хочу тебе кое-что показать.

Как только они подошли к костру, Ставр начал говорить:

— Ты знаешь, я не люблю боссов. Я не люблю когда мне указывают. Когда повелевают мной. Я солдат, а не шестёрка. Я привык исполнять приказы, а не прыгать на задних лапках перед хозяевами. Смотри, — достав артефакт, Ставр бросил его в огонь. — Нравится. Всё, нет больше власти. Нет больше Креста.

— Ты что сделал, урод? Мы этот артефакт полгода искали! — в ярости закричал Стрелок!

Подняв пистолет он выстрелил в голову Ставру и пошёл к выходу с Базы. Сотни застывших фигур, превратившись в зомби потянулись за ним.

А посреди всего этого, с улыбкой на лице, лежал и смотрел в небо Ставр... мёртвый Ставр...


Владимирыч (Wet)

Шахматы 

- Не, ты посмотри чё творят?

- А наши-то, наши-то их как?! А не хрен переть … «трактор пошел поперек борозды, кто-то сейчас получит…»…

Трое людишек, еще недавно чинно сидевших у едва заметного костерка, возбужденно подпрыгивали на пригорке, потешно потрясая оружием. Зяблик и сам с радостью пустился бы с ними в пляс, несмотря на внезапную головную боль и полную нереальность происходящего. Перед ними в поле накатывали друг на друга две волны со злобно ощетинившимися клыками и когтями. Здоровенный выводок кенгов, голов этак с полсотни, (это противник) десять минут назад пошел в атаку по всему фронту. Но был встречен стаей слепышей (а это уже наши) еще на ранних подступах. И теперь, по ходу, враг проигрывал. Но с левого фланга уже подтягивались фигуры покрупнее – штук пять жирных плотей с молодняком. Счас они сомнут гордо гибнущих безглазых шавок.

«И чо мы ждем?!» - в который раз пришла мысль в голову старшого, - «счас робятам сказану, пусть почикают этих лупоглазых костянокопытных.»

Однако с места Чижику двинуться было не суждено, словно кто-то прошептал в голове: «стоять-ждать, еще только пешками разменялись…». И сталкер остался как был, продолжая наблюдать картинку происходящего и бороться с головной болью, а еще с внезапной вялостью в теле.

Прорыв плотей был жестко остановлен парой свирепых кабанов. Дальние родственники по виду с ходу протаранили сородичей массой, развернулись и добили копытами. Выжившие с визгом ломанулись подальше от места бойни. Оставшиеся кенги противно заверещав разделись на две бригады. Одна бросилась выцарапывать гляделки кабанам, другая – продолжала отбиваться от поредевшей стаи слепышей.

- Нет, ну вообще оборзели! Они ж так кабанчиков уделают! Смотри, там еще подкрепление лезет! – обросший бородой бугай в драной штормовке буквально брызгал слюной от возбуждения. За спинами противника «показалась кавалерия». Четверо снорков целенаправленно передвигало конечностями заходя на правый фланг. Противник внаглую брал поле боя в классические клещи. Если не сделать ответный ход – партия считай проиграна.

«Мля-я-я-яяя… какая партия?!!! Чё я несу…» - Чижик в очередной раз дернулся, но тут же «остыл» продолжая смотреть. Из-за спин нашего покоцанного войска выдвинулась пара «слонов». Два псевдогиганта медленно но уверено шкондыбали, каждый по своему флангу. Выйдя на поля боя они одновременно применили свой фирменный прихлоп. Двойная ударная волна выкосила всю мелочь. Оставшийся неполный покалеченный десяток кенгов предпочел слинять куда подальше, как и пара снорков. Жаль только, что вместе с противником под замес попали и свои – кабанчик выжил только один, да еще тройка слепышей. Но и этого суммарно было достаточно чтоб добить глупую пару слоников в противогазах.

Однако почти склонившиеся на оду сторону чашки весов тут же качнулись обратно. Над кровавым месивом раздались басовитые хлопки обрезов и дробовиков. Заряд дроби в упор, ен-то я вам скажу даже для псевдогиганта хлопотное приключение. А если заменить свинец на покусанные гвоздики – так и вообще полный трындец. Правда ствол быстро тухнет, но когда это «обезбащенные пацаны» на такую мелочь внимание обращали?!

С криками – «Внатуре, мочи козлов, пацаны!» - в мочилово включились бандюки. Общими усилиями им даже удалось то, что до этого никогда не случалось в Зоне. Распальцованные отморозки, которые привыкли шмонать одиночек и реально не лезть на мутантов крупнее собаки, завалили за пару минут всех псин, одного псевдогиганта, да и второго подранили.

«Пора!» - толкнула в спину людей глухая волна. И сталкеры двинули вперед в полный рост, стреляя очередями с рук в сторону противника. Тот не стал изворачиваться и также тупо попер навстречу, перезаряжая дробовики и огрызаясь на ходу.

Зяблик, совершенно охренев, осознал себя идущим впереди, орущим что-то типа: «Ура!!!» и: «Мать вашу...», словно какой-то красноармеец в гражданскую. Хорошо что натренированное тело, без участия мыслей, в последний момент лихо ушло кувырком от выстрела с двух стволов. Само ответило короткой очередью в голову чего-то орущему зеку («тридцать-три» - прям как в учебке) и продолжило танцевать этот «вальс» на поле боя.

Через пяток минут, стоя в одного над скопищем вывороченных кишок и кровищи, сталкер с удивлением осматривал дело своих рук и чувствовал что его… Отпустило?!!

«А почему Зяблик?!»

«Это мой позывной в разведроте,» - неведомо кому ответил человек. А затем почувствовал, что ему предлагают свалить подальше пока «дядя добрый». От такого предложения явно не стоило отказываться. Поэтому, даже не потрудившись забрать рюкзак с хабаром и припасами, сталкер «сделал ноги».

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

Довольный Федор стоял у лесной опушки и смотрел на своего более молодого и еще совсем неопытного соплеменника. Смотрел – не совсем правильное слово. Они видели друг друга не глазами, тем более что их разделяло несколько сотен метров, а неким другим чувством. Тем, с помощью которого они могли ощущать окружающий мир, говорить друг с другом и влиять на других существ. Люди называли подобное проявление пси-способностями и редко обладали ими даже в малой степени. Возможно поэтому они завистливо прозывали ему подобных контролерами, а иногда и еще проще – гнилыми мозготрахами. Да и ладно! Что взять с этих отсталых приматов…

«О!!! Приматы – еще один заумный термин вспомнил…» - Федор с усмешкой смотрел, как его взбешенный очередной неудачей оппонент уходит прочь.

«Иди, иди… молод ты еще! А шахматы не терпят поспешных решений. Тут думать надо,» - старый контролер, который упорно называвший себя Федором, повернулся к своей постоянной свите и дал отмашку. Пара крупных снорков и огромный чернобылец, повинуясь хозяину помчались к месту бойни. За ними угодливо поковыляла человеческая фигура в разодранном и засранном комбезе.

Федор в очередной раз скривился. Блин, ну почему эти человеки, попав под воздействие так тупеют?! Этот уже и гадит штаны не снимая… Вон снорки! Тоже ведь признали его хозяином, без указки и шага не ступят, но ведь соображают! Сейчас сбегают до мяса, выберут ему лучшие и смачные куски, теплый свежий мозг как он любит и сердце, еще недавно бившееся человеческое сердце с кровью. А уж потом… если он разрешит… сами жрать приступят. Посрать – отдельно отбегут в сторонку чтоб, ему аппетит не портить. Опять же, сон его покараулят… Да и вообще, твари полезные! А эти… Если б не те интересности, что он в их мыслях улавливает, что дает толчок к его таким далеким воспоминания… он вообще бы с ними не связывался – противно…

Однако, за шахматы – спасибо! Хорошая игра, есть с чем с соседями заняться. Надо, кстати, завтра будет на границу болотца заглянуть. Там Тимофей (от, тоже имечко себе сподобил соседушка), тоже чтой-то новенькое вспомнил. Давеча звал продемонстрировать чего он там у людишек надыбал, слова еще какие-то мудреные… как же…. А!!! вспомнил… «мыльная опера»!!!

Надо пойти будет, посмотреть…


Скородумов Василий

Шахматист

Глава 1 Расстановка фигур

Сталкер по кличке Шахматист сидел в баре «Акрополь» за своим любимым столиком в углу и курил сигарету. Пятую за прошедшие десять минут. Он любил много курить, особенно если сигареты были хорошие. С завтраком он уже расправился. Теперь Шахматист откинулся на спинку, давая своему желудку переварить пищу.

Сталкер сделал последнюю затяжку и щелчком бросил окурок в пепельницу. Выдохнул дым через нос. Он уже потянулся за следующей сигаретой, как вдруг к нему подсел некто в чёрном балахоне.

- Здравствуй, Шахматист,- сказал он.

- Мы знакомы?- удивился сталкер и чиркнул колёсиком зажигалки.

- Сомневаюсь.

- И кто же вы?

- Неважно. Важно то, что хочу тебе предложить.

- И что же вы хотите мне предложить?

- Дело. Очень прибыльное. Нужно всего лишь убить одного человека.

- Кого? И сколько я за это получу?

- Сталкера по имени Ромул. За его устранение плачу 10000 долларов.

- Ромул? Ромул.… Да, помню такого. А зачем вам нужно, чтобы я его устранил? Чем он вам насолил?

- Я знаю зачем. И это главное. А тебе это знать совсем ни к чему. Так что, согласен?

- Ну а что? Работёнка вроде непыльная. Деньги – очень даже хорошая. Пожалуй, я возьмусь убить этого Ромула. Только скажите, где мне его искать?

- Искать Ромула – твоя задача. Но я подскажу. Обычно он обитает в районе бара «Сто рентген». А вот где именно, не скажу, не спрашивай, так как сам не знаю.

- Хорошо, по рукам!

- По рукам! Вот тебе четверть суммы, в качестве аванса. Остальное получишь по устранении цели,- человек в балахоне на секунду задумался.- Может, сыграем в шахматишки?

- Это можно,- улыбнулся сталкер.

Люди столпились вокруг двух игроков. Они знали, кто победит. Шахматист был величайшим игроком в Зоне, который не знал ещё ни одного поражения.

Партия продолжалась всего семь минут. И каково было удивление других посетителей бара, когда они поняли, что исходом партии стала ничья. На шахматной доске остались только лишь два короля.

Человек в балахоне встал из-за стола и протянул руку Шахматисту.

- Хорошая была игра. Ну, рад был повидаться.

…часом позже…

Ромул грелся у костра и, держа над костром прутик с нанизанной на нём сосиской, жарил себе завтрак. Здесь, в небольшом подземелье возле бара «Сто рентген», сталкер частенько ночевал. Это место очень хорошо скрывало Ромула от мутантов и ненужных взглядов. В подземелье можно было без опаски разжигать костёр и тепло от него долго сохранялось здесь, так что Ромул никогда не замерзал.

- Приветствую, Ромул!- басовитый голос неожиданно прорезал тишину, нарушаемую лишь потрескиванием костра.

- Твою мать, ты кто? Как вошёл сюда?- сталкер схватился за СВД и наставил его на непрошенного посетителя.

- Кто я – неважно. А вошёл я через дверь. Ты оружие-то опусти.

- Размечтался! Тебя стучать вообще когда-нибудь учили?

- Не помню, может быть. Я, собственно, зачем пришёл.… Хочу предложить тебе работу.

- А на кой чёрт она мне сдалась?

- Я думаю, деньги никогда не бывают лишними.

- Деньги? Деньги – это хорошо. А много?- оживился Ромул, но СВД тем не менее не опустил.

- Я не знаю, сколько тебе нужно для полного счастья, но за выполнение этой работы хочу предложить 10000 долларов.

- Неплохо, неплохо! Ну и что за работа?

- Вижу, что ты заинтересовался. Нужно убить сталкера по кличке Шахматист.

- Я его знаю?

- Понятия не имею. Но он очень известен в баре «Акрополь».

- В «Акрополе» известен Шнайдер. Хотя, подожди. Шахматист, говоришь? А ну точно, вспомнил. Да, я его знаю.

- Чудненько, так ты берёшься за дело?

- Да,- моментально ответил Ромул.

- В таком случае, держи аванс,- незнакомец вытащил из внутреннего кармана балахона небольшую пачку долларов. При этом подбородок, до того скрываемый тенью капюшона, немного приоткрылся и стал хорошо виден шрам от пореза.

- Не подходи!- Ромул щёлкнул затвором.

- Экий ты опасливый. Лови,- незнакомец кинул сталкеру деньги и направился к выходу. – Остальное получишь, когда убьёшь Шахматиста.

- Но как…?

- Я сам тебя найду!

- Дверь закрой, дует.

Ромул посмотрел на деньги и надкусил сосиску. И тут же скривился. Сосиска мало того, что была горячая, так ещё и подгорела. Что вдвойне неприятно.

Глава 2 Е2-Е4

Только когда была докурена последняя сигарета из пачки, Шахматист встал со своего места и отправился в путь. Никакого особенного снаряжения он с собой не брал. Обычный АК-СУ, охотничий нож и пистолет ТТ. Это что касается оружия. Также он взял с собой еды с расчётом на три-четыре дня, две пол-литровые фляги с водой и сигареты. И, конечно же, шахматы. Он без них никуда не ходил. Это был своего рода его талисман. Как раз за любовь к шахматам сталкер получил такую кличку. А за то, что он очень хорошо играл, его иногда называли Гроссмейстером.

В спокойное время (т.е. не во время ходок) Шахматист любил учить новичков игре в шахматы. Учителем он был хорошим, поэтому знающие люди соглашались на бесплатные уроки. Вернее, не совсем бесплатные. Ученик должен за одно занятие обеспечить Шахматисту выпивку. Это обязательное условие.

Бар «Акрополь» ещё не помнил того случая, чтобы Шахматист хоть раз кому-то проиграл. И его ничья с незнакомцем очень удивила, если не сказать шокировала, всех постояльцев бара. Но некоторые были довольны таким исходом – наконец-то Шахматисту попался достойный соперник.

Сталкер вышел в одиннадцать часов. Было ещё прохладно, но солнце уже начинало помаленьку пригревать. Шахматист застегнул молнию на куртке до самой шеи и пошёл в сторону «Ста рентген».

С первых же минут дорога приказала быть очень неприятной. Не задалась с самого начала. Но это с одной стороны хорошо. Когда всё спокойно и тихо, на душе у опытного сталкера всегда кошки скребут. Неспокойно как-то сразу становится. Если тишь да гладь кругом, значит, в ближайшее время следует ждать чего-то очень плохого и мерзопакостного.

Целых пять зомби преградили ему дорогу. Если вдуматься, что такое пять мертвяков для ветерана? Плюнуть и растереть. Но эти зомби были вооружены и уже представляли немалую угрозу. Несмотря на то, что они толком пользоваться оружием не умели, они действительно были опасны. Кто их знает, что у них на уме. А вот возьмут и пальнут. Совершенно случайно. Всякое бывает.

Правда, эти, похоже, держали автоматы Калашникова просто так, для декора. Задом-наперёд да к тому же за ремень. Видно остатки мозгов они уже потеряли. Тратить патроны на таких тупиков Шахматисту было жалко, так что он просто подошёл к зомбякам, которые что-то невнятно мычали, и быстрым ударом приклада снёс одному из них голову. Потом свалил двух других с ног. Упав на землю, они буквально разбились, как хрустальная ваза – все сегменты их тел разлетелись во все стороны. Только разве что треска не было, а только противный хруст. Чётвёртому Шахматист сделал подсечку и уже падавшему переломил хребет. Пятый, последний, сделал вялую попытку напасть на сталкера, но тот вытащил у него из рук «калаш» и короткой очередью заставил зомбяка капитулировать. Оружия мертвяков было заряжено до максимума (странно!), но Шахматист не стал брать его в качестве трофея. И так вещей много. К тому же старого доброго АК-СУ ему вполне хватало.

Но не успело с момента этой стычки пройти и двадцати минут, как Шахматист набрёл на плоть. Произошло это совершенно случайно, и конечно же, ненамеренно. Мутант в это время как раз пожирал своего сородича. Судя по двум огромным ранениям на огромной мёртвой туше, плоть убила собрата своими острыми клешнями.

Отвлёкшись от трапезы, мутировавшая свинья обратила свой хищный взор на сталкера. Шахматист не сказать, что перепугался, но явную дрожь в коленках почувствовал. Решив, что мёртвая туша может подождать, плоть заревела и бросилась на сталкера.

Шахматист, сжав зубы, надавил на спусковой крючок…

Ромул, зажарил взамен сгоревшей, другую сосиску и, немного утолив свой голод, вышел из своего укрытия. Верный друг СВД висел у него на спине. В двух наголенных кобурах у него были миниганы. Руки же ничем не заняты.

Еды он с собой не взял. Ромул давно научился контролировать свой голод. Ромул мог днями ничего не есть, и чувствовал он себя при этом очень даже хорошо. Сталкер взял только лишь фляжку и карманную аптечку да необходимые приборы.

К тому же он не планировал долго выполнять свою миссию. Ромул – опытный боец, семь лет работал в спецназе. Практически в идеале владел любым видом оружия – как огнестрельным, так и холодным, а также множеством единоборств. Массивное телосложение и навыки позволяли ему без труда завалить сумоиста-профессионала. Ромул в течение долгого времени тренировал в себе невосприимчивость к боли. Кидай в его кожу дротики, дырявь степлером – по барабану. Абсолютно. Даже не поморщится. Это здорово помогало ему, как вне Зоны, так и в пределах её.

Ромул никого и ничего не боялся (именно про таких нередко говорят: он не боится темноты, это темнота боится его), поэтому когда на него напала стая слепых псов, он встретил их с хладнокровным спокойствием. Достал из футляра штык-нож и приманил слепцов к себе. Мутанты не заставили себя ждать. Семь шавок разом набросились на сталкера. Рот Ромула расплылся в довольной улыбке.

Все слепцы высоко прыгнули, целясь сталкеру в горло. А тот лишь нырнул под них, прошив брюхо одного из псов штык-ножом. Внутренности мутанта упали на землю, а секундой позже свалился и их обладатель. Осталось шесть.

Пока приземлившиеся слепцы разворачивались, Ромул не стоял на месте, а подбежал к ним и лёгким, плавным движением штык-ножа перерезал шею одному и лишь слега надавив голой рукой на горло другого, сломал ему позвонок. Осталось четыре.

Мутанты оскалились. Слюна ручьём текла из их вонючих пастей. Они жаждали крови и мяса. И они получат то, чего хотят. Или сдохнут.

Ромул прекрасно это понимал и не расслаблялся. Мускулы на его руках и ногах напряглись. Пальцы покрепче сжали штык-нож. Мышцы лица придали ему свирепый вид.

Трое псов медленно стали окружать сталкера, четвёртый же остался стоять на месте. Такой расклад событий очень удивил Ромула. Он прекрасно знал, что слепцы нападают скопом. Уж не задумали ли они какую-нибудь тактическую штуку? Они что же, способны на такую сложную умственную деятельность? С другой стороны, это же порождения Зоны, а от них следует ожидать чего угодно.

Псы вились вокруг сталкера, медленно приближаясь к нему, а четвёртый по-прежнему не двигался, хмуро таращась на предполагаемую добычу.

Ромул, устав от ритуального танца слепцов и от собственного безделья, первый бросился в атаку. Прямым ударом штык-ножа, сталкер вонзил одному лезвие в пасть. Пёс захрипел и задёргался. Ромул протолкнул лезвие ещё глубже, после чего пёс умер. Другие два слепца прыгнули на сталкера с двух противоположных сторон. В этот же момент с места сорвался четвёртый, вернее уже третий.

Ромул схватил каждую из шавок руками за горло и стал медленно сжимать пальцы, наслаждаясь хрипением и абсолютной беспомощностью противника. Слепцы, пойманные в тиски, громко клацали зубами, пытаясь хоть как-нибудь укусить сталкера, но всё было бесполезно. Они не понимали, что скоро последуют за уже преставившимися сородичами.

Чётвёртый в это время уже почти приблизился к Ромулу. Сталкер увидел, что пёс похоже целится ему в паховую область. Стукнув шавок лбами друг о друга, Ромул по очереди кинул их в последнего оставшегося в живых слепца. Тот уклонился от одного и от другого и уже приготовился зажать свои челюсти на намеченном месте, но Ромул ударом ноги отбросил пса метра на три от себя. Затем подошёл к нему, неподвижно лежащему, вонзил штык-нож ему в горло (его любимый способ убийства мутантов, да и не только) и секущим движением срезал голову. Встал, тяжело выдохнул, сплюнул попавшую в рот кровь. Голову же повесил на ближайший сук. После чего, хлебнув немного из фляги, отправился дальше, на поиски Шахматиста.

Глава 3 Гандикап

Фатум стоял за барной стойкой и протирал стаканы. Типичный бармен, каких сотни. Бар ожидаемо пустовал: сталкеры ушли на задания или на очередные ходки. Лишь пять человек сидели порознь и неспешно потягивали пиво.

В «Акрополь», стуча тяжёлыми каблуками ботинок по полу, вошёл Басист. Вечно угрюмый сталкер-одиночка был завсегдатаем бара. Он тяжело плюхнулся на вертящуюся табуретку возле барной стойки и показал Фатуму двумя пальцами, большим и указательным, некое подобие буквы «С». Это означало, что он просил стакан водки. Пока бармен возился с заказом, Басист окинул беглым взглядом зал.

- А где Шахматист?- спросил он, осушая поданный ему стакан.

- Ушёл на задание,- ответил Фатум и снова схватился за полотенце.

- В такую рань?

- Ага.

- С чего бы это?

- Не знаю. К нему вот недавно подошёл один странный мужик, впрочем это запросто могла оказаться и баба, и предложил ему дело: убить сталкера. Кажется, Ромул его имя. И знаешь, сколько он ему предложил за это? 10000 долларов. Каково? Что ты на меня так смотришь, как крокодил на хомячка-боксёра. Я – бармен. Подслушивание – неотъемлемая часть моей работы.

- Ох, Фатум. Не доведёт тебя это до добра.

- Как знать. А знаешь ещё что? Это мужик, или баба, сыграл с нашим Шахматистом.

- В шахматы?

- Нет, в карты на раздевание. Конечно, в шахматы. И знаешь, какой исход?

- В любой другой момент я бы ответил, что Шахматист выиграл и оказался бы прав. Но сейчас… Неужели проиграл?

- Нет, ничья.

- Ни хрена ж себе!

- Да-да, и я про то же. Повторить?- поинтересовался Фатум, кивая на пустой стакан.

- Нет, не надо. Как ты говорил, зовут сталкера, которого Шахматист должен завалить?

- Ромул, по-моему. А что?

- Я пошёл,- Басист резко встал и направился к выходу.

- Куда?

Басист на секунду замер, раздумывая, отвечать или нет, покачал головой и молча вышел. Фатум в немом молчании остался за барной стойко наедине со своими стаканами, в полнейшем замешательстве.

Шахматист разрядил в псевдоплоть весь магазин. Лицо и туловище мутанта были все в изжелта-красной крови, но держалась она бодрячком. Словно и не было внутри её тела 30 пуль, выпущенных за считанные секунды. Шахматист отсоединил от АК-СУ пустую обойму, а вот новую вставить уже не успевал. Плоть была уже в четырёх метрах от него и скорости своей не сбавляла. Буркнув себе под нос ругательство, сталкер галопом припустил к ближайшему дереву. Ветки на тополе располагались довольно низко, поэтому Шахматист забрался на него быстро и легко.

Сталкер понял, что попал в нехорошую ситуацию сразу, как только повстречал плоть. Сейчас ситуация в лучшую сторону совершенно не изменилась. Мутант, конечно, дерево вряд ли повалит, однако караулить сталкера может долго. От голода она точно не помрёт – вот недалеко лежит большущая груда мяса, которую вполне хватит дня на два. Можно подождать, пока на запах падали сбегутся другие мутанты и тогда начнётся схватка за пищу. И тогда можно будет в суматохе убежать. Но ожидать, что никто в живых не останется, не приходилось.

Патроны лучше не тратить. Если почти полсотни пуль не оказали должного эффекта на плоть, то сколько же понадобится, чтобы её свалить? Было бы у Шахматиста РПГ, тогда бы.… Но его нет, и никогда не было.

Но тут сталкера осенила идея. Должно получиться.

Для осуществления замысла Шахматисту пришлось пожертвовать куском хлеба. Отломив от буханки приличный ломоть, сталкер швырнул его за спину псевдоплоти. Мутант, издав смешной звук, похожий на вопль удивления, подбежал к хлебу. Наклонился над ним, понюхал, лизнул, скривился. Не понравилось, значит. Пускай. Зато Шахматист проверил свою теорию.

Плоть снова прошла к дереву и стала тереться об него клешнями. Сталкер ухмыльнулся, достал из подсумка гранату и кинул её в то же место, куда секундами раннее полетел кусок «Столичного». Свинья-мутант проделала те же операции. Вперевалочку подбежала к гранате, нагнулась, раскрыла рот, чтобы попробовать… и в этот момент прогремел взрыв. Головы плоть начисто лишилась, вследствие чего потеряла свои жизненные функции. Теперь на полянке валялись целых два трепа псевдоплоти. Вот пир будет у кого-то.

Наконец-то Шахматист смог, никого не опасаясь, слезть с дерева и продолжить путь.

Ромул шёл дальше. Десять минут назад он поймал одного сталкера-одиночку из клана «Сирена». Неопытного и тупого, как пробка. Отсутствие опыта у «сирены» увидит любой бывалый стакер. Обвешался бирюльками, оружием, приборами и отправился на поиски артефактов для продажи. Нормальный сталкер никогда бы не стал брать на ходку столько ненужных вещей, только самое необходимое. Новичок, видно невооружённым глазом. А тупой, потому как попёрся один.

Ромул словил его и устроил допрос. Состоял он, правда, из двух вопросов: «Знаешь ли ты Шахматиста?» и «Если знаешь, то где его искать? Точное место!» Либо новичок не знал, либо смертельно перепугался, но он только проблеял что-то совсем нечленораздельное и дальше просто умолял отпустить его. Но Ромул не питал никаких чувств к тупым и неопытным, кроме презрения и отвращения, посему решил преподать «сирене» урок. Последний в его жизни. Вытащил у того два ножа из ремня, прижал сталкера к дереву и пришпилил лезвиями к стволу, вставив их новичку в район ключиц. Одним словом, обрёк беднягу на верную и крайне мучительную смерть. Однако угрызений совести Ромул совсем не испытывал.

- Ты всё равно умрёшь, рано или поздно!- сказал на прощание Ромул, оставив позади себя хнычущего сталкера-одиночку. Неподалёку послышался вой псевдособак, учуявших халявную добычу.

Глава 4 А вот и ферзь

Басист побежал догонять Шахматиста. И причина сего поступка крылась в сталкере по имени Ромул. Басист хотел во что бы то ни стало убить этого человека, тем самым отомстив ему за смерть друга.

Случилось это около года назад. Басист и его приятель, Клоп, возвращались в бар с полными рюкзаками артефактов. И «посчастливилось» им повстречаться с мародёрами в количестве три штуки. Каково же было удивление сталкеров, когда бандиты не стали убивать их, а лишь любезно попросили отдать содержимое их рюкзаков. Деньги деньгами, а шкура дороже, так рассудили сталкеры и подчинились.

И в этот момент, когда почти все артефакты перекочевали от сталкеров к мародёрам, словно из ниоткуда, как супермен, появился Ромул. Ничего никому не говоря, он принялся палить из пулемёта по бандитам. Те за свою разбойничью деятельность в итоге поплатились жизнями. Теперь ими можно было запросто сливать макароны, поскольку они представляли собой полную идентичность дуршлага. Но пули задели не только мародёров, но и ни в чём неповинных сталкеров. Басист в результате ранения потерял всего лишь мизинец – повезло, можно сказать. Зато Клоп, получив короткую очередь в солнечное сплетение, в скором времени «дал дуба». После этого Ромул как ни в чём не бывало убежал куда-то по своим делам, словно заходил на минутку чай попить.

Вот поэтому-то Басист и мечтал отомстить Ромулу. На потерю конечности ему было глубоко наплевать, пальцем больше, пальцем меньше…. Мизинец – утрата несерьёзная, а вот потеря друга – совсем другое дело.

Басист может быть нашёл бы Ромула и раньше, только вот спустя неделю после смерти Клопа произошёл ещё один инцидент. Четыре дня Басист оплакивал своего друга, не трезвея ни на минуту. А когда ему на пятые сутки предоставили счёт, он решил с алкоголем завязать. То есть вообще. Напрочь. Как говориться в узких кругах, спиртным горю не поможешь. Басист эту истину понял. Но лучше поздно, чем никогда.

Вскоре Басист вышел в очередную ходку. Зашёл в район болот, в которых обитал Болотный доктор. Здесь он, Басист, собирал обычно артефакты. И тут – БАЦ! – в голов Басисту влетел кирпич. Вы спросите, откуда там взялся кирпич и как он нашёл голову сталкера? А всё дело в том, что в том месте разбушевалась небольшая аномалия «карусель». Как и откуда в неё попал кирпич, не знал никто. Раскрученный аномалией до умопомрачительной скорости, он влетел Басисту в затылок. От неминуемой смерти его спасла каска, в которой он всегда ходил по зоне, но от последствий не уберегла. От сильнейшего удара сталкер сознание и, частично, память. И, как следствие, сцены с Ромулом с первого плана ушли на второй, в самые глубины памяти.

Теперь Басист помнил все, и он ни перед чем не остановится, пока своими глазами не увидит труп Ромула. А ещё лучше, если он убьёт его своими руками. И плевать, что смерть Клопа была всего лишь случайностью. Ромулу не избежать смерти.

План Басиста был прост. Он будет преследовать Шахматиста на расстоянии до тех пор, пока тот не достигнет цели своего задания. Ни в коем случае не нужно навязывать ему свою помощь. Шахматист подумает, что Басист захочет войти в долю и грохнет на хрен. Даже не задумываясь. Он это может. Лучше вообще Гроссмейстеру на глаза не попадаться. Это было бы самым разумным решением.

Шахматист сделал привал. Усевшись на крыше давным-давно сгоревшей машины, он достал саморазогревающуюся тушёнку, намереваясь перекусить. Верный АКСУ лежал под рукой на случай внезапного нападения. Однако трапеза прошла очень даже спокойно. Никто не напал, даже никаких намёков на чьё-либо присутствие не было.

Зато когда Шахматист, смачно рыгнув, швырнул жестянку из-под тушёнки в «жарку», располагавшуюся неподалёку (та мгновенно зашипела и в секунду расплавила металл), взору сталкера предстал человек. Он был одет в чёрные армейские брюки, майку и бронежилет-безрукавку. На голове – бандана. На ногах – здоровенные, мощные гады. Вид – устрашающий. Телосложение – мощное. Не человек даже, а терминатор какой-то. Шахматист его сразу узнал.

- Ромул?

- Шахматист?

Рому, а это был он, не дожидаясь ответа, сразу же послал в направление Гроссмейстера длинную очередь из своего СВД. Глаза его загорелись. Вот сейчас пули долетят до тела Шахматиста, промахнуться он никак не мог, это точно, и всё, дело в шляпе. Он получит от таинственного незнакомца недостающие 7500 долларов и тогда – тогда сможет купить снаряжение, о котором так давно мечтал все годы своего пребывания в Зоне. Однако с мечтами пришлось подождать!

Пули действительно долетели до Шахматиста. Сталкер даже не пытался от них уйти. Покинув магазин, пули развили большую скорость, но когда до Шахматиста оставалось каких-то полметра, они сбавили обороты во много раз, после чего спокойно стукнулись о бронежилет. Гроссмейстер даже не шелохнулся.

Ромул раскрыл от удивления рот нахмурил брови.

- Как видишь,- крикнул Шахматист, поскольку расстояние между ними было немаленькое,- ты не можешь убить меня оружием. Я могу, но не хочу. Так очень просто. Предлагаю альтернативу – рукопашный бой.

- Иди к чёрту!- взревел Ромул и разрядил по Шахматисту всю оставшуюся обойму. Ничего нового не произошло. Пули значительно замедлились и вошли в бронежилет.

- Ты что, тупой? В таком случае специально для таких как ты повторяю: ты не можешь убить меня оружием и Шахматист, выпрямившись во весь рост, показал висящие на его поясе четыре артефакта «мамины бусы».

Ромул в приступе ярости швырнул в кусты свой СВД и быстрым шагом направился к Гроссмейстеру. АКСУ тоже покинуло своего владельца. Поравнявшись, сталкеры долго сверлили друг друга взглядами. А затем началась схватка.

«Они сошлись. Волна и камень, стихи и проза, лёд и пламень». Эти строки как нельзя кстати описывают то, что началось. Шахматист и Ромул действительно выглядели полными противоположностями друг другу. Как Слон и Моська. Скалоподобный Ромул и Шахматист, телосложение которого было в два раза меньше его противника. Зато Гроссмейстер владел теми приёмами борьбы, о которых, как бы это ни было странно, Ромул никогда и не слышал. Новую, совершенную тактику ведения боя, Шахматист разработал сам.

Ромул наносил сокрушительные удары один за другим. Наверное, если бы он так колошматил по Великой китайской стене, то смог бы проделать в ней сквозную дыру. Но Шахматисту не составляло абсолютно никакого вреда уходить от этих ударов. Не парировать даже, а просто уходить. Хотя отвести в сторону такую руку, толщиной с девичью талию, можно было бы разве что крюком подъёмного крана.

Когда Ромул немного выдохся и прекратил махать кулаками, Шахматист попробовал ударить сам. Три подряд удара в солнечное сплетение не привели к желаемому результату. То есть они вообще никак не подействовали на Ромула. С тем же самым успехом можно было бы бомбардировать семечками стеклопакет, намереваясь пробить его. Оставив бесплодные попытки, Шахматист отступил назад. Ромул же, поняв, что противника ему так просто не победить и кулаками махать, по сути, бесполезно, он сделал молниеносную подсечку. Но и здесь потерпел неудачу. Шахматист разгадал его задумку, прыгнул и уже в воздухе зафинтилил ногой Ромулу в лицо.

Из носа гиганта мгновенно брызнула кровь. Ромул рассвирепел не на шутку. Он рывком поднялся на ноги и вытащил из футляра штык-нож. Ромул делал выпад за выпадом, ни на секунду не останавливаясь. На льющуюся кровь он не обращал внимания, словно и не замечал этого.

Шахматист с прежней лёгкостью продолжал уходить от ударов. Ромул, сделав очередной выпад, попытался ударить Гроссмейстера ногой. Шахматист предвидел такой ход и чуть присел. В итоге нога гиганта оказалась на его плече. Тогда Ромул увидел тень ухмылки на лице противника. Он успел произнести только лишь: «Чёрт!». И в этот момент кулак Шахматиста влетел гиганту в пах.

Ромул согнулся пополам от чудовищной боли. Давненько ему не приходилось так худо. Шахматист вторым ударом по голове свалил соперника на землю. Затем сел на него и обхватил двумя руками его непомерно мускулистую шею.

- Шах! И прежде чем будет мат, я хочу знать, кто тебя нанял.

- Не знаю.

- Забавно. Я тоже не знаю. Тогда вспоминай.

- Сказал же, не знаю. Ко мне пришёл какой-то чел в балахоне и сказал, чтобы я тебя убил. Предложил за это десять тысяч.

Шахматист немного ослабил хватку.

- А ты ничего не заметил у него странного?

- Э-э-э! Дай подумать. О, вспомнил. У него на подбородке был квадратный такой шрам.

- Вот так так. Да не дёргайся ты, убью, глазом моргнуть не успеешь. Лучше меня послушай. Нас заказали друг другу и причём один и тот же человек.

- Как?

- А вот так, просто. Ко мне тоже приходил этот же мужик и предлагал за твоё убийство ту же сумму.

- Вот гнида!

- Именно. Полностью с тобой согласен.

- Так ты меня убьёшь?

- Нет. Не думаю. Я хочу найти этого мерзавца, спросить, зачем он заказал нас друг другу, а замет убить. И мне будет нужна твоя помощь.

- Я с тобой,- после недолгих раздумий сказал Ромул.

- Даёшь гарантии, что как только я тебя отпущу, ты меня не кокнешь?

- Слово сталкера.

- Хм, что ж, придётся поверить.

Шахматист отпустил шею Ромула. В этот момент вдали послышался грохот выстрела. Сердце Гроссмейстера ёкнуло. Ромул схватился за раненное плечо.

Глава 5 Шах и мат

- О, как давно я этого ждал!- медленно, со смаком, проговаривая каждое слово, произнёс Басист, выходя из своего укрытия.- И вот, наконец, этот момен6т настал. Неужели?

- Басист? Что ты тут делаешь? И что тут, чёрт побери, происходит?- недоумённо спросил Шахматист.

- Привет, старина. Да так, знаешь ли, мимо проходил. Вижу, вы тут валяетесь. Ну, первая моя мысль какая?.. Правильно! Но потом думаю, нет, что тут не так. Присмотрелся, и точно – дерётесь. Решил подсобить.

- Что за пургу ты несёшь?- в один голос воскликнули Шахматист и Ромул, который по-прежнему лежал на земле. Ладонью он зажал кровоточащее плечо.

- Хм, я знал, что вы мне не поверите. Особенно ты, гнида!- обращался Басист к Ромулу.- Но теперь ты от меня никуда не денешься.

Шахматист вдруг округлил глаза и уставился на Басиста. Тот, в свою очередь, удивлённо посмотрел на Гроссмейстера.

- Чё зенки вылупил, а?

Шахматист часто заморгал, как будто избавляясь от наваждения.

- Нет, ничего, ничего. Мне просто показалось, что сзади тебя стоит кровосос.

- Кровосос? Мило!- Басист отвернулся на несколько секунд, желая проверить, а вдруг сзади него действительно кто-то есть. Но и этого времени хватило, чтобы Шахматист смог передать сообщение на немом языке жестов: «ПОСМОТРИ НА ЕГО ЛИЦО».

Удостоверившись, что сзади никого нет, Басист повернулся к двум сталкерам. И напоролся на такой же взгляд со стороны Ромула, который ранее был у Шахматиста.

- Да что с вами такое?

- Так это ты?- шёпотом спросил Ромул.

- Что я?- Басист хитро улыбнулся.

- Это ты, ты был заказчиком!

- Сообразительный, молодец. Тебе положена награда. Ты, Шахматист, тоже надо понимать догадался, да? Действительно, заказчик – это я. Мне просто нужно было избавиться от Ромула, этого мерзкого слизняка, который убил моего друга.

- Но я же вас тогда спас…

- Заткнись!- прикрикнул Басист.- Мне плевать. Клоп погиб по твоей вине. И я тебе за это отмщу. Да и за это тоже, - он показал руку, на которой не было мизинца.

Теперь, что касается Шахматиста. Ты всегда был лучшим, тебе отдавали самые хорошие, интересные и высокооплачиваемые задания. Уже одно это поселило во мне ненависть к твоей персоне. Но это ещё не повод желать тебе смерти. Но потом я увидел, как ты о чём-то непринуждённо болтаешь с моей девушкой, то-то шепчешь ей на ухо, а та смеётся, как ребёнок. Я бы мог пойти и при всех набить тебе морду, но я прекрасно знал, что не смогу победить тебя.

И тогда в моей голове созрел план. Хороший, можно даже сказать гениальный. Я решил свести двух опаснейших сталкеров вместе. Всё получилось идеально. Вы клюнули. Я оделся в старенький балахон и наведался к каждому из вас. А вы, наивные простофили, даже, наверное, и не посмотрели, что деньги, данные вам в аванс, фальшивые. Затем, через некоторое время, прикинувшись перед Фатумом, что я ничего не знаю, чтобы создать себе некоторое подобие алиби, бросился вслед за вами.

Должен признать, схватка была короткой, но зрелищной. Я думал один из вас скоро прикончит другого. Но всё испортил Шахматист. Ему вдруг, видите ли, захотелось узнать, кто его нанял. Тогда мне пришлось действовать. Ромул бы уже сейчас валялся здесь с раскуроченной головой, однако помешала пролетавшая ворона, будь она неладна. Она сбила мне прицел,- пожаловался Басист.

Но сейчас я прикончу вас обоих, разом. Затем закопаю ваши тела… хотя нет, лучше оставлю на съедение мутантам, пусть полакомятся. Затем, в «Акрополе» я скажу, что не успел спасти Гроссмейстера. А о Ромуле и так никто не вспомнит, у него же знакомых нет. Итак…

Басист передёрнул затвор.

- Кто хочет быть первым?

- Басист, подожди!- воскликнул Шахматист.

- Ну что еще?

- Я имею право на последнее желание.

- Никаких последних желаний.

Шахматист однако проигнорировал эту фразу.

- Пристрели меня первым.

- Первым?- удивился Басист.- В этой просьбе стоило бы ожидать подвоха, но я его не вижу. То ж, будь по-твоему.

Шахматист встал во весь рост и прикрыл глаза.

- Готов?

- Всегда готов!

С первым же выстрелом из автомата, Гроссмейстер выхватил из-за пояса пистолет и поочередно выпустил четыре пули в Басиста. Тот выпучил глаза и посильнее сжал зубы, но ни звука не вырвалось из его рта. Он упал на колени. Шахматист же, благодаря «Маминым бусам» остался цел и невредим.

- Ну, чего ты ждёшь? Давай, стреляй. Я это заслужил. Или что, не можешь? Слабак!

- Нет, убивать я тебя не буду. Я убиваю только тогда, когда мне дают такое задание. Или ситуация форс-мажорная. А в данный момент ты не представляешь для меня угрозы.

- Тогда я говрю тебе, убей меня.

- Ты больше не мой заказчик. Я оставлю тебя здесь, Зона тебя сама накажет. Только я хочу узнать от тебя: как ты смог свести нашу партию на ничью? Из тебя же игрок никудышный.

- Это так. Но я тщательно изучил твою тактику и решил проучить тебя.

И тут невидимая сила смела Басиста с того места, где он только что находился и унесла его неведомо куда.

- Етить твою!- воскликнул Ромул.- Что это было? Ты видел?

- Не видел. Но знаю, что это был ни кто иной, как кровосос. Я же скал, что Зона его накажет и оказался прав.

С помощью Шахматиста Ромул поднялся на ноги. Чтобы их не догнал тот кровосос, да и никакой другой мутант, сталкеры не теряя времени, побежали оттуда подальше.

- Ну бывай, Шахматист,- Ромул протянул Гроссмейстеру руку, когда они оказались в более-менее безопасном месте. Затем улыбнулся.- И больше не попадайся мне на пути. Я больше не допущу того, чтобы ты меня победил.

- Бывай. Но и ты мне не попадайся. Иначе и тебе не сдобровать.

Врагами сошлись, друзьями расстались. В Зоне и не такое бывает. Вот так-то, брат сталкер!


Скородумов Василий


Школа юного сталкера

В кустах сидели трое. Один сталкер и две его отмычки.

Сталкера звали Ворон. Он бороздил просторы Зоны уже три года с небольшим. Ворон во всех отношениях хороший, опытный сталкер, с какой стороны ни посмотри.

Двух отмычек – Дерю и Беляка – Ворон завербовал к себе неделю назад. На удивление они ещё долго держались. Предыдущие его отмычки, все без исключения, не могли продержаться более четырёх дней. Только за прошлый месяц сталкер потерял сорок два человека.

Имена своим отмычкам Ворон дал сам. Дерю так окрестил, потому что тот родился и жил в деревне. А Беляк – из Белоруссии в Зону пожаловал. Отмычки быстро привыкли к своим кличкам и менять их не собирались. Понравились, значит.

Сегодня Ворон учил стрелять их из снайперской винтовки по маленьким целям, находившимся на большом удалении. Специально для этой цели сталкер купил хорошую винтовку и три коробки патронов к ней. Оружие было классное. В руках держать удобно, осечек не выдавало, пуля, вылетающая из дула летела точно по прямой, не меняя своей траектории. На оптическом прицеле было большое количество делений и пометок, но всё нужное, абсолютно ничего лишнего.

Ворон свои деньги попусту транжирить не любил, но ради своих отмычек решил немного раскошелиться. Видел, что ребята толковые, хоть и Зоны практически не знают. Неделю держатся и хоть бы хны, ничего с ними не случилось. А раз так, стоит готовить их к тяжёлой и суровой жизни сталкера.

Умение быстро и метко стрелять из снайперской винтовки – очень полезное, особенно в Зоне. Автомат Деря и Беляк освоили ещё в армии, так что с этим проблем не было. А распознавать аномалии и мочить слепых псов их научил уже Ворон. Следующим шагом обучения в Школе Юного Сталкера было научиться стрелять из снайперской винтовки.

Ворон, показав, как вставляют патроны, дал её сначала Беляку. Парень трепетно, будто это была дорогая древняя хрустальная ваза, принял оружие из рук своего сэнсея.

- Итак, слушай внимательно и вникай. И ты, Деря, не отвлекайся. Значит, указательный палец на спуск. Просто положи, не нажимай. Тут спуск очень чувствительный. Только притронешься, моментально среагирует. Так что, аккуратнее. Другую руку положи на ствол.

- Вот так?- уточнил Беляк.

- Нет!- рявкнул Ворон.- Представь, что держишь затвор дробовика. Вот! Так, теперь смотри в прицел. Крестик видишь?

- Естественно.

- А точку, где две линии этого крестика пересекаются?

- Ну дык.

- Ай, молодца! Теперь отведи взгляд от прицела и слушай меня. Вон там,- Ворон указал пальцем вдаль,- пасется стадо Тушканов. Твари, конечно, противные, но не особо опасные. Выбираешь одного из них и стреляешь. Смотри, чтобы центр крестика в прицеле был чуть выше выбранного объекта и нажимай на спуск. Сделаешь всё правильно – не промахнёшься. Всё понял?

- Ага,- кивнул Беляк.

- Отлично, действуй.

Беляк, прицеливаясь, высунул язык. Стрелять он не спешил. Не хотел оплошать перед Вороном. Сталкер терпеливо ждал. Деря с интересом наблюдал за другом.

Наконец раздался хлопок. Пуля вылетела практически беззвучно. На то она и снайперская винтовка. Беляк шёпотом ругнулся – не попал. Ворон, собственно, так и думал. Как известно, первый блин всегда комом.

Пуля, вонзившаяся в землю в нескольких сантиметрах от стада Тушканов, мутантов нисколько не испугала. Они, напротив, стали внимательно рассматривать то место, куда попала пуля.

- Балда!- Ворон отнял у Беляка винтовку.- Смотри и учись, как надо.

Абсурдное, между прочим, выражение. Как можно, скажите на милость, глядя на человека, самому научиться стрелять? Видимо фраза эта просто-напросто приелась, вот и употребляют её, нисколько не задумываясь о сказанном.

Ворон, не глядя даже в прицел, выстрелил. Глаз-алмаз. А раз так, зачем прицел? Правильно, незачем.

Трупик тушкана, даже после смерти продолжавший импульсивно дёргаться, упал на землю. К нему ту т же подбежали другие мутанты и принялись своими маленькими зубками раздирать его на части, стараясь урвать кусок побольше и помясистее.

- Вот как надо!- торжествующе провозгласил Ворон, поставив винтовку на предохранитель. Вид у него был такой довольный, словно он одним выстрелом завалил псевдогиганта. – А теперь ты, Деря, попробуй.

Отмычка приставил глаз к прицелу и стал искать, в какого из пятидесяти тушканов бы выстрелить. Начал нажимать на спуск, но тот не поддался.

- Босс! Винтовка, похоже, того… сломалась.

- Дубина! Голова твоя сломалась. С предохранителя сними!- распорядился Ворон.

- А-а-а,- Деря хлопнул себя по лбу, мол, всё понял.

Он выполнил указания Ворона и, наметив цель, выстрелил. Пуля снесла тушкану голову. Живые мутанты с энтузиазмом бросились на свежий труп, не успев ещё толком обглодать первый.

Сталкер поставил в своём мысленном блокноте галочки:

Беляк: винтовкой владеет нормально, но мажет.

Деря: всё наоборот.

- Неплохо!- похвалил Ворон обеих отмычек сразу.- Ещё пару тренировок и вы будете не просто попадать по цели, но делать это быстро.

Деря и Беляк переглянулись между собой и заулыбались.

В последующие полчаса они отстреляли три дюжины патронов, а тушканов подстрелили всего лишь пятнадцать. Хотя, казалось бы, что может быть проще. Бросаясь на труп своего сородича, тушканы сбивались в такой плотный комок, что промазать вроде бы нереально. И тем не менее.

- Предлагаю отпраздновать ваш маленький успех в баре стаканчиком «Казаков»,- предложил Ворон.

- Одним на троих?- ехидно скосил на него взгляд Беляк.

- Тремя на троих. Что за дурацкий вопрос? И я, кстати, плачу.

Надо сказать, расщедрился сталкер не на шутку. Видно заметил, что, пройдя его Школу, ребята смогут стать толковыми сталкерами. Решил взяться за них всерьёз, так что уж теперь?

И Ворон, пока ещё со своими отмычками, бодро зашагал к бару.

В пути сталкер рассказывал Дере и Беляку случай из своего прошлого. О том, как он в одиночку, имея в своём распоряжении всего лишь штык-нож и пистолет Макарова, сражался с двумя псевдопсами. Из боя он вышел победителем, отделавшись всего-навсего несколькими шрамами и царапинами. Отмычки смотрели на своего сэнсея с восхищением и подозрением одновременно. Но им ничего не оставалось делать, как верить Ворону. Опровергнуть сказанное они всё равно не могли.

Сталкер вдруг остановился, жестом приказав сделать то же самое отмычкам.

- Что случилось, босс?- с тревогой спросил Деря.

- Ничего особенного. Просто, кажется, впереди «жадинка».

Жадинка – очень коварная аномалия. Она притягивает к себе те предметы, которые попадают в область её воздействия. И ведь потом фиг отпустит, зараза! Так что лучше не попадаться в неё, а то шансов спастись будет очень мало. Так и будешь стоять, как памятник, пока от голода коньки не отбросишь или мутант какой-нибудь не загрызёт.

Ворон метнул в то место, где, по его мнению, должна была находиться «Жадинка». Железяка упала на землю и медленно поползла. Сомнений быть не могло.

- Как ты её заметил?- поинтересовался Беляк.

- Потом скажу, не сейчас,- ответил Ворон таким тоном, что отмычки сразу же поняли – пока с ним разговаривать не стоит.

Следуя за сэнсеем, Деря и Беляк обогнули аномалию. Но если бы на этом всё закончилось…

Чёрта с два! Не успели они отойти от «Жадинки» даже на километр, как на них бросились сразу три здоровенных кабана.

Отмычки вскинули автоматы и дали длинные очереди по атаковавшим их мутантам. «Молодцы, не испугались»,- хмыкнул сталкер и полез на дерево. Там он был в сравнительной безопасности по отношению к земле.

Пули десятками врезались в кабанов, но это их нисколько не останавливало. Тогда Деря прекратил пальбу и отскочил в сторону. Мутант, пёршийся на него, пробежал по инерции вперёд, сумев затормозить только метров через тридцать. А вот Беляк, будто не желая отпускать спусковой крючок, стоял на месте и, не останавливаясь, стрелял.

Два кабана одновременно врезались в него и он, получив приличный удар в солнечное сплетение, пролетел по воздуху по гиперболической траектории и врезался головой в дерево. В то, на котором сидел Ворон. Тут и орлиным зрением обладать не нужно, чтобы увидеть, что Беляк сыграл в ящик.

Деря, которому сейчас было не до судьбы друга, менял в автомате обойму. Делал он это быстро, руки у него от страха тряслись, поэтому сменил он её очень поздно. Он даже не успел уйти от атаки. Единственное, что он успел, так это схватить бежавшего на него хряка за клыки. Но это ничуть не остановило мутанта. Кабан подмял Дерю под себя и стал топтаться на нём, как на коврике. Уже через секунду все его рёбра были сломаны могучими копытами хряка. А на второй секунде отмычке предъявил Херону билет на его знаменитую лодку.

Ворон, всё ещё сидевший на ветке дуба, удручённо покачал головой. Прозвучало шесть хлопков и все три кабана упали замертво. Ворон спустился с дерева, перевёл взгляд с трупа Беляка на труп Дери и вслух произнёс:

- Что ж вы, ребята? Не сдали вы экзамен. А я-то думал, вы чему-то да научились. Оказывается, ошибался. Что ж, переэкзаменовка только на том свете. До встречи.

И, кинув последний взгляд на трупы своих отмычек, пошёл в бар.


Сергей 64kb Соколюк

Жёлтая лента

Я стоял, прижавшись спиной к изрешечённой пулями двери, смотрел, как через потрескавшуюся крышу стекает дождевая вода. Мои глаза неподвижно уставились вверх, словно ничего вокруг больше не существовало. Время не пощадило это место. А ведь когда-то в этом доме наверняка кто-то жил, у него была уверенность, что его дом – его защита... Только подумать, как порой легко рушатся все человеческие планы и надежды, как легко уверенность в светлом будущем уходит в тень... Теперь... теперь надежды и планы стекали дождём по облупленным стенам, а уверенность в будущем обрела дыры, через которые туда-сюда гулял холодный ветер...

Тихий шум дождя снаружи успокаивал нервы и заставлял на миг отвлечься от всего этого гнетущего и страшного, что плотной пеленой окутывало меня с того самого момента, как я ступил на пожухлую траву Зоны... Но только на миг. Это так странно... Перешёл условную черту, и сверху на душу твою повесили пятисоткилограммовую гигантскую гирю...

Я посмотрел на свою дрожащую руку и тут же сжал её в кулак, прижав к груди. Я никогда не знал, каково это – идти против своих... Я пытался найти оправдание этому, но те, что я находил, даже самые весомые, не могли сполна меня оправдать. Но ведь я и не хотел оправдываться, потому как внутри понимал, что оправдания никакого на самом деле нет... Я зажмурился и закрыл лицо ладонями. Страх начал овладевать мной не на шутку. Что я делаю? Зачем?

Нет. Этим я ничего не решу... поздно решать... Я запутался во всём, что происходило вокруг меня и внутри меня. Я нарочно себя запутал, чтобы не задавать никаких вопросов. Вода собиралась на крыше и, проскользнув через зияющие трещины в потолке, огромными каплями шлёпала по образовавшейся на полу луже. Кап... кап... кап... Раз... два... три... В такие моменты все сомнения и страхи отступают, освобождая тебя от агонии совести. Остаётся лишь злость: непонятно откуда, непонятно к чему... она просто приходит, и всё... Я насупил брови, стиснув зубы, схватил прислонённый к стене автомат и твёрдым шагом пошёл к дыре в стенке...

А на улице дождь только усиливался. Подхватываемый порывами ветра, он бомбардировал одежду и лицо... нет, это было даже приятно... Звук падающих на траву капель дождя доносился до моих ушей негромким шелестом сотен тысяч травинок, и всё это преобразовывалось в музыку дождя... Это не могло не заставить успокоится и вдохнуть полной грудью ароматы вечной осени...

Я неторопливо спускался с холма, бросив ленивый взгляд на плавящиеся об аномалию капли воды. Вот так и в жизни: не туда упал, и сгорел... А как порой хочется, чтобы ветер вовремя тебя подхватил и отнёс на безопасное место от огненной гибели. Но бывают случаи, когда ты сам выбираешь направление ветра, вот только в какую сторону бы ты не подул, это приведёт к плачевным последствиям... Ветер дул мне в лицо, и капельки небесного душа устремились мне навстречу. Я повесил автомат на плечо и, приветливо раскинув руки в стороны, закрыл глаза и улыбнулся...

Наручные часы показывали чуть более двух часов после полудня. Это значит, что сейчас проходит построение карательного отряда. Притом, командует «парадом» лично генерал... А я тут прогуливаюсь... Хм... Всыплют... Как и обычно, всыплют по самое «не балуйся». Я должен быть снайпером, и выполнять самую ювелирную работу в операции. А поскольку наш карательных отряд состоял из четырёх человек, я мог быть единственным «ювелиром»... Вот генерал будет писать кипятком... Хотя, я слишком хороший стрелок, чтобы кипяток вышел за рамки выговора... Да и генерал не забудет того, что я некогда сделал для него.

Портативный компьютер завибрировал, и я вынул его из кармана... «Рядовой Сомин. Вам приказано в срочном порядке вернуться на место прохождения службы. В случае настоящего или дальнейшего неподчинения, мы будем вынуждены действовать по уставным правилам «Внутреннего распорядка» (Статья 17, пункт 2)». Хм. Что в «Долг», что в армию...

«Защитники людей»... Всё это время, что я был в рядах «Долга», мне приходилось только «копать»... И под кого – под своих же бывших братьев по оружию... Война между «Свободой» и «Долгом» будет длиться до тех пор, пока друг друга все мы не перемолотим. Когда я был в рядах анархистов, энтузиазм бил просто ключом. Я был готов перегрызть за своих собратьев всем глотки... А теперь я грызу глотки своим же братьям... Вопрос сам напрашивается: почему? Думаю, это случилось тогда, когда я разочаровался во всём, что удерживало меня в «Свободе»... Почему же я пошёл к врагам? Может быть, в отместку самому себе или чтобы найти место среди этого в миг потускневшего мира, после того как...

«Долг» – это сосредоточие контраста анархистам. Цели, разговоры, люди... даже воздух тут был как будто другой. Это подарило мне надежду, что и цели, и средства в войне тут оправдывают сгоревшие свечи... Но пока что я не нашёл ничего, что не позволяло бы мне сейчас взять гранатомёт и разнести всех «законников» в кровавые клочки... Я не убивал своих, и надеялся, что не успеет до этого дойти, пока я кое-чего для себя не решу... Но я всё ещё ждал... всё ещё искал надежду...

Карательный отряд натаскивал лично генерал Савчук. А как перебежчик из «Свободы» смог попасть в элитное подразделение? Ну, начнём с того, что оно никакое не элитное, и было оно второго плана, на всякий случай... Да и, наверное, просто генерала ещё не спасал от неминуемой гибели его собственный враг... Может быть, он посчитал, что я настолько проникся идеей «всеобщего долга», что буду настоящим универсальным солдатиком-энтузиастом... Единственное, что меня утешало, так это то, что наш отряд был лишь резервом, и смотреть на своих бывших товарищей сквозь линзу оптического прицела не приходилось.

Хоть Матрос встретил меня приветливым взглядом, было заметно, что сейчас он начнёт меня отчитывать... по-дружески, конечно. Прочитает нотацию и будет дальше заниматься своими делами. Только вот он не знал, как сильно я его ненавижу... И не лень ему было из тёплой будки на КПП выходить под ливень к шлагбауму, что «долговцы» в шутку снесли из военного Блокпоста. Сталкер сложил руки за спиной и выпятил грудь колесом, всем видом показывая свою напущенную важность. Ну, теперь ему это было положено по статусу – старший по КПП. Сталкер, наконец, надел новенький комбинезон с красными пластинами на груди и лычками на предплечьях.

– Ну что, Сомин, хорони свою пятую точку, – абсолютно серьёзно заявил сержант. – Зачем ты снова приключения на неё ищешь? Савчук вне себя! И зачем ты постоянно уходишь куда-то к развалинам? Вот сколько ты у нас есть, столько ходишь...

– Это всё? – усталым голосом проговорил я, поднимая на Матроса глаза. – Меня генерал ждёт...

– Я твой друг, – вкрадчиво заговорил сталкер, наклонившись у меня над ухом. – Но если ты бегаешь к «этим» самым... мне придётся решать, друг ты мне после этого или нет...

– Долго репетировал? Ты говоришь, словно генерал не посылал за мной слежку...

Я опустил глаза и прошёл мимо сталкера. Всё-таки хороший он парень, а простых вещей не понимает. Кормит меня своими учениями о «Долге», как, в принципе, и Прапор... да и все кому не лень... Думают, я не знаю, что это такое. Ну и ладно, пускай думают... может, им от этого легче станет.

Сразу за КПП бесконечной чередой поворотов и тёмных углов явились старые склады и одноэтажные домики. Сложная система перекрытий из металлических листов, недавно установленная ремонтной бригадой, позволяла идти лишь одним путём – через интерпретированный коридор, проходящий едва ли не вдоль всей базы «Долга». Это делало путь от северного КПП до обители командования необычайно длинным и скучным, а вечные посиделки сталкеров у костра из бочки претерпевали время проходного двора. Для каких целей было это всё сделано, никто никому не объяснял.

Я смотрел под ноги и неторопливо шёл вдоль «коридора». А куда торопиться? Операция состоится только поздно вечером, и весь карательный отряд будет заниматься бездельничеством ещё пару часов... И зачем Савчук направил меня в этот отряд? Хочет проверить преданность своему новому делу?.. Ну что ж... Назвался груздем, полезай в кузов. Только я сам виноват во всём, что происходило сейчас со мной.

Человек, сбившийся однажды с дороги, уже никогда с головой не уйдёт на другой, даже более чистый и привлекательный путь. Но его старые привычки не дадут уйти в сторону, и он будет метаться как муха, которой оторвали крыло, постоянно переворачиваясь на спинку и заваливаться на бок. Любые вопросы он откладывает в долгий ящик, потому что знает – ответов на них не найти, а оправданий на самом деле нет.

Заброшенный давным-давно завод «Росток» стал пристанищем «Должников», гастролирующих сталкеров и кучки торговцев. Теперь он стал и моим пристанищем.

Тёмные ржавые стены складов, еле освещаемые тусклым светом костров, бесконечной чередой проплывали мимо, навевая меланхолические настроения. Угрюмые уставшие сталкеры, что вернулись с рейдов из Диких Территорий, понуро опустили головы и вяло травили друг другу заезженные до дыр седые бородатые анекдоты. И все лица одинаковые... одинаково печальные. Я шёл мимо них и старался не смотреть в их сторону. Я знаю, как они втихомолку ненавидели и «Долг» с его правилами и напущенной важностью, и Бармена с его замученными идиотскими шутками и высокими ценами на товар, и друг друга.

Каждый сталкер, который прожил в Зоне хотя бы год, с разочарованием смотрел однажды в зеркало на свои седеющие волосы. Ему надоело бояться, надоело бегать и стрелять, пытаясь перебиться какой-нибудь работёнкой, чтобы свести концы с концами. И каждый день он выходил в Зону с двадцатикилограммовым рюкзаком за спиной и огромным камнем на душе. Но он никогда не уйдёт из Зоны добровольно, потому что кроме Зоны у него больше ничего нет, а люди за Периметром давно его ненавидят.

Именно в такие моменты сталкер прибивается к группировке. И на самом деле хотел он класть на свободу, всеобщий долг или как там у остальных в пропаганде... Он просто хочет изменить свою жизнь и почувствовать себя лучше и значительнее. Одни убивают других и наоборот. Разницы практически никакой. Тебе плевать, куда идти. Просто однажды ты убеждаешь себя, что ты якобы сделал выбор и что ты якобы будешь бороться за «своё» дело. И всё только для того, чтобы твои действия не противоречили твоей совести. Сначала ты выбираешь идею наугад, и лишь потом она становится твоей.

Длинная череда складов, связанных искусственных коридорчиком из металлических листов, закончилась, и в лицо подул свежий, с небольшим запашком пива и мяса из бара, воздух. Я немного прищурился от слепившего дневного света и прикрыл глаза рукой. В это время неподалёку послышались тихие шаги по потрескавшемуся асфальту.

– Сомин, как это нужно понимать? – раздался возле меня недовольный голос Савчука, и я, прищурившись, на него посмотрел. – У тебя особый график от остальных?

– Никак нет, – лениво проговорил я и потёр лицо руками. – Мне нужно было отойти... по делам.

Генерал сложил руки на груди и, почесав щетину на лице, закрыл глаза и покачал головой.

– Чего тебе не хватает, Сомин? – возмущённо заговорил генерал. – К тебе тут плохо относятся? Так ты же из «Свободы». Это скоро пройдёт. А твои бесцельные блуждания по развалинам делами никак назвать язык не поворачивается. Я всё понимаю – тяжело перестроится к новому месту и новым людям, но я тебе даю слово – скоро всё поменяется... В общем, чего это мы заговорились. Возьмёшь у Снайпера винтовку и марш к северному КПП. Через двадцать минут Пирог проведёт инструктаж. Если ты и туда опоздаешь... В общем, моё настроение будет безнадёжно испорчено, всё ясно?

– Так точно, – лениво промямлил я и опустил голову.

И снова ржавые стены, костры в бочке и угрюмые полуседые двадцатилетние старички. И снова Матрос с его «БУ-БУ-БУ» над ухом. И снова дождь барабанит по металлической крыше КПП. Сначала стук капель воды о железную крышу идёт как бы фоном, потом ты начинаешь считать капли, ударяющиеся о твой ботинок, а вскоре ты плавно переходишь к разным мыслям, а дождь вообще перестаёт тебя волновать. Я уселся на смятую поваленную бочку возле забора, сжимая в руках взятую у Снайпера винтовку, и стал наблюдать за Чернобыльской вороной, что как по ковру расхаживала по колючей проволоке своими толстыми огромными лапами. Такая чудовищно-большая чёрная, с гипертрофированным огромным клювом. Ну и слава богу, что они не хищники – как представишь, стая таких на тебя нападает. А как защищаться?

Члены карательной команды не заставили себя долго ждать. Сначала из прохода в склад вывалился внушительный Малютка с его гранатомётом на плече, громко топая по старому разваливающемуся асфальту. Всем своим видом он показывал, будто он лунатик, и до дел земных ему просто нет дела. И правда, станешь перед этим сальным шкафом и смотришь вверх на его шайбу. Твоя голова здесь, а его там, на двух с лишним метрах над землёй. Вернее, там находится его макушка, откуда он сигналы с луны принимает... Следом за ним вышел Спай. Агрессивное выражение лица с густой чёрной бородой смотрелись не очень приятно. Громадные плечи, на которые можно смело рассаживать в детей и катать, как на пони... Всё равно мозгов как у лошади, почему бы не покатать? А за Спаем следом вышел некий миниатюрный и худенький незнакомец со снайперской винтовкой за плечом. В отличие от Малютки и Спая, которые были одеты в громоздкие бронированные комбинезоны с мудрёной системой защиты от повреждений, на новичке была лишь лёгкая полу расстёгнутая цвета хаки китель, байкерские перчатки и солнцезащитные очки – типичный пижон... Как посмотришь на них троих, понимаешь, что вся карательная команда – это всего лишь кучка недоумков и неудачников... Ну так, в принципе, и было. Я уже не задавался вопросом, считает ли меня Савчук неудачником, раз запёр в эту кампанию, да мне было и не интересно.

Самым последним из команды развалистым шагом вышел Пирог. Как выражался Савчук, это был командир Карат. Команды, а как выражался Малютка, он был нашим главарём. На недоумка или неудачника он совсем не тянул. Но ведь кому-то нужно командовать этой нашей братией. Бритоголовый «коммандос» оценивающе и сурово посмотрел на окружающих и тут же добродушно улыбнулся. Он всегда улыбался, когда его публичная суровость длилась больше десяти секунд. Если честно, всё это мне до жути напоминало американский боевик: два громилы, весь из себя крутой пижонище, перебежчик и их командир... Однако это не настолько банально, как могло показаться с первого взгляда. «Выхухоль» в тёмных очках, будь он трижды пижоном и недоумком, несомненно был отличным стрелком, иначе и делать ему в этой команде было нечего. Двое громил были «тяжёлой артиллерией», если вдруг пахло жаренным... Ну а командир... Хм... Командир как командир, не больше и не меньше...

Вся подготовительная процессия шла по плану: промывка мозгов про то, какие анархисты злодеи, а мы, «Долг», бравые ребята. И бодяга эта растянулась на минут пятнадцать. Ну ничего, я и в «Свободе» привык слушать подобную чушь, только с разницей в злодеях и хорошистах. Видимо, Пирогу и самому было в тягость втемяшивать нам эту ерунду, но ведь положено по статусу, никуда не деться...

Наконец, закончив свою речь, «коммандос» представил нам сталкера по прозвищу... да, Пижона. Этакий второй «ювелир» в нашей команде. Только вот толку-то от второго снайпера, если и я-то никогда ещё в вылазках не пользовался своим «зорким» оружием. Всё равно ведь всю работу выполнит первая группа...

На десерт наш «коммандос» оставил непосредственно кое-какие сведения о том, что нам вообще придётся на задании делать... Как и обычно, в последний момент.

– ...ну, в принципе, как и в прошлый раз, – в заключение заявил Пирог. – «Свобода» это не наши заботы. Это заботы Лесника и его гоп-компании. Мы там только для вида – на всякий случай будем присутствовать. Ясно всё?

– Угу... – угрюмо ответил я и кивнул. – Так точно...

– Ну, тогда выходим...

…………………..

И опять дорога, дождь и слякоть. Завёрнутые замысловатыми узлами голые деревья, затянутое плотными тучами небо, вой слепой собаки за холмом и осточертевший писк детектора аномалий. Хоть я был тепло и плотно одет, окружающий вид этой вечно-осенней мерзости заставил меня поёжиться. Пижон жевал неизвестно откуда взятую жвачку, с понтом натянув на нос тёмные очки, как будто ничего на свете его сейчас не волновало. Ну хоть камеру бери и фотографируй на обложку комикса. И молчок... Только тихое нервное напряжение, к которому невозможно привыкнуть. Хоть бы словом перемолвились, чтобы это напряжение немного разрядить, так нельзя же... Отвлёкся от происходящего вокруг, и «секир-башка», как Бармен новичкам треплет. Вот всегда так почему-то тут получается: идёшь, внимательно смотришь по сторонам и не щёлкаешь клювом – всё будет хорошо, даже мошкара не прицепится

Лесник сидел на поваленном прогнившем дереве и что-то вырисовывал на земле лезвием охотничьего ножа. На нас он как будто не обратил никакого внимания, а лишь скинул с головы капюшон и потёр пальцами глаза. Пижон выплюнул замученную им за сегодняшний день жвачку и усмехнулся. Пирог бросил на него грозный взгляд, и сталкер тут же опустил глаза и посерьёзнел.

Слева от Лесника сидел меланхоличного вида худощавый фрукт, выпученными глазами сканируя всё, что происходило вокруг. Каменное непробиваемое серого цвета лицо и с бешеной скоростью барабанящие по рукояти снайперской винтовки пальцы – всё это выглядело настолько комично, что мне пришлось приложить немалые усилия, чтобы не засмеяться. Теперь я понимал Пижона, но всем видом показал свою суровость и согласно кивнул Пирогу.

Вся остальная карательная братия, судя по всему, уже занимала свои позиции. Теперь нам, второму отряду, оставалось лишь поудобнее усесться на это самое деревце и помахать белым платочком Леснику и его подопечному на прощание. Пирог сел рядом с Лесником и, погладив бритую голову, сперва посмотрел на рисунок Лесника, что тот оставил ножом на земле, и стал с ним о чём-то шушукаться.

Как же в этот момент было скучно... Я накинул на голову капюшон и прислонился к покорёженной берёзе. Пирог и Лесником что-то бурно обсуждали, Малютка и Спай хихикали возле «Червивого» кустарника, худощавый упырь пилил меня своим взглядом пучеглазого маньяка, а Пижон на него пялился и тихо тащился. Всё было ну настолько спокойно и тихо, что я позволил себе расслабиться и даже закрыть глаза.

Время медленным неторопливым удавом проползало мимо, гипнотизируя и усыпляя бдительность... Дыхание моё замедлилось, на душе вдруг стало необычайно спокойно, и сейчас хотелось просто лечь на эту траву, закинув руки за голову, и уснуть крепким сном... Заснуть и не проснуться – как это было бы просто...

– Сомин! – окликнул меня Пижон, и я резко открыл глаза. – Не спи – замёрзнешь.

Я ничего не ответил ему, а лишь похлопал сонными глазами и посмотрел на часы. Время потихоньку двигалось к вечеру. Ну, как и в прошлый раз: побездельничаем, с серьёзным видом побродим по округе и пойдём восвояси. Лесник и его команда из шести человек легко справятся с отстрелом анархистов и... чего там они забрать хотят... Ну, они всегда у анархистов забирают что-то...

Пирог со скучным видом пялился на рисунок Лесника и периодически поглядывал на часы. В воздухе висела просто неприличная тишина. Только тиканье моих часов как будто заполняло всё пространство вокруг и лишало окружающий мир его звуков... Тик... Тик... Тик... Тик... Так и спятить можно...

– Сомин... – прошептал стоящий рядом Пижон. – Как думаешь, что в ящике том?

– Каком ещё ящике? – лениво проговорил я и зевнул.

– Ну, Лесник нацарапал на земле какой-то ящик...

– Не знаю... Задавать вопросы это не наш с тобой удел...

– Ну а если чисто гипотетически...

– Отстань, Пижон, – отмахнулся я и пошёл подпирать другое дерево.

Хм... Ящик. Впервые слышу, чтобы анархисты ящики по Зоне носили. Может, оружие какое-нибудь? А хотя, какое ещё оружие! За всё время, что я был в «Свободе», никто никаких ящиков никуда не носил. По крайней мере, я об этом ничего ничего не знал. Единственное, что я помню про ящики, так это квад «Долга», который нёс один из них куда-то к Янтарю, куда, собственно говоря, и «Свобода» сейчас, судя по всему, направлялась... Мудрят господа командиры, ой, мудрят...

Неожиданно рация Пирога зашипела, и все присутствующие дёрнулись от неожиданности. Но не столько от внезапно разорванной тишины, сколько от того, что по рации мог быть только экстренный вызов.

– Пирог, ты слышишь меня? – раздался из динамика голос Лесника.

– Так точно, Лесник, – ответил Пирог.

– Мы, кажется, «приземлились», – продолжил говорить Лесник. – Вы готовы выдвигаться?

– Готовы, – грустно сказал «коммандос» и почесал затылок.

– Объясни им план действия. И не вздумайте терять время. Вы и так можете опоздать. Конец связи.

Голос Лесника прекратился, и вокруг наступила минутная тишина.

«Мы, кажется, приземлились» вовсе не значит, что группа Лесника заняла позиции. Это значит лишь то, что они попали в аномальную мышеловку. Им сейчас никуда не двинуться. Они вошли в крюк аномалий, а потом выход назад заперся. Типичное «приземление» группы в период перетасовки аномалий. Да, они теперь там на день или два засядут, а нам сейчас подниматься и делать то, что должны были сделать они. И это-то меня совершенно не радовало.

Командир встал с поваленного дерева и показал пальцем себе под ноги.

– Вот этот самый ящичек сегодня через два часа будут конвоировать анархисты, – громко, чтобы все слышали, начал говорить Пирог. – Ваша задача анархистов шлёпнуть, ящичек уничтожить или утопить в болотах. Сейчас вы должны будете выдвинуться на северо-запад. К сожалению, с вами я пойти не смогу, а займусь более насущными проблемами. Старшим остаётся Малютка. Он проинформирован обо всём. Возникнут вопросы – это к нему. Всё ясно?

– Ага... – хором промычали слушающие.

………………………

Трава тихонько шелестела перед лицом и колыхалась на маленьком ветерке. Тучи над головой немного рассосались, и это позволило видеть всё происходящее под холмом и на соседнем холме через оптический прицел без прибора ночного виденья. Облачившись в маскировочный халат, я неподвижно залёг под кустом и, не отрываясь, наблюдал за происходящим между холмами. Возле условного куста «два» на противоположном холме лежал и разглядывал меня в бинокль Пижон. Я скользнул по нему взглядом через прицел и направил оружие вправо. Под низким толстым деревцем заседал Спай с гранатомётом наготове. А вот где мог заныкаться Малютка, я понять так и не смог. Нигде его не было видно, а сам он не распространился про место своего положения. Ну и чёрт с Малюткой. Сейчас главное сосредоточиться на появлении в поле зрения бойцов «Свободы»...

Как я не пытался себя успокоить, внутри меня всё колотило. Признаться честно, я не думал, что мне придётся поднимать оружие на своих бывших братьев команде уже сегодня... Но ведь это должно было когда-то случиться... Я старался не думать ни о чём. Меньше всего сейчас мне нужны были пробуждения совести.

И что же, всё-таки, в ящике том? И если такой конвой, стало быть там что-то ценное. А зачем это самое ценное топить в болоте? Меня уже посещал этот вопрос, когда я был в рядах «Свободы». Тоже конвой, только законников, тоже ящик, тоже топили... Слишком уж это всё странно... Да и откуда нам вообще может быть известно абсолютно точное перемещение группы? А вдруг она пошла бы другим путём?

Однако, спустя всего секунду, я и думать забыл о ящике и о том, что кому известно. Из леса на более-менее открытое пространство вышел вооружённый человек. Судя по светло-зелёному защитному комбинезону, это был ведущий группы «Свободы». Вслед за ним показались ещё двое, что с разных концов держались за ящик, а вслед за ними направлялись двое замыкающих. План дальнейших действий так и стал у меня перед глазами. Наш новоиспечённый Пижон, что залёг на противоположном холме, снимает правого замыкающего, я левого. Остальные трое слишком заняты, чтобы успеть выстрелить по нам в ответ. Двое несут ящик, и стрелять не смогут, по крайней мере, секунд пять. Следовательно, они следующие на очереди. Ведущий слишком занят прокладыванием дороги с детектором и картой. Пока он поймёт что происходит, пока он поймёт, где сидим мы с Пижоном и сделает свой ход, пройдёт достаточно времени. Следовательно, его мы и будем брать в плен. Выстрел из снайперской винтовки в ногу – и человек может остаться калекой на всю жизнь. Но зато мы без потерь берём его в плен, а Спай и Малютка даже не шевелят и пальцем.

– Сомин, стреляем на счёт «пять», – тихо проговорил в рацию Пижон.

Я ничего не ответил, а лишь положил палец на холодный спусковой крючок. Вплоть до этого момента я не думал над тем, кого из своих бывших собратьев мне придётся убить. И рассчитывал не думать об этом, по крайней мере, до возвращения на базу. Я просто прицелился в правого, идущего по мою сторону, замыкающего. Это был типичный солдат анархистов. Зелёный комбинезон, зелёный противогаз. Даже автомат в его руках был выкрашен в зелёный цвет – цвет «Свободы».

Отсчёт пошёл. Перед глазами как будто возникла рука, загибающая пальцы. «Свободовец» обернулся и проверил, что творится у него за спиной. Как муравей – всё суетится и суетится. А у меня в руках лупа. Осталось дождаться солнца. В этот момент я пребывал в таком состоянии, что и чувства у меня были к нему как к муравью. Муравьём больше, муравьём меньше... «Раз»... Муравей снова повернулся ко мне лицом и стал обшаривать взглядом холм, на котором я залёг. Ну и пускай разглядывает. Всё равно же не заметит. «Два»... Забавно, обычный солдат, как и его собратья, отличающийся лишь жёлтой ленточкой на п... плече... Стоп!

В этот момент внутри меня что-то очень сильно ёкнуло. За какие-то доли секунды всё моё спокойствие улетучилось куда-то далеко и не намеревалось возвращаться. Палец на курке просто окаменел и отказывался хоть на миллиметр смещаться. Я в один миг покрылся холодным потом и меня бросило в дрожь... «Три»... За одну долю секунды осознание того, что на решение у меня осталось две секунды, повергло меня в панику. Нет, я не стану ждать счёта «пять»... Я не буду мучиться ещё две секунды. Я просто выполню свой долг... или чей он там на самом деле... У меня ведь всё равно выбора нет... или...

Я резко поднял прицел над головами у «свободовцев» и выстрелил. «Четыре», «пять»... Пижон не стрелял. Рация пока молчала. Да и бесполезно было уже стрелять. «Грузчики» не бросили ящик, а вместе с ним в кустарник. Замыкающие вместе с ведущим последовали их примеру.

«Чёрт, Сомин! – взревел по рации Малютка. – Что ты творишь, мать твою? Спай, живо гаси анархистов!!!» Я скривился от раздавшегося по рации крика и тут же развернулся, переведя прицел к условному дереву «три», где Спай уже взвалил гранатомёт на плечо и приготовился стрелять... Сначала послышался громкий выстрел. Потом на траву упал гранатомёт... а следом за гранатомётом упало и безжизненное тело и его владельца. «Пижон!! Вали Сомина!! Сейчас же!!» Эта команда, конечно же, была сейчас самой верной, только вот ещё до того, как Малютка её проорал в рацию, Пижон был у меня на прицеле. Я сейчас не ощущал ничего. В голове была лишь одна мысль: защитить одних, истребить других.

Муравьи... И Пижон, и Спай, и Малютка... Они все всего лишь муравьи... Они ползают везде и пытаются укусить тебя за самые укромные места. Охранники и рабочие убиты, осталась только матка. Ну же, Малютка, где ты прячешься? Я медленно поднялся с земли и внимательно осмотрел окрестности. Малютки нигде не было видно. Спрятался...

«Свободовцы», тем временем, почему-то не уходили восвояси, а только попеременно высовывали головы из кустов. Чёрт! Уходите!

В этот самый момент раздался хлопок, негромкое шипение и последующий за ними взрыв. Я ошарашено смотрел на подлетевшие ошмётки человеческого мяса оттуда, где только что прятались анархисты. Что-то внутри меня очень сильно сжалось, и я какое-то время не мог даже вдохнуть. В груди в одночасье образовалась маленькая чёрная дыра, забравшая все мои последние силы. Всё тело моё обмякло, и в глазах потемнело. Меня бросило в дрожь, и я медленно опустился на колени. Сотни маленьких противных голосов закричали в моей голове. Перед глазами сейчас стоял только образ той самой жёлтой ленточки на плече у одного из замыкающих...

МАЛЮТКА! Ты умрёшь страшной смертью!!!

Только сейчас я заметил, что мои глаза залиты слезами, и слёзы эти я остановить не в состоянии. Ноги стали чрезвычайно ватными, как в кошмарном сне. Всхлипывая, я начал медленно сползать с холма, выпустив из рук винтовку. Больше всего сейчас хотелось удавить Малютку собственными руками...

– ЛЕНТОЧКА-А-А-А!!! – вырвалось в страшном хрипе из моей груди, и я пополз на карачках по жёсткой траве в сторону разнесённого взрывом кустарника.

– Не так быстро, – пробасил Малютка хватая меня за маскхалат своими огромными руками и приподнимая над землёй.

Приподняв вверх, сталкер резко опустил меня животом на свою огромную ногу. Попав, таким образом, коленом мне в солнечное сплетение, он начисто лишил меня возможности вдохнуть... Сначала я почувствовал отчаяние и страх. Потом полное бессилие... Моё желание бороться вдруг куда-то бесследно пропало, и мне вдруг захотелось побыстрее умереть... Однако Малютка всё ещё тянул. Я успел лишь издать хрип в попытках набрать в грудь воздух, как громила повторил свой нехитрый приём.

Ленточка... Обычная жёлтая ленточка... Это единственное, что сейчас стояло у меня перед глазами. В темноте бессилия и боли, накативших на меня в одночасье, она летала бабочкой и дразнила... В ушах зазвенело... Земля в очередной раз ушла из-под ног... Мир окончательно перестал для меня существовать... Осталась лишь дикая боль в солнечном сплетении и тошнотворное чувство... Темнота... Я наедине со слившимся с этой темнотой хамелеоном, который на моих глазах поймал и съел эту самую бабочку, летавшую у меня перед глазами. И хамелеон этот был огромным и отвратительным Малюткой...

Я медленно открыл глаза и обнаружил, что лежу на траве и судорожно пытаюсь вдохнуть. Я держался за горло, непонятно зачем, и вместо вдоха получал выжатый на последнем оставшемся воздухе приступ кашля. Хрип... Долгожданная порция воздуха ворвалась в мои лёгкие и снова заставила закашляться...

Медленно подняв взгляд с земли выше, я увидел разгневанного зама моего уже бывшего командира. Нет, он больше не намеревался играть со мной в свои садистские игры. Он просто направил на меня ствол пистолета.

– Не знаю, что ты плёл про ленточку... – вяло ухмыляясь, пробасил Малютка и взвёл курок. – Но тебе на могилу могу устроить...

Прогремел выстрел. Я не чувствовал страха до выстрела, не почувствовал и после. Пришло только удивление и осознание того, что я всё ещё до сих пор жив... Но облегчения не наступило...

Малютка широко раскрытыми глазами на меня посмотрел и замертво рухнул на траву. Я не верил своим глазам... Я был готов перестать верить в реальность... Я смотрел на тлеющие после взрыва ветви кустарника, лужи и брызги крови на траве, неподвижные тела, некоторым из которых не доставало частей тела... И не вырвать прямо на том месте, где я был, мне не позволила лишь она... Та самая жёлтая ленточка... Та самая бабочка, которую не сумел съесть хамелеон... Она стояла в крови, покачивалась, крепко сжимая в руках пистолет, и печальным взглядом смотрела мне в глаза.

– Ленточка... – тихо прошептал я и медленно пополз к девушке.

Она всё смотрела на меня, и всё шире открывала свои полные смятения прекрасные глаза, трясущимися руками опуская оружие. Она опустилась на колени и тихо зарыдала, выронив пистолет из рук.

– Сомин... – в ответ прошептала она и всхлипнула.

Я больше ничего не сказал Ленточке. У меня просто не было никаких слов... да и не могло быть. И у неё, по-видимому, тоже... Мы просто смотрели друг другу в глаза, не моргая, и молчали. А вечернюю тишину увязшей в наступивших сумерках Зоны заполнили лишь сверчки... Я так ждал этого момента, так долго репетировал в воображении нашу встречу, а сейчас ничего не мог сказать... А надо было сказать так много...

– Живая... – медленно прошептал я и коснулся её волос.

Ленточка молча кивнула головой и, расплываясь в широкой улыбке, наспех вытерла ладонями залитые слезами глаза. Она умерла... умерла во второй раз для меня и снова возродилась живой и невредимой...

– Я думал, ты погибла ещё тогда... – я крепко обнял Ленточку и прошептал ей на ухо. – Я же... Я же тогда...

– Я знаю, Сомин, знаю... – Ленточка всхлипнула и зашептала в ответ. – Но Айсберг был не виноват. Просто так получилось, что никто не знал, что... что я... И ты думал, будто я... Ты ушел тогда... к ним... в «Долг»... зачем?

– Я это сделал назло... назло себе самому... Я начал ненавидеть всё, что было вокруг меня и всех тех, с кем я был рядом... И оказалось, что обе стороны баррикад одинаковые...

– Нет, не говори так, Сомин! – в голос проговорила Ленточка и снова залилась слезами. – Я снова здесь... Мы вместе! Возвращайся! Тебя поймут...

– Загляни в ящик, Ленточка... – перебил я девушку и, отпустив её из объятий, сурово посмотрел в глаза. – Я не знаю что в нём, но уже начинаю догадываться...

Ленточка на миг опустила голову и тут же поднялась на ноги. Она обернулась к взорванным кустам и стала что-то искать взглядом.

– Правее... – устало произнёс я и тоже стал подниматься на ноги. – Он отлетел при взрыве...

А в следующее мгновение из меня ушли все эмоции. Страх, смятение, печаль... всё это заменило одно большое любопытство... Мы с Ленточкой медленно шли к лежащему на боку, покорёженному железному ящику и держались за руки... Я не знал, что лежало в нём, и даже не догадывался. Просто в один момент мне пришла в голову навязчивая идея открыть его и заглянуть внутрь...

Бронированный... С кодовым замком... Однако видимо взрыв был достаточной силы, чтобы повредить замок, потому что крышка оказалась приоткрытой. Я медленно опустился на корточки и поставил ящик ровно. Вот оно – яблоко раздора. Я глубоко вздохнул и открыл крышку...

– Но... – взволнованно заговорила Ленточка, опускаясь на колени рядом со мной и заглядывая в ящик. – Сомин, это...

– Да... – кивнул я и закрыл крышку ящика.

В ящике было то, что мы с Ленточкой меньше всего рассчитывали увидеть. Там были верёвочки, которые были привязаны к нашим рукам и ногам и уходили вверх к кукловоду... Там было то, ради чего с такой ненавистью воевали друг с другом «долговцы» и «свободовцы»... В этом маленьком ящичке заключалась вся вера в братство, вера в идею... Там предлог для абсолютно любой войны... То, из-за чего чуть не погибла когда-то Ленточка, чуть не погибла и сейчас... То, ради чего Малютка с такой ненавистью бил меня, ради чего я лежал на холме, прильнув к прицелу снайперской винтовки... То, ради чего командование, что отсиживалось за Периметром, отдавало приказы генералам... То, из чего качали деньги оружейные бароны и то, из-за чего теряли надежды новоиспечённые солдаты... Ради чего мы все поступались своей совестью и принципами... Ради чего друзья, верящие своим командирам, теряли друг друга в бою и подогревали свою ненависть к врагам... Ради чего они позволили кому-то забрать и их жизни... Там не было ничего... Пустой бронированный ящик...

Казалось, вся пустота этого ящика только что перекочевала в меня, вытесняя всё, во что я верил до этого... Это так больно, когда рушится всё, на чём строились твои поступки и идеи... Это так тяжело принять, что ты всё это время ошибался... Но ведь ничего сделать уже и нельзя... И всё же воистину: счастье в неведении...

Я мягко взял Ленточку за руку и посмотрел на её пустое выражение лица. Девушка как будто окаменела и не могла сдвинуться с места. Я хотел что-то ей сказать, но слова не вылетали из моего горла, потому что их блокировал подступивший ком...

А потом прогремел выстрел... Голова Ленточки резко дёрнулась вперёд, и безжизненное тело девушки накрыло крышку ящика... Всё, что я почувствовал в этот момент, так это большую, скатившуюся в комок обиду... Я стиснул зубы и повернул голову через плечо... В метре от меня стоял Пирог, держа меня под прицелом автомата... Я молча посмотрел ему в глаза, и после этого прогремел второй выстрел...


Максиммм

Поход на ЧАЭС

Я сейчас нахожусь в центре зоны отчуждения.Вокруг мертвая тиштна,ни единого звука.Меня одолевает сильный страх.В тридцати метрах передо мной,стоит Чернобыльская Атомная Электростанция.Сколько сил я потратил,что бы пробить себе сюда путь.Меня сильно мучает только один вопрос - что там впереди,что внутри станции.

Я медленно начинаю подходить к этому огромному источнику радиации.Подхожу к главному входу и вижу:огромная ржавая дверь не заперта,она открыта.Не могу поверить своим глазам.Что бы это значило,что кто то уже сумел проникнуть туда,или ее вынесло взрывом.Впереди жуткая темнота,меня обдает холодным потом.Судорожно начинаю искать в своем рюкзаке фонарик...так вот он...включаю его.И хоть он был мощным,казалось что он делает меня еще беспомощнее.Свет фонаря пробивает темноту,делаю первые осторожные шаги,ноги ступают с травы на бетонный пол.Налево и прямо коридоры,пустые коридоры,с разбитыми лампами.Я решаюсь пойти прямо.

Всего лишь одна ошибка,одна не вовремя нажатая кнопка,и получается трагедия мирового масштаба.Сколько невинных жертв,сколькко смертей!За все время пребывания в зоне,эта мысль много раз посещала меня.

Я медленно и неуверенно иду вперед по коридору.На полу валяется много железа,какие-то старые детали.Впереди виднеется деревянная дверь.К счастью она не заперта,в ней даже нет замка,зато есть старая поржавевшая ручка.Как только я дотронулся до ручки,дверь внезапно сорвалась с петель и стала падать в мою сторону.Я молнеиносно отскочил.Наверно от старости.Странно.Свет фонаря медленно переместился в пространство за дверью.Там была большая комната,посередине стояло что-то похожее на большой холодильник.Справа была небольшая лестница,вся заржавевшая.Пол тут был скользкий,как будто намазан маслом.Слева стояла какая то железная бочка-с середины и до верха в ней было отверстие,казалось что кто то продырявил ее ножом.Я подошел,в ней почти на дне осталась какая то жидкость,она отражала свет фонаря так ярко,что я вынужден был сразу убрать свой взгляд.я решился пойти по лестнице,она была маленькая,всего шесть ступенек.Старая дверь легко открылась.Я оказываюсь на балконе:впереди какой то пульт управления,множество кнопок,справа стена,а слева перила.За перилами огромная комната со множеством приборов,какие то железные ящики.За этой комнатой виднелась еще одна такая же,между ними не было преграды.В дальней комнате было видно что то похожее на реактор.Я перевел взгляд на пульт управления.На нем был слой пыли в пару сантиметров.Я не долго думая дунул,что есть силы,и сразу же отскочил.Пыль взмахнула на пару метров вверх,и примерно через минуту улеглась.Подойдя к пульту я увидел множество кнопок,рычагов и лампочек.Среди этого разнообразия мое внимание привлекла красная кнопка,которая пряталась в железной квадратной коробочке,только верхняя крышка была стеклянной.На стекле было написано ВКЛ.Наверно это включить станцию.Может оставшиеся реакторы.Я открыл крышку,оставалось нажать кнопку...я нажимаю кнопку...вдруг в дальней комнате реактор стал жутко гудеть,мое сердце стало бешено биться,я стал лихорадочно жать эту же красную кнопку...реактор гудел все сильнее,я жал все кнопки подрят,но это не помогало,вокруг стало все шуметь и гудеть...меня на мгновение одолело желание оказаться посреди какого-нибудь поля и наслаждаться тишиной и спокойствием.

Я бегу сломя голову к выходу ,вот он ,и зачем я нажал эту чертову кнопку?Атомная станция жутко шумела,это наводило на меня сильнейший ужас.Я на улице,бегу прочь от станции,но чувствую меня это не спасет.Уже отбежал метров на сорок,а шум все усиливается...бегу не оглядываясь...какой то сильный шум похожий на взрыв... вокруг становится светло как днем...я теряю силы...падаю...в глазах темнеет...я куда-то улетаю.


"Dark_Kiba"

Мамины Бусы

Он искал Мамины бусы. Ходка за ходкой, он уходил и возвращался, только если доставал нитку этого артефакта. Большие или маленькие не имело значения. Он исходил в доль и поперек Янтарь , Болота, Свалку и Темную Долину, он был в Могильнике и доходил до самого Ржавого Леса. Бусы он перекупал у бродяг и скупщиков. Возвращаясь с ходки он заходил в бар, не торгуясь сдавал все артефакты, все кроме тех самых, что небольшой закрученной спиралью с мелкими и крупными жемчужинами, переливаясь серебром и синеватым перламутром, лежали на дне его котомки. Он всегда просил налить ему на четыре пальца водки в стакан, всегда покупал плитку почти безвкусного шоколада, уходил на большую землю. Мало кто знал, что недалеко от Зоны в небольшом городке где почти все мужчины зарабатывали своим здоровьем и жизнью за периметром, в госпитале, С обшарпанной краской и облупившимися потолками его ждет 12-ти летний мальчишка. Сын перед которым он был виноват с самого рождения. Ведь если бы не он, если бы не стремление получить выслугу или орден, тогда в далеком сейчас 86. Если бы он только знал тогда, когда добровольцем ехал на ликвидацию первого взрыва, что за его ошибку будет платить ребенок, ЕГО сын. Егор…

Егор улыбался, вскочив с больничной койки, кинулся в объятья, вдыхая знакомый запах костра и машинного масла, которым пропахла кожанка отца. «Мой папка не пьяница, и не мутант!!! Мой Папка - Сталкер!» Гордо заявлял мальчишка глупым девчонкам, что дразнили его. Он знал, что Папка придет и принесет то что поможет ему прожить лишний месяц, такой короткой жизни. Жизни ребенка, клетки которого умирают от рака.

Сталкер открыл котомку и сжав в ладони спиральку бус положил её в карман пижамной курточки Егора. Мальчик сразу задышал ровнее, время для его щуплого, болезненного тела остановилось. Отец протянул ему маленький шелковый мешочек, с запасом из трех спиралек. Мальчик положил его на край кровати и улыбнулся. Протянул ладошку, в нее сталкер вложил плитку, купленную в баре. От обертки пахло табаком и водкой, но Егор любил именно этот шоколад – он от папы.

Иногда мальчик задумывался, почему он родился таким, а не соседский мальчишка Славка? Почему умерла его мама, и теперь теплый артефакт, с названием греющим сердце, помогает ему жить. «Мать хранит тебя сынок, бог нас простит» Говаривал в такие дни отец, прижимая его голову к своей груди.

Она была ранена и голодна, ее ждали щенки. Старая матерая чернобыльская сука поджидала на тропе. Приметив псевдоплоть копошащуюся в кустах, она навела морок. Видимо плоти померещился одинокий двуногий. Она проблеяла хриплым своим голоском, что-то на речи этих опасных тварей. Пока плоть заманивала морок в кусты, Сука одним ударом лапы перебила ей хребет. Хитиновые копытца взбрыкнули и плоть затихла. Зеленоватая кровь оставила след на траве, а сука потащила к своей лежке матировавшее создание.

Сука щерилась, лежала в кустах и в душе её разливалась безысходность. Она убивала, что бы прокормить себя и щенков, они же без причины почти в упор расстреляли её щенков. Большой помет, четверо бы выжили наверняка… три месяца она носила в себе их, еще пол года вскармливала. И теперь пришли они и стали решать. Кому жить а кому умирать. Так умрут они, все, не сейчас, спустя годы…

Следующий помет щенков Сука травила на людей. Окрепшие двух годовалые Чернобыльцы собирали стаи слепцов, все больше и больше. Начинали травить, загонять одиночек, тех людей что шли уже домой мечтая о еде и деньгах. Псы бесновались, убивали даже если не хотели жрать. Слепцы были прожорливы, а Чернобыльцы злы.

Сука вела свою стаю следом за одиночкой, по Темной Долине. Он шел смотря под ноги, искал что-то. Слепцы окружили его, бросались и по одному и сворой, он отстреливался. Менял рожки в АКМе и снова стрелял, с остервенением дрался за свою жизнь. Она проникла в его сознание, пытаясь подавить волю к жизни, но не смогла.

Распахнув большие глаза на неё смотрел щуплый, маленький детеныш сталкера, детеныш умирал. Она инстинктивно почуяла артефакт, что замедляет его смерть, и боль в этих глазах напомнила судороги её умирающих щенков. Сука взвыла на одной протяжной ноте, ей вторили слепцы.

Собаки ушли. Сталкер брел к периметру, в подсумке лежал артефакт, он торопился - Егор умирал. В спешке он не замечал, что за ним в темноте идут мародеры. Четверо. Когда он заметил их - было уже поздно.

В Баре ходит байка, как зомбак - бывший сталкер пришел на кордон с артефактом, и начертив адрес на клочке бумаги просил сталкеров передать туда «мамины бусы». Вот только сталкеры вернувшиеся из госпиталя с клочка бумаги рассказали, что там лежал мальчишка, но умер от рака не дождавшись помощи.

Действие этого неизвестного человека привели к очередной экологической катастрофе.Со взрывом трех оставшихся реакторов радиация в огромных количествах распространилась по всей земле.Виновник этого погиб через минуту после взрыва,от сильнейшего излучения.Около пяти миллиардов людей погибли.Оставшиеся люди пытаются выжыть,но все тщетно:с каждым днем все больше жертв.Все виды животных уже умерли.Одна оплошность и последующие действия не остановить.Человечество само виновато в своей гибели.


Скородумов Василий

Сон сталкера

Я шёл к Монолиту. Шёл от безысходности. Хотел, чтобы этот кусок камня (а иначе и не назовёшь) исполнил моё желание.

Я очень жалею, что пошёл в Зону. Ничего, кроме горя и несчастий она мне не принесла. Я здесь уже довольно долго. Сколько – не помню. Но долго.

За всё это время не нашёл я в Зоне для себя счастья. Вообще. У меня было много друзей. Было. Все они погибли самым ужасным образом. Кого-то порвали на части мутанты, кого-то убила аномалия. Многих моих друзей пристрелили в стычках с бандитами или монолитовцами. А Кота и Ракету во сне прирезал их приятель, чтобы забрать их хабар.

А я до сих пор жив. Уж не знаю, зачем Чёрный Сталкер меня бережёт. Но раз так дело пошло, значит, я ему для чего-то нужен.

Меня отвергают торговцы. Те артефакты, что я им приношу, видите ли, не представляют для них никакого интереса. Но не могу я, не могу найти бирюльки большей стоимости. Так же, как человек не может увидеть собственными глазами свой затылок. С артефактами мне не везёт, но разве я в этом виноват?

Говорят, что Монолит исполняет самое сокровенное желание того, кто сможет до него дойти, но как-то неправильно, через одно место. Юрий Семецкий, к примеру, хотел быть известным на всю Зону. Монолит исполнил его желание. В итоге он вынужден по нескольку раз на дню умирать. Зато все его знают, ежедневно каждому сталкеру на ПДА приходит сообщение о его смерти. Болотный Доктор тоже стал жертвой Монолита, но, похоже, он единственный, кто остался доволен исполненным желанием. Теперь он лучший врачеватель в Зоне. Его хлебом не корми, дай кого-нибудь попрепарировать.

Но мне плевать жёваной морковкой. Может, я и не дойду до Монолита. Одному Диме Шухову известна моя судьба. А если и дойду, то пожелаю, чтобы этот кусок камня отправил меня домой, в Хабаровск.

Я иду как зомби. Весь погружен в свои мысли. Мой автомат опущен, глаза неотрывно смотрят на землю, ноги еле волочатся. Вероятно, поэтому никто из мутантов не обращает на меня внимания, потому что я похож на зомби.

Где-то неподалёку послышался рёв. Или рык, не важно. Важно, что звук доносился в нескольких метрах от меня. Чёрт бы всех побрал!

Я положил палец на спусковой крючок. Сейчас мне придётся туго, очень туго. Это не мертвяк какой-нибудь безмозглый, это кто-то более крупный и опасный.

Я повернулся. О, только не это! Передо мной, всего в пяти метрах, стояла химера. Она злобно смотрела на меня, но в то же время глаза её шаловливо бегали по мне.

Нападать она не торопилась. И я даже не знал, радоваться этому или нет. Я судорожно теребил автомат, раздумывая, стоит ли стрелять. Бессмысленно это было. В высшей степени бессмысленно. Только я нажму на спуск, химера прыгнет на меня и всё. Кранты! Хана! Задница! И так далее и тому подобное. Мне в любом случае крышка!

Химера подошла поближе. Ноги у меня нервно подрагивали, руки ходили ходуном, как на шарнирах. Несмотря на довольно прохладную погоду с меня ручьями катил пот. Что же со мной будет?

Химера ритмично фыркала. Я, не отрываясь, смотрел на неё. Вдруг она нападёт на меня.… Хотя что я могу? Проще остановить движущийся поезд, чем бороться один на один с химерой.

Время шло, но ничего не происходило. Это сводило меня с ума. Блин, поскорее бы она меня убила. Или ушла.

Сил моих больше нет!

Я вдавил спусковой крючок до упора. Одновременно с первой вылетевшей из ствола пулей в воздух взметнулась химера. Она навалилась на меня своей двухсоткилограммовой тушей и поднесла свои огромные зубы к моему лицу.

Я закричал…

Я проснулся. Рывком сел. Осмотрелся.

Будь оно всё неладно. Это всего лишь сон? Похоже на то.

За горизонтом показался самый краешек солнца, но пока было темно.

Я лёг. Но снова заснуть не удавалось. Что-то не давало мне покоя.

Я опять встал. На сей раз, на ноги. Прислушался. Тишина. Странно.

И тут краем глаза я заметил между двух высоких сосен два красных огонька. Но что это?

Огоньки приблизились. Я понял, что это глаза. Глаза химеры.

Опять сплю? Я ущипнул себя за руку. Больно. Значит, не сплю.

Я лёг обратно в свой спальный мешок. И стал ждать. Будь что будет. Мне уже всё равно.


Никита "Шут" Мищенко

Когда хочеться кушать

Бомжей в Зоне не любили – это Федяй понял после того, как его согнала с насиженного места стая слепых собак. Хотя насчёт места Федяй не особо беспокоился – найдёт новое. Бомж он, в конце концов, или нет? Сейчас его волновало совсем другое.

Федяй хотел кушать. Нет, даже не так. Федяй хотел жрать. Понимая, что остатков мухоморов, найденных на кокой-то радиоактивной свалке, не хватит на приличный завтрак, Федяй по привычке поплёлся к первому попавшемуся бару. Им оказалось «На горбу у снорка» - ужаснейшее заведение даже по меркам Зоны, где пулю в лоб можно было получить быстрее, чем дождаться своего заказа.

Федяй деловито постучал в дверь черного входа. Ему открыл бармен – рослый толстоватый мужичок с проплешинами на голове и выражением вечной нирваны на лице.

-Мне бы хлебушка… - с жалостью и одновременно требовательностью протянул Федяй.

Бармен улыбнулся.

-Сегодня хлебушка, завтра колбаски, а послезавтра и до шампанского дело дойдёт. Нет, знаем мы вашего брата. Шёл бы ты отсюда, пока мои ребята тебя не заметили.

Федяй развернулся и хмуро пошёл назад.

-Стой! – вдруг выкрикнул бармен – подожди! Я сегодня добрый. Заходи.

Федяй юркнул в помещение и тут же ощутил, как по ногам потекло что-то тёплое.

-Обосцался! – догадался бармен по довольному лицу Федяя – потерпеть не мог, что ли?

Они прошли к стойке. Бармен торжественно вручил удивлённому Федяю именной «ПММ» с надписью на прикладе «I love Гиленжик».

-Вот – он указал на полку со спиртными напитками – тир, мать его. Попадешь хотя бы три раза – я тебе вместе с хлебушком водки налью. За счёт заведения.

Федяй обхватил двумя руками пистолет, прищурил один глаз и выстрелил.

Меткостью Федяй не отличался – особенно это было видно в его телодвижениях перед унитазом. Пуля, пролетев под углов в 900 градусов, отрекошетила от стены и попала бармену точно в шею.

-Что ж ты, паразит, делаешь? – взвизгнул он.

Но самое страшное уже произошло. Федяя затянуло.

Следующий патрон застрял прямо в стволе пистолета, который после этого выскочил из рук Федяя и взорвался в воздухе, образовав в потолке дыру, по размерам не уступающей кратеру вулкана.

Народ в баре недовольно вздохнул – такое зрелище закончилось. Однако тут же из глубины бара к Федяю подошёл высокий, худой сталкер в сером капюшоне, и со словами «Используй это», вручил Федяю гранату. Бармен по-девичьи завизжал, поняв, что сейчас будет. Но было уже поздно. Федяй, вынув чеку и предварительно спрятав её в карман (авось пригодиться), размахнулся и отпустил гранату. Она пролетела несколько метров, и приземлилось рядом с красным баллоном…

От взрыва половину бара снесло окончательно, а вторая половина улетела в неизвестном направлении.

-Да, не солода хлебав – подумал Федяй и отправился по своим делам.


27.09.2009г.


Никита "Шут" Мищенко

Game over

Андрей зубами вскрыл банку с тушенкой, и руками начал доставать оттуда мясной фарш.

-Забавны ты – искренне улыбнулась Лена – откуда только взялся?

Андрей не обращал на неё внимания, продолжая самозабвенно поглощать завтрак Лены.

-Эй! – она щёлкнула пальцами перед его лицом – откуда ты?

-Откуда, откуда…от верблюда – не отрываясь от тушёнки, скороговоркой ответил Андрей.

-Действительно забавный – Лена порылась в рюкзаке – колбасы хочешь?

Пока Андрей ел батон колбасы прямо с пищевой плёнкой, Лена попыталась пригладить взъерошенные волосы у него на голове. Но при приближений её руки он отпрянул и угрожающе зарычал.

-Не веди себя так! – возмутилась Лена – мне становится страшно! И вообще, тебе нужно в наш бар – вот где наешься до отвала.

Когда с припасами Лены было покончено, она встала, закинула на плечи рюкзак и поманила Андрея.

-Пошли.

Он тоже встал, но потом передумал и побежал за Леной на четвереньках.

Через несколько километров Андрей вдруг остановился перед абсолютно чистым куском дороги и побежал по обходному пути. Удивлённая Лена пожала плечами и пошла дальше. Через десяток метров её датчик заверещал как сумасшедший.

-Боже мой! Новый аномальный очаг! – про себя ужаснулась Лена – если бы не он, меня бы уже давно не было!

И побежала догонять Андрея.

Ещё через несколько километров они наткнулись на довольно внушительную стаю слепых собак – особей 30, не меньше. Лена ещё не успела расчехлить снайперскую винтовку, как Андрей оскалился и с нечеловеческим криком ринулся в толпу. Испуганные звери разбежались кто куда.

-И снова он спас наши жизни – про себя отметила Лена.

Когда они добрались до бара, Лена уже готова была отдаться незнакомцу без лишних препираний.

-Ребята, я тут встретила одного странного парня – начала представлять Андрея всем собравшимся в баре Лена – он конечно, реально чудной. Но он дважды спас мне жизнь, так что проявите хотя бы капельку терпения и уважения. Ладно?

Все закивали головами, и счастливая Лена позвала Андрея.

-Заходи, пожалуйста!

Андрей зашёл, диковато озираясь на людей и обустройство бара.

-Андрей! – внезапно вскочил со стула один из матёрых сталкеров – Андрюха! Это ты! Господи, как же мы все волновались!

Андрей внимательно вгляделся в лицо старого знакомого, но после этого отошёл подальше.

-Я вас не знаю.

-Ну, как не знаешь? – удивился ветеран – это же я. Алексей. Саша. Бобл. Неужели не помнишь?

Андрей молчал, испугавшись ещё больше.

-Тут же все свои – обвёл рукой бар Алексей – Вася Орехов, Саша Калугин, Дима Янковский. Иди к нам, мужик, выпьем за твоё возвращение.

При приближений Алексея Андрей молниеносно достал пистолет.

-Не подходите. Я вас не знаю.

-Андрей, ты чего?

-Не подходите!!!

Он выстрелил в потолок.

-Совсем, бедный, скатился – прошептал Алексей – ребят, надо отобрать у него пистолет. А то ведь понаделает долов.

-Не подходите – повторил Андрей – это последнее предупреждение.

Когда к нему сзади подошёл охранник, он огрел его прикладом по голове и, развернувшись, выстрелил в Алексея.

-Что ж ты делаешь… - простонал Бобл и замертво упал на пол бара.

В последующие пару минут Андрей перестрелял весь бар, включая бармена.

-Андрей… - заплаканная Лена прижалась к стене – ты же не убьешь меня, правда?

Андрей молча наставил на неё пистолет и нажал на курок. Потом выкинул пушку, сел посреди окровавленной комнаты и, подобно китайскому болванчику, начал качаться взад-вперёд…

***

Главный редактор «Эксмо» сидел в своём кабинете и игрался на ноутбуке. Внезапно ему пзвонили. Не отрываясь от S.T.A.L.K.E.R.-а, он поднял трубку.

-Да, слушаю…кто?...где?...понятно, спасибо.

Не поставив игру на паузу, он вызвал своего заместителя.

Бледный паренёк осторожно постучался и буквально просочился сквозь дверь.

-Объясни, мне, пожалуйста, Митя, какого хрена в баре «100 рентген» нашли 16 трупов и слетевшего с катушек Андрея? А?

-Дело в том, что господин Левицкий в поисках сюжета для новой книги снова пошёл в Зону без соответствующего снаряжения. И, видимо, чересчур глубоко вошёл в образ.

-Чересчур глубоко, да? Завалил всех ведущих авторов серии – это называется «чересчур глубоко»?

-Извините.

-Иди уже.

Редактор перевёл взгляд на экран монитора. Game over.

-Чёрт! – стукнул кулаком об стол главный редактор – надо было сохраниться…


31.10.2009г.


Никита "Шут" Мищенко

Объект XY

-Где ты его нашёл?

-Возле лагеря учёных, на Янтаре.

-Выбросили? Думаешь, неудачный эксперимент? На урода не похож.

-Может, спросить его самого?

-Дельная мысль, надеюсь, ему не отшибло память…стой!

-Что?

-А вдруг он агрессивный?

-Сейчас узнаем…

Поток ледяной воды мгновенно привёл в движение все процессы в моём организме.

-Эй – надо мной склонился мужчина в самодельном костюме из крупной грубой ткани, лицо скрыто противогазом – говорить умеешь?

Я открыл рот и почувствовал неприятное жжение в области горла.

-Воды – сказал второй находившийся в комнате человек – принеси ему воды.

Он тоже был в костюме, по структуре напоминающий специализированный бронежилет военного назначения. Стрижка короткая, волосы каштановые. Глаза голубые, узкие. Нос выпуклый, «картошкой».

Чуть тепловатая жидкость попала в мой рот, от неожиданности я поперхнулся.

-Он ещё и глотать не умеет – сделал вывод человек в противогазе.

-Ничего – ответил ему напарник – в нашем деле это не главное.

-Ты серьёзно? – в голосе мужчины в противогазе чувствовалась тревога.

Напарник улыбнулся.

-Более чем.

-Но ему нужна подготовка!

-Почему-то мне кажется – продолжил напарник – что он уже давно готов.

Я не понимал, о чём говорят эти люди, но я вдруг отчётливо понял, что скоро меня ждёт настоящая проверка на прочность…

***

-Ты уверен, что его можно выпускать во так – голым?

-Ну почему голым – в одежде.

Непривычно громкий писк будильника заставил меня вскочить с кровати, прикрыв уши руками.

-Вот это реакция – искренне удивился мужчина в самодельном комбинезоне – держи.

Я осушил стакан в считанные секунды. Мужчина улыбнулся. Сегодня он был без противогаза – длинные, тёмные волосы падали на лицо, закрывая тёмно зелёные глаза. Нос продолговатый, с горбинкой. На подбородке проявлялась многонедельная щетина.

-Вот – он достал предмет невиданной ранее мне формы, но явно полумеханической конструкции – это пистолет. Его нужно взять в руку и нажать на курок. Взять в руку и нажать на курок. Понимаешь?

Он опустил палец на крючок, и предмет глухо громыхнул. Я вздрогнул.

Мужчина повернулся к напарнику.

-По-моему, он не врубается.

Тот только кивнул.

-Давай дальше по списку.

-Это граната…

Внезапно я повернул голову в сторону стола, откуда мужчина брал странные предметы, и только одна вещь привлекла моё внимание.

Я осторожно дотронулся до блестящего лезвия. Даже через холодную сталь я ощутил упругость и одновременно прочность предмета. К тому же, он был чертовски острым.

-Кажется, ему нравиться нож – хмыкнул мужчина в бронежилете.

Я взял нож в руку, положил его рукоять себе на ладонь. Потом сжал её. Это было непередаваемое чувство. Чувство единения, чувство гармонии. Я слился с ножом в одно целое. Мы были созданы друг для друга. Я резко взмахнул им. Ровное, с зазубренными лезвие с изяществом и напором плавно рассекло воздух. И я почувствовал мощь. Мощь, исходящую от этого предмета. Как будто эта мощь всё это время ждала. Ждала, когда её выпустят на свободу.

Мужчина в комбинезоне присвистнул.

-Я же говорил – добавил напарник – что он уже многое умеет.

-Это всё равно не повод посылать его на верную гибель.

-Бой начнется через минуту. У тебя есть другие кандидаты?

Мужчина в комбинезоне нервно прикусил губу.

-Ну, нельзя так с человеком…

-Есть два варианта, Спайки. Или он сейчас выходит и умирает как мужчина, или нам придется его просто усыпить. Да, не гуманно, зато эффективно. Выбирай, пацифист ты наш несчастный.

Спайки махнул рукой.

-Делай что хочешь.

Мужчина в бронежилете хлопнул в ладоши.

-Вот и ладненько. Пошли, будущий герой.

Он подхватил меня за руку, и мы зашагали по тёмному коридору.

-Арни!

Арни обернулся.

-Чего?

-Пообещай мне, что мы похороним его достойно.

Арни посмотрел мне в глаза.

-Ну что, чемпион, готов умереть?

Он и не представлял, что его слова окажутся пророческими…

***

Большой, нет, огромный зал был заставлен невероятных размеров ящиками, в которых я мог запросто поместиться в полный рост. С обеих сторон висели аналоги театральных балконов, с которых толпы людей что-то скандировали.

-Ну, приятель – Арни хлопнул меня по плечу и вручил в руку пистолет – удачи. Надеюсь, ты умеешь им пользоваться.

И я сделал первые шаги по Арене. В следующую секунду зал заполнил устрашающий голос.

-Только сегодня и только сейчас! Два новых куска мяса! Они готовы перегрызть друг другу глотки для ВАШЕГО удовольствия! Кто из них прожариться до корочки, а кто сгорит на углях? Сейчас мы это выясним!

Решётка за моей спиной со скрежетом опустилась, и я понял, чего от меня ждут зрители, Спайки и Арни. Это бойня. Схватка на выживание. Или я одолею своего соперника, или он меня. Третьего не дано. Но где он, мой соперник? Внезапно моё сознание взорвалось снопом ярких искр, и я увидел его – на противоположном конце зала перебирал с ноги на ногу молодой парень в лёгкой кожаной ветровке, на лице чёрная маска с прорезями для глаз и рта. В его руке был пистолет. В моей тоже. Я посмотрел на свою руку, сжимавшею бесполезный кусок металла. Бесполезный кусок металла. Пистолет полетел на пыльный пол, и я, вооружившись ножом, побежал. Пробежал я довольно быстро, учитывая, что делал я это впервые. Увидев меня, парень открыл огонь из пистолета. Но каждый раз промахивался. Куски свинца, вылетавшие из затвора, летели на удивление медленно, и я без труда уворачиваясь, пошёл на сближение. Пока парень судорожно копался в кармане, я с непонятно откуда взявшимся диким криком прыгнул и попал ножом ему прямо в плечо. Брызнула кровь, и мой соперник свалился с ног. Я обхватил нож обеими руками и поднял над головой. Парень, схватившись за рану, начал отползать. В его глазах читался страх. Первобытный страх, который испытывали первые люди перед огнём, перед громом и молнией. Но нужно ли мне заканчивать дело? Я прислушался. Мнение народа было однозначным.

-Добей его! Добей его! Добей его!

Нужно ли мне их слушать? Или оставить врага в живых? Я стоял в нерешительности. И тут я услышал прорывающийся сквозь рёв толпы крик Арни.

-Давай, парень! Сделай это для меня!

Мною охватила звериная ярость. Я ДОЛЖЕН это сделать. Оскалившись, я сделал шаг вперёд и рассёк ножом воздух. На пол откатилась голова моего соперника. Через секунду моё сознание снова взорвалось снопом искр и я потерял сознание. Последнее, что я слышал, были пьянящие крики зрителей…

***

Очнулся я на больничной кушетке. Надо мной склонился мужчина в белом халате. Он открыл мне веко правого глаза и посветил туда. Потом сделал это с левым.

-Что я могу вам сказать – доктор повернулся к Спайки - физически он в полном порядке, но, следуя результатам диаграммы мозговой активности, создается впечатление, что он пережил одновременно с десяток инфарктов.

-Что это? И насколько это опасно?

-Что это, определить пока сложно. Но при этом эффект абсолютно безобиден, разве что может повредить психику больного.

-Спасибо, док.

-Сочтёмся.

-Непременно.

Доктор отошёл от кушетки, и Спайки склонился надо мной.

-Ну, ты как?

Я молчал, не понимая, чем обеспечил себе подобное внимание.

-Обиделся? Ну и правильно. Не стоило тебя пускать. Но ты выиграл и…если честно, я этого вообще не ожидал.

-Эй, вы только посмотрите, кто тут у нас – в комнату вошёл Арни – мистер «Не подходите, а то укушу». Неплохо выступил, правда?

Спайки повернулся к нему и сердито насупился.

-Это был риск.

-Но он окупился. С лихвой! О нём теперь знают все. Кстати, мы до сих пор не придумали ему имя.

-Ты хочешь, что бы он продолжил?

-А почему бы и нет? Уверен, он найдёт своё место. А насчёт имени… - он посмотрел на меня – будешь Дикарём.

Спайки хмыкнул.

***

Я стоял перед выходом на Арену и через решётку впитывал тот восторг, который испытывали люди перед новой битвой.

-Задача ясна? – ко мне подошёл Арни.

Я кивнул.

-Молодец. Повторяю – уничтожь соперника любым доступным способом. Этот уже не тот сопляк из первого боя, так что смотри в оба.

-А он вооружен тем же, чем и предыдущий?

-А…э…конечно – Арни похлопал меня по плечу – не парься, парень. Выйди и покажи всем, какой ты.

Я кивнул и выбежал на Арену под оглушительный рёв толпы. Прозвучал уже знакомый мне голос.

-Эти бойцы уже прошли отборочный тур! Теперь они решат между собой, кто из них пройдёт дальше, а кто навсегда останется лежать на этом полу! Вы готовы? Тогда мы начинаем!

Я привычными движениями добежал до ящиков и выскочил оттуда с ножом наперевес. И тут случилось то, что повергло меня в шок. Мой соперник вытащил из-за спины устройство, похожее на пистолет, но превосходящее его по габаритам и длине. И пока я стоял в оцепенений, противник воспользовался паузой и изрешетил мою грудь быстрой очередью. Но я не испытал боль. Через несколько секунд пули вышли из моего тела и звонко попадали на пол. Соперник, поняв, что ему сейчас светит, бросил оружие и кинулся бежать. Но я настигнул его одним прыжком и перерезал горло. Противник, корчась, сполз на пол, орошая всё вокруг кровью…

***

Я сидел на своей кровати, обхватив голову руками. В комнату вошёл Спайки.

-Думаю, глупо спрашивать, как ты.

-Скажите – вы тоже знали, что у него была «Гадюка»?

Спайки замялся.

-Прости меня…

-Знали?

Спайки кивнул.

Я опустил голову. В груди ныло. Но не из-за пуль. Меня волновал только один вопрос – что я такое, чёрт подери?

***

-Я его не пущу. Только через мой труп.

-Не дури. Первые бои были действительно котом в мешке, но теперь я уверен на 100% - он сможет.

-Всё равно не пущу.

-Выручку напополам.

-Пошёл ты!

Ко мне в комнату зашли Спайки и Арни.

-Сегодня большой день, парень – бодрым голосом поведал Арни – сегодня последний бой. За звание чемпиона!

Я посмотрел на Спайки. Он втянул голову в шею. Видимо, он не разделял оптимизма Арни.

-Подумай – продолжал Арни – если ты выиграешь, мы отпустим тебя. Ты станешь свободным. А? Что скажешь?

Я снова посмотрел на Спайки. Он отвернулся, смотря через окно на проплывающие по небу облака.

-Я готов.

-Прекрасно! – Арни хлопнул в ладоши – Замечательно! Идём, подробности расскажу по дороге.

Я в последний раз взглянул на Спайки. Он продолжал смотреть в окно. На щеке блестела слеза…

***

Последний бой казался не самым лёгким. Матёрый сталкер, в «экзоскелете», с ФМ-2000М наперевес.

-Ты главное, не нервничай – подбадривал меня Арни – и не спускай с него глаз.

Спайки на последний бой не пришёл.

-Давай, парень – крикнул мне в вдогонку Арни – я поставил на тебя кругленькую сумму. Не подведи!

Я в последний раз выбежал на Арену под неистовую гогомонию зрителей, которые меня уже знали и любили.

-Сегодня! Битва за звание чемпиона! Встречайте – действующий чемпион Арены, легендарный Ахиллес! И! Тот, кого вы поддерживали весь сезон! Неподражаемый Дикарь! Кто из них навсегда останется в наших сердцах? Кто из них ЛУЧШИЙ? Давайте проверим это!

Я ожидал привычного снопа искр, но ничего не произошло. Неужели доктор меня вылечил? Или костюм Ахиллеса блокирует мои способности? Не было времени думать. Я присел на корточки и осторожно, стремительными рывками добежал до ящиков. Выглянув, я заметил его. Он стоял ко мне спиной, водя по пространству прицелом винтовки. Глупец. Он даже не узнает, кто его сразил. Бесшумно я встал у него за спиной, одним движением снял шлем и, приложив нож к горлу, полоснул лезвием по тёплой плоти. Но ничего не случилось. Не было крови. Не было предсмертного хрипа. Улыбнувшись во весь рот, Ахиллес развернулся и пальнул в меня из подствольного гранатомета. Меня отшвырнуло на несколько метров, но я быстро встал, а рана на груди покрылась новой кожей за несколько секунд. С минуту мы стояли и смотрели друг другу в глаза, не способные сказать ни слово. Наконец, опомнившийся Ахиллес еле слышно пробурчал «Брат» и, вынув пистолет 50 калибра, выстрелил себе в висок…

***

Я сидел и смотрел на пухлую пачку зелёных бумажек, которые принёс мне Арни. Он сказал, что это деньги. И что они пригодятся мне. Там, на свободе.

Я сидел и смотрел в потолок. Вот и всё. Ровно месяц кровопролитных сражений – и я имею право идти куда захочу. Но куда мне идти? К кому мне идти? Есть ли у меня родные люди – там, за пределами Арены?

Внезапно голова загудела, сознание взорвалось на миллионы частичек, и я окунулся в глубокое беспамятство.

***

Очнулся я на больничной кушетке. Но это был не лазарет. Я попытался встать, но ни один из членов не желал двигаться. Ко мне подошёл человек в белом халате, с закрытым марлевой повязкой ртом.

-Ну, вот и всё – сказал он ласковым голосом – нам пора прощаться. Не забывай нас. И не шали.

-Всё готово к транспортировке – сказал ему молодой парень в такой же одежде.

-Отлично – ответил ему мужчина уже более серьёзным тоном – тогда приступайте.

-Сэр – парень замялся – вы верите в успех?

-Я верю не в успех – ответил он – я веру в него.

-Но ведь объект XX…

-Объект ХХ просто вышел из-под контроля! Я полностью уверен, что объект XY оправдает все возложенные на него надежды. А теперь вкалывайте снотворное.

Парень подошёл ко мне и ввёл в вену прозрачное вещество. Всё вокруг постепенно затянуло густым туманом, и погрузился в сон…

***

Очнулся я уже на своей кровати. Слава богу, это был сон. Или отпечаток прошлого? Кто были эти люди? Что они значат в моей жизни? И если я объект XY, тогда кто такой объект XX? Моя судьба скрывала от меня множество загадок. Но я никогда не узнаю ответа на них. Я стал чемпионом. Мне незачем больше жить. Я приставил к виску пистолет Ахиллеса и нажал на курок…

***

Седоволосый мужчина в белом докторском халате сидел за небольшим столом и пил кофе, смотря на график работы лаборатории, висевший на стене. В столовую зашёл молодой парень в точно таком же халате.

-Господин Сахаров – прокашлявшись, сказал он – объект XS готов к транспортировке.

-Отлично, Круглов – он поставил чашку с кофе и поднялся из-за стола – вкалывайте снотворное…


30.10.2009г.


Никита "Шут" Мищенко

У костра

Впервые Колдун злился на не кого-нибудь, а на себя. До ближайшего лагеря клана топать ещё километра два. При этом темно – как у негра в пятой точке. Это же надо было так засидеться в баре…

Болота – Колдун их никогда не любил. Высокие камыши, мутная хлюпающая вода…

-Всё – нужно сделать привал – устало подумал Колдун – иначе окочурюсь. Но где? Вокруг не было ни одного места, хоть сколько-нибудь внушающего доверие.…Хотя подождите. Костёр? Колдун сморгнул, посмотрел ещё раз. Нет, не показалось. Маленький оазис посреди океана мрака…Колдун даже не подумал, что это может быть чьей-то ловушкой.

-Зона дала – значит, так надо – успокоил он себя. Но, приблизившись к костру, он внезапно различил три размытые фигуры. Трое мужчин. Трое сталкеров. Хотя свет от костра не был достаточно ярким, он сумел различить некоторые черты на каждом лице. У одного лицо было бледное, вытянутое. Да и сам он был высоким и довольно крепкого телосложения. У другого на месте глаз были узкие щёлочки, как у жителей страны Восходящего Солнца. Лицо третьего наполовину было скрыто маской – только хищные глаза выглядывали из-под капюшона. Колдун сразу разделил их на Большого, Японца и Угрюмого.

-Садись, хлопчик – пригласил его сесть на землю Японец – в ногах правды нет.

-Да и смысла тоже – добавил Большой, и оба незнакомца засмеялись. Только Угрюмый продолжал неподвижно сидеть, укутавшись в свой плащ.

Колдуну стало не по себе, и он уже хотел незаметно уйти, но его остановил неожиданный вопрос Японца.

-А как тебя звать, хлопчик?

-Колдун – ответил сталкер, сглотнув ком в горле.

Японец улыбнулся.

-Кто же тебе прозвище такое смешное придумал – Колдун?

-И не смешное оно – осмелев, возразил Колдун.

Японец снова улыбнулся.

-А какое тогда?

-Устрашающее…

Улыбка вмиг пропала с лица собеседника – как будто кто-то взял ластик и стёр её.

-Я ведь знаю, о чём ты думаешь, Колдун…

Сталкера обдало холодным потом – неужели наткнулся на мутантов?

Он уже потянулся к кобуре с пистолетом, как Японец продолжил.

-О Монолите ты думаешь – холодно сказал он – часто думаешь…

-Я знаю, что вы сейчас скажете – не убирая руку с кобуры, жарко ответил ему Колдун – что все это выдумки, и что никакого Монолита не существует…но…

-Но…

-Но я верю! – чуть не достав пистолет, выкрикнул Колдун – и никто не заставит меня в этом усомниться!

Японец попытался улыбнуться – вышла скорее кривая ухмылка.

-Да я и не собирался,…а зачем ты тогда Зону топчешь маленькими своими ножками? Чего ты хочешь?

-Новую машину… - не подумав, ответил Колдун.

-А у кого-то, может, мать тяжело больна – деньги на операцию позарез нужны. Может, кто-то обещал сына или дочку в Диснейленд свозить, или что там у них, в Америке этой, грёбаной. А у тебя – машина. Ну, сядешь ты однажды за нёё пьяным за руль, расколошматишь об ближайший столб. А мать та выздоровеет и проживёт, дай бог, ещё лет двадцать, а ребёнок запомнит поездку на всю оставшуюся жизнь. И может впоследствии станет он наркоманом или банки пойдёт грабить – зато одно яркое детское воспоминание навсегда закрепится в голове. А ты говоришь – машина…

-Вы кто такие? – от нервов у Колдуна ходуном заходило левое веко – вы чего тут сидите?

Он выхватил пистолет и направил на Японца, одновременно следя за остальными.

-Нажрались и философствуете? – дрожащим голосом говорил Колдун – а может, вы, того, контролёры переодетые? Я слышал, они даже разговаривать умеют. Вот только меня вы не получите. Не получите!

Колдун выстрелил в Японца и побежал – только пятки сверкали.

Сталкер вытащил пулю из плеча, хмыкнул и выкинул в кусты.

-Как думаешь, Стрелок, готов парень к Монолиту?

Его товарищ пожал плечами и подкинул в костёр сухую ветку.

-Понятие не имею, Призрак. У таких, как он, два пути – или в виде зомби ходить по Янтарю, или лежать ничком в ближайшей аномалий. Не достойны такие Монолита.

-А ты как думаешь, Клык? – обратился Призрак к третьему сидящему у костра.

Клык потеплее укутался в плащ и еле слышно проронил:

-Пусть всё идет, как идёт. Кто мы такие, чтобы решать чью-то судьбу?

Призрак лёг на землю и засунул в рот травинку:

-Пусть будет по-твоему.

И троица вместе с костром растворилась в предрассветном тумане.


4.11.2009г.


Никита "Шут" Мищенко

Считай до десяти

Лесник сидел возле своего дома и самозабвенно прочищал своё ружьё. В этот момент из ближайших кустов вышел Пипец, и, деловито отряхиваясь, пошёл дальше.

-Стой! Кто идёт? – сплёвывая, осведомился Лесник.

-Пипец – ответил Пипец.

-Откуда?

-От верблюда.

-Не водятся у нас верблюды – Лесник поднял ружьё.

-Опусти волыну, старый! – Пипец округлил глаза и поднял руки – а то от инфаркта копыта откинешь!

-Говори - откуда пришёл, а то хуже будет – прищурившись, потребовал Лесник.

-Из леса я – выдохнув, пояснил Пипец – Рыжего.

-Свистишь! – усмехнулся Лесник – уже как полгода леска нет. Вырубили.

-Кто? – искренне удивился Пипец.

-Кому надо, тот и вырубил – прошептал Лесник – а ты говори, говори, у меня ружьё под боком.

-Старый – Пипец замахал головой – не убивай меня. Пригожусь я тебе.

-Это ещё как?

-Я, это самое, борщ варить умею.

-Я не хохол, без борща не помру.

-Пою красиво.

-А я сплю чутко.

-Да голубой я, дед, голубой!!!

-Ну и что? – Лесник лукаво улыбнулся – у меня Алёнка есть. Из силикона!

Пипец решился на фол последней надежды.

-Дед – зашептал Пипец – агент я. Секретный.

Лесник и ухом не повёл.

-Знаем мы таких агентов. Вам бы только в ближайшем баре «наагентиться».

-Всё, дед, не могу я больше врать – фальшиво пустив слезу, сказал Пипец – сын я твой.

Лесник снова взял ружьё.

-Сына у меня отродясь не было. А вот за клевету и по заднице солью можно получить.

-Дед – Пипец сел на землю – отпусти, как человека прошу.

-Нет.

-Я тебе денег дам.

Лесник скривил губы.

-Сколько?

-На «буржуйку» хватит. И японский телевизор тоже.

Лесник сплюнул.

-Уболтал, чёрт языкасты. Гони долляры.

-Э, нет – замах указательным пальцем Пипец – ты сначала глаза закрой, а я тебе это как сюрприз преподнесу.

-Ну ладно – вздохнул Лесник – а сколько ждать-то?

-А ты посчитай – донёсся издали голос сталкера – до десяти.

-Хорошо. Раз…два…три…


8.11.2009г.


Никита "Шут" Мищенко

Считай до десяти 2

Пипец выдохнул, открыл глаза и огляделся. Куда же его занёс на сей раз этот чёртов портал? Оказался он в подземелья Агропрома. Сыро, мрачно, да ещё кто-то постоянно воет. Жуть, одним словом. Пипец невольно поёжился, укутался в куртку и, вынув компас, отправился к предполагаемому выходу. Выхода он, естественно, не нашёл. Зато нашёл того самого воющего старожилу подземелья – контролёра Михалыча. Заметив сталкера, Михалыч прекратил выть и мудрыми, повидавшими мир глазами, осмотрел гостя.

-Ну, вот - ещё один пожаловал – грустным, уставшим голосом прошептал Михалыч – да ты присаживайся, я не кусаюсь. Когда не голодный.

Пипец сел напротив контролёра на пустой деревянный ящик.

-А вы, собственно говоря, кто?

Мыхалыч вздохнул.

-Сколько здесь живу – и не одна паскуда не спросила, как меня зовут. Все только стрелять горазды, да матом хаять. Знаешь, сколько я мата слышал? Я теперь по нему экзамен могу сдавать.

Пипец понимающе кивнул.

-Мыхалычем меня зовут – продолжил контролёр – а вот за то, что спросил – молодец, награда тебе полагается.

-Вы меня отпустите? – с надеждой спросил Пипец.

Мыхалыч улыбнулся.

-Ты погодь, интеллигент, не спеши. По традиции, я тебя сначала по моей личной кунсткамере проведу – обычно я это делаю только для туристов и только за деньги (или печень), но для тебя, так и быть, сделаю исключение.

Пипец нервно сглотнул и пошёл вслед за Мыхалычем. Немного поблуждав по тёмным туннелям, они пришли в небольшую комнату с тремя клетками.

-Вот – с гордостью начал экскурсию Мыхалыч – это Виталик. Виталик, ты как?

Он постучал по стеклу. Из глубины камеры появился исхудавший бледный юноша с красными глазами и редкими сальными волосами на голове.

-Божьи-и-и-и-и-и коровки-и-и-и-и-и…они повсюду-у-у-у-у-у!!! – Виталик прилип глазами к сталкеру – вы их видите?! Вы тоже их видите?! Они повсюду-у-у-у-у-у!!!

-Да – Мыхалыч вздохнул – когда третьи лунные сутки наступают, он вообще буйным становиться,…но зато решаются сразу две проблемы – и кормить не надо, и крысы не водятся.

В углу второй клетки сидела меленькая девочка и сосала кровь из собственных рук.

-А это Лидочка – пояснил Михалыч – у бедняжки детская травма – её мать с детства внушала ей, что в человеческих венах течёт томатный сок. Ну а я ничего плохого в этом не вижу…лишь бы ногти не грызла.

А третья клетка почему-то оказалась пустой. У сталкера засосало под ложечкой.

-Ну, я пойду – нерешительно сказал Пипец – спасибо за всё.

-Э, нет – Мыхалыч покачал указательным пальцем – никуда ты, интеллигент, не пойдёшь…ты, кстати, как любишь спать – прямо на полу, или тебе постелить?

Пипец моментально понял, для кого предназначена клетка, и уже хотел пуститься на утёк, но тут его осенило.

-А…как насчёт посчитать?

-То есть? – не понял Михылыч.

-До десяти.

-Зачем?

-Раз уж я юбилейный экспонат, я хочу войти в камеру сам. Но при этом ты должен закрыть глаза и досчитать до десяти.

-Хорошо. А ты не убежишь?

Пипец развёл руки.

-Как я могу?

-Ладно, юбилейный. Раз…два…три…


20.11.2009г.


Никита "Шут" Мищенко

Этот безумный, безумный, безумный мир

Глава 1. Призыв о помощи

Пипец распластался на холме неподалеку от сгоревшего хутора и не без удовольствия вынул из рюкзака бутерброд с колбасой, щурясь от яркого солнца. Из стоящего рядом украденного из бара радиоприёмника на всю округу разносились позывные местного радио «Зона Плюс».

-А сейчас – песня для тех, кто отдыхает или только собирается выйти в путь – энергичным голосом объявил ди-джей под прозвищем Большой Джо, хотя все давно знали, что оратор был карликом, – слушаем!

Из приёмника полилась мелодия известной группы «Любе». Пипец в сердцах сплюнул и покрутил настройки. Внезапно, пробиваясь сквозь сильные помехи, из приёмника донесся хрипловатый голос.

-Если кто-нибудь меня слышит…нам нужна помощь…кто-нибудь, отзовитесь…

Пипец кинул недоеденный бутерброд и, схватив с земли рюкзак и «Грозу», кинулся вниз по склону, по направлению к небольшим сгоревшим хижинам. Добежав до первой, он выглянул из-за угла.

-Чисто – сделал вывод Пипец – ни бумажки.

Затем приложил приёмник к уху.

-Кто-нибудь…мы в доме, где в окне огонёк…кто-нибудь, отзовитесь…

Пипец приложил ладонь к глазам, потом плюнул, и достал бинокль. В окне одной из хижин действительно горел бледный свет. Пипец перебежал на другую сторону улицы, и, приблизившись к двери хижины, прислушался. Ритмичный стук. И, кажешься…мелодии диско. Пипец пожал плечами и ворвался в дом. В глаза ему ударил яркий свет, а в мозг через уши ворвалась песня «Bagama Mama». В разноцветной комнате, в центре которой под потолком висел блестящий серебристый шар, танцевали десятки сталкеров. Одиночки, наёмники, «Долг», Свобода», «Монолит». За барной стойкой всем желающим мешал коктейли контролёр в обтягивающих блестящих штанах клёш и полосатой жилетке.

-Кому тут нужна помощь? – спросил Пипец, стараясь перекричать музыку.

-Мне! – замахал рукой сидящий в углу за маленьким столиком сталкер – не с кем в шахматы поиграть, представляешь?

Пипец заказал себе «Кровавую Мери» и сел за столик с шахматами.

-Вот здорово! – обрадовался сталкер – сейчас сыграем. Если хочешь, можешь здесь заночевать.

Пипец кивнул и уставился на чёрно-белую доску.

Глава 2. Хабар Мертвеца

Спал Пипец неспокойно – сказывалось количество и качество выпитого на вечеринке. Внезапно дверь хижины, скрипнув, раскрылась. В комнату ворвался поток холодного воздуха, и Пипец под одеялом принял на грудь из фляжки. Половицы заскрипели, и к кровати сталкера подошла чёрная фигура.

-Вы кто? – без лишнего любопытства осведомился Пипец.

-Мертвец – могильным голосом ответила фигура. Пипец машинально принюхался – точно, мертвец.

-Что вам надо? – продолжал допытываться Пипец.

Фигура склонилось нам кроватью, и зашептала прямо в ухо сталкеру.

-Завтра встанешь пораньше – не спеши уходить. У меня для тебя есть подарок.

-Да? – сделал круглые глаза Пипец.

Фигура кивнула.

-В подвале этого дома есть ящик. В ящике – мой хабар. Возьми – не пожалеешь.

-Что там? – с наигранным интересом спросил Пипец. Но фигура не ответила. Снова заскрипели половицы и дверь, в комнате исчез холод и аромат мертвечины. Пипец снова принял на грудь, и, не дожидаясь утра, спустился в подвал. В подвале действительно оказался синий ржавый железный ящик. Облизав пересохшие губы, Пипец открыл его.

На дне лежали билет на концерт Майкла Джексона и коньяк 60-ти летней выдержки. Пипец выругался и приложился к фляге.

Глава 3. Последний рубеж

По дороге на Выжигатель, Пипец наткнулся на блокпост сталкеров. При попытке пройти дальше, его задержали.

-А вы вообще кто? – недовольно спросил Пипец.

-Мы – отряд клана «Долг» - ответил ему упитанный мужчина с усами.

-А что вы тут делаете?

-Мы – последний рубеж этой территорий – гордо подняв голову, начал говорить «долговец» - когда со стороны этого адского сооружения попрут монстры и фанатики «Монолита», мы не сомкнём глаз, не сделаем ни одного шага назад, и не пожалеем ни одного патрона, что бы вся эта нечисть не подвергала опасности жизни рядовых сталкеров.

Пипец расплылся в улыбке.

-Понятно. Что-то я хотел вам сказать, ребята.…О! Дракон!

Весь блокпост разом повернул головы в том направлений, куда Пипец показал пальцем. Вот и всё. Дорога до Припяти открыта.

Глава 4. Пароль

Проходя между двух заброшенных многоэтажных домов, Пипец вдруг заметил на крыше одного из них мужчину в униформе «Монолита». Мужчина направил на сталкера снайперскую винтовку.

-Куда путь держим? – прищурившись, спросил «монолитовец».

-Да я так…гуляю – беззаботным голосом ответил Пипец.

-Дальше нельзя.

-Почему?

-Пароль знаешь? – не церемонясь, спросил «монолитовец».

-Тихоокеанский королевский краб с икрой и с хлебом на муке крупного помола – на одном дыханий ответил Пипец.

-Какого цвета?

-Что?

-Какого цвета икра – красная или чёрная?

С минуту Пипец думал.

-Красная.

-Проходи – «монолитовец» отложил винтовку.

И Пипец продолжил свою прогулку по Мёртвому Городу.

Глава 5. Футбол

Мимоходом заглянув в библиотеку, Пипец отправился на местный спортивный стадион. На опустевших трибунах сидели сотни зомби и смотрели на бывшую футбольную площадку. Пипец нашёл свободное место, сел, и обратился к своему мёртвому соседу.

-А когда следующий матч?

-Никто здесь уже давно не играет – вялым басом ответил сосед – и никогда не будет.

-Чёрт! – подумал Пипец – Опоздал. Сезон закончился. Надо было остаться дома и посмотреть повтор Лиги Чемпионов за 2006.

Он уже хотел уйти, но его остановил тот же мертвяк.

-Подождите. Перерыв закончился.

На поле вышла толпа монстров. Двое кабанов встали в противоположных концах поля там, где как да то располагались ворота, а 20 псевдоплотей разбрелись по всему полю. Игра была жаркой. Собственно, для чего им нужен был мяч, животные так и не понимали, но было видно, что процесс игры затянул их полностью. Заскучавший Пипец снова встал, и снова его остановил мертвый сосед.

-Подождите. Сейчас будут бить штрафной удар.

Одна из псевдоплотей отошла от ворот соперника на 11 метров, и понеслась на мяч. Но, промахнувшись, угодила прямо в «Карусель».

Мертвец засмеялся, и нижняя часть его челюсти отвалилась и угодила прямо в руки сталкера. Пипец чертыхнулся, выкинул челюсть, на весь стадион прокричал, что в Гилинжеке он видел такой футбол (не обошлось и без «Судью в «Жарку!») и покинул место массового гуляния.

Глава 6. Монолит

Пипец неподвижно стоял перед Монолитом. Затем он почесал подбородок, и изрёк.

-Мне, значит…картошку фри…Кока Колу…большую, пожалуй…

В его голове моментально отозвался величественный и монотонный голос.

-Кто пустил этого придурка в святая святых Зоны?

Пипец сделал большие глаза.

-Это кто тут…тявкает?

-С тобой, свинья, не тявкает, а разговаривает сам Исполнитель Желаний.

-Спокойно, Пипец – проговорил про себя сталкер – это просто плод твоего воображения. Камень не может разговаривать.

-Я не просто камень…ладно, раз уж пришёл, побыстрей загадывай своё желание.

Пипец крепко задумался.

-А можно всю «Санту Барбару»? На DVD?

-Я сейчас охрану вызову!

Пипец снова задумался.

-Ты знаешь, это мир настолько безумен, что в нём желания и исполнители меняются быстрее дня и ночи. Так что…пусть всё будет хорошо.

-Серьёзно? – в голосе Монолита прозвучали нотки удивления.

-Ага. Всё и у всех.

-Да будет так! – провозгласил Монолит, и Пипец утонул в потоке белого света…

Эпилог.

Проснулся Пипец в холодном поту. Ошалело осмотрелся. По одну сторону тихо посапывая, спал Миша, по другую – на животе громко храпела Алла.

-Ну и сон – вздохнув, подумал Пипец – Лига Чемпионов отдыхает.

И снова лёг спать.

-Вот идиот… - усмехнулся где-то далеко Монолит.…А за окном Зоны уже не было. Только зелёная трава, щебечущие птицы, и весёлые дети, играющие в волейбол…


15.11.2009-17.11.2009г.


Новиков "Штабель" Константин

Чёрная Дуэль

Дуэль

Говорят, что даже Сидорович приехал в тот злосчастный день в Бар. Это было неудивительно – со всей округи сталкеры съехались, чтобы посмотреть на бойню на Арене. Цены на вход повысились – сталкерам приходилось платить чуть ли не по тысяче. Что самое удивительное – никто не возмущался. Все были словно согласны с расценками, понимая, что бой будет действительно стоящим.

-Ну что, Покер, доигрался? – улыбнулся один из Долговцев, провожавших меня на Арену. – Лучше беги, пока не поздно. Бродяга тебя не простит, тело в решето превратит!

-Отстань, Хрыч. – Ответил я. – Моё дело, кого на поединок вызывать. Вызвал, значит надо!

Несмотря ни на всё, я понимал его насмешки. Все боялись любимчиков Зоны – тёмных сталкеров, а особенно главаря группировки – Бродягу. Ведь он с одного выстрела попадал ночью в ворона, когда тот летел в нескольких километрах от Бродяги. Первый раз за всю историю дуэлей сталкер вызывал на бой тёмного сталкера. Но причина есть, при чём не второстепенная.

Дело в том, что шёл я по Болоту. Любой сталкер скажет, что место это хоть и опасное, но очень богатое артефактами. Я бывал там очень часто, поэтому очень опытен и довольно богат. В общем, увидел я артефакт. Как говорилось в старой сказке, «Не простой, а золотой!». Артефакт этот показывался только опытным сталкерам, и то не всегда. Это было «Золотое яйцо». Дорогая редкость. Его можно обменять на три улучшенных Экзоскелета, что в Зоне очень важно. В общем, увидел я «Яйцо» и решил взять. Оно на холме витало, я к нему побежал. Видно, слишком медленно – оставалось пару метров, когда появился он. Тёмный сталкер. Бродяга посмотрел на меня и, взяв артефакт, положил его в карман потёртых чёрных джинсов. Разве это не наглость?! Я первый к нему шёл! Да и вообще, тёмные сталкеры могут любой артефакт добыть, какой только захотят. В общем, попросил я его сначала по-хорошему, чтоб «Золотое яйцо» отдал. А он улыбнулся и мимо меня прошёл. Я его вновь попросил, но он промолчал, не останавливаясь. Тогда я решил, что пора завязывать и достал ПМм. Даже не целясь, я выстрелил в него. Знаю, что со спины стрелять подло, но под другим углом у меня не было бы шансов. Но, видно, любимчики Зоны они на то и любимчики, что везёт им. А может это особенность тёмных сталкеров. Не знаю, я же не Болотный доктор. Но в любом случае я видел, что пуля моя была перехвачена за секунду до цели рукой Бродяги. Он бросил пулю в сторону и посмотрел на меня злостным взглядом. А я решил, что единственный способ заставить его исчезнуть – вызвать на дуэль. Зона не даст тёмному сталкеру появиться при таком числе посторонних людей, а вызов отклонить нельзя. Я думал, что ему ничего не останется делать, кроме как отдать мне артефакт. Но тот кивнул мне и ушёл. Я не ожидал такого поворота. Думал, что он не согласится. Но теперь выбирать не пришлось.

До сих пор я не понял, сделал ли я всё верно или допустил ошибку. Пусть думают другие – я просто выйду на Арену и сражусь на смерть.

Сняв со спины свой верный АКМ и приготовив к битве длинный нож, я подошёл к двери. Скоро железная дверь поднимется, и я выйду в огромный зал, заставленный ящиками. Отступать уже некуда. Я почувствовал, что в желудке забурлило. Не знаю почему, но я захотел убежать. За Периметр. Туда, где меня никто не найдёт. Но не в моих правилах убегать от опасности. Дверь со скрипом стала подниматься. Я приготовился к стрельбе. Я думал, что схватка будет невероятной и кровопролитной. Но я ошибался. Когда я вышел на Арену, то вообще никого не увидел.

Это было странно. Неужели тёмный сталкер струсил?! Да век такому не бывать! Я огляделся. Я был единственным, кто стоял в огромном зале. Бродяги нигде не было. На какой-то миг я почувствовал облегчение. А после понял, что смерть может прийти с любой стороны. Что я могу даже не почувствовать, как уйду на тот свет. И это меня испугало. Я задёргался и стал оглядываться. Я чувствовал дыхание у себя над ухом. Тяжкое дыхание. Пугающее дыхание. Я спрятался за ящик и приготовился к появлению тёмного сталкера. Я всё ещё не верил, что он не придёт. Как и зрители, сидящие на креслах в Арене. Внезапно из микрофона, висевшего над потолком, раздался голос комментатора:

-Победу одержал сталкер Покер. Победа считается автоматической – Бродяга дисквалифицирован за пропуск дуэли. Зрители, просим ждать следующей битвы.

Я был удивлён. Поражён. Сейчас я хотел биться. Как мог он мог не прийти?! А я только подготовился к смерти! Я поднял АКМ в воздух и выстрелил очередью. Зрители затаили дыхание, а после стали возмущаться и громко ругаться. Они надеялись, что увидят невероятный бой, но теперь понимали, что даже новички оставляли более сильное впечатление. Я их понимал – за этот бой не пролилось ни капли крови. Да и можно ли это назвать боем? Повесив на спину АКМ, я вышел с Арены. Опустив голову, я побрёл к гостинице. Внезапно раздался голос.

-Покер. Тебе посылка! – воскликнул какой-то Долговец, догоняя меня.

Я взял посылку. Это был небольшой ящичек. Не было написано отправителя. Только нацарапанное «Покеру». Я, решив не ждать, открыл ящик. В нём лежало… «Золотое яйцо»! Артефакт блестел и переливался. Я схватил его и, проверив, что он настоящий, положил его в контейнер. Что произошло? Кто его прислал?! Я не мог этого узнать. Пока не посмотрел на дно ящика. Там лежала маленькая записка. На потёртой бумажке было написано: «Смелому сталкеру, который не боится смерти». Я схватил записку и перечитал её ещё пару раз. Похоже, это подарок от Бродяги. Но почему?

-Другой бы сбежал. А ты… - раздался голос сзади меня.

Я резко повернулся, одновременно нацелив ПМм на появившеюся личность. Только потом я понял, что передо мной стоит Бродяга.

-Надеюсь, ты не рассердился, что я не пришёл? – усмехнулся чёрный сталкер и… растаял. Стал дымом.

Я улыбнулся и расхохотался. Громко расхохотался. Наверное нервы. Не знаю. Но я искренне веселился. Достав сигарету, я щёлкнул зажигалкой и вдохнул дым. Я был счастлив.


 Иван Будилов

Новый Год... Без снега?!

Коля праздновал день рожденья. Неудачно получилось: он родился 31 декабря. Почему неудачно? Да потому что подарков мало. В два раза меньше дарят: как за один праздник.

- Поздравляем! Поздравляем!

Впрочем, Николай, или как его называют друзья, «Банан», праздники не любит. Да что там не любит – ненавидит. Нет, подарки ему нравятся, а вот скопление людей и крики, вроде…

- Поздравляем, Коленька!!!

Ну, да. Вроде таких криков он не любит. Или, как я уже сказал, ненавидит.

Мальчик вышел на улицу.

«Да идите вы все».

Да уж, воспоминания приятные.

Это было много лет назад. Еще до второго взрыва на ЧАЭС.

Теперь же «Коленька» стал сталкером. После долгих уроков от Кабана (Кабан – один из главных героев рассказа И. Будилова «Сталкерские Байки»), Банан стал опытным, к черту, сталкером. И теперь он хотел денег.

И тут сталкер вспомнил, что скоро Новый Год. Удивительно, что вспомнил. Ведь в Зоне снег идет очень редко. То ли вообще не идет. Впрочем, Банан этого не знал. Он пришел в Зону после календарной зимы.

"День первый. "Охота"

Сталкер Кабан улыбался. А на него бежал кабан.

Сегодня бродяга рано встал и пошел на охоту. Впереди были видны Плоти и другие кабаны.

«Зачем воевать, браток?»

Он поднял Л85А1 и выстрелил.

«Брат-близнец хренов».

Сталкер достал ПДА.

«Отправляйтесь к Сидоровичу, он скажет что делать».

Не понял. Что за чертовщина?

Кабан отправил ответ: «Ты бля кто?»

- Кабан! – Послышался крик сзади.

Сталкер обернулся.

- Чего тебе, Банан?

- Сегодня какое число? Сегодня двадцать девятое декабря! Новый Год скоро!

- И…?

- Я хотел узнать… Как пра…

- Как празднуют Новый Год? Никак.

- В смысле?

- Это Зона, Коль. Понимаешь? Тут не так как на Большой Земле. Хотя… В чем-то ты прав. Новый Год празднуют. Бывает, даже снег идет.

И тут Банан вспомнил:

- Ты же говорил, что группировка есть такая Снег. Они считают, что в Зоне скоро произойдет Ядерная Зима. Можно укрыться только у них на базе. Там, мол, бункеры и такое... Так получается, что Ядерная Зима может произойти на днях!

- Вспомни: еще я говорил, что они фанатики. Что-то вроде монолитовцев. Подумай: откуда у них такая ценная информация? Ниоткуда. Разве что они сами эту зиму и устроят. Почему бы и нет? Избавится от конкурентов и заодно обретут немалую численность. Я уже не говорю о том, что их клан считается одним из самых сильных. По-твоему кто такие, например, Монолит? Сектанты. Сектанты кристалла. Ты вообще в курсе, кто управляет сектой? Нет. Никто не знает. Ходят слухи, что на ЧАЭС база научной группировки О-Сознание. Если и так, то мы нашли лидеров. Получается, они – Хозяева Зоны. Привлекают сталкеров Монолитом – те к нему идут. Если и удастся дойти, то после просьбы выполнить желание кристалл вызывает счастливые галлюцинации. А на самом деле «жертвы Монолита» становятся монолитовцами. Вот так, по моему мнению! После событий в 2012, когда Стрелок отключил Выжигатель Мозгов, Хозяева больше не могли зомбировать людей. Вот так, по моему мнению, секта «Монолит» защищает центр Зоны. Ведь там их лидеры… Наверное. Почему у «Снега» не может быть никакой цели? Возможно, они тоже сектанты. Или же их лидер говорит: «Собирайте артефакты! Только с ними мы переживем Зиму!» А сам артефакты копит, копит… Я не удивлюсь, если их главарь прикажет атаковать Долг, или к примеру, Свободу. Все бойцы помрут. А артефакты куда? На продажу! Еще, правда, возможна такая версия: их лидер набирает хороших бойцов на защиту экспедиции, которая скоро будет происходить в Зоне. Или же так: он соберет отряд людей, заключит временный союз с другими большими кланами и нападет на монолитовцев. Бойня будет долгой, во время которой вояки или кто-то другой произведет атаку на ЧАЭС. А поскольку в сердце Зоны будет мало монолитовцев (большинство пойдет защищать позиции против Снега), от электростанции останется пепел. Как видишь, есть немало вариантов.

Банан задумался и ждал продолжения.

- Ну что же, Банан, идем.

- Куда? – Удивился Коля.

- Ты меня удивляешь, - улыбнулся сталкер.

А за ними все умно наблюдали дети Зоны.

День второй. Снег и огонь.

Был темный вечер. Потрескивали доски в костре.

- Хотите анекдот? Ну, короче так:

Пришел сталкер к монолиту и просит:

-дай мне миллион долларов!

Монолит сказал:

-Извини не могу, загадай другое желание.

Сталкер просит:

-Сделай так чтоб Сидорович не обманывал при торговле.

Монолит:

-Так что ты там про миллион долларов говорил?

- Ну, ё! Красавец, Креведко!

- Спасибо, - кивнул сталкер.

- Да подумаешь! Слушайте мой:

В электричке едут 3 сталкера, а рядом сидит интеллигентная, такая дама. Ну, сталкеры спорят:

1-й: -... если же это записать по-буквам, то будет: "ФРУХТ"

2: -Да, нет же скорее: "ФРРУУХт"

3: -Нет, нет, нет. "ФРУУк" - именно так!

Тут электричка подходит к станции, дама встает и, обращаясь к сталкерам, говорит:

-Если вы возьмете любой словарь и посмотрите, то увидите, что это слово пишется "фрукт" и не как иначе, - и уходит.

1: -М-да, блин, умная. Образованная.

2: -Да ну нахрен, ей-то откуда знать!

3: -Точно, она же никогда не слышала, как пукает кровосос.

- Ахах! Ну, ты дал, Ксар! Вон даже Креведко ржет и не перестает!

- Респект! А я такой знаю:

Поехали 3 сталкера в чернобыль, осели там. Встречаются через год и рассказывают:

первый: я посадил яблоню и вырастил такое яблоко, что положил его на табуретку - табуретка сломалась!

Второй: а я вырастил такое яблоко, положил на стол - стол сломался!

Третий: а я вырастил такое яблоко, положил его на телегу...

- и что телега сломалась?

- нет, но вылез червяк и съел лошадь.

- Круто! – Это Креведко. – А еще я такой слышал:

Из зоны Чернобыльского оцепления пытался выйти человек. Солдаты открыли огонь и задержали этого человека. На его теле было обнаружено 12 отверстий. К счастью, анальных.

- Уважаю!

- Слушайте и смейтесь:

Стоит мужик на базаре, торгует, орет -

- Картошка из Чернобыля!!!! Кому картошки из Чернобыля?!!!

К нему другой подкатывает и говорит -

- Дурак, кто у тебя ее купит?

В ответ -

- Да хорошо покупают, кто для тещи, кто для соседа...

- Неплохо! Кстати, а все в курсе, что зима сейчас календарная? Новый Год через… через… - сталкер посмотрел на часы. – Через три часа!

- Пойдем или тут останемся? – Спросил самый молодой из сталкеров.

- Да Бара дойдет за час, не больше. Нормально, но следует поторопится.

Они пошли, не видя стоявших неподалеку двоих незнакомцев.

- Эх, Больной... Ладно, идем в бункер. По этой тропе все сталкеры к Бару ходят, а если нас заметят, то будет плохо.

- Ты прав, - уныло сказал Больной.

И вдруг сзади сталкеры слышат шелест. Потом впереди. Шмель думает, что впереди аномалия и достает детектор. Радиации совсем нет. Плохо.

- Больной, бежим! – Сталкер стартует со всей дури вперед, в их бункер.

- Что это?

- Ядерная Зима! Недаром мы вступили в «СНЕГ»! Они были правы! Только мы понимаем и видим её! Видишь, сверху как будто выброс, только белого цвета! Проклятье! Сейчас пойдет дождь! Это будет радиоактивная вода! Потом превратится в снег, и будет идти еще несколько месяцев! – Паниковал «снежник». – Быстрей, быстрей! Опаздываем! Мы должны спастись! Не зря же нас вернули к жизни! Бегом!

- Знаешь… Я тут вспомнил… Экскурсия на ЧАЭС.

За стеклом два сотрудника в противорадиационных костюмах осторожно несут маленькую коробочку.

Блондинка из экскурсантов спрашивает экскурсовода: - а что будет если они эту коробочку уронят?

Экскурсовод: - ничего не будет… километров этак на 150.

- Некогда!

- Ну, что же. За жизнь. Новый Год ровно через минуту, - улыбнулся Кабан.

- Да… Давайте. – Сказал Ксар и десять сталкеров чокнулись.

- Давайте наливайте побыстрей!

Через тридцать пятьдесят секунд водка была налита. Все разом считали:

- 1! 2! 3! 4! 5! 6! 7! 8! 9!!!

Сталкеры чокнулись еще раз, только без тоста.

День третий. После

За окном дул бесконечный ветер. Можно было услышать крик бегущих сталкеров «СНЕГА», которые не понимали – такой группировки не существует. Зона решила поиграть с людьми, воскресив их.

И, получается, с побочными результатами...


"Стрелок13"

Жадина

Аномалии происходят везде даже в повседневной жизни. Например, та же горячая тема глобального потепления или падение Тунгусского метеорита. Таких примеров можно привести множество. Ну а тогда что говорить о зоне, там разных аномалий вообще сотни. Но даже в зоне большая редкость зима, причем какая?! Морозы в последние дни достигали больше сорока градусов, плюс к ним адский жгучий северный ветер, который подло проникает в любую щелку и пронизывает все тело до дрожи. Все нормальные и благоразумные сталкеры в такое время сидят в барах и носа не высовывают. Я один как дурак иду и мерзну, вот угораздило же и все из того что жадный, артефактов новых захотелось. Вот меня фраера жадность и сгубила. Но ничего прорвемся, нам не впервой. Ух, поганый ветер, ненавижу!!!

А все началось с того что я сидел в баре «сто рентген» и спокойно не принужденно и блаженно попивал горячий чай. И тут в бар ворвался незнакомый сталкер. Весь покрыт инеем, трясется, будто сидит на электрическом стуле. Сказать ничего не может, зуб на зуб не попадает, руки тоже почти не действуют, видно отморозил. Ну, мы его усадили, чаем горячим отпаили, ноги погрели. И он помаленьку начал приходить в себя и сразу полез в рюкзак. И вытащил оттуда до сих пор никому не известный артефакт. Артефакт по форме был похож на сосульку и ярко светился синим. Все присутствующие сталкеры ошалели, увидев это. Тут уж и Бармен прискакал и сказал: Парень да ты счастливчик! Все сразу поняли почему. Артефакт «сосулька» как его мгновенно прозвали, пока был единственным экземпляром. И Бармен за него с удовольствием отвалит большие деньжищи. Хотя если сходить на Янтарь к ученым, они дадут еще больше денег. Но парня можно понять он и так чуть сам не превратился в сосульку. Ему уже все равно лишь бы продать и отогреваться. Вот прошло несколько минут и сталкер уже улыбаясь, шел с толстой пачкой купюр. Все сталкеры успокоились и расселись по своим местам. Все кроме меня. Меня ужасно пытало любопытство и жажда денег. Поэтому я не смог удержаться и подошел к сталкеру, чтобы подробно расспросить. Оказалось, что его зовут Лис, а артефакт он нашел на крыше НИИ Агропром. Хм Агропром это не центр зоны значит, теоретически артефакты могут встретиться еще ближе, например, на Свалке или на Кордоне. Ближе всего свалка, поэтому я решился идти. Жадность подпитывала меня. Я быстро, как молния собрался и ушел, не сказав ни слова. Так я оказался на суровом ядерном морозе.

Я шел по свалке то и дело, закрывая лицо перчатками или поворачиваясь спиной. Чертов ветер успел мне сильно надоесть. Я уже был готов материть его направо и налево, но кое-как сдерживался. Чтобы следить за аномалиями даже не было и речи, надежда была только везение. В голову уже лезли мысли вернуться назад в бар, но я шел вперед. На плечах, словно в мультиках сидели воображаемые ангел и дьявол. Ангел говорил, вернись, а дьявол орал иди, ищи, разве ты не хочешь стать богатым. И я слушал дьявола и шел. И вдруг в снегу увидел странный комок снега. Вроде обычный комок, каким дети кидают друг друга, но он был идеально круглый и имел загадочное свечение. С таким я тоже никогда не сталкивался, поэтому обрадовавшись и забыв, что рядом с артефактами есть, и аномалии я шустро побежал хватать свое сокровище. Ура теперь я богат чуть не заорал я на всю Зону. Теперь можно было возвращаться, но тут мой взгляд упал на крышу заброшенного ангара. Там висела «сосулька». Ноги мгновенно сами понеслись к ангару, забыв про мороз и ветер. В душе была огромная радость и счастье.

Вот я у ангара осталось только забраться на крышу. От миллионера меня отделяют считанные метры. Я осмотрелся, ага вон лестница, мигом туда! Вот я уже карабкаюсь по лестнице. Вот она крыша, а вон он артефакт. Я бегу к нему и вдруг яркая вспышка….

Когда потеплело, сталкеры нашли на крыше ангара ледовую фигуру, которая многим кого-то напоминала. Крышу осмотрели, там обнаружилась аномалия, её прозвали «Скульптор», а фигура осталась там как предупреждение всем тем кто жадный и живет только ради богатства.


Никита "Шут" Мищенко

Мы не рабы

Вот и показалось из-за горизонта величественное и вечное, как тьма, солнце. Значит, наступил новый день. Как для сталкеров, так и для нас – зомби.

Я поднял лицо от земли и посмотрел на небо. Солнце было белое, как и всё вокруг. У нас атрофированное зрение, поэтому мы можем без опаски смотреть на работающую лампочку, например.

Я встал и медленным, размеренным шагом направился. Куда? Куда угодно. Мы слабо ориентируемся в пространстве, целей и планов, как у людей, у нас нет. Обоняния и слух у нас развиты слабо, в отличие от осязания. На ощупь мы можем определить практически всё, до чего можем дотянуться.

Многие думают, что зомби – бывшие жертвы Выжигателя Мозгов и Монолита. Это правда, но только наполовину. Зомби можно стать, просто прикоснувшись к покойнику. Всё дело в трупном яде. Он передается даже по воздуху – не говоря уже о воде, поцелуе, и, о ужас, половом контакте. Хотя на моем практике сталкеров – некрофилов не замечалось.

Ещё один миф – у зомби нет мыслей. Почему же – есть. Но только простейшие, свойственные только низшим млекопитающим, вроде «Хочу есть», «Хочу спать», «Хочу опорожнить кишечник». И в этом «Хочу» - вся соль. Каждый зомби – стопроцентный эгоист, поэтому мы редко ходят в парах, и очень редко – в группах. Это случается только тогда, когда ходячая еда даёт достойный отпор и в одиночку его не побороть. Скажите, зачатки коллективного разума? Отнюдь. Даже когда жертва готова, получает её самый сильный и выносливый из всей группы, как правило, он просто убивает конкурентов.

Местными учёными пока открыто три вида зомби. Свежие – они, как правило, ещё могут пользоваться огнестрельным оружием и, при большом стараний, способны на непродолжительные монологи. Зомби обычные – не пользуются ничем, при нападений выкрикивают отдельные фразы, услышанные где-либо ранее. И зомби – призраки. Их тела настолько пропитаны радиоактивными изотопами, что разлагаются с невероятной скоростью, образовывая внушительные зазоры. Но мы очень живучи, поэтому зомби - призраки продолжают жить даже с отсутствием рук и прочих внешних органов.

Многие считают, что зомби – слуги Хозяев. Так вот. Мы не рабы. Мы делаем, что хотим, и ходим, куда хотим. Мы ни на кого не работаем, и никому не подчиняемся. Мы – свободный народ, и из-за этой свободы нас и бояться.

А вот и мой завтрак. Рослый, крепко слаженный мужчина, в армейском жилете и с автоматом наперевес. Военный, если я не ошибаюсь. Хорошо, сегодня будем кушать военного.

Любая другая живность Зоны уже давно повернул бы и побежал со всех ног в другую сторону. Но у нас напрочь отсутствует инстинкт самосохранения, и поэтому мне всё равно, кто передо мной – зелёный новичок, или обвешанный новейшим оружием ветеран. Все они на вкус равны.

-Стоять! – выкрикнул военный – стрелять буду!

Видимо, рядовой. Лейтенант уже давно бы оставил от меня мокрое место. Везёт мне сегодня.

-Последний раз предупреждаю! – продолжил военный – отойдите!

Кажется, он принимает меня за человека. Оно и понятно – я «переродился», если это можно так назвать, несколько недель назад, и ещё не успел потерять прежнюю одежду.

Военный, как и обещал, открыл огонь на поражение – первая пуля попала мне в грудь, в область сердца, отпросив на несколько метров. Военный открыл рот от удивления, но стрелять не перестал. Следующие выстрелы не нанесли мне особого урона – рука, нога, живот. Не очень то он меткий.

Похоже, накаркал. Последний снаряд угодил мне прямо в лоб. В глазах помутнело, координация была нарушена, я упал на землю. Рядовой попытался выстрелить ещё раз – но из автомата послышался только сухой щелчок. Патроны закончились. Определённо, до смерти я был редкий везунчик.

А рядовой тем временем просто повесил автомат за спину и побежал на блокпост. Значит, и мне пора уходить.

-Ух, ты! Что, прилёг отдохнуть, брат?

В затылок вонзилась пуля от «ПМ». Потом ещё одна. И ещё…

Странное дело. Вроде и умер, а всё ещё размышляю – кто же был тот человек, что оборвал мне такое хорошее утро?


2. 1. 2010.


Никита "Шут" Мищенко

Неизбежная реальность

Меченый проснулся с жуткой головной болью, нехотя встал с постели и обвёл мутным взглядом свою берлогу. Небольшая по размеру, но не по значению комната была буквально до потолка завалена бутылками, баночками из-под энергетиков и прочим бесполезным, но таким тёплым и родным хламом. Внезапно Меченый с ужасом заметил часть интерьера, которая никак не вписывается в антураж его жилища. Нет, его носки, как всегда, лежали где не попадя, а из открытого на распашку холодильника испуганно выглядывала двухметровая оголодавшая крыса. Посреди комнаты располагался невиданный ранее сталкером инструмент, который светился голубоватым оттенком и проецировал на стену трёхмерное изображение девушки. Меченый разинул рот и выпучил глаза, кубарем полетел в другой конец комнаты и, схватив с тумбочки пистолет, несколько раз выстрелил в стену.

-Юноша, прекратите вести по мне прицельный огонь – синтезированным голосом сказала девушка – я голограмма.

Меченый удивлённо почесал затылок – он впервые услышал слова «юноша» и «голограмма».

-Я – объемная виртуальная копия млекопитающего существа под кодовым названием «человек» - продолжала девушка – мой центральный процессор сделал вывод, что этот образ наиболее приемлем для общения с вами.

Крыса вильнула хвостом и ушла в глубь холодильника – видимо, поняв, что от голограммы ей не перепадёт ничего съестного.

-Моя база данных вмещает более семидесяти девяти миллиардов файлов с содержанием о планете Земля и, особенно, о месте под кодовым названием «ЧАЭС». Просто введите голосовой запрос в поисковую систему.

Меченый крепко призадумался.

-А есть чего выпить? А то со вчерашнего голова гудит…

Девушка прикрыла глаза и простояла с минуту молча.

-По вашему запросу ничего не найдено. Пожалуйста, уточните запрос.

Меченый задумался ещё крепче.

-А сколько мне жить осталось?

Девушка повторила процедуру поиска.

-Вам осталось жить один час двадцать одну минуту с момента последнего сохранения.

Меченый разинул рот и выпучил глаза уже второй раз за утро.

-Не понял. Это как?

-Ваша сущность состоит из активируемых команд и приложений.

-А вот с этого момента поподробнее.

-У вас нет своей воли. Вами управляют, подобно марионетке.

-Ты чего несёшь?

-То, что вы видите перед собой – не есть реальность. Это среда, в которую вас забрасывает неизвестный субъект, подчиняясь только ему ведомым целям.

Меченый окончательно потерял логику происходящего и на всякий случай сел прямо на выползшую из холодильника мышь.

-А теперь всё заново, только человеческим языком.

-То, что вы делаете каждый день, час, минуту, секунду не обусловлено вашими привычками и желаниями. Всё, что окружает вас – неправда для вашего хозяина и тюрьма-реальность для вас. Вы никогда и никуда отсюда не сбежите. Вы пленник положений обстоятельств.

-Хорошо, хорошо! – закричал раскрасневшийся Меченый – скажи мне, скажи, что я буду сейчас делать.

-Пожалуйста. Вы скажите «Пошла ты», отгородите меня от источника питания, затем соберёте рюкзак, зарядите автомат и выйдите на улицу покурить. Затем вас убьёт выскочивший из кустов снорк.

-Пошла ты – пробурчал Меченый, вырывая штепсель из розетки. Затем он начал складывать в рюкзак консервы и бутылки с водой. И только когда вставлял в «АК-74у» обойму бронебойных патронов, на секунду задумался о словах девушки. Но быстро отогнав эти мысли из головы.

-Что за чушь? – думал про себя Меченый – мной кто-то управляет! Я делаю что хочу, как хочу, когда хочу и где хочу. И никто мне не указ, я сам себе барин.

Странно, но мысли эти давались ему с большим трудом. Как будто кто-то блокировал их. Словно, кто-то не хотел, что бы он так думал. После всех процедур Меченому страшно захотелось курить. И снова это сходство с монологом голограммы.

-Чушь – подумал Меченый – совпадение, и только. Такое часто случается…в моём мире.

Последние три слова произнеслись в голове сталкера чужим, могильным голосом.

Меченый покачал головой и вышел на улицу через дверь чёрного входа. После недавнего выброса стояла свежесть и дышалось на удивление легко. Меченый расслабился, достал зажигалку и сигареты, закурил. Внезапно кусты в стороне от него зашевелились. Меченый перестал курить, с опаской поглядел на кусты.

-Ветер, должно быть, или аномалия…

Снова этот голос. Как ни странно, но этот голос не был чужд Меченому. Наоборот. Он успокаивал, обнадёживал. Ему можно было доверять.

Меченый снова засунул сигарету в рот. Солнце пока не поднялось достаточно высоко, ветер подхватывал с земли сухие листья и жухлую траву и уносил в неизвестном направлений. Меченый, залюбовавшись видами, не заметил, как прокурил сигарету до фильтра. Несколько искр попала ему на палец. Он чертыхнулся и выронил сигарету. Затем вздохнул и нагнулся, что бы поднять окурок. В этот момент кусты снова зашевелились и над Меченым нависла небольшая тень…

F6 – быстрая загрузка – слот авто сохранения…

Меченый с трудом разлепил пунцовые веки и оглянулся. Комната, носки, холодильник, мусор – всё на месте. И никаких дурацких голограмм.

-Сон – подумал Меченый – всего лишь сон.

-Сон… - вторил ему голос.

-Сон… - прошептал, снова засыпая, Меченый…

Пауза – Главное меню – Выход…


3. 1. 2010г.


Никита "Шут" Мищенко

Подарок

Не люблю драться в нетрезвом виде. Во-первых, это некрасиво. Во-вторых, страшно неудобно – в глазах всё троится не хуже, чем при встрече с превдособакой. А в-третьих – победитель известен изначально. Это тот, кто больше выпил. И вообще, я вчера не хотел оставаться в баре допоздна. Но когда в хлам нажравшееся быдло стало прилюдно нецензурно выражаться на мой счёт, моя гордость была ущемлена, и я вызвал его на дуэль…

Гул в баре нарастал. Столы и стулья отодвинули в сторону, образовав вокруг противников живое кольцо. Павел вздохнул, снял очки, передал их бармену, пригладил волосы, облизал пересохшие губы и прищурился, так как без очков плохо видел.

-Ставлю штуку – деловито сказал бородатый ветеран бармену – что очкарика придется выносить в цинковом гробу.

-А я ставлю две штуки – ответил бармен – что гроб будет из дерева.

На противоположном конце бара бицепсами поигрывал Кабан – местный авторитет. Рост под два метра, тюремные наколки, и развязная пьяная улыбка, от которой у Павла волосы вставали дыбом.

-Господа – между ними встал бармен – ниже пояса не бить, а если и ударили, не поленитесь извиниться. И вообще, видите себя культурно – дерётесь как никак.

Послышался звук разбивающейся бутылки, и Кабан с диким рёвом прыгнул на середину импровизированной арены. Павел развернулся и попытался убежать, но его вытолкнули обратно вежливые зрители. Кабан замахнулся и сделал выпад вперёд. Павел присел на корточки и закрыл голову руками. Кабан, в чьём организме водка давно преодолела путь от желудка до мозга, энергично начал махать кулаками направо и налево, не замечая сидевшего внизу Павла. Павел тем временем открыл глаза, уставился на пах Кабана, прищурился и со всей дури обрушил туда свой удар. Лицо Кабана покраснело и вздулось, он начал ходить кругами, хвататься за причинное место и по-волчьи выть. Наконец он с грохотом обрушил своё массивное тело на пол бара…

Да, ударил, а что оставалось делать? Привала придумали, что бы их нарушать. В конце концов, разве у меня был выбор? Или я, или деньги. А так как я человек мыслительной работы, то я выбрал второе…

-Ну, ты дал – Павла похлопал по плечу бородатый ветеран – мощно, мужик, давно у нас такого не было.

Павел кивнул и посмотрел в сторону Кабана. Его оттаскивали на улицу пятеро здоровых «долговцев», на ходу вливая в рот водку.

-Держи – Бородач вручил Павлу небольшую пачку денег – заслужил.

Павел пересчитал деньги, вздохнул и направился к выходу из бара.

-Стой – его окликнул бармен – ты куда?

-Напьюсь – грустно ответил Павел – в смысле отмечу победу.

-А у тебя есть?

-Да, тут схрон неподалеку.

-Тогда пошли – бармен вышел из-за стойки – надоело тут днями стоять.

-И я – послышался голос бородача.

-И меня не забудьте.

-И меня.

Вскоре весь бар собрался у входа. Павел улыбнулся – наконец то у него появились друзья. Толпа вышла на свежий воздух…

Очнулся Павел неподалеку от схрона. Никого из новых знакомых он не нашёл. Понуро он поплёлся к новому бару,…а с холма за ним наблюдал контролёр. На лице монстра промелькнула улыбка, и он повернулся – свежая гора трупов была очередным подарком скромного интеллигента…


30.12.2009г.


Никита "Шут" Мищенко

Байки у костра

-Эх вы, молодняк – вздохнул Табак и засунул в рот трубку – ничего слушать не хотите. Идите сюда, расскажу чего…

В нашем лагере Табак пользовался непоколебимым авторитетом среди новичков ввиду возраста и опыта, поэтому большинство из группы, словно маленькие мальчишки, образовали круг вокруг сидящего у костра Табака, а оставшиеся предпочли остаться в палатках и не слушать «байки старого пердуна». Я усмехнулся и отхлебнул из бутылки водки. Ночь обещала быть дождливой и холодной. Я прислушался одним ухом к рассказу Табака и вскоре присоединился к остальным слушателям…

Рассказ Табака

Иду я, значит, по Тёмной Долине. Погодка та ещё – ливень, гром. Да ещё поддатый – шёл с базы «Свободы», меня там хорошо угостили. Иду себе, в ус не дую, ботинки хлюпают…тут смотрю – под навесом парень какой-то стоит – высокий, худой, бледный – как будто не ел недели две. Я к нему. Говорю – чего это вы, товарищ, один делаете, да в такую погодку, да в таком месте.…А он в ответ как посмотрел на меня – аж волосы на заднице дыбом встали. «Мёртвый я – говорит – прогуляться вылез». А я, дурак пьяный, ему бутылку под нос сую – выпьем, мол, за мёртвых, чтоб им хорошо лежалось. Я отхлебнул немного, из вежливости, ему даю. А он раз – и всю бутылку залпом. Не закусывая!!! Как будто не живой в самом деле. А у меня после добавки мозги вообще через чёрный вход из головы вышли, ну и я полез к нему с вопросами – откуда, мол, сам родом, как зовут, как умер. А он улыбнулся, так, по-звериному, как собака улыбается, когда хочет тебе ногу отгрызть, и говорит – зовут его Рэд Шухов, из Москвы он, а про смерть его каждая псевдоплоть знает – замуровали заживо в оснований ЧАЭС. Я удивился – говорю, как же тогда вылез погулять? А он улыбаться перестал, и тихенько так, незаметно, ножичек достал. Я как прыснул – будь здоров, снорк не догонит. Потом споткнулся, упал, оборачиваюсь – а Шухов этот ножичком аккуратненько так баночку с тушенкой открыл, и в рот, и в рот! Ну, тут меня так долбануло, как девочку Цветиком-Семицветиком не долбало. Отрубался, короче. Просыпаюсь – дождя уже нет, солнце даже светит, а под навесом нож лежит, да пустая банка из-под тушёнки…

Тут Табак с криком «Попался!» схватил ближайшего салагу за руку. Жертва розыгрыша заорала на весь лагерь благим матом. Собравшиеся от души заржали. Я тоже улыбнулся, хотя от таких шуток не мудрено и коньки отбросить. Когда лошадиный ржач у костра закончился, я обратился с Табаку.

-Складно свистишь, дружище.

-Язык свой даю на отсечение – правда чистой воды – заверил меня Табак – а коли не веришь – так сходи, посмотри.

Самые смелые тихонько хихикнули. Все остальные с серьёзным видом обратили на меня свои взоры.

-Ну, правда это или нет – одному Чёрному Сталкеру известно – сказал я, срывая с подошвы ботинка прилипший лист – я, кстати, тоже мастер мозги пудрить неокрепшей психике.

-Просим, просим – подразнил меня Табак, удобнее усаживаясь по-турецки…

Рассказ Белого Ниндзя

Раз занесла меня нелёгкая на Кордон – дела у меня там были, личного характера. Остановился в полуразрушенном бараке – а со мной ещё пару сталкеров, которые ко мне прибились ещё на Свалке. Заходим в один из корпусов, а там нас мужичок поджидает – толстенький, лысенький, с проплешинами на голове, улыбка до ушей – вылитый коммивояжер. Он сразу ко мне – видимо, учуял запах денег от недавно сданного Сидоровичу хабара.

-Вы – говорит – Белый Ниндзя?

-Ну, я.

-А почему не серый?

Сразу захотелось в харю эту интеллигентную дать. Сдержался.

-Приобрести артефакты не хотите?

-Нет – говорю – спасибо, свои некуда девать.

Он продолжает канючить.

-Таких, как у меня, вы нигде больше не найдёте.

Ага, дай, думаю, проверю.

-«Душа» - спрашиваю – есть?

Он улыбается – есть.

-Может, и «Компас» найдется?

-Найдется, и не один.

-Ну а «Сердце Оазиса» будет в ассортименте, так сказать?

Он улыбается пуще прежнего.

-Вы что – говорит – не знаете, молодой человек, что Оазиса не существует?

И вот тут в игру вступаю я.

-А я – говорю – был в этом вашем Оазисе.

-Ну и как?

-Как, как…не помню я как там. Давно лазил по Зоне – и наткнулся случайно.

Улыбка карлика уже на лице не помещается.

-Это где же вы лазили, позвольте узнать? Если, конечно, не секрет.

-Секрет – говорю – большой и злой.

Снова захотелось дать в рожу. Сдержался.

-Сдается мне, молодой человек, что вы меня как лоха разводите.

-А ты, говорю, не за дурачка меня держишь – «Компас» впаривать? Да последний такой раритет видели 5 лет назад!

Улыбка сразу пропала.

-Ваша правда – говорит карлик – нет у меня никакого «Компаса», да и не видел я его никогда.

-А что – говорю – есть?

-А вот что – и достаёт он шар какой-то позолоченный, которым ещё гадалки пользуются.

-Это что?

-Это, батенька, тот самый. Который желания умеет исполнять.

-Как у Стругацких?

-А вы откуда знаете?

-Да кто ж Стругацких не читал-то – смеюсь – поди, поищи таких. Небось, не одного кабана уже кормят собой.

-Настоящий, прошу заметить – и машет при этом у меня перед лицом пальцем.

-Сколько – говорю – стоит?

-Да сущие копейки.

И называет мне такую цену, от которой у меня уши в трубочку свернулись и завяли, как цветы без поливки.

-А иди каты – говорю – мил человек на три хорошо рифмующиеся буквы…

А он надулся, как воздушный шарик, схватил свой саквояж – и не видел я его с тех пор…

-Да-а-а-а – печально протянул Табак, вычерчивая на земле палкой кружочки – такую вещь упустил.

Я обиженно фыркнул.

-Тебе надо – иди и найди этого хомяка. Может, до сих пор носиться в поисках клиента.

-Да куда уж мне – отмахивается Табак – старый уже.

-Так сиди и старей себе тихонько…

Тут к нам подбегает запыхавшийся, взъерошенный новичок.

-Пошёл в кусты отливать – смотрю – на холме стоит Рэд Шухов с золотым шаром в руке! Правда, чтоб мне тотчас сквозь землю провалиться!…

-Иди спать, фантазёр – я кивнул в сторону палаток – и не пей больше, тебе, видно, вредно в больших количествах…

А с холма за лагерем наблюдал Чёрный Сталкер и медленно поглаживал золотой шар…


8. 1. 2010г.


Никита "Шут" Мищенко

Новенькие

Фарс в 1 акте 1 действии


Акт 1

Действие 1

2018 год. Территория Зоны Отчуждения. Дом 3. Лобное место. Вокруг костра сидят следующие лица: Хемуль, Патогеныч, Динка, Гупи, Джагер, Слепой, Стрелка. В центре восседает в шубе из химеры Ольга Бузова.

Бузова (радостно хлопая в ладоши): Ребята, у меня для вас хорошая новость! К нам сегодня пришли два новеньких мальчика! Давайте встретим их бурными аплодисментами!

Под одинокое рукоплесканья Бузовой через ворота проходят Химик и Пригоршня.

Бузова («стреляя» глазами): Здравствуйте! Рады видеть вас на нашем проекте! С кокой целью пришли?

Химик (застенчиво): Мы пришли познакомиться с девушкой.

Пригоршня (из-за спины Химика, воинственно): С девушками!

Бузова: С какими?

Химик (указывая на Динку): Да хоть с этой!

Хемуль (поднимаясь с бревна, сплёвывая): Я не понял, это что сейчас началось?

Патогеныч (одёргивая Хемуля за рукав): А ну успокойтесь, горячие финские парни!

Гупи (поднимая кружку кофе): Ну – за искусство!

Хемуль (угрожая Гупи кулаком): После того случая, я с тобой больше не пью!

Джагер (махая протезом): Я свободен, я свободен!

Бузова (укоризненно): Вы не на футболе, Джагер, прекратите хулиганить! Тем более, они пришли к девушкам!

Джагер (запуская в Бузову протез): А мне уже всё равно! Я свободен, я свободен!

Слепой (безуспешно пытаясь выбраться из смирительной рубашки): Сволочи, подонки! Вы что, не видите, что парни пришли к девушкам? А у нас из девушек одна Бузова!

Бузова (краснее): Спасибо.

Слепой: И та давно за мужем!

Бузова (кидая протез в сторону Слепого): Продолжаем. Кто-нибудь хочет завязать отношения с парнями?

Стрелка (деловито сплёвывая): Кто-нибудь на меня сегодня посмотрит вообще, или как?

Джагер смотрит на Стрелку. Каменеет от страха и орёт «Верните протез!».

Бузова (разочарованно): Ну, если на сегодня у нас больше ничего нет, то я объявляю Лобное место закрытым…

Слепой (выпучив глаза): Выброс!!!

Бузова (улыбаясь во весь рот): …и мы счастливы!

Левицкий (крича в громкоговоритель): Стоп! Снято!

Бузова открывает пудреницу, Хемуль кидается душить Гупи, Джагер ползает в поисках протеза.

Левицкий (вскакивает со стула, бежит к Бузовой, тычет указательным пальцем в сторону Химика и Пригоршни): Кто эти парни? Кто пустил их на площадку?!

Бузова (непонимающе): Но они же, вроде, новенькие…

Левицкий (рвя на голове волосы): Но я просил Бреда Пита и Тома Круза!

Бузова (недовольно): Знаю, но согласились только эти!

Слепой (бьется головой о бревно): Выброс, выброс, выброс!

Левицкий обречённо мотает головой, снова садиться на стул.

Левицкий (в громкоговоритель): Так, всё по местам! Снимаем всё заново! Быстро приведите в чувство Гупи и найдите этот чёртов протез!

Бобл (подходя к Левицкому в сгорбленном состояний): Господин режиссёр, может, чайку?

Левицкий (вытирая со лба пот): Да уж, и массаж пяток не помешал бы. С такой работой – один стресс…


7.1.2010г.


Никита "Шут" Мищенко

Тест на выживаемость

-У него нет семьи, друзей. Его здесь никто не знает, и никто не будет искать – донёсся до меня как будто издалека голос мужчины.

-Может быть, всё-таки не надо? – отозвался другой голос, моложе.

-Что значит «может не надо»? Откуда эти сопли? Ты хотел лёгких денег – пристрели его, и дело с концом.

-Я…я не могу – в голосе звучала неуверенность и немного страха – может, просто заберём рюкзак?

Повисла пауза. Я медленно облизал запекшиеся губы и попытался открыть глаза – но ничего, кроме красного марева, не различил.

-Может, ты и прав – после паузы сказал тот, что старше.

Я решил больше не тянуть резину и открыл рот, попытке что-нибудь сказать. Но оттуда донеслось только утробное бульканье.

-Он…он живой – сказал молодой.

-Естественно живой, дубина – ответил старший – ты же его в плечо ранил.

Я, наконец, совладал с языком, и медленно проговорил:

-Вод…воды…

-Он что-то сказал! – возбуждённо воскликнул молодой.

-Заткнись, я ничего не слышу!

-Воды,…пожалуйста,…воды… - с остановками прохрипел я.

-Он просит воды – сказал молодой, и послышалось его возня в дорожной сумке.

-Ты его ещё с ложечки покорми!

Меня приподняли за голову, и приставили ко рту медную фляжку. Я наклонился и начал с жадностью тянуть оттуда так необходимую организму жидкость.

-Кончай – фляжку убрали, я откинулся на спину и часто задышал.

-Что с ним будем делать? – спросил молодой, которого я теперь мог более-менее отчётливо рассмотреть – высоко роста, в серой куртке с капюшоном, за спиной выглядывал обрез – не бросать же его.

-Именно – ответил старший – в костюме химзащиты, с откинутой назад кислородной маской, с «АК-74» в руках – я не собираюсь таскать на своём горбу кого попало. Забирай рюкзак – оставь только аптечку и пару бинтов – и двинули.

-Дайте ему шанс – запросил молодой – всего один шанс. Он справиться.

Старший вопросительно поднял брови.

-Ты ручаешься за него?

Молодой кивнул.

-Ну, хорошо – после небольшой паузы сказал старший – устроим этому молодчику тест на выживаемость.

Он склонился надо мной и похлопал по щекам.

-Эй, встать сможешь?

-Да – еле слышно прошептал я.

-Вот и славненько. Поднимайся. Только без глупостей – ты у меня на мушке.

Я глубоко вздохнул и с усилиями поднял от земли верхнюю часть туловища. Мгновенно моё плечо пронзила острая боль. Я мельком осмотрел его – разворочено непрямым выстрелом дробью. Хорошо, что не в живот – иначе бы я скончался на месте.

-Значит так – деловита начал старший, когда я, всё ещё пошатываясь, но всё же стоял на двух ногах – видишь вон ту псевдособаку?

Невдалеке в противоположную сторону ковыляла израненный и побитый монстр.

-Так вот – продолжил он – мы повредили ей ногу, поэтому у вас одинаковые шансы. Сейчас мы проверим, насколько ты хочешь жить. Если одолеешь зверюгу голыми руками – дою тебе слово, что мы отпустим тебя и даже не будем преследовать.

-А рюкзак?

-Наглеем? – старший усмехнулся – если что-то не устраивает, могу прямо здесь и сейчас пустить тебе пулю в лоб.

-Нет, не надо – я развернулся и, прихрамывая, поплёлся в сторону собаки. Она, видимо, почувствовав меня шестым чувством, развернулась. Я остановился. Собака угрожающе зарычала и приняла боевую стойку. Я сосредоточился на противнике, попытался очистить свой разум от ненужных мыслей. А потом пёс внезапно оттолкнулся от земли и набросился на меня. Я не ожидал настолько быстрой атаки и под напором твари упал на спину. Она оказалась сверху и, раздирая когтями мою грудь, клацнула клыками в сантиметре от моей шеи. Я попытался оттолкнуть её, но она только крепче впилась в мою плоть. Я закричал от боли, на землю полилась кровь. Собака, учуяв знакомый запах, на секунду замешкалась, и я смог сильным толчком перевернуть нас. Теперь я был сверху, а собака оскалилась, придавленная мной к земле. Я попытался схватить её голову, но не успел, и собака впилась своими зубами мне в руку. Боль застилала мне глаза, я понемногу терял сознание. В последний момент я, собрав оставшуюся волю в кулак, со всего маху впился зубами в шею собаки. Тёплая, горьковато-солёная кровь брызнула мне на лицо, попала в рот. Ощутив её вкус на языке, я мало помалу начинал терять над собой контроль.

Собака внезапно заскулила, и попыталась оттолкнуть меня задними ногами. Но я намертво придавил её к земле своим весом и снова окунулся в фонтан собачьей крови. Она как будто открыла во мне второе дыхание, в то же время, высвободив все так тщательно скрываемые в обществе животные инстинкты. Неведомо как, прогрыз шею пса до вены и порвал её. Кровь начала хлестать в меня с удвоенной силой, но я не останавливался. Прокушенной рукой я всё-таки схватился за загривок собаки и изо всех оставшихся сил ударил голову пса об землю. Потом ещё раз. И ещё. И ещё…пока на землю не вывалились мозги твари. Я выдохнул, на ватных ногах поднялся и повернулся у своим экзаменатором. Старший открыл рот и расширил глаза от неописуемого ужаса, а молодой просто скривился, отвернулся и его начало рвать. Остекленевшими глазами я осмотрел себя – кровь была повсюду. На теле, на голове, мой нос был заложен этим причудливым запахом. Я выплюнул застрявший во рту кусок мяса и выдавил из себя единственное слова:

-Вы – следующие.

Но мародёрам ничего не нужно было объяснять – старший прицелился и выстрелил в меня из автомата. Но его руки настолько дрожали, что он промахивался раз за разом. Я спокойно подошёл к нему почти в плотную. Он бросил автомат, упал на колени и заплакал.

-Не убивай меня… - глотая слёзы, прошептал он.

Я вынул из его пояса нож и протянул ему.

-Сейчас проверим, насколько ты хочешь жить – сказал я – если вырежешь себе глаза, я отпущу тебя.

Дрожащими руками старший взял протянутое ему лезвие и поднёс к левому глазу…


7. 1. 2010г.


Никита "Шут" Мищенко

Game over 2

Меченый проснулся в бункере Сидоровича. Сидорович оторвался от ноутбука и посмотрел на Меченого.

-Очнулся, спящий красавец. Задание, небось, хочешь?

-Ну…да – ответил Меченый, осматривая убранство бункера.

-А вот тебе! У меня сегодня выходной.

-То есть? – Меченый непонимающе посмотрел на Сидоровича.

-А что тут непонятного? Нет у меня к тебе задания.

-Как же так…без задания? – у Меченого задрожали губы.

Сидорович снова оторвал взгляд от ноутбука.

-Ты что – трудоголик? Или мазохист?...Ну ладно, иди к Волку, может у него чего найдется.

Меченый радостно кивнул, встал с пола, отряхнулся и вышел из бункера. В Деревню Новичков его пропустили без разговоров, только попросили показать парт билет.

-Что такое? – про себя подумал Меченый, пересчитывая талоны на еду – неужели СССР вернулось?

В этот момент он встретил Волка.

-О! Нарисовался! – Волк развёл руками в стороны – мы его тут, понимаешь, ждём, не спим, не едим, а он билетики на хлеб светит? А ну убери, хвастаться нехорошо!

Меченый спрятал билеты.

-У вас есть для меня задание?

-У меня что, на лбу написано, что у меня есть задания? – закричал Волк – Или ты мысли читаешь?

-Я просто спросил.

-Уточнять надо, какое задание – откуда я знаю, может, ты камикадзе и тебе деньги не нужны?

-Дайте меня простое человеческое задание!

-Ты на кого голос поднял, а? Сейчас как пробка вылетишь! Раскричался он тут…Нервишки пошаливают – лечиться надо!

Меченый замолчал.

-Ну, хорошо – снисходительно сказал Волк – будет тебе задание. Значит, смотри – отправил своих за водкой, только ты молчи, у нас «сухой закон». Так вот, все вернулись – кроме Шустрого. Говорят, остался в продовольственном, угрожает продавцам пистолетом из пальцев и требует «продолжение банкета». Так мне по большому счёту на него с высокой колокольни – но у него с собой флешка с интимными фотографиями Сидоровича. Сам понимаешь, нехорошо будет, если в плохие руки попадёт.…Так что сгоняй по быстрому в гастроном, забери у этого идиота флешку и заодно захвати пару бутылок пива – жарко очень.

Меченый всё это время рисовал в блокноте полянку с цветочками, и когда Волк спросил его «Всё понял?», он поднял голову с фразой «Что вы сказали?».

-Иди на ***! - и Волк указал в сторону гастронома.

Меченый кивнул и отправился выручать Шустрого.

На полпути он заметил лежащего на земле сталкера.

-Брат… – стонал бедняга – помоги…

Меченый склонился над ним с открытой аптечкой. Умирающий мельком глянул в аптечку.

-А там спирт есть? – деловито поинтересовался он – а то у меня сушняк…помоги брат, умираю…

Меченый плюнул и пошёл дальше. Наконец показался гастроном, а рядом с ним несколько шатающихся сталкеров.

-Что с вами, парни? Вы ранены? – к ним подскочил обеспокоенный Меченый.

-У нас там кореш – Шустрый – объяснил тот, кого звали Петрухой – а пока он не выйдет из магазина – ничего не ходят продавать. Сделай доброе дело – выведи его.

Меченый кивнул и зашёл в магазин.

-А ну стоять на месте! – на него наставил пистолет бандит – нет, лечь, на пол, быстро!

Меченый кивнул и послушно лег на пол. Рядом с ним лежал Шустрый.

-Ты чего разлёгся? – возмутился он.

-Но у них же оружие – заметил Меченый.

-Ну и что? У меня тоже! – Шустрый показал своё оружие из пальцев.

-А что они делают? – полюбопытствовал Меченый.

-По-моему – грабят – Шустрый почесал подбородок – или у них просто денег нет.

-Семь бутылок первача! – закричал бандит, наставив на кассиршу пистолет – и один плавленый сырок – с нами дама!

-Пора! – прошептал Шустрый и, вскочив с пола, выстрелил в бандита. Он скорчился и упал на пол. Затем второй, третий, четвёртый. Когда со всеми было покончено, Шустрый с чувством выполненного долга направился к выходу.

-Стой! – его окликнул Меченый.

-Да не за что – ответил улыбающийся Шустрый.

-У тебя должна быть флешка.

-Какая флешка? – начал косить под дурачка Шустрый.

-С…э-э-э…фотографиями. Сидоровича. Личного характера.

-Да ты что, друг – засмеялся Шустрый – если б у меня была такая флешка, я бы сейчас с тобой не разговаривал. А разговаривал бы с пышногрудой блондинкой на пляже в Сочи. И не факт, что разговаривал бы.

-Но…мне Волк сказал!

-Слушай, мне Волк однажды внушил, что я – женщина – ответил Шустрый – а после этого напоил и не дал закусить. Женщинам, мол, не обязательно!

-Но я квест провалю! – в панике закричал Меченый.

- А вот это уже – не мои проблемы – Шустрый козырнул – счастливо оставаться!

И вышел из магазина. Меченый – за ним. Но обладателя флешки и след простыл.

-Да что же это такое!? – Меченый заплакал.

-Во-во – к нему подошёл контролёр и похлопал по плечу – и не говорите, товарищ. Иду сегодня по Свалке – и тут выстрел в спину. Без причин. Без предупреждения. Ну, как можно быть такими некультурными?

Меченый посмотрел на него безумными глазами и, истошно крича, побежал, куда глаза глядят.

Контролёр вздохнул, надел очки и уткнулся в экран ПДА.

-Ещё одни спёкся – и стилусом написал на экране под пунктом Меченый – Game over.


10. 1. 2010г.


Дмитрий Цыбко

Жизнь – странная штука…

Метро… для нас это просто транспорт, очередное промежуточное звено к определенной точке.

Но для кого как.… В уникальном мире, созданном Дмитрием Глуховским – это Дом…, Ад…, Рай…

«Жизнь…— часто она нам преподносит странные, порой непредсказуемые и ужасные подарки. Ставит нас в самые разные ситуации, будто насмехается над нами и ждет нашего решения. Мы куклы в руках злого гения и имя ему — Судьба. Иногда встреча двух разных, непохожих друг на друга людей, стремительно меняет их судьбу и дает нити правления их жизни им же в руки. Тогда и начинается истинная жизнь, судьба невластная над ними, они — творцы своей судьбы, своей истории».

Жизнь — игра, а мы всего лишь игроки….

P . S . – прошу прощения за некоторые орфографические ошибки.

Шел снег. Он как всегда пробирался тихо, хоть это был его первый выход на Верх, стараясь не всполошить небольшую шайку собак лежавших близ старой, полуразрушенной кафешки. Его больше всего волновал тот здоровяк, весело виляющий хвостом. Вожак – подумал сталкер. Под ногами мягко чвакал снег, боец ощущал тепло, толи от ручки автомата, которая на морозе показалась ему горячей, толи от волнения. Единственное о чем он думал это уважения отца и его родной станции.

Видимость падала, на дворе ночь, да еще и снег начал забиваться в противогаз. Единственное что оставалось это идти к гермозатворам либо продолжать свой рискованный и опасный путь. Он не мог отступить, не сейчас, только не сейчас…. От него зависело так много….

Глаза жгло.… Снег таял у него на лице, прямо в противогазе. Не смотря на то, что наш герой был небольшой, как псина недоросток из Павелецкой, этот противогаз был на него велик и скорее не для защиты, а только для виду. Ведь это задание для Кольки «Малыша» много означало. Наконец-то он повзрослел и стал таким как его отец – настоящий сталкер.

Дорога не заняла у Малыша много времени, уже после нескольких минут тихой и быстрой ходьбы, он оказался у огромного дома, старого он по сей день излучавшего величество былой нации, еще тогда Коля подумал: сколько людей трудились над этой громадиной, какие машины требовались человеку для подобного чуда…— трудились день и ночь.- Мысленно прошептал парнишка. Постояв еще немножко, он пошел навстречу судьбе, навстречу новой жизни, ворота, к которой откроит всего лишь маленькая книженция в старом кожаном и истёртым от времени переплётом. Книга как поговаривали, была летописью одного чокнутого, но многоуважаемого библиотекаря и там, по легенде, написана история мира до Войны и предсказания о будущем, таким, же тёмном и непроглядным, как сердца тех, кто начал крестовый поход против человечества. Даже если они сами не понимали что делали, это их не освобождает от ответственности.

Человечество… Мы научились управлять стихиями, мы были царями «Матушки Природы». Комфорт – всё до чего мы так стремились, добровольно уничтожали мир для своей прихоти. Союзы между странами, разного рода организации по спасению окружающей среды, для чего?! — Чтоб потом одним махом, одним нажатием кнопки уничтожить пол мира?. Не учли одного – человек всегда останется человеком, животным который построил своё мнимое счастье на крови. Рано или поздно звериные инстинкты вырвутся наружу, - война будет проиграна, так как не будет победителя среди людей и государств. Победу одержит та самая Матушка Природа, о которой забыл человек, ломая ту шахматную и почти невидимую игру, битва будет уже не за власть… за жизнь – нам поставили Мат…Природа сказала своё слово…

—Все….-тихо произнес Коля. Он у цели. Громадный дом, большие залы, много мутантов и другой опасной чертовщины. Сделав несколько шагов навстречу лестнице, он ощутил не себе не человеческий взгляд. Он не знал что это или кто это….Но точно знал за ним следят, как за уткой или лисой на охоте…. Кошмары сбылись – подумал Коля. Его взору открылась страшная картина: дикие псы-бродяги учуяли его запах, к нему приближалось четыре «собачонки». Палец был будто приклеен к крючку, понимал, что всё равно не убьет их всех. Единственное чем он мог прикрывать в душе свою смерть – это то, что избавит мир хотя бы от нескольких собакоподобных уродов. Ему стало хорошо на душе, он уже не боялся умирать, единственное, о чем он жалел, так это не выполненное задание, которое дал ему лично отец – глава станции. Но даже так он был готов к смерти. Поскольку еще с детства привык слышать дыхание смерти у себя за спиной, но теперь она глядела ему в лицо, а он ей. Гордый юнец….

Неожиданно, как вихрь, без защитного костюма врывается истинный хозяин этой территории. Огромен, как медведь, человек налетает на собаку и одним быстрым и плавным движением руки отделяет голову от туловища. Не прошло и секунды, как вторая особь повалилась на землю. Что это? Мифический защитник сталкеров, о котором ему столько рассказывали бывалые? Или это просто галлюцинация вызвана его безвыходным положением или всё же, правда?!

Бой продолжался, таинственный незнакомец убил двоих. Резким и быстрым, почти неуловимым глазу, прыжком оказывается у третьего. Грациозным движением рук разрывает твари пасть. Уже тогда парень понял что человек, даже самый сильный, не сможет повторить подобного. Юнец видит, что последний делает прыжок на его спасителя, делает несколько точных очередей «Калашниковым» по «собачке» животное падает, но оно еще живое и тут неизвестный спаситель делает, то, что Кольке некогда бы не пришло на ум. На полуживое тело набрасывается здоровяк, будто хочет отдать душу поверженного в дар смерти. Зрелище дикое, снег весь в крови, на дворе метель, лицо незнакомца в крови убитых. Гигант добивал «зверька» кулаками, а на станок прокусил ему шею. Сталкеру сразу вспомнилась энциклопедия «О животных». Именно в этой книге он читал о «зверских» ритуалах хищников поле удачной охоты. Он ел…. Только теперь до Кольки дошло: он не защищал его, он охотился. Это дикарь один из тех редких людей имеющих иммунитет к радиации, точнее можно сказать он был порождением Самой Радиации — человек сумевшей выживать на этой Богом проклятой земле. Хоть как бы это не звучало дико, он жил здесь, и сейчас, именно в этот момент, его следующей жертвой мог стать случайный свидетель….Ни, в чём неповинный сталкер – новичок…

Ветер становился всё порывистей и сильнее, обжигал не только тело, но и сознание. Деревья, которые были больше похожи на гигантов с белыми шапками, мирно поскрипывали, где-то было слышно зверский вой. - Наверное, не только тут идёт битва, - подумал парень. Николай стаял, боясь, шевельнутся, крепко сжимал автомат, сознание остановилось, в этом мире было два человека – он и его случайный спаситель. Он знал, что магазин на половину полон, поэтому должен стрелять метко, при одной этой мысли его тело взял озноб.

…через несколько секунд после начала трапезы, незнакомец поднялся, не поворачиваясь к сталкеру лицом, будто, вырвав из себя последние слова, произнёс:— Уходи пока еще можеш, я не смогу тебе помогать до конца твого пути, место куда ты направляєшся, служит пристанищем для болем страшных существ,… они разорвут тебя и умоются твоей тёплой кровью, которою уже почувствовали…

— Позволь тебя поблагодарить,- уверенно произнёс Коля, медленно попуская хватку «калаша», который и так был весь в красном снегу, будто парень добивал зверей с помощью приклада и иногда выпускал его из рук.

— Благодарность,…неужели я слышу такое простое и сладкое как мёд слово, от ЛЮДЕЙ?! – лицо странника изменилось, его охватила жажда мести, он взял себя «в руки», хоть паренёк этой битвы между местью и здравым смыслом не видел, он ощутил, ту ярость которая, как вино из полного бокала, скоро выльется.

— Я просто…Поблагодарить хотел….Но вижу зря.- Лицо парня побледнело, хоть через противогаз этого и не было видно.

Неожиданно, великан одним прыжком оказывается возле сталкера, быстрым движением обезоруживает его, пристально глядя ему в глаза, говорит: — Ты даже представить себе не можешь что здесь водится, даже двух метровые пауки обходят это здание стороной, что в этом месте такое важное, что ты рискуешь своей и без того короткой жизнью, неужели захотелось приключений и романтики на свою задницу? Жить не хочется?- его лицо, с каждой секундой после высказанных им слов, становилось, как мрамор белим и твёрдым.

—Книга…летопись, которую написал незадолго до войны тамтешний библиотекарь, - тихо молвил сталкер,- никому еще не удавалось найти её, но у меня получится, я знаю, я не подведу отца….

Выслушав парня, Великан достал из заднего кармана потрепанных китайских, вероятно снятых из какого-то трупа, джинсах, небольшую перепачканную грязью и еще чем-то непонятным, тетрадь, которая только из далека, напоминала книгу, передал парнишке - держи, это она, книжонка находилась в подвале, я случайно её нашел, сразу понял. – Дорогая, хоть я её так и не читал, а теперь уходи, живо. - Быстро и почти неразборчиво произнёс великан.

Парень не сказав ни слова начал читать, - …сегодня начали бомбить, слава Богу, что не ядерными….,- он понял в его руках, не имеющий цены артефакт, теперь он с отцом сможет убраться из той грязной помойки-станции, которую ребятишки мило величают домом…

—Она? – поинтересовался незнакомец.

—Она!!! – чуть ли не крича, ответил юноша, - теперь то я с отцом заживу,…а я им говорил!...не верили?!....ха!...и кто теперь здесь наивный?, А? – последующий жест парниша явно не ожидал, пощечина с таким хлопком и силой, последовала после его оборваных фраз, была необходима и они оба это понимали…Противогаз слетел…

Начало светать, снегопад усиливался, будто не слыша мольбы сталкеров. Уже несколько часов они блуждали по руинам, некогда великой Москвы, в поисках входа в метро. Видимость была настолько плохой, что даже Зверь не смог точно определить их местоположение. Они оба понимали, что нужно прятаться или искать побыстрее вход ибо «Страх небес», существо напоминающее смесь ястреба и птеродактиля, схватит их, и они станут его завтраком. В лучшем случае «птичка» просто их уронит.

— Мы уже почти пришли, - сказал Коля, еще несколько сот метров и всё… - Медленно пробираясь через огромные кочугуры снега добавил парень.

— Блин… жрать охота…, да к тому же столько снега привалило.

— Ты ж уже ел. Ту…Псину... Помнишь?

— Я её добивал, я человек, такой же, как ты, только переношу радиацию. - Дружным тоном поправил его здоровяк. — Раньше я тоже жил в метро на станции «Партизанская» но брата и меня… - Лицо у зверя побледнело, ужасные воспоминания и по сей день тревожат, покалеченное судьбой, сердце, доброго и чувственного здоровяка….

— Как тебя зовут? – глядя ему в спину, произнёс сталкерок. – Меня Николай Петрович. – Добавил парень, разглядывая своего нового друга.

— Голиаф. – Строго и серьезно ответил зверь, медленно пробираясь до заветного входа.

— Я даже понимаю почему. – С улыбкой произнёс Коля.

Спуск не занял у них много времени, здесь, в метро было намного теплее, конечно вид не очень, но именно это бомбоубежище стало приютом для многих выживших. Уже в тоннеле Малыш снял с себя защитный костюм, тщательно проверяя его, уложил в сумку. Спустя несколько секунд противогаз тоже оказался в сумке. Голиаф стоял рядом и наблюдал за парнем, словно изучая его повадки, всматривался в каждое движение, даже в самую незаметную на первый взгляд деталь. Для здоровяка это был первый спуск в Метро за несколько лет. Конечно, его здесь некто не узнает, но всё равно нужно остерегаться, он не такой как другие. Он прекрасно знал человеческую натуру, знал, что если общество какой, либо станции узнает, что по Метро разгуливает мутант, разорвавший голыми руками троих псов, сразу же отправят несколько бригад на его поимку. Установят вознаграждение за его, и без того покалеченную в разных схватках, голову. Всматриваясь в чёрную пустоту его сердце, сжималось тесками воспоминаний. Еще с детства выпивший полный бокал горечи утраты, он простил Метро, которое отвергло его и брата, словно ненужный фрагмент откидывает малыш во время складывания пазла. Он простил… Но сердечная боль не проходила, даже сейчас когда он вернулся в родное Метро, которое не признает его, через которое, он почти утратил человечность, но получив взамен дикую ярость. Спасали только библиотеки. Да и там ему небыли рады… Чужой среди своих… Стал своим среди чужых… Он простил... Он спасал заблудших сталкеров… Он хранитель жизней, там, наверху… Там требуют его присутствия, там он спаситель, а тут… - его мысли перебил парнишка, - Чего стоишь как вкопанный, давай со мной, на станцию, тут недалеко. – С широко открытыми глазами проговорил Коля, глядя, на его изуродовано, во многих битвах тело, подал ему какой-то грубый свёрток.

— Вот, держи, это одежда. Лучше чтоб местные не знали кто ты. – Подержав паузу, добавил: - ты со мной? Денег хватит на троих. – Сделав жалкую, на вид, улыбку, смотрел ему в глаза, словно что-то ищет.

— Спасибо… У меня другой путь. – Посмотрев по сторонам, и уверившись, что они одни добавил: - спасать заблудшие души…

— Ты… Ты мне помог… Спасибо. Но я тебя не понимаю…

¬— Здесь я чужой… А там ты…

— Значит, ты не идешь со мной?...

— Нет. Пожалуйста, отплати мне тем же… - Прислонившись к небольшому уступу, тихо дыша, произнёс Голиаф.

— Только скажи как!

— Помоги другому… - посмотрев на парня в последний раз, гигант ушел… Много еще после этого случая слышал парень о таинственном хранителе покоя внешнего мира. Полис – соединение четырёх станций, центр культуры и науки всего метро. Именно там Коля продал книгу. Часть патронов он оставил себе и отцу, а вторую раздал неимущим. С тех пор много утекло воды, паренёк стал мужчиной, потерял отца, но до сих пор помнит того таинственного Голиафа. — Это судьба? – часто задавал себе этот вопрос парень. Он не стал сталкером. Не хотел… Но легенды и слухи о Хозяине Москвы по сей день блуждают по тёмным, полуразрушенным от времени и бесконечных воен, туннелях… «Странная штука – жизнь…»


20.01.2010


home | my bookshelf | | Сталкер (сборник рассказов) |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 36
Средний рейтинг 4.9 из 5



Оцените эту книгу