Book: ГРУ – любовь моя



Валерий Световит


ГРУ - ЛЮБОВЬ МОЯ.

Автор: Валерий Световит

Издательство: Самиздат

Язык: русский


Формат: fb.2


2013 г.


В качестве синопсиса: Книга представляет из себя сборник новелл, живописующих деятельность агентурной военной разведки России. Написана с корпоративной гордостью и любовью, но без официоза и патетики, с юмором, а также элементами гротеска и "шпионской фэнтэзи". Ориентирована как на профессионалов разведки, так и на "шпионских чайников".


Используемое в произведение название ГРУ или ГРУ ГШ вполне можно расшифровать как священное для каждого российского военного разведчика название центрального руководящего ведомства военной разведки - Главное Разведывательное Управление Генерального Штаба. Вместе с тем, вынужден сразу пояснить, что действующие в литературном произведении персонажи и организации ничего общего с реально существующими российскими лицами и организациями не имеют. Всякие совпадения названий, имен и фамилий носят случайный характер. За возможно оцененные кем-то как крамольные и экстремистские высказывания и действия персонажей автор, безусловно, не отвечает. Автор - это лишь зеркало и эхо своих персонажей.

ОСОБОЕ ПРИМЕЧАНИЕ

Поскольку в агентурную разведку обычно отбирают людей общительных, психологически гибких и стойких, умеющих расположить к себе человека, то автор смело рассчитывает на традиционно и профессионально развитое у военных разведчиков чувство юмора. И особенно на умение оптимистично и весело взглянуть на самого себя и свою жизнь в разведке.

Хотелось бы также напомнить братьям и сестрам на разведывательном поприще, а также «шпионским чайникам» и читателям иных разновидностей, что произведение носит чисто художественный, а не мемуарный и не историко-документальный характер. Хотя, конечно, и создано по мотивам реальной жизнедеятельности российской военной разведки.

Признаюсь, что в погоне за красотой и выразительностью образов, а также от избытка чувства ностальгической любви к системе, допустил некоторые отклонения от истины и эмоциональные перегибы, вплоть до вкрапления элементов военной «фэнтези», гротеска и дружеских пародий, тусовочного стеба, а также корпоративного самовоспевания и самолюбования.

Прошу также учесть, что язык произведения местами, безусловно, далек от классического русского литературного, нередко содержит фрагменты народных и даже, возможно, псевдонародных речевых оборотов. Ясное дело, что это не от неграмотности автора, а просто такой литературный прием, дабы во всей самобытности отразить посконно-реальные персонажи носителей оных речевых оборотов в повседневной армейской жизни. Заметьте при этом, что автор все же стойко избегает ненормативной и т.п. лексики, щедро применяемой на практике в военной среде.

Юмор, естественно, не всегда «по-английски» тонок. Чаще по-военному незатейлив, самобытен и грубоват, зато всем понятен, даже штатским и «чайникам». На это и рассчитано. Так что духовно вкушайте и интеллектуально наслаждайтесь, дорогие и уважаемые читатели.


Братьям и соратникам по информационному

перу и оперативной шпаге посвящается

ОГЛАВЛЕНИЕ

Новелла № 1. Истоки.


Новелла № 2. Глас народа - глас божий.


Новелла № 3. Разведчиком не рождаются.


Новелла № 4. Письмо слушателя Тайной Военной Академии.


Новелла № 5. По дороге в «святая святых».


Новелла № 6. Характеристика офицера.


Новелла № 7. Нейролингвистическое программирование.

Новелла № 8. Вещий сон .

Новелла № 9. Открытое письмо работникам культуры.


Новелла № 10. Фемина в разведке.


Новелла № 11. Любить по-шпионски.


Новелла № 12. 23 февраля или Трудное военно-революционное утро.


Новелла № 13. Любовь и секс в разведке.


Новелла № 14. Камо грядеши, ГРУ?


Новелла № 15. Агенты бывают разные.


Новелла № 16. Красный нинцзя.


Новелла № 17. Лингам.


Новелла № 18. К нам едет ревизор.


Новелла № 19. О, сладость шпионских грез и мечтаний.


Новелла № 20. Увидеть Париж - и проснуться.


Новелла № 21. Нелегал и литератор.


Новелла № 1.

ИСТОКИ

Я взглянул, и вот конь белый, и на нем всадник, имеющий лук, и дан был ему венец, и вышел он как победивший, и чтобы победить.

Библия. Откровение, VI , 2


По христианскому календарю ромеев шло 905 лето от рождества Христова или 6413 год от сотворения мира.

На берегах Босфорского залива и бухты Золотой Рог вольно раскинулся славный и многоликий Константинополь, столица мощной и процветающей империи ромеев, богатейший город Европы, важнейший центр транзитной торговли между Востоком и Западом, основанный первым римским императором-христианином Константином Великим в 330 г. нашей эры на месте древнегреческой колонии Византий. На Руси этот город был известен под звучным и знаковым названием Царьград.

Греко-славянское по составу населения государство, со второй половины IX века находящееся под властью императоров Македонской династии, переживало свой «золотой век», период экономического подъема и расцвета культуры, быстрого развития городов, ремесел и торговли. Во всех отраслях жизни утверждался консервативный и охранительный традиционализм.

Для расширения влияния империи и укрепления ее внешней безопасности, особенно со стороны славянского мира, для создания своеобразного идеологического и культурного «Пакс-романа» («Римского», или точнее, уже «Византийского мира»), священники и проповедники, подготовленные в созданной при патриархе Фотии в конце IX века патриаршей богословской школе, отправляются к болгарам, моравам, сербам и русам, разворачивая широкую миссионерскую деятельность по христианизации варваров. Ромейские священники из славян Кирилл и Мефодий создают славянскую письменность и переводят Библию и церковную литературу на славянский язык, точнее - на болгаро-сербский.

В войске главной ударной силой становится тяжелая конница, а пехота комплектуется в основном из воинов-стратиотов, свободных крестьян, служивших за надел земли. С македонской династии начинается практика широкой раздачи знати и боевым командирам больших угодий и пустующей земли, формируется класс помещиков-динатов, на которых работают парики - зависимые крестьяне.

Где-то на севере рос новый сильный враг Византийской империи - объединенное государство русов, вступившее в союзные отношения с кочевыми уграми и печенегами, а также прекратившее даннические отношения с Хазарским каганатом. Во главе его утвердился Великий князь Олег (известный впоследствии по летописям как Вещий Олег), после захвата в 882 г Киева и уничтожения ранее правивших в нем князей Аскольда и Дира. Установленная хазарами блокада восточных торговых путей требовала от киевского князя решительных действий на южном направлении - в сторону Черного и Средиземного моря для прокладывания новых торговых маршрутов в экономически развитые районы для сбыта традиционных русских товаров (пушнина, мед и др.) и получения столь нужных Руси металлов и оружия.

Для этого нужен был благоприятный договор с Византией, который, как показывал исторический опыт общения с ромеями, можно было выбить только силой. Предстояло организовать великий поход на Царьград, на лодьях по морю, и на конях - по суше. И главное - удачно выбрать время для него, когда основные воинские силы империи будут связаны войной на других фронтах, прежде всего в Малой Азии.

Подготовка к такому походу уже велась. И Великий киевский князь Олег, сидя вечером в парадной гриднице за длинным дубовым столом, в своем тереме на горе, которая позже будет названа Старокиевской, держал совет вместе с нарочитым воеводой Петричем, начальником личной княжеской охраны и, по совместительству, княжеской разведки.

Воевода, которого многие дружинники если и не побаивались, то, по крайней мере, вельми остерегались, скромно примостился за другим концом стола. Вид у него был весьма впечатляющим. Кряжистый детина, уже давно минувший сорок лет, был одет в просторную белую полотняную рубаху, расшитую красным орнаментом. Косая сажень в плечах, выпуклая грудь колесом, бритая голова со шрамами и оселедцем на макушке. Конец седовато-серебристой пряди был заложен за левое ухо, в котором болталось тяжелое золотое кольцо с массивным рубином. Колоритный облик дополняли длинные, вислые, слегка запорошенные сединой усы, доходившие почти до середины груди.

Великий князь кратко и весомо излагал свои давно продуманные мысли:

-Нужен свой постоянный и зоркий глаз в Царьграде, и как можно скорей. И чтобы все увиденное, услышанное и добытое наш человек мог обмозговать и вовремя мне лично своевременно передать. Человек этот должен быть сверхнадежным, опытным и знающим воином, который смог бы сам все на месте оценить и проверить, и правильно время для удара определить - не раньше, и не позже. Да еще хорошо бы и подсчитал, какие силы надо на врага бросить, чтобы быстро и наверняка управиться. И люди у него для этого свои должны быть во вражьем стане. Чтоб сумел привлечь на нашу сторону знающих, из начальственных, которые в царском дворце не из последних, прямо у трона стоят, и про войско царское все в доподлинности ведают. Точно и загодя надо знать, когда имперское войско в поход уйдет, чтобы и самим успеть подготовиться, и раньше времени врага не спугнуть.

Князь перевел дух, задумался на пару секунд, потом решительно тряхнул головой и продолжил.

-Так что подумай, друже Петрич, покумекай, и коли такого человека ведаешь, то не таи. Сообщишь мне завтра с утра, с собственным за него поручительством. Да, и лучше бы, если он еще и по-ромейски справно говорить мог, как подлинный византиец, и обычаи их знал, и богов. Чтобы за своего сойти мог, если понадобится. Есть у меня, конечно, и свой человек на примете, но надобно, чтобы для такого дела все же выбор был. Так что жду и верю в то, что и ты весьма дельное присоветуешь. А, может, и так стать, что и твоя и моя кандидатуры совпадут. Да еще надобно ему двух-трех помощников подобрать. Скажем, из княжеских мужей или из гридей Полчного ряда - моей старшей дружины, а можно и из отроков - из младшей дружины.

Князь вновь замолчал, облизнул пересохшие губы и потянулся к ендове с медвяным квасом. Отхлебнул изрядно, промокнул рукавом рубахи губы, и завершил назидательно указания традиционной ссылкой на необходимость обеспечения секретности планируемой акции.

-И все в строгой тайности должно быть. Ну, да не мне тебя учить. Ромейские лазутчики в самом Киеве тоже кишат, следят за Русью. И среди наших кочевых союзников вовсю смуту сеют, не жалея серебра и злата. А без союзной конницы в этом походе не обойдешься. По моим расчетам, надо бы не менее трех туменов собрать, то есть по одному от нынешних подельников - от кангаров, как себя печенеги называют, от угров, а тако же от торков. Пусть боевым делом докажут свое право на безопасную жизнь возле наших земель. Славянские племена пока что больше к пешему бою привычны, на конях только княжеские дружинники воюют.

И вот, всего неделю спустя после этого разговора, Великий князь вновь сидел в той же горнице, за тем же дубовым столом, в компании с тем же Петричем. Он любил сам до всего доходить и не откладывать дело в долгий ящик. И наиболее хитрые комбинации посредникам не доверял - предпочитал самолично работать с главными исполнителями.

На столе перед ним лежали четыре секретных свитка - свернутые в трубочку пергаменты на деревянных палках из государева тайного архива. В них содержались установочные данные и характеристики на трех предложенных кандидатов и одного «своего». Правда, вчерне Великий князь уже принял решение. Его собственный кандидат, даже при заочном знакомстве с документами, был явно предпочтительнее остальных, показал себя должным образом и в открытом бою, и в тайном деле. Но и остальные были хороши, можно будет включить в состав будущей резидентуры в Царьграде в качестве помощников, или же оставить кое-кого в качестве резерва.

Перед нарочитым воеводой также лежала стопка расхожей рабочей бересты, исправно заменявшей на Руси дорогостоящую импортную бумагу и пергаменты. Петрич молча проглядывал записи, расправляя бересту грубоватыми сильными пальцами, что-то корректируя на ходу острым стилом.

Главный избранник самого князя, с кандидатурой которого охотно согласился и Петрич, должен был вот-вот явиться на беседу, а, точнее, прямо на инструктаж. Ибо решение высшей властью фактически уже принято, а княжей воли никто ослушаться не посмел бы. Была бы честь оказана, за матушку Русь порадеть. А если надобно, то и костьми лечь, памятуя, что мертвые сраму не имут, а геройские деяния гусляры воспоют, в веках восславят. Правда, разведчиков это обычно не касается. Работа такая, тихая, внешне незаметная. Шум ненужный бывает обычно только при провалах. А так, при отказе али ослушании, запросто можно в порубе бесславно сгнить. Или голова с плахи после усекновения скатится, при позорной для воина казни. И добро личное на поток пустят, да родственников ближних в слуги или в холопы сдадут на долгие годы или насовсем.

При таком бесславном конце, как без головы, без обличья видимого, перед Сварогом и Перуном в Ирии - райском саду - предстанешь? Ведь могут и не признать славянские боги за своего родича - славянина. И не пропустят, стало быть, к вечной сладкой жизни, как справному бойцу положено, со свежими, не распробованными бабами кажинный день, да добрым кусом сочного мяса на вертеле, да объемистым ковшом медовухи всякий раз, когда душа пожелает. И в Небесную дружину Перуна, ясное дело, не зачислят, на белом коне с мечом и копьем в руках по заоблачным лугам уже не поскачешь.

А то и вообще, не на небесные чертоги, а сразу, прямым ходом, как грешник и враг славянства, к Нию, богу подземного мира, попадешь, в черную гранитную пещеру, к его черному железному трону, на праведный суд и великие мучения. Альтернатива, однако? Вот и выбирай, коли умный!

Коротая время перед назначенной встречей, князь еще раз перечитал ориентировку на кандидата в главные нелегальные резиденты военной разведки Великого князя Киевской Руси в Царьграде.

Оперативная справка на Осмомысла Вершковича (оперативный псевдоним - Ярый), уроженца Ноуграда (Новагорода), русича, 42 лет от роду.

По происхождению - из семьи старшего дружинника новгородской рати. Отец погиб в ладейном бою с данами во время морского похода по Янтарному морю. Старший брат пал в бою при усмирении финских племен емь и сумь. Младший брат служит в полоцком гарнизоне младшим дружинником. Мать - полочанка, такоже из дружинной семьи, проживает вместе с младшим сыном.

Истинный славянин, член тайного военно-патриотического общества «Перун» - возглавляемого, кстати, мною же, довольно ухмыльнулся князь.

Службу проходил с 10 лет вначале в качестве отрока в младшей княжеской дружине. Затем за воинское умение и заслуги переведен в старшую дружину, где от гридя дослужился до сотника. Участник четырех военных походов и 12 крупных сражений с хазарами, печенегами, уграми, эстами, ливами и другими народами и племенами. Дважды ранен.

Чемпион киевского гарнизона по стрельбе из лука и в метании ножа. Отлично владеет мечом, двухлезвийным топором и копьем. В совершенстве владеет приемами славяно-горицкой борьбы.

Имеет положительный опыт боевой командной работы в войсковой разведке. Возглавлял более 20 глубоких конных поисково-разведывательных и диверсионных рейдов по тылам противника. Умело выполнял поставленные задачи при минимальных потерях. После перевода в агентурную разведку закончил с отличием специальные княжеские разведывательные курсы.

Успешно выполнил поставленные задачи в трех длительных и семи краткосрочных закордонных командировках. Действовал в качестве нелегала на территориях Византийской империи, Хазарского каганата, Франкского королевства, а также ряда сопредельных княжеств и племен под различными прикрытиями (тюркского шамана, христианского миссионера, иудейского купца, арабского лекаря, демобилизованного византийского наемника и т.д.).

Удостоен высшей награды Великого княжества - «золотой нашейной гривны» - за собранные данные по фортификационным сооружениям и гарнизонам хазарских крепостей Саркел, Саманкаракор, Сакмерц и Таматарха-Матрега. Дважды вручалась «серебряная нашейная гривна». Награжден также почетным «золотым» мечом и серебряным шлемом.

Имеет выраженные лингвистические способности. Свободно владеет греко-ромейским, тюркским, варяжским и германским языками, может читать и изъясняться на латинском, иврите, арабском и фарси.

Инициативен, смел и удачлив. Морально и коорупционно устойчив. Войсковую и государеву тайну хранить умеет.

Делу Великого князя и Великой Руси предан.

Рисованный парадный портрет в рост в полных доспехах, сотворенный в 1/10 натуральной величины, в возрасте 35 лет от роду, при вручении «золотой нашейной гривны», к справке прилагается.



Дверь резко распахнулась и в хоромы бесшумным, грациозно-легким шагом барса стремительно вошел человек с портрета, внешне ничем особо не приметный, как и положено быть удачливому лазутчику. Среднего роста, сухощавый, с узким, живым лицом, обрамленным аккуратно подстриженной короткой бородкой. Длинные, до плеч, волосы на голове и в бороде были необычного для славянина густо-черного цвета, даже слегка с синеватым отливом, ну и, естественно, уже с проблесками седины. Глаза темно-карие, и тоже с легким восточным загибом к вискам. Сразу чувствовалась примесь степной кочевой или дикой горной крови. Кажись, бабушка была полонянкой, припомнил князь, из племени касогов или аланов. Ото и лепо, что на инородца обличьем схож - легче за кордоном работать.

Одет удачливый лазутчик был просто - сине-белые полосатые и просторные штаны, заправленные в желтые сафьяновые сапоги с загнутыми носами для верховой езды. Поверху белая льняная рубаха, по талии охваченная широким боевым поясом из простеганной в несколько слоев кожи, утыканной бронзовыми бляшками. Из оружия только трофейный арабский кинжал, заткнутый за пояс, длинный, изогнутый и широкий, из дамасской булатной стали, украшенный самоцветами по рукояти и ножнам.

Вошедший сверкнул глазами, увидев начальника разведки, усмехнулся, слегка, с достоинством поклонился, по дружинному обычаю, и глуховато-спокойный, ровный голос произнес.

-Исполать тебе, княже. И тебе, воевода, тож. Пошто звали?

Деловой разговор, как и положено старшему по чину, начал князь.

-Проходи, Осмомысл, и садись напротив. В ногах правды нет. Ибо разговор долгий будет. Не на пир честной тебя позвали, из ендовы медовуху хлебать, да белорыбицей закусывать. Сам понимаешь, не в первый раз. И слово мое ныне не для хмельных голов будет.

Князь подождал, пока подчиненный пристроится на лавке, и продолжил.

-А дело такое для тебя есть, и как обычно - тайное. Вельми тайное. О нем только несколько человек знают. Поедешь в Царьград. Там осесть должен, надолго, может, на год, а может, и подольше задержишься. Кто знает, как дело пойдет? Корни пустить в тамошнюю землю надобно. Должон будешь за это время людей сведущих подыскать в императорском стане, из ближних к кесарю людей, которые все военные тайны ромеев в доподлинности ведают. А главное - когда имперское войско и флот надолго столицу покинут. И об этом мне как можно быстрее сообщишь. Куда уходят, на сколько, и с какими силами. И какие силы для прикрытия Царьграда останутся. Уразумел?

-Уразумел, княже, - утвердительно мотнул головой собеседник. Лицо его было по-прежнему бесстрастным, только слегка засветились каким-то хищно-тигриным светом враз пожелтевшие глаза.

-Это хорошо, - продолжил князь, - что ты такой понятливый. Великую тайну тебе доверяю, замысел мой. Ну да, небось, сам уже догадался, по моим вопросам? Поход великий я замыслил, на ромеев, в какой Русь еще никогда не ходила, по морю и по суше одновременно. А чтоб удар по ромеям успешный был, надобно, чтоб Царьград от войск пустой был. Не хочу кровь русскую зря лить. Малой кровью надо великие победы добывать. А буде успешно дело сотворишь - быть тебе тысяцким в стольном граде Киеве по возвращении. Великий князь великие услуги не забывает. Что касается подробностей о деле предстоящем - тебе их воевода Петрич изложит, начальник твой. Ну, что сам думаешь о сем?

Жесткий прищур глаз новоприбывшего, внимавшего словам Великого князя, на мгновение разгладился, и последовал быстрый и решительный ответ.

-Согласный язмь, княже. Спасибо за доверие, оправдаю. Давно пора ромеям урок преподать, и Русь меж всеми народами возвеличить. Наши боги давно этого хотят. Как и вои.

-Ото и добре, витязь земли Русской. Хорошо сказал. Другого ответа я от тебя и не ждал. И на вот тебе на оперативные расходы на первое время - арабские серебряные дирхемы и золотые византии.

Князь извлек откуда то из-под стола два довольно увесистых мешочка из замши и подвинул их через стол поближе к посетителю.

Затем разговор перешел к воеводе. Скучновато-будничным голосом, быстрой скороговоркой, лишь изредка справляясь на кусочках бересты, раскинутых веером перед ним, он продолжил инструктивную часть встречи.

-Значится, так. Операция планируется многоходовая, в несколько этапов, с промежуточными легализациями. Через седмицу поутру из Киева отплывает караван из 20 лодок-однодеревок с красным товаром, в Корсунь-град, что находится в византийской колонии-климате Таврия. Половина из них княжеские. С этим караваном пойдешь под видом охранника. Сам знаешь, пока по батьке-Днипру до моря дойдешь, семь порогов надобно одолеть. С печенегами да уграми пока мир, но всякие шайки на порогах озоруют. И воровские степняки-карапшики, без роду и племени шалят, и наши славянские разбойники-бродники там пасутся. От них и охрана. Но это не твоя забота. Пусть другие вои товар обороняют. А ты в драку не лезь, не для того послан. И от случайной стрелы хоронись. Не хватало еще с самого начала из-за глупого ранения или смерти такое дело завалить.

Воевода пододвинул поближе к себе другой кусок бересты, бросил на него быстрый взгляд, хмыкнул, потер ладонью широкий лоб, и продолжил.

-В караване будешь находиться при купце Миролюбе. Это мой человек. Я тебя с ним завтра сведу. Его задача - доставить тебя в целости и сохранности до Корсуня, и помочь организовать там твою промежуточную легализацию. Половину денег за реализацию княжеских товаров он тебе передаст дополнительно к тому, что ты уже от князя получил. В граде том задержишься на месяц, максимум на два, под видом воина-славянина, который хочет в Царьград попасть, поступить наемником на имперскую службу. И вот тут у тебя одна загвоздка серьезная и деликатная будет.

Петрич прервался, как-то по волчьи зыркнул исподлобья на Осмомысла, пожевал в задумчивости губу, вновь заговорил с некоторой натугой, как будто преодолевая нерешительность.

-Мы планируем, что в Царьграде ты легализуешься вначале как бывший воин-наемник, отслуживший положенный срок в колонии, в Таврии. Дело тебе знакомое, ты под таким прикрытием уже работал. А затем, как бы на накопленные за время службы деньги, ты свое коммерческое дело в столице откроешь. А дело это, как бы тебе это сказать, для воина непривычное, хе-хе, скоромное.

Воевода как-то неожиданно подавился смешком, потом не выдержал и басисто заржал, тряся усами и содрогаясь всем своим мощным телом. Глядя на него, не выдержал и князь, и тоже заливисто и смачно закатился смехом, всхлипывая периодически от избытка чувств и вытирая глаза от слез.

Даже гость не выдержал общего веселья, и, не зная почему, тоже вежливо поддержал честную компанию. Насмеявшись вдосталь и отерев слезы и пот рукавом, в дело опять вступил князь, видя, что воевода еще не успокоился и вот-вот начнет опять громыхать голосовыми связками, а то и вообще с лавки свалится.

-Прослышали мы тут с воеводой как-то, что у ромеев есть обычай один. Ну, да ты и сам знаешь, ибо на тамошних землях не раз бывал. Есть у них дома для мужского отдохновения, где девки непотребные, развеселые, свою любовь за деньги продают. Небось, и сам бывал по молодости не раз? Ну ка, признавайся! Да ладно, не хмурься. Не надо, это я пошутил. В общем, по-ихнему, по-ромейски, лупанарий называется. Так вот, ты такой дом сам откроешь в Царьграде, или готовый перекупишь. Да девок покрасивше, лицом попригожее, да телом побогаче подберешь, справных на любовь и ласку. Из тех, что в объятиях покрепче, и с передка безотказных. На это капитала не жалей. Да и искусству этому подучи, не сам, конечно, а учителя им специального найми, у ромеев такие есть. Чем девки слаще и в любви искусней, тем они полезней в нашем деле будут.

Князь на минуту задумался, как бы уплывая в воспоминания, и его лицо осветилось изнутри теплой нежностью. Машинально он даже причмокнул губами, видимо, вспоминая особенно сладкий эпизод из своих обширных любовных приключений. Но затем на чело вновь надвинулась личина привычной суровости.

-А чтобы это дело сразу не провалить, за время пребывания в Корсуне должон будешь присмотреться, как там такой же лупанарий организован. Дозволяю для такого дела, так и быть, и самому этих девок опробовать, в натуре, чтобы в тонкостях проблему познать.

Тут князя опять предательский смешок начал разбирать, но усилием воли он все же сдержался, подавив несвоевременное отвлечение от дел, и продолжил.

-Оно, конечно, невместно и неприлично княжьему дружиннику таким промыслом заниматься, но надобно, во имя разведки и для блага Руси, через себя уметь переступить. Тако мыслю, что, хотя дело и зазорное, но устойчивое, доходное, и для разведки полезное. А стало быть, нужное, ибо дело наше в белых рукавицах не сотворишь. И для добычи информации сподручно, и для встреч с полезными людьми, и для привлечения новых подельников, и для княжьей казны не накладно. Чтобы мог, в случае временной нужды, на полном самообеспечении пребывать, сколько понадобится, и сам, и твои помощники. В нашем деле всякое может случиться. Дорога до Царьграда, чай, не близкая, с крутыми поворотами и опасная. И люди, и деньги посланные могут и не дойти.

-Ну, а что касается вербовки доглядчиков, то это пущай Петрич сам изложит. Чаю, он уже от смеха отошел, и для продолжения работы пригоден.

Воевода, действительно, уже справно, серьезно и твердо сидел на лавке, и только красные пятна на скулах и на шее свидетельствовали о недавнем неудержимом приступе эмоций. Ну да ничего, во всякой серьезной работе разрядка нужна, а то умом тронешься. А Петрич, опять вооружившись своими заметками на бересте, все тем же бесцветно-монотонным голосом продолжил.

-Главный объект агентурного проникновения для тебя - императорский двор, ближнее окружение самого василевса и его царственной супруги.

Петрич пододвинул поближе следующий кусок бересты, и, изредка консультируясь с записями на нем, начал излагать замыслы.

-Мыслю так предварительно возможную агентурную комбинацию. Нужен выход на «доместик схола» - начальника византийского гарнизона. Не на самого, конечно, а кого-то из его ближних прислужников. На месте сам подберешь. Он у них самый могущественный после базилевса, и, стало быть, его двор не хуже императорского информирован.

Второе направление - есть прямой выход на нынешнего «спафария манглавитов» - начальника дворцовой охраны, ежели он до твоего прибытия не поменяется. У меня на него кое-какой материалец уже собран, потом ознакомишься. Злато он любит, плюс идейный мотив используй, ибо он - из славян, и греков с армянами у трона не очень любит. И в христовой вере не слишком тверд. По их понятиям, как бы еретик. А главное - есть хороший, выигрышный компромат. Он у императрицы в чести, и есть данные, что он с ей в прошлом вельми близок был. Не исключено, что и по сей час в такой тайной прелюбодейной связи состоит. А за таку пакость у них в Царьграде живым в раскаленном медном быке запросто на центральной площади прилюдно сжигают. Так что зацепить его есть чем. И чем удобен - даже если войско в поход уйдет, он во дворе останется, при царице, которая в отсутствие императора всеми делами в столице заправляет.

Тут в дело опять вмешался князь.

-Я про нее много слышал от разных людей. Боевая баба и бают, красоты неописуемой. Лицом бела, брови черные, соколиные, дугой изогнулись. Глазищи синие в пол-лица, зубы как из жемчуга, кораллами губ окружены. А ступает, как лебедушка по озеру плывет. Про грудь налитую и бедра крутые, да про талию осиную песни петь можно, али былины слагать. В общем, зело хороша да пригожа, как в сказке. И умом не обижена, что для бабы редкость. Может, и сам к ней по мужскому делу приглядишься? Как ты по этой надобности? Слыхал, две жены есть, и семерых законных деток успел настрогать, несмотря на длительные разъезды. А сколько всего твоих потомков по белу свету уже разбрелось? Небось, и сам уже не упомнишь? Особенно тех, кто за кордоном остался. Сам то не считал?

-Нет, княже, недосуг было. Все о службе радел. А законных детушек уже восемь, еще один надысь народился. Крепкий бутуз получился. Справным воином в твоей дружине будет. А всего теперь от двух жен пять парней и три девки имею. Одна, старшая, уже на выданье.

-Ну, так бери меня в сваты. Пока ты в отъезде будешь, яз об ей и порадею. Достойного жениха подберу из отроков, из младшей дружины, ежели мне это дело доверишь. А к твоему возвращению и внук будет готовый.

-А что, князь! Я согласен. Давай по рукам! Ты мне Царьград доверяешь стеречь, а я тебе свою дочь.

-Да, Осмомысл, эк ты ловок! Вижу, парень не промах. Ладно, давай по рукам! Чую, с таким помощником мой Царьград будет.

Князь опять хохотнул, но тут же мгновенно лицом построжал.

-Извини, воевода, что опять отвлек. Давай, продолжай свою инструкцию.

Невозмутимый Петрич тут же с места в карьер опять забубнил.

-Подберешь до отъезда себе двух помощников. У князя на столе три свитка лежит на возможных кандидатов, поглядишь. Из лучших выпускников княжеских курсов. Мы тебя не неволим, не понравятся, можешь и своих людишек предложить, по своему вкусу. Тебе с ними работать. Но учти, времени у тебя всего ничего, лишь неделя для киевской жизни осталась. Некогда рассусоливать да тары-бары разводить. На месте, в Царьграде, на практической работе подучишь, ежели какие прорехи в подготовке найдешь. Твои помощники порознь пойдут, чтобы всем сразу, в случае чего, не завалиться. Найдут тебя потом в Царьграде сами.

Воевода перешел к следующей бересте, бегло проглядывая ее по диагонали и затем протягивая Осмомыслу.

-С этим сам подробно ознакомься. Тут по составу твоей резидентуры. В Царьграде уже работают некоторые наши люди. Привлеченные на временной основе, как доглядчики и помощники. В частности, один радонит - богатый купец иудейский, по имени Мордехай бен Шалаим. У него в Киеве двор большой, на Подоле, целая усадьба, и семья, тоже немалая. Эти иудеи быстро размножаются, и всем кланом живут. Семью вместе с ним мы не выпускаем. Так что никуда не денется, не сбежит. И предавать остережется. Знает, что родичи тут в заложниках пребывает. В случае чего за него сполна ответят. За свою тайную службу уже синий ярлык от князя получил на свободную торговлю в Киеве, да от мытного сбора освобожден. Теперь вот на красный ярлык нарабатывает, чтобы и по другим русским городам беспошлинно торговать мог. Вояка из него неважный, с мечом не в ладах, но с деньгами в обращении ловок и прибылен.

Получишь его адрес в Царьграде, у него там торговый двор, ну и пароль к нему. Он тебе линию связи организует, по морю. У него свои люди на кораблях торговых есть, которые постоянно в Корсунь ходят. А в Корсуне наш человек сидит. У него даже голубиная почта есть, для скорости. Вторую линию связи, дублирующую, по суше через Болгарию и печенежские кочевья, попробуем уже в процессе твоей работы проторить. Но, боюсь, по срокам доставки сведений и материалов не очень быстро получится. Да и по надежности новой линии сомнения есть.

Воевода протянул руку в стопку бересты, ловко вытянул еще одну «бумагу», и подтолкнул ее Осмомыслу.

-На вот, полюбопытствуй. Есть для начала твоей работы в Царьграде еще один подельник. Вождь наемной славянской дружины из сербов и хорутан. Зовут Мирослав. Уже второй год с нами сотрудничает. Правда, не слишком активно. Ну да, надеюсь, ты его там активизируешь. Сможешь «приручить», перековать в нашу веру. Також имеется еще в загашнике монах православный, в храме Святой Софии и своему богу и нам одновременно служит. Тоже славянин, македонец, церковное имя Афанасий. Больше года на связи состоит. А третий, по имени Коментиол, учителем трудится в Магнаврской школе, в императорском дворце. Вот тот - чистый грек, за большие деньги завербован. Так что с ним поосторожнее работай, проверяй его почаще. А в случае серьезных подозрений - сразу уберешь. У меня к таким, которые своих за деньги продают, никакого ни доверия, ни уважения нет. За ними глаз да глаз нужен. Имена, адреса, пароли и явки ко всем агентам заучишь, как обычно, наизусть. Нако, вот, еще пару листов бересты, тут все прописано. Как выучишь, мне вернешь.

Завершающую часть разговора опять взял на себя князь.

-Так что для начала людей у тебя достаточно будет. Ну а дальше сам наращивай. И не только под будущий великий поход, а подальше и поглубже гляди, на перспективу. Нам с ромеями еще долго соседствовать. Да и воевать, чую, не раз еще придется. Так что корни надо крепко и надолго пускать, на десятилетия, а может даже, и на века.

Ну, а в остальном сам на месте разберешься, даю полную тебе волю и самостоятельность, ибо опыта и знаний тебе не занимать, так что доверяю.

Остальное дело тебе воевода доскажет, а мне недосуг боле, другие государевы дела ждут. Пойдете сейчас с воеводой в его тайные хоромы. Он тебе для ознакомления выдаст наши последние справки и сводки по Царьграду, по ромейскому войску, да по главным военачальникам и царским придворным, на кого данные уже есть. Ну, а на кого нет, не обессудь. Сам сведения по ним соберешь, и нам потом представишь.



Пока не прощаюсь. Вечером увидимся еще раз, напоследок. Придешь к первой ночной страже на главное киевское капище. Принесем жертвы совместные богам нашим, Сварогу, Даждьбогу, Перуну, Велесу и Хорсу, чтобы порадели за успех нашего общего дела. А Перуну клятву воинскую на верность еще раз принесешь, как нашему с тобой покровителю. Так что с тебя причитается. Черного петуха с собой захватишь. На кострище его возложим, его кровь с твоей и моей смешаем, и на священный огонь Знич по обряду прольем.

И уже уходя, напоследок, князь еще раз пошутил.

-Чуть было не забыл о главном тебе сказать. Чтобы место мне на главных воротах Царьграда подобрал, куда яз свой щит победителя прибивать буду, повыше и надолго, чтобы все ромеи видели и помнили, что их ждет, ежели договоры нарушать будут, Русь и русичей обижать вздумают.

-А тебе доверю его самолично во время прибивания поддерживать. Да молоток потяжелее с гвоздями подлиннее припаси, да кувшин сладко-зелена вина греческого, да пару серебряных чаш чеканно-узористых, чтоб это дело тут же на месте обмыть можно было, по русскому обычаю. За нашу славную победу испить до дна, и заодно по второй пригубить, чтобы гвозди не ржавели. Да по третьей принять, чтобы щит раньше положенного времени вместе с воротами не упал. А то опять в поход придется идти, новый прибивать!

НОВЕЛЛА № 2.

ГЛАС НАРОДА - ГЛАС БОЖИЙ


Солдатушки, браво ребятушки,

Где же ваши деды?

Наши деды - славные победы,

Вот где наши деды!

Из русской военной песни


Лежу я как-то дома вечером на диванчике, после работы и плотного ужина со стопарем, находясь на заслуженном отдыхе. Ну, и коротаю время путем через просмотр телеящика для зомбирования населения. Так сказать, на ТV-set через свои вытянутые ноги с дырявыми носками взираю. Попутно горжусь тем, что его все же наши ученые изобрели, хотя затем почему-то лицензию на него англичанам продали. Потому и стал теперь по-английски называться, этот самый теле-зомби.

Ну, да ладно, прошлое уже не вернешь. Да и, как говорится, «снявши голову, по волосам не плачут», ибо не только телевизор, а и вся страна давно с молотка пущена на всемирный аукцион. А то и просто, по знакомству, за так роздана. Да еще покромсали на ломти, как молочного поросенка на банкете. Сколько новых государств понакроили из живого тысячелетнего государственного тела. А сколько еще нарежут из остатков, если дела и дальше столь же убыточно пойдут, как при нынешней власти?

Ну да ладно, не будем стопорить. Лучше продолжим дальше, про другие столь же грустные темы. Что поделать, раз жизнь такая. Об хорошее нынче редко спотыкаешься. Стало быть, не отрываясь от дивана, щелкаю кнопками на пульте, с канала на канал скачу, как только реклама начинается, ибо уже вконец достала. Единственное спасение - в пульте. Хороший прибор, однако. Вельми полезный. Если бы для каждого переключения с дивана вставать пришлось, то вообще не знаю, смог бы я с этим зомби-ящиком длительный контакт и мирное сосуществование поддерживать. Скорее всего, либо я его вдребезги, либо он меня в дурдом отправил бы.

Вот в Швеции, к примеру, от знакомого слышал, уж на что развитая страна, а и то всего три телеканала - два государственных и один коммерческий. Так телерекламу разрешают показывать только по коммерческому каналу. И никаких гвоздей. То есть берегут свой народ от психических стрессов, отупения и излишних подробностей о функционировании женского организма. А то ведь неправильное представление порой складывается о второй половине человечества. Какое-то однобокое, биологическо-косметическое. Получается как бы вовсе не венец природы, как бывшая жена утверждала, а какой-то прохудившийся санузел - вечно что-то протекает и постоянно запахи неприятные устранять надо. Ну да ладно, не буду больше занудствовать на эту тему и мадамов с лэдями понапрасну обижать, поскольку главная речь все же не об этом пойдет.

Так вот, как раз в тот вечер, а дело уже зимой было, и, в аккурат, 5 ноября, то есть, как выяснилось, в годовщину наших славных военных разведчиков, показывают по этому случаю специальную передачу. Я, естественно, так к телеэкрану и присох. Интересно ведь все же, когда про наших тайных героев в натуре, живьем повествуют, да еще конкретно, с картинками.

А тут некий хмырь болотный, как бы в облике независимо-коммерческого телеведущего, в кадр выползает, с блинообразно-небритой харей на пол-экрана, по последней дерьмократической моде, прикрывшись заодно политически нейтральной, политкорректной фамилией. Не русской, в общем, чтоб понятней было. И начинает как-то вяло и неохотно вещать сквозь зубы, как бы с сожалением и из-под палки, без страсти и патетики, и даже порой презрительно, как будто кислятины или чего похуже объелся. И по смыслу плетет чего-то совсем невнятное. И про что? А все якобы про нашу военную разведку!? И это в ее праздничный день? Не, блин, ну, чистый козел!

Иногда промеж его слов картинки за его спиной проскакивают, как будто вскользь и украдкой, и как бы в увязке с этим же профессиональным праздником. А живых, доподлинных разведчиков на экране всего один раз мельком показали. В каком-то поле в Чечне их за заслуги награждают, но, в основном, с показом со спины и затылков. И все это малокошерное и харамное, то есть явно греховное непотребство в какие-то 10 минут уложили, мимоходом. А дальше, как водится, опять реклама, уже всерьез, по взрослому, на целых полчаса пошла.

И тут меня в одночасье как бы сразу две мысли посетили, которыми и хотелось бы поделиться. Хотя, сразу признаюсь, в этом деле я не мастак, но ведь главное, чтобы душа за дело болела. И иной любитель, который понастырнее и полюбознательнее, так и любого равнодушного и усталого профессионала вполне за пояс заткнет. Если постарается, конечно.

Да и вообще, у нас официально нынче гражданское общество и демократический контроль над всеми, даже над армией установлен. Так что, как законопослушный гражданин и первоячейка этого общества, имею полное право что хошь высказать, даже если с бодуна и совсем не разбираюсь. Ибо свобода слова по конституции дарована, и в каждой квартире, в каждой голове, на каждом языке присутствовать должна.

Во-первых, что-то в сомнение дата образования нашей отечественной разведки ввела. Аж всего лишь 1918 год. А до этого, она, стало быть, где же обреталась? С чем прапрадеды наши на хазар и к Царьграду ходили? Не вслепую же и наощупь? А кто дорогу к Куликову полю впереди окольчуженных дружин протаптывал и «мамаеву» орду из кустов загодя пересчитывал? Или при Иване Грозном сверху с воздушного змея схемку казанской крепости перед штурмом рисовал? Или дырки в глубине ледяной морской воды ручным сверлом буравил в днищах кораблей великого флота Карла XII прямо в стокгольмской гавани, срывая их поход к российским берегам?

Ну, про Наполеона и говорить, я думаю, не приходиться. Даже я где-то читал про то, что как только он какой приказ подпишет, так тут же копия его у нашего военного агента в Париже под ковер в кабинете ложится. Это он как бы вместо тайного сейфа придумал использовать. Голова! Фамилию с титулом его, к сожалению, не шибко помню. Кажись, Чернышов, и, наверное, граф. Ну, это который у царя-батюшки потом флигель-адъютантом стал. Думаю, что вы лучше меня знаете.

Да, а вот мой ковер весь подчистую моль прогрызла, зараза такая. Дырки такие, что любую бумагу сразу видно будет, в каком бы месте не подсунь под него. Наверное, раньше моль не такая прожорливая была, или предки какие-то антимольные средства получше нас знали. А может, просто барский ковер куда как побольше моего, простого работяги, в размахе был, вот моль его целиком съесть и не успевала?

А когда Наполеон в Россию, как кур в ощип, забрался, кто курьеров французских с секретными документами на Большой смоленской дороге из засады ловил? И кто, под француза закосив, в чужом мундире, по временно оккупированной Москве не раз шастал, информацию для фельдмаршала Кутузова собирал?

-Да, были люди в тогдашнее время, не то, что нынешнее племя, - как сказал поэт. Меня вот сейчас пошли в Москву чего узнать, так и родной русский язык не поможет. У меня и с лагерным ивритом не шибко, и тусовочный стеб никак не освою. А по-французски с аглицким и подавно не рублю. Окромя «пардон, мадам» и «лямур» с «бонжуром», или «хеллоу» с «факом» ни хрена из памяти не выползет, даже если башкой пару раз об асфальт стукнуть. Наверное, генетика другая, или в предыдущем рождении жуком навозным был, которого за прежние заслуги Господь до человека возвысил.

И вот в первую мировую войну, пока революция не грянула, тоже не раз германо-тевтонам и австро-венграм с турками по мордасам били, наотмашь и со знанием дела, ибо разведка подсказывала, где оно им побольнее да почувствительнее будет приложить да вразумить.

В общем, еще свежо в памяти народной, за время демократии не остыло и не испарилось. Так что не мешало бы посерьезнее подумать, где доподлинные истоки наши разведывательные лежат, в каких исторических далях и глубинах. Повнимательнее надобно хотя бы письменные источники изучить, например, в старославянских летописях покопаться, которые еще дохристианским, руническим письмом записаны. Да про древнерусские кириллицу с глаголицей не забыть, да в древнегреческих и арабских хрониках покопаться. Опять же археологов привлечь, пусть еще раз по скифским курганам полазят, кости поворошат. Да и с наскальной и пещерной живописью времен позднего, а может, даже и раннего неолита, тоже не повредит потоньше разобраться, так сказать, под другим профессиональным углом взглянуть, проанализировать посмышленнее да поглубже.

А по итогам исторического расследования сам Бог велел какой-нибудь главный юбилейный знак учинить, просто-таки давно напрашивается, для вручения нашим доблестным героям «невидимого фронта». Естественно, как и положено, к очередным круглым датам образования российской военной разведки, как с целью разового поощрения, так и для постоянного ношения на тайной работе, среди домочадцев и в общественных местах. Ибо народ и родственники должны знать и видеть своих героев, а также иметь возможность заслуженные почести им воздать. Можно, конечно, разрешить, в виде исключения, и скрытое ношение, под пиджаком и галстуком, или под юбкой, ежели уж очень застенчив/застенчива, или к конспирации чересчур приучены.

А изготовить оный знак можно, ну скажем, в скромно-элегантном стиле, в виде червленого щита древнерусского ратника, каплевидной формы. Сверху щита, над кромкой, приделать черную маску, а на самом щите поперек в три строки надпись золотом - «Героической Российской Военной Разведке - 1200 летописных лет». Первую половину фразы как бы полукругом, веером, по верху пустить, а 1200 лет - четко выделить, в две строги, горизонтально, по центру щита уложить. Оный щит как бы символизирует прослеживаемое от летописных источников документально зафиксированное начало героических деяний спецслужбы, я полагаю, как минимум, от разведывательной подготовки похода Великого князя киевского Олега на Царьград с прибиванием, по тогдашним обычаям, в знак победы, щита на городские ворота.

Я себе так эту ситуацию по летописи мыслю. Не по Нестору, конечно, а по тайной летописи, которая вначале в княжьих секретных архивах хранилась, потом в царские архивы перешла, а потом уже в ГРУшные попала, да там до сих пор так и лежит, толком не разобранная, ждет своего историка-исследователя и популяризатора-сказителя. Мне про эту летопись сосед мой по дому поведал, мы с ним пиво с воблой регулярно вместе пьем. Большой военный ученый, и, похоже, тоже из бывших, из разведки то есть, но сейчас уже на пенсии. Так вот, доступ он имеет, как ученый, к разным тайным архивам. Ну и рассказал мне как-то про этот поход военный на Царьград, и как он по линии разведки готовился. Красиво глаголил, выразительно. Даже отрывки цитировал из тайной княжеской летописи, память у него еще хорошая, даже после пива с прицепом. А когда я не поверил, так он с него, то есть с тайного летописного подлинника, ксерокопии обещал принесть, чтобы я самолично наглядно убедился.

Но тут уж я закочевряжился. Говорю, столько пивов вместе выхлебали, нешто я, как бюрократ чиновный, какой-то бумажонке должен больше верить, чем своему пивному корешу. Не говоря уже о брате по водке и соседству по дому. Да и с секретами этими лучше не связываться. Хотя КГБ уже нет, но наследники остались. Не один хрен, под какой аббревиатурой в каталажку забирать придут.

В общем, по этой летописи выходит, что место для прибивания такового щита было заблаговременно, еще за год до похода, то есть в 906 году от Рождества Христова, естественно, в качестве выполнения вспомогательной разведзадачи, подобрано самолично их высокоблагородием, а, может, и высокопревосходительством даже (к сожалению, в секретной княжеской летописи ранг по службе не указывается) нелегальным резидентом тогдашнего протоГРУ в Царьграде, работавшим под крышей владельца главного в городе «лупанария». Это у них, у древних ромеев, так раньше дом с гетеро-телками для спецобслуживания заезжих интуристов и местных имущих граждан прозывался. Очинно полезен был для разведки для сбора информации и компромата, а также как удобная конспиративная квартира и конспиративный адрес. Кстати, гвозди и молоток для такового деяния были также заблаговременно возле оных ворот в стационарный тайник заложены засланным «агентурным казачком». Об этом факте в вышеупомянутой летописи кое-какие косвенные намеки содержатся, конечно, если правильно, по профессиональному, ее читать.

Так что я вполне наглядно во всем сам удостоверился и могу клятвенно подтвердить. Кое-что даже сам прочел, местами, без его, ученого этого, перевода, на настоящем старославянском, как есть доподлинно. Правда, если откровенно, то немного, ибо язык все же не современный и как-то чудно звучит. Да и пишут не по нашенски, все слитно и без знаков препинания. У меня племяш до сих пор так в тетрадке школьной малюет, хотя уже третий класс заканчивает. За что от учительницы двойки, а от мамани - сеструхи моей, подзатыльники исправно получает. Да, тяжело читается, хотя, слава богу, еще при социализме целых десять классов закончил. И на второй год всего два раза оставляли, да и то не из-за квалификации ума, а как бы по болезни. Но, честно признаю, все же не ученый долбень какой, не дятел при очках и в галстуке, не профессор, не доцент, и, знамо дело, не доктор околовсяческих наук. Руками своими умелыми работаю, как мастеру положено, а не пустой головой.

Да, а что касается конкретики самой тайной работы в Царьграде, так сосед про это мне не сказывал и читать не давал, ибо это, говорит, по-прежнему великая разведывательная тайна есть. Мол, конкретные методы и формы оперативной работы, а также тогдашняя агентура до сих пор секретными являются, хотя уже больше тыщи лет прошло. Видать, хорошо тогда разведывательные предки поработали, с головой, на длительную историческую перспективу. В общем, не обессудьте, про это дело поведать не смогу, и не по своей вине. Как говорится, секретность держим - вша не проползет.

Ну, а, во-вторых, ежели от Царьграда еще дальше в глубь времен пойти, то есть уже без тайных летописей еще поглубже копнуть, к неолиту, палеолиту и динозаврам юрского периода обратиться, на основе устных преданий, мифов и легенд покопаться, да еще собственные размышления и догадки присовокупить, то можно будет оный вышеупомянутый знак юбилейный сотворить в следующем виде.

Наш разведко-вождь верхом на боевом трицератопсе. Это рогатый ящер такой, с защитным «воротником» над головой, травоядный, на носорога похожий, только уже давненько вымерший, как и все динозавры. Вождь облачен, как и начальнику высокого ранга положено, в новехонькую медвежью шкуру, свежесплетенные лыковые лапти и лихо заломленную набекрень фуражку, с красной звездой и двуглавым орлом на тулье, на любой политический вкус. Весь в бороде до пояса, и через подзорную трубу супостатов высматривает. То есть, ясное дело, ведет подсчет очередных наглых интервентов из какого-то вражеского племени (явных каннибалов и русофобов), кои откуда-то то ли с Дикого Запада, то ли со свирепых восточных или южных окраин верхом на хищных аллозаврах али травоядных диплодоках без спросу пожаловали. Ибо еще тогда первобытные прото-НАТОвцы и прочие агрессоры на священные земли прародины нагло посягали. Об этом в наскальной и пещерной живописи наглядные свидетельства есть, если хорошо поискать, конечно, и правильно интерпретировать.

А рядом с Шефом оперативный работник почтительно притулился, в пешем порядке. Вид, конечно, не столь авантажный, как у начальства. В потертой оленьей шкуре, босиком и в буденовке. Да и борода покороче, поскольку чином все же помладше будет. Не положено. На корточках пристроился, и тут же, под диктовку руководства, каменным рубилом на каменной плите промежуточные и итоговые данные подсчета клинописью высекает. А сама плита каменная к ножке связного птеродактиля (или кецалькоатля, он на вид помощнее и покрасочнее) заранее привязана. Это чтобы, как только закончит высекать, тут же и запустить летающего птице-ящера в небо, дабы к родному гнезду быстрей весть несло. А в гнезде, промеж вечно голодных и крикливых птеродактилевых птенцов, дежурный связной скороход сидит, он же радист-сигнальщик. Весточку ждет, чтобы, стало быть, сразу вождю дружины или племени в момент злободневно-актуальную информацию доставить.

То есть вся цепочка связи между Резидентурой и Центром загодя продумана и отработана была, чтобы своевременно и с упреждением сообщить данные по военному потенциалу эвентуального или реального противника военно-политическому руководству первобытного проторусского союза племен где-нибудь на Валдае, у Голубых озер, или даже, может быть, в районе нынешнего ближнего Подмосковья. Чтобы супостат врасплох не застал, чтобы загодя знали, сколько дубинок заготавливать, дабы о вражьи лбы переломить хватило, или копий метательных, с кремневыми наконечниками, в живот неразумному ворогу воткнуть. Да и о хозяйственных мелочах заодно порадеть, типа, какого размера загородку для пленных заготовить, чтобы всех хватило разместить.

Это я про хозяйственно-темпоральный аспект к тому упомянул, что нравы тогда попроще и построже были, в доисторический, доперестроечно-антидемократический период, без нынешних либерально-гуманитарных излишеств и перегибов. То есть прохиндеи говорливые, сексуально нетрадиционно ориентированные, в Европарламенте нас тогда еще не обсуждали и не осуждали, навозом и дегтем не мазали кажинный день. Да и самого Парламента с Гаагским трибуналом и ОБСЕ тогда еще даже в проекте не было. И, стало быть, жили сами по себе, как нам сподручнее, а не как кому-то за бугром восхочется. Вот бы и сейчас так, да заодно кое-кого из перестройщиков за загородку переместить, где перманентно голодные саблезубые тигры с хищными ящерами томятся.

Это я к тому, что в те времена пленных на этом свете долго не задерживали. Как говорится, чего зря кормить, и, вообще, никто их в гости не звал. То есть временно держали про запас, но недолго, для деликатесного прокорма эскадрильи отечественных прирученных птеродактилей и секретного дивизиона наших ПОНБЯ-М3А (почти одомашненный наземный боевой ящер, модель 3А). Начальство так распорядилось, из тогдашнего Управления племенного тыла, поскольку посчитало, что полезные животные тоже заслужили достойное пропитание за активное участие в отражении очередной неспровоцированной и вероломной агрессии прогнившего Запада али коварного Востока с диким Югом.

Кроме того, для подстраховки обслуживающего персонала и проходящего мимо личного состава тоже не помешает, ибо, хотя и прирученные, но все же хищники. Ну, да сами понимаете, чего возьмешь со скотины бессловесной, разумом обиженной? Даже если и смахнет мимоходом своим шершавым языком зазевавшегося бойца вместе с духовитыми портянками. Одни примитивные инстинкты и пасть размером с платяной шкаф вместо мозгов. А зубов сколько? Даже представить трудно, да еще какие! Оторопь берет. А ведь кормить регулярно надобно, и лучше все же импортной свежатиной в таком разе. А то еще с голодухи и по недомыслию за свои родные боевые экипажи примутся.

В общем, подводя итог вышесказанному, если бы не военная разведка, быть бы нам под НАТОвской пятой али в когтях Великого китайского дракона еще при динозаврах. То есть сами бы за ихней загородкой сидели, на прокорм представителей евроазиатской хищной фауны.

Так что, как видите, 1200 лет - это только верхушка айсберга, ибо отечественная военная разведка и до летописных времен щи лаптем не хлебала. Вельми плодотворно и напряженно работала в «бесписьменный период», не щадя живота своего. Что интересно, при этом ни «деревянных», ни «зеленых» с «евриками» не имея, при полном бескорыстии, ибо еще не изобрели денежные знаки на пагубу человечества. И, стало быть, прото-олигархов, в натуре, тоже не было. Как в сказке люди жили, даже не верится. Ведь олигарх - он куда как пострашнее тиранозавра-рекса будет при встрече. Каменным топором али суковатой дубиной такого не вразумишь. Да и близко не подберешься. Охрана не подпустит в рукопашной сойтись. Мда, вот оно - был «Золотой век» человечества, да сплыл. Похоже, навсегда!

Но, как говорится, хватит о грустном - вернемся к нашим баранам. Дополнительно к главному юбилейному знаку, к более близким круглым датам, обязательно надо юбилейные медали учинить. Иначе нашим разведывательным предкам за нас стыдно будет. Пошто, де, старались? Нешто у потомков совсем историческую память отшибло, и совесть «демо-ржавчина» с «евро-зеленью» поела.

А то ведь как было бы приятственно. Представьте себе, идет юный лейтенант, а то и вообще прапорщик, свежеиспеченный выпускник каких-нибудь разведывательных курсов, а на груди уже медаль чеканная из чистого золота горит, учиненная по случаю 630-й годовщины победы на Куликовом поле. На ней, вокруг профиля Дмитрия Донского, надпись «Справному Разведчику - от Благодарной Руси», а на обороте - «Любимой Военной Разведке - Великокняжеское Большое Спасибо». А рядом две серебряные медальки позванивают, по случаю двухсотлетнего юбилея «За разведывательный вклад в изгнание Наполеона из России. 1812-2012 гг.» и «За разведывательный вклад при взятии Парижа. 1814-2014 гг.». В общем, с ходу могу таких медалей штук сто предложить по различным уважаемым поводам, без особого умственного напряга. А ежели покопаться, то ого-го сколько наберется. Ни на какой, даже самой богатырской груди, сразу не поместятся. Придется по очереди носить, даже если на коленках их приспособить, или на голенищах лаковых офицерских сапог.

Ну, и несколько слов по второй проблеме, как и обещал, в этой же связи. Это мне тоже знакомый сосед-ученый подсказал. Есть у нас в России старинные «столбовые» дворянские роды, со своими ветвистыми, как оленьи рога, генеалогическими древами и соответствующей справочной системой типа «Готского альманаха» и различных национальных изданий в этой же области. Вот и надо отечественным историкам как следует поработать, аналогичный справочник по разведывательной генеалогии сотворить.

А то, может, сидит где-нибудь сейчас их высокоблагородие господин полковник российской разведывательной службы на лавочке в Булонском лесу, вторые сутки не спит, тайник в дупле, где деньги для агента спрятаны, караулит. Беспокоится, чтобы не пропали, валюта все же, да и дело в целом серьезное, высокогосударственное. Мается вот так вот который уже год в «парижских окопах» и не ведает, что его прапра…прадедушка как раз на этом самом месте, тоже в дупле, может быть, в том же самом дереве, ровно 1000 лет назад тайник имел для почтового голубя, чтобы на евонной лапке срочное разведдонесение в стольный град Киев великому князю отправить. Все ж тогда спутниковых радиостанций еще не придумали, не говоря уже об Интернете и электронной почте. То есть, если прикинуть и посчитать, так это в те давние времена, когда и самого Парижу вокруг вышеуказанной лавки почти не было.

А другой прапра…, еще на 1000 лет ранее предыдущего прапредка, тоже где-то в этих лесах агентурную охоту на самого Юлия Цезаря вел. Сидя на пеньке, оперативную справку на навощенной дощечке на объект агентурной разработки сочинял, намекал Центру насчет материальной основы для успеха вербовки. Чтобы гордого римлянина наповал поразить, предлагал посулить энтому латинскому буржуину аж целых семь кадушек дикого меда (он в два раза полезнее и душистее домашнего) и сорок-сороков соболей и куниц для красоты и на предмет спасения от возможного глобального похолодания. Да еще пол-ведерка речного жемчуга присовокупить на украшение евонного диктаторского платья для триумфального возвращения в тамошний стольный Рим после победы над галлами. В общем, практически все, что в то время в тайной кладовой резидентуры оставалось, из завезенных с родины материалов, хотел в эту вербовку разом вложить.

Честно говоря, с профессиональной точки зрения, оно, конечно, несколько сомнительно выглядит. Каким-то гнилым азартом отдает, как будто в Лас-Вегасе или Монте-Карло, в казино у рулетки. Да и на хрена какому-то «латино» столько добра сразу? Да еще жемчуга ведрами? Чай, не баба, чтобы с ног до головы первобытной бижутерией увешиваться. В общем, явный перебор по потенциальному шпионскому гонорару. Экономнее надо быть, чтоб кризис экономический с рецессией в разведывательных закромах не спровоцировать.

А наш региональный главный резидент по Западной Европе у этих самых галлов в ту пору, предположительно, под крышей главного жреца работал. То есть, в натуре, стало быть, доподлинным нелегалом высшей квалификации являлся, самого глубокого оседания. Его к такому внедрению с малолетства готовили. В тот период с государствами еще неразбериха творилась, ни границы, ни названия не устаканились, не то, что сейчас. Поэтому резидентов нередко не по странам, а по географическим регионам назначали. Да и с городами тогда было не густо.

Как вот в данном случае. Вы вот зажмурьте глаза и представьте. Сидит наш прото-резидент в качестве главного местного жреца, друида по ихнему, по-кельтски, в священном дубовом лесу, на идеологически чуждом капище, за частоколом, тож дубовым. Томится вдали от родины, от скуки мается. В основном, круглые сутки один одиношенек, ибо все ж не каждый день местный народец на молебен и за советом набегает. Да и наши опера и связные не частят с докладами об успехах в проделанной работе. Не радуют позитивами, обормоты, пока разгон не дашь для должного настроя и служебного рвения. Радио с телевизором нет, Интернет не подключен, мобильник еще не изобрели, а из художественной литературы на самодельной книжной полке один «Аруид паганайд» маячит. Это что-то вроде справочника по кельтским языческим обрядам, на их же поганом языке. Это для крышевой работы. Память уже не та, в зрелом возрасте поди, не пацан. Освежать периодически надо. Да и начальник все же, а не рядовой опер, чтобы всю эту белиберду наизусть помнить.

Да еще бытовые неудобства. Туалет не отапливаемый и далеко, за забором в кустах, из которых по ночам волчьи глаза светятся и их же страшные клыки лязгают вперемежку с завываниями. Вместо сантехнического сооружения в виде душа природный ручей протекает, из которого воду в ведре для питья носить надобно. В нем же и помывкой со стиркой заниматься приходится. И поговорить толком не с кем. До ближайшей деревушки верст двадцать будет с гаком, по прямой, через болота с ядовитыми змеями да жабами. О городах с небоскребами, электричеством и телефонами только мечтать приходится. Видеть в «прогнозных снах о будущем».

Иной раз даже перекусить нечем, не говоря уже о том, чтобы запить с горя жизнь такую чем-то горячительным. Местный народец жадноватый, не торопится на жертвенный алтарь кабанчика с ячменной лепешкой возложить, вкупе с бочонком пива. А свой самогонный аппарат в кустах не запрячешь, аромат выдаст. Только разбойников приманивать. Да и с сырьем проблемы. Остается только какой-нибудь ягодной настойкой пробавляться, так она, зараза, уже в горло не лезет. Родимой водочки хочется, как слеза очищенной, прото-российского разлива. Можно и не «кристалловской». Типа, сделана в будущей Твери али в Кашине. У меня родственники там живут, так что регулярно поставляют. Вместе с пивом «Афанасий Никитин». Я, кстати, «светлое» предпочитаю. В общем, класс. Напиток русских богов. Я имею в виду, знаменитый «дупель» типа «ерш» - пивечко в комплекте с водочкой, в одной ведерной емкости.

Да, притягательно, конечно, заманчиво, но не будем отвлекаться. И, что главное, совсем уж ненормально для резидента - без знойной женщины бальзаковского возраста вынужденно чахнет. Постится в сексуальном плане, рискуя простатит и импотенцию заработать. А все для того, чтобы ненароком не проговориться, не расконспирироваться случайно, к примеру, во сне, будучи рядом, на кровати. То есть практически некому мужской и офицерский досуг скрасить, одни опостылевшие и чуждые деревянные идолы вокруг.

Одна ностальгия и любовь к Родине только и остались, постоянно о себе напоминают.

Так что, сами видите, насколько тяжело тогда было работать, некомфортно, не то, что сейчас. Кругом, блин, цивилизация, на западный манер, ети ее мать. Магазины с алкоголем и ширпотребом круглые сутки функционируют, теплый клозет с горячей водой в ванне без перерыва на обед. Автотранспорт по асфальтовым дорогам мельтешит, на панелях телки сексапильные сплошь кишат, одной косметикой и «тату» прикрытые. А сверху аэропланы вперемежку с ракетами жужжат. И отечественная «капуста» с заморскими песетами и тугриками с банковских деревьев сыпется. Если есть возможность потрясти, конечно. И если, естественно, очередной экономический кризис не разразился, или под финансовую пирамидку не попал, к финансовым акулам и лохотронщикам на закуску.

В общем, я так предполагаю, судя по тому, как история мировая дальше пошла. Пока суть да дело, пока переписка с Центром тянулась, так и упустили, разгильдяи, дюже знатного клиента. Это я опять про Кая Юлия Цезаря напоминаю. Может, всего-то чуть-чуть не успели, но сорвался жирнющий гусь с крючка. А в любой работе главное - не процесс, а результат. И тут уж все налицо, не поспоришь. По всем признакам - результат - зеро! Чистый ноль! Материалы служебного расследования, ясное дело, не сохранились. А что таковое было, сомневаться не приходится. По себе знаю, ибо любят у нас в верхах все огрехи в работе на низовой аппарат валить.

А о причинах чего зря говорить? Тут разное можно предположить. Скорее всего, не спонсировали продолжение работы должным образом. Вот она, вельми перспективная оперативная разработка, и завяла без подпитки и полива, как нежная роза на солнцепеке. Так и остался Кай Юлий Цезарь не охваченный вербовочным процессом. Не стал агентом влияния первичной Руси. Досадный прокол в работе, понимаешь. А то бы, не исключено, история совсем по другому пути пошла.

Ну, да ладно. На этом, пожалуй, и закончу, пока совсем не надоел. Но, надеюсь, что, если уж не в следующем году, то хотя бы годика через три-четыре смогу увидеть по своему телеящику (если я его, падлу, до этого еще не разобью), про то, как наших разведчиков этим самым главным почетным знаком всех поголовно награждают. А я ими вместе со всем бывшим советским народом гордиться буду, заочно, на расстоянии, прямо с дивана. И за свою родимую разведку завсегда с удовольствием дополнительный стопарь приму. И не один. Нешто мы не патриоты?!!

И чтоб на знаке вышеупомянутом цифири не менее чем в 1200 лет красовались, как ранее сказывал. А то я даром, что ли, об буквы в тайной летописи глаза портил, да на современный, понятный вам язык, столько времени древнюю информацию перекладывал?

НОВЕЛЛА № 3.

РАЗВЕДЧИКОМ НЕ РОЖДАЮТСЯ


Сколько книг ни читай - императором не станешь

Мао Цзедун

По некоторым явно недружественным публикациям и передачам иностранных и псевдо-отечественных средств массовой информации регулярно читающая публика, полагаю, уже догадывается о существовании у нас в России некоего специализированного высшего военно-учебного заведения по подготовке безымянных героев тайных войн высокой квалификации, которое мы условно назовем Тайная Военная Академия .

На профессиональном жаргоне ее питомцев может именоваться как «Консерватория», «Бурса» и т.п. С учетом российских традиций и вполне понятного тяготения к центрам распределения материальных и культурных благ, а также к Любимому Начальству, скорее всего, видимо, расположена где-то в Москве.

Создание такового заведения вызвано достаточно очевидной и печальной истиной - к сожалению, не все индивидуумы сразу же рождаются разведчиками. Или же генетические задатки могут быть недостаточно выраженными. Не освоен пока и метод клонирования уже прославленных бойцов на тайном фронте - как реально-исторических, так и литературно-кинематографических, хотя исследовательские работы в данном направлении интенсивно ведутся. Стало быть, разведывательные киборги и андроиды пока что только в виртуальном мире живут.

Такую несправедливую ошибку природы и просчеты ученых призван исправлять сей «храм шпионских наук», инкубатор «рыцарей и витязей тайных спецслужб», российских «красных нинцзя», где они годами денно и нощно грызут гранит познаний, карабкаются к сияющим вершинам мастерства, оттачивая «шпионские языки, клыки и когти», выращивая «разведывательные крылья». Здесь они постигают основы ремесла и священные таинства искусства борьбы на «невидимом фронте» в любой точке Земного шара и в любом обличье, как то будет предопределено Непостижимой Шпионской Судьбой, Великим Шпионским Планом и Мудрым Шпионским Руководством. Поскольку науки сии настолько тайные и сложные, что даже сами обучаемые не всегда способны их досконально постигнуть, то мы, как бы стоящие за пределами круга посвященных, можем только смутно догадываться о всей безбрежности и глубине океана познаний, в который бросают этих отечественных дон-кихотов и камикадзе.

В заморских шпионских кругах, в отличие от отечественных разведчиков, к деликатным проблемам комплектования спецслужб подходят более тоталитарно и примитивно, считая вовлечение народных масс в разведку чем-то вроде похода зрителей на стадион, где любимая футбольная или бейсбольная команда выступает. Привыкли скопом наваливаться, как говорится, семеро на одного с «баксами» наперевес, особенно американцы. То есть налицо явное увлечение массовкой ширпотреба, так сказать, ущербной шпионской поп-культурой взамен высокого качества элитарной избранности, полное пренебрежение haut couture («высокой модой») шпионского искусства и подмена его грубым ремесленничеством.

Да и в теории у них преобладают явно дилетантски невежественные суждения о высших мистическо-философских и чувственно-эротических материях шпионажа в комплексе с полным незнанием законов социальной биологии, а также элементарных физических, химико-биологических и психологических законов и особенностей формирования и функционирования как отдельного шпионского индивидуума, так и их массовых популяций вкупе со спецификой их размножения и регенерации.

У нас, естественно, далеко не так. Давно уже сформирована, еще в советские времена, Академическая научная школа разведки, как новая ступень в развитии разведывательного пассионарного гомеостаза - от шпионского примитивизма каменного и последующих веков к простому шпионо-ремесленничеству средневековья и новой истории. Затем - к квалифицированному шпионскому ремеслу середины ХХ века, и далее - переход на ступень искусства разведки. И, наконец, - подход к разведке как науке. Соответственно, с написанием научных работ по всему широкому спектру шпионских проблем, с защитой диссертаций и внедрением результатов научной деятельности в практику работы, с введением шпионско-научных степеней и званий - Бакалавр, Магистр и Доктор агентурных наук, Профессор тайноведения и т.п.

Почему наши разведчики лучше иностранных? Потому что не только умнее, но и научнее . Нам бы еще финансовую и материальную базу как в ЦРУ - вообще б цены не было, никто б не устоял, весь мир российской шпионской паутиной переплели, а потом и за пределы планеты бы вышли, на перспективу развития инопланетных связей, ибо разведка всегда должна впереди всех идти. То есть вначале разведчики в космос тайно выползают, а за ними космонавты уже открыто летят. А можно и совместить, разведчиков под видом космонавтов запускать.

Тут, правда, еще одна коммерческая идея созрела попутно. Было бы неплохо использовать имеющийся в Академии интеллектуальный и профессиональный потенциал, ее учебно-материальную базу для создания коммерческого учебного центра по подготовке всех желающих вкусить прелести шпионских познаний в любом объеме и диапазоне, по вполне приемлемым, доступным для основной массы населения ценам, с системой гибких скидок. Так сказать, позволяя страждущим отхватить ломоть или ломтик, или хоть крошку отщипнуть от шпионского батона, или от запретного шпионского яблока вкусить, кому как захочется, или на что средств хватит.

Ну, например, можно, конечно, и дома на досуге перед чтением серьезных детективов для предварительного вхождения в тему шпионско-популистский букварь для «чайников» полистать, а можно перед прочтением оных детективов и на недельные курсы в Академию записаться, заодно на живых отечественных разведчиков и таких же читателей поглазеть.

Или пройти курс спецподготовки для лиц мужеского пола перед вступлением в законный брак. Например, изучить теоретически и отработать практически оборудование высоконадежного, и в то же время легко доступного для себя в любое время тайника для хранения «заначки» в квартире, в автомашине, в рабочем и вечернем костюмах и т.д.

Весьма важным является также освоение навыков ускоренной разработки и художественного изложения в устной форме убедительной легенды для жены в экстренных и кризисных ситуациях. Например, в случае возвращения поздним утром (скорее даже ближе к обеду, а может уже и солнце начало заходить, то есть как бы даже к ужину уже несколько запаздывая), причем, якобы, прямо со вчерашнего вечернего служебного совещания. Да еще пребывая при этом в несколько хаотично-помятом и выжатом, полусонном состоянии, при наличии стойкого перегара в смеси с неистребимым запахом чужих женских духов, а также со следами помады и синяком овальных очертаний на шее.

Да, все ж при советской власти в этом плане проще было, мол, «был на партсобрании, а от нее прямо к тебе» и всех делов с объяснениями. Мало ли, какие серьезные политические вопросы пришлось рассматривать. Может, исторические решения очередного партсъезда двое суток кряду изучали, а потом программу их реализации в масштабах учреждения пришлось готовить, но не успели, вот домой отпустили на побывку. Так что завтра опять ухожу, в президиум избрали, не исключено, может быть и на неделю придется задержаться. А что духами пахнет, так что ж, по твоему, «партайгеноссе» только мужского пола бывают. Это раньше комсомолки косметикой не пользовались и в красных косынках ходили. А при развитом социализме все мы, и мужчины, и женщины, просто, по-товарищески, по-партийному, невзирая на половые признаки и запах парфюмерии, в едином строю на марше к коммунизму, плечом к плечу в одном ряду в борьбе за светлое будущее… кстати, видимо, в этот момент помада случайно к воротнику рубашки или даже к трусам прилипла.

А при демократии таким примитивом не обойдешься, тут все же академическая подготовка нужна. И что еще более важно, в Академии Вас научат объясняться при необходимости экспромтом, в экстремальных условиях, например, если родная и безмерно любимая жена вдруг сталкивается с Вами, находящимся в процессе активного и непосредственного делового общения с посторонней (для нее) дамой. Ежели попроще изложить, выражаясь на бытовом языке, будучи как бы в обнимку и даже несколько слившись губами с нею, а одна рука Ваша, естественно, совершенно случайно, соскользнула и как раз у нее почему-то сзади где-то существенно ниже талии приклеилась. На приятственно округлой выпуклости. Причем происходит все это, к сожалению, при выходе из ресторана, и как раз в то время, когда Вы, якобы, уже почти неделю находитесь как бы в командировке в другом городе. И что усугубляет ситуацию, семья ко всему прочему уже испытывает недостаток финансовых средств в связи с временным отсутствием главного кормильца. Да, в такой ситуации без профессионально-академической подготовки никак не обойдешься.

С этим же связана и необходимость обучения уверенному выявлению и гарантированному уходу в условиях городской и дачной местности от слежки со стороны необоснованно подозрительной жены или нанятых ею опричников из частного детективного агентства и добровольцев-родственников. Не исключено, что такая катавасия случилась после того, как незабвенная супруга обнаружила у Вас в карманах случайно затерявшийся в них набор бывших в употреблении отдельных пикантно-интимных предметов женского туалета. При этом почему-то разных по цвету, размерам и дизайну, то есть как бы от разных по комплекции и по вкусам особей. Видимо, как-то незаметно накопились в процессе внедомашнего общения при решении различных служебных проблем, а из-за постоянной перегрузки по работе самому карманы просмотреть все как-то недосуг было. А может даже, эта иная особь случайно, или даже злонамеренно, свою сумочку с Вашими карманами перепутала. В жизни всякое бывает.

А еще можно спецзанятия провести для еще только вступающих во взрослую жизнь соотечественников и даже иностранцев на предмет обучения квалифицированному и гарантированному установлению и ускоренному развитию в заданном направлении приятных знакомств с особями противоположного пола на основе достижений современных высоких технологий в сфере человеческого общения.

Кстати, полезно для общения с разными отечественными и не нашими людьми правила хорошего тона знать, а что касается соблюдать - это уж как сподручнее будет или как получится. Сами мы ничего насильно не навязываем. Так вот, в Академии тоже можно в данной области и по теории пройтись, и попрактиковаться в «соблюдении дипломатического этикета и протокола». Скажем, попилите учебный резиновый бифштекс деревянным ножичком всего с недельку, и сразу запомните на всю жизнь, что вилку лучше держать в левой руке, а бифштекс можно и в правой. И что рыбу сподручнее запивать белым вином, а мясо красным, а не только водкой с пивом, как обычно.

Или просто отечественный турист за рубеж собрался, хочет загодя по зарубежное Лукоморье и его главные достопримечательности поподробнее узнать, например, про районы «красных фонарей» и текущие расценки на тамошних сексуальных, вино-водочных и закусочных рынках. Ну что ж, пожалуйста, и это организуем, какие проблемы?

Так что не зря этот факел тайных и общечеловеческих знаний был когда-то нашими разведывательными предками зажжен и продолжает ныне светить, разрывая тьму нашей повседневной жизни своими ослепительно яркими лучами.

И мы верим, что так будет и дальше, и впредь, во веки веков, пока духовно возвышается над Вселенной наша Матушка-Русь, прокладывая, как маяк, светлый путь для Человека и Россиянина с большой буквы. И пусть приходят к этому негасимому факелу все скорбные и униженные, но сильные и богатые душой, способные и хотящие бороться. И никому не будет отказано в благой помощи и укреплении твердости духа, а также в повышении житейско-профессионального мастерства и бытовой выживаемости!

НОВЕЛЛА № 4.

ПИСЬМО СЛУШАТЕЛЯ ТАЙНОЙ ВОЕННОЙ АКАДЕМИИ


на деревню родителям от любящего сына,

капитана российской разведывательной службы Жукова Ивана Тимофеевича,

19__г.р., русского, уроженца дер. Н-ской Н-ской обл., РФ,

женатого, двое детей, образование высшее общее, среднее военное.


Во первых строках своего письма низко кланяюсь и спешу сообщить Вам, уважаемые родители, про радостное известие о зачислении меня официально в самое секретное в армии заведение, которое Тайная Военная Академия называется. А где оно расположено и чему учат - сказать не могу, ибо это тоже великая военная тайна есть.

Но ежели в гости соберетесь, то милости просим, завсегда с женой и детьми близким родственникам рады. Название города, где она находится, правда, тоже засекречено, дать не могу, не разрешают для конспирации и бдительности, но, может быть, как-нибудь сами догадаетесь. А намек я такой даю - «Слово это на «Мо» начинается, на «Ва» кончается, а еще столицей нашей Родины называется». А вот название улицы запишите, очень уж длинное, не в одно слово, самим трудно догадаться, даже по подсказке. И к названию я еще и картинку пририсовал, как к месту моего жительства от Ярославского железнодорожного вокзала на метро сподручнее проехать.

А живу я в офицерском общежитии на девятом этаже. Посреди этажа, как водится, коридор очень длинный, по бокам комнатенки притулились, не шибко большие, но зато с удобствами, то есть с ванной и санузлом. И большое окно во двор наличествует, из которого весь день слышно, как солдаты внизу маршируют и песни бодро поют. А вот кухня всего одна на весь этаж и, стало быть, для всех на этаже общая, утром и вечером не протолкнуться, даже кастрюлю с супом некуда воткнуть.

На местном народном языке эта военная обитель «отель Хилтон» прозывается, потому что весьма высокая, как за границей. Но, правда, без неоновой вывески по верху, чтоб посторонние лица и иностранные шпионы даже если чего и прознают, то чтоб не сразу нашли. А из «Хилтона» сверху полгорода и вся Тайная Академия как на ладони лежат, ну прямо как с самолета видны. А по Академии и в ее окрестностях разведчики стаями и поврозь, как муравьи, взад-вперед шастают с утра до ночи.

Уже на первой вводной лекции нам всю правду сразу рассказали, то есть раскрыли глаза пошире, чтобы сразу поняли, куда попали и чего делать в Академии и после нее придется. Мать моя родная, коли б раньше знал. Так что теперь я не просто так, а тайный военный разведчик, для секретной заморской службы предназначенный. И, вообще, в перспективе будущий герой невидимого фронта. И на мне вся Россия будет держаться в борьбе против заморских супостатов, которые кишмя кишат по всей планете и против нас агрессивные планы вынашивают. А я эти планы своевременно разоблачать буду и представлять в доподлинном виде своему Командованию, чтобы оно адекватно еще более высокому Начальству доложило. А все не наши разведчики, оказывается, шпионами называются.

И еще приказали мне теперь про родной язык, с молоком матери впитанный, наплевать и забыть, а вместо него учить язык чужих матерей, причем китайских, как будто у них своих детей не хватает. А сам язык на кошачий похож, какой-то мяукающий, как у нашего домашнего кота Васьки. Я тут как-то в туалете закрылся и начал на нем свой язык и мозги коверкать, так кот сразу в дверь царапаться начал и чего-то отвечать. Ну, я вот сразу и подумал, может, китайцы от кошек произошли, а не как мы - от обезьян или от негров. Потому и размножаются так же быстро, их уже давно за миллиард перевалило. И пишут также странно, как будто всеми когтями на четырех лапах сразу в разных направлениях нацарапано. По- научному, иероглифы называются. То есть, наверняка, специально вместо нормальных букв употребляют, чтоб жизнь нашим разведчикам и иностранным шпионам вконец затруднить. Это так наш педагог говорит. Может, шутит?

И еще сказали, чтоб я теперь каждый день тренировался на китайца. То есть теперь вместо картошки в мундире из чугунка руками или вилкой приходится дома рис из чашки двумя палочками есть, и от того вот уже который день голодаю. Жена, когда видит меня возле мешка с рисом на кухне, сразу плакать начинает, и дети тоже навзрыд, но ничего, креплюсь. Говорят, что надо терпеть, через три года к выпуску беспременно треба научиться, а то за границу не пустят.

А еще надо глаза сужать для похожести, потому хожу все время прищурясь, даже ночью, из-за чего себе уже дважды лоб об притолоку в туалете впотьмах расшиб, будь она неладна. И приходится также ежедневно ложкой по носу стучать на специальных занятиях, чтоб он тоже не шибко торчал, а то совсем в профиль как у «заморского черта» получается. Это китайцы так всех иностранцев зовут, тайный учитель так объяснял. Он посередь самого Китая не раз самолично хаживал и живых китайцев во как насмотрелся, и даже разговаривал с ними на ихнем запросто. Да я теперь и сам их видел, пока только на картинках, но уже узнаю. Учитель показывал, как этих инородцев друг от друга и от других иностранцев отличить, а то уж очень поначалу все друг на друга похожие.

А главное, чему учат на занятиях - как, идучи по загранице в тамошней толпе, сразу главных китайских начальников по внешнему виду определять и тут же привлекать к нашей тайной военной работе. За бесплатно, естественно. Это называется в наши агенты их завербовать на идейной основе, то есть за просто так. И за каждого обещали по ордену давать. Ну, я думаю, это они, там, наверху, малость завирают. Раз их там, узкоглазых, больше миллиарда, да за каждого по ордену - это ж так никаких орденов не напасешься. И на груди их даже в несколько слоев не разместить, я тут недавно у зеркала уже прикидывал. Лучше бы деньгами дали, хотя бы по рублику с головы, и хорошо бы авансом. Я бы Нинке, жене то есть, пальто к зиме справил, а то ходит который уже год непонятно в чем, из моей шинели перешитой, с воротником из зайца. Ну, я об этом уже писал ранее, я этого зайца на полигоне в части уконтрапупил, когда он на танковой мишени сидел. Он даже мяукнуть не успел.

А недавно мне педагог портрет Мао Цзэдуна подарил. Это у них, у китайцев то есть, такой самый главный китаеза был, уже давно почил в бозе. И рекет этот учитель так «Мол, хочу, чтоб ты, Жуков, к выпускному балу на этого китайца совсем похож был, так что стремись и добивайся. А как добиться, ежели от общения с ложкой нос совсем распух, покраснел и еще больше прежнего стал.

А после специальных занятий про китайцев выйдешь во двор передохнуть, а в нем не протолкнуться. Полон двор наших героев-разведчиков, прямо косяком прут, даже в американском кино про нас их зараз столько не увидишь. И что интересно, почему-то все как бы на простых обыкновенных людей похожи, с двух шагов не отличишь. Ну, если только поближе приглядеться, сразу видно - глаза от героизма и тайных знаний неземным блеском горят, как у инопланетян с НЛО, которых я недавно в кино видел.

А не наших шпионов во внутрь вообще не пускают, все в тайнах и строгостях блюдут, чтоб они территорию не захламляли и порядок был. Поэтому они возле забора вместе с журналистами из "Московского комсомольца" толкутся, навроде интуристов. То есть как бы, мол, просто так, вовсе ни при чем тут стоят, обыкновенно к забору невнятно притулившись, семечки лузгают, хотя фотоаппаратами от шеи до пяток обвешанные и с блокнотами и диктофонами по всем карманам. И всех наших на входе-выходе снимают и пытаются интервью брать. Наверно, передовой опыт перенимают. Даже «менты» с «чекистами» их прогнать не могут, или просто покуда сверху разрешения нет, поскольку недемократично и негуманно. Все ж многие люди не местные, хотя и ночуют не на вокзале.

Поэтому для сохранения тайны обличья, когда из Академии за пивом выходишь, приходится из нашей военно-патриотической газеты «Красная звезда» колпак на голову надевать, с дырками для глаз и для рта тоже, чтоб было куда пиво вливать. Положено еще очки черные одевать, но до сей поры покуда не выдали, на складе, видно, как обычно, пусто. А на свои покупать ноне накладно выходит.

И еще до начала занятий справили мне гражданский костюм вместо военной обновки, теперь буду в нем, наверно, до полковника ходить, во всяком случае, новый не скоро обещали. А костюмов на складе ко дню выдачи оставалось только одного вида и двух размеров - большого и среднего. Поэтому я себе взял побольше, с запасом, если что, излишки матерьяла на заплаты пойдут. И ходим теперь всем курсом одного цвета и фасона, как в армии положено, зато своих сотоварищей издали видно, когда по городу идешь, то есть удобно.

А на первом семинаре по тайным наукам заставляли отвечать наизусть агентурно-оперативный букварь. И хотя я этот букварь по новейшей методе даже под подушку на ночь клал, всеж чего-то не так хорошо усваивается и путается. Да еще тайный учитель над моими ответами глумился и оным разведывательным псалтырем мне чуть ли не в харю тыкал. Да еще намекал, что рановато кадку с розгами отменили, а то пришлось бы до конца учебы седалище в вертикальном положении держать и стоймя тайные науки усваивать. Может, тогда бы и вышел из меня Разведчик с большой буквы.

Про вступительные экзамены в Тайную Академию ранее я Вам не сказывал, чтоб заранее не озадачить и впросак не попасть, а то вдруг не возьмут. Но теперь могу открыто поведать - все ж нелегко было. Не раз взопрел, не раз коленями ослабевал и ноги подкашивались, не раз в глазах мутнело и кружения в мозгах испытывал. Но не покорился я экзаменационным супостатам, особенно когда физкультуру сдавал. Я ведь еще в школе грифель от штанги узлом завязывал, ну и хотел показать в Академии, как это делается, но не дали закончить, отняли и сказали, что спортинвентарь дюже дорогой и последний, и незачем материальную часть портить. Мол, и так, когда в раздетом виде пребываю, все видно, и зачет поставили автоматом, чтоб еще чего не натворил, даже кросс бежать не пришлось, как другим.

Зато по другим наукам как только не издевались, а больше всего по всяко-разным тестам для выкапывания различных моих способностей. Лучше бы просто спросили, по-человечески, нешто я бы свои дарования скрывать стал?

И психолог бородатый все в душу лез, даже картинки подсовывал с чужими бабами, которые одеться не успели, и спрашивал про «тайные эротические фантазии». Ну, об чем тут по картинке талдычить можно, лучше б в баньку с такой попариться завел, от тут бы я и показал в натуре все свои фантазии. А так все это баловство городское и невоенное. Видно, от отсутствия мужской силы. Она у них, у ученых, вся в очки вышла и потому вместо дела в таком разе словесами пробавляются.

Особенно к моей памяти интерес проявляли, все ее в разных вариантах щупали. Мол, если на слух чего сказать, или дать прочитать, или просто посмотреть, а потом воспроизведи чего видел и слышал, или что машинально заметил, да еще при этом шумят и мешают усваивать. Я им и говорю прямо, что незачем копаться, еще в училище регулярно память проверяли, особенно по уставам. Например, командир моей курсантской роты вразбивку спрашивал, мол, скажи ка, Жуков, что говорится на 14 странице Строевого устава седьмая строка снизу, а в Дисциплинарном уставе на 75 странице 13 строка сверху, а то на зимние каникулы не поедешь. Ну и ничего, все четыре года исправно ездил. Так что по сравнению с бывшим командиром роты в этой Академии не экзамены, а семечки.

А еще общую культуру все выискивали, и даже диктант с изложением по русскому пришлось писать, хотя я уже и ручку с пером держать разучился, ибо зарплату крайне редко дают, даже в росписи за нее потренироваться возможностей нету. При такой жизни скоро крестиком расписываться начнешь.

Хотели также экзамены по иностранному учинить, у меня в дипломе за училище кто-то немецкий язык записал. Ну, мне то все равно, чего там записано, хоть германский, хоть хранцузский с аглицким хреном. Ну а этот педагог на экзаменах как завелся лопотать что-то не по-нашему, и все на меня косится. По интонации чувствую, чего-то спрашивает. Ну, я тоже не лыком шитый. Раз в дипломе про немецкий пишут, значит наверняка на нем и упражняется. Вспомнил я тут фильмы про войну, и отвечаю громко и с выражением, как в кино, когда на фронте в плен фашистов берут: «Хенде хох!» и «Гитлер капут, дойче швайне!». А он чего-то после этого остолбенел, притих и не стал теребить далее, только все чего-то в своей тетрадке писал про меня. Видно, убедил я его сразу в своих познаниях.

А за такое геройство, надо полагать, и сподобился теперь китайский учить. Говорят, что он самый сложный в мире язык. Стало быть, все же нашел этот башковитый педагог всего за несколько слов у меня языковые способности. Во как в жизни бывает! А то бы всю армейскую жизнь в гарнизоне провел и не знал бы про свои необыкновенные от рождения дарования.

Еще один слишком интеллигентный все допытывался, когда я в последний раз в театре был и какую последнюю книгу читал. А у нас от части до ближайшей деревни 300 верст по прямой на вертолете будет, а до театра вообще керосина не хватит долететь. Я ему и говорю, что в театр регулярно по телевизору хожу вместе с личным составом во время культмассовой работы, как и в баню. А он тогда спросил, как это в баню по телевизору ходят. А я ему отвечаю, обыкновенно, как все. У нас в гарнизоне еще как перестройка началась, так сразу в котельной все оборудование как бы поломалось и исчезло, а, может, просто налево в приватизацию ушло. Вот с той поры с семьей дома в тазике моемся, личный состав подразделения летом в речке, а зимой в проруби купаем, а про разные сауны с банями по телевизору смотрим. А вместо театра предложил ему самодеятельность показать, в виде частушек под гармонь или балалайку. Но он почему то не захотел, сказал, что гармонь с балалайкой не припасли, и предложил на потом гастроли перенести.

Ну, а что касается чтения книг, так тут без проблем. Как раз перед поездкой в Академию оружие в роте пристреливали, и я в таком разе накануне вечером «Наставление по стрелковому делу» в памяти освежал. Хотя и так помню, конечно, но все ж уточнить не мешает перед серьезным мероприятием. А он придираться начал, что, мол, «Наставление» - это не книга, то есть не художественная литература, как будто не художественную литературу читать нельзя, чуть ли не зазорно. Ну, да тоже ничего, выкрутился, и даже спорить с ним не стал, раз такой непонятливый. Наверно, в войсках не служил, об чем с таким говорить можно.

Хотя конечно, посложнее переключиться вышло на эту самую художественную. Нинка как-то к родителям уезжала, ну мне и пришлось вместо нее детям сказки на ночь читать и домашнее задание к школе проверять, они как раз про Муму, помню, читали, как ее Герасим топил. Я ему и говорю, что, мол, любимый мой писатель Тургенев, да и вообще люблю русскую классику, без нее заснуть не могу. Он, конечно, после этого маленько остыл и отвязался, даже забыл поконкретнее спросить, так что до сказок я не добрался. Ну, и слава Богу, а то я как раз детям какие-то заморские сказки читал, и ихние не наши имена как-то в памяти не отложились.

А еще допытывались, сколько я в один присест водки выпью, так чтоб при этом я все ж соображать и передвигаться мог. Причем, как-то неконкретно спрашивали, несерьезно, как будто невоенные и без личного опыта. То есть без уточнения, в какой компании, с бабами или без их помех, да под какую закусь, с пивом запивать али без, и какого водка разлива по качеству и по градусам будет, на природе примать придется или в ресторации, зимой или летом, со стакана или из горла бутыля, будучи на службе или вне ее? То есть обстоятельства всякие бывают, и пьется она во всяких разах по-разному. Не говоря уже о том, что, может, иной раз уже не первый день подряд с ней бороться приходится, и, может, уже уставать в этой борьбе начал. И совсем другое дело, если перед употреблением целую неделю отдыхал, питейных сил набирался.

Ну, я на всякий случай все ж осторожно так спросил, за казенный счет или у жены просить придется? Дело понятное, потому что у моей Нинки больше чем на бутылку по 0,5 не выпросишь, даже в день получки, тут и обсуждать про количество незачем. И заначку от нее не спрячешь, даже в сапоге под стелькой по запаху найдет. Уже проверял, хотя я этот сапог специально неделю до этого не снимал, даже спал в нем.

Ну, а они подумали, что я шучу, засмеялись, и пытать дальше не стали, хотя какие тут с Нинкой шутки в этом плане могут быть. Она чуть что не так, сразу за тяжелые деревянные предметы хватается. А на халяву, понятное дело, немерено входит. Сколько нальют, столько и войдет, как тут заранее определишь, опять же беспредметный разговор получается. В общем, ежели по-простому, по-военному отвечать на сей заковыристый вопрос, то так бы просто и ответил - мы люди военные, приказ понимаем - сколько надо, столько и выпью, и всех делов.

Так что вот такая у меня теперь новая нелегкая жизнь пошла, зато говорят, что интересная и романтичная потом будет, особливо за границей, ети ее мать, если до конца учебы доживешь и приобвыкнешь, конечно. Ну, может не сразу, а со временем. Как говорится, стерпится - слюбится.

На этом, пожалуй, и закончу, некогда уже лясы точить. Теперь про явки с паролями учить буду, на дом задали целых две толстые книжки прочитать, не меньше 100 страниц каждая, не считая картинок, про то, как эти самые явки выбирать и описывать, а потом всей гурьбой пойдем по городу их искать, для практики.

Низкие поклоны всем Вам от всего нашего семейства, от есть от моей супружницы и Ваших внуков, а также наши лучшие приветы и пожелания всем нашим близким и дальним деревенским родственникам, особливо бабке Матрене, тете Нюре и дяде Степану, а также друзьям и знакомым. И даже Ваське Косому, хотя он со мной в прошлый раз по приезду к Вам в отпуск в драку по пьяни полез. Якобы, я к его жене приставал на сеновале, хотя она на этот сеновал сама забралась, а я там совершенно случайно уже до этого находился. Еще и от Нинки за это же в глаз перепало.

На этом остаюсь, Ваш единственный, преданный и любящий сын, будущий орденоносец-полковник, безымянный герой тайных битв, борец за мир во всем мире, надежда и оплот всей нашей деревни, района, области, державы и всего прогрессивного человечества


Капитан Иван Жуков


Да, кстати. А забирать меня отсюда не надо, все равно не отдадут, я уже у Начальства спрашивал. Говорят, что из разведки обратной дороги нет - только вперед. Как в старину говорили «Либо грудь в крестах - либо голова в кустах». То есть либо герой - либо покойник. Лучше бы, конечно, без трагической концовки, первой половиной фразы ограничиться. Оно бы хорошо в масть легло - Герой России, и не посмертно. Опять же с приличной надбавкой к ежемесячной зарплате али к пенсии. Плюс льготы всякие. Да еще почет с уважением и мне, и всем близким родственникам. Вам то есть. Лепота и Мечта с большой буквы.

НОВЕЛЛА № 5

ПО ДОРОГЕ В "СВЯТАЯ СВЯТЫХ"


Подчиненный в присутствии начальника должен иметь вид молодцеватый, но слегка придурковатый,

дабы разумением своим не смущать начальство

Петр I


Командир группы «Спецназ» старший лейтенант Волков Евгений Дмитриевич, пропыленный насквозь и заросший многодневной щетиной, первым спрыгнул с кузова попутного грузовика. Трясся на нем почти два часа на ухабистых проселочных дорогах вместе с «любимым личным составом» - десятком бойцов-первогодков, которых срочно натаскивал умению боевой работы «в поле» перед отправкой в качестве пополнения в «зону возможных вооруженных конфликтов».

Повезло хотя бы с «колесами», водитель, сам недавний «дембиль», без всякого торга согласился подбросить, да еще и маршрут удачно совпал, а то на своих двоих или на перекладных еще долго пришлось бы добираться. Тем более, что за время учений весьма измотало. Ходить по лесам и болотам пришлось много, зато спать по контрасту мало и урывками, и молодые бойцы в грязном, продымленном и прожженном у костров полевом обмундировании, буквально валились с ног.

Да и под ложечкой уже давно и изрядно сосало, поскольку по плану в ходе учений требовалось заодно отработать и выживание в полевых условиях, на подножном корму. В теории подножный корм в местном климате значился весьма разнообразным и питательным, естественно, при развитых кулинарных навыках, обостренном чутье к съедобному и способностях к ловле всякой летающей, плавающей и прыгающей живности, а также, в натуре, должном знании особенностей местной флоры и фауны.

Ну а еще более важен внутренний настрой, подавление собственной брезгливости и традиционного цивилизованного восприятия понятия еды. Скажем, мышей-полевок, согласно справочнику по выживанию, поедать следовало в тушеном виде, предварительно сняв с них шкурку и выпотрошив внутренности, а для вкусового декора рекомендовалось потушить их с листьями одуванчика, и запивать отваром из хвойных иголок.

К сожалению, населенными пунктами этот лесной край не изобиловал, огороды с картошкой и морковкой горизонт не украшали, да и домашние гуси, которые согласно армейским законам, при удалении от дома более чем на 50 м, автоматически становились дикими, косяками тоже не шастали. Один раз, правда, натолкнулись на пасеку, но близкое знакомство доблестного воинства с обитателями ульев пришлось завершать постыдной ретирадой, да еще почти час в воде отсиживаться, скорее даже, в основном под водой, пока зловредные и негостеприимные насекомые от злости поостынут и восвояси к себе по домам возвернутся. Одного бойца, правда, все же не удалось уберечь, вон и сейчас морда распухшая, как подушка, одни щелки для глаз поперек лица темнеют. Ну да сам виноват, тренироваться в скоростных бегах почаще надо, или, по крайней мере, свою любопытную физиономию в улей не запихивать. Тоже мне, естествоиспытатель и натуралист армейский нашелся.

-Мне, мол, бояться нечего, меня пчелы должны любить генетически, у меня дедушка пасечником был.

Ни хрена, как выяснилось, пчелы в генетике не разбираются.

Пару раз удалось, правда, рыбки на леску с крючком, на палец намотанную, поймать, да и то случайно. Во-первых, времени совсем нет на берегу с удочкой высиживать, во-вторых, и самой удочки нет, как и должной наживки, а главное - все горожане попались - рыбаки хреновы, живую рыбу только в магазине на прилавке и по телевизору видели. И места для рыбалки знать надо, и опять же заранее готовить, рыбку прикармливать, а то ее и так всю повывели. Да и на такую прорву народу никакого улова не хватит. Хотел показать, как ее лучше на прутиках у костра стоймя закоптить, так где там, некогда, - чуть ли не в полусыром виде сметали, прямо с головами и чешуей, ибо, как говорится, «очень кушать хочется». Да, в армии лучше рыбу на гранату ловить. Оборонительную, типа РГД-42, чтобы разлет осколков поменьше был. Самый уловистый инструмент.

Однако, даже при всем зверском аппетите молодых, здоровых организмов, круглосуточно находящихся в движении на свежем воздухе, как-то совсем не грезилось собственное превращение в породу кошачьих с пропихиванием во внутрь голодного организма мелковатых серо-буро- хвостатых, даже после их соответствующей кулинарной обработки. А может, просто еще время не подошло, как бы не созрели психологически. Вот если бы на таком бескормье пару месяцев подержать, может быть и ничего, само по себе проскользнуло? Еще бы и добавки попросили.

С места высадки до части, можно сказать, было уже рукой подать, всего пару километров протопать, вон уже даже здание штаба на взгорке с мачтой радиостанции видать. Да, сейчас бы под душ горячий нырнуть, а потом стопарь грамм на сто и щец ароматных навернуть. Да мяска побольше с жареной картошечкой и квашеной капусткой, да кофейку с десятком коньячных капель, и спать, спать, спать…часов этак на 20, а то и на все 24. К тому же левая нога вовсю ноет, пора бы ее разгрузить. Два года назад в Аргунском ущелье на какую-то «итальянку» наступил. Интересный эффект получается при взрыве, в свое время еще в Афгане просекли и на вооружение взяли. Ежели при этом нога в сапоге находится, то ее до колена отрывает, ежели в ботинке - то всю ступню, а если в кроссовке - то, может, даже просто поверхностным ранением и испугом обойдется. Так и получилось, благо в летнее время и посему на боевом выходе в кроссовках был. Хотя одним испугом не отделался, зацепило ступню и связки, пришлось потом микрохирургу в госпитале поработать. Но ничего, второй раз повезло, хороший специалист оказался, залатал и отремонтировал так, что даже комиссию на годность к службе в ВДВ без проблем прошел.

На КПП, служившем официальным проходом через проржавелый и местами еще сохранившийся ячеистый проволочный забор, окружавший по периметру родное войсковое гнездо, потрепанное и изголодавшееся воинство встретил дежурный сержант, лихо подбросивший к голубому берету ладонь и радостно возвестивший:

-С возвращением Вас, товарищ старший лейтенант. А еще Вас начальник штаба части давно разыскивает, сказал, чтобы обязательно по прибытию перехватить и сразу же к нему направить. Там в штабе Вас какой-то офицер в штатском из Москвы с утра дожидается. Я начальнику штаба сразу позвоню, что Вы уже на месте и к нему идете.

На крыльце у входа в одноэтажный деревянный барак, в котором размещался штаб, стоял двухметровый, по-военному щеголевато одетый и начищенный с ног до головы начальник штаба по кличке «Скорцени», с жестким неулыбчивым лицом, неодобрительно окинувший с высоты роста представшее перед ним зрелище. Небрежным взмахом руки прервав попытку доклада, он таким же неодобрительным голосом четко расставил акценты:

-Значит, так. Переодеваться и бриться некогда. Даю две минуты на приведение себя в порядок, хотя бы ботинки от грязи отмой. Затем ко мне в кабинет. Там сидит полковник в штатском, из ГРУ, будет с тобой решать вопрос о последующей твоей жизни. Отвечать на все его вопросы как на духу, но с умом, если хочешь ему понравиться. Мы с командиром части тебя положительно ему рекомендовали, так что не подведи. Остальное он сам тебе расскажет. И никому об этом разговоре не болтать. Еще ему надо будет с твоей женой переговорить, после беседы отвезешь его к себе домой, машину я выделю. На этом пока все, действуй.

В кабинете начальника штаба за его столом сидел высокий, худощавый мужчина средних лет в элегантном и явно дорогом импортном костюме, с умело подобранными в тон рубашкой и галстуком, по внешнему виду похожий на что-то среднее между преуспевающим бизнесменом и профессором ведущей кафедры какого-нибудь престижного заокеанского университета. Интеллектуально-невоенный облик незнакомца дополняли серебристые виски, четко выделявшиеся на загорелой коже лица, и тонированные очки, скрывавшие цепкий и жесткий взгляд, на мгновение скользнувший сверху над оправой на шум вошедшего.

Не дожидаясь уставного представления несколько замявшегося на входе старлея, вдруг застеснявшегося своего неавантажного вида и не знавшего толком, как следовало бы себя вести в присутствии лица, чересчур выбивавшегося из местного военного антуража, с непонятными полномочиями и целями. Временный хозяин кабинета, видимо, мгновенно оценив ситуацию, тут же взял на себя инициативу начала беседы. Непривычным для строевого офицера мягким и вежливым голосом, но с четко выраженными властно-уверенными интонациями произнес:

-Проходите и присаживайтесь поближе, Евгений Дмитриевич. Извините, что пришлось побеспокоить, да еще столь не вовремя, как говорится, в разгар учебной страды. Но, к сожалению, сроки командировки поджимают. Рад Вас видеть, и надеюсь на то, что наше общение будет взаимополезным. Вы не против немного побеседовать на тему Вашей нынешней жизни и службы, а также возможных последующих корректив и перспектив дальнейшего профессионального роста? Так сказать качественного подъема на новый более высокий уровень в своей профессиональной деятельности. Хотелось бы услышать Ваши собственные впечатления, прогнозы и пожелания в этом плане.

Старший лейтенант как-то неопределенно пожал плечами, а «скрытый полковник» продолжил.

-Считайте, что это что-то вроде полуанонимного социологического опроса, никого и ни к чему не обязывающее заранее. Дальше этого кабинета наш разговор не уйдет и Ваше командование не будет информировано о Ваших высказываниях. Все последующее будет целиком зависеть от Вашей доброй воли и Вашего собственного желания. При любом исходе, в случае негативного отношения к моим предложениям на службе по Вашему нынешнему профилю это никак не отразится. Мы никого не принуждаем, работа в нашей системе строится на принципе полной добровольности.

Полковник слегка спустил очки на нос, окинув пытливым взглядом партнера по переговорам, и несколько вкрадчиво и доверительно, понизив зачем-то голос, заметил.

-Полагаю, что среди своих мы можем говорить почти открытым текстом. Вы служите не в пехоте. Вы уже опытный офицер оперативной разведки с боевым опытом, и мы можем позволить себе сократить ненужные вступления и недомолвки.

Не дожидаясь даже формального одобрения от слушателя, мнимый штатский продолжил размеренно вещать в стиле «трибуны одного оратора».

-С Вашим личным делом я уже знакомился. Получил также некоторые дополнительные заочные представления о Вас от Ваших командиров и, будем откровенны, так сказать, от соответствующих компетентных органов. В целом впечатление положительное, и на наш взгляд, по ряду своих качеств и достоинств, после некоторой дополнительной профессиональной подготовки, Вы вполне бы могли справиться с весьма ответственной и нужной для Родины работой по новому для Вас профилю. Естественно, что каждый офицер думает о своем карьерном росте, о каких-то новациях в жизни. Думает об этом и командование, так что мы будем рады, если наши и Ваши представления о будущем совпадут. Как Вы и Ваша жена вообще в целом относитесь к возможным переменам в жизни?

В чем был, безусловно, прав, этот непривычно вежливый полковник, так это в том, что «среди своих» можно было обойтись без «церемониальных игр», без предварительных зондажей и прощупываний, бесед на вроде бы отвлеченные темы, в ходе которых в соответствии с отработанными технологиями производился незаметно для самого «клиента» съем необходимой информации, позволяющий принять предварительное решение о его профессиональной пригодности и возможной готовности к принятию уже прямого предложения.

Судя по началу беседы, Волков уже уловил, о чем пойдет речь, и в какую «контору» его будут «сватать». Еще на последнем выпускном курсе в общевойсковом училище на факультете войсковой разведки к ним зачастили «покупатели», проводившие за закрытыми дверями какие-то длительные тайные беседы на индивидуальной основе с выбранными ими отдельными курсантами. И некоторые из них, по имеющимся слухам и намекам, уже работали в данной «конторе».

Так что кое-какая информация об особенностях подготовки людей и ведения агентурной разведки просачивалась в войсковые круги. Да и по линии специальной разведки самому пришлось немало в этой области и теоретически изучить, и практически отработать в Чечне. Ну и, естественно, в период расширенной гласности немало из газет и телевидения успел почерпнуть. Да и детективный жанр в литературе и кинематографе внес солидную лепту в его разведывательное образование.

Но, соблюдая неписаные правила игры, принятой в разведке, не следовало демонстрировать чрезмерную осведомленность в служебных вопросах, которые явно не входили в сферу твоей компетенции. Поэтому Волков, «не забегая поперед батьки в пекло», осторожно вступил в пространный диалог, направляемый вышестоящим по званию, как бы на уровне простой ответной реакции на прямые вопросы высокопоставленного по войсковым нормам собеседника.

Высказавшись сдержанно в нескольких фразах о целесообразности и полезности естественных перемен в жизни и службе в том плане, что даже психологи рекомендуют делать это регулярно, хотя бы раз в пять лет, и о том, что жена также разделяет этот подход, Волков опять принял выжидательное положение, предоставляя вышестоящему самому продолжать игру по его правилам.

Далее, как и ожидалось, разговор зашел о важности информационного обеспечения боевых действий на различных уровнях в плане досконального знания противника. И о том, что старший лейтенант знает об этом из своего личного опыта. И о том, как добывается данная информация, какими способами и методами, и какую роль в этом могло бы сыграть наличие в стане противника людей, которые, зная все их военные секреты, передавали бы нам своевременно всю эту информацию.

После этого речь перешла на то, что нахождение таких негласных помощников среди иностранцев и последующая работа с ними - это весьма сложный процесс, требующий соответствующего высокого уровня специальной, профессиональной подготовки, в том числе хорошего знания иностранных языков. Затем о том, что для такой подготовки существует специальное военно-учебное заведение. И как насчет того, если придется опять посидеть за партой, в плане перепрофилирования и получения еще одного высшего образования? И как к этому отнесется жена и т.д.

В общем, разговор шел по накатанной колее, с примерно уже известными вопросами и столь же ожидаемыми положительными ответами, и уже примерно через полчаса, не откладывая дело в долгий ящик, высокие договаривающиеся стороны перешли к чисто техническим вопросам. В частности, в плане подписки о добровольном желании сотрудничать с военной разведкой, предоставлении дополнительной информации о себе, жене и родственниках, необходимой для более полного заполнения соответствующих анкет и формуляров и т.п. Обговорили порядок прохождения медкомиссии самолично и членами семьи, получение санкции местного окружного руководства на «смену профиля последующей службы» с выездом для этого в штаб округа и прочие формально-бюрократические процедуры.

Однако, простыми формальностями, к сожалению, все не ограничилось. По инструкции положено было еще и в упрощенном варианте соответствующие ускоренно-сокращенные тесты интеллектуальных способностей и уровня культурного развития кандидата провести, чтобы как бы явный «интеллектуальный брак» сразу отсеять. Конечно, интеллект и так сразу по глазам и по речи видно, однако все же промашки могут быть в отдельных случаях, даже у военных.

В результате житейских метаморфоз и под давлением служебно-дисциплинарных требований всякие несуразности в этом плане могут вызревать и проявляться, в том числе и во внешности. Или, по крайней мере, по теории, в процессе обследования клиента можно будет выявить его слабые места и слегка носом в них потыкать, чтобы принял меры к исправлению. То есть, чтобы рекрутируемый кандидат в оставшееся перед поступлением в Академию время целенаправленно и срочно нарастил свой умственный потенциал (IQ по-американски) по выявленным пробелам, и культуру поднял на приемлемую для прохождения в систему высоту.

Вот поэтому дальше речь перешла на невоенные темы, чего-то там про театр, живопись, про чтение художественных книг и всякие хобби-увлечения, какие-то обрывки из географии и политики и т.д. После нескольких суток сна урывками и длительных пеших прогулок по не слишком обжитой природе, отдых в сидячем положении на стуле, под уютно журчащий, мягко-гипнотизирующий голос полковника, вполне логично и быстро повел к физическому и умственному расслаблению организма. На каком-то автомате отвечая на вопросы визитера, едва слыша приглушенный, как будто проходящий через вату собственный голос, и даже не понимая толком собственные ответы, Волков все внимание сосредоточил лишь на том, чтобы не закрылись окончательно безнадежно слипающиеся, тяжеленные веки, под которые уже хоть спички подставляй, все равно не поможет. И еще, главное, не упасть бы со стула, а то полный конфуз получится. Пару раз, буквально в последний момент, с трудом удалось удержать равновесие, и не сползти набок, а один раз почему-то начало клонить назад, где за спинкой стула тоже не было никакой опоры. Было явно и несколько краткосрочных провалов в сон, поскольку полковник все чаще был вынужден повторять вопросы. Господи, и когда же он кончит занудствовать?

И как боксера на ринге от явного нокаута иногда спасает гонг, божье провидение вмешалось весьма кстати. В дверь кабинета постучали, и на пороге выросла знакомо-спасительная фигура начальника штаба.

-Машина, которую Вы заказывали, уже подъехала к штабу. Волков отвезет Вас к себе домой, ну и потом к гостинице Вас доставит, или сразу на вокзал. Как Вам удобнее будет, сами сориентируетесь по времени. А то оставайтесь на денек, будем рады. И баньку организуем, и выезд на природу с ружьецом. У меня жена грибы прекрасно готовит, особенно маринованные, их тут хоть косой коси. Можно будет после визита к Волкову сразу ко мне в гости на ужин, приглашаю, не пожалеете. Расскажете про Москву, а то я в ней после выпуска из Академии ни разу не был, уже лет пять прошло».

Волков с трудом оторвал сомлевшее тело от стула и вместе с честной кампанией, замыкая шествие, направился к двери. Внезапно мозг пронзила мысль, сразу стряхнувшая весь сон. Ведь к нему домой едут, а что там ждет? Ввалится высокий гость без предупреждения, а дома бардак, ни хрена не убрано, в холодильнике пустота, и самой жены нет. Где-нибудь с подружками сидит, языками зацепившись, гарнизонные сплетни и телевизионные мыльные оперы обсуждают. Работы в гарнизоне нет, дочь в городе у родителей осталась после отпуска, в школу уже пора, вот от безделья и неустроенности у нее новая привычка в последнее время и появилась. Завела себе подружек таких же, частенько собираются по очереди друг у друга за бутылкой вина на кухне - в соответствии с гарнизонными традициями - за своими праздно-бабьими разговорами, сплетнями да пересудами, пока мужей дома нет…

Грустно-тревожные размышления уже перед посадкой в машину были неожиданно прерваны начальником штаба, который отозвал его в сторонку и тихо-свистящим шепотом четко поведал.

-О чем думаешь, могу догадаться. Не переживай, все на мази. Я своей жене давно позвонил, чтобы она твою проинструктировала и подготовила. Так что все в ажуре, ждет тебя дома, к приему вполне готова. И на тебе от меня в презент бутылку коньяка - попотчуешь гостя. Потом в Москве отдашь, когда в Академию поступишь, и я к тебе в гости приеду. Ну, с Богом, и удачи тебе. Заслужил ты ее, на фронте…

Емкость с темной жидкостью булькнула, соскальзывая с начштабовской руки в карман Евгения Дмитриевича. Да, вот уж неожиданность. А ведь всегда таким сухарем и педантом казался.

НОВЕЛЛА № 6.

ХАРАКТЕРИСТИКА ОФИЦЕРА


Да, скифы мы, да, азиаты мы, с раскосыми и жадными очами…

А. Блок


Подполковник Остапенко В.П., опытный кадровик из штаба округа, открыл сейф и достал из него кипу красных папок - личные дела группы офицеров, которые были предварительно отобраны в качестве кандидатов для поступления в некое учебное заведение, готовившее специалистов для работы в весьма конфиденциальной сфере информационного обеспечения Командования.

Предстояла довольно нудная работа по составлению ориентировок на оных вышеупомянутых лиц для утверждения кандидатов местным высокопоставленным руководством, требовавшая в том числе и предварительного просмотра последних служебных аттестаций и характеристик на них со стороны непосредственных начальников и рекомендателей для выборки нужных личностных деталей и формулировок.

Правда, иногда некоторые характеристики составлялись без излишнего педантизма и формализма, писались не суконным казенным языком, а живым армейским, с интересными новациями, неологизмами и отклонениями от стандартных трафаретов и шаблонов, с щеголеватой офицерской окололитературной самобытностью и войсковой непосредственностью, чтение которых позволяло хотя бы изредка скрашивать скучные бюрократические будни.

Может быть, и на сей раз повезет и среди общего бюрократического хлама попадется хоть какое-то искрящееся литературное зерно. Он вытащил наугад из общей кипы одну из папок, перемахнул не глядя опытной рукой не нужные пока для дела разделы, и перешел к месту подшивки последних служебных характеристик. Да, вот как раз и нужная.

Служебная характеристика

на капитана Дубова Олега Ивановича


За время службы в части капитан Дубов О.И. показал себя как исполнительный, дисциплинированный и грамотный в военном отношении офицер, добросовестно относящийся к выполнению своего служебного и воинского долга.

Еще уцелевшие после училища теоретические знания и уже накопившийся практический опыт работы эффективно использует для повышения боеготовности и боеспособности вверенного ему подразделения. Толково, с умело подобранным материальным обеспечением работает с проверяющими, что обеспечило регулярную успешную сдачу подразделением итоговых ежегодных проверок.

Воспитанием личного состава занимается продуктивно и гуманно, без применения рук, ног и гауптвахты, опираясь в случае необходимости на вербальное воздействие с помощью неформальной командирской лексики.

Пользуется известностью и уважением в коллективе, о чем свидетельствует большое количество накопившихся служебных и личных псевдонимов и прозвищ.

Характер истинно русский, терпеливо-стойкий и героический, близкий к нордическому, усиленный самобытным наследием отдельных татаро-монгольских и угро-финских исторических предков, пролезших в исконно славянское генеалогическое древо.

Менталитет - стандартный офицерский, профессионально честолюбивый, командно-патриотический, без псевдо-демократических и гнило-интеллигентских излишеств, заблуждений и перегибов. Нетерпим к временно уклонившимся от службы в армии слюнтяям, хлюпикам, нигилистам, пацифистам, голубым и прочей штатской сволочи.

Штабная культура . Имеет выраженное представление об этом понятии и неоднократно на речевом уровне выражал готовность и стремление бороться за ее улучшение в свете высказанных со стороны Командования претензий, однако, пока без серьезных практических подвижек в вышеуказанной области .

Отношение к критике - гибкое, с учетом категории критикующих. По отношению к указующе-аналитическим высказываниям со стороны вышестоящего руководства, как правило, сдержанно-конструктивен. Некоторые нестандартные отклонения в реакции связаны со стилем и терминологией изложения руководящих оценок и рекомендаций по исправлению.

Критику и рекомендации со стороны жены в результате ранее проведенных ею воспитательных мероприятий и внушений приемлет безропотно.

Награды и взыскания. Награжден орденом «Мужества» за участие в погромах международно-чеченских интервентов и террористов, а также четырьмя медалями по другим оказиям и случаям. Имеет ряд благодарностей и грамот за успехи в некоммерческом материальном обеспечении части. Обладает прирожденным талантом и несомненными способностями в выявлении и доставке в часть необходимых для поддержания боеспособности и боеготовности, как бы временно почти бесхозного инвентаря и сырьевой продукции. При этом весьма инициативен, находчив и последователен в достижении поставленных целей.

Имевшиеся за прошлый год 18 взысканий (в основном за действия подчиненных) все сняты. От вынесения новых, в связи с выдвижением в качестве кандидата на учебу в прославленный вуз и ожиданием окончательного покидания им части, временно воздерживаемся.

Семейное положение. Хороший, в меру домовитый семьянин. Мастеровитый, морально сравнительно устойчивый, даже после перегрузки спиртным. В любом состоянии, как правило, уверенно и самостоятельно добирается домой. Зарплату жене отдает почти полностью, заначку поддерживает в разумных пределах, необходимых для построения правильных отношений в офицерском коллективе. Семейные отношения строит прогрессивно и поступательно, в увязке с процессами демократизации в сфере сексуальной жизни в армии и гарнизоне, развития гендерной демократии и свободы и повышения общей сексуальной грамотности военной общественности и членов семей, а также с учетом отмены существовавших при тоталитаризме запретов и ограничений в данной области.

Ранее зарегистрированные женой и компетентными органами случаи внебрачных контактов и половой распущенности изжил в связи с прекращением регистрации оных в свете демократических преобразований в вооруженных силах, а также прекращением подачи жалоб женой по причине ликвидации адресата для жалоб (после расформирования политорганов и парткомов).

Близкие побочные знакомства с женским полом несемейного характера поддерживает в целом умеренно, без излишеств и чрезмерного ущерба для службы, как правило, за пределами дома и части.

В сексуальной жизни устойчиво-консервативен, придерживается традиционной гетеросексуальной ориентации с соблюдением базовых и текущих указаний и рекомендаций руководства по ведению служебно-половой жизни. В сексуально-невоенных нестандартных наклонностях не замечен.

Вредных антислужебных и антивоенных привычек не имеет.

Спиртные напитки употребляет с достоинством и честью, с учетом их наличного количества, качества, повода и санкции руководства, как правило, только в легитимно-оправданных ситуациях по случаю традиционных и официальных государственных, общевоенных, гарнизонных, полковых, семейных и православных праздников и событий. При этом проявляет должный патриотизм - пьет и закусывает только продуктами отечественного производства, рекомендованными руководством или принятыми в местных военных кругах

От посещения ресторанов, казино, дискотек и т.п. злачных мест за свой счет уклоняется в связи с известными проблемами в области финансирования вооруженных сил.

Генетические задатки к разведывательной деятельности носят выраженный характер. Мечтал стать разведчиком еще с детского сада. Имеет особый разведывательный нюх, в частности, проявившийся в практической области по доставанию дефицитных материалов и жидкостей в экстроординарных обстоятельствах. По данным сотрудников компетентных органов, имел за время пребывания в училище более двухсот дневных и ночных самовольных отлучек, причем ни разу не был задержан с поличным. Носимые при себе и хранящиеся в домашних условиях заначки женой не вскрывались.

Общителен, легко входит в контакт, умеет устанавливать и развивать доверительные отношения, особенно с женским полом.

Физически хорошо развит, отличный спортсмен - имеет спортивные разряды по традиционным армейским видам спорта (бокс, боевое самбо, стрельба из автомата и пистолета и т.д.).

Не раз защищал честь воинского коллектива в командно-групповых соревнованиях. Благодаря его мастерству и самоотверженности сборная части неоднократно занимала призовые места на неформально-товарищеских гарнизонных соревнованиях по офицерскому пятиборью - волейболу, литрболу, стрельбе, биллиарду и преферансу. Причем по литрболу в обеих его подвидах («жесткий» и «мягкий») лично занял первое место в гарнизоне, включен в состав неофициальной сборной команды округа.

Личные результаты в «жестком литрболе» - выпивает 0,5 литра русской водки из бутылки с раскруткой за 6,01 сек., при этом сохраняя основные боевые характеристики офицера. В частности, в течение не менее двух часов после восприятия напитков устойчиво поражает цели «на отлично» из штатного оружия.

Личные результаты в «мягком литрболе» - 10 кружек светлого пива по 0,5 л за 2 мин. 47 сек.

Культура и грамотность.

Посторонних и вредных для военной жизни книг и материалов не читает и дома не содержит. Периодически просматривает рекомендованные Командованием печатные издания (уставы, наставления, учебно-методические пособия, а также отечественно-патриотические военные газеты, журналы и мемуары.

Имеет задатки полиглота . Свободно владеет основными служебными языками: военно-строевым, командно-матерным и матерно-техническим. Может изъясняться со словарем на ряде военно-вспомогательных языков (русский гражданский и русский литературный), а также на некоторых социально-профессиональных диалектах русского языка (демо-криминальном, марсистско-ленинском, молодежно-тусовочном, пиджин рашн и т.п.). После четырех лет изучения в военном училище способен уверенно отличить немецкий язык от русского, украинского, белорусского, татарского и некоторых других языков народов бывшего СССР.

Увлечения - традиционно-национальные, русская баня с веником, пиво с креветками, рыбалка, анекдоты и биллиард.

Скромен и тактичен. Свои заслуженные успехи и победы на любовном, рыболовном и пивном фронтах не рекламирует.

Беспощаден к врагам России, Армии и Президента.

Военные, государственные, служебные и личные тайны хранить умеет, даже после перегрузки горячительными напитками и при допросе женой.

Таким образом, капитан Дубов Олег Иванович, как один из лучших офицеров части, может быть рекомендован в качестве кандидата для поступления на учебу в Академию.


Командир части полковник Зам. командира части по воспитательной работе подполковник

Да, уныло вздохнул кадровик. К сожалению, все как обычно, ничего интересного, романтичного и экзотичного. Обычная проза армейской жизни, стандартная офицерская служебная биография. Ну что ж, попробуем тогда вот эту, может все же повезет на этот раз - и рука потянули из кучи следующий продукт казенного словотворчества.

«Личное дело старшего лейтенанта Максимова Сергея Сергеевича». Открыл наугад первый попавшийся лист, взгляд бегло скользнул в середину страницы. Так, опять то же самое: «Характер истинно русский…чемпион части по преферансу…Свободно владеет командно-матерным… Посторонних и вредных для службы книг не читает… Беспощаден к врагам России, Армии и Президента…»…


Интересно, блин, по какому все же принципу в этом самом ГРУ в разведку людей отбирают?


Новелла № 7.

НЕЙРОЛИНГВИСТИЧЕСКОЕ ПРОГРАММИРОВАНИЕ

Врагу не сдается наш гордый «Варяг»

Пощады никто не желает!

Из русской военной песни


Лекция тянулась уже второй нескончаемый академический час, в душной и плотно усиженной слушателями длинной аудитории, перегороженной поперек сдвинутыми рядами светлых столов, когда-то покрытых празднично блестящим лаком, а теперь уже тусклых и покоробленных от времени, истертых локтями и тетрадями многих поколений будущих разведчиков. Справа ее огораживали зашторенные от проникновения посторонних глаз окна, через которые были видны стены и окна соседнего «невоенного», то есть не принадлежавшего Академии дома напротив. Слева вышеописанный интерьер окаймляла стена, обильно увешанная учебно-методическими наглядными пособиями в виде всевозможных схем и плакатов.

Впереди на возвышении, за трибуной, спиной к обычной школьной черной доске, витийствовал, блистая научной эрудицией и массивными очками с тонированными стеклами, худощавый высокий подполковник, недавно обзаведшийся для солидности темной бородкой, элегантно обрамлявшей его вдохновенно-интеллигентное лицо. Он был весь в педагогическом экстазе, регулярно совершая очередные методические маневры, эскапады и броски в ограниченном пространстве возвышения. Ибо душа парила и рвалась в массы, в народ, в просторы слушательской аудитории. То он бросался к черному прямоугольнику доски, вычерчивая на ней какие-то условные значки и буквы, то быстро переключал стоящий рядом светотехнический прибор типа «Полилюкс», комментируя высвечиваемые надписи и схемы, самолично и наспех набросанные на пленке.

Тема лекции была, конечно, довольно интересная, с практической направленностью, о способах скрытого управления человеком в процессе изучения и вербовки путем воздействия на подсознание. Но при условии, если бы была еще и должным образом озвучена. Но вот с этим как раз и не повезло.

Лектор - недавний адъюнкт и свежеиспеченный, еще неопытный педагог, был излишне и бестолково-старателен, и чересчур боялся за свой еще не сложившийся научно-педагогический авторитет. Несмотря на внешний апломб и экзальтацию, если присмотреться опытным глазом проверяющего методиста, заметно робел, невпопад внезапно смущался, нервничал, часто сбивался и повторялся, допуская все основные типовые ошибки начинающего педагога. Например, чрезмерно и без разбора уснащал речь малопонятной слушателям профессионально-научной терминологией, так сказать, постоянно сбиваясь на профессиональный жаргон и идиоматические выражения. Чересчур обильно цитировал классиков психоанализа от Фрейда, Бехтерева и Маслоу до самого себя, добросовестно и торопливо пересказывая все то, что удалось самому изучить за долгие годы учебы и работы и заложить в основу своей кандидатской диссертации, репрезентативно изложенной в соответствующем, им же наспех написанном учебном пособии.

Аудитория поэтому довольно быстро потеряла интерес к лектору и, разбившись на традиционные группы по интересам, занималась более актуальными и злободневными проблемами.

Только на первых двух рядах «шпионские ботаники» и энтузиасты прикладной психологии старательно пытались записывать и зарисовывать чего-то лекционное. К ним также примазалась пара бытовых экспериментаторов, решивших еще сегодня опробовать новые прогрессивные технологии на любимых женах и боевых подругах -хранительницах домашнего очага, на предмет расширения дополнительных инвестиций из семейного бюджета на традиционно мужские напитки. Или, если не получится, то хотя бы в плане реализации вечерних домогательств на неплановый «лямур». Тем более, что в конце занятия, как бы под занавес лекционного процесса, на сладкое, было обещано ознакомить с вопросами пантомимики, в плане выявления секс-сигналов при общении с женщиной, а также про наиболее эротические звуки в речи.

Начиная уже с третьего ряда наблюдалось гораздо большее разнообразие поз и занятий. Кое-кто откровенно спал, естественно, по разным объективным причинам: у кого-то ребенок маленький - зубы младенческие прорезались, и всю ночь пришлось реализовывать родительский инстинкт путем укачивания младенца на подушке. Кто-то из малообеспеченных подрабатывал ночью на разгрузке вагонов или охранником на коммерческой фирме - новые реалии офицерского бытия - и сейчас «добирал сон» до нормы. Кто-то просто накапливал требуемые организмом «часы отдыха» впрок, про запас и по старой военной привычке, ибо, как говорится, «солдат спит - служба идет». А то и просто относился к разряду «сов» и его активное рабочее время еще не пришло.

Зато весьма плодотворно работали лингвисты. Следующая «учебная пара» была как раз «языковая» и «народные массы» срочно доделывали как всегда неподъемные домашние задания, старательно овладевая «главным оружием разведчика». Как обычно, самыми трудолюбивыми оказались «китайцы», прописывая свою «иероглифическую клинопись» на карточках и в тетрадных папирусах, заодно промяукивая их про себя, старательно мотая головами, «отбивая» подбородками музыкальную тональность китайской речи. Вечно несчастные люди, вечно в цейтноте, ибо этот варварский язык, созданный специально древними китайскими богами для изощренного наказания и издевательства над иностранцами, разрушал здоровье и забирал все время - и так называемое свободное, и большую часть учебного - на другие предметы мало что доставалось. Как говорится, «ежели достался китайский - то сразу продавай расческу и покупай очки».

Активно над развитием лингвистики работала также группа арабистов, «во имя Аллаха, Великого и Милосердного, ибо нет Бога, кроме Аллаха, и Магомет Пророк его на земле». Тоже, прямо скажем, хотя и священный язык Корана и Пророка Мохаммеда достался - но тоже не подарок, явно не в кайф для нормального россиянина. Да еще совсем непривычно для европейского глаза справа налево читать и писать приходится, и у каждой согласной буквы по несколько вариантов написания имеется, да еще гласные звуки в скорописи часто не обозначаются. В общем, полное погружение в таинственный восточный мир, насыщенный лингвистическими загадками и экзотикой.

Рядом с ними группа «американистов», у которых с языком было заметно попроще, чертила схемы ранее подобранной «системы тайников» - через пару дней надо было уже сдавать для проверки. Не повезло им явно с непосредственным руководством. Уж больно строгий «классный папа» достался, слегка помешанный на «штабной культуре» и обычно заставлявший по несколько раз переделывать всякие отчеты и планы «до полного ажура», практически на уровне великой штабной мечты и недостижимого идеала.

И вот, наконец, мы добираемся до «учебной галерки», где над одним из столов шла ожесточенная игра в «морской бой». Носила она затяжной и принципиальный характер, и шла, с перерывами и переменными результатами, уже не первый день и даже не первую неделю. В ожесточенных сражениях, на незримой водной глади, в невидимых пороховых дымах и огненных разрывах, столкнулись две отечественные школы полководческого искусства, два направления в стратегии и тактике морского боя. Две воюющие стороны были представлены бывшим командиром ракетного катера Балтийского флота и бывшим подводником-«дизелистом» с Тихоокеанского флота. Оба капитан-лейтенанты, оба из одной «скандинавской» группы. Даже внешне несколько похожие, будучи примерно одной комплекции и роста, к тому же в одинаковых, с одного склада, гражданских костюмах.

Всеобщее языковое поветрие их особо пока не затронуло. Наверно, где-то под чудодейственным воздействием на подсознание, в духе темы лекции, ежедневно-назойливой телерекламы-призыва «Не дай себе засохнуть!». То есть к чрезмерному освоению современных скандинавских диалектов и наречий, точнее, одного из них, в виде шведского языка, оба относились несколько скептически и философски, справедливо рассудив, что задворки Европы от них не уйдут, уж больно язык редкий. В первую командировку после Академии и так отправят, а там на месте уже и доучим, ежели таковая надобность, конечно, возникнет. А коли в Африку сошлют, так там, тем паче, навряд ли шведский понадобится.

В общем, в настоящий момент над домашними заданиями не пыхтели, полагая, что для въезда в страну вероятного предназначения и на первое время знания двух сакраментальных фраз из серии «Kan du svenska?» (По-шведски сечешь?), «Jag tala svenska illa och forstor dalig» (Я говорю по-шведски плохо, а понимаю еще хуже») вполне достаточно. А ежели, скажем, для встречи по явке пароль потребуется озвучить, то уж как-нибудь превозмогнем. На крайний случай, можно на бумажке записать и шведу-агенту под нос сунуть. У них же страна сплошной грамотности, как и у нас в прошлом, пусть сам читает. А коли гонорары шпионские считать придется, так тут не язык, а математика нужна. Так что с оперативной работой как-нибудь справимся.

В общем, как гласит соответствующая шведская пословица и аналогичная русская в утешение начинающих лингвистов, «Talar ar silver tiga ar guld», то бишь, «Слово - серебро, а молчание золото!» Зато военную тайну случайно не выдашь, не проговоришься перед забугорной публикой после пары литров пива пополам с водочкой, к тому же без родной селедочки с черным хлебом на закуску в каком-нибудь тамошнем заморском вертепе.

Кстати, о пиве. Ставкой в игре было, как обычно, бутылочное «морское» пиво «Балтика № 3» (к сожалению, напитки «тихоокеанского разлива» в Москве не водились), с расчетом раз в неделю, по субботам, когда оба, по сложившейся уже в Москве традиции, совершали культпоход в баню с парилкой, веником, бассейном с ледяной водой и прочими банными аксессуарами.

В этом очередном бою Тихоокеанский флот явно повторял исход Цусимского сражения, но не сдавался, памятуя гордые традиции крейсера «Варяг» и канонерки «Кореец». В боевом строю оставались только два «одноклеточных» корабля, но они яростно огрызались, нанося немалый ответный урон противнику. Русский Моряк должен драться при любом исходе боя до последнего. А Капитан Российского Корабля должен уходить вместе с ним на дно, привязав себя к поручням на капитанском мостике, с гордо реющим «андреевским стягом» на мачте, отдавая честь израненной рукой, приложенной к перемотанной бинтами голове под фуражкой с золотыми листьями и «крабами».

Над бушующими виртуальными волнами попеременно неслись боевые команды, как магические заклинания морских богов: «А-4» - «Мимо», «Б-2» - «Попал», «Б-1» - «Добил», «Д-7» - «Мимо»…

Но вот новый, страшной мощи удар потряс «одноклеточный». Торпеда ударила точно по центру, прямо под ватерлинией, и кипящие воды вскоре сомкнулись над ним, жадно всасывая в глубокую воронку обломки обшивки, снастей, а также мертвые и еще живые, бьющиеся в агонии и судорогах тела, в разодранных, окровавленных тельняшках, и уже бесхозные, осиротевшие бескозырки с прилипшими георгиевскими ленточками. А пушечные и ракетно-торпедные прицелы ликующего противника вновь ощупывали немногие, еще не отмеченные квадраты поля боя, предвкушая последний завершающий "coup de grace" - «удар милосердия» - втыкая узкий длинный клинок кинжала в щель между доспехами поверженного рыцаря, точно в горло или в глаза.

В эту зловещую паузу, под неслышимый трагическо-погребальный звон корабельных колоколов, заглушая свист ветра в разодранных ядрами парусах и стоны раненых и обожженных на палубах, откуда то с переднего плана, с кафедрального амвона до «морской галерки» на «корме» аудитории донеслась усиленная микрофоном скороговорка педагогического оракула, уверенно перекрывая многоязыково-невнятный лингвистический гул в зале.

-…важным элементом нейролингвистического программирования является достижение в процессе общения, после первичной подстройки, так называемого эффекта «раппопорта» - то есть резонанса, прежде всего в речи, в жестикуляции, и даже в ритмике биополя…с последующим рефреймингом…

-А ведь сам учил на какой-то лекции, что оптимальным темпом речи является не более 60-70 слов в минуту. И специфику работы памяти не учитывает, чтоб не более семи информационных блоков было в смысловой части. А сам уже столько нагородил - ни хрена ни в кого не влезет, даже в «ботаников» с «медалистами», - меланхолично вслух отреагировал на очередной лекторский пассаж «Тихоокеанский флот».

Эта фраза всплыла у него как-то неожиданно, по внезапному наитию, видимо, как судорожная попытка отвлечь победоносного противника от завершающего прицельного удара. Ибо это уже не бой, а форменная бесчеловечная расправа и жестокая, садистская казнь приговоренного к смерти экипажа. Он попытался вовлечь «Балтфлот» в диалог, дабы тем самым сбить его боевой кураж и отогнать чужую удачу. Вдруг, как в сказке, случится чудо, и из морских пучин всплывет сам Посейдон, поражая своим волшебным трезубцем весь оставшийся супостатский флот.

-Да, пожалуй, - машинально поддержал беседу балтиец, продолжая, однако, водить карандашом, что-то промеряя на поле боя. И тут же продолжил.

-А все от избытка интеллектуального коэффициента, IQ то есть. Небось, у новоявленного «профессора» за полторы сотни зашкаливает. Надо быть попроще, когда и к тебе народ потянется. Может, даже слушать начнут. Лучше бы научил, как мысли читать, хотя бы с близкого расстояния.

И коварно и внезапно тут же поднял глаза на собеседника, ехидно ухмыляясь и надеясь застать его врасплох. Его взгляд вдруг потемнел и налился силой, явно пытаясь проникнуть в глубину зрачков, в бездны сознания и даже подсознания, дабы вычленить и прочитать скрытые там мысли. Вдруг прямо на сетчатке глаз контрагента проявится клеточный узор с координатами одинокого недобитого суденышка.

В голове тихоокеанца, под срочно захлопнутыми на всякий случай веками, как в подводной лодке перед погружением, для защиты от несанкционированного считывания внутренней закрытой информации с закоулков и извилин мозга, зашевелились грустные мысли. Видать, хоть и вполуха прослушаны, но все же лекции по психомоделированию и манипулированию сознанием не прошли для противника даром. Небось, каждый день дома тайно от жены тренируется, как чужое сознание под контроль взять, от легкого гипноза до полного зомбирования. Как там психолог учил для отработки силы внушения - рисуешь черный круг диаметром 1,5 см на белом диске 2х2 метра, и смотришь на него ежедневно по 15 минут не мигая, пока взглядом до дыр не проешь. И превратится твой прежний нежный взор лучистый всего за месяц в тяжелый и мрачный взгляд закоренелого убийцы или матерого следователя по особо важным делам, у которого даже махровый рецидивист через пять минут игры в гляделки плачет навзрыд и покаянные показания дает.

-Лучше бы учел, «катерист ракетный», что нормальному человеку для нормального функционирования организма за день должно до 35% положительной информации поступать от общей ее массы. А негативной не более пяти, а то сбои начнутся. И в организме, и в психике. А тут уже третью партию подряд за сегодня проигрываю. А если подсчитать от общего количества игр за неделю, то явно за пять процентов негатива перевалит. Где уж тут устойчивость психики сохранить? И пивов, опять же, не напасешься. Как расплата приходит, так сразу Балтфлот начинает про свои питейные подвиги вспоминать, сколько в него горячительной и «сопутствующей» жидкости может войти с воблой и солеными сухариками. Ежели с его слов замерить, то, пожалуй, с половину его родного «балтийско-мелководного корыта» набирается. Но это все ж тебе не Тихий Океан - самый древний на планете. Вот его за всю жизнь хрен выпьешь, даже на халяву. Пуза не хватит!

А, плевать! Как учили древние китайцы в пересказе современных российских учеников в этом лекционном зале - «Победы и поражения - обычное дело для воина». Или, как в одной книжке про японских самураев недавно сам прочитал - «Победа или поражение, жизнь или смерть - все едино. Действие - это все, результат - ничто».

То есть, временная неудача - это не повод для моральных травм и самобичевания. Время до конца лекции еще есть, успеем еще расчертить конспект под новую партию. Как говорится, «козырек на лоб надвинув и решение приняв», во весь свой продубленный и просоленный морскими ветрами командирский голос.

-Свистать всех наверх! Поднять паруса! На флаг и гюйс! Стволы расчехлить! Товсь! Пли!

И снова стальные форштевни будут отбрасывать пенные буруны.

И снова взметнутся в волнах гремящие, кипящие разрывы.

И вновь закипит в наших жилах боевая морская кровь,

бросая наши тела и жизни

в огонь сражения с новой силой!

Новелла № 8

ВЕЩИЙ СОН

Над Пекином опять безоблачное небо…

Из местной метеосводки


На календаре и на дворе ХХ век угрюмо и наспех дожевывал свои последние годы.

Полнощекая, как лицо монголо-китайца луна, слегка испещренная темными подпалинами и крапинками, зависла над столицей Поднебесной, зловеще заливая ярким серебряным светом скопления старинных «пекинских двориков» - распластавшихся вдоль узких и кривых переулков-«хутунов» квадраты и прямоугольники серых глухих одноэтажных кирпичных построек, все окнами во внутрь, и окруженных такими же серыми и глухими кирпичными стенами. Лунный свет играл переливающимися бликами на лакированном черепичном орнаменте характерно загнутых по углам китайских крыш, украшенных фигурами мифических зверей для отпугивания нечистой силы.

В воздухе стоял густой и устойчивый натурально-биологический запах человеческих выделений из общественных квартальных туалетов и от немытых туземных тел, плотно забивших все свободное и пригодное для проживания пространство и в этих «пекинских двориках», и в обычных современных жилых домах, да и в городе в целом.

Эта же чужая и подлая иноземная луна предательски ярко и некстати четко, как рентген, просвечивала обширную территорию российского посольского городка, застроенную стандартно-безликими коробками жилых домов, прижавшихся к окружающему городок забору. В центре этого русского анклава густо торчали верхушки деревьев и маслянисто переливалась гладь каналов и прудов.

Пекин уже давно и глубоко спал по вековой китайской привычке - рано ложиться и рано вставать. На дворе был август, самый тяжелый для жизни города сезон «футяня» - более 40 градусов в тени, полный штиль и 100% влажность. Все живое в этот период предпочитало выбраться на природу или круглосуточно лежать, высунув язык, в тени и прохладе, лучше, конечно, под кондиционером, если он есть, или, по крайней мере, вне душных, непроветриваемых стен и скудных квадратных метров коммунальной жилплощади. Стояла бы сплошная липкая, душная и мрачная тишина, если бы ее не раздирал неумолчный звон цикад.

Полнолуние - время вампиров и оборотней, время разведчиков и шпионов - безлунная ночь. Но ждать было некогда. Лишь изредка ночное небесное светило слегка заслонялось лоскутком случайно набежавшей тучки. И вот в одно из таких затмений из подъезда одного из жилых посольских домов выскользнула бесформенная человеческая тень. Плотно прижимаясь к стенам, она бесшумно проскользнула к забору в 10 метрах от угла дома, и, дождавшись следующей лунной тени, одним броском преодолела оставшееся пространство. Затем легко взлетела над высокой преградой, мягко, почти бесшумно, как кошка, приземлилась на все четыре лапы, и быстро, без остановки поползла целеустремленно куда-то вдаль, к серым пекинским дворикам.

Стало быть, российская военная разведка, как всегда, не спала. Это ее безымянный представитель, обливаясь потом и сдавленно сопя, упорно продолжал преодолевать ползком бесконечные открытые метры, тягостно ожидая окрика облепивших по периметру посольство китайских часовых и, может быть, даже выстрела в спину «по ползущей иностранной мишени». Лишь иногда его молчаливый и тяжкий, политый раскаленным потом труд, прерывался выдавливаемым шепотом набором непереводимых в классической литературе русско-китайских идеоматических выражений и отдельных слов, призванных обеспечить самоподдержку и мобилизацию внутренних резервов. Для посторонних ушей словесный антураж мог бы также показывать наглядно в пространстве и во времени достигнутый прогресс в продвижении опытного и тренированного офицера-пластуна по чужой китайской земле. Ночь для шпиона - самое время творить будущую всемирную историю и небывалые разведывательные подвиги.

Впереди где-то под мостом через канал, в зарослях кустарника ждал старый испытанный местный агент с тремя мешками секретных документов, каждый весом по 20 кг. За спиной нашего разведчика нависал обменный фонд - тяжелый рюкзак, до отказа набитый китайским же рисом (проверено на китайском безмене - тоже ровно 20 кг). Простая незатейливая профессиональная работа - как шпионский коробейник, натуральный обмен - туда зерно - обратно бумаги, за 1 кг первосортного риса 1 кг первосортных документов, все честно, по справедливости, как и договаривались. Это была уже не первая ходка за сегодняшнюю ночь. За спиной было уже две, с тех пор, как солнце устойчиво закатилось за горизонт, а до рассвета предстояло совершить еще три похода. Можно было бы, конечно, пойти группой, так быстрее, но зато и риск куда больше - намного заметнее, труднее укрыться, а в случае провала заметут сразу всех.

Кроме того, помимо риса, непосредственно на себе, в верхнем нагрудном кармане китайского национального костюма в стиле «пролетарского юнисекса», частично скрывающего явно европейский облик и конфигурацию офицера, находились часы «Командирские» фирмы «Полет» с выгравированной надписью «Лучшему тайному другу России» (на русском и китайском языках, естественно) - подарок к 20-летнему юбилею официального взаимовыгодного сотрудничества между отечественной спецслужбой и иностранным частным лицом. Рядом с часами покоилась также специальная и тоже секретная агентурная медаль «За тайные заслуги перед СССР и Российской Федерацией» за ранее полученные от него же чертежи разработок новой китайской МБР (то есть межконтинентальной баллистической ракеты).

Шеф, напутствуя еще перед первым выходом, назидательно и ворчливо вещал:

-Ты смотри, совсем ему сгоряча не отдай. Покажешь часы и медаль, которыми его как бы у нас наградили, ну, дашь от лица Правительства и Командования, их пощупать, посмотреть при свете фонарика, а потом опять заберешь. У нас, в ГРУшных сейфах, они сохранней и в безопасности будут. А ежели он когда-нибудь до Москвы доберется, то, может быть, даже дадим ему поносить временно на территории конспиративной квартиры. Может, даже и по столице нашей Родины ночью под пальто или под пиджаком с ними походит. А по прошествии определенного исторического периода в наш музей поместят под его портретом, и, не исключено, даже и родственникам передадут, посмертно, конечно. Имеется в виду, после естественной кончины агента.

-Кстати, тебе тоже с этого дела причитается. Ежели документы такими же ценными окажутся, как и в прошлый раз, можешь колоть дыру на погонах, в плане подготовки к досрочному присвоению очередного воинского звания, это я тебе гарантирую. Ну, а мне, учти, это я только с тобой по секрету делюсь, орден обещали, так что тоже в перспективе с новой дырой, только на мундире. Считай, что это наша будущая коллективная награда, за совместный боевой труд. То есть в моем лице как бы вся резидентура будет отмечена, стало быть и ты тоже, можно сказать, уже по второму разу. Так что давай, Вова, хоть кровь из носу, а до рассвета операцию надо успешно закончить».

И потому снова метр за метром, упорно вперед и вперед, как когда-то на занятиях на факультете войсковой разведки в родном ВОКУ - высшем общевойсковом командном училище имени…

Пригодились все же старая строевая закалка и комплексная военно-физическая подготовка, в которой не злоупотребляли теорией и не напирали чрезмерно на интеллект. Ибо, как любил назидательно внушать всяким шибко заумным докторам и кандидатам наук незабвенный начальник учебного отдела товарищ полковник Ор-ский (на заседании ученого совета этого же училища), далее цитирую:

-Курсант ВОКУ, читающий книгу толще 40 страниц, - это ненормальное явление.

А затем скромно, но жестко добавлял, как будто забивая последний гвоздь в гроб врага,

-По себе знаю. И вообще, в нашей армии - либо читать, либо стрелять - среднего не дано.

Ну вот, наконец, слава богу, и передышка, перед носом желанные раскидистые кусты, восторженно-приветственное кваканье лягушек на канале, затхлый запах застоявшейся воды, и перед усталыми, воспаленными от пота и напряжения глазами мысленно качаются два пресловутых оставшихся мешка - еще две дорассветные ходки. Но где же гребаный китаец?

Внезапно мешки вдруг ожили, задвигались, начали расти и превратились в искаженные лунным светом угловатые человеческие фигуры с тусклыми стволами автоматов наперевес.

-Эй, русыкы, сыдавася!

А вокруг из зарослей стали вырастать все новые тени, также ощетинившиеся стволами.

-Сыдавася!

Рука заученным движением скользнула к тому месту, где когда-то годами оттягивала пояс тяжелая кобура с родным ПМ. Живым не возьмут, семь патронов по ним, последний себе. Жаль, что вот так придется, под звон лягушек и цикад, на чужой и неласковой земле, не допев, не довершив, не долюбив…Рука все шарила по бедру, но пистолета на этот раз почему-то не было…Неужели придется в рукопашную, на автоматы, с голыми руками и ногами, отработанные когда то до автоматизма приемы боевого самбо демонстрировать? Но иначе нельзя, офицер разведки должен умирать в бою, а не в пыточной камере в плену.

Вдруг в эту отчаянную мысль вторгся совершенно посторонний звук - почему-то весьма знакомая настойчиво-заливистая трель звонка где-то со стороны головы. А вместо поисков пистолета правая рука, круто изменив направление, машинально тянется вверх, нащупывая круглый громкоголосый предмет и, параллельно судорожной попытке раскрыть глаза, так же машинально нажимает кнопку, одновременно рывком сбрасывая ноги на пол. Однако трель затихла лишь на мгновение и вновь так же заливисто и призывно позвала к себе. Стало быть, не будильник, а телефон, блин трескучий…

В темноте под льющимся из окна светом луны, вместо китайцев с автоматами, виднелись знакомые очертания малогабаритной двухкомнатной посольской квартиры, увешанной и уставленной приобретенными самолично или вместе с женой китайскими картинами, вазами и скульптурами, а также казенной мебелью с отдельными вкраплениями телевизора, магнитолы, компьютера и еще чего-то современного тускло-электронного. В воздухе надоедливо жужжали китайские комары - крупные интеллектуальные мутанты, профессионально атаковавшие, как немецкие «мессершмитты», днем сверху со стороны солнца на ослепленного противника, или коварно подкрадывающиеся почти бесшумно ночью, снизу, на бреющем полете, и по-патриотически, с остервением вгрызавшиеся круглосуточно во враждебное некитайское иностранное тело.

Тьфу ты, черт, надо же такое приснилось. Какой-то занудный и несуразный кошмар, к тому же уже не первый раз с тех пор, как месяц назад этот проклятый «футянь» начался. Как-то раз даже сам Мао Цзедун привиделся, восставший из своего саркофага в мавзолее на площади Тяньаньмынь. Пришел, блин, на явку по вызову прямо ко входу в Посольство, причем почему то в желтом императорском халате. Во галиматья какая бывает, размечтался, одноглазый… Наверно, от постоянного перегрева организма и от того, что уже второй год без отпуска, и почти ежедневно в круговерти оперативных дел. Да еще вчера допоздна отмечали день рождения любимой жены соседа по лестничной площадке, коллеги и боевого напарника, с которым не раз вместе на дело в город ходили, тоже как бы ответственного посольского работника ГРУ-шного разлива. И в голове и во рту бродило чего-то мерзопакостное, сумбурное, больное, требующее холодного пива, тишины и крепкого сна под кондишеном, а также временного отрешения мозгов и тела от земной суеты и волнений.

А телефон неумолчно звонил, все чего-то настойчиво и накаленно требуя. Стало быть, начальство, и уже наверно, в гневе от непробудности и нерадения подчиненного. Надо бы встать, однако тело упорно отказывалось принимать устойчиво-вертикальную позу, откидываясь назад на кровать. Хоть бы жена помогла, но она в данный момент, после вчерашней размолвки по поводу избытка употребленного спиртного, покоилась на диване в гостиной, и, стало быть, принципиально вставать к телефону не будет.

Да, придется, как и во сне, ползти, или, точнее, перебираться на четырех шатких подгибающихся конечностях. Хорошо хоть, через забор сигать не надо, как во сне, и маршрут покороче…

В телефонной трубке уверенно и бодро пророкотал голос Шефа, который как будто вообще никогда не спал. Во у кого организм железный. Литр вливаешь, и хоть бы что… Зря все-таки вчера после отечественной водки с коньяком и «циндаоского» пива еще и «шаосиньским» вином усугубили. Сколько раз уже зарекался не мешать и плотнее закусывать…Но, по такой жаре, никакая закусь, даже после холодной водки, не лезет…

А голос в трубке продолжать рокотать.

-Так, слушай сюда, Петров. Возникла внезапно новая вводная. Надо срочно на дело в город - жду на инструктаж у себя на квартире через 10 минут (Шеф жил в соседнем подъезде и на этаж выше). Возьми китайскую одежку с собой, потемнее и попроще. И прихвати небольшую лопату, или хотя бы детский совок у дочки займи. Поедешь на своей машине, ты ее опять, как я вижу, на ночь у подъезда оставил, мои указания не выполняешь. С учетом временных трудностей (во, блин, даже по телефону насквозь видит) можешь стакан пива принять, но не более… В трубке звякнуло и замолчало.

Ну, что ж. Команда поступила, надо опять вперед, но уже с каждым движением все быстрее и трезвее, мобилизуясь и пробуждаясь на ходу, сначала на четырех лапах, потом, хотя и покачиваясь, но уже всего на двух нижних конечностях. По диагонали к шкафу, где висел полный бытовой летний наряд рядового китайца 50-х - 90-х годов ХХ века, названный по кускам в честь трех великих руководящих китайцев этого же века. Хлопчатобумажный повседневно-революционный китель в стиле первого президента Китая Сунь Ятсена, «линьбявки» - матерчатые тапочки на веревочной подошве - прозванные в честь министра обороны в период «великой пролетарской культурной революции», и кепка глубокой посадки - «маоцзедуновка» - в честь бывшего тов. Председателя Коммунистической партии Китая и бывшего вождя мировой революции после смерти тов. И.В. Сталина.

Теперь дотянуться до вешалки с конспиративным тряпочным ансамблем, взять ее в зубы, шапочку можно пока на голову натянуть…затем в сумку переложим. Так, потом наспех под душ, и в холодильник с пивом…хорошо пошло…Ну все, уже почти готов, осталось влезть в машину и можно запускать на любое тайное дело…


И так почти каждый день и весьма часто в ночь - всегда в бою, всегда в строю, покой нам только снится, да и то редко. Может только дома на Родине, потом, когда на пенсию совсем уйдут.

НОВЕЛЛА № 9

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО РАБОТНИКАМ КУЛЬТУРЫ И ТРУЖЕНИКАМ РАЗВЕДКИ


Когда я слышу слово культура,

моя рука тянется к пистолету.


Ханс Йост (пьеса «Шлагетер»)


Во всякой национальной культуре есть свои важнейшие составные элементы, относительно автономные подвиды культуры, имеющие собственные пути и направления развития.

Важнейшим элементом общенациональной и военной культуры является в оенно-разведывательная субкультура, которая, безусловно, требует, прежде всего, своего официального признания, как таковая, со стороны руководства страны и широких слоев общественности, особенно творческой интеллигенции, и, естественно, дальнейшего развития и более серьезного отношения со стороны государственного управленческого аппарата, гражданского общества и самого разведывательного сообщества.

Весьма важным аспектом субкультуры является песенное творчество - профессиональное, а главное - боевое фольклорное самотворчество. Как показывает практический опыт, музыкально-литературные профессионалы военную разведку зачастую представляют весьма смутно и искаженно, да и трудиться на нее, как правило, не очень любят, ибо навару, а стало быть и личного интереса в этом для них маловато. А сами редкие профессиональные творения, за немногим исключением, если и появляются, то в основном как-то примитивно выглядят и весьма далеко отстоят от того, что бойцы сами про свою жизнь и участие в явной и тайной борьбе чувствуют и поют.

Ну а о ГРУ вообще казенных и официальных песен нет, даже свой ведомственный гимн отсутствует, что весьма странно и где-то даже настораживает, служебным садомазохизмом отдает. Чтобы уж и себя не воспеть, хотя бы во время официальных церемоний? Знаете ведь известное выражение, хотя и несколько грубоватое, но зато по существу «Пока сам себя не похвалишь, сидишь как оплеванный».

И что еще любопытно, так это то, что и самодеятельное творчество не процветает, то есть в отличие от войск свои «полковые» фольклорные песни практически отсутствуют. Даже тайных оперативных песен практически нет, дабы в своем закрытом кругу всей резидентурой под прикрытием посольских стен вполголоса душу излить, как большевики до революции 17 года на сходке в подполье, типа «Вихри шпионские веют над нами…». А ведь столько возможностей есть, хотя бы переложить на уже имеющиеся мотивы, вроде этих:

· «На нем погоны золотые который год висят в шкафу…»

· «Выхожу я как-то на заданье, а вокруг один сплошной Пекин…»

· «Контрразведка в Бонне рыщет хмуро, «мерседесы» «штрассе» бороздят…»

· «Уходил я как-то из засады на своем сиреневом Вольво…»

· «Лунной майской ночью посередь Парижа, вышел я на явку на Монмартр…»

· «Я по Вене шел, тайничок нашел…»

· «А в «стекляшке», где все тихо и складно…»

· «Что ж ты агент мой, смотришь искоса, низко голову наклонив…»

· «Где же Вы теперь, резидент мой бывший…»

· «Если завтра завербуешь президента, то лампасы ты получишь, наконец…»

· «И сказал резидент наставительно, подбирай для отрыва маршрут…»

· «Вот уже начало ноября, опера, наденьте ордена…» и т.п.

Да и в Тайной Академии не лучше. Где, скажем, свой прощальный вальс для выпускного бала, чтоб слезу прошибал даже у махровых шпионов-ветеранов, не говоря уже о подрастающем шпионском поголовье? Что-нибудь типа «Долго будет Академия сниться…». Или «Марш первокурсника» сочинить для закладки разведывательных основ в свежие офицерские головы, еще только из войск прибывшие, то есть не забитые пока в должной степени профессиональными премудростями. А в этом марше в складной форме основные оперативные понятия изложить, как бы для улучшения первичного восприятия «Агентурно-разведывательного букваря».

В оных песнях создается также прекрасная возможность мудрых, заботливых педагогов и отцов-наставников воспеть, как положено, ибо, как говорится, не тот отец, который породил, а тот, который воспитал. То есть имеется в наличии как бы биологический отец, а есть и разведывательно-служебный, да еще не один. Их за время службы весьма обильно накапливается, и всех помнить и воспевать надобно, военный обычай такой. А лучше отдельной песней каждого помянуть, ну например, можно в стиле былинного фольклора:

Ой ты, гой еси, «классный папа» мой,

классный папа» мой, добрый молодец…

Слава богу, хоть на материнство пока никто не претендует. Однако если борьба за гендерное равенство в разведке активизируется, то и проблему биологических и служебных матерей тоже решать придется.

Теперь о живописи.

Вы хоть раз в какой-нибудь картинной галерее, музее или в художественном собрании видели картины на бытовые шпионские сюжеты? Ну, например, хотя бы такие, как:

«Встреча по явке оперативного работника на Елисейских полях (Champs d’Elisee) в Париже»;

«Инструктаж оперативного работника резидентом в тайном кабинете перед выходом на дело в город Нью-Йорк»;

«Возвращение блудного разведсына из экваториальной Африки» (отчет оперативного работника перед ближайшим родственником из среды начальства после возвращения из загранкомандировки в Н-ской африканской стране, типа Ботсваны или Зимбабве);

«Плач разведывательной Ярославны со стены российского посольства в Эн-ландии» (где-то за рубежом в ожидании возвращения любимого мужа, задержанного местной контрразведкой, якобы с поличным, при проведении тайниковой операции);

«Портрет тайного героя в маске и с собакой на прогулке в Москве» (то есть разведчик-нелегал на Родине в отпуске) и т.д.

Вот то-то и оно, и мне таковые картины не попадались, даже в «стекляшке», то есть в самой штаб-квартире ГРУ, хотя, казалось бы, все стены должны быть увешаны. Ну, если профессионалы не созидают, что ж у нас своих самородков и дарований не хватает? Собственных разведывательных Моне, Репиных, Гогенов, Суриковых, Ренуаров, Кустодиевых, Сальваторов Дали и иже с ними вырастить не можем? Ежели фантазии недостает или времени не хватает подумать как следует из-за перегрузки оперативной и информационной работой, так можно хотя бы по аналогам из мировой или отечественной классики творить.

Взять за основу известные картины французских импрессионистов, или русских передвижников, или японских примитивистов, или каких-нибудь голландцев с испано-итальянцами из эпохи Ренессанса. Наложил на них знакомые по службе персонажи, осовременил слегка антураж, ну там, компьютер где-нибудь в углу дорисовал, вместо фрака или римской тоги вставил российский мундир нового образца с погонами и орденами, или пиджак фабрики «Большевичка», скроенный по итальянской лицензии. Да бакенбарды 19 века не забыть сбрить, да кудри, ясно дело, обкорнать покороче, как в армии по уставу положено, вот тебе и готовое оригинальное бессмертное творение.

Например, все видели картину Шишкина про дикую русскую лесную природу, что-то вспомнить не могу, как называется, там еще бурелом изображен с медведями. Ну да неважно. Главное, если к ней профессионально присмотреться, так там под поваленным деревом прекрасный стационарный тайник можно оборудовать для забазирования радиостанции. И место приметное, с хорошими ориентирами. То есть в плане развития сюжета дорисовал по центру вместо поломанной сосны снесенную тропическим ураганом кокосовую пальму, по краям промеж других елок пару банановых деревьев воткнул. Лучше, конечно, еще с не созревшими зелеными бананами, а то если со спелыми, так ее сразу туземцы облепят, будут проведению операции мешать. Это замечание из опыта практической работы вытекает. Хотя, с другой стороны, вдруг после успешного дела чарку принять захочется, из походной фляги в кармане, и тут же сразу свежесорванным местным плодом закусить. В общем, подумать надо, при выборе альтернатив не спешить.

Ну, а возле пальмы фигуру склоненную обозначить в длинном черном плаще с поднятым воротником, в черной шляпе с опущенными полями, как бы полубоком или спиной к зрителю стоит, для конспирации. Можно еще небольшую лопатку или детский совок в руки добавить, и перчатки кожаные на эти же руки для большего правдоподобия нанести.

В результате получим готовый художественный триумфальный продукт под звучным героико-романтическим названием «Оперативный работник ГРУ оборудует тайник в таиландских джунглях». Да, еще вместо медвежат лучше маленьких слонят изобразить. Семь штук, на счастье. Хрен его знает, вдруг у них там, в тропиках, медведи не гостят, слишком дискомфортно в природной шубе париться.

Или еще проще вариант имеется. Думаю, всем знаком сюжет картины про охотников на привале, ну где они в своем кругу охотничьи подвиги обсуждают. Так там в разведывательном плане вообще ничего переделывать не надо, просто название внизу на раме поменять на «Оперативный офицер проводит инструктаж с группой агентов» и все. Коню понятно, что все присутствующие для конспирации переодеты под охотников и по легенде как бы случайно собрались на привале во время оной охоты. А для приличия еще и имя нового автора на этой раме увековечить, скажем, «Писано сие в 2001 году от Рождества Христова в стольном граде Москве самоличной рукой их Превосходительства Заместителя Начальника Н-ского Управления ГРУ ГШ генерал-майора российской разведывательной службы товарища (господина) Н.Н. Н-ского».

В общем, все возможности есть, только заполняй культурный вакуум, созидай что-то новое, монументальное, проникай в суть явлений… для истории, для души и для товарищей по службе, не говоря уже о любимом, многоуважаемом руководстве и о воспитании подрастающего поколения.

Кстати, и фотографии карманного формата (естественно, ламинированные, чтоб не стерлись от долгого употребления) не забыть регулярно массовым тиражом издавать. А то завалили киоски ширпотребом в виде изображений всяких безголосых певиц полуэстрадных, ходячих вешалок на подиуме и раздетых кинодив с накладной или надувной, силиконовой грудью. Да кому они в таком виде нужны? Вот если бы живую, в натуре, как есть в этом самом неглиже, руками за естественно-природные выпуклости и впуклости потрогать, а лучше еще как-нибудь пообъемнее и поглубже другими низовыми органами ощутить.

Да, а вот фотолица знаменитых разведчиков в дефиците пребывают. Можете в виде эксперимента сами попробовать приобрести, сразу это прочувствуете, по киоскам явно не лежат, то есть как бы даже совсем нет. То есть проблему надо наисрочнейшим образом решать.

Скульптура

Как памятники вождю мирового пролетариата В.И Ульянову-Ленину в прошлом, надо бы монументальные разведывательные скульптуры по всем уголкам страны воздвигнуть. И еще переносные и настольно-напольные изделия размножить, чтобы хватило для украшения каждой квартиры, дачи, автомашины и каждого служебного кабинета в Отечестве. А также миниатюрные фигурки любимых разведчиков спроворить массовым тиражом для каждого гражданина нашей великой страны от мала до велика с целью повседневного ношения при себе наряду с фотографиями оных же героев (по карманам в виде брелков или типа японских нецке рассовать, или к ключам можно подвесить). А для дам изображения тайных героев лучше всего в виде ювелирных изделий изготовить, например, разведчик в облике кулончика очень хорошо будет смотреться висящим на цепочке в интимной ложбинке, как бы прижимаясь к любящей женской груди.

Памятники и скульптуры, естественно, должны быть как общесюжетного порядка (например, памятники «Безымянному разведчику (резиденту, оперативному работнику, агенту и т.п.)», так и конкретно-именные. Есть уже, например, памятники Рихарду Зорге и некоторым другим персонажам. А ведь у нас таких героев куда как побольше будет. В принципе, вообще каждый разведчик имеет право на личный памятник с собственным художественно запечатленным обликом на нем. Причем лучше оным памятником еще при жизни полюбоваться, после отхода в мир иной уже не так интересно будет. То есть можно уже сейчас начинать у каждого жилого комплекса, где сотрудники военной разведки достаточно компактно проживают, «аллеи тайной славы и почета» созидать, и пионеров или бойскаутов, а лучше скаутгерлз в мини-бикини и пионерском галстуке, нашу будущую разведывательную смену, на карауле поставить. А у входа в квартиру барельеф или горельеф небольшой и надпись, как положено «Здесь с… года проживает агентурный разведчик… и далее краткие установочные данные (воинское звание, ФИО, награды, командировки, количество завербованных и т.д.). Кстати, это и для службы полезно, на эффективность и результативность оперативной работы весьма положительно будет влиять, ибо здоровое честолюбие у каждого уважающего себя офицера имеет место быть.

Ну, с кинематографией слава богу, пока благополучно, в изобилии шпионские страсти представлены. В театре тоже кое-что есть, но явно маловато и однообразно, надо, конечно, репертуар расширять и хотя бы до половины уровня синематографа вытягивать.

Кстати, чуть не забыл еще вставку сделать о воинских ритуалах.

Вот скажем, о церемониале вступления в разведку. Все-таки до сих пор как-то буднично получается, без должного пиетета и декора. Даже специальной военно-разведывательной присяги нет, ни ритуала, ни текста. А как бы хорошо и полезно было, стоя в маске, в присутствии представителей руководства, будущих коллег по работе, жены, детей и тещи, приглашенных военных журналистов (из числа проверенных и санкционированных руководством), и даже наблюдателей из ООН (можно любых), торжественно в строю зачитать:

«Я, (воинское звание, ФИО, можно условное, так сказать, оперативное псевдо), вступая в ряды доблестных героев тайной войны, перед лицом Командования, боевых товарищей и мировой общественности, торжественно обязуюсь и клянусь:

1. Мастерски скрывать свою тайную сущность и скрытые профессиональные действия от коварных иноземных супостатов и злобных внутренних врагов, от близко знакомых женщин, соседей по дому и других посторонних лиц;

2. Быстро, изощренно и без большого ущерба для военной казны вербовать в несметных количествах, оптом и в розницу, по текущим потребностям и про запас, иноземную агентуру в качественном, товарном виде в точном соответствии с планами и указаниями руководства;

3. Искренне любить и глубоко уважать всех своих прямых и косвенных военно-разведывательных начальников, щедро и своевременно делиться с ними всеми своими неофициальными и невоенными доходами и прибылями;

4. Коротко, без занудства, в понятной форме и без лишних фантазий, информировать руководство о всех героических и эпохальных событиях в своей разведывательной работе, а также об увлекательных, занимательных, поучительных и смешных явлениях в жизни разведываемых стран и их вооруженных сил;

5. Надежно хранить все наши большие и малые военно-разведывательные тайны от иностранных и отечественных врагов, конкурентов, завистников и недоброжелателей, а также от всяких сомнительных и болтливых штатских, женщин и тому подобных ненадежных и подозрительных личностей;

6. Активно и помногу добывать в соответствии с прямыми и косвенными указаниями и намеками руководства, а также по собственной любознательности и инициативе любые не наши, совсем чужие и заморско-иностранные государственные, военные и личные секреты и тайны;

7. Стойко переносить временные задержки с выдачей казенной заработной платы, при этом не принимать в присутствии начальства страдальческий вид, не ныть, не скулить, не устраивать демонстраций, митингов и шествий протеста, а также не писать душераздирающие и жалобные письма в вышестоящие инстанции и различные иностранные и международные организации.

И да поможет мне в этом наш Военно-Разведывательный Бог и Агентурно-Оперативные Святые Покровители и Чудотворцы!


Ну вот, пожалуй, и хватит для первого письма. Посмотрим вначале на реакцию читающей публики, на публикации в СМИ, на то, как полемика среди активно мыслящих развернется, и какие практические отклики последуют. Вот тогда и вдарим покрепче по более широкому кругу объектов, персоналий и тем, со всей военно-разведывательной ответственностью и бывшей партийно-коммунистической принципиальностью и прямотой.

Что еще хочу отметить в завершение опуса и в назидание на будущее. Читайте внимательнее и думайте о грядущих последствиях. Ибо терпение армии и ее разведки не беспредельно! И аз воздам, когда-нибудь, как в Библии предвещается. Чтобы не стать в одночасье кандидатом для высшей меры социальной защиты нации или живым экспонатом в клетке в музее национальных предателей.

И еще кое-что. Про социальную демографию. От гнилой интеллигенции рождаются гнилые интеллигентики, пациенты лепрозориев, психушек, вендиспансеров и тюремных карцеров. А от здоровой и крепкой военно-национальным духом трудовой нации - народные герои, победители, спасители и символы нации.

НОВЕЛЛА № 10

ФЕМИНА В РАЗВЕДКЕ


Там шпионки с крепким телом,

Ты их в дверь, они - в окно…

Из песни Владимира Высоцкого


Проблема серьезная, запутанная и архисложная, так просто с кондачка не решить. Ее надо рассматривать в общем контексте исторически сложившихся отношений между людьми и женщинами с учетом социально сложившегося неравенства и естественных психобиологических различий. Общеизвестно, что женщина - это самая высокая ступень в развитии живого мира. Достаточно вспомнить Библию, вначале господь создал человека, а уже из него создал женщину. То есть, если логически рассуждать, в соответствии с теорией Дарвина, вначале появились обезьяны, от них произошли люди, а от людей произошли женщины.

Кроме того, при решении проблемы в профессиональном плане необходим весьма дифференцированный подход с разделением по таким основным категориям как: «лэди, сударыни и товарищи - кадровые разведчицы» (то есть наши отечественные «белоснежные военно-разведывательные лебедушки»), «дамы и мадамы (мисс и мадемуазели) - агентессы,» «как бы уже не совсем лэди (а то и, прямо скажем, тетки, путаны, биксы и метелки) - агентессы», а также «Разведывательные Жены с большой буквы».

Итак, приступим к комплексному анализу фактов и факторов, объективных и субъективных, исследуем, так сказать, причинно-следственные связи.

В целом, исторически сложившееся положение женщин в шпионском мире представляет собой вопиющее нарушение международно признанного принципа гендерного равенства (это в последние годы термин такой появился про равенство полов, и к нам просочился), классическим проявлением махрового мужского шовинизма и эгоцентризма, гендерной профессиональной сегрегации и половой дискриминации.

Женщин в разведке редко увидишь на руководящих ролях (разве только в кино), весьма мал их удельный вес в целом среди кадровых сотрудников, еще меньше среди оперативников «в поле». Чаще всего их используют на технических должностях и на вспомогательных ролях. Например, наиболее популярным, воспетым в фильмах и книгах, является их использование в качестве «honey trap» («медовой ловушки», это ЦРУ-шный термин такой), с учетом наших мужских слабостей, ибо «на песенки сладкие очень мы падкие». Например, как вариант, для сбора информации, мужчина в постели интеллектуально слабеет, инстинкт распаленного самца подавляет разум и критическое восприятие, хочется похвастаться, да и поговорить о чем-то надо в перерывах, а с возрастом способности слабеют, соответственно, и перерывы удлиняются, а на ум, кроме работы, ничего нейдет, даже в такой ситуации…

А ведь налицо явный пример жестокой сексуально-шпионской эксплуатации, подход к высшему творению природы как к коммерческому секс-работнику в тайной информационной сфере.

В общем, если просчитать индекс гендерного развития применительно к шпионскому миру, то картина весьма плачевной получается. Шпионских джентльменов спасает только прекрасная возможность блокировать доступ международной женской общественности и активисток-суфражисток к соответствующей статистике с помощью пресловутого режима шпионской секретности.

А ведь имеется Конвенция ООН о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин 1981 г., учрежден Комитет по ликвидации таковой дискриминации, действует Комиссия ООН по положению женщин. В 2000 г. проведена специальная сессия Генеральной Ассамблеи ООН «Женщины в 2000 г.: равенство между мужчинами и женщинами, развитие и мир в ХХI веке»; обзор и оценка прогресса в осуществлении Найробийских перспективных стратегий в области улучшения положения женщин и Пекинской платформы действий (1995 г.) и т.д. и т.п.

XXI век вообще лучше не трогать. Все тоже самое, пожалуй, даже еще круче, в динамике катастрофического развития на пути к неоматриархату.

Ну и где все это, на заскоруслый шпионский мир, похоже, пока никак не влияет?

Возникает необходимость разобраться и на международном, и на национальном уровне, а почему?

У себя в России-матушке ситуация аналогична, хотя причины тут в историческом и эмоциональном плане несколько иные.

Во-первых, в российской армии женщин вообще мало, хотя в последние годы их количество резко прибавляться начало. Все-таки война - не женское занятие, да и служба для них носит добровольный характер. Еще меньше женщин-офицеров, и уж совсем мало - на строевых должностях, а именно из этой категории командных кадров и комплектуется элита военной разведки. То есть сам по себе естественный отбор и отсев происходит, плюс отбор ведут сами узурпаторы и шовинисты мужского пола.

А с другой стороны, как мужику в такой ситуации выбор сделать, кадровый парадокс решить? Набрать милых, хрупких, ясноглазых и кокетливых, чтоб они глаза и душу радовали, так они на тяжелую работу не больно горазды, и других от работы отвлекают. А ежели страхолюдин набрать - с квадратной спиной и походкой грузчика, так, боюсь, работать с такой на пару никто не захочет, болеть от тоски и страху начнет, производительность шпионского труда упадет, на работу не заманишь, не загонишь, как на каторгу. Идешь по коридору в казенном учреждении, а взор ничто не радует, не ласкает, никакого тебе чувства комфортности и эстетического наслаждения, ничто не будит жизненные силы. В общем, и так не очень удачно, и этак нехорошо получается,

Во-вторых, может офицеры наши, как истинные рыцари, берегут своих дам больше, чем на Диком Западе, от грязной работы, разочарований и стрессов. А может, как наследие пуританских нравов большевистских времен, просто себе не очень доверяют, не хотят свою моральную устойчивость тяжелым испытаниям подвергать?

К примеру, представьте типовую ситуацию. Допустим, проводит непосредственный начальник инструктаж с подчиненной сотрудницей, так сказать, со шпионской особью женского пола привлекательной наружности. Надо на дело идти серьезное, ну там, тайниковая операция планируется в диких джунглях, кишащих ядовитыми, злобными и кусачими тварями, всяко разными гадами ползучими, летающими и прыгающими, ну там змеи, пауки, жабы, вампиры, людоеды, крокодилы и прочие. Или посередь безлунной ночи тайное рандеву предстоит с громадным, страшным и зубастым черным агентом в каком-нибудь сумрачном, вонючем негритянском гетто, куда нога белого человека уже лет двадцать не ступала.

А перед глазами коленки округлые маячат под мини-юбкой, нога на ногу высоко закинута, да еще и туфлей покачивает. Кофточка, и без того прозрачная, вроде как бы случайно совсем расстегнулась, то ли от тяжести содержимого, то ли от жары. И щурится томно на руководство, да еще как реплику вставит кокетливо-бархатным голоском:

-Ой, Василий Иванович, Вы такой умный…

Ну какой после этого инструктаж, на хрен, как тут на шпионских делах сосредоточишься. Все ж живой человек, хотя и на службе государевой. Ежели организм и настроится, то уж вовсе не куда то на явку на краю земли по жаре тащиться, когда такое диво напротив. А рядом диванчик служебный пустует, и в сейфе коньячок стоит с лимончиком и шоколадкой. В общем, при таком стечении обстоятельств можно вообще боевую разведоперацию сорвать, не хуже вражеской контрразведки «медовая ловушка» сама сработает. Только против своих.

Видимо поэтому в военной разведке уже длительное время действует неофициальное ограничение на агентурную работу с женщинами, то есть как бы можно, но нежелательно. И далеко не каждый может получить санкцию на служебное общение с дамой, это как бы знак особого доверия, вроде ордена «За моральную сверхустойчивость».

Или, может быть, господа офицеры несколько переоценивают свою неотразимость, сомневаются в способностях женщин устоять против гусарского натиска? Тем более, что в разведку берут симпатичных, языкастых, предприимчивых и настырных, насыщенных знаниями прикладной психологии общения вкупе с большой практикой работы в этой области, способных охмурить даже враждебно настроенного иностранца. Что уж тут говорить о слабой, изнеженной, доверчивой и романтичной женщине с огромными изумленными глазами.

А специфические гусарские нравы военной среды печально известны, каждый второй поручик Ржевский, хотя давно уже в полковниках ходит, может и до генерала уже дослужился, и жена вроде есть, и дети с внуками, и ремень командирский на талии давно не сходится. То есть мимо дам-с не пройдут, это у них в генах, на уровне подсознания. Видимо, специфика длительной казарменной жизни в преобладающе мужском коллективе влияет. Как бы постоянно чувствуют себя обделенными женской красотой, заботой и лаской, вот и тянутся к ней, как только любую мадам, сударыню или мисс с мамзелью увидят. Навроде рефлекса условного, у собаки Павлова на еду и свет, а у офицеров на женщин и водку. Ну да понять можно. Это как если бы вы, милые лэди, в гареме уж очень долго жили, где вокруг одни конкурентки и евнухи бесполые. Угадайте с трех попыток, как бы вы реагировали при виде настоящего полковника в блестящем мундире, в звенящих шпорах, при орденах и эполетах?

А может, вообще люди в сапогах и погонах ретрограды, консервативно-недоверчивы из-за узости военно-мужского мышления, уж больно дело серьезное, специфичное, по их мнению не женское. Замечают только минусы в женском поведении, естественно, с точки зрения оголтелого мужского шовинизма. Мол де, с ними невозможно сработаться, у них разная с мужчинами модель восприятия и поведения, пресловутая женская логика имеет место быть, поведение в критических ситуациях алогичное, спонтанное, стихийно-паническое, импульсивно-нерациональное. Например, если в аварийной ситуации мужчина-водитель бьется до конца, то женщина чаще просто зажмуривает глаза и бросает руль. И критику конструктивную совершенно воспринять неспособны, точнее, полное ее неприятие, в своих ошибках ни в жизнь не признаются, патологические лжецы. Опять же эмоции и чувства преобладают над разумом у многих. Плохо с комплексным анализом, увлекаются второстепенными деталями, иногда с самыми неожиданными выводами и иррациональными идеями. Часто для них важнее внешний эффект, чем суть дела, внешнее восприятие со стороны, то есть не что сделал, а что при этом сказано было, как при этом выглядел.

И сами милые дамы не очень устойчивы бывают, то уж очень влюбчивы, да все как то неожиданно, а, главное, без санкции начальства, то инфантильность не по возрасту неожиданная всплывает (по весне, перед 8 марта, вдруг на мальчиков потянуло, у которых еще период гиперсексуальности не закончился). То ситуацию неадекватно воспринимают, во всякие постельные сцены вовлечь хотят явно не вовремя, чуть ли не в разгар служебного совещания, а чуть что не так, сразу в слезы. То наоборот, сезонная тяга - семейное гнездо вить пора, памперсы заготавливать а тут ты со своими мужскими шпионскими глупостями пристаешь, чего то про тайную работу талдычишь.

В общем, как говорится, «Cherchez la femme» - «ищите женщину». То есть в переводе на русский - «шершайте, не шершайте, все равно все беды шпионские от них».

Ну, и где-то мужская солидарность и предусмотрительность налицо, инстинктивное понимание надвигающейся над всей мужской шпионской расой угрозы. Ежели дамы день и ночь на разведработе пропадать будут, то кто ж детей наших натуральным народным способом зачинать, производить и растить будет, кто доблестных бойцов после ратного шпионского труда потчевать обедами деликатесными сподобится. На одних сосисках и яичнице с водкой и пивом долго не протянешь, таковой опыт у каждого офицера есть. Так сказать, нести равные обязанности в семейно-домашнем хозяйстве наше разведывательное сообщество пока не готово. В общем, одни проблемы и недоразумения.

В результате, конечно, дело страдает, втуне пропадают многие их женские достоинства, прежде всего развитое чувственно-интуитивное восприятие человека на уровне подсознания, что зело пользительно при изучении и вербовке человека. Хотя должен сразу оговориться - личный опыт общения этот расхожий постулат как-то не подтверждает. То есть чем больше с ними общаешься, тем чаще сомнения закрадываются, да еще если в теории прикладной психологии покопаться|, так совсем другая картина получается.

Считается, например, что, поскольку женщина как бы самой судьбой, биологически определена быть продолжателем рода человеческого, то и главным для нее в любой ситуации является обеспечение собственной безопасности, и отсюда - как бы несколько завышенный эгоизм. А отсюда, когда человек в основном замкнут на собственные переживания и эмоции, то он уже от других настолько отчуждается, что становится постепенно махровым эгоистом, вообще неспособным воспринимать проблемы других людей, то есть психологическая глухота развивается, черствость и грубость, вплоть до патологии - даже в ущерб себе. Стало быть, налицо потеря возможности адекватной и своевременной реакции на собеседника и партнера, что и проводит зачастую к разводам и расставаниям, к потере материальной и психологической опоры в жизни, чего вроде бы объект в конечном счете отнють не добивался. Результат от обратного.

Ну а что касается других качеств, то оспаривать их пока не будем, ибо что есть, то есть, а именно:

· легкость вхождения в контакт;

· хитрость природная и артистизм;

· усидчивость, терпеливость, легче переносят однообразную монотонную работу;

· лучше схватывают и запоминают детали;

· легко меняют внешность, то есть для маскировки сподручно, и вообще внешность весьма обманчива, с виду белая, пушистая, с мягкими лапками, а на лапках даже не когти, а когтищи спрятаны, вмиг раздерет, если зазеваешься.

Что надо поменять, конечно, пока только в дискуссионном плане?

Конечно, однополовой шпионский коллектив - это нонсенс, абсурд. И так хреново, и этак, что мужской монастырь, что женский - одинаково ненормально. Если одних мужиков оставить - перестанут умываться, бриться и ботинки чистить, окончательно огрубеют нравами, водку пьянствовать начнут цельными днями и литературность устной речи совсем утратят. Оставь одних женщин, тоже, пожалуй, не лучше, прихорашиваться не перед кем, перестанут ногти и глаза красить, кудри и локоны разовьются, переругаются быстро, склоки и интриги засосут, вся работа развалится.

А как появятся женщины, симпатичные естественно, в мужском коллективе шпионском, тут тебе масса новаций приятных. Заодно чем удобно - на них провалы в будущем запросто можно списать. Мол, было все как у людей, пока вот этих не запустили, сразу вся система и посыпалась. «И сия шпионская пучина поглотила ея».

В общем, проблему решать надо, а вот направления, пути и методы ее решения могут быть разные, тут особая осторожность нужна, ювелирный подход, развернутые исследования, продуманные эксперименты и т.д.

Может, в какой-то научно рассчитанной пропорции набирать, разработать оптимальную социально-математическую модель по количеству, качеству и удельному весу мужских и женских персоналий, да на компьютере проиграть как следует, да какой-нибудь пилотный проект учинить, в какой-нибудь заморской резидентуре и в Центре в одном из управлений.

Но тут другой вопрос возникает. Опасно нам, мужикам, самим в одиночку в это мутное дело лезть. Может, пускай дамы вначале сами разберутся, чего они хотят, а мы посмотрим. Настораживает и то, что феминистское движение явно не собирается разворачивать свои действия в этой области, сами женщины чтой то не очень борются за свои права в разведке, не рвутся в шпионский бой. Хотя вот книги по женский шпионаж активнее стали издавать в последнее время, то есть проявились уже определенные подвижки в этой области. Выражаясь военный языком, видимо, как бы приступили к созданию плацдарма на другом берегу, прежде чем всем скопом на этот вражеский берег переправиться.

Можно, конечно, и за компанию посидеть, кофейку с пирожными и ликером откушать, послушать, что скажут, не встревая в дискуссии, ибо спорить с дамой явно бессмысленное занятие, себе дороже. Почитать, что сами об этом в своих феминистских изданиях напишут, какие истины исторгнут из своих немужских мозгов.

Конечно, тут многое можно было бы сделать.

Необходимо (это как бы из области женской шпионской фантастики), чтобы различие носило естественный, природный характер, а не отражало исторически сложившееся социальное неравенство. Для этого с женской точки зрения требуется:

· создание международной и национальной законодательно-правовой базы, регламентирующей положение женщин на рынке шпионского труда

· проведение гендерной экспертизы национального законодательства и практики в этой области

· научная разработка моделей создания равных возможностей на рынке шпионского труда, разработка и реализация специальных программ женского трудоустройства в этой области и т.д.

Кстати, пока не забыл. В лингвистическом плане тоже надо бы поработать. Хотя России это не касается, у нас и так язык самый развитый в мире, с его помощью что угодно можно выразить. Например, разведчик-разведчица, шпион-шпионка и т.д., то есть наглядно видны полные признаки языково-шпионского равноправия. Я, конечно, не полиглот, но с некоторыми иностранными языками все ж знаком, хотя бы понаслышке, и могу сказать, что в тамошних наречиях такое равноправие не проявляется. То есть ихний шпионский язык требует своего гендерного развития.

Ну и свою женскую шпионскую инфраструктуру треба создать, особенно в сфере интеллектуального, бытового и сексуально-эмоционального обслуживания. Главное для начала - создание своих СМИ, например, женский журнал выпускать «Spy Girls» или «Фемина в разведке», навроде «Шпионского Космополитена». Не менее важно также формирование национального и международного женского шпионского имиджа, включая развитие женской шпионской моды, аксессуаров и косметики, причесок, шпионской эротосферы и т.д.

Во где развернуться можно, работы и доходов в перспективе - край непочатый. Какой-нибудь свой шпионский Юдашкин проявится, Париж переплюнем, будет свой национальный Московский центр разведывательной «высокой моды», естественно, при ГРУ функционировать. Начнем косметические наборы из серии «Лэди-шпион» на экспорт гнать, шпионский макияж (под различные виды профессиональной деятельности) рекламировать. Представьте себе набор развед-парфюм, типа духов «Мой милый резидент», шпион-маскара «От ГРУ с любовью», губная оперативная помада «Поцелуй из засады», агентурный крем «Тайник в Белом доме», лак для шпионских когтей «Явка в Мавзолее» и т.д. Шпионско-эротическим бельем и «Разведывательной Кама Сутрой» все секс-шопы завалим.

Заодно и новые источники коммерческого финансирования военной разведки откроются (да еще какие!), ежели всю эту деятельность под патронажем ГРУ проводить. По крайней мере, пущай лицензии и патенты на это только военно-разведывательное ведомство выдает, комиссионные и долю с прибыли своевременно и обильно получает. И у нынешней власти деньги клянчить не придется, сами сможем взаймы давать, под хороший процент, разумеется, и на соответствующих дополнительных условиях, не хуже Всемирного банка или МБРР за горло возьмем.

Ну и буквально несколько слов о такой весьма уважаемой и специфичной категории в нашей армии как Жены разведчиков , так сказать - наша особая военно-разведывательная сила и гордость. Хотя и поется, конечно, в старинной русской военной песне «Наши жены - пушки заряжены, вот кто наши жены». Но это в далеком прошлом.

Жена военного - вообще универсал, самой жизнью военной приучена ничего не бояться и все уметь, «и швец, и жнец, и на дуде игрец». И детей воспитать, и юбку сшить, и гвоздь забить, и самогонный аппарат или пылесос починить, а также поросенка вырастить и огород развести, при проживании в диком, отдаленном гарнизоне, чтоб свои огурцы и сало к самогонке радовали. Иной раз даже из автомата пострелять по бандитам кавказской национальности приходится, чтоб мужу не пришлось ее саму потом выкупать, деньги из скудного военно-семейного бюджета расходовать.

Так что можно и пошпионить немножко, помочь разведывательному супругу в решении служебных проблем, в конечном счете во благо семьи поработать. Все ж за границей, даже на разведработе, лучше, чем в сибирской тайге. В гарнизон дальний, всеми забытый, совсем возвращаться что-то не хочется. Получается тем самым как бы что-то вроде квази-замены женщин - профессиональных разведчиц, так сказать, женским шпионским ополчением, воюющим под контролем собственных мужей-единоначальников. Вот муж лично за все и отвечает, и за обучение, и за действия, и за последствия. А система как бы несколько в стороне остается. Для армии очень удобно, и платить за женский дополнительный разведтруд не надо.

Правда, в Тайной Военной Академии этих жен тоже, говорят, чему-то учат, каким-то азам шпионского ремесла, но так, чтобы не перегрузить чрезмерно, не отвлечь от решения главных задач по ведению домашнего хозяйства и уходу за мужем. В общем, как говорится, «и лэди с возу, и волки сыты».


Так что, любимые наши и самые прекрасные женщины на свете, причем не только на 8 марта и на Новый Год, что я хочу сказать. Ежели уж совсем невмоготу и от избытка иллюзий и романтизма в борьбе за равноправие в столь деликатной области человеческой деятельности поучаствовать хочется, то милости просим - ширьте и множьте свои голоса и деяния в этой сфере.

Но только за последствия мы уже не отвечаем.

ГРУ предупреждает - «Работа в разведке опасна для женской морали, языка и внешности!».

НОВЕЛЛА № 11.

ЛЮБИТЬ ПО ШПИОНСКИ


При вербовке в Агенты Интим Не Предлагать

Из объявления в газете «Шпионская работа для вас»


Оперативный работник резидентуры ГРУ, он же помощник военного атташе в Икс-ландии, майор разведывательной службы российской армии Василий Иванович Петров плавно и слегка, за самый краешек, приоткрыл тяжелую дубовую дверь в кабинет прямого и непосредственного начальника - генерал-майора, военного атташе (ВАТа) и резидента оной же разведывательной службы в Икс-ландии Петра Петровича Курлыкина.

Прежде чем шагнуть чеканным военным шагом в просторный кабинет Шефа, вольготно раскинувшийся на втором этаже посольства, Петров одернул серый клетчатый цивильный пиджак, подтянул цветастый по местной моде галстук и смахнул слегка бумажной салфеткой пыль со штиблет. Затем осторожно, как учили, просунул голову в образовавшуюся щель для моментального съема информации по потенциальному театру военных действий и последующей мгновенной оценки ситуации и настроения начальника, пока медленно тянул на выдохе вежливо-уставное «Разрешите…».

Ситуация уже с первого взгляда явно выглядела нестандартно и не предвещала ничего хорошего. Резидент, высокий, благообразный мужчина в расцвете лет и сил, с вьющимися и серебристыми, как у американских сенаторов, благородными висками, сидел в парадном смокинге, с черной бабочкой на белоснежной сорочке, за своим служебным столом, как обычно обложенный папками, стопками исписанной бумаги и вырезками из газет. На полу возле стола, тоже, как обычно, грудами были разбросаны заморские газеты и журналы, какие-то потрепанные разноцветно-разнокалиберные папки и бумаги, над которыми витали густые сизые клубы сигарного дыма. Эту пагубную и чуждую нашей рабоче-крестьянской армии привычку Шеф приобрел после предыдущих командировок в США и на Кубу.

То есть, на первый взгляд, ничего необычного, если бы не присутствие Шефини (стало быть, жены резидента и ВАТши) на черном кожаном диване аккурат по диагонали от двери и сбоку от Шефа. Шефиня была в своем любимом вечернем шелковом платье на длинных тонких переплетающихся бретельках и с глубоким свободным декольте, щедро открывавшими ее красивые округлые плечи и не менее представительную грудь, кстати и спину тоже, хотя сейчас в этом ракурсе ее не было видно. На платье имелись также два боковых разреза от бедра, открывавшие ее выгодно прорисованные длинные ноги, небрежно возлежавшие полуспущенными вдоль дивана. Ее томные зеленые глаза лениво и с усмешкой скользнули из-под длинных бархатных ресниц по лицу подчиненного мужа, и мягкий певучий женский контральто ехидно позвал «Ну что ж, Петров, заходи».

Шеф при этом почему-то промолчал, и как показалось Петрову, даже несколько сконфузился и потупил глаза, что для него было совсем уж необычно. Да, ситуацию требовалось просчитать с различными подвариантами в течение нескольких секунд, и определить соответствующие модели своего поведения. То ли сразу в ноги падать, ибо, как говорится на Руси, повинную голову меч не сечет, то ли отпираться от всего и насмерть в этом стоять. Или на какую-нибудь злободневную рабочую шпионскую проблему внимание Шефа попробовать переключить.

Все дело было в том, что у Петрова уже с детства выявился какой-то психобиологический внутренний двусторонний магнетизм. То есть, его постоянно к женщинам притягивало, и не ради эротики. Это как-то само собой получалось. Просто все они очень ему нравились, было в каждой из них что-то неземное, блаженное, воздушное, и каждой хотелось всего себя отдать и посвятить. Вот и разрывался все время между ними, ибо количество охваченных интимным вниманием и личной заботой постоянно нарастало и уже давно вышло за рамки физически и психологически возможного. А обидеть отказом и отбросить кого-то от себя, сделать решительный выбор в силу мягкости характера он просто не мог. Мучался сам от этого, страдал, но превозмочь себя не мог. Даже жена поняла всю его мятущуюся личность и давно махнула рукой, бросив сакраментальную фразу «Горбатого могила исправит, главное - про своих детей не забывай, и чтоб зарплату вовремя и полностью приносил, злыдень!».

А двусторонний магнетизм проявлялся в том, что по непонятной загадке природы в свою очередь и женщин какая-то неодолимая сила тоже притягивала к нему, причем почему то очень часто уже замужних, что осложняло и без того достаточно нелегкую служебную и личную жизнь.

Вот и жена ВАТа как бы сразу в этой ситуации в двух ипостясях проявлялась, и как инициатор мятущихся чувств, и как объект любовных грез и мечтаний. По долгу службы приходилось регулярно вывозить лэди-ВАТ в город по магазинам, когда мужу по службе некогда было. Так она давно уже с заднего сиденья на переднее рядом с водителем перебралась и своими округлыми коленями и чересчур инициативными руками уже не раз чуть до аварийной ситуации не доводила. Спасибо постоянно сопровождающей «наружке» из местной контрразведки, только она еще и спасала от установления греховных отношений двусторонней супружеской неверности прямо в салоне автомашины.

Но вот однажды все же не удалось отвертеться, когда в посольском парке на прогулке вечером с ней тет-а-тет пришлось столкнуться, как раз два дня назад, и на сегодняшний вечер опять ею было там же назначено. Ну не мог он в такой ситуации оскорбить женщину отказом, когда с нее уже одежда местами сама спадать начала, просто как-то инстинктивно пытался ее беззащитную молочную наготу собой заслонить от темного и враждебного окружающего мира. И вроде при этом в парке кто-то из посольских рядом присутствовал, в кустах что-то подозрительно долго шуршало и вздыхало, может кто-то из МИДовских секретарей с МИДовской секретаршей поближе знакомился, все же территория посольского городка ограниченная, это тебе не сибирская тайга.

Стало быть, видно уже заложили с потрохами руководству, перешедшему в одночасье в разряд рогатого оскорбленного мужа. А что жена в свое оправдание могла высокопоставленному супругу наплести - даже представить страшно, тут, как говорится, одной ссылкой в сибирский гарнизон не отделаешься.

Ладно, «ще не вмерла Украина…». Стало быть пока обстановка не прояснится, будем время тянуть, шевелить лапками, как та лягушка в молоке.

Петров по-офицерски профессионально щелкнул каблуками модных ботинок и доверительно-негромко, но четко отрапортовал:

-Вызывали, товарищ генерал? Мне дежурный по посольству передал, что Вы разыскивали. Я сам только что из города, с дела прибыл, устанавливал с туземным населением полезные связи.

Повернувший на шум голову ВАТ наконец включился в процесс общения и растянул рот в улыбке:

-А, Вася. Ну, проходи. Что ж ты так официально, как неродной или не разведчик. Или запамятовал, как меня зовут? Садись вот на диванчик рядом с моей супругой, или на этот стульчик возле стола, если хочешь. А мы вот тут с женой беседуем и тебя как раз вспоминаем. Может, по коньячку пройдемся, как ты, Катерина, на это смотришь, вместе с нашим героем?

Несколько тоже приподнявшаяся с дивана ВАТша, как бы слегка обозначив освободившийся возле ее ног на диване пятачок для гостя, продолжила диалог:

-Как всегда, положительно, тем более, что наш герой заслужил награду. Все в трудах, аки пчелка порхает по агентурным лугам, шпионский нектар собирает, нам, простым смертным, некогда в бытовой нашей юдоли время уделить.

Шефиня была филологом по университетскому диплому, увлекалась лирической поэзией и дамскими романами, и любила в жизни и в речи высокий стиль и высокие чувства.

-Я сама нам всем налью, вам, мужчинам, как бойцам по фронтовой норме положено, ну а мне чисто символически. На вот тебе, Вася, с дороги еще бутерброд с ветчиной, не стесняйся, чувствуй себя как дома. А вот вам, воины, еще лимончик, шоколад и орешки…потом кофейку попьем за общей беседой, я тут пирожные захватила. Заодно можно одну небольшую проблемку обсудить, как раз тебя, Петров, непосредственно касается, я думаю, тебе будет интересно.

Инициатива ведения беседы по семейному сценарию разделения ролей, похоже, полностью отводилась мадам Резидентше.

Петров, все же не рискнув на глазах у Шефа занять освободившееся возле ВАТши и весьма ограниченное ее ногами пространство на диване, присел строго выпрямленно на кончик стула ближе к мужской части коллективного руководства. Сжав в повлажневшей от напряжения ладони фужер с коньяком, он инстинктивно резко выдохнул и слегка снял служебно-деловую серьезность с лица.

Слава богу, кажись не то, о чем ранее подумалось, хотя расслабляться, пожалуй, рановато, но передохнуть чуток вполне можно. Можно продолжить лирическое вступление к деловой части беседы. Почти искренне, с чувством облегчения, своим неотразимым для женского пола вкрадчиво-сексуальным обволакивающим баритоном начал рассыпать цветы приличествующих случаю фраз:

-Спасибо, Екатерина Станиславовна за заботу и за теплые слова. Сами знаете, как нам, всему нашему боевому коллективу приятно служить под Вашим с мужем началом. Ради Вас готовы любые моря переплыть и даже горы свернуть. Прямо не знаю, как выразить все те чувства, которые я испытываю от совместной работы, наверно, еще в русском языке их не придумали. В общем, по всем статьям просто повезло. Ну, давайте за Вас с Петром Петровичем, чтоб Ваше приятное и мудрое руководство над нами как можно дольше осуществлялось, и чтоб жизнь наша в этом контексте как сыр в масле каталась.

Пронаблюдав за ритуальным переливанием золотисто-коричневой жидкости из хрустальных искусственных емкостей в природные мужские и слегка пригубив сама, Екатерина Станиславовна завершила взаимную величальную и плавно перешла к деловой части беседы:

-Ну что ты, Вася, это мы вас, скромных оперативных тружеников благодарить должны, на которых вся наша страна и армия держатся, и за которых Петю в Центре хвалят. Так что горы и моря ворочать не надо, а то окружающий пейзаж испортится, но вот поработать все же есть над чем.

Тут вот какая ситуация вырисовывается. Получил Петр Петрович недавно ориентировку из Центра, в которой они наши проблемы как бы в новом свете видят и по-новому решать хотят, в духе современных демократических преобразований, без ханжества и ложного пуританизма. Ты ведь, Вася, следишь хотя бы по газетам, что нынче на Родине происходит, какие глобальные и радикальные перемены грядут, какая творческая смелость в новаторских поисках во всех сферах жизни проявляется, в том числе в области достижения сексуального и социального равенства полов. Естественно, эти революционные процессы не могли и нас здесь обойти.

Как ты помнишь по истории, когда-то на Земле период матриархата был, потом власть постепенно и незаслуженно к мужчинам перешла. Временно, надеюсь. И вот этот процесс даже в нашу профессиональную деятельность проник и укоренился, особенно в период тоталитаризма и застоя. В результате введения различных крайне неразумных ограничений в нашей системе под воздействием мужского шовинизма и эгоцентризма вы, мужчины, сами себе связали руки и резко сузили сферу специальной деятельности, сами воздвигли себе ненужные барьеры, сами запугали себя глупыми страхами и сомнениями. Ты сам прекрасно знаешь, сколь мало женщин работает в Главном управлении, насколько редко и неполно женщины - эти прирожденные разведчицы - привлекаются к решению наших задач, даже у нас, здесь, хотя я уже пытаюсь в меру сил исправить это положение.

И вот теперь в период ниспровержения заржавевших кумиров и становления всестороннего гендерного равенства у нас появилась, наконец, полноценная возможность всерьез заняться этой проблемой, причем вполне официально, при поддержке Центра, пока, правда, на экспериментальных началах. Естественно, в этом процессе будут активно участвовать сами женщины, я уже предварительно наметила организационное ядро. Но немалую роль могут и должны сыграть сами мужчины, как бы во искупление накопившихся за тысячелетия исторических грехов. Для этого, естественно, особенно на начальной стадии, больше всего подходят мужчины, способные понять женскую душу и сердце, особенности женского мышления, способные сбросить с себя ороговевшую чешую мужских предрассудков и ложных представлений.

По имеющейся у меня информации, особенно от женской общественности, именно ты, Василий, уже содержишь в себе потенциальный психологический росток, который надо не таить, а холить, лелеять и взращивать, чтобы на его основе вырастить целую рощу новых побегов на выжженных камнях военно-мужской души. Ты станешь провозвестником новых идей и новых подходов к агентурной работе.

И именно я займусь этим твоим пробуждением. Ты будешь как новый мессия - посланец сил гендерного света в этом темном шпионском мужском царстве. Нельзя терять ни минуты времени, поэтому твое просветление начнем уже сегодня, на нашей с мужем служебной квартире. К сожалению, сам Петр Петрович на этом первом экспериментальном занятии не сможет лично присутствовать, ему на прием надо вечером во французское посольство, уже через полчаса выезжает, но надеюсь, впоследствии он сможет изыскать хотя бы капельку времени в своем напряженном рабочем графике, чтобы хотя бы изредка лично поприсутствовать и почувствовать пробуждающие веяния новой жизни. Ну и естественно, я лично буду постоянно держать его в курсе дел с тем, чтобы он мог чувствовать биение пульса, отслеживать процесс и своевременно вносить необходимые коррективы в нашу общую историческую работу.

Понимая важность и актуальность момента и ожидаемый плотный контроль со стороны Центра, Петр Петрович уже санкционировал дополнительные целевые ежедневные занятия в условиях домашней обстановки в рабочее время. Пожалуй, в этом плане наиболее продуктивным и методически правильным будет, если на занятия не менее двух часов в день отводить. Полагаю, раз в неделю на полчасика мой супруг тоже сможет лично приобщаться к нашей новаторской работе, чтобы ускорить этот инновационный процесс в резидентуре. Конкретное время мы потом оговорим.

Так, Петр, ты что-нибудь хочешь добавить?

ВАТ потянулся за бутылкой, не спеша разлил по пузатым рюмкам почти доверху ароматный янтарный напиток и продолжил обработку клиента:

-Ну, что ж, давайте выпьем за технический и психологический прогресс в нашей разведывательной работе. Не скрою, Вася, жизнь все же сложна и удивительна, особенно своими переменами. В моей военной молодости за контакты с дамами, особенно иностранными, могли запросто вообще от службы отстранить. А теперь видишь, как дело повернулось. Ну, может оно и правильно, все же женщины половину человечества составляют, а, стало быть, и наша потенциальная вербовочная база удвоится. Так что Центр справедливо считает, что за эту вторую половину вербовочной базы надо вплотную браться и наверстывать ранее упущенные возможности. Дело оно темное и непривычное, белых пятен полно, неизвестной скользкой специфики уж больно много. Сам понимаешь, одно дело с отечественной дамой как с женщиной и женой общаться, и совсем другое дело с иностранной лэди или мадам как с кандидатом на разработку и агентом. Этому нас никогда в Академии не обучали, ни наставлений соответствующих нет, ни рекомендаций. В общем, почти от нуля начинать приходится, потому и эксперимент вначале учинить надо.

Поэтому тебе столь важная роль и отводится, будешь ты у нас как бы одновременно и пионером, и теоретиком, и практиком, и законодателем моды в этой области. Перспективы, конечно, грандиозные открываются, в том числе и для твоего карьерного роста, разумеется. Я тут по тебе завтра в Центр ориентировку направлю, и план предварительных мероприятий аппарата в этом направлении. Так что заходи завтра с утра, вместе подумаем. А черновой план работы ты тут сегодня вечером с женой прикинь, она как раз об этом и хотела тебе сказать, но очень сложно получилось, даже я не сразу понял. Так что я тебе по-нашему, по-военному, попроще излагаю. На последующих с ней занятиях будешь углубленно особенности общения с этим полом изучать. Я так мыслю, чтобы как бы наложить твои теоретические знания и опыт практической агентурной работы с мужской частью вербовочной базы на женские знания моей женой другой половины человечества, как бы изнутри. И не спи на лекциях, как в Академии, а общие идеи и выводы в конспект записывай, потом мне покажешь. Отредактируем, и свое учебное пособие сделаем, а там может его еще в Центре и в Академии издадут, сразу прославимся.

Но о конспирации не забывай, особенно о «соседях» из «политической разведки». Не дай бог, их резидент пронюхает про новую «золотую жилу», нам еще и в этой области только их конкуренции не хватало. Хоть на какое-то время локтями толкаться не будут. Так что на квартиру ко мне осторожнее заходи, чтоб «конкурентам» на глаза не попасться. Я думаю, ты их уже всех в лицо знаешь. Ну, и на всякий случай легенду какую-нибудь поприличнее сочини, почему в мое отсутствие у меня на квартире пребываешь. В общем, бдительности не мне тебя учить.

Так что, как мне представляется, с одной стороны подойти надо основательно к подготовке, чтобы сразу все дело не испортить из-за пустяка, но, с другой стороны, все же затягивать не след. Думаю, по опыту, уже через месяц из Центра долбить начнут. Так что так и определим - месяц с тобой жена ежедневно занятия проводит, и смотри, не отлынивай, любые пропуски - только с моей санкции, даже по объективным причинам. На этот месяц от оперативной работы в городе я тебя освобождаю. Если мало двух часов в день будет, занимайтесь сколько надо, это жена сама решит с учетом твоей усвояемости и прилежания.

И смотри, чтобы жалоб от Екатерины Станиславовны на твою леность не было. Ну, это я пошутил. Командование тебе доверяет, иначе бы я тебя на этот разговор не пригласил и другую кандидатуру нашел. Уверен, что с твоей помощью мы нашу резидентуру на должный уровень в Центре выведем и весьма многие зарубежные аппараты на повороте обойдем. А то у меня на следующий год командировка, наверно, завершится, надо чтобы «на белом коне» в Центр вернуться прямо на вакансию зам. начальника управления, по моим данным, как раз должна освободиться. И тебе, соответственно, рядом место заготовлю с повышением. Мне толковые надежные подчиненные на руководстве во как нужны.

Так что, полагаю, для начала все ясно. Да и мне уже ехать на прием пора. Ну, давай, Вася, выпьем за твои будущие генеральские погоны. Видишь, как тут тебе повезло, вот бы и мне так в твои годы. И за новую секс-демократию на марше, которая вам, молодым, все дороги по службе открывает, да и нам, ветеранам, помогает расти.

НОВЕЛЛА № 12

23 ФЕВРАЛЯ

или

ТРУДНОЕ ВОЕННО-РЕВОЛЮЦИОННОЕ УТРО


Утром бьет барабан - значит в бой пора,

Ночью спим, на седла склоняясь,

Но не зря наш меч висит у бедра,

Мы обрушим его на врага!


Ли Бо (древнекитайский поэт)


Боевой заместитель резидента ГРУ ГШ, то есть «подшеф» резидентуры, он же военный атташе в некой азиатской субтропической стране не шибко больших размеров, в этот день, против обыкновения, проснулся у себя, на арендованной аппаратом служебной вилле, сравнительно поздно.

Обычно он любил вставать по первому утреннему холодку, послушать, как птички поют, сделать во дворе зарядку в виде пробежки трусцой босиком по росе (хотя из-за змей и чревато), дополненной парой-тройкой десятков приседаний и наклонов в разные стороны, маханий кулаками по воздуху и прочих предпенсионных упражнений, особенно на растяжки и разгибы.

Приходится, куда денешься. Ибо все-таки танковая молодость, первая командировка после Академии в туманный Альбион, а также постоянное ныряние в местных тропиках то под кондиционер, то из-под него весьма негативно сказываются. Что-то в последнее время радикулит стал прихватывать, и вечно не вовремя и невпопад. И излечиваться, зараза, никак не желает, несмотря на концентрированное применение сразу нескольких школ российского а азиатского знахарства, включая, естественно, традиционное применение лекарственных препаратов на основе змеиных ядов. Ни хрена эти самородки-парамедики и дипломированные шаманы в военном организме не понимают. А, может, и змеи уклоняться начали в плане обеспечения побочных лечебных эффектов. Только пакостить могут. Не чтут клятву Гиппократа.

Кстати, а для обороны от этих ядовитых гадов один из местных знатоков посоветовал собственным удавом обзавестись в личном домохозяйстве. Мол, якобы там, где удав живет, другие змеи уже не обитают. И что удобно, так это то, что сам он в силу размеров достаточно заметен, дабы на него случайно не наступить. Ну и, мол, ползучая скотина в целом добродушная, покладистая, сама не нападает, целый день в основном спит, так что бояться нечего. И заодно будет крыс ловить, что тоже немаловажно, ибо уже достали. Огромные, как собаки, и целыми табунами по улицам носятся, естественно, и во двор забегают. Опять же в этом разе самому о пропитании хищника голову ломать не надо, сам себя прокормит. То есть полный комфорт и удовлетворение обеспечено.

Был, правда, в доме туземный слуга. ВАТ его по привычке «чекидаром» называл, как в Пакистане принято. После Великобритании вторую командировку в этом самом Пакистане отбывал. Оттуда и завез как изысканную колониальную терминологию, так и некоторые заразные идеи про особую миссию белого человека на Востоке и тому подобную бывшую колониальную ересь. Уж больно звучно и красиво выговаривается, почти как в песне «…мальчик едет в Тамбов, чики-чики да…». Так там у Киплинга «День-ночь, день-ночь, мы идем по Африке…», «Запад есть Запад, Восток есть Восток - и вместе им не сойтись». А посольские этих обслуживающих особей просто, без фантазий «боями» обзывают. Хотя бы у этого «боя», мальчика то есть, уже взрослые внуки растут. Наверное, заслуженно. Ибо собственный слуга, козел лопоухий, который этих крыс ловить должен, буддистом уж больно строгим оказался. Поклонником хинаяны - «узкого круга спасения», и реинкарнации - «переселения душ» после смерти. В общем, все как в цирке.

Ловит добросовестно крысюков-пасюков с помощью всяких приспособлений, наберет полную клетку, вынесет из дома на улицу, и тут же бережно выпускает, поскольку никакое живое существо убивать по его религии нельзя. Даже тараканов, мух, комаров и прочих кусачих и жужжащих. Ну, а эти божьи твари с длинными хвостами, выскочив из клетки, на радостях, пока господин слуга не передумал, тут же всем скопом и быстрым галопом обратно домой, по своим обжитым норам.

Сколько раз в самой популярной форме объяснял ему товарищ ВАТ, что так борьба с погаными вредителями и врагами человечества не ведется, ибо бесплодна и неконструктивна. И что лично, как хозяин, берет на себя все служебные грехи. Обещал даже свечку поставить за упокой крысиных душ, конечно, при условии, что упокаиваться подальше от дома будут и в большом количестве.

А этот лопоухий чекидар вроде на словах соглашается, чтобы хозяина - благодетеля и кормильца лишний раз не раздражать и выгодной работы не лишиться. А затем, один хрен, все равно по своему делает, хоть кол на голове теши. Да еще истинно буддийское терпение демонстрирует наглядно в назидательных целях. Вытянет руку, стадом мошкары облепленную, и поясняет, даже не пытаясь их хотя бы прогнать, что, мол, в каждом насекомом чья-то человеческая душа живет. Перешла в новое комариное тело из числа тех заблудших людских особей, кто в предыдущей жизни насекомых убивал. Как бы намекает, что будешь ты, хозяин, со своими нравоучениями и деяниями в своей следующей жизни в серо-хвостатом обличье по московским помойкам шнырять. Вот же, блин, зараза, типун ему на язык. Махровый демагог и буддийский талмудист-начетчик! Тьфу и на него, и на московские помойки тоже! В крайнем случае, к жене на ее родину уеду, в Краснодар. Там хотя бы помойки в плане съестного побогаче, чем в Москве. В случае неблагоприятной реинкарнации легче прожить будет.

Ну, да ладно, решил тогда сам эксперимент провести. Провел как-то охотничье-поисковую операцию в джунглях вместе с помватом, своим боевым помощником, целым капитаном третьего ранга. Как слышал от мужиков знакомых, что тот, еще когда в Академии учился, носил звучно-поэтичную и чисто морскую кличку Гальюн. Придумают же, морские души в тельняшках. А может, и сухопутная братия наградила таким прозвищем. Ясное дело, по недомыслию в таком разе и от зависти.

Поскольку все же оба поисковика к славному и героическому племени разведчиков принадлежали, находчивых и ухватистых, то довольно таки быстро отыскали желанную добычу в виде молодого сетчатого удава. И, слава богу, приемлемых и транспортабельных размеров, а то они иногда аж до 10 метров длиной вырастают. Прикрутили его морскими узлами к длинной жерди, свежевырубленной прямо там же, промеж местной флоры, и доставили на новое место городского жительства. А на вилле решили с женой от греха подальше во дворе живой трофей поселить. Все же побоялась слабая и впечатлительная женщина «энтого скромного ужика» у себя в спальне под кроватью держать. А на дворе, как раз по центру, какой-то местный «баобаб» растет, очень раскидистый и толстый, не одного удава выдержит.

И, действительно, после новоселья переселенца из джунглей, местные городские змеи, типа ошейниковых и королевских кобр и крайтов, а также прочих зело ядовитых, как-то сразу заметно реже стали наведываться, хотя удав вроде как бы с дерева почти и не слезал для наведения порядка. Видимо, одного его вида и хозяйского взгляда сверху достаточно было. Правда, на крыс его обаяние почему-то не действовало. Не брезговал ими, конечно, если к самому носу клетку с бьющимся в истерике содержимым подносили. Проявлял живой интерес, то бишь живьем заглатывал.

Кстати, и слуга найденным компромиссом доволен остался. Ибо ответственность за печальный конец на другой субъект перенес. К тому же бессловесный, к которому даже у Будды претензий быть не должно. Клетки с добычей теперь бодро и радостно не на улицу, а к «баобабу» исправно таскал. Ну, а спал быстро разраставшийся и матеревший на обильной пище удавчик, действительно, целые дни напролет, свернувшись узлами на дереве, особенно крепко после того, как поламится вдоволь свежей крысятинкой.

И все бы хорошо было, да вот однажды жена как раз во дворе белье после стирки вывешивала, а один конец веревки был к этому дереву прикреплен. И как-то раз, в самый ответственный хозяйственный момент, когда она простыню на веревке прищепками крепить начинает, на нее этот «крошка удав» и сверзился сверху. Видать, спросонья по жаре расслабился, кольца и развернулись, которыми за ветки цеплялся. А как на жену упал, так, опять же с перепугу, тут же вокруг нее обвиваться начал, и так довольно плотно к ней прижался, как бы защиты прося.

Жена же, дура этакая, по бабьей несообразительности, в такой критический момент, вместо защиты полезных животных из «красной книги», как любому разумному гуманоиду положено, тут же верещать начала и биться. И хорошо, что в этот момент сам ВАТ как раз дома был, дело в выходной день происходило. В общем, довольно быстро вызволил жену из биологического плена. А она после этого уперлась, и ни в какую - или я, или удав. Вот и пришлось отвезти назад на природу ни в чем не повинное животное. Женщинам разве что докажешь?

Ладно, хрен с ним, со змеями, есть и другие радости в жизни.

Конечно, пора вставать на «цареву службу». Ибо по рангу положено пример подчиненным показывать и о службе достойно радеть. Но вот после вчерашнего веселья, затянувшегося почти до восхода солнца, то есть как бы плавно перешедшего в уже сегодняшнее, голова никак не желала отрываться от подушки. И ноги, как будто из ваты сделаны, явно подкашивались. И тело отвергало любую мыслимую позу, и никак не хотело с мозгами сотрудничать. А во рту что творилось?

В общем, после ночного бдения, на более чем законных основаниях, в компании с боевым разведывательным коллективом, с бурными военно-патриотическими песнопениями, подогретыми непомерным объемом алкоголя, утренние пташки своим блеклым пением чегой то не привлекали.

А все дело было в том, что вчера был самый светлый военный праздник на Руси, 23 февраля - красный день календаря. Официальные торжества начались, как обычно, днем в Посольстве. А потом решили продолжить среди своих, как положено, за пределами казенных учреждений. Собравшись всей резидентурной толпой, невзирая на разноплановость и особенности «крышевого прикрытия», с явным нарушением всяких норм конспирации и шпионских приличий. Поехали по русскому и военному обычаю продолжить застолье в хлебосольной ВАТовской семье, сподвигнув того в военно-патриотическом угаре на добивание остатков его представительского фонда в виде ящика «Посольской водки» и сборного ящика «Московской», «Столичной» и «Лимонной», «кристалловского», естественно, разлива.

Да еще коллеги, проходившие по «коммерческой крыше», полдюжины «Гордон джин» спонсировали и коробку «вискаря» впридачу, укомплектованную 12 бутылко-единицами «Джонни Уокера» («Бродячего Ивана», ежели на нашенский перевести) с «блэк лэйбл» по 0,75 centilitres. А также нарастили свою щедрость десятком упаковок баночного пива и, заодно, тоником и содовой, чтоб нормальные напитки зачем-то разбавлять. Приобщились, блин, не к нашей культуре, научились хорошую вещь портить. Ежели по нашему, по-русски рассуждать, так вискарь с содовой, это все равно что водой из-под крана пиво разбавлять.

Разъехались дорогие гости, как говорится, с первыми петухами. Да, и то только после того, как ВАТ сумел их убедить, что оба ящика с отечественными напитками якобы уже совершенно пусты. Пришлось остатки в зарослях колючего зеленого забора, окружающего виллу, запрятать. А заморскую алкогольную гадость в такой великий и светлый день, якобы, уже нельзя силой в пищевод вводить, ибо это святотатство и надругательство над Родиной. И ваще, истинно русский человек должен пить только русскую водку, особенно на чужбине, чтобы не отрываться от родных корней, чтобы не утратить национальную сущность и самобытность, тем более в такой праздник. В конечном счете, только под этот аргумент и сработало, блин. Очистили сподвижники территорию от своего пьяного присутствия.

Да, нельзя все же так, до последнего. Чай, не в окопах под Сталинградом, когда немецкие танки прут, чтобы насмерть стоять. Еще бы немного недоглядел, и себе даже на малый похмел ни хрена бы не осталось. Да и вообще не по-хозяйски. Хоть какой-то резерв в доме должон быть, на экстренный случай. Например, ежели те же самые гости вдруг на тот же похмел опять пожалуют.

И на «шестиструнке», личной гитаре то есть, из самой Москвы за тридевять земель привезенной, все струны за ночь напрочь порвали, аспиды. Ни одной целой не оставили. Даже забавно. У кого-то из заморских композиторов есть произведение, в котором оркестранты постепенно, по одному покидают сцену, оставляя на месте собственный инструмент, пока в воздухе не затихнет последняя нота последнего ушедшего музыканта. Ну, а в данном случае, при наличии «одноинструментального оркестра» пока не порвали последнюю струну. Причем, похоже, работа собственного помощничка. Помнится, вчера неожиданно удачно весь вечер на этой самой гитаре Гальюн аккомпанировал, хотя, по его собственному признанию, до этого играл только в преферанс и на нервах командира. И вообще, уже родился с ушами, на которые медведь заранее наступил. Во какие чудеса иной раз родная водка творит. В человеке неведомые даже ему самому таланты просыпаются. Ну, и зритель со слушателем, после той же водки, тоже, безусловно, совершенно по-другому себя ведут. Гораздо доброжелательнее и терпеливее чужие дарования воспринимают и чувствуют.

Впрочем, в военном песнопении главное ведь не ноты и аккорды, а чтобы громко и слаженно было, а также патриотично. И чем громче и грознее, тем лучше. Поэтому отработанный десятилетиями воинской службы традиционный песенно-исторический репертуар отобразили, как и положено, на все окрестности. Так, чтобы окружающий эвентуальный супостат дрожал от страха, скорбел и прятался. Чтобы чувствовал себя так, как будто русские танки уже у дверного порога гусеницами лязгают. А дула пушек прямо в форточку и под юбку жены заглядывают.

Начали коллективный запев, как и положено, по порядку, с учетом исторических периодов в развитии РККА. Вначале исторических предшественников помянули, типа:

Солдатушки, бравы ребятушки,

Где же ваши деды?

Наши деды, славные победы,

Вот кто наши деды!


Господа юнкера, кем вы были вчера,

Без лихой офицерской осанки…


Кавалергарда век недолог, и потому так сладок он …и т.п. образцы как бы дореволюционной «военной лирики». Потом до гражданской войны добрались:

Ведь от тайги до британских морей

Красная Армия всех сильней…


Если пуля убьет, сын клинок подберет

И пощады не будет врагу…


Заодно и господ белых эмигрантов не забыли, с уважением помянули. Все же родственные души, за свою Россию дрались, до последнего, как то русскому офицеру положено:

Господа офицеры, нас осталось немного,

Позади лишь пожары, да косые кресты

Эскадронный трубач, протруби нам тревогу,

И несите нас кони до последней черты


И кресты вышивает последняя осень

По истертому золоту наших погон…


Затем предвоенный период «локальных конфликтов» затронули, про «броневой ударный батальон», где «разведка доложила точно» и «летели наземь самураи». Далее, естественно, к Великой Отечественной войне перешли:

Я был батальонный разведчик,

А ен писаришка штабной.

Я был за Россию ответчик,

А ен спал с моею женой

И любимую песню генерала Маргелова, первого командующего ВДВ, не забыли:

Парашюты рванули, приняли вес, земля колыхнулась едва…

А внизу дивизии «Эдельвейс» и «Мертвая голова»…

Но разве святого найдешь одного, чтобы пошел в десант!


Ну, а в плане современной пост-перестроечной суровой действительности закончили «афганскими» и «чеченскими» боевыми напевами. В основном, про разведку, спецназ и ВДВ, поскольку трое «крышевиков» в свое время через Афган прошли, а двое, помоложе, Чечни изрядно хлебнули в этих самых элитных войсках. Так что многие песни грустно-прощальными звучали, в память о боевых друзьях, за которых третий тост поднимают, не чокаясь, на таких вот офицерских встречах. А потом четвертый тост пьют, уже впрок, за себя. Чтобы никому потом за присутствующих пить третий тост не пришлось.

Повезет - разминемся со смертью,

Злую память утопим в вине.

Только вы нам не верьте, не верьте,

Мы останемся здесь, на афганской войне…


А у разведчика судьба порой

Коротка, как рукопашный бой…


Пули, дуры, не о том песню пели

И «вертушки», и «броня» подоспели

Только будет ли привал у разведки?

Снова жгут «наливники» в «Мухаммедке»…


Расплескалась, синева, расплескалась,

По тельняшкам разлилась, по беретам…


Набекрень береты, голубого цвета

Со стальным просветом огонек в глазах…


Батальонная разведка, ты без дел скучаешь редко…


Это парни, которым будет вечно по двадцать,

Это те, кто прославил десант…


«Грузом 200» я возвращаюсь домой,

В «черном тюльпане», в «деревянном бушлате»…


Вспомним, ребята, мы Афганистан

Зарево пожарищ, крики мусульман…


Вы не встречайте нас песнями

Мы не с победой прибыли

Не говорите песнями, сколько бойцов выбыло…

А завершили, как и положено, тем, что « Наше русское небо выше всяких наград…», хотя в этот момент над ними простирались пока еще чужие небеса.

В общем, неплохой концерт по заявкам разведтрудящихся получился. Трогательно, лирично, патриотично, да еще при полном самообслуживании. Будет о чем местной контрразведке в отчетах своему начальству писать, как русские военные шпионы, обнаглевшие и оборзевшие без меры от варварской водки и еще более варварских песен, без всякой конспирации демонстративно в закордонье гуляют и реваншем грозят.

Да, а вставать все-таки надо было, ибо солнце давно уже к зениту подбиралось, а впереди дел было, как обычно, невпроворот. И кто такое кощунство придумал, чтобы выходной 23 февраля всего в один день сделать. Такое мероприятие надо было бы, как минимум, на три дня растянуть, а лучше на четыре. Один день для подготовки выделить, до начала основного мероприятия, само 23 февраля по центру, и, как минимум, пару дней после того. Как говорится, для законного отгула после загула. Хотя бы для надежного избавления от похмельного синдрома и оздоровления организма с помощью традиционно-народных и апробированных подручных средств. И чтобы совесть служебная не мучила.

Помнится, в прошлом году очнулся только ближе к вечеру, но еще, стало быть, в пределах 24 февраля, после вылитой женой без предупреждения немилосердной литровой кружки с ледяной водой из морозильника на голову и грудь. Чистый садизм, в натуре. Правда, с последующей милосердной добавкой, в утешение, по контрасту, литровой кружки холодного пива во внутрь. А окончательно очнулся, выйдя еще не очень уверенной походкой во двор «фазенды» в одних шортах, на воздушный простор, на закат солнца и на питона полюбоваться. И заодно с прошедшим праздником великого и мудрого змея поздравить. Хороший был слушатель, никогда не перебивал, и сам без умолку не трещал, не то что жена. В общем, грусть-тоска на сердце лежит и жалко «птичку» длинного размера. Невольно скупая мужская слеза наворачивается. Пусть ему в джунглях будет так же хорошо, как и во дворе на «баобабе».

А вместо предстоящей на вечер шпионской рутины хотелось бы сделать что-нибудь более полезное для себя и для Родины, для будущих поколений. В гостиной виллы ждал мольберт с первыми набросками новой эпохальной картины «Воздаяние», а в служебном кабинете в Посольстве на письменном столе лежала стопка исписанных бумаг - заготовок для седьмого тома собственных мемуаров. Все же почти тридцать лет в строю, было о чем сказать в назидание потомкам. Уже третью длительную оперативную загранкомандировку ломает.

По политическим взглядам Подшеф был убежденным «сталинистом», за что в резидентуре получил негласно кличку Ледокол. Внешность неофициальному псевдониму тоже соответствовала. Плотный, коренастый, с наголо обритой головой, похожий на кинематографического героя гражданской войны командира кавбригады Котовского. Бывший танкист. Нынешнюю военную форму на всяких протокольно-представительских мероприятиях принципиально не носил, брезговал, уж больно на НАТОвскую походила. Донашивал старую, еще советского образца, благо высокого отечественного начальства поблизости не обитало, а иностранцам один хрен, в чем ходишь. Да и не разбираются они в тонкостях российского политеса. Наверное, если бы сохранились с курсантской молодости, то и по сей бы день с удовольствием ходил в синих командирских галифе в комплекте с зеленым глухим кителем со стоячим воротничком и хромовыми сапогами - боевой одежде периода победы Рабоче-Крестьянской Красной Армии над германским фашизмом и японским милитаризмом.

Последние два года в свободное и служебное время Ледокол увлеченно занимался, в основном, написанием монументальных исторических полотен (акварель, масло), а также сочинением не менее монументальных и эпохальных историко-литературных произведений из цикла «Мы не сдадимся: Новая история ВКП(б) в подполье в постсоветский период», а также тайных мемуарных произведений под общим названием «ГРУ и Я».

В служебном кабинете повесил триптих, собственноручно исполненный маслом в стиле революционного классицизма и «большевистского андаграунда» (bolshevick’s underground):

· «Каждому свое». На полотне маршал Жуков на белом коне, аки Георгий-победоносец, пронзает копьем съежившегося под копытами Майкла Горби. При этом поражая оного прямо в диавольскую метку на лысом темечке, по которому объект поражения получил всенародную кликуху Горби Меченый;

· «Сим победиши». На картине изображены вечно живые Маркс - Энгельс - Ленин - Сталин на зиккурате коллективного мавзолея «Павшим революционерам всех эпох», принимающие парад Мировой Красной Армии по случаю очередной годовщины создания Федерации Социалистических Республик Земного Шара. К подножию мавзолея брошены «звездно-полосатая матрасовка», «юнион джек», «сине-бело-красная Марианна», несколько разных крестообразных на цветном фоне и тому подобные анахроничные стяги и штандарты ранее якобы существовавших буржуинских псевдо-государств, секвестированных в ходе неизбежного развития диалектического материализма;

· «Наши танки гуляют по Пикадилли». Автопортрет в парадной генеральской форме с лампасами и орденами (выдал себе оную как бы авансом, на перспективу, в дополнение к медали «За взятие Лондона»), на башне несущегося по британской столице родного Т-80. В руках развевается алый гвардейский стяг, освобожденные от капиталистического ига великобританские трудящиеся радостно бросают цветы на броню. А где-то на заднем плане - горящие Вестминстер и Букингемский дворец.

Была еще идея поместить на полотне картины, где-нибудь в углу, весьма емкую и черную коллективную виселицу на мосту через Темзу. А под ней стоят связанные, уже с петлей на шее, в ожидании исполнения справедливого и заслуженного приговора военно-полевого суда, такие изменники Родины и Разведки как Резун (Суворов), Гордиевский и иже с ними. Но, к сожалению, места на полотне не хватило, пришлось временно отложить исполнение замысла.

В перспективе рисуется сцена на отдельном полотнище под названием «Воздаяние». По сюжету - тот же мост с виселицей, или, альтернативно, двор в Тауэре с помостом и плахой. А на плахе на переднем плане голова Резуна-Суворова на зрителей таращится, покуда еще не отделенная от туловища. Рядом заплечных дел мастер из местных революционных волонтеров, в кумачовой рубахе и черном колпаке с вырезами для рта и глаз, топором поигрывает, мускулы разминает, вот-вот начнет. А у помоста очередь других шпионских грешников томится в ожидании. Нда, весьма заманчиво… Ну, ничего, дождемся!

Что касается мемуарной деятельности, то пока были готовы наметки только к первым шести томам, а также примерные эскизы титульных обложек к ним: «Мое рождение вундеркиндом» (том первый, детство и отрочество), «Танкист - он и в Африке танкист» (том второй, про дошпионскую военно-танковую службу), «Мои тайные университеты» (том третий, учеба в Тайной Военной Академии), «Мое покорение Лондона» (том четвертый, первая длительная командировка в Соединенное Королевство), «Паки, Ислам и Я» (том пятый, работа в Пакистане) и «Государство Х в моих когтях» (том шестой, нынешняя командировка за рубеж, так сказать, по текущим событиям).

В настоящее время активно велась работа над седьмым томом (кстати, счастливое число, и не только в разведке), направленность и содержание которого явствовали из еще окончательно не определившегося названия (как варианты - «Иду на Вы» или «Мой поход на Москву».

Разработка тома сопровождалась отработкой, в том числе на картах и схемах, конструктивных планов победоносного восстания в столице, естественно, в полном соответствии с заветами Ильича и учетом исторических новаций (берем Госбанк и крупные коммерческие банки, вокзалы, почту, телефон, телеграф и другие основные центры связи (ну там спутниковой, сотовой, пейджинговой, E-mail и еще какой-нибудь типа видеотелеконференций через Интернет). Занимаем также Останкино, Кремль, Белый дом, Госдуму, и, безусловно, ряд санаторно-куротных объектов стратегического значения типа комплексов в Барвихе и Завидово.

МВД и ФСБ (которое тут же, не отходя от кассы, сливаем воедино со всеми бывшими подразделениями КГБ для восстановления во всем додемократическом объеме и мощи), естественно, в основной своей массе вместе с трудовым народом, дружно и дисциплинированно, красные флаги с серпом и молотом на парадных вывесят, стадионы колючей проволокой и сеткой металлической обнесут, начнут массовый прием долгожданных посетителей. Заготовка списков потенциальных клиентов уже ведется, если надо, поможем, черновые наброски уже имеются, к планам приложены.

Об армии и говорить не приходится, она у нас нынче стопроцентно рабоче-крестьянская, этнически и генетически чистая, классово однородная. Буржуазно-феодальных специалистов и лиц антирусской национальности в нее не загонишь, не заманишь, так что во главе всего будет. Военная диктатура в первозданно чистом виде, так сказать, выражаясь научным языком, установим «режим стратократии» (поясняю, что это от греческого слова «стратос» - армия) и введем систему «прямого директивного военного управления государством».

Уже и героический фон на суперобложку для седьмого том прикинул. Эта обложка как-то сама по себе недавно приснилась, как Менделееву его периодическая таблица элементов. Как бы вид сверху на Кремль, с высоты орлиного полета. Крейсер «Аврора» на Москве-реке у Каменного моста, сам он на командирском мостике с мегафоном в руках и наганом за поясом. Залп по Кремлю из всех орудий главного калибра, и комбинированный штурм под духовой оркестр и пение «Интернационала» трех главных революционных сил современности. Морской десант по колено в воде со стороны Москвы-реки. Бескозырки набекрень, ленточки в зубах зажаты, трехлинейки и маузеры наперевес. Танки с суши таранят Спасские ворота, а «голубые береты» под белыми куполами сверху с неба «контру» из АКМС поливают.

В настоящий момент велась также энергичная и ускоренная (в связи с предстоящим вскоре завершением командировки и выходом на пенсию по случаю «достижения предельного возраста для действительной военной службы») проработка титанического плана комплексного общегосударственного переустройства после неизбежной победы. Прежде всего, речь шла о радикальной реструктуризации экономического, политического и военного комплексов Матушки-России. А также, естественно, о восстановлении бывших военно-исторических и естественно-природных географических границ путем возвращения временно утраченных территорий, включая бывшее Царство Польское и Великое княжество Финляндское, не говоря уж о Лифляндии, Эстляндии и прочих шведско-польских колониях, взятых на шпагу еще Петром Великим, а также окончательно присоединенных при Екатерине II курортных владений бывшего крымского хана. Ибо границы России должны проходить там, где хотя бы один раз уверенно ступала нога российского солдата с кремневым ружьем или АКМС наперевес.

В быстро растущей стопке простой писчей бумаги аккумулировался и проект реорганизации национально-государственного устройства России после давно назревшей смены деградированного марионеточного режима. В этом плане Подшеф, несмотря на твердо-коммунистические воззрения, явно расходился с классическими постулатами из заветов Ильича, Микки Горби, «царя Бориса» и прочих марксисто-сионистов, сближаясь с позицией славянофилов, монархистов и национально-трезво-мыслящих в пользу «единой и неделимой». То есть стоял на платформе еще более классического марксизмо-энгелизма 19 века о ликвидации внутренних национальных перегородок в государстве, да и внешних тоже, в плане приращения и расширения России в процессе выхода к естественно-географическим границам по берегам азиатско-европейского суперконтинента.

Ну, а там, на новых границах, предварительно укрепившись, можно будет и к Америке посерьезнее присмотреться. Колумб (явно из ранних масоно-сионистов), ее когда-то, открыл, не подумавши о последствиях. А теперь кому-то и закрывать ее надо. Давно пора, пока она весь земной шар вдребезги не разнесла. Ну, не всю конечно, а вот в северной части, между 30 и 50 параллелями, от реки Рио-Гранде на юге и до Великих озер на севере, не помешает на лучших в мире танках как следует пройтись, под надежным самолетно-вертолетным зонтиком, для подстраховки. Заодно и Аляску назад вернуть. Хватит, попользовались, и будя.

Как там, в нормальных прогнозно-боевых стихах говорится:

Мы войдем в руины Вашингтона

Красный флаг украсит Белый Дом…

А потом, в Новомосковске (Нью-Москау на временно не изжитом и пока не запрещенном на переходный период местном наречии) Парад Победы проведем. Место для административного центра потом уточним, но где-то для удобства управления посреди бывшей Северной Америки, ибо материк тоже переименовать придется. Памятники по всей новообретенной территории воздвигнем. В Новомосковске надо будет копию Кремля воздвигнуть, естественно, более скромного размера, чем в Москве-столице. К примеру, в Новоиндейске (бывший Нью-Йорк) дряхлую и облезлую статую Свободы, с огрызком факела в лапе, поменять на новенький памятник-колосс Русскому Морпеху, из мрамора и бронзы, с АКМом в победно взметнувшейся вверх руке. Новое чудо света сотворить. И, по старой хорошей традиции, танки освободителей по площадям в центрах всех новообразованных губерний расставить.

А всю власть в стране коренному населению отдать, то есть индейцам. Естественно, в рамках полномочий, определенным Российским оккупационным аппаратом во главе с Главным военным комендантом освобожденных территорий. И пущай все бывшие североамерикашки, все эти пиндосы и янкесы. ставшие в одночасье опять иммигрантами, коренной индейский язык учат, со сдачей экзаменов на новое (временно-локальное) индейское гражданство, как наши русские сейчас в Эстонии с Латвией над туземными племенными диалектами страдают. Естественно, в дополнение к основному государственному языку всей планеты, на котором Пушкин и Маяковский свои вирши писали, а также Устав гарнизонной и караульной службы Российской Армии запечатлен, не говоря уже о Строевом Уставе. На котором приказы Российской Военной Оккупационной Администрации издаваться будут.

Это в плане заботы о мирном населении, естественно. А то не поймут, что там про комендантский час написано - и, увы. Под пулю из АКМ попадут, кому потом на преждевременно утерянную жизнь жаловаться будут на небесах или в аду? И для занятий строевой подготовкой, при раздаче харчей в воспитательно-трудовом лагере русский язык для пленных очень пригодится. Так что мой совет - учите новомировой язык заранее. Он все же посложнее и поразвитее будет, чем обреченный на вымирание английский. В плане потенциального обеспечения долголетия и минимального житейского комфорта.

В общем, речь шла о сохранении и допустимости в многонациональном государстве только национально-культурной автономии, с полной ликвидацией национально-территориальных образований, идущих вразрез с идеями сближения национально-пролетарских масс, и ведущих к консервации буржуазно-феодальных пережитков, а также к обострению антипролетарской национальной розни, вплоть до резни и геноцида.

К этой вышеупомянутой бумажной стопке не мешало бы приложить наглядно оформленный на карте план нового административно-территориального деления будущей Сверхвеликой России (можно и Глобальной России, Общемировой России и т.д. - дело не в названии) в пределах обитаемых континентов Земного Шара. Исходя из естественно-природных границ и экономического районирования, без вредных и ненужных этнических размежеваний. А там, дай бог, и Антарктиду освоим, с использованием поначалу рабочих рук из числа военнопленных и нарушителей оккупационного режима. Ну, Марс с Венерой еще рановато в планы заносить, хотя, конечно, кое-какие прикидки сделать не помешает на предмет создания Великой Галактической Империи Россов.

Так что кабинет Подшефа в последнее время все больше стал напоминать штаб Красной Гвардии в Смольном, весь увешанный картами и схемами, в клубах папиросно-сигаретного дыма и пустыми бутылками по углам. А морской помощник военного атташе по кличке Гальюн в поношенной бело-тропической форме, правда, без пулеметных лент и гранат, заменял собой толпу революционных балтийских матросов.

К сожалению, сия историко-монументальная деятельность полностью поглощала не только все личное, но и большую часть служебного времени, немало отвлекая от основной шпионской работы, а также наносила невосполнимый урон запасам казенного папируса. Правда, с учетом проблем с вывозом больших объемов исписанной макулатуры за пределы страны и деликатным характером ввозимых в Псевдодемократическую Россию текстов, именно на Гальюна легла основная тяжесть переноса накопившихся идей и мыслей на современные электронные носители. Сам ВАТ к этой новомодной технике так и не привык. Ему лучше думалось под скрип пера по бумаге.

Да и вообще, для чего подчиненные Богом созданы? Ясное дело, не баклуши бить, а для начальства и над собою работать. Памятуя при этом заповедные священные строки из Библии, хотя бы и будучи атеистами «Нет власти, аще не от Бога!». Стало быть, можно считать себя заочно помазанником Божьим на посту ВАТ. Да и вообще, с практической точки зрения, если взглянуть, в плане технического прогресса, военно-разведывательная молодежь должна стремиться вперед, к науке и прогрессу. А задача мудрого руководства - обеспечить ей практическую возможность своевременно получить, закрепить и развивать дальше знания и навыки. Весьма благородное и нужное дело, хоть сам себя за такое благодеяние награждай.

Да, так все-таки, будем сегодня вставать, или нет? Надо бы настенные часы из поля зрения убрать, а то маячат немым укором и чего-то свое тикают, как будто выговаривают. Выбор, как в анекдоте «…или ну его на хрен!». Конечно, пример рядовым оперативным бойцам надо показывать. Да только где теперь эти самые бойцы есть? Небось, тоже полегли и страдают. Как на историческом полотнище какого-то русского художника, кажись, Васнецова, типа «Поле после битвы». Все пространство картинное мертвыми телами русских витязей и половецких разбойников вперемежку устлано. Истыканных стрелами, пронзенных копьями, порубленных мечами и саблями. И только черные вороны вьются над ними.

Вот так и боевые друзья, и все ГРУ, и вся российская армия в целом, после 23 февраля, по всей Отчизне и далеко за ее пределами, можно сказать, по всему Земному Шару, как порубленные лежат, и без рассола с пивом помирают. И поднести некому живительную похмельную влагу к истомившимся, пересохшим губам, ибо жены и любовницы, как обычно, по бабьему недомыслию и махровому эгоизму, куда-то запропастились, вместо того, чтобы пробуждение хозяина или возлюбленного караулить. А самому бойцу в таком состоянии до холодильника явно сейчас не дойти, не доползти. И за подмогой соратника не пошлешь. Ибо такой же, почти бездыханный, где-то покоится. Хоть всю армию вместе с разведкой голыми руками бери.

Да, не зря все же в тайной Военной Академии искусству анализа учили. Предварительное изучение ситуации показывает, что, скорее всего, на работе сейчас абсолютная пустота царит, как в вакууме, и одиночный героический порыв не изменит ситуацию в целом. Ибо одиночка проблему не решит, нужны активные массы, а где их сейчас взять? Вот то-то и оно! Значится, отложим порыв на завтра. К тому времени, может быть, еще кто-нибудь оживший подойдет, чтобы начальственный подвиг и высокий личный пример смог оценить.

А пока, действительно, ну его на хрен! Как говорится, солдат спит - служба идет, а разведка не спит - разведка отдыхает!

И ВАТ повернулся на другой бок, под марлевым пологом от комаров, подставившись кондиционеру с другой, еще не обдутой стороны.

Вот если бы еще и пива впридачу! Холодненького!

НОВЕЛЛА № 13.

ЛЮБОВЬ И СЕКС В РАЗВЕДКЕ


Живи и действуй по секс-уставу -

завоюешь военно-амурную честь и славу

Из военного фольклора

Что касается амурной проблематики в российской военной разведке в целом и вообще - это отдельная серьезная и обширная тема, ибо, как говорится, «разведки без любви, эротики и секса не бывает». Тут одним абзацем не ограничишься, тут самостоятельное литературно-научное произведение многотомное вырисовывается. Где-нибудь в 19 веке вышло бы под названием - «Альковные тайны ГРУ» или «Военная разведка в объятьях Эроса», «На тайном фронте военно-разведывательной любви» и т.п.

А ныне, на более модном и бойком профессионально-тусовочном языке копирайтеров и аналогичной публики, с примесью научной сексологии, можно подать в серийном наборе типа: «Военная разведка на сексодроме», «Красный фонарь над ГРУ», «Новая энциклопедия агентурно-оперативной эротики», «Военно-эротическая символика отечественного шпионажа», «Эрогенная зона тайной войны», «Военно-разведывательное либидо», «Эрекция и куннилингус при вербовке», «1001 ночь с военно-разведывательной секс-машиной» и т.п.

Ну, и по научной линии поработать надо, тут, как говорится, на данной теме вообще конь не валялся, не одна докторская диссертация виднеется, не говоря уже о кандидатских. Ну вот, скажем, на соискание научной степени кандидата военно-эротических наук простейшую тему могу с ходу предложить «Влияние эрекционно-эякуляционного потенциала оперативного работника при постановке прямого вербовочного предложения перспективному кандидату на сотрудничество иного пола на результативность решения вербовочных задач резидентуры (на примере работы резидентур ГРУ в странах Западной Европы).

Ну, а в докторской работе, ясно дело, надо пошире и поглубже тему брать. Даже не знаю, неудобно как то маститым ученым подсказывать. Могу только попробовать, например, что-нибудь вроде «Коитус как подсознательный акт воздействия на принятие оперативных решений в процессе разнополого агентурного общения в пересталтике стуарного кредо вербовочного процесса в ГРУ» или «Функциональные особенности пропозициального акта референции в илокутивном акте в процессе орально-сексуального контакта при решении вербовочных задач зарубежными разведаппаратами ГРУ». Хотя, правда, последняя тема вызывает некоторые сомнения в плане соответствия требованиям докторской диссертации, но уж, во всяком случае, на кандидатскую точно потянет.

Кстати, на этой основе заодно можно ликвидировать и существенные военно-законодательные пробелы в данной области, ибо законодательная теория и практика явно отстают от происходящих изменений в секс-составе вооруженных сил, в сексуальной культуре и эротическом менталитете военнослужащих в период новой демократии.

Безусловно, давно назрел вопрос о создании специального руководящего органа в структуре ГРУ - что-нибудь типа «Оперативно-эротического управления», в том числе для координации профессиональной деятельности загранаппаратов в этой области, а также «отдела по военно-сексуальному воспитанию» - для обеспечения внутренних нужд по работе с личным составом. Им же поручить разработку таких базовых нормообразующих документов как «Разведывательно-эротический устав», «Положение о сексуальных правах и обязанностях сотрудника ГРУ» (с соответствующими разделами по должностям и званиям) и т.д. И подойти к этому дело надобно серьезно, по-военному, ибо в армии во всем порядок и единообразие должны быть, даже в разведке. Во всяком случае, никаких сексуальных меньшинств и прочих розово-голубых отклонений от предписанных норм, стандартов и регламентаций, ибо, как гласит проверенная веками военно-народная мудрость «Секс без дивчины - признак дурачины».

В основе военного подхода к проблеме лежит: функционализм - единообразие - профессионализм - учет и контроль - материально-техническое обеспечение.

Итак, по порядку. Начнем с функционализма.

Во-первых, надо исходить из того, что половые контакты в армии - это прежде всего не личное развлечение, а выполнение государственных обязанностей по репродуктивному размножению населения, и прежде всего самого личного состава вооруженных сил, так сказать, заблаговременная подготовка будущего высококачественного и достаточно многочисленного пополнения и смены. Тем более это актуально именно для армии, с учетом ее половозрастного контингента, поскольку практически весь личный состав относится к самому репродуктивному, то есть плодовитому и сексуально высокоспособному возрасту. То есть налицо как бы элемент самовоспроизводства, самосохранения и эффективно-рационального использования имеющегося секс-потенциала армии, флота и разведки.

Не менее существенным аспектом является и наступление гендерного равенства на вооруженные силы по мере роста в них женского поголовья. Думается, в перспективе нас ожидает полное количественное равенство в соотношении армейских сексуально-гендерных сил - 50 на 50. Стало быть, если раньше эта проблема носила в основном характер внешних связей, как бы в сфере любви и дружбы между армией и лучшей частью гражданского населения, то сейчас проблема постепенно переходит в рамки внутренней служебной проблемы ВС. Что требует всерьез заняться оной проблематикой во всех ее ипостасях и проявлениях, начиная с активного углубленного изучения, в том числе в научном плане, с быстрым переходом к практическому решению насущных задач при их постепенной, четкой и последовательной регламентации.

Во-вторых, секс в вооруженных силах в целом, и в разведке в частности, выполняет важную спортивно-оздоровительную функцию, входя в общий комплекс физических и психологических упражнений, направленных на повышение боевой и агентурно-оперативной готовности и боеспособности личного состава, а также является важным элементом для снятия служебно-боевых длительных и кратковременных стрессовых напряжений и проведения психофизической релаксации разведывательного организма.

В третьих, допуск или ограничения в сексуальных правах и упражнениях могут служить элементом дисциплинарной практики и эффективным инструментом дисциплинарного воздействия руководства на подчиненных, то есть использованы в виде меры поощрения или наказания, что, естественно, предопределяет необходимость введения специального раздела в Дисциплинарный устав.

Ну а для военной разведки любовь и эротика являются также одним из элементов оперативной работы , прежде всего в качестве инструментария для направленного воздействия на вербовочный процесс и последующую руководящую работу с агентом. Но тут проблема тонкая, сложная, я бы сказал, обоюдоострая, в которой столько вопросов и сюжетов заложено, что и в 10 томах места не хватит, где уж тут одним абзацем ограничиться. Стало быть, тоже отложим на потом, чтобы в последующих произведениях в цветах и красках воспеть. Опять же и военную науку надо подключать параллельно, ибо здесь такой перспективный потенциал развития всей системы заложен, что, как говорится, «ни в сказке сказать, ни пером описать», а сказать бы надобно, и записать своевременно и подробно на различных носителях - бумажных, магнитных, оптоэлектронных и т.д.

Одно могу только сказать, коли финансовых средств нехватает, надо чем-то их срочно компенсировать, то есть умом и другими органами чувств заменять. И достойных для этого офицеров надо уже сейчас подбирать и профессионально готовить, лучше, конечно, молодых, холостых, спортивных, фотогеничных и с хорошим сексуальным аппетитом. То есть желательно на выходе иметь, выражаясь современным языком, «высокотехнологичную военно-разведывательную «секс-машину» с высшим специальным образованием». Может быть, даже новый факультет в Тайной Академии открыть для эротически одаренных, или, по крайней мере, с повышенными способностями в этой области (при этом, естественно, не снижая стандартных требований по обычным разведпоказателям). Ну а для остального состава слушателей Академии новый предмет ввести «Оперативная эротика» и, соответственно, для бывших выпускников - курсы повышения эрото-профессиональной квалификации. А раз новая сложная и перспективная дисциплина вводится, то и новую кафедру под нее придется создавать. В общем, работать серьезно надо, организация учебного процесса - вещь непростая, так просто с кондачка, лихим кавалерийским наскоком не решишь, тут комплексный подход нужен, ибо одно за другим тянется, все взаимоувязано.

Единообразие

В основе военного строительства лежит унификация, стандартизация и четкая регламентация всего и вся. В этом плане любому военному понятно, что само собой сразу всплывает необходимость разработки «Наставления по сексуальной службе», в котором бы определялись методы и формы, количество и качество контактов и общений (секс-режим и секс-регламент), рекомендованные и допустимые позиции, технология выполнения упражнений и т.д.

Безусловно, из этого автоматически вытекает исключение всякого рода чрезмерных отклонений и излишеств, прежде всего в виде сексменьшинств, о чем уже говорилось ранее. У нас, слава богу, не Голландия и не Лос-Анджелес с Берлином, чтобы розово-голубые парады и шествия устраивать и детей ими пугать. То есть «Военному параду - да, секс-параду - нет!». На парадах надо военную технику и воинскую стать демонстрировать, а не половые органы и манипуляции с ними. Ибо, как говорится, «Не все то солнышко, что встает».

Вместе с тем, в армии вполне допускается и даже поощряется разумная дозированная инициатива с учетом личных способностей и физико-биологических особенностей и потребностей организма, например, небольшие отклонения от рекомендованных поз и допустимых позиций, кратность общения, регулярность смены партнеров (секс-коллег) и т.д… Ну, скажем, не раз в неделю по субботам после бани, а три дня в неделю по три сеанса сексотерапии, или «четыре по четыре», «семь по семь», ну и хватит, пожалуй, а то размечтались, все ж неделя даже в армии только из семи дней состоит. Правда, в баню все равно ходить надо в свободное от секса время, а лучше каждый раз до и после под душ, половую и личную гигиену поддерживать, чтобы микробы на гениталиях и зубах не размножались.

Профессионализм, учет и контроль

Военный профессионализм - понятие комплексное и многоплановое, естественно, включающее в себя высокий уровень подготовки в любой сфере военной жизнедеятельности, в том числе, безусловно, и в столь важной обсуждаемой сфере. О необходимости наличия базовых документов в этом плане мы уже говорили - о Наставлении по сексуальной службе, а также сопровождающих его методических разработок… Требуется организовать их тщательное теоретическое изучение личным составом обоего пола и проведение регулярных практических занятий и тренировок в соответствии с основными принципами армейской педагогики: «наглядность обучения», «рассказ-показ-тренировка», «личный пример командира» (то есть «делай как я») и др. Ну и разработка соответствующих тренировочных упражнений, а также нормативной базы с регулярными проверками и сдачей экзаменов и зачетов. Про становление и развитие системы специальной академической школы в этой области мы уже говорили ранее.

Материально-техническое обеспечение

Военные - люди скромные, неприхотливые в быту, обученные опираться в основном на личную инициативу и смекалку, на использование подручных средств и материалов. Поэтому в данном случае речь идет в основном о минимально необходимой материальной базе - издании специальных учебных пособий и плакатов, слайдов, видеороликов, компьютерных игр и т.п. Кстати, многие материалы уже есть в наличии в невоенном коммерческом секторе, надо только их слегка переработать на военный лад. Необходимы также кое-какие специально оборудованные помещения, немного мебели и специнвентарь для практических занятий, чтобы не зависеть чрезмерно от погодных и температурных условий (Россия все ж не Африка, особенно в зимнее время). Да и по этико-психологическим мотивам иногда во время практических занятий некоторое уединение требуется, для соблюдения эротических приличий.

Но это что касается секс-тренировок, кои, естественно, должны в любых условиях проводиться, в соответствии с заветами генералиссимуса А.В. Суворова «Тяжело в секс-ученьи - легко в секс-бою». А зачеты и экзамены, конечно, надо сдавать все же в более подходящей для этого обстановке, способствующей повышению сексуального аппетита и демонстрации реальных возможностей и навыков, не осложненных случайными погодными и личностными факторами. Ну, скажем, не на мокрых шершавых досках, а то и прямо на снегу, под вой волков и пурги, а где-нибудь под шелковым балдахином, на амурной кровати в стиле Людовика XIV, или на тигровых шкурах возле пылающего камина, после изысканного, или, по крайней мере, сытного обеда из 10-20 блюд с коньяком, шампанским и бургундским, да еще кофе с эклерами или тающими во рту пирожными «Рафаэлло» (деньги за рекламу упомянутого изделия прошу перевести на тайные счета ГРУ). Можно еще и простонародной отечественной водочки с пивком, ежели душа просит, или просто привычка такая в организме укоренилась. Да в комплексе с чем-нибудь эротично-музыкальным, с томными ритмичными вздохами, со страстными всхлипываниями и экстазными вскриками. Тогда и объективная картина налицо, тогда, безусловно, можно и за практические результаты сполна спросить, эффективность тренировок и используемых методик правильно оценить.

Кстати, ну а если настоящая военно-разведывательная любовь созреет, так это для эротического общения тоже не помеха, особенно для уже профессионально подготовленных в этой области сотрудников. Армия и разведка это дело даже приветствуют, поскольку официально считается, что любовь как бы окрыляет и на шпионско-служебные подвиги зовет, то есть в целом при правильном руководстве будет способствовать повышению отдачи в оперативной работе.

И при интимном общении со штатско-женскими лицами из внешнего мира уважение к военной разведке будет возрастать. Все же с сексуально грамотным, я бы даже сказал, с сексуально-интеллигентным военным человеком, в хорошей эротической форме постоянно пребывающем, завсегда приятнее дело иметь, чем с каким-то цивильным недоразвитым сексуальным заморышем, да еще с голубыми отклонениями, который даже в постели двух слов связать не может, хотя, как гласит известная народно-эротическая мудрость «Взялся за грудь - говори что-нибудь».

Конечно, если его хотя бы на пару лет в армию призвать, еще можно будет сделать из него полноценного человека, прямо скажем, спасти его от деградации и гибели, но ведь такого рода лица сами от спасения уклоняются, в них уже бациллы самоуничтожения живут. То есть если мужчина в армии не служил - то потенциально уже обречен на вырождение, а без секс-поддержки российских вооруженных сил не токмо отечественную, а, пожалуй, и всю мировую цивилизацию можно загубить. А при полной победе «розово-голубых» над нашей армией уже в ближайшей исторической перспективе нас ждет сексуальный геноцид, вымирание и гибель.

В общем, тут столько исследовательских, культурологических и разведывательно-практических проблем в перспективе просматривается, что работы, можно сказать, непочатый край, в том числе литературно-творческой. Так что ждите, все впереди, и до этого доберемся, вот только с данным опусом закончим вначале.

НОВЕЛЛА № 14

КАМО ГРЯДЕШИ, ГРУ?


О пустых вещах

Бесполезно размышлять,

Лучше чарку взять

Хоть неважного вина

И без дум допить до дна!

Отомо Тобито (японский поэт)


Сравнительно юный разведчик-демократ, он же адъюнкт Тайной Военной Академии капитан Груздевский Марат Львович, сидел одиноко в воскресный день за письменным столом в собственной двухкомнатной московской квартире. Жены и детей не было, уехали в гости к родителям, и можно было спокойно заняться научным творчеством. Громадье творческих планов бушевало в мозгу и требовало срочно излиться на бумагу или на компьютер.

Всего три месяца назад он вернулся из длительной служебной командировки в одну из африканских стран. На лице и теле еще не сошел специфически желтовато-серый, как у многих белых, экваториальный загар. Хотелось бы, конечно, для экзотики, чего-нибудь слегка синевато-черное, как у тамошних негров, но что-то не получалось. Неоднократно проведенные эксперименты не дали положительных результатов, сколько на пляже или на крыше не лежи и эксклюзивным кремом для загара не мажься.

Видимо, все же не хватало генетической основы, хотя, как помнилось по одной из космогонических теорий, наши этнические первопредки в Европе были маленькие и черные пигмеи, перешедшие туда из предыдущей доисторической цивилизации из Антарктиды, после того, как ее льдом обложило в результате очередного земного катаклизма. Даже если по другой космогонической теории пойти, в которой наше разумное начало было якобы инопланетянами выведено, все равно наши первородственники тоже скорее всего были маленькие и черные - как бы усохли в теле от нехватки витаминов, а почернели от тоски по родине и от жестких космических излучений во время затянувшегося перелета откуда-нибудь из Туманности Андромеды, с Альфа Центавры или звездной системы Канопуса.

Хотя, опираясь на личные наблюдения, судя по отражающимся в зеркале блондинистой физиономии и серо-голубым арийским очам над широким разворотом мускулистых плеч, скорее всего первопредками по крайней мере некоторых наших национальных военных разведчиков были Великие Атланты - двухметровые накачанные блондины - призеры тогдашних соревнований в Атлантиде по бодибилдингу и армзреслингу. В общем, прямо как будто перенесся в современность с плаката для Гитлерюгенда - «Ариец, твое место в войсках СС!».

Помимо загара, сохранялся где-то внутри, на клеточном уровне, еще и запах жареных бананов, хинина и негритянско-сексуального женского пота, а также еще чего-то туземно-эротического и романтического, смесь ароматов каких-то африканских колдовских снадобий и трав для любовного приворота, для повышения мужской мощи и страсти, для отвращения и изгнания злых сатанинских сил и чар. Приятно было вспомнить последние месяцы на африканской земле, прошедшие с несомненной пользой для познания таинств местной сексуально-заклинательной культуры, дым сжигаемых волшебных трав под ритуальные камлания, песнопения и эротические танцы с жертвенными черными петухами, втыкание «бокором» (хунганом, мамбо) иголок в чучела врагов и соперниц, в общем, что-то в стиле «вуду» из американских кинотриллеров.

Все дело было в том, что жене местный климат был противопоказан, да и старшему сыну было в школу пора. Вот они и выехали задолго до отъезда главы семьи, оставив его одинокого, горемычного и неухоженного вместе с местной служанкой 15 африканских лет, прикрытой только весьма экономно скроенной юбкой и ожерельем из зубов крокодила на молодо-упругой, устремленной к небу груди. Да, 15 девичьих лет в Африке - это как у нас в России примерно 21 год, то есть уже давно в брак вступать пора, для начала в качестве младшей жены в гарем к вождю племени, подучиться маленько семейной жизни, ну а дальше это уж как вождь решит - себе оставит, или назад родственникам вернет, или продаст кому, или просто подарит, или на что-нибудь более полезное выменяет.

Московская квартира, как экзотический анклав древней человеческой цивилизации, была вся заставлена, уложена, увешана и истоптана различными рариретами и ширпотребом из традиционного набора африканиста:

(а) представителями животного мира в лице:

1. удав, он же питон (хрен его разберет, в общем змеюка подколодная, к тому же любимец жены, так просто из квартиры не выгонишь, скорее самого выселят), к счастью пока еще подросткового возраста и роста, и в основном в сонном состоянии пребывает под кроватью или, как в данный момент вызревания творческого порыва, заперт в ванной от греха подальше;

2. юркая рыжеватая обезьянка с розовым бантиком на шее (тоже умеренных размеров, даже в перспективе, хотя нехватку в габаритах вполне успешно заменяет наглостью, крикливостью, подвижностью и вездесущностью, к тому же была весьма воровата и обидчива), в данный момент отсутствовала, поскольку весьма вовремя убыла к родственникам вместе с женой и детьми;

3. желто-зеленый, ленивый и очень прожорливый, обычно молчаливо-задумчивый попугай натурфилософского склада, сидел в это время в другой комнате и видимо, как всегда, размышлял о бренности и тщетности земной человеческой и птичьей суетности;

4. и якобы древнеегипетской мифологической породы бесшерстная кошка, с длинным генетическим хвостом со времен фараонов, паслась, как обычно, где-то возле холодильника на кухне.

(б) представителями тамошнего ремесленного искусства:

1. ритуальные маски и статуэтки из тяжелого и крепкого матово-отполированного черного дерева;

2. ритуальный зазубренный меч - атрибут племенного вождя, сотворенный из того же вышеупомянутого типа древесины;

3. украшенный длинными и пестрыми перьями неведомых птиц плетеный из прутьев и покрытый буйволиной кожей длинный и узкий африканский щит;

4. и изгрызанный чьими-то первобытными зубами и ржавчиной обломок копья, по уверению продавца покрытый въевшийся в него кровью белых английских плантаторов, офицеров и колонизаторов еще в 18 веке.


Дел было в перспективе, конечно, невпроворот. Предстояла длительная учеба в адъюнктуре, сдача кандидатских экзаменов, выбор темы для научной работы со всей вытекающей последующей тягомотиной - разработка плана и черновой схемы диссертации, сбор и обработка исходных данных и материалов, разработка самой диссертации и автореферата, написание и публикация положенных печатных трудов, обхаживание и ублажение заказчиков и оппонентов и т.д.

Главное - следовало обзавестись солидным, влиятельным и пробивным научным руководителем, с регулярным подкреплением складывающихся творческо-рабочих отношений на устойчивой, практически апробированной основе, на которой вся военная наука традиционно держится. Первую научную заповедь адъюнкта он уже давно усвоил - всякий новый шаг в военной науке должен закрепляться на жидкой, но твердой и перспективной основе.

Хотелось бы также выйти за пределы узкого мирка военно-специальных ученых и прославиться в более широких и открытых научных кругах, а может даже выйти и в открытое информационно-публицистическое пространство, не исключено, даже на международном уровне. Для начала требовалось написать монографию посолиднее под кандидатскую тему, и лучше всего оформить ее как бы открытым текстом, читабельным для неспециалистов и не допущенных к таинствам разведслужбы «чайникам».

Требовалось сотворить что-то фундаментальное, нетленное, эпохально-революционное, в духе времени, ниспровергая устаревшие основы, вложить в это личный, пока еще, откровенно говоря, скромный оперативный опыт и давно назревавшие мысли, выстраданные на жестком слушательском стуле в период академическом учебы, а также в жаркие и бессонные лихие африканские ночи. Изложить и закрепить в виде смысловых знаков на первичных носителях хотя бы первоначальные тезисные разработки теоретико-прикладного, научно-публицистического и дискуссионно-поискового характера. А на базе научного продукта еще и художественную книгу или хотя бы брошюрку написать, да еще усилить парой-тройкой публицистических статей в отечественной и забугорной печати.

Творческий процесс начинался с ритуальных священнодействий, придававших особый торжественный смысл предстоящей процедуре и должный рабочий настрой самому творцу.

Груздевский тщательно выровнял стопку девственно чистых, белоснежных листов импортной лощеной бумаги, поставил справа от нее подаренную дедом-писателем чернильницу-непроливайку, развел тушь водой, очинил перочинным ножом гусиное перо, любовно выбранное из довольно солидной связки аналогичных собратьев. Оные натуральные инструменты для писательской работы были заготовлены еще в начале послеафриканского отпуска во время пребывания на даче у родителей, путем самоличного садистско-негуманного выщипывания из соседского гусака живьем в наказание «за неадекватно-агрессивное поведение» того при защите огорода от непрошеных городских гостей.

Любовно, не спеша, слегка наклонив голову и прикусив губу, Груздевский набросал скрипящим и жестко-неподатливым гусиным пером заголовки будущей монографии - журналистско-публицистический вариант «Разведчик в законе» или «За разведку с человеческим лицом» и официально-казенный «Разведка в XXI веке».

Вроде для начала неплохо получилось, хотя, конечно, не мешало бы еще потренироваться в каллиграфии. И как только Пушкин и Лермонтов работали? Все же шариковая ручка или компьютер несравненно удобнее, хотя и не так исторично и торжественно.

Далее относительно молодое дарование сменило рабочий инструмент, и на бумагу из простой паркеровской ручки быстро, без запинки, почти не задумываясь, полились чеканные, давно выношенные и выстраданные строки.

Общая посылка:

Требуется создание принципиально новой международной системы ведения разведки XXI века, новой схемы ее взаимоотношений с окружающей общественной средой и неразведывательными госструктурами, со своим антиподом - контрразведкой, соответствующих процессам глобализации, гуманизации и демократизации во всех сферах жизнедеятельности мирового сообщества.

В этом плане главное внимание международного сообщества следует уделить расширению, закреплению и защите особого статуса нашей отечественной разведки в мире в связи с ее великим божественным и космогоническим предназначением, как инструмента спасения мировой цивилизации в извечной борьбе Бога и Сатаны, и в рамках подготовки сатанинскими силами зла грядущего Армагеддона и Апокалипсиса в третьем тысячелетии, что уже проявляется в виде процесса нарастания глобальной русофобии и подготовки крестовых походов, газаватов, превентивных ударов, санитарных окружений, выливаний информационных помоев и других напастей против матушки-России и ее доблестных защитных структур.

Российская военная разведка, выступая как коллективный помазанник божий, как выражение и орудие божьей воли и божьего провидения в борьбе с межконтинентальными неправедными силами зла, должна пользоваться активной, организованной, эффективной и бескорыстной поддержкой всего человечества и работать в условиях специального щадящего режима и преференций в области информационного, кадрового и материально-финансового обеспечения ее деятельности со стороны всего международного сообщества и национальных государственных и общественных структур.

Необходимы новый системный подход и проведение ряда крупных принципиальных инновационных преобразований по целому ряду направлений, в том числе и в замшелом мировоззрении не наших национальных спецслужб. В этой связи требуется установление особого защищенного статуса наших разведчиков и агентов на зарубежной работе и создание обширной защищенной шпионско-экологической ниши для наших спецслужб для сбалансирования враждебных происков чуждой новациям и гуманности зарубежной рабочей среды.

Конкретные предложения:

Основное внимание надо, конечно, уделить должной законодательной и нормативной регламентации и защите прав российского разведчика на профессиональную деятельность и спокойную, безопасную и достойную личную жизнь, а также их практической реализации. Про иностранных шпионов есть кому позаботится, они и так неплохо живут, а американские вообще как сыр в масле катаются, их все трогать бояться, чтобы «главного мирового пахана» случайно не обидеть. Что предстоит свершить?

Во-первых, развитие законодательной базы на международном и национальном уровнях, регламентирующей базовые фундаментальные права и полномочия наших разведчиков в максимально расширительной трактовке, в частности, право на безопасные условия труда и достойную своевременную оплату, заслуженный материально обеспеченный отдых, а также беспрепятственное выполнение своих служебных обязанностей.

Необходим, в частности, международный правовой инструментарий, например, в виде Конвенции ООН по гуманитарным, профессиональным и социальным правам российского разведчика и агента.

В рамках развития национальных законодательств следует срочно принять Кодекс законов о разведывательном труде для России, гарантирующий нормированный высокооплачиваемый (за счет местных национальных средств) рабочий день, обеспечение гигиены труда, в том числе защита от стрессов и т.д.

Во-вторых, становление и развитие международных и национальных организационных основ.

Естественно, необходимо создание международных контролирующих органов, например, Комитета ООН по правам российских разведчиков и агентов (во главе Верховный комиссар ООН на правах заместителя Генерального секретаря ООН), Международного суда по правам нашего человеко-шпиона и т.п. с созданием разветвленного аппарата их представительств во всех государствах мира.

Нужны международные и национальные массовые и общественные организации, прежде всего профессиональные объединения, в том числе работодателей и самих трудящихся шпионов по категориям (кадровых работников, агентов, и т.п.), а также бывших шпионов (ветеранские организации). Безусловно необходимо создание «Первого Шпионского Интернационала» (1st Spy International) в защиту России, с ежегодными конгрессами и постоянно действующим руководящим и исполнительным аппаратом (например, Исполком Русшпионзащитинтерна) с обязательным представительством крупнейших и заслуженных шпионских держав и основных государственных национальных организаций, специализирующихся в данной области (естественно, под постоянным председательством и руководством России, поочередно, год от ГРУ, год от СВР), со своими декларациями, конвенциями, долгосрочными и краткосрочными программами действий, форумами и инспекциями.

Необходимо также создание национальных профсоюзных, женских, молодежных, детских и т.п. организаций по защите российских разведчиков и агентов с вхождением их в соответствующие международные организации данного профиля и достойным полноценным участием в них отечественных структур.

Система правовой и общественной защиты должна включать в себя также широкое, с должным размахом, проведение специальных праздничных мероприятий на международном и национальном уровнях (профессиональные праздники, фестивали, в том числе по линии ООН, юбилейные даты и т.п.).

Например, безусловно необходимы проведение «Международного Года Российского Шпиона», «Дня защиты российских героев-разведчиков и героинь-разведчиц» (есть же «День защиты детей»), «месячников» (или недель, дней) по вербовке в российские агенты» и т.п. В этот день или в течение всего выделенного года компетентные государственные органы и население в целом обязуются:

· вести себя прилично и корректно в отношении оной категории лиц - не следить, не ловить, не бить, не сажать, амнистия или уменьшение срока для ранее посаженных, не препятствовать в добывании информации и т.п.;

· внешне выражать любовь, понимание, заботу и дружбу, а именно - разведчиков и агентов мужеского пола поить пивом в сопровождении воблы по потребности (насколько войдет) и бескорыстно, для женщин-разведчиц - тоже бесплатная раздача шоколадных конфет, цветов, парфюмерии и колготок, для разведывательных семейных пар и юных, а также уже зрелых разведывательных Ромео и Джульетт - семейные и парные турпоезки на Багамы, Канары, в Париж, Ярославль, Сочи и т.д. по их выбору;

· способствовать массовому притоку наиболее достойных агентов из местного населения в российские разведструктуры.

Конечно, нужны также всенародные чествования и массовые гуляния, митинги в защиту и т.п. активные формы информационно-психологической поддержки со стороны всего очень и не очень прогрессивного человечества. Ну, например, организовать манифестацию с плакатами и лозунгами разными, типа «Хочу ребенка от ГРУ-шника!», «Хочу быть тайным агентом России!», «А ты записался в Российские Агенты?» и т.д., провести телевизионный конкурс на лучшее рекламное объявление «За что я люблю российскую военную разведку и ее сотрудников», или благотворительный бал-маскарад и концерт «нон-стоп» с отчислениями в пользу наших малоимущих оперативных работников и еще менее имущих шпионов-пенсионеров.

В третьих, решить проблему с материально-финансовым обеспечением. С учетом временных финансовых трудностей РФ переложить основное бремя финансовых расходов на сами разведуемые государства. Допустимо также в виде взаимозачета, по двустороннему соглашению, для разумной экономии средств, чтобы иностранные клиенты сами предоставляли бы информацию по нашим заявкам с тем, чтобы не тратить средства на добывание этой же информации через агентуру. Среди других первоочередных мер предусматривается: обязательные отчисления из госбюджета разведываемых стран в пользу российской разведки в рамках оказания гуманитарной помощи;

· создание специальных международных и национальных финансовых институтов (банков, фондов, компаний для финансовой поддержки);

· авансирование и оплата расходных счетов и долговых обязательств наших разведорганизаций, разведподразделений и индивидуальных разведчиков;

· создание и регулярное обновление Международного фонда современных и перспективных оперативно-технических средств разведки для России (организация своевременного ознакомления с предлагаемыми образцами и осуществление их массовых безвозмездных поставок российским потребителям с обучением персонала и последующим эксплуатационным обслуживанием).

В четвертых, информационное и культурное обеспечение, включая рекламно-пропагандистское:

· Создание международного и национальных банков разведывательной информации (военной, политической, научно-технической и т.д.) для России (с бесплатным круглосуточным доступом заинтересованных российских инстанций и лиц);

· Создание собственных профессиональных международных и национальных средств массовой информации, развитие своего книгоиздательского дела, кинематографии, театра, живописи, рекламного дела и т.д.

Особое значение имеет развитие системы информационного обеспечения шпионского рынка труда, например, выпуск ежедневной газеты «Шпионская работа для вас», еженедельных журналов «Рабочие тайной войны» и «Невидимый фронт», с соответствующей рубрикацией, например, «Вакансии для специалистов по работе против США», «Вакансии для руководящего шпионского персонала» и т.п.

Желательно также основать профессиональное международное издательство «International Intelligence» (Международная разведка), а также национальное профессиональное издательство типа «Россия на тайных фронтах», или «Россия на шпионской тропе», или еще что-нибудь в этом роде. Тем более, что в зачаточном виде кое-что у нас в стране в этом плане уже есть, и отдельные газеты (типа «Разведка и контрразведка»), и некоторые телепрограммы и т.д. Просто надо это все развивать и расширять, доводить дело до логического конца и апофеозного венца.

В перегретой от высоких глобальных идей голове Марат Львовича внезапно зашевелилась, оторвалась от остальных и всплыла мысль о собственном перспективном литературном опусе и своей литературной судьбе. Да, весьма кстати, заодно заранее озаботиться и о писательском шпионском труде.

Есть в нем одна деликатная проблема - возрастной нюанс. В литературном разведтворчестве профессионалов устойчиво сложилась непродуктивная традиция ущемления молодых дарований, хотя, конечно, и по вполне объективным причинам.

В силу специфики работы и существующих норм по охране профессиональных тайн, пишут в основном уже после выхода на пенсию или в отставку. С одной стороны, уже не так страшно эти тайны разгласить за давностью многих событий, да и на карьеру также не повлияет. А с другой стороны, надо спасать психику ветеранов. Само знание тайн все время давит на сознание, хочется поделиться с кем-нибудь, да и про свое геройство всему миру, знакомым и соседям поведать. Раньше на работе с коллегами выговаривался, а теперь не с кем, вот и распирает. При этом зачастую, когда слишком долго в окружении больших и малых тайн прожил, постепенно ощущение этого таинства теряется, притупляется, теряешь очертания границ и рамок, что можно говорить, а что и нельзя, в том числе и среди посторонних. А ведь многие тайны даже по прошествии длительного времени все равно требуется сохранять. Вот и томится пенсионер при общении с окружающим миром, живет как бы в инородной некомфортной среде, и все время приходится таиться, что то выдумывать. Вроде бы у себя на родине, а чувствует себя как нелегал в глубоком подполье где-то во вражеском тылу.

В свое время в ЦРУ учли этот психологический фактор и дают отставникам выговориться, или, точнее, «исписаться», потрясти мир своим печатным словом, как бы «исторгнуть из себя литературного беса». Издают за свой счет их мемуары и кладут весь тираж у себя на полочку в закрытой ведомственной библиотеке: и для ЦРУ безопасно, процесс под полным контролем, без ненужной внешней огласки, и автор доволен (не вполне, конечно, ибо без широкого паблисити остался, но лучше компромиссный вариант, чем вообще никакого, да еще и гонорар какой-никакой перепадает. Плюс ко всему в закрытом издании можно более свободно и открыто материал подавать, ближе к реализму, и писать профессиональнее, без скидки на дилетантизм широкой публики. И пусть, по крайней мере, коллеги и посвященные ознакомятся, и для подготовки шпионской молодежи полезно, можно в качестве учебного пособия использовать.

А теперь возвращаясь к проблеме молодежи. Когда пенсионер за перо или компьютер возьмется, так к тому времени, исходя из психобиологических особенностей организма, уже и свежесть впечатлений утрачивается, и живость восприятия, и бойкость изложения уже не та. В общем, как бы и мозги уже ссыхаются, и память не та, и руки подрагивают. Так что возрастную писательскую проблему в этой области надо как-то срочно решать ко взаимному удовлетворению всех заинтересованных сторон. Для начала хорошо бы иметь специальное издательство для поощрения молодых разведывательно-литературных талантов, предварительно, скажем, в экспериментальном порядке, хотя бы для заполнения полок в закрытых спецфондах в Главном управлении и в Академии, а также по-братски можно передать и в закрома конкурентов из «политической разведки».

Ну что ж, пожалуй, на сегодня шпионское нормотворчество можно и завершить. Славно потрудился, теперь не грех и передохнуть, отметить заслуженной запотевшей рюмкой с огурчиком и ветчиной интеллектуально-демократические инновационные перлы в качестве аперитива перед полноценным обедом. Главное - не идти по проторенному пути, у каждого поколения и общества свои проблемы и свои пути их решения. Да и домашний животный мир пора кормить, а то потом с женой придется объясняться в области высоких материй по поводу степени вины и ответственности человека за прирученных им животных. Слава богу, хоть питона только раз в неделю надо кормить, правда, несколько неэстетичной пищей - бытовыми грызунами. Такую гадость приходится покупать у одного знакомого алкаша в соседнем подъезде, говорят, что он, якобы, их чуть ли не у себя в квартире разводит, специально на продажу.

Ну а на завтра запланируем рассмотреть гендерную проблематику в разведке, тут вообще, как говорится, конь не валялся, с десяток докторских диссертаций наберется. По крайней мере, пора серьезно, по-научному к этой животрепещущей и модной сейчас проблеме приступить. И лучше все же самим мужчинам, а то ежели дамы сами за это дело возьмутся, даже страшно от предчувствий становится. Матриархат в разведке - это как Апокалипсис нового тысячелетия, за наши мужские грехи Всевышним ниспосланный. А ежели попроще, по бытовому изложить, так сразу фраза из «Русского радио» вспоминается «Баба в машине, что фашист на танке». А вот представьте, если ее еще и в разведку пустить! Что будет? Что-то опять на Библию сразу потянуло. А из нее однозначно явствует, что ничего хорошего. Содом и Гоморра, вместе с Голгофой для всех мужиков. Яхве с Иеговой никак не одобрили бы, даже в Тору для справки заглядывать не надо.

НОВЕЛЛА № 15

АГЕНТЫ БЫВАЮТ РАЗНЫЕ


Был бы агент, а работу мы ему найдем


Из профессионального фольклора ГРУ


Как известно, вербовочная работа и руководство агентурой - весьма сложный и деликатный процесс завлечения иностранцев в тайное сотрудничество и последующего делового общения с ними . Как звучал бы этот извечный философский вопрос в интерпретации Вильяма Шекспира: «To spy or not to spy - that is the question» («Шпионить или не шпионить - вот в чем вопрос»). При этом вербовочная работа должна носить творческий характер, учитывая и личность обрабатываемого клиента, и его вероятное предназначение.

Для добывания информации как бы не очень законными и, может быть, даже несколько сомнительными для «офицеров и джентльменов» способами, безымянные герои тайных битв отечественного происхождения, в соответствии с данными вышестоящими руководящими Инстанциями, в т.н. «Центре», указаниями, обязаны в плановом порядке в отведенные сроки изыскать на месте (за рубежом или у себя на Родине, так сказать, не отходя от кассы) подходящих аборигенов или неаборигенов заморского гражданства. А затем, стало быть, уговорить их оказывать в последующем негласное и конкретное содействие (то есть тихо, скромно, не афишируя, но значимо и реально) в чем-нибудь полезном для нашей любимой матушки-России. Ну, скажем, в получении тех данных и технических изделий, которые местные власти почему-то прячут от российского руководства и общественности, а хотелось бы иметь. Хотя бы из принципа и потому, что «запретный плод всегда сладок».

Кстати, клиент вполне может и не знать, что он работает на пресловутых "русских варваров". Особенно если он этих русских, как Бжезинский, патологически не любит. Или просто ему так легче. Ну, в таком случае, если есть возможность (например, используя агента-вербовщика, или разведчика-нелегала явно нерусского обличья и происхождения), можно внушить ему, что он трудится на разведку Австралии, Парагвая или Китая, а то и вообще на нечто абстрактно-негосударственное, в виде космополитично-полумифического исследовательского центра, или какого-нибудь свихнутого плутократа-олигарха.

Выглядит вся эта процедура поначалу, как в когда-то известной песне «Симсим, откройся, симсим, отдайся…», и в чем-то напоминает процесс сексуального соблазнения уже состоящей в законном браке очаровательной незнакомки. В плане применения шпионских технологий и в рамках действующих бюрократических процедур, в тайную деятельность туземец может быть вовлечен весьма по-разному. Например, в идеале, после тщательного предварительного изучения, в ходе длительной изощренной психологической обработки, а главное - после испрашивания и получения надлежащей санкции руководства. В упрощенном изложении на шпионско-народном диалекте может звучать примерно так.

-Шеф, нутром чую, клиент созрел. Пора брать за жабры (за вымя/за лапы/за хвост/за задницу и т.п.). Могем прям щас вербануть!

Или, не исключено, вербовка пройдет вовсе не по правилам, не по теории, на спонтанном порыве вдохновения, руководствуясь шестым чувством, на уровне подсознательных инстинктов, без всяких санкций и даже намеков руководства.

На практике бывали случаи удачных вербовок «совсем не по науке», как бы в порыве отчаяния, экспромтом, перед угрозой отзыва из-за рубежа за пассивную работу, из страха предстать «с пустыми руками» перед грозные вопрошающие очи Начальства. Например, накануне отлета в отпуск в Москву Вы вливаете в себя очередную кружку местного пенистого напитка где-нибудь в английском «пабе» (то бишь, по нашему, в пивной), с тоской предчувствуя неизбежные и грустные последствия встречи с, мягко говоря, критически настроенным Руководством. И вдруг Ваш затуманенный нехорошими предчувствиями и алкоголем взор ложится на сидящего рядом за стойкой, увешанного регалиями заморского вояку. И тут какая-то неведомая сила вздымает Вас и говорит Вашим же внезапно охрипшим голосом, естественно, на тамошнем языке.

-Сэр, я русский шпион, и имею к Вам деловое предложение. Риск минимален - гонорар потрясает. Ну, так как?

А вышеупомянутый сэр, отхлебнув изрядный глоток пива и обтерев усы, меланхолично отвечает, тоже не на нашем, с заметно вычурным оксфордским произношением и легким отзвуком тонкого британского юмора.

-Well, why not, Mr. Spy? (А почему бы и нет, мистер Шпион?). Но хотелось бы сразу оговорить гонорар - только наличными, и не в рублях, please (пожалуйста).

Ну, а дальше следует прояснение уже чисто технических вопросов, естественно, вне присутствия посторонних лиц. Сбор, так сказать, первичных установочных данных, уточнение возможностей, способы дальнейшей связи и т.д. Не успел оглянуться, как и отпуск с выездом на Родину пришлось перенести, и через полгода у начальства на слуху и в почете. А через годик, глядишь, и дырку для ордена можно сверлить на парадном мундире, который в платяном шкафу где-то на Родине который уже год без дела пылится.

В теории, весь достаточно взрослый и самостоятельный заморский народ - это потенциальная «вербовочная база». Ибо, как говорится, «каждый может быть шпионом, каждый должен быть шпионом». То есть, навроде того, что стоит попасть за границу с чемоданом «баксов», и вот тебе кругом иностранцы - бери за жабры кого хошь. Это как бы стоишь ты на гребне бархана посреди пустыни с совковой лопатой и мешком, а тебе как раз песком этот мешок наполнить нужно. Да еще заморская антиреклама раньше помогала. Во всех газетах, книгах и телепрограммах день и ночь вещали про коварные происки русской разведки, которая на агентов деньги не жалеет. То есть, как бы косвенно намекали, где при нужде можно заработать и к кому обратиться.

Но это только так говорится и видится поначалу, со стороны. А ежели серьезно подходить, то тут и пошел сразу отсев, да так быстро, как песок сыплется меж пальцев. Не успел оглянуться, а уже и руки совсем пустые, и брать некого.

Причем причин для отсева каких только нет. Этот по годам али по способностям не годится. Этот живет далеко, где-то у черта на рогах, не добраться. Этот к нужной информации доступа не имеет. Или вообще к полезной шпионской работе не способен. К этому самому не подобраться, не подлезть. А вон тот слишком много хочет, а то и просто морду воротит. Ему, видишь ли, работа на русских варваров не по нутру. Ну, там, брезгует, али патриот, или русофоб, а то и просто боится, или навару хиловато и мало ли чего еще придумать можно.

Да еще контрразведка мешает, пакости изощренные строит, всех подряд стращает и карами всякими грозит. И средства массовой информации свою лепту вносят, дерьмом да грязью нашу славную отечественную разведку и ее «негласных партнеров» обильно поливают. Ко всему прочему, еще и собственное начальство палки в колеса ставит, то умничает, то перестраховывается.

Помнится случай один из практики общения с неким двухзвездным генералом, еще в советский период. Представили ему справку на кандидата на вербовку, чтобы санкцию на оную получить. А в сей справке напирали на возможные идейные мотивы сотрудничества. Мол, по тамошним понятиям клиент «диссидентом» числится, власть государственную не любит, не чтит, и всячески готов ей напаскостить, причем почти бескорыстно. И связи хорошие по своей диссидентской линии имеет. В общем, по науке и по жизни, чисто наш клиент, без фуфла, в натуре.

Как-нибудь по-другому бы сформулировали или живописали - оно бы и сошло. Например, присочинили бы по традиции, какой он патологически жадный и совершенно беспринципный, клеймо не на что ставить. Зато добытчик информации будет знатный, в перспективе. Как в свое время говорил знаменитый Штибер, основатель германской разведслужбы «В разведке нет отбросов, в разведке есть кадры».

Но тут как раз промашка вышла. Хотели составители документа как лучше, а получилось, как всегда. Ибо товарищ генерал как раз перед ознакомлением с документом читал шибко ругательную статью в родной партийной газете «Правда» про гнусные деяния и происки на священной советской земле диссидентов, ренегатов, идеологических диверсантов, двурушников, перерожденцев и прочих масоно-сионистов. Ну, и, естественно, преисполнился праведного негодования, то есть очинно возбужден был. Просто кипел от пламенного большевистского гнева. И тут, как назло, совсем невпопад, еще и справку под нос подсовывают, в которой про такую же гниду расписывается, да чуть ли не с восторгом. Хотя и заграничную. В общем, непроизвольно еще дровишек в пылающий костер подбросили. Скорее даже, не дровишек, а керосинчику али бензинчику плеснули.

Вначале товарищ генерал почти про себя и довольно сдержанно прореагировал.

-…мля, ети разъети…Это что ж получается, товарищи офицеры? Выходит, что и у них, за рубежом, тоже такая же плесень растет. По всему миру расползлась, значится. Куда нормальному советскому офицеру податься? Слов нет, окромя матерных, да еще с боцманским загибом…

В общем, о дальнейшем вполне можно догадаться. Дальше по нарастающей пошло. Брякнул генерал кулаком по столу, и как возопит во весь свой заматерелый, луженый от долгой службы и холодной водки командирский бас.

-Твою мать, и здесь уже достали! Да на хрена он нужен? Своих диссидентов девать некуда. Расплодились, мля, как тараканы…мать их так, дихлофосом бы всех, и под танк…Уберите эту бумагу, к такой матери, и чтобы с этим дерьмом больше не лезть.

В общем, не повезло рядовому оперу. Зря от вражеской контрразведки прятался, зря собой рисковал, зря перспективного клиента обрабатывал. Напрасно грудь под ордена с медалями готовил. Зато повезло диссиденту. Скорее всего, вместо Советской России свои услуги американским империалистам, британским неоколонизаторам, али японским самураям предложил. Те то всеядные, и при хороших деньгах, опять же.

В общем, возвращаясь к вопросу о результативности вербовок. Время в зарубежной командировке быстро идет, «песок», то есть агентурный материал меж пальцев сыпется, а результатов нетути. Правда, это еще во многом от местного руководства зависит. При волевом «племенном» вожде, умело опирающемся на традиционный арсенал армейских средств воздействия на подчиненных, кулак оного оперативного подчиненного завсегда вовремя сожмется. И хотя бы «мелкий агентурный камешек» обязательно застрянет в цепкой верхней длани, как бы достаточный по размерам и ценности для оперативной отчетности. Да и «золотишко мыть» на «агентурных приисках» надо при научном подходе, не наугад копать, а где основная жила или россыпь проходит. Тогда больше шансов на крупный «агентурный самородок» попасть, а то и прямо на целый их куст.

Но это раньше все же только цветочки были, а теперь вот и ягодки пошли. То есть, возвращаясь к исходному пассажу, стоишь ты в нынешние постсоветские времена как бы посреди все той же заграницы, вокруг потенциальное вербовочное море плещется. Кандидаты на вербовку, как рыба, кишат, вызывающе хвостами бьют и дразнятся. Так бы на агентурный кукан и насадил, хотя бы с десяток, которые покрупнее да пожирнее. Чтобы и на орденишко хватило, и на новую звездочку на погоны, и на перспективы по служебной карьере. Или, по крайней мере, от разносов начальственных освободило. Ибо, как говорится, лучшая награда для офицера - это отсутствие наказаний.

Да вот только притулился ты в нынешнем зарубежье в неустойчивой позиции с изрядно потертым и почти пустым чемоданчиком, с сиротливо затерявшейся на дне тощей стопкой «баксов» или «евриков». Ну, еще, для комплектности, пара белья в нем, да толстый замусоленный служебный разговорник (на 10 основных планетных языках и 17 вспомогательных) по профессионально полезной тематике, например (цитирую):

Вопрос «Сколько стоит этот секретный документ?»

И после ответа - резонная реплика оперативного работника «Да ты че, мужик/месью/сэр/синьор/козел/дятел и т.п. (выбираешь нужное), совсем охренел? Столько даже американцы не платят! Да за такие деньги я тебе сам чего хочешь сочиню!

Ну, и последующая фразеологическая развертка после начала диалога, с целью снижения заявленных прайсов до приемлемого минимума.

А в дополнение к разговорнику, ясное дело, в чемоданчике найдется заодно неизбежная поллитровка «Посольской» (возможны другие варианты типа - «Московская», «Столичная», «Сибирская», «Пшеничная», "Путинка" и еще сорок сорока альтернатов, чем Россия воистину богата и всегда славилась). Главное, чтобы не поддельная и, желательно, по крайней мере, на мой вкус, производства завода «Кристалл». Ну, и естественно, зачерствелая краюха черного хлеба и ссохшийся хвост селедки (на закусь), брусок хозяйственного мыла и отечественный березовый веник для бани, как символы патриотизма и ностальгии по временно отдалившейся Родине.

Да, трудно работать в нынешние времена. Но Разведка Никогда Не Сдается, ибо, как учит Военно-Разведывательное Начальство, безвыходных ситуаций не бывает. Биться всегда до конца надо, как та лягушка в крынке с молоком, лапками дрыгать, и смелее импровизировать.

Ну, скажем, для затравки, так сказать для первичного вхождения в контакт, вначале можно как бы в роли Кисы Воробьянинова из «12 стульев» выступить. Мол, «Excusez moi», мадам, месье «und meine herren», а также «мина домер окь херар», «байлар ве байларым», ну, и, естественно, «леди и джентльмены». Подайте «geben Sie mir bitte, please», на «one» банкa Coca Cola, как бы бывшему кадровому сотруднику ГРУ, а то очень пить хочется».

Ну, а как клюнул кто-нибудь по избытку гуманизма и доверчивости, к капкану поближе подошел, то дальше уже дело техники, по отработанной схеме и по накатанной колее пускаешь.

-Спасибо, Сэр, очень выручили. Прямо таки большое Вам русское мерси. Заодно, не могли бы Вы также помочь самому миролюбивому в мире российскому государству, последнему оплоту мирового гуманизма и духовного просветления, в одном несколько деликатном деле, лучше тоже бескорыстно или хотя бы в кредит? Речь идет как бы о развитии международного сотрудничества на частном двустороннем уровне в информационной техносфере, включая защиту права на свободный цивилизованный доступ мировой общественности в лице некоторых сегментов российских оргструктур к крайне важной для развития глобальных либерально-демократических процессов, но почему то временно закрытой информации, для обеспечения ее должной прозрачности с целью последующей инкорпорации в сферу национальной системной оценки и адекватного реагирования… Я Вам сейчас попроще и поконкретнее объясню, вот только зайдем за угол, а то тут всякие посторонние лица уши развесили, отвлекают.

Вот Вы попробуйте в таких условиях поработать, клиента к тайному сотрудничеству привлечь. Вот где проявляется и оттачивается подлинный профессионализм и искусство разведки, а не в тепличных условиях додемократического периода! Стало быть, и медаль государева на грудь за шпионские заслуги ноне трудней достается и дороже ценится.

Бывает, что на тропу тайной войны некоторые агенты вступают сами, по своей инициативе, заплывая в агентурные сети и поодиночке и косяками (почти как рыба на нерест идет), предлагая услуги по сходной, явно завышенной или совсем уж несуразной цене. То есть стихийно создается как бы специфический вольный «рынок шпионского труда», со своими работодателями и наемно-продажной рабочей силой, со своими негласными законами и правилами, своей рыночной конъюнктурой и ценами, с ростом или падением спроса и предложений, с реальными находками бесценных сокровищ, прямо как в пещере Алладина.

В этом мире большую роль играет профессиональная интуиция, особый шпионский нюх - можно запросто промашку дать и отвергнуть еще неограненный «шпионский алмаз». А можно и заглотить с потрохами примитивную, грубую подделку. Запросто можно и на «подарок-подставу» от вражеской контрразведки нарваться. В общем, весьма специфическая область деятельности со своими маэстро-виртуозами и убогими ремесленниками, прирожденными гениями и туповатыми поденщиками-исполнителями, со своими аферистами, экстрасенсами и сатанистами, профессорами и учениками белой и черной магии, благородными идальго и простолюдинами, рыцарями слова и дела и наглыми проходимцами, постоянными везунчиками и прирожденными неудачниками.

При советской власти, помнится, постоянно осаждали ходоки - так называемые «доброжелатели», так сказать, свои «мальчиши-плохиши в буржуинском царстве», назойливо предлагающие спецуслуги «за бочку большевистского варенья и ящик социалистического печенья». Порой не знали, как от них отбиться. Но теперь и на этом фронте затишье. Даже контрразведка их уже не шлет - деньги просить бесполезно, а в бескорыстную тягу к сотрудничеству все равно не поверят. Да, как говорится, «нонеча - не то, что давеча».

А как хорошо было ранее. Вот идешь ты, к примеру, в сравнительно недалеком историческом прошлом по Китаю, рассекаешь толпу аборигенов где-нибудь на главном проспекте Пекина Чан’аньцзе или по торговой улице Ванфуцзин шлепаешь. Вокруг китайская «вербовочная база» кишит, клокочет, волнуется, вся какая-то одноликая, узкоглазо-черноволосая, в серо-сине-зеленых бытовых нарядах «юнисекс». А через каждые метров 50 кто-нибудь из этой толпы почтительно низко кланяется и просительно взывает:

-Сулянь сусиу гуи бин (Дорогой гость, советский ревизионист), твоя сыпиона не нада? Недорого возьму, мешок риса, два блока сигарет и три цитатника председателя Мао (то есть сборников изречений ихнего тогдашнего вождя тов. Мао Цзэдуна).

Поскольку торг на Востоке вполне уместен и даже обязателен, ты ему отвечаешь, как бы вежливо, но уверенно и жестко, как подобает представителю «богатой социал-империалистической сверхдержавы» (в тот, увы, уже минувший ностальгический исторический период, естественно):

-Сам ты хунвэйбин, та мадэ (твою мать - кит. ругательство) и, ваще, «хун дань» и «гуицзы» (в переводе «тухлое яйцо» и «сын черепахи» - это опять таки китайские ругательства).

Кстати, у Сорокина Владимира можете про это почитать, что-нибудь типа «Голубое сало», чтобы я Ваше внимание и время зря не забирал. И чтобы не обвинили заодно в порче и надругательстве над русским языком. В этой книжонке много всяких таких выражений содержится на разных языках, в т.ч. на китайском, естественно. Или спецпособие по китайской народной лексике найдите. Например, мне такой оборот у китайцев понравился, цитирую дословно - «Цао ни дэ ба бэй». В оном восточно-экзотическом речевом пассаже как бы говорится о принудительном вступлении в сексуальные контакты не только с собеседником, но и с восемью предшествующими поколениями его предков. Круто, блин. Вот где замах исторический. Наши славяне в развитии своей речи до секс-охвата разом такого количества родственников и предков все же пока не доходили.

Да, так вот, вернемся к нашему собственному произведению. Продолжим торг с предполагаемым китайцем.

-Ты, в натуре, вникай, чурка (козел, баран, кабан, дятел или другие допустимые местные варианты обращения к клиенту), что труды Мао для тебя вредны, а нам идеологически чужды. Так что и сами не читаем, и другим не советуем. Чай не Брежнев Л.И., и даже не А.С. Пушкин. Посему предлагаю аппетиты свои несуразные скостить! Хватит и полмешка риса. А вместо цитатников - три бутылки вашего пива - хошь «Циндаосского», хошь «У син» («Пять звезд») или «Бэйцзин» («Пекинское»), а раритетно-импортного (с их китайской точки зрения) «Жигулевского», не говоря уже о «Балтика № 3», нетути - сам истосковался. Ну, а с сигаретами «мэйеу вэньтхи» («без проблем»), хотя для твоего здоровья тоже вредно. «Минздрав предупреждает!».

Кстати, во время второй мировой войны педантичные и склонные к порядку и комфорту англичане, дабы не создавать сутолоку и беспорядок в казенном присутствии, не нарушать режим дня и не менять устоявшийся образ жизни (ланч, послеобеденный сон (кэйф), лаун-теннис или крокет, 5 o’clock tea (вечерний чай под бутерброды с маслом и свежими огурцами (для дам) и виски натощак со льдом и содовой (для джентльменов) в пять часов пополудни), вечернее сидение с картами в любимом клубе), вывесили у входа в резидентуру СИС в Каире следующее объявление:

-«Прием агентов и информации по таким то дням, с… - до… Запись желающих вступить в британскую агентурную сеть проводится два раза в неделю… с… по…».

Во, блин, как шпионскую жизнь спланировали! Аж зависть берет. То есть, как говорится, «кому война, а кому - мать родна». Мало ли, что война, джентльменскую жизнь это не должно отягощать. Это не как у нас, под Сталинградом или Ржевом. Месяцами в окопах, в грязи и снегу, с недогрызанным сухарем и парой гранат в кармане, с закопченным от стрельбы автоматом в обнимку, в ожидании «наркомовских 100 грамм», да и то только после атаки, ежели живой останешься.

А может и правильно? Война приходит и уходит, а разведка остается, ее беречь надо. Давно известно, что война армии вовсе ни к чему, война армию только портит. Как обычно, штатские политики напакостят, наколбасят, а военным отдувайся потом. Кровь свою лей и массовый героизм демонстрируй. Соответственно, война и на военную разведку не лучшим образом влияет. Ладно, хрен с ним. Чего впустую языком молотить, стенать и слезы лить. Чай не женщины, и настоящим мужским делом занимаемся. Стало быть, пойдем по теме далее.

В российские агенты иностранец может попасть у себя на родной земле, или будучи где-нибудь за пределами своего отечества, а то и прямо на территории Российской Федерации. К примеру, будучи в виде интуриста или бизнесмена в деловой поездке, идет прогулочным шагом где-то по Москве, и забредает прямо под окна какого-нибудь тайного военного заведения. А в нем матерый шпионский начальник-бюрократ окопался, у которого в служебном кабинете на столе годовой план по вербовкам лежит. И как раз конец полугодия, как бы пора промежуточные итоги подводить. А как посмотришь на результаты выполнения, так сразу видно - трещит план по всем швам, и как-то сразу грустно становится.

Достал с горя пачку «Беломора», понимаешь, еще с советских времен заначенного, когда в очередной раз курить бросал. Открыл окно, а тут мимо, блин, явно иностранец какой-то плывет, и просто таки сам, козел, напрашивается. По потасканной морде и глазам блудливым сразу видно, что продаться готов. Стало быть, знак судьбы сниспослан. Лично господь Бог или шпионский святой инородца направил, так сказать, вразумил и наставил. Жирный карась самолично на сковородку возлечь решил.

Ну, а дальше, ясное дело, хватает первого попавшегося на глаза младшего шпиона-подчиненного, и галопом его по ступенькам вниз, на отлов этого заморского гуся лапчатого. И чтоб без положительных результатов не возвращался! А подчиненному куда деваться? В Сибири или в Забайкалье с Камчаткой вакантных мест в гарнизонах полно, с нетерпением ждут свежего пополнения на замену. Альтернатива всегда есть и поджидает неудачников.

В общем, не в добрый час интурист под окна забрел, практически уже обречен войти в отчетную шпионскую статистику. Впрочем, сам виноват. Нечего под окнами казенного российского военного учреждения шляться. Сидел бы дома, али бизнесом каким-нибудь занялся, не требующим разъездов. Или, на худой конец, где-нибудь по ГУМу-ЦУМу променад сотворил, матрешку б себе купил или «Посольской» водки с «тульским» пряником на закуску. Али в Третьяковку забрел, на древние иконки русские производства Андрюши Рублева взгляд кинул. Ан нет, шляется, где ни попадя, все неймется. Значит, видно на роду так написано, планида его такая. Хошь, не хошь, а быть тебе, мил человек, Российским Агентом с большой буквы.

Ну, а как только наш разведчик «агентурную муху» сетями оплел, тут уж, в отличие от паука, к ней надо порациональнее подойти. Не высасывать из добычи все живительные соки сразу, а очень аккуратно и бережливо к ней относиться, чтобы на как можно дольше хватило. И для себя прибыльно, и для дела пользительно, и для ведомственной отчетности не худо. Да и подкармливать эту «муху» в процессе эксплуатации надобно, естественно, по возможности, с учетом наличных ресурсов, чтобы жир нагуливала и охотнее накопленным делилась. В общем, как говорится в известной житейской мудрости «Мы в ответе за тех, кого приручили».

Так вот, задумавшись над вышеизложенными сентенциями, давайте обратимся к реальной конкретике сегодняшнего шпионского бытия. Когда с материально-финансовым обеспечением, мягко говоря, туговато. Это я Вас к идее о т.н. «виртуальной» агентуре подвожу. Идея, конечно, не новая, вся изюминка в масштабности и виртуозности ее применения таится. А также в том, чтобы в позитивном функционировании, правдоподобии, устойчивости и долгосрочности воздушных замков и надуваемых мыльных пузырей были заинтересованы обе стороны по вертикали. И низы, и верхи - и те, кто ее разрабатывает, и те, для кого она предназначена. Именно в этом главный залог успехов и отчетных побед.

Ясное дело, что позиция на верхнем этаже, конечно, удобнее. Благодушно, с высоты занимаемой должности, читаешь красиво и правильно, внешне достаточно убедительно составленные отчетные документы, где-то даже иногда восхищаясь изящно и мастерски составленными футуристическими комбинациями низовых «шельмецов». Если, конечно, благожелательно, по философски настроен к шероховатостям и реалиям нашей жизни подходить, знаешь и соблюдаешь правила игры. Т.е. не придираешься по пустякам, не умничаешь, не пытаешься заниматься поиском несоответствий, и тем более никому не нужными разоблачениями и «ловлей блох», фантомов и призраков.

А вот снизу, на уровне исполнителей, жизнь выглядит несколько сложнее и неоднозначнее, особенно когда не знаешь, к какому начальнику отчетный опус-трактат попадет, и как собственные подчиненные на твою творческую деятельность отреагируют. Не подставят ли в трудную минуту?

Представьте себе такую мизансценку из жизни этакой небольшой резидентурки где-нибудь на задворках Европы. Или, еще лучше, подальше от европейской цивилизации, зато поближе к бразильским обезьянам, сахарским верблюдам или арктическим пингвинам.

Конец календарного года, время подводить оперативные итоги и получать заслуженные щедрые награды или нежелательные порицания, строгие взыскания, а то и, прямо скажем, под жесткие репрессалии залетать. Глубокая ночь воцарилась над столицей и над всей малой страной пребывания. Все посольство давно уже спит, и только плотно зашторенное окно служебного кабинета Шефа все еще тускло светится в прямоугольной громаде посольского особняка.

На старинном дубовом столе, под ярким пятном лампы, расстелена самодельная, так сказать, «нештатно-черновая» композитная план-схема реальной агентурной сети, совмещенная с наложением как бы виртуальной сети, с соответствующими условными значками - вкраплениями как реальных персонажей, так и продуктов, так сказать, разведывательного мифотворчества. То есть и действующих, и как бы находящихся на разработке, а также перспективных, потенциальных и прочих «тайных соратников» и «негласных друзей», а такоже кандидатов в оные вышеупомянутые категории лиц.

Весь специфический контингент на схеме помечен разноцветными условными кружочками, квадратиками и треугольниками, соединенными сплошными и пунктирными линиями и расцвеченных пояснительными надписями. Настоящий паноптикум, и неплохое информационное сырье для писательской или шпионской работы.

Можно, конечно, и по другой изобразительной линии пойти. Например, представить спецконтингент в виде колоды игральных карт, разложенных как пасьянс на покрытом зеленым сукном карточном столе. Или использовать современную компьютерную графику, хотя и не желательно, в плане более сложного обеспечения ее защиты от нежелательного, так сказать, несанкционированного доступа чужих глаз, как отечественной, так и иностранной принадлежности.

В период широкомасштабной «охоты на агентурную дичь» при историческом материализме «before Mickle Gorby», щедро стимулируемой в соответствии с социалистическим принципом «от каждого по способностям - каждому по труду», усилиями многих поколений безымянных героев в «стране пребывания» и прилегающих окрестностях была создана разбухшая агентурная сеть, насыщенная различными видами и подвидами «иностранных соратников» по тайной борьбе, работавших в основном в опоре на известную библейско-бытовую заповедь «Да не оскудеет рука дающего, да не отсохнет рука берущего». Ибо, как известно, «чем дальше в лес - тем толще партизаны».

Однако при затянувшемся переходе к созданию светлого капиталистического будущего «временное оскудение руки дающей» привело к исчезновению многих «носителей руки берущей», которые рассеялись, как туман в жгучих лучах солнца, укрылись, яко тени в ночи, от всевидящего ока оперативных работников, резидента и даже самого Центра в Москве. В общем, получилось что-то вроде «старухи, склонившейся у разбитого корыта у самого синего моря», или, как тоскливо и грустно звучит в одной старинной английской балладе:

В руках остались сломанные шпаги,

Щиты развесили мы по деревьям,

Разрушены серебряные башни,

Утоплены в потоках крови…

В общем, подводя убого-нищенский агентурный баланс, реально в нем остались из действующих «бойцов» три агентурные единицы. Не просто три, а всего лишь три. Да и то, не агенты, а сплошные слезы. Клоуны на подхвате, чистый балласт, глаза бы их не видели. Один боец «невидимого фронта» числится источником ценной закрытой информации в местном Генштабе. Ага, ну да. А ценную информацию самому за него сочинять приходится. Правда, с другой стороны, чего с него возьмешь? Тут хоть самого начальника этого самого Генштаба вербуй, один хрен - результат такой же будет. Какая страна и армия, такой и Генштаб. Соответственно, такая и информация, по уровню и значимости для России-матушки и для Центра. Это тебе, блин, не США и не Китай. Все не то или не так, хоть наизнанку вывернись. На такой захолустной стране с такими зачаточными вооруженными силами шпионскую карьеру не построишь.

Второй «источник» в местной контрразведке служит. Не шибко крутой по должности, но как раз на нужном месте. Это, понятное дело, главным образом для самообеспечения трудовой деятельности резидентуры, ее, так сказать, производственной безопасности. Дело полезное и нужное, чтобы сдуру в какую-нибудь «непонятку» не влететь на фуфло, выражаясь на современном «лагерном иврите». Дабы не кормить понапрасну клопов в местных зинданах, и не портить желудок туземной казенной кухней в период отсидки. Ибо негуманно и не продуктивно. Все же конец 20-го века на дворе, а не средневековье замшелое.

Ну, и еще один, так сказать, вспомогательный агент затесался в эту тройку. Выражаясь профессиональным языком, числится как бы хозяином «конспиративной квартиры» и «конспиративного адреса», по совместительству, оба в одном флаконе. То есть мест для тайных встреч и получения/отправки тайных почтовых отправлений. Хотя, конечно, честно говоря, некоторое вспоможение (т.е. шпионское пособие) получает в разумно умеренном количестве, только за одну учетно-шпионскую единицу. К тому же нерегулярно.

Вот такая печальная картина получается. Такими реалиями готовой отчет по работе резидентуры не украсишь. Явно требуются оживляющие и радующие глаз пикантные добавки и наполнители, чтобы из коржей заготовленных аппетитный торт «Наполеон» в конце получился. Типа, промеж коржей пропитку обеспечить, а поверху разноцветные кремовые розочки наложить, для вкуса, украшения и большей впечатлительности. Это любая домохозяйка знает. В общем, откель хочешь бери, хоть из пальца высасывай, хоть из космического пространства, хоть из ноосферы, но чтобы в итоге в годовом отчете красиво и впечатляюще для начальства было. Вот так невольно и появляются в возбужденном сознании «миражи», и как-то сами, почти непроизвольно, в официальную бумагу переносятся, чтобы пустоты и лакуны заполнить.

А вариантов выхода из тускло-мрачной ситуации, реально, в общем, не так много. Самый простой и распространенный способ - завышение реальных достижений в работе вполне реального агента. Начнем с исторического примера. В декабре 1941 г. японский флот нанес внезапный и мощный удар по Пирл-Харбор, главной военно-морской базе США на Тихом океане, с весьма печальными последствиями для американского флота и авиации. А отслеживали состав и точное местоположение американских боевых кораблей до самого последнего момента сотрудники японского генконсульства на Гавайских островах, наблюдая за ними прямо из окон жилого дома с помощью биноклей. Ну, и передавали затем по радиостанции своему шпионскому начальству.

И вот, допустим, по аналогии, вы снимаете жилище с видом на местную военно-морскую базу или просто морской порт, куда часто заходят американские и прочие военные корабли. Вооружаетесь биноклем и знаменитым международным справочником «Джэйнс» по вооружениям разных флотов (с картинками). Заодно попутно совершаете периодически осведомительно-освежительные променады по портовым кабакам, где обычно новоприбывшие морячки гуляют, широко раздвинув уши и завязывая целенаправленные беседы для съема информации по испытаниям новых вооружений, по модернизации корабельных вооружений, по итогам или планам хождений по морям и океанам боевых кораблей и т.п. В общем, много чего полезного можно услышать, когда морячки на берегу в подпитии общаются.

По итогам наблюдений и променадов самолично аккумулируете, анализируете и докладываете наверх соответствующую информацию, а возлагаете ее как бы на своего агента, а то и двух. Кстати, по кабакам надо все же поаккуратнее работать, а то моряки - парни своеобразные, норовистые, заводные и весьма драчливые. А вы посидите на железной лоханке среди безбрежных соленых вод несколько месяцев, сами потом себе удивитесь, в какого одичавшего земноводного мутанта превратились.

Или другой вариант можно предложить. Почитываете регулярно местные газетки, или шарите активно по Интернету, собираете сплетни и слухи в местном дипломатическом корпусе и на рынке, и, опираясь на свои развитые аналитические способности, препарируете соответствующую информацию в толковые целевые доклады на заданную тему, якобы все от той же агентуры. Или, к примеру, от разрабатываемого лица, дабы просто продемонстрировать свою активную работу и наличие «вербовочных заделов» на перспективу.

Еще проще таким образом «палку» в отчет вставить по вербовке «обеспечивающей агентуры». Попросил дедка знакомого, или партнера по преферансу (биллиарду, теннису, пинг-понгу и т.д. - нужное подчеркнуть ) за пару пива раз в неделю/в месяц письма получать, под какой-нибудь удобной легендой, например, как бы от любовницы. А в отчетности дедка/партнера оформить как агента-неофита. Благо расписки кровью, как при продаже души Сатане, от него не требуется. И чтобы уж совсем не наглеть, чтобы не быть обвиненным в кощунственном замахе на и без того скудный оперативный бюджет, можно оформить сотрудничество как готовность аборигена к безвозмездной гуманитарной помощи великой в прошлом России, и без того непомерно и незаслуженно страдающей от самоубийственных перестроек и радикально-грабительских реформ. Так сказать, из чисто человеческой и интернационалистской жалости и сочувствия.

Есть тут еще одна проблема. В работе с опорой на мифотворчество от «фантомов» надо вовремя избавляться. Я к тому, что в конце служебной командировки дела и агентуру придется новому руководителю передавать. И все концы по такому случаю, надо будет вовремя зачистить. То есть красивую финальную концовку сотрудничества с «призраками» заранее предусмотреть и вовремя реализовать. Не путем отстрела, конечно, как вы, возможно, подумали, начитавшись низкопробных детективов, а фигурально. По отчетности.

Однако сразу оговорюсь, что я такому учить не собираюсь. Ни в коем разе! Да ни в жизнь! Как вы вообще могли о таком подумать? Все, что до этого читали, считайте чисто художественной абстракцией. Я ж не носферату какой, не с того свету, не посланец Темных Миров. Не зомби, не вампир и даже не тролль с вервольфо-вурдалаком. Ибо уж кто-кто, а наш разведчик должен быть, по определению, высокоморальным. Естественно, по базовой своей ипостаси, в силу служебной необходимости к периодическому раздвоению своих образов и сущностей. А то и «растроению» и даже «многочленению». Ибо жить и работать регулярно приходится в весьма нестандартных рамках, в таком вот своеобразном многоплановом и многоликом формате, опираясь на двойную мораль и двойные стандарты. Как двуликий Янус, как монета, поворачиваясь в нужную сторону нужной поверхностью. Для «своих» и для «чужих». Да еще и для «промежуточных» и «нейтральных». Ибо работа такая. Специфическая.

Но, надо уметь правильно и вовремя раздваиваться. Четко по сценарию и адекватно. В отношении «своих», к которым относятся только Начальство и коллеги по работе, надо быть кристально честным, вплоть до готовности быть абсолютно правдивым, даже в ущерб себе. Потому, например, в разведку женщин, конечно, берут, но в все же в ограниченном ассортименте, ибо они так вести себя просто не умеют. Природой не заложено. Ну, некоторые коррективы, конечно, вносить приходится в отчетность, и в деяниях гибкость проявлять, не без того, но в разумных пределах, без ущерба для дела и строго в соответствии с негласными правилами игры. Даю простейший пример.

Центр, озабоченный безопасностью встречи с кандидатом на вербовку, с учетом весьма сложной обстановки в стране, дает рекомендации о том, что встреча с "клиентом" не должна затягиваться более чем на 15 минут. Но при этом хочет получить массу информации о человеке, которую за столь короткое время в устной форме ну никак не получишь. Соответственно, условно щелкнув каблуками, согласно отвечаете, как и положено «Так точно! Будет сделано!». Однако реально встреча проходит, сколько для дела надо, например, около часа, а то и в два захода, в разные дни, по 30-40 минут. Но в оперативном отчете указывается все, как положено, как указано в утвержденном сверху плане. Т.е. что все прошло исключительно и точно в строгом соответствии с мудрыми указаниями Центра. Мол, уложился, за 14 с половиной минут, и не секундой больше.

Вверху, конечно, тоже не дураки сидят, сами за рубежом пахали, знают, плавали, и прекрасно все это понимают. Но делают вид, что поверили. А чего же не поверить, если все благополучно прошло и поставленная задача выполнена? Просто есть определенные правила игры, и их надо соблюдать, особенно при общении в официально задокументированном, контролируемом сверху и со стороны виде.

А что касается работы с иностранцами, так тут, естественно, действуют другие нормы и стандарты. Не зря еще сотни лет назад англичане говорили о том, что «разведка - это настолько грязное дело, что ей могут заниматься только джентльмены». Как говорится, перефразируя известную русскую пословицу, «неча на зеркало пенять, коли работа такая». Т.е. в агентурной работе с иностранцем, в общении с ним и с враждебной окружающей средой как бы попадаешь в «зазеркальный мир», где все привычные в этом мире образы меняются на противоположно-искаженные. А при общении со «своими» ты просто возвращаешься в нормальной, «дозеркальный» мир. Вновь становишься «офицером и джентльменом». Вот и все! Хотя, конечно, это постоянная двойственность тоже вредно на психику воздействует. Может привести и к психологическим и моральным срывам, к утрате восприятия рамок и границ, вплоть до перехода к противнику и предательству «своих».

Кстати, если вы знакомы со шпионской художественной литературой, то в ней нередко встречаются различные мистификации на агентурную тему. То наши создадут какую-то липовую разведсеть или подпольную организацию для приманки на вражескую агентуру. Читали, небось, не раз и про модные во вторую мировую войну «радиоигры». Или «на той стороне Луны» какой-нибудь морально разложившийся и деградированный супостат сочиняет небылицы про свои агентурные успехи, дабы нехилую деньгу и почетные награды выбить из собственного руководства. Вариантов масса, все не перечислишь. Если серьезно заняться в научном плане, хватит на целую докторскую диссертацию. Тема, честно говоря, аппетитная и заманчивая, порой аж слюнки текут. Но пока самому заняться некогда. Вся энергия и время на литературные опусы уходит, к сожалению.

Короче, как видите, такие возможности имеются и в мировой практике встречаются. Но, повторюсь еще раз, сообщать в своем монументальном литературном труде о том, что наши славные резиденты в наших героических зарубежных резидентурах, якобы, плодят агентурные мистификации, агентурных зомби, орков и троллей для любимого Командования? Да вы что? Дискредитировать ГРУ ГШ? На самое святое замахнуться? Ни в коем случае. Ни в жизнь! Даже и помыслить такое невозможно. В самой больной фантазии такое шпионское фэнтези не допустимо. Таких чудовищ можно только в голливудских «ужастиках» найти, или на картинах классиков типа Франсиско Гойи, Сальватора Дали и Иеронима Босха. Как там у Гойи «сон разума порождает чудовищ».

Не, нам таких страшилок не надо! А то меня даже в Разведывательный Ад за такое потом не пустят. Не исключено, что даже Забайкальский военный округ на службу к себе не затребует. Грубо и цинично проигнорирует и весьма-весьма далеко пошлет. На это только давно и насквозь прогнивший Запад способен, вместе с коварным Востоком и экстремистским Югом. За этим лучше в ЦРУ, СИС, БНД, ИСИ, Мухбарат аль-Амма и т.п. популярные заморские разведструктуры обратитесь. Расшифровывать не буду, сами в Интернете можете покопаться.

Кстати, для контраста, могу совсем о другом поведать. Это, так сказать, из курьезов прошлого, эпохи нашего бывшего социалистического бытия. Где порой, по законам нелепых бюрократических игр партноменклатуры, как бы от обратного приходилось действовать. Не завышать, а, наоборот, занижать официально статус источников ценной информации и маскировать механизм реального получения данных от контролирующих руководящих партийных органов, от т.н. «Инстанции» в лице Международного отдела ЦК КПСС, втискивая реальную разведывательную работу и жизнь в «прокрустово ложе» служебных инструкций. А причины простые, но как то извращенно-иезуитски и довольно нелепо этой бывшей партбюрократией трансформированные.

К примеру, официально запрещалось вести разведку и вербовать агентуру в дружеских социалистических и условно союзнических странах с якобы социалистической ориентацией развития. Мол, дабы не осложнить и не испортить весьма деликатные и как бы братские отношения с партнерами. Но, с другой стороны, та же Инстанция требовала данных по реальной обстановке в стране пребывания, причем таких, которые только через агентуру можно добыть. Скажем, о положении в высшем руководстве страны, внутренних интригах и кознях, планах и замыслах, в т.ч. о возможных переворотах на стадии подготовки, скрытых контактах с вероятным противником, двойной игре и т.д.

В натуральной разведывательной жизни все это выливалось в традиционное фарисейство, театральное лицемерие и мелкотравчатую прилизанную канцелярщину с массой различных «игровых» условностей и табу. В отчетах, например, по всем критериям давно состоявшийся реальный и ценный агент условно изображался, как доброжелательно настроенный по отношению в СССР абориген, которого просто таки распирало периодически от инстинктивного желания поделиться с нами злободневной информацией. И упаси Боже упомянуть в отчете о том, что это ты сам поставил ему такую задачу. Ни в коем случае. Это он сам, Доброжелатель. Все сам. Исключительно по своему разумению, по своей инициативе и наитию. Чисто спонтанно и рефлекторно. Чуть ли не случайно в посольство зашел, или с тобой где-то на рыбалке столкнулся, или на лавочку в парке, устав от прогулки, рядом присел. А на улице весна, май месяц, соловьи поют-заливаются. Вот и он по инерции «запел», «зачирикал» о наболевшем.

Да, и еще не забыть о том, что никаких документов «случайный знакомый/вообще незнакомый/впервые увиденный и т.п.» тебе не передавал. Никакого компромата при общении не было и быть не могло. Все только в устной форме, на ушко шепотом пересказал. Простым народно-лапидарным языком. А ты, мол, как Штирлиц, этот рассказ на 20 машинописных листов запросто, с первого раза запомнил, и потом по памяти записал, практически дословно. Вот потому те же 20 страниц в приложении к отчету и получились.

Особенно забавно это звучало в контексте разведки слаборазвитых стран, где порой в роли реального агента выступал аж целый профильный министр, но всего с пятью классами образования, которому проще было тебе весь свой разбухший от секретных документов портфель, а то и целый сейф притаранить, чем всю эту галиматью пытаться лично пересказать. А то и просто через водителя или адъютанта передать, в силу тяжести груды документов, или просто по лености, чтобы не тащиться по жаре через полгорода на встречу. Не царское все же дело. Не по чину. На то холопы и подчиненные есть. Еще смешнее это выглядело в тех случаях, когда, как минимум, половина секретных бумаг из доставленных была сочинена для этого министра нашими же советниками из числа советских граждан.

Наверное, такая «сказочно-театральная» ситуация может складываться и в наши либерально-демократические времена при соответствующих ограничениях на разведработу в странах СНГ в силу пресловутой «политкорректности». Ну, да современную жизнь не будем комментировать. Это уже другая, слишком обширная, сложная и болезненная тема. Вместо этого предлагаю поделиться одним из проектов в области организации разведки в будущем. Естественно, достаточно патриотически ориентированной и приятственной окраски. Ибо бесконечная и убогая информационная «чернуха» за последние годы совсем задолбала.

Итак, в заключение повествования излагается мечта разведывательно-хрустальная. Так сказать, как бы подаются на сладкое к столу для гурманов, в завершение изысканной трапезы, смелые шпионские грезы на блюдечке с голубой каемочкой. Рецепт того, как избавиться от опостылевших мучений в традиционных видах вербовочной работы.

Вот, к примеру, хорошо было бы открыть международный коммерческий кадровый орган «Spies for Russia Recruting Center» (Центр рекрутирования шпионов для России). Штаб-квартира в Москве, естественно. Санкт-Петербург подождет, все же пока еще не столица. Филиалы и отделения создать в административных центрах всех субъектов Российской Федерации, а также во всех значимых иноземных столицах, а также в ряде крупнейших городов мирового и регионального значения, т.е. на самых бойких шпионских межпланетных, глобальных и региональных перекрестках.

Представьте себе офисы с современным интерьером и оргтехникой, атмосфера кондиционированная, тонким парфюмом насыщенная. Интеллигентные секретарши большеглазые, тонкоталии, крутобедрые и разнокудрые, в прическах, макияже и мини-юбках, ноги длинные, в колготки ажурные обернуты, наманикюренными коготками по клавишам компьютеров стучат, в Ipad и планшеты изящными пальчиками тычут, ксероксы, сканеры и факсы урчат.

Идут приемные часы, кандидаты в агенты и разные просители роятся и кучкуются, под мышкой папки толстые, под завязку набитые. Ну, внутри, как положено, письменное прошение, Resume или Curriculum Vitae (так сказать, краткий обзор «трудового пути» и основные рабочие данные о себе), автобиография, письма рекомендателей, справки о здоровье, копии дипломов, результаты тестирования, образцы на всякий случай собранной информационной продукции, так сказать, для оценки потенциальных возможностей и т.д. Кругом очереди, давка, шум:

-Вас тут не стояло!

-Куды без очереди лезешь, шпионская морда!

-Сам шпиен недоделанный!

-От такого же и слышу!

И начальственный рык, доносящийся периодически из-за дверей кабинетов на очередного неловкого, затюканного кандидата в агенты.

-Как челобитную подаешь, чурка неумытая! А еще в российские агенты собрался, мать твою!

А в других помещениях тесты проходят, экзамены всякие сдают: кто цифири и тексты разные по памяти воспроизводит под шумовые помехи, кто карандаши ребром ладони затачивает, кто сейф вскрывает консервным ножом или канцелярской скрепкой на время… А в главном зале конкурсный отбор, комиссия приемная заседает, из заслуженных шпионо-человеков состоящая, с головы до ног орденами и регалиями увешанных, так сказать, классические бывшие «хомо-спай-советикус» (это я даже переводить не буду, сами догадаетесь). В общем, которые сразу вошедшего насквозь видят, от мыслей, запрятанных в закоулках мозга, и до последней нитки на исподнем. А в предбаннике толпа инородцев сидит, трясется в ожидании, волнуется, потеет.

В общем, нормальная деловая обстановка и лепота.

Ну и, знамо дело, раз бюрократическая волокита, то с ней в обнимку и «знаки благодарности и признательности» ходят, ну там за «более правильное», или «надлежащее», или «своевременное» рассмотрение ходатайства, или еще за что-нибудь. Уже и расценки по прейскуранту сложились, с индексацией на валютный курс, инфляцию, цены и т.д. Каждому свое - секретарше, к примеру, небольшой бидончик французских духов и набор колготок итальянских разной цветовой гаммы, плотности и рисунка, чтоб хотя бы на месяц упругие бедра и соблазнительные коленки прикрыть хватило. А ежели чиновник на несколько ступеней сверху, так и конверт потолще, да еще с прозрачным окошечком, чтоб сквозь него достоинство купюр интеллигентно просвечивало.

А на стенах учреждения, чтоб промашки не вышло, вдруг туземец совсем уж бестолковый попадется, на сей счет сверху донизу содержательные объявления и полезные намеки пестрят на разных языках, в переводе на русский примерно такого рода: «Информация, полученная на халяву, ценности не представляет», «Даже большое спасибо не булькает», «Спасибо рядом на кровать не положишь» (намек для лиц женского пола, мы все же в разведке больше на традиционный секс ориентированы), «Сухая ложка горло дерет», «Спасибом сыт не будешь», «Даром - за амбаром», «Спасибо на хлеб не намажешь», «Оскорбительна не взятка, а ее размеры», «Из спасибо шубу не сошьешь» и другие международно-народные мудрости.

В общем, как известно, «всякая бумага в Российской империи свое течение имеет», а соответствующие повороты, сроки, извивы и решения определяются теми, по чьим рукам эта бумага ходит. Так что, идя в присутственное место, не забывайте, что «за чужой счет пьют даже трезвенники и язвенники» и «на халяву и уксус сладкий».

Тут важно также проконтролировать, чтобы эти наглядно зримые знаки внимания и благодарности к посторонним лицам не попали, а то проходимцы в любой сфере деятельности, как грибы после дождя растут. Даже в разведке. Вот в Таиланде, например, разоблачили одного мошенника. Выступал под видом агента-вербовщика ЦРУ и брал баксами приличные суммы с каждого желающего из числа местных жителей стать агентом этой печально известной организации. Успел включить в список «агентов-контрактников» где-то несколько десятков человек. Талант, однако, хотя шпионских академий не заканчивал. Нам бы такого самородка на работу в резидентуру пристроить, хотя бы в том же Китае или в США.

Может быть, «вербовщик» и дальше столь же плодотворно трудился над «расширением американской агентурной сети», но тут промашка вышла. Некоторые «агенты», из самых то ли нетерпеливых, то ли недоверчивых, начали наведываться в американское посольство в Бангкоке, и недовольно гундосить.

-Пошто, мол, заданий никто не дает, и где обещанная высокая зарплата ежемесячная? Чевой-то на счета в местный банчок не капает. Может, на более солидный швейцарский банк какой-нито поступает?

Вот так и влип, «асс по вербовке», ибо порой вовремя надо из рисково-прибыльного дела выходить, и ноги подальше и побыстрее уносить. Целей будешь.


Так что на этой нравоучительной, но оптимистической ноте хотел бы и закончить.

С наилучшими пожеланиями и до новой встречи в следующей новелле, уважаемый читатель или читательница.

НОВЕЛЛА № 16

КРАСНЫЙ НИНДЗЯ


Коль попала нога в колесо - пищи, но беги

Русская народная мудрость


Для тех, кто, к его/ее личному сожалению, или к счастью (это кому как удобнее оценивать) не родился сразу японцем, или не сумел в последующей жизни приобщиться должным образом к японской культуре, сразу поясняю, что в японской лингвистике понятие «сиро ниндзя» - «красный нинцзя» означает тайного бойца, борющегося за правое дело.

Ну, а для современных российских реалий, применительно к нашим мастерам и подмастерьям тайных дел, это как бы неведомый «добрый молодец» - аналог одного из персонажей на знаменитой картине «Три богатыря». Напоминаю для тех, кто излишне оторвался от национальной культуры в период перестройки и последующего развала российской культуры и государственности, что на ней отображена легендарная и непобедимая мифологическо-историческая «оперативно-боевая группа» в составе Ильи Муромца, Добрыни Никитича и Алеши Поповича, водруженных верхом на тогдашнюю немеханизированную тягу, сиречь на старинных боевых животных типа конь. А, может, и кобыл. Я не проверял, ибо в зоологии не специалист. Каждый на своего собственного животного, естественно. По отдельности.

При этом, с учетом конспиративных требований, образ современного героя не отображен на полотне с лицевой стороны, в натуре, для любования патриотически настроенной общественности, а как бы пребывает временно в тени, оконтурен или просто домысливается где-то за подрамником, с обратной стороны холста. По сложившейся традиции, станет известен широким слоям населения, скорее всего, только посмертно. Да и то, если повезет. Впрочем, на практике исключения всегда бывают и в ту, и в другую сторону. Например, достаточно вспомнить об Анне Чапмен. Внешне, конечно, не богатырша, зато обаятельная и привлекательная. Во всяком случае, по профилю целевой заданности - для английских королевских отпрысков.

Ну вот, а теперь после предварительных разъяснений, можно перейти и к основной сути вопроса. Итак, представьте себе некое небольшое приморское государство в Юго-Восточной Азии, расположенное недалеко от экватора, а посему с достаточно жарким и влажным климатом в течение всего года. Снег аборигены видят вживую только на стенках морозильников. Ну, а в опосредованной форме, например, в кино и на новогодних открытках - это само собой, сколько хочешь, хоть круглый год и без проблем.

Про это государство даже песня есть старинная, которую один русский иммигрант первой волны, после гражданской войны, любил исполнять, типа «…в бананово-лимонном…» и т.д. Вертинский его фамилия, если не помните или вообще не знали. Надеюсь, уже догадались, о чем речь идет, а сам сообщить напрямую не могу, не имею права, ибо конспирацию завсегда блюсти надо, даже в художественной форме. Как учили в Тайной Военной Академии, даже если все и так знают, один хрен - главное, чтобы информация не исходила лично от Вас!! Разведывательная заповедь «намбер уан!» (Number 1 - пер. автора ). Кстати, несмотря на песню, лимоны почему-то в этом государстве не растут, зато бананы - на каждом углу, как у нас лопухи с крапивой.

Да, так вот. Наберитесь терпения и пойдем взглядом дальше по тексту, в сторону основной содержательной части. Представьте себе такую вот сцену, взирая на нее первоначально как бы с высоты птичьего полета.

Под раскаленным уже с утра тропическим солнцем, быстро взбирающимся по хрустальному куполу небес прямо над столицей этого небольшого государства, вы увидите большую группу людей, пожалуй, почти в две сотни голов, облаченных в одинаковые белые кимоно. Это людское стадо дружно и дисциплинированно рассекает урбанистическую местность, вбивая в размеренном беге свои босые пятки в расплавленный асфальт узкой улочки «чайна-тауна» - китайского квартала, окаймленной по обеим сторонам двух-трехэтажными домами с традиционными магазинами, лавками и закусочными на первом этаже, а также с характерными для южных китайцев торчащими из стен шестами, на которых сушится белье.

В бегущей толпе всех возрастов явно доминируют спортивного склада взрослые мужчины азиатского обличья, кое-где разбавленные подростками, а то и вообще лицами женского пола. Если бы птица в полете спустилась пониже, то она бы обратила внимание на то, что все белые кимоно на груди были украшены по вертикали одинаковой иероглифической надписью с названием одного из местных клубов карате-до.

Впереди колонны, как и положено, бежали предводители-сэнсеи с мощными бугристыми треугольными спинами и выпуклой грудью, распирающими кимоно, с трудом удерживаемые в запахе черными поясами, за ними менее мощные силуэты, подпоясанные коричневыми поясами, потом фиолетовыми, а замыкала колонну небольшая группа в основном как бы внешне хиловатых фигур с белыми поясами, пересеченными вертикальными черными полосками. И уж совсем в конце тащилась небольшая группа щуплых новичков - в основном детского возраста, с ничем не запятнанными белыми опоясками.

Заметно возвышаясь над группой малышей, колонну завершал, в соответствии со спортивным рангом, молодой мужчина явно чуждого местному антуражу европейского обличья, худощавый блондин, с розовым, облупившимся от солнца, покрытым веснушками носом и прозрачно-голубыми «рязанскими» глазами, уже изрядно взмокший от жары, усердия и непривычной обстановки.

Новоиспеченный адепт и неофит карате, всего две недели назад прибывший в страну и еще толком не успевший акклиматизироваться к удушливым тропикам, официально был аккредитован в местном Министерстве внутренних дел как собственный корреспондент одной малоизвестной российской газетенки вроде бы умеренно-центристской направленности. Впрочем, если покопаться серьезно и чуть поглубже, то могло бы быстро выясниться, что руководство данной газеты, боюсь, даже не подозревает о наличии собственного зарубежного корреспондента, да еще в столь экзотической стране. Зато всплыл бы не совсем литературный антураж предыдущей деятельности начинающего каратиста, как бы скорее с профессионально-военным уклоном, да еще к тому же в несколько специфичной области информационного обеспечения читающей публики в погонах и без них. Из той, что явно или тайно рулит страной и армией со своих капитанских мостиков и кресел.

Судя по закрытому досье, еще не успевшему распухнуть в процессе оперативной работы, голубоглазый блондин по профессионально-биологической градации относился к семейству свежеиспеченных выпускников Тайной Военной Академии, к тому же довольно редкого для армии подвида, по причине еще не полного изжития либерально-демократических заблуждений молодости. По профилю подготовки в военном училище и по диплому в прошлой, доразведывательной жизни числился техническим специалистом в области чего-то ракетного.

Однако ракет на него в армии не хватило, порезали еще при Горбачеве по весьма убедительной просьбе американцев. Так что пришлось до учебы в Академии заниматься техническим обслуживанием чего придется, из того электронно-механического, что в армии еще как-то сохранилось. В результате постоянных реорганизаций и частых кадровых перемещений из части в часть довольно быстро потерял ориентировку в том, к какому роду войск мог бы себя уверенно отнести. Хранившиеся дома в Москве отдельные фрагменты воинского обмундирования также не проясняли картину, так как выдавались в постсоветский период эпизодически и явно не создавали по цвету и фасону единый ансамбль.

Слава богу, хоть в Академии появилась какая-то стабильность, и вполне твердо и уверенно на данный момент можно было считать себя представителем самой романтичной и мужественной профессии в мире, занимаясь настоящим делом для настоящих мужчин.

В общем, повезло ему несказанно, ибо, как известно, РАЗВЕДКА - это единственная в мире область деятельности, позволяющая полностью реализовать все способности и задатки человека.

Журналистом, правда, стать он никогда не мечтал и не планировал, даже не предполагал в прошлом. Литературными дарованиями вроде бы тоже особо не блистал, по крайней мере, в школе выше четверки за сочинения и даже изложения никогда не получал. Но так уж получилось, как говорится, не по плану, а просто в силу производственной необходимости. Ибо разведывательная жизнь тем и интересна, что всегда полна неожиданностей. И смелых экспромтов и экспериментов для заполнения внезапно возникающих по всему свету оперативно-кадровых дыр и вакансий, так сказать, в рамках гибкой кадровой политики, в ней всегда хватало.

Конечно, новая сфера деятельности была весьма интересной, романтичной и, на первый взгляд, открывала массу перспектив. Тем более храня в памяти великий прообраз Рихарда Зорге, добившегося немалых успехов под крышей журналистики на загранично-разведывательном поприще. Опять же, на том же самом Азиатском материке, хотя и в другом его углу, то бишь в Японии. Это я просто напоминаю про географию, если уже забыли. К тому же и сам начинающий разведчик относился к энтузиастам неформальной деятельности, не соответствующей официальному статусу пребывания в стране. В Москве, в полученной по выпуску казенной квартире, на самодельных навесных книжных полках домашней библиотеки стройными рядами и шпалерами были выстроены собранные за несколько лет активной подготовки к тайной деятельности сотни увлекательных отечественных и иностранных художественных книг по профессионально-шпионской и героико-романтической тематике.

Сия квартира от кухни до туалета была также обильно увешена вперемежку портретами лучших мировых разведчиков и агентов 20 века - отечественных и иностранных, которые перекочевали в нее из комнаты в академическом общежитии. Правда, в «общаге» они были представлены в более строгом порядке, после инспекционного визита начальника учебного курса, в соответствии с его последующим строгим и прямым указанием - снять и сжечь накопленные портреты гнусных представителей иностранных спецслужб - шпионов, террористов, предателей и провокаторов, наймитов империализма и неоколониализма, оставив только светлые лики советско-российских патриотов-разведчиков - борцов за мир во всем мире, за счастье трудового народа, а ныне, не исключено, где-то и «новых русских».

Конечно, идеологически чуждые физиономии в личной коллекции все же удалось сохранить, подобрав подходящий благоприятный момент на основе разумного компромисса в ходе последующих переговоров с руководством, базируясь на принципы демократии, гуманизма и человеколюбия. То есть курсовое начальство пошло на сделку с оперативно-воспитательной совестью, согласившись оставить в живых портреты заморских врагов Отечества, но при условии проведения твердого водораздела между двумя лагерями, разместив коллекцию на противоположных стенках по двум категориям.

С одной стороны, так сказать, в красном почетном углу - «Галерея славы наших российских и советских героев-разведчиков» - от полковника Марченко до Льва Маневича, Мрочковского и еще действующего послевоенного поколения, естественно, пока в масках. Не говоря уже об иностранных товарищах и соратниках в лице Филби, Блэйка и иже с ними, а также, естественно, народно-кинематографических героях типа Йоганна Вайса и, безусловно, товарища Штирлице, хотя оба, строго говоря, не по военному ведомству проходят.

В другом, черном и мрачном углу, заросшем паутиной и истоптанном тараканами и клопами, - «Галерея позора не наших шпионов-плохишей» (от Мата Хари и Канариса до Аллена Даллеса и Джеймса Бонда, лучше все же, на мой вкус, в облике Шона Коннери).

Скоропостижное вливание неофита в ряды «каратеков» также носило несколько незапланированный характер, на уровне смелой импровизации и вынужденного оперативного эксперимента. Дело было в том, что в местной агентурной сети резидентуры числился весьма ценный агент, который, помимо своих основных служебных обязанностей в министерстве обороны, был еще и большим энтузиастом в области восточных единоборств, носил «черный пояс» и входил в руководство этого самого каратистского клуба. Ну, а дальше, исходя из незамысловатой оперативной логики, было вполне естественным для обеспечения эффективной и конспиративной работы с ним ввести в состав данного клуба в качестве хотя бы рядового члена работника загранаппарата. Тем самым последующее руководство и связь с ценным негласным сотрудником осуществлялись бы устойчиво, красиво и элегантно, в духе классической разведывательной теории.

Был и сотрудник для этого удачно подобран. До того, как в агентурные разведчики податься, так сказать, перейти в «интеллектуалы» и «душеведы», был командиром разведроты в наших прославленных воздушно-десантных войсках. Там, как говорится, запросто кирпичи ребром ладони колол и на одной руке сто раз лежа отжимался, не говоря уже о прочих достижениях. Правда, как в кино любят показывать, кирпичи об голову не ломал, ибо разведчику голова нужна прежде всего для того, чтобы ей думать, а не только берет голубой попеременно с парадной фуражкой носить. И, соответственно, ее беречь надо от возможных повреждений. После многих лет занятий боевым самбо и русбоем ему эти «карате-до» детским садом казались. Как говорится, игры для младших школьников и выпускной детсадовской группы. Но, коли начальство сказало, что для дела надо, значит надо. Куда денешься. Оперативную дисциплину, блин, треба соблюдать безукоризненно. На том разведка стояла, стоит и стоять будет.

За время зарубежной командировки оперработник прошел весь славный путь от рядового «каратеки» до сенсэя, от белого до черного пояса. Ну, а по служебной линии за успехи в работе с подопечным даже медаль боевую вполне заслуженно получил. На орден руководство все же поскупилось, хотя при этом, как бы, то ли извинилось, то ли посетовало, поясняя, что, мол, к сожалению, разведуемая страна не шибко велика. Было бы что-то покрупнее да посолиднее, навроде Канады или Австралии, не говоря уже о Великобритании или Германии, то дырку под орден запросто бы сверлить пришлось. Да и новую звезду на погоны заодно досрочно добавили бы.

Ну, да сами знаете. Это ведь в любом ведомстве так. Любит у нас начальство сказки душеспасительные рассказывать вместо реальных поощрений, особенно вместо весомых по размеру премиальных. В войсках еще проще говорят, что, мол «Лучшая награда для офицера - это отсутствие наказаний!». И все. Как говорится, «Вопросы есть? - Вопросов нет!». В общем, что поделать, не судьба, значится. Да и все же лучше в такой малой, но все цивилизации на разведпоприще трудиться, чем где-нибудь в безразмерной черной Африке, с ее людоедами, крокодилами, СПИДом, мухами цэцэ и прочими страстями.

Стало быть, поработал «опер» хорошо, но нельзя же всю жизнь в одной стране бессрочно кувыркаться. В нашей разведке так не принято. Да и контрразведка местная не так, как надо, воспримет такие нестандартные затяжки. Непременно какую-нибудь пакость устроит, чтобы выявленного результативного бойца за национальные границы выдворить. А то и вообще прикопать по месту пребывания. Так что срок и без того уже дважды продленной командировки к концу подошел, и потребовалась замена.

А в качестве замены любимый «Центр» на сей раз черт те что прислал. Вместо крутого, с литыми мышцами атлета совершенно не впечатляющего габаритами и статью «интеллектуала» в своих сусеках подыскал, «шибко вумного», типичного «золотого медалиста», хотя и без медали. Внешне не боевой офицер, а натуральный гражданский «ботаник». Как будто специально подбирали, по типу, работы на контрастах и для полной маскировки.

Резидент, как его воочию увидел, так чуть не заплакал. Хотел даже телеграмму оперативную срочно в Центр послать, выразить, так сказать, озабоченность по поводу странных новаций в кадровой политике, и поинтересоваться заодно, как бы в шутку, не подменили ли случайно объект по дороге злые демоны из ЦРУ.

Но нет, как вскоре выяснилось, не подменили. А пояснили, как водится у них там наверху, что в связи со срочной оперативной необходимостью и в силу сложившихся обстоятельств… В общем, как обычно, скажи спасибо, товарищ полковник, что вообще так быстро замену подобрали. И надо, мол, работать, с тем, что есть, умело воспитывать и использовать вверенный личный состав, исходя из реалий, а не фантазировать, как в дамских детективах у Дарьи Донцовой и иже с нею.

В общем, как гласит известное выражение, если нет гербовой бумаги, то пиши на той, которую достать удалось. Хоть на туалетной. Да и, в самом деле, что же Шефу, на старости лет, самолично записываться в этот самый клуб иноземных боевых искусств. И здоровья для этого уже не хватит, и контрразведка местная смеяться будет. Ей то он, ясное дело, давно известен в своем основном шпионском качестве. Изрядно наследил. Ибо, как обычно, чем активнее работаешь, тем больше следов остается. Еще и ценного агента заодно сдуру завалишь. Это будет уже полный непрофессионализм, на грани шпионского садомазохизма.

А резидентура российская, как вы сами понимаете, в этом компактном мини-государстве, конечно, не как в Ю-ЭС-ЭЙ. На пальцах бойцов невидимого фронта пересчитать можно. Так что просто физически некем больше заменить, из матерых кадров. Так что пришлось новичка срочно в тему вводить. Условно, для простоты рассказа, назовем его Костей. Вот ему шеф и говорит незатейливо, как учили. По-военному. В стиле «Ура, и вперед!».

-Мол, повезло тебе, Костя, несказанно, с ходу в боевую работу включиться. На самом острие будешь. Стало быть, не подведи высокое доверие. Родина от тебя подвигов ждет. Ты же Офицер и Разведчик с большой буквы, парень. И если будешь, как следует, стараться, то все пойдет путем, и вернешься в Москву на белом коне, осиянный славой. А медаль уже в «стекляшке» дадут (это в той, которую напрасно печально известный и, к сожалению, пока живой Резун «аквариумом» обозвал). Поскольку прямо на месте, здесь же, не отходя от кассы, не можем. Конспирация, однако.

В общем, так и попал новичок, как кур в ощип. Прямо на первом же занятии. То есть пришел, как выяснилось, сразу на общегородскую клубную тренировку, которая обычно, по традиции, раз в месяц проводится. И на нее каратеки из всех городских филиалов собираются. Скопились всем табором возле центрального здания клуба, переоделись быстренько в белые кимоно с фирменной клубной надписью, построились по рангам, титулам и спортивным заслугам. А потом всем организованным стадом, да еще босиком, пришлось бежать три километра по городу на побережье, где под пальмами и раскаленным солнцем общеклубная тренировка проводится.

Внешне, конечно, весьма красиво и зрелищно получается, когда две сотни довольно крепких особей мужского и женского пола и разного возраста (от 8 до 60) энергично и синхронно, по команде, отдельные бойцовские движения руками и ногами в разных плоскостях выписывают. Специальные комплексы демонстрируют, которые в карате «ката» называются. Ну, и зевак соответственно быстро набежало, весь пляж вокруг оцепили, так что не сбежишь.

А сбежать очень хотелось. Красиво то оно красиво, но только со стороны. Во-первых, славянский неофит эти отточенные движения ранее только в кино видел, ну, может, слегка в военном училище в упрощенном варианте тренировал на занятиях по боевому самбо. Типа того, как захват с броском для защиты от удара ножом сверху «делай раз, делай два». В общем, если бы не спеша да присмотреться, то можно было бы запросто скопировать. Да вся беда в том, что сэнсей командовал по традиции по-японски. Рявкнет чего-то непонятное, а все тут же рукой или ногой - удар или блок, да еще с каким-нибудь вывертом. А тут пока уловишь с запозданием, чего другие делают, да начнешь сам воспроизводить, он, зараза, уже следующую команду выкрикивает. Слава Богу, хоть в одном повезло. Что командующий в его группе сэнсэй не подведомственным агентом оказался. А то как бы потом смог построить с ним нормальные рабочие отношения после такого позора.

В общем, уже через десять минут новоиспеченный каратека весь взмок и явно перегреваться начал от волнения и напряжения. Даже близость моря не помогала. На одной офицерской злости держался. А потом вообще к комплексам бойцовских упражнений перешли, их обычно на экзаменах "на классность" в карате сдают, которые «ката» называются. Тут вообще все вразнос пошло, уж и не помнит, как жив остался, все как в тумане перед глазами плыло. Но чего-то все же, видимо, изображал, до конца продержался, и даже с тренировки сам добежал назад до раздевалки.

В общем, полную героичность личности русского воина в любых непривычных условиях продемонстрировал заморским туземцам. Как потом выяснилось, он на этой тренировке вообще единственным новичком оказался.

Ну, а потом втянулся постепенно, и даже где-то понравилось. Чего-то постепенно получаться стало. И словарь команд на японском сам составил, и наизусть заучил. Не сразу, конечно. Досрочную «акклиматизацию» прошел по изучению города. То, на что обычно по несколько месяцев тратят, да еще с помощью опытных коллег, пришлось в ускоренном порядке самому проходить. И самое главное, сумел с «клиентом» нормальные отношения построить. Ибо больше всего поначалу боялся, что связь с «подопечным» сразу не заладится по причине несоответствия спортивных квалификаций и достижений. И на этом сразу конец придет разведывательной карьере. Но обошлось без экстрима и излишних стрессов. Видать, Разведывательный Бог все же благоволит к русичам. Решил по быстрому ситуацию разрулить, по своим божественным понятиям.

А «испытательный этюд» нарисовался следующим образом. На второй же тренировке в филиале клуба, перед ее началом, решил новый «руководитель» себя в этом качестве агенту представиться. Ну, как обычно, пароль, отзыв и т.д. В общем, в технологию этого процесса детально вдаваться не буду, а то еще, не дай бог, какую-нибудь профессионально-разведывательную тайну ненароком выдам. Ну, подойти то подошел, естественно, слегка на ватных ногах, все же первый раз в жизни живого агента сподобился лицезреть. Понятное дело, должной уверенности на морде не сумел нарисовать. Как в Академии учили - на встрече с агентом требуется выглядеть так, как будто по мраморным ступеням с ковровой дорожкой прямо из Кремля к нему только что сошел. Опыт в таком деле актерский ой как нужен. Ничем не заменишь, ибо в большинстве случаев разведчиком не сразу рождаешься. В генах, к сожалению, не заложено.

Да, а агент, естественно, такую слабину в шпионской ауре сразу чувствует. Оглядел кандидата в вожди каким-то странным взглядом с головы до ног, хмыкнул, но по морде ничего не прочтешь, азиат все-таки. И так это коротко и как бы нехотя говорит.

-Ладно, я понял. Потом поговорим, после тренировки. - И как то хищно при этом усмехнулся. Хотя, может, это Косте так показалось, в его сумеречном состоянии.

Началась тренировка, как обычно, с разминки. Потом отработка ударов руками и ногами пошла. Потом упражнения на растяжки. А затем, уже под занавес, сэнсэй, он же тайный агент, вдруг заявляет.

-А давайте те ка, ребята, оценим наглядно свои достигнутые успехи.

И добавляет, что мол, давно уже созрели для спарринга. Бесконтактного, естественно, ибо клуб только на таких специализируется. Удары только обозначаются, но не наносятся. Т.е. без соприкосновения с телом и физиономией противника.

Поскольку Костя только второй раз на тренировку пришел, то, ясное дело, решил, что на него это не распространяется. Новичок все же, рано еще. Сел на пол в общий круг зрителей вокруг ристалища. Взирает, как первая вызванная пара, как петухи, на глазах у общественности друг друга старательно охаживают. Потом самый шустрый из них, то ли сознательно влепил партнеру в грудную клеть прямой правый, то ли партнер сам неудачно подставился. Весьма увесистый удар получился, без всякой имитации. Сэнсэй тут же среагировал, и обоим отжимания на кулаках назначил. По тридцать раз. Одному за нарушения правил, второму за недоработки на тренировках. Мол, учитесь блоки как следует ставить, сколько раз можно говорить.

А пока те отжимались штрафные 30 раз, вызвал вторую пару. Оба китайцы, оба с фиолетовыми поясами, но заметно друг от друга отличаются. Один явно крутой из себя. Необычно высокий для китайца, самоуверенный, даже наглый, и второго заметно в технике превосходит. Достаточно сказать, что на тренировке запросто вертикальный шпагат делал. Ну, и начал партнера по спаррингу ногами с разворота по ушам охаживать. Только грязные пятки в воздухе свистят и голова у «клиента» в такт терпеливо и однообразно качается. А сэнсэй, как ни странно, бой не останавливает, и даже замечания за явные жесткие удары не делает. Как бы просто со стороны любуется.

Потом, вдруг, как будто спохватился. Остановил бой, и говорит куда-то в пространство, как бы не глядя.

-Я думаю, в этом поединке все понятно. А вот было бы интересно посмотреть, как сработает в этом случае наш иностранный коллега.

И тут же весьма выразительно на Костю уставился. Стало быть, проверить решил волевые качества и сообразительность русского офицера. С кем мол, работать придется, и стоит ли.

Оно, конечно, можно было бы просто скромно отшутиться, что не созрел еще. Но, с другой стороны, по их китайским меркам, эта такая «потеря лица». С таким реноме явно работа с клиентом не пойдет. В общем, расклад понятный. Или пан, или пропал, как говорится. Хоть умри, а победить надо. Встал Костя обреченно напротив китайца-победителя, а тот уже злорадно зубы скалит. Представляет, как сейчас «ян гуицзы» (заморского черта) разделывать будет. Слегка пританцовывая от нетерпения, ножки разминает. Красуется перед зрителями, урод косоглазый.

Взглянул Костя на его ступни грязные, и память услужливо вытолкнула, как эти немытые ноги предшественнику по ушам стучали. И вдруг просто всколыхнуло всего. Приступ бешенства и холодной ярости затряс все тело. Мощный прилив адреналина. Наверное, как у викинга-берсерка перед атакой. Видимо, тысячелетние гены воинов-предков о себе напомнили. Которые за тысячу лет существования Русского государства кого только не бивали: и немцев, и шведов, и французов, и печенегов, и половцев, и татар, и турок, и мадьяр, японцев, и тех же китайцев. Всех и не упомнить.

В общем, хоть ранее мастерством в рукопашном бою не блистал, но тут просто какая-то неведомая сила подхватила и понесла. К тому же некоторый опыт уличных драк у него все же был. Куда ж без этого на Руси. Иначе не выживешь. И с девкой по улице по молодости не пройдешься. Только китаец начал по привычке ногой разворот для удара делать, как Костя под эту ногу поднырнул и прямо с прыжка со всей дури вломил спарринг-партнеру в солнечное сплетение. Оно, конечно, сподручнее и надежнее было ниже пояса ему врезать, чтобы больше не куражился и грязными пятками на русского офицера не замахивался. Но нельзя. Не положено. Как бы не спортивно будет. Не в реальном бою все же. Впрочем, и этого с лихвой хватило. Китаеза только крякнул и тут заваливаться на спину начал.

Сэнсэй даже опешил от неожиданности. Видимо, такой развязки совсем не ожидал. Даже продолжать тренировку не стал. Вспомнил только про три поклона традиционных в конце тренировки, и дал команду расходиться. Ну, и помощь пострадавшему оказать. А наказывать Костю не решился. Понимает, что сам маху дал со своими экспериментами. Попросил только Костю к себе подойти, в сторонку от публики, мол, как бы обсудить возникшую проблему.

Извиняться, конечно, сэнсэй не стал за свое не джентльменское поведение. Впрочем, чего с азиата возьмешь. Но зато смотрел теперь на Костю с заметным уважением. И лаконично пояснил.

-Думаю, что мы сработаемся, как и с вашим предшественником. Условия сотрудничества, надеюсь, не изменились.

Затем агент немного поколебался, и все же добавил.

-Кстати, после вашего спарринга, у меня сложилось впечатление, что вы неплохо подготовлены в боевых искусствах. Извините за любопытство, но зачем вы это скрываете?

Костя многозначительно пожал плечами и с непонятно откуда возникшей, но простительной нагловатостью победителя, в стиле Остапа Бендера, пояснил.

-Работа такая. Да и внешность позволяет. В свое время в Японии славились бойцы-невидимки, которых называли нинцзя. Зачастую можно добиться лучших результатов, когда противник не знает о твоих способностях.

-О да. Вы, конечно, правы. Я многое читал об искусстве нинцзюцу. Среди них были не только наемники, готовые выполнить за деньги любое задание, но и те, кто воевал во имя справедливости. Против сил Зла. Их называли «сиро нинзця» - «красные нинцзя». Для меня вы теперь будете ассоциироваться с таким «сиро нинзця».

-Я думаю, то же самое можно сказать и вас. Будем воевать вместе против сил Зла, - заявил Костя. И прозвучало это вовсе не высокопарно. Это было просто констатацией факта для будущих соратников по тайной борьбе.

НОВЕЛЛА № 17

ЛИНГАМ


Горе сердце снедает,

Коли добрым друзьям

Не поведаешь тайны свои

Хамавал (поэт-викинг)


Где-то на краю Земли, лежащей на трех престарелых, ушастых и клыкастых слонах, попирающих гигантскую древнюю черепаху, спящую в Мировом Океане, под многоярусным хрустальным куполом, украшенным Солнцем, Луной и Звездами, великий и могучий создатель и вседержитель Вселенной сам Господь Бог, в неисповедимой и неизъяснимой благости своей отвел место и маленькому туземному государству.

Оное государственное образование, естественно, входило в «зону жизненных интересов» некой мировой сверхдержавы под звездно-полосатым флагом, а также по исторической инерции и забывчивости начальства пока почему-то не выпало из поля зрения славных и некогда грозных российских спецслужб.

А главной причиной такого двустороннего внимания, так сказать, основным военно-стратегическим аспектом проблемы, являлось возлежание оной страны у перекрестка двух океанов и нескольких морей. Мимо нее день и ночь проходили и проплывали всякие заморские суда и корабли, и большие, и малые, и мирные, и военные, и поодиночке, и целыми караванами и стаями, а некоторые даже в местный порт заходили. Как-то раз даже агромаднейший американский авианосец почти неделю на рейде маячил, и ихние матросики в детских панамках всю эту неделю по местным подпольным кабакам не просыхали, и всех местных «путан», «ночных бабочек», «постельных фиалок», «райских птичек», и даже отдельных жен правоверных доходами на год вперед обеспечили. Может, правда, американские гости тоже кое-чего на обмен получили при близком знакомстве с туземными дивами? Сами знаете, как в этих тропиках бывает… То, что аборигенами вроде как насморк переносится, на иностранцев может так повлиять, что потом и нос и кое-что пониже талии совсем отвалится.

В общем, все надо правильно понимать и учитывать в раскладе мировой политики, в том числе и корабли, и «насморк».

В этом же контексте вездесущие и загребущие американцы одно время всерьез собрались здесь на постоянное жительство прописаться, например, обзавестись собственной недвижимостью в виде небольшой такой военно-морской базы или пункта базирования для своего бродячего по всем морям и океанам флота. Для этого мероприятия решили даже островок у побережья ангажировать, как бы в долгосрочную аренду взять лет на 99. Естественно, хотелось бы поближе к столице, чтобы морякам было бы где в цивилизованных условиях по злачным местам на суше расслабиться после долгих скитаний по водным хлябям, как в нашей песне поется «по морям, по волнам, нынче здесь, завтра там…». И план строительства успели составить - причалы, волнорезы, склады, подъездные пути, навигационное оборудование, оборонительные сооружения, включая береговые артиллерийские и ракетные позиции, сетевые и боновые заграждения на входе в акваторию, а также штабные постройки, узел связи, жилой комплекс и т.д., в общем, по полной программе, как у военных моряков положено.

А к военно-морской базе спланировали также небольшой аэродромчик пристроить, или, по крайней мере, в местном международном аэропорту пока уголок скромно занять, а потом его постепенно расширить и нарастить, да взлетно-посадочную полосу удлинить, чтоб на нее можно было бы большой и толстый бомбардировщик или транспортник посадить, не говоря уже о хищно-стройных клювастых истребителях. Кстати, и для укрепления семейных отношений полезно. Пока моряки с корабля на берегу кантуются, к ним, если очень хочется, заодно любимые жены могут быстро примчаться ближайшим авиарейсом. А то и сам морячок в краткосрочный отпуск в Штаты может столь же быстренько махнуть тем же самолетом туда и обратно за время стоянки.

Конечно, к этому комплексу для полноты не мешало бы еще и центр или станцию электронной разведки добавить, чтоб уж совсем по-современному выглядеть. Да с помощью этой станции радио и радиотехнической разведки под полный контроль проливную зону и ближайшие акватории взять, чтобы всяко разные морские водоплавающие не американского происхождения вне поля зрения мимо не шастали. А если еще несколько пусковых установок противокорабельных ракет в берег воткнуть, да дивизион зенитных комплексов «Пэтриот» в небо уставить, тогда уж точно полная и окончательная безопасность в регионе воцарится, и, как говорится, смело и с полным основанием можно петь на все четыре стороны света «Юнайтед стэйтс, юбер аллес…» («Америка превыше всего»).

В плане предварительной подготовки к реализации сего грандиозного и перспективного проекта с местными верховными вождями была довольно результативно разъяснительная работа загодя проведена с передачей для большей убедительности дополнительных весомых аргументов в виде пухлых конвертов в личные руки, или с трансфертом многонулевых сумм на счета в надежные и молчаливые парижские, лондонские и бернско-женевские банки, или по стандартной международной схеме в аналогичные финансовые институты на Каймановы острова и т.п. малые и странные административно-географические образования.

Ну а с российской стороны, в связи со всем вышеупомянутым, так сказать, в плане реализации результатов военно-стратегического прогнозного анализа перспективного развития ситуации, тоже мимо этих фактов не прошли. Вот почему в столице оного государства, на территории посольства под бело-сине-красным флагом («Бесикр») и туземными пальмами укрылась некая тайная оргструктура, укомплектованная лучшими, но, к сожалению, безымянными представителями российского воинского люда.

Замаскированы они были незатейливо и традиционно, как уже отмечалось ранее, под «крышей» различных российских организаций. А реально, конечно, посвящавших почти все свое служебное, и где-то даже личное время, можно сказать, вполне бескорыстному (в связи с длительным недополучением государева денежного довольствия, одежи и корма) служению Отечеству на тайном экзотическом и в чем-то даже эзотерическом поприще.

То есть налицо, в натуре, как бы исторический анахронизм и раритет по нынешним временам, видимо, божьим промыслом временно спасенный от реформ и реструктуризации. Да еще не где-нибудь на Новой Земле, вдали от всевидящей и любопытной демократической общественности, а на заморской территории, прямо под носом у международных организаций, ЦРУ и американского госдепа. Явно международный непорядок и чей-то серьезный недосмотр.

Конечно, сей российский военно-разведывательный комплекс не вчера родился и имел длинную предшествующую историю становления.

Начало ей было положено еще при царе-батюшке, когда тут императорское генконсульство изволило располагаться и, как тогда выражались, некоторые прикомандированные военно-морским штабом секретные сотрудники особые разведочные задачи выполняли по освещению эвентуального и действующего противника в политической, географической и военной сфере, особливо по флотским делам.

Ну а после укрепления большевиков не только внутри СССР, но и на международной арене, эти же разведзадачи по наследству к молодой военной разведке столь же юной Рабоче-Крестьянской Красной Армии перешли. Долгое время, правда, этот разведывательный аванпост особым многолюдьем не отличался, весьма скромными силами вполне обходился.

Однако с конца 60-х годов, когда остановка на Дальнем Востоке и в Юго-Восточной Азии для нас осложнилась (и с Китаем нелады, и американцы во Вьетнаме чего-то во всю свою гегемонистскую мощь разбушевались), до этого весьма компактный аппарат порешили все же на всякий случай нарастить. Главные разведывательные вожди, собравшись в Москве в своем «большом стеклянном вигваме», прикинули, что не худо было бы на нейтральной территории, где-то слегка вдали от основной круговерти и пальбы, что-нибудь навроде региональной разведывательной базы сотворить.

А с нее, в спокойной обстановке, не отвлекаясь на местные проблемы, и без особых наездов со стороны местной контрразведки, можно было бы повнимательнее за действиями, так сказать, глобальных и региональных гегемонистов и агрессоров понаблюдать. На профессиональном языке это называется «вести разведку с территории третьих стран». И заодно что-то вроде транзитного перевалочного пункта для переброски и легализации нелегалов здесь организовать, при местных безалаберных порядках и примитивном состоянии учетности это тоже привлекательно и перспективно выглядело.

Вот так и разбух загранаппарат со всеми сопутствующими аксессуарами, и довольно долго в таком состоянии держался. До тех пор, пока перестройка с новым мышлением и последующим развалом государственности не грянули, и, соответственно, за собой и развал разведсистемы принесли. Стал загранаппарат сокращаться и съеживаться постепенно, как шагреневая кожа. Но, слава богу, что хоть вообще не прикрыли, как многие другие по всяким слаборазвитым странам. Стало быть, пока еще оставался на плаву, как одинокий, потрепанный временем и невзгодами разведывательный корабль, с поредевшим, но зато опытным и энергичным экипажем, в далеком автономном плавании, правда, уже при истощающихся запасах и все с большим переходом на подножный корм.

Ну, закончив кратко с полиграмотой, для полноты окраски ситуации надо бы еще несколько слов вставить про тамошнюю природу, включая метеообстановку, флору и фауну. Большая часть территории страны покрыта горами и холмами, буйно заросшими всякой тропической зеленью, с отдельными вкраплениями деревенских поселений - небольшими скоплениями бамбуковых хижин на высоких деревянных столбах, покрытых пальмовыми листьями. Кое-где тропические заросли и холмы рассекают дороги и тропы, соединяя между собой редкие деревушки, живущие до сих пор почти без изменений и с минимальным воздействием современной индустриальной и информационной цивилизации, по своим кондовым вековым традициям и нормам, разбившись по племенам, родам и кланам, некоторые до сих пор застрявшие где-то в каменном веке.

Лишь узкая полоса вдоль побережья являет собой разительный контраст с остальной территорией страны. Главное место на этой цивилизационной полосе занимала столица страны, практически единственный в ней крупный город, соответственно он же единственный и главный политический и экономический центр, с международным аэропортом и с быстро растущим портом, вокруг которого в свое время и образовался сей анклав государственного строительства.

Вся эта горно-зеленая безбрежность и городской пейзаж по несколько раз в день, правда, недолго, обычно сеансами по 15-20 минут, добросовестно и обильно, как из лейки или даже скорее как из большого ведра, поливались в плановом порядке с небес водными хлябями, как это и положено в тропиках. Ну и, естественно, раз в год где-то в феврале начиналась тропическая зима, в виде занесенных в течение месяца мрачными тучами небес, с которых уже все 24 часа в сутки с небольшими перерывами и лило, и лило, и лило, сплошной стеной и дождевой завесой, на рукотворные и природные объекты, на дома и на лужайки, на людей и на зверей, на лежащих и на бегущих, под зонтами и без, в общем, на всех, кому негде было укрыться, или по делам пришлось под открытое небо выходить.

Спасаясь от муссонных дождей, всякие ползучие, прыгучие, карабкающиеся и прочие твари, особенно змеи и ядовитые жабы, надолго лишившиеся своих пристанищ и нор в земле, наглухо залитых дождем, устремлялись на возвышенные и, по возможности, сухие места, в том числе поближе к человеческому уюту и теплу, под надежную непромокаемую крышу, что создавало некоторые неудобства для проживания, особенно для заезжих интуристов, бизнесменов и дипломатов, и в первую очередь их излишне впечатлительных и эмоциональных жен. Особенно дурной славой пользовалась небольшая красивая змейка под названием «семь шагов», после укуса которой, по местным преданиям, человек проходил всего семь шагов и падал навсегда и замертво.

От оных напастей не спасали даже высокие столбы, на коих стояли хижины в сельской местности, и в которые, вместо традиционных лестниц, надо было карабкаться по бревну с грубо насеченными ступеньками. Оное бревно, естественно, в такой сезонный период обычно убиралось во внутрь дома. Не спасала даже скудность домашней утвари, в виде пары-тройки плетеных из пальмового лыка циновок и общесемейных нар, а также грубо обожженных, с примитивным орнаментом, глиняных горшков, среди которых трудно было запрятаться. Ну, а ящерицы и громадные мохнатые ядовитые пауки, размером с человеческую ладонь и очень прыгучие, так те вообще круглый год не переводились, и не собирались оставлять людей в одиночестве, без своей опеки и внимания.

Невоспитанные горно-тропические твари в такой дождливый период большими массами перебирались и на городской пленер, с удовольствием осваивая даже многоэтажные небоскребы, лихо и с интересом изучая пользование современными высокоскоростными лифтами, не говоря уже об обычных лестничных переходах, дружно поселяясь без особой стеснительности и без приглашения большими семьями, с детьми, внуками и другими ближайшими и отдаленными родственниками в многокомнатных городских квартирах под кроватями, в шкафах, в ванных и туалетах, превращая дорогие человеческому сердцу пентхаузы в обычные змеиные коммуналки.

В стране по какой-то небесной договоренности соблюдался и некоторый устойчивый температурный режим, круглогодично в диапазоне от + 26 до +36 градусов по Цельсию, как будто господь бог самолично следил за термометром, лишь иногда слегка перемещая стрелку на термостате в сторону повышения. Кстати, вдоль хорошо продуваемого побережья эта температура особо и не чувствовалась, а незначительные ее перепады обеспечивали быструю привыкаемость для иностранцев, и дополнительный душевный и телесный комфорт. Ну а в сезон дождей из-за постоянной сырости и этих градусов было маловато, приходилось даже во что-нибудь утепленное и шерстяное кутаться.

Теперь еще добавим вставку про туземный народец.

Ну, во-первых, что касается численности населения, так тут трудно что-нибудь определенное сказать. Плодятся, конечно, и размножаются, как Господь заповедал, ну не как кролики или кошки с тараканами, но все же довольно быстро. Это даже на глаз заметно, если хотя бы несколько лет подряд понаблюдать. Причем, несмотря на всякие заразно-эпидемические и паразитарные заболевания, которые, как обычно в тропиках, свободно гуляют и народ от мала до велика изрядно косят, без особых помех со стороны национальной системы здравоохранения, которая тоже пока в зачаточном состоянии пребывает. Даже министерства здравоохранения нет, не говоря уже о современных больницах и страховых медицинских полисах.

А живуч народец тамошний от того, наверное, что биогенетика сильная. Так сказать, в духе современных теорий Вернадского-Гумилева, местных туземцев можно к пассионарным нациям отнести. Как бы еще на пике исторического развития находятся, еще весьма далеко от упадка и вырождения. А может, просто, еще не очень цивилизованные и теорию биогенеза не изучали, вот она на них и не действует.

Во-вторых, хотелось бы кратко упомянуть про национальный, то есть этнический состав населения. Все население страны можно было бы условно в этом плане разделить на три категории: древнее коренное, так сказать, автохтонное население, укоренившиеся эмигранты (уже не в первом поколении здесь осевшие) и новопришлые мигранты. Конечно, если по национальностям и расам их попытаться разделить, то совсем можно запутаться. Все ж на Земле, наверно, где-то всяких наций и народностей, в общем, разных этносов, тысяч пять можно насчитать, а может и поболе. И многие из них на местных землях представлены, да еще и перемешаны друг с другом изрядно.

В третьих, по религиозному (конфессиональному) составу кое-что надо добавить, так сказать, по теологическо-идеологическим общественно-государственным устоям пройтись.

Когда-то в древние времена в ходе победного марша арабских завоевателей по трем континентам, разносивших по миру истины пророка Мохаммеда на конце копья и на лезвии сабли в ходе священной войны против неверных кяфиров и гяуров, какие-то исламские конкистадоры и проповедники, взнуздав корабли и надув паруса, добрались по морю, аки по суху, и до описываемых территорий. И, видимо, столь неизгладимое впечатление произвели на тогдашнее местное руководство, что оно поспешило добровольно от своих языческих заблуждений отречься и встать под зеленое знамя пророка со всеми своими подданными. Правда, это новое верование вначале только по верхам пошло, и лишь постепенно в среде чиновников, торговцев и воинов утвердилось.

А племена в горах и джунглях, относящиеся к древнему автохтонному населению этого региона - к аустро-полинезийской расе, что-то не очень радостно к теологическим новациям отнеслись, и до сих пор в основном в языческом невежестве пребывают. Особенно непонятно им было, как это можно целый месяц в году с восхода до захода солнца без пищи перебиваться, и почему поросят нельзя есть, когда они очень удачно в местных деревнях прижились и основу мясного рациона составляют. Нельзя же все время только соседями питаться, этак все друг друга быстро переедят, даже поговорить не с кем будет, и вообще, что потом на земле останется, кроме тараканов?

А еще неприлично мужчине собственную гордость на конце рубить, не для того ее выращивают и используют. Молодежь мужского пола в деревнях до совершеннолетия зачастую даже без набедренной повязки в общественных местах появляется, чтобы потенциальные невесты и их уважаемые родственники могли воочию убедиться, что мужское развитие нормальным путем идет, и за появление будущего потомства и продолжение рода можно быть спокойным. В самом деле, не покупать же кота в мешке? А если размеры органов впечатляют, так тут и популярность в племени сразу возрастает, особенно среди зрелого женского пола, кои представительницы всегда готовы навстречу пожеланиям юного дарования пойти и помочь натуральным народным способом снять излишнее внутреннее давление. Естественно, и собственные родители законное чувство гордости за любимое чадо испытывают, вот мол какое чудо сами воспроизвели и вырастили, не то что у соседского ребенка. И вдруг по всему этому великолепию кремневым ножом полосовать? Непонятно! Ну, просто варварство какое то первобытное, а не религия!

Кстати, тут еще имеется некоторая связь и с древней национальной религиозной символикой. Когда-то почти в каждой деревне было небольшое святилище в виде «лингама», какому-то местному божку плодородия и продолжения рода посвящалось. Ежели кто самолично его не видел, то оный «лингам» как бы изображает символически мужской и женский органы в момент соития.

Ну, про женский орган ничего не могу плохого сказать, действительно, в чисто символическом облике изображается, можно даже малым детям до 16 лет показывать (что-то вроде круга или подставки у основания мужского органа).

А вот мужская часть статуи, на мой взгляд, с излишним натурализмом обычно выполнена. Да и размеры зачастую весьма на воображение воздействуют, особенно когда выше человеческого роста. Такое впечатление, что народный умелец вековую женскую мечту в своем творении пытался запечатлеть. То есть каким-то сексуально-психологическим сюрреализмом отдает. Надо все же, чтобы художник творил, ориентируясь на что-то более близкое к естественному природному состоянию изображаемого предмета, а то у некоторых впечатлительных девушек может неправильное представление о предстоящей семейной жизни сложиться. Да и зрелых дам, имеющих уже определенный опыт практического общения с другой частью человечества, данная скульптурная гиперболизация тоже может к неправильному сравнительному анализу подтолкнуть.

Интересны также некоторые культовые ритуалы в горных деревнях, связанные с данными изваяниями, особенно когда Праздник плодородия два раза в год отмечается. Сами понимаете, в тропическом климате уж очень все быстро растет, по некоторым продуктам можно даже трижды в год праздновать. И в такой день весь народ радуется очередному урожаю, и, так сказать, посильные жертвы богу плодородия приносит, чтобы и потом не подкачал, правда, в несколько специфичной для европейского менталитета форме. То есть в общее празднование активный личный вклад каждого половозрелого соплеменника вносится путем коллективного совокупления в общественном месте, обычно с видом на ранее упомянутый сакральный монумент.

Некоторые прихожане с повышенными религиозными чувствами и рвением уже спозаранку богослужение начинают, чтоб до вечера как бы побольше жертв успеть принести. Естественно, с постоянной стимулирующей сменой партнеров по приносимым обоюдно жертвам. Ну, скажем, может уже давно с соседской женой друг на друга глаз положили, а тут как раз удобный случай подвернулся познакомиться поближе. Или пару-тройку кандидаток для обновления или пополнения женской половины семьи присмотрел, и не мешало бы предварительно проверку провести, с психо-сексуальным тестированием на предмет пригодности для будущей семейной жизни.

И все при этом как бы по обычаям и канонам, то есть официально не придерешься. Гостей тоже, конечно, привлекают, иначе божество может обидеться, если кто-то во время церемонии вдруг «атеистом» или «еретиком-уклонистом» окажется. Кстати, это и интуристов касается, так что, если пожелаете, при оформлении тура на тамошние земли на фирме можно попросить, чтобы по срокам и месту туристический маршрут так подгадали, чтобы можно было и самим практически в оном священнодействии лично поучаствовать. Если, конечно, местных микробов и запахов не боитесь и сексуальным расизмом не заражены.

В старые времена в этот день с раннего утра обычно ритуал жертвоприношения с девственниц начинали. Поскольку дело серьезное и ответственное, как говорится, не каждому доверишь, то это почетное и священное бремя обычно на вождей и старших жрецов и шаманов племени или рода возлагалось. Тем более, что по местным поверьям, процедура «дефлорации» где-то аналогична экзорсистской процедуре изгнания темных сил из юной девичьей души и тела. Как бы их очищение происходит для будущей счастливой семейной и фертильной жизни во имя сохранения всего рода и племени. То есть речь шла не просто о каком-то инстинктивно-хаотичном акте полового общения, а о тяжелой плановой борьбе с силами зла, требующей личной смелости, мужской зрелости и высокого уровня сексуально-теологического профессионализма со стороны исполнителя главной роли. Ну, а само жертвоприношение тоже у «лингама» проводилось, в присутствии представителей широкой племенной общественности. И завершить его требовалось еще до захода солнца, ибо с наступлением ночи силы зла в еще большую мощь входили. Да и подмога к ним могла со стороны подойти, и тогда уж с ними совсем было бы не совладать.

Кстати, ритуал был полезен, заодно, и для небольшой экспертной проверки на профпригодность местного племенного и культового руководства. Ежели не победил силы зла столько раз, сколько объектов на жертвенном столе оказалось, и очередь девственниц на алтарь до захода солнца не вся рассосалась, значит, пора рядовым соплеменникам и единоверцам повнимательнее присмотреться к руководству, может даже и кадровые изменения внести. Ибо, какой же из него вождь, ежели элементарный народный обряд сотворить не может.

А за оскорбление божества таким небрежением служебными обязанностями по старым временам могли и в общественный котел отправить. Ибо после коллективного обряда социально-теологического общения аппетит, естественно, заметно возрастал, тем более, что некоторые успевали с утра не единожды в религиозном экстазе слиться. И по такому случаю не мешало бы посолиднее за общественный счет подкрепиться для восстановления энергетического баланса в организме. Вот и устраивали после захода солнца всеобщую праздничную трапезу с главным мясным блюдом из проштрафившегося вождя или шамана.

Сейчас, правда, гуманней к племенному и религиозному руководству относиться стали. Все же в двадцать первый век вступили, так сказать, в эпоху демократии и прав человека. Ну, не успел за день всех обслужить, что ж поделаешь, всякое бывает. Может, звезды на небе не так сошлись, может, попал неудачно во временной диапазон, когда в свое время был демографический всплеск. То есть дают еще пару дней после праздника на продолжение церемонии. Ну, а уж если и трех дней не хватило, тогда, конечно, по всем объективным обстоятельствам все же пора в общественный котел, или, как минимум, в отставку и без пенсионного пособия, а к надлежащему исполнению церемоний кого-нибудь покрепче и помоложе приставить.

А что касается художественных изображений «лингамов», так приезжайте прямиком в страну по турпутевке, или самостоятельно, их на местных рынках полным полно, любых переносных и перевозных через границу размеров, из камня, пластика, дерева, рогов и металлов. Есть и дорогие, из серебра, золота, слоновой кости и драгоценных камней. Очень популярны среди туристов. Ну, а сами съездить не можете, так попросите кого-нибудь из знакомых. А можно даже и через Интернет заказать, если у Вас электронный банковский счет есть, и какие-то большие конвертируемые цифры на этом счете присутствуют.

Ну, а главное, если опять же вернуться к исламу, местные племена где-то частично как бы исторически еще матриархат не совсем пережили. И в таком разе попробуй этих горных амазонок в паранджу одеть и в гареме запереть. Да они тебя самого просто съедят, и совсем не фигуральным образом, а в натуре. Да и нравы у местных дам достаточно вольные, а для мужа главное - чтобы она детей рожала, а от кого они получились, это дело второстепенное. Главное, чтобы детей побольше было, и чтобы они здоровые и пригожие росли. Есть еще в горных деревнях даже местный обычай, чтобы невесту замуж брать только после того, как она забеременеет, а еще лучше после того, как уже родит. Так сказать, пусть вначале на практике продемонстрирует, что способна свою главную жизненную функцию выполнять, тогда уже и официально можно свадебку сыграть, со всеми причиндалами и атрибутами, устроить общий деревенский праздник счастья и веселья.

Ну, а что касается шариатского права на четырех жен, так в государстве за расширение мужских полномочий в семейной жизни еще в доисторические времена, буквально со времен завершения матриархата, уже не надо было биться, то есть их количество с тех самых пор никто не ограничивал. Местные божества всегда к этому весьма либерально относились, сколько сможешь прокормить и сексуально обслужить, столько и имей, это твое личное дело, а не божественное.

Помимо исламских проповедников, с той поры кто тут только еще не бывал, буддийские, джайнистские и индуистские гуру и брахманы, католические и протестантские миссионеры и пастыри разных направлений и орденов, основатели новых современных религиозных школ и учений типа «сайентологов», «мунистов» и т.п. И все норовили свои храмы и кумирни по возвышенным местам и основным местам человеческого обитания воздвигнуть, чтобы память о себе перед новоявленной паствой запечатлеть. Правда, многоликая религиозная архитектура в основном все же только приморскую зону и столицу украшает, а в горах лишь местами присутствует.

В деревнях же темный народ перед своими деревянными идолами и божками все по-старому шаманит, и живые жертвы им приносит, иногда даже человеческие. Скажем, заблудился какой-нибудь интурист или слегка от группы отстал, туземную достопримечательность рассматривая. А тут как раз очередному божку губы кровью помазать надо, попросить у него что-то серьезное и срочно, что требует оперативного вмешательства сверху. А без приличного подарка как-то неудобно обращаться, религиозное и бытовое воспитание не позволяет. Так что как раз интурист и пригодится для соблюдения ритуала, все же категорией повыше будет, чем какой-то жертвенный черный петух или неумытый поросенок со связкой бананов. То есть вроде бы мелочь, а местному божку все же приятней, отчего ж потом не порадеть хорошему человеку, который к тебе с уважением относится. Да и национальные традиции и обычаи надо блюсти, чтобы молодежь заветы отцов не забывала, то есть воспитывать их на конкретных и наглядных примерах.

Ну и, напоследок, в прелюдии к главному разговору несколько слов об одной национальной особенности, которая сразу любому приезжему в глаза бросается. Народец тамошний раньше каннибализмом увлекался, ел без разбору всех подряд, даже женщин, то есть как дикари и варвары. А в сельской местности после этого еще и остатки пиршества в виде черепов дома на полки складывали, чтобы если гости зайдут - сразу видно было бы, что у хозяина аппетит устойчиво хороший и регулярно удовлетворяется, Значит, и сам здоров, и добытчик хороший, стало быть, семья не бедствует, явно не впроголодь живет. Да и, кроме того, когда в доме мебели маловато и картины голландских и итальянских мастеров эпохи Ренессанса по стенам не развешаны, надо же хоть чем-то культурную пустоту заполнить, хоть какие-то украшения в интерьере должны присутствовать и о развитом художественном вкусе хозяев наглядно свидетельствовать. Так что налицо двойная польза - и пищевая, и эстетическая.

Сейчас влияние цивилизации и культуры чувствуется, есть человеков стали гораздо реже, а если и едят, то с пониманием, кого, за что, по какому случаю и с каким антуражем. Понятное дело, разве можно сравнивать…Ну, сами посудите. Скажем, одно дело бомжа местного, плохо помытого и жилистого, в полусыром виде где-то у костра на пляже наспех умять, без соли, перца и гарнира. И совсем другое дело у себя на вилле, по случаю Дня Независимости, вместе с почетными руководящими гостями или представителями местной интеллигенции какого-нибудь посла европейского отведать из бывших колонизаторов - нежно-розового, упитанного, вскормленного на бифштесах, камамбере и виски, гаванской сигарой и французским парфюмом pour homme («для мужчин») пропахшего, да на вертеле подрумяненного, в собственном соку запеченного… в общем, чистый изыск для гурманов. Да еще если его предварительно замариновать с лучком и со специями, да гарнир на блюде вокруг художественно разложить, да в хорошей компании с марочными винами и девочками - воще пальчики оближешь, за уши не оттащить.

Правда, имеются и неприятные черты у туземцев, особенно у которых только что с гор спустились или из джунглей вылезли. То есть вид у этих мужиков какой-то постоянно плохо вымытый, диковатый и всклокоченный. Да еще с кинжалами за поясом никогда не расстаются, даже спят с ними, вроде как бы все время кого-то зарезать хочется, или как будто кто-то на их гарем еженощно покушается. Или, может, в домашней коллекции черепов прогал образовался, перед соседями и родственниками стыдно, и надо бы срочняком пустоты на полке к субботе заполнить, когда гости на семейный праздник пожалуют. То есть как бы для этого в город и заехали по такому случаю, где народ попроще, а то в горах публика ушлая, хрен кого с ходу поймаешь. А могешь запросто и сам головой на полку к какому-нибудь коллекционеру попасть, или вместе с лучком, морковкой и петрушкой в зубах прямиком на бульон в чужой котел нырнуть, коли зазеваешься.

Ну а теперь, после столь длительной и запутанной преамбулы, если еще интерес к продолжению рассказа не потеряли, то давайте, наконец, перейдем к главному сюжету, то есть к разведке.

Местная резидентура как-то по случаю, поскольку все же годовой план вербовок по аппарату в целом выполнять надо, да и индивидуальная ответственность за время командировки в этой области тоже на каждом оперработнике висит, в личном задании на командировку черным по белому изложена с соответствующими цифровыми показателями, изловчилась привлечь к работе одного американца - сотрудника станции электронной разведки. Агент по нынешним временам вполне ценный, без всяких искусственных оперативно-информационных и разведывательно-бюрократических комбинаций и натяжек. Мужик толковый оказался, инициативный и сообразительный в плане наращивания личных неформальных доходов путем натурального обмена полноценных деньзнаков на столь же весомую информацию.

Центр тоже не подкачал, несмотря на затяжной финансово-экономический кризис на Родине и в Армии, своевременно подскребал по инвалютным сусекам на вполне приличные гонорары для «тайного коллеги», так что процесс делового общения продолжался и развивался к обоюдному удовольствию. Но тут вдруг проблемка образовалась, ибо у клиента срок заморской командировки заканчивался, и предстояло возвращение в Штаты. И тут, естественно, потребовалось с ним срочно личную встречу провести (до этого в основном контактами через тайники обходились). То есть сразу возникла срочная необходимость с глазу на глаз ряд вопросов обсудить и решить - и по перспективам продолжения сотрудничества на американской земле, и по поддержанию связи в тамошних условиях, ну и прочие мелочи. Понятное дело, что разговор серьезный и длительный предстоит, и лучше бы где-нибудь без посторонних помех и возможного подслушивания, например, за городом, прямо на природе, в живописных райских кущах. Тем более, что сезон дождей уже прошел, а от мелких дождичков можно и под зонтиком укрыться.

И вот в таком разе, выражаясь современным языком, «учинили сходку/забили стрелку» экстренную с оным американцем. И вроде де бы под хорошей легендой - выезд за город для ознакомления с местной экзотикой как раз в период Праздника плодородия. Так сказать, прекрасная возможность самолично лицезреть местные сатурналии, и пару-тройку пленок отснять на кинокамеру, или для фотоальбома для семейного архива, тем более перед предстоящим для американца окончательным расставанием со страной. Где он еще потом сподобится такое лицедейство в цветах и красках вживую запечатлеть.

Но, как говорится, гладко было на бумаге, да забыли про овраги, то есть хотели, как лучше, а получилось вот что.

Выехали обе стороны на своих автомашинах спозаранку, вначале по широкой асфальтированной полосе, потом, чем дальше и выше в горы, тем трасса становилась все уже и все менее гладкой, но все же оставаясь сравнительно проезжей. Так что до назначенного места встречи обе стороны добрались довольно быстро и благополучно, и без наружного сопровождения от местной контрразведки. Пристроили машины, как и положено, несколько в стороне от дороги, чтоб проезжающим их не было видно, ну, и друг от друга как бы тоже поврозь, на всякий случай.

Ясное дело, потом встретились, рукопожатиями обменялись, сразу же запасное место и время встречи определили, как и положено по ритуалу, если вдруг посторонние обстоятельства вторгнутся и придется прерваться. Затем, опять же по шпионской науке, так сказать, «легенду» прикрытия самой двусторонней встречи обговорили, и только уж было собрались к основной содержательной части переходить, как вдруг…

Ну, прямо, как в третьесортной голливудской кинопродукции, вдруг откуда ни возьмись, толпа туземцев с копьями и палицами набежала, окружила в момент, на землю повалила, оглушила чем-то тяжелым по голове, наверно, этими самыми палицами, за руки и за ноги к длинным жердям подвесила, жерди эти с грузом на плечи и поволокли родимых ускоренным галопом прямо на лобное место в близлежащую деревню, праздник собой украшать.

А когда в себя пришли, стоят оба, в чем мать родила, посреди деревенской площади, оба к этому самому лингаму, выше человеческого роста вздыбленному, спинами привязаны. Вокруг ритуальные барабаны ритм отбивают, туземцы в праздничной раскраске дружно под этот барабанный ритм пляшут, замысловатые кренделя ногами выписывают, при этом угрожающе копьями машут в сторону чужестранцев привязанных. И ни одного полицейского регулировщика поблизости, ни одного представителя Международного красного креста или Международной амнистии. Даже завалящего репортеришки нет, чтобы не то что пожаловаться, а хотя бы жене и маме последнюю весточку передать. Тем более, что метрах в 100 от лингама, за спинами танцующих, уже костерок разгорается под уж очень вместительным котлом, и оттуда явственный запах всяких приправ и специй доносится, которые обычно к мясному бульону полагаются. То есть как бы уже пора и мясной приварок закладывать, а то овощи с травами совсем перекипят, вся кулинарная технологии приготовления пищи нарушится.

В общем, по всем статьям пора уже с жизнью прощаться, да еще с таким дурацким концом в финале. К тому же не как воину полагается - почетной смертью, с оружием в руках, спасая свою страну, свой народ и своих боевых товарищей, с последующим опусканием в могилу под гром ружейного салюта, накрытый воинским знаменем или национальным флагом. А просто вместо жертвенного поросенка, с последующими похоронами по частям в ненасытных, изъеденных глистами и амебами туземных желудках.

Да и американца жалко, даже спиной чувствуется - стоит взвинченно-распаренный и трясется, аж весь лингам вибрирует от его нервной дрожи. Небось, не привык в своей Америке к стрессовым ситуациям, нет соответствующей российской закалки постоянной жизни в условиях перманентных социально-исторических катаклизмов.

Но тут вдруг некоторое разнообразие в священнодействиях появилось. Пролез промеж пляшущих воинов какой-то сморщенный старикашка в травяной юбке, весь черепами и ящерицами усохшими увешанный, потряс суковатой клюкой с тряпками и бубенчиками, проорал чего-то (жаль все же, что в ГРУ не всем туземным диалектам обучают, в такой ситуации не помешало бы в курсе дела быть)… И тут толпа воинов, видать, по команде местного авторитета, на задний план попятилась, а вместо них на переднем плане отведенное у лингама место танцующие девицы заняли. И, прямо скажем, без всяких излишеств в одежде, токмо бусы на шее подпрыгивают во время прыжков вместе с увесистой грудью, да браслеты на руках и лодыжках звенят в такт резко-ритмичных движений. Правда, еще какие-то перья разноцветные в волосах угнездились, красиво так в такт колышутся.

Тут тамтамы как-то поглуше и поэротичнее зарокотали, и ритм усложнился, а девицы вокруг лингама рассредоточились и давай телами извиваться, интимные места откровенно демонстрировать, раскрывать и похлопывать, с недвусмысленно приглашающими жестами…То есть, прямо скажем, для общественного места явно неприличного характера движения воспроизводят, я бы даже сказал, больше похоже на голливудские стриптизерные киносцены, причем безусловно грубо-эпатажной направленности, которые у нас для разложения молодого поколения на телеэкранах в дневное время регулярно демонстрируют.

Ну, как советуют психологи, из любой ситуации надо уметь пользу извлекать. При правильном анализе и рациональном мышлении в любой бочке с дегтем можно ложку меда отыскать. Раз уж так получилось, то хотя бы перед смертью можно эротическо-эстетическое удовольствие получить. Может, у туземцев так и было задумано, как акт гуманизма, как бы вместо выполнения последнего желания жертвы.

Читал как-то про деяния южнокорейской разведки, про ритуал почетной ликвидации одного проштрафившегося начальника охраны президента. Лежит он на ковре неодетый, по бокам двое девиц, тоже без одежды, в натурально-природном естестве пребывают, облизывают его в верхней части, третья дама как раз у его ног пристроилась, губы и язык тоже все в работе, как бы на предмет орального секса обслуживает. А четвертая, самая опытная и старшая в этой команде, в одном халатике, его голову у себя на коленях пристроила, одной рукой волосы его массирует, другая рука в кармане халатика лежит. И внимательно так ему в глаза заглядывает. И как раз в тот момент, когда, судя по затуманенным глазам, он достигает высшего пика блаженства в период оргазма, она эту ладошку из кармана достает, а в ней лезвие опасной бритвы зажато, и чик молниеносно ему по горлу. Причем, именно точнехонько в то мгновение, когда все его другие чувства, кроме эротических, отключены, когда он на этом самом пике высшего блаженства и забвения, в его самой верхней точке пребывает. Вот что значит, красивый и почетный уход из жизни, вот что значит высокий профессионализм в сочетании с изысканным гуманизмом Востока. А в целом, применительно к Востоку, все же корейский способ в этом плане мне более симпатичным кажется, чем японское харакири на уровне самообслуживания.

Да и, кстати, действительно, могли бы туземные «вожди в законе» и позволить интимно пообщаться напоследок, так сказать, для улучшения племенной генетики. У многих первобытных народов этот хороший обычай присутствует, гостевое секс-обслуживание. Вон та, например, которая как раз сейчас напротив скачет, очень даже ничего смотрится, юная, задорная, с яркими глазищами и гибко-пластичными движениями, с тонким, где-то даже европейским лицом. Наверно, от какого-то ранее не сразу съеденного интуриста память осталась. Да, с такой вот было бы нехудо последнюю ночку в жизни провести… Смешно даже, в такой момент, а вот почему-то внизу живота предмет мужской гордости совсем некстати наливаться начал, признаки жизни подавать. Неподавленный вечный инстинкт к продолжению рода.

Почему-то вспомнился также эпизод из одной ранее прочитанной, еще во время учебы в Академии книги, про знаменитого южноафриканского вождя и великого воина Чака-зулу, сформировавшего регулярную армию из зулусских племен и проводившего в жизнь весьма жесткую систему воинского обучения и воспитания. Был у него сформирован и женский полк, из девиц в возрасте от 15 до 19 лет, который в атаку ходил со щитами и копьями, но без одежды и босиком, впрочем, как и мужские полки тоже. Так вот, как-то решил Чака-зулу проверить благонадежность своих бойцов, которые должны в любой ситуации только о битвах думать, а не отвлекаться на всякие глупости. Построил все свое войско мужское длинными рядами, а промеж них запустил женский полк плясать, вот также откровенно извиваясь с демонстрацией всех своих прелестей. А сзади каждого ряда воинов шаманы племенные с дубинками расхаживают и за бойцами присматривают. Как кто-то слишком явно реагировать в своей нижней части на женские пляски начинает, так его сразу наповал дубинкой по затылку в исправительных целях. Несколько сот лучших бойцов в тот день войско без всякой битвы потеряло, пока кто-то не догадался, что лучше уж самому себе дубинкой по мужским достоинствам звездануть, чтоб не выдавали, чем шаманской дубинкой по своему загривку получить.

Да, а собственный орган, сам по себе, все больше и больше мужской силой и крепостью наливался, и в полный свой рост вызывающе вставал, не хуже, чем у зулуса, гордо покачиваясь и направляя свою боеголовку точно в курчавый треугольник еще подростково-узковатых тонких бедер привлекшей его внимание девицы. А та, наглядно видя положительные результаты своих стараний, еще искушенней и целенаправленней удвоила свои дразнящие телодвижения, при этом постепенно круговыми движениями все более приближая свои розовые, влажно мерцающие на темно-пушистом фоне, полураскрытые половые губы к мощному орудию, растущему, удлиняющему, жадно тянущемуся навстречу, стремящемуся ворваться, заполнить собой, пронзать раз за разом собой эти истекающие соком теплые и влажные недра, жаждущие принять его, обхватить и высосать всю его силу и родовое семя.

Внезапно старец опять что-то проорал и несколько пляшущих рядом с «избранницей бога» девиц, обхватив ее тело и ноги, подняли ее горизонтально земле и весьма быстро и сноровисто буквально насадили на вздыбленный орган «красного командира». А затем начали ритмично двигать ее тело вдоль этого орудия, подчиняясь изменившемуся ритму барабанов, под радостно-ликующие, в такт движениям, вскрикивания толпы.

Бог плодородия, воплощенный в этот миг в теле оперативного работника ГРУ, принял искупительную жертву, и племя теперь не умрет от голода и сможет продолжить свой род до следующего празднования. А живое воплощение Бога, согласно обычаю, будет жить в общественном жилище племени еще неделю, и продолжать принимать жертвы и благодарственные подношения от аборигенов жареными поросятами, бананами, пивом и женщинами. Каждому ведь приятно, чтобы жена или дочь зачала от живого бога, пока он тут под рукой временно ошивается и вполне доступен, с умеренной оплатой в местной натуре. А потом его с почетом проводят домой, оставив на память небольшой золотой фаллос - символ его временного божественного перевоплощения и единения с племенем.

А вот американцу не повезло. Видно, чем-то обиженный на янки Туземный Бог не пожелал вселиться в него, и после захода солнца, уставшие после ритуальных плясок и интимных общений вожди и воины, с удовольствием обгрызали кости злостного еретика-импотента и сексуального расиста, и жирный сок стекал по их крепким, желто-волчьим зубам.

Жаль, конечно, мужика. Хотя и американец, а все же хороший агент был, не сразу замену найдешь. Ну, а что потом было написано в оперативном отчете для Центра, то кто ж его знает? В разведке ведь все настолько засекречено…

НОВЕЛЛА № 18

К НАМ ЕДЕТ РЕВИЗОР


Все суета сует, все суета.

Что пользы человеку от трудов его.

Экклезиаст. Ветхий Завет .


Раскаленное уже спозаранку тропическое солнце, шкворчащее, як яичница с салом на сковородке, бодро и вальяжно выкатившись из-за края Земли над зелено-голубой океанской толщей, с трудом пробившись сквозь раскидистый веер листвы пальм, пронзило через плотно зашторенное окно своими жгучими лучами секретный служебный кабинет Резидента героической российской военной разведки (условно Шефа), скрыто расположенный на энском этаже российского посольства в неком бананово-лимонном царстве-государстве, которое мы для конспирации условно назовем «Энск-ландия» Эти же лучи поразили и мозг самого резидента, уткнувшегося лицом в свой рабочий стол, пробуждая его к новым служебным свершениям, деяниям и подвигам во славу великой в прошлом Отчизны и ее столь же великой в прошлом Спецслужбы.

Оный кабинет как-то сразу вызывал ассоциации с боевой рубкой в подводной лодке. Столь же изолированный от внешнего мира, весьма компактных размеров, оборудованный строго функционально, ничего лишнего, с голыми стенами, обшитыми вместо дубовых панелей (чай, все ж не в ЦРУ служим) фанерными листами из как бы трофейных, то есть не своих, а посольских материалов, окрашенных в серый «корабельный» цвет.

Единственным украшением кабинета был портрет человека с узким удлиненным лицом и узкой бородкой клинышком, строго взирающим из-под козырька помятой фуражки на посетителей кабинета, а также два самодельных плаката с дисциплинирующими подчиненных лозунгами «Начальник всегда прав» и «Попытка оправданий - скрытая форма пререканий». Вообще-то Феликс Эдмундович по службе не относился к родному военному ведомству, и популяризация персонажа из конкурирующей организации постоянно вызывала нарекания заезжих ревизоров из Центра. Зато, с другой стороны, его хрестоматийный образ активно выполнял свою воспитующую роль в нынешних сложных социально-экономических условиях как пример служебного аскетизма, бескорыстия и самопожертвования.

По примеру исторического персонажа с портрета Шеф вел жизнь подвижника - спал частенько вне дома в собственном рабочем кабинете на узкой самодельной кровати (комплект из деревянных конструкций, гвоздей, веревок, тюфяка и подушки) в углу кабинета за лакированной китайской ширмой с драконами. Чай и даже кофе для сохранения фигуры пил без сахара, а на видном месте на гвоздике повесил взятую напрокат у военного атташе шинель, которую тот носил, еще будучи лейтенантом. Тем более что товарищ атташе в свои лейтенантские размеры давно уже не помещался и сей предмет военного гардероба функционально не представлял практической ценности, скорее просто служил ностальгическим напоминанием о стройной и холостяцкой офицерской юности. К сожалению, носить шинель постоянно, как «железный Феликс», даже внакидку, не позволял местный экваториально-тропический климат, но для периодического вхождения в образ, особенно на служебных совещаниях, можно было некоторое время и потерпеть.

Правда, эту ночь Шеф провел не на кровати, а на своем боевом посту - за рабочим столом, где допоздна засиделся вместе со своим заместителем (Подшефом) за изучением полученной из Москвы зашифрованной телеграммы-ориентировки, из которой явствовало, что через три дня к ним пребывает «для ознакомления с положением дел и оказания помощи на месте» новый начальствующий «куратор» региона. То есть в переводе с иезуитских формулировок Центра на нормально-бытовой язык - предстоит серьезная ревизия новым и незнакомым ранее высоким начальством своих свежеприобретенных владений с возможными далеко идущими оргвыводами и последующими действиями в области кадровой политики.

К сожалению, событие нередкое в тайной заграничной жизни и не сулящее ничего хорошего. В общем и целом, прямо скажем, с точки зрения самих проверяемых - форменное стихийное бедствие и катаклизм, настоящий мини-Апокалипсис начала XXI века, прямо таки антисемитский погром и мафиозный наезд вместе взятые. А главное - событие, требующее солидного финансового обеспечения и сложных организационных комбинаций для более правильного восприятия визитером местных реалий с адекватным положительным отражением в отчетных документах по результатам проверки при возвращении ревизора в Центр.

Для самого инспектирующего поездка потенциально представлялась явной синекурой, чем-то вроде посещения на халяву мифо-библейского Эдема - райских садов и кущей с гуриями и гейшами Востока, эротическим массажем, ночными кабаре со стриптизом, ласковым рокотом волн на пляже, щедрыми приобретениями за счет "местных представительских средств" различных туземных образцов товарной продукции.

Обсуждение документа для полноты мыслей сопровождалось регулярной подпиткой из ребристой литровой емкости крепко-прозрачного «аглицкого» джина, которая как раз в данный момент, будучи еще не вполне «дочитанной» где-то граммов на 100, покоилась на углу стола, прижимая злополучную телеграмму и черновой набросок плана - итог коллективной мозговой атаки руководящего ядра резидентуры по поводу подготовки к встрече «московского незваного гостя», который, как известно из русской пословицы, хуже представителя одного из коренных народов России периода 250 летнего ига.

Итак, пора за высокопродуктивную работу, впереди новый героический шпионско-трудовой день. Как говорится, вознесем молитву господу богу нашему за то, что до рассвета дожил, сподобился вновь светило лицезреть, и вернемся, как говорят французы, к нашим баранам. Так сказать, продолжим творение истории своими мозолистыми руками, блестящими мозгами и длинным языком.

-Отче наш, иже еси на небеси…хлеб наш насущный, даждь нам днесь…спаси и сохрани мя…

Для ускорения развития сюжета сразу перейдем к главной части нашей шпионской одиссеи. Из театральной жизни известно, что если в первом акте на стене висит ружье, значит, в третьем акте оно должно выстрелить. То есть, ежели в отечественном литературном произведении присутствует упоминание о недопитой бутылке, то должно последовать и логичное продолжение в виде акта священнодействия по выливанию остатков жидкости в стакан с последующим переводом ее во внутрь организма. Как говорится, по русскому обычаю, дабы добро не прокисало, и в лечебных целях, для снятия головной боли и хронической усталости. Ибо, как известно, если голова болит, значит она есть, а болит она у руководства постоянно от дум тяжких, вызванных решением великих дел государственных, а еще от непомерной отеческой заботы о подчиненных. Ну, а в данном конкретном случае, возможно, несколько усугублена чрезмерной перегрузкой нервных клеток в ходе ночной «мозговой атаки».

После краткого сеанса внутриалкогольного массажа организма, Шеф, почти сразу ставший бодрым и подтянутым, не спеша открыл свой массивный чугунный сейф с двухглавым коронованным орлом еще дореволюционного производства, в свое время перешедший представителям государства победившей пролетарской диктатуры от царских властей. Ныне сейф вполне вписался в изменившуюся атрибутику новой власти и вызывал законную зависть посла, «соседского» резидента по кличке «Моссад» и окопавшихся в стране представителей российских коммерческих и криминальных структур, прознавших об этом сейфе по каким-то своим каналам. Шеф уже не раз получал весьма заманчивые коммерческие предложения по смене собственника сего раритета, однако пока еще стойко держался, откладывая реализацию поступивших предложений на самый черный день, так сказать, сохраняя сейф как своего рода сверхнадежный высокостоимостной страховой ликвид.

Не спеша достал из сейфа и разложил на столе:

· органайзер, на старорежимном, додемократическом языке - «рабочий дневник», сшитый самолично из не использованных еще при советской власти тетрадных листов. Вообще то, строго говоря, был и настоящий фирменный органайзер, и даже два, подаренные работающими под крышей коммерческих организаций подчиненными, как и положено, еще перед Новым годом, но не хотелось хорошую презентабельную вещь на служебные пустяки переводить;

· неофициальную схему реально существующей и «виртуально-мифологической» агентурной сети;

· неофициальный план информационной работы (чего уже насочинял для Центра, и чем еще можно удивить);

· неофициальное тайное досье на подчиненных с набросками плана неформальной воспитательной работы и наметками по перспективам практического использования для работы и служебного роста или внушений и репрессий;

· неофициальный финансовый гроссбух (по черной кассе) вкупе с официальным;

· сборник самодельных стихов.

Естественно, в сейфе еще кое-что осталось неизвлеченным, не нужное пока для сегодняшней работы. Ну, скажем, если выделить только самое главное по значимости, то, безусловно, на первом месте стоит бутылка марочного французского коньяка, почти целая (подарок знакомого французского дипломата). А рядом с ней две довольно тощие пачки наличности, в американских и местных денежных знаках, и одна уж очень тоненькая, почти незаметная - российских рублей на обратную дорогу по маршруту «Шереметьево - московская квартира» с возможным попутным заходом в «мини-маркет» за водкой, хлебом и кефиром.

На самом дне сейфа покоилась также главная историческая реликвия резидентуры - вороненый, тускло блестящий ружейной смазкой револьвер типа «наган» образца 1895 г. выпуска Тульского императорского оружейного завода (правда, без дефицитных патронов), который вместе с сейфом хранился в этом сейфе с незапамятных времен и вместе с ним переходил от одного резидента к другому. По историческим преданиям, начало этому процессу положил первый «красный» резидент разведки Рабоче-Крестьянской Красной Армии, бывший революционный моряк-балтиец, который самолично изъял сей наган у «недобитого белого гада» - пленного поручика врангелевской армии. Револьвер являлся главным секретным оружием и основным милитаристским средством защиты аппарата от иностранного вооруженного вторжения на суверенную территорию российского посольства в целом и резидентуры в частности.

В общем, картина малоутешительная получается. И это в представительстве страны, чьи лучшие в мире «Калашниковы» полпланеты носит, не говоря уже о ракетах, самолетах и танках. Вот нагрянут какие-нибудь террористы и экстремисты, чем неотъемлемую часть вверенной территории Отечества оборонять будем? Не говоря уже об отсутствии дежурного авианесущего крейсера под парами на рейде и эскадрильи боевых вертолетов во дворе и на крыше, сметающих лопастями пыль с танков, расставленных по всему периметру ограды. И где, как у американцев, доблестная морская пехота, в парадной форме - на входе в посольство, а также в касках, бронежилетах и камуфляже - затаившись в засаде за мешками с песком, с торчащими во все стороны пулеметами, гранатометами и зенитными ракетами на крыше, чердаке и в подвале?

А вместо всей этой оборонительной мощи бывшей сверхдержавы - заспанный дежурный на входе, вырядившийся в с трудом сходящиеся на животе шорты и пеструю распашонку, который знает на русифицированном английском только две фразы «Офис клозет» и «Вот ду ю вонт?» (мол, все закрыто и какого хрена надо).

Может, все-таки тряхнуть неофициальными оперативными накоплениями и личной мошной и после визита инспектора пройтись по местному оружейному рынку, и официальному, и черному, для повышения оборонительной мощи и наступательного потенциала загранаппарата.

Основу официального рынка составлял принадлежащий Высочайшему двору (поскольку государство пребывания в соответствии с политологическими градациями как бы к конституционной монархии относилось) единственный в столице оружейный магазин «Султан энд кампани армз лимитид». В нем были выставлены большой коллекционный набор холодного оружия всех времен и народов, а также различные огнестрельные раритеты еще доколониальных времен. Великий народный вождь и главный владелец сего магазина своих подданных все же несколько побаивался и доступ оных к современным огнестрельным системам, по возможности, старался сдерживать. Правда, на ежегодном смотру местного ополчения некорректных и неделикатных вопросов по поводу вооружений и источников их появления не задавали, поскольку не за счет султанской казны приобреталось, да и войско, хотя и иррегулярное, все же вооруженным должно быть. То есть некоторый неразрешимый житейско-финансовый и военно-политический парадокс получался.

Кстати, во время последнего посещения магазина внимание Шефа привлекла турецкая янычарская сабля XVI века, рукоять из слоновой кости, туго оплетенной бронзовой нитью, в зеленых сафьяновых ножнах, из дамасской голубоватой витой стали, прикладистая и дизайн хороший, строго бойцовский и по-мужски элегантный. Женщинам такое не понять, все же не ювелирный гарнитур с косметическим набором. Очень бы заманчиво смотрелась дома в Москве на настенном ковре. Но цена? Вот если бы жену раскрутить, чтобы из своих потаенных сусеков покупку раритета спонсировала. Да к этому клинку еще бы пару кремневых пистолей турецких добавить, которые там же приглядел, с серебряным витым чернением по рукояткам и стволу в виде цитат из Корана. Как раз бы над саблей крест накрест повесить. И еще кавказский кинжал кубачинской выделки для полного восторга в настенный натюрморт добавить. Ну, ничего, если командировка затянется, успеется еще пару намеченных коммерческих проектов реализовать, тогда и к жене за подаянием не придется обращаться, своими силами обойдемся.

Зато на черном рынке развитие оружейной цивилизации в век промышленной революции сразу ощущалось. На городском базаре почти в открытую можно было приобрести любое переносное огнестрельное изделие, изготовленное в промежутке от конца 19 до конца 20 века, естественно, и советско-российской выделки. Или, в крайнем случае, заказать у местных контрабандистов, с доставкой максимум через месяц, в том числе и с родной земли.

Российский криминал уже успел и тут свои корни пустить, недаром местные торговцы что-то уж больно бодро «по фене ботать» начали. Недавно с одним туземцем на базаре живой диалог завязался по поводу «дискаунта», то есть насчет скидки на его фруктовую продукцию. Так при этом в весьма широком диапазоне образцы постсоветского «лагерного иврита» пришлось прослушать, как будто абориген лет шесть «зону на Колыме топтал». Через каждое предложение вставки идут типа «не гони волну, поц», «ну ты, кент, даешь, как будто только с кичи откинулся», «не слезай с базара, командир» и т.п. Да еще пытался в довесок к искомым свежим ананасам «волыну» типа «Макаров» из-под полы всучить, налегая на российские патриотические чувства потенциального покупателя. Причем сей туземный коммерсант, как выяснилось, лингвистом-самоучкой оказался, даже «Патриса Лумумбы» не заканчивал, и Москвы с золотыми куполами в глаза не видел. Весь языковый колорит в процессе общения с российскими деловыми партнерами на месте освоил.

К сожалению, исходя из текущего состояния черной оперативной кассы, планируемых оперативных расходов, а также цен на рынке, хватило бы, пожалуй, только на простенькую охотничью двустволку и спортивный арбалет, с минимальным запасом патронов и стрел. Остальной личный состав резидентуры, видимо, придется вооружать самодельными пиками (кухонный нож или палубный гвоздь, примотанный к палке от швабры) и палицами, утыканными акульими и крокодильими зубами, как в эпоху позднего неолита.

А вот если бы поднакопить хотя бы на отечественный станковый пулеметишко типа «Максим», со щитком да на колесиках, времен Первой мировой и Великой отечественной, да на крыльцо посольское выставить у главного входа, сразу бы у любых потенциальных иноземных агрессоров отбило охоту на несокрушимый русский бастион замахиваться. Особливо ежели хотя бы раз в неделю, скажем, по воскресеньям, взялся за ручки, надавил на гашетку и «та…та…та» - для профилактики очередь трассирующими веером по местному ночному небосклону рассыпать, чтоб не меньше половины городской общественности могло сие священнодейство воочию лицезреть и заранее прочувствовать, каково на российскую армию в атаку идти. А на 23 февраля можно и не поскупиться, зараз пол-ленты патронов на 100-150 по окрестностям выпустить, посшибать верхушки у местных пальм…

А еще бы карабин какой-нибудь снайперский поновее прикупить, да с хорошим ночным оптическим прицелом, можно было бы с ВАТом в пустыню съездить, на львов с тиграми или гиен поохотиться, или прямо с посольского двора по каким-нибудь пернатым птерозаврам пострелять. А то все мозгами да шариковой ручкой воевать приходится, как будто не в армии служишь, а писарчуком - офисным планктоном в колхозе/кооперативе и т.п. заведении. Просто тоска зеленая.

Ну ладно, хватит мечтать, перейдем к делу.

Шеф открыл органайзер, судя по вчерашним записям, на сегодня предварительно намечено:

1. Уточнение плана встречи и обработки московского гостя;

2. Информационная работа (самоличная разработка информационных телеграмм в количестве двух штук, плюс одну штуку выбить от «оперативных подданных» - сплошь махровых тунеядцев, симулянтов и лодырей);

3. Разработка плана финансового обеспечения визита (по черной кассе);

4. Уточнение (декорирование и орнаментирование) официального плана вербовочной работы, для инспекционного отчета);

5. Обед (дома с женой, совмещенный с семейным совещанием) и полуденная сиеста (оно же кейф и релаксейшн);

6. Малое оперативно-мужское совещание (с оперативным и техническим составом, инструктивное, подготовка к встрече ревизора);

7. Малое женское совещание на ту же тему (проводит личная жена с женами оперативно-технического состава);

8. Протокольно-деловая встреча с послом;

9. Переговоры с «соседским» резидентом (дружественно-конкурирующей организации «политической разведки») по вышеупомянутой кличке Моссад, в контексте визита московского гастролера.

Предварительная программа обеспечения трехдневного визита, условно названная «Операция Тореадор», была строго расписана по времени, гибко сочетая в себе увеселения и протокольные мероприятия с обозначением инспекционной работы и деловой активности - для отчетности и самоуважения визитера. Тем более что таковые акции резидентурой и лично шефом проводились неоднократно, имелись накопленные уже в достаточной степени опыт, обширные заделы и наработки, типовые схемы и планы.

Главной проблемой было только недостаточное знание прибывающей персоны, которая была совсем недавно назначена на высокий руководящий пост в Центре начальником направления, то есть как бы куратором по нескольким странам данного региона. Как обычно, новый выдвиженец до этого работал «по главным разведываемым странам», отбыл две командировки в США, а по сложившейся в «управе» традиции американисты всегда являлись неисчерпаемым источником пополнения руководящих кадров в различных «страноведческих» звеньях центрального аппарата. Теперь вот свежеиспеченный «региональный вождь» прибывал для обозрения своих новых территориальных владений и подданных.

Поэтому из-за личностно-информационных пробелов план получался каким-то схематично-безликим, без изюминки и должной конкретики, а также чреватый серьезными сбоями в случае непредсказуемо-незапланированных действий визитера и требующий соответствующей подстраховки. Так что корректировать придется на ходу и браться за раскрутку визитера сразу вдумчивее и посерьезнее.

То есть где-то как к профессиональному изучению иностранца подойти, хотя и сложно, ибо клиент и сам профессионал, да еще общей методической школы. Как говорится, отработанная отечественная техника «зомбирования», даже в «мягком» варианте, с элементами нейролингвистического программирования на уровне подсознания, не пройдет. Хотя, конечно, «калибровку» партнера по общению, так сказать, ну хотя бы на предмет определения «модальности» (визуалист, аудиалист или кинестетик), а также выявления индивидуального «эго» и уровня развития «либидо» после спирто-расслабляющих процедур уже с ходу можно будет провести.

С другой стороны, таковые копания в руководящей душе не совсем этичны и «не спортивны», ибо в системе давно сложилась неписаная традиция - против своих собственные профессиональные технологии общения не применять, ибо как бы «моветон» (дурной вкус) получается. Уж больно заметно и как-то провинциально, по плебейски выглядит. А если невмоготу и очень хочется потренироваться или квалификацию повысить, так для этого иностранцы есть. Ну, на крайний случай, гражданские соотечественники еще не перевелись.

В плане значились следующие мероприятия:


Время и место Наименование мероприятия

День первый

10.00-11.30 Посадка самолета в аэропорту по расписанию, примерно в 9.50 по местному времени (если не опоздает, как обычно, зараза). Торжественная встреча «дорогого гостя» в аэропорту (с хлебом-солью, рушником и водко-коньяком) и доставка его к себе на квартиру.

12.00-14.00 Праздничный обед у себя на квартире (так сказать, в домашних условиях) с беседой на московские и местные темы и напитками, а также заслуженный отдых после длительного полета и плотного обеда.

14.00-16.00 Перемещение в посольство и знакомство с работой загранаппарата (если самолет опоздает, или «усталость» после обеда неодолимой окажется, это мероприятие подсократим, а то и вообще выкинем)

16.00-17.00 Предвечерний кофе с коньяком, лимоном и бифштексом.

с 17.0 и до пока гость не выдохнется Знакомство с «культурными достопримечательностями столицы» (ночной жизнью города): шоп-тур, ресторан, прогулка по набережной под пальмами с ночным купанием и т.д. От автора: В бульварном детективе вставили бы еще «случайное знакомство с прекрасной незнакомкой», естественно, из самолично подобранной резидентом и проверенной туземной клиентуры, с соответствующим продолжением «романтического свидания». Но мы не будем скатываться до уровня шпионской бульварщины, живописуя про «чай вдвоем», про африканские страсти и сплетенных телах на смятых и потных простынях. Ибо это уже непрофессионально, из области ненаучно-шпионской фантастики. Ибо вражеское КРО не дремлет, а ЦРУ всегда почему то любит залезать в чужую постель.

День второй

время «Ч» +1 час) (то есть точка отсчета от того, когда гость изволит встать+1час) Традиционный национально-утренний аперитив - водочка, граммов 100-150, под квашеную капустку и рассол с укропом (у жены весьма отменно получается, только потому до сих пор и жив, несмотря на тропики и питейные излишества). А сверху пивечком отлакировать, или наоборот, вначале пивечко, потом водочка, ибо от перестановки слагаемых сумма не меняется, просто вопрос технологии. Хотя, как говорится, пиво без водки - деньги на ветер. В общем, враз оттягивает, кубыть, все же не американцы, чтоб сухой аспирин по утрам жевать, запивая Алка Зельцер (такая гадость, после этого у самого морда будет кислее квашеной капусты). Потом и за завтрак браться можно, если полезет, однако.

«Ч» + после завтрака, минут 15-20 хватит работу обозначить Просмотр документов, выборочная беседа с подобранными и проинструктированными представителями личного состава и семейной общественности.

часа 1,5-2 надо бы выкроить Пляж, спортивные упражнения, например, водные лыжи, водный велосипед или водный мотоцикл, парение в небесах на параплане, посещение аквапарка и т.п.

13.00-15.00 Обед с напитками и послеобеденный отдых

15.00-16.00 Встреча с личным составом. Инструктивная беседа

16.00-19.00 Морская «прогулка под парусом» на яхте (если опять гастролера на море потянет), с шампанским, лобстерами и песнями, да и «девичий цветник» не помешает организовать для антуража (мобилизовать через жену выделенных жен сотрудников, так сказать, зачесть как «коммунистический субботник», все ж были комсомолками и октябрято-пионерками, еще не забыли «взвейтесь кострами, синие ночи…»). Слава богу, есть клиент в яхт-клубе уже на продвинутой стадии разработки, с собственной яхтой, и свой собственный аппаратный мореплаватель в лице помощника военного атташе, аж целый капитан 3 ранга, когда-то ходил под парусом на учебном судне, еще в военно-морском училище, в общем, «моряк, с печки бряк…и марш в воду, жаба!».

19.00- пока не выдохнется, «редиска» Знакомство с культурными достопримечательностями столицы (шоп-тур, ужин в ресторане «Дары моря» на этом самом морском берегу, ночной клуб «для взрослых». Главное, чтобы в казино не потянуло, на это никаких средств не хватит, в местном «Лас-Вегасе» такие мафиози окопались, у них снег зимой не выиграешь.

Где-то ночью А может все же организовать «чай вдвоем»? Естественно, во избежание поползновений со стороны местной контрразведки и нагло-шустрых оперов «главных гегемонистов планеты», с особью отечественной национальности и на суверенной территории посольства. Есть вполне ничего, и даже временно незамужних среди колонии российских граждан. Так сказать, экзотично-кулинарные изыски в комплекте с временной «дамой сердца», переходящие в оздоровительно-галантный сон.

День третий

«Ч» + 1 час Традиционный национально-утренний аперитив (водка, рассол с укропом) и завтрак в постель (если полезет, однако).

После завтрака Завершающая беседа с резидентом и заместителем. Неофициальное согласование первичных впечатлений инспектора от визита с предлагаемым резидентурой тезисным проектом этих впечатлений для письменного отчета в Центре. Вручение «сувениров и памятных подарков» лично визитеру и для передачи руководящим сотрудникам Центра в Москве.

Выделить 15-20 минут Протокольная встреча гостя с послом (не забыть бы, у посла как бы печень барахлит, под это дело с визитерами пьет только ими же принесенное марочное виски дорогое с «золотым или зеленым лэйблом», якобы, от всех болезней помогает).

13.00-15.00 Обед с напитками, отдых после напитков, сборы в дорогу.

15.00-16.00 Завершающий шоп-тур (в случае необходимости) по дороге в аэропорт.

16.00-17.00 Торжественные проводы на аэродроме (так сказать, в соответствии с национально-дорожными обычаями - «на посошок», «стремянная», «забугорная» и т.п.). Погрузка в самолет после приведения в нужную кондицию для продолжения инспекционной поездки по региону (поскольку еще две страны дорогой гость должен посетить). Взлет самолета по расписанию в 17.10. Дай то бог, чтобы без задержек, сплавить, идола, пущай продолжит гастроли. Нехай коллега-резидент тоже помучается, хотя, конечно, такое пожелание и не по-товарищески звучит…


Ну что ж, для затравки, в качества начального проекта, пожалуй, и хватит, а там, может быть, в процессе реализации еще какая-нибудь мысля посетит. Хотя, с другой стороны, общеизвестно, что «хорошая мысля приходит опосля». Надо бы, конечно, уже сегодня, во второй половине дня, служебное совещание учинить, довести до всех своих подданных мудрые начальственные планы и указания. Ну и жен собрать на инструктаж, подключить к практической работе, естественно, не самому, а через собственную жену, конечно. Она с этим делом лихо управляется, осуществляя на добровольных началах и с удовольствием постоянный эффективный контроль за жизнедеятельностью лучшей половины человечества в масштабах загранаппарата.

Закончив просматривать и корректировать намеченные по плану мероприятия, Шеф перешел к главной его части - финансовой. Любовно и бережно, с трепетом и священнодействуя, разложил перед собой большой, пухлый и изрядно потрепанный сверхтайный гроссбух в черной клеенчатой обложке, в котором скрывалась сложная сюрреалистическая картина планируемых и реальных финансовых поступлений и расходов резидентуры, включая официальные поступления от Центра и их распределение, а главное - собственные планируемые и реальные неофициальные доходы и расходы, а также их сложная стыковка и увязка с официальными.

В приходной части малую толику из поступивших средств составляли весьма нерегулярно перечисляемые Центром инвалютные суммы, к тому же по размерам весьма далеко отстоящие от запланированных, не говоря уже о потребных для дела, распределенные по соответствующим статьям.

Неофициальные доходы включали:

· Плановые установленные отчисления от невоенных доходов и репарационные платежи подчиненных;

· Разовые контрибуции с имущих соратников (работавших под «крышей» коммерческих организаций);

· Посильные добровольно-принудительные взносы и пожертвования по случаю различных внеплановых оказий;

· Доходы от неофициально-коммерческой деятельности аппарата, включая реализацию на рынке ремесленных изделий «местных резидентурных промыслов» (ложки, матрешки и лапти из древесины и коры пальмового дерева, изготовленные мастеровитыми руками российских самородков из числа техсостава без отрыва от основного разведывательного производства), а также «400 рецептов сверхтайной самопально-горячительной продукции», включая «Резидентскую» (настой на лекарственных травах тройной очистки) и «Оперативную» (настой на лекарственных травах двойной очистки» и «Агентурную» (одинарной очистки, с явно доминантным запахом сивушных масел).

Особой строкой проходили общие планируемые финансовые поступления, включая: задолженности (красной строкой) и обязательства, а также кредитные суммы, и контрактные полномочия коммерческих контрагентов в городе.

Кстати, нелицензированные напитки самым ходовым и прибыльным товаром, а также сувенирной продукций оказались, особенно в дипкорпусе, с учетом жесткого проведения «сухого закона» в сей исламской стране. И свой матерый специалист тоже есть, не зря два года в пропыленно-раскаленном Афгане воевал, в совершенстве еще там, на военном пленере, технологию производства освоил и развил. В общем, просто повезло, прямо таки русский «Левша» - самородок и рационализатор оказался. Всего за месяц из остатков списанной с учета оперативной техники и вторсырья собрал высокопроизводительный чудо-аппарат с компьютерным управлением. По слухам, на местном неофициальном конкурсе не рекомендуемых Кораном и государственными властями к употреблению самиздатовских напитков его «Резидентская» высший приз - «Золотой змеевик» в прошлом году получила.

Ну, а финансы - это тебе не в шпионаж играться, дело архисерьезное и перспективное, и после ухода на пенсию весьма пригодится. Не зря дома давно уже половину полок занимали разные справочники и пособия по финансовым рынкам и финансовому менеджменту, маркетингу, бухгалтерскому и аудиторскому учету, по бухгалтерским компьютерным программам («Инфин», «Инфобухгалтерия», «1 С: Бухгалтерия» и т.п.), постепенно вытеснявшие ранее преобладавшие в романтическо- социалистической молодости тома военно-исторической и мемуарной литературы. И Шеф вполне мог бы уже работать финансовым директором достаточно крупной фирмы, активно работающей на внешнем рынке.

Расходные суммы проходили по двум основным категориям:

Официальные расходы:

· На прожитие руководящего аппарата;

· На выживание рядовых сотрудников и их домочадцев;

· На мелкие оперативные нужды и т.д.

Неофициальные расходы:

· На достойное житие руководящего аппарата и их ближайших родственников, включая оставшихся на Родине;

· На пристойное прожитие рядовых сотрудников и их домочадцев (по месту заграничной службы);

· На серьезные оперативные расходы (оплата реальной агентуры и обработка «потенциальных клиентов», закупка «левой» опертехники, ремонт и эксплуатация оперативного и личного автотранспорта и т.д.);

· На «технические» нужды и «представительскую деятельность» (подарки, «субсидии», «гонорары», «памятные сувениры», банкеты, «на чашку чая/кофе», экскурсионно-исследовательское посещение ночных клубов и т.п.);

· Наградной фонд и материальная помощь нуждающимся.

Кроме того, приходилось изымать из оборота и «омертвлять» часть капиталов в виде резерва на непредвиденные нужды.

Итак, предстояло обогатить план встречи инспектора предварительным расчетом его финансового обеспечения по всем ранее упомянутым пунктам, дабы вывести общую суммарную и сделать раскладку по финансовым донорам, выделив потенциально потребную составляющую и реально наличествующую, возможный дефицит и предполагаемые источники его покрытия.

Шеф достал любимые бухгалтерские нарукавнички, сшитые женой «дабы собственные и пиджачные локти не протирались», казенные раритетные счеты (похоже, как и сейф, тоже добольшевистского периода, пресловутое наследие «проклятого царизма»), а также личный калькулятор отечественно-патриотической сборки. Да, блин, как показывают и калькулятор, и счеты после перекрестной сверки, на пропитание, увеселительную программу, спецобслуживание и «сувениры» весьма впечатляющие цифры вырисовываются. Как говорится, тайные финансы поют черные романсы, или опять вырастет черная дыра в черной кассе. Но, что поделаешь. Неизбежность. На шпионской войне, как на обычной, без потерь не бывает.

Надо бы, конечно, предварительные расчеты своему «общественному бухгалтеру» и «финансовому консультанту» показать. То есть имеет место быть с одной стороны как бы «настоящий полковник», есть оперработник с большим разведстажем, а по «крыше» пашет финансовым директором на совместной фирме, и весьма удачно - большой специалист в области подпольной и практической бухгалтерии. И фирме устойчивая прибыль, и мимо своего кармана не проносит, из принципа, хоть крошку, но от каждого пирога надо отщипнуть. Принцип у него такой, для самоуважения. Ну и для родного коллектива регулярно дотации выделяет, так сказать, периодически осуществляет трансферт неучтенных сумм, образовавшихся на фирме в процессе финансовой усушки, утряски и увязки.

По национальности - «щирый хохол», судя по повадкам и менталитету - с вполне возможной примесью неарийской крови. До перехода в разведку был финансистом в энской военно-строительной части, где, по слухам, занимался аналогичными финансовыми операциями. В плане развития национально-культурной автономии после распада СССР отрастил длинные усы подковой, хотя переделывать «кацапскую чупрыну» на «ридный оселедец» все же постеснялся, да и волос на голове уже не густо осталось, хотя борьба за их сохранение ведется. Как в присказке говорится: «Расти трава на болоте, а волосья на голоте», хотя, как показывает практика, всякие рекламно-патентованные средства для конских хвостов и грив мало помогают. Видимо, биологическая жизнь на мужской голове сама по себе регулируется в большем соответствии с песней «Не растет трава зимою, поливай - не поливай». Ну и добавил еще для полноты образа «незалежный акцент» в свою «москальскую мову». Как говорится, «раньше водочку выкушивал под соленый огурчик с салом», а «зараз горiлку пье пiд солений огiрок, теж з салом».

Да, вот уж этот сразу найдет, где еще сэкономить, или с кого покруче финансовый оброк наложить можно будет, или за прошлые недоимки взыскать. У него какие-то свои источники информации в городе по реальному материально-финансовому благосостоянию и производимым затратам всего личного состава резидентуры. Небось, и на самого резидента тайное досье ведет, на всякий случай, бизнес-акула.

А тут еще и проблемы с автотранспортом. Всего на балансе состояло, помимо собственного тяглового средства, еще три штуки: ВАТовская «Волга» ГАЗ-31 и помватовский «Жигуль - семерка», обе уже изрядно побитые и залатанные - никак с баланса списать не удается, а также общая на весь техсостав южнокорейская «Дэу», так сказать, коллективного пользования. К счастью, ряд сотрудников обходились ведомственным «крышевым» или собственным автотранспортом: кто-то на «семисотом Мерсе» рулил, кто-то скромно «Фольксвагеном-Пассатом» или «Тойетой-Короной» и «Маздой» обходились.

Имеет место быть даже какой-то индийский подержанный джип типа Лэндровер, пару месяцев назад в кредит свежеиспеченным выпускником Академии приобретенный. Пришлось из черной кассы авансировать под расписку, присылают на местные хлеба бедноту московскую, безлошадную, понимаешь. Причем этот балбес уже успел на радостях на новой покупке на прошлой неделе в какое-то туземное такси вписаться, теперь вот репарации платить. Полиция в любой ситуации виновным иностранца признает, ибо с местного, как правило, и взять нечего. Или, в лучшем случае, с обеих сторон поровну берет, по справедливости. В общем, придется и в полицию, и таксисту за простой источника доходов мзду нести.

Да и ремонтом своего собственного «Опелька» давно пора заняться, можно сказать, поседел и облысел уже в оперативных боях, машина-суперветеран, еще двоих руководящих предшественников на себе возила. А сколько раз выручала, унося на рысях от контрразведки и местных бандитов, давно заслужила право на отдых и спецгарантийное обслуживание.

Значится, так. Итого требуется… местных «у.е.» - на туземном жаргоне - «султанок» (поскольку на всех разноцветных казначейских билетах величавый облик нынешнего султана красуется), что соответствует…USD. Из них наличествует…, ожидаемое поступление от коммерческой деятельности аппарата… А теперь остаточные потребные суммы разложим по наличным шпионским душам. Так, с основных спонсоров причитается… Ну, личный вклад мой и ВАТа определим следующим образом (надо бы пример показать, но это опять же с женами согласовывать придется, тут одной своей заначкой не обойдешься)… С рядовых душ возьмем ка в среднем по…

Ну что ж, для предварительного расчета сойдет. В общем, «лед тронулся, господа присяжные заседатели», разведывательная жизнь продолжается. И в финале ждет неизбежное, почти как в старой, времен его социалистического детства, туристической песне пелось.

А ты, улетающий вдаль самолет…

Ревизора с собой забери…

Чай, не в первый раз. Шпионский Бог не без милости, отобьемся…

НОВЕЛЛА № 19

О, СЛАДОСТЬ ШПИОНСКИХ ГРЕЗ И МЕЧТАНИЙ!


Не хлебом единым сыт человек - иной раз и водочки хочется

Русская народная мудрость


Резидент ГРУ в одной из стран Юго-Восточной Азии, известный среди подчиненных под звучным народным псевдонимом Царь, в свободное от службы время проживал за пределами территории Посольства Российской Федерации в оной стране, причем на весьма солидном от него удалении. Это создавало совершенно ненужные проблемы в оперативно-руководящей работе и ежедневно требовало больших и нерациональных временных затрат на поездки по маршруту «дом - «крыша» - дом», то есть в переводе с профессионального жаргона на общепонятный современный русский - от дома до резидентуры, работающей под «крышей» Посольства, и обратно.

А все из-за явно недружественных, если не сказать откровеннее, просто вредительских происков местных МИДовских бюрократов и саботажников, обнаглевших донельзя после победы демократии и общечеловеков над государством и здравым смыслом.

Не исключено, что вообще оных лиц можно было бы вполне уверенно и без дополнительной проверки отнести к агентуре влияния иностранных спецслужб. И это вполне объяснимо после целой кавалькады стоящих над ними министров, занятых только тем, чего бы еще от российских земель отрезать да передать сопредельным государствам, которые, которые, как всякие нормальные, приростом владений озабочены. Одна публикация списков официальных сотрудников МИД чего стоит, в который демонстративно не внесли всех тех, кто МИДовскую «крышу» для защиты от вражеских наездов и репрессий использовал. В чистом виде, простенько так и незатейливо, фактически всех оперработников заложили, подлюки. Как бы вот они - настоящие, чистокровные и высокопородные «наши», а кто остальные, приблудные, под МИДовцев маскирующиеся, - знать не знаем и ничего общего с ними иметь не хотим.

В период пресловутых сталинских массовых чисток и репрессий за такие игры давно бы уже всех сразу, за компанию и оптом, к стенке поставили, и МИДовских бояр, и дьяков, и подъячих и даже простых холопов, типа третий секретарь. И вполне заслуженно, без всяких перегибов и личных указаний товарища Сталина. В таких случаях даже от плавно перетекающих друг в друга органов ВЧК-ОГПУ-НКВД-МГБ несомненная польза была бы.

И глаголят, псы-вырожденцы, суккубы и инкубы сатанинские, вражины недобитые, что, мол, нет свободной жилплощади на территории «посольского компаунда». Это они так посольский городок называют, на иностранный манер. Нет площади только для «чужих», разумеется. Используют, гниды из «пятой колонны», «дипломатические власовцы», любую возможность в постсоветский период за предыдущий исторический период отомстить, когда их запросто на место можно было поставить и раком, и в 24 часа на Родину вернуть на перевоспитание и перековку. Никак простить не могут, тараканы запечные, якобы, «отнятые» у них в прошлом престижные и непыльные вакансии, сытые и теплые места и должностишки на сверхдоходной загранслужбе. И никак, козлы, понять не могут, что кому они вообще тут на хрен были бы нужны, если бы не разведка. Коли бы конкретно поразмыслить, если бы не потребности разведки, их бы здесь вообще не было. Ведь они здесь, в натуре, если по взрослому рассудить, по государственному, только для камуфляжа и сокрытия реальных работников. Как элемент декорации на театральной сцене, как статисты в кино на заднем плане.

Только вот в разведке все наоборот, не как в кино. Статистов на передний план выдвигают, а звезды за ними таятся. Отсюда следует, что так называемой дипломатией надо по совместительству заниматься, в свободное от разведки время, как это господа-товарищи офицеры вполне успешно делают. Чего там совмещать, собственно говоря? Посмотришь на практике, так этим дипломатам с удачной генетикой, от пап и мам высокопоставленных порожденных, просто заняться нечем. Синекуру для себя устроили. Рай на земле. Бездельники и балаболы. Только щеки надувать умеют и пальцы веером гнуть, рассуждая про свою значимость в межгосударственных отношениях и изучении страны. Изучатели, мать их, смех берет. Газетки изредка почитывают местные, телевизор по случаю посматривают, да на приемах порой от халявного бокала с вискарем отрываются, для передыху, чтобы заодно соседу какую-нибудь банальную глупость или анекдот рассказать. А что кое-как поймут из газетки или случайно увидят по дороге в магазин из окна машины, тем и Москву потчуют. Так сказать, впечатления с мест излагают, как туристы после экскурсии.

Наблюдатели, ядрена вошь. Ты вот попробуй иностранца нужного слови, да за рога его скрути, да в агентурное стойло поставь. Да заставь в нужный сейф пробраться за секретными бумагами. И чтоб тебе на блюдечке с голубой каемочкой или в клювике информушку ценную регулярно таскал, на радость московскому начальству и для восславления самого резидента. Вот это работа для настоящего мужчины. А газеты читать любой дурак сумеет, коли в буквах разбирается.

В общем, в результате этих злобных происков и безнаказанности внутреннего врага в лице демо-оккупантов Шеф был вынужден официально в нерабочее время обитать за границей. То есть проживать за пределами суверенной территории российского представительства на арендованной вилле, низенькой, приземистой и довольно скромных габаритов. Не сарай, конечно, но и далеко не фазенда. В общем, явно не авантажного обличья, не соответствующая его подпольному статусу. В пику МИДовцам и местным властям для обозначения государственной принадлежности занимаемых территорий и строений Шеф самолично разрисовал заборный штакетник вокруг виллы «трикалором», а для пущей торжественности во дворе флагшток приладил.

Теперь каждое начало трудового дня (естественно, когда он, это трудовое утро, на вилле встречает, а не в иных местах), начинается с церемонии торжественного подъема бело-сине-красного государственного стяга с черным коронованным двуглавым орлом. Причем по полному церемониалу, в сопровождении собственного, несколько фальшивого по тональности, а потому скромно-негромкого, речитативного напевания «Боже, царя храни, сильный и славный, царь наш державный…». Почти как белый офицер в эмиграции, ибо в последнее время увлекся историей белого движения. Видимо, где-то в подсознании почувствовал себя сродни офицеру-фронтовику той эпохи, периода гражданской войны. Почти как корниловец, марковец или дроздовец, из т.н. «цветных» полков Добровольческой армии. В руках винтовка со штыком и последней обоймой, а вокруг скопище все тех же торжествующих разрушителей государства. И неважно, в каком они обличье и как их теперь зовут. Это они маски поменяли, а лозунг для офицера остается прежним - «Коммуняку краснопузого и дерьмократа - либерала штыком коли, ать-два!». И под пулеметы во весь рост, пулям не кланяясь…

Пение же бывшего советского гимна, даже слегка адаптированного под новые реалии, считал нецелесообразным. Неудачной и нелепой мимикрией и просто политически глумливым и бестактным деянием, а также профанацией. «Союз нерушимый… сплотила навеки…»? Одни обломки от бывшего государства остались, что как то уж очень трудно не заметить. А предыдущий российский гимн вообще в памяти не отложился. На его вкус, как то простонародно звучал, без должного благолепия и пиетета, и по мотиву почему то никак не усваивался.

Завершающим церемонию неторжественным спуском флага после отбытия мужа на работу обычно жена занималась, причем, не дожидаясь даже заката солнца, как это по армейскому ритуалу положено.

Внутри интерьер виллы отличался эклектизмом и духом временного поселения, как бы оборудованного проездом в связи с временной случайной остановкой. Изрядно облупившиеся, давно не ремонтированные стены и потолки с протеками от постоянных дождей, прикрытые кое-где китайскими картинами-свитками «гохуа» в национальном стиле «шань-шуи» (горы-вода), то есть выполненные тушью размытые горные пейзажи в вертикальной плоскости. Простая спартанская деревянная мебель: столы, кровати, стулья, шкафы.

И по всем апартаментам, на полу, на столах и шкафах расставлена и разложена различная «китайщина» - фарфоровые сервизы с фанзами и драконами (в бело-голубых, или красно-золотых и еще более пестрых тонах), фарфоровые вазы разных размеров и очертаний, вазы и тарелки из резного черного и красного лака (накладывают лак слоями, а потом художественные сюжеты с глубокой объемной прорезкой иголкой выцарапывают), вазы из голубой перегородчатой эмали, резные деревянные и каменные. А к ним, в дополнение, еще фарфоровые статуэтки буддийских святых-бодхисатв, деревца из полудрагоценных камней, изделия из резной кости, особенно известный «шар в шаре» (каторжный многолетний труд - выцарапывание иглой внутри костяного шара соединительных слоев так, чтобы превратить их в несколько шаров ажурной формы, вращающихся внутри друг друга) и тому подобные художественно-ремесленные восточные чудеса.

Все это было щедро перемешано с образцами индийского классического искусства - всякими танцующими многорукими Шивами, «девадэзи» и «рамадьяни» (уличные и храмовые танцовщицы), зловещими фигурами богини Кали с гирляндами черепов, ракшасами (индуистскими дьяволами) и т.п., с вкраплениями деревянных масок и скульптур местных божеств, с хищными птичьими клювами в орнаменте из змей, и даже одно божество плодородия мужского пола и маленького роста, но зато с чрезмерно развитым фаллосом, устойчиво застывшем параллельно поверхности письменного стола.

Начало процессу сбора экзотических художеств было положено Шефом еще в первую командировку в Китае, и теперь московская квартира представляла собой что-то вроде филиала музея народов Востока, точнее, его китайской секции. В гостиной было вообще не протолкнуться от напольных ваз, статуэток и резных деревянных столиков. Приходилось крайне осторожно пробираться бочком, изящно огибая хрупкие художественные ценности. Стенки тоже были плотно увешаны резными деревянными картинами с сюжетами из классических китайских романов типа «Сон в красном тереме» или «Ветки сливы в золотой вазе», с картинами из пробки (процарапанные иглой в пробковой массе пейзажи с мостами, деревьями, лодками и рыбаками) и из полудрагоценных камней.

Ныне накапливающиеся уже больше по инерции и по неуемной приобретательской сущности Шефини предметы также предстояло каким-то образом переправить в родные московские пенаты. После первой командировки в Китай это не представляло особой проблемы. Погрузился в поезд (помнится, все купе тогда заставил под потолок различными коробками и упаковками, и своими, и чужими), и всего через неделю простым пассажирским железнодорожным составом Пекин-Москва, точнее шести дней на колесах, по транссибирской магистрали на Ярославский вокзал в столице - и уже почти дома со сбереженным ценным грузом.

А вот как отсюда самолетом весь этот тяжелый и хрупкий хлам доставлять? Вся надежда на подчиненного сотрудника, окопавшегося под крышей Аэрофлота, чтобы поспособствовал по своей ведомственной линии прямому и непосредственному начальнику груз протолкнуть (с большим перевесом и загабаритных размеров), лучше, конечно, через пассажирский салон и в своих руках, чтобы не побилось.

А у ВАТа на соседней «фазенде» - «оазисе, островке и анклаве социализма» - до сих пор круглосуточно, как в военно-морской песне, «гордо реет на мачте, флаг Отчизны родной…». То есть алый советский стяг полощется с серпом и молотом, и даже надпись вышита «За Родину, за Сталина». И ВАТ по утрам, при подъеме флага, не таясь, вызывающе, во весь голос, гимн СССР исполняет, с соответствующей текстовкой, а иногда, по настроению, дополнительно «Интернационал», «Мы к коммунизму на пути…», «Ведь от тайги до Британских морей Красная Армия всех сильней…» и другие бодряще-маршевые песни.

А вход через калитку на виллу у ВАТа тоже самобытный. Он его в виде двух погранзнаков обозначил. То есть по бокам врыл зелено-красные, полосатые столбы, с гербом СССР, между ними шлагбаум, тоже полосатый, и предупредительные надписи на щите на трех основных международных языках (русском, китайском и иврите с частичным вкраплением диалектно-украинского): «Вы пересекаете границу первого в мире государства победившего пролетариата», «Да здравствует мировая революция!» и «Голодранцы со всьего свиту, еднайтесь!» (это он по старой памяти, поскольку в свое время Харьковское танковое училище закончил).

Ну, что касается надписи на китайском, так ее живой натуральный китайский пролетарий (садовником работает на вилле у французского посла, всего метров двести от ВАТовской виллы) самолично сотворил по просьбе того же ВАТа. Причем китаец, как это у них в Поднебесной принято, весьма каллиграфией увлекается - это у них прямо таки вид национального искусства. По-ихнему, «цаошу» называется. У него служебная комнатенка на вилле вся горизонтальными и вертикальными свитками разных размеров из бумаги и шелка завешана с собственной рукой исполненными изречениями. А на низком лакированном столике «три драгоценных сокровища китайского мудреца» разложены: старинная яшмовая тушечница, фигурная тушь и кисти для письма.

Как-то раз довелось пронаблюдать сей творческий процесс. Расстелил этот китаец огромный лист ватмана прямо на полу, взял кисть двухметровую, во весь рост, окунул в ведро с тушью, сосредоточился, глаза закрыл на пару минут, то есть как бы на вдохновение и полет воображения настраивался, с кистью духом и телом сливался. А потом так лихо, почти не отрываясь, несколькими взмахами с изгибами и поворотами рук и туловища в два столбика чего-то мудрое из Конфуция начертал. Одно такое творение даже ВАТу подарил, с автографом, на шелке, естественно, более скромных размеров, тонкой кисточкой начертано и всего в один столбик. Оно теперь в него в спальне над изголовьем кровати висит, а поперек него китайский большой двуручный меч пристроен, с изогнутым и широким тяжелым лезвием, а ручка кольцом заканчивается. Ножны для него за спиной крепятся. Таким в старину в Китае палачи головы при казни рубили.

Надпись на иврите любимый ВАТовский идейный агент-марксист по кличке Соломон воспроизвел, из бывших соотечественников. Большую старую родину покинул, к карликовой новоприобретенной, приютившейся между Синаем и Голанскими высотами, тоже любовью не воспылал. Так и кочует, как Вечный Жид, по мировым далям и весям, периодически оседая под крылышком очередной, близкой по духу, «красноармейской» резидентуры. Хотел даже что-то от себя, от еврейско-русской души, из Торы и Талмуда взятое, полезное для «гоя-сталиниста» воспроизвести, да вот только места на скрижали не хватило.

Но перейдем плавно от архитектуры к главному в русском доме - к столу. Несмотря на эмансипацию, Шефиня, то есть резидентская жена, а в миру и в быту, т.е. по паспорту, Сталина Филипповна, неофициально известная в местных разведывательных кругах как Маркиза Помпадур, как истинно русская женщина, готовить любила и умела. Посему сегодняшнее телефонное приглашение жены прибыть на сиесту домой и «откушать, чем Бог послал» и в связи с годовщиной свадьбы Шеф воспринял с удовольствием, тем более что во рту с утра маковой росинки не ночевало.

Насчет годовщины свадьбы тоже оспаривать не стал, ибо версия жены была изложена твердым и уверенным голосом. Мужику, конечно, такие житейские мелочи разве упомнить? Может, и в самом деле правда. Давно ведь это уже было, когда его в ЗАГС, как бычка в стойло, повели. Только бычку кольцо в нос вдевают, а мужика закрепощенного на палец окольцовывают. Пришлось на всякий случай по дороге домой в цветочный магазин заехать, потратиться не по делу, на скоропортящийся и несъедобный продукт в красивом обрамлении. Бабы эту мишуру почему-то любят.

Домашний стол в условиях заграницы представлял из себя оригинальную смесь русской и туземной кухни, с отголосками кулинарных упражнений из прежних заморских командировок.

На закуску - аперитив в виде домашней наливки «ананасовки» или «банановки». Вместе с фруктовым тропическим салатом-ассорти из кусочков папайи, ананасов, дыни, тайваньского желтого арбуза, лиджи и еще чего-то разноцветно-съедобного. И устрицы на льду, политые лимонным соком.

Из горячих блюд. На первое - борщ с пампушками, укропом (с собственной грядки) и чем-то кисло-молочным, слегка похожим на сметану (ни хрена ее туземцы делать не умеют), под большую рюмку «Смирноффской». Ну, о ней двух мнений быть не может - при отсутствии национальной продукции прекрасная замена, только руководству и пить.

Два вторых блюда: тушеные куриные ломтики с прослойкой из наструганных соломкой огурцов, ростками бамбука, арахисом и печеными ракушками в томатном соусе в совокупности с жареным рисом, смешанном с яйцами и тушеными бобами, под среднюю рюмку «Абсолюта», Тоже ничего, умеют шведы не только холодильники «Электролюкс» и автомашины «Вольво» делать. Затем запеченная рыба с овощами под малую рюмку «Гордон джин», просто потому, что всего на такую неказистую емкость осталось. Остальное в литровой бутылке, еще вчера с утра бывшей полной, вечером вместе с ВАТом побороли. Зашел тот по-соседски, как бы посоветоваться и в шахматы сыграть. Ну, а запивать все это великолепие довелось местными пивами «Тайгер» и «Анкор». Их по всей Юго-Восточной Азии прямо таки море разливанное.

А в конце трапезы, как и положено, кофе с банановым ликером и даже мороженым. Сигары ни к чему, чай, все-таки не буржуи какие недорезанные, и вовсе не новые русские.

После завершения обеда в комплексе с промежуточно-лирической совместной беседой-воспоминанием о первых шагах на пути к семейной жизни и о сладком упоении добрачной любви, в контексте упомянутого юбилея свадьбы, Шеф проследовал в другую комнату, под «кондей». То есть прилег на диван под «кондишн», согласно установившемуся в тропиках, весьма полезному интернациональному обычаю - переждать дома, в ленивой дремоте, под вышеупомянутым охлаждающим устройством, на любимой тахте, самые жаркие полуденные часы, предаваясь размышлениям и воспоминаниям. По-ихнему, по-заморски, «сиеста», блин, называется.

Ну, а далее, кратко, и без особой литературной обработки, как есть, в натуре, излагаем затаенные послеобеденные мечты резидента, навеянные вкусной и сытной праздничной трапезой и не менее сладкой дремотой.

Вот, к примеру, сегодня предстоит вечерком провести «малое оперативное совещание» с вверенным личным составом. И по такому поводу хорошо бы было в полном военном антураже заявиться, и самому и подчиненным. А то опостылевшее штатское платье разлагающе действует, и не настраивает должным образом соратников по тайной борьбе на безусловную исполнительность и героические деяния.

А, вообще то, вопрос требует серьезного подхода. Конечно, нужна специальная военно-разведывательная униформа для загранработы. Как минимум, в трех вариантах - парадная, повседневная и конспиративно-маскировочная. Плюс, соответствующие подварианты, с учетом крышевого прикрытия, страны, сезона и климата.

Ну, с парадной формой, в общем то, несложно решить. Скажем, скромный, без напряга для военного бюджета, вицмундир из красного бархата, по груди и рукавам золотом расшитый. Воротник черный, стоячий до ушей, тоже в золотых завитушках. На голове венок из лавровых или дубовых листьев позолоченных, на плечах золотые эполеты с алмазными звездами (для экономии бюджета - можно даже из стразов, и не обязательно от Сваровски). Аксельбанты тоже «под золото» стилизованы. Сбоку шпага или сабля, с позолоченной рукоятью, украшенной рубинами и изумрудами. На ней георгиевский бант повязан, за военно-шпионские заслуги. Ножны сплошь накладным серебром мерцают, кое-где камешки посверкивают.

На самом мундире, ясное дело, от засилья орденов и других знаков шпионской доблести иголку некуда воткнуть. Заходишь в зал на дипломатический прием в какое-нибудь иностранное посольство - сразу вокруг чувствуешь всеобщее внимание и восхищение. Не говоря уже о зависти. А уж о женской реакции и отзывчивости даже упоминать незачем. Будут слетаться, как мотыльки на огонек. Лишь бы жена в такой момент не помешала. Заодно и потенциальный клиент, как бы уже созревший для сотрудничества, будет знать, к кому лучше всего обратиться за содействием.

С повседневной одеждой тоже понятно. Ежели в военном обличье, так должон быть в казенной форме, государем пожалованной. Ежели, конечно, таковая на складе в нужное время была и до тела предполагаемого носителя сумела добраться.

Ну, а вдруг доведется в гражданский облик перевоплотиться? Помнится, раньше, при советской власти, на тайных складах импортное штатское платье давали вместо военного. Правда, разнообразием не баловали, так что как инкубаторские цыплята порой выглядели. Сразу видно, что из одного гнезда. Однако сии халявные времена излишнего социального обеспечения давно в лету канули. Чай, не тоталитарный режим, чтобы все в одинаковом ходили. Ноне партикулярную одежонку сам добывать должон, а не обременять государство всякими мелкими личными проблемами и глупостями. Так что сей антураж сейчас от личных доходов зависит, ну и где-то от личного вкуса.

А вот над конспиративно-маскировочной одеждой придется поработать. Тут, как говорится, есть над чем подумать, не одну светлую голову поломать. Сразу понятно, что верхнюю одежду надо универсальной делать, и для боевой работы, и для «крышевой» или повседневной. То есть как бы с двойным или тройным слоем и поддоном для обеспечения возможности мгновенного перевоплощения.

Например, идет герой-оперативник по городу на дело. Например, на встречу с агентом. Смотришь, вроде, снаружи как бы в обычном скромном пиджачке потертом, или к курточке неброской, пыльного цвета. А потом вернулся из боевого похода, и перед входом в кабинет начальника, на доклад - раз, и вывернул верхнее маскировочное платье наизнанку. И оказывается уже в парадном мундире, с золотыми погонами, орденами, нашивками и т.д. Сразу видно, что человек серьезный, военный, к начальству должное уважение питает и по казенному делу зашел, а не просто от скуки лясы поточить, как какой то штатский. Да и заслуги человека в натуре представлены. Тогда и разговор с руководством совсем по-другому пойдет, даже если не награждать вызвали, а совсем наоборот.

Или стоит, к примеру, славный наш разведчик где-нибудь на дипломатическом рауте «а ля фуршет» с коктейлем в руках. Общается с заморскими дамами, спереди и сзади до ниже талии декольтированными, у которых «анда ню» (то есть исподнее) просвечивает, а то и вовсе без него. Только бриллиантами и жемчугами нагие пространства слегка прикрытые, как бы для загадочности и эротизма. Вроде бы промежду делом ведет с ними пустяшный, светский разговор, ну там, про живопись, про театр, про работу мужа на секретной военной базе. А что касается дамского неглиже, так ничего, делает вид, что так и надо, рукам воли не дает. Как в Тайной Военной Академии учили, любезности да комплименты им отвешивает, в доверие втирается, информацию нужную вроде бы ненароком выведывает. Попутно дармовое шампанское креветками с паюсной икрой закусывает, литые военные плечи смокинг облегает, пробор в ниточку на голове лоснится, штиблеты, как солнце, лаком сияют.

А тут вдруг, откуда ни возьмись, сам Шеф, как бы невзначай, бочком подкатывается и говорит строгим начальственным шепотом на ползала.

-Так, Вася, бросай все к ядреной матери, особенно вражеских баб, и дуй срочняком в город. Будешь тайник № 13 изымать на помойке № 2. А для конспирации работать будешь под нищего.

Ну, что ж, начальству видней. Наше дело шпионское простое, куда надо, туда и вперед. На помойку - так на помойку. А время поджимает. Вот тут то и пригодится двойной камуфляж. Выворачиваешь прямо в зале этот маскировочный дипломатический смокинг наизнанку, и оказываешься уже в рубище, с дырами да заплатами. Заодно ботинки лаковые в лужу грязную по дороге сунул, надел казенно-черные оперативно-боевые очки, прическу пятерней слегка разлохматил - и вот уже в момент перевоплотился. Так сказать, образ шпионского имиджа с дипломата на бомжа поменял. Значится, уже готов идти на «тайный бой - он трудный самый».

Но одежда в армии не сама по себе идет. Тут важно вопрос в комплексе решать, в совокупности с профессиональными знаками различия. Да и награды специальные, чисто профессиональные, обязательно надо продумать и ввести, ибо служим «не корысти ради, а славы для».

Например, ввести разведывательные эполеты и носить их даже на партикулярном платье. Оный эполет должен чисто шпионский статус отражать, поэтому носится на одном плече. А на другом, поскольку все же люди военные, надлежит обычному офицерскому погону красоваться, отражающему стандартное воинское звание.

Лестницу шпионской иерархии можно построить следующим образом, если снизу начинать. Например:

· Шпион-кандидат;

· Шпион-рекрут;

· Шпион-ученик (3,2,1 ступени);

· Младший шпион (3,2,1 уровня);

· Средний шпион (3,2,1 разряда);

· Старший шпион (3,2,1 степени);

· Обер-шпион (3,2,1 класса);

· Мастер-шпион (3,2,1 класса);

· Супер-шпион (3,2,1 гильдии);

· Генеральный шпион (высокого, сверхвысокого и высшего градуса, как у масонского просветленного начальства).

Как это лучше на погонах отразить, это уж вы сами подумайте. Можно, конечно, традиционными лычками да разнокалиберными звездочками. А можно и что-то пооригинальнее сообразить, особенно для шпионской элиты. Ну, скажем, стилизованных летучих мышей, орлов, тиранозавров, стегозавров, многоголовых драконов (чем больше голов, тем ранг выше) и т.п. на эполете разместить Можно и петлицы для сей надобности приспособить, а то и еще что-нибудь нестандартно-инновационное придумать. Сами знаете, погоны не ко всякой одежде приткнешь, особливо особям женского пола. Представьте какую-нибудь лэди - супершпионшу в вечернем платье из одних бретелек. Представили? Ну, вот вам и вопрос следом - так куда пристраивать знаки различия будем в таком разе? На декольте? Или на дамскую сумочку? Или прямо на трофейном бельишке с самого Парижа доставленном.

Что касается наград, то тут явно наблюдается серьезная недоработка высшего военно-политического руководства страны и собственного военного начальства. Вон, в ЦРУ есть свои ведомственные награды. И у своих национальных «соседей» хотя бы в прошлом значок был «Почетный чекист». Наверняка, и сейчас, после реформ, без отличий не остались. Современных названий, к сожалению, не знаю, все же не свое ведомство.

А вот в армии - что в пехоте, что в разведке - все одинаково. Непорядок это. Так быть не должно. Страна своих героев и тем более героинь должна сразу узнавать, как Штирлица на телеэкране. И в толпе на улице, и даже в парной без исподнего. Конечно, для парной или пляжа можно какую-нибудь спецтатуировку завести, как у якудза, то есть японских мафиози, в виде цветных картинок по всему телу со шпионскими сюжетами. Женщинам, конечно, можно с изъятиями, чтобы главное в теле не заслонить.

Ну, и, естественно, награды должны быть разделены по трем основным категориям - для кадровых сотрудников военной разведки, для их помощников и соратников из числа российских граждан, а также для иностранных агентов, соратников, партнеров и помощников.

Итак, о наградах. Могу небольшой набросок предложить по таковым регалиям, в качестве проекта для последующей доработки, всенародного обсуждения и, может быть, даже общегосударственного референдума. Начнем с орденов.

Высшей наградой сделать орден «Герой-Разведчик Российской Федерации». Кстати, единый и для героинь, так сказать, в стиле «юнисекс» в рамках политкорректности, чтобы не делить подвиги по гендерному признаку. Исполнить в виде комплекта, как в старину, включив в него следующие предметы:

1. Большой золотой крест (как бы вписанный в круг), с платиновыми мечами, нашейно-нагрудный (т.е. размерами от верхней части груди до нижней оконечности живота, чтобы издалека и без очков видно было), на массивной золотой цепи (не меньше, чем в полпальца, чтобы даже «братки», в натуре, обзавидовались), а звенья ее в виде летучих мышей, у которых глаза рубинами обозначены). По центру креста, терновый венец из платины, сапфиров и алмазов, как бы малый круг образует, обрамляя два слова - вверху «Герой», внизу «Разведчик». Кстати, «камешки» с «брюликами» лучше покрупней подобрать, как бы в виде страховки на черный день. Мало ли как судьба сложится. Может, придется расстаться с реликвией, чтобы внучку любимому на квартиру наличность наскрести, али на учебу в МГИМО.

2. Золотую маску, украшенную все теми же алмазами и самоцветами, увенчанную поверху золотой диадемой (для дам) или зубчатой короной (для мужского пола) в виде танцующих русских медведей. Носится в общественных местах (в театре, пивбаре и т.п., или просто на улице.). Впрочем, не возбраняется и в турпоездку надеть, или на пляже покрасоваться. Но только на отечественной, так сказать, подконтрольной территории. Поскольку все же служба тайная, и иностранцев ни к чему попусту пугать, до тех пор, пока их еще не завербовали. А на самом верху, как на такси, условный шпионский номер приделать, естественно, светящийся, чтобы и ночью видно было. Номер нужен для того, чтобы народ знал, кого лицезреть сподобился, и не путал, если, к примеру, после баньки, за воблой с пивом, сразу несколько героев-разведчиков Российской Федерации (ГРРФ) соберутся. Одно взгляда мельком достаточно - и сразу видишь - вот они, прямо перед тобой, живые легенды и раритеты, например, ГРРФ № 00777, ГРРФ № 00793 и т.д., чьи портреты с газетных полос и журнальных обложек не сходят. Даже в русском издании «Плэйбоя».

3. Широкая бело-сине-красная шелковая (в зимнее время - шерстяная, для дополнительного утепления) лента с бантом и кистями (можно через плечо носить или чресла препоясать). На ней золотые летучие мыши вышиты и дублирующие номера (см. пассаж про золотую маску выше).

Теперь о нижестоящих орденах. Установить следующие награды:

1. Крест с мечами «За небывалые военно-разведывательные заслуги» трех степеней (золотой, серебряный, бронзовый). Для руководящих кадров - со словесным дополнением «За небывалые руководящие военно-разведывательные заслуги»;

2. Звезду «За непомерные военно-разведывательные заслуги» трех степеней (золотую, серебряную, бронзовую). Для руководящих кадров, соответственно, со словесным дополнением «За непомерные руководящие военно-разведывательные заслуги»;

3. Крест «Несгибаемый военно-агентурный руководитель». Из платины, в центре - стилизованная фигура с молотом на замахе, как бы символизирующая руководящий натиск, готовность пустить в ход соответствующие воспитательные средства для достижения практически значимых результатов в разведывательной работе во вверенном подразделении.

4. Звезда «Железного вербовщика» 12 степеней. Черного цвета, эмалью покрытая, в центре золотой паук, оплетающий сетями рубиновую муху. Ну, я думаю, символику пояснять не надо. А количество лучей у звезды по степеням. Состыкуется с количеством завербованных. С тремя лучами - за 10 завербованных агентов, четырьмя лучами - за 20, пятью лучами - за 30 и т.д. Надеюсь, простую арифметическую прогрессию уловили. То есть, ежели 12 лучевая, соответственно, звезда 12-й степени - это за 100 агентов. Для ровного счета. Люблю круглые числа. А больше и не надо. Нам, в ГРУ, столько не прокормить. Сами подсчитайте, если каждый оперативный работник за собой на аркане по сотне агентов «в стойло» приведет. А каждому агенту гонорар шпионский причитается, немалый да еще регулярный. Не, не пойдет. Не катит. У нас так кадровые офицеры совсем без зарплаты останутся. Военный бюджет все же не резиновый. Да и Минфин вместе со Счетной палатой не утвердят. В общем, честно говоря, я бы на семилучевой звезде остановился. На счастье. Шесть лучей еще лучше бы было, для дизайна и казны, но ведь некоторые юдофилы, или, наоборот, тайные антисемиты, не так поймут. Решат, что товарищ на МОССАД подрабатывает. Могут либо услуги предложить, либо погрому подвергнуть в словесной или иной изощренной форме, вплоть до рукоприкладства. В общем, это как в «очко» играть. Перебор тоже никому не нужен. Все должно быть в меру.

Есть, правда, по такому случаю и иной проект, или, точнее, дополнение к нему, с использованием технического прогресса. Можно ведь, помимо ордена, еще и значок ввести. Типа серебряного лаврового венка, в центре поместить миниатюрное табло, с микрочипом. На табло высвечивается рубиновым цветом точное число завербованных на данный момент. Можно цифрой, а можно, для экзотики, в виде скальпов. А ежели потайную кнопочку нажать да пин-код ввести, для знающих эту хитрость, то включается программа, и с ее помощью можно получить конкретные данные, где, кого, когда и как удалось, так сказать, «агентурно соблазнить».

Тут, правда, некоторые теоретики, видимо, тайные эротоманы, предлагают изобразить этот знак в виде серебряного венка, пронзенного золотым фаллосом с рубиновым наконечником. Как бы символизируя то, что торжественный финальный акт вербовки в некотором роде тождествен акту апофеозного завершения интимного контакта. Может, оно, с точки зрения формальной логики, где-то и так. Но, с другой стороны, как потом дома собственным малым детям и внукам повествовать про свои оперативные заслуги, с наглядным показом и разъяснениями по наградным украшениям на груди?

5. Ну, а для рядовых оперов и прочих низовых разведывательных тружеников, не шибко блистающих на разведывательном поприще, но и не махровых бездельников, в самый раз «Мышиный крест» сойдет. Это шутка такая. То есть, речь идет об ордене «Летучей мыши» трех степеней. Серебряный крест, а на фоне его впереди летучая мышь распростерла свои крылья (соответственно, золотой, серебряной и из черной эмали выделки - по степеням).

Ну, вот мы и до спецмедалей, наконец, добрались. Предлагается ввести следующие медальные украшения. С тыльной стороны, как обычно, летучая мышь крылья распростерла, и надпись по кругу - «Слава героям разведки!». А на лицевой, на фоне безликого типа в маске, начертать по существу характера заслуг, например:

· «Лучший резидент России»;

· «За каскад отличий в оперативной работе»;

· «За поруганную девственность вражеских сейфов»;

· «За подбор грандиозного (или внушительного) комплекса вечных и нерушимых тайников»;

· «За разведывательное долголетие» (то есть за выслугу шпионских лет» пяти степеней (за 5, 10, 15, 20, 25 лет);

· «Знатный разведывательный ветеранище» (за 30 лет шпионской карьеры);

· «За звездопад вербовок» (главное, с какой-нибудь голливудской «звездухой» чтоб не перепутали);

· «За 5(10, 15) длительных загранкомандировок в тыл врага».

Конечно, нужны также медали за конкретные разведзаслуги, например:

· «За агентурное покорение Парижа (Берлина, Вашингтона, Пекина, Тель-Авива и т.п.);

· «За создание агентурной группы во Франции (Иране, Турции и т.п.);

· «За успешный уход из засады КРО»;

· «За успешные отрывы от наружного наблюдения» (можно, как на парашютном значке, снизу сменную табличку прикреплять, на цепочках, с указателем количества отрывов на текущий день) и др.

Естественно, о сотрудниках Центрального аппарата ГРУ нельзя забывать. Ибо победы не только в поле куются, но и за письменным столом в кабинетах оформляются и санкционируются. В руководстве не одни дураки сидят, как бы там, в низах, по этому поводу ни злословили. А «технарям» сколько приходится трудиться. А обеспечивающему персоналу, тем же библиотекарям, поварам в столовой и т.д. Даже уборщица, и то свою лепту в общую копилку побед вносит. В таком контексте явственно вырисовываются следующие возможные варианты медалей или, на крайний случай, почетных знаков:

· «Заслуженному руководителю управления ГРУ (направления, участка), разведцентра (разведпункта, оперативной группы)»;

· «Уважаемому заместителю руководителя управления ГРУ (направления, участка), разведцентра (разведпункта, оперативной группы)»;

· «Оперативно-техническому самородку ГРУ»;

· «Толковому специалисту радио и радиотехнической разведки ГРУ» (на обратной стороне - стилизованный электронный заяц, с длинными, длинными ушами, чтоб весь мир слышать. Это как бы шутка такая);

· «Лучшему повару военной разведки» (на обороте веселый повар в белом фартуке и белом колпаке с поварешкой, но в маске) и др.

Понятно также, что нужны ордена и медали, а также почетные и памятные знаки для помощников и соратников российской разведки из числа российских граждан, не являющихся формально кадровыми сотрудниками ГРУ, да и вообще военной разведки. Упомянем с ходу хотя бы о женах этих самых кадровых сотрудников. Ну, что, будете возражать? А, вот то-то же. Я бы тоже на вашем месте не стал дискутировать, ибо чревато многими неприятностями в семейной жизни. А вот о других категориях вышеупомянутых лиц можно и поговорить. Отчего же нельзя, для пущей объективности.

Конечно, многие из них люди штатские, и, следовательно, как бы это помягче сказать, не имеют должных генетических задатков для того, чтобы блистать на разведывательном поприще. То есть разведывательное начальство даже не предполагает ожидать от них разведывательных подвигов. Посему и не сочло целесообразным спецнаграды для них заблаговременно сочинить. А я вот полагаю, что это зря. Иной «штафирка» по неграмотности и от усердия такое учудить может, на что ни один профессионал не решится. Или нераспознанный шпионский вундеркинд-самородок в дело ввяжется. В общем, жизнь - она многообразна и неожиданна в своих проявления. Все, конечно, не предусмотришь, но подстраховаться не помешает. То есть учредить хотя бы какую-нибудь медальку на такой редкий случай, если таковой казус или курьез случится. На обратной стороне медали надпись изобразить, типа: «И небывалое бывает», «Удивительно, но факт», «Шпионские курьезы», «Нет загадок без разгадок» и т.п.

Но, пожалуй, гораздо важнее и сложнее учредить тайные ордена, медали и знаки отличия для агентов и агентесс, а также иных тайных помощников и соратников на той стороне, за линией невидимого фронта. При этом предусмотреть техническую возможность их тайного ношения. И по размеру поменьше сделать, вплоть до полной миниатюры, и по креплению поразнообразнее (например, для ношения на грубых мужских шортах или дамских прозрачно-эротических трусиках), и возможность маскировки предусмотреть (ну, скажем, под обычный туристический значок или дамскую брошку).

А что касается содержания самих наград, так это несложно. Могу с ходу предложить ввести орден «За укрепление агентурной дружбы между народами». На лицевой стороне строгий резидент (естественно, крупных габаритов, как на древнеегипетских барельефах), простер вниз загребущие длани. А снизу мелковатые по размеру агенты разнообразных этнических обликов радостно протягивают ему агентурные материалы. Хотел было вначале в руки резидента толстый мешок с «баксами» вложить, как бы в обмен на документы и как показатель платежеспособности заказчика. Но потом передумал. В наше время перманентных финансово-экономических кризисов было бы нелепо агентурную корысть поощрять и рисовать финансовые «мыльные пузыри». Даже намекать на возможность получения «шпионского гонорара» было бы неприлично. Или, как минимум, несвоевременно. Пущай учатся служить бескорыстно чужому отечеству.

Ну, ясное дело, стандартный орден «Заслуженный агент России» 10 степеней также на ура пойдет. И «Российский шпион-ветеранище» тоже. И медаль могу сразу предложить, такую как «За бескорыстную агентурную работу на благо России». Заранее чувствую, что очень редкой наградой будет, ибо, где же вы таких получателей найдете? Правда, можно будет излишек этих медалей на рынок коллекционеров-фалеристов пустить, или просто побольше отчеканить, для того же рынка. Доходы дополнительные, ясное дело, на нужды ГРУ пустить.

Кстати, было бы нехудо и специальные посмертные медали предусмотреть для агентуры. Если при жизни побоится носить тайные награды, или поскромничает. Например, «Медаль оперативной скорби», на которой безутешный резидент склонился над надгробием своего лучшего агента. А на обратной стороне надпись «Ты ушел в никуда, унося с собой наши тайны» или «Спи спокойно, наш агентурный друг. Твое досье останется вечно с нами».

Следует также как-то отметить и обычные, так сказать, повседневные отличия и достижения в работе. Хотя бы в виде нашивок. Написал за квартал 10 информационных справок - получи одну красную нашивку на левый рукав, сотворил еще 10 - вторую нашивку. Сочинил успешно 10 оперативных отчетов, приколи золотистый уголок на правый рукав и т.п. Кстати, в Великую Отечественную войну, по случаю боевых ранений нашивки носили двух цветов - желтые (за тяжелые ранения) и красные (за легкие). А американцы аж целую медаль «Пурпурного сердца» за такое дело вручают.

Это я к тому, что причиненные травмы при исполнении шпионских обязанностей надо как-то зримо отмечать, не только денежной компенсацией и бесплатным лечением в престижном санатории. К примеру, если в глаз дали и синяк больше недели держался, пришлось в тяжелых казенных темных очках на пол-лица с восхода до захода солнца всю эту неделю ходить, чуть нос не продавило - так и за тяжелое ранение не грех посчитать. Или зуб где-нибудь в центре Европы, да еще чуть ли не последний, напрочь выставили среди белого дня, когда к тайнику пробирался посередь трущоб. Незнамо кто и вообще за что… хамы забугорные. Может даже, что и «наружка» под бандюганов сработала, чтоб вдругорядь по трущобам и помойкам не лазил, дабы отвадить от оперативной работы.

В общем, все они Козлы! С большой буквы и нетрадиционной ориентацией. Фашисты недобитые! Мать их так и разэтак! А еще талдычат чегой то про общечеловеческие и европейские ценности, демократию и гуманизм. Тут вообще не знаешь, как потерю оценить. А пищу как же теперь без зубов потреблять? В ладонях, что ли, перетирать? Или клевать целиком, не разжевывая, навроде попугая. Да и гонорары шпионские, кубыть, не как у голливудских звезд, чтобы опосля весь опустевший рот частоколом из белоснежных имплантантов застроить. Ничего, еще приедем в гости! На танках! Тады за обиды разом сочтемся!

Можно было бы, конечно, еще и нашивки нагрудные за загранкомандирования ввести. Естественно, только за длительные. Мы все же люди достаточно скромные, даже порой в ущерб себе. Да и грудь не резиновая, из-за обилия нашивок может места для орденов не хватить. Конечно, можно для этой цели и спину приспособить, для второстепенных знаков отличия. А вот использовать для этой цели брюки, особенно сзади, на седалищной части, как представляется, было бы как-то не совсем уважительно к знаку отличия. Впрочем, проблему вполне можно на компромиссной основе решить. Пока сотрудник еще достаточно молодой и орденами с ног до головы не обвешан, было бы разумным имеющиеся пустоты в верхней части туловища такими вот нашивками заполнять.

И значки шпионской классности давно пора бы уж наклепать, типа «Агентурный специалист I класса», «Мастер агентурной разведки 1-й категории», «Гениальный вербовщик высшего градуса» и т.п.

По нетленному опыту предков, естественно, помимо орденов и нашивок, надобно бы другие почетные награды завести, например:

Почетная сабля или шпага разведчика. Драгоценные украшения на рукояти и ножнах, ясное дело, в соответствии с рангом и заслугами - кому алмазы в переплетении платины с золотом, а кому и стразы Сваровского на мельхиоре сойдут. Как говорится, богу - богово, а кесарю - кесарево. Надписи на клинке могут быть разные. Хочешь - из серии традиционных, типа «Без нужды не вынимай - без славы не вкладывай». Мне вот нравятся самурайские заповеди-клише, хотя они и не наши, из серии «Не обнажай свой меч, если не можешь напоить его кровью».

Почетный кинжал (для постоянного ношения, как у СС-овцев когда то было, в Германии. И надпись на клинке - «Моя честь - моя верность». Кому? Ихнему фюреру, конечно, на тот момент. Ежели при победах и награждают, то правую руку вверх в «римском» приветствии выбрасываешь, и, как говорится, истошно и радостно «Хайль Гитлер!» кричишь. А когда в плен берут, то от обратного. Мол, «Гитлер капут», уже заметно потише, и как бы с разочарованием в голосе. Ну, на нашем клинке, ясное дело, другие фразы будут, типа «Слава русским разведчикам!», «Сим победиши», «Разведывательные чудо-богатыри» и т.п.

Почетный «Черный плащ», как в диснеевском мультике. Моему внуку очень нравится, так что нашим разведчикам, наверное, тоже подойдет. Подкладка разного цвета: белая, красная, синяя, зеленая, в трехцвет, в полоску, в горошек и т.д. Масса вариантов. В общем, в зависимости, опять таки, от ранга и заслуг. Ну и застежка на плаще тоже по антуражу и дороговизне существенно различается, по той же причине.

Почетный головной убор. Тут уж вариантов побольше, чем с плащом наберется. И по фасону, и по материалу, и по украшениям. Главное, страусиных перьев на плюмажи не жалеть, и драгоценных камней по полю побольше разбросать, чтобы искрилось и переливалось на солнце и без, в тени то есть.

Почетные служебно-оперативные черные очки. Оправа из резной слоновой кости, или моржового клыка, отделка из самоцветов и т.п. ну, это не столько даже награда, сколько традиционный профессиональный реквизит.

Было бы не худо возродить, как при недостроенном коммунизме, различные титулы и почетные звания, например:

· Ударник шпионского труда;

· Гений шпионажа 1-й (2-10-й) категории;

· Мастер вербовок 1-го класса и т.п.

На этом, к сожалению, мечты и прожекты резидента были грубо прерваны, и как раз тогда, когда он подошел к довольно интересному и познавательному историко-разведывательному подразделу «юбилейные и памятные разведывательные знаки и медали».

Дверь в спальню внезапно распахнулась, и на пороге предстала фигура жены, завернутая в прозрачно-черный французский пеньюар - трофей от предыдущей командировки, прямо из магазина «Ляфайет», что на бульваре Османа, то есть с самого Парижа вывезенный. Это, конечно, со слов жены. Реально, конечно, по агентурным данным, сей пикантный товар. По происхождению, на распродаже в магазине TATI приобретенный, был ей все же несколько великоват и длинноват, а в нижней части слегка даже волочился по полу, как шлейф.

Супруга молча направилась прямо к дивану мужа, слегка отодвинула его уверенным жестом от края, и втиснула свое тело в освободившееся пространство, одновременно по-хозяйски запуская руку под резинку семейных трусов, свободно облегающих нижнюю часть солидного силуэта резидента. В них Шеф обычно постоянно дома и даже по двору ходил, если гостей не было. То есть с некоторой натяжкой это пошитое самолично женой изделие на роль домашних шортов в тропических условиях претендовало.

Ритуал прелюдии к выполнению почетных и вроде де бы по замыслу приятных супружеских обязанностей был уныло однообразным и пресновато-приевшимся, и не требовал, по мнению супруги, сусальных словесных нежностей. В особых пояснениях к ситуации Шеф не нуждался. Все было понятно и без слов - настало время расплаты, ибо за все в этой жизни приходится платить, а бесплатный сыр бывает только в мышеловке. За вполне приличный обед жене полагалась награда.

По давно сложившемуся на компромиссной основе семейно-эротическому календарю интимным общением полагалось заниматься обычно раз в неделю. С мужской стороны это требовалось для обеспечения профилактики возможного развития побочных возрастных заболеваний типа простатит, а также для снятия ненужных и вредных для службы психо-биологических напряжений.

С женской стороны это обеспечивало должную гормональную подпитку организма и нормально функционирующий цикл биоритмов и обменных процессов, что было немаловажно, особенно в тропическом климате. При этом предполагалось, что своевременное и регулярное снятие эротического напряжения предотвратит пагубное для обоих участников стремление к поиску соответствующих контактов с посторонними лицами.

Шеф не возражал бы и чаще контактировать, ибо физиологически организм требовал большего, но лучше бы эти внеплановые занятия проводить как бы вне семьи. Хотелось все же несколько разнообразить сексуальную диету и совершенствовать технологические навыки, что с любимой женой как-то не очень получалось. Особых затей в этой области она принципиально не признавала, считая, что главное в общении - это естественно-природный физиологический процесс, а все остальное от лукавого и от морального разложения. Не помогли даже специализированные справочники с картинками и экстремистско-эротические любовные романы, которые Шеф в свое время упорно подсовывал жене. Скорее даже наоборот, популярные методические разработки, уделяющие слишком много внимания чисто техническим деталям и рекомендациям, похоже, напрочь погасили в ней ранее существовавшие природные фантазии и новаторское любопытство.

Так что объективно требовалось найти другой подходящий предмет влечений для изношенного службой организма, который смог бы пробудить невостребованные должным образом и засыпающие мужские способности, а также всколыхнуть резервную мощь и фантазию.

Конечно, можно было бы пойти по исторически проторенному и веками обкатанному пути служебных любовных романов, имея под рукой штатную подчиненную женского пола, занимающую вакансию машинистки резидентуры и носившую красивый народно-неоперативный псевдоним Мерилин Монро. То есть, по своей внешности вполне могла бы служить секс-символом российской военной разведки, и без всякого конкурса заслуженно получить титул «Мисс Резидентура». Или, как говорилось когда-то в известной советской кинокомедии «Боярыня лепа, бровьми союзна. Чего тебе, собака, еще надо?». Был, правда, у нее один маленький, но психологически существенный изъян, ибо оная «мисс» давно уже была фактически «миссис». То есть состояла в законном браке, причем, будучи женой оперативного работника этой же резидентуры, и, стало быть, законной супругой офицера и его подчиненного. Стало быть, служебным табу. Существует в армии неписанный офицерский кодекс поведения, с тонкими психологическими гранями и деликатностями, существенно осложнявший решение многих проблем, в том числе сексуальных.

Переходить через эти грани Шеф и не собирался, ибо еще в военной юности пропитался священными армейскими догмами, что жен сослуживцев, а уж тем более подчиненных, обольщать как бы нежелательно, а то и вообще нельзя. Ибо это не по-товарищески будет, не по-рыцарски, и не по-офицерски. Даже если баба сама пристает и проходу не дает. В таком разе надо энтой заблудшей деве твердо и категорически, на доступном ей языке, указать на неправильность и несвоевременность ее поведения, а также адресную ошибочность объекта домогательств. А не идти на поводу, даже если самому очень хочется и обстановка позволяет. Вот так и только так! И никак иначе. А то анафема и отлучение от офицерского коллектива, не говоря уже о вполне возможных физических последствиях, со значительным ущербом для здоровья и мужского достоинства. Не говоря уже о возможных потерях в плане половой дееспособности.

Хотя, на практике, оно, конечно, всякое бывает. Иной раз приходится отступать от священных заповедей и сакрально-уставных норм общения. Жизнь военная - она сложна сама по себе, терниста и извилиста. Гибкость постоянно требуется и высокая приспособляемость. Но тогда хотя бы военные приличия надо соблюдать, без рекламы обходиться. И конспирацию блюсти, как будто нелегалом работаешь в глубоком вражеском тылу. Кругом враги, кругом оппозиция и контрразведка. Бди в оба глаза и на два уха, на интуицию почаще налегай, с внутренним голосом не ленись советоваться.

Вот с чужими бабами - это всегда пожалуйста. Даже как бы морально поощряется, как символ воинской доблести и чести. Чем их больше в койку завалишь на своем военном пути, тем выше послужное реноме. Будет о чем вспомнить на товарищеском военном «чаепитии», среди коллег и сослуживцев. И чтобы потом не жалеть об упущенных возможностях, в период заслуженной пенсии, если доживешь. Это гораздо больше ценится, чем высокий личный боевой счет. Как говорится, хороший солдат импотентом не бывает, а на войне, али в глухом таежном гарнизоне даже Баба-Яга Василисой Прекрасной покажется.

В качестве наиболее оптимального варианта выхода в этой ситуации представлялась главный бухгалтер посольства - довольно миловидная невысокая дама лет сорока с тонким интеллигентным лицом, короткой стрижкой и изящными очками, разведенная, и попавшая на заработки за рубеж по чьей-то высокой московской протекции. Шефу весьма импонировали ее самостоятельность и целеустремленность, трезво-практичный взгляд на жизнь, сочетающийся с внутренней добротой и бесконфликтностью, сохранившиеся элементы романтизма и увлеченности в характере, а также смешливость и оптимизм.

Кроме того, налицо была и несомненно выраженная «воля небес», как бы сниспосланный свыше знак судьбы. За последнюю неделю Шефу уже в третий раз снился один и тот же томительно-интригующий эротический сон. Он видел себя стоящим глубокой ночью возле открытого посольского бассейна, почему-то в полном парадном облачении, включая черный, лоснящийся на отворотах смокинг, и бабочку под белоснежным воротником рубашки. Блики луны мерцающе перебегали по ряби воды, и падали на молочно-светящееся обнаженное русалочье тело, постепенно открывавшееся по мере продвижения по наклонному выходу на оконечности бассейна после завершения купания.

Полностью выйдя из воды, этот силуэт молча и женственно-плавно покачивая округло-белоснежными бедрами, направился прямо к застывшему в безмолвии Шефу. Тонкие руки со стекающими по ним капельками воды обхватили его шею. Даже сквозь плотную ткань он почувствовал пульсирующе-зовущее, притягивающее и дурманящее голову ароматное тепло ее тела, полную грудь и слегка выпуклый живот с нежными завитками внизу, округлые колени с ямочками над ними и прерывистое дыхание у своего лица. Мягкие губы обхватили его рот, всасывая и слегка прикусывая его язык. Одновременно ее пальцы волновыми движениями прошлись по волосам, пригибая его голову вниз, к своей груди и, отпуская его рот, наполнили его губы вместо языка своими требующим ласки сосками. Ее пальцы побежали еще ниже по спине, несколько раз нервно и сильно сжали ягодицы, и требовательно ухватились за его ладони, направляя их вокруг своих бедер и, слегка раздвинув ноги, к влажному темному треугольнику между ними, уже набухающему и сочащему чувственным соком томления и призыва.

Ее пальцы, оторвавшись от его рук, вновь устремились по телу, расстегивая на ходу и сбрасывая вниз освободившиеся части столь мешающей грубой одежды. Освободив из неволи рвущийся на свободу и сразу вздыбившийся на открытом пространстве интимный предмет, цепко удерживая его одной рукою, она также молча начала опускаться на землю, властно притягивая его на себя…

Вот в этот момент шеф как раз обычно и просыпался, еще чувствуя некоторое время теплые трепетные женские пальцы вокруг собственной разбуженной мужской достопримечательности. Вещий и призывный сон, ибо именно данный объект ночных тайных вожделений и дневных воздыханий любила купаться по ночам в этом бассейне. Как раз ровно неделю назад он задержался на работе и спустился от посольства вниз, чтобы побыть немного у прохладной воды, успокоительно переливающейся под ногами. И именно тогда он увидел молочную белизну ее плеч в воде, и ее тихий голос извинительно и доверчиво произнес: «Простите, я забыла купальник и мне пора выходить». Шеф с трудом, но деликатно отвернулся. Не проедать же откровенным и изумленным взглядом насквозь такое тело, военно-интеллигентное воспитание мешало. Но одновременно он остро чувствовал всей спиной и затылком выходящую из воды обнаженную и столь прекрасно очерченную фигуру. Потом он довез ее до городской квартиры, в которой прекрасная дама жила вместе с одной МИДовской секретаршей, болтая по дороге о всяких житейских пустяках, о московских театрах, парках, дачах, машинах и метро. Возле подъезда пригласила зайти на чашку кофе, но Шеф почему то не смог решиться. Может подсознательно хотелось продлить ощущение сказки. Вот с той ночи и начали преследовать эротические сны.

Может, зря он тогда сразу не зашел, тогда все уже стало бы ясным. Правда, поддаваться спонтанно порывам он не привык. Его военно-профессиональный, годами натренированный и отшлифованный характер требовал все же предварительно проанализировать ситуацию и принять вначале какое-то основополагающее решение, определиться с перспективами взаимоотношений. Проклятая привычка и пережиток военного мышления - все предварительно продумывать и взвешивать, потом принять решение и выработать четкий план. А уж потом действовать - решительно, последовательно и твердо.

А вот с женщинами такая технология не применима. Не получается, нельзя, не под их менталитет. Сколько уже из-за этого было упущенных возможностей в прошлом. Лэди и не лэди разных возрастов, характер и обличий мечтают, чтобы все было сразу в комплекте, и очень красиво, как в Голливуде: лимузин с персональным водителем, лакеи в ливреях, бал для избранных во дворце, элегантное и безумно дорогое вечернее платье, феерическое сверкание бриллиантов и матовое свечение жемчугов, кружащиеся в вальсе пары, корзины с розами, искрящееся шампанское в бокалах. И, естественно, главное - сам поклонник во фраке на коленях с пылким признанием на устах. А потом на вытянутых руках ее легко заносят прямо в спальню под шелковый балдахин в стиле Людовика XIV, сбрасывая по дороге на ступеньки детали мужской и ее одежды. И бурная ночь любви, с постоянной сменой поз и позиций, в экстазе поцелуев и объятий, в аккомпанементе музыкально-стимулирующих стакатто и крещендо под чье-нибудь сладко-упоительное песнопение о любви.

А тут вместо этого проза жизни: несвежие семейные трусы, побитая «тачка» с запахом бензина, немытые тарелки на кухне с прилипшими тараканами, продавленный скрипучий диван, три вялые гвоздики, в газетку завернутые, приобретенные со вздохом сожаления на последние перед получкой деньги, то есть явно зазря выброшенные (лучше бы полбатона «Докторской» с пивом и сырком на завтрак купил)…Да, женщины, женщины, нелегка ваша доля…в унылой балладе, растянувшейся на всю жизнь. В общем, пора окончательно решать и действовать решительно и быстро, в позитивном, естественно, направлении. Тем более, что по имеющимся достоверным данным соседка бухгалтерши по городской квартире через две недели должна в отпуск в Москву отчалить и, стало быть, квартира от посторонних месяца на полтора, а то и на два освободится. И как бы повод для контактов есть, скажем, необходимость в консультациях и помощи по освоению компьютерных бухгалтерских программ. А это такая морока, тут и за год, как следует, не разберешься. Как в Академии учили, готовая и убедительная «сквозная универсальная легенда» на длительный период. Тем более, что финансово-экономических вузов в натуре не заканчивал. Можно сказать, самоучкой все бухгалтерские таинства приходится постигать. А в офисе, мол, консультироваться некогда и мешают, вот и пришлось наведаться, как бы в более спокойных условиях к помощи специалиста прибегнуть…

И как раз на этом витке крамольных супружеских мыслей как-то почти незаметно и акт одомашнено-эротического общения закончился. Во всяком случае, жена уже умиротворенно возлежала рядом и что-то ворковала своим сытым голосом про домашнее-хозяйственные мелочи.

Да, вот так вот и вся жизнь зачастую проходит, как-то все невпопад и незаметно. Ну, да ладно, с лирикой и мечтами пора заканчивать, ибо, судя по будильнику, «сиеста», к сожалению, похоже, завершалась. «And it’s a high time»(это по-англицки), а ежели не знаете, то в переводе на французский звучит как "Il est temps de partir" - то есть тащиться на ети ее мать, так называемую «дипломатическую работу по прикрытию», то бишь на проклятую оперативную службу», «тудыт ее в качель, едрена вошь» - как его дедушка изволил в таких ситуациях выражаться.

И вот всего через десяток минут скромный германский «автопролетарий» Ауди-100 выносит из-за ограды двора столь милого, родного и привычного седока на широкие оперативные просторы. Естественно, как и каждый день, тут же сзади к нему подстраивается пара чужих и более породистых «Мерседесов», элегантно-черных, холеных. И как вы думаете, чьих? Ну, конечно. Загадка для учеников начальных классов и тому подобных «оперативных чайников». Опять традиционно-непрошенный эскорт местной контрразведки, точнее, ее службы наружного наблюдения. Ибо к чужому шпионскому начальству она всегда с должным трепетом и уважением относится, бдит и сторожит денно и нощно. Можно подумать, что он, великий вождь, самолично, по три раза на день, по тайникам шляется, и запись добровольцев в агенты ведет прямо у себя на дому, за обеденным столом, с сожалением отрываясь от тарелки с борщом.

И мчится моторизованная кавалькада по накатанному маршруту. Впереди, за рулем, темп и программу движения сам шеф задает, крутит руль механически. Скорости переключает. А голова опять в мечтания ушла. Жил бы сейчас на территории посольства, так еще, как минимум, полчасика можно было не в раскаленной автокоробке, а под «кондеем» в полумраке и прохладе помечтать.

Ну, козлы МИДовские, все из-за вас. Ни любви толком, ни работы. Ничего, еще дождетесь. Вот соберемся с умом и с силами, учиним, как положено, военный переворот с военной диктатурой, и всю эту шваль со Смоленской площади сразу оптом на идейную перековку отправим. Прямиком в окопы на Кавказский фронт, с лопатой, уставом и автоматом в обеих руках и оставшихся зубах. Строить и защищать Великий кавказский оборонительный вал, от моря до моря, от Каспийского до Черного, на 1200 верст с гаком. Чтобы покруче Великой китайской стены стал. Новое чудо света, мечта любого фортификатора, историка и полководца. А в свободное от автомата и лопаты время будут отжиматься лежа, естественно, в противогазе. Или строевой заняться, и маршевые песни петь взахлеб, тоже, как водится, в противогазе.

Ото и будет вам и «дипломатический этикет с протоколом», и «политическая линия посольства», и «ведомственная жилплощадь», и «дипломатический иммунитет с привилегиями». А также прикладная лингвистика вместе с накопленной валютой, которую тоже придется «добровольно сдать» в «Фонд обороны» и на ликвидацию последствий либеральной демократии.

Впрочем, есть и более долгосрочный, еще более перспективный проект. Так сказать, более высокого государственного масштаба, связанный с колонизацией региона и созданием защитного барьера и опоры из казачьих поселений. Как это при царе-батюшке было, пока злодеи-большевички всех казачков не извели, под корень. Как класс. Вместе с дворянством и старорусской интеллигенцией. Теперь вот спохватились, да поздно. Не тот казак пошел, ох не тот. Нередко больше декоративный, и чересчур коммерциализованный. Да и маловато их осталось, особенно вдоль пограничных рубежей. Терское казачье войско по пальцам пересчитать можно. В бывших станицах казачьих одни чечены с ингушами царствуют.

В общем, возрождать казачество надо. А тут в голове гениальная идея заквасилась и почти вызрела. После того, как бывшие МИДовцы опыта и знаний в защите отечества на пограничных рубежах наберутся, да проверку в боевых условиях пройдут на предмет выживания и адаптации к новым историческим и социальным условиям, на предмет лояльности к новой русской власти, было бы логичным их всех оптом, вместе с законными супружницами и детушками, на постоянное жительство тамошнее определить. И, стало быть, в казачки поверстать. С освобождением от налогов и прочими льготами. Как бы в «дипломатических казаков» преобразовать, сокращенно - «дипло-казаки».

К примеру, проявили новоявленные братья-казаки местную инициативу, собрались в поход, ополчились, наказного атамана выбрали, выбили кавказских «духов» из ближайшей казачьей станицы, и тут же заселили вновь исторически законными потомками. Трофейные дома с мебелями, коврами, скотиной и участками земельными, автотранспорт и т.д., стало быть, новым владельцам переходят, с дележом по справедливости и заслугам, и, ясное дело, бесплатно. Трансакция проходит по категории, как казачки когда-то донские говорили, типа «ясак», «дуванить» и «сарынь на кичку». Ну, это я без перевода оставляю. Захотите разобраться в этимологии, запишитесь вначале в казаки. Взятые с бывших временных оккупантов репарации, контрибуции и выкупы - тоже «новым казакам», на первичное обзаведение. Трофейное оружие, естественно, тако же новым хозяевам остается. Ну, чем не жизнь? И в прибытке, и романтично, и зрелищно. Заснеженные горные пики по всему горизонту прямо из окна дома лицезреть можно. С утра до вечера, круглый год, в любую погоду. И никуда ездить на поезде не надо. В Москве такое не увидишь, даже из «высотки» на Смоленской площади.

Вы только представьте себе бывшего дипломата. Мотался когда то, зачморенный, на своем матово-черном «Бентли», поручения посла выполнял, высокопоставленных «гостей», из Москвы нагрянувших, развлекал, по Лондону день и ночь таскал, себя не жалея. В Букингемский дворец на приемы к королеве во фраке чуть ли не ежемесячно шастал. В общем, годами одно и то же, дипломатическая рутина и тоска сплошная. Любимую родину только по телевизору видел, как какой-то разведчик-нелегал. Забывать начал, как родимые русские рубли выглядят.

А тут разом смокинг на черкеску с газырями и погонами поменял, да лохматую овчинную папаху. Вместо пробора в ниточку над чисто выбритой мордой, одутловатой от безделья и аперитивов, оселедец, на ухо намотанный, да лихие усы до пояса, али борода веером. АКМ на груди вразлет, пониже наградных крестов, кинжал устрашающего размера на поясе, шашка на бедре. Все серебром да золотом переливается. Фотографируется, лихо подбоченясь, опершись на трофейный «Лендровер», возле подбитого чеченского али грузинского танка. А на обширном огороде у собственной усадьбы крепостные из пленных «кавкасионов» старательно копошатся под присмотром жены с палкой в руках, или младшего сына с пистолетом на поясе (вместо учебы в МГИМО, на хрена ему диплом при такой красивой жизни). В общем, наконец то, полноценной жизнью бывшие дипломаты заживут, на настоящих людей будут похожи.

Ну, а, ежели, скажем, после полного и окончательного освобождения коренных казачьих станиц, аул или кишлак сподобились захватить, так тут же тоже в станицу переименовать следует. И в память о МИДе название можно дать. Был, например, когда-то Первый европейский департамент. На базе его «Первую европейскую сотню» сформировать, в составе Европейского казачьего полка имени атамана Путина. А захваченный ею аул переименовать в станицу Европейская. Соответственно, в честь Департамента внешнеполитического планирования вполне можно было бы облагозвучить бывший аул названием станица Внешполитплановская. А вообще то, бывших МИДовцев, если еще и детишек посчитать, вполне хватит на формирование полнокровной казачьей кавалерийской дивизии четырех полкового состава. Заодно кавалерийский дивизион амазонок в него включить. Из тех же МИДовских сотрудниц сколотить. На усиление казачьего войска, и для снятия сексуально-психологических стрессов после боя.

А там, в перспективе, как господь заповедал, «дипло-казаки» плодиться да размножаться начнут. Особенно, если позволить, в виде исключения, учитывая специфику кавказской ситуации и исламское окружение, по несколько жен завести, из местной женской фауны, на временной, конечно, основе. О… так тут, лет через двадцать, бронекавалерийский корпус можно будет развернуть, а то и два. С размещением уже на Закавказской оборонительной линии. Поближе к Индийскому океану, поперек всей Азии, от Средиземного моря на западе до Желтого моря, соответственно, на востоке. В длину мерить «линию» пока не будем, даже по карте, а то дух захватывает от перспектив. Да и неподготовленному психологически читателю страшновато будет. Это казакам не привыкать, они расстояний и пространств не боятся.

Да, а уж третьему поколению «дипло-казаков», наверняка, придется оборонительный вал уже по берегам Индийского океана созидать, и заодно, параллельно, в морских казаков превращаться. Готовиться на «стругах», «чайках» и трофейных каравеллах океанские и морские просторы бороздить, с абордажными саблями в зубах на борт чужих фрегатов и авианосцев, как обезьяны, взбираться. Со штормами да цунами бороться, соленой водицы да пиратского рома вволю похлебать.

Ну, о начальстве бывшем тоже можно порадеть. Только титулы слегка поменять, при смене уютных директорских кресел на жесткие казачьи седла. Поначалу, конечно, за счет назначенцев сверху. Например, из директора департамента вполне может хороший станичный атаман получиться, с перначом за поясом вместо паркеровской ручки в кармане. А там посмотрим, кто чего стоит. Выборы введем вместо назначенцев начального периода становления. Так что, потом в атаманы путь будет открыт, если свои казачки изберут. Если выкрикнут на казачьем круге, по старинному обычаю, в рамках казачьей демократии. А не понравится, или проштрафится атаман, так по тем же древним обычаям - в рогожий куль и в воду, рыбам на корм. Так сказать, гибкая кадровая политика в практическом проявлении.

Ладно, хрен с ним, с МИДовцами. Пусть пока так живут, в ожидании грядущих перемен. А хороший резидент ГРУ должен прежде всего о своих делах думать, в зоне личной ответственности, как и положено на тайной государевой службе.

НОВЕЛЛА № 20

УВИДЕТЬ ПАРИЖ - И ПРОСНУТЬСЯ


Полковнику никто не пишет,

Полковника никто не ждет…

Из современной песни.


Виктор Степанович Засекин сидел по-офицерски подтянуто и несколько напряженно, почти на самом кончике простого канцелярского стула, всячески демонстрируя своим видом и взглядом внимание и почтительность к высокопоставленному собеседнику, восседавшему напротив за столь же безликим канцелярским столом.

Эту безликость несколько разнообразило мутно-красное пятно папки посреди стола - личное дело самого Засекина, перекидной календарь с торопливыми пометками на открытом листе, массивная бронзовая настольная лампа с зеленым стеклянным абажуром и крестьянско-пролетарским орнаментом из скрещенных серпов и молотов - раритет еще сталинских времен, матово-черный настольный органайзер современных офисных форм, ну и, естественно, тройка разнокалиберных телефонных аппаратов открытой и закрытой связи.

За спиной руководства, несколько сбоку, как и полагается, массивно нависал громоздкий сейф, тоже исторический раритет, явно не нашего производства. По слухам, из бывших военных трофеев армии-освободительницы периода Великой Отечественной войны. Когда-то, якобы, стоял чуть ли не в самом Имперском управлении безопасности Третьего рейха на Принц Альбрехт-штрассе. Второе, гораздо более пухлое секретное оперативное дело на Виктора Степановича, которое он сам никогда в жизни в натуре не видел, со всеми подшитыми в него бесчисленными характеристиками, отчетами, доносами, справками и психологическими портретами, как раз в данный момент, скорее всего, и покоилось в этом сейфе.

Беседа, в основном в виде начальствующего инструктажа - монолога, шла о предстоящей поездке, точнее, предполагаемой краткосрочной служебной командировке Виктора Степановича - для проведения встречи по явке с неким весьма важным агентом - в знаменитую столицу столь же именитого иностранного государства под звонким, сладкоголосым названием Париж. В город, воспетый множеством франкоязычных и инородно говорящих писателей, поэтов, бардов, менестрелей, журналистов, туристических агентов и рекламодателей.

Да, этот город был давней детской мечтой самого Виктора Степановича, тогда еще просто Витька. Впервые эта любовь зародилась в обычной средней школе родного города Твери (на старорежимном додемократическом языке имярек бывший Калинин, в честь бывшего «всесоюзного старосты»), где он добросовестно пытался освоить зачатки французского, вникая в слишком сложную, архаичную и неподатливую грамматику этого цветистого языка любви, дуэлей, революций и романтических странствий.

Тверь всегда исправно и обильно поставляла матушке-России военно-командные кадры. Не стал разочаровывать государство и Виктор Степанович. В Тамбовском военно-артиллерийском училище ему, естественно, чтоб не засорять мозги посторонней невоенной информацией, оставили для продолжения изучения этот же иностранный язык. Ну, а по прошествии энного исторического периода, после «проверки в войсках» на профессиональную пригодность и морально-психологическую закалку, по завершению длительных многоходовых мытарств по просачиванию в «святая-святых», в «подземные» структуры ГРУ, в Тайной Военной Академии в качестве первого языка подсунули вьетнамский. Причем, видимо по инерции прошлого, в комплекте все с тем же французским, хотя он, строго говоря, в таком ассортименте ему потом особо не понадобился. В Юго-Восточной Азии на французском говорили только старички-интеллигенты, случайно уцелевшие от революционных бурь, антиколониальных войн и пол-потовских «зачисток».

В общем, из-за этого вьетнамского вся зарубежная разведывательная жизнь так вот и прошла по диким азиатским закоулкам, в треугольнике Вьетнам - Лаос - Камбоджа, под «крышей» специалиста по поставке вооружений в военно-конфликтные регионы. И пришлось, спасаясь от жары, малярии и амебной дизентерии, разбавлять почти ежедневно эту жизнь, с ее фантасмагорическими впечатлениями, солидной дозой вискаря с содовой, или, чаще всего, какими-нибудь местными алкогольными суррогатами, а также хинином и зеленым чаем.

Закусывать также чем только ни приходилось, особенно в полевых условиях. Естественно, как активного поставщика «братской гуманитарной помощи» в широком диапазоне от зенитных ракет до полевых кухонь и хирургических инструментов, ему довелось прочувствовать всю глубину и широту признательности местных властей на различных иерархических уровнях. Особый интерес представляла возможность откушать на официальных приемах фирменные блюда из специально откормленных для дорогих гостей мясных собачек. Приобщился также в потребительской форме и к восточным таинствам приготовления местных гастрономических изысков путем длительного прослушивания истошных визгов подвешенных за задние лапы, извивающихся от боли поросят, заживо отбиваемых длинными палками для придания мясу особого привкуса, вызываемого ферментами, образующимися от диких болевых ощущений в теле несчастных будущих деликатесов. А иной раз приходилось обходиться и испеченной на костре свежее пойманной змеятиной или шашлыком из крокодильих хвостов, одновременно отбиваясь палкой от их ближайших, еще сохранившихся и чересчур активных сородичей, с непомерно повышенным аппетитом на человечинку.

Кстати, довелось несколько раз отведать той же змеятины, но уже в цивилизованных условиях специализированного ресторана, с детализированным скрупулезным исполнением всех причитающихся при этом весьма зрелищных ритуалов и обрядов. Ну, то есть, как и положено, террариум на входе с извивающимися в нем склизкими и холодными гадами всех мыслимых размеров, форм и расцветок, среди которых клиент сам выбирает наиболее ему приглянувшееся чудовище. Затем это еще живое пресмыкающееся официант подносит на вытянутых руках к столу. Тут же на глазах молниеносно вспарывает ей брюхо запрятанным между пальцев бритвенным лезвием, где-то в районе желчного пузыря. Достает оный пузырь и опорожняет его содержимое в рюмки с алкоголем, отчего тот как бы по мановению волшебной палочки мгновенно превращается в лекарственный напиток. Ну, а потом агонизирующее тело убиенной рептилии относят на кухню на заклание, и через некоторое время уже в разделанном и запеченном виде подают на стол со всякими специями и приправами. Хотя в общем, если убрать ритуал, то разницы во вкусе никакой - что в ресторане, что у костра в джунглях, чем-то куриное мясо напоминает.

Правда, как-то не сподвигло на свершение еще более высоких кулинарных подвигов путем употребления во внутрь наиболее изысканных местных деликатесов типа тушеных с медом и молоком новорожденных мышат или супа из дождевых червей. Видимо, все же не хватило должного врастания в местную культуру и обычаи, или просто психологической закалки и силы воли. Зато тропических фруктов наелся в изобилии, на всю жизнь хватит.

Естественно, помимо кулинарной экзотики, довелось и боевыми ощущениями обогатиться. Не раз под бомбами и ракетами побывать, прячась под дождем осколков от своих же зенитных снарядов, вдыхать вонь горящего напалма, смешанного с запахом обугленных человеческих тел. Несколько раз пришлось даже пострелять из «калаша», правда, некачественного, китайского, блин, производства, отбиваясь в Лаосе от заброшенных американцами разведывательно-диверсионных групп, укомплектованных выходцами из горных племен «мео». А в джунглях Кампучии - от одичавших от массовых убийств и голода «красных кхмеров».

Насмотрелся в той же Камбодже-Кампучии на аккуратные стеллажи с людскими черепами в бывших концлагерях, на тучи огромных, злобных крыс, облепивших грандиозно-величественные, как буддийские ступы, мусорные кучи, наспех оттесненные бульдозерами с основных магистралей в тесные проулки разоренного и совершенно пустого поначалу Пномпеня. Эти огромные, разожравшиеся твари с красными, воинственно горящими глазами победителей, чувствовали себя подлинными хозяевами города и не хотели уступать завоеванное за многие годы пространство людям. В этом самом Пномпене пришлось начинать активную разведывательную работу с восстановительных столярных и слесарных работ, самому браться за молоток, гвозди и плоскогубцы.

А вот в заграничной Европе, и уж тем более в Париже, за всю свою, перенасыщенную приключениями и злоключениями жизнь, так и не довелось побывать. И хрустальная мечта детства так не появилась на блюдечке с голубой каемочкой.

Что касается французского, так очень быстро выяснилось, что в тамошних отдаленно-азиатских краях он особо и не нужен, как бы сгинул в прошлое вместе с бывшими хозяевами и носителями - французскими колонизаторами. Уцелели, конечно, кое-где местами, престарелые остатки местной гражданской и военной интеллигенции, получившие когда-то образование в метрополии, во всяких там Сорбоннах, Эколь Административ и Сен-Сирах. Среднее поколение во время войны родным языком вполне обходилось. Ну, а молодая поросль, так та, в духе времени, уже больше на «америкэн инглиш», на язык глобальных нео-империалистов и компьютерной техники налегала. В общем, пришлось и самому на новый международный экономико-технический язык 21 века переходить, поменять школьно-вузовский «Parlez vous Francais?» на доморощенный, полусамодельный руссо-инглиш «Hey, mother fucker, do you speak English, блин?».

Но вот, наконец, чудо свершилось, или, точнее, вот-вот произойдет. Впереди давно заждавшаяся мечта детства - утопающий в майских цветах и ароматах Париж, выставки художников на Монмартре, Триумфальная арка в обнимку с Эйфелевой башней, Нотр-Дам де Пари и Пляс Пигаль, Шан д’Элизе и Пляс Шарль де Голль (бывшая Этуаль), маленькие кафе с выносными столиками на тротуарах, круассаны и печеные каштаны, бордо в бокалах и перно в высоких стаканах…Как писал в своих стихах Поль Верлен.

-Car mon reve a pris corps…(Мой сон несбыточный стал плотью…).

А тем временем размеренный баритон Шефа вновь вторгся в сознание, внезапно взбудоражив его совершенно неожиданным пассажем.

-В интересах дела и для обеспечения должной конспирации поедете не один. С Вами будет дама, уже знакомая Вам. А вот, кстати, и сама она.

В распахнутую дверь кабинета даже не вошло, а скорее вплыло что-то одухотворенно-воздушное, неземное, из какого-то совсем другого, не разведывательного мира, никак с ним явно не ассоциировавшееся, даже на уровне глубинного подсознания. Среднего роста, изящная женственная фигура, с тонким интеллигентным и выразительным лицом, в темном обрамлении волнистых волос, с живыми искрящимися карими глазами.

Виктор Степанович вдруг почувствовал какой-то озноб и дрожь, уже привычную скованность и даже робость, почему-то сразу появлявшиеся при виде этого неземного создания, объекта тайных дневных грез и мечтаний, а иногда даже замысловато-эротических ночных сновидений.

Наверно, последняя в его биографии настоящая сильная любовь, пришедшая под закат активной мужской жизни. Но, к сожалению, практически безнадежная и грустная, без надежд на отклик и взаимность, просто в силу естественных психо-биологических и статусно-экономических различий. Угнетающая разница в возрасте, явно счастливое пребывание в законном браке молодого очарования, и чересчур заниженный прожиточный уровень госслужащего, не позволявший ни ослепить блеском бриллиантов, ни прикрыть хрупкие женские плечи струящимся переливом соболей, при мало-мальски серьезном аналитическом подходе не подталкивали даже просто как-то проявлять открыто свои чувства. И уж тем более надеяться на их материализацию.

И тут вот вдруг такая несказанная и неожиданная удача, предстоящее неземное счастье и блаженство. Хотя бы просто быть вместе, рядом, столько дней, да еще на фоне сказочного Парижа, кружиться и растворяться в воспетой поэтами томно-завораживающей атмосфере любви. И эта сказка уже начала превращаться в реальность. Тонкий запах духов начал заполнять его взбудораженное обоняние, под аккомпанемент перестука высоких каблуков. Нежные пальцы доверчиво легли сзади на плечо, и ее теплый, певучий, обволакивающий голос как-то переливчато произнес его имя…

-Виктор Степанович! Виктор Степанович! Проснитесь!

Пальцы на плече начали сжиматься, и более энергично трясти плечо.

-Да проснитесь же, наконец! Вас начальник управления к себе вызывает.

С трудом раскрывая глаза и переходя из мира сновидений в мир реалий, Засекин вдруг с тоской начал осознавать, что все в жизни совсем не так, как во снах, и как-то очень совсем несправедливо. В реальном мире он уже давно был не действующим, а бывшим разведчиком, и просто полковником запаса, которому с большим трудом, через старых сослуживцев, удалось устроиться на эту должность мелкого клерка в министерском управлении, занимающимся вопросами международных связей.

Будучи инородным телом в гражданской госструктуре, со своими непонятными и чуждыми ему по прошлой жизни устоями и понятиями, он постоянно пребывал во внутреннем напряжении и диссонансе с окружающим миром, никак не мог вписаться в него и стать своим. Да и окружающая бюрократическая среда тоже не торопилась поглотить новый чужеродный объект с непонятным прошлым. Хотя и не отвергала его открыто, но, все же, постоянно давала почувствовать пограничные рубежи и держала на должном удалении. Просто прагматически использовала его знания и умения, мало что давая взамен, в том числе и в плане вознаграждений в виде поездок за рубеж. Руководство и другие сотрудники управления, используя давно налаженные связи и отработанные механизмы, регулярно и исправно посещали ближние и дальние заморские страны, как порознь, так и оптом, включая себя во всевозможные делегации, заседания, конференции и форумы.

А он так же исправно каждый день приходил на работу. Безропотно и уже привычно, в соответствии с основными положениями КЗОТ, но с явным нарушением элементарных санитарных норм по охране труда, просиживал по восемь и более рабочих часов за компьютером, разрабатывая и перерабатывая бесконечный поток документации, часто при этом переводя их с родного языка на заморский и обратно. Когда надо было, столь же безропотно и быстро разносил изготовленные бумаги по своему родному Управлению и другим ведомствам. Аккуратно донашивал ранее приобретенные в загранкомандировках импортные костюмы, получал два раза в месяц символические денежные суммы на пропитание, изредка столь же символичные по размерам премии, которые очень быстро таяли даже при его весьма скромном уровне потребления. Частично спасала ситуацию военная пенсия, позволяющая вытягивать хотя бы на реальный московский прожиточный минимум. А по вечерам возвращался домой в пустую квартиру, в которой однообразно, за чтением книг и просмотром телесериалов, проходили и его выходные дни. Как-то так получилось, что личная жизнь под занавес не сложилась, и он в ней остался практически один.

Единственной радостью и разнообразием в трудовой и личной жизни было появление в Управлении новой сотрудницы, сразу же привлекшей к себе внимание не только местных министерских профессиональных ловеласов, казанов и донжуанов, но и практически всего мужского поголовья Управления, даже уже предпенсионного и запенсионного возраста. Постоянно окруженная толпой игривых поклонников и воздыхателей, вкупе с недоброжелательством и завистью местных див, явно проигрывавших в конкурентной борьбе, изящно-юная красавица легко порхала в этом вихре заигрываний, ухаживаний и интриг, как-то умудряясь оставаться в центре событий и внимания, не вовлекаясь при этом серьезно ни в одну из переменчивых фигур амурного калейдоскопа.

Суетиться на этой танцплощадке жизни особого смысла для Виктора Степановича не было. Да и нездоровой конкуренции в этой области он даже в добрачной молодости не терпел. Если знакомая девица, начитавшись любовных романов и полезных сексо-кулинарных советов для американских домохозяек, для пробуждения эротического пыла и поднятия женского престижа начинала заигрывать сразу с несколькими претендентами, он почти автоматически моментально остывал и покрывался броней равнодушия. Срабатывал здоровый инстинкт мужского самосохранения. Все же не бабочка, чтобы на огонек лететь на предмет возможного самосожжения. Если примадонне нравится играть на нескольких полях сразу - ее дело, а самому участвовать в этом балагане почему то не располагало.

Но исподволь, как бы вначале каким-то боковым движением, со стороны, в опосредованной, заочной форме, он постепенно все же втянулся во всеобщую игру, и, поначалу незаметно для себя, тайно и безнадежно влюбился. Осознав это, горько страдал и мучился, порой изнывая и томясь от болезненной и не совсем понятной, какой-то неестественной ревности. А чувства все накапливались и зрели, грозя в один прекрасный день выйти из под контроля и выплеснуться бурно и спонтанно, невзирая на все доводы рассудка и житейской логики.

Но это все предыстория вопроса, а сейчас прелестный и жизнерадостный объект тайных вожделений возвышался над ним, мило щебеча что-то свое вперемежку с чтением шутливых нотаций на служебную тему. Что-то из области того, что спать на работе после обеда дело весьма для здоровья полезное, тем более с учетом возраста, но делать это нужно аккуратнее, приняв приличествующую позу под прикрытием компьютера.

Так же несколько сумбурно и живо она перескочила на пересказ управленческих новостей, спеша радостно поделиться своим знанием текущих и перспективных событий и подводных течений и камней, а главное - приятных для нее самой новаций.

-Представляете, так все неожиданно. Оказывается, меня включили кандидатом на поездку в Париж, вместе с заместителем начальника Управления М-ским. Прямо ужас, всего три недели осталось, а еще надо визу оформлять. Говорят, во французском посольстве такая волокита с этими визами. И с гардеробом сразу столько проблем возникает, уже давно ничем приличным не обновляла, а все же в столицу мировой моды еду. Конечно, в Париже тоже можно будет кое-что подобрать, причем, если знаешь места, по вполне доступным ценам, без наших московских накруток…

Объект продолжал весело и легкомысленно щебетать, а в голову Виктора Степановича полезли угрюмо-тяжелые мысли. Да, опять, как всегда, счастье мимо прошло, дальше сновидений никуда не заходит. Да и заместитель начальника Управления был печально известный и, по слухам, довольно результативный министерский сердцеед. Так что картина в перспективе весьма печальной в воображении рисовалась. Откровенно говоря, явно сомнительный и пошло известный вариант, с неким подтекстом, заранее предполагающим некую общеизвестную дополнительно-неформальную нагрузку для дамы по сервисному обслуживанию руководства. Особенно, если инициатива приглашения исходила от самого зама. Да еще в такой город, с таким антуражем и славой. Как говорил в прошлом один французский король, кажется, Генрих IV, - «Париж стоит обедни». И ситуация может вполне определенно подтолкнуть. Да и женщины любят удачливых и перспективных.

А над головой уже звучали заключительные аккорды.

-Ой, что-то я заговорилась с Вами. А Вас руководство ждет, какой-то документ надо срочно перевести, как раз для поездки в Париж. Для заместителя начальника Управления может понадобиться. Ну, я побежала, надо еще с девчонками эти проблемы обсудить, которые уже в Париже были. Полезную информацию от них получить по местному шопингу. Кстати, начальство и про Вас пошутило. Говорят, как только появится возможность поездки во Вьетнам, Вы у нас первый кандидат.

И, гордо покачивая ядрено-крутыми бедрами, удалилась.

НОВЕЛЛА № 21

НЕЛЕГАЛ И ЛИТЕРАТОР


И если ты долго смотришь в бездну,

то и бездна тоже смотрит в тебя

(Фридрих Ницше)


Квартира была небольшая, однокомнатная, уже давно устаревшей планировки типа пресловутой «хрущебы», с довольно скромными по размерам кухней и ванной комнатой и столь же компактной прихожей. Естественно, расположенная далековато от центра столицы, и, безусловно, не в престижном районе, почти примыкая к МКАД. Хорошо хотя бы, что с внутренней стороны мегаполиса, а не в где-то окрестностях Зеленограда (зато как бы с московской пропиской). Да и до ближайшей станции метро пешком можно добраться. Как говорится, все, что смогла наскрести для него Родина в лице некого военного ведомства при выделении в свое время служебной жилплощади.

Впрочем, хозяину квартиры, который как раз в этот момент покинул диван с еще не убранными спальными принадлежностями, направляясь для утренних омовений и других гигиенических процедур, указанной жилой территории вполне хватало. То ли в силу скромных житейских запросов, то ли скорее потому, что под закат жизни остался практически один. Семьи нет, за время долгих закордонных скитаний постоянной спутницей жизни так и не обзавелся. Родители тоже почти одновременно ушли в другое измерение, в свой православный Рай. Даже на похоронах не смог побывать. Узнал об этом с большим запозданием.

Хотя, даже если бы и сразу сообщили, все равно не смог бы быстро выбраться на Родину. Специфика прошлой службы. В столь романтичной по книгам и фильмам военной разведке, в ее нелегальной ипостаси. Так сказать, элита агентурной разведки. Не Штирлиц, конечно, но тоже много чего интересного было. И риска с регулярным притоком адреналина вполне хватало. Организация внезапного и срочного выезда в СССР из Южно-Африканской Республики, на территории которой он тогда работал, было довольно сложным мероприятием, с неизбежными промежуточными легализациями, и весьма затратное по времени. Особенно числясь в тот момент на службе в вооруженных силах этой самой ЮАР.

В основном, такие ускоренные трансферы предусматривались на случай провала, так сказать, в виде аварийной эксфильтрации. Эвакуироваться из ЮАР, конечно, пришлось, но уже гораздо позже. Без спешки, в плановом порядке, и не по своей вине. Просто ситуация в стране пребывания слишком радикально изменилась, после скоропостижной ликвидации последнего «белого бастиона» на «черном» континенте под жестким давлением США и Великобритании. А черные «друзья» и «братья по разуму» как-то разом, уже в преддверии развала СССР и предстоящей ликвидации щедрой социалистической кормушки, кардинально поменяли «политическую» ориентацию на других потенциальных спонсоров.

Мудрое начальство по такому случаю повелело переместиться из Африки в Центральную Америку в качестве «фри лансера» и «стрингера» - свободного журналиста, специалиста по локальным конфликтам. Хорошее прикрытие для разведчика, хотя и рискованное. Если бы не боевой опыт и навыки к выживанию, полученные в Африке, мог бы в тамошней земле насовсем остаться, в упокоенном виде. А вот оттуда, от «латиносов», уже пришлось срочно уходить, поскольку выводили его за рубеж первый раз через ГДР, весьма удобный в те времена канал. Потом ГДР не стало, сдали ее в 1990 г. западным немцам полностью, с потрохами, беспощадно и бесцеремонно, без всякой защиты и подстраховки. Бросили на произвол судьбы. И предательство этой страны и ее спецслужб со стороны советского руководства обернулось серьезным ударом и для российской нелегальной разведки. Немцы - народ обстоятельный, отслеживали и фиксировали все, что могли, в том числе и тайные действия бывшего союзника на своей территории. А с предателями никто не церемонится. И есть такое понятие, как ответная месть. Так что пришлось не по своей вине, во избежание провала, срочно уносить ноги уже с Американского континента, с окончательным возвратом на Родину.

Алексей, как звали хозяина квартиры, или, если более официально, в соответствии с возрастом, Алексей Николаевич, утренние прихорашивания начал с бритья. В качестве базового инструментария предпочитал обычно безопасную бритву и помазок, вкупе с обычным мылом. Как когда-то в армии. В полевых условиях от электробритвы толку мало. Да и бриться нередко приходилось, как говорится, по памяти, без зеркала и наспех. Слава богу, что не лицо «кавказской национальности», так что подлежащая обработке площадь была не слишком большая, а щетина не слишком заметная и не придавала ему бандитский облик. Что для общения с ретивыми сотрудниками отечественных «силовых структур» безопаснее. Да и морщины пока не мешали бритве скользить по физиономии.

Зеркало отразило слегка вытянутое и моложавое лицо, с серо-голубыми глазами, аккуратным прямым носом, несколько узковатыми прямыми губами и волевым подбородком. Как сказали бы не столь далеком историческом прошлом Германии, лицо истинного арийца и нордического воина. Что-то от матери унаследовал, что-то от отца, почти чистокровных славян, а что-то, как тогда шутили, «от заезжего молодца». Во всяком случае, своего родителя он здорово по росту обогнал.

Почему-то, по аналогии, вспомнились лица племянников, тоже похожие на него, особенно если рядом стоять. Эффект природной мимикрии, наверное. Собственно, из близких родственников осталась только сестра, с которой уже давно практически не поддерживает отношения. Так, изредка, слегка общается, на уровне формального обмена поздравительными открытками и редких звонков по телефону. Да и то в основном из-за наличия двух племянников. Замужество и рождение двух близнецов как-то резко изменили старшую сеструху. Из милой и наивной простушки превратилась в матерую, излишне хозяйственную хищницу, смотревшую на окружающих только через призму полезности и выгоды, особенно материальной. Рассчитывала, наверное, что братан из-за границы вернется не меньше как миллионером и тут же, как минимум, половину накоплений отвалит единокровной, на достойное прожитие.

Если суммировать ее претензии ее же словами, то звучало примерно так.

-До сих пор не поделился по-родственному, паскуда. И на хрена ему, одному, столько? А если не признается, что миллионер, значит, просто жлобствует. Не хочет делиться с родней по справедливости. Стало быть, гад ползучий и жлоб немеряный. И на хрена такой пустышка нужен, чтобы с ним базлать понапрасну лишний раз.

Заодно мадам сестрица и племянников в этом же плане настраивает, просто таки злобно и изощренно науськивает. Вот такая вот коллизия и семейная драма получается. Не хуже бразильско-мексиканской «мыльной оперы».

Впрочем, - слегка с брезгливостью скривил губы Алексей и даже машинально пожал плечами, - что еще можно было ожидать? Это естественные последствия длительной работы за рубежом. В этом процессе постепенно трансформируешься и как бы зависаешь между небом и землей. Пока ты работаешь там, на чужой земле, под чужой личиной, постепенно истончаются и рвутся корни, связывающие тебя с родной землей. Тускнеют воспоминания о прошлом, стираются старые привычки, от которых к тому нередко приходится избавляться. Рвутся старые связи. Зато, по необходимости, появляются новые привычки и знакомства, связанные уже с совершенно другими реалиями и потребностями. Длительное вживание в чужую жизнь и постоянная мимикрия не проходят бесследно. Многие изменения становятся естественными для себя, поскольку нельзя быть все время только актером и хамелеоном.

Родина тоже меняется, к тому же, к сожалению, в данном случае, далеко не в лучшую сторону, а ты об этом узнаешь как-то опосредованно, со стороны. И когда окончательно возвращаешься, то попадаешь зачастую в совершенно незнакомый и даже где-то чужой мир, совсем не соответствующий тому, который ты когда-то покинул. Не соответствующий твоим представлениям о нем и тем идеалам, которым ты когда-то служил. Ради которых ушел когда-то в Зазеркалье, не задумываясь особо о последствиях. Тогда это казалось просто необходимым. Ты даже гордился собой и своим героическим будущим. Как и положено в молодости, был романтиком, и все казалось столь прекрасным, необычным и многообещающим.

Наверное, тогда просто не задумывался еще о будущем достаточно серьезно. Или просто не знал, не гадал о том, что тебя ждет впереди. Да и зачем? Могло ведь все кончиться гораздо раньше и гораздо хуже. Особенно во время рейдов в южноафриканском буше, пустыне или джунглях. При стандартном выборе - смерть от пули или мины, к тому же сделанных в родном СССР, и безвозмездно в изобилии поставляемых «революционным борцам за свободу Черного Континента». Такая вот порой выплывает специфика работы в Зазеркалье. Так сказать, побочный эффект. А то и просто мог сдохнуть от укуса обычной ядовитой змеи, или, еще хуже, уйти из этого мира через желудок черного каннибала. Людоедов в Африке вполне хватает, в том числе в южной части Анголы, где не раз довелось совершать глубокие рейды в тыл противника с территории Намибии в составе разведывательно-диверсионной группы. Пару раз добирался даже до северной границы этой страны.

А теперь приходится вновь рвать уже корни, пущенные в чужой земле, и обретать новые привычки и знания, для выживания в этом сильно изменившемся мире, нередко совершенно уже чуждые для тебя. Да и с возрастом всякие психологические и бытовые трансформации становятся все труднее и болезненнее. А потому и с окружающими людьми становится все труднее общаться. Проще самоизолироваться. Залезть в свою скорлупу, стать отшельником и анахоретом. Было бы со здоровьем благополучно, подался бы куда-нибудь в Сибирь, в глухомань. Построил бы себе скит, или просто избушку, и жил бы натуральным хозяйством, охотой и рыбалкой, общаясь с внешним миром только в случае крайней необходимости.

Семейный быт тоже не удалось построить. Впрочем, будучи реалистом, на это особо и не рассчитывал. Так, скорее, в виде пробной попытки, своеобразного эксперимента над собой. Всего пару раз, и с разными типажами. Самопрогноз вполне и довольно быстро оправдался. Понятно стало, что жениться надо в молодости. И смелости больше, и гибкости, и терпения. С обеих сторон. И, стало быть, приспособиться, притереться друг к другу проще. А с возрастом конструкция человеческая и характер становятся слишком жесткими и нетерпимыми. Да еще это милая женская привычка сразу партнера под себя подмять, чтобы ей жить было удобнее, и построить совместную жизнь так, как в мечтах всегда вынашивалось. По ее схемам, нормам и правилам, длинный перечень которых тебе тут же, не откладывая, предъявляется. Пытаться подогнать реальную жизнь и живого мужика под свои фантазии и закидоны. Да еще в довесок получаешь кучу чужих родственников и чужих проблем. Не, ну его на хрен. Два раза попробовал, и хватит. Обойдемся временными контактами, по мере физиологической и культурологической необходимости. В цивилизованной, интеллигентной форме. Без прессинга и ломки всех устоев. И для психики безопасней, и для жизни спокойней.

Впрочем, ладно, хватит философствовать. Не стоит углубляться в прошлое и заниматься самокопанием. Делом надо заниматься и без иллюзий. Не строить воздушные замки, не окунаться в пустые мечты. Какая уж тут Сибирь и охота? Конечно, внешне все в порядке. Не стыдно в зеркало взглянуть и на пляже раздеться. Стройный, подтянутый, никаких лишних складок. Даже светло-русые волосы почти естественного окраса, лишь кое-где припудренные сединой. Чем-то похож на классического прусского офицера, только без монокля. Наверное, поэтому когда-то и отобрали в нелегалы для работы в Германии. Характерный типаж, даже слишком. Такого идеально-натурального немчика и в самой Германии не часто встретишь. Выродились древние тевтоны, под натиском чуждых рас и народов, особенно в процессе глобализации.

Вот только, к сожалению, внешность иногда обманчива бывает. И сердце давно уже барахлит, и нервная система пошаливает, и суставы скрипят. А внутри живота под ребристой броней мускулов вообще черт те что делается. С результатами УЗИ лучше не знакомиться. Как говорится, системный возрастной кризис организма в чистом виде. Отмирание идет целыми блоками.

Так что, чем меньше в себе копаешься и чем реже с врачами общаешься, тем спокойнее живешь. Особенно по нынешним временам. Решат вдруг эскулапы, что ты выгодный коммерческий больной, так такого ужаса с ходу нароют и наговорят. Сам усомнишься в том, что еще обычный живой, а не восставший из могилы зомби. И умереть спокойно не дадут, пока не выкачают досуха.

Уж лучше работой заняться, в соответствии с самим установленным порядком. Не зря же столько лет провел в германском обличье и окружении. Для немца порядок - это стержень его мировоззрения и бытия. Наверное, и для частично онемеченного славянина тоже. Что-то впиталось, кое-что даже понравилось. Кроме женщин, конечно. Вот к чему так и не смог привыкнуть, так это к чрезмерно зарегламентированному немецкому сексу. Все строго по расписанию, по раз и навсегда установленным нормам и правилам. Внешне вроде все разумно и правильно, но от однообразия и стандартов скука смертная. Как будто два разнополых механизма однажды сконструировали, настроили раз и навсегда, и перевели в рабочий режим по заданной программе. Подсоединился, нажал на пуск и скрипи кроватью, пока механизм не сломается. Или для перерыва на регламентные работы по техобслуживанию. Порой просто взорваться хотелось, сотворить нечто сумасшедшее и непотребное, на что только русские бабы с мужиками способны.

Он стоял уже под прохладным душем, но взбудораженный мозг никак не хотел успокоиться. Наверное, последствия одиночества. Не на кого переключиться. Хотя бы на очередную чаровницу. Впрочем, любовница будет только завтра. По обговоренному заранее расписанию, как и положено «бывшему немцу». Да и возлюбленной даме, официально где-то в статусе замужней, так удобнее. Для семейной конспирации и личного благополучия.

Да… Порядок и дисциплина - это святое. Во всяком случае, самодисциплина не раз спасала его в прошлом, в чужом и враждебном окружении. Работа и самоконтроль - лучшее лекарство от одиночества. Не считая написания мемуаров, конечно. Что касается мемуаров, это, конечно, опять-таки из области фантазий. Ну, какие могут быть мемуары у нелегального разведчика? Так, если только что-нибудь окололитературное изобразить, как говорится, «по мотивам». Соорудить что-то вроде романтического шпионского триллера или примитивного боевичка. С использованием практического опыта и знаний, но как бы фрагментарно, выборочно и опосредованно, всего лишь для придания внешнего правдоподобия.

Именно этим он сейчас и собирался заняться. По вполне и давно уже созревшему решению. Начать сразу после завтрака. Как говорил Наполеон, главное - в бой ввязаться, а там посмотрим. План литературного опуса вчерне уже сложился в мозгу, осталось только набрать его на компьютере, конкретизировать, детализировать, и, как говорится, не затягивая надолго процесс, быстро нарастить на ствол и ветви пышную словесную крону. Журналистское образование имеется, большой практический опыт информационной работы в журналистике и в разведке тоже присутствует. Грех этим не воспользоваться, особенно когда руки и мозги под это дело заточены и просто зудят от нетерпения.

Идея простая и вполне реализуема. Ну, скажем, как вариант, изобразить в виде своеобразной житейской исповеди немецкого наемника - иммигранта из бывшего СССР. Впрочем, лучше всего просто из Восточной Германии, во избежание ненужных ассоциаций. Изначально типичного немецкого националиста-идеалиста, в меру сентиментального, в меру прагматичного, сторонника национального воссоединения и создания в перспективе великого «четвертого райха», становления его как одной из ведущих мировых держав, определяющих ситуацию на земном шаре. Борца за возрождение и гегемонию «белой расы». Предварительно, для себя, произведение так простенько и назовем - «Исповедь арийского наемника».

Однако затем, после перемещения в ФРГ, на земли «истинного фатерлянда» из «мира тоталитаризма», главный герой быстро разочаруется в нынешних потомках ариев и в реалиях современной Германии, оценив ситуацию как вырождение боевой в прошлом нации, как «ползучую» капитуляцию «потомков гипербореев» и постепенную оккупацию страны чуждыми расами, культурой и религиями. В результате связывается с национал-экстремистами, тайно участвует в нескольких «острых» акциях, и затем отправляется в Африку для участия в защите «белого порядка» от наступления «черного хаоса». Начинает воевать в Бельгийском Конго в каком-нибудь сводном отряде, лучше бы под немецким командованием, ну, скажем, под руководством весьма харизматичного и колоритного майора Зигфрида Мюллера, по кличке Конго-Мюллер. Открыто и с гордостью носившего заслуженный на войне с большевиками «Железный Крест» и украсившего свой джип настоящим черепом с костями. А в интервью немецким журналистам (кстати, из ГДР) заявившего, что у него «две страсти в жизни - Моцарт и ручной пулемет». Впрочем, это надо будет проверить и состыковать по срокам и реалиям прошлого.

Вот в этом разделе и расписать на радость читателям, издателям и во славу коммерческого книжного рынка, в стиле «жесткого экшн», с натуралистическими подробностями, как герой воевал в качестве наемника в 60-е годы в Бельгийском Конго (Заире), а потом за сепаратистов Биафры, в Нигерии. Затем перебрался в Южную Родезию, а, наконец, оттуда перешел в ЮАР. В общем, где-то повторил маршрут «африканского анабасиса» такой одиозной личности как главаря «диких гусей» «полковника» Роберта (Боба) Денара. Тот, правда, еще весьма прославился своими деяниями на Коморских островах, где запросто свергал и возводил на трон местных правителей, и заодно обещал создать там заповедный рай и безопасный анклав для ветеранов-наемников.

Поскольку самому Алексею в Центральной Африке не довелось побывать, придется, как говорится, «петь с чужих слов». Ничего, кое-какой материал уже собрал, если надо, то полазим еще дополнительно по Интернету по следам таких знаменитых главарей наемников как «черный» Жак Шрамм, Джон Питерс, Майк Хор и прочих. Материала вполне на книгу хватит, да не на одну. Будем надеяться, что получится не хуже, чем у Фредерика Форсайта. Литературный псевдоним себе тоже какой-нибудь немецкий и звучный подберем, ну, например, Зигфрид Вервольф. Гремучая смесь из Нибелунгов и ужастиков про оборотней.

Сам Алексей уже изначально был нацелен на поэтапный вывод в ЮАР по вполне понятной для Центра причине. Еще в 1971 г. была получена информация, что ЮАР тайно готовится войти в «клуб ядерных держав». Программа была нацелена на создание атомных бомб упрощенного, пушечного типа, первоначально мощностью 15-20 килотонн, а в перспективе доведение до 100 килотонн. Урановой руды было с избытком, имелись авиационные носители, велась разработка стратегической ракеты-носителя в «Центральных лабораториях Advena». Активно развивалась своя научная и производственная база, включая ядерный исследовательский центр Пелиндаба, где и были разработаны ядерные взрывные устройства, а также завод Y-Plant и сборочная линия на объекте Circle, установка по обогащению урана в Валиндабе и испытательный полигон в пустыне Калахари. Целый ряд разработок носил уникальный характер, и этими новаторскими технологиями весьма интересовались советские специалисты.

Активную помощь в развитии атомного потенциала ЮАР до 1976 г. оказывали США, в т.ч. в подготовке научных и инженерно-производственных кадров, а в реализации программы «военного атома» - Израиль, естественно, негласно. Необходимое техническое оборудование без особых проблем активно закупалось в Европе. В период вывода Алексея в ЮАР руководство программой было возложено на Южно-африканскую оружейную корпорацию ARMSCOR.

Свернута программа была лишь в 1989 г., по указанию нового президента ЮАР Фредерика де Клерка и в 1990-1991 гг. был проведен демонтаж восьми ранее созданных атомных бомб. Алексею удалось в свое время добыть их снимок, этаких «упитанных стальных поросят», с синими колечками на острых носиках, разлегшихся аккуратно на подставках, на деревянных стеллажах в два яруса, прямо на аэродромном складе, поблизости от дежурного звена самолетов-носителей. В конце 80-х годов ЮАРовцы открыто шантажировали СССР и Кубу, требуя вывода кубинских войск из Анголы под угрозой нанесения ядерного удара.

Попутно ставилась задача отслеживать и некоторые весьма перспективные разработки военно-промышленного комплекса ЮАР, особенно по бронетехнике и гаубицам (типа G-5), дальность стрельбы которой активно-реактивным снарядом доходила до 50 км. Последующие разработки этой системы позволяли использовать ее для стрельбы атомными снарядами.

Кстати, во время рейдов в Анголу одной из основных задач его РДО было выявление целей для поражения огнем как раз из этих самых гаубиц. А бронеколонны бойцов ЮАР, в основном из состава знаменитого 32 батальона «Буффало», под прикрытием боевых вертолетов действовали весьма эффективно в ходе длительных автономных рейдов с выдвижением на большую глубину в тыл противника, используя весьма удачные разработки собственных конструкторов. Ему самому особенно понравился БТР «Игуана», специально сконструированный для противопартизанской борьбы, с хорошо продуманной системой противоминной защиты. Не раз спасал его собственный зад от противотанковых мин и самодельных фугасов на военных тропах в Намибии и в Анголе. Такая классная «железяка» в Чечне весьма бы нашим бойцам пригодилась. Неплохими получились и такие разработки как БМП «Ратель» и танк «Олифант».

Естественно, что в этой оперативной комбинации, в его "африканском анабасисе", пребывание в Родезии было все лишь промежуточным этапом легализации в ЮАР. Замысловато, конечно, но эффективно. Те, кого выводили напрямую, особенно под видом журналистов и коммерсантов, как-то слишком быстро проваливались. А вот чья-то идея в Центре с наемничеством и выходом в ЮАР по военным каналам оказалась вполне разумной. Риск, конечно, был, особенно для бренного тела «псевдо-германца», но кого интересуют такие мелочи в серьезных разведывательных играх. Конечно, попутно к решению основной задачи пришлось поработать и на ниве освещения ситуации в странах пребывания, а также оказания, так сказать, интернациональной информационной поддержки национально-освободительному и антиколониальному движению. Точнее, тем его структурам, которые поддерживал СССР. Тем более что «легальных» советских резидентур в Родезии и ЮАР в тот период не было и быть не могло, по причине отсутствия официальных дипломатических и торговых отношений. Да и с агентурой в столь специфической среде обитания в местном «белом сообществе» обстояло не очень благополучно.

Соответственно, как теперь выясняется, его длительное пребывание в столь экзотическом регионе и в столь бурное, кипящее событиями время станет весьма полезным для придания большего правдоподобия и повышения цветистости будущего опуса. Тут, можно сказать, по самой беглой и осторожной прикидке, не менее четырех томов приключений вырисовывается.

Впрочем, рановато еще губу раскатывать. Вначале придется поработать. Как следует, без скидок и затяжек. Установить себе ежедневную норму, ну, скажем, в тысячу строк, в стиле Эрнеста Хэмингуэя. За компьтер сразу с утра, естественно, поскольку у него биологически самое работоспособное и продуктивное время - до 12 часов. Слава Богу, человек он свободный, на службу каждый день таскаться не надо. Как говорится, сам себе хозяин. С приработками, конечно, полностью не завяжешь, ибо, как известно, в России начинающему и неизвестному на книжном рынке писателю без спонсоров или реальных и надежных источников доходов не прожить. Но их вполне можно временно сократить, до разумных пределов. Ведомственная военная пенсия регулярно капает, так что голодная смерть пока не грозит. На квартплату и бензин для своего «стального коня», естественно, германского производства, поскольку привычней (без излишеств, обычный «Опель-Астра классик») тоже хватит. Мобильность и свобода перемещений - это хорошо. Привык когда-то скитаться по планете в основном на колесах. А без паюсной икры с шампанским и тушеных в сметане белых грибов под водочку вполне можно пару лет продержаться. Слава Богу, в казино, в отличие от Джеймс Бонда, никогда не тянуло.

При мысли о блинах с икоркой и тушеных грибочках желудок внезапно громко и не эстетично заурчал, отрывая от грандиозных литературных планов и эмоциональных воспоминаний, напоминая хозяину о том, что, несмотря на чрезмерно развитый мозг и разум, он относится все же к биологическому подвиду, требующему регулярной подпитки организма положенным числом белков, протеинов, жиров и разных микроэлементов, обеспечении нужного количества калорий и витаминов для нормального функционирования.

Алексей вылез из-под ласковых водяных струй, вытерся насухо полотенцем, набросил мохнатый и уютный банный халат на голое тело, и направился на кухню готовить нехитрый холостяцкий завтрак. Готовить он, конечно, умел, но не любил. Обходился минимальным набором. Тем более, в тех армиях, где довелось послужить, обычно неплохо кормили, а в гражданском быту спасало изобилие всевозможных гаштетов, кафе, ресторанов, тратторий, бистро, пабов, баров и прочих мест массового общепита и публичных поилен, щедро разбросанных по городам и весям планеты. Были бы деньги и исправный желудок с комплекте с острыми натуральными зубами.

За яичницей с беконом и томатным соком, ванильными сырками, а также кофе с круассаном вновь вспомнилась, по контрасту, ЮАР, где все же, несмотря на предшествующую службу в родезийской САС, пришлось пройти тяжелое испытание при отборочном тестировании на передовой базе спецназа в Каприви. Наверное, из-за того, что тогда целый месяц пришлось провести полуголодным, к тому же нередко на подножном корму.

Первая «адская» неделя началась на рассвете с движения пешком в составе отряда из более 400 испытуемых. Никто не подгонял, никто не строил, не мотивировал, никаких обязательных и запланированных привалов. Просто иди и иди, сам по себе, вместе с остальным весьма