Book: Древняя Русь



Древняя Русь

Рыбаченко Олег Павлович

Древняя Русь

ВИТЯЗИ-КЛОНЫ-2

Древняя Русь

  

Название: Древняя Русь

Автор: Рыбаченко Олег

Издательство: Самиздат

Страниц: 416

Год: 2013

Формат: fb2

АННОТАЦИЯ

Попаданцы из недалекого будущего, оказались в Древней Руси времен нашествия Батыя. Как они смогут повлиять на ход истории? Есть ли шанс, предотвратить трагедию, сломать форс-мажор, объединить Русь?

  ГЛАВА 1

  Во все стороны от широкого и ровного жемчужного поля, высоко к синему, с бледными пятнами облаков небу, подмылась вековые ели. Только что прошел снегопад и притоптанные конями леса и поля вновь восстановили девственную красоту. А на пахнувших едкой свежей смолой ветвях, лежали пухлые сугробы, поблескивающего чуть сиреневатым отливом пушистого снега.

  На свежесрубленных стволах сидел злобно нахохлишься человек, в расшитой золотом тигровой шубе. Надменный Гуюк-хан с нечеловеческой яростью всматривался отливающие ледяным хрусталем стены Рязани. Его мечтой было взять этот город, быстрее уже не раз битого изрядно потрепанного белыми демонами Бату-хана! Тогда, наконец, он сможет заменить, в которое число безжалостно лупленного джихангира и осуществить великую мечту: завоевать всю вселенную - от океана, до океана!

  К полудню метель стихла, и монголы ринулись на приступ. Первоначально они пытались, выманить защитников, осыпая стены стальным дождем. Помня повеление мульти-клоновых стратегов, защитники Рязани отвечали лишь отдельными выстрелами. Тысячник Олежный отдавал короткие распоряжения:

  -Стреляйте в ближайших мугланов, выбирайте цель, и так что бы себе было безопасно.

  Воины укрывались сетями из сплетенных кольчуг, а также за подвижными брустверами. Огонь вели из специальных укрытий, используя симбиоз щита и арбалета. "Главное в битве беречь воев".

  Все население города и ближайших поселков поднялось на защиту Рязани. Немало рассказов вспомнили, как в старину осаждали город и половцы, налетавшие со степей, и безжалостные суздальцы, нагло грабившие своих же русских братьев. Татарам нелегко придется, одолевая огромные откосы стен, чья высота заметно выросла. В котлах уже кипела горящая смола, сквозь длинные трубки был подведен жгучий пар.

  Людей не нужно было гнать на защиту отечества, тысячи добровольцев прибыли с мечами, секирами, копьями, луками и или даже дубьем, остро заточенными медвежьими рогатинами. День и ночь стучали молотки в кузнях, задували мехи, ковали традиционное оружие, и новейшие сюрпризы.

  Было очевидно, что хан Гуюк не намерен проявлять долготерпение. Изрядно поддатый наследный каган, размашисто махнул обернутой в шитую золотом, сафьяновую рукавицу лапой. Последовал надрывный рев сотен труб. Десятки тысяч бойцов устремились на отчаянный штурм. Савелий Дикорос прибыл за полчаса до неистовой атаки, мульти-клоны Леопардов и Пантера мотивировали его отсылку необходимостью усилить Рязанскую оборону. На самом деле чародей это понимал, их раздражало его присутствие. Белые ангелы явно хотели получить доступ к магическому могуществу.

  -Будьте взрослыми, а не детьми. Если Ягиня считает, что вы пока не дозрели до обретения допуска к колдовству, значит, так оно и есть.

  Леопардов резко ответил:

  -Велика честь! Коль магия в руках людей несовершенных, способна легионы выжечь в прах! То наша сила - знаю непременно, прибредет невиданный размах!

  Спорить бесполезно и он был рад, что безжалостный витязь-клон отпустил его волхва в Рязань, а не подверг жестоким пыткам. Дикоросу было указанно место на городской стене, под обрывистым скатом к реке. Сам воевода Олежный дал ему под командование сотню ратников. Припасы были подготовлены заранее. Помимо традиционных секир и шестоперов под шелковым, голубым покрывалом, была спрятана некая громоздкая вещица, изобретение белых ангелов мульти-клонов. Похожий на подростка (ему еще не было шести лет), Леопардов подпрыгнув повыше и прихватив пальцами босой ноги, летящий по воздуху уголек, произнес:

  -Ты Савелий самый ученый из нас, тебе и осваивать этого Горыныча.

  Дикорос усмехнулся в густые усы:

  -Сему дракону нужен уголь, сера и ну конечно камни, это добро лежит под ногами.

  Юный клон подбросил уголь и поймал его на свой длинный язык. Даже губами причмокнул от удовольствия:

  -Главное что бы плоть русскую не сожрал! Как я пожираю это маленькое, огненное сердечко!

  Вставил пожилой княжеский воевода, затем, насупившись, продолжил, обращаясь к светловолосому юноше:

  -А ты Олежный, мал еще годами, не разумеешь, ну зачем секретное оружие ставить вдоль реки, когда враг основными ударит из леса. Ведь если попрет такая рать по льду, то мугланы с кошачьим визгом уйдут под воду!

  -Вот именно, Гуюк также думает, что мы его со стороны реки и не ждем! Поэтому именно здесь и ударит отборными силами.

  Дикорос с яростью крикнул.

  -Хватит болтать, уже ревут трубы быть великой сече!

  Волхв оглянулся, Леопардов только что был с ним рядом и исчез, словно капелька, упавшая на раскаленную сковороду. Дикорос пробурчал:

  - Самый тяжелый момент и он сгинул! Отхлестать бы огольца, по ланитам! Ну, Бог с ним!

  Славянский колдун перекрестился: - Бог не выдаст! Свинья не съест! Будет выбор - красы невест!

  Савелий бегом забрался на башенку, жадно всматриваясь, как приближается, черная конная масса, живой морской прилив, ощетинившийся калеными копьями. Слышны все нарастающие завывания - тысяч глоток! Возле самых стен монголы остановились, спешились, тысячи стрел многие с огоньком полетели в сторону города.

   Множество длинных лестниц разом покрыло стены. Они были разные: связанные из корневых тесин, сбитые сосновые лесины с перекладинами. Использовались и тяжелые лестницы с рядами бревен. Валы благодаря ударным темпам строительства оказались повыше, чем ожидали татары, многие лестницы не доставали до верха. Впереди монголы погнали немногочисленных плененных урусов. Безжалостно толкая заостренными копьями, изможденных людей вышибали вверх, рассчитывая на то, что русские люди, не желая убивать своих, сдадутся, или самим под прикрытием пленных просочиться на ледяной вал. Некоторые из пленников, с криками бросались вниз, скатываясь по застывшим наледям, сбивая ненавистных нукеров, вырывая из их рук мечи и тут же падая изрубленными. По лестницам, быстро карабкались люди, не поймешь коего роду и племени? Полуголые в отрепьях с дубьем в руках, с исколотыми в кровь спинами. Закованный в латы мужик Ваула уже занес громадную секиру, как снизу отчаянно завопили:

  -Не губи нас витязь, свои мы русы!

  Дикорос подскочил в стене, проорал:

  -Я чую, наши это!

  -Погоди рубить свои! Среди нас нет мугланов!

  -Кто правильно окреститься тот свой!

  Ужасающим гласом, аж за версту шарахнулись кони, проревел исполин Ваула-Моровин:

  -Верно! Истинно!

  Дружно подхватили на всех стенах:

  -А ну братья твори крестное знамение!

  Сотни оборванных посиневших от холода пленных перелезая через вал, падали, продолжая машинально креститься. Некоторые тут же подхватывали заранее сложенные камни, и остервенело, метали в монголов. Многие рязанцы видели татар впервые, даже многие традиционные противники, те же кипчаки переоделись на монгольский лад. Враги были в долгополых шубах, настолько длинных, что путались в подолах. У отборных нукеров на груди висели медные и железные пластины, спины были открыты. Для устрашения урусов многие размалевали кровью и без того злобные женоподобные лица.

  Но урусы не дрогнули, встретив врага мечами и секирами. От мощного размашистого удара Ваулы полегло сразу пятеро монголов, второй удар и еще трое! Другие ратники рубились не хуже. Татары неуклюже лезли вверх по скользкому валу, они не могли, как следует прикрываться щитами, рубить саблями. Когда ценой громадных потерь монгольская рать достигла верха, на них полился кипяток и страшное оружие смесь смолы и напалма. Даже женщины и малые дети лили обжигающую воду, бросали камни и глыбы. Особенно эффективными были маленькие рогатки с отравленными стрелками, из них мог палить даже пятилетний ребенок, еще не способный натянуть тугую тетиву своими маленькими ручонками. А промазать, паля в такую густую массу, гораздо труднее, чем попасть. Штурм явно захлебывался, изувеченные трупы в больших количествах скатывались в низ.

  Через искусно изготовленную китайцами подзорную трубу Гуюк-хан внимательно следил за битвой. Он облизывался и причмокивал губами, то и дело, поправляя золотой на меху шлем, упрямо и надоедливо залезающий на лоб. Затем в гневе отбросил трубку.

  -Наши воины гибнут! Бурундая и Желтого змея ко мне!

  Тургауды спешно ринулись выполнять распоряжение наследного кагана. Гуюк присел было в вырезанное из слоновой кости кресло, как его плечо мягко легла рука:

  -Не беспокойся великий! Успокой взор свой дикий!

  Промурлыкал тягучий напев, изрядно смахивающий на женский голосок.

  Гуюк-хана потянуло на сон, он с трудом удержался на ногах. Да это он. Вновь вот так как привидение перед ним возник Желтый змей - самый страшный человек в его войске, адский демон из далекой и неприступной Японии.

  -Ты!

  Глупо ткнул пальцем наследник верховного кагана! Желтый змей продолжал разливаться, то увеличиваясь, то наоборот уменьшаясь:

  -Я! И вижу я тебя насквозь! Пора умерить злости плоть! Ну, а точней введи скорей в сраженье все резервы! А вам, я братья помогу, такой сюрприз всажу врагу! Коронный ход, поверь мне, будет верным!

  -Дзе, дзе, дзе! Я брошу в бой отборный тумен под командование Бурундая! Вы вместе возглавите атаку!

  Японец сверкнул глазами, оскалив крупные желтые зубы:

  -Там нет белых демонов, я хочу убивать равных себе! Как истинный ниндзя!

  Желтый змей сверкнул талисманом, во рту незаметно появился свисток, послышалась переливистая мелодия.

  Гуюк подумал, что над ним издеваются, но не было ни сил, не желания спорить с чародеем-ниндзей. В этот момент тургауды, грубо втолкнули Бурундая, Гуюк-хан недолюбливал этого покорного ставленника Субудай-Багатура.

  -Ты дырявый бурдюк! Разве ты не видишь что лучшие ратники, гибнут под стенами уруской столицы. Бери немедля тумен "Беркутов" и, пройдя реку, подруби урусов ударом под правую стену.

  Многоопытный Бурундай осмелился возразить:

  -Лед еще не окреп, под ударами тысяч копыт он просто лопнет.

  Неожиданно за Гуюка ответил грозный японец.

  -Твое беспокойство похвально. Но зря проявляешь старанье! Волшебный порошок сковал на речке лед - покрепче ратной стали! А ну скачи вперед - тебе мы приказали!

  -Великий ниндзя-батыр знает что говорит! Скачи быстрее, коли овладеешь градом, косяк коней, я дам в награду!

  Прокричал, тряся пальцами Гуюк-хан. Бурундай не посмел более перечить - чревато смертью. Монгол со стайкой мохнатых всадников скрылся с глаз. Внезапно надвинулась тень, над головой зашумело, от сильной воздушной волны с наследного кагана слетел шлем:

  -Харакири! Вот и припорхнула Бабочка! Теперь будет урусам "припарочка".

  Гигантский дракон, завис над поверхностью, его отливающие золотом крылья сдували сугробы, а из трех хищных пастей вываливались пламенные языки.

  -Дивный мангус!

  Гуюк даже не успел испугаться:

  -Он способен спалить всю Рязань.

  -Всю не всю, а стену подожжет. Вперед мой маленький Годзилла!

  Могучий дракон, с размахом крыльев в пятьдесят метров, взмыл вышину. Монголы и сопровождавшие их шаманы яростно выли. Тумен под командованием Бурундая, лихо залетел на лед, несколько коней споткнулось, их тут же вместе с всадниками растоптала неистовая железная масса. Трехглавый монстр, тем временем плавно спикировал на стену. Дикорос раньше остальных осознал, всю опасность воздушной атаки. Что же не хотелось, конечно, раньше времени раскрывать козыри, но ради спасения града придется применить до сего дня неведомое оружие. Крылатому чудовищу, противостоял механический монстр, отдаленно смахивающий на смесь паука и стальной сороконожки. Из парового котла уже курился дымок, молодцы отроки, что заранее закинули уголь. Паровая катапульта - мастерское сочетание технологий паровоза, лебедки, многолапных баллист и даже... музыкальной табакерки. И этот выкованный из закаленной стали зверь, мог метать почти со скоростью пулемета, на дистанцию до двух верст любую поражающую вещь. Мульти-клоны были первыми в мире, кто додумался приспособить поршневой двигатель под метание зарядов. Дикорос лично повернул рычажок, искусно выкованная из цепочек лента пришла в движение, вставляя камни в быстро вращающиеся лопасти.

  Так как татары неслись плотной кучей, промахов почти не было, наоборот каждый увесистый булыжник, отскакивая, сбивал по несколько напирающих всадников. Одно плохо, шкала прицельности слабовата, в монголов попасть еще можно, а попробуй, порази летящего дракона! Трехглавый монстр повернул головы и распахнул широченные клыкастые отливающие алмазами пасти. Вылетевшее пламя пролетело мимо вала и ударило по домам. Послышался визг и крики, несколько наполовину ослепших женщин, бежало по улице, с неестественной быстротой загорелись дома. К счастью песок и тяжеленные бочки с водой, а также пожарные команды были начеку. Часть хат особенно близких к стене была покрыта пожароустойчивым асбестом. Под дружным напором, хищный вулкан, побледнел и, утратив силу, обратился в струйки бледного дыма. Но дракон явно не хотел сдаваться, выйдя из пике, он развернулся с изяществом перегруженного штурмовика и вновь обрушил потоки огненного смерча. Татары уже успели добраться, до стены и поэтому неистовое пламя поразило и их. В числе жертв оказался и грозный Бурундай, роскошная одежда загорелась, и он с ревом раненого вепря ринулся назад. Досталось и русским воинам, а часть льда заметно оплавилась, обнажив землю и бревна. Одежда на Дикоросе тлела, но стоящий на стреме боец белого легиона Антонов, успел вылить на него ведро воды, от раскаленной кольчуги повалил парок.

  -Что за дьявольское наваждение, жаль, что Леопардов нас не видит!

  Савелий чиркнул пальцами, дракон вновь развернулся и сделал попытку зайти на третий круг. Волхву удалось запустить небольшой огненный шарик, удар пришелся в среднюю голову. Небольшой взрыв, не нанес трехглавому монстру особых потерь, но слегка сбил с траектории, вследствие чего дракон пальнул раньше времени, огненный вихрь пришелся по громоздившимся нукерским рядам. И снова неистовые завывания, часть татар подалась назад. Тут-то Дикорос и приметил молодого невысокого монгола, лихо машущего двумя обоюдоострыми мечами. С нечеловеческой скоростью, он кромсал в капусту своих соратников, наносил страшные удары ногами, локтями, и даже головой, порхая как бабочка. Только один вернее, два человека могли произвести подобное опустошение:

  -Лео! Белый ангел это ты?!

  -Носом нюхаешь цветы! С трех метровой высоты!

  Со смехом ответил Леопардов. Мульти-клон с быстротой очумелого гепарда взлетел на вал, оставив на стене едва заметные кровавые следы.

  -Не говори и так все ясно! Надо загасить крылатый факел!

  Иван Леопардов, дико присвистнул, дракон, выровняв полет, заходил на четвертый круг.

  -Используй катапульту Лео, сбей его валуном.

  Мульти-клон грозно гаркнул.

  -Я сам лучше знаю, что мне использовать!

  Леопардов молниеносно подхватил три искусно выкованные цепочки. Это была тоже их мульти-клонов идея, соединил два или три небольших камня, выстрел из двух или более баллист и скошена, изувечена целая шеренга. Развернув паровую катапульту Леопардов, заскочил, на лопасть и ударил ногой рычажок. Его подбросило высоко вверх, уже в полете мульти-клон замахал руками, виртуозно вращая мечами, направляя стремительное движение, умудрился приземлиться на утыканную шипами спину дракона. Чудовище вздрогнуло, попыталось скинуть дерзкого седока, но искусно свитые цепи, захлестнули громадные пасти - грозный монстр оказался полностью оседлан.

  -Зачем тебе три головы? Одной не хватает дырявые, так я их цепочкой закую что бы, последние мозги не вылетели!

  Мульти-клон рассмеялся своей неуклюжей шутке. Дракон резко набрал высоту, затем воспроизвел петлю Нестерова, мышцы под кожей ходили ходуном, монстр прилагал отчаянные усилия, что бы сбросить непрошеного седока. Горячие токи воздуха, обдували исполинское тело, змей несся как камень, пущенный из катапульты или, скорее всего метеор. Атмосферная волна сбивала татар с колен.

  -Не впечатляет!

  Действительно, что для клона дергающийся дракон, когда он проходил запредельные нагрузки в двенадцати переменных плоскостях, разгоняясь до ста пятидесяти земных притяжений и тут же ныряя в невесомость, потом снова выходя на сублетальный предел нагрузки. Любой представитель флоры и фауны червяк перед этим продуктом генной инженерии. Чудовище сделало попытку развернуть головы, страшно лязгая огромной пастью. Мульти-клон со всего размаха рубанул легендарным мечом, он целил по самому чувствительному месту - ноздре. Первый удар был плашмя, из ноздри вылетели серебристые бисеринки, подобно жемчугу они сверкали на солнце:



  -Красивые у тебя сопли, верно, говорят, что дракон может испражниться золотом.

  Змей пальнул огоньком, слегка подпалив кимоно. В ответ Леопардов рубанул острием, удар был резок и точен, лезвие слегка покраснело, а из громадного носика выступили вишнево-рубиновые росинки. Они застывали прямо на лету, сплетаясь в диковинный орнамент.

  -Класс, а ну-ка повтори трюк!

   Монстр уже дергался, зато продолжал набирать высоту, стольный град Рязань становился все меньше и меньше. Вот он в тележное колесо, вот уже в блюдце, а вот и с маковое зернышко, окончательно скрывшись за облаками. Блеснуло черное в ярких звездочках небо, они забрались в стратосферу, стало трудно дышать, повеяло холодом вакуума. Хоть мульти-клон и не человек, но совсем без воздуха обходиться не может. Но видимо и дракону, неймется, рептилия исходит судорогами, задыхается, вот и приходиться снизить высоту. Повторять подвиг Руслана три дня и три ночи державшего бороду Черноморца явно не охота. В голове мелькает, фраза из детского сайта, почему-то ему хочется ее повторить:

  -Мы с тобой одной крови ты и я!

  Дракон словно уловил смысл, вздрогнул и приостановил полет. Затем стал медленно снижаться.

  -Правильно мыслишь крылатый мой брат! Будет с тобою у нас результат!

  Внизу кипело настоящее побоище, монголы уже окатывались от стен, и Пантера решила, что настал оптимальный момент для удара. Молодец храбрая девочка, ее видно сразу, где она прошла, остается кровавая густо вымощенная трупами дорожка. Не только ноги и руки, две удлиненные косы разят вплетенными на цепях кинжалами из закаленной стали.

  -Я себе такие причиндалы обязательно сделаю! А теперь согреем мугланов!

  Дикое пламя вырвалось тройным вулканом из луженых глоток, татары сгрудились слишком плотно, и их просто сотнями жарило изливаемым из пастей адским костром. Особенно сильно испугались кони, впрочем, большинство скакунов, уже было отбито внезапным ударом в спину, лишь личная охранная тысяча Гуюк-хана оставалась под седлом. Извержение продолжалось, сметая одним залпом в огненный ураган сотни и сотни бойцов. Желтый змей с узившимися глазами наблюдал за возращением своего дракончика.

  -Предатель! Вот вы все представители драконьего рода, всегда предаете и служите тому, кто сильнее!

  В ярости ниндзя-чародей, попробовал сразить дерзкого наездника, с пулеметной скоростью метая пульсары. Юный витязь-клон усмехнулся:

  - С огненной водой - опрокинь стакан! Ты чужак крутой - пламенем харкал!

  Леопардов легко сбивал их, используя легендарное оружие и время, от времени направляя зверя, на вражеские отряды. Такой, многоразовый огнеметик с крыльями получше ста механических на конной тяге. Пожалуй, даже это по круче штурмовика и откуда у него столько горючего, не истекает запал? Надо будет на досуге изучить монстра и создать новое, ранее невиданное оружие! Стрелы как просо отскакивают от толстой переливистой мерцающей всеми цветами радуги бронированной кожи. Попадания лишь на мгновения меняют раскраску Рубиново-красное становиться - сиренево-фиолетовым, Лилово-сапфировое - наоборот - обращается ало-оранжевое, золотисто-желтое - в изумрудно-салатовое. Это очень красиво, жаль, что в горячке кровавого боя, некогда наслаждаться сказочным зрелищем.

  Русские ратники и солдаты Белого легиона, тем временем уже порубили большую часть, монгольской рати. Особенно жутко стало, когда в дело вступили механические огнеметы, такой двойной удар любая армия не в силах выдержать. Еще минута и начнется беспорядочное бегство. Желтый змей на мгновение заколебался. Приказ Батыя понятен, под шумок убить наследного кагана, но вот плата слишком низка. Нет, он его убьет позже, а пока выведет из-под разящих русских мечей:

  -Отойдем, каган я тебя прикрою!

  -А как же трехглавый мангус? Я не позволю ему терзать мою армию!

  Ниндзя щелкнул пальцем, посыпались искорки:

  -Я могу прочесть сложное заклинание, и он вернется в свой мир, но тогда я семь лет не смогу его вызвать! Хотя есть вариант! Заклинание уровня Хале!

  -Это как?

  Не по годам жирное и одутловатое лицо Гуюка вытянулось:

  -А так! Если я его белого мангуса убью, то мой будет дракон, если он меня, то его!

  Японский чародей прошептал длинную манту, талисман сверкнул ярче солнца. Увлеченный азартом истребления Леопардов, вдруг почувствовал, как под ним исчезла гибкая лощеная спина могучего и уже послушного монстра. Он оказался в воздухе, с быстротой камня летя вниз. Падение было не приятным, но не смертельным. Пробив метровый сугроб, с яростью раненого кабана мульти-клон обрушился на монголов. Последнее организованное сопротивление пало, жалкие остатки громадного войска устремились в повальное бегство. Леопардов и Пантера буквально состязались в истреблении потерявших ориентацию нукеров. Гуюк-хан временем стал практически невидим, его борзый конь, бил все рекорды ипподрома, наследный каган думал лишь о собственной шкуре.

  -Нет, это не самурай! Жалкий трус. В падлу служить такому микадо!

  Рявкнул ниндзя. Желтый змей достал два могучих катана, скрестил их и резко дернул, от лезвий отделился искристый розовый шарик. Магический самонаводящийся пульсар, стремительно взлетел по направлению к Леопардову. Мульти-клон успел заметить движение, на лету срубив огненный сгусток, небольшой взрыв, разлетелся молниями, разметал десяток-другой монголов:

  -Это дьявол! Самурай преисподней!

   Крикнул Желтый змей. Ниндзя уже приготовился, было рвануть на встречу Леопардову, как в его голову пришла элементарная мысль. "Что если он сразу не убьет этого сильнейшего бойца сразу, то к нему присоединиться Пантера и тогда последствия станут катастрофическими. Тем более что он подчинил дракона, а подчинить великого змея может только очень могучий воин".

  -Я смываюсь пташки! Ухожу, что бы вернуться!

  Желтый змей, развернув белый плащ, зарылся в снежок. Потом захлебываясь, стал шептать заклинание перемещения.

  Леопардов продолжал яростное преследование, Пантера не отставала. Не смотря на всю ожесточенность схватки, они не на мгновение не выпускали из виду царский шатер наследного кагана.

  -Он убежит, догоним главаря!

  Предложил Леопардов. Пантера небрежно ответила, продолжая стремительными взмахами ровнять удирающих монголов.

  -А зачем! Лишнюю радость доставим Батыге, да и это слишком гуманно. Меч убивает легко, а джихангир просто сдерет с него шкуру.

  Леопардов, срезав четверых, захохотал.

  -Если он сам не обломит Батыю рога! Будем гнать их до самого лагеря или как?

  -Батый изрядно наложил в штаны, а чем меньше мугланов уцелеет, чем лучше!

  Мульти-клон прибавили шагу, это напоминало игру в догонялки, нукеры отчаянно хлестали коней, раздирая в кровь бока. Прилагая отчаянные усилия, им удалось слегка оторваться от уруских всадников, но нельзя уйти от тех, кто был сконструирован быстрее гепарда!

  

   . ГЛАВА Љ 2

  Бату-хан рвал и метал гром и молнии. Высоченный шатер сотрясался от крика. Дрожащие руки, яростно вращали кривую саблю. Еще бы его главный соперник и враг сумел уйти, избегнув смерти. В довершение всех бед в армии начался не понятный мор, за один день полегло семь тысяч бойцов. Первоначально джихангир хотел, воспользовавшись удобным поводом казнить Гуюк-хана, но это хитрая седая лиса Субудай-Багатур воспрепятствовала этому. Громадный одноглазый богатырь преградил дорогу, крепко схватив коня Буцехана под узды:

  -Верховный каган Угедэй не простит тебе убийство своего сына.

  Бату-хан энергично возражал, яростно наступая конем:

  -Я джихангир и имею право казнить, особенно полководца позорно проигравшего битву.

  -Верно Бату, но ведь и ты был не раз бит. Ведь ты первый попятился, когда по нам ударили белые мангусы.

  Батый хотел, было, ударом меча опрокинуть Субудая и отдать строгий приказ своим тургаудам, как вдруг в голове мелькнула мысль. Ведь верховный каган может собрать великий сабантуй всех ханов и тогда его наверняка сместят с поста верховного главнокомандующего всеми вселенскими армиями, особенно если его бросит Субудай. Жирное лицо свирепо передернулась.

  -Я прощаю на первый раз Гуюка. И повелеваю вызвать ко мне чародейку Керинкей-Задан и Желтого змея! Против мангусов надо использовать магию! Заодно пускай вылечит моих джигитов!

  Нукеры бросились исполнять грозный приказ джихангира. Чародейка жила рядом с центральной юртой, под сильной охраной, после того как она спасла ему жизнь под Итиль-сараем, Батый ей по-особенному доверял. Арапша с дюжиной сильных воинов с поклоном зашли в роскошно обставленную юрту, в последнее время джихангир был неимоверно щедр и осыпал верховную шаманку дарами. Задан, встретила нукеров радушно, искривив ухмылке густо усеянный акульими зубьями рот.

  -Что явились соколики! Вас обрили под нолики!

  -О величайшая из колдуний, чья дивная мощь потрясает вселенную все девять концов света. Великий каган Бату-хан вызывает тебя ослепительную.

  -Дзе, подведите ко мне коня белого! А иначе я вас всех в прах уделаю!

  Шаманка вновь перешла к типичному для себя рифмованному слову. Глазища ожили и яростно сверкали, удлинившееся клыки заколыхались. Хотя до походного дворца джихангира было всего сто шагов, колдунья предпочла проехать их с шиком, надменно поплевывая на сопровождавших монголов. Нукеры терпели, они знали, чем чревато сопротивление надменной колдунье. Подъехав к Бату-хану, джихангир как влитой сидел на коне, колдунья слегка поклонилась. Ее голосок заскрипел плохо смазанной дверью.

  О великий батыр,

  Ратной силы король!

  Покорять будешь мир,

  Какова моя роль?

  Батый усмехнулся, затем нахмурился, ему в последнее время не очень нравились сладкозвучные серенады.

  -Твоя роль такова! Не поддать петуха!

  Слушай ведьма. Все эти метели, ночные вылазки, постоянные удары из-за сугробов мне смертельно надоели. Ты, во-первых, должна оберегать мою армию и сообщать обо всех перемещениях белых мангусов, второе, злой мор гуляет по моей армии, исцели моих солдат. И еще отвечай мне простыми словами без куплетов - дурных поэтов, а то...

  Бату-хан, грозно махнул саблей, прочертив круг перед носом шаманки.

  -Я слушаюсь Бату! Я пошлю полчища крылатых грызунов, и они проследят за урускими войсками. А что касается мора, то белые мангусы подсыпали отравы в те свиные туши, что передали нам в подарок.

  Не смотря на то, что новость не была особенно веселой, Батый прыснул в кулак.

  -Вот что значит уруское выражение подложить свинью. Ладно, а где желтый змей! Почему "японка" не выполнил моего поручения?!

  Помимо обычных колдовских амулетов на шее верховной шаманки Керинкей-Задан колыхалась золотая цепь с крупным изумрудом. Морщинистые руки потерли камень.

  -О великий каган, Желтый змей выполняет твое главное приказание. Уничтожить двух белых мангусов Леопардова и Патеру!

  Батый хотел именно этого, для этого, по сути, они и вызывали "императора убийц" из Японии.

  -Если он справиться получит награду. А если нет, надеюсь, он погибнет как истинный монгол!

  -Кодекс Буссидо священен для японского воина.

  Джихангир размашисто махнул меховой рукавицей.

  -Нет законов и кодексов лучше Ясы священного правителя. Свирепая метель утихла, ко мне регулярно прибывают с донесением гонцы. Повелеваю, первый удар мы нанесем по Пронску. Затянем мертвую петлю на Рязанской шее. Передовые тумены поведет мой брат Шейбани!

  Машина войны завертелась с новой силой. Опасаясь засад, татары ехали только днем, зимнее солнце ярко освещало - серебристые дали и жемчужные боры.

  Шейбани доложил, что он победным маршем шествует на Пронск, но не многие уцелевшие пороки вязнут в густых лесах.

  Субудай гневно ответил в письме. " Ты храбр, но не находчив! Не можешь заставить пленных урусов рубить широченные в три воза просеки в лесах? Возьми Пронск и следуй к Рязани, там соединяться все наши силы.

  Шейбани тут же прислал в ответ.

  "Селения вымерли, всюду опустошение, урусы жгут свои дома и бегут от нас. Я не могу набрать для работы пленных, а посему приказ своим нукерам взять топоры и прорубить просеки. Надеюсь успеть к штурму - каган Шейбани".

  Бату-хан и Субудай не дожидаясь ответа, ускоренными переходами двинули свои неисчислимые орды на север. Многочисленные больные и раненные на повозках и верблюдах вяло плелись в обозе. Сотни шаманов выли и просили богов и злых духов об исцелении, наспех перевязанные раны гноились, с повозок то и дело сбрасывались трупы.

  -Я покажу Гуюку - "гавнюку" как надо брать Рязань.

  Спустя три дня передовые тысячи вышли на северные окрестности города. Остальные войска постепенно подходили, стягивая колючий аркан.

  Тем временем Рязань продолжала готовиться к осаде. Часть бойцов Белого легиона скрытно покинула город, и направилась к Пронску. Пантера была категорически против подобного распыления сил.

  -Батый обрушит против нас все свои полчища, а твоя тысяча может целиком сгинуть в густых лесах.

  Леопардов спокойно ответил.

  -Я думаю, что Батый не ударит по нам, пока не подтянет все свои силы. А мы тем временем успеем слегка помочь Пронску и вернуться назад. Генерального штурма не будет пока не подойдет Шейбани, а, не сумев взять Пронск, он его просто оставит в тылу. Мы спасем русский город и вместе с тем не оставим Рязань без защиты.

  -Тогда действуй быстрее!

  К ним присоединился волхв Дикорос. Прежде чем отправиться в поход он заглянул лабаз новгородского купца Живило Юрьевича. Надо было подкрепиться и прихватить кое-каких ведовских снадобий. Увидев, что купец лежит на печи, Савелий сурово спросил.

  -Ты, Живила Юрьевич, наслаждаешься теплом на лежанке, а к нам на стену не одним глазком. Мы днем и темной ночью, в непогоду и стужу, стоим на страже или возводим новые укрепления, не видим даже горячей похлебки-пустоварки. Ты что думаешь, если сюда ворвутся монголы, они тебя помилуют?

  Рослый, дебелый купец в собольей шубе робко поежился, боязно базарить с волхвом. Голос звучал слабо и грустно.

  -Я ведь даже не рязанец, а из Великого Новгорода. А во время последнего штурма, подпалила меня варевом адовым. Очень сильно жжет нутро горячая похлебка, изготовленная белыми херувимами. Но зато приказчик, племяш и пяток слуг дружно и слажено вам помогают. И хлеба вам поставил возов двадцать, семерых коней старшому князю Юрию Ингваревичу. Питайтесь у меня вы все бесплатно, каждый день! Верю, что затлеться мне это Спас в Судный день. Аминь!

  -Херувимы говорят, что скоро у нас будет одна страна и единый народ. Аминь! Повторил Дикорос и набожно перекрестился.

  Отряд под командованием Леопардова скрытно покинул стольный град и стремительно двигался к Пронску, большинство воинов были подростки, и кони легко мчали сухие натренированные тела. Леопардов как всегда оторвался от остальных, его босые пятки стремительно мелькают, ноги парят по молочным сугробам, практически не оставляя следов. Мульти-клонам не страшен мороз, а посему сапоги лишь мешают бегу.

  -Лучше всего бежать и сражаться одному, или с Пантерой. Люди как они медлительны и неуклюжи. Все кони разом отстали и только один всадник, неотступно маячит сзади. Мульти-клон прибавляет скорости, всадник не отстает.

  -Вот черт, да я буду не я, коли тебя, не сделаю.

  Мульти-клон врубает предельную скорость, разгоняясь быстрее гепарда за двести сорок километров в час. Даже это не позволяет развернуться и оторваться от преследователя. Леопардов хотел, было запсиховать, но близость монгольского лагеря заставила сбросить темп. Тем более что силуэт был очень знакомым:

  -Дикорос это ты?

  -Я! Белый витязь.

  -И чем ты наколол, своего коня, где достал стероиды?

  Дикорос пропустил сквозь усы улыбку.

  -Я его не накалывал! Зачем дурить бедное животное. Дал ему ярынь-травы и тайного снадобья вот он несется как орел.

  Леопардов подскочил к волхву и блеснул мечом.

  -И ты гад скрываешь, что у тебя есть такие сильные мышечные усилители. Да если их дать русской армии мы мунгалов в дерьмо сотрем.

  -Не получиться белый воин, сей конь, в сказке был заговорен. На остальных лошадей и людей сей отвар не действует.

  Взгляд мульти-клона излучал ненависть:

  -Брешешь!

  -Зачем мне врать!

  Леопардов прервал разговор, местность перестала ему нравиться, в воздухе пахло дымом и паленым мясом. Небольшой, но справный городок лежал в развалинах, густое марево бил свежим колючим ключом. На стене полуразрушенной колокольни висел проткнутый стрелами ратник с распоротым животом. Всюду валялись обугленные трупы, прежде чем убить над людьми долго и жестоко издевались. С женщин живьем сдирали скальпы, снимали нежную кожу. У беременных были разрезаны животы, а недоношенные дети подвешены за пуповину на ветви. Некоторые из невыношенных ребят были густо усеяны стрелами, на них явно упражнялись в стрельбе. Многие трупы висели вниз головой или были поддеты на крючья. Несколько едва живых тел дрожало и дергалось в ужасных конвульсиях. На голых останках волдыри и ожоги. Долго можно описывать страшную картину разрушения - обозленные монголы никого не щадили, варварски мстя за свои потери и мучительный страх. Несколько нукеров в поисках добычи продолжали ползать по развалинам. Один из них видимо тысячник, грубо пнул труп обнаженной женщины. Лицо ее было обезображено кровоподтеками, на голой груди, глубокие ссадины, порезы. Стройные ножки безжизненно раскинуты, по ним тек и впитывался в снег ручеек густой крови. Мульти-клон не стал ждать, его внезапно захлестнула жажда мести. Их всего семеро, значит, метаем в горло острые иглы. Секунда шестеро мертвы, тысячник, однако не должен столь легко отделаться. Чиркнул пальцем по шее, Леопардов отключил, вельможного монгола, а затем взвалил себе на плечи, прихватив острый крюк. Отбежал верст на десять и насадил на него тысячника.



  -Вы подвешивали русских за ребра, а теперь сами испытайте подобную радость!

  Мульти-клон хотел, было рванут, назад к лагерю, как чья-то стрела прочертила воздух, Леопардов легко словил ее рукой.

  -Ну, волхв, я от тебя такого не ожидал!

  -Это я от тебя не ожидал отрок подобной жестокости!

  Леопардов поддел ногой снежок, пустив белой пылью в сторону висящего монгола.

  -Это не жестокость, а месть! Око за око! Зуб за Зуб!

  Волхв качнул головой:

  -И подлость за подлость, обман за обман, пытка за пытку! В кого тогда мы превратимся, если будем во всем следовать силам тьмы!

  Леопардов прошипел со злобой:

  -А что ты предлагаешь! Смотреть, как убивают наших, и подставлять другую щеку.

  -Нет! Но для него достаточное наказание смерть! А дальнейшую участь его души решит всевышний!

  Нехотя мульти-клон сломал рукой горло монголу, злобно плюнув на труп:

  -Ну, а теперь к лагерю. Я изменю себе внешность и проникну к главным главарям. Жаль, что я не могу убить всех, но посчитаюсь с разбойничьей верхушкой.

  Белый мульти-клоновский рыцарь забрал одежду тысячника и бегом помчался к монгольскому стану. Дикорос, на своем заговоренном коне не отставал не на шаг.

  Внезапно мульти-клон остановился и прислушался:

  -Голос, знакомый голос и запах. Принюхайся, ты ничего не чуешь?

  -Я всего лишь человек.

  -А я монстр! Это же твоя приемная дочь Вешнявка, она придавлена трупами и стонет.

  Дикорос с трудом сдержал возглас.

  -Моя дочь здесь!

  -Пошли!

  Между подпаленных домов громоздился целый архипелаг трупов, у некоторых из них были отрезаны веки, и казалось, они неотрывно смотрят морозящим взглядом. Бесцеремонно разбросав тела, Леопардов выволок наполовину разрубленную фигуру. Волхв охнув, спешно припал к ней. Вешнявка тихо стонала, ее обезображенное лицо покрылось серебристой коркой инея, разбитые в кровь губы, распухли как оладьи. Сквозь ледяной бред она все же узнала его, уста еле слышно прохрипели.

  -Она зовет Огневичку.

  Различил еле слышное дуновение Леопардов. Дикорос поднялся с колен, отряхнув сугроб.

  -Извини мне пора! Я забираю дочь и скачу в Рязань. Надеюсь, ты сам и твои воины разберутся с Шейбани.

  -Разуметься! Вот-вот подойдет наш отряд, мне надо спешить.

  -Возьми на прощанье подарок.

  Волхв сунул в руки кулек.

  -Что это такое?! Очень терпкий запах!

  -А ты вдохни великий воин, в тот момент, когда войдешь в шатер хана узнаешь.

  -Может быть, сам дыхнешь?! Что слабо!

  Продолжать пререкания не имело смысла, Дикорос рванул полным аллюром. Мульти-клон переодевшись, повернул к лагерю. Даже простые люди способные менять до неузнаваемости лицо с помощью мимики и грима, а также подделывать голос. Для мульти-клона, это даже не семечки, а элементарная азбука. Придав себе самый озабоченный вид, Леопардов вбежал в шатер темника Кулубая.

  -Срочный нам вызов отправил каган! Будет прославлен в боях Чингисхан!

  В палатке человек пять, не надо больше объяснять, три иглы и один взмах двумя мечами монголы не успели даже вскрикнуть, так и остались стоять с раскрытыми ртами. В следующую минуту, из шатра важным павлинов выпорхнул "лжекулубай". По правилам в случае серьезной нужды, темник мог входить в шатер Шейбани в любое время - достаточно показать пайцзу с золотым соколом. Впрочем, на всякий случай у Леопардова есть и пайцза с золотой голой разъяренного тигра. Стоящие на страже тургауды подобострастно отдают четь. Шатер хана Шейбани размерами немногим уступает походному дворцу самого джихангира. Несколько отдельных залов и даже мини-гарем. Брат Батыя еще не спит, с ним несколько тысячников, они с азартом режутся в диковинную игру, двенадцати граненые шахматы. Игроков тоже двенадцать, по двадцать четыре фигуры у каждого. Ханы играют с азартом практически не думая, потягивая золотые кувшины с черным кумысом. Леопардов впервые видит подобную игру и ему хочется подсесть, проверить силу своего интеллекта. В этот момент в голове вспыхивает мысль. "А что если проверить подарок волхва". Любопытство сильнее благоразумия, мульти-клон с жадность втягивает приторно-сладкую пыль. Перед глазами вспыхивают искорки, становиться легко и весело. В этот момент тысячники внезапно прерывают игру и дико таращат глаза. Шейбани всплескивает руками.

  -Дзе, дзе какая красавица! Величайшая жемчужина садись к нам.

  Другие ханы наперебой загалдели.

  -И к нам, к нам тоже.

  Какие у них похотливые рожи - чистые извращенцы. Впрочем, Леопардов и сам понимает, что что-то здесь не так. Его взгляд падает в низ - напряженно колышутся высокие женские груди, а спадающие до пояса волосы настоящая смесь алмазов и золота, даже при этих скудных лампах диковинная копна сияет лучистым светом. О том, что у тебя между ног и думать страшно. А жадные руки так и тянуться в сладострастном порыве. Мульти-клон среагировал рефлекторно, бьет по рукам, слышится крик, хруст сломанных пальцев. Слава Богу, прежняя сила осталась, значит, его не смогут изнасиловать, по крайней мере, до тех пор, пока он сам этого не захочет. Шейбани-хан изобразил на лице сладостную улыбку, его уста изливали мед:

  -Какая ты луне подобна дива, сверкаешь ты вселенной всей на диво!

  Настолько ты прекрасна, что способна,

  в осколки сердце рыцаря разбить,

  Я раб тебе, богиня век свободна,

  Ты можешь солнце красотой затмить!

  Грубый монгол не заметно перешел на неуклюжие стихи. Леопардов выдавил из себя улыбку:

  -Ты конечно интересен, но в тебе не хватает истиной поэтичности и гармонии. Сильным быть прекрасно, что там городить! Но чтоб было красно, надо умно, классно говорить и жить!

  Шейбани сделал вид что обиделся.

  -А я разве не умный?

  -Докажи!

  -Хочешь я вот всех тысячников их одиннадцать, как ишаков в шахматы обыграю!

  Тысячники понятливо закивали, Леопардову стало ясно, что будут очередная игра в поддавки:

  -Нет, так не пойдет! Давайте лучше я одна сыграю против вас всех! Вот тогда и посмотрим кто самый умный.

  Ханы рассмеялись: роскошная женщина показалась им забавной.

  -А если мы выиграем?!

  -Тогда я вам все сделаю, то чего вы хотите.

  Тысячники согласно закивали:

  -Но если вы проиграете, то мне все сделаете, что я вам прикажу.

  -Конечно, прекрасная дива мы рады услужить даме.

  Еще было немного времени, до того момента, пока подойдет отряд из бойцов Белого легиона - можно и сыграть. Спросив про правила, а они слегка отличались от традиционных шахмат, кроме того, что есть в них, тут был еще: верблюды, галеры, а также повозки и лучники. Покачивая роскошными бедрами, Леопардов с царственным достоинством приступил к игре. Противников было одиннадцать, а двенадцатый хан только ходил и мешал. Конечно, избери ханы правильную стратегию, его бы раздавили без труда, но пьяные полководцы больше воевали друг с другом, чем с ним, да и переставляли фигуры, не думая. Это конечно облегчало задачу, главное было не дать игре слишком затянуться. Впрочем, тот факт, что один за другим ханы выходили из игры, не сильно огорчал собравшихся "воителей". Видимо они были заранее уверены, что добыча от них не ускользнет. Тут тоже был мат, и практически такой же малоподвижный и беззащитный король, как и в реальных шахматах.

   -Ты просто слабое звено король ваш гол и слаб! От злости челюсть вам свело, вас победит и раб!

  Ханы, вливая квартами арзу, только ухмылялись в ответ, чего не простишь красивой женщине. Последним признал свое поражение Шейбани. Леопардов удовлетворенно произнес.

  -Ну что мальчики разминка закончена! А теперь мое желание, откройте рот, закройте глаза.

  Ханы похотливо закивали. Именно в этот момент все внезапно переменилось, что вновь вспыхнуло и выражение восхищения сменилось маской ужаса. Мульти-клон раньше остальных сообразил, в чем дело. Защитная оболочка и личина прекрасной девушки разом исчезли, и Леопардов предстал перед монголами во всей своей страшной мужской красе.

  -Маски сброшены, бал окончен!

  Мульти-клон небрежным взмахом веера метнул десяток игл, и один раз рубанул мечом. Хотя и последовали сдавленные крики, стоящие на посту тургауды остались на месте, им видимо не впервой, слышать подобные перебранки от пьяных хозяев.

  -На веки умолкли веселые ханы, в живых ты остался один!

  Шейбани затрясся, ему не хотелось умирать, в двух шагах маячила неумолимая смерть. Леопардов засмеялся издевательским смехом, животный ужас в глазах монгола забавлял.

  -Какой ты слизняк,

  просто жалкий хиляк!

  Став в позу, белый витязь продолжил.

  -Когда повинуясь приказу кагана! Мочили вы в буйстве сто тысяч людей! Хоть что-то проснулось в душонке пахана - когда тургауды душили детей!

  -Пощади меня белый бог!

  Мульти-клон вдруг почувствовал гордость:

  -Теперь я уже не простой мангус, а бог! Тогда целуй мои ноги.

  Шейбани поспешно приложился к холодной как мрамор ноге:

  -Хватит меня слюнявить.

  Мульти-клон рванул хана за волосы, вырвав целый клок, монгол визжал овцой:

  -Говори, как вы захватили Пронск?

  Перепуганный брат Батыя поспешно проверещал.

  -Нам помогли. Бояре Феофан и Мефодий указали подземный ход.

  -Где эти гады?

  Прорычал страшным голосом Леопардов, изумрудно-сапфировые глаза недобро сверкнули.

  -Пируют в соседнем шатре.

  -Я сам найду предателей, по запаху тотального разложения! А сейчас я накажу тебя! Нет не смерть - это слишком просто, у тебя не будет времени для покаяния!

  Мульти-клон врезал в пах, одновременно сдавив рот, хан сполз на ковер.

  -Теперь ты полужидок! Я произвел тебе обрезание вернее кастрацию. О если так, то ты Гипержид, супереврей!

  Леопардов тут же переоделся, приделал волосы, чуть-чуть добавил в плечах и подложил подушки под живот. Ну, теперь, он типичный Шейбани. Выскочив из шатра Леопардов, заорал на всю глотку.

  -Измена! Казнить Феофана и Мефодия. А по случаю казни распить сто бочек с крепленым кумысом.

  Последнее повеление было воспринято с повышенным энтузиазмом. Те, кто еще не упился, поспешно вливали в себя кварты алкоголя. Мульти-клон заранее прихватил с собой мешочек, с сильно действующей отравой. Изготовить сильный токсин просто, а подсыпать в открытые бочки еще проще, ну кто заподозрит брата джихангира. Леопардов ни когда не отличался особым гуманизмом, им с момента создания закладывали программу машин смерти, а вид многих тысяч погибших руссов, большая часть которых продолжали лежать не убранными, решительно отбивал остатки человеколюбия.

  Еще большая ненависть была к предателям боярам.

  -Повесьте ребрами на крюк русских перебежчиков, пускай подыхают медленно и мучительно. Собакам собачья смерть!

  Яд должен подействовать спустя пару часов. Что же он подождет, затем, когда большая часть войска схватиться за животы, он налетит на врага всеми силами.

  Вот уже последняя бочка с кумысом выпита до капли и из нее вышибли дно. И именно в этот момент раздался знакомый противный голосок.

  -Белый мангус, ты глупец, но не трус.

  Леопардов не сильно удивился.

  -Барыга! Эй, нукеры, усыпьте его стрелами.

  Монголы все еще воспринимали мульти-клона за брата джихангира и помнили приказ уничтожить мятежного мага. Целые тучи стрел обрушились на то место, где стоял царек гномов. Острейшие наконечники попали в подобие ореола и, раскалившись, рассыпались в прах. Вслед за этим сразу налетела новая густая туча жалящих снарядов. Защитное поле раскалилось, задымились соседние деревья, поднялся густой пар, от тающего снега.

  -Я люблю по-русски баню! Растопчу братана Ваню!

  Из-под крючкастых пальцев могучего гнома, вылетели крошечные предметы. Пролетев сто сажень, они рухнули в сугроб. Последовал сильный хлопок, поднялся вихрь и спустя несколько секунд, поднялись сразу четыре громадных монстра. Вид у сто саженных чудовищ был весьма необычным - громадные еловые шишки с восьмью гибкими в присосках щупальцами. В каждом щупальце было зажато оружие, меч секира или исполинская булава. Громадные чудовища ринулись к ложному Шейбани, каждый их шаг, сопровождался грохотом, ломались деревья. Тяжелые аршинные стрелы либо отскакивали, либо застревали в деревянной поверхности. Леопардов взвизгнул и, уйдя от крупного размером в сосну меча, подрубил одно из громадных щупалец. Обломок отлетел и судорожно задергался, оружие процарапало бороздку. Двух тонная булава со страшным стуком вонзилась в то место где только что порхал неуловимый мульти-клон. Меч Добрыни Никитича легко подрубил и это щупальце. Вернее еще трех секунд оказалось достаточно, что бы обезоружить первого шишкообразного монстра. И верно на стороне у чудовищ громадные размеры, масса, но реакция и соразмерная скорость еще хуже, чем у людей. Плохо другое даже пьяные монголы поняли, что брат Батыя так быстро двигаться не может.

  Послышались изумленные возгласы, резко усилившиеся, после того как слетел косматый парик.

  -Белый мангус!

  Целые тучи стрел стальным водопадом обрушились на Леопардова. Мульти-клон резко вывернувшись, прошел между ног и оказался за спинами чудовищ. Потеряв из вида чрезмерно подвижную цель, трое остальных монстров обрушились на многотысячную орущую толпу врагов. Теперь началась самая реальная резня, самые храбрые монголы сотнями ложились под страшными ударами. Леопардов в свою очередь попробовал повторить прием, примененный, против чародейки Задан. Легендарный меч, поразив защиту и выбив целый огненный вулкан, вернулся обратно. Но на сей раз, он до такой степени разогрелся, что пришлось окунь его в снег, который растаял и зашипел.

  -Да ты горячий черт.

  -Я не черт царь гномов. И таким примитивным оружием в руках еще более примитивного бойца меня не одолеть!

  -Не хвались, едучи на рать...

  Барыга резко прервал.

  -А хвались, едучи "срати"!

  Повинуясь жесту, громадный монстр набросился на Леопардова. Мульти-клон совершил пируэт, ловко подрубив коротенькие ножки, и воспользовавшись тем, что исполинская шишка потеряла равновесие, используя приемы дзюдо, швырнул ее на Барыгу. Соприкосновение двух стихи вызвало сильнейший взрыв, чудовище разлетелось на щепки, а защитное поле ярко светилось: сначала золотисто-желтой затем, переливаясь и искрясь, окрасилось огненно-оранжевой гаммой, постепенно переходящей в сиренево-сапфировый цвет. Мощный бросок легендарно меча вызвал эффект аналогичный бросанию камня на стекло. Синеватая стена обильно усеялась трещинами и осыпалась многоцветным зеркалом. Барыга покраснел, натужно рявкнул и в мгновение ока обернулся целым выводком змей, рассчитывая затеряться в ядовитой стае, но мульти-клон успел вычислить ту одну уникальную в которую и обратился царь гномов. Каким образом, во время превращения на сотую долю секунды все змеи стали прозрачными, кроме одной - той самой, чью личину и принял хитрейший колдун. Пробив хвост иглой, мульти-клон подхватил шипящую кобру. Остальные змеи попытались применить свой яд, лязгнув зубами. Прием - тройная бабочка навечно успокоил их, лишь одной удалось слегка расцарапать кожу, оставив ожог. Кобра, зашипев, попыталась извернуться, но, получив щелчок по носу, обмякла.

  -Ты хотел переговоров - самое время?

  Вяло, дернувшись змея, обратилась в дрожащего от страха усатого человека.

  Голос Барыги, тем не менее, был тверд:

  -Не вздумай меня убить белый воин.

  -А почему бы и нет! Из могилы не выходят.

  Промурлыкав, мульти-клон представил оружие к горлу.

  -Если ты меня убьешь, то сделаешь своими врагами всю могучую расу гномов.

  -Все равно вы мне уже враги, а, убив тебя, я сокращу число своих недругов.

  Голосок у Барыги задрожал, он понимал, что мульти-клон способен осуществить свою угрозу.

  -Я клянусь, что не враг тебе! Замрите монстры.

  Исполинские шишки зависли, дубины и мечи замерли в воздухе.

  -Нет, почему вы остановились, пускай давят монгольскую орду. Или ты мне не друг!

  -Друг! Друг!

  Поспешно согласился Барыга.

  -Давите эту мерзость.

  Повернувшись шишки, обрушились, на нукеров. Монголы ревели и выли, из стрелы либо отскакивали, либо застревали в коре, а мечи с трудом могли надрубить прочное дерево. Каждое из восьми щупалец одним взмахом срубало двух-трех, а то и пять воинов. Правда скорости "пенькам" не хватало, большая часть нукеров успела вскочить на коней, прыгая по сугробам, они ловко уклонялись от смертельных орудий.

  -Слабоваты твои чудовища, не мог бы ты им добавить скорости?

  -Рад бы, так они на стремительном бегу рассыпаются в прах, витязь.

  Леопардов рассмеялся, перепуганный Барыга выглядел комично.

  -И что мне, вернее тебе надлежит сделать, что бы я тебя не убил?

  -Мы гномы, способны на многое. Если хочешь, мы тебе сильный меч выкуем, что сможешь победить всех своих врагов, даже чародейку Задан.

  -Даже ее? Ты на посуле как на стуле, а где меч Ильи Муромца?

  Барыга задергался.

  -В сказке он, в мирах параллельных!

  -Хватит речей лилейных! Истреби всех мугланов, тогда я тебе поверю.

  -Как я их могу истребить, если мне даже с тобой одним не справиться! С мечом твой дух прославиться!

  В момент дюжина стрел едва не вонзилась в спину Леопардову, лишь веерное движение меча спасло его от гибели. В туже секунду Барыга пропал, словно вылетевший на солнце фантом.

  -Сволочь, опять обманул!

  В ярости Леопардов обрушился, на ближайших монголов. Его мечи кромсали податливое мясо, разрубая железные листы, перерубая тонкие сабли. Ненависть придала силы. Тем временем у части нукеров стали слабеть ноги и руки, яд начинал свое неумолимое коварное действие. Это облегчало задачу, единственное, что вызывало досаду, то что не удалось потравить коней. В него уже несколько раз попали стрелы, уж больно много целые тысячи летят на тебя, даже феноменальная реакция не всегда спасает. Одна из стрел угодила в ноздрю, закаленным наконечником пробил хрящ, застряв между глаз.

  -Это уже опасно, получил я отраду, сыграю ретираду.

  Используя преимущество в скорости, мульти-клон оторвался от татарской орды. После ранения нюхательные функции слегка, нарушились, и было очень больно, видимо стрелу обильно смешали с ядом. В голове начало туманить, к счастью сильно действующий антидот всегда под руками. Как приказал Леопардов отряд отдыхал в засаде, дисциплина в Белом легионе была на высоте. Неслышной тенью он появился рядом с командирами. Турган не подал вида, что удивлен, а вот Марк Соколич слегка растерялся.

  -Вы ранены воевода!

  -Это царапина, еще час отдохнете и ударим. Кажется, начинает подыматься туман, тем лучше, кто уцелеет, позавидует мертвым.

  -Мы готовы хоть сейчас пойти в атаку!

  Командиры отдали привычный салют.

  Спустя часок белый легион перешел в решительное наступление. Большая часть монголов, уже умерла или умирала под действием сильного токсина. Уцелевшие нукеры были настолько измучены, что после краткой схватки предпочли позорное бегство. Белый легион продолжал наносить сокрушительные удары, безжалостно терзая монгольскую армию.

  -

  . ГЛАВА Љ 3

  Татары все плотнее и плотнее обступали Рязань. В небо непрерывной чередой уходили черные вихри пожаров. Горели все окрестные селения. Сам Батый вместе с князем Глебом объехал вокруг стольного града. Он подробно расспрашивал князя, где лучше делать приступ на стены, как подкопать, где проломить. Погода была ясной, крутые обледенелые валы зловеще светились, свежая вода залила старую кровь. Кое-где были видны неубранные трупы монгольских ратников. Князь пробормотал:

  -Нужны длинные лестницы, мощные пороки о великий.

  Бату-хан злобно фыркнул, покрепче закутавшись в шубу.

  -Лестницы мы соорудим сами, а катапульты и тараны, мы можем делать только самые простые и примитивные.

  Угрюмые нукеры разбивали в брошенных домах топоры и пилы, выламывали из домов доски, бревна и подгоняемые грозными выкриками строили лестницы. Из далеко Китая вновь прибыли катапульты, искусно вплетенные в полозья. Могучую стенобитную машину поставили против ворот, и она начала метать большие камни. Другой механический монстр при переправе через реку проломил лед и погрузился в воду. Нукеры и пленные отчаянно пытались вытянуть ее, но меткий огонь со стен выкашивал монгольские ряды. Леопардов привел в действие паровую катапульту, смесь смолы и напалма подожгла татарскую баллисту. Попав под уничтожающий огонь передовые ряды монголов, отступили назад.

  Объехав городские стены, Бату-хан вернулся в селение на противоположном берегу реки. В брошенных жителями избах толпились татарские воины. Соломы на крышах почти не было ее сожрали или вывезли сами урусы, храпели голодные кони, отчаянно разгребая сугробы. Над избами вились причудливые дымки, прихваченные в поход жены, пекли блины и лепешки.

  С видом победителя Бату-хан, проезжал через посад на вороном коней с белой звездочкой на лбу. Загорелое лицо кагана было неподвижно, суженые глаза смотрели поверху людей - никто не мог прочесть на его ни радости, не заботы.

  За ним ехало по трое в ряд преданные ему ханы. Они носили почетные звания темников - командиров десятитысячного войска, но своих отрядов не имели. Большинство из них только и делало - на пирах обжиралась за четверых, рассказывало прибаутки, и разные небыли об подвигах славных витязей. Когда же они оказывались наедине с Бату-ханом, то каждый подобно змее нашептывал сплетни про других ханов, стараясь их очернить, а себя выставить белым лебедем. Бату-хан любил, когда ему доносили, любил сладкозвучную лесть и, жмуря глаза, иногда милостиво говорил "Дзе-дзе!" Особенно понравилась кагану история с Александром Македонским, рассказанная английским рыцарем Пэтой.

  -Узнав от Аристотеля, что существует бесконечное множество иных миров населенных людьми, Александр в гневе воскликнул.

  -А я не правлю даже одним!

  Бату-хан перебил, запустив в медный жбан обглоданную кость.

  -Чудесно! Это восхитительно если иных миров бесконечно много и вселенная не имеет границ, значит, и война будет длиться вечно. Мы построим воздушные корабли, полетим покорять иные планеты. Сколько будет песчинок в пустыне столько и прольется безграничных океанов крови. За эту радостную весть я подарю тебе вдову Евпраксию и целый мешок золота!

  Помимо веселых и жестоких военных историй, он хотел знать все, особенно о том, что делается в войсках других чингизидов. Не давняя история, с дерзким нападением, на армию Шейбани в Пронске, еще более разъярила Батыя. В гневе он заорал на ехавшую под правую руку шаманку.

  -Опять пострадал мой любимый брат! Несчастье и горе собирают над ним густые тучи. Ты ведьма, даже не смогла проследить за появлением кошмарного Барыги. Наверняка этот гном в сговоре с мангусами.

  Позвякивая золотыми цепочками, шаманка ответила, хриплым рокотом.

  -Барыга ослепил и усыпил моих мышек, облегчив задачу белому демону. Он силен, но и я не слаба. Обещаю, что вскоре смогу найти и уничтожить твоего супротивника.

  -С тебя станется.

  В бешенстве перебил Батый, и размазано взмахнув плетью, подхлестнул коня.

  В посаде Баурши показал Бату-хану обширный резной теремок и предложил избрать его для ночлега.

  -А кто тут раньше жил?

  -Главный уруский шаман. Его называют епископ.

  Бату гневно тряхнул головой.

  -Там в этом мрачном каземате еще могут наслать злую порчу?!

  -Это верно!

  Вмешался великий советник Субудай-Багатур. Громадный саврасовый конь, отбивал снежок, голос одноглазого барса хрипел и срывался.

  -Не подобает джихангиру жить в юте шамана, а еще и уруского. Ты достоин самого высокого места, вот это что за дом. - Субудай указал плетью каменное строение с позолоченным куполом и блистающим крестом.

  -Это дом уруского Бога!

  -Джихангиру подобает жить там, где обитают боги!

  Пробормотал одноглазый тигр.

  Все ханы дружно поддакивали, баурши потупил глаза. Решительным образом он повернул коня к церкви. Возле тяжелой церковной двери ощетинилась копьями дюжина нукеров. Узнав Батыя, они дружно раздались в стороны.

  -Ты как всегда мудр Бату-хан, урусы не посмеют напасть и разрушить здание, где обитает их Бог!

  Керинкей-Задан оскалила зубы. Нукера привели избитого старика, найденного в соседней сторожке. Он весь посинел и дрожал от холода, но не показывал страха. Старик с трудом повернул бронзовый ключ, отворив огромный замок на кованой железом двери. Бату-хан соскочив с коня, вбежал в церковь. Помня приказ кагана, татары ее не тронули. Сквозь узкие с полупрозрачным стеклом окна, очень тускло проникал свет. Впереди блекло поблескивал алтарь с резными изловленными из черного дерева дверьми. Красивые в дивных рамах иконы, серьезные лица святых. Храм произвел впечатление даже на злобного язычника Батыя. Обойдя престол, он вошел в алтарь. В этот момент кто-то в черном платье с быстротой кобры швырнул в него кинжал. Лезвие согнулось и отскочило, словно наткнувшись на невидимую преграду.

  -Вот видишь Бату. Моя магия работает даже в доме уруского Бога!

  Захохотала шаманка.

  Средневекового киллера живо скрутили. Корявая рука Керинкей-Задан загорелась фиолетовым огоньком, она поднесла свои исходящие мертвым светом пальцы к лицу пленника.

  -Ты кто?

  -Сотник Гуюк-хана, Мунке-Саал.

  Пробормотал намертво скрученный монгол.

  -Опять Гуюк-хан мне подсылает убийц. Арапша выведите мерзавца и повесьте его на лобном месте вниз головой!

  Бату-хан скрестил над головой руки.

  -Твоя магия вновь спасла мне жизнь. На, возьми это кольцо с яхонтом.

  Небрежно бросил Батый шаманке. Та, поймав, буркнула:

  - Лучше чем шиш, да невелик барыш!

   Уставший за день Бату-хан, уселся на конскую попону. Возле него полукругом расселись ханы.

  -Прохладно, разожгите на полу костер, тут крепкий мрамор выдержит пламя. - Батый поежился, хлебнул арзы из фляги - и сварите мне крепкого чаю.

  Баурши заметался, старик рухнул на колени и пополз к ногам Джихангира.

  -Это нельзя делать! Наш великий Бог прогневается и спалит все село, вместе с воинами!

  В другое время, Батый бы проигнорировал подобную угрозу, но последние события сделали его куда осторожнее.

  -Ладно, согреете мне питье в другом месте.

  -Тут есть камин о великий!

  Вставил баурши.

  -Это что такое?

  -Устройство, с помощью которого подогревают дворцы и хаты.

  -Запалите камин. Подойди по ближе Задан. У тебя есть план?

  Шаманка приблизилась словно бабочка, едва касаясь сафьяновыми сапогами пола, тряхнув бубном, она проскрипела.

  -Есть, повелитель, Земли погубитель! План восхитительный, для русских губительный!

  -Ну, говори!

  -Прикажи, что бы остались только вы с Субудаем. Тогда всех врагов обуздаем.

  Батый сделал выразительный жест, нукеры удалились.

  -Говори по человечески, твой слог меня раздражает!

   Шаманка снизила голос до шепота.

  -Тут есть один очень длинный подземный ход, через него вся наша армия скрытно проникнет в Рязань.

  -Мы уже знаем об этом.

  Бесцеремонно перебил Субудай.

  -Этот план был бы хорош, но наверняка урусы и белые мангусы подстроили нам засаду.

  -Может быть и так повелитель, но эту ловушку можно и обезвредить. Мы с Желтым Змеем уже разработали план.

  -Что вы!

  Батый оживился, вытянув шею.

  -Слушай меня о великий!

  Умудренные полководцы склонили головы.

  

  Всю ночь Савелий провел в тревоге. Его родная дочь плакала и стонала, монголы зверски надругались над ней. С большим трудом с помощью магии и трав удалось ее успокоить, Вешнявка забылась тяжелым сном. Физические травмы не смертельны, он их сможет вылечить, но как исцелить страшную душевную травму?

  Что бы развеяться волхв вышел на вал, наступила вторая ночь. Всматривался сквозь бойницы вдаль, прислушивался к шуму взбаламученного города. Обычная ночная тишина испарилась, словно ее никогда и не было. Десятки тысяч огней горели внизу под стенами, на равнине и далеко за рекой, словно великий волшебник перепутал верх и низ решил щедро украсить землю гирляндами дивных звезд. Монголы сколько их не сосчитать, многие сотни тысяч, нескоро зарастут протоптанные конями луга и выжженные ими леса и села. Вдали под небосклоном полыхали огромные пожары. На низких тучах дрожали их кроваво-багровые отблески. Что бы лучше было видно, волхв сотворил заклинание, с помощи магии приблизив кошмарную картину.

  Подошли любопытные ратники, пожары сразу стали поближе, беспокойные взгляды устремились в прозрачную гладь приоткрытого горизонта:

  -Вот горит Пронск!

  -Брехня до него пятьдесят верст!

  -А что это так полыхает!

  Савелий Дикорос мрачно качнул, поседевшей головой.

  -Это, в самом деле, Пронск. С помощью волховства я резко сдвинул зрелище к вашим глазам.

  -Гляди и Собелевку попалили!

  -Братья, они Угорскую жгут.

  -Где? Покажи поближе нам Савелий? Изображение приблизилось, стали видны горящие хаты.

  -Это вон там за лесом?

  -А Перелоки?

  -Там главная ставка Батыя волчье логово еще не тронули.

  -Приблизь немного Дикорос! Вот что там горит далеко на севере?

  Волхв совершил пассы, приблизив изображение, были отчетливо видны пылающие костром хаты, вздернутые на виселицы женщины, обгоревшие скелетики детей.

  -Это Ярустово?

  -Как они уже там. Ярустово верст за семьдесят за Рязанью, половцы туда сто лет назад заходили. Правда, лет так пяток назад суздальские разбойники похозяйничали!

  -Не надо про суздальских! - подал голос оголец из Белого легиона. - Эта ваша вина мятежники, зачем восстали против законного владыки.

  -Это кто законный владыка князь Георгиевич? - перебил огольца седой ратник-

  -Да он жадный палач и хапуга!

  Отрок выхватил легкую с крюком саблю. Дикорос схватил ее пальцами, клинок неожиданно согнулся и стал мягче пуха.

  -Хватит лаяться. Не хватало еще нам передраться! Враги нас обложили, как свора бешеных псов облагает медведя. Нам всем грозит гибель, я вот отправил своих близких в Ярустово к Парому- рыбаку.

  -А ты что думал? Долго ли проскакать семьдесят верст. Видишь их, сколько рассыпались как росса в поле.

  В стороне Ярустово пламя было особенно сильным. Яркое оранжево-желтое зарево взвивалось вьюнком в небо и хищно лизало облака.

  -Тем лучше - не успокаивался оголец - монголо-татары дураки, они себе на голову подожгли запасы еды и сена.

  Савелий мрачно усмехнулся.

  -Для мугланов сено важнее хлеба, вот приказала грозная Воеводина Пантера сжечь все солому, а кто не послушался, тем помогли сами монголы. Наш народ упорен. Даже если падет Рязань, все равно мы не сдадимся, будем, жалить врага каждый день яки пчелы.

  -Будем, да будем! Все в будущем числе, а сейчас!

  Дикорос едва не вскрикнул, настолько стремительным было это белоснежное привидение. Не смотря на сильный, даже трескалась кора деревьев мороз, Пантера была в белом кимоно на голое тело и босоногая. Ножки передвигались с необычайной грацией, изящные и идеальной формы, но с жилами прочней стальной проволоки! За нею старались неслышно ступать остальные витязи в маскировочных халатах.

  -Сейчас мы идем в ночную вылазку. И нам понадобиться твое искусство волхв.

  -Мое искусство? Я ослаб от горя, мою девочку лишили чести!

  -Чести нельзя лишить. Человек ее может потерять только добровольно. Они изнасиловали твою дочь - Прекрасно пускай ненависть потечет по твоим жилам, гнев придаст новую силу.

  Дикорос хотел было сказать, что нет ничего прекрасного в том, что его девчурку изнасиловали. Что это очень больно девственнице и прямом, и переносном смысле! Однако до чего по ледяному холодны эти клоны, в них нет чувства состраданья.

  -Для волшебства нужно душевное спокойствие, а не дикий гнев.

  Пантера не желала сдаваться.

  -Гнев это сильная эмоция, а именно сильные эмоции способствую колдовству. Злобные крыса-летуны, гигантские летучие мыши, пасут вражеские войска. Из-за них мой брат Лео, не может вернуться сюда. Используй порошок стихий, а если уж сам не можешь, то отдай его мне или я заберу у слабака силой.

  Последняя угроза сработала, волхв подтянулся.

  -Если надо жизнь свою отдать я отдам и никогда не прошу вас.

  Несмотря на большую дистанцию мульти-клоны могли перекликаться в ультразвуковом диапазоне. Тысяча отборных воинов двигалась очень скрытно, и лишь стаи летучих мышей вызывали смутное беспокойство, эти твари очень чувствительные. Дикорос достал порошок и принялся бормотать заклинания. Волхв явно планировал просто отпугнуть навязчивых животных хотя бы в пределах одной версты. Дочитав заклинание, Савелий испустил тонкий луч. То, что началось после этого, не подается описанию. В пасмурном небе возник стремительно густеющий туман. Острое зрение Пантеры различило в лиловой массе отдельные хищные головки.

  -Ну, Дикорос ты и даешь.

  Тысячи десятки тысяч летучих мышей налетело на волхва. Они видимо собрались со всего необъятного лагеря. Волхв попытался встретить их огненным пульсаром, но шарик оказался слишком слаб, свалив несколько крылатых грызунов, он потускнел и с шипением рухнул в снег. Пантера первой сообразила, что надо делать, отшвырнув в сторону незадачливого колдуна, а взмахнула двумя мечами, один Алеши Поповича, другой крытый серебром сделанный по комбинации старинных рецептов и современных технологий кладенец. Для борьбы с такой массой Пантера применила прием "Бешеный вертолет". С максимальной скоростью, вращая мечами, она принялась рубить вражескую массу. Разбитые трупы отлетали десятками и сотнями, сама рукотворная Амазонка скакала из стороны в сторону, прыгала в вираж, что бы избежать накрывания живым кусающим ковром.

  -Дикорос и вы - белые воины! Я задержусь с ними на час или на два. Что делать вы и без меня знаете, главное не зарывайтесь. Мой брат Леопардов будет пробиваться со стороны, малых Переволок, соединитесь с ним и девствуйте, как он вам прикажет.

  Бойцы Белого легиона не стали спорить. Волхв тоже понимал, что ему может понадобиться сила для более серьезных дел, чем рубиться с мохнатой "комарильней". Битва тем временем продолжалась, десятки тысяч миниатюрных истребителей, налетали всей своей массой. В какое-то мгновение, ее с головой накрыл целый клубок пискливых тел, острые зубки впились в тело. Яростно изогнувшись, Пантера сумела сбросить с себя большую часть кусачего клубка. Затем извернувшись, сорвать с себя кимоно. Теперь она была совершенно голой, и ей это нравилось, никакая ткань уже не стесняет движение, значит, тебе остается только, рубить, сечь и вовремя уходить от вражеских "штурмовиков". Нагая она сказочно красива, только мышцы как литая сталь, тонкая талия с мощным прессом, круглые, высокие груди.

  Ее напарник Леопардов первым увидел что "воздушное прикрытие" собирается в одну точку.

  -Похоже, что Дикорос и Пантера знают свое дело, первичная система оповещения отключена, а вторичную мы отключим сами.

  Марк Соколич двенадцатилетний оголец в белом маскхалате кивнул головой. Неслышно ступая мягкими сапожками, он подскочил к ближайшему часовому, рубанул саблей по сонной артерии. Хотя Тургану и Полкану еще не было четырнадцати лет, ростом они были намного выше среднего человека. Не смотря на это, рослые мальчики двигались бесшумно, как впрочем, и остальные бойцы Белого легиона. Передовой татарский разъезды был вырезан с той легкостью, с какой заточенный серп подсекает полнозрелый колосс. Следующий удар, пришелся на расквартированный, на отшибе тумен. Дозорных было три сотни, но половина караульных, перепившись, заснула, а остальные видимо чересчур понадеялись на крылатую стражу. С помощью игл и ножей удалось снять практически всех часовых. Вот правда проклятые кони подняли запоздавшую тревогу, но утомленные монголы просыпались не охотно, и коса смерти продолжала собирать обильную жатву. И все же часть бойцов всполошилось. Небольшой отряд во главе с темником Тырдык-ханом успел вырваться наружу. Рослые воины в шлемах и панцирях по выхватывали мечи. Леопардов первым врубился в строй, его непостижимо стройная и одновременно замысловатая комбинация ударов выкашивала целые шеренги, при нападении мульти-клон использовал все даже язык, выплевывая из трубки ядовитые иголочки. Марк Соколич расстрелял целую обойму ядовитых игл, целя в глаза, пребывая в страшном возбуждении. Ему хотелось почувствовать, как сталь входит в мерзкие монгольские тела, поэтому хлопец с яростью врубился в монолитные ряды. Хорошо их все-таки обучили мульти-клоны, поводишь обманный удар, острие легкой сабли обходит клинок, раз вражеская лапа отсечена, следующее движение и из горла противника льется фонтанчик крови. Все воины прекрасно обучены, подавляющее большинство подростки и даже дети, но как они сражаются. Вражеский отряд полег на месте. В бешеном азарте Соколич подлетел к шатру, дюжина воинов заградила проход. Мальчик рубанул наотмашь, нырнул, подрубив ноги высоченному тургауду, но одно из копий прошило легкую кольчугу, оцарапав спину, к счастью Турган успел прийти на помощь, рассекающим ударом завалив сразу троих. Рядом мелькнул Леопардов, его мечи и ноги в мгновение ока сразили шестерых, липкая кровь хлюпала под ногами. Развернувшись, Соколич, проткнув бок охранника, громила осел, отлетевший полог больно хлестнул по физиономии, в ноздри дыхнуло благовониями. Он, пронеся по роскошному ковру, разбивая в черепки амфоры, горшки, вазы. Мальчишка внезапно замер в богатом ложе лежало обнаженное женское тело - нежное лицо, вытаращенные глаза, роскошная грива иссиня-черных волос, разметавшихся по атласной подушке. Девушка зачем-то вытянула вперед руки. Соколич радостно засмеялся.

  -Ты мой ясырь! Будешь мне женой!

  Мульти-клон на секунду задержался.

  -А ты ее прокормишь малыш?!

  -Она моя, я ее спас!

  -Все ясно! Мне так нужна игрушка! Хоть кукла хоть зверюшка! С очками из Китая! Крутая и живая!

  -Она моя!

  Только что яростно рубившийся мальчик был готов разреветься.

  -Закутай ее и на коня, потом разберешься!

  Спешно накинув шубу, ясырку погрузили на ослепительно молочного коня. Почти весь тумен перебили. Тем не менее, монголы уже успели подать сигнал тревоги и пора поспешить под защиту ледяных стен. Самый удобный путь это через нижние Переволоки, там противнику будет трудно развернуть свои войска. Татары спешно подымаются, бегут и вскакивают на коней - их многие тысячи. Пропахнув тяжелым потом, смазанные бараньим жиром, они смердят. Да так что запах словно бьет дубиной в чувствительные как у ищейки носы мульти-клонов. Даже Соколич скривился:

  - Вот это жах! Так провонять!

  Тем не менее, это не смущает Леопардова, повинуясь выразительному жесту, белые воины вкладывают в луки закаленные стрелы. В каждой стреле приличный заряд взрывчатки. Взрывники стреляют только по команде, экономя заряды не один выстрел не должен пропасть даром. Взрывы пугают коней, сминают ряды, тяжелораненые воины падают вниз затаптываемые беснующей толпой. Применяемая взрывчатка относительно проста в изготовлении - дьявольская смесь в двадцать пять раз мощнее пороха, каждый выстрел это десятки убитых и раненых, а сто точных выстрелов - тысячи изувеченных противников.

  -Количество взрывчатки ограниченно, быстрее к стенам.

  Леопардов стремиться - любой ценой сократить численность потерь, тем более в битве с превосходящими силами очень невыгодно в пустую сложить отборные войска. Продырявленные взрывами ряды монголов утратили монолитность, и белые воины все ближе прорываются к своим. В ответ татары опять применяют свой вечный козырь. Огромные тучи стрел, особенно они опасны для лошадей, часть воинов, уже неплохо научилось уклоняться от разящих жал. Кроме того, искусно сделана кольчужная броня, рикошетит стрелы, но все же есть и убитые и раненые.

  -Быстрее, быстрее и еще раз быстрее! Пересаживайтесь на коней противника.

  Одна из стрел пробила Тургаю руку. Плечо окрасилось густой кровью, юный богатырь сумел сдержать стоны, и через боль продолжал всаживать горючие стрелы.

  Бой продолжал развиваться по нарастающей. Еще одна тысяча воинов под командованием Дикороса врубилась в монгольские ряды. Удар был силен и разил неожиданно, многие воины погибли, прежде чем успели среагировать на внезапную опасность. Тысячи нукеров продолжали гибнуть, но все новые и новые отряды вступали в бой, а количество третилиновых зарядов таяло. Вот рядом с ним упал пятнадцатилетний Климук Владимир, ранение на сей раз, оказалось смертельным. А об раненых и говорить нечего, хорошо еще, что у татар большинство луков легкие, а иначе так дешево не отделались. Стрелы что полегче отскакивают от упругих и скользких доспехов. Пантера не смотря все свое увлечение яростной битвой с крылатыми мышами, не могла не понимать всей опасности, в которой оказались бойцы белого легиона. И она решилась на отчаянный шаг. Разогнав предельную скорость, белая Амазонка запрыгнула в монгольские ряды. Бешеный разбег и прыжок в живую сильно отдающую навозом массу, сопровождался с традиционной круговертью. Она был совершенно нагая, многие из нукеров пожирали глазами ослепительную диву. Громадная стая летучих мышей устремилась за ней, с перепугу монголо-татары отрыли каскадный огонь, по размытым в туманистом небе силуэтам. Это оказалось решающей ошибкой, крылатые вампиры обрушились на монгольские толпы. Строй нукеров был окончательно сломлен, а русские получили в свои ряды нового яростного бескомпромиссного бойца. Войска белого легиона соединились, а затем принялись организованно отходить к ледяным валам. Рязанские воины дружно открыли ворота, а часть бойцов ушла вверх по длинным лестницам. Лишь два бойца Пантера и Леопардов продолжали бесконечную мясорубку.

  -Мы повторяем простые движения! - завела песню Пантера.

  -Мощный удар на поражение! - подхватил Леопардов

  -Хоть супостатам не видно числа-

  Продолжал литься дивный голос:

  -Будут растерзаны вражьи чресла!

  -Закончил Леопардов.

  -Ну, вы прямо как дети, их же сотни тысяч, вас просто затопчут. Уходите.

  -Нет!

  Клоны дружно продекламировали:

  

  Никогда Российский славный витязь-воин,

  Не опустит в битве лютой крепкий меч!

  Будь наш край всегда во все века спокоен,

  Мы сумеем всех людей покой сберечь!

  

   И с еще большим энтузиазмом продолжили рубку. Леопардова и Пантеру выручало то что, монголы еще не разобрались с летучей угрозой и не успели, как следует пристреляться. Но рано или поздно их либо конкретно утыкают стрелами, либо завалят массой. А возможен и третий вариант. Яркая вспышка осветила небо, на черном небе возникло желтое облако. В туже минуту, череда огненных пульсаров обрушилась на сражающую массу.

  -Не пришлось вас огольцов заманивать! Сами вы завалились в раскрытую пасть. Ты мразь нагая пришла воев сманивать! Ну а теперь вам придется пропасть!

  Голос шаманки был оглушающий по-особому громок. И хотя от ее огненных шариков в основном пострадали свои же нукеры, во взгляде шаманки чувствовала уверенность.

  -А ты уверена. Может это, мы тебя выволокли из комы чудовище.

  Чародейка изошлась целым ливнем молний. Мульти-клоны даже не стали уклоняться, они всего лишь прочертили над головами тройную бабочку, легендарные мечи отлично исполнили роль стальных зонтиков. Керинкей-Задан слегка растерялась, ей не хотелось повторяться, а вот клоны видно были и не против, последовал дружный бросок мечей в облако. Шаманка среагировала с опозданием, мечи сильно таранили защиту, облако на мгновение осветилось фиолетовым светом. И именно в этот момент Дикорос и нанес свой удар. Заряд точно поразил на миг ослабевшую защиту, Задан, почувствовала легкий ожог. Мульти-клоны тем временем вновь подпрыгнули, швырнули мечи. И вновь удар оказался весьма болезненным. Вздрагивая от боли и тепловых вспышек, шаманка заметила волхва.

  -И ты сволочь здесь. На! Получай! Ада месть!

   Прохрипела чародейка и всадила мощнейший заряд. Чрезвычайным усилием воли волхв отклонил удар. От попадания лопнул лед, и вскипела гейзером речка. Усилие окончательно вымотало Дикороса, еще один выстрел оказался бы роковым. К счастью Керинкей-Задан об этом не знала, и следующий пульсар влепила по клонам. Удар был легко отбит, огненные осколки попали в сомкнутые шеренги монголов, произведя страшные опустошения. Затем последовал новый бросок, удары сказочных мечей и снова жгучее мерцание. Не желая более рисковать, шаманка резко набрала высоту, спрятавшись за тучи. Лишь ее визгливый голосок по-прежнему гремел громом.

  -Стреляйте, стреляйте по ним. На то место где стояли мульти-клоны, обрушилась целое извержение из десятков тысяч стрел. Мульти-клоны с большим трудом успели уйти из-под основной волны, посбивав остальные стрелы ударными взмахами мечей. И все же без ран не обошлось, Пантере прострелили голую грудь. Пока монголы перезаряжали луки, мульти-клоны успели забежать на ледяной скат.

  -Ну что, а может, вернемся, возьмет только большие диски, для защиты.

  Пантера шаловливо подмигнула. Хотя на нее обнаженную и прекрасную пялились русские воины, она не считала своим долгом прикрыться. Наоборот она выпячивала стремительно заживающую грудь, трясла мощными бедами и казалась еще более недоступной в гордой своей наготе.

  -Это отличная идея, но мне кажется, что ты и здесь можешь понадобиться.

  -Для чего?

  -Коего подлечить, точнее милую, нам знакомую даму надо!

  . ГЛАВА Љ 4

  Бесшумными шашками Леопардов зашел в горницу. Охрана пропускала его без лишних разговоров. Мульти-клон чувствовал напряжение, витавшее в воздухе, чьи- то тяжелые вздохи. Леопардов редко ошибался, но сейчас он был близок к тому, что бы опоздать. Дочь Дикороса Вешнявка, только что взобралась на стул, вдела голову в петлю. В момент, когда мульти-клон распахнул дверь, она оттолкнула ногой стульчик, веревка натянулась и тут же лопнула срезанная метким кинжальным броском:

  -Нет, девочка, я от тебя такого - не ожидал! Тупая человеческая реакция на трудности!

  Полуголая дива вскрикнула и бросилась к окну, хотя она и была выше и чуть тяжелее Леопардова, мульти-клон остановила ее движением пальца. Вешнявка дико завыла:

  -Все равно я так жить не буду! Наложу, наложу на себя руки!

  -И тем самым развеселишь нечистого, сатана будет рад заполучить в ад невинную душу!

  Этот аргумент да еще из уст того, кого русские люди считали посланником неба, был весьма серьезен. Девочка заплакала еще сильнее:

  -Но, я не могу жить после такого позора, каково это быть непраздной.

  Мульти-клон растянул губы, затем с трудом подавил смех, ну до чего же люди полны предрассудков. Физические травмы уже исцелены магией и что такого трагичного в сексе? Если она может регулярно заниматься любовью по доброй воле, то почему делать трагедию от разового полового контакта по принуждению. Руку или ногу потерять трагичнее, для людей конечно, у мульти-клонов за несколько часов вырастает любая конечность:

  -Твоя жизнь и твое тело принадлежит Всевышнему Создателю и стране, уничтожив, его ты причинишь ущерб всем нам и близким и дальним. Ты была девушкой до этого.

  -Да! Я не знала плотской греховной любви! И, наверное, никогда не узнаю!

  Слезы вновь полились в три ручья. Леопардов сделал шаг, провел ладонью по мокрому лицу.

  -Всевышний Господь освятил любовь между мужчиной и женщиной. И нет греха в этом.

  Глаза у Леопардова горели, слишком долго он подавлял плотское желание, но сейчас был особый случай. Его моментально нагревшиеся руки, легким ветерком прошлись по лебединой шее.

  -Я не человек, мои создатели запретили мне любить человеческих женщин, кроме тех случаев, когда это может спасти их жизни.

  Мульти-клон положил на плечи вторую руку, его глаза загорелись пульсирующей семигаммной палитрой. Вешнявка почувствовала сильнейшее возбуждение. Близость горячего упругого тела пьянило ее. Белый ангел был прекрасен как херувим или ... сатана. Но не было сил и мочи противиться ему, его вишневые губы слились с ее янтарными устами, и все вокруг погрузилось в сладостный туман. Руки аккуратно убрали остатки одежды, обхватив клубничные груди. Казалось, что разом заиграли тысячи оркестров. Леопардов ласково шептал, напевая:

  Помню как сейчас лик лучезарно светлый,

  Взгляд пронзил мне сердце острием кинжала!

  Я сгорал в потоках огненного ветра,

  Ты в ответ всего лишь промолчала!

  Припев.

  Голос твой до чего он прекрасен и чист,

  Верю я в водопад твоих ласк бесконечный!

  Без тебя не нужна мне постылая жизнь,

  И теперь освещать меня будет луч вечный!

  Ты богиня бескрайней любви,

  Океан полный дивного света!

  Ледяные оковы, шутя, разорви,

  Без тебя не увижу рассвета!

  

  Солнцем в вышине лицо твое сияет,

  Во вселенной не найти фигур прекрасней!

  Чувство страсти - ураганом накрывает,

  Быть с тобой навечно - это счастье!

  

  Боль в душе моей бушует бурным штормом,

  И костер в груди безжалостно пылает!

  Я люблю тебя, в ответ ты смотришь гордо,

  Лед в осколки сердце разбивает!

  

  Меж огней в безбрежном звездном океане,

  Мы с тобой орлами в небесах парили!

  И твои уста рубинами сверкая,

  Что-то нежно с страстью говорили!

  

  За великую Русь я сражаться готов,

  Чтобы дети росли в счастье радостный век!

  Да поможет господь, победить злых врагов,

  Веру в Бога крепи - это жизнь человек!

  Волна экстаза затопила всю душу, вскипятив сердце. Мягкий нежный океан любви, сначала превращался в легкий бриз, затем среднюю бурю, а переходящую в торнадо. Мульти-клон не подвержен слабостям, после трех часов незабываемого счастья, чрезвычайным усилием воли он оторвался от сладостного сосуда.

  -Мне пора идти, ибо жизнь моя принадлежит не мне, не тебе, а всему народу урускому.

  Леопардов повторил куплет:

  Меж огней в бескрайнем звездном океане,

  Мы с тобой орлами в небесах парили!

  И твои уста рубинами сверкая,

  О любви мне страстно говорили!

  Вешнявка весело подхватила:

  Мы на веки с тобой

  Смерть в бою не грозит!

  Ты кумир мой герой

  Всех врагов победит!

  -Замечательно! Просто и искренне!

  Леопардов хлопнул в ладони.

  -А теперь милая девочка выполни вместе с Огневичкой новое мое задание.

  Вешнявка - она видела это жест у солдат белого легиона, машинально приложила руку к голове:

  -Служу великой России!

  -Тогда слушай внимательней.

  Мульти-клон перешел на шепот.

  Утром за рекой раздался протяжный крик петухов, живые будильники кукарекали на редкость долго. Монгольские птицы, дружно перекликались с Рязанскими. Покрытые инеем воины напряженно всматривались в затухающее зарево. Татарские костры продолжали мигать тысячами огней.

  Солнце робко подымалось над синей бахромой дальних лесов. Пробежавшие по снежной равнине бирюзово-розовые лучи осветили монгольские отряды, грязно-черными потоками направляющиеся к городу.

  Лошади и люди тащили розвальни с бревнами, жердями, досками. На стенах с любопытством и волнением столпились рязанцы, напряженно гадали, что будут делать татары. Стали прибывать группы полонных, вокруг них вертелись с плетками нукеры, яростными ударами подгоняя отстающих. Пленные были раздеты и оборваны, среди них было много женщин и детей, а вот некоторые монголы уже успели натянуть на себя бобровые и медвежьи шубы, явно содранные с чужого плеча. Многие из изнеможенных невольников падали и безжалостно дубасили, до тех пор, пока они, шатаясь от сверх усилий не подымались или же не затихали навсегда.

  Нукеры и пленные начали возводить внизу, вокруг города, деревянный забор, складывая растасканные из домов бревна и свежесрубленные стволы вековых деревьев.

  -Гляди нас, словно овец огораживают! - шептали на стенах.

  -И шкуры сдерут как с безмозглых баранов.

  -Чертос два всех уроем монголо-татаров!

  Громко прокричала Пантера, ратники на стенах подхватили

  -Это мы еще посмотрим, кто кого, наши белые витязи с нами, изрядно стервецов порубали!

  К воротам подлетело несколько всадников. Среди них выделялся роскошно одетый с богато убранным белоснежным конем князь Глеб. Сложив рукавицы рупором, он орал, что никакого вреда и никому в Рязани не будет.

  -Откройте ворота и налегке без оружия выходите в поле! Только золото оставьте и умеренный выкуп. А после разойдитесь по домам и татары вас и пальцем не тронут - слово джихангира!

  -Это Глеб Владимирович - заволновались на стене.

  -Братоубийца окаянный! Всех родственников обманом перебил, священников вешал Каин! Анафема проклятому.

  Азазель Пантера подмигнула Ивану Леопардову.

  -Может, снимем стрелой, чик и в ад!

  -Слишком легко для него и просто. Нет, таких мерзавцев как он надо брать живьем, что бы судил народ.

  -Братьев загубил, теперь родину продаешь! Три осиновых кола тебе в зад и в пасть!

  Со стены полетели стрелы. Ловко пущенный камень ударил Глеба. Он поспешно закрыл разбитое лицо и умчался в глубину монгольского стана.

  Тяжелая стенобитная машина приблизилась к городским воротам. Татары скрывались за большими деревянными коваными бронзой щитами, вели беспорядочный обстрел. Они оттягивали бревно с железной чашкой на конце и опускали в чашку камень. Бревно с грохотом откидывалось вперед, метая заточенный валун. Не вдалеке за развалинами дома затаились в засаде монгольские всадники, поджидали не выйдут ли из ворот смельчаки.

  Стоящий сзади княжеский воевода Кофа пробурчал.

  -Сохраняйте свою силу! Отбивайте неверных! Но не выходите за ворота. Там стоит могучая засада.

  -А вот и нет! - Прервал появившийся из-под снега Леопардов. - Пора нанести сильнейший удар по нечестивым.

  -Давно пора, наши хлопцы отдохнули и заскучали. Верно Турган?

  Пантера решительно подмигнула рослому юноше.

  -Верно, мы готовы к смертельному бою да поможет нам всемогущий Аллах!

  -Мы готовы к драке! Дружно вставил братья Бури и Демир.

  -Отлично! И русские и кипчаки прочие подневольные и вольные народы веруют в Единого Всевышнего Бога - Бога любви и милосердия, доброты и чистоты. Разница лишь в обрядах, но все веры - Ислам, Христианство, Буддизм - ведут к свету, жизни и счастью! И лишь колдуны, шаманы, и другие те, кто вне зависимости от масок служат сатане - те у которых обучался Чингисхан и впитал их дьявольскую мощь, проповедуют насилие, возведенное в ранг высшей добродетели!

  Это есть не война народов, это есть битва Света - против тьмы, Жизни про смерти, Созидания - против разрушения! А теперь во имя добра и справедливости запустим нашу боевую машину!

  Паровая катапульта пришла в движение, обрушив на монголов всю свою ударную мощь. Остатки домов разлетелись в щепки, лента работала как заводная, камни подвозили на вагонетках. Ворота распахнулись, первыми вылетели мульти-клоновые бойцы. Бабочки аннигиляции собирали обильную жатву. Остальные воины не поспевали за ними, слишком быстро Леопардов и Пантера рубили свои жертвы.

  -Пленные бегите сюда, прикройте их отход.

  Бойцы Белого легиона и несколько тысяч простых Рязанских ратников вступило в битву. В первую очередь воины пытались освободить пленных. Многие невольники, особенно дети, вдруг почувствовали неимоверные силы, опрокидывая озверевших надсмотрщиков нукеров, они бросались навстречу своим братьям. Русские ратники пропускали их к воротам. Большинство детей были босые, посиневшие и измученные, лишь у некоторых ножки были завернуты подобием тряпок или лаптей. Их спешно отводили в заранее приготовленные лазареты, где они должны были пройти современную методику отогрева. Монголы отчаянно стреляли в ответ, многие особенно из числа пленников гибли проткнутые стрелами.

  -Отходим, главная задача сохранить жизни и беречь силы наших солдат!

  Действительно затяжная сеча на открытом поле с превосходящими силами противника не сулило ничего кроме невыгодного соотношения потерь. Отход прикрывали огнеметы и паровые катапульты. Монголы перли густыми толпами, скованные цепями ярда причиняли страшные опустошения, но, к сожалению, количество таких зарядов весьма ограниченно, их надо использовать с максимальной интенсивностью. Под коней катапульты выпустили несколько крупных "бомбошек" с ядовитыми иглами, каждый заряд поражал за раз до тысячи нукеров. Многие из них подыхали медленно и мучительно. Натиск монголов иссяк, метательные машины швыряли заряды смерти, живые кипящие волны отхлынули от стены. Леопардов и Пантера лично перевязывали раны раненым, растирали детям обмороженные ножки. Кололи различные лекарственные препараты. К счастью натуральные лекарства самые лучшие, да и антибиотики не так уж и сложны в производстве. Правда, зимой их производить гораздо сложнее, но уже стояться прекрасные теплицы.

  -Когда окончиться война, этот край зацветет! Лео мы отстроим сожженные селения!

  -Только не строй небоскребов!

  Вставил, Леопардов продолжая машинально бинтовать раненого.

  -А почему и нет! У нас будут даже космопорты и мы, построив звездолеты, поведем человечество к другим мирам! Ведь помнишь, что говорил Саша "Франкенштейн"?

  -Что мы не должны стареть! Может быть, но при такой интенсивности боев, наши шансы на насильственную смерть, в пределах семи нулей!

  -Да хоть миллиард нулей сложи, будет только один!

  Мульти-клоны весело рассмеялись, понятие страха не заложено в их программе.

  

  Субудай-Багатур вместе с помощниками расположился в роскошном тереме русского епископа. Старый хан с удовольствием забрался на громадную выложенную из мрамора в форме шестиугольника печь. Китайские слуги спешно клеили золотую фольгу на стены, обширные горницы заняли внушительные тургауды. Монгольские юртджи и мусульманские писцы, спешно переписывали распоряжения одноглазого барса.

  В спешно отряхивая снег, влетел бывший Рязанский князь Глеб, лицо у предателя было перевязано, скула опухла.

  -Уруские белые мангусы, совершили вылазку. Используя адские машины, они перебили несколько тысяч нукеров и освободили многие сотни пленных.

  Субудай пробормотал своим обычным ленивым басом.

  -Ясырь никуда не денется. Здесь их ловушка и могила. А павшие воины пополнят армию небесного правителя.

  Юртджи - военные советники одобрительно закивали головами.

  -Если у тебя больше нет хороших вестей, то можешь удалиться. Темник!

  Последнее слово Субудай произнес с усмешкой и нескрываемым презрением.

  Князь сделал вид, что не понял иронии.

  -Есть! Хоть маленькая, но хорошая новость. Наши доблестные нукеры отбили двух прекрасных уруских пленниц.

  -Только две, вы меня поразили! Это на полмиллиона нукеров, если каждая обслужит в день по десять воинов, то нам их хватит на двести лет.

  Князь льстиво заулыбался.

  -Эти дивы утверждают, что они поварихи и искусно лечат раны.

  -Раны хорошо лечат шаманы. А вот повара, хочу местной кухни! Дзе-дзе, пускай приготовят мне гречневых блинов с черной икрой. Тогда мои воины не будут их трогать, и пускай каждый день для меня готовят новые уруские блюда.

  -Сейчас я их приведу о великий.

  Глеб вышел во двор и вернулся вместе со старым в тигровой шкуре монголом, который толкал в спину упирающихся женщин, сзади семенил прыщавый горбун. Одна высокая стройная, в одном синем сарафане, шубу уже сорвали с растрепанной огненно-рыжей шевелюрой. Войдя она нашла глазами тот угол где висели киоты, от содранных образов и трижды прошептала молитву. Сложив руки на пышной груди, она пристально уставилась на Субудай-Багатура. Ее смелый жгучий взгляд понравился одноглазому барсу. Легкая седина по-особому оттеняла свежее почти юное лицо. К ней робко прижималась статная девица с золотисто-русой косой, и испуганными васильковыми глазами, она была очень красивой, но уже изрядно оборванной. Ее ручки стыдливо прикрывали полуголую грудь, красный сарафан был разорван, босенькие ноженьки оставляли снежные следы на полу.

  -Бабенки самые отборные!

  По-монгольски произнес князь Глеб.

  -Старшая прислуживала самому князю, а эта младая дива такой цветочек, просто ягненок.

  Субудай усмехнулся.

  -Я вижу, ты ее хочешь.

  -Станьте на колени - рявкнул князь. - Это большой хан правая рука Батыя. Отныне вы на вечно его рабыни - ясырки.

  -Только рука! Сразу видно не человек! - дерзко ответила женщина - на колени, зачем становиться пол грязный, натоптали как кони.

  -Вымоешь еще! Не поклонишься, казнят.

  Рука князя потянулась к плетке.

  -Я уже и так шестой год хожу как мертвая. Давай Вешнявка поклонимся до земли.

  Низко склонившись, они коснулись пальцами пола.

  Субудай пристальным взглядом всмотрелся в женщин, ему нравилась их смелость. Особенно хороша старшая баба с огненными волосами, это напоминает пожар, а он так любит когда горит и пылает. Одноглазый барс слегка приподнялся с печи.

  -Как зовут? - спросил он по-русски с приятным акцентом.

  -Я по прозвищу Огневичка, а это Вешнявка!

  -Дочь?

  -Нет, сирота соседская, я ее пестую.

  -Почему тебя так зовут? - лицо Субудая растянулось в улыбке.

  -Моего мужа спалили на костре.

  -Мои татары баловались?

  -Куда там! Наши воры - бандиты новгородские, пятерых детей продали в рабство. Я теперь Огневичка, а они Вешнявка, весной родилась и как весна красна.

  -Я скоро сожгу дотла и разграблю Новгород. - Субудай сделал выразительный жест - подозвав Глеба.

  -Видишь князь! Вот почему вы урусы ляжете под нас, нет у вас той дружбы и единства, что сплотила восточные народы под уздой Чингиз-хана.

  Князь с дрожью в голосе ответил.

  -Может быть. Но два белых демона способны...

  -Не напоминай мне о них!

  Субудай рявкнул, так что посыпался снег с крыши.

  -Убьем их, уже ничто не спасет этот род! А вам я приказываю, приготовьте пирогов с осетром - понравиться будете мне вечно прислуживать! А нет, отдам воинам.

  -Нужны... Начала Огневичка.

  -Баурши обеспечит всем. Выедите их.

  Женщин повели в соседнюю кухню. Баурши щелкнул пальцами и закованный в цепи седой раб спешно доставил мешок с припасами. Огневичка внимательно всмотрелась в лицо.

  -Ты наш Рязанский?

  -Да! Уже сорок лет мучаюсь в плену. Нога с цепью срослась. И с вами будет то же самое как надели петлю так до смерти волочь ярмо. Он придвинул к печи мешок, звякнула тяжелая цепь.

  -Святые угодники! - воскликнула Огневичка - сорок лет носить оковы! Скоро он получит! И сверкнув волосами, погрозила пальцем вышедшему на крыльцо Субудаю.

  -После поговорим, может, расскажешь святая дева об белых ангелах?

  Крякнув, старик, пошел, взвалив увесистую вязанку.

  -Я Вешнявка, война естественное состояние человека! Так говорят снежные ангелы! Расскажу о них позже, а пока ставь тесто.

  Девушка захлюпала босыми ногами по снегу, но ее горло тут же сдавил аркан. Еще один затянулся на шее Огневички.

  -Я вам покажу уруские свиньи как грозить великому Багатура!

  Старый монгол тот самый, что привел пленниц, выхватил плеть и стеганул Огневичку по спине. Его напарник низкорослый горбун также хлестнул кнутом свою юную жертву. Вешнявка заголосила, горбатый видимо имел не малый опыт в истязании.

  -Дзе-дзе дюже гарно! Люблю, когда укрощают кобылиц.

  Плети продолжали со свистом разрезать воздух. У женщин сквозь сарафаны проступила кровь.

  -Ладно, я добрый, хватит! - еле слышно прошептал Субудай.

  Плети тут же опустились - великий советник не повторяет приказов два раза.

  -Вам это будет наукой! Иди ко мне.

  Огневичка резко подскочила к Субудаю, он запустил руку в ее рыжие волосы.

  -Люблю гнедую масть, у тебя прекрасная грива. А твоя напарница, почему дрожит.

  Субудай опустил взор, оборванный сарафан едва доставал до колен, изящные босые ножки Вешнявки сильно покраснели от холода.

  -Дзе! Ограбил сироту!

  Грозный взгляд раскаленным утюгом соскользнул на горбуна.

  -Что-то у тебя сапоги больно яркие бабские! Может ты баба?

  -Нет!

  Горбун спешно сбросил сафьяновые сапожки.

  -И шубку тоже сними не по размерам! Хотел ограбить начальника!

  -Не вели казнить великий хан!

  Горбатый нукер пополз на коленях

  -Пока живи падаль!

  Седой монгол осмелился возразить.

  -Это наша добыча о великий!

  -Это ваш дар, а честные монголы дары не ополовинят. Всыпьте ему сто плетей, пускай поумнеет! А вы за работу.

  Вешнявка взяла в руки сапожки и кинула во внутрь снега.

  -После такой вонючки их надо сутки отмачивать.

  -Смотри не простынь.

  Молвила Огневичка.

  -Ну, ты меня знаешь я баба крепкая деревенская. Один раз меня белый ангел согрел, на всю жизнь хватит!

  Взвалил на плечи мешок, Вешнявка заволокла его в сенцы. В этот самый момент навязчивый горбун неуклюже проковылял за ней, кривые лапти отставляли уродливые следы. Когда девочка развернулась нукер вдруг прыгнул на нее запечатлев уста поцелуем. От бешеного натиска Вешнявка покраснела, внезапно сомлев, ножки подкосились.

  -Ты уже переигрываешь! Да и с чего ты взяла, что у меня могут вонять ноги, я же не человек.

  -Мой ангел Ваня Лео, это я так для монголов.

  Горб отстегнулся, в руках Леопардова возникли небольшие размерами в голубиное яйцо шарики.

  -Это не простые кругляшки, а волшебные сегодня в полночь, весь монгольский лагерь взлетит на воздух. Постарался на это время покинуть селение Переволоки.

  -Огневичка напряженно оглядывалась.

  -Не бойся, я услышу, почую любого соглядая.

  -Может быть, я лучше сохранюсь в доме епископа или церкви.

  Леопардов отрицательно мотнул головой.

  -Я хочу взорвать и эти стратегические объекты.

  Вешнявка пала на колени.

  -Хоть храм Божий и осквернен Батыем, он все равно остается храмом. Умоляем, не взрывай Православный храм и дом его служителя.

  Мульти-клон хотел, было сказать, что для победы все средства хороши, однако так неохота расстраивать любимую девушку. Кроме того, Субудай и Батыга прикрыты сильной магией.

  -Хорошо не буду! Помните, ваша главная задача войти в доверие Субудаю и особенно чародейке Задан. Слушай во всем опытную Огневичку. Ну, а мне пора надо успеть разложить всю взрывчатку по юртам. А пока сделай вид, что дала мне под зад.

  Вешнявка слега хлопнула "горбунка" голой ножкой и на всю глотку крикнула

  -Пошел вон шелудивый пес.

  Подсвист и уйлюканье Леопардов выбежал со двора. Теперь предстояло заминировать все близлежащие дома. Взрывчатка у него была простая, в качестве детонатора кислота, но применять ее следовало с большим искусством. Кислота вступала в взаимодействие в результате сжатия пальцами и чем сильнее сжимаешь тем скорее и происходит взрыв, а если сдавить слишком сильно то рванет прямо в руке. По этому надо точно рассчитать, что бы рвануло одновременно, накрыв не одну сотню строений. В дома в селении были битком набиты нукерами, многие спали в хлевах и амбарах, все-таки там теплее, чем в промерзлых палатках и юртах. Мульти-клон носился с тупым видом дервиша, и как не странно это срабатывало, горб уменьшался прямо на глазах, и его даже пришлось подбить, а исцеление новоявленного Квазимодо излишне бросалось в глаза.

  -Диверсионная война урок 13 Љ гнездовая запашка укрепленного лагеря. Первый этап засевание, в полночь сбор урожая, максимум рассеивания и всех врагов побеждая!

  Мульти-клон уже полностью закончил нелегкую работу, как его окликнули.

  Два десятка рослых монголов с саблями наголо угрожающе заорали

  -Эй ты, горбатый! Чего ползаешь от хаты к хате.

  -Подайте бедному калеке на пропитание корочку хлеба!

  -Вот мы сейчас тебе и подадим, вяжите его батыры.

  Неужели он прокололся?

  -Да как вы смеете я личный помощник Керинкей-Задан, нанятый, что бы убить белого мангуса.

  Нукеры захохотали, яростно тыркая пальцем.

  -Богатырь. Горбатый коротышка, тоже нашелся тургауд.

  Леопардова неожиданно зачесались руки.

  -И могу, хотите, что бы доказал?

  Мульти-клон завыл подобно сирене, затем, сделав яростный выпад, обрушился на монголов. Его мечи мелькали как струйки града, разрубая тела на части, расшвыривая куски мяса. Когда с группой монголо-татар было покончено, Леопардов испустил радостный крик. Стоящие по бокам воины вылупили глаза.

  Великий бог жертву шутя, получил!

  Клинок черной силой себя оросил!

  Вулканом грохочет торнадо везде,

  Бушует над морем кровавая пена,

  Оскалил когтищи бог грозный Сульдэ!

  Всех высшего воля - деритесь умело,

  Тогда рухнет в страхе весь род на Земле!

  Монгольские воины подхватили клич. Подпрыгивая словно кенгуру, Леопардов вылетел из монгольского лагеря. Затем мульти-клон зажег магний и под вспышку зарылся в сугроб. А монгольское море все голосило.

  -Когда рухнет в страхе весь род на земле!

  Другие полупьяные голоса подхватывали.

  -Оскалил когтищи бог грозный Сульдэ!

  . ГЛАВА Љ 5

  Вечером накануне решающего штурма Рязани Бату-хан вновь собрал совет военачальников. Юртджи-военные советники писали последние приказы отрядам. Самые строгие наказания, включая насаживание на кол, разрывание конями, подвешивание за хребет на крюк - грозили тем, кто не ворвется в город, а откатиться обратно.

  Субудай-Багатур сидел около Бату-хана мрачный и неразговорчивый. На вопросы отвечал злым рыком и грозными жестами. Потом вдруг успокоился и полусонно произнес.

  -Сегодня ты, затмевающий солнце, дал приказ о наступлении. Нельзя вернуть пущенную стрелу, ее можно лишь перенять встречной. Прикажи сделать из глины тысячи печей для нашего бурного пира. Но нам нужна помощь магии, мы не можем позволить себе такие громадные потери, штурмуя только один город. Боевой дух армии падает.

  Ханы, сидевшие около Бату-хана поддакнули и привычно проверещали.

  -Армия промчится огненным смерчем, не будет у нас недостатка в кровавой бойне и в пирах залитых жиром, маслом и кровью!

  Бату-хан стукнул кулаком.

  -Факих Хаджи Рахим в последнее время прибавил в колдовском умении. Я приказал его привести сюда. Где он?!

  Джихангир рявкнул, так что дрогнуло радужное китайское стекло.

  Нукеры ринулись из шатра и спустя несколько мгновений вернулись.

  -Там большая свара о великий. Восточный колдун окружил мощной защитой группу иноземных купцов и никого к ней не пускает.

  -Это работа для Керинкей-Задан, пусть обезвредит магическую защиту, а потом...

  Батый сделал традиционный жест, проведя ладонью по горлу.

  -Зрелище может стать занятным.

  Пробурчал Субудай. Бату-хан вскочил, быстро выбежал из церкви. Конь стоял у самого порога. Многочисленные тургауды устремились за своим повелителем. За поселком в поле, трусливо прижавшись, друг к другу сидела, группа людей в больших белых тюрбанах и цветных ватных халатах, оточенных золотом и мехом. Одни причитали, другие лихорадочно молились. В высоте завис Хаджи Рахим с поднятой рукой. Луна уже ярко мерцала в небе, золотоорловая пайцза отдавала зловещим светом.

  Целый отряд монгольских вояк безуспешно пытался пробить, магическую защиту, мечи и сабли застревали в воздухе. Бату-хан радостно провещал.

  -Дзе-дзе - какой красивый щит. Мог бы ты таким коконом накрыть всю мою армию?

  Хаджи Рахим смиренно сложил руки.

  -Увы, мне это не по силам повелитель.

  Батый чиркнул саблей и неожиданно метнул в Хаджи кинжал, лезвие застыло в пустоте и рухнуло в сугроб.

  -Отлично! Теперь пускай чародейка Задан, покажет свое умение.

  Почти сразу же последовала ослепительная вспышка и могучая шаманы появилась перед джихангиром. Из-за рта торчали здоровенные клыки, девятихвостый колпак раздулся, покрытая звездами и черепами одежда пришла в движение.

  Бесконечной властью джихангира

  Что способна в пепел обращать людей!

  Повелитель смерти сокрушитель мира

  Ты скажи мне только - всех Задан убей!

  Батый почувствовал запах зла и темной силы, его широкие ноздри расширились.

  -Сразитесь между собой! Тот, чья сила победит, станет верховным шаманом у самого моего сердца!

  Задан неторопливо повернулась к Хаджи Рахиму, в ее жестах скользила уверенность осадной башни. Монголы ринулись в стороны, освобождая место для поединка.

  -Факих несчастный трепещи, пойдешь ты отбивною в щи!

  Полыхнул тускло-багровый свет, по воздуху прошла ударная волна. В Рахима ударил тяжелый пульсар, бывший дервиш пошатнулся и приземлился в сугроб, его лицо покрылось каплями пота, тем не менее взгляд был бесстрашен.

  -Хвались лучше едучи с рати, тогда не изгадишь штаны.

  Керинкей-Задан подмигнула, ее взгляд напоминал взор кошки зажавшей в клетке мышонка.

  Нет моей силы мощнее, в небе и на земле!

  Я всех на свете сильнее, слава великому богу Сульдэ!

  Из глаз посреди центра лба вспыхнул ослепительно-фиолетовый луч, он подобно лезвию меча прошил воздух и ударил Рахиму в грудь. Удар прожег одежду, вогнав факиха по пояс в сугроб, снег зашипел, начал бурно таять и испаряться.

  Задан распахнула в довольной ухмылке пасть, блеснул тройной ряд зубов.

  Легок как в доску гвоздь, вбиваю в гроб тебя

  Во мне бушует злость, унять ее нельзя!

  Рахим сделал жалкую попытку ответить, огненный шарик остановился на полпути и лопнул. В небо полетели многоцветные переливистые пузыри.

  -На многое ты не способен, теперь преподам я урок, коль к магии ты не пригоден, окончился твой бренный срок.

  Рахим хранил молчание, он чувствовал многократно превосходящую мощь монгольской колдуньи и хотел лишь одного - умереть достойно. Луна засветилась огненно-красным светом, звезды приобрели кровавый оттенок. Следующий заряд напоминал сизо-изумрудное бревно, изошедшее сплошным огнем. Удар был настолько силен, что вся одежда на Хаджи Рахиме вспыхнула, а его самого вогнало по горло в землю, снег вокруг факиха практически полностью растаял. Огонь задел часть мусульманских купцов, двое погибло на месте, остальные с диким визгом ринулись врассыпную. Защитное магическое поле рухнуло от перегрузки, и правоверным ничего не оставалось, как рассчитывать только на свои ноги.

  Керинкей-Задан изошлась диким оглушающим смехом, слышным на многие версты.

  -Теперь смотри о презренный, на мощь в нашей силе! Как жаль ишак бедный, тебе гнить в могиле!

  Из шаманки разошлись угольно-черные клубы, из них полыхнули бледно-розовые и ярко-пурпурные молнии. Они ударили по бегущим купцам, последовали разрывы, сотни людей обратились в дымящиеся скелеты, снег разом испарился на большой поверхности, а земля кое-где загорелась и расплавилась, на глазах превращаясь в мутное стекло. Часть беглецов успела добежать до толпы нукеров, и многие монголы разделили их не завидную участь. Задан, тем временем сотворила очередной пасс. Обгоревший Хаджи Рахим был выдернут из горящей земли и поднят в воздух, лиловые дымящиеся змеи скрутили факиха - или ученого мудреца.

  -Хаджи - жалкая мышка,

  с хрустом и шкуркой я тебя съем!

  Муки без передышки, адские вспышки

  Смерть без проблем!

  Рот у шаманки внезапно вырос, почти моментально достигнув размеров бегемота с клыками мамонта.

  Хаджи Рахим зажмурился, затем усилием воли заставил раскрыть глаза.

  -Великий Аллах помоги мне принять сметь джигита!

  Ему показалось, что он кричит во всю глотку, на самом деле он прошептал еле слышно, тем не менее, чуткий Субудай заметил движение его губ. Небрежным жестом он остановил голодную чародейку.

  -Съесть его ты всегда успеешь. Расскажи нам, все как было.

  Керинкей-Задан неохотно поставила факиха на сугроб, ее пасть сразу уменьшилась, клыки убрались. Чародейка недовольно прошипела.

  -Он соврет и глазом не моргнет.

  Батый перебил.

  -Мне только три человека говорят правду. Субудай, Юлдуз-Хатун и Рахим. Так что пускай нам расскажет.

  Хаджи Рахим с трудом заговорил, морозный воздух с хрипом проносился сквозь опаленные легкие.

  -Это были люди из разных стран, но одной веры - сыны Мухаммеда. Купцы из разных точек вселенной приплыли для того, что бы торговать в твоем войске. Они скупали различные вещи и продавали сушеный виноград, фисташки, имбирь, вино, хлеб, прочие фрукты, что бы твои храбрецы, не болели цингой.

  Бату-хан слегка пригрозил пальцем.

  -Это конечно хорошее дело, но знал ли ты пархатая лисица кого ни будь из них?

  -Нет, о великий. Я их увидел впервые.

  -А награду, они тебе обещали?

  Хаджи Рахим закашлял, каждое слово давалось с большим трудом.

  Обещали большие деньги, но я отверг их. Мы дервиши презираем золото. И лишь твоя золотая пайцза вызывает наше почтение.

  -Хватит, я тебе верю. И если ты поклянешься Аллахом, что будешь хранить мне верность, я тебя помилую.

  -Клянусь, у меня даже не было помыслов, предать тебя.

  Батый повернул коня, десятки тысяч нукеров стояли сзади, многие залезли на крыши домов, следя за диковинным зрелищем.

  -А вы чего зыкаете. Завтра решающий штурм. Всем по домам и спать. Кто кроме караульных застрянет на улочке, тех - на кол!

  Монгольских ратников как ветром сдуло. Батый отправился в свой "дом". Настроение джихангира было приподнятым, монгольские шаманы продемонстрировали свою силу и мощь стоящего за ними бога! Осталось целое поле, обожженное и покрытое костями и пеплом, а завтра начнется грандиозное представление с кровью и множеством трупов. Субудай прошептал Батыю на ухо.

  -Купцы нужны нам, нужно будет выдать им охранные пластинки.

  -Это успеется, получат после штурма, а пока глотнем по кубку, во славу Чингисхана перед сном.

  В церкви, у широко раскрытых царских врат, были разосланы восточные ковры и пышные шубы. Батый рухнул на них и затянулся ароматной арзой. Рядом по прежнему стоял Хаджи Рахим. Дервиш едва держался на ногах, его голос был слаб. Вместо спаленной одежды на него нацепили сорванную с русских бояр соболью шубу и меховые сапоги - подарок Бату-хана: выражение милости.

  Священник в рясе - отец Сергий, аккуратно придерживал, явно опасаясь что, сорвут жадные тургауды свой серебряный в камушках крест. Аккуратно крестился и ставил свечи перед каждой иконой. Сам владыка Батый приказал делать это. "Я хочу выразить почтение каждому урускому богу. Я не хочу, что бы ваши боги вредили мне"

  Священник в страхе косился на Бату-хана, слишком много тот вливал в себя вина и крепленого кумыса. Пьянство ведет к буйству. Хаджи Рахим тихо говорил самодержцу.

  -Я прошу тебя, умоляю о величайший из ханов, отпусти меня. Я не хочу быть в этом бурном бушующем море крови. Зачем ты великий истребляешь столько народов, что хотят жить мирно под солнцем?

  Джихангир постучал по рукояти меча.

  -Какой дурацкий вопрос. У них есть право достойно умереть, защищая свою свободу. Монголы сильнее всех. Вся вселенная должна покориться мне и моим потомкам - во имя священного воителя.

  -Я никогда не возьму в руки меч для убийства. Зачем тебе мирный дервиш?

  Опрокинув в себя кубок, Батый смачно вытер губы.

  -Ты нужен мне, хотя бы, потому что не боишься говорить правду. Все мне поддакивают, вокруг я слышу сладкую месть, а в сердцах змеиный шепот. Ведь стоит чуть-чуть промахнуться, меня предадут, а те, кто в любви мне клянутся, того и гляди что убьют. Нет никому веры, даже Керинкей-Задан кобра, когда белый мангус щекотал мне горло кинжалом, она хотела моей гибели. А ты честный и владеешь магией и способен осудить меня.

  Батый поднял палец и поманил дервиша-факиха.

  -Говори мне правду, но только наедине со мной или Субудаем. Все должны меня бояться, а иначе я сломаю тебе хребет и скормлю собакам. И не видать тебе рая.

  Хаджи молитвенно сложил руки.

  -Аллах справедлив и милосерден, только воля Всевышнего Бога может помешать войти в райские чертоги. А собака всего лишь нечистое животное, неспособно осквернить бессмертную душу.

  Джихангир небрежно отмахнулся, тургауды вывели Рахима. Батый поднялся с ложа и резко пнул в грудь священника.

  -Мне нравиться запах твоих курений, обдуй ими и меня.

  Священник испуганно перекрестился.

  -Это можно делать только святым.

  Батый вызверился, взгляд налился кровью.

  -Значит я не святой. Готовьте кол.

  -Господи прости мое прегрешение! Слаб я!

  Кадило пришло в движение.

  -Так лучше. А теперь говори, чьи боги сильнее? - в руках сверкнул крупный в изумрудах кинжал - русские или монгольские.

  -Бог только один!

  -Ты лживый поп. Сколько у вас богов навешано по стенам? Богов на свете много, есть боги добрые и злые и наши и чужие. А самый могучий - наш бог Сульдэ - бог войны, смерти и разрушительных стихий! Он даст нам победу, над всем миром. И над этим и над другими мирами во всей вселенной. Согласен червяк, наши боги сильнее?!

  Священник побледнел, но невероятным усилием воли переборол страх.

  -Бог есть, един, в святой Троице. А на иконах не боги, а святые слуги - царственное священство.

  -Его барсаки? А этот на кресте, тоже слуга?

  -Это Бог-сын Иисус.

  Батый неожиданно улыбнулся, главный Бог урусов не выглядел грозным и страшным.

  Казалось, что сами урусы уменьшились в размерах, превратившись в букашек.

  -А кто есть бог Сульдэ?

  Священник вздрогнул, он понимал, какая реакция последует на ответ, и все же не мог соврать.

  -Это демон.

  -Который сильнее вашего Иисуса! Стань колени произнеси клятву.

  -И на небе и Земле выше всех господь Сульдэ!

  Священник поднял светлый взор, страх исчез.

  -Выше всех Всевышний единый в Троице Бог!

  Пьяное лицо Батыя перекосилось от злости, кинжал прошелся подбородку Сергея, срезав несколько прядей.

  -На колени презренный и признай что бог Сульдэ выше всех!

  -Нет!

  -Тогда почему ваш Бог висит на кресте как раб!

  -Ради нас, себя унизил

  Ради нас на смерть пошел

  Что бы к Богу нас приблизить

  Иисус оставил трон!

  Ибо через его смерть мы получили прощение.

  Пьяный джихангир захохотал, задребезжали стекла.

  -После смерти вы останетесь рабами, небесный правитель собирает неисчислимые полчища, которые завоюют все небесные царства. Тогда все когда-либо умершие лягут под бессмертную тень Всевышнего Священного Правителя - Чингиз-хана! Он есть воплощение невидимого бога войны!

  Во взгляде Батыя читался смертный приговор, а когда тебя приговорили уже не и тени липкого болезненного ощущения страха.

  -Ваш Чингисхан большой грешник и горит в Аду! И тебя тоже будут вечно жарить геенне!

  Взгляд священника пылал, ему казалось, что спорит с самим сатаной.

  -Молчи шакал. Ваш Бог слабак!

  Батый рубанул кинжалом по распятию, разрубленный пополам крест рухнул на ковер. Джихангир демонстративно стал на него ногой, круша обломки.

  -Ну и где ваш Бог? Где гром и молнии. А теперь порублю в щепки всех его слуг.

  Выхватив саблю, Батый принялся крошить иконы, обломки священный полотен потели в лицо отца Сергия.

  -Кто обнажит меч от меча и погибнет!

  Крикнул батюшка.

  -Я бессмертен! А тебя мы казним. Привяжите его к коням и медленно оторвите сначала руки затем ноги. Громадные тургауды подхватили старика-священника поволокли к выходу. Выбежав на крыльцо джихангир продолжал истошно вопить.

  -Видишь, как слабы уруские боги! Ваша вера - вера рабов, в руках у бога должен быть меч! Бог должен сам карать, а не подвергать себя страданиям и унижениям!

  В тот самый момент страшный грохот потряс монгольский лагерь, огненный ураган разом охватил сотни домов, тысячи нукеров взлетели на воздух. Тургауды в страхе бросили отца Сергия, видимо приняв взрывы за месть уруского Бога.

  -Собаки вы куда, это всего лишь белые мангусы!

  Завопил Бату-хан. Его истошный вопль лишь усилил панику, еще не известно, что страшнее месть богов или дьявольская хитрость снежных чудовищ.

  

  Войска под командование мульти-клонов и впрямь выступили, атаковав монгольские полчища. Дикорос вновь применил показавшее свою эффективность заклинание, правда, сбросив его в сторону, летучие крысы ушли, а часовые были аккуратно сняты, либо белыми бойцами или ядовитыми иглами. Рядом с Дикоросом гордо шествовал рослый и кряжистый Лихарь Кудряш. Встретились они ночью, когда Савелий ночевал, завернувшись в тулуп. Сон волхва был тревожен, ему снились злобные духи, дикие вурдалаки и звериный оскал страшного бога Сульдэ, в чью пасть падали тысячи урусов. По этому он проснулся, когда к нему подъехало два человека на вид половцы, в меховых клобуках на медвежьем мехе. Один из них с неприятной с глубоким шрамом физиономией окликнул его.

  -Чего молчишь Савелий. Али меня признать не хочешь?

  -Я тебя и на смертном одре не спутаю.

  Дикорос со злобой фыркнул на штатного палача. Тот ответил, усмехаясь в бороду.

  -И ты до сих пор помнишь обиду. Но ведь я сек тебя за колдовство по приговору князя Юрия, бил не сильнее и не слабее остальных. И поверь, без всякого удовольствия выполнял я свой долг.

  Дикорос кисло поморщился.

  -Ну, долг свой ты выполняешь на совесть, целый месяц не мог я на спину лечь. Хотя к черту старое говори чего надо?

  -Я вместе со своим половецким побратимом узнал тайную весть. К Батыге из Китая новое оружие привезли. Храниться оно в больших дубовых бочках и с его помощью можно стены ломать.

  -И кто тебе рассказал сию весть.

  -Темник один монгольский. Не хотел, правда, но я свой долг знаю. Палач профессия нужная.

  Волхв махнул лохматой головой.

  -Иногда и ты бываешь полезен. А я тут причем?

  Палач надул щеки, голос стал на пол тона ниже и тише.

  -Великий воин Леопардов просит тебя, нашли заклятие невидимости на голубка, а остальное он сам сделает. Обоз с черным порохом целый тумен охраняет и на него отвлекаться не охота. Он сюда еще три тысячи белых ратников ведет.

  Савелий тяжело вздохнул.

  -Я в колдовстве не очень силен, одного часа хватит?

  -Снежный ангел говорит что хватит. А вот голубь, давай колдуй.

  Дикорос прошептал и побрызгал на птицу водой.

  -Лети к хозяину. Невидимой она станет через час и еще полтора часа продержится в незримом состоянии.

  -А ты молодец! Этого хватит.

  Кудряш заключил волхва в стальные объятья, Дикорос напряг плечи, словно медведь давит. Затем истязатель отпустил и фыркнул, потом показал внушительную секиру.

  -Видишь этот топор. Я привык работать топором, и сейчас ты убедишься, что я не только палач, но и воин. Вот кого бы я пытал и помучил бы с удовольствием так это хана Батыгу. Он такой свирепый зверь, видел бы ты, как они лютуют. А что касается белых ангелов, то перед Богом клянусь, даже если прикажет великий князь пытать, и наказывать их не буду.

  Дикорос согласно кивнул.

  -Что же это верно. Что касается монгольской лютости, то я волхв и все вижу, могу тебе еще показать!

  -Рать рассудит! После битвы еще встретимся, поговорим.

  Кудряш махнул плетью и ускакал в сторону.

  Савелий расслабился, темника, конечно, словил Леопардов, а этот суровый ратник его допросил, хотя у любого средневекового палача глазища вылезли бы от зависти, узнай он о пыточном арсенале далекого будущего. Сам Леопардов, скорее всего, присоединился к своему новому отряду, и будет прорываться к Рязани. Пошли Боже им удачу!

  Леопардов и впрямь отправил специально обученного голубя, к монгольскому складу. Черный китайский порох только что прибыл, и его спешно сгрузили в одну кучу, следовательно, был шанс подорвать его сразу, используя в качестве детонатора-взрывчатки третилин. Мульти-клон ласково погладил голубка, мягко поцеловав его на прощанье.

  -Ты лети мой голубок, через север на восток, через запад в жаркий юг, осторожней смерти круг! Избегай монгольских стрел, будешь ты пернатый цел!

  Голубь понял небольшое яйцо с третилином, расправил крылья и исчез, лишь чрезвычайно острое зрение мульти-клона видело движение воздуха от порхающих крыльев, а острый слух выделял тревожное дыхание птицы. Леопардов аккуратно проскочил сквозь все заставы монголов, ведя новый отряд. Конечно это большой риск, но чем больше воинов получит военные навыки, тем лучше. Вот взять, например Семена Залихватского самого младшего тысячника. Дите, идет только восьмая весна, а, сколько он уже умеет. Лазает как маленькая обезьянка, стреляет из тугого лука, а из автоматического пистолета выписывает узоры. Обучая "курсантов" стрельбе Леопардов любил выписывать орнаменты и ставить свою роспись, а это не просто когда ведешь огонь из мини-пистонного пистолета. Семен всех удивил, когда уже на седьмой тренировке, выбил изображение леопарда, хотя видел этого зверя только на картинках, нарисованных мульти-клоном. Особый эпизод в биографии этого мальчика, захват самого великого чародея Газука. Сумел малец прихватить пальчиками дьявола за мохнатый хвост. Надо продвигать талантливую молодежь, вне зависимости от знатности, возраста или богатства. Вдали сугробов видны тусклые тени монгольских часовых.

  Дозорные явно мерзнут, тяжело караулить в такую стужу, даже он непробиваемый мульти-клон ощущает голыми ступнями жгучую корку снежка. Все же хорошо когда с тобой маленькие и легкие бойцы, ледяная корка их держит, а остальные кто потяжелей, используют смазанные маслицем лыжи. Яд в иглах быстрый он сразу вызывает свертывание гемоглобина, не давая тем самым поднять тревогу. Правда, что бы наверняка не было криков надо точно попасть в бородатые морды. Большинство бойцов попадет в глаз. Но самая тонкая работа, это зайти часовому в тыл, пронестись змейкой и садануть лезвием по затылку. Семен такой маленький, что его все называют "Маус", это кличку дал ему сам Леопардов. Подскакивает сзади, и если воин рослый в прыжке срезает ему шею. И другие бойцы не отстают. После снятия часовых, аккуратно вырезают лагерь, это работа тонкая, каждый воин должен двигать бесшумно и главное не вспугнуть коней. Хотя измученные лошади в основном спят, а часть табуна пасется вдалеке от лагеря, выгребая копытами пожухлую траву, несколько ребят ласково шепчут и протягивают лошадям посыпанный сонным порошком хлеб. Голодные кони съели подачку и тут же откинулись в тяжкую спячку.

  -Лошадей, женщин, детей щадить, со всеми остальными по законам военного времени.

  Движения бойцов, словно легкий бриз, налетел, и остались лишь трупы, монголы пьяны и в забытье, не исключено что в бочки с трофейным вином намешали сонного отвара.

  На сей раз сработали необычайно успешно, вырезали целый тумен - почти десять тысяч солдат - не потеряв ни единого воина!

  Семен Залихватский проскользнул маленькой лаской к Леопардову.

  -Мы захватили двадцать мальчиков и четырнадцать девочек. Как поступить с ними?

  -Как обычно завязать укутать теплым и оставить в лагере, детей нехорошо убивать!

  -По божьим заповедям не хорошо, но они не щадят даже младенцев. Кроме того, половина мальчиков хочет пойти с нами.

  Леопардов весело подмигнул Семену.

  -Можно и взять, нет плохих народов, есть только скверные люди. И нет злых детей, есть только злобные родители. Пускай ползут в хвосте. Леопардов вытер простой кладенец об снег, на легендарном мече Добрыни Никитича никогда не застывает кровь. У монголов, да и у русских подростки сражаются на равных с седыми ратниками, так что детский возраст - это условность, правда, женщины у монголов, как правило, не воюют. Второй тумен ближе к остальным, бойцы там получше и уже успели поднять тревогу, кроме того, рванула взрывчатка, на воздух взлетели "Бешеные" и "Непобедимые". Татары отправились гораздо быстрее, чем ожидал Леопардов. Сотни тысяч всадников вскочили на коней, а по сему во избежание лишних потерь пришлось поспешно прорываться к стенам.

  Мульти-клон скалясь, произнес звонким голосом.

  -Вот наша коронная тактика. Набег - отход, удар - блок, нападение - защита!

  По приказу Пантеры развернули две паровые катапульты и прямой наводкой били по густым монгольским полчищам. В бочках с приставленными лыжами новый отряд провез только что сваренное горючее для огнеметов, в Рязани достаточно будет только смешать эту окрошку. Понимая это, Пантера дала приказ.

  -Запустите "Аленькие цветочки" пускай расцветет дивный сад аннигиляции.

  Огненные струи ударили по ночным силуэтам, нукеры опять перли слишком густо и их потери были огромны. Потоки напалмовой лавы дивно отсвечивали на залитом кровью снегу. Леопардов, вырвавшись вперед рубил с обеих рук, а его ноги били сильнее лома. Столько взмахов в секунду, не постижимая для людей быстрота и горы трупов. Дети и подростки также дерутся красиво или пускают в ход игольчатые пистолеты, но никогда им не сравниться с "пропеллером" мульти-клона. И все же навыки рукопашного боя сказываться, дети рубятся, применяя разнообразный технический арсенал. Легкие сабли, нунчаки, раздвижные копья, пружинные веера, выписывают не мыслимые кренделя, спирали, завитушки, многоугольники. Их с нечеловеческой интенсивностью обучали всем способам поражения всего живого, и они отчаянно дрались, оправдывая надежды виртуозных учителей.

  Монголы отходили, устилая путь трупами, но и солдаты Белой армии теряли все больше и больше товарищей. Особенно опасными были целые стаи каленых стрел, казалось от этого дождя некуда укрыться.

  -Отходите к стенам. Драятся надо там, где выгодно тебе, а не твоему противнику.

  Отроки размеренно отступали, в их рядах примерно четверть составляли девчонки. Несколько девчурок били серьезно поранены и истекали кровью. Леопардов вколол им выращенный в теплице антибиотик и сложную смесь растительных настоек. У одной девочки вытек пробитый стрелой глаз, у другой начисто была отсечена рука. Хотя они и были закаленными на тренировках воинами, все же страшно ревели.

  -Я навсегда останусь уродиной.

  Протяжно выла двенадцатилетняя Маша, ее единственный уцелевший глаз испускал три ручья горьких слез.

  -А я останусь калекой, и меня ни кто не возьмет замуж.

  Тихо стонала четырнадцатилетняя Наташа.

  Мульти-клон подскочил к несчастным девчуркам.

  -Не растачивайтесь. Помните у Пантеры, тоже не было одного глаза. И что он снова вырос, став еще лучше и красивее прежнего. То же самое будет и у вас, не оставим вам искалеченными красавицы.

  Хотя девочкам и было физически очень больно, слезы осушились, словно капля на утюге.

  -Мы верим тебе белый ангел. Ты все можешь.

  Леопардов в ярости врубился в ощетинившийся копьями строй. Все чаще он замечал, что уже не может спокойно глядеть на то, как гибнут русские люди и особенно бойцы Белой армии, те к кому он успел привязать. А ведь он практически знал в лицо и по имени всех двадцать тысяч солдат Белой армии и особенно три тысячи отборных витязей Белого легиона. Каждый из этих бойцов стал для него сестрой или братом. Войска витязей-клонов и рязанские ополченцы, постепенно отходили к воротам и затягивались в стены. Последними как всегда должны отступить вечные воины Пантера и Леопардов. Волхв с напряжение всматривался в небо. Дикорос не без основания полагал, что Керинкей-Задан попытается нанести коварный удар. Но чародейка не появлялась, дико выли лишь второстепенные шаманы. Некоторые их них пытались пускать жалкую схожесть с огненными шарами, но мастерства им явно не хватало. Подобия шаровых молний чаще всего приходились по своим войскам. Когда нукеры ответными стрелами сбили несколько "самоубийц-чародеев", шаманы разбежались. Битва постепенно догорала, после нескольких точных попаданий монгольскими стрелами мульти-клоны, сбавили натиск и перемахнули через ледяную стену.

  К волхву Дикоросу принесли тяжело раненного Отца Сергия.

  -Исцели его волхв. Он мужественно разговаривал с самим Батыем.

  -Я сделаю все, что в моих силах.

  Батюшка с трудом поднял отяжелевшие брови.

  -Прошу волхв, не оскверняй мои последние часы.

  Язык у отца Сергия ворочался с трудом.

  -Позови лучше ангелов.

  -А мы уже здесь.

  Весело рассмеялся Леопардов. Улыбка Пантеры казалась страшной.

  -Не торопись отче к небесному престолу. Раны твои не к смерти.

  -Кому сколько отмерено знает лишь Всевышний.

  Дикорос перекрестился. Леопардов и Пантера стряхнули капли крови.

  -Умереть сейчас, когда адская саранча пожирает русскую землю, равносильно предательству! Мы будем молить Господа, что бы помог нам выжить и победить!

  Аминь!

  

  

  . Глава Љ 6

  Бату-хан, Субудай и прочие ханы, собрались на грандиозный сабантуй.

  -Все! Дальнейшее промедление смерти подобно! Начинаем решающий штурм.

  Ханы одобрительно закивали головами.

  -Конечно, на штурм или эти поганые белые мангусы нас всех перережут. В горнице ярко вспыхнуло, и из искристого тумана возникла чародейка Керинкей-Задан.

  Ее скрипучий голос неуклюже хрипел.

  -Окажу собранью честь! Змей прислал на радость весть!

  Огненный пузырь зажегся, возникло изображение узкоглазой японской рожи.

  -Мои люди все сделали! Белым мангусам конец! Можете штурмовать через подземный ход.

  Субудай подскочил с кресла.

  -Я говорил, что Желтый змей устроит им ловушку. Теперь пора! Трубите генеральный штурм.

  Батый угрожающе сжал кулаки.

  -Сегодня настанет день моей славы. Атакуем всем силами!

  Сотни тысяч солдат пришли в движение.

  В самой Рязани Леопардов проводил смотр ополченцам, он показывал им боевые приемы, учил, как правильно отбивать приступы, раздавал новое оружие. В разгар обучения он получил неожиданное приглашение.

  -Тебя срочно вызывает сам князь Юрий Ингваревич.

  Сообщил посыльный мальчишка в белом.

  В последнее время князь, словно и не интересовался делами в городе. Во двор выходил редко, был хмур и задумчив. Дворец князя располагался внутри выложенного камнем детинца. Холодные мраморные палаты, строгая роскошно одетая стража на входе. Резные алебарды отдают честь верховному воеводе. Мульти-клоны фактически хозяева в городе. Можно даже проигнорировать распоряжение князя, но Леопардов своим сверхчувствительным чутьем почувствовал недоброе. По мере приближения к тронной палате это ощущение усилилось. Мульти-клон остановился и жадно втянул в себя воздух, нюх у продукта генной инженерии даст фору любой ищейке, только и им нужно умело пользоваться, что бы с сотен или даже тысяч запахов найти тот единственный нужный тебе. Казалось, что в воздухе мерцают и плавают зловещие призраки, тягучий аромат угрозы исходил из-за тяжеленной кованой закаленной сталью двери. Сдавив в руках, покрепче мечи, Леопардов решительно распахнул двери и шагнул в зал. На золотом в алмазах кресле как следовало ожидать, сидел сам князь Юрий Ингваревич, а по бокам стояли грозные охранники. Мульти-клон впился глазами в лицо князя, похоже, но явно не то. И главное запах чужой, напоминающий смесь аромата разьяреного тигра и огнедышащего дракона.

  -Садись отрок. И положи на пол оружие.

  Леопардов принял независимый вид.

  -Я не отрок, а воевода. И сейчас монгольские войска пришли в движение и текут к нашим стенам в надежде на решающий штурм.

  Князь сделал вид что смягчился.

  -Их воля сломлена чувствительными ударами, нанесенными твоей армией. Они уже неспособны к решительным действиям. Ты хорошо потрудился, а по сему прими от меня почетную чашу.

  Стоящий по правую руку воин, с подозрительной быстротой рванул в сторону, на золотом подносе появился богато инкрустированная чаша. В ней обильно плескалось изумрудно-янтарное вино. Роскошно одетый отрок был чист лицом, русый и светлоокий, но и от него исходил угрожающее благоухание живого трупа, а зрачки были зловещие вертикальные с лиловым отливом. Вино внешне казалось кристально прозрачным без признаков яда, но если потустороннее чудовище его подносит щедрым разливом, значит наверняка со злым умыслом.

  -О великий князь. Я твой раб и недостоин первостепенным образом пить столь почетную чашу - умоляю, отведай ты первым.

  -С удовольствием!

  На лице "лжекнязя" возникло выражение полного превосходства. С царственным видом он выпил половину кубка. Повинуясь его знаку, отрок поднес чашу к мульти-клону. И все же Леопардов ожидал подвоха. Когда он принимал кубок, то заметил легкое на долю секунды изменение цвета, такое словно в изумрудном янтаре сверкнули кровавые пятнышки. Запах оставался прежним, лишь слегка сильнее запахло озоном, верный признак энергетического разряда. Похоже, они туда чего-то бросили, но это не возможно он внимательно следил за всеми их жестами. Хотя! Одно движение показалось подозрительным, когда псевдоотрок передавал кубок, его указательный палец странно напрягся, словно он надавил на крупный рубин. Да так оно и есть, камушек слегка вибрирует, запах озона становиться сильнее. А глаза лжекнязя так и сверкают.

  Внезапным броском мульти-клон выплескивает содержимое на подавшего питье юношу. Раздается дикий крик, красивое русское лицо сползает и на его месте возникает противная узкоглазая рожа со шрамом. Разоблаченный японец дергается, и тут же падает рассеченный ударом кладенца. Остальные трое отроков, без всякой паузы меняют обличие. Три клинка дружно сверкают и они с визгом и криком бросаются на Леопардова. Лжекнязь также сбрасывает маску, его желтое с глазами как щели амбразур лицо довольно и он смеется.

  -А ты не дурачок! Сумел распознать ловушку, на которую мы ловили многих императоров - глупых узурпаторов. Тем лучше посмотрим, как ты владеешь мечом.

  Трое бойцов закружились в диком вихре, они были быстрее гепардов, разгоняясь до невероятных скоростей.

  -Это магия молнии злости

  Сила духов безбрежно великих!

  Распылит в пепел кости

   Смерть найдешь в лапах диких!

  Мои кречеты в бешенстве выросли!

  Сокрушив небосвод в ярой ярости!

  Мульти-клон знал, как сражаться с толпой, даже не смотря на магию, эти бойцы не имели превосходства в силе и скорости. У черных ниндзя отличное оружие при столкновении клинков высекаются целые снопы искр, на каждом катано крючок. Эти злые парни, вероятно, рассчитывают обезоружить Леопардова, взять его живым, что бы затем вволю поиздеваться над мульти-клоном. А на счет техники, искусство ниндзя совершенство с точки зрения людей, но ни один ниндзя не имеет представления об чисто мульти-клоновских приемах рукопашного боя. Вот взять, например кисть простого человека, даже у хорошо натренированного бойца, она в силу конструкторских ограничений обладает ограниченной подвижностью. У мульти-клонов как у шимпанзе шарнирное строение, возможность легко выгибать кисть под любым углом. В следствии можно проводить специфические приемы. Да даже не в этом главное. Сустав у локтя тоже шарнирный, а значит можно так выгнуть руку, что и чертям станет тошно. Один из них упал с распоротым брюхом, следующий удар милосердно отсек голову, отлетели розовые брызги. С двумя бойцами сражаться еще проще, проводишь сложную комбинацию, в мульти-клоновском стиле - техника девятнадцати рук. Противники плюются иглами, густая стайка ядовитых комаров проноситься рядом с лицом, но это так детские шалости. Один из ниндзей махнул веером, иглы летят широким фронтом, уходишь в прыжке и слегка смещаешься и раскатисто машешь мечом. Девять ударов проходят за счет шарнирного движения, достаточно одного попадания и нет сначала руки, а затем головы. Один соперник даже равный по скорости, но уступающий в технике, уже не воин, пять секунд разделки и четвертый труп. Будь этих парней двадцать, то у них еще были бы шансы, а так! Это всего лишь простые японцы с магической техникой!

  -Великолепно! Ты превзошел мои самые ожидания. Будь ты японцем, я бы предложил бы тебе самый высокий пост в нашей стране, но ты не японец, а чудовище. Я просто убью тебя.

  Леопардов повернулся к Желтому змею.

  -Ты человек только на половину! Другая часть в тебе тигр! Во мне же собрана вся сила животного мира!

  Желтый змей вскочил и завис в воздухе, в его руке засиял диковинный меч.

  -Именно животного, а не магического! Так что ты уже труп.

  Леопардов не вольно задержался взглядом на его мече. Какой необычный катана, с концом как у копья, с тремя крючьями лезвиями. Крючки то появлялись, то исчезали, а сам меч переливался всеми цветами радуги, последовательно меняясь от кроваво-рубинового - до васильково-сапфирового спектра. Владелец дивного оружия выскочил в центр зала, его скорость была невероятной, Леопардов едва успевал следить за его движениями. Вот они сошлись рукотворный боец, и магический монстр. Меч явно вырывался из рук, яростно атакуя с космической скоростью выписывая восьмерки, бабочки, стрекозы. Леопардов сделал попытку парировать удар с помощью осеребренного кладенца, как закаленное лезвие рассеклось по полам, словно стебель, остатки меча стекли в низ ручейком расплавленного металла. Удар повредил плечо мульти-клона. Ответным квитом Леопардов ударил ниндзя в корпус, но клинок застыл в воздухе.

  Когти тигра - сила стали

  Извержение вулкана!

  Горизонта меркнут дали

  Войско скачет Чингисхана!

  Желтый змей испустил ядовитый смешок, зрачки загорелись иссушающим желтым огоньком. Иван Леопардов не привык бояться зверей, он атаковал с еще большей яростью.

  -Ты предатель! Враг своего народа, когда монголы вторгнуться в Японию они предадут огню и мечу вашу родину!

  -Ками нас защитят. А я буду тебя медленно убивать.

  Леопардов продолжал яростно рубиться, и атаковать. Вот он со всего размаха всадил японцу ногой в пах. Босую ступню обдало пламенем, словно он угодил в жарко протопленную печь, кожа обуглилась. Желтый змей явно издевался, он то пропускал, абсолютно безопасные для себя удары. То отбивал меч, затем переходил в стремительное наступление. Его скорость была настолько чудовищной, что мульти-клон время от времени пропускал рассекающие выпады. Кимоно было полностью изрублено, из многочисленных порезов выступили, застыв смолой капельки буро-оранжевой крови.

  -Избиение младенца, единственное, что тебя утешит, ты был убит императорским мечом.

  Видимо желтому змею надоела столь затяжная чехарда, и он резко ускорил движения. Мульти-клон отступал, ему хотелось выйти, но везде на всех стенах и окнах стояла непробиваемая магическая защита. В этот момент ниндзя провел стремительную комбинацию, с размаха отрубив кисть. Легендарный меч Добрыни Никитича отлетел на пол и тот же миг оказался в руках Желтого змея.

  -А теперь голова!

  Атмосфера вокруг Леопардова сгустилась в желе, затем в сверхпрочную резину, он утратил способность даже увернуться от разящей смерти. Блистающий катана, устремился к голой шее. Уже инстинктивно на рефлексе Леопардов обливаясь от напряжения холодным потом, поднял единственную уцелевшую руку. Блистающее лезвие императорского меча вонзилась в кулак, впившись в перстень. Тот самый, который был похищен Турганом и Полканом у Бэки, а до этого его носили Чингисхан и Хорезм-шах. Меч на мгновение застыл, мерцание сменило огненно-красный цвет на пурпурно-фиолетовый колер. И тут мульти-клон почувствовал необычную силу, словно спали невидимые пруты. Рванув, он со всего размаха ударил противника коленом в солнечное сплетение, и в ту же секунду вырвал меч из на короткое мгновение ослабевших рук противника.

  -Слизняк!

  Прохрипел Желтый змей и попытался ударить молнией. Разряд был с легкостью отбит. Какое необычно ощущение, нового меча, вот он сам резко дернулся, разя, опережая сверхъестественную реакцию мульти-клона и отсек кисть своему противнику. Желтый змей заревел, громадный саблезубый тигр вынырнул из-за стены. Опережающий взмах длиннющего лезвия и голова зверя рассечена на две половинки, туша с грохотом рухнула на мраморный пол. В тот же самый момент двадцать бойцов черной униформе и масках выпорхнули из-под пола. Но новый катана, был настоящим чудом, его удары как бумагу рассекали сталь, а скорость, которую он передавал телу, значительно превышала прежние возможности. Большая часть бойцов, была моментально срублена, а несколько уцелевших ниндзей, ушли обратно под камни. И все же и этого мгновения оказалось достаточным, что бы Желтый змей успел прошептать заклятие и раствориться в воздухе. Запоздалый взмах меча лишь прошил толстенную выложенную из векового камня стену.

  -Победа, но только на половину! Жаль, что нет второй кисти, полдня мне придется рубиться одним мечом. Хотя отдам свой кладенец на временное пользование Пантере - уже две разящие легенды будут в обеих руках - это лучше одной.

  Надо было спешить, огромная монгольская армия и впрямь устремилась на штурм.

  

  Десятник Белого легиона Василий Убожко и дюжина отборных бойцов внимательно прислушивалась к тому, что происходит в туннеле. Предвидя, что монголы захотят воспользоваться подземным ходом для атаки Рязани, мульти-клоны выставили надежное охранение. Ну, а для ползущих сквозь туннель нукеров был приготовлен кованый сюрприз. Однако и монголы не дремали. Используя, в том числе и изменников из числа бояр татары переправили не большую группу диверсантов, под командованием Умарок-хана. Вот они скрытно и подобрались к выходу. Монголов была только одна дюжина, но они применили магический туман, распылив порошочек, насыпанный в мешочек чародейкой Задан. Марево подействовало усыпляющее, отключив карауливших выход детей. Умарок-хан грозный темник с серьезным лицом, связал спящих ребят и пару раз врезал палкой по беспомощным телам.

  -Вот так вам щенки!

  -Зря ты! - вступился тысячник Фольга. - Они все равно ничего не чувствуют. Вот захватим город и обжарим голубков с маслом на вертеле.

  Прочие монголы захохотали.

  -Конечно, поджарил, слов нет и их и всех прочих в городе Рязани. Слышите, наши воины уже идут.

  -Они придут в ад!

  Прозвенел мальчишечий голос. Маленький мальчик с острой саблей возник перед отрядом мунгалов.

  Семен Залихватский утром, как и прочие мальчики и девочки Белой Армии полуголый и босиком бегал по жгучему снегу. Но на сей раз, он слегка сменил свой маршрут. Сама "великая" Пантера сказала:

  -Пробежишь поближе к нашим караульным, особенно к Ваське. Сегодня решающий штурм и ты наверняка увидишь или услышишь занимательное представление.

  И хотя лучше было уведомить своих командиров, Залихватский не был бы Залихватским, если бы не полез в драку. Дюжина отборных нукеров, не могла воспринять семилетнего мальчишку как серьезного противника. Да и на вид Семену больше девяти не дашь, сухое тело кажется худым, босенькие ножки раскраснелись. Такого воробья сразишь одним ударом, только бы не поднял птенец тревогу.

  Умарок-хана взмахнул тяжелым мечом, "Маус" проскользнул между ног и пырнул кинжалом в пах стоящего сзади монгола. Темник Умарок спешно развернулся и едва не упал, его лицо качнулось к земле, Семен успел выдернуть клинок и слегка подпрыгнув, всадить лезвие темнику в глаз, пронзив супостата до мозга. Умарок-хан вскрикнул и затих. Залихватский продолжил нападение, его выручало то, что монголы продолжали считать его маленьким мальчиком и дрались один на один, в место того, что бы налететь всей толпой. В схватке один на один скорость и реакция брали верх над массой. Понимая, что у него не хватает массы "Маус" не отбивал удары, он просто подпрыгивал и уклонялся, по кошачьи "царапая" в ответ: распарывая вены, горло глаза и прочие уязвимые точки. Лишь когда пал шестой противник, тысячник Фольга завопил.

  -Окружите его. Он из рода белых мангусов.

  Шестеро отборных нукеров, это слишком много для семилетнего ребеночка. По этому Семен решил сократить их число. Как? Просто из маленькой трубочки выплевываешь ядовитые иглы, элементарное дело двух секунд. Их было шестеро осталось только трое. Можно изрешетить колючками и остальных, но Семену хотелось показать все свое умение. Фольга и двое нукеров продолжали наседать, Залихватский ловко укорачивался, нанося в ответ точные удары. И, тем не менее, его тоже пару раз зацепило, мальчик чудом избежал серьезный увечий. Ловко подпрыгнув, он врезал нукеру ногой в челюсть, а затем, поднырнув, размашистым приемом "веер" рассек жилы, на ногах у бесцельно машущего мечом нукера. Следующим заходом он отсек тысячнику Фольге ухо, заодно ударив ногой по ребрам. В ярости тысячник бегом ринулся за ним. Семен упал под ноги монголу, а когда тот зацепился и грохнулся, то рубанул клинком по затылку. Последний монгол бросился спасаться, и был подбит метким броском кинжала. Нукер медленно умирал, нож пробил лопатку, застряв в груди. Семен погрозил умирающему бойцу пальчиком.

  -Не трепещи "козявочка", скоро уснешь навсегда и попадешь в Ад. А пока разбужу своих сонь.

  Мальчик прихватил снега и принялся тереть лицо Ваське. Это не возымело эффекта, тогда он всадил оплеуху. Как ни бился самоуверенный ребенок, так не смог пробудить их от магического сна. Детище разревелось, и завопил во всю глотку.

  -Патера! Пантера! Помоги!

  Пантера, конечно, услышала крик, но в этот момент она была слишком занята - бесчисленная армия монголов лезла на стену. А ведь по подземному ходу неслись тысячи разъяренных бойцов. Вот-вот они вырвутся на поверхность и окажутся в тылу Рязанских войск. "Маус" схватил связку ключей и с усилием вставил в замок, с трудом повернул, дубовая дверь со скрипом раскрылась. В тусклой тьме блистали рычажок и винт. Не отдавая себе отчета, Семен подскочил к рычажку и опустил его вниз. Затем крутанул тугое подобие колеса. Послышалось шипение. Змеи! Мелькнула мысль, магия врага действует. Мужество оставило только что храбро сражавшегося ребенка, и мальчик рванул бегом, не разбирая пути. Со страху Семен поскользнулся и упал, разбив носик, но тут же вскочил, продолжая "спасаться". На его счастье только что выигравший схватку с кошмарным ниндзей Леопардов, увидел несущегося младенца.

  -Маус! Притормози, портки сгубишь!

  -Там змеи! - с надрывом прокричал мальчик.

  -Отлично испытаем на них меч!

  Уже на ходу Леопардову пришло в голову, что мифические змеи прут из-под почвы - по длинному подземному ходу. Влетев в закуток, он повествовал запах ядовитого газа, вой тысяч задыхающихся глоток, сдавленный кашель сотен ртов. А вот от змей не было ни слуху, ни духу.

  -Все спокойно Маус! А это что такое? Дрыхните сволочи.

  Василий Убожко сипел, забывшись в тяжелом сне, на его физиономии красовался внушительный синяк. Рядом валясь, монгольские трупы.

  -Вас усыпили, а потом Семен из всех поубивал. Браво Маус - ты достоин награды! Иди ко мне, я убил всех змей!

  Этого громкого крика оказалось достаточно. Семен подобно жеребцу прискакал на зов.

  -Вот ты и умница. А газ тот, что мы с Пантерой сварили хорош. Ядовитую отраву вполне можно изготовить из элементарных ингредиентов. Я тебя научу, и ты тоже станешь волшебником.

  -Я люблю тебя белый ангел!

  Семен подскочил по детски чмокнул в щеку отдающего ледяным холодом мульти-клона. Конструктор, идя на встречу пожеланиям военных, сделал, так что температура их кожи равна температуре окружающей среды. Так их не засечешь инфракрасным прибором.

  -Оденься малыш и на стены - сегодня будет очень жарко.

  Действительно монголы пошли на решающий штурм, они атаковали широким фронтом, каждый боец был на счету. Бодрое от холода солнце освещало им путь. Никогда ни один город не штурмовала сразу столько воинов. Чингисхан взял Самарканд, имея всего сто тысяч всадников, здесь в бой пошла полумиллионная армия. Тысячи лестниц разом стали на стены, многие из них не доставали до вершины. Там где стояла Пантера приблизилась концы сразу сотни лестничных бревен. По ним лихорадочно ползли монгольские ратники. Мульти-клонавая дива уверенно срезала головы, ударами ног сбрасывала и ломала лестницы. Битва все нарастала, превосходящие силы орды, надвигались неисчислимым потокам. В нескольких местах они начали прорываться, не обращая внимания, ни на горящую смолу, ни на огнеметные залпы, опустошающие их ряды залпы. Механические катапульты работали на пределе, кочегары едва успевали бросать дрова и уголь. Мульти-клоновая девочка проявляла невиданную доселе отвагу. Даже видавшие виды бойцы Белого легиона, никогда еще не видели в ней таких неисчерпаемых сил, бешеной стремительности, могучей воли. Она не думала об опасности, о смерти лишь долг перед Родиной, забота о своем народе доминировала в сознании. Хотя брызги от стрел напоминали цунами, она не пряталась за башни и мощные укрытия, наоборот она носилась по стенам, выискивая самые опасные участки. Несколько стрел попало ей в корпус, одна едва не пробила лоб, Пантера не чувствовала боли, девушка носилась с места на место, колола, разила, рубали, метала ногами булыжники, палила иглами из многоствольной трубки. Ее видели всюду, где заваривалась самая жаркая каша, она вдохновляла весь город - как кровь одушевляет тело, и, тем не менее, татары продолжали теснить урусов. Чародейка Керинкей-Задан поднялась в воздух. Она не торопилась атаковать уруские ряды, вместо этого она сорвала с себя несколько черепков и бросила их на сугроб. На месте падения возникло сияние, повалил густой дым и в туже минуту возник ужасающий силуэт. Громадное как динозавр чудовище напоминало смесь двенадцатиногого паука и трехголового крокодила, серо-зеленая шерстка шевелилась кобрами. Перебирая лапами, монстр рванул к стене. Его туша бесцеремонно давила монгольских всадников, там, где прошло стотонное тело, осталась тропинка из трупов. С диким воем чудовище взлетело на стену, опрокидывая уруских защитников. Пантера рванула, на встречу, но ее удар оказался малоэффективным. Легендарный меч Алеши Поповича со звоном отлетел от бронированной туши. Монстр испустил такой страшный рык, что согнулся крест на золоченом куполе церкви. Часть нукеров попыталась проскользнуть в заделанную брешь.

  -Лео где ты! Проклятый дезертир, тебя никогда не бывает вовремя!

  -А, по-моему, я в самый раз!

  Движения Леопардова как всегда стремительны. Взмах новейшим трофейным мечом, одна из голов брызнув сиреневой жидкостью, отлетела за стену, на лету сбив пятерых нукеров. Чудовище полыхнуло огнем, но следующий выпад отсек вторую голову. Из рассеченной шеи полился водопад зеленовато-лимонной крови. Монстр попятился, и попытался не уклюже развернуться, как очередной удар заставил отскочить третью пасть. Громадные челюсти упали в густую толпу монголов, судорожно дергаясь и перемалывая неудачливых татар десятками. На сей раз кровь, что била из шеи, была почти нормальной ало-оранжевой и очень жгучей.

  Леопардов обтер жидкость, щека покрылась пятнами от ожогов.

  -Потом мы отправим его на анализ. Определим, из чего сделана эта тварь.

  Пантера фыркнула.

  -Магия вряд ли поддастся анализу. Давай лучше сыграем в игру, кто больше убьет нукеров.

  -С удовольствием!

  Разговаривая Леопардов, не прекращал рубить монгольские головы. Его присутствие предало новые силы и мужество защитникам. Леопардов нацепил второй меч кольцом на ногу, подобная тактика оказалась весьма эффективной. На месте культи был приделан четырехгранный крюк. Каждый мульти-клон стоил не меньше отборного тумена, словно десять тысяч витязей слилось в одно тело. Даже сражаясь из-за всех сил, будучи с головой захлестнутыми невероятной борьбой, они не теряли самообладания и осмотрительности. Чародейка Керинкей-Задан трусливо держалась на дистанции. Вдвоем Леопардов и Пантера всегда успевали, где была опасность или грозил прорыв, они мгновенно отражали ее. Так продолжалось пока не стемнело, даже после это продолжался штурм, вся стена была густо завалена трупами. К концу битвы отрубленная кисть уже отросла, и мельница стала молоть еще шибче. Клоны на ходу подкрепляли себя обломками дерева, а Пантера с удовольствием жевала длиннейшие стрелы.

  -Попробуй наконечники Лео. Они полезны в них много железа!

  -Я предпочитаю алмазные, алмазы не ржавеют!

  К ночи атаки приостановились, неприятель забил отбой. Когда последний монгол покинул, ставшую грязно-пурпурной от крови стену, Леопардов швырнул в вдогонку бомбошку, взрыв разметал потрепанные ордынские ряды.

  -Я выиграл. У меня на пятьдесят три трупа больше!

  -Тогда получи поцелуй в награду!

  Пантера впилась губами, Леопардов ответил, казалось, что слилось два розовых бутона.

  -Какой у тебя сладкий язык!

  Пошептал Леопардов.

  -А твои уста мед! Люди не такие вкусные!

  Промурлыкала в ответ Пантера.

   Первая волна штурма была отбита, значит, пора на вылазку. Мульти-клоны с силой ядерного взрыва оторвались друг от друга - ядро крепко держит, зато отлетает с убойной силой.

  . ГЛАВА Љ 7

  Мульти-клоны приняли решение не давать монголам покоя ни днем, ни ночью. Однако утомленные защитники не разделяли столь ярого боевого энтузиазма. Вылазка оказалась относительно короткой, удалось лишь слегка пощипать вражеские ряды. Даже железные Турган и Полкан взмолились.

  -Мы люди и нам надо отдыхать. Если мы не поспим хотя бы пару часов, то во время завтрашнего штурма от нас будет мало толку.

  -У людей полностью отсутствует силовая выносливость.

  Пантера вытерла об сугроб окровавленный меч.

  -Что ты думаешь Лео? Какова дальнейшая стратегия врага?

  -Война переходит в стадию битв на истощение. Здесь преимущество переходит к более многочисленному противнику. Сколько их перебили, а они все лезут и прут бесконечным потоком.

  -Если бы мы воевали только с монголами, а так считай вся Азия на коне.

  Вставил тысячник Олежный. В ходе последней вылазки юноша получил серьезное ранение в плечо, но продолжал сражаться. Пантера ласково поцеловала в парня в бледную пока еще лишенную растительности щеку.

  -И не только Азия. Вот посмотри, что я сняла с трупа, а еще говорят креста на них нет.

  Пантера показала внушительный золотой с изумрудами крест.

  -Это был немецкий барон фон Клюге. И как он сюда забрался? Господь лишь ведает.

  -А может быть дьявол. Такие рыцари как он лишь оскверняют имя Божье.

  Вновь добавил от себя Олежный.

  -Антимонии и дискуссии оставим на потом, а пока всем спать.

  Мульти-клоны Пантера и Леопардов в отличие от людей почти не нуждаются во сне. По эту они медленно прохаживались вдоль стен, внимательно присматривая за часовыми. Под утро сон у солдат наиболее крепок, следовательно, всегда можно ожидать какой либо гадости. Было тихо, лишь вдали по земле растеклась россыпь рубиново-топазовых огней. Внезапно налетел порыв ветра, и перед ними появилось странное полупрозрачное чудовище. Шестикрылый синий переливающийся сапфирами монстр с гребнем петуха и орлиным клювом завис перед ними. Мульти-клоны сразу же бросились в бой, их мечи вонзились в мерцающее тело и тут же отлетели назад.

  -Какие вы еще дикие. Стоит появиться чуду, как вы бросаетесь с оружием.

  Леопардов получил серьезный ожог, да и Пантеру слегка оцарапало.

  -А зачет ты сюда прилетел! Драться?!

  -Мне с вами сражаться, что давить клопов. На это есть колдуны и шаманы.

  Пантера вновь попыталась допрыгнуть, но ее кладенец лишь отфутболили невидимые барьеры защитной магии. Леопардов попробовал повторить попытку, но даже заговоренный меч ниндзя оказался бессильным.

  -Зря вы пытаетесь бедные дети - вам не порвать дивной магии сети! Это не плоть человека рубить - лучше о деле пора говорить.

  -И каково предложенье, хочет нам дать онгонон! Если войны разрешенье, можно начать разговор!

  Шестикрылый петух, отдаленно напоминающий грифона. Выпустил язычок рыжего пламени.

  -Предложение исходит от нашего верховного бога Сульдэ. Вы оставите ряды русских войск, при этом сломав все собранные вами машины смерти. Затем расформируете Белую Армию. Тогда монголы покорят все земли, а Бату-хан сделает вас самыми великими полководцами.

  -Это напоминает предложение самим засунуть голову в гильотину, если вы вызнаете что такое гильотина.

  Онгонон завис как летучий змей над ледяным валом, его голос стал заметно ниже.

  -Если вы имеете в виду изобретение доктора Гильена, времен несуществующей французской революции, то лишь сегмент нереализованных возможностей - этого будущего уже не никогда не будет. Ваша память теперь бесполезна - история пишется заново. Кем вам быть, не Бату-хану это решать. Все ханы, каганы, султаны лишь жалкие марионетки в руках высших сил. Каганы смертные и когда Батый умрет...

  -То трон вселенского владыки будет передан нам!

  Перебил звучным голосом Леопардов.

  Онгонон разразился смесью хрюканья и какуреканья.

  -А вы молодцы ловите на лету. А почему бы и нет, вы не люди и не боги, можете играть роль идеальных посредников.

  -Или марионеток?

  Вступила в разговор Пантера.

  -Зачем так грубо. Конечно, вы будете выполнять и наши требования, приносить жертвы оказывать знаки поклонения, но зато миллионы людей их жизнь, смерть и все имущество - всецело перейдут под вашу власть.

  -А жизнь русской нации, Батый отведет войска?

  Онгонон вновь изошелся ужасными звуками.

  -Нет, разумеется, нет богам войны, нужны кровавые жертвы, войны должны бушевать всегда, война нужна как воздух. Все непокорные урусы будут уничтожены.

  Мульти-клоны перемигнулись.

  -А больше вас к нам нет условий?

  В туже секунду на бархатно-черном горизонте возникло блистающее золотом шестикрылое чудовище - его голова пасть разьяреного тигра издавала оглушающий рык.

  -И главное наше условие перестаньте делать машины и обучать людей, нагружая не нужным и глупым знанием.

  -Вы хотите остановить прогресс?

  -Да! И еще раз да! Иначе жалкие людишки покинут ранее отведенную им нишу!

  Как громко они орут, удивительно что город не проснулся. Леопардов и Пантера взялись за руки.

  Кто света знаний не имеет

  Ущербен и духовно слаб!

  Кошмарный демон им владеет

  Не человек он - жалкий раб!

  Но жарким солнцем мы запалим

  Разум, и закипит ученых мысль!

  Пусть не терзается в печали

  Людской род устремиться ввысь!

  Дружно продекламировали витязи-клоны.

  -Раз вы до сих пор не смогли одолеть нас, то за нами стоят силы не слабее вашего бога Сульдэ. И мы продолжим борьбу пока не выметем всю черную адскую нечисть из нашей территории.

  Онгононы сверкнули, их цвет приобрел кровавый оттенок.

  -Мы могли бы вас испепелить на месте, и лишь желание продлить удовольствие, наблюдая вашу агонию, останавливает нас, удерживая от немедленно аннигиляции.

  Мульти-клоны выхватил мечи, вращая пропеллером над головой.

  -Что же мы еще побарахтаемся, и будем барахтаться, так что ваши боги миллион раз перевернуться в гробу. Но никогда, ни за что мы предадим народ русский!

  -Тогда слушайте похоронную песню войны. Наш бог в ближайшие дни соберет щедрую жатву!

  Послышался противнейший писк, громадные демоны раскалились, исчезнув в свинцовых тучах.

  Пантера презрительно плюнула вдогонку, плевок застыл на ледяном валу.

  -Надо узнать способ как убивать онгононов. Они правы, Батыга лишь инструмент в руках злых духов.

  -Для этого нам надо отправиться в сказку, а пока мы должны напрячь все наши силы, отражая натиск материального противника.

  Мульти-клоны продолжили обход укрепленных позиций.

  

  Штурмы возобновились с новой силой. На сей раз, монголы решили вести их беспрерывно - днем и ночью. Сутки за сутками продолжались изматывающие атаки. Рязанцы упорно стояли на своих местах, сдерживая многократно превосходящие силы. Но ряды защитников постепенно уменьшались, и некому было заменить павших. Женщины становились на место мужчин, малые дети заменяли своих родителей, гибнувших от стрел, мечей и копий. Монголы несли огромные потери, но бросали на приступ все новые и новые отряды. Помимо людей чародейка Керинкей-Задан мобилизовала на штурм огромные полки нечисти. Десятки тысяч упырей, вурдалаков и прочей мерзкой нежити, с не человечьим остервенением лезли на ледяные валы. Бойцы Белой армии с осеребренными клинками и разуметься сами мульти-клоны прекрасно справлялись с неисчислимыми стаями адских монстров, а вот простые ополченцы несли ощутимые потери.

  Раны, причиненные потусторонними чудовищами, были ужасны, откушенные конечности гнили и разлагались. Помимо прочего ночные приступы сильно выматывали людей, позволяя отдыхать незанятым монголам. Отдохнув за ночь днем они упорно перли на штурм, рассчитывая на скорую поживу: кто первый ворвется, будет грабить то что захочет.

  И Дикорос, Ваула, Кудряш помогали друг другу, особенно хорош был волхв - заклинания против нечистой силы. Распуганные колдовством упыри разбегались по лесам, некоторые даже кидались на татар. А вот в бою с людьми более эффективным был Дуб-Ваула, его удары сшибали сразу по несколько человек, а двойную кольчугу не брали монгольские стрелы. Во время коротких затиший воины ложились тут же на земле и засыпали, мгновенно сунув под чело руку.

  Монголы несколько раз пытались подтянуть к воротам камнеметные машины. Мульти-клоны как правило сжигали их. Тогда под магическим прикрытием к вратам подползли два тарана - большие бревна со стальными наконечниками, подвешенные на прочных подставах. Работающие возле пороков нукеры, по привычке прятались за тяжелые кожаные щиты, они с усилием раскачивали бревна, со страшной силой ударяя стальным наконечникам в центральные ворота. Обшитые железом дубовые доски трещали, отлетали куски и щепы. Кипяток, горящая смола, огнеметные струи отлетали от чародейской защиты.

  В ярости Леопардов не обращая внимания на ураганный ливень тяжелых и легких стрел, всаживал свой меч в светло-фиолетовый кокон, облепивший таран. Видимо удары мульти-клона отнимали массу магической энергии.

  -Пантера помоги ему, мы сейчас сломаем эту машину.

  Удары двух сверхчеловеков и трех легендарных мечей поглотили почти всю энергию. Посему Дикорос хоть и с огромным трудом сумел снять волшебное прикрытие. Мульти-клоны с радостью перебили весь обслуживающий персонал таранов. Тысячи нукеров набросились на них, но Леопардов с Пантерой прошли по их трупам, аккуратно отступив к стенам. Тогда сама чародейка Керинкей-Задан поднялась в воздух и принялась метать в ворота жгучие рукотворные бревна из целого каскада пульсаров. Мульти-клоны с помощью мечей отбивали все огненные подарки, а Леопардов сумел запустить меч великого японского императора, попав в защиту. Прозрачный пузырь вокруг колдуньи заискрил, но вместо отступления шаманка, испустила целый огненный смерч. Мульти-клонов изрядно подпалило, кимоно почти полностью сгорело, а ворота с шумом раскололись, железо расплавилось, а бревна истлели.

  С криками торжества ворвались в ворота монголы, сотни коней со всего замаха врезались в толстую каменную стену, наглухо закрывшую проход. Ее сложили по приказу дальновидных мульти-клонов, женщины, дети все кто мог двигаться, принимали участие в закладке.

  Шаманка похоже израсходовала слишком много колдовской энергии и временно прекратила атаки.

  Полчища нукеров несли все возрастающие потери, однако их натиск не ослабевал. Они все добавляли и добавляли лестниц. Снова посылали отчаянных воинов, стараясь сломить упорство рязанцев и Белой Армии.

  Защитники города видели, что их силы слабеют, на десятый день штурмов закончилась топливо для огнеметов. Две паровые катапульты, хотя и были сработаны на совесть, также поломались, не выдержав подобной интенсивности боев и контратакующих обстрелов. Воины смертельно вымотались, росло количество убитых и раненых. Был ранен в ногу тысячник Марк Соколич, рану плотно перемотали, но каждый шаг давался с болью. Горше всего, что прямо на его глазах умирал его близкий друг давний спарринг-партнер Вадим Суриков. Бедного мальчика поразило полутора аршинной стрелой, причем смазанной змеиным ядом. Он умирал очень мучительно, лицо двенадцатилетнего парнишки посинело, из-за рта текла кровавая пена.

  -Дай льда! Мои губы в огне. - Стонал несчастный ребенок.

  Соколич положил лед, на губы и раны, но это давало лишь временное облегчение.

  -Добей меня, я больше не могу!

  Это мужественный парень ни когда не плакал, он почти не уступал Марку в драке и в ратном деле. И хотя они и не щадили друг друга в спаррингах, всегда дружили и были назваными побратимами.

  -Пантера! Умоляю, спаси его.

  Только что наступило затишье, и белоснежная фигура зависла над ними. Одного взгляда было достаточно, что бы понять - дело Сурикова безнадежно.

  -Я не Бог и не богиня! Если бы могла, помогла. Единственное смотри, раз, два, три!

  Пантера легонько сдавила пальчиками нерв на шее.

  -Теперь он не чувствует боли. Через пол часа он умрет, но вы пока лихо - тихо, можете поговорить.

  -Значит я свое откукарекал.

  Чистым голосом, в котором уже не было боли, прошептал Вадим.

  -Ну, зачем говорить так грубо. Ты человек, а не петух, у всех людей есть то чего нельзя убить - бессмертная душа. Ты полетишь в рай и станешь подобным ангелу. И ты не плач Марк, на том свете лучше, чем на земле. Рано или поздно мы все попадем туда - я верю что Всевышний не забудет нас, мы все рано или поздно обретем вечную гармонию и счастье. И настанет царствие Божье - царство света и справедливости и люди уже не будут более убивать, и умирать - зло исчезнет навсегда!

  Снежная Амазонка наложила на себя крестное знамение.

  -Я верю тебе Пантера! И услышав глас Сына Божьего, воскреснут все мертвые!

  Обрадованным тоном произнес смертельно раненный мальчик.

  -Аминь! Уйди в новый лучший свет с добром, миром и благодатью!

  Ребенок умирал, но личико светилось радостью, слезы у Марка высохли.

  -Я отомщу за тебя мой друг, и как сказал Господь - кто обнажит меч тот от меча и погибнет.

  Когда последний вздох мальчишки отлетел, Пантера на прощанье поцеловала похолодевший лобик. Трудно поверить, что она такая добрая и кроткая спустя одну минуту с тигриной яростью обрушиться на захватчиков монголов.

  А битва тем временем вспыхнула с новой силой, смерть продолжала собирать обильную жатву.

  Двадцать пятого декабря вдова князя рязанского - "его тело было найдено в подвале, желтый змей перерубил князя пополам", Агриппина горько рыдала. Затем она с молодыми снохами и ближними боярынями сошлись в соборной церкви. Они решили встретить здесь неминуемую гибель. Их окружили многие рязанские женщины. Епископ и священники пели молитвы, утешая заплаканных девушек.

  -Все из вас кто примет мученическую смерть из рук мугланов устремятся в рай. На встречу с Небесным Царем, там вы опять сойдетесь со своими мужьями.

  Крепкий, несмотря на ранения звонарь, продолжал раскачивать язык большого колокола. Могучий звон говорил, что Русь не сдается. Что русские люди скорее полягут костями, чем сдадут хоть пядь дедовской земли. Подходил к концу одиннадцатый день осады, а татары продолжали топтаться под стенами.

  Ночь выдалась на редкость напряженной. Могучие вурдалаки, более хрупкие и верткие упыри, черные вороны с медными клювами лезли в атаку. Затем в бой пошли монголы, они несли связки горящих факелов. Казалось тысячи вулканов, испустили лаву, огоньки обступали со всех сторон. Сотни тысяч стрел продолжали сыпаться сверху время, от времени находя все новые жертвы. Вот пал пробитый пятью стрелами Ваня, тот самый, что слишком рьяно раскачивал колокол во время недавнего вече. Его отец Артемид бросился бившемуся в конвульсии телу сына. Крупный мальчик был уже мертвый. Тогда он в бешеной ярости рухнул с мечом вниз, скользя по лестнице сбивая нукеров, пока сам не был пробит всех сторон копьями. Приближался рассвет, злая волшебница Керинкей-Задан и князь Глеб устроили дополнительное бомбометание. Огненные перья посыпались на город, зажигая те строения, что не были покрыты асбестом, а также обжигая как защитников, так и нападавших татар.

  К утру в бой вступили свежие силы, наступал двенадцатый день генерального штурма, монголы постепенно одолевали. Солнечные лучи растворялись в облаках, придавая им зловещий багровый оттенок. Поредевшие отряды защитников уже не могли удерживать весь периметр стены. Вот один из монгольских отрядов истекая кровью, перевалил через стену, девятихвостое знамя было водружено на башне. Хотя Леопардов и сумел отчаянным броском очистить строение, дикий радостный вой уже обуял все войско. Вот уже сразу в трех местах татары оседлали стены. Белая армия также несла все возрастающие потери. А огненные осадки, слепили глаза. Часть монголов, уже проникла на улицы, они врывались в дома, рубили в капусту всех и старых и малых, никому не давая пощады. Защитники продолжали упорно сражаться за каждый дом и даже отдельные комнаты, но было ясно, что истекают последние часы обороны.

  -Мы должны вывести женщин, детей и самых обученных воинов.

  В голосе Пантеры ощущалась боль.

  -Я с тобой согласен. Наши отроки-разведчики спустились в туннель, заваленный монгольскими трупами. Выход никто не охраняет, враг бросил на штурм все силы. Есть еще один коридор резервный, но вот как возле него монголы устроили засаду.

  -А газ?

  -Ну, ты сама знаешь Пантера, упрошенная модель токсина Урания быстро распадается. На всякий случай можно надеть марлевые повязки с углем.

  Пантера вновь рубанула, они разговаривали в ультразвуковом диапазоне, не на мгновение не прерывая схватку.

  -Тогда приступим к плану эластичной эвакуации.

  Применяя различные сюрпризы, в том числе и "бомбошки", мульти-клоны стянули часть войск и мирного населения к каменному зданию, где располагался подземный ход. Леопардов, продолжая истреблять мохнатую саранчу, прорубился к переполненной церкви. Взобравшись на паперть, он пронзительным гласом обратился к молящимся.

  -Слушайте меня внимательно милые женщины. Вот-вот мунгалы ворвутся сюда, бегите к зеленому дому, что рядом с детинцем. Только так вы можете спасти свои жизни.

  -После гибели мужа, и двух сыновей я не хочу больше жить!

  Достойно промолвила Агриппина.

  -Я остаюсь здесь.

  -И я тоже!

  Молвил епископ.

  -И мы остаемся, заголосили многочисленные женщины.

  Леопардов сделал мечами тройную мельницу, неуловимым движением разрубил вдоль стержня дюжину свечей.

  -Так нельзя! Если вы все погибнете, то кто родит новых детей, богатырей способных избавить русскую землю от монголов и отомстить за смерть отцов. Кто не опустил голову и руки кто готов и дальше служить Родине! Тот последует за мной ради победы земли Русской!

  Практически все молодые женщины бегом устремились за отважным мульти-клоном, остались лишь старухи, и княгиня Агриппина. Турган, Полкан, Марк Соколич, Семен Залихватский, Игорь Олежный и многие другие белые ратники рубились как богатыри, и все же вынуждены были постепенно отходить назад, многие из них слабели от ран и порезов. Зловредная колдунья Задан, продолжала изощренную бомбардировку, ее заряды стали действовать куда более выборочно, с самонаводящейся точностью.

  Спустя час орды монголов разобьют церковные двери. Ворвутся в храм и, изрубив женщин и священников, подожгут здание. Участь тех, кто не успел бежать, ужасна, озверевшие от потерь и крови нукеры бросали в огонь маленьких детей, даже младенцев вырывая из рук матерей. Затем обезумевших от горя тут же насиловали, после чего распарывали животы, в поисках проглоченных алмазов и прочих ценностей. Монголы старались причинить как можно больше боли защитникам. Они раздевали на виду своих врагов попавших в плен соседок и землячек, гоняли их от одного к другому, завязывая подолы у них над головами и оставляя бродить, как слепых щенят, то, стегая прутьями, то похотливо лапая за интимные места. Весь день прошел в кровавой мясорубке, а когда ночь раскинула тяжелое покрывало, в спаленной дотла Рязани остались только пирующие монголы. Пантера отводила остатки Белой армии, а Леопардов притаился между развалинами, вокруг все горело. Вспомнились слова летописца

   -"Некому было стонать и плакать, некому скорбеть о погибших. Родителям о детях, детям о родителях, братьям о братьях - все вместе лежали мертвыми" -

  Так написано в древней летописи, теперь это видно воочию.

  -Ты знаешь! Крикнул он в вдогонку Пантере. - Порой мне кажется, как мы глупы, стараемся бесполезно спорить с колесом истории.

  -Это был наш первый по настоящему крупный город, а как говорят на Руси первый блин всегда комом.

  Голос Пантер не выражал растерянности и боли.

  -Это наша Брестская крепость! Пружина войны лишь начинает раскручиваться!

  В гневе Леопардов вновь закружил свой смертоносный танец.

  Волхв Савелий в тот день попал в окружение. На соседних участках уже прорвались, "мунгалы", а их осталось всего несколько человек. Со всех сторон ползли десятки лестниц, по ним ядовитой слизью тащились тысячи боевиков. Волхв рубил, кидал камни, даже пытался долбануть огоньком, но все было бесполезно, лестницы подымались и права и слева. Несколько стрел попало в лицо мужику Дуб-Ваула. Покачнувший великан полетел вниз, сбив сразу сотню нукеров.

  -Это конец - прошептал Дикорос.

  Лихарь Кудряш дернул за рукав

  -Еще нет, давай нырнем под трупы и притворимся мертвыми, а затем когда стемнеет, переоденемся в татарское платье и покинем город.

  -А если нам вскроют живот?

  -А ты прямо сейчас переоденься, под убитых нечистых.

  Савелий и Лихарь с отвращением натянули на себя монгольское платье, сделали вид что погибли. Часть Рязанцев, отбиваясь от татар, теснилась к выступу от стены, нависшей над рекой. Затем они скользили по ледяным накатам и падали в реку в том месте, где был проломлен лед. У кого хватало силы, тот переплывал реку и бежал в сторону леса.

  Монголы спешили поскорее начать грабеж и не преследовали убегавших "Далеко не уйдут, все равно наши будут, разрежем их спины на крепкие ремни".

  Волхв Савелий Дикорос и палач Лихарь Кудряш поднялись, лежать на снегу было холодно, и смешались с толпой нападавших татар. Время, от времени пользуясь суматохой, они точными ударами закалывали отбившихся нукеров.

  -Смотри Савелий, уже успели разжиться.

  Кудряш показал золотой в камушках браслет, вытащенный у монгола.

  -Успели, тебе заплечных дел мастер все хихоньки и хахоньки посмотри лучше, что в граде делается!

  Вновь забравшись на ледяной скат, они в последний раз окинули взором Рязань, уже стемнело. В вихре пламени и дыма особо выделялись колокольни горевших церквей. Победители выли и кричали, среди них было не мало вызванных шаманкой упырей и вурдалаков. Их прерывал лишь равномерный одинокий звон набатного колокола, тяжело раненый звонарь не желал отпускать язык.

  -Это воля! Наша русская воля к победе! Мы никогда не смиримся!

  Лихарь Кудряш сжал увесистые кулаки, погрозив в сторону ставших багровыми стен.

  Внезапно звук колокола прервался, словно чей-то ржавый клинок перерезал струны певшей о свободе серебряной лиры. Потерявший человеческий облик нукер зарезал звонаря, умирая, витязь прошептал.

  -Подымись русский род на защиту...

  Последние слова вышли легким вздохом, тут же осев инеем.

  . ГЛАВА Љ 8

  Ночью на горящий город повались густой снег, к утру пожар полностью угас. Рязань напоминала страшно изуродованную мумию, своего рода кладбище растерзанных людей присыпанное серебристым в жемчужной парче покрывалом.

  Бату-хан пожелал проехать через уже третий по счету покоренный, вернее разрушенный им стольный город. Гонцы поскакали к ближайшим отрядам "непобедимых", с приказом: выстроить к восходу солнца величественное каре против разрушенных Рязанских ворот.

  Монгольские отряды растянулись неровной волнующейся линией вдоль берега замершей Оки. Лихие сотни построились в десять рядов. Перед каждой полусотней, с золоченым девятихвостым копьем гарцевал, лихо разукрашенный багатур.

  Каждую сотню возглавлял роскошно одетый джагун - или сотник. Позади отбивали лихой драйв барабанщики с котлами обтянутыми кожей, трубач с рожком на перевязи через плечо и щитобоец с круглым медным горном. Впереди стояли отборные сотни, на место выбивших бойцов поставили новых самых лучших нукеров. Остальные сотни заметно поредели, во многих десятках осталось по пять-шесть человек. Не мало было и раненых - некоторые из них неумело перевязанные и истекающие кровью едва держались на ногах, другие застывали в муках. Вдоль реки, на скатах городских валов и на дороге, между домами валялись трупы, много было также следов от бледного пепла оставшегося от пораженных упырей и вурдалаков. Человеческие тела, многие ободранные и раздетые лежали вперемешку и отдельно, большинство были страшно изуродованы. Рядом с ними носились серые вороны и крикливые галки.

  Лучшая тысяча "непобедимых" из личной охраны Батыя выстроила в подобие полумесяца вдоль реки. Кони застоялись и тянули повод. Вдали звонко протрубил боевой рожок. Другие рожки повторили сигнал. Джагун первой сотник проревел.

  -Внимание и повиновение!

  -Внимание и повиновение! - повторили за ним сотники и десятники. Воины выпрямились, подобрали поводья. Тысяча замерла струной в напряженном ожидании.

  Из посада со стройной сильно поврежденной не смотря на асбестовое покрытие в пожаре церкви, выехала группа всадников. Впереди скакали трое, средний всадник держал белое пятиугольное знамя с девятью широкими развевающимися лентами. Под золотой маковкой копья висел рыжий хвост жеребца, на котором ездил сам Чингиз-хан. На знамени был вышит золотыми нитками кречет, державший в когтях ворона.

  Позади ехал громила с бритой открытой не смотря на мороз головой. Он вез воткнутую на копье голову рязанского воеводы Вадима Давыдыча Корфы. Глаза у воеводы были открыты, на строгом застывшем, на морозе лице читалась тревога, ветер развевал седую бороду и серебряные кудри. Далее все ратники содрогнулись.

  Исполинский вдвое больше слона огненно-рыжий конь проскакал неспешной, но этого еще более страшной рысью. От ударов его копыт тряслась земля, поднимался снег, сотрясались и обваливались остатки домов. На коне не было ни седла, не уздечки он напоминал живой пожар, а его ржание рев целой львиной стаи. Все монголы тряслись от страха, низко кланялись. Считалось, что на нем невидимо ездит сам бог войны всемогущий Сульдэ, любящий монголов и дарующий им победу. Громадный скакун подскочил к куче трупов, и начал жевать припорошенные снегом тела, сгрызая и кожу и кости.

  Испуганный ропот пробежал по ордынским рядам.

  -Бог войны голоден и не доволен нами!

  -Наоборот - шептали другие. Он доволен тем что перебили так много урусов.

  Два скорохода в белых кафтанах, кипенных замшевых сапогах и высоких молочных шаманских колпаках вели под узды ослепительной красоты белого жеребца с черными горящими глазами. Красочный конь изгибал шею, тряс белоснежной с вплетенными драгоценностями гривой. Алмазы, топазы, рубины, сапфиры, изумруды переливались на зимнем солнце. Бархатная попона была покрыта золотыми в виде лилий, сапфировыми в виде васильков, рубиновыми в виде роз, изумрудными в виде виноградин, алмазными в виде снежинок узорами. Черные копыта кованы золотом и обрамлены самоцветами. Этот сказочный конь напоминал новогоднюю игрушку, по преданию на таком скакуне невидимо ехала любимая девушка великого бога Сульдэ! Ранее на этом коне скакал сам Бату-хан.

  Вот и он сам на вороном подаренном убиенным рязанским князем коне. Жеребец также восхитителен, с белыми до колен ногами и с яркой украшенной крупным бриллиантом звездочкой на лбу. Джихангир был в серебристой, переливающейся в солнечных лучах кольчуге и в золотом шлеме Александра Македонского, с пышными перьями на верху. На коне был серебряная с золотыми бляхами сбруя, черпак расшитый золотом, все было захваченное трофейное. По случаю взятия Рязани Батый шествовал в стольный город так - как обычно в него въезжают уруские князья.

  За джихангиром на разукрашенных жеребцах ехали монгольские ханы. Среди них выделял толстый и сутулый Субудай-Багатур на саврасом коротконогом иноходце в самой простой ременной сбруе. Сбоку от них на бирюзово-розовом облаке парила страшная чародейка Керинкей-Задан. Ее высокий колпак выступала торчком, здоровенные клыки торчали из-за рта, представляя жуткое зрелище.

  Бату-хан проехал вдоль линии войск. Татары и монголы кричали "Уррагх!" Им вторили кипчаки "Яшасынь!"

  Джихангир повернул обратно. Сотня "непобедимых" отделилась и последовала за ним. Бату-хан со своей свитой переехал реку, где на льдинах чернели промоины и многочисленные человеческие трупы. Входные ворота были расчищены, так как пленных было очень мало, в основном работали нукеры.

  -Это твой недосмотр Субудай. В следующий раз пусть побольше захватывают пленных все равно они смертники.

  Одноглазый барс не стал спорить, лишь кивнул в знак согласия.

  Многие из деревянных домов так и не догорели, нукеры и любопытством счищали беловатый асбестовый порошок. Отдельные толстые бревна продолжали чадить. Пахло паленым мясом, из тлеющих пожарищ стекали грязные ручейки.

  -Нет ничего приятнее, видеть враждебный город в развалинах!

  Проорал Бату-хан, взобравшись на каменное возвышение, где обычно перед народом выступал князь. Почерневший от дыма "глас народа" рухнул в низ, перекладины сгорели. Колокол-вечник словно разбитый бокал лежал на закоптевшем снегу. То зрелище что открылось перед глазами монгольского владыки, было мрачным для любого нормального человека. На середине площади спешно складывались срубленные стволы деревьев, доски, колеса, сани и остатки бревен. На эту груду правильными рядами складывали мертвых воины Бату-хана. Почти все войско занималось этим. Тут были коренные монголы, и половцы-кипчаки, кара-китаи, арабы, персы, множество степных народностей которых в будущем нарекут татарами. На примерный "прикид" их пало больше ста тысяч! А кто будет считаться с потерями, с горем, постигшим их роды. Кто скажет, что будет с юртами, где целыми днями заплаканные глаза смотрят на запад, ожидая возращения сына, отца, брата, обещавшего вернуться с конями и верблюдами, нагруженными богатой добычей? А вместо этого придет страшная весть о гибели кормильца.

  Безмолвные, со страшными ранами, с застывшими лицами, искаженным страданием, лежали они на спине, многие друг на друге, уставив открытые глаза в чужое холодное небо.

  Шумливые спутники джихангира затихли при виде павших своих недавних товарищей, тут было немало и тысячников и даже темников.

  -Возрадуйтесь! - прохрипел противный голос клыкастой шаманки.

  -Они навсегда ушли в лучший неведомый небесный мир, где за облаками призрачными тенями собираются в неисчислимую орду Священного Воителя! Величайший из величайших доволен, у него будет щедрое пополнение.

  Мертвые воины, казалось, встрепенулись, все они были в пристойных одеждах, некоторые из числа рыцарей наемников даже в роскошных в серебре с золотом латах, дорогих и тяжелых доспехах. Никто не осмелился снять с них ценные вещи: воин должен явиться к тени Чингиз-хан в благообразном виде. У многих воинов на груди с верху положили самых выдающихся багатуров, стояла медная или деревянная чаша, наполненная зерном или кусками мяса. Воины уходили в царство сказок и песен со своим кривым мечом, привязным к застывшей ладони, тугим луком, надетым на шею.

  В наступившей тишине послышись жалобные стоны, несколько по ошибке принятых за мертвых нукеров пришло в себя.

  -Нельзя разбирать священный костер! Просвистел змеиный голос Керинкей-Задан.

  Бату-хан процедил сквозь зубы.

  -Начинайте!

  Керинкей-Задан перевернулась в воздухе, проверещала традиционным заунывным напевом.

  Нет участи прекрасней на Земле

  Чем яростно с врагами орды биться

  И пасть во славу господа Сульдэ

  Таким уделом надобно гордиться!

  Там в облаках алмазные дворцы

  Сверкают лучезарным дивным светом!

  Туда батыр ты соколом взлети

  Пари орлом над сломленной планетой!

  Загремели барабаны, затрубили рожки. Сто шаманов в белых одеждах, с медвежьими шкурами на плечах, издавая пронзительный рев, приплясывая и ударяя в бубны, прошлись вокруг огромного костра. Многие монголы, потерявшие в этой битве братьев, последовали за шаманами, подняв в правой руке самодельный факел. Китайские мастера с девяти сторон подожгли паклю, намоченную горючей жидкостью. Черный дым заклубился над костром и быстро пробежал по сухим бревнам и доскам. Пламя постепенно разгоралось, что бы помочь огню Керинкей-Задан плавно выпустила несколько огненных пульсаров - сияющих всеми цветами радуги. Костер охватил разложенные тела и желто-фиолетовыми языками взлетел к небу. Жар заметно усилился, монголы попятились от костра, но никто не смел, удалиться, без приказа джихангира.

  Неподвижный Батый прощался со своими боевыми товарищами. Громадный монгольский тысячник, приподнялся в вихре пламени и, повернув голову, махнул джихангиру рукой с привязанной саблей, согнув стан, словно откланиваясь повелителю.

  Воины прикрывая лицо ладонями, жадно вглядывались в огненные языки и клубы сизого дыма. Им казалось, что пурпурные языки пламени обращаются в призрачных скачущих всадников на коротконогих монгольских конях, которые в снопах ярких искр парят и взметаются вверх, улетая в загробный мир, в священное царство заоблачного правителя Чингиз-хана.

  Испепеляющее дыхание костра стало нестерпимым. Горящий смерч закружил по площади, небо лизнули брызги от головней и обломков.

  Бату-хан закрываясь рукавом, крикнул.

  -Спасибо! Благодарю вас воины Сульдэ!

  Опаленный конь рванул с места, за ним потеряв порядок, помчались монгольские всадники. Подожженная поминальным костром Рязань загорелась вторично. Целые сутки были видны вспышки огней и доносился удушливый запах паленого мяса и жира. Воины тревожно шептались.

  -Если при каждом штурме уруского города будет гибнуть столько воинов, то наша армия истает как снег в пустыне. Помилуйте боги, мы можем сгинуть в этих снегах, а бессмертные ледяные мангусы выпьют всю кровь.

  Надменный сотник прервал разговор.

  -Пейте лучше арзу и не думайте о завтрашнем дне!

  А у самого на душе скребут голодные львы.

  

  Бату-хан был хмур и грустен, в этот печальный момент к нему шаркающей походкой подскочил Арапша.

  -У меня для вас радостная весть повелитель.

  Джихангир перстом указал Арапше на ковер.

  -Для меня может быть только одна радостная весть: Леопардов и Пантера убиты или пойманы.

  -Почти о великий повелитель. Нам удалось поймать рязанского воеводу, не того убитого княжеского, а поставленного от Белой Армии.

  Батый сразу оживился.

  -Что? А ну ведите его сюда.

  Нукеры копьями подтолкнули, бледного юношу. Перед глазами джихангира предстал Игорь Олежный, пареньку едва исполнилось четырнадцать, однако благодаря высокому росту и массивным плечам можно было дать шестнадцать. Он был почти голый, под посиневшей кожей бугрились мышцы, из широкого плеча капала кровь, босые ноги покраснели от мороза, но стоял юноша прямо и смотрел без страха на властелина полумира.

  -Попалась птаха в наши сети, шакал засевший на цепи. Как он сражался Арапша?

  Громадный монгол ответил низким басом.

  -Он сражался как раненый вепрь зарубив дюжину могучих нукеров, прежде чем нам удалось его скрутить.

  -Дзе-дзе! Он великий батыр. Подымите ему голову.

  Нукеры рывком подняли бледное лицо, сверкнули окровавленные русые волосы. Толмач торопливо переводил.

  -Ты знаешь урус. я могу приказать тебя казнить, и ты это заслужил. Вместо этого я предлагаю, тебя стань моим нукером. Дам коня и саблю, если будешь верно мне служить сделаю тысячником.

  Игорь Олежный поднял глаза, в них сверкнула ненависть.

  -Не нужна мне бандитская милость - я Родиной не торгую.

  И плюнул в уродливую харю Бату-хана. Плевок не долетел, ядовитая игла с которую он спрятал за щеку зависла в магической защите.

  Джихангир рассвирепел.

  -На крест его. Распните в низ головой, пусть умирает медленно и мучительно.

  Монголы тут же заломили руки Олежному и поволокли юношу во двор. Там они спешно сложили крестом бревна, на них зверски выламывая конечности, разложили мальчика. Последовали страшные удары гвоздями в кисти и ноги. Юноша с трудом сдерживал стоны, раненное плечо выжигало кипящим маслом. Перевернув, они повесили Игоря в низ головой, а крест вбили в землю. Каждый удар при вбивании отдавался страшной болью, глаза закатились. Чародейка с наслаждением смотрела на то, как корчиться юнак. Когда его зафиксировали, Задан, вяло зевнула. Ее слог утратил опостылевшую рифму.

  -Я слишком устала, и все же два моих кречета будут охранять этого мангуса, заодно и проследят что бы он, не терял сознания, а помучился как можно дольше.

  Громадные птицы зависли над крестом, шестеро стражников также стали возле распятого, словно опасаясь побега.

  Леопардов продолжал внимательно наблюдать за монгольским лагерем, хотя ему было очень жаль Игоря, он не хотел преждевременно выдавать себя. Назначенный воевода продолжал висеть, кости в кистях скрипели от боли, любое движение терзало тело, ныли ожоги и раны. В дополнение ко всему было очень холодно, дул ледяной ветер, тело непроизвольно тряслось, вызывая ощущения того, словно в тебя впились тысячи раскаленных кинжалов, а в переполненной кровью голове звучали кавалькады тяжеленных колоколов. В довершение ко всем бедам два магических кречета принялись его клевать, нанося удары против сердца и печени. Каждое движение стальных клювов вызывало ожоги, ребра трескались от ударов, появлялись фиолетовые синяки. Леопардов с трудом себя сдерживал, он понимал, что если чуть-чуть промедлить то будет уже поздно, Игорь просто умрет. Когда, наконец, злая ведьма заснула, он совершил уже не однократно проделываемый трюк, переодевшись под темника, с виртуозным искусством изменив внешность.

  -Чего стоите джигиты! Все войско празднует победу, над урусами, а вы охраняете труп. А ну живо налейте кумысу и выпейте во славу бога Сульдэ.

  Продрогшие нукера, с радостно поспешили выполнить волю начальства. По предварительной договоренности с Пантерой было решено испортить монгольский праздник в месте с наиболее подготовленными воинами нанести визит "вежливости". Справиться с двумя магическими кречетами еще проще, метнул два легендарных меча, громадные каждая размерами в полслона туши рухнули в сугроб. С легкостью, выдернув из дуба тяжелые бронзовые гвозди Леопардов, освободил полумертвого Игоря, аккуратно завернув юношу в шубу. Теперь предстояло снять внешнее кольцо охраны. Для всех темников и тысячников наивысшим авторитетом был Субудай-Багатур. Его внешность подделать непросто - он толст и довольно высок. Но толщину можно доложит подушками, а сутулость скрадывает рост, а уже густой скрипучий бас Субудая и вовсе не проблема, нет такого зверя коего воя не смог сымитировать мульти-клон. Подобрав похожего саврасого коня, Леопардов легкой рысью пустился по шатрам. Сощурив грозную мину, мульти-клон закричал на темников отвечающих за караулы.

  -Почему ваши люди, не празднуют взятие Рязани и не поминают павших бойцов.

  Трое крепких темников - десяти тысячников робко оправдывалось. Меховые шапки тряслись, ханы непроизвольно прятали драгоценности.

  -О великий хан, ведь ты сам повелел, что бы наши часовые тщательно охраняли все подступы к ордынскому стану.

  Тут самое главное орать погромче, если спокойным тоном Субудай отдает приказ ломать хребет, то, на какое злодейство он способен в гневе.

  -Урусы полностью разбиты, рать белых мангусов испепелена нашей армией. Я повелеваю всем почтить память павших батыров и сладость победы. А вам приказываю - пейте больше крепленого кумысу, на радость богам!

  Никто не посмел возразить, первичное оцепление было снято. Теперь пьяные монголы должны попасть под удар, но есть еще магическое охранение, выставленное чародейкой Керинкей-Задан. В дополнение к летучим мышам и воронам она выставила сухопутную стражу - тоже крысы, только белые под цвет снега. Он подслушал как шаманка шептала заклинания и в ультразвуковом диапазоне передал информацию Пантере.

  Снежная Амазонка соскочила с дерева, снежные хлопья разлетелись в стороны. Бесцеремонным рывком она повернула медитирующего волхва.

  -Пора начинать магическую битву. Убрать мышиные своры.

  Дикорос встрепенулся, высунувшись из сугроба, на суровом лице волхва читалось сосредоточенность.

  -Успокойся Пантера, знай в ярости меру! Магия требует стойкого духа, иначе выйдет сухая мокруха!

  Самку мульти-клон оскалила крупные зубки.

  -В этот и состоит самый шик, замочить врага не пролив капли крови! Результат требует боли, стальных нервов и воли!

  Вместо ответа волхв сосредоточено бормотал заклинания, время, от времени листая толстую пергаментную книгу. Патера издевательски промурлыкала.

  -Что-то с памятью твоей стало, не мозги видать в башке - сало!

  Даже Марк Соколич счел нужным вмешаться, на фоне последних драматичных событий юмор Пантеры казался не уместным.

  -Не отвлекай его от поиска нужных заклинаний. Ведь от этого зависит жизнь верных тебе воинов.

  Снежной амазонке стало стыдно, она тихой сапой рванула к лагерю. Ее острый слух различал тревожное попискивание белых мышек, а обаяние сквозь сотни запахов чуяло сернистый аромат мохнатых тел. "Это не совсем обычные мыши интересно каковы они на вкус?"

  Волхв тем временем принялся читать заклинания, стремясь усыпить магический снежных мышек. Пантера тем временем продолжала обходить тщательно замаскированные ряды. Из Суздаля только что подошла свежая тысяча юных бойцов Белой Армии. В бочках было подвезено топливо для огнеметов. Не сговариваясь, мульти-клоны приняли решение продолжать прежнюю тактику, ночных вылазок, диверсий и ударов исподтишка. Пантера дрожит от нетерпения, сторожевые мышки и не думают успокаиваться.

  -Сразу видно, что ты человек. Тупое и несовершенное существо, не способное даже к магии.

  Дикорос ответил, сохраняя сдержанность.

  -Магия монгольской шаманки слишком сильна. Тут нужен тонкий подход.

  Пантера рывком вырвала книгу из рук колдуна и сорвала с пояса мешок с порошком.

  -Нет, нужна сила и скорость. Теперь я с не человечьей силой прочту все твои заклинания.

  Не обращая внимания на предостерегающие жесты, снежная Амазонка скороговоркой принялась читать магические тексты. Ее слова казались рокотом пулемета. Затем Пантера пустила тот же текст в обратном порядке, бегом рванув к молочным начавшим бесноваться мышам. С проворством дикой кошки она подхватила белую мышку и окунула в волшебный порошок, продолжая с запредельной скоростью извергать из себя заклинания. Последовала мощнейшая как мини-ядерный взрыв вспышка - Пантеру взрывной волной отшвырнуло на сто шагов, белая кожа покраснела от ожогов.

  -Накрылось тазом внезапное нападение!

  Весь монгольский лагерь пришел в движение, мало того даже рядовые воины смогли наблюдать чудо. Прямо из снега вырастали здоровенные пацуки, они на глазах краснели, разбухая в кошмарное подобие динозавров.

  Дикорос в страхе встрепенулся.

  -Что ты натворила девочка, это были сигнальные мыши, а теперь?

  -Атакующие крысы!

  Весело откликнулась Пантера, ожог прямо на глазах проходил, кожа обретала свой ослепительно ледяной вид.

  -Ты глуп волхв, я соображаю быстрее эффект неожиданный, но для нас благоприятный.

  -В чем?

  -Нам даже не придется нападать, мамонтовые крысы, сделают все за нас.

  И впрямь на гигантских пацуков обрушился густой рой монгольских стрел, в ответ они бросились на нукеров. Чудовищные челюсти перекусывали татар пополам, хвосты ломали хребты, лапы крушили кости. А так как крыс было несколько тысяч, последствия их нападения были ужасающими. Пантера почти сразу скомандовала белым воинам не вести огня и хранить не подвижность. Уровень доверия к командиру и дисциплина были весьма велики, ни одной стрелы или иглы не вылетело из белого стана. Снежная Амазонка громко запела, слегка подвывая

  -Идет атака на волков!

  Сотрем мы в пепел дураков!

  И заиграет меж костей

  Гитара лютой классной смерти

  И будет ждать лихих гостей

  И принесет крутых вестей

  И пропадет на счастье гей!

  Веселый ветер! Веселый ветер!

  После последних событий титановые нервишки мульти-клонов слегка расшатались - этим Объясняются несколько истеричные стишки. Тычок в бок вернул Пантеру к действительности. Рядом возник Леопардов, на плече у него лежало подобие истерзанного полу окоченевшего трупа.

  -Помоги мне волхв, у него уже трижды останавливалось сердце.

  Дикорос прищурился и мягко провел руками по искалеченному телу.

  -Ничего нельзя сделать, у него раны не совместимые с жизнью.

  Пантера искоса глянула, не смотря на страшные синяки и порезы лицо юноши было спокойным и красивым. Вся веселость разом исчезла. Снежная Амазонка вспомнила, как ставила ему технику, как играючи дралась с ним в спарринге. Как юноша по сути дела мальчик первый из тренеровачнной команды сумел поразить стрелой, сразу две летящие птицы.

  -Он был одним из лучших! И что не ужели конец?!

  -Его душа уйдет на небеса!

  Пантера разревелась как маленькая девчонка, а по сути дела по календарным человеческим годам она и была девочкой дошкольницей, с телом терминатора и умом суперкомпьютера.

  -Нет, он нужен мне здесь на земле!

  Ее атласные губы приникли к посиневшим губам Игоря, ее язык раздвинул начавшие покрываться инеем зубы и, проникнув в рот, соединился с его языком. Пантера вдохнула почти не неиспользованный воздух, а ее руки ритмично надавили на грудь. Не смотря на то, что ребра были сломаны, легкие наполнились воздухом и пришли в движение. Сердце забилось, сначала робко, а затем его удары стали сильнее и сильнее. Горячие слезы вытекли из глаз Пантеры и упали на щеки глаза полузамороженного отрока. Веки юноши дрогнули, помутневшие глаза раскрылись, сорвалось несколько едва слышных слов.

  -Это рай?! Ты Ангел!

  Глаза Пантеры сверкнули радостью, тело моментально нагрелось.

  -Это земля и я твоя фея.

  Снежную Амазонку переполнила чаша любви и чувство нежности. Оно налетело как ураган, и противиться ему не было сил. Леопардов это понял раньше всех.

  -Я ее укрою палаткой, и оставим их наедине!

  Волхв так все понял.

  -Он весь переломал, и такие нагрузки могут стоить ему жизни.

  -Ты ничего не понимаешь в нас мульти-клонах!

  Леопардов моментально накинул палатку, оттолкнул волхва, а сам остался наблюдать. Пантера тем временем сбросила остатки одежды, не смотря на нетерпение ее движения, были мягкие плавные.

  -Я волшебница, как сказочная нимфа исцеляю любовью раненых принцев.

  -Я не принц, мой отец простой мужик!

  Робко прошептал Олежный.

  -Но ты рыцарь в душе и по этому достоин самого светлого чувства на свете.

  -Разве это не грех?

  -Любовь светла и чистая не является грехом! Заповедь новую даю я вам - Да любите друг друга!

  Олежный перестал сопротивляться, и они растворились в сладострастном океане. Казалось, что сказочные оркестры играют величественные марши. Гляделось, что смешались мед с молоко, лед и пламя. Время летело не заметно, Пантера тихонько запела современную песню, как оживший Игорь перебил ее, из его уст потекли волшебные слова.

  Меж огней в бескрайнем звездном океане

  Мы с тобой орлами в небесах парили

  И твои уста рубинами сверкая

  О любви мне страстно говорили!

  Пантера рассмеялась и видимо хотела продолжить, как идиллию прервал голос Леопардова.

  -Чародейка Керинкей-Задан проснулась, и она летит сюда. Бери в руки меч пора встретить гостью.

  Действительно пока они занимались любовью, верховная шаманка успела проснуться. В ярости они извергал целый водопад молний, обрушив их на исполинских крыс. Каждый удар вызывал взрыв, гигантские грызуны лопались, их окровавленное мясо разлеталось на сотни шагов и, падая на шатры или снег, растворялось, уходя в испарения. Керинкей-Задан удалось быстро справиться, все-таки крысы это ее творение, но многие тысячи монголов так и остались лежать замершими трупами или были зверски изувечены. И вот теперь справившись со своим слегка измененным порождением, она попыталась атаковать и тех, кто наслал эту напасть.

  -Мы отвлечем чародейку, а вы отойдете!

  Скомандовал Леопардов. Тысячник Олежный внезапно вскочил, даже не вооруженным взглядом было видно, что его порезы стали подживать, а синяки уменьшились.

  -Она небесный херувим, дала мне силы!

  Пантера положила на плечо свою руку.

  -Лежи Игорек. Мы тебя вынесем на носилках, сломанные кости еще не срослись.

  Словно в подтверждение этих слов осколок ребра кольнул в легкое, Олежный побледнел и закашлял. Подбежавшие ребята спешно положили его на мягкие носилки.

  -Я не знаю как это у тебя получилось, в прочем и у меня был похожий эффект с Вишнявкой. Она стала сильнее и гораздо мощнее.

  Пантера не удержалась от подмигивания.

  -А я так и думала, уж больно она была после встречи с тобой бодрой. Ты знаешь секс с нами, вызывает сильный тонизирующий эффект.

  -И не только! Наши жидкости обладают целебными свойствами, и телесные раны гораздо быстрее заживают. Берегись.

  Злобная чародейка ударила молнией. Пантера едва сумела уйти, ветвистое дерево разлетелось в обугленные щепы. Глаза у шаманки были огненно-красные, руки дрожали от усталости и, тем не менее, она продолжала свой огненный фейерверк. Эффект был мизерным, только деревья слегка опалились. Несколько ветвистых корней попытались, повинуясь магии выползти из-под земли, как на них обрушились легендарные мечи, легко срезав жалкие побеги. Леопардов в ответ вновь применил свой излюбленный прием, высоченный прыжок и метание меча. Меч короля ниндзей бил очень сильно, радужная оболочка вокруг Задана изошлась огненным кольцом. Шаманка, однако, не собиралась сдаваться, ее удары становились все гуще, из нее снопом вылетали многоцветные стрелы, и огненные бревна. От их паданий легендарные мечи настолько раскалились, что их пришлось сунуть в сугроб, кожа на руках начала болеть, покрываясь волдырями.

  -Все огонь и огонь! Можешь хоть чем-то разнообразить свою магию! - Крикнул витязь-клон.

  Чародейка возразила завывающим тоном, старой сирены.

  Я все могу, в стихиях разрушений

  Мне равных в этом белом свете нет

  Наполниться земля моих свершений

  Неисчислимых адских страшных бед!

  Шаманка раскрыла род, из клыкастой пасти подул студеный ветер. Мульти-клонов накрыло ледяной волной, стало так холодно, что потрескались столетние дубы, воздух погустел, приблизившись к барьеру кристаллизации. Даже титановые мульти-клоны, без проблем ночующие нагишом на снегу, почувствовали подобие ожогов.

  -Ну, ты и сволочь! Получай!

  В ярости Леопардов с такой силой запустил в каргу меч ниндзя, второй меч Добрыни он оставлял для отбивания молний, что от удара пузырь слега прогнулся, заискрился каскадом молний и сразу стало жарче. Шаманка взвизгнула, даже ее слегка достало огненным вихрем. От следующего броска она попыталась уйти, но мульти-клон слишком точно рассчитал траекторию, швырнув на опережение, третий бросок также оказался не менее болезненным. Чувствуя что, теряет силы, колдунья резко рванула вверх, и издала боевой клич.

  -Монгольские воины отомстите за себя. Вот они убейте их.

  Тысячи нукеров выбежали из лагеря, и вот уже летят густые потоки стрел.

  -Похоже, консервная банка отстрелялась. Что же порубим монголов.

  -Ты все же будь аккуратна Пантера, из десяти тысяч стрел одна наверняка попадает...

  Полутора аршинная стрела угодила в почти голую грудь мульти-клона, стальной наконечник пробил кожу и застрял в ребре.

  -Вот гады.

  Леопардов выдернул стрелу и пришел в движение, галопом рванул к монгольским рядам, Пантера последовала за ним, боевой опыт подсказывал, что самое безопасное место это внутри рядов монгольской армии. Когда ты со скоростью экспресса несешься по вражеским рядам в тебя гораздо труднее попасть или завалить массой. Несколько сотен нукеров попало под ледяное дыхание Керинкей-Задан, так они и остались стоять мертвыми застывшими статуями.

  "Белые рубильники" продолжали терзать орду!

  . ГЛАВА Љ 9

  Наступал день, повалил легкий снежок, Бату-хан пировал в захваченном храме. Вино и кумыс обильно заливало пересохшие глотки. Джихангир был крайне встревожен последним нападением снежных мангусов на лагерь. Выходило, что даже магия не в силах защитить монгольские станы. Если такой будет каждая ночь, то даже такая громадная как у него армия исчезнет как туман в болоте.

  -Пригласите сюда танцовщиц. Я хочу поразвлечься.

  -Воля джихангира закон!

  Просвистел баурши. Почти сразу появились восточные танцовщицы. Хотя по приказу Батыя кормить их стали заметно лучше, из-за волнений и тягот похода большинство из девушек по-прежнему худые и костлявые. В церкви жарко натоплено, а танцуют пленницы весьма энергично, вскоре их бледно-смуглые тела покрылись бусинками пота. Джихангир не отрываясь, смотрел на движения крепких грудей и роскошных бедер. Особенно нравилась ему старшая не по возрасту - по рангу танцовщица.

  Но и ее восхитительное украшенное жемчужными нитями тело надоедает.

  Батый грозно хлопнул в ладоши.

  -Я хочу, что бы передо мной проплясали молодые уруские красавицы.

  Баурши кивнул головой, по его знаку ввели несколько измученных дивах. Воины бесцеремонно содрали с них всю одежду. Девушки визжали, пугливо сбившись в стадо, стараясь руками и волосами прикрыть обнаженные тела. Такое зрелище было вполне по нраву Батыю.

  -Дзе-Дзе-Дзе! Гарно! Помогите им плетьми пускай станцуют для меня русский танец!

  Широкие что бы ни рассечь нежную кожу плети пришли в движения, страшные удары обрушились на спины несчастных девчонок. Толмач яростно орал, требуя под страхом не медленной смерти исполнять танец. Девушки отчаянно выли, им было очень больно и стыдно, тела раскраснелись, и одна их них пустилась в неуклюжий пляс. Другая девушка от стыда упала в обморок, тургауд бесцеремонно ткнул ее меж лопаток раскаленным наконечником копья. Девочка тут же вскочила и принялась исполнять дикое подобие "барыни", вслед за ней в пляс пустились и другие юные женщины. Батый расслабился. Ему было очень приятно, наблюдать за страданиями русских пленниц. Исхудавшие и измученные за время осады, некоторые с ранами и ожогами на нежной коже - девушки напоминали сосредоточение страданий подневольного народа.

  -Пускай попоют по жалостнее!

  Баурши перевел, а охранники-тургауды врезали плетьми по голым ногам. Девушки с надрывом запели. Их голоса напоминали, плачь голодного ребенка.

  -Замечательно! Я так люблю, когда ревут и плачут жены моих врагов!

  Слушай баурши! Приведи сюда двух молоденьких служанок, что были подарены Субудая. Я хочу, что бы и они протанцевали мне.

  -А если Субудай...

  -Я джихангир и мое слово закон! Да и мы их не убьем, он не будет злиться, если две рабыни всего лишь станцуют перед моим взором.

  Огневичка и Вешнявка прибирались к дому, когда к ним вломились нукеры. Действовали без особых церемоний. Субудая не было, а его главный распорядитель не смел, противиться приказу великого кагана. Девушкам заломили руки и силой заволокли к одиноко стоящей среди рязанских развалин церкви. Там их ввели в просторную залу, где и располагался джихангир со своими приближенными. Восточные танцовщицы свое уже оттанцевали. Дюжина русских девушек выбилась из сил и лишь конвульсивно дергалась под щедро раздаваемыми ударами.

  -Вот вы как раз вовремя раздевайтесь и в танец!

  Прохрипел изрядно поддатый Бату-хан. Баурши перевел приказание на русский язык.

  -Нет! Я не могу так!

  Начало было Вешнявка. Огневичка перебила ее, захлопнув, клубничный ротик девчонки своей ладошкой.

  -Не глупи девочка! Ты видно хочешь, чтобы тебя раздели эти громилы.

  При мысли об том, что их волосатые руки коснуться ее тела Вешнявке стало дурно.

  -Не показывай им своего страха и боли. Повторяй за мной все движения и делай вид, что тебе хорошо!

  Так как Вешнявка колебалась, тургауд слегка подхлестнул ее ремнем. От удара девочка едва устояла на ногах. Огневичка наклонилась к ней.

  -Вспомни, что тебе говорил Леопардов! Мы должны выжить и войти к ним в доверие.

  Произнесенное имя вдохнула в Вешнявку новые силы, она кивнула. Огневичка не раздеваясь, пустилась в пляс, ее движения были скорее типичны для востока - плавные и мягкие. Вешнявка с механической точностью повторяла ее движения.

  -Не то, я хочу, что бы они были голыми!

  Прохрипел Батый. Тургауды было, шевельнули плетьми, как Огневичка принялась расстегивать свой сарафан. Ее движения были медленны, и полны эротического заманивания. Постепенно сантиметр за сантиметром она открывала изгибы своего золотисто-янтарного тела. Как завороженная Вешнявка повторяла ее движения. Туловище у Огневички и впрямь было как юной девушки, на тонкой талии выделялись плитки пресса, не малейших следов того, что она выносила и родила пятерых крупных и здоровых детей. Вешнявка также отличалась неповторимым изяществом линий на редкость ухоженного и ладного тела. Ей было очень стыдно, лицо покраснело, фигура дрожала, но вместе с тем наплывало и иное ощущение. Чувство абсолютной свободы, вот она уже почти нагая танцует перед захватчиком и зверем в образе человека, а ей на это наплевать. Четким и плавным движением Огневичка сбросила сапожки, оставшись совершено обнаженной, ее грудь с рубиновыми сосками колыхалась, и казалось, горела желанием. Затем дива резко подкинула ножку вверх и закружилась в лихо даже не русском, а в ведьмовском танце, высоко прыгая и задирая конечности. Вешнявка последовала за ней, и откуда взялись только силы, казалось, в нее саму вселился бес, и способность скакать, бешено смеясь и гогоча во всю глотку. Батый даже привскочил.

  -Вот это пленницы, ай да уруские красавицы. Давайте еще!

  Бешеная пляска продолжалась в не ослабевающем ритме, столько в ней было энергии и жизни. Тела раскраснелись, и от них исходил сильный жар, у Батыя внезапно пробудилось желание.

  -Все вон отсюда! Я хочу их!

  Тургауды и ханы поспешно удалились. Батый подозвал Огневичку, а сам переставил драгоценные камни на талисмане.

  -Иди ко мне красавица. Я хочу тебя!

  Огненная дива, выгибаясь, подползла к ложу Бату-хана и уже собиралась прыгнуть на него, как шум в сенях заставил вздрогнуть. Только одного человека могли пропустить в такой момент тургауды. Могучий Субудай-Багатур ввалился в покои.

  -Горе мне о великий джихангир! Начал с порога одноглазый барс, в его голосе было столько страдания и горечи, что Батый лишь милостиво кивнул головой.

  -Я потерял своего сына и думал навсегда, но мои воины захватили Рязань и обшарили все подвалы. И вот теперь я теряю его снова.

  -И что с ним?

  -Шаманы говорят, что он безнадежен. Застужен в ледяных подвалах, измучен пытками. Его дыхание прервалось, а главная чародейка Керинкей-Задан вместо того чтоб лечить, закрылась незримой броней в огненном коконе.

  Батый пожал плечами.

  -Я полководец, а не бог! А Задан все равно исцелять не умеет, а способна лишь разрушать!

  Субудай грохнулся на колени, склонив голову в угол.

  -Я выполню любое желание того, кто вернет мне сына. Клянусь именем бога богов Сульдэ!

  -Я сделаю это!

  Звонкий голос залил помещение.

  -Ты!

  Субудай повернулся и встретился взглядом со своей рабыней. Он ее не сразу узнал нагая Огневичка казалась и красивей и моложе.

  -Мне говорили, что она знахарка искусная во врачевании.

  Одноглазый барс указал на голую деву пальцем.

  -Да это верно! Пошли Вешнявка нам надо помочь сыну великого Субудая!

  Батый хотел, было оборвать и потребовать, что бы Огневичка осталась, но язык не слушался, затем он махнул рукой.

  -Можете идти, но потом вернетесь сюда! Может быть, я вас сделаю своими женами!

  Внушительный терем, где располагался Субудай-Багатур, был уже отмыт от копоти.

  Рядом скакали сытые и ухоженные кони, стояла усиленная стража. Хотя жилище Субудая почти рядом с резиденцией Бату-хану ему подвели крытого золотом коня.

  "Не пристало столь великому хану идти пешком, касаясь ногой земли!" Субудай верхом и гневно зыкая, пересек улицу. Собралась целая толпа нукеров, они столпились возле возка, где лежал потерявший сознание человек. Обмороженное лицо казалось мертвым. Несколько шаманов урчали и прыгали, пытаясь руками отогнать злых духов.

  Внезапно железный Субудай заревел как раненый бык. Он хлестнул коня, врезался в толпу, свалился с седла и подбежал к ледяному подобию трупа.

  -Урянх-Кадан, приди в себя! Открой Очи! Произнеси хоть слово. - Орал Субудай и припав к платью замершего, хватал и ощупывал не подвижное лицо.

  -Как измучили поганые урусы сына Субудай-Багатура. - гудела косматая толпа.

  -Мы отомстим за тебя храбрец урусам - особенно рьяно ревели из тумена "буйных".

  -Может, был лучше положить в большой погребальный костер! Тогда его душа сразу попадет в алмазный дворец Сульдэ.

  Субудай всадил верховому монголу увесистую оплеуху, тот пролетел десять шагов и с визгом грохнулся в лед. Затем взял коня по поводы и повел к церкви, видимо рассчитывая, что присутствие самого джихангира оживит мертвого сына, по пути он все кричал.

  -Урянх-Кадан! Ты не должен умереть! Я буду дуть в твои ноздри, и мой дух перейдет в твое тело. Разрежу себе грудь и вложу в тебя свое сердце вместо льдинки, в которую тебя заморозили уруские шаманы. О великий бог Сульдэ лучше пускай я старый умру и вступлю в твои ряды, а этот молодой останется жить! Добывая победы здесь на Земле монгольскому оружию!

  Огневичка задорно подмигнула Вешнявке. "Мы сделаем шаг в нужном направлении!"

  Она с быстротой кошки сбежала по ступенькам, и сильной рукой оторвала могучего Субудая от сына. Потом топом уверенными движениями сняла его с телеги и, взвалив на плечи, отнесла в сенцы, аккуратно положив на соломе. Вешнявка повинуясь знаку, расстегнула все одежды.

  -Он еще не до конца умер! Сейчас ты увидишь как смесь лечебного волховства и традиционной медицины, поставит покойника на ноги. Давайте войлоку, лампадное масло, и тазик со снегом. Нельзя одноглазый быстро подымать температуру, может рассыпаться он как кукла.

  Субудай пораженный властными движения Огневички, присел на корточки рядом с застывшим телом, и растерянно грыз ногти.

  Огневичка с молниеносной быстротой втирала в тело Урях-Кадана войлок и снег, его язык шептал заклинания. Вешнявка активно помогала ей, тело монгола постепенно нагревалось. Огневичка постепенно переходя от одной части тела к другой, постепенно добралась и до лица. Ловкими движениями она втерла гусиное сало, затем сыпанула порошком в вино и раскрыв рот влила содержимое в рот Урянх-Кадану. Тот слегка закашлял, в сенях заметно потеплело, десятки тургаудов и тысячников столпились, наблюдая подобное действие. Полыхнуло свечение, пройдясь мягко оранжевым светом по телу. Глаза темника раскрылись и приобрели осмысленное выражение. Скользнув наполовину мутным взором, по малознакомым дамам он остановился на искореженном лице Субудая, очи прояснились, загоревшись злобой.

  -Отец, я выбрался из бездны! - прошептали покрасневшие губы.

  -Урусы страшнее зверей, их род должен быть уничтожен. Они никогда не покоряться!

  Субудай-Багатур гневно полыхнул одним глазом.

  -Кто тебя пытал мой сын! Говори, ты видел белых мангусов?

  -Да я их видел. Особенно страшна самка Пантера. Когда ты их словишь, не убивай сразу, лучше отдай ее мне!

  Урянх-Кадан закашлял, и впал в забытье.

  Субудай принялся теребить его.

  -Не трогай! - строго отстранила Субудая Огневичка - его душа еле держится в теле. Он поспит, и силы к нему вернуться.

  -Ты русская! Если ты спасешь жизнь моему сыну, великому Багатура. Награжу тебя, так как родную дочь. Я верен своему слову и выполню любое желание.

  Огневичка сделала самое невинное лицо.

  -Я видела, какой не постижимой мощью обладает ваша чародейка Керинкей-Задан, и сама хотела стать такой же могучей. Прикажи ей, что бы она взяла меня и Вешнявку в ученицы.

  Просьба была неожиданной, но Субудай ответил сразу.

  -Я поговорю с ней! Ты уруска хочешь служить нашему богу и научиться убивать?

  -Мне надоело чувствовать себя беззащитной!

  -Отныне тебе это не грозит! А пока иди, ублажи джихангира!

  Субудай спустился во двор, подошел к своему саврасому коню, в последнее время скакун научился говорить на монгольском языке. Одноглазый барс зашептал в ухо и дунул в ноздри. Затем тихо произнес.

  -Скажи мне верный товарищ, что с ней делать срубить голову, сломать хребет или подарить косяк коней. А может она шпионка, посланная снежными мангусами, для погибели нашего войска.

  Какая баба! Багатур - а не женщина! Сила в ней!

  Конь ответил, в его приятном ржании были отчетливо различимы слова.

  -Она может стать верной союзницей и помощницей Керинкей-Задан в борьбе с белыми мангусами.

  -Ты так думаешь?! Мудрый конь, тогда я согласен с тобой!

  Субудай ласково провел рукой по серебряной шерсти.

  

   Пожилой сотник Шибалка напряженно завис, на сторожевой вышке. Его по-прежнему зоркие глаза видели всякий изгиб леса, поворот степи и дороги. Еще было темно, а народ в соседнем лагере уже пришел движение. Начинались новые учения для бойцов Белой Армии. Две сотни мальчиков и девочек выбежали на утрамбованный снег, в руках они держали горящие факелы. Не смотря на сильный предрассветный мороз, они были босые в одних кимоно, мороз хватал их за голые пятки, заставляя резво бежать по снежку. Эта была традиционная закаливающая пробежка, после которой, дети приступали к основным учениям, совмещая это с тяжелой физической работой. Иногда даже закаленному в боях Шибалке становилось жалко этих ребят, которые практически все свое время проводили в тяжелых учениях, готовясь к будущим боям. После пробежки они все прыгали через костер, обживая конечности, часто их заставляли бегать и по углям. Затем следовали различные упражнения, растяжки, спарринги, накачки и различные ударные и приемы. Уроки фехтования, загадочные кэндо, искусство драться на разнообразнейших видах оружия, сложнейшие тренажеры смерти. Шибалка с интересом наблюдал за детьми. Большинство из них были белоголовые, часто дрались без шлемов, во время спаррингов казалось, что нет более лютых врагов. Перед схватками и во время пробежки они пели своими радостными юными голосами.

  Великое имя священной России

  Сияет над миром как солнечный луч!

  Я верю, в единстве мы станем счастливей

  Укажем народам всем праведный путь!

  

  Противник коварный пошел в наступленье

  Но знаю, не дрогнет Российский народ

  Врага ожидает разгром и забвенье

  А слава России сильней расцветет!

  

  Вулканом извернулась копий пучина

  Густым водопадом поток острых стрел!

  Но верю, навечно Россия едина

  Отдать своей Родине жизнь я хотел!

  

   Мы будем сражаться, не ведая страха

  Мы будем рубиться ни шагу назад!

  Пусть густо пропитана кровью рубаха

  По больше врагов сокруши витязь в ад!

  

  Минуют столетья, настанет эпоха

  В которой не будет страданья и лжи!

  За это дерись до последнего вздоха

  Служи своей Родине ты от души!

  

  От таких слов в душе расцветают незабудки, и ласковое солнце согревает застывшее сердце. Его смена закончилась, и он решил подойти поближе. Среди ребят было трое его внуков и две внучки. Одетые в белоснежные костюмы и мягкие сапожки, в такой мороз все время босиком не проходишь, они подскочили к Шибалке. Их раскрасневшиеся лица, не смотря на синяки, были веселы и довольны, белые зубы искрились в радостных улыбках, солнце уже выглянуло и освещало весь лагерь.

  -Дедушка, присоединяйся к нам, нам здесь так весело!

  -Так я уже старый!

  Попытался отшутиться Шибалка.

  -О нас тоже говорили, что мы еще малые "мугланов" бить! А мы не маленькие - мы юные воины!

  Крепкий лет тридцати ратник попытался встрять в беседу.

  -А вы и есть малые огольцы. Да рубиться мечах, выпусти вас дюжину и я всех одной левой.

  Дети рассмеялись в ответ. Тут его младший сын Ваня выступил вперед, мальчику было всего лет десять, он казался малышом по сравнению с нависшей над ним тушей.

  -Давай сразимся!

  Тот сразу смутился.

  -Я не хочу убивать детей. Один взмах моего меча расколет тебя пополам.

  Ванюша, белозубо смеясь, парировал.

  -А я не хочу убивать взрослых, а посему предлагаю бой без оружия.

  -Правильно без оружия - дружно подхватили остальные дети.

  Ратник слегка опешил.

  -Ну не будь трусом, подтолкнул его в спину Шибалка.

  Прослыть трусом не хотелось, уже имеющий ратный опыт воин снял тяжелые доспехи.

  -Я его легонько, лишь слегка поучу.

  Широко расставив руки, боец танком попер на огольца. Тот ловко поднырнул по левую руку, врезал ногой под коленку. Здоровенный ратник зашатался, с трудом подавив стоны. Он ринулся вперед и тут же словил крепкий удар в подбородок. Для нокаута не хватило массы, но искры из глаз посыпались. Мальчик уклонился от страшного с замахом удара справа и провел несколько коротких хуков в печень. Затем, уйдя от очередного удара, встретил коленом ноги в нос, полетели красные брызги, ратник зашатался. В этот момент Иван-младший и провел четкий удар ладонью в сонную артерию окончательно отключивший нападавшего громилу.

  Остальные дети дружно зааплодировали.

  -Я горжусь тобой! Шибалка поднял своего внука на вытянутые руки, подбросив вверх.

  -А ведь я не самый сильный в отряде, просто долго занимаюсь. Остальные мои братья ничуть не хуже.

  Скромно ответил Ваня.

  -Я вам верю, но испытывать больше не буду так вы, всех взрослых ратников перекалечите.

  Дети дружно рассмеялись, увлеченные схваткой Шибалка и прочие стражники не заметили, как мимо заставы на всех парах проскочил одинокий всадник на вороном коне.

  Караульный с опозданием окликнул его. Тот сразу остановился, и видно узнав Шибалку, отвесил приветственный поклон. Не по стариковски зоркие глаза сразу признали во всаднике князя Роман Ингваревича. Князь, судя по всему, был слегка ранен, конь устал, исходил весь мутной пеной.

  -Это ты Романушка. Сойди, отдохни, замени скакуна, а иначе до Владимира не доедешь.

  Роман снял слегка покореженный шлем. В черных волосах появились седые нити.

   -Не до отдыха мне отче. Слышал страшную весть. Рязань пала, многие тысячи ратных и мирных людишек погибли. Теперь Бату-хан скоро и к вам диким коршуном нагрянет.

  -А ты нас не запугивай. У нас Белая армия есть, да если бы не наши воеводы, небось Рязань давно бы пала.

  Роман спустил в головы шапку.

  -Они конечно лучшие воины, из каких мне только приходилось видеть, но их уже чай в живых нет.

  -Не верю - Белые ангелы бессмертны.

  Прокричал один из огольцов, прочие тут же подхватили сей крик.

  -Не когда мне с вами разговаривать, за мной конный отряд монголов скачет.

  -И ты молчал, сколько их примерно?

  Пробурчал Шибалка.

  -Две сотни, укройтесь в высокой башне, вас взрослых ратников всего десяток, а остальные дети.

  -Нет! - крикнул детский сотник Николай - на вид ему было лет четырнадцать. Мы все заляжем в засаду и перебьем супостатов.

  -Верно! подхватили остальные ребята.

  Дети поспешно зарылись в снежок, расположившись вдоль присыпанного овражка. Тут монгольские всадники должны были невольно замедлить ход. И действительно спустя пять минут послышался треск и топот копыт. Всадники их было чуть больше двухсот, неслись по следам беглого князя.

  -Подпустите их поближе, сначала ударим иглами, а затем добьем тех, кто останется на конях, стрелять прицельно, пусть каждый выбирает себе жертву.

  Выждав момент, ребята ударили почти в упор, убийственный огонь выкосили большую часть татар. Остальные повернули, было назад, но поднялся заранее подготовленный трос, кони в месте с всадниками угодили в густой сугроб.

  -Хорошо сработали! А теперь навались на врага, покажем, что умеем владеть и оружием ближнего боя.

  Ребята налетели на уцелевших монголов. Николай добежал первый, ему удалось зарубить двоих спешившихся ратников. Остальные дети, в том числе и Ваня, поработали не хуже. Четверо нукеров было взято в плен, остальные убиты. Князь Роман Ингваревич смотрел на это широко раскрытыми глазами.

  -Во дают огольцы. Да если все ваши воины такие то - хана "мугланам".

  -Я тоже так думаю! Однако именно Иван Леопардов и Азазель Пантера сумели их выучить, сделав из отроков настоящих бойцов. А ты князь как думаешь? Разве те, кто сумел взрастить такую поросль, могут безвестно сгинуть?

  -Нет, я верю, они живы и будет свободна наша земля! А теперь я поскачу во Владимир предупредить великого князя!

  -Скачи! Да будет тебе удача!

  Сменив коня, всадники стремительно удалялся в сторону стольного града Владимира.

  Из сребристого сугроба выплыли новые кони, сани, спешно шагающие люди. В отличие от "мугланов" они не скрывались, не ползли по проселочной тропке, а двигались по укатанной дороге, вдоль реки. Несмолкаемый тягучий скип полозьев, и жалобный тонкий плач, и всхлипывания нарушали торжественную тишину морозного дня. Люди и кони тонули в лучах солнца, и напоминали серые тени.

  -Смотри Шибалка. Указал в сторону людей Николай. Сбеги или как говорила Патера беженцы, значит, правду сказал Роман пала Рязань.

  Ваня не вольно прижался поближе к деду.

  -Дедушка скажи! Ты хоть раз видел "мугланов".

  -В лицо не видел, слышал про них много. Дикие люди, злобные с лихой силой связаны, шаманы ходят с ними трясут бубнами.

  -Нас им не одолеть, ведь выдюжим!

  -Выдюжим. Раз они звери, то и мы должны с ними сражаться как со зверьем. Коли побежишь от медведя или волка задерет, а если на него пойдешь он сам от тебя бегом.

  -А я уже четырех медведей завалил. - Похвастал Николай.

  -Ты крепок парень. Кто твой отец?

  Николай смутился.

  -Законного отца я не имею. А того, кто меня сделал, не ведомо имя.

  -Его отец палач Лихарь Кудряш.

  Вставил Ваня. Николай бесцеремонно врезал кулаком в лицо. Иван отлетел, но сразу поднялся. Оба мальчика сшиблись в яростной драке. Более старший и тяжелый Николай одолевал, к счастью для Вани подлетели остальные огольцы с трудом они разняли бойцов. Николай пытался вырваться.

  -Я ему набью рожу, он будет знать, как моего отца палачом обзывать.

  -Так Лихарь Кудряш действительно в сыскном отделе при Рязанском князе служит.

  Промолвил Шибалка.

  -Не палач он!

  -Согласен! Он нужное дело творит! Нет позорных профессий. И перестань ругаться славные воины. Со дня на день Батыга придет, а вы, а ну ко миритесь.

  Ваня первый протянул руку, Николай неохотно пожал ее.

  -Вот так. У вас еще будет возможность геройски пролить кровь на поле брани!

  -Служим Великой России!

  Дружно отсалютовали бойцы.

  . ГЛАВА Љ 10

  Князь Георгий Всеволодович не был особенно огорчен сообщением о нашествии "мугланов". Разорение Булгарского царства пошло на пользу казне. С многочисленных беженцев драли налог, проездные сборы и немалую дань.

  -Чем хуже, чем лучше. Вам разорение, а мне прибыток. Я вас всех приму милости просим, с семьи гривен восемь. Я расселю по разным городам, пусть сколачивают дубильные чаны, пусть мотают и мнут кожу. Всем найдется работа, будут делать сапоги боярам и старшим дружинникам!

  Многих булгар расселил по города, а некоторых по беднее заставили корчевать пни и засевать болото.

  Новость о том, что мугланы грозят Рязани, только обрадовала князя.

  -Рязанцы всегда носы задирают! Своего князя государем величают. А мы суздальские, рязанцев били, я сам их город дважды на приступ брал. Князей и бояр сажал в прорубы, а мужиков рязанских расселял у себя по дальним погостам.

  Всеволод вытер рукавом бобровой шитой золотом шубы бороду.

  -А они все равно не покорные! Заселилась Рязань и растет крепче прежнего, как трава лебеда на пожарище. Пускай сильней посекут их монголы.

  Послов принял пышно, однако они особенно чародейка Керинкей-Задан вели себя крайне нагло, грозили всем смертью, с трудом он сдержался, чтобы не дать приказ их казнить. Одарили посланцев скромно, чем вызвали новые нарекания монголов.

  -Отольется твоя скупость кровью.

  Зло прошипела сквозь клыки шаманка.

  Из Рязани прислали ему челобитчиков.

  -Присылай княже полки. Главенствуй над Рязанской ратью. Лазутчики доносят, что неисчислима монгольская армия, ощетинившись таранами и баллистами. Надо всем объединиться! Ане-то обратит нас ворог в кровавый пепел.

  -Напугали! А дань как платили, с боем? Никого вам не дам.

  Правда, Леопардов вывел из лагерей свой Белый Легион, не послушал князя. Да и Пантера от рук отбилась, тоже вывела часть войск из Суздальского княжества.

  С другой стороны испуганный князь Юрий сделал их верховными воеводами, фактически подчинив Рязань Владимирским ставленникам. Отношение князя к белым воинам было сложным, с одной стороны они сформировали могучую белую армию, с другой слишком горды и своевольны.

  -Я сдеру с Леопардова шкуру. Как он смел, наши рати ополовинить и священную суздальскую кровь за Рязань проливать! Накажу, не помилую!

  Не смотря на тревожные слухи о падении Рязани, князь повелел устроить знатный пир.

  -Так что бы все видели силу и твердость нашей власти! И что бы весь Владимир гулял и бражничал.

  И слова князя не разошлись с делом. Целая толпа ревела и кричала

  -Ставят!

  -Полно!

  -Ей-богу ставят!

  И клокочущая масса кинулась - проулками, огородами - к ближайшей соборной площади.

  И впрямь ставили. Целый обоз телег, нагруженных бочонками и пока еще замкнутыми деревянными жбанами, тянулся вдоль улицы. Возле него с боку шла охрана, в вышитых золотом малиновых кафтанах и посеребренных шлемах, длинные топорики с серебряной рукоятью поигрывали в сильных руках.

  Сзади гордо шествовал сам Семен - дворецкий. Против каждого десятого двора возы останавливались, и один бочонок снимался. Рядом с каждым ушатом оставался один сторож, что бы гуляющие люди ненароком не разбили священную емкость.

  В бочонках, жбанах, лагунах поплескивали столетние меды, пива и хмельное смоговое вино. Князь расщедрился, хотя за внешней победной бравадой скрывался сильный внутренний страх.

  -Мой народ любит гулянья, отпразднуем его щедро.

  И Владимир загулял. Над самим городом зажглись изобретенные мульти-клонами красочные фейерверки, покрытые асбестом дома ярко люминесцировали, наступала длительная зимняя ночь. Гулять так, гулять.

  А хмель-батюшка - как сизый богатырь - не разбирает боярин ты ремесленник, простой смерд - землепашец - валит с ног. Кого в снег, кого на роскошные ковры, вот и вся разница. Казалось, весь град охвачен пожаром, настолько ярко пылали самоцветные огни, было очень красиво. Но князю Роману это напомнило штурм и похожую адскую люминесценцию, устроенную чародейкой Задан. Рядом с каждым домом стояли полу замерзшие бочки с водой, для гашения пожаров, вспышки становились все ярче. Вот казалось много света и на душе должно быть светлее, а нет наоборот, жжет тяжелая тоска, кругом беда, а этим суздальским радостно. Многие владимировцы уже полегли, князь обскакал не подвижные туши.

  Вот, озаряемый светом факела, лежит на брюхе в луже пролитого вина достойно одетый горожанин. Он отмахивает саженками, будто плывет. Его кудлатая голова подымается и машет из стороны в сторону, как взаправду плывущий.

  Окрест стоящие тоже пьяные в дупель поощряют и подбадривают.

  -Ну-ну Петр поднажми, греби сильнее. Уж и до бережку не далече.

  Парень и впрямь начинает верить, лихо, меся смесь, винища и снега.

  -Ох, братцы устал! Подымает дурашливое лицо, перед глазами плывет и троиться.

  Рука тычет в князя.

  -А ты кто! Черт?

  В гневе князь стеганул его плетью.

  -Наших бьют!

  Заурчали пьяные голоса. Лошадь Романа попытались стянуть под узды, в гневе князь перепоясал пьянчуг ногайкой и, прибавив шагу, домчал до детинца.

  -Совсем вы человечий облик потеряли. Знали бы, что в Рязани твориться. Я уж доберусь и скажу всю правду матку князю Владимировскому.

  А сзади продолжали плясать, под свист и прихлопывание, под пение плясовых песен, и под звук пастушьей волынки, восьмиструнной кобзы, подобия балалаек.

  Где уже разгоралось подобие пьяной драки, один на один, стенка на стенку.

  Не обращая внимания на ощенившуюся стражу, князь плюнул.

  -Вот придут сюда мугланы, попляшете!

  Стража грозно окрикнула и, тем не менее, без лишних базаров пропустила князя. Обширные гридницы детинца были переполнены орущими и поющими дружинниками князей, съехавшими на знатный пир. На сей раз не стальным звоном мечей, а перезвоном серебряных чаш тешили они княжеский слух. Вместо клича битвы раздавались пирующие возгласы. Подымались широкие кубки чаще за князя Глеба Всеволодовича и иногда и за других князей. Уже до того надрались, что дорогими кипрскими, лангедокскими, бургундскими и кахетинскими винами на широком дворе принялись, словно бы студеной водой, приводить в чувство не в меру упившихся товарищей своих. Лили из горла, князь в презрении отшвырнул одно из таких замшелых, с запахом земли бутылей - стекло покрытое золоченой глиной.

  Подобное безобразие творилось и в самой пиршественной палате - в застолье князей с пресветлым боярством. Сперва в начале пира, господа бояре повздорили из-за места и кто знатнее. Была драка, пролилась кровь, полотеры не до конца отмыли багровые пятна. А Никита Митрошкин на мечах сцепился с Никитой Бояновичем, и тут едва не дошло до смертоубийства, Митрошку унесли с распоротым брюхом на носилках.

  Некоторые из бояр уже до того упились что заняли "почетное" место под столом. Перед глазами у Романа все еще стояла картина смертоносной пляски, на этом фоне расточительная пышность убранства вызвала лишь раздражение, хотя было от чего поразиться, вступив в белокаменные палаты. В глазах рябило от застольной утвари, светлых риз князей и княгинь, бояр и боярынь- все это облитое светом тысяч свечей, расставленных и настольных, над стенках и в подвесных свечниках, заставляло время от времени жмуриться!

  В каждой из палат в переднем углу - богато украшенный, широченный, двухъярусный иконостас. Перед иконами в цветных хрусталях теплились лампады.

  Князь машинально перекрестился и направился к главе стола. Столы огромного чертога были расставлены буквой П - покоем. Крышке этой буквы соответствовал большой, главный стол. Во главе сего стола, на открытом, без балдахина, престола из черного дерева, с прокладкой из золотых пластин и моржовых клыков, густо усыпанных самоцветами, восседал сам великий князь Георгий Всеволод. Рядом с ним на таком же, но чуть меньшем престоле по левую руку сидела княгиня Агафья.

  Дворцовый боярин торжественно объявил.

  -Прибыл из Рязани князь Роман Ингваревич!

  Георгий пьяно оскалился.

  -Ну, как дела обстоят в Рязани?

  -Рязани больше нет!

  Низким раскатистым басом произнес Роман.

  Шумевшее боярство замерло. От правого бокового стола - отделились три знатнейших воеводы Жирослав Михайлович, Еремей Глебович, Петр Ослядукович.

  Они подбежали к Роману и наполовину окружили князя.

  -Что ты сказал! Что сделали с Рязанью мугланы? Крепко бились Рязанцы или принесли золотые ключи, сдав город?

  Роман Ингваревич притворился, что не слышит, в его ушах звенело, свечи слепили глаза.

  -Я спрашиваю, как бились Рязанцы и мои белые воины? Молчишь! Значит, сдали город. И белые "ангелы" улетели в небо.

  По боярским рядам пронесся пьяный смешок.

  Князь Роман очнулся, последние слова вызвали ярость. Он вскочил, смел рукой золотой кубок и поднял кулак.

  -Не тебе так говорить! И тебе хулить нас и белых воинов! Отвернулся ты от нас в тяжелый час, и сам не пришел и подмоги не прислал. А эти дети дрались лучше легендарных богатырей с бесовской силой. Нет более Рязани, может даже, и белые витязи погибли, но никто не отступил, на развалинах города полегли все Рязанцы. Вот их пример вам в укор!

  Глеб Всеволод покраснел от гнева, с большим усилием сдержав себя.

  -А где князь Юрий Ингваревич?

  -Погиб, задушил его желтый змей.

  -А князь Пронский, князь Муромский, Василий Красный, Глеб Михайловский князь Коломенский?

  -Все полегли отбиваясь! Все оглядывали на вас, да новгородцев или киевлян, не придут ли их рати на помощь.

  Великий князь Всеволод смягчился, его голос звучал низко и печально.

  -Увы, князь, я и так послал вам двух своих лучших витязей, и тысячи сынов оставили Суздаль ради вас. Выпей с нами и забудь о делах темных и злых.

  Князю и впрямь вынесли кубок - это был большой турьих рог, оправленный в золото на золотой же четырехногой подстановке.

  -Невмоготу мне смотреть на это! У меня нет претензий к суздальцам, но ты князь мог устроить пир, когда у нас такое горе.

  -Уж больно ты дерзок приехал! - захрипел князь Георгий.

  -А ты не трожь Рязанцев, прибыл бы со всей своей дружиной, не отдали бы города!

  -Не тебе меня учить! Ты нищий, а теперь и безродный, приехал ко мне как побитый пес, а раскаркался паленой вороной.

  Винные пары ударили Всеволоду в голову, он схватил тяжелый меч и рванул на встречу князю Роману. Тот выхватил из-за пояса свой клинок. Дюжие воеводы тут же повисли на нем. Двое сыновей, они были потрезвее схватили отца под руки.

  -Батюшка! Не надо так говорить с гостем! - старались успокоить князя его сыновья.

  -В железа, в кандалы его и в холодную! - во всю глотку рявкнул Георгий.

  Ратники подхватили, было князя, но именно в этот момент налетел поток ледяного ветра, разом загасивший все свечи. Стало темно как в погребе, и в этой тьме раздался замогильный голос.

  -Вот вам всем и пришел конец! Прикажи князь сдать город!

  Вспыхнул зеленоватый болотный свет, он осветил всю пиршескую палату. Все даже пьяные в дупель бояре разом протрезвели, невысокий плотный желтый человек протянул руку с огненным мечом к горлу великого князя, еще полсотни бойцов в черном камуфляже расположилась на столах. Они бесцеремонно шагали, разбрасывая ногами дорогую посуду. А здесь фарфор Византийский и новгородский, и даже в давние времена закупленный за большие деньги китайский вперемежку с хрусталем и огромными золотыми и серебряными блюдами, тонкой работы, а иные и наоборот внешне тяжелой и неуклюжей ковки. Ниндзя держал меч в левой руке, на правой конечности была ужасающей формы звериная лапа с ярко сияющими алмазными киптями. Мощным ударом когтистой руки, ниндзя рассек массивное золотое блюдо.

  -То же самое будет и с вашими головами, если ты не медленно не сдадите Бату-хану свой город!

  Князь задрожал, он понимал, что малейшее движение приведет к смерти, но и подчиняться наглому диктату не хотелось.

  -Лучше я умру, чем прослыву предателем!

  Желтый змей расхохотался.

  -Ты, конечно, умрешь, но не первый о нет! Я начну с твоей жены!

  Ниндзя подскочил к Агафье и слегка махнул когтистой рукой. Дорогая шуба и сарафан разлетелись на клочья, оставив княгиню, совершено нагой в одних чеботах. Княгиня неуклюже прикрыла высокую грудь руками.

  -А она у тебя просто шик - дюже клеевая баба! В ее в попу пшик - десять раз трахнуть надо!

  Неожиданно для всех Желтый змей перешел на вполне современный блатной жаргон.

  -Я ее снасильничаю прямо при всех или ты сдаешь город!

  Злой ниндзя оскалил лицо и начал стаскивать штаны. Князь почувствовал, что его покидает мужество.

  -Нет только не это!

  Княгиня от стыда и страха стала заваливаться, двое черных помощников поддержали Агафью, вывернув ей руки, большая упругая грудь княгини открылась, судорожно напряглась.

  -Ну, давай сюда бумагу и подписывай. А хотя возьми.

  Желтый змей ткнул заранее приготовленное золотое с рубиновым наконечником перо и свиток пергамента с гербовой печатью.

  -Пиши, что признаешь себя и своих потомков вечными данниками великого кагана Бату-хана и Верховного кагана Угедэй-хана.

  Князь принялся торопливо выводить буквы.

  -И далее в знак доброй воли и полной покорности открываешь врата всех городов и сдаешь их непобедимым войскам орды! Написал! А теперь подпись.

  В тот самый миг, словно из-под каменного пола вылетели две белоснежные фигуры, ударом застывшей молнии Леопардов отсек алмазную кисть, нависающую над княгиней и двух людей в непроницаемом балахоне, а Патера срубив двоих черных ниндзей, рассекла на шестнадцать обрывком пергаментную бумагу.

  -Мы слегка опоздали!

  Начал Леопардов.

  -Но все ровно мозгам удар поддали!

  Закончила Пантера. Ниндзи тут же пришли в движение, их было много, и они всерьез рассчитывали раздавить двух белых витязей. Они впрямь были достойны званий ниндзей, не только махали руками и мечами, но и подбрасывали вверх фужеры с вином, хрустальные и золотые блюда. При чем на блюде мог находить целый жареный вепрь или десяток лебедей. Если бы не волшебный императорский клинок, поединок мог закончиться весьма плачевно, однако удары радужного постоянно меняющего цвета меча производили опустошающее действие. Лезвия вражеских катана, разлетались как стекло под сталью, осколки как осы улетали в дальние стороны, попутно поражая хмельных бояр. Заодно вместе с ними отлетали и разрубленные тела. Тем не менее, враг наседал, особенно туго пришлось Пантере у нее был только один легендарный кладенец Алеши Поповича и один меч из легированной осеребренной стали. Пантера получила несколько ранений, с нее капала густой росой кровь, а Леопардова сильно стеснял атакующий Желтый змей. Если бы он был один, то с ним бы справлялся в два счета, а тут их целая толпа. Они носятся как беснующиеся демоны, мерцая в зеленоватом пламени. Надо отбивать сразу три десятка не слабых бойцов, в огненный меч противника так просто не перерубишь. От каждого столкновения исходят маленькие молнии, а мечи меняют цвета от ало-кровавого - угольно-фиолетового. Неимоверным усилием, вывернув кисть и локоть, Леопардов все же сумел достать врага, подрубив ему левую руку. Это стоило легкой царапины, а затем резким движением он отсек противнику ногу, одновременно отбив ногой атаку противника сзади. Правда, мечи ниндзей слегка подрубили голую пятку. Леопардов, локализовав боль, срубил еще одного врага, и уже хотел нанести добивающий удар, как Желтый змей исчез, моментально растаяв в воздухе. Его меч также испарился, словно его и не было.

  -Опять сука телепортировался. Ну, гады вы ответите за главаря.

  Леопардов врубил предельную скорость! Теперь уже ниндзям приходилось отступать и уклоняться. Почти каждый его удар был смертелен, а противостоящие бойцы после бегства атамана утратили боевой дух. Еще минута и между роскошных вин, изысканных яств остались только ужасно изуродованные разрубленные, раскромсанные трупы. В горячке боя ниндзи посекли десяток бояр и еще столько же ранили.

  -Вот так князи! А вы гулянки и распри разводите, а враг не дремлет.

  Леопардов с силой швырнул на стол изуродованный труп.

  Пантера слегка шаталась, ее серьезно поранили, бедро рассекли до кости, правая рука также посечена, серьезно повредили плечо. Она присела за край стола и отломив кусок лебедя сунула его себе в рот.

  Князь Георгий Всеволодович пришел в себя и сразу вспомнил об обиженном князе Романе.

  -Виноват я что сказал слово гневное, речь повел не умную! Вечная память героям сложившим свои головы за землю святорусскую. Подымем светлый меч выпавший из мертвых рук. Продолжим священную схватку, порубим всех врагов земли русской!

  -Кто с мечом к нам придет! Тот от меча и погибнет!

  Ставил Леопардов.

  Российский воин, меч в руках сжимая

  Сражайся с супостатом до конца!

  Хоть над страной нависла туча злая

  Пускай пылают в ярости сердца!

  Дружно продекларировали витязи-клоны.

  Князь низко поклонился белым воинам.

  -Вам от меня искренняя благодарность. Я разделю свои полки, мой старший сын пойдет на Колыму, там уже есть шесть сотен закаленных ратников, плюс ополченцы, с другим полком оборонит Москву мой младший сын Владимир. Ну а над Владимиром старшим воеводой я ставлю Леопардова.

  Леопардов скептически махнул головой.

  -Не то князь. Самая оптимальная - это гибкая модель обороны. То есть тактика постоянных ночных или даже дневных ударов, и разуметься при защите городов. Но для ее эффективного воплощения надо, что бы все владимирско-суздальские войска подчинялись нам.

  -У вас есть двадцать тысяч бойцов вот их и используйте, а с остальными ратями и мои опытные воеводы сами разберутся. Вот эти три военачальника дважды Рязань брали. Воевода Жирослав робко поправил князя.

  -Я лично трижды и Смоленск штурмовал в придачу.

  -Во, во! Формируйте полки и готовьтесь к бою.

  Мульти-клоны дружно зыркнули глазами.

  -И никаких больше пьянок князь! Увижу пьяного, зарублю, не посмотрю на звания и титулы!

  Леопардов срубил на лету серебряную чашу, рассек на четыре части и продолжил более спокойным тоном.

  Нам будет мало тех сил, что мы имеем. Предлагаю всех особенно женщин и малых детей эвакуировать в секретный город. Там соберем новую большую рать, пока Батыга будет укладывать свои войска под стенами крепостей. Если даже прочие князья не пришлют дружины, мы все равно соберем добровольцев из Пскова, Полочка, Смоленска, Новгорода и Киева. Не захотят князья, поможет простой народ. Новое могучее войско, соберется в едином кулаке, оно будет бить монгольские рати. А, разгромив Батыгу, мы приблизим тот день, когда Великая Русь станет единым и могучим государством.

  Последние слова пришлись по вкусу великому князю.

  -Верно. Русь должна быть единой! Под моей властью! Боже всесильный помоги нам в святом деле! Помоги защитить Русь от мугланов, пускай смелость, и мужество вольется в сердца наших воинов! За это выпьем последнюю чарку!

  -Вот именно последнюю.

  Мечи зловеще сверкнули, было видно, что мульти-клон способен не задумываясь снести голову.

  Бояре недовольно заурчали, до сотни достигало количество яств подаваемых на пиру, не исчерпаем, был питейный княжеский поставленец. Лилось рекой - бургундское, рейнское, канарское, аликант, мальвазия, французское белое, грузинское красное, и множество других вин зарубежных! И все это богатство уже не допьешь.

  А иному боярину и не надо, он-то предпочитает свое зеленое русское вино. С солеными боровиками. А какие тут восхитительные настойки - есть померанская, анисовая, гвоздичная, двойная, тройная, кишентовая, полынная, кардамонная. Всего не перепьешь.

   Голодные мульти-клоны не пили, а только ели, ели жадно Леопардов за раз съел пол поросенка, Пантера также не отставала от него. Клоны уже не спали целый месяц, значит, на пару часиков и соснуть не грех.

  -Мы пока отдохнем, да и вам надо проспаться, а затем обсудим дела ратные, займемся укреплением обороны. И ты отдохни князь. Вот напоили город, был бы приступ как слепых котят вас бы взяли!

  Ратники и князья, чинные бояре постепенно разбредались по палатам.

  

  Ранним утром, прощаясь с отцом, князем Георгием Всеволодовичем младший сын Владимир поцеловал ему руку с большим золотым перснем-печаткой на указательном пальце.

   -Батюшка сколько дружинников ты мне дашь для защиты Москвы?

  -Мои дружинники понадобятся здесь, для предохранения моего преславного города. Не могу я его оголить, вместо войска я даю тебе воеводу Филиппа Няньку. Он дороже всякой дружины, ополчит горожан, призовет крестьян, быстро соберет целую рать.

  -Нянька! Интересное прозвище, не поминает шутку, будто ты княжич дите.

  Рассмеялся Леопардов, высунув кончик языка.

  -Этот воевода в таких ратях побывал что тебе...

  Начал великий князь. Мульти-клон резко перебил.

  -Не снилось, ночью ты сам видел, как мы уложили полсотни отборных ратников, почитай каждый день, мы дрались с армией, равной которой еще в свете не было, так что не надо нас "нянькой" пугать - чай не дети.

  Князь подавил гнев, еще бы они спасли ему жизнь и честь его супруги.

  -Ты не дитя, славный воин, но я все же старше и по возрасту и по званию.

  Москву ты удержишь, табунщики по тыркаются в стены, и отхлынут назад в свои дикие степи.

  -Батюшка Рязань то пала! Стены ее не спасли.

  Князь с натугой рассмеялся.

  -Какие у нее стены - кошка перескочит! А сами Рязанцы, разве вояки низкие широкие как пни, коротконогие. А мы суздальские и владимирские грудь колесом, росту саженого, красота, а не рать!

  -Особенно когда надо пить и орать!

  Перебил Леопардов.

  -Чем ниже рост, тем труднее попасть, да богатыри там не хуже суздальских. Ратибор, Евпатий, Балдак, Дуб-Ваула.

  -А все же мы их били, и впредь будем бить Рязанцев. И Москвы не отдадим!

  Мульти-клон сжал кулаки, костяшки стали багровыми.

  -Не отдадим! Мы заранее укрепили, сей град, я туда уже поместил целую тысячу бойцов белой армии, не считая ополченцев. Там наши люди работали день и ночь, создавая мощную крепость. А ты что не знал князь, думал, что мы только Владимир укрепляем? Стены у нас во Владимире повыше, чем в Рязани, но всего на семь аршин, так что легкая жизнь нам не ожидает.

  -А от прав. Батя дай мне с собой еще пять сотен. Ведь ты дал моему брату, в подмогу еще шесть сотен, а всего полторы тысячи закаленных ратников.

  -Дак Колыма, важнее Москвы! Коломна - передовой порог, Дикого поля. А Москва так себе перекресточек промеж четырех речонок. Монголы, пожалуй, на нее и смотреть не станут.

  Леопардов перебил великого князя.

  -Вот именно князь, между четырех речек, на семи холмах, там все пути торговые сходятся. Путь во Владимир через Москву лежит.

  Хотелось еще сказать, что придет время и этот город станет столицей полумира, но разве можно говорить о будущем со столь не подготовленным умам.

  -Там уже есть тысяча лучших воинов, я дам тебе для охраны два десятка дружинников, они тебя сохранят по пути от напастей и мужиков мятежных.

  -Я предпочел бы одного Леопардова или Пантеру!

  Мульти-клон вздохнул.

  -Пантера сейчас умчалась посмотреть, как идут дела в нашем секретном граде. А я тебя проведу до Москвы, а затем поверну к Коломе. Пора Кюлькан-хана прощупать.

  -Так поезжайте соколики, вернешься со славой Владимир, награжу тебя знатно.

  Юноша звонким голосом крикнул.

  -Дай мне тогда в княженье Рязань!

  -Дам! Давно я хочу включить ее в состав Суздаля.

  -Это разумно - Леопардов тряхнул светлой головой в знак одобрения.

  Нельзя оставлять Рязанцев без присмотра, мы должны помочь им подняться, после такого разгрома!

  . ГЛАВА Љ 11

  Князь Георгий Всеволодович уехал на рассвете вместе с двумя племянниками и сотней верховый дружинников. Пантера намного опередила их, она бежала бегом.

  -До чего неуклюжие люди и их кони, через пару часов я уже буду в секретном городе, а они дотащатся на третьи сутки.

  С князем выехал изрядный обоз с едой, многое из недоеденного на пире было прихвачено с собой. Князь уезжал на возке, княгиня плакала, прощаясь, кланялась. Когда обоз скрылся, зловещая тень монаха проскользнула к воротам.

  -А ты куда чернобородый! Без пропуска никого выпускать не приказано!

  Монах поднял руку и выстрелил огненным шариком в лицо стражнику, голова вместе со шлемом разлетелась на дымящиеся осколки. Затеи долгогривый махнул длинными руками обратившись в ворона.

  Уцелевшие воины перекрестились. Двое попытались подстрелить птицу из лука.

  В ответ вылетало пара жгучих перьев, воины едва успели увернуться, взрывы проплавили стены.

  -У, нечистая сила. - Пересек злой чернец дорогу Великому князю. Недоброе сулит такая встреча!

  Юный князь Владимир и воевода Филипп Нянька помчались немедленно, что бы скорее попасть в Москву. Сопровождало их двадцать дружинников. У каждого был запасной конь. За ними следовало двадцать саней, груженых кольчугами и другим оружием, с запасом еды для ратников и ячменя для коней. Ехали сперва по реке Клязьме, потом отправились зимними путями, напрямик, что бы избежать речных извилин и переверток. Глухие деревушки гудели разбуженными ульями, многие дети и взрослые записывались в Белую Армию, вся северная Русь кипела, мужики спешно обучались ратному делу, вострили топоры и рогатины. Мульти-клон оббегал все лежащие на дороге деревни, указывая места сбора, и люди ему верили больше чем великому князю!

  Княжич Владимир остановился в лесном поселке покормить лошадей. После тяжелой и долгой скачки ему хотелось размять ноги, и он беспокойно прохаживался между домов. Воображение рисовало будущие горячие схватки с монголами, где он княжич, и его верный друг Леопардов будут одерживать победу за победой, разрубая до седла своих врагов. Из густого бора вышел высокий крепкий человек с большой кованой железом рогатиной, рядом с ним шагал еще один тоже крепкий совсем еще молодой парень, вместе они волокли тяжелую медвежью тушу. Охотники остановились перед княжичем Владимиром и сняли шапки. Одна голова была седой, другая черной.

  Узнав, что перед ними, сын князя владимирского они спешно зашли в дом и вынесли свежего недавно добытого в лесу кабанчика.

  -Кушай княжич на здоровье, будет здравие тебе и твоим ратникам! Слышал от сбегов, что навалилась на Русь сила великая, орда неисчислимая. Понял я, что могу дальше жить в своем лесном логове. Хоть и не плохо, обитать рядом с медведями, сохатыми, дикими пчелками, пасека у меня есть. Теперь идет война, и собрал я всех сыновей и внуков их всего тридцать три.

  Старик запел как в древней былине, его голос был глубок и полнозвучен.

  Безграничны ада силы

  Все в крови - поля, моря!

  Но восстанут из могилы

  Огненным мечом рубя

  Тридцать три богатыря!

  Расцветет наш край любимый

  Будет счастлива Земля!

  И будем вместе отбивать озверевших супостатов. Где нам собираться?

  -В ближайшем городе Владимире!

  -К батюшке твоему, князю Георгию Всеволодовичу. Не хочу к нему идти! Тяжел он рукой и незадачлив. Двадцать лет назад, вышел твой батюшка с Суздальский войском на реку Гзе, а потом перешел на Ардову гору и там дал бой. Полегло тогда суздальский тысяч пятнадцать, и все такие были молодцы. И кто нас рубил? Свои же земляки: новгородские, смоленские, ростовские. И ради чего был спор? Не знаешь?

  -Знаю! Они хотели отнять княженье у моего отца, князя Георгия Всеволодовича.

  -А нам то что с этого. Твой отец сидел бы или его родной брат Константин Ростовский. Брат на брата поднял руку, как Каин против Авеля! Только вместо того чтоб биться один на один вывели на бойню простых мужиков. А нам если разница, кто над нами будет сидеть Константин или Георгий. Сколько нашего простого люда полегло, сколько детей осиротело, тогда и Калки не было, об мугланах никто не слыхивал, а вы русские князья резались хуже татар! Теперь князь Георгиевич, и прочь бы сходить к волхвам, отсыпать им золота, что бы воскресили пятнадцать тысяч ратников и еще столько же полегших в войске Ростовского князя. Только и в том беда не поднять покойничков заговорами и молитвами! Я бился на Ардовой - лучше сказать Адовой горе и помню, что с нами князья сделали, нет, не пойду за князем Георгием, я и прочие старики, и дети мои!

  -Да ты речи ведешь разбойные! - рассердился юный княжич Владимир - Да я за такие речи зарублю тебя на месте!

  Рука потянулась, к висевшему на поясе мечу.

  -Одним покойником больше будет, словно их и так мало, а мугланы все равно придут. А мы мужики будем с ними драться, стоят насмерть за свою отчизну, без князей. А как ваш батюшка будет драться, мы еще посмотрим. Я в месте с сыновьями и внуками лишь белым ангелам верю. А они говорят, бейте их по ночам в ватагах, насаживая на рогатины, снимая отравленными стрелами. Десять моих внуков обучаются в белой армии. Постой прислушайся Владимир, кажется, мугланы едут.

  Вот видишь острожек, там и соберемся. Звать меня Егором, если погибну, скажи обо мне белому ангелу. На горке и впрямь стоял острожек, с покрытыми свежим льдом валами. Острый слух охотника заранее предупредил о появлении нукеров. Княжич отдал распоряжение.

  -Один всадник поскачет во Владимир за подмогой, остальные займут оборону в острожке.

  Жители села едва успели спрятаться, как из лесу вылетели монголы. Их было не меньше чем полторы тысячи, а среди защитников мужчин едва набралось полсотни. Несколько сыновей такие же мускулистые и в таких же медвежьих шубах, как и отец, заняли позиции за бойницами. Нукеры начали свой традиционный обстрел длинными стрелами, ратники, спрятавшись за щитами и резными стенами, не отвечали. В лучах заходящего солнца, монголы напоминали мохнатых упырей с колючими рогами. Они явно нервничали, и видимо опасаясь возможной подмоги, громадная черная масса устремилась на штурм. Не имея лестниц, монголы подсаживали друг друга, облепив лед веретеницей, затем хоть и с трудом добрались до конца ледяного края. Их встретили дружным ударом копий и рогатин. Громадный как медведь нукер перепрыгнул через стену и был насажен на рогатину Егора. С трудом, приподняв гиганта, могучий старик рывком сбросил его вниз, туша упала, увлекая за собой целую дюжину монголов. Княжич Владимир рубил мечом, ловким с раннего детства отточенным движением срубая головы. Татары, тем не менее, вели отчаянную стрельбу из луков, несколько бойцов уже получили ранения. Противник продолжал наседать, отступление означало верную смерть для всей тысячи. Монгольские ратники все лезли и карабкались, русские воины, ловко орудуя копьями и мечами, не давали перепрыгнуть через ледяной вал. Даже женщины и малые дети помогали защитниками, варили кипяток, швыряли заранее сложенные камни. Численное превосходство ордынцев уже не играло никакой роли, они не могли развернуть свои силы. С другой стороны и защитники слабели, вражеские стрелы, не смотря на все их усилия, все же доставали руссичей, орошая тулупы кровью. Одна из стрел угодила в голову семилетнему мальчишке, вышибив глаз и выйдя концом из затылка. К счастью для защитников, в основном в руках у монголов были легкие луки, по этому убитых почти не было. Вместе с двумя сыновьями Егор выволок тяжеленное утыканное гвоздями бревно, покрытые ржавчиной острия зловеще мерцают в лучах заходящего солнца. Бросок вниз, брызжут фонтаны крови, рухнуло более полусотни изуродованных нукеров. Многие убиты, а многие изувечены, ревут благим матом. Конечно, тяжело защитникам. Но ведь и врагов полегло не мало, уже добрая половина нукеров была намертво порублена или тяжело ранена, раненые стонали и дико корчились внизу. Громовой грохот прервал штурм, высокий человек и развевающейся черной бородой завис над защитниками. Его громовой голос терзал уши.

  -Вы смело сражались добрые ратники! Но теперь настал ваш последний час. Выдайте нам младшего сына князя Владимира, и мы пощадим ваши жизни.

  -Нет! Мы никогда! Не предадим свою честь! - с раскладом произнес Егор.

  -Верно! Никогда! подхватили остальные воины и сыновья.

  -Тогда всем вам конец! - проревел колдун.

  Сверкнули две огненные сабли, они прошлись диковинным кругом, и на их месте возникла уродливая двенадцатилапая жаба, размерами с динозавра и пастью кашалота. Чудовище размеренной поступью рвануло к острожку, давя по пути ненароком попадающих под когтистые лапы нукеров. Резво взлетев по стене, оно не обращая внимания на копья и рогатины, они ломались под ней как сухие стручки - заскочило наверх. Там она раскрыла пасть, ее семихвостый язык вывалился зловещей речкой, каждый хвост на языке со своим оттенком - серо-буро-лимонно-пурпурно-оранжево-лилово-малиновой рекой. Он, несмотря на жалкие попытки трепыхания опутал княжича, громадные клыки сверкнули в пасти.

  -Нет! проверещал колдун.

  -Его не надо есть! Лучше сожри всех остальных.

  Зверь выплюнул кокон, и раскрыв уродливую пасть атаковал ближайших воинов. Мечи и копья отскакивали от перламутровой кожи. Ни кто не видел с какой стороны подлетел меч, все увидели лишь как его жало вонзилось жабью глыбу. Удар сопровождался взрывом, туша задергалась, словно пробитая гальваническим электричеством. Страшный клинок, казалось намертво, пригвоздил зверя. В рядах монголов раздался вопль страха, они увидели, как стремительная смерть проносится по их рядам. Хотя у Леопардова было только два меча из них только один легендарный, из-за стремительности движений казалось, что у него по две дюжины рук. Пройдя сквозь трупы, ибо многие, видя приближение белой фигуры, уже представляли себя мертвыми, мульти-клон по спинам нукеров вскарабкался на стену. Выдернув магический меч великого ниндзя, он еще раз рубанул, по трепещущей опавшей туше полумертвой жабы, та дернулась и затихла. Видимо магическое оружие и бьет по-особому. Парящий в небе колдун, испустил ядовитый смешок, но в его голосе чувствовался страх.

  -Ты сумел изгадить лишь тень моего копыта!

  -Я думаю скоро, и твоя туша будет зарыта!

  Мульти-клон легко рассмотрел колдуна, это хорошо знакомый ему предатель рязанский князь Глеб. На груди у него горел магический талисман, точно такой же носил в свое время верховный шаман Бэки.

  -А ты я вижу князек, подряжаешь на роль наемного колдуна или шута. А ну ко отдай его окажи клону честь. Это такая науки магической вещь, слишком тяжелая для твоей свиной шеи, или ты хочешь, чтоб тело твое монстры съели.

  Передразнивая Газука, повторил Леопардов. В ярости князь запустил в него пульсарами, отбить их не стоило труда. Затем в ход пошли рукотворные монстры - их была целая дюжина, они скакали на кривых отливающих кровью копытах, размахивая веерообразными киптями. Леопардов без проблем порубил их, лишь одна лапа слегка прошлась по кимоно. Помимо монстров по пути пришлось отбивать стрелы пускаемые нукера, и рубить слишком настырных монголов. Подскочив к князю по ближе, Леопардов с силой швырнул свой меч, одновременно уйдя от большого снопа огня выпущенного вельможный магом. Бросок оказался удачным, мульти-клон не промахивается, удар, хотя и пришелся в защиту, видимо потряс князя. Глаза полезли на лоб, лицо покраснело и изошлось испариной, резко развернувшись, он попытался уйти в небо, но новый удар в вдогонку пробил ослабевшее поле. Правда меч слегка изменил траекторию, и лишь слегка порезав, обагрил кровью плечо князя Глеба. Предатель нагнулся и прошептал заклинание мгновенного перемещения, хотя оно отняло у него последние силы, зато позволило избежать немедленной смерти. Следующий брошенный меч, поразил лишь красно-оранжевую дымку, возникшую на месте перемещения. Пройдя сквозь нее клинок, начисто срезал столетнюю сосну. Выдернув оба брошенных меча, мульти-клон повернул в сторону столпившихся нукеров. Растерянные монголы, почти не сопротивлялись, большинство из них предпочло повернуть коней и бежать с поля брани. Конечно со стороны это выглядело смешно, небольшой босоногий подросток с двумя мечами, преследует несколько сотен отборных воинов. Но те, кто был, смел, или не достаточно быстр, ложились как зрелые колосья под ударами закаленных серпов. Мульти-клон преследовал врагов с беспощадным азартом. Первоначально он рубил их десятками, а когда они бросились в рассыпную, стало очевидно, что часть все же сумеет уйти.

  -Ну ладно может их сам Батыга казнит! А пока проведаю своих.

  Тем временем ратники и обступившие их мужики безуспешно пытались распутать паутинистый кокон, в который был, обернут княжич Владимир. Появление стремительно мчавшегося Леопардова было более чем к стати.

  -Вы я вижу, не можете магическую паутину распутать. Смотрите и учитесь.

  Пара резких взмахов мечом и кокон рухнул, побледневший княжич упал на грудь Леопардова.

  -Ты снова в который раз спас меня и наших друзей. Если бы я мог, то я бы отблагодарил бы тебя так.

  Слов не хватало.

  Отвечать банально - что служение русскому народу уже само по себе есть высшая награда! - Не хотелось.

  -Я всего лишь выполняю свой ратный долг как впрочем, и эти мужики.

  -Верно, мы сражались не ради наград!

  Егор вышел и встал впереди всех, низко поклонившись мульти-клону.

  -Теперь ты наш командир, повелевай нами!

  -Бейте татар и принимайте участие в ночных рейдах. Пусть земля горит под ногами у оккупантов. А тебе княжич скажу - Москва к обороне полностью готова и что бы ты быстрее вступил в обязанности воеводы, предлагаю следующее. Ты сядешь мне на плечи, и я бегом домчу тебя, до града Московского. Там мы и посчитаемся с врагом.

  -Ну, ты и крепок ангелочек! И не холодно тебе без обувки то?

  Не впопад спросил Егор. Леопардов рассмеялся.

  -А где ты видел ангелов в ботинках! Даже дети зимой так бегают, а мы не люди!

  А теперь рванем, каждая минута дорога!

  И мульти-клон, закинул княжича на плечи, и со своей дорогой ношей устремился к пока второстепенному, а в будущем первопрестольному граду.

  

  Субудай-Багатур яростно шептал хану Батыю.

  -Выслушай, джихангир своего преданного слугу. Важное дело впереди. Ты увидишь ключ к дверям вселенной! Мы должны немедленно двинуться к Москве. Сей град есть большой склад иноземных товаров, там мы захватим огромные богатства, заморское серебро, сусальное золото, греческое красное вино, германское сукно.

  -А как же град Муром?

  -Его пускай берут иные ханы. Укреплен он похуже Рязани и самое главное там нет белых мангусов.

  -Вот именно поэтому я хотел бы взять Муром сам. А Москва, тяжелораненый князь Глеб сообщил мне, что видел белого мангуса спешащего вместе с князем в Москву. Теперь это крепкий орешек.

  -Тем более нам надо идти вперед к Москве.

  Субудай засопел, наклонился к уху Бату-хана с висящей большой, как греческий орех алмазной серьгой и едва слышно прошептал злобной коброй.

  -Задан вновь пришла в свою адскую силу. Духи преисподней помогут нам, взять Москву, не смотря на все их ухищрения. Там мы и придавим Леопардова, ибо сила магии не измерима.

  -Так зачем нам спешить?

  -На войне один упущенный день или даже час - упущенная победа и пропавшие даром труды девяноста девяти дней. Не принимай жалобщиков, будь безжалостным с ледяным сердцем, только тогда сумеешь разметать в пыль своих врагов.

  -Надо провести несколько публичных казней.

  Крикнул джихангир.

  -Это успеется и без тебя.

  -Нет только со мной!

  Подбородок Бату-хана задрожал от гнева, в последнее время этот старик все больше и больше раздражал его. Морда Субудая была вся в шрамах, ни когда немытая рожа напоминала избитого бульдога. На сей раз, одноглазый барс принял вид смирения.

  -Хорошо, но казнь должна быть краткой.

  Бату-хан на крытом золоте в драгоценных каменьях верблюде выехал на площадь, там уже блестел заточенный кол, могучие тургауды вели внешне немощного старика в полосатом кипчакском халате.

  -Кто это?

  Набычившись, произнес Бату-хан.

  Субудай ответил.

  -Это мой сторож будильного петуха Назар-Кяризек.

  -А он плохо справлялся со своими обязанностями?

  -Лично он нет! Но его сыновья предатели! Первый младший сын Турган, похитил волшебное кольцо, ранее принадлежащее самому Чингиз-хану, и бежал к урусам, по пути убив многих воев. А затем и четверо остальных сыновей также перебежали на сторону твоего самого главного врага влились в ряды Белой армии.

  -Это верно! - рявкнул Батый.

  Старик вяло пролепетал.

  -Увы, мне нечего сказать в оправдание. Я наказан Аллахом да будет прославлено его имя!

  -Гнева Бога маловато для тебя. Ты заслуживаешь и людской кары. Сломайте ему хребет и бросьте псам.

  Батый с торжествующим видом повернулся к Субудаю.

  -Не много времени отнял у нас суд. Теперь мы рванем к Москве.

  Палачи подхватили Назар-Кяризека, заломив руки, и уже попытались, было сдвинуть ноги к затылку, как вдруг осели, словно срезанные поганки. Еще никто ничего не успел сообразить, как последовали мощные взрывы, разметавшие густо стоящую толпу.

  -Вот он белый мангус!

  Батый протянул руку, надоумь, ткнув в толпу пальцем. На самом деле никто не знал где находиться смертельный ангел, Леопард был одет как монгол и необычайно точно копировал их манеру держаться. В своем рейде ему хотелось совместить приятное с полезным - спасти Назар-Кяризека и пощипать монгольские ряды. Решение родилось довольно быстро, Назар в возникшей давке был, бесцеремонно закинут в пустую винную бочку. Затем Леопардов принялся рубить в горькое яблоко, с азартом истребляя многочисленных нукеров. Это был огромный риск, но когда молотишь врагов в такой густой толпе, то всегда можно успеть уйти. Вот и сейчас он не давал, как следует прицелиться монголам, его мечи крушили плоть, терзали железо. Леопардов двигался зигзагами, с наслаждением вырубая просеки во вражеских войсках. Шаг за шагом и на каждую секунду следуют пятнадцать-двадцать смертельно разящих ударов и тебя охватывает азарт, ты ловишь наслаждение и бешеный кайф от пролитой крови. Дави, дави, дави этот мусор, круши, ведь ты не человек, а машина смерти созданная убивать! Мульти-клон так увлекся, не обращал внимание, на то, что против него бросают все новые и новые силы, что врагов многие десятки тысяч, а он один. И что десятки тысяч стрел уже обрушились на тебя сплошным водопадом. Получив несколько серьезных ранений Леопардов, сбавил атакующий темп и стремительной юлой зарылся в сугроб. Он рыл как тысяча кротов, пальцы воткнулись в камень. Легко и быстро отдирая подобие древнего кирпича, клон сумел забраться в погреб одной из полуразрушенных хат.

  Там в подвале небрежным движением кисти Леопардов прирезал пятерых нукеров и нацепил на себя одежду сотника. Затем как ни в чем, ни бывало, вылез, растворившись в толпе монголов. И видимо вовремя шаманка Керинкей-Задан взмыла в воздух, явно готовая применить новое магическое оружие. Интересно все же что у нее осталось про запас. Чувствовалось, что ее колдовские силы растут.

  Бату-хан тем временем выговаривал Субудаю.

  -А ты говорил, что он в Москве, на самом деле этот убийца не слышным барсом ходит рядом. Мы должны его изловить и уничтожить.

  Субудай рычал в ответ.

  -Мы бы это давно сделали, но даже великая чародейка Задан, не может его вынюхать и вычислить.

  -Мне нужны не оправдания, а их отрубленные головы. Если в ближайшее время их не уничтожат, я с вами такое сделаю!

  Батый сжал кулаки, из-за рта потекла пена. Затем он забрался на церковный престол.

  Тургауд трусливо прошипел.

  -К вам пришли о великий хан посетители.

  -Кто!

  Оглушительно рявкнул Батый, тургауды присели их языки заплетались от страха.

  -Это бухарские купцы! Старшина двенадцати других негоциантов. Они скупают захваченное нами имущество.

  -И чего им надо!

  -Твои воины обидели их, избили, отняли все имущество.

  -И правильно сделали! Купца на кол! Чтобы не клеветал на мою армию, а его подручным сломать хребты и выбросить псам.

  -Нет!

  На сей раз, вмешался Субудай.

  -Купцы нам полезны! Купцы привозят нужные товары и снабжают нашу армию. Да и нашим воинам не удобно носить с собой всю свою военную добычу. А посему укажи нам тех желтоухих псов, что тебя ограбили?

  -Твоих воинов больше чем перелетных птиц весной, или звезд в ясном небе. Но если я сам увижу обидчиков, то смогу указать на них.

  -Ладно, мы приставим к тебе охрану.

  Бату-хан оттер холодный пот со лба.

  А пока я хочу, что мне станцевали. Особенно я хочу Огневичку, она есть подлинное пламя, не с кем мне не было хорошо как с ней.

  Когда привели Огневичку и прочих танцовщиц, она сделала вид, что ее лицо сияет от счастья. Кружась в яростном ритме, она постепенно скинула всю одежду и оказалась абсолютно нагой. Ее груди так и ходили ходуном, а роскошные бедра лоснились. Бату-хан сполз с престола и повис на ней. С яростью дикой кошки она впилась в джихангира и поскакала на нем. Огневичке с одной стороны было стыдно и противно, а с другой любовь с дьяволом по-особому возбуждала и она неподдельно ревела от восторга, погружаясь в пучину разврата.

  Леопардов тем временем нашел роскошную юрту Юлдуз-Хатун, ему очень хотелось повидать эту красавицу. Пройдя под видом темника в горницу, он сбросил одежду и приняв вид смиренного раба бесшумно зашел в палату. Юлдуз стояла возле зеркала, появление Леопардова заставила вскрикнуть ее, но крик потонул в глубоком поцелуе. Мульти-клон жадно пил аромат ее уст, она в ответ отзывалась страстным объятием. Когда они, наконец, разомкнули губы, им обоим было очень весело.

  -Твои волосы отросли!

  Ханша дунула, затем пригладила ручкой в искрящее подобие сугроба.

  -Ты стал гораздо красивее.

  -А ты слегка подросла, стала выше! Как мне тебя жаль девочка, кошмарно делить ложе с таким чудовищем!

  Юлдуз вздохнула.

  -В последние дни он увлекся новой рабыней Огневичкой и мне совершенно не докучает. Разве что просит сказку рассказать на ночь.

  -Это прекрасно, скоро он истратит на нее все силы, и сам объявит о завершении похода на Русь. А теперь скажи - ты меня любишь.

  -Да ты мой принц!

  -Тогда давай сольемся в единое целое!

  Их тела распластались и сплелись в клубок напоминающий смесь мороженого в шоколаде, ослепительно белое тело и волосы мульти-клона золотисто-смуглая с иссиня-черными волосами Юлдуз-Хатун. Мороженое было горячим, из него исходил жар, раздавались сладострастные стоны. Никогда еще меленькая ханша не чувствовала себя так хорошо, переживая одну волну сказочного оргазма за другой. Мульти-клону тоже было на редкость приятно, хотя слишком хрупкая плоть, движения должны быть плавными и осторожными, вот Пантере он бы поскакал бы как на мульти-клоновской лошади. Возникло воспоминание об этой прекрасной диве.

  -Ты знаешь?..

  Начал мульти-клон, как вдруг дверь распахнулась и на пороге возникла старшая жена Батыя. Она, не смотря на молодость, была толста, в просторной вышитой жемчугом лиловой одежде. В крепких мужских руках торчал искусно сделанный арбалет.

  -Вот ты чем занимаешься негодница. Урускому рабу даришь плоть священной жены джихангира. Я сейчас...

  Мульти-клон легонько ударил по челюсти, прежде чем старшая жена успела крикнуть. Затем он слегка нажал ей жилку в шее. Толстая женщина, словно на ватных ногах двинулась в свою комнату.

  -Она нас видела и все скажет Бату.

  Леопардов беззвучно рассмеялся.

  -Она ничего не скажет через минуту она окочуриться от сердечного приступа. И ты не бойся.

  -Я и не боюсь - Каруз-Тама была очень злой, она лично пытала уруских пленных, особенно любила мучить молоденьких мальчиков и девочек, жгла их огнем, она получила по заслугам.

  -Тем лучше не люблю убивать людей без причин.

  Леопардов слегка поклонился.

  -Извини Юлдуз у меня на счету каждая минута.

  -Ты будешь помнить меня.

  -ДА!

  -Помню как сейчас лик вроде неприметный

  Взгляд пронзил мне сердце острием кинжала!

  Я сгорал в потоках огненного ветра

  Ты в ответ мне клятву прошептала!

  Юлдуз ответила певучим тоном.

  -Мы на веки с тобой

  Жарче солнца твой взгляд!

  Ты кумир мой герой

  Белоснежный солдат!

  . ГЛАВА Љ 12

  Потоки монгольских туменов полились вперед отдельными самостоятельными отрядами. Они раздвигались в ширину как растопыренные пальцы ладони, чтобы не мешать друг другу при грабеже городов и сел. Это напоминало облавную охоту, туго затягивается живая петля, сгоняется в середину население, затем оно за редким исключением истребляется. Только зачастую охотник сам превращается в дичь, растопыренные пальцы зажимаются в стальные клещи. Каждую ночь бойцы Белого легиона совершали набеги, нанося страшные потери монголам. Приступы к Москве словно вымерли, большую часть товаров перевезли во Владимир, город ощетинился к обороне. По пути монгольские и воины прочих народов обшаривали, каждую хату, все посады и погосты буквально выметая все. В ответ их встречали удары рогатин, каждая ель и сосна грозила смерть. Активно действовали снайперы лучники, искусно прячась в кронах, они атаковали монголов даже днем. В ответ боевики орды зверски расправлялись с пленными, особенно с женщинами и детьми. Пленных жарили живьем, сажали на заточенные колья, многих раздевали и обливали студеной водой, они мучительно замерзали на лютом морозе.

  Отряды Бату-хана и Субудай-Багатура рванули ускоренными переходами по извилистому течению Оки. Они торопились первыми, в обход других ханов подойти к небольшому на тот момент истории городу, одно название которого ныне заставляет трепетать каждого россиянина - Москва. Одноглазый брат держал при себе несколько булгарских купцов. По пути он все выспрашивал про дорогу, про то какие товары здесь складируют, что есть на продажу у урусов.

  -В первую очередь ценились меха, особенно много было медвежьих и лисьих, ценных соболей, горностаев, а вот уссурийские тигры в этих лесах не водились, что сильно разочаровало Батыя.

  -Я люблю тигров, особенно белых, жаль что их здесь нет, но все равно я доволен - это богатая земля, с крепким народом из урусов получаться живучие и выносливые рабы. А где купцы обычно прячут золото? Наверняка у них секретные подвалы. Богатых людей не убивать, а словив пытать, загонять иглы под ногти, что бы выдали все тайны.

  По дороге монголы наткнулись на женский монастырь, защитников было не много, то высокие стены и узкие окна затрудняли штурм, тогда на помощь пришла чародейка Керинкей-Задан. Выпустив большой огненный шар, она с мощным взрывом проломала толстую стену. Нукеры ворвались во внутрь, полсотни белых ратников и несколько монахов, дрались до конца. Особенно ярым было сопротивление в узких коридорах, монастыря. Монастырские воины, заняв проходы, стояли на смерть, не давая врагам использовать численное преимущество.

  -Не шагу назад! Постоим за честь наших женщин. Кричал юный сотник Савелий Панкратов.

  Его меч густо окрасился кровью. Трудно поверить, но юные бойцы, по сути еще дети держали удары, укладывая десятками самых сильных воинов. Но нукеры смогли вышибить соседнюю дверь и зайти юным воинам в тыл. Мальчишки погибали героически, ни кто не просил пощады, на Панкратова успели накинуть аркан и тяжело раненого приволокли к Бату-хану.

  -Ты жалкий уруский щенок, посмел бросить вызов моим победоносным войскам. С тебя живьем сдерут кожу.

  Вместо ответа мальчишка напрягся и резким рывком выскользнул из рук державших его нукеров, выдернув на ходу кинжал. Хотя клинок и отлетел от защитного пузыря, оголец сумел распороть брюхо стоящему с боку темнику, и тут же завис, проколотый копьем тургауда. Пару раз, трепыхнувшись, мальчишка затих.

  -Сволочь!

  Завопил Бату-хан, в ярости метнув кинжал в горло тургауду. Телохранитель отлетел, скорчился, густо отрыгивая кровью.

  -Ты шакал избавил его от страшных мук придуманных мною. Ей вы слушайте меня, самых лучших женщин отвести в мою юрту, пускай исполняют для меня веселые танцы, остальных на забаву воинам.

  -Твое приказание слегка запоздало. Твои воины отвели душу и прирезали почти всех женщин.

  Проворчал Субудай.

  -Хорошо пускай отберут среди тех, кто остался в живых. Да и будьте повнимательней, прочешите подвалы, там еще могут прятаться испуганные женщины!

  Тщательный обыск, дал результаты. Из бочки вытащили двух молоденьких девушек.

  Роскошно одетый Батый встретил их в центральной башне монастыря.

  -Какие сладенькие уруски! Бледные ягодки станцуйте и спойте для меня.

  Более высокая девушка гордо расправила плечи.

  -Я дочь князя Юрия Ингваревича. И не собираюсь плясать перед зверем в подобии человека.

  Батый рассмеялся, его голос стал ласковым.

  -Позовите князя Глеба, посмотрим, чему он научился.

  В горницу влетел князь Глеб, рана на плече уже затянулась, движения предателя стали плавными.

  -Заставь сплясать этих див.

  -Слушаюсь и повинуюсь великий каган.

  Князь ухмыльнулся гаденькой ухмылкой, затем погладил талисман Бэки.

  -Они станцуют, так как угодно повелителю.

  Из пальцев предателя посыпались трехцветные искры. Они заполняли все помещение блистающим туманом, затем марево стало приобретать отчетливые контуры.

  Княжна замерла, ей было страшно, она ожидала появления самых жутких монстров, а вместо этого перед ней благоухали громадные прекрасные розы. Треть бело-молочные, треть роз рубиново-красные, а еще треть золотисто-желтые пушистые бутоны. Красочные цветы пришли в движение, бутон коснулся скромного бюста, одежда лопнула, оголив маленькие груди. Девушка вскрикнула, цветы жгли огнем, шипы безжалостно всаживали свое острие в нежное ставшее обнаженным тело. Вскрикнув и дрожа от невыносимой боли, княгиня пустилась в пляс. Ее вынужденный танец был надрывен и трагичен, девушка дергалась поломанной марионеткой.

  Зрелище было по нраву джихангиру.

  -А ее напарница, почему не танцует?

  Цветы словно поняли приказ Батыя, потянулись ко второй девушке, сразу обнажив ее, содрав одежду, словно облупливая банан. Бедная девушка сама пустилась в пляс, не дожидаясь жгучих уколов.

  -Чудесно! Люблю зимой цветы! Пускай танцуют пока не заваляться в обморок и поэнергичнее.

  Цветы прибавили игрового темпа, женские тела раскраснелись, покрылись потом, стройные ноги постепенно начали дрожать. Батый вел не спешную беседу.

  -Значит, ты уверен, что твой задумка сработает.

  -Я ни в чем не уверен князь, лишь питаю надежду. Нам противостоят не люди, а порождения нам неведомых сил, их логика отлична от человеческой.

  -Неужели князь, выражайся яснее.

  -Трудно предвидеть какую силу они смогут приобрести в ближайшем будущем, особенно если овладеют волшебством.

  -Это уже ваша забота, давай лучше выпьем арзы, а девушки пускай добавят скорости, люблю, как когда дамы стонут. И прибавь музыки.

  Князь хлопнул в ладоши и чиркнул пальцем. Заиграло подобие смеси органа и дробь драйва. Танец страдания продолжался, морда Батыя выражала все возрастающее умиление.

  -Люблю плачущих женщин! Прелестное личико еще прекраснее, когда искажено страданием, а матовая бледность отражает муку!

  Джихангир рассмеялся ядовитым смешком.

  

  Леопардов после очередного ночного набега отвел на дневную стоянку, утомленный Белый легион. Удар был, весьма ощутим, перебили почти целый тумен, но враг все равно все глубже мертвой хваткой впивался в Российскую территорию. Мульти-клон выглядел напряженным и задумчивым, по-видимому, следовало применить новое оружие, хотя с другой стороны всегда надо иметь в рукаве лишний козырь. Размышления прерваны, отдаленными жалобными звуками, казалось, что кричала терзаемая женщина. Леопардов в ярости рванул в этом направлении, ему хотелось рубиться и мстить, глядя на бесчинства монголов, мульти-клон все больше заряжался неведомым ранее чувством ненависти. С неудержимой стремительностью почти двое превышающей максимальную скорость гепарда, Леопардов выбежал на опушку, рядом плескалось озеро. Нукеров было немного - чуть больше сотни, и они даже не успели дать прицельный залп, как мульти-клон врубился в их ряды. Движения Леопардова как всегда выверенные и стремительные, а магические кладенцы жадно рубят плоть. Особенно меч ниндзя, он буквально расцветает от пролитой крови, становиться ярче и рубит сильнее, правда яркий свет это катана, является и недостатком, во время, например ночной бойки. В последнее время он уже научился управлять мечом, и когда надо сей меч становиться невидимым. Движения магия ударов, бегущие монголы, их неуклюжие попытки закрыться, когда ты даже не тратишь время на обходные маневры, а просто рубишь железо, брызжет кровь, слышны вопли ужаса. Вражеская сотня полегла, словно крапива под косой, часть попыталась уйти по льду озеру, но их настиг безжалостный клинок. Покончив с врагами, Леопардов с ловкостью кошки распутал связанную жертву. Снаружи она чем-то напоминало крупную женщину, но когда пруты упали, даже мульти-клон поразился. Перед ним стояла прекрасная дева с ослепительно белыми крылышками, с большими изумрудно-сапфировыми глазами, открытая пышная грудь отливала рубинами. Изящные голые ножки были похожи на человеческие, лишь из икр выпирали едва заметные плавники. Она была необычная и по-своему неповторимо прекрасна.

  -Ты спас меня!

  Прозвенел мелодичный, как перезвон сосулек в ветреную погоду голос.

  -Я спасаю слабых и тех, кто нуждается в защите!

  Прогремел Леопардов.

  -Ты кто?

  Уже более мягким тоном продолжил мульти-клон.

  -Я фея! А в просторечье зовусь снежной русалкой. В отличие от обычной я умею летать, и владею магией любви.

  Глаза белоснежной дивы зажглись диковинным огнем, из них полился переливчатый свет. Леопардов почувствовал сильное влечение, это чувство не было новым, он практически сразу возбуждался, видя красивую девушку из числа людей. Нет, здесь было что-то особенное более глубокое и сильное.

  -Ты такой красивый!

  Зашептали ее атласные губы. Леопардов и сам понимал инициативу надо брать на себя, сделав решительный шаг, он заключил снежную фею в объятия. В ответ она притянула его, с неожиданной силой обвив ногами.

  -Какая ты сильная! Умилился мульти-клон, почувствовав стальные пучки мышц и упругую кожу.

  -Полетели в мое полноводное царство!

  Нет прекрасней его, воплощение Марса!

  Бронзовым голосом пропела дива. Леопардов ответил певучим ритмом.

  Я с тобою готов

  Ураганом витая

  Прорубить тьму веков

  Свет очей дорогая!

  Они взвились, скользнули по замершей глади озера, лед лопнул, и вдвоем продолжая ласкать друга, мульти-клон и фея погрузились в студеные воды. Уже в пучине Леопардов овладел ею, их теля нагрелись и сотрясались от удовольствия.

  Снежная фея стонала и металась, ее тело раскалилось, бушевали волны. Лед на поверхности треснул, и стремительно таял. Оба создания продолжали свою пляску, вода отнюдь не мешала дышать мульти-клону, так как его легкие были способны исполнять функцию жабр, ну а снежную фею не даром прозвали русалкой, вода ее стихия. От обоих возлюбленных повалил пар, в дело вступила любовная магия, от феи исходили, лазурно-огненные волны, все перемешивалось, даже рыбы и те пустились в пляс.

  -Это потрясающе!

  Побулькала фея.

  -Я никогда не испытывала подобного. Расскажи о себе, посланник неведомого мира.

  Леопардов продолжал любовную пляску, ему не хотелось останавливаться. Впервые он мог заниматься любовью в полную свою силу, так как плоть снежной феи была не по-человечески прочной. Впрочем, почему бы и не попробовать.

  -Ты хочешь знать о нашем мире?

  -Да очень хочу!

  -Наш волшебный мир диаметрально противоположен этому. Даже трудно подобрать аналоги в языке.

  -А ты знаешь. Промурлыкала фея, можно поступить проще, не рассказать, а показывать.

  -Как?

  -Поплыли со мной, я подведу тебя к вечному зеркалу.

  В воде было удивительно светло, она казалось такой мягкой и теплой, что плыть доставляло непередаваемое удовольствие. Они плыли вдвоем, отливая серебром и жемчугом мерцая в мягком подводном свете. Пара гигантских в блестящих пупырышках кальмаров отсалютовала им, приставив пару щупалец к голове.

  -Кальмары! Они откуда, ведь не должно их быть в озере.

  -Верно, в русских озерах они не водятся, но мы уже не в озере, а на границе со сказочным миром.

  -Теория Ягини, ты покажешь мне сказку?

  Фея грустно провела длинными ресницами.

  -А ты сам этого хочешь? Дело в том, что если я введу тебя сказку, обратный путь может затянуться, и ты не сможешь принять участие в великой битве русского народа с монголами.

  Леопардов на мгновение задумался.

  -А зеркало?

  -Это пограничный район. Ты кое-что увидишь, я кое-что увижу и мы разойдемся. Что бы встретится потом в более спокойной обстановке.

  -Сражаться придется?

  -Нет, если ты пройдешь со мной - тебя пропустят.

  Вдали сияла жемчужно-фиолетовая гора, в ней блистал асбестовым цветом, врезной замок. Когда они подлетели поближе, Леопардову показалось, что он буквально раздавлен величием исполинского монумента. Дворец занимал полнеба, стены из мерцающего белого мрамора уходили на километры высь. Вершина упиралась в рыже-оранжевую тьму, тонула в ней. Входы охраняли стометровые великаны, они казались крохотными лишь на фоне величественных ворот. Глядя на их размеры Леопардов, впервые ощутил подобие беспомощности, затем прикинул, можно ли им подрубить толстые ноги? Меч ниндзи способен удлинятся, поэтому вполне реально, нанести исполинам смертельные раны. Тем более раз они такие огромные значит, скорость, и реакция у них должны быть послабей, так что он готов к драке. Богатырские стражники не проявляли враждебности, скользнув тяжелым взглядом по снежной фее, они низким голосом прогремели.

  -Хочешь суженого провести?

  Фея ответила.

  -Я хочу знать кто он. И может ли это существо быть отцом моего ребенка.

  -Ребенка!

  Просвистел Леопардов.

  -Ты беременна?!

  -Да! Такова судьба, я не могу иметь людей от простых людей, только выдающийся герой даст мне возможность обзавестись потомством.

  Леопардов замер, теперь нет пути назад.

  -Я обязан на тебе жениться?

  Фея рассмеялась, уста искрили начищенным жемчугом.

  -Нет! Мы феи никогда не женимся! У нас будет дочь, прекрасная малютка.

  -Да тогда назови мне свое имя.

  -Ее зовут Артемида!

  Ласковым голосом произнесла снежная фея.

  Воины дружно рявкнули, казалось, что дрогнули снежные вершины, величественных мерцающих на горизонте гор.

  -Проходи пришелец, но будь краток, ибо миг познанья очень сладок.

  Артемида подхватила Леопардова под руку и повела его по коридорам. Гигантские колонны уходили в высоту, поверхность белого мрамора отливала золотом, сложные сочетания изумрудов, топазов, янтаря, рубинов, сапфиров, тщательно отшлифованных алмазов, обрамляли стены комнат. Многие прекрасные движущиеся пейзажи в этом дивном сказочном дворце были выложены из самоцветов, Леопардов невольно залюбовался не передаваемым зрелищем.

  -Пошли быстрее мой суженый! Это дворец пограничного мира, суда порой наведываются боги, мы имеем право лишь краткий миг знакомства.

  Вот они влетают тронный зал, буквально заполненный горящим жаром дивных драгоценностей, сказочные жуки перемещаются по полу. Перепрыгивая их, Леопардов и морская Артемида, подскочили громадному внешне темному зеркалу, раме из смеси сплетенных цветов, ракушек и змей.

  -Вот оно вечное дерево! Оно способно демонстрировать наши мысли и чувства. Мой рыцарь покажи мне свой мир!

  -Как?

  -Положи руки на стекло, и они все прелести твоего мира сами отразятся в изображении.

  Леопардов положил ладони, на гладкую черную поверхность. Стекло дрогнуло, завибрировало, затем засветилось огненным заревом. Руки сильно обожгло, словно они погрузились в лаву вулкана. Усилием воли Леопардов удержал их на жарящей поверхности. Наконец зарево погасло и вспыхнуло подобие телевизионного изображения, с калейдоскопической быстротой стали всплывать кадры. Военные программы муштра, боевые технологии, затем изображения не многих видимых городов. И кровавые войны, разрушения, массовые испытания множества видов вооружений, особенно страшной водородной бомбы. Фея прижмурилась, вспышка от взрыва выедала глаза, и даже сквозь зеркало излучение заставляло краснеть кожу.

  -Как это ужасно и такое создадут люди?

  -Да! Такое, а может и еще более поражающее и страшное!

  -А вот эти чудовища из металла, это тоже создания людей?

  Фея указала на танк.

  -Это танки боевые орудия на гусеницах. Но есть и мирные творения, например легковой автомобиль или самолет. Мне вот лично нравиться реактивный истребитель, я на нем летал только один раз и это непередаваемые ощущения.

  -Я тебе верю. А знаешь у нас в сказке тоже полно летающих чудовищ и со временем ты научишься летать и без крыльев.

  -Покажи мне свою сказку.

  Фея приложила свои нежные ладони к зеркальной глади.

  На сей раз, не было вспышек, и неистового огня, а был лишь полет фантазии. Первым зрелищем было невероятное небо, вернее не одно, а множество небес многочисленными летающими предметами, как животными, так и явно искусственного происхождения. Одновременно Леопардов увидел и подземный мир, гномов, гоблинов, орков, троллей и многих других видов жизни, то громадный как гималайские горы, то крошечных размерами с маковое зернышко. Плескались безграничные океаны подводного царства, с неповторимой фауной и потрясающей флорой. Всех их разнообразных миров было слишком много что бы рассмотреть насладиться ими в отдельности, и они сплетались в сплошное трудно различимое месиво. Затем полыхнули огненной кавалькадой бесконечная череда городов, дворцов и башен, все это мелькнуло разом, словно при просмотре Интернета в момент короткого замыкания и исчезло. Закладывающий мульти-клоновые уши голос прогремел.

  -Ваше время закончилось! Вы израсходовали свой миг!

  Ураган подхватил их, мгновенным броском выкинув на улицу.

  -Ваше время истекло!

  Продолжало греметь в ушах, слова режущей бритвой впивались в мозг, тела охватило оцепенение, когда, наконец, оно спало, они вновь оказались перед громоздкими великанами. Леопардов хотел, было броситься на них с мечом, блистающая в невесть взявшейся роскошной одежде Артемида отчаянно повисла на рукаве.

  -Не делай это, даже если ты их убьешь, то твоими врагами станут могучие боги сказочного мира. Лучше пойдем в мой скромный дворец, он не настолько огромен, но я знаю тебе понравиться.

  И они вновь вонзились в водную среду, грань, где кончается воздух, и начинается вода, была не заметной. Только что ты шагал по суше и раз попадаешь холодную воду. Энергично двигаясь, пара, достигла десятиярусной перламутровой ракушки. Дворец и в самом деле был скромен, метров сто пятьдесят в высоту и примерно столько же в ширину. Охраняли его золотые с серебреными пластинами и перьями рыбки. В длинных ластах они держали изящные арбалетчики и копья, лупатые глазки подмигивали. Внутреннее убранство дворца отличалось умеренной роскошью, все было скромно со вкусом без вычурных излишеств. Несколько комнат были, как пузыри наполнены воздухом. В одну из них и заскочили Леопардов с Артемидой, на стенах комнат висели золотые и серебряные изображения рыбок и водорослей, причем картины были живыми и постоянно менялись. Рыбки были красочные с множеством плавников, но вполне мирные, водоросли были мягкие в многоцветных бутонах, и колыхались в плавном движении. Где-то с верху был изображен вполне земной пейзаж с ревущим водопадом.

  -Вот теперь мы сможем продолжить занятие в более привычной для тебя среде.

  Начало Артемида.

  -А может быть лучше в воде, я тогда впервые в жизни так занимался любовью не предаваемые ощущения.

  -Мне и самой приятнее заниматься сексом в водной среде, но людей такая любовь убивает.

  -Конечно, люди слабы! Но мы поможем им стать сильными.

  В тот же момент Леопардов заключил фею в стальные объятия, а губы оседлал неистовым поцелуем. Его язык проник во внутрь рта, тщательно обследуя коралловый грот. Волшебница трепетала, тихонько постанывая. Железные руки обхватили ее соски, груди набухли, стали намного тверже.

  -Еще, еще, поглубже.

  Когда, наконец, они насытились, хотя разве можно в принципе насытить такие создания Артемида вяло произнесла.

  -А ты знаешь, я тебя обманула.

  -Насчет дочки?

  -Нет, на счет спасения. Я сама, позволила связать себя монголам.

  -Я это сразу понял, еще, когда мы занимались любовью, ты слишком сильная что бы позволить так вот легко скрутить себя.

  -Дало не только в этом.

  Леопардов развернулся, его глаза блестели.

  -Я сам угадаю тебя наняла Задан, что бы погубить меня?

  Артемида сделала вид что обиделась.

  -Не Задан, а князь Глеб и не нанял. О нет, он просто расписал яркими красками, какая опасность исходит от вас для сказочного мира. И тогда я решила помочь, не ему - всем сказочным существам.

  -И что тебя заставило передумать?

  -Первоначально я думала, что ты захлебнешься в студеной воде, замершего озера. Но ты оказался стоек, вернее как рыба в воде. А затем мне стало настолько хорошо, что я сама отключилась от реальности. И я думаю, что не может такой парень как ты быть плохим человеком, вернее существом.

  -Я не плохой, я как сказать строгий. Леопардов напоследок вновь заключил ее в объятия, ему хотелось и дальше пить нектар из нежных губ, ощущать сладкий аромат ее кожи, но чувство долга звало на поверхность. И все же, уже расставаясь, хотелось задать вопрос.

  -Скажи мне моя дочь скоро родиться?

  -Я думаю гораздо скорее, чем у людей, хотя я от людей еще не имела потомства. И она должна быть одаренной к магии, благодаря отцу. Не удивляйся Леопардов у тебя большие магические способности.

  Мульти-клон грустно повел головой.

  -Тогда почему меня не слушает волшебная сила. Сколько я не читал заклинаний, не один листочек не шевельнулся. Если не считать того, что осыпалось вследствие вибрации воздуха.

  Снежная фея ответила ласковым как лепесток розы тоном.

  -А потому что не особенно веришь заклинаниям. Для тебя главное техника, механические причиндалы, а волшебство нужно понимать сердцем. Я сама не очень способная, за триста лет выучила лишь азбучные приемы, но вот посмотри.

  Свечки в помещении разом вспыхнули.

  -Эка невидаль. Любой факир так может.

  -А ты попробуй их загасить.

  Леопардов попробовал провести гасящее движение и с удивлением обнаружил что завис. Его руки с трудом двигались, казалось, что вокруг надута густая резина.

  -Вот видишь, ты уже почти обездвижен и тебя могут срубить. А знаешь, как сбросить такое состояние?

  -Убить того, кто его наслал.

  -Вот это как раз у тебя и не получиться. Ладно, давай покажу, человек бы даже не смог шевельнуть языком.

  Артемида скороговоркой прошептала Леопардову на ухо. Мульти-клон повторил, но его движения по-прежнему оставались дерганьем параличного.

  -Не то Леопардов. Нужна вера, нужно стремление мысленно пропусти энергетику сквозь центр лба, потом по кончикам пальцев, вот тогда в тебе пробудиться особый огонь он то и сможет растопить ледяную корку.

  Леопардов повторил, на сей раз он и в самом деле многократно усиленной мыслю, пропускал сквозь себя энергию, руки словно оттаяли, движения стали чуть быстрее. "У меня, получается" мелькнула мысль. Я способен порвать паутину неверия - магия это сила!

  После последних слов путы окончательно спали, и Леопардов заключил в объятия Артемиду.

  -Ты божественна! На конец-то я почувствовал вкус магии.

  Фея махнул белоснежной головкой, ее волосы хлопьями рухнули на лицо Леопардова.

  -Увы, ты мой мальчик делаешь первые шаги! А когда ни будь, ты станешь величайшим магом. А теперь о грустном. Мы вынуждены будем расстаться.

  -Это почему?

  -Я не выполнила просьбы князя Глеба и теперь как минимум год не смогу подыматься на земную поверхность. В свою очередь ты должен бороться с вторгнувшейся на Русь нечистью.

  -Должен и буду до победы!

  -Если захочешь встретиться со мной нырни поглубже и произнеси волшебные слова.

  Рекс, Чикс, Пьекс. И тогда появлюсь рядом.

  -Отлично девочка. Вернее моя суперфея! Мы еще превратим этом мир, в что-то дельное.

  Блистающие рыбки раздались, и мульти-клон выплыл на внешнюю сторону дворца. Артемида взялась провожать его до поверхности. Напоследок они снова обнялись, и Леопардов приложил руку к ее животу.

  -Я ее уже слышу. Она подает мне сигналы из чрева. Шепчет - папа я тебя люблю.

  -Ты шутишь?

  -Нет, ты знаешь какие у мульти-клонов чувствительные пальцы. Хочешь, на пианино сыграю.

  Артемида рассмеялась.

  -Я верю тебе как не тяжело, но нам придется расстаться.

  Леопардов подпрыгнул и, оттолкнувшись от поверхности, пробил тонкую корку льда, которым покрылось озеро.

  -Я еще вернусь!

  . ГЛАВА Љ 13

  После смерти, произошедшей на первый взгляд от несчастного случая старшей жены Каруз-Тама, Батый назначил главной своей женой Юлдуз-Хатун. В монастыре каган приказал оставить склад из захваченных товаров. Старшая жена была помещена в особый возок, ранее принадлежащий рязанскому епископу. На нем были нарисованы ангелы и сочно вышитые золотые кресты. Видя красный возок с крестами, встречные русские люди по привычке падали на колени и крестились. Это забавляло Батыя.

  -Если они рьяно покланяются моей жене, то, как будут корчиться подо мной.

  Шестерка белых коней влекла разряженный возок. Монгольские жены возмущались.

  -Почему "черная", не монголка по крови жена стала самой главной.

  -Такова воля джихангира! Раскатистым голосом проревел рослый нукер-тургауд.

  Вторая жена ехала трех желтых как молодые одуванчики конях. Она была молода и агрессивно красива в роскошной тигровой шкуре. Конюх яростно подгонял коней кнутом.

  За ней следовали возки остальных жен, кони были специально подобраны, что бы у каждой тройки был свой свет - у одной вороные, у другой рыжие, гнедые, красно-пегие, тщательно отмытые пивом и медовым квасом они блистали на солнце.

  Шестая жена была дочерью кипчакского хана Баяндера, остроносая и дерзкая она полоснула плетью по сухим ребрам полуголого русского пленника. Юноша пошатнулся.

  -Ты слишком слаб урус, твоя кожа пойдет на барабаны.

  Двое кипчаков подхлестнули парня плетьми, и он пустился бежать, крепкие удары по голому торсу согревали посиневшее тело. Кипчаки уйлюкали. На последних санях запряженных черно-пегими, как барсы конями, ранее на них ездила Юлдуз, примостились две русские пленницы. Девушки сильно устали после садистского танца и тихо ревели.

  Батый на своем вороном важно подъехал к возку, где должна находиться его старшая жена.

  -Куда делась Юлдуз-Хатун?

  Тургауд подскочил к вознице, сидевшему на коне барсовой масти и стрелой вернулся, обратно вздымая снежную пыль.

  -Ваша старшая жена, вместе со своей служанкой поскакала к разведывательному отряду.

  -Айда молодец. Огонь, а не баба!

  Ко мне тысячник Кундуй!

  -Я здесь мой повелитель.

  Плечистый монгол вытянулся перед джихангиром.

  -Отвези моих жен в укрепленный лагерь и смотри что бы русские разбойники, беспрерывно атакующие мою армию, их не похитили. Впереди тяжелые бои.

  Бату-хан промчался по вытоптанной дороге, за ним летела охранная тысяча.

  Жены разревелись.

  -Мы хотим скакать с тобой куду ты туда и мы. Мы хотим следовать за ним до конца вселенной!

  Тысячник Кундуй лишь отрицательно махнул головой, тургауды насильно усадили благоверных в сани и повернули к Рязани.

  Монголы стремительно мчались назад, а жены кончив рыдать, стали смеяться.

  -Нам еще перепадет знатных подарков после взятия Москвы. Наш джихангир засыплет нас подарками, а эту низкородную выскочку убьют!

  Ее съедят белые мангусы!

  Тем временем к Кундую на игристом молочном коне подскочил, его непосредственный начальник темник Сарычам. Его взгляд был по-особенному злой.

  -Ты отправляешь жен джихангира в Рязань?

  -Да как повелел мне великий.

  -А двух уруских пленниц, чей танец так понравился джихангиру. Почему ты их везешь в Рязань их надо немедленно доставить на глаза хану.

  Поворачивай возок.

  -Слушаю тебя о вельможный хан.

  Полсотни монголов отделилось от тысячи, и они пристали возку. Темник прорычал.

  -Поехали! Вас доставят к Бату-хану.

  Девушки трусливо скривились, мысль о том, что они вновь могут подвергнуться издевательствам, вызвала у них омерзение. Монгольские кони поскакали галопом, некоторое время слышался перестук копыт. Затем послышались крики, звуки рубки. Темник налетел на своих напарников и с хладнокровной стремительностью рубил их. Скорость его движений намного превышала человеческую, дочь рязанского князя закричала.

  -Это Лео пришел нас освободить.

  И действительно соскочив с мешающего коня, Леопардов быстрыми ударами порешил остальных нукеров. Затем, приблизившись, припрыгивая, как барс, он открыл дверцу.

  -Вы теперь свободны! Мои ратники проводят вас.

  Белые витязи поразили стрелами нескольких удирающих монголов и стремительной рысью выскочили из леса.

  -Проведите их. Девушкам надо отдохнуть.

  -Мы не устали белый рыцарь. Гордо ответила дочь рязанского князя.

  -Ну, тогда с Богом. Мы идем к Москве, а часть наших сил будет терзать врага вне стен города.

  Витязи разделись.

  Стремительным броском Бату-хан подлетел к Москве, передовая тысяча, прибыла к берегу. Тут когда-то рос густой сосновый лес, а нынче остались только пни. Река, которую в будущем назовут Москвой-рекой, заснула подо льдом. На другом берегу возвышались покрытые льдом валы. Тактика поливать стены водой стала повсеместной. Сам городок был небольшой, стройные дома, резные терема, не большие церквушки были построены аккуратными квадратиками. Покрытые снегом, они клубились едва заметным дымком. Город был готов к обороне, войска уже собрались и лишь у реки все еще толпились люди. Из черных сугробов, валил густой пар, здоровенные и помельче парни и девки выскакивали оттуда бежали к проруби, окунались с головой и фыркали, плескались и стремглав возвращались назад.

  Джихангир протянул руку и плетью указал, на погружающихся в лед людей.

  -Что за ритуал исполняю эти сумасшедшие!

  Булгарский купец произнес.

  -Урусы готовятся к смерти, по этому и затопили бани. Согласно их обычаям в бой воин должен вступить чистым, только тогда его примут в вирий.

  -Какая глупость! Прервал одноглазый Субудай. - Кто смывает свою грязь, то смывает свою удачу. Мы монголы побеждали многие народы, потому что не мылись. Может потому, мы теперь и несем огромные потери, что переняли часть исламских обычаев и стали совершать омовения!

  Батый возразил.

  -А разве от грязи не гноятся раны. Ты не прав, первым кто стал совершать омовения, был сам Чингисхан, воин должен в чистоте содержать свое тело. А что до бани, может потому урусы такие сильные, что закаляют свои тела. Надо и нам перенять сей обычай.

  Батый не решался напасть, дожидался, когда подойдут остальные тумены. Леопардов ночью вновь атаковал врага и прибыл с небольшим опозданием. Княжич Владимир проявлял выдержку, закончив мытье, воины выстроились на стенах.

  Три отборных тумена подошли с юга. Батый хотел, было отдать приказ о штурме как позади Москвы, небесному своду поднялся густой дым.

  Леопардов перевел туда взгляд.

  -Это наш старый знакомый Шейбани он поджег три наших села. Тем лучше я предвидел его появление. В клубах дыма вспыхивали дрожащие красные языки огня, старые дома горели жарким пламенем. Между домов скакали монголы, они бросали факелы в соседние дома, и пожар разгорался сильнее.

  Войска под командование Шейбани, не снижая темпа, неслись к Москве. Воины уже волочили заранее подготовленные лестницы, многие, правда, слишком короткие для штурма такого города и с ходу, навались на стены.

  Субудай даже присвистнул.

  -Твой брат, потеряв яйца, стал еще стремительней.

  Батый грубо одернул.

  -Не смей смеяться над моим братом. Его изувечили, а он по-прежнему в строю и яростно рубиться с этими гадами.

  Монголы, перейдя реку кишащей массой, сгрудились возле стен, жители и воины яростно бились, укрывшись за стенами, а Леопардов с двумя мечами производил страшное опустошение. Противник нес большие потери, но продолжал переть на рожон. Тогда князь Владимир приказал включить паровую катапульту, ему было интересно посмотреть, как действует ранее невиданное оружие. Машина смерти работала на славу, с частотой автомата посылая сотни камней, вражеские нукеры гибли тысячами. В момент штурма Леопардов обратил внимание, как трещит забитый татарами лед. Прыгнув в низ, он обрушился мечами, ледяную поверхность.

  Легендарный меч великого ниндзя легко пробивал покрытие. По прежнему в одном кимоно, Леопардов проявлял не человеческую стремительность. Ему удалось вырезать громадные дыры, в реке. Тысячи монголов многие из них в тяжелой броне провалились под воду. Они тонули и фыркали, штурм явно захлебывался, хотя Леопардов и получил несколько касательных ранений, он продолжал, активно рубиться. Подскочив к Шейбани, мульти-клон щелкнул хана по носу. Послышался треск сломанной кости.

  -Не жги русские села. Убирайся назад в орду подонок!

  Остатки разбитых туменов спесивого Шейбани побитой змеей отползли от стен. Самого хана тащили на носилках.

  Субудай нахмурился, и сплюнул.

  -Тут злой белый мангус значит, блокада затянется надолго. Давай зайдем соседнее селение, я запретил его поджигать и там найдем теплый дом.

  -Думаешь, осада и это городка затянется?

  Батый нахмурился.

  -Я не намерен у каждого города терять столько нукеров и времени. Пускай чародейка Задан, применит свои чары, проломает стены. Кроме того, когда, наконец, Субудай подойдут пороки, баллисты и катапульты.

  -Не очень скоро мой повелитель уруские дороги слишком тяжелы.

  -Ускорьте их движение любой ценой, раз не хватает пленных, впрягайте нукеров, и меньше режьте ясырь, нам нужны рабы для войн и строек.

  К Москве подошли новые тумены, монголы устремились на ураганный штурм. Валы густо полились кровь, мульти-клон как всегда дрался как тысяча львов. Битва продолжалась до позднего вечера, в самый критический момент бойцы применили напалм, огненная смесь палила врагов тысячами, монголы ревели и выли, и тем не менее были вынуждены откатиться назад. К ночи штурм был отбит. Турган и Леопардов продолжали обходить замершую стену.

  -Противник силен, монголы скопляют свою силу, но чем больше они собирают войск, тем больше несут и потерь.

  Турган расправил широкие плечи.

  -Вам виднее! Я очень рад, что вы спасли моего отца Назар-Кяризека от когтей этого выкормыша Чингисхана злого Бату-хана.

  -Это был мой долг, правда, я тоже осел едва не заморозил его в бочке. Теперь о главном. Монголы подтянули крупные силы, следовательно, созрели условия для нанесения удара возмездия.

  -Я согласен учитель.

  -Позови мне Дикороса.

  Турган сбежал со стены и появился спустя минуту, рядом с ним семенил Савелий Дикорос. Леопардов вместо приветствия сразу приступил к делу.

  -Чародейка выпустила новый тип пернатых сторожей, мелкие кречеты, не подпускают к монгольским отрядам, наших бойцов. Диким звуком они сразу поднимают тревогу.

  -Я это знаю, белый воин и, к сожалению, пока ничего не могу поделать.

  -Почему?

  -Потому что это новый, до сего дня неиспользованный вил магии. Мое волховство против такой силищи на данном этапе бессильно.

  Мульти-клон нахмурился, глаза заблестели.

  -Это плохо! Мы может так и не уйти из Москвы, а ведь этот город для нас священен.

  -Увы, монголов скопилось более трехсот тысяч, в сто раз больше чем защитников и это еще не все их рати.

  -Чем лучше, чем больше соберете мугланов здесь, тем больше будет трупов. Значит сегодня ночью к Бату прибыли новые силы.

  -Верно великий воин. Хочешь, я покажу тебе магический экран.

  -Не надо! Я уже видел своими острыми как иглы глазами. Но экран дивной магии полезен, вы все увидите новое чудо-оружие только что переправленное мне Пантерой.

  Леопардов сделал знак Турган, и Дикорос последовали за ним. Они шли по утоптанному снегу улиц, небо было покрыто тучами, валил тихий снег.

  -Обратите внимание, какие они красивые! Вставил слово Турган.

  -Кто?

  Вставил мульти-клон.

  -Снежинки!

  -А я думал ты о бабах! Леопардов рассмеялся и непринужденно продолжил.

  -В той пустыне, где вы постигали науку труда, снега не было?

  -Не было, только иногда зимой вода могла покрыться корочкой.

  -Я тоже люблю снег, он мне напоминает волосы Пантеры! Но вот мы и пришли.

  Мульти-клон указал рукой на здание напоминающее амбар. У входа стояли в смирном карауле Полкан и Великполк. Пальцем, открыв пудовый замок Леопардов, распахнул дверь. Дикорос и Турган видимо ожидали увидеть очередного монстра, вместо этого в углу томилась дюжина предметов отдалено напоминающие пузатых стрекоз. Каждый предмет был размером с небольшого журавля.

  -И это есть ваше новейшее оружие?

  Удивленно воскликнул Дикорос.

  -Да это наше новое оружие! А что касается размеров, то человек меньше слона, тем не менее, слон либо подчиняется человеку, либо гибнет от его руки. А динозавры и вовсе вымерли, не дождавшись, когда их перебьют люди.

  Мульти-клон схватил несколько журавлей и взвалил себе на плечи, остальные подхватили Турган и Полкан.

  -Теперь бегом на самую высокую башню нужно успеть до утреннего штурма.

  Леопардов первый добежал до вершины, затем вернулся и помог донести остальные машины. Хотя вес "журавлей" был невелик, и Турган с Полканом энергично возражали против такой помощи, мульти-клон опасался, что ребята ненароком сломают его изобретение. Наверх с ловкостью кошки, сбежало еще несколько человек, один из них был Семен Залихватский. Мальчику не терпелось увидеть новое оружие в действии. Леопардов выстроил бойцов полукругом, а волхва поставил чуть с боку. Перед запуском, мульти-клон решил обратиться с речью.

  -Сейчас вы увидите первую в истории планеты беспилотную бомбардировку. Как ни странно, но с пилотами бомбить гораздо сложнее, по этому все сделают механизмы.

  -Колдовство.

  Прошептал Полкан.

  -Наука сильнее любой магии! Резко возразил Леопардов и повернул машину.

  -Будущее будет принадлежать человечеству, а человечеству дадут силу знания, сила здесь.

  Мульти-клон стукнул пальцем по лбу.

  -Я сейчас подкручу маленькие моторчики, и они обрушат на врага заряды, а затем вернуться обратно. Поскольку вес этих бомбошек не велик.

  Леопардов указал на прикрепленные к животам самолетиков пузыри.

  -То мы вынуждены применить химическое оружие, ООН пока нет и мы не связаны конвенциями. Что из себя представляет химия смерти - так называемое бинарное оружие. Два безвредных по отдельности элемента, при падении депонируются пистоном, последует беззвучный взрыв, и ядовитое облако накроет вражеский лагерь. Все просто и никакая магия шаманки Керинкей-Задан не поможет.

  Дикорос всплеснул руками.

  -Ты применишь химическое оружие?!

  -Я его уже применил в подвале, и заметьте, до такой степени испугал своей магией монголов, что сумел вывести из котла большую часть Белого легиона. То же самое будет и здесь. А теперь пора, я буду запускать, а внимательно смотрите и запоминайте мои движения, в будущем вам придется делать это самим.

  Леопардов деловито подкрутил смесь часового механизма и маленького моторы, с таким расчетом, что бы пропеллеры, сделав положенное число махов, зависли точно над вражеским лагерем. Затем они должны отпустить пузыри с кислотою и детонатором пистоном, после чего и грохнут маленькие вестники смерти. Затем, развернувшись, карликовые самолеты вернуться назад. Леопардов запускал плавно, затем сделал знак самому младшему в группе Семену Залихватскому.

  -Теперь малыш ты! Только делай все, не спеша плавно.

  Восьмилетний ребенок даже снял сапожки и с разбегу запустил аппарат, сам при этом едва не слетел в низ, Леопардов во время успел схватить за ногу.

  -Не торопись, плавно отталкивай самолет. Тут сила не нужна, требуется точность. Теперь ты Полкан.

  Этот подросток с мускулатурой богатыря выполнил бросок с изяществом балерины.

  -Вот так оно гораздо лучше. Теперь ты Турган.

  Половец выпустил "журавля" плавно, а в конце прокричал.

  -Аллах Акбар!

  -Отлично!

  Теперь Великполк.

  Внебрачный сын булгарского царя, запустил "змея" молча. Он был серьезен и зол.

  Проходя мимо Леопардова, он все же шепнул.

  -Надеюсь, сегодняшняя ночь станет для них воплощение кошмара.

  -Так оно и будет. Остался только один самолет. Что же я думаю, Дикорос мог бы его запустить.

  Волхв откинул голову и скрестил руки.

  -К сожалению, я отказываюсь от такой чести.

  -А это почему?

  -Я не хочу убивать людей с помощью техники.

  -Предпочитаешь убивать магией твое право. Тогда пускай последний самолет, запустит Игорь Олежный.

  -Его здесь нет, можно я! Сотник Николай сделал шаг.

  -Ты! Можно! Я сам знаю, что его здесь нет! Я формирую свою команду из самых способных мальчиков и девочек. Запускай у нас очень мало времени.

  Николай подпрыгнул и бегом помчался к машине. Затем аккуратно запустил самолет.

  -Лучшая в мире авиация сметет противника. К ним придет тихая смерть!

  Леопардов беззвучно рассмеялся. Затем продекламировал.

  Мы с врагом будем яростно биться

  Атакует бессчетная тьма!

  Будет вечно стоять столица

  Солнцем миру светить Москва!

  Его пронзительный взгляд впился в монгольский лагерь. Татары уже просыпались, готовые вновь по приказу кагана пойти на штурм. Ядовитый воздух накрыл их мягкою волной. Почему-то вдруг стало тяжело дышать, какает-то сила, выкручивает жгутом легкие, выдавливая слизь. Шарахаются кони, лагерь охватывает паника, тысячи воинов начинают разом валиться, опадая как волна бурном океане. Даже беркуты почувствовали неумолимое дыхание химической смерти, многие из этих магических созданий падали вниз, взрыхляя сугробы.

  Леопардов повернул сияющее лицо и резко обратился к волхву.

  -Теперь сделай увеличительный экран, вот тогда мы все увидим диковинное зрелище, где врага настигает справедливое возмездие.

  Дикорос попытался, было возразить, но потом в его глазах мелькнула другая мысль.

  -Хочешь видеть это - смотри!

  Волхв раскинул руки и произвел несколько пасов. В тот же миг возникло подобие стены. Затем на ней вспыхнуло изображение монгольского лагеря. Воины прыгали и корчились в ужасных конвульсиях, многих рвало, буквально вырывая кишки.

  -Это супер!

  Воскликнул Семен Залихватский, это выражение он как-то слышал от Леопардова, и оно ему очень понравилось. Другие ребята также зааплодировали, тоже недавно заученное движение, мульти-клоны активно внедряли новые порядки.

  -Правильно так этим гадам и надо!

  Леопардов обернулся с торжествующей улыбкой.

  -Мое оружие работает безупречно.

  Волхв покачал головой.

  -Разве не отвратительно убивать вот так на дистанции, не давая противнику ни малейших шансов.

  -А разве не омерзительно, кидаться вдесятером на одного, насиловать наших женщин, палить наших детей! На войне все способы хороши, и если на тебя напал медведь, то ты имеешь полное право применить против него не только рогатину, но и пистолет. И главное использовать боевую магию, тоже аморально: ведь это не равное оружие.

  Волхв не нашелся чем возразить. Тем временем самолетики возвращались. Леопардов ловил их, затем предлагал сделать то же самое иным отрокам. Постепенно светало, разбуженный монгольский лагерь постепенно перестраивался в атакующее каре. Поредевшие отряды монголов строились, нукеры грозно ревели готовые отмстить за ночную атаку. Впереди рядов выше всех взлетела злобная шаманка Керинкей-Задан. От нее исходили волны яростной злости.

  -Опять поднялась, стара карга! Что она вытворит, на сей раз.

  Чародейка совершил дерзкий заход, и внезапно всадила серийным зарядом, часть огня попала в Леопардова, а часть в стену, поверхность вала треснула. Монгольские воины обрадовались и с ревом устремились на штурм. Мульти-клон ринулся к трещине, сбивая штурмующих, Задан, спикировала на него. Ведьма подошла слишком близко, и Леопардов метнул в нее сразу оба меча. Пузырь сработал легко отбив двойную атаку. Чувствовалось, что шаманка стала намного сильнее. Она с близкой дистанции вновь запустила многоугольными пульсарами. Мульти-клон с трудом отбивал ее напор, чародейка пустила в ход молнии, они расходились густыми вениками, заливая все жгучими волнами. Одежду прожгло в нескольких местах, а мечи раскалились от отражающих ударов. В этот момент мульти-клон почувствовал, как вокруг густеет и застывает воздух. Судя по всему, чародейка вновь применила заклинание, замедляющее движение. Пульсар - пронесся рядом с лицом и слегка задел плечо, пламя пропалило кимоно, прожегши кожу оголив жемчужную кость. Ведьма издала торжествующий вопль.

  Ждет тебя смерть -

  здесь как везде!

  Будешь гореть

  Слава Сульдэ!

  Буду крушить

  смерть на челе

  Руссам не жить

  Съест вас Сульдэ!

  Леопардову было очень больно, он уже хотел, было прочесть заклинание и сбросить путы, как у него мелькнула мысль. Что если позволить Керинкей-Задан зависнуть пониже, затем воспользоваться удачным моментом что бы достать ее.

  Колдунья и впрямь понемногу забыла об осторожности. Ее выстрелы становились все злее и массивнее. Чтобы мечи не перегревались, мульти-клон больше отклонялся, чем парировал удары, но его скорость падала и вот молния вновь накрыла его, спалив остатки кимоно, часть кожи покрылась волдырями и облезла, дымилось прожаренное мясо. Боль была не выносимой, и в отчаянии Леопардов прочел таки заклинание, пруты спали. В этот момент Дикорос сам вступил в битву, его слабая попытка атаки рассмешила Задан.

  Жалкий русский шаман

  У тебя нету сил

  Ты прочувствуй удар

  Подо мной целый мир!

  Чародейке долбанула зарядом потрясающей мощи, волхва спасло лишь то, что успел отпрыгнуть в последний момент, но страшный удар все равно, снес целый терем, обратив камень в пепел и убив кучу воинов. На месте взрыва осталась рваная брызжущая огненной лавой воронка. Правда в момент нанесения столь мощного пламенного торнадо чародейка слегка открылась, и Леопардов воспользовался этим, швырнув сразу оба меча в ослепленную злобой пасть. Удар лишь отчасти достиг цели, но этого хватило, что слегка поджарить шаманку. Из носа колдуньи потекла кровь, а сама она, сбросив еще одну пенистую огненную волну, обратилась в бегство. Мульти-клон продолжал метать в нее свое оружие, защиты искрилась, но не сдавалась, колдунья сумела оторваться и уйти. Тогда голый и окровавленный мульти-клон обрушился на монголов. Его мечи выметали строй врага, вырубая целые просеки, нукеры продолжали лести, и лишь увеличивали количество трупов. В Леопардова несколько раз попадало стрелами, одна полутора аршинная стрела едва не достала до сердца, алмазный наконечник элитного тургауда кольнул в клапан. Правда даже такое ранение не смертельно, так как у мульти-клона есть еще сердце дублер, но сил высасывает не мало. К счастью к вечеру натиск противника иссяк, и атакующие орды отошли к лагерю.

  Леопардов активно поедал, деревянные ветки при этом косился на Дикороса.

  -Сегодня я чуть не погиб. А твоя сила, что мертвому припарка. Что будет в следующий раз.

  -Я думаю, в следующий раз Задан: сюда не сунется. И мы отобьем все атаки.

  -Дай Бог!

  Молвил мульти-клон.

  -Странно, что ты Леопардов поминаешь Бога! Ведь я это чувствую до сих пор, не веришь в силу Христианского Господа.

  -Я читал Библию! Если все было, как написано в Священном писании, то в мире был бы порядок и справедливость.

  В голосе Дикороса чувствовалась грусть.

  -Ты читал не внимательно. Если бы не те суровые испытания, которые переживает наша Родина, то разве у нас была бы возможность проявить себя. Именно через страдания и суровые испытания проявляется наша любовь ко Всевышнему!

  -Ты прав!

  Ничего скучнее нету мира

  Где царит покой и благодать!

  До чего спокойствие постыло

  Лучше жизнь свою в боях отдать!

   . ГЛАВА Љ 14

  Штурмы продолжались и последующие дни, бескрайнее монгольское море, исполинской волной накатывалось на Москву. Ночью мини-авиация давала сдачи, повторяя химические атаки, нанося врагу громадные потери. Однако и ряды защитников редели, каждый штурм был чреват новыми потерями. На седьмой день прибыли осадные орудия, баллисты и катапульты. В город полетели тяжелые камни, и пучки горящих стрел, а ранее поврежденная стена стала основным объектом для приступов. Чувствовалось что город на грани падения. К Бату-хану тем временем привели плененных купцов.

  Хаджи Рахим лично сопровождал их. На фоне оборванных, посиневших от холода пленных выделялся один хорошо одетый купец. На нем была пышная малиновая в самоцветах шуба безрукавка, башмаки с золотыми пряжками, барханная шляпа с широкими полями и павлиньим пером - крупные белые зубы искрились жемчугом.

  -Станьте перед каганом на колени! - в пол голоса прошептал Хаджи.

  Пленные опустились на стоптанный снег.

  -Что за людей приволокли вы сюда? - грозно сверкнув очами прорычал Бату-хан.

  Из-за больших потерь настроение джихангира было подавленным.

  -О величайший ты пожелал, увидеть иноземных купцов. И они были доставлены на твои очи. Они владеют большими судами и складами. С великим трудом нам удалось освободить их, ибо наши воины били торговых и скрутили арканами. Вот этот роскошно одетый купец - их старшина и могучий колдун.

  -Это видно по его наряду! Только сильный шаман, после моих нукеров мог предстать предо мной в приличном виде.

  Прервал Бату-хан.

  -Пускай расскажет о себе и об своих странах! Я должен знать, какой дорогой должны шествовать мои войска.

  Купец заговорил по-монгольски. Чувствовалось что это настоящий полиглот.

  -Родом я из Бургундии, поданный французского короля Людовика прозванного святым. В настоящее время я и мои соратники входим в лигу торговых городов Именуемую Ганза, и всего туда входит семьдесят два больших города. Даже орден Тамплиеров боится нас и предпочитает торговлю войне. Иногда мы и воюем, особенно с пиратами и сарацинами, с руссами пока царит мир. Через город Смоленск и Киев идут наши торговые потоки, с Севера Новгород, а ранее мы торговали и в разрушенном вами Булгаре.

  Бату-хан провел ладонью по горлу.

  -Не надо сопротивляться. Сдались бы сразу, не было бы такого разорения. То же самое будет, и вам - станете сопротивляться, вырежу всех.

  Купец кивнул головой.

  -Вот по этому меня и прислали, что бы договорить с тобой великий каган!

  Джихангир стукнул кулаком.

  -Я не договариваюсь с покойниками! Впрочем, что вы покупаете у диких руссов.

  -У руссов меха, мед, воск, шерсть, щетину. А также смолу, деготь, кожи, сало, кудель.

  -А сами продаете?

  В первую очередь орудие и железо, правда больше арабам, а не урусам. Вино разуметься тоже, особенно ценят урусы Бургундское, белоснежные холсты, отборное сукно, ювелирные изделия из благородных металлов. Посуду из олова, краски и многое другое. Если хотите, составим список.

  -А если ты был направлен к нам своим союзом как его - Ганза, то где ваши подарки.

  -Мы везли тебе затмевающий солнце, роскошные дары, сто возов. Случилось же маленькое недоразумение, такой пустяк, что стыдно даже говорить подобное джихангиру.

  -Я уже догадался. Хмурый Батый усмехнулся.

  -Верно, величайший из величайших каганов почетные гости твои воины, посетили наши обозы и забрали себе то, что им понравилось. Их были многие тысячи, и товары испарились и нам нечего поднести вашему величеству царю царей Бату-хану в знак нашей любви и преданности.

  -На виселицу их! - зашипел змеей Субудай.

  -Смеют клеветать на нашу армию.

  Батый промурлыкал голосом, в котором слышалась скрытая угроза.

  -Значит, вы жалуетесь на моих славных воинов.

  -О нет величайший! - Ответил купеческий старейшина, его губы разошлись в широченной улыбке.

  -Мое сердце разрывается оттого, что мы прислали слишком мало даров, что бы подчинить джихангира. И все-таки я сумел кое-что сохранить и для тебя.

  Купец расставил руки, произведя несколько пасов. Вот на снегу, прямо перед глазами изумленных монголов, возник большой воз, наполненный драгоценностями и ювелирными изделиями. Монголы вздрогнули в суеверном почтении.

  -Ты я вижу сильный колдун.

  Батый погрозил пальцем.

  -Поможешь нам взять Москву?

  -Я всегда рад послужить самому великому царскому величеству во вселенной.

  -Вот и отлично. Джихангиру передали золотой кубок, с гербом.

  -Это символ нашего союза, половина черного орла и ключ святого апостола Петра, покровителя купцов.

  Начал разъяснять купеческий старейшина, но джихангир, похоже, все и так знал.

  -Не того ли что хранит двери вашего рая! Бату-хан усмехнулся.

  -Вряд ли вам туда попасть, вы хитры и лживы. Принимайте нашу веру и если будете верно, мне служить, мы вас запишем в армию нашего великого бога Сульдэ. А на всех ваших монетах вы выбьете мой портрет Бату-хан покоритель вселенной!

  Купцы дружно заголосили.

  -Так оно и будет великий, мы будем покорны тебе.

  -И вам это будет на пользу. Когда я захвачу весь мир, не будет больше царств булгарского, уруского, французского, будет только одна великая монгольская империя. И вы будете ездить по ней, свободно торгуя по всей вселенной. А теперь старейшина покажи свою верную службу.

  Глава купцов, поклонился, затем неуверенным тоном произнес.

  -В Москве многие из нас имеют склады и лодки, запрети войскам уничтожать город.

  Батый вновь нахмурился, кулаки сжались.

  -Тысячу раз нет! Это уже наш град. Святой закон Чингисхана велит - три дня и три ночи город принадлежит нашим воинам. Они будут грабить, и жечь городишко и никто не посмеет прервать их веселье. Убирайтесь купцы и молите своих богов, что бы Москва пала как можно быстрее.

  Штурм Москвы будущей столицы России начался с новой силой, а старейшина купцов размерной поступью вышел из терема.

  -Как его зовут! Запоздало прокричал Батый.

  -Карл!

  Ответил купец, и твердой поступью отправился к валам.

  Атака продолжалась, Леопардов оживленно махал мечами, выкашивая монгольские ряды. Карл медленно приближался. Ему самому было любопытно, кто этот грозный воин с виду похожий на мальчишку. Как он движется - каждое движение это смерть, растерзанные трупы отлетают в стороны. Кто он по национальности, черты лица не совсем славянские хотя что-то есть и от славян. Может это швед, нет он еще ни разу не встречал такой нации. Битва идет по нарастающей. Карл чиркнул пальцами, зажегся свет и в туже минуту громадный тролль вылетел на снежок. Казалось, он вылез из сугробов, настолько стремительны были его движения.

  -Атакуй русса! Скомандовал старейшина.

  Гигантский тролль рванул по монгольским спинам, его внушительный в двадцать метров рост, и восьмидесятитонный вес, был смертоносен для тех воинов, по которым протоптались такие могучие ноги. В руках сверкал могучий десяти тонный молот, он явно был готов проломить череп любому бойцу или сотне сразу. Леопардов, заметив уродца, незамедлительно рванул ему на встречу. Чудовищная кувалда, обрушилась на мульти-клона, страшный грохот потряс стены. Ловким ответным взмахом Леопардов перерубил чудовищное орудие тролля. Монстр попытался сбить Леопардова рукой, мульти-клон подрубил мечом Добрыни, а легендарный меч ниндзи как масло отсек уродливую голову.

  Карл вздрогнул.

  -А он силен! Я лучше отойду в сторонку.

  Тут его приметил мульти-клон, ведь тролль не совсем типичная магия для монголов.

  -Ты тоже на их стороне?

  Прокричал Леопардов, и тут же рванул к Карлу. Старейшина купцов попытался отбиться, запустив зарядом, но меткий бросок меча пробил ему голову. Удар был почти смертелен, тем не менее, Карл был еще жив. Подпрыгнув Леопардов, подхватил полумертвого старейшину купцов и отволок к себе.

  -Я узнаю, кто тебя послал.

  Допрашивать было не когда, пришлось вновь идти на стены. Карла намертво связали, заткнули рот кляпом и даже брызнули святой водой. Старейшина купцов дергался, с него сняли талисман, и он был бессилен.

  Остальные ребята, как мелкие пацаны, так и крупные витязи вроде Тургана, Полкана дрались как герои, Семен Залихватский такой внешне маленький отлично стрелял из пистолета и рубил миниатюрной саблей. Вот кого не хватало так это Марка Соколича, этот парень был отправлен пол Колыму. Когда бой стал подходить к концу, Полкана довольно тяжело ранили, пришлось подхватить его на плечи и унести в крепость.

  -Наши силы слабеют, мы не сможем долго удерживать Москву, следует попросить подкрепления и вызвать Пантеру.

  -Я думаю, настала пора совершить вылазку и спалить вражеские орудия.

  Вновь полез со своим язычком Семен Залихватский.

  -А как это сделать, по воздуху!

  -А почему бы и нет!

  Тут мульти-клона и проняло, а ведь верно, если пролететь на большой высоте, то рыскающие шакалы могут его и не заметить, а многочисленная охрана, катапульт не так уж опасна. Мысли ребенка как чистый ручей, прозрачны и порой в своем нежном потоке выносят решение не доступное взрослому разуму.

  -Ты прав! Но сначала я хочу допросить старейшину купцов.

  Леопардов подошел к Карлу, развязал стянувшие его веревки.

  -Говори, ты кто!

  -Я старейшина купцов союза Ганзы! Поданный его величества короля Людовика Святого.

  -Я слыхал о таком венценосце. Не пора ли ему объявить в месте с Римским папой крестовый поход против монголов.

  Карл уверенно растирал руки, в его движениях была странная суетливость.

  -Этого очень трудно добиться.

  Старейшина попытался сделать рукой пасс, как лезвие меча коснулось горла.

  -Так легко тебя перерезать! Если хочешь жить, двигайся аккуратнее. Интересно как у вас с инквизицией.

  -Святая инквизиция, не преследует тех, кто исповедует христианскую магию.

  -Тролль это христианская магия! Странно, и чего это ты так быстро восстановился, еще пару часов назад был тяжело ранен.

  Мульти-клон сделал быстрый шаг вперед, и рванул за челюсть. В вялом освещении факелов мелькнули кривые клыки.

  -Вампир! В ту же секунду Карл бросился на Леопардова. Его клыки явно рвались к шее. Мульти-клон встретил нападение короткими ударами в печень и солнечное сплетение, вампир обвис.

  -Честно говоря, не такой я представлял себе встречу с вампиром, но выбирать не приходиться. Вырву кровососу острые клыки.

  Руки потянулись к жадному трясущемуся рту.

  -Не надо! Надрывно завопил вампир.

  -Надо, очень даже надо так ты не будешь вредить людям.

  -Я никогда не вредил людям. Я добрый и очень хороший!

  Заскулил купеческий старейшина, а по совместительству вампир.

  -Понятно он добрый и нежный и очень хороший. Когда огоньком подожгут твои гроши. Впрочем, бумажные деньги еще не в ходу.

  Карл слегка подобрался.

  -У нас уже есть векселя. Если бы ты был человеком, я бы предложил тебе поединок.

  Мульти-клону стало смешно, он представил себе, как они рубятся на мечах.

  -По рыцарским правилам, желаешь выиграть? все равно никаких шансов у тебя нет. Если хочешь жить, ты мне все расскажешь подробно, и не пытайся меня обмануть, я чую ложь по запаху пота.

  Карл кивнул головой и попытался сделать обманный жест, как клинок тут же коснулся шеи, разрезав кожу.

  -Я вижу, тебе придется вырвать клыки. Белые руки схватили кривой рот и раскрыли пасть.

  -Все скажу! Захлебываясь пролепетал вампир, беспомощно дергая руками.

  -Говори.

  -Главный колдун Ганзы Хотимок и король вампиров Кара, крайне обеспокоены, активностью тех, кого называют белыми ангелами. Вот они и повелели мне связаться с Бату-ханом, а также чародейкой Керинкей-Задан и выяснить насколько успешно идет война с вами. Многие из купцов Ганзы находятся под влиянием Хотимока, если с ним договориться, то вас ждут сказочные богатства и почести.

  Леопардов нарисовал мечом восьмерку, его взгляд стал задумчив.

  -Почему тогда нам не заключить единый союз Руси и Ганзы против монголов. Ведь сыны Чингисхана превратят в пепел и ваши города, разрушат порты.

  -Многие рассчитывают, что смогут самостоятельно договориться с Батыем. Он обещал нам еще большие прибыли и верную охрану.

  -Я могу тоже обещать вам, причем моя охрана будет надежнее, а слово тверже.

  Империя Чингисхана скоро развалиться, а на востоке возникнет новая Великоросская империя, и тогда купцы смогут, не опасаясь разбойников и грязных нукеров торговать с начала на территории нашей империи, а затем и по всем земному шару!

  -Вы тоже хотите создать всемирную империю?!

  -Мы хотим навести на планете порядок, чтобы люди не голодали, не тряслись от страха, что в их дома ворвутся разбойники и убьют. Мы хотим покончить с войнами, с болезнями, развить науку. Благодаря высокоразвитой медицине, будет покончено со старостью, человек сможет обрести бессмертие, летать к другим мирам.

  Сквозь грозы сияло нам солнце свободы

  Сквозь штормы кровавые с боем мы шли!

  Пускай же едиными станут народы

  Пускай вместе будут все страны Земли!

  Ибо наша цель - цель, с которою заложили в нас создатели служение человечеству.

  Карл присел, захлопав глазами, впервые в жизни он встретил людей, точнее сказать существа которые работали не на себя, ведь эгоизм это качество которое доминирует у купцов и вампиров. Странные создания готовые расшибиться в лепешку ради других. Вампир никак не мог подобрать нужных слов.

  Леопардов видел его затруднение, в душе Карла происходила борьба. Наконец он произнес.

  -Я готов дать честное слово, что не буду лично предпринимать против вас враждебные действия. Даю так же слово уведомлю о ваших предложения наш Ганзейский союз.

  -Это хорошо, но ведь ты же не давно стал вампиром.

  -Почему вы так думаете.

  -У вас еще слишком маленькие клыки. Я конечно не специалист по вампирам, но все же... Кстати ваш шрам на шее совсем свеженький.

  -Да я из числа новообращенных. Это шанс для нас обрести могущество и бессмертие.

  -И солнце вам не мешает?!

  -Это было раньше, по этому мало кто хотел обращаться в вампиры, теперь этого нет, появилось защитное колдовство, и выстроилась целая очередь желающих пристраститься к нашему братству.

  -И каково это убивать людей, что бы подпитывать свою паразитическую жизнь.

  Карл на секунду смутился, затем ответил, как ни в чем не бывало.

  -Кровь нам достаточно пить раз в месяц. Ощущение при этом потрясающее, особенно с женщинами, выпивая их кровушку, балдеешь, не могу объяснить это словами, прочту стихами.

  Вампир запел руки пришли в движение, словно перебирая струны арфы. И действительно послышалась бархатная мелодия.

  Окрасила шейку жемчужного дивного цвета

  Росинками алыми сладкая женская кровь!

  Из струек выходят потоки небесного света

  А сердце трепещет - его распирает любовь!

  Плыву в океане безбрежного райского счастья

  В багровой волне отливает лазурью восток!

  И нет ничего на планете подлунной прекрасней

  Пульсирует кровь, а в душе безграничный восторг!

  Будь Леопардов человеком, его может быть, и вырвало от подобных откровений. Однако мульти-клон не подвержен человеческим эмоциям, в лице Леопардова вспыхнуло подобие любопытства.

  -Действительно так ли приятно сосать чужую кровь.

  -Попробуй сам, и ты поймешь какое это блаженство.

  Глаза у мульти-клона стали злые. Рука врезала вампиру по губам.

  -А та женщина, что погибла в твоих объятиях, какого ей это было.

  На лице вампира взбух здоровенный синяк.

  -Она стала моей женой. Прохрипел, сплевывая кровь Карл.

  -Женой, это хорошо, а та самая первая.

  Карл тяжело вздохнул.

  -Не напоминай мне о ней. Это было трагично, я сам плакал, когда погиб первый человек на моих руках. А ведь мы вполне можем жить не убивая.

  -Это как.

  -Пососал кровь, затем усыпил жертву, и она ничего не будет помнить.

  -А шрам исчезнет?

  -Можно проколоть шею, так что его не будет видно. Слушай, присоединяйся к нам, великим вампиром станешь ты.

  Неясно радоваться или ответить ударом клинка на такое предложение.

  -Нет, что-то пока нет настроения. Я предлагаю тебе, пока посидишь под замком, и дашь клятву, что не сбежишь, а затем я, может быть, отпущу тебя на волю.

  -Вы очень добры ко мне сэр, но я советую подумать над моим предложением. Могущество вампиров растет, и в будущем именно нам будет принадлежать власть над миром.

  -Ну, это мы еще посмотрим. Я ухожу, что бы еще раз ужалить армию Батыя, а когда вернусь, мы продолжим разговор.

  Леопардов исчез, растворившись в дверях.

  -Воистину ему быть вампиром.

  Карл повернулся на соломе, в башне было прохладновато, стены покрылись инеем, и попытался уснуть. Еле слышные шаги разогнали чуткий сон. Вампир повернулся. Хотя на Семене Залихватском были мягкие сапожки, мальчик видно не очень то и хотел скрыть свой приход.

  -Чего тебе надобно дитятко?

  Семен оскалил милую улыбку, себя он уже давно не считал ребенком.

  -Я тысячник Белой Армии, лучший боец младшей группы.

  -А я и не сомневался что ты лучший воин.

  -Вот и отлично.

  Небольшой мальчик подпрыгнул, подтянулся на висячей цепи, не много покачался и отпустил.

  -Я воин! И хочу стать вампиром.

  Карл даже поперхнулся от удивления.

  -Ты хочешь присоединиться к нашему братству.

  -Нет, у меня уже есть свое Белое братство. Я просто хочу стать вампиром.

  Я слышал, что вы бессмертны, сильнее обычных людей и можете летать.

  -Насчет сильнее это верно.

  Карл схватил и согнул пальцами звено в цепи. Залихватский попробовал повторить действие. Попытка оказалась безуспешной, даже после того как Семен сдавил звено обеими руками. Пацан расстроился, было видно, что он вот-вот готов расплакаться.

  -Не плач джигит, я же вампир, хотя был как простой человек. Скоро ты легко сможешь повторить данный фокус, вернее прием.

  Залихватский слегка успокоился.

  -Ты сделаешь из меня вампира?

  -Да у меня есть на это полномочия.

  Начавшие появляться слезки разом высохли.

  -Дяденька давайте быстрее.

  -Быстрее, только кошек давят. Я расскажу тебе процедуру, может быть, ты побоишься и откажешься.

  -Нет! Рассказывай!

  Семен не терпеливо шмыгнул носиком, внутри его начала играть музыка, он чувствовал себя накануне архиважных перемен в своей жизни.

  -Хорошо сначала я должен прокусить тебе шею, пососать твою кровь.

  -Я готов к этому.

  Семен разорвал воротничок, скинул белый свитер, обнажив торс.

  -Так не надо. Теперь расслабься это не больно.

  Семен слегка съежился и зажмурил глаза. Карл раскрыл рот, зубы словно выросли и острейшие клыки вцепились в нежную детскую кожу. Вампир почувствовал пульсирующую артерию, надкусил слегка солоноватую кожу. Приторно-сладкая такой она казалось вампиру кровь, полилась в уста. Мальчик задергался, Карл сдавил его стальным захватом.

  -Я говорю - тебе будет не больно, не бойся малыш.

  Вампир продолжал испытывать непередаваемое блаженство, янтарь тек в уста, каждый удар детского сердца ощущался серебряным колокольным звоном. Ему хотелось все больше и больше, вот так впитывая в себя кровь, эликсир вечной жизни. Семен почувствовал опьянение от потери крови, в его головке шумело, руки слабели. Карл и сам понял, что еще не много и он угробит ребенка, чрезвычайным усилием воли он оторвал от шейки свои клыки.

  -Вот теперь намного лучше, не спи мой мальчик. Открой глаза.

  Залихватский с трудом разлепил ресницы.

  -Вот так оно лучше. А теперь ты должен попить моей крови.

  Вампир распорол себе вену на руке и чуть ли не силой проложил ее ко рту ребенка. Мальчик поперхнулся, затем раскрыл уста и принялся сначала, не хотя затем с все большей охотой всасывать тягучую кровь вампира. Его хватка становилась все более жадной, и вампиру пришлось приложить усилия, что бы оторвать ненасытного ребенка от себя.

  -Все хватит мой маленький брат! Через несколько часов, ты почувствуешь в себе сильные перемены.

  -Во мне все горит, я чувствую блаженство и боль.

  Пропищал тонким голосом Залихватский.

  -Это все новообращенные ощущают.

  -Я скоро смогу летать?

  -Не исключено у тебя белые волосы, а светлоголовые вампиры всегда обладали более сильными способностями, чем черноволосые вроде меня. Карл тряхнул вороными кудрями. Семен, не удержавшись, дернул вампира за усы, затем, подпрыгнув, вновь завис на цепи, ему показалось, что тело стало легче, и он забрался по цепи наверх и, отпустив руки, спланировал в низ, на лету махая лапами. На какое-то мгновение его падение замедлилось, и он относительно плавно приземлился на гранит.

  -У тебя уже начинает получаться. Изумленно пробормотал Карл.

  -А что ты думал, где наша не пропадала. Ведь я же русский.

  Семен Залихватский запел, слова лились звонким ручейком.

  Кажется едою бренный мир

  Кровь манит безумной дикой страстью

  Но поверь что и вампир!

  Не забудет где он жил

  Русским быть ты знай большое счастье!

  Залихватский рассмеялся тоненьким смешком, и вновь замахал ручками.

  - Я бабочка! Нет, я истребитель!

  Мальчик вспомнил вычурное слово произнесенное мульти-клонами.

  

  

  . ГЛАВА Љ 15

   Так как химические заряды закончились, а новых Патера еще не переслала, то Леопардов решил использовать самолетики для личного десантирования. Они вполне надежные должны были выдержать не слишком тяжелое тело. Оставалось только, как следует завести "будильники" что бы они вернулись назад, а там их уже подхватят ребята. Собрав самолетики и подвесив себя на нити, Леопардов слегка разогнавшись, запустил тело вместе с самолетами с башни. Погода стояла для тайной вылазки неплохая, тучи закрыли все небо, дул умеренный ветер со слабой пургой закручивала кудри на снегу. Впервые в средневековье осуществлялась десантирование, главная задача, разнести отряд с катапультами, покончить с огненным валом обрушимся на город. В небе отчетливо виден монгольский лагерь, десятки тысяч костров, соткали почти сплошной ковер, казалось, что небо собрало со всей вселенной мириады созвездий и рухнуло в низ. Уловив поток Леопардов, отстегнул от себя лямки и коршуном рухнул в низ, лишь легкие крылья за спиной слегка направляли полет и смягчали посадку. Впрочем, для мульти-клона таран в сугроб не проблема, крепкие кости выдержат, прошив снег Леопардов, приземлился возле внушительного колеса. Дальнейший план был прост и не однократно опробован. Завалив монгола, мульти-клон преобразился в сотника. Затем замочив очередного косматого громилу в тысячника. За мощный отряд метательных машин отвечал хан Каплуну, с ним пришлось повозиться, громадный шатер хана был наполнен воинами, кроме того, танцевали обнаженные танцовщицы. Каплуну-хан с жадным интересом всматривался в движения смуглых восточных и более светлых уруских тел. Женщин погоняли ударами пик и плетей, девушки были голодны, пустые животы проваливались едва, не доставая хребта, тонкие ляжки тряслись от напряжения, под свист кнута рефлекторно дергались худые плечики. Наконец хан пожелал остаться почти один, две девушки должны были скрасить его ночь. Мульти-клон прошмыгнул в шатер почти невидимой белесой тенью. Хан навалился на одну из нагих девушек. Грубо визжа по кабаньему взбрыкивая чудовище в чалме насиловало ее, проявляя животную страсть. В бешенстве мульти-клон слегка огрел "вепря" по затылку. Девушки вскрикнули, Леопардов прижал палец к губам.

  -Не бойтесь меня, милые девушки все ваши страхи позади!

  -Кто ты отважный витязь?

  Прошептала вторая девушка. Первая дева, которую варварски изнасиловали, еще не пришла в себя от дикого стресса, она, судя по густо пролитой на животе крови, она была девственницей.

  -Я тот кого зовут белый ангел. А это зверь умрет не сразу.

  Мульти-клон провел монгольского хана в себя, затем резким движением вырвал ему яйца. Бородатый кабан надрывно хрюкнул и потерял сознание.

  -Если Батый догадается, кто убил его любимого темника, только чудо поможет тебе избежать страшного наказания...

  Спасенная девушка метнулась на шею, страстно обняв юного героя, их уста слились в страстном поцелуе.

  Затем мульти-клон вколол Каплуну отравленной иглой в шею.

  -Это медленный яд, которому местные врачи не знают противоядия, ты будешь медленно и мучительно помирать. Твои кишки будут пропущены сквозь битое стекло, а легкие и желудок спалит геенна огня.

  Девушка вяло кивнула в знак одобрения. Леопардов аккуратно положил им новую одежду.

  -Не волнуйтесь, я прикажу вас отправить под малым конвоем в Рязань, а там, на пути отобьют партизаны. Хотя я могу просто приказать отпустить вас.

  Переодевшись под хана, и доложив под халат несколько подушек, мульти-клон закончил маскировку. Его движения тембр голоса на столько точно копировали хана Каплуна что, увидав, его девчонки, взвизгнули от страха, забившись в угол.

  -Не надо так ведь это я белый ангел. Если сатана способен принимать облик ангела света, то почему русский витязь не может принять облик воина тьмы.

  Девушки после этих слов разом успокоились, а Леопардов привычным свистом подозвал своего тысячника - распорядителя.

  Когда монгол вошел в шатер, то практически сразу рухнул на колени. Видно было, что он боится грозного хана, одного из самых сильных полководцев великого Чингиз-хана.

  -Мне не очень понравились эти девицы. Потому я повелеваю, не медленно взять их отвезти в соседнюю деревню. Их даже мало казнить по этому вы должны их отпустить, не причинив вреда. Они сыграют роль наших шпионок в уруском лагере. Только так уруские "коровы" смогут загладить свою вину.

  Тысячник кивнул и выволок девушек, двор, затем бесцеремонно погрузил на телегу и погнал к окраине лагеря. Мульти-клон был уверен, что тысячник точно исполнит его приказ.

  -Ты не такой и плохой парень. Я убью тебя не первым.

  Прежний хан, находился в отключке, и следовало этим воспользоваться.

  Несколько тысячников продолжало толпиться полукругом, ожидая приказов.

  -Эй вы пустые мешки слушайте мое повеление! Приготовьте не медленно зажигательные заряды и смолу и сложите все рядом боевыми пороками. Быстрее мангусы.

  Закамуфлированный под Каплуна мульти-клон врезал семихвосткой плетью. Удар подействовал, тысячники пришли в движение. Яростно ревя, они будили сонных сотников нукеров, те в свою очередь подымали, тех, кто пониже рангом. Монголы работали дружно, вскоре возле стенобитных машин возвысились горы зажигательных материалов.

  -Поближе, поближе, придвиньте их к порокам, а пороки поближе к кучкам. Мы должны нанести урусам удар потрясающей силы.

  Татары засуетились, выполняя приказ грозного прославленного жесткостью даже в монгольской среде темника. Тысяча пороков разнообразного калибра ощетинилась, камнями, они так и стояли гордые в своей страшной силе. Больших кучек было двести. Мульти-клон подсчитал, если стрелять из больших луков с зажигательной смесью, то выпуская за раз десять стрел, можно поджечь все кучи за полминуты. Это будет страшный удар по монгольскому войску потому что, будет выбит весь запас катапульт, а переброска других активно производимых в Китае машин потребует много времени.

  -Теперь вы мугланы слушайте мою команду! Все дружно скачите к окраине лагеря, там вы соединитесь с другими отрядами готовыми к ночному штурму уруского города.

  Леопардов вполне натурально гнусавил и монголы, подавшись нажиму, рванули в противоположную сторону. Мульти-клон зарядил лук, уже дал первый зал как огненный пульсар едва не спалил его. Послышался ядовитый смешок.

  -Белый витязь всех считает идиотами.

  Перед ним возник собственной персоной бывший рязанский князь Глеб. Предатель был вызывающе роскошно одет, новый камзол был расшит золотом и самоцветами, руки искрились огнем. В ответ Леопардов запустил мечом ниндзи, однако предатель ждал подобный маневр и легко отбил его полем, раскалившись, меч, отлетел, упав в снег. Мульти-клон и князь скрестили взгляды, причем князь явно давил магией, талисман на его шее раскалился. В лицо мульти-клону дунуло огоньком. Увернувшись Леопардов, подхватил десяток зажженных стрел и, выстелив, подпалив горючие материалы. Несколько молний прогремело, смертельный огонь пролетел мимо. Князь смеялся смехом буйно помешанного козла. Затем он повернул талисман, в следующую минуту страшный рев потряс лагерь, ста пятидесяти тонный динозавр появился во тьме. Леопардов схватил в руки факелы и стремительными движениями продолжал поджигать кучи. Зверь как он и предполагал, был огромен и неуклюж, особого труда не составило поджечь всю наспех сложенную паклю. Животное ходило ходуном и металось, ломая тараны и катапульты, смеси взрывались. Леопардов попробовал, было подрубить врага взмахом меча, однако удары легендарных мечей лишь соскальзывали с кожи. Чудовище продолжало греметь, со всего лагеря сбегались монголы. Тогда Леопардов попробовал долбануть по глазам, удар был хорош и точен, но на последних миллиметрах мечи уткнулись не пробиваемую защиту.

  -Вот черт и этого монстрика запрограммировал, растет в магии гад.

  Тем временем ящерный мастодонт открыл исполинскую пасть и дыхнул огоньком. Пламя растекалось широкой речкой, мульти-клон едва успел уйти. Гигантское животное рвануло за ним, Леопардов бегая и высоко подпрыгивая, подводил зверя поближе к татарским рядам. Опыт боев показывал, что самая безопасная дистанция это когда ты рубишься вплотную лицом к лицу с монгольскими воинами.

  Его тактика себя оправдывала, преследуя его, зверь давил не только шатры и юрты, но и самих монголов, особенно губителен был адский огонь, он палил сильнее, чем обычное пламя, оставляя одни обгоревшие скелетики от попавших в струю нукеров. А когда монстр поджег и стоптал главную юрту джихангира, то сам Бату-хан выбежал на заснеженную улицу. Под ногами джихангира плескались, пузырясь, кипящие лужи, рядом ревели обожженные нукеры, горели деревянные дома, пахло палеными трупами.

  -Вай нашествие шайтана! Джихангир орал и лишь более хладнокровный Субудай-Багатур сразу сообразил, в чем дело.

  -Колдуны. Князь Глеб уймите этих мангусов.

  Князь Глеб все это не слышал. Он продолжал направлять свое детище, на преследование мульти-клона. Дикий зверь яростно топтался по лагерю, совершая страшные опустошения, пару раз распространенная огненная волна, испущенная предателем, задевала Леопардова. Все одежда кроме огнеустойчивого кимоно сгорела, и он продолжал носиться как многократно ускоренный фантом. Монстр гонялся по пятам, изливая огонек, его челюсти шмякали, пожирая излишне смелых нукеров, Леопардов уверенно водил чудовище по лагерю, он уже успел подметить закономерность между открытием пасти и выплескиванием огня, и без труда уходил от огненных поцелуев. Были, правда, еще и монгольские стрелы, это страшное оружие, но они к счастью отличие от чудовища легко срубались легендарными мечами. Тем более что взбудораженное войско не могло создать сплошной поток летящих стрел. Их выстрелы напоминал реденький осенний дождь. Подобная канитель могла продолжаться до рассвета, но на своей лилово-багровой туче появилась чародейка Керинкей-Задан. Он гневно оскалилась на своего "ученика" князя Глеба.

  -Ты слабоумное уруское отродье, видимо поставил себе цель извести монгольскую армию.

  Искристый щелчок кривыми когтистыми пальцами и чудовищный монстр исчез.

  -Теперь займемся белым зверком.

  Задан выросла в размерах и склонилась над Леопардовым. Традиционные броски меча не вызвали большого эффекта.

  -Маленький белый мангуст. Ты муравей, закамуфлированный в янтарном сосуде. Я могу придавить тебя одним пальцем.

  -Попробуй! Как говорят русские, не хвались, едучи на рать, а хвались еду с рати! Иначе фекалии вытекут, не донесешь испражнения.

  Чародейка в ярости всадила настолько мощным зарядом в форме огненного черепа, что от взрыва образовался настоящий котлован, хотя Леопардов и успел отскочить, кожа на нем покрылась волдырями. Мечи раскалились, и их снова пришлось окунать в сугроб, впрочем, для этого мульти-клон вынужден был бежать на окраину лагеря, удар побил, обжег не одну сотню монголов, многие кони отчаянно ржали, сгорая живьем. Задан, так же почувствовала большой перерасход магических сил. Она еще не оправилась полностью от раны, а посему скомандовала.

  -Атакуйте, убейте его.

  В наступление перешли, вороны с медными клювами, летучие мыши и прочая мерзость. Леопардов едва успевал парировать их удары, а также бесчисленные вихри многих тысяч стрел летящих в его сторону. Мульти-клон понимал, что даже с его легендарными мечами он не сможет слишком долго сдерживать смертоносную лавину, и по этому постепенно продолжая исполнять прием - пропеллер и двойная бабочка постепенно отходил в сторону будущей Российской столицы. Отдельные чудовища долетали до него и успевали царапнуть. Так постепенно отступая, он приблизился к своим стенам и уже хотел, было запрыгнуть, как необычная картина привлекла его внимание. Монголы начали заваливаться, тысячи нукеров падали, словно парализованные невидимыми лучами. Кони подались назад и забились в агонии.

  -Молодцы ребята сами догадались применить ядовитый газ.

  Ряды монгольских бойцов стремительно редели, лавина отхлынула, обратившись в бегство. Судя по паническому настою, сегодня утром штурма не будет!

  Когда мульти-клон возвращался, ему на плечи молниеносной лаской скакнул мальчик Семен.

  -Лео! О Лео! Я научился летать.

  -Не верю, покажи.

  Залихватский подпрыгнул и завис в воздухе, затем уверенно замахал руками, имитируя полет птицы. Это у него не очень хорошо получалось, он напоминал подмоченную дождем бабочку и, тем не менее, держался в воздухе. Мульти-клон своим острым взглядом заметил маленький шрам на шейке мальчика.

  -Да ты, похоже, познакомился с вампиром.

  -С Карлом, он классный парень!

  Залихватский вставил современное выражение, подслушанное у мульти-клона.

  -Может быть, хотя это не парень. Тебе пора не много вырасти малыш, теперь ты стал вампиром, и будешь убивать людей.

  Залихватский вновь попытался парить, руки с трудом держали его в воздухе, но каждое движение становилось все уверенней, воздушная стихия все большей степени покорялась ему.

  -Не правда, нам вовсе не обязательно убивать иных людей, достаточно чуть-чуть пососать кровь и усыпить. Он тебе это уже говорил, стань, как и мы вампирами. Вампиры гораздо сильнее людей и быстро восстанавливают все свои раны.

  Леопардов уже думал над этим. Конечно, соблазн был велик, если всю армию сделать вампирной, но что тогда будет с Православной Русью? Россия тогда станет государством вампиров. Даже у мульти-клонов есть предрассудки, если конечно это можно назвать предрассудками.

  -Мой мальчик, мы тщательно изучим твой феномен и феномен Карла, и может быть наши воины, обретут качества вампиров и без подобного экстремизма.

  -Но сколько времени нам придется ждать Лео, а тут так просто и сразу. Ведь пока мы будем топтаться, монголы сожгут наши города.

  -Хорошо я не буду запрещать тебе, обращать новых членов, но сам пока воздержусь. Это будет чисто добровольным делом.

  "Как знать может это поможет одолеть мугланов?"

  

  Москва продолжала подвергаться массированным ударам. На сей раз, в дело вступила сама чародейка Керинкей-Задан. Она не стала сражаться с мульти-клоном, а просто разрушила огненными шарами одну из стен. Затем применила удары пламенными восьмерками и жгучими ножницами. Удержать после это Москву уже не было никакой возможности, белые воины отступили к детинцу. Князь Владимир ужасно нервничал, в довершение всех проблем заболел Семен, вампирская кровь приживалась с трудом. Купец Карл объяснял, что такое часто бывает с новообращенными.

  -Мы и сами порой не можем предсказать последствий своих укусов, да действует это по-разному, я вот до сих пор не научился летать.

  Леопардов презрительно фыркнул.

  -Я согласен, кому-то летать, а кому-то ползать - на карачках!

  Мульти-клон встал в позу и продекларировал.

  Рожденный ползать еще способен

  Могучей волей и силой мысли!

  Порвать оковы стать свободным

  Умчаться вихрем в благие выси!

  Но тот, кто сердце имеет зайца

  Пусть даже крылья и за спиною!

  Взлететь трусливо и не пытайся

  Стальные цепи тебя накроют!

  -Человек еще может взлететь в небеса силой науки, но вряд ли сила грязной магии вампиров способно приподнять кого-то ввысь.

  Карл возражал.

  -Наши учителя подымались ввысь и даже накручивали круги особенно златокудрый царь вампиров Кара. Он способен на многое, такие чудеса творили, что даже сам кардинал Тотеме возжелал стать вампиром.

  -И что стало с кардиналом?

  Карл смутился, затем еле слышно ответил.

  -Он умер.

  -А я иного и не ожидал.

  Леопардов зло огрызнулся.

  -Я запрещаю тебе кого-либо обращать из моих людей или не медленно снесу тебе голову. Да вообще тебе пора возвращаться в Ганзу.

  -Как я это сделаю, когда враги со всех сторон обложили детинец?

  -Надо прорываться с боем уходить отсюда.

  Вставил тысячник Полкан, прочитав в глазах мульти-клона одобрение, продолжил.

  -А иначе нас всех перебьют. Укроем наши войска за стенами Владимира.

  Княжич Владимир энергично возражал.

  -Мой отец не простит мне сдачу Москвы, я предлагаю вызвать подкрепления, в первую очередь Пантеру и любой ценой отстоять город.

  Леопардов тяжело вздохнул, он ощущал себя Кутузовым накануне принятия важного решения. Несколько театрально мульти-клон повторил историческую фразу.

  -С потерей Москвы не потеряна Россия, а вот потеряв армию лучших наших солдат, мы рискуем потерять и Россию, и Москву и Владимир. По этому отбив, следующий штурм, я властью данной народом велю отвести войска.

  -А как мы выйдем, подземные ходы замурованы, детинец обложен и полуразрушен?

  С тревогой произнес княжич Владимир.

  -Мы используем силу науки. Газы помогут нам, каждый воин должен иметь при себе марлевую повязку с углем, тогда его не убьет зловоние.

  Тысячники кивнули. Сотник Николой вставил от себя.

  -Горючее для огнеметов кончилось, а по воздуху его не доставишь, значит, мы не сможем использовать огненную воду против мугланов. Самое лучшее в таких условиях отступить. Сие будет не бегством, а тактическим маневром.

  -А пока мы должны напрячь все силы.

  Перебил мульти-клон. И впрямь монголы все лезли и лезли на штурм, стены детинца подвергались веерным обстрелам. Самым опасным было применение огненных магических зарядов со стороны чародейки Керинкей-Задан. К счастью детинец, был не велик, что позволяло парировать большую часть огненных бросков, но количество попаданий все возрастало. Окоченевших и замерших трупов было столько, что монголы карабкались по собственным телам, насыпая из них валы, лестницы тысячами подкатывались под стены. Белые витязи сражались яростно, ядовитые иглы были расстреляны, паровая катапульта из-за перегрузки вышла из строя, и они рубились мечами, нунчаками, веерами и прочими видами холодного оружия. Ополченцы и простые ратники не уступали им в доблести, но силы защитников истекали. Когда, наконец, поврежденная огненными зарядами, рухнула правая стена детинца, волхв Дикорос произнес.

  -Пора! Пора отступать Иван! Леопардов!

  На всякий случай добавил он, так как многие уже забыли имя Леопардова, помня по громкой фамилии.

  -Ретирада!

  Скомандовал мульти-клон. Самолетики вновь поднялись вверх, сбрасывая вниз газовое оружие. "Бомбошки" бесшумно взрывались, русские воины прикрыли лица тряпками с угольком - самодельными средневековыми противогазами. Это помогло, прорыв проходил довольно успешно. Белые воины шли впереди, Леопардов рубил мечами, косил врагов цепями, прикованными к ногам и к голове. Его как всегда разящие ломающие сталь и кости движения расчищали путь всему войску. От каждого движения разлеталась окровавленная плоть. Чародейка Задан, нависала с воздуха, но не спешила атаковать.

  -Я лучше сберегу магию! Урусы пускай вами займутся мои войска!

  Однако газовое оружие неведомо монголом, многие из них умирают, другие в панике бегут, спасаясь от невидимого оружия. Даже кони прикрыты самодельными противогазами, по этому Белогвардейцам удается оторваться от татарских рядов. Турган взвалил на плечо позеленевшего Семены Залихватского, мальчик был полумертвым, от него исходил жар, от которого плавился снег. Мульти-клон Леопардов как всегда босиком и пеший прикрывает отход, от его ног отлетают привязанные к ним заостренные цепи, каждый удар ноги это при удачном выпаде несколько смертей. Монголы пятиться, Керинкей-Задан смеется.

  -Москва пала и вы с позором утекаете урусы.

  Вдогонку за Леопардовым устремился наколдованный шаманкой змей. Над головой шумел страшный рев. С верху упала широченная стена огня, подпалив нескольких людей неудачников. Огромная тень промелькнула над русским войском.

  Исполинский змей несся быстро и мощно, распластал кожистые крылья. Сделав разворот, он обогнал скачущих впереди всадников и проскользил над деревьями. Верхушки сосен пощекотали, фиолетовое пузо, затем сломались, когда на них навалилось брюхо колоссальной жабы.

  -Не трогай урусов! Убей мульти-клона!

  Заорала чародейка Керинкей-Задан, от ее громового голоса сыпались в лесу шишки.

  Змей поднялся в высь, распластал крылья, и снова опустив одно крыло, а второе, задрав наискосок к небу, пошел по наклонной низ. Ледопадов небрежным презрительным взглядом окинул страшную полураскрытую пасть. Судя по всему, зверь не фантом, видно даже как летающий бык набирает в рот побольше воздуха, что бы потом смесью водородов и природного газа, пальнуть вдогонку убегающим русским всадникам.

  -Атакуй меня жаба!

  Оглушающее рявкнул мульти-клон. Тучи развеялись и в причудливой краске вспыхнули растопыренные павлином крылья. Толстые жилы и кости выделялись темным узором, а сама кожа казалась настолько тонкой, что солнце просветило крыло, как кленовый лист. Была видна каждая пульсирующая жилка, мутно-оранжевое пятно солнца подползало к краю могучего крыла, когти пальнули пламенем.

  "А может быть и фантом, не люблю фантомов их трудно убить".

  Леопардов подпрыгнул, уходя от огненного смерча, затем скомандовал себе вперед! Снова закричали обожженные люди. Мульти-клон невольно вздрогнул, глядя на живые факелы, в которые превратились всадники, на пылающие гривы коней, рассыпающие на ветру крохотные искры.

  Змей выдохнул огоньком и понесся на крутой дуге с азартом мальчишки рвущегося с горки. Страшная пасть раскрылась, каждый клык был длиной в два человеческих роста. Крылья змей растопырил как зонт, закрыв половину поля, а за ним бушевал огонь, раздавалось дикое ржание осмоленных коней. Леопардов извернулся и рубанул мечами по пасти. Он ожидал, что мечи отскочат, но неожиданно клыки хоть и не без труда срезались, отлетев в стороны. Следующий удар рассек монстру губы. Огромная как скала туша монстра встала на дыбы, крылья подняли страшные воздушные волны, вздымая сугроб и переворачивая всадников. Змей навис над ним огромный, и какой-то безобидный, из пасти хлюпала кровь. Фиолетовое пузо казалось беззащитным, особенно на фоне багрово-красных шипов, что сползали со спины и боков. Именно по животу мульти-клон и нанес двойной удар. Брызнула сине-зеленая кровь, потекли распоротые кишки. Змей рявкнул, попытался пристукнуть нахала лапой, но встречный удар отсек половину конечности. Змей развернулся и обратился в бегство. Леопардов скакнул монстру на спину. Чудовище удирало, голова отчаянно дергалась, он ни как не мог набрать высоту, яростно хлопал крыльями, на сей раз, сбивая монгольский всадников. Леопардов покалывал змея, а на голову накинул цепи, заставляя его планировать на монголов. Крылья монстра беспорядочно молотили по воздуху, убивая встречных нукеров. В ответ на это монголы открыли стрельбу из луков. И без того развороченное брюхо покрылось перьевыми иглами. Чудовище выставило одну лапу, и со всего размаха таранило монгольские ряды. Колоссальная туша смяла не меньше двух сотен бойцов, и еще примерно столько же было покалечено.

  Могучие лапы судорожно дергались, молотя коней, зверь явно издыхал. Чародейка Керинкей-Задан запустила огненным пульсаром, явно стремясь добить ставшее не нужным животное. Однако удар вызвал обратный эффект, ошпаренный змей подскочил, бешеными рывками зубастой пасти принялся рвать монголов. Задан полоснула еще в ответ зверь выпустил целую огненную речку, татары пылали, разбегаясь как свечи на рухнувшей новогодней елке. Шаманка посылала пульсар за пульсаром, но никак не могла добить монстра. Леопардов запустил в нее сразу два своих меча. Это сработало, в ярости колдунья разошлась целым каскадом молний и, потратив слишком много магических сил отступила, за монгольские ряды. Мульти-клон продолжал сокрушать вражескую плоть, в конец исколотое стрелами и копьями животное выпустив последний столп огня, издохло. Ледопадов вытер почерневшее от копоти лицо.

  -Интересно можно ли его есть! Если да, то такую прорву фуража я даром сдал противнику. Ужас!

  

   . ГЛАВА Љ 16

  Еще до того как змеиное кольцо, стальным удавом сомкнулось вокруг Москвы, монголы осадили крепость Коломну. Крепкие из обтесанного камня стены оказались приличной защитой. Защитники надежно закрыли ворота, стальные пластины поверх дуба, снизу подвалили камней. Коломна уже пару веков была перевалочным пунктом на границе Рязанского княжества и Дикого поля. Двести лет назад еще с печенегами сошлись русские рати. По обычаю сначала должны были сразиться самые сильные воины. Со стороны печенегов вышел батыр Разубар-хан настоящий великан, как пушинку он подбрасывал тяжелую палицу. На встречу вышел невысокий, но ловкий юноша Волос. Печенежский богатырь надсмехался над русским батыром.

  -Я тебя дитятко на одну руку положу, а другой прихлопну, и останется от тебя только мокрое место.

  -Смотри не отмочи штаны. Дерзко ответил юноша.

  Тогда печенег размахнулся дубиной, стремясь раздробить в кровавое месиво назойливого комара. Волос увернулся от удара, и метнул в противника кинжал.

  Громадная туша заорала и с ревом рухнула, залитая кровью морда повернулась из глаза торчала рукоять кинжала.

  -Мокроты от тебя и впрямь слишком много. Ну, руссичи ударим.

  Храбро произнес русский витязь Волос.

  -Врежем нечестивым

  Дружно ответили ратники.

  Русские войска перешли в наступление, мощный удар опрокинул войска печенегов. Степняков гнали сотню верст, затаптывая в грязь ошалевшую свору. Был убит и главный каган печенегов Куляб-хан вместе с четырьмя сыновьями. В честь великой победы князь Владимир и решил основать новый город. Первоначально он хотел назвать его Волос в честь юного героя, но тот отказался.

  -Не достоин я такой чести, победил лишь за счет ловкости. Назови его лучше Коломна, с тем что знали враги что у них нет пути на русскую землю.

  С тех стала Коломна на пути у врагов Руси. Основные силы монголов прошли севернее, на Рязань, Москву, Суздаль. Первоначально сюда направился только один тумен. Русские всадники время от времени совершали дерзкие вылазки, смелыми поражающими врага ударами, они захватывали пленных, рубили монголов иногда и сами несли серьезные потери. Воевода вскоре запретил подобные вылазки и тогда толпы ордынцев совсем обнаглели. Они скакали перед самыми воротами, стреляли из луков, используя длинные стрелы с закаленными наконечниками. С целью устрашения к каждой стреле была приделана глиняная свистулька издающая в полете терзающий душу визг. Монголо-татары все наглели, они дразнили русских, показывали языки, делали непристойные жесты.

  -Вы трусы урусы! Слабые женщины, трясущиеся бороды! Мы сдерем с вас живьем свиные шкуру.

  Коломенские витязи просились у воеводы на битву с монголами, но закаленный в боях опытный воин удерживал их.

  -Еще не пришел нужный час. Не верьте хитрым мугланам. Они хотят заманить и отрезать нас от крепости.

  Защитой Коломны ведал известный воевода Еремей Глебович, прославленный еще в войнах с половцами, он, конечно, знал все хитрые ужимки степняков, и кто муже ожидал подкреплений от Великого Суздальского князя. И действительно Всеволод Георгиевич и Роман Ингваревич, изводя в бешеной скачке коней, спешили на подмогу. Хотя с ними и ехала добрая тысяча всадников, оба князя сильно оторвались от своих уставших соратников.

  -Дай не будем говорить, что мы князья и получше узнает что о нас думает народ.

  Предложил князь Роман. Князь Всеволод согласился.

  -И то разумно, узнаем, кто у народа в большей чести.

  На пути лежало проезжее село, чудом избежавшее разрушений. Предыдущее селение горел, а по улицам валялись десятки изувеченных трупов. Здесь все было тихо и мирно. На постоялом дворе дымились трубы. Князья спешились и, оставив коней, отправились в корчму.

  Хозяин постоялого двора оказался крепким дородным мужичком. Цепкие глазки сверлили доспехи, голова напоминала пивной котел, а три глубоких шрама придавали физиономии зловещий вид.

  -Я хозяин постоялого двора.

  Хозяин показал обнаженный крепкий бицепс.

  -Вы надеюсь богатые господа.

  -Мы странствующие витязи.

  -Заплатить найдется!- Взгляд хозяина стал злым.

  -Конечно. Всеволод стукнул по поясу, зазвенели золотые монеты.

  Уши хозяина шевельнулись, в глазах появилось хищное выражение. Изобразив на лице довольную ухмылку, он хлопнул в широкие ладони. Из кухни вылетело три краснокожих парня, один копия хозяина только помоложе. Второй настоящий бык, а третий еще безбородый стройный юноша. В блестящих физиономиях готовность снести головы или принести целого вепря.

  -Вылизать стол. - Грозно зыкнул хозяин. - И быстро подать ту мелочь что готова, князья заждались.

  При последнем слове князь Роман вздрогнул, он хотел сохранить инкогнито, а затем успокоился, сообразив, что это фигуральное выражение.

  В нешироком помещении было пять столов. За двумя обедали и неспешно попивали дешевую бражку селяне. За другим столом спал разбойничьего вида громила, еще два были пусты.

  То, что корчмарь даже не спросил, что им надо говорило об опыте, а также о том, что в этом медвежьем углу разносолов ждать не приходиться.

  Князьям принесли зажаренного гуся, а когда они добавили золотую монету, то появился и поросенок с гарниром. Затем на стол рухнул каравай, размерами с княжеский щит. Князья хотя и проголодались ели, не спеша, стремясь сохранить подобие достоинства. Мужики тем временем бросили галдеть и стали более внимательно всматриваться в князей. Видимо жирное мясо щекотало голодные ноздри. Один из них стал подсаживаться поближе, явно стремясь грязной лапой смахнуть жирное мясо со стола в щербатый рот. Всеволод прикрикнул для острастки.

  -Не суй мужичина свое рыло.

  Тот сразу стушевался.

  -Вы меня не так поняли господа.

  -Руки помой, урод.

  Добавил князь Роман. Мужички пришли в движение, и бороды задвигались, столы задрожали. В этот момент дверь заскрипела, послышался шум, и врата постоялого двора раскрылись. В дверь вломилась дюжина гориллоподобных мужчин с лопатистыми руками, с утыканными гвоздями дубинками. Впереди толпы двигался высокий и щуплый мужичок с зеленоватыми волосами. Вид у него не был грозным скорее уставшим и слегка смешливым. Нарочито плавно он достал кривой ножик, голосок звонко скрипел.

  -Звонкий голос раздается, трубят в битву петушки.

  Сейчас леший разберется, где вы спрятали вершки.

  Оба князя выхватили мечи. Хоть их и мало, но зато они отлично владеют мечом и должны очистить землю от этого сброда. Леший, однако, не спешил атаковать, его оружие мелькало в руках, он словно игрался с ними. Романов не выдержал первым, он со всего размаха замахнулся, стремясь срубить нечисть. Его меч прочертил полукруг и наткнулся на резко поставленный ножом блок. Казалось, что он должен легко перерубить тонкое лезвие, а получилось с точностью до наоборот, широкое и длинное лезвие преломилось пополам, и, описав дугу, врезалась в стол. Леший издал смешок.

  -Ты князь балбес безумец, мой нож как бес-трезубец!

  Выхватив аркан, мужичок, накинул его на князя Романовского. Веревка сама задвигалась змеей, опутав с ног до головы сиятельного князя. Князь Всеволод попытался, было отмахаться, как и его обхватила стальным шершавым удавом самодвижущая петля.

  -Вот так вам и надо князья. Главное никакого насилия.

  Леший, подпрыгнув изошелся смехом. Князья упали.

  -Зачем вы это делаете? Мой отец сожжет вас заживо!

  Проорал князь Всеволод.

  Леший звякнул пальцами, раскрыв широченный рот, полилась заунывная песня.

  Гадкие мерзкие скряги

  Прячут подпольно мешки

  Ну а лесные бродяги

  С них выбивают должки!

  Князь во владении ближнем

  С подданных тянет налог

  Стонет в цепях бедный нищий

  Кто под ярмом - тот убог!

  Мы не хотим быть рабами

  Спину пред барином гнуть

  Правда, разумная с нами

  И указует нам путь!

  Мы не разбойники злые

  И не хотим убивать

  Но плачут дети родные

  Им надо тоже есть дать!

  За справедливость и честность

  Чтоб в равноправье всем жить

  Можно решиться на дерзость

  Можно врага порешить!

  Леший закончил простонародную песню. Его взгляд осоловел, что-то в нем передернулось. Корчму словно закрыло крылом исполинской вороны, когда факелы вспыхнули, вновь перед ними возник бледный призрачный отрок с двумя ослепительно сверкающими мечами. Стоящие за спиной лешего мужики перекрестились, один, правда, растерянно произнес.

  -Хлопчик, затем тебе такие богатые мечи, лучше справь себе сапожки.

  Остальные зашикали на него. Леший первый понял кто перед ним.

  -Белый витязь, не вмешивайся в нашу разборку. Мы никого не хотим убивать, только надо проучить разбойных князей, всю кровь из народа высосали.

  -Я вас понимаю! Еще бы я сам насмотрелся на их произвол и беспредел.

  Звонким и грозным колоколом прозвучали слова Леопардова.

  -Верно! - поддакнул сидевший справа мужичок в полушубке. - Такой лютый мороз, а белый воевода без обувки босой ходит!

  -У меня есть запасные сапоги, пускай наденет, вставил второй детина.

  -Благодарю!

  Леопардова растрогало их искреннее участие.

  -Но лучше не надо, для меня это не мороз, а бегать они мешают и рвутся проклятые.

  Леший скривился.

  -Мои люди голодают, и мерзнут. Справедливость требует, что бы князья поделились с ними.

  Леопардов растянул губы ярчайшей улыбке.

  -Требование справедливости будет соблюдено. Сколько у тебя человек в ватаге.

  -Пятьдесят! С гордостью произнес леший. Остальных ты видел на улице.

  -Маловато! Та вот я вас нанимаю, на ночь, каждый из вас получит по золотой монете.

  Глаза лешего и других мужиков загорелись.

  -Я что делать?

  Князья также подтянулись.

  -По-моему понятно атакуем монгольский лагерь. Вы им сейчас отсыплете по монете, а когда мы разнесем монголов, захваченная добыча компенсирует все убытки.

  Разбойники одобрительно зашумели. Многие из них и сами натерпелись от монголо-татарских захватчиков. Леший сохранял хладнокровие.

  -Пятьдесят человек против десяти тысяч. Не слишком ли это дерзко.

  -Нет не слишком. Во-первых, сюда уже подошла тысяча воинов следующая за князьями, я ускорил их шаг, а во-вторых, еще тысяча бойцов выведена мной из самой Коломны, правда пришлось связать воеводу. Итак, соотношение сил один к пяти. А с таким соотношением мощи храбрый русский воин только атакует и побеждает!

  -Верно! Дружным хором подхватили мужики

  -Нечего нам пятиться!

  Леопардов повернулся к князьям.

  -Выступать надо тихо, к лагерю подойдем бесшумно. Я уберу часовых, и вашей задачей будет аккуратно вырезать всех монголов. Эта ночь станет решающей, по крайней мере, для первой части компании.

  Дружный рев одобрения был ответом. Леший протянул свою жилистую руку, на ощупь она напоминала лапу лягушки. Затем он щелкнул пальцами, арканы, что были на князьях, распутались, веревки опали, свились в косички, а затем послушными гадюками заползи в карманы болотного воина.

  -Не поминайте лихом княжичи. Выйдя, леший начал строить ораву, доходчиво и просто он объяснял воинам, что нужно делать. Затем выпорхнул и Ледопадов. План атаки у него был размечен заранее. Большую часть охраны он снимет традиционным путем, остальных уберет он сам вместе с десятком отборных бойцов белого легиона. После этого будет уже не битва, а резня, под шумок они уничтожат большую часть тумена. После чего он отправится защищать Москву. План на сей раз, прошел без изъянов, здесь не было магического охранения, подмена темника не смотря на его толщину, прошла на ура, белые воины действовали умело, остальные соблюдали осторожность. Потери были не велики, на руку сыграло то, что обнаглевшие монголы напились как сурки, всего пара сотен убитых и раненых, монголов было вырезано более восьми тысяч, лишь жалким остаткам тумена удалось сбежать. Его клинок щедро лакал кровь. Леопардов с наслаждением рубил монголов, и резал их как куропаток. Когда он проносился по сонному лагерю, то полосовал горло шестью кинжалами сразу, пока стан не проснулся, после чего в дело вступили легендарные мечи. Они легче фольги прошивали любые латы и кромсали металл. В стане монголов задержался один из иноземных рыцарей граф Филипп Адэнаурэр, плечистый детина семи футов роста, десяти пудов веса, в лучших в Европе испанских доспехах. Леопардов срубил его как сухой листик, даже не снизив темпа боя, небрежным взмахом меча великого ниндзи. Большой шкаф с грохотом завалился. После очередной победы Леопардов отбыл в Москву. Славный град не удалось удержать, но воспоминания о славной битве, согревали лавой вулкана душу. На разгром мятежного города был послан Кюлькан-хан - последний младший сын Чингиз-хана. Бату-хан рассчитывал, что молодой Чингизид обломает себе крылья. Под командование было два монголо-татарских тумена, и тумен Баяндера, всего тридцать тысяч яростных воинов. По дороге к Коломе, Кюлькан-хан рассыпал свои отряды по Суздальской и рязанской земле, повелевая сжигать и грабить соседние городки и селения. Казалось черный спрут с огненными кольцами, ползет по земле, выгребая калеными щупальцами все живое.

  Сын священного правителя подъехал к Коломе в суровый зимний вечер, когда медленно умирало солнце. Роскошные шатры и походные юрты стали, на противоположном берегу, у опушки соснового леса. Нукеры поспешно рубили лестницы и башни. Через захваченную у китайцев увеличительную трубу хан Кюлькан всматривался в каменные покрытые ледяной коркой зубчатые стены. Вооруженные люди стояли за бойницами, некоторые имели тяжелые трофейные луки, захваченные у монголов. Безлюдная равнина замершей реки, где над сизыми льдинами перелетали угольно-серые стаи ворон, жадных чужой поживе. Кюлькан заранее отмечал все изгибы крепостных стен, места для будущих приступов.

  Громадный и сильный, очень похожий своим богатырским телосложением на отца величайшего полководца и воина Чингиз-хана - Кюлькан жадным взглядом впивался в крепость душе кипела и жаждала сражений и битв. Рядом с ним стоял еще более крупный воин, близкий друг и телохранитель Кюлькана. Сей доблестный тургауд читал на лице хана Кюлькана страстное желание убивать, тягу к богатырским подвигам и не довольство собой. Познакомились они еще в Монголии, когда перед походом к последнему морю был устроен грандиозный праздник - большой сабантуй, как в живую проносятся воспоминания о нем. Десятки тысяч монголов отмечал его, китайцы устроили грандиозное шоу с газовыми рожками и пышными фейерверками с петардами. Были и массовые казни, по личному приказу верховного кагана Угедэя было казнено сто тысяч пленных вернее невольников, половина женщины и дети. Именно столько потребовал в жертву великому богу войны Сульдэ верховный шаман Бэки. Большую часть казненных обезглавили, тела утрамбовали конями, пустив кровавую реку. Остальным повезло намного меньше, их живыми распяли на столбах, для того, чтобы страшный бог мог насладиться мучительными стонами. Плясали танцовщицы, лился крепленый кумыс и дорогое иноземное вино, монголам было весело, сердца их трепетали в предвкушении яростных схваток, обнаженных пленниц в цепях, награбленных сокровищ. Война хороша для всех - умный продвинется, хитрый разбогатеет, дурак настреляется, а последний глупец отмучается. Путь воина, его смысл жизни убивать. И естественно воинам надо показать свою удаль!

  Идеальным средствам была борьба, грозные судьи с крючковатыми мечами следили за тем, что бы она проходила без покусываний, увечий, убийства. Жалко терять лучших воинов перед великим походом. Вот гремят мощные трубы, в каждую дуют по двенадцать дюжих нукеров.

  Знатные хан смотрят на бойцов и только один Чингизид Кюлькан-хан принимает в этом участие.

  Сам верховный каган, хан все монголов во всей вселенной Угедэй дает сигнал к началу поединков. Лучшие бойцы, выставленные от каждой тысячи, развелись по парам, используя систему, принятую в современных олимпийских единоборствах. Тысяча двадцать четыре борца на гигантском Колизее сходятся одновременно в борцовской схватке.

  Глашатаи объявляют.

  -Сходитесь, славные джигиты сам верховный каган даст победителю лучшую награду. Победитель должен выиграть десять схваток, ни разу не коснувшись плечами земли. Сего славного воина, что пройдет все это, объявят багатуром и вручат статую коня из чистого золота. Таков закон нашей страны, да и обычай всех смелых людей на Земле! Да прославиться в веках святое дело великой воины, да окрасится кровью чистое небо!

  Тысяча воинов вышла, поклонившись на все четыре стороны. Тут были не только монголы, но китайцы, вьетнамцы, якуты, индусы, негры и даже европейцы. Самые лучшие воины со всего мира собрались здесь. Верховный каган кивнул - схватка началась.

  Борцы стали подпрыгивать на месте, переваливаться с ноги на ногу, взмахивая руками точно орлиными крыльями, ловко припадая на согнутых коленях. Загребая, свежую весеннюю травку, сын Священного Правителя швырнул вырванный с корнем пучок, противнику в лицо, ослепляя глаза, а затем, бросившись свирепым тигром, сбил соперника с ног.

  Остальные пары почти одновременно сцепились в могучих объятиях. Первыми из состязания выбыли противник Кюлькана, спустя секунду туда полетел и соперник мощного монгола по имени Тогрул. Кюлькан мстительно сверкнул очами, этот гигант вызывал нервозность. Схватки остальных бойцов затянулись, они хватали друг друга за руки, ноги, плечи, шею. Бросали, кружились, вертелись, подставляли подножки. Десятки тысяч глоток подбадривали сражающихся. Победители подходили, к мешкам со сладким искусно выпеченным печеньем, некоторые ели сами другие кидали в толпу. Кюлькан не стал, есть, он понимал, что сытое брюхо в бою, давит глухо, но и кидать не стал, просто оттолкнул слуг и разминал конечности. Вторая схватка оказалось довольно легкой, а вот над третьей бранью пришлось повозиться. Его соперником оказался толстый боец из Японии. Это был настоящий мастер сумо - йокозуна, толст, могуч и ловок. Кюлькан-хан почувствовал что проигрывает, от ударов сумиста трещали кости. Тогда коварный сын Чингиз-хана пошел на жестокую хитрость. Повернув камень в перстне, он при очередном ломающим суставы "дружеском" объятии, кольнул сумиста иглой с быстрым ядом. Спустя десять секунд его соперник упал, что бы уже никогда не подняться. Кюлькан скалясь зловещей дьявольской улыбкой, смочил горло крепким кумысом вновь ринулся в схватку, не оставляя своим соперникам шансов на жизнь, главным оружием стала не доблесть, а ядовитая игла.

  Постепенно ряды борцов редели, одни уходили кульгая и, почесываясь, некоторых пришлось уносить. Победители продолжал драться между собой. В финале они и встретились: могучий, страшного вида монгол по имени Тогрул и сын Правителя Небес Чингисхана. Для них постелили шелковые ковры, в азарте нукеры бились об заклад, делали ставки, большинство, конечно, отдавали предпочтение сыну Чингиз-хана.

  Схватка оказалась неожиданно короткой, своего последнего соперника могучий батыр поднял над головой и с диким торжествующим воплем бросил на ковер. Кюлькан тут же вскочил и уколов своего соперника, попытался сделать подножку. Тогрул вновь поднял Кюлькан-хана и с силой швырнул на поверхность ковра. Удар был силен и Кюлькан поднялся не сразу. С удивление он смотрел на как ни в чем не бывало стоящего перед ним противника. "Он уже должен быть мертвым". Из глаз до сего момента непобедимого чингизида лились слезы.

  Тогрул подошел к нему и низко поклонившись спросил.

  -О чем твоя печаль, о великий?

  Последняя фраза вернула Кюлькану бодрость, раз он великий значит, его противник признает свое ничтожество. И он ответил с достоинством.

  -Если бы я был мертвым, то мне не было срама, а теперь я должен ходить живым и побежденным!

  Тогрул осторожно поднял сына священного, а сам стал на колени.

  -Ты должен жить великий и сын самого великого ради величия монгольской державы! Ибо подлинный сегодняшний победитель это ты!

  Кюлькан-хан уловил искренность в густом как гуд водопада голосе и достал свой кинжал.

  -Достань и свой, мы полижем, друг другу лезвия и станем побратимами.

  К ним подъехал на коне баурши верховного кагана.

  -Золотой конь и звание Багатура вручается тебе Тогрул. И повеление кагана ты назначаешься главой охраной тысячи Кюлькан-хана.

  Моголы обнялись и поцеловались, с тех пор они стали как братья по оружию - "аньда".

  После этого были еще состязания в стрельбе из лука, скачки и самое интересное гладиаторские бои, где монгольские пленники сражались друг с другом, а иногда и с хищными зверями насмерть. Вот и сейчас перед ним стоит крепость, в общем то небольшая крепостница, первая которую он хочет взять самостоятельно и как хорошо что там нет белого мангуса, зато рядом есть верный Тогрул, на которого не действуют яды, зато его преданный слуга отлично их чувствует. Сколько раз он спасал его от отравителей засылаемых Бату-ханом, а может быть и двудушным Гуюком. А он должен жить, ему всего девятнадцать лет, в этом возрасте его отец был нищим нукером, а у него под рукой тридцать тысяч сабель. Но его Отец Чингиз-хан добился все сам, побывал в унизительном рабстве с тяжелой колодкой на шее, подгоняемый безжалостными ударами бича из конского волоса. Затем сломал колодку, убил хозяина и сколотил банду из отчаянных парней. Сначала это была шайка разбойников, затем она превратилась громадную армию - покорившую Монголию и Манчжурию, а затем и весь Китай, Хорезм, Север Индии, Афганистан, Иран, Дальний Восток и прочие земли. Многое завоевал, и неисчислимое множество народов покорилось его отцу, но весь мир, не вся вселенная. Сумеет ли он, хоть когда ни будь превзойти славу своего великого предка, или хотя бы завершить начатое дело. На пути стоят две скалы Бату-хан и Гуюк. Он пока дружит с Гуюком, против самого сильного врага Бату-хана. Дьявольские шаманы надежно защищают его от гибели. Размышления прервались - Тогрул сунул Кюлькану позолоченный холст с пергаментом.

  -Мы твои друзья достали в Китае вот эту секретную бумагу. Здесь личная подпись и печать Чингиз-хана.

  Кюлькан выхватил пергамент из рук. Там крупными буквами было написано.

  -В случае гибели моего любимого внука Бату-хана, титул джихангира с правом владения всеми землями от каменного пояса, до последнего моря переходят к моему сыну Кюлькан-хану. Далее следовала размашистая подпись Священного Правителя.

  Печать с головой разьяреного тигра и раскинувшим крылья драконом обрамляла слова завещания.

  -А я этого не знал, проклятые Гуюк и Бату скрыли от меня завещание моего отца. Я им этого не прощу. А пока главное, это овладеть Коломной, я покажу Батыге как надо брать города, не укладывая зазря десятки тысяч воинов. Нукеры должны увидеть мою доблесть и помочь мне стать выше всех на Земле!

  Тогрул кивнул в знак согласия.

  -Воистину ты самый достойный сын своего отца!

  . ГЛАВА Љ 17

  В войске хана Кюлькана находился и свирепствовал со всей яростью тумен Баяндер-хана, состоящий из кипчаков и иранцев. Как правоверные мусульмане они стояли особым лагерем, не смешиваясь с монголо-татарскими отрядами. В походе принимали участие мулы и сеиды в зеленых чалмах. Они особенно рьяно наставляли кипчаков и иранцев в правилах исламской веры. Хотя захватнический монгольский поход и не имел ничего общего с джихадом, мулы проповедовали, с радостью умереть за веру. С пеной у рта они наставляли воинов.

  -Избивайте иноверцев! Кто падет в бою за веру, тот попадет в райские сады, там он испытает непередаваемое счастье и неописуемое блаженство.

  Кипчаки Демир и Бури тайно прибыли в свой лагерь. Они как бы вторили мулам.

  -Давно пора умереть за веру, взять этих подлых язычников монголов и порубать их. Многие сотники у кипчаков и иранцев были из числа коренных монголов, вели себя жестоко и такая агитация давала плоды, только проводить ее следовало осторожно. Соглядатаи монголов активно сорили меж собой правоверных, особенно суннитов и шиитов - верные принципу разделяй и властвуй. Сунниты это, как правило, кипчаки или половцы, шииты - воины из иранцев, говорившие на персидском языке. На остановках сунниты и шииты ни когда не садились рядом и ели из разных котлов. Лишь вездесущий мулла Абду-Расулл пытался обратить иранцев в свою веру.

  Последнее наставление кончилось для него внушительной трепкой. Мулле разбили нос и свернули скулу. В ярости мулла навалился на иранского сеида и проорал.

  -Имам Мехди не явиться к неверным! Только те, кто придерживается святого учения Омара, попадет в рай.

  За это ему добавили и лишь подоспевшие кипчаки смогли растащить дерущихся. Не смотря на побои вид, у Абду-Расулла был довольный, ему удалось стащить перстень с пальца неверного сеида.

  -Иранцы просто шакалы ни какого почтения к духовному званию.

  Сеид видимо не заметил пропажи и продолжал рассказывать о колодце, куда пролилось молоко из сосцов святой Марианн. И если кто заглянет в колодец, то уже никогда не увидит адского пламени. Абду-Расулл предпочитал сказки про джинов и особенно, про Аладдина. На встречу ему попался Тюляг-Бирген, хотя ожоги, причиненные в ходе пыток плену, и затянулись, монгол стал по-особому угрюмым. Буквально сегодня утром он увидел своего вороного коня и скачущего на нем мальчишку, в котором он признал Марка Соколича. Многие сотники тут же полезли с издевательскими советами как зарубить дерзкого мальчишку и вернуть коня. Дело едва не кончилось поножовщиной. А теперь и мулла полез с дурацкими наставлениями.

  -Тебе нужна женщина, что бы вернуть коня.

  -Издеваешься пес!

  Тюляг-Бирген хлестнул наотмашь плетью. Расулл взвизгнул, уже не первый раз, таким образом, его награждает монгол.

  -Так! Чтобы тебя вдавили в снег шайтаны!

  После таких слов мулла рефлекторно потер зеленоватый перстень. Прозвучал грохот, и визг перед ним возникло тяжеленное чудовище, со скользкими спиралеобразными шипами, пастью бегемота, с лапами-ластами. Оно с силой вмяло Тюляг-Биргена в снег, послышался хруст ломаемых конечностей. Воплощение преисподней с довольным видом повернулась к хозяину.

  -Что тебе новый хозяин надо?!

  Абду-Расулл растерялся, новая мощь притягивала и пугала. Он был еще явно не готов к такой власти.

  -Вытащи этого почтенного человека из снега.

  Чудовище махнуло лапами. Тюляг-Бирген пробкой вылетел из сугроба. Он был ошарашен и ругался.

  -Ты испражнение ишака, да как ты смеешь.

  -Я всего лишь хотел предложить способ как вернуть гнедого, а вы на меня кидаетесь.

  Сотник оскалился.

  -С помощью женщины?!

  -Именно женщины! Найти коней лучше твоего вороного можно лишь в конюшне Кюлькана. Да и мальчишка очень сильный воин, хотя и мал летами, тебе понадобятся в помощь сильные батыры. И их тоже может дать лишь сын Небесного Правителя. А как расположить его к себе? Кюлькан любит женщин, надо прислать ему чернобровую и румяную красавицу уруску, тогда он тебе и даст и коней и отборных нукеров.

  Тюляг согласно кивнул.

  -Хоть раз я от тебя дождался разумного совета.

  Сотник стряхнул с себя снег, затем его взор пал на стоящего по стойке смирно монстра.

  -Так выглядит ваши джины?

  Лицо Тюляг-Биргена скривилось.

  -Я не джин, а ифрит Каллиосторо.

  -Вот ты Кали и доставишь мне девушку.

  Монстр набычился и раздулся.

  -Я выполняю приказы только моего господина.

  Мулла довольно усмехнулся, как хорошо иметь волшебного раба.

  -Достань девушку для этого господина - это приказ.

  Чудовище повернулось и тут же исчезло. Тюляг-Бирген протер глаза.

  -Может его лучше попросить сразу принести вороного коня.

  -Нет! Тюляг истерично крикнул.

  -Так будет слишком просто. Я хочу сам лично заарканить дерзкого мальчишку, а затем довершить ранее начатые пытки. Я сломаю ему все ребра, вытяну щипцами все жилы.

  Монстр вернулся скорее, чем ожидали. У него на руках была полусонная девушка.

  Она был полуголой в одно ночной рубахе. Когда ее босые ножки коснулись студеного снега, она вскрикнула от боли.

  -Это сразу видно как минимум дворянка. Довольно крякнул Тюляг.

  -Теперь ее можно к Кюлькану.

  -Хотя бы приодень ее. Не к лицу выставлять подарок полуголым, словно ощипанным нукерами.

  Вступил в спор мулла.

  -Правильно полуголой бабе не к лицу, предстанет голой.

  Сотник захохотал, к девушке подскочили нукеры, сорвали остатки одежды и связали сзади руки, затем ткнули копьем в спину и повели к повелителю Кюлькану. Монстр, повинуясь жесту муллы, исчез.

  Возле терема главнокомандующего их встретила дюжина тургаудов. Они не хотели пускать сотника и ясырку в деревянное здание. Пленница дрожала от студеного ветра, ее обнаженные ножки сначала покраснели, затем посинели от холода.

  -Вы что хотите угробить подарок. Когда об этом узнает Кюлькан-хан вам не поздоровиться.

  Угроза подействовала, их пропустили, один из нукеров даже накинул шелковую сорочку. Посреди терема, на мраморном полу полыхал костер. Позади на коврах из барсовых и медвежьих шкур сидел светлейший сын Священного Правителя. По обе стороны от него сидело по деве, не стесняясь тысячников Кюлькан бесцеремонно лапал их. Когда ввели нагую ясырку, Кюлькан-хан впился в нее хищным взором. Его орлиные глаза рассматривали золотые волосы, ослепительно белую кожу, точеные ножки, упругие груди.

  -Это и есть твой подарок.

  -Да о лучезарный повелитель! Я прислал ее тебе!

  Резким рывком Тюляг сорвал с нее ночную сорочку, оставив совсем нагой. Кюлькан причмокнул от восторга.

  -Какая дива, все так чисто и красиво. Налейте ему арзы.

  Слуга подал золотую чашу с густой розовой жидкостью. Промерзший Тюляг с удовольствием влил в себя бодрящий напиток.

  -Проходи сюда к нам и изложи свою просьбу. Ведь не просто так ты сделал этот подарок.

  -Все мое твое! Я твоя жертва! Только ты один можешь спасти меня. Если не придет помощь с небес, я брошусь в бой и паду под урускими саблями. Уж лучше смерть, чем терпеть подобный позор.

  -О чем горюет! Поднял голову старый темник Бурундай.

  -Распустил нюни как баба! Разве это воин?

  Кюлькан резко шикнул. Он не любил Бурундая ставленника и давнего сослуживца Субудая. Его наверняка с умыслом его поставили правой рукой священного сына.

  -Помолчи ты не прав Бурундай. Он молод, но уже отмечен как отчаянный рубака и лихой разведчик. И добьешься в будущем великой славы.

  -Да так было, еще во время штурма Итиля передо мной в почтительном страхе склонялись нукеры. А теперь каждый желторотый юнец хохочет и дразнить. Хотя сам еще не умеет поднять меч и отрубить одним взмахом голову врага.

  -Говори яснее!

  -Из крепости Коломны каждый день с русскими всадниками выезжает мальчишка в белом. Он и гарцует на моем украденном коне, каленым кинжалом терзая сердце джигита.

  -Если ты воин, а не баба поймай сопляка и изруби в капусту.

  Тюляг допил остатки арзы.

  -Если бы это был простой пацан, на самом деле это правая рука белого мангуса Леопардова, страшный боец, убивший не одну сотню монголов.

  Кюлькан вскочил, растолкав своих жен.

  -Он должен умереть, и умереть мучительно. Я устрою грандиозную облаву на этого сосунка. Мы захватим живьем и коня и всадника. Я дам тебе двести моих лучших воинов. Мой план таков, как только урусы выедут на дорогу, отборная тысяча моих всадников расколет их толпу, отгонит молодого щенка в сторону. А там твои двести воинов они его измотают и заловят арканами.

  -Твой блеск затмевает солнце, о величайший из величайших!

  -Я сам допрошу мальчишку, а ты будешь лить на него кипящую воду, и сыпать раскаленные угли. Это будет славная охота.

  -Я твой вечный раб и выполню любое желание!

  -Выпей с нами! Тюляг-Биргену вновь подали наполненную до краев чашу.

  Марк Соколич прибыл в Коломну вместе в Леопардовым. Когда мульти-клон отбыл на защиту Москвы Марк остался при князе Всеволоде. Не смотря на юный возраст, он рубился как черт, носился как ветер, истребляя врагов десятками. К нему прилепилась прозвище белая смерть, казалось, пошли его в пекло и он притащит чертенка. Захваченный у Тюляг-Биргена конь был не простым, он был, как говорил волхв Савелий двухжильным. Его выносливость и скорость поражали многих. Однако назревали не приятные события, одна из зажженных стрел точно поразила склад с зерном, а пожар заметили слишком поздно, мешки с зерном сгорели. Воины стали глодать, в город сбегались беженцы со многих сел. Жители прятали хлеб, не зная, сколько продлиться засада. Часто Марк, голодая, отдавал свою порцию скакуну, уже начался падеж коней и над дивным подарком, сделанным самим воеводой Леопардовым, возникла угроза. Не смотря на это, он спешно обучал детей стрельбе из луков. В белом легионе были специальные луки с двумя тетивами, и их натягивали, прищемив тетиву к крюку, и резко выпрямляя правую руку. Это позволяло с меньшими усилиями стрелять на большую дистанцию, добиваясь большой точности. Другим более простым и эффективным оружием была рогатка с ядовитыми иглами. Были еще, правда, пистолетики, которые при выстреле испускали каскады ядовитых осколков, но их было мало, и их использовали поштучно. Марк Соколич свято хранил эти пистолеты, пара штук у него всегда болталась на поясе. В бою он предпочитал легкие доспехи и две длинные слегка крючковатые сабли. Когда князь Роман вызвал его к себе, это не было неожиданностью.

  -Не даром тебя прозвали резвый сокол. Князь Всеволод поручает тебе важное дело. Завтра мы под покровом дымовой занавесы ударим по мугланам. Пойдет горячая сеча. Мугланы не заметят, если ты во время схватки бросишься через реку в сторону соснового леса. Там густые деревья и ты сумеешь скрыться, на севере.

  У нас мало пищи, еще месяц, другой и падет наш славный град, все мы поляжем до единого. Если достигнешь князя и двух белых витязей, передай, пусть поспешают на помощь.

  Перед рассветом назначенного дня, еще в темноте вооруженные всадники заполнили узкую улицу. На вездеходных санях передвижной огнемет, неприятный сюрприз монгольским всадникам.

  Соколич и еще три белых витязя находились возле самых ворот. Этим юным отрокам был дан приказ, в темноте пробиться сквозь мугланские посты и отвезти грамоты в три стольных города.

  Уже с ночи закружила метель. Ветер сметал с крыш сугробы и осыпал всадников. Не многие из них были в кольчугах, большинство в буйволинных шкурах с треугольными пластинками.

  Князь скомандовал.

  -Ждать нет смысла! - его голос звучал с надрывом порванной струны.

  -Сторожа открывай врата, атакуем!

  Ворота скрипели, тяжело опускаясь на камни, заржавелые петли издавали замогильный звук. Многие воины и сами понимали, что могут и не вернуться, что в зловещей пустоте затаилась смерть и тысячи злобных узкоглазых бойцов.

  Вороной конь плясал под Соколичем, скакун явно рвался в бой. Впереди отряда, ехал сам Князь Роман Ингваревич. Целью отряда был монгольский лагерь, предполагалось, что пурга поможет застать мугланов врасплох. Действительно монголы слегка расслабились, русские всадники успели пересечь реку стальной лавиной обрушиться на лагерь. Вспыхнула жесткая сеча. Более тяжелые русские воины первоначально сломали монгольский строй. Затем в бой вступили новые отряды мугланов и ситуация выровнялась. Роман Ингваревич рубился как богатырь, каждый его взмах разрубал всадника. Соколич забыл, зачем его отправили за ворота, его охватил азарт сражения. Перед ним мелькали оскаленные лица, кривые сабли. Наклонившись вниз, Марк Соколич ловко увертывался от клинков, а сам в свою очередь подрубал противников. Вот на него налетел здоровенный монгол, по-видимому, тысячник, крупный меч сверкает над головой. Соколич парирует удар двумя саблями, от сильного толчка отдается болью в кистях и в ответ проводит мельницу. Тупая монгольская башка смолота и валиться под копыта. Затем следует стремительный нырок, прием "стрекоза" и Соколич срезает сразу двоих. Животы нукеров распороты, фонтанами хлещет кровь. Физиономия Марка сияет от счастья, он проводит прием "тройной штопор" и в прыжке умудряется врезать ногой в челюсть, а еще двоим пробуравить мечами головы. Красиво, все тело буквально поет, особенно приятно ощущать погружение клинка в вражескую плоть. Марк Соколич совершает очередной пируэт, ставит на дыбы коня, сбивая бойца копытами, при этом раскидывает руки веером. Опять трое противников завалены в кювет. Упавших нукеров, как правило, затаптывают кони.

  -Я белый ниндзя!

  Кричит Соколич, мальчик прыгает вверх, в растяжке сбивая разу двоих монголов, плюс еще двое мечами, движения и впрямь как у ниндзи стремительные и резкие. Сзади ударила огненная волна, слышны крики вопли, дикий вой. Русские бойцы врубили огнемет, монголы давятся, опаленные передние ряды, давят и ломают задние. Еще не расцвело, и огненная струя выглядит красочно, громадный ярко-оранжевый язык лижет серо-бурую массу. Увлеченный диковинным зрелищем Соколич пропускает скользящий удар ятаганом, плечико мальчишки окрашивается кровью. Вдалеке мелькает фигура князя Романа, князь кричит.

  -Соколик! Скачи соколик!

  Марк вдруг вспоминает поручение, вовсе не рубиться послал его князь и сворачивает на сторону. Правда, коридорчик приходиться прорубать, терпя жуткую боль. Снова выверт, прием тройная бабочка один нукер убит, другой ранен, ему отсекли кисть. Вывернувшись, Марк ударил своего противника головой в живот. В лоб отпечатались бронзовые пластинки, и не известно кому было больнее. В прочем монгол упал, а вороной конь добавил ему копытами. Соколич провел еще несколько приемов, вырубив дюжину врагов, и выскользнул в проселок. На востоке уже начала проступать светлая полоса, а русские всадники организованно отходили. Соколич уверенно скакал по замершему болоту, как высокий громкий голос заорал.

  -Он здесь я его вижу монголы.

  По льду застучали копыта. Впереди двигались всадники, они перекликались между собой на уже знакомом монгольском языке. Соколич резко дернул в сторону, но на пути вновь выросли многочисленные зловещие тени. Марк ринулся в бой, похоже, монголы не ожидали этого, несколько стрел пролетело мимо. Соколич подрубил троих ближайших монголов и стрелой промчался мимо остальных. С боку выскочила целая сотня нукеров, один из них выпустил стрелу. Он пролетела возле уха, врезам локон. Вороной тряс крупом, отчаянно мчался, перелетая сквозь бугры и льдины. Монголы с яростными криками преследовали его, затем стали отставать, скакун не знал усталости. Впереди снова послышался грозный рев труб и топот коней. Соколич вновь налетел на засаду, кошмарные силуэты смахивали на чертей.

  -Тюляг-Бирген! Видишь, твой вороной сам прискакал к тебе! Взять его!

  Монголы рванули за ним, на них были отличные кони, они шли широким кругом. Тогда Соколич достал пистолеты и открыл огонь. Иглы смертоносным дождем обрушились на армию монголов. Десятки нукеров разом повалились на сугроб, почти все заряды находили цель. Скачущий впереди всадник упал, его вышитая золотом одежда задралась.

  Монголы разом прервали погоню и ринулись к поверженному всаднику. Самый рослый их них запустил в Соколича тесак. Удар был настолько меток и точен, что перерубил правую руку. Едва не потеряв сознание, Соколич развернул коня и ринулся наутек. Сзади нукеры ревели.

  -Погасло солнце! Упал хан Кюлькан! Убит великий хан Кюлькан!

  Ревущие тургауды остались по сзади. Каким-то чудом Марк сумел удержаться на коне и даже перевязать одной рукой рану, из которой фонтаном хлестала липкая жидкость. Голова и тело отяжелели от потери крови, сотни моточков наносили удары по истерзанному мозгу. Соколич проскакал уже несколько часов. К полудню пошли глухие опасные места. Болота были густо затянуты льдом, лишь трясинные окна, где тлел торф, чернели и дымились странными облачками. Соколич старался ехать осторожно, зная, что один неверный шаг утянет на дно, глубокую трясину. Было кошмарно, спасительным маячком показались знакомые вековые дубы не вдалеке от Перуного Бора. Вот и развилка деревьев. Рядом лежала сваленная статуя Перуна, бога громовержца, того которому молились его прадеды.

  Изрубленный саблями дубовый Ярило покосился, взор древнерусского бога был грустен. Совсем не давно здесь кто-то был, видимо и теперь продолжали справлять религиозные культы. На снегу были видны свежие следы, Перуна явно хотели поставить на место. Марк с почтением перекрестился и поскакал дальше - родная деревня была практически рядом. Уже издалека чувствовался запах дыма и паленых трупов, Соколич вздрогнул и зашатался, въезжая на окраину села. Видимо совсем недавно здесь бегали бабы и ребята. Половина избенок погорела, часть уцелела. Это можно считать удачей, так как монголы не щадили ни кого. От нескольких хат остались лишь бревна, на сильно обгоревшем древе сидел человечек с зеленоватыми волосами. Соколич сквозь силу окликнул его.

  -Ты кто! Я тебя знаю!

  -Меня в округе все знают!

  Мужичок поднялся.

  -Да леший тебя знает! Вяло ответил Соколич, перед глазами поплыло.

  -Верно леший. Да ты я вижу, ранен, слезай с коня.

  Соколич с трудом сполз. Леший подхватил его.

  -Что не признал меня, вместе ведь мугланов молотим. Видал, как сволочи по нашей земле пропахали, сам Кощей Бессмертный не сумел бы круче.

  Глаза у Соколича скосились, сверкнуло заревом, словно ударила тысяча молотов, и он потерял сознание.

  Лешаку подошла высокая худая женщина. Она помогла занести мальчика в хату.

  -Это Марк Соколич. Тысячный белого легиона. Я пока постараюсь поколдовать, а ты накорми гостя. Потом он снова поскачет. Женщина затащила Соколича в хату. Дымовая лучина горела не ровным огнем, потрескивала красноватым пламенем. Трое белоголовых детей сидело вокруг Марка. Они с удивление пробовали пальцами белую кольчугу, мягкие с выдвижными остриями и шипами сапоги, диковинную саблю.

  Соколич открыл глаза и пришел в себя. Женщина умело сделала перевязку.

  -У вас были мугланы?

  Спросил Марк.

  -Были и у нас, словно из пекла вырвались - вид у женщины был самый изможденный. - Награбили хлеба, пожгли скирды, избы. Захватили с собой баб, девок и много детей. А стариков поубивали. Вот эти трое забились под хворост, их не сыскали мугланы, а еще четверых постарше увели. Что они с ними сделают, не знаю. Покушай сынок лучше хлебушка.

  Соколич проглотил корку.

  -Что-то горечью отдает.

  -Это потому касатик что мы хлеб пополам с сосновой корой печем, натолчешь кору и ржаной мукой замесишь. Муку беречь надо, а то до весны не дотянем. Вот так приготовишь на коре болтушку и хлебаешь.

  Лицо Марка помимо воли растянулось в улыбке.

  -Белые ангелы очень любят кору и ветви. А кроме лешего у вас мужики есть.

  -Все кто в лесах укрылся, собираются в ватаги бить мугланов. Ловят тех, кто под отстал и косой в бок, и садятся на их коней. Сила врага неисчислимая, как страшной сказке, тьмы тем и тысячи тысяч. Но и наши мужики дерутся как волки и не за что сдаются. Верю что будет за нами победа, белые ангелы разобьют врагов, а мы снова отстоимся.

  В хижину вошел леший.

  -Сейчас сынок, я уберу боль и придам тебе силу, а то не доскачешь. А что касается руки, не печалься.

  -Вот именно руки! Я теперь калека и не могу эффективно сражаться с врагами.

  Марк вновь помянул слово, подслушанное у мульти-клонов.

  -Сможешь, есть один способ.

  Лешак заунывно зашептал Соколичу на ушко. Соколич вскрикнул от удивления.

  -Да ты что?!

  . ГЛАВА Љ 18

  Бату-хан и Субудай-Багатур внимательно всматривались в здоровенные стены Суздаля. Прежде чем идти на самый крупный город Владимир Батый хотел обезопасить свой правый фланг, овладев этим городом. Поэтому появление гонцов известием гибели Кюлькана вызвало лишь приступ плохо срываемой радости.

  Джихангир отказался принять гонцов, приказав поставить их на колени, в суровый сугроб. Те отчаянно лебезили.

  -У нас нет полководца! Войско в трауре, воины рвут на себе одежды и посыпают головы пеплом.

  Дозорные тургауды наставили на них копья и даже болезненно покалывали в плечи.

  -Сидеть смирно собаки.

  Гонцы шепотом спрашивали семенящих рядом нукеров.

  -Какое занятие отвлекло джихангира?

  -Он колдует вместе с шаманкой Керинкей-Задан и уруским колдуном. Они готовят погибель белым мангусам.

  Посланцы были вынуждены, отступится. Они привезли коней, а затем вновь были усажены на колени. Тургауды не особенно церемонились, видимо они прекрасно знали, как ненавидит Кюлькана Бату-хан.

  Сам Батый продолжал вглядываться в магическое изображение Суздаля, город не уступал по размерам Рязани, как и другие города Суздальского княжества, он был сильно укреплен мульти-клонами, естественно бойцы белого легиона ждали монголов и были готовы как внезапным ночным ударам, так и упорным штурмам. Потери монголов все возрастали, и Бату искал способ избегать столь огромных жертв со стороны и без того морально травмированного войска.

  -Князь Глеб, ты уверен, что твоя выдумка сработает.

  -Да! О великий Бату-хан! Прочел в древней книге, про магию перемещения. Используя специальный набор прочитанных мантр мы сможем перенести в нужную нам точку любого человека и не только человека.

  Батый сразу оживился, Субудай наоборот сохранял сонное выражение лица.

  -Если это поможет словить мне белых мангусов, я выдам тебе ярлык на все Суздальско-Владимирское княжество.

  -Для этого нужны или их волосы или части тела этих бесов.

  Сидевшая до этого каменным истуканом чародейка Задан встрепенулась. Ее голос захрипел

  Где огонь там гроза,

  Где любовь там слеза.

  Тенью бога войны назови меня.

  Я нашла волосок,

  Вырвав там, где висок

  У несчастного князя Владимира!

  В крючкавистых пальцах чародейки завертелся светленький волосок. Князь Глеб радостно прихлопнул в ладоши.

  -Теперь у нас оружие. Давайте захватим княжича в плен, а затем обменяем его на двух белых демонов. Что для князя важнее родной сын или безродные отроки.

  Бату-хан нахмурился.

  -Будь я на месте князя, то я бы даже за старшего сына Сартака не отдал бы таких воинов.

  Субудай-Багатур промолчал, но суровой башке Багатура мелькнула мысль.

  "Чего не пережил сам - того и не говори!"

  -Что же ты медлишь, князь колдуй и вытащи его сюда - будет над кем, потешится.

  Керинкей-Задан рассмеялась в предвкушении удовольствия. Князь тем временем поставил в круг дюжину свечей и принялся шаманить. Он уже научился довольно ловко отбивать бубном. Затем пару раз, подпрыгнув, выпустил пузыристый шарик по примерно такому же голубо-сиреневому шарику. Задан выкинув руку, послала на встречу огненно-оранжевый треугольник. Фигура соединилась, затем вновь полыхнул ослепительный свет, и перед ними возникла, полупрозрачна восьми хвостовая змея.

  Рептилия прокружилась, а затем раскрыв пасть промурлыкала сладким голом.

  -Какой наказ я от шаманов получу, любую дверь я в миг один разворочу.

  Задан тут же ответила в так.

  -Приказ такой вершите дело без прикрас. Указ простой, и дело легкое для нас.

  Владимир князь, попасться должен на крючок. Его мы мордой в грязь, он как засушенный сморчок.

  -Повинуюсь о величайшая!

  Змея полыхнула огоньком и выросла, заполнив собою юрту. Затем ее силуэт побледнел и исчез.

  -Призрак выпущен, теперь он запляшет, собирая дань по всему миру.

  Князь Глеб оскалил острые как у шакала зубы.

  -Ну, а теперь. Хан Батый всплеснул руками

  -Настало время заняться гонцами.

  Звероподобный Арапша скомандовал.

  -Связать их!

  Тургауды набросились с яростью голодных псов.

  -Мы не в чем не виноваты. Заорали посланики-нукеры.

  -Мы лишь преданно исполняем приказы и привезли ослепительному донесение от темника Бурундая.

  Услышав последнее имя, джихангир усмехнулся.

  -Бурундай оправдывает свое предназначение.

  Субудай не заметно ткнул Батыя ногой и прошептал.

  -Страшная напасть постигла род Чингизидов. Пал один из любимейших сыновей Чингиз-хана.

  -И мой враг. Который орал что я баба с бородой и хотел меня удушить. Если бы не ты - мои люди давно бы вырвали его крокодилье сердце. Это первый случай, когда я могу отблагодарить белых мангусов.

  -Если бы не мы! Вставила Керинкей-Задан.

  -Порожденье тьмы! Ползуя убийц, не дала тебе милый джихангир покорять столиц.

  Субудай молвил раскатистым голосом.

  -Мои нукеры оберегают не хуже заклятий! Я понимаю твою ненависть.

  -Он понимает. Батый скривился.

  -Да понимаю! Глас одноглазого барса звучал как никогда убедительно.

  -Но ни кто в войске не должен знать об этом! Как говорил священный правитель, когда идет война то войско должно знать только одного врага, царя той страны, куда вторглась наша армия. А полководец должен иметь лицо камня, сердце из закаленной стали. Радость это плохой пример войску. Наоборот порази их как гром среди ясного неба! Обрушь свой гнев на урусов, пускай твои неисчислимые тумены выжгут их земли.

  Бату-хан взъярился.

  -Где эти черные вестники? Пускай палачи допросят их.

  Арапша подал знак. Тургауды подхватив подмышки, поволокли гонцов.

  Джихангир надел золотой с большим алмазом шлем Александра Македонского, и, поигрывая, кривой в самоцветах саблей вышел из терема. Его колючий взгляд обжигал. Гонцы пали на колени, вознося руки к небу.

  Бату-хан заговорил сначала тихо затем погромче, под конец его слова стали переходить в истеричный визг.

  -Вам было вверено великое счастье! То, что выше солнца - сын Небесного правителя! И вы не смогли сберечь, сей алмаз.

  -Мы не могли его остановить, он рвался в бой с силой барса! - произнес самый высокий из гонцов.

  -А вы и обрадовались! Самим идти вперед боязно, так пускай скачет сын неба! А разве так поступал Чингиз-хан. Храбрейший из храбрых стоял позади войска и шепотом передвигал сотни тысяч воинов. Весь мир трясся от одного его слова.

  Гонцы, повалившись ниц, вжались в снег, они ничего не смели сказать в свое оправдание.

  -Никто не удержал великого когда он стал простым нукером, рубился с опасным врагом. Никто не закрыл его телом, когда уруская рать обложила его.

  -Да там был только одни маленький мальчик из белого легиона.

  Пробормотал самый смелый из гонцов.

  Бату-хан побагровел, его рев был слышан даже в дальних углах лагеря.

  -Вырвать ему язык и повесить на крюк. Он посмел оболгать великого.

  Тургауды схватили, гонца железными пальцами раскрыли рот и вырвали язык. Затем поволокли несчастного на крюк. Его подвесят в центре монгольского стана, и он будет мучительно умирать. Тут чародейка Задан указала на точку в небе.

  -Посмотри о великий. Я думаю, большая волшебная сила идет к нам на подмогу.

  -Я готов принять дар богов!

  Громадное огненное пятно, напоминающее смесь пузыря и кляксы плавно приземлилось. Свет он него озарял весь лагерь. Три персоны, отделились от огненного зарева. Десятки тысяч воинов разом пали на колени. Две фигуры были уже знакомые шестикрылые онгононы с головами тигра и петуха. Третья фигура заставила дрогнуть даже Батыя. Перед ним сверкал и искрил молниями сам Хан Кюлькан. Знакомые черты напоминали молодого великого деда. Помимо воли джихангир опустился на колени. Страшный голос сотряс стан.

  -Моя душа скорбит и требует мести! Месть требует жертв! Урусы должным быть наказаны!

  Два онгонона вскинули вверх когтистые лапы.

  -Да будет так!

  От рева сосны пригнулись к земле - снесло несколько юрт. Батый как ужаленный вскочил, проорал срывающимся голосом.

  -Скачите назад! Сообщите войску, что джихангир повелевает взять штурмом крепость Коломну, до прихода его армии. Если я прибуду, а вы все еще будете сидеть под городом как кура на яйцах, я вас всех перебью. А в будущей жизни, вы низвергнетесь в геенну и будете мучимы вечно! Прочь отсюда желтоухие псы, пожравшие труп своего отца!

  Бату-хан замахал саблей. Гонцы вскочили и с лихорадочной поспешностью вскочили на коней. Посыпались удары плетей, животные заржали, спустя мгновение от них и след простыл. Онгононы раздулись в знак одобрения. Тень Кюлькана колыхнулась, его гораздо более низкий чем при жизни голос гремел.

  -Теперь я вижу в тебе достойного джихангира! Ты похож на моего отца!

  Батый гордо выпрямился, почему-то его совсем не пугал громадный призрак еще не давно смертельного врага. Прокашляв Баты произрек.

  -Я покажу урусам, что значит поднять секиру на сына самого великого из людей и второго после Сульдэ на небе - Чингиз-хана! Густыми потоками крови будет залита уруская земля. Приказываю вам убивать, перебить все живое, даже собак, женщин, детей и сделать это как можно мучительней.

  Шаманка Керинкей-Задан запела гробовым голосом, ее слова как пудовые градины били по ушам.

  Пускай шторм кровавый урусов зальет

  Приказ джихангира - нукеры в поход!

  Пускай до небес разгорится пожар

  По воле Сульдэ - нанесем мы удар!

  Где дети смеялись, пройдет злая смерть

  Лишь вой и страданье на русской земле!

  Несчастных урусов давить будем, жечь

  Весь мир содрогнется - падет пред Сульдэ!

  Глаза Бату-хана вылезли на лоб, зрачки стали вертикальными как у оборотня. На губах выступила багровая пена. Он подпрыгнул вверх и заорал в исступлении.

  -Коня! Подвести вороного!

  Задребезжали большие медные гонги, забили барабаны. Зазвенели надраенные рожки, извещающие о выходе. Субудай по-прежнему стоял спокойный, он затянулся трубкой гашиша. Онгононы побледнели и видимо хотели скомандовать отбой.

  -Ты как всегда храбр, но излишне горяч великий. Стоит ли снимать осаду с Суздаля.

  Бату рявкнул.

  -А куда он денется! Когда мы возьмем Коломну, Суздальские бояре сами откроют мне ворота.

  -Откроют. Конечно, откроют, ведь я обещал им жизнь и даже деньги, но эти белые мангусы. Народ верит им гораздо больше, чем всем князьям и боярам вместе взятым.

  Батый почесал голову под шлемом.

  -Думаю что мангусы, узнав о нашем походе сами, рванут под Коломну и там полягут. А это что такое.

  Перед монголами возникло свечение. Затем расплывчатое изображение уже знакомой змеи. Вид этого подобия проекции был туманный, было лишь видно, как подобие длинного блина стало вытекать прямо из воздуха. Бату-хан слез с коня и замер. Это напоминало китайскую машину для выкручивания белья. Длинный блинок сложился в кучу и тут же вырос изрядно помятого юношу. Мальчишка был роскошно одет, хотя камзол и смялся, он бледен, его шатало. Змея - фантом прокрутившись раскрыла пасти.

  -Приказ выполнен! Княжич Владимир доставлен.

  -Вот и чудесно! Сегодня у меня двойная радость. Когда я возьму Коломну, то устрою пир на весь мир! Кажется, так говорят урусы.

  -А с ним, что будем делать?

  Прохрипел Субудай.

  Батый внимательно всмотрелся в нежное еще безусое лицо княжича Владимира и рассмеялся.

  -Он похож на деву у него длинные светлые волосы. Я отдам его своему старшему брату Орду, он сумеет с ним позабавится.

  Субудай рассмеялся, его смех походил на хрюканье.

  -А теперь вперед в бой!

  Джихангир приструнил коней.

  

  Когда тяжело раненый Марк Соколич, наконец, достиг русского стана, его настроение только ухудшилось. Сначала он рассчитывал на всемогущую силу белых ангелов. Леопардов осмотрел почти по плечо отрубленную руку, его сочувственный взгляд не сулил ничего хорошего.

  -Изрядно тебя поцарапали парень! Брошенная секира отсекла конечность, и на данном этапе у нас нет возможностей ее восстановить.

  Марк заплакал, он ревел не от боли, а от сильной душевной обиды.

  -И я уже никогда не смогу стать полноценным витязем.

  -Почему никогда, наука стремительно развивается. После войны мы всерьез займемся исследованиями генетики и тогда твоя конечность восстановиться.

  -А ты что скажешь волхв.

  Дикорос нахмурился.

  -Наша магия пока не настолько сильна, что бы лечить такие болезни, но если вернется Ягиня, то не исключено...

  -Я хочу прямо сейчас сражаться с монголами. Не дожидаясь конца войны.

  -Это не возможно. Ты и Семен Залихватский временно выбыли из строя, по этому я вас пока отсылаю под присмотр волхвов в лазарет.

  Марк принялся растирать слезы единственной уцелевшей рукой.

  Воевода Леопардов, узнав, что монголы сняли осаду и повернули к Коломне, покинул Суздаль и вместе с отборными частями белого Легиона рванул на поддержку крепости. Он прибыл в разгар штурма, когда тридцатитысячная рать, непрерывной лавиной пыталась смыть не многочисленных защитников. Появление Леопардова вдохновило бойцов на новые героические свершения. Хотя штурм продолжался весь день и большую часть ночи, все кроваво-пенистые волны атаки были отбиты. На следующий день штурм, возобновился с новой силой, нукеры, позабыв страх, бежали по стенам. К вечеру прибыли передовые отряды Бату-хана и Субудай-Багатура. Подход свежих сил вдохновил монголов, штурм затянулся до полуночи и был отбит с огромным трудом. Силы защитников таяли, а ко стану монголов подходили все новые и новые отряды. Наступило новое тревожное затишье перед неизбежной неумолимой в своей ярости бурей. Леопард медленно шагал по валу, во время штурмов его несколько раз ранило, но раны уже затянулись. А вот каково сейчас Соколичу, мальчик стал инвалидом. Горька участь людей, они не способны к тому моментальному восстановлению, каким владеют мульти-клоны. Почему если Бог есть, он создал людей такими слабыми и несовершенными? Даже их конструктор сумасшедший профессор шизик, заложил в них гораздо более совершенную генетику. От мыслей отвлек, едва уловимый шум, не один человек не сумел бы его расслышать, и лишь мульти-клон оказался способен на это. Так неуловимо подкрадываться могло только одно существо, Леопардов замер и застыл неподвижной снежинкой. На ледовой корке мелькнула бледная тень. Стремительным виражом Леопардов вылетел ей на встречу.

  -Гоп-стоп! Я вылетел из-за угла! Гоп-стоп ты мне когда-то не дала!

  Девушка в белом кимоно игривисто ответила.

  -Я заплатила, врезав с "Града"! Вот тебе награда! Долбанем мы супостата! Загорелась хата! В преисподнюю монголов всех низвергнуть надо! А иначе бесы с ада врежут круче НАТО!

  Неуклюжим мульти-клоновским юмором Пантера пыталась развеять тягостную картину. Леопардов задиристо подмигнул, оскалил зубы.

  -А что НАТО! Будет и НАТО расплата.

  Есть у нас ракеты самолеты

  Самый крепкий русский в мире дух!

  За штурвалом лучшие пилоты

  Будет враг разгромлен в прах и пух!

  Пантера подхватила жест.

  -Правильно! От противника ничего не останется. Кости не в счет. Ну ладно.

  Пантера достала два меча.

  -Сейчас мои самолетики сбросили очередную порцию газового топлива, на вражескую армию.

  -Отлично тем больше мы их убьем тем лучше.

  Пантера достала из-за пояса противогаз.

  -На! Надевай, под шумок мы еще себе трупиков настругаем.

  -У меня уже есть! Вперед Пантера, защищай свои войска! Пусть пробита в дробь фанера, стрелы свищут у виска!

  Мульти-клоны рванулись в бой, каждая битва была подобием праздника. Искусственно синтезированные тела требовали движения, это было их мышечной радостью. Приятно! Ты идешь по ковру из трупов, ощущаешь босыми ногами еще дымящуюся кровь, перепрыгиваешь штабеля тел и продолжаешь разить. Невидимый газ быстро распадается, на место павших нукеров встают новые.

  -Не знаю как ты Пантера! А мне уже изрядно надоело выкашивать эти сорняки. Вот если бы атомную бомбу!

  -Прекрасная идея, но трудно реализуемая. Нам для ее создания понадобиться лет десять.

  -А если сделать более примитивную на уровне пушечной системы.

  -Тогда лет пять, и это будет не бомба, а лишь жалкая пародия на ядерное оружие. Оставь юношеские мечты, давай чего-нибудь попроще.

  -Вот это просто так умеют даже дети!

  Леопардов схватил зубами трубочку, и принялся дуть в нее, стреляя крошечными ядовитыми иглами. Пантера достала такую же люльку, и принялась заниматься анти-курением. То есть когда ты не затягиваешь, а наоборот выплевываешь яд.

  -Это прием можно назвать "Комарик" и обучить ему наших курсантов.

  -Пистолет проще и эффективнее.

  Отплевавшись и нарубавшись, мульти-клоны вернулись в Коломну. Вдогонку продолжали лететь целые тучи стрел, татары рассвирепели и со всех яростью устремились на штурм. Но мульти-клонов двое и казалось ни какая сила, не способна их сломить. Первая волна штурма затянулась до полудня, когда, наконец, тучи рассеялись, и выглянуло солнышко, мульти-клон первым заметил странное движение в монгольском лагере. Леопардов ткнул в плече Пантеру.

  -Посмотри внимательней Пантера. Тебе не кажутся странными, вон те когорты воинов с мечами.

  -Ничего странного обыкновенные скелеты в латах.

  -Вот именно в латах. Это не вурдалаки или упыри, а серьезные противники. Предлагаю атаковать их первыми, а то если они доберутся до стен, много наших солдатиков поляжет.

  -Лучший способ обороны нападение. Как говорил Суворов бей, но не отбивайся.

  Мульти-клоны спрыгнули вниз и рванули к когортам. Скелеты и впрямь оказались сильными воинами, они рубили и двигались вдвое быстрее обычных бойцов. Мульти-клонам пришлось показать весь свой класс, что бы умертвляющим ураганом пройтись по их рядам. Мечи мелькали как капли тропического ливня. Несколько раз "костякам" даже удалось защепить мульти-клонов. Мечи у них были острейшие, и жгли, словно раскаленное железо. Порезы дико чесались, и это лишь увеличивало ярость искусственных витязей. От их ударов разлетались черепа, обломки рук, ног, хрящей, порой кости летели на десятки метров, попадая в такие же скелеты и ломая их. Тем не менее, часть "кощеев" сумела зайти с флангов и приблизиться к стенам. Некоторые без лестниц используя острые когти, стали карабкаться по ледяному валу. Русские воины встретили их ударами секир и горящей паклей. Скелеты горели, рассыпались, но продолжали ползти, лед для них был словно кора для гусениц. Мульти-клон продолжали прыгать и рубить, монголы, воспользовавшись скелетной атакой, обрушили новые не прекращающие штормовые брызги из стрел. Правда, такой огонь разбивал и адские мощи, полу разбитые костяшки замедляли движение, но еще долго продолжали трепыхаться. Потери среди русских также выросли, некоторым "кощеям" удалось взобраться на стену. Князь Роман Ингваревич с сотней отборных дружинников мужественно атаковал прорвавшихся костлявых врагов. Удар его воинов, смял дико дергающиеся скелетные основы. Обломки костей полетели со стены. Самого князя слегка ранило, ужасающий "черт" проткнул его руку своей перебитой ногой. Еще один удар прошел вскользь по шлему, в голове у князя забил дятел. Натиск отощавших монстров стал иссякать, тогда над полем вновь появились до зуда знакомое облако, чародейки Задан. Шаманка на сей раз, не стала метать молнии, а всего лишь бросила не сколько зубьев. Уже в полет они превратились в подобие грифонов. Их была цела дюжина. Еще на подлете Леопардов и Патера сумели ловко метнуть мечи, свалив четырех диковинных животных - этакую смесь орла, тигра и вепря. Запущенные по изогнутой траектории три легендарных меча и кладенец вернулись обратно. Уцелевшие восемь грифоноподобных животных закружились, ритме бешенного танца, сбивая прицел. Затем слегка снизив высоту они испустили из глаз некое подобие лазерного излучения. Леопардов и Пантера увернулись, и ловко подпрыгнул, запустили мечами. На сей раз, попаданий было только два, но это было прилично, пернатых противников осталось только шесть. Извернувшись грифоны, вновь попытались атаковать, помимо излучения из глаз, они попробовали стрелять когтями. Пара ногтей впилась тела русских ратников, ответные броски, убили сначала одного, затем еще одного и еще. Как ни кружились грифоны все же в военной сфере мульти-клоны само совершенство. Уцелевшая тройка поднялась в облака, зависнув на относительно безопасном расстоянии.

  -Пока девять - ноль. Но что мы Пантера будем делать с теми тремя. Чем их снять.

  -Ты слишком добр, пускай повисят.

  -И золотые монеты огненной чеканки из них сами вываляться.

  Леопардов испустил слегка глуповатый смешок. Прозвучал сигнал к штурму, монголы вновь устремились на приступ.

  -Упрямая нация, жаль, что мы не можем достать джихангира.

  -Тогда думаю, их спесь быстро слетела.

  Ближе к полуночи, когда обе стороны изрядно вымотались, тройка грифонов вновь попыталась атаковать. Сделав вид что, не замечают опасности мульти-клоны, подпустили их поближе, затем рубанули в прыжке. Лишь один зверь чудом сумел избежать пораженья и, совершая неимоверные зигзаги, ушел от возмездия. Потрепанные монголы также отступили, сугробы были столь густо усеяны трупами, что нукеры даже и не пытались их подобрать. Вот возьмут крепость тогда и за устройство погребального костра можно взяться.

  . ГЛАВА Љ 19

  Бату-хан решил сделать ставку, на тотальный измор противника. Бесконечные штурмы продолжались и днем и ночь. Отряды сменяли друг друга, на место убывших бойцов тут же становились свежие нукеры. Натиск монголов казался неиссякаемым, а силы защитников падали. Чертова колдунья Керинкей-Задан вновь применила сильную магию, и не было никакой возможности оказать городу помощь. С великим мужеством сражался князь Юрьев, но его постигал злая участь, несколько стрел пробили кольчугу, и перестало биться храброе сердце. Злобная шаманка разрушила огненным пульсаром стену, монголы ворвались в город. В схватке с ордой сложил седую голову воевода Коломны Еремей Глебович. Мульти-клонам удалось вывести лишь князя Всеволода с небольшим отрядом. При прорыве вновь применили газ - бинарное оружие, татар положили многие тысячи, но и сами потеряли не мало. Монголы свирепствовали во всю. Не многие оставшиеся в живых повергались страшным истязаниям. Помня приказ джихангира не пощадили даже домашних животных. Котам и собакам вспарывали животы, сдирали живьем кожу. Стремясь навсегда стереть всякое упоминание об этом городе, монголы по бревнышкам растащили развалины. Три дня и три ночи шла бесшабашная гулянка. В середине города на площади где стояла большая разрушенная до основания церковь воскресения Христова, Бату-хан приказал сложить целый холм из сосновых бревен. На вершину положили посиневшее тело Кюлькан-хана. Сотня восхитительных русских девушек собранных со всех концов Руси была привязана к бревнам, затем сожжена монголами. Были также обезглавлены любимые кони хана Кюлькана. Всем им предстояло путешествие в заоблачные миры, что бы там верно и вечно служить неугасимой звезде - юному сыну священного правителя. Батый трепетал, сам опасался, что к нему вновь придет грозная тень Кюлькан-хана, и старался отдать максимум чести покойному. С другой стороны теперь ему и всему монгольскому войску точно открыто, что небесный мир существует. Авторитет бога Сульдэ непререкаем и даже многие подневольные народы стали прислушиваться к татарским шаманам. Субудай был особенно доволен.

  -Теперь все увидели, что после смерти монгола ожидает новая счастливая жизнь и служба в армии Чингиз-хана.

  Бату-хан оскалился.

  -Теперь им уже не отвертеться! Кара великого бога настигнет их везде! На небе и на земле!

  Рядом был устроен второй погребальный костер. Туда сложили всех погибших нукеров. Образовался внушительный архипелаг из нескольких десятков тысяч покореженных и убитых в штурме бойцов. Победа опять очень дорого стоила монголам.

  Оба костра пылали одновременно, запах горящей плоти был удручающ. Бату-хан изобразив на лице подобие скорби, в глубине души ликовал. Радость омрачил подъехавший тургауд.

  -О величайший, сын верховного кагана Гуюк-хан, не в силах один овладеть Владимиром и просит придти ему на помощь.

  "Если бы еще прикончили Гуюк-хана! Моя радость была бы полной! Я бы ему мертвому подарил бы двести девушек". Пронеслась в голове Бату-хан хищная мысль.

  -Я всегда и везде в том месте, где наиболее необходим войску!

  Джихангир щелкнул семихвосткой плетью нукера. Послышалось грозное ржание, нукеры расступились.

  Огненно-красный конь бога Сульдэ пожирал наполовину замершие трупы. Субудай подал знак, нукеры преподнесли несколько еще тепленьких детских трупиков. Плотоядный конь с удовольствием зажевал их. Многие воины с ужасом и отвращением смотрели на ужасающую скотину. Адский скакун поперхнулся, череп застрял в горле. Зверь кашлянул, несколько костей вылетело из крокодильей пасти, поразив на смерть четырех нукеров.

  -Это избранные! Проорал Субудай.

  -Сам великий бог Сульдэ выбрал их любимыми бойцами в свою армию!

  Приветственные возгласы, стали ответом на слова одноглазого барса. Пламенный конь, своим дыханием плавил сугроб.

  -Вот так мы пожрем и другие города урусов. Какие вести принесли наши посланники из Суздаля.

  -Боярин Киянка, обещал тепленьким сдать город.

  Пробурчал Субудай, одноглазый барс простыл, его голос хрипел сильнее обычного.

  -Его приспешники, правда, колеблются. Все бояться гнева Пантеры, эта дева еще более жестокая, чем Леопардов. Во время последнего посещения она приказала содрать живьем кожу, боярину Сидякову, уличенному в переписке с нами, и казнила более тридцати человек.

  -Так мало!

  Батый заржал, обнажив желтые зубы.

  -Я вырежу весь этот град.

  Субудай поморщился.

  -Полагаю, не стоит терять наших воинов еще и под Суздалем. Наша цель град Владимир, и там у нам есть свои люди.

  -Это не плохо. Но если честно, то те, кто нам служит за деньги подлая мразь. И если у нас агенты среди бойцов Белого легиона? Тот, кто помог бы нам изловить белых мангусов?

  Впервые лицо Субудая озарила улыбка.

  -Да есть! Существует такой агент, что уже давно работает на нас, сам того не подозревая.

  Оскал у Субудая стал хищным.

  -И скоро этим страшным демонам придет конец.

  -Хотелось бы знать кто это?

  -Чингиз-хан говорил: никогда не произноси тайное имя в слух, ибо даже в пламени костра может скрываться чужой взгляд, а стенах прятаться уши.

  Крики и визг прервали разговор. Субудай выхватил ятаган с золотой рукоятью.

  -Опять эти снежные скорпионы атакуют!

  -Что-то расстроилось в магии шаманов, они снова научились пробивать нашу защиту.

  Князь Глеб возник струйкой дыма, Он словно только что побывал геенне, от него исходил жар.

  -Проклятый амулет не так сработал. Жжется гад.

  Глеб повертел в руках оплавленный кружечек.

  -Не умеешь, не берись!

  Субудай презрительно зыркнул вперив очи в князя.

  -Сам попробуй освоить магическое искусство. С неожиданной смелостью огрызнулся Глеб.

  -Знай, с кем разговариваешь холоп! Рявкнул Субудай. Затем его голос смягчился.

  -А как те две девушки Огневичка и Вешнявка? Продвинулись в магии? Это была моя идея учить урусов колдовству, что бы они убивали других урусов.

  -Клин клином вышибают! Подхватил мысль князь Глеб.

  -Вот именно!

  Субудай грозно зыркнул. Батый оскалил рыло и подал знак.

  -Я хочу, что бы они пришли в мой шатер и потанцевали.

  Батый сладострастно облизнул пересохшие губы.

  Баурши галопом побежал звать девушек.

  Чем в это время занимались девушки? Огневичка раскатала на серебряном блюдечке наливное яблочко. Подобие магического телевизора должно было дать картинку того, чего она более всего хотела увидеть. А чего более всего хочет видеть мать - правильно своих детей. И блюдечко показывало картину.

  Первыми поступили высокие каменные стены Царьграда - Константинополя. Затем последовал целая кавалькада внушительных и роскошных дворцов и зданий, самого великого города средневековья. Особенно ярко светились на солнце сотни золотых куполов православных церквей. Даже великий Киев не был столь великолепным как этот царь всех градов. Картина показывала прошлое, было лето и все цвело, пальмы, лианы, дубы, клены и серебряные ели все смешалось в диковинном городе. Порты Царьграда были переполнены судами, красочные корабли заполняли гавань. Некоторые из них были огромны, борта обшитые железом, с каждой стороны по сотне гребцов. Тяжелые воины им полукруглыми щитами торчали по бокам, на носу установленные катапульты и трубы для греческого огня. Военные корабли ромеев большие - дромоны, поменьше скендии прикрывал путь в гавань и первую очередь в пролив Босфор. В свое время первый великий князь Руси Олег приказал половине русского флота, из небольших ладей пристать к берегу и установить корабли на колеса. Обойдя по суше грозный византийский флот, русские воины под покровом ночи ударили с тыла. В ближнем бою, дромоны утратили преимущество, многие из них просто взяты на абордаж, не помог и легендарный греческий огонь, настолько стремительно сошлись в ближнем бою урусы. После кровавой баталии весь флот Византии погиб, Босфорские ворота пали, и чванливые византийцы были вынуждены согласиться на позорную капитуляцию, выплатив громадную дань. Тогда великий князь Вещий Олег и вывез трон византийского императора. Если бы не роковой укус индуской гадюки затаившейся в конском черепе, как знать не стал бы князь Олег русским Чингисханом. За два столетия сияние Византийской славы слегка потускнело, но град по-прежнему поражает. Особенно велик собор Святой Софии, настоящее чудо тогдашнего мира. Константинополь громадный полуостровом выдается в море. Высоченные белые стены с четырех и шестиугольными башнями, казалось, вырастают из скалистого гранитного берега. А Золотой рог украшен исполинским маяком, по ночам, сияющим как сорок лун и уносимой в высоту крепостью-дворцом. С левой стороны, на оконечности полуострова, над самым морем виднелись между стройных кипарисов многообразные ассамблеи дворцов императоров - Второго Рима, их украшали многочисленные фонтаны и статуи колоссальных размеров, особенно много позолоченных грифонов. Все это вилось причудливыми завитушками. Собор святой Софии казалось, висел в голубом небе, настолько необычной и легкой была его конструкция. И несколько рядов белых стен, по преданию римлян их помогали возводить Аполлон и Посейдон. Многие византийцы и теперь втихаря почитают древнейших античных богов. Сколько десятков, а может и сотен тысяч рабов, полегло на стройках, ведает только один Всевышний Господь. Подальше от дворцов город выглядел иначе, тоже каменный, но более серый, хотя и цветущий. Постройки словно подымаются по ступеням, все выше и выше. Они тянуться до самого горизонта, сливаясь с темно-васильковыми тучами. Здание верховного Суда напоминает золотой рог, увенчанный грозной львиной мордой. В этот час, когда солнце уже перемахнула зенит, и слегка ослабило свой жар, от бесчисленных кораблей приплывших со всего света, сбросивших якоря и отдыхающих в спокойных водах, не видно воды. Тут были суда, проделавшие долгий и трудный путь по Русскому морю - на них ехали купцы из государства Шахарменов, из Ширвана, Багдада, разоренного Хорезма, Кашкара и Китая и многих других стран. Были тут и из Индии, Аравии, Египта из Ганзы и Европы. На кораблях слышались различные голоса и многообразные языки. Заморские торговцы постоянно обменивались, покупали, продавали яростно торгуясь. За золотым Рогом бледнел Берег Перу, он напоминал слегка приукрашенный град Владимир. Местами высились церкви и башни, самая большая башня Христа зависала над морем. А вдалеке, в лучах солнца нежного голубели и отливали жемчугом горы.

  -Красота! Какой восхитительный вид! Но я не хочу любоваться красотами Царьграда,

   а хочу увидеть своих детей.

  Блюдечко поменяло изображение, переместившись на невольничий торг. Место, отведенное под рабовладельческий базар, было обширным и огороженным железным забором. Тысячи невольников выведены на все общее обозрение. На торжище были представители всех народов от гиперборейских до южноафриканских. Тут продавали и китайцев и немцев и негров. В этом диком сборище Огневичка с трудом смогла рассмотреть своих детей. Их продавили вместе с еще полусотней многоликих огольцов, как мальчиков, так и девочек. Совсем голенькие и лишь коленки были смазаны мелом, они стояли на присыпанном желтом песком подиуме. Иногда их заставляли плясать, петь, подымать камни и вертеть палки. Она видела, растила их в прошлом, и с момента разлуки прошло всего пара месяцев. Ее дети три мальчика и две девочки были веселы и энергично исполняли русский народный танец. Они слегка подсохли и похудели, кожа покрылась хорошим коричневым загаром, но вид в целом был вполне здоровым и ухоженным - перед торгом кормили неплохо. Сытый товар лучше идет. Однако продать пленников ни как не удавалось. Некий купчина в богатом малиновом расшитом жемчугом халате придирчиво осматривал живой товар, заставлял открывать рот, щупал зубы.

  -Покупай!

  Задребезжал смахивающий на пирата продавец, в цветной чалме.

  -Они здоровые, крепкие и у них отличные зубы.

  Купчина отрицательно мотнул головой.

  -Они слишком маленькие!

  -Тем лучше, ты сможешь обучить их ремеслам. Они способны и от них пойдет чистая прибыль.

  -Вот именно. Сначала обучить, не один год трудов, не зная конечного результата! Рынок и так забит отличными взрослыми искусниками. После монгольских набегов, рынки переполнились невольниками.

  Купчина нарочито презрительно плюнул и отошел, важно тряся внушительным животом.

  -О! Великий Аллах! Помоги продать этих "карасей", хоть за ту цену, что окупит затраты!

  В голове мелькнула мысль, а если не удаться их сбыть что лучше - продать себе в убыток или просто прирезать?

  Невеселые мысли прервало появление еще одного возможного покупателя.

  Внешне он выглядел не особенно притязательно, в кожаных сандалиях и скромной тунике. Длинная кудрявая борода мочалкой спускалась на грудь. Но многие при виде его почтительно здоровались и уступали дорогу.

  -Это Самуил, великий скульптор и художник.

  Шептались в толпе. Самуил подошел к торжищу, что-то привлекло внимание его зорких глаз. Огневичка сама внимательно всмотрелась, приблизив к изображению вплотную свое свежее личико, едва не проткнув носом блюдечко.

  Ее младший сын, Гриша на желтом песке выводил прутиком рисунок. Надсмотрщик щелкнул плетью и был остановлен выразительным жестом Самуила. Знаменитый художник приблизился, внимательно всматриваясь в изображение - на песке застыли и в то же время как бы струились две фигурки юноши и девушки, а сверху порхал голубь. Изящные фигуры казались живыми. Самуил ткнул мальчика пальцем, в худенькое плечико.

  -Как твое имя дитя!

  -Гришка, то есть Георгий!

  -Так вот Георгий, я беру тебя! Сколько он стоит?

  Пират замялся, он видел, как загорелись глаза у художника, и в тоже время боялся, заломив чрезмерную цену отпугнуть покупателя. "Ладно, рискну, не возьмет, сразу скину".

  -Сто цехинов!

  -На получай!

   -Самуил небрежно кинул мешочек пирату. Тот жадно подхватил его. На лице флибустьера запечатлелась гримаса разочарования. Он пожалел, что не запросил больше. Подав кусок пергамента, и накинув ошейник, пират вручил Самуилу конец веревки.

  -Я думаю, мальчик хороший и сам пойдет. Самуил легонько стегнул Гришку плетью,

  пацан оставался рабом. Остальные дети были немного старше, они прокричали.

  -Гриша держись.

  Надсмотрщик хлестнул широкой сыромятной плетью по голым ногам. Ребята вскрикнули от боли подпрыгнув. После повторного удара замолчали. Угрюмо насупившись, они продолжали развлекать потенциальных покупателей и жариться на солнце, пока оно не скрылось за горизонтом.

  -Что будет с ними?

  Блюдечко мигнуло, изображение пропало, затем возникло вновь. Знатный вельможа бугристой золоченой глыбой восседал на слоне. От него отбежал смахивающий на лисицу человечек в белом. Он подбежал пирату и небрежно швырнул кожаный мешочек.

  -Шейх Абду-Аль-Рашим, забирает всех твоих невольников.

  -Но это очень мало!

  Корсар попытался разыграть возмущение, хотя в глубине души был даже рад такому исходу.

  -Твое время аренды на торге истекло, других покупателей ты не найдешь. А пленных детей как грязи. Хотя если тебя не устраивает оплата.

  Управляющий шейха потянул к мешочку. Пират резво схватил деньги, притянув мешочек к груди.

  -Нет устраивает!

  -Тогда да поможет тебе Всемогущий Аллах!

  Взрослых, подростков и детей построили в колонну, нацепив кожаные ошейники, а на взрослых надели цепи. Самых маленьких можно сказать пожалели, ограничившись пеньковыми веревками, впереди им предстоял долгий путь, и большинство было обречено навечно, сгинуть в песках. Женщин отвели отдельно, видимо их поведут в другое место. Затем изображение слегка сместилось, Огневичка отчетливо видела, как каменистой дороге брели в толпе связанных арканами пленников ее дети. На девочках были рваные туники, мальчики в одних набедренных повязках, головки казались особенно белыми на фоне почерневших от солнца тел. Как исхудали ее мальчишки, под тонкой смуглой кожей видна каждая косточка, бока и спина в писунах от плетей. Босые детские ноженьки были изранены об раскаленные камни, каждый шаг дается с болью. Девочки уже дошли, им отвели место на плантациях хлопка, а мальчишек погнали подальше на строительство крепостей. Огневичка смахнула слезинку, хорошо, что хоть младшенькому повезло.

  -Покажи мне, где сейчас прибывают мои дети.

  Вместо этого блюдечко показало пенистое шумящее море. Две небольшие галеры были атакованы тремя дромонами. Византийцы зашли сразу с трех сторон, не давая уйти пиратским судам. Флибустьеры все же попытались проскочить, дромоны выстрелили камнями из катапульт. Первые выстрелы были не удачными, и резко развернув галеру один из корсаров, пошел в отрыв, однако фортуна изменила ему, внушительный камушек сбил фок-мачту, замедлив ход корабля, несколько изувеченных пиратов полетело в воду. На второй галере копошились многочисленные бойцы, самый главный пират энергично жестикулировал.

  Повинуясь его жесту, галера на всех "парах" попыталась проскочить мимо дромоны. Но и здесь капризная богиня счастья измерила пирату, укорачиваясь от камней его судно, слишком близко приблизилась громадной дромоне. Полыхнул греческий огонь, багрово-рыжая струя лизнула борт, затем пламя небрежно коснулось парусов. Парусина вспыхнула, обожженный пират полетел, вниз грохнувшись в древесный настил. На судне поднялась паника, огненные перья полетели в галеру. Стоящий на палубе капитан надрывным голосом скомандовал.

  -На абордаж!

  Галера отчаянно попыталась сблизится, однако внешне неуклюжая дромона обладала неплохой маневренностью. Громадный византийский корабль пытался уйти, стоящие под железным прикрытием римляне посылали целые тучи стрел, кидали горшки с горящей смолой и нефтью, а самое главное греческий огонь. Выбросив струю, страшное пламя снова ударила по переполненной людьми палубе, сжигая пиратов живьем. Лицо капитана мелькнула вблизи, Огневичка узнала слегка сплюснутое со шрамом лицо корсара продававшего на торге ее детей. Полуобгоревший пират отчаянно выл и стонал, черная борода тлела, из нее сыпались искорки.

  -Вот она расплата.

  Прошептала Огневичка. Пират словно услышал ее, когтистая в бородавках рука сжалась в кулак, в ярости флибустьер прыгнул в воду и поплыл дромоне. Не смотря на падающие вокруг стрелы, ему удалось доплыть до борта. Схватив за весло, корсар подтянулся, словно обезьяна по шесту забрался на борт. Длинное весло тянули сразу четыре дюжих раба, стоящий сверху надсмотрщик полоснул плетью. Сильный удар бича рассек рубаху, заалела кровь. В ответ главарь пиратов рубанул ятаганом. Полу рассеченная туша надсмотрщика пролетела пять метров и сбила еще одного мордастого надзирателя. Пират довольно ухмыльнулся, невольники одобрительно зашумели. Один из них видимо самый смелый схватил подбегающего надсмотрщика за ногу и резко дернул, кабан завалился. Рабы накинулись на него, те, кто мог дотянуться, принялись душить и кусать кровопийцу. Глядя на располосованные в горькое яблоко спины гребцов их можно было понять. Прикованные цепами невольники приветствовали пирата как своего освободителя, а встречу ему уже неслись закованные в доспехи воины. Хотя корсар и был опытным фехтовальщиком, устоять против двух десятков закаленных ратников не реально - это слишком много для простого человека. Развернувшись, он ринулся бежать, однако вражеский арбалетчик успел выстрелить болтом и навылет пробил левую руку. Главарь пиратов оглянулся, его галера горела, неистовым пламенем, корсары корчились и ревели многие прыгали в воду. Вторая галера также горела, помимо пиратов на ней были невольники и захваченные в полон дети. Они плакали и отчаянно бились деревянное днище, к счастью большая часть пиратов, уже была в воде, и адский огонь с дромоны слегка ослаб.

  -Может у них еще будет шанс спастись.

  Тревожно прошептала Огневичка, из ее длинных ресниц посыпались мелкие жемчужинки слез.

  На палубе соседнего судна лежал простреленный юнга, его светлая головка, побледневшее личико на мгновение напомнила Огневичке ее сына. Может быть, кто-то из ее сыновей тоже лежит вот так простреленный и покинутый.

  -Хватит насилия и жестокости! Я хочу видеть своих детей!

  Огневичка хлопнула по блюдечку ладонью.

  Последнее что она видела на судне, как глая\варь пиратов, размахивая окровавленным ятаганом, рванул на встречу византийским ратникам.

  -Аллах Акбар!

  Прозвучал боевой клич капитана пиратов. Блюдечко тем временем выдало картину происходящего в данную минуту.

  Григорий, в тот момент, получив поручение, бежал к скульптору Сентомахе, выполняя очередной заказ Самуила. Только что начало рассветать, студеные лужи покрыло коркой льда, на мостовой лежали легкие сугробы, зимняя ночь в Константинополе выдалась на редкость холодной. Гришка был босоног, неделю назад он провинился перед хозяином и в наказание раба, его выпороли, забрали кожаные сандалии и плащ. Мальчику было очень холодно, кожа покраснела, легкая туника, не защищала от стужи, оголенные ноги закоченели, что бы согреться он бежал во всю прыть, мокрые от снега голые пятки блистали в лучах восходящего солнца. Огневичка вздрогнула от неожиданности, Григорию было уже тринадцать лет, он вырос, возмужал, от тяжелой работы на руках выступили рельефные жилы и вены, плечи стали заметно шире. Сердце кольнула жалость к бедному ребенку, но, не смотря на то, что мальчишке было очень зябко, и он был вынужден босиком по сугробам пересечь весь Царьград, вид у него был здоровый и веселый, лицо озаряла улыбка.

  "Какие у него белые зубки, он весел, и мне тоже становиться радостно" Подумала Огневичка.

  Набегу, не рассчитав прыжка, мальчик поскользнулся и упал лицом в ледяную лужу. Внезапно его физиономия крупным планом отпечаталась на блюдечке. Должно быть, он что-то увидел во льду.

  -Мама!

  -Сыночек!

  Вскрикнула Огневичка. Григорий всмотрелся в лед.

  -Ты это ты! Я всегда буду помнить твой взгляд.

  -Да это я сынок. Погоди еще не много и мы сумеем придти тебе на помощь. Ты станешь свободным!

  Огневичка хотела, было спросить про остальных сыновей и дочерей, как грубый хриплый голос оборвал все желания. В юрту вползал Керинкей-Задан и Баурши.

  -Великий Бату-хан зовет тебя.

  Огневичка изобразила самую обворожительную улыбку.

  -Я всегда готова услужить великому кагану.

  В глубине души она в тот был готова на все, даже пожертвовать своими детьми, чтобы убить Батыгу и это страшную старуху-колдунью. Спокойствие, главное сохранять холодную голову. По улице разрушенной Коломны гуляла метель, где-то в стороне были слышны крики и ревели порубленные монгольские воины. Огневичка улыбалась: главное - что ее дети живы и наверно здоровы. Бату-хан и Субудай как, всегда развалившись на роскошных коврах, потягивали крепкий кумыс.

  -Раздевайся!

  Бесцеремонно промурлыкал Батый. Ханы одобрительно закивали.

  -И пускай твоя молодая напарница тоже поскачет передо мной нагая.

  . ГЛАВА Љ 20

  Город Владимир продолжал готовиться к обороне, в период временного отсутствия мульти-клонов главную роль на себя взяла великая княгиня Агафья супруга князя владимирского. Однако полностью сосредоточить внимание на обороне не удавалось. Тревожные мысли терзали княгиню, ходили слухи о грядущем конце света. Молодые снохи княгини Мария и Христианка ревели в три ручья. Дети убегали в лагеря белой армии, где не прекращалось обучение отборных солдат.

  -Мы не должны учиться в школе! - кричали ребята.

  -Мы должны воевать! Пускай белые ангелы дадут нам оружие. Мы в порошок искромсаем мугланов!

  Малолетние белые воины носились по обледенелым валам, некоторые даже приспособили их под крутые исполинские горки. Тем не менее, на стенах продолжали кипеть работы, оборона все совершенствовалась. Агафья, однако, больше доверяла молитвам и церкви. Особенно суеверной религиозной она стала, после того как фантомы похитили ее сына.

  -Господи, за какие грехи мои, такое горе!

  Угрюмый епископ Висарион наставлял ее.

  -Молись! Крепче молись, что бы Всевышний Господь помог войску и отогнал безбожных мугланов. Молись и за мужа и за сыновей. Ибо страшные суды пришли на русскую землю.

  Княгиня Агафья молилась, она верила, что удача придет к мужу, что обещал собрать огромную рать и освободить русскую землю от монголов. И особенно верила белым витязям Леопардову и Пантере. На подвиги вдохновила ее прибывшая из секретного города княгиня Евпраксия. Она была в посеребренной кольчуге и в шлеме, на лице светился синячок, но вид был веселый и очень довольный. Греческая принцесса живая, быстрая как ртуть, она мигом развеяла скорбь.

  -На реке Мологе великая рать собирается. Твой муж и воеводы могучие полки формирует, охочие люди со всей русской земли сбираются. Белые ангелы произвели на свет много нового оружия. Близок час расплаты: скоро конец настанет всем русским ворогам.

  Агафья поцеловала Евпраксию в клубничные губки.

  -А как он там не скучает по мне?

  -Не когда ему. День и ночь кует государственное могущество. Что бы на белом коне въехать в град стольный.

  Княгиня Агафья представила мужа, высокого сильного в роскошной одежде, в боевом убранстве и ее сердце посветлело.

  -Быть битому супостату!

  Появление князя Всеволода с остатками дружины пришлось как снег на голову. Княжеский сын был слегка поранен, голова замотана, левая перевязана. Бояре тут же собрались на совещание. Главный княжеский воевода Петр Ослядукович был по-особому встревожен.

  -Со дня на день нужно ожидать прибытия сюда супротивников. Тысячники дружно закивали. Князь Всеволод взял слово.

  -Я прорвался к вам чудом, можно сказать уберегли меня светлые ангелы. Мугланы обложили вверенный мне град как улей воском. Сильно осерчали они, их главный хан, сын Чингиз-хана Кюлькан был убит и сам Батыга повернул туда свою безбрежную рать. Сотни тысяч озверевших мугланов, залили землю как река в половодье, нет им сладу. Я так полагаю, женщины, и дети пускай бегут на север в Новгород, Галич или к Белому озеру. Силен враг, вряд ли мы удержимся до подхода батюшки.

  -Позор князь такие трусливые речи вести!

  Пантера выпрыгнула как черт из табакерки, мульти-клоны привыкли появляться, внезапно игнорируя стражу. Воеводы и тысячники подскочили. Обе снохи перекрестились.

  -Свят! Свят! Свят!

  Евпраксия ринулась Пантере на шею, та мягко отстранилась.

  -Не время обниматься! Мой брат по оружию Леопардов сейчас осматривает город и подгоняет нерадивых строителей. А вот к вам бояре у нас претензии. Почему не все свои рати собрали для обороны Владимира, многие как драные петухи по шестам сидят.

  -Да мы... Замялся боярин Свистоплясок.

  -Кто мы Николай Второй! У каждой ошибки есть своя - Фамилия, Имя и Отчество. А скоро будут и надгробные крестики. Так что бояре не обессудьте, возьмете в руки лопаты, и будете нагребать снег на валы, строить третью стену.

  -Да мы не... Начал боярин Кастратов.

  -Что не будешь грести снег и землю?!

  Голос Пантеры звучал с ужасающей мягкостью.

  -Нет!

  С трудом выдавил из себя боярин. Пантера улыбнулась своей милой улыбкой хищной самки и резко ударила ногой в пах. Удар был настолько силен, что боярин описал в воздухе десятиметровую дугу и, перегнувшись лысой головой, таранил пол.

  Разбитые мозги брызнули белой кашей, заляпав стоящих рядом бояр.

  -Ты был Кастратов! А теперь кастрат! Печален оказался результат.

  Пантера прищурила правый глаз.

  -Кто еще отказывается работать?!

  Желающих не нашлось. Даже видавший виды Петр Ослядукович осмелился лишь обронить.

  -Нельзя же так без суда.

  -А если иначе не понимают! С русским народом нужно быть строгим. Жестокость, жестокость и еще раз жестокость, цементирующая нацию. Только жестокий лидер способен добиться уважения и повиновения.

  На насилии держится мир

  Вулкан ярости хлещет с размахом!

  Напряжение высшее сил

  Пробуждается гневом и страхом!

  Только страх нам дарует друзей

  Только страх заставляет трудится!

  Потому я хочу, все сильней и сильней

  Автоматом в толпу разрядиться!

  На последних словах Пантера растянула лучезарную улыбку, как бы говоря, не воспринимайте все слишком серьезно. В горницу влетел Леопардов.

  -Зачем так мелко, автоматом. Лучше системой залпового огня "Смерч" и водородной бомбой.

  Леопардов подбросил ногой, яблоко и в полете ударом пальца разбил его на восемь частей.

  -Я имела в виду толпу монгольских варваров.

  Пантера, на лету подхватила куски разбитого яблока, закинул их в рот.

  -А вот это нас с тобой ждет. Монгольские орды, текут сюда. Третья стена в основном готова, если мы продержимся больше трех недель, в армии Батыя начнется мор и массовый падеж коней.

  Пантера кивнула.

  -Рязань это была Брестская крепость. Москва, аналог Смоленска, а Владимир самый большой и укрепленный город он устоит под ударами. Мы превратим его в новый Сталинград!

  -Вот именно, а через месяц, собрав большие силы, мы выведем наши рати из секретного города и сметем монгольскую армию. Возможно, во время атаки враг будет зажат в клещи.

  Леопардов с удовольствием потянул зеленого винца, затем пнул в плечо князя Всеволода.

  -Где твой брат?

  По телу Всеволода прошла мелкая дрожь.

  -Ходят слухи, что его забрали монгольские демоны.

  -Слухи говоришь? А я думаю, что нам придется выручать твоего брата, заодно хорошенько врезав степнякам.

  Всеволод густо покраснел.

  -Я сам готов идти и сражаться, готов сложить свою голову на поле брани, ради родины и своего брата.

  -Мы это знаем. Ты храбрый воин, но твоя сестра Прокуда, преуспела гораздо больше в ратном деле.

  Лицо у Пантеры смягчилось, стало красивым и нежным.

  -Не давно, я ее назначила тысячницей.

  Княгиня Агафья сплеснула руками.

  -Ах, вот где пропадала эта негодница!

  Пантера прервала княгиню.

  -Уже с весны, она проходила суровую школу военной подготовки в Белой Армии.

  От природы это сильная девочка, а серьезные тренировки увеличили ее боевую мощь. Но и это не главное, у нее есть способности, полководческий дар.

  Княгиня была не согласна.

  -Воевать не женское дело!

  Агафья сдвинула брови.

  -Воевать святое дело! Святые дела творят и мужья и жены!

  Пантера откинула заплетенные в дюжину косичек волосы.

  -Я тоже можно сказать женщина, и, тем не менее, кто усомнится в моей силе!

  -Мы тут уже свои дела утрясли! Выступаем!

  Леопардов ладонью ударил в медный таз, грохот прошелся по всему помещению.

  В новой вылазке против монголов, должно было принять участие большое количество хорошо обученных, но еще не обстрелянных воинов.

  Среди них мелькали знаковые лица Великполка, и родного сына Смоленского князя Ярополка. Великполк в основном командовал поволжскими булгарами, а Ярополк смоленскими добровольцами. Хотя с целью большего сплочения бойцов Белой армии мульти-клоны перемешивали отряды, заставляя, жить друг с другом воинов из разных регионов. Войска тихо выступали, они должны были еще до подхода Батыя разбить стоящую под Суздалем армию Гуюк-хана. Легкая снежная пороша слегка присыпала ряды белых витязей. За ними двигались тяжелые в тройных кольчугах княжеские дружинники, они должны были ударить по монголам, в случае если те успеют поднять тревогу. Белые ряды извивались причудливой змейкой, к утру, они должны были поспеть в предрассветные часы, когда сон наиболее крепок обрушится на врага. Чья-то знакомая бледная тень мелькнул перед ними. Леопардов бесшумно подскочил к ней.

  -Соколич, это ты?

  В словах мульти-клона сквозило удивление. Мальчик выглядел как обычно, только казался более агрессивным, глаза сверкали. Самое главное было не в этом, там, где должна была висеть отрубленная культя, активно двигалась вполне здоровая конечность. Леопардов всмотрелся повнимательней к руке, конечность напоминает прежнюю вот только ногти слегка побледнее. Острые глаза Пантеры также уловили перемену.

  -Кто тебе прирастил руку!? Дикорос?

  Глаза мульти-клоновой Амазонки сверкнули. Марк Соколич смутился.

  -Нет! Не он.

  Пантера проявила настойчивость.

  -А кто? Какой ни будь другой сильный волхв!

  Соколич растерянно моргал глазами.

  -Или баба-Яга вернулась. Верно, тайно прибыла Ягиня? Веди нас к ней, давненько мы с длинногривой не встречались.

  -Нет!

  Соколич покраснел и, пряча глаза, отвернулся. Леопардов схватил его за подбородок и повернул к себе.

  -Говори - что случилось, ведь ты нас никогда не обманывал брат.

  Марк дернулся, (мульти-клон про себя отметил, что его сила выросла), и часто заморгал.

  -Извини.

  Голос мальчишки звучал надрывно.

  -Я нарушил вас приказ, но у меня не было иного выхода.

  -Нарушать приказы, у тебя в крови! Много злой заразы, у тебя внутри!

  Взгляд у Пантеры приобрел хищное выражение.

  -Я не должен был этого делать. Марк захныкал, лицо задергалось.

  -Не хочу быть калекой, хочу сражаться и убивать монголов, не опасаясь увечий.

  А у вампиров, все раны легко заживают.

  -Так тебя тоже покусали вампиры. Взгляд Пантеры смягчился.

  -Кто? Карл вернулся?

  -Нет, это я попросил, что бы меня укусил Семен Залихватский, а затем я просто отсосал его кровь.

  Леопардов подпрыгнул, на пятнадцать метров.

  -Маленький Сеня выздоровел!

  -Почти! Он уже нормального цвета, правда, летать пока не может и ходит с трудом.

  -И ты, видя его состояние, решился на такую авантюру. Ты мог сдохнуть.

  Пантера слегка огрела жесткой лапой Соколича. Мальчик вскрикнул.

  -Я не хотел быть калекой. Лучше смерть, чем неполноценное существование.

  Пантера вновь попыталась всадить оплеуху, Леопардов перехватил ее руку.

  -Не трогай его! Он прав, хотя надо было сначала поставить в известность свое непосредственное командование. А сей раз, прощаем! Он ради Родины стал вампиром, то пора и нам, следуя форсированным маршем смять монголов, сделав им кровопускание.

  

  Гуюк-хан с тремя туменами располагался в селении Малый рог. Жадные глаза Гуюка впивались гадюкой золоченые купола Суздаля. Он уже предпринимал попытку атаковать город, но первый штурм был отбит. Отряд катапульт из Китая задерживался, каждый раз лезть на обледенелые стены, означало нести не пропорционально огромные потери. Беспокойство вызывало и то, что вот-вот должен подойти Бату-хан: прибытие лишить наследного кагана славы и законной добычи. Монголы рвались в бой, горячий штурм, смертельно перепуганные враги, покорные девицы, выполняющие любые извращенные прихоти победителей, растерянные купцы и бояре с перерезанными глотками. Из них доблестные монгольские воины вытрясут годами накопленные богатства, а затем просто вскроют животы и выпустят кишки. Много их лучших сынов своей нации полегло в походах, найдя смерть на русской земле. Заждались несчастные полуголодные дети или любящие подарки невесты. Гуюк-хан чувствовал недовольство, поэтому, не смотря на тяжелые предыдущие потери, отдал приказ об отчаянном штурме, сотни широких лестниц были представлены к стенам, тысячи нукеров устремились по ним вверх. Как всегда осаждаемые встретили, булыжниками, ударами, секир, горящей смолой и нефтью. В какой-то момент монголы принялись одолевать и уже забрались на стену, как против них применили дьявольское оружие, четырех ствольный вращающийся огнемет.

  -Драконы! Мангусы! Шайтаны!

  Громовой рев и визг потряс все стены, и, положив не одну тысячу воинов, монголы отхлынули от неприступной твердыни. С горя Гуюк-хан отправился в шатер, где беспробудная пьянка и обнаженные танцовщицы должны был вернуть душевное спокойствие наследного кагана.

  Передовая тысяча Торал-хана, получив приказ прощупать урусов, тем временем двинулась к окрестностям града Владимира.

  Монголы старались двигаться скрытно, не разводя костров, прячась под голыми кронами лиственных деревьев или под густыми елями.

  Воинам раздали холодную ветчину с крепким кумысом. Захмелеть на морозе от рога арзы трудно, никто не запьянел, зато скакать стало заметно веселее. Под хорошее настроение подпоили коней. Монголы протоптались добрых пол дня по глухим еловым дебрям - и за внезапно оборвавшимися зарослями открылось чистое пространство реки. Вдали тускло светил крест высоченного собора.

  -Наконец-то! Торал-хана помахал саблей.

  -Будет добыча!

  Монгольские всадники, не торопливо спустились на лед, повернули вправо и начали разгоняться, пониже натянув бронированные шапки.

  Впереди, в нескольких сотнях шагов, от разбитой топорами проруби в громкими криками убегали две бабы. Монголы, обнажив мечи, мчались вперед, подобно бешеным волкам, оглодавшим и неимоверно злым. Женщины, оглашая, окрестности истошными воплями, скрылись за довольно внушительным снежным валом, по гребню которого шел частокол. Такая оборона впрочем, встречала татар практически во всех русских селах. Всадники, стремясь обойти преграду, пустились галопом вдоль пологой стены. Излом вала повернулся, и будущие жертвы успели спрятаться за дубовые ворота, а пущенные стрелы, свалили четырех передних всадников. Остальные воины замедлили движение.

  Торал-хан заорал, брызжа слюной в дикой злобе, его морда перекосилась.

  -Вперед мои кречеты, сомнем урусов. Все вместе на ворота навались.

  Монголы сомкнули строй и рванули в атаку. Тут их встретила всего одна стрела, но зато какая. От страшного взрыва тряхнуло стены и подняло снежную пыль. Как минимум полсотни монголов замертво завалилось в сугробы. Брызнули осколки дымящегося мяса. Несколько десятков всадников обратилось в позорное бегство. Главарь лично пристрелил одного из них из лука.

  -Убивайте, тех бежит как бешеных псов.

  Монголы открыли огонь по своим же нукерам, устрашившись, те развернули коней.

  Атака возобновилась с новой силой, а у русских ратников, похоже, был только один такой заряд. Зато простых стрел они не жалели, кони и всадники валились десятками. Ответная стрельба не была столь эффективной, играл свою роль и частокол и бронированное прикрытие, что было на немногих русских ратников.

  -Всем спешиться и на штурм.

  Скомандовал Торал-хан.

  Монголы ринулись на валы. Под тонким пушистым слоем снега лежал твердый лед. Жители этой деревни, как и жители многих других сел с первых морозов залили земляные вал водой, превратив их в вертикальные катки. Не новая тактика, но весьма эффективная, особенно если учесть что у эго отряда не было лестниц. Монголы разогнавшись, наскакивали на стены, пытаясь взбежать хотя бы до середины, но соскальзывали и кувырком скатывались назад. Те, кто поумнее попытался рубить ступени лестницы. Правда кривые сабли тупились и ломались, лед на трескучем морозе стоял крепко.

  -Давайте быстрее! Скалывайте лед! Копья в ход пускайте вонючие ишаки.

  Дело пошло быстрее, монголы грызли зубами стену, скалывали льдины, поднимаясь, все выше и выше земляным ступенькам. Передовые воины подсаживались на плечи товарищей и уже дотянувшись, пытались перекинуться через частокол. Колья на вид не казались особенно высокими, так всего два метра, однако когда громадный нукер выпрямил голову попытался подтянуться, на него обрушилась секира, на длиной ручке. Другому воину воткнули в горло пику. На остальных полилась вода, нет не кипяток, а обычная ключевая водица. Над частоколом с пугающей частотой замелькали ведра. В ужасающе студеный мороз, русские применили самое простое и самое дикое, жестокое оружие: воду. Она обжигала карабкающихся на стены монголов хуже кипятка, быстро застывала на склоне, сводя к нулю всею уже проделанную работу, липла к доспехам и оружию, делая его в тысячу раз тяжелее. Тех, кто упрямо пытался, перевались за частокол, рубили, копья, секиры, заостренные трех зубцы, экзотичные нунчаки. Да и стрелы не прекращали свою опустошающую работу. В рядах защитников было как минимум два прекрасных арбалетчика, выпускающих сразу по дюжине отравленных стрел, весьма эффективных на малой дистанции. Монголы выдыхались, но Торал-хан не даром славился упрямством.

  -Стрелами! Лупите стрелами по кольям.

  Дюжина тургаудов дала залп. Правда, стрелы, не самое эффективное оружие против частокола, зато, когда их много, можно попытаться раздолбать промерзшее дерево.

  -Стреляйте в одно место собаки.

  Монголы, слегка отбежав от стены, открыли губительный огонь. Не даром говорят, вода камень точит. Несколько кольев были утыканы стрелами покруче дикобраза, ответные выстрелы русских наносят серьезные потери, но них никто не обращает внимания. Колья рушатся и с радостным ревом монголы устремляются в брешь. Добраться до прорехи не очень просто, неиссякаемым потоком льют воду, работают копья, свистят стрелы. Когда передовой тургауд, взобрался в прореху, в него вонзилось четыре стрелы и пятеро арбалетных болтов. От сильного потрясения внушительную тушу сбросило вниз. Остальные монголы продолжали, взбираться. Однако сразу над валом могло появиться только несколько человек, и каленые русские стрелы легко сбивали нападавших.

  -Русские коварные шакалы, они хотят перебить всех наших воинов. Не будет этого. Атакуйте!

  Численное преимущество монголов, не играло ни какой роли, так как они не могли появиться за валом одновременно и сражение переросло в одностороннее избиение. Целый час монголы, атаковали, теряли людей и, в конце концов, окончательно выдохлись. Из тысячи бойцов осталась всего одна треть, и та часть была полуживой, мокрой и уставшей. Конечно, не все монголы убиты, многие просто поранены, но жгучий холод довершит то, что сумели сделать стрелы и копья. Кровь застывала вместе с водой, складываясь в причудливую мозаику. Возможно, что битва еще продолжалась бы некое время, но метко пущенная стрела угодила в глаз Торал-хану, оборвав жизнь монгольскому военачальнику. Уцелевшие монголы, поспешно покинули окраины села, вдогонку летели меткие стрелы. Когда последний нападающий скрылся, из-за рва появилась седая голова Шибалки.

  -Вот так огольцы! Мы победили! Отбили мы их атаку.

  Радостные ответные крики затопили селение.

  -Слава русской доблести!

  Какова была бы досада монголов, если бы они знали, что им противостояло два десятка детей и подростков из белого легиона, полсотни не обученных к ратному делу баб различных возрастов и один престарелый ратник Шибалка.

  Десятилетний Ваня показал язык.

  -А зачем нам нужен князь и его гнилая рать!

  Мы татар всех разобьем!

  Малым прутиком прибьем!

  Дети рассмеялись, стали перебрасываться снежками. И такая картина наблюдалась во многих селах. Практически каждая деревня превратилась в маленькую Брестскую крепость!

  . ГЛАВА Љ 21

  Старший брат Бату-хана, старейшина рода Джучи хан Орду развалился на роскошных коврах. Огромный и грузный каган пользовался большой властью и влиянием, на всех ярлыках подписанных джихангиром или верховным каганом имя Орду ставилось впереди имени Бату.

  Умиленный полупьяный взгляд с похотливой гнусной страстью рассматривал плененного княжича Владимира. Розовое пока еще безусое лицо княжича напоминало девушку, а хан Орду очень любил смазливых мальчиков.

  -Твой лик прекрасен как диск луны. А щечки напоминают спелый персик. Вот возьми лучшие женские наряды и станцуй для меня.

  Нукеры внесли вышитое золотом и самоцветами платье, бусы, жемчужную диадему.

  Княжич Владимир бесстрашно глянул в заплывшее жиром лицо монгола, затем ногой отбросил женское платье.

  -Ты гнусный содомит! И мне не нужны подарки, как говорили Пантера - педераста!

  Орду вздохнул, но сохранил хладнокровие.

  -Маленький петушок. Мне нравиться, когда мои жертвы сопротивляются. Я мог бы тебя взять прямо здесь, силой, но я лучше заставлю тебя добровольно исполнить свой долг наложницы.

  -Не дождешься демон!

  Владимир набрал в рот слюны и смачно плюнул в уродливую харю монгола, не смотря на дистанцию плевок удался на славу.

  Орду сверкнул глазами, слуга поспешно вытер вафлю, после которого век не мытая щека стала чище.

  -Ну, вот брыкливая дева ты сама себе подписала приговор. Разденьте его, выведете на мороз, там он будет находиться, пока не попросит пощады.

  Тургауды сорвали с юноши одежду и сапоги, грубо выкрутив руки и заломив ноги, выволокли на двор.

  Владимир отчаянно дергался и сопротивлялся, его огрели семихвосткой плетью, затем растянули на шелковых веревках, привязав концы к столбам. Княжич продолжал, на чем свет стоит клеймить монголов.

  Мороз был довольно сильным, слегка вьюжило, вскоре тело мальчишки посинело. На порог вышел грозный хан Орду.

  -Что сынок, дрожишь? Смирись и тебя оденут в лучшие женские одежды. Ты будешь пить крепленый кумыс и есть изысканные блюда.

  Владимир с трудом разлепил фиолетовые губы. Его молодой голос, не смотря на студящий жилы мороз, звучал звонко и сильно.

  Сгинь, в преисподней бесследно сгори!

  Ты порождение адского града Содома,

  Пусть грозной сече погибнут монголы твои,

  Пусть как огонь хлещет град с небосклона!

  Боже спаси в православии верную Русь,

  И дай нам силу и волю с врагом поквитаться,

  Битва жестока, но ты воин русский не трусь,

  Будем мы смело с ордою бессчетной сражаться!

  -Замолчи собака!

  Орду хлестнул привязанного юношу длинным бичом с заостренным металлическим хвостом.

  -Бейте его пока он не покориться.

  Монголы принялись с яростью лупцевать княжича, его били, пока он не потерял сознание. Хан Орду нахмурившись произнес.

  -Этот урус скорее умрет, чем покориться. Тем лучше, таскайте его на цепях яки пса, пускай пребывает в постоянном мучении, пока не сдохнет, страдание должно заполнять каждую минуту его короткой жизни.

  Орду развернулся, и уже хотел зайти в теплый терем, как одна мысль его остановила.

  -Не убивайте его! Смерть слишком малое наказание для этого дерзкого батыра. Пускай мучается, пускай помирает медленно и мучительно. Орду сказал свое слово.

  Нукеры сняли, растерли снегом бесчувственное тело княжича. Владимир с трудом пришел в себя.

  -Теперь шакал у тебя началась новая жизнь, при которой ты будешь мечтать о спокойной могиле. Но знай, даже когда ты умрешь, тебя будет вечно мучить наш бог Сульдэ!

  Владимира отвели в сарай, а войска под командованием хана Орду продолжили свое разрушительное движение по направлению к граду Владимиру.

  

  Гуюк-хан завалился пьяным и не слышал, как к его лагерю бесшумно подкрадывались урусы. Один из туменов стоял на отшибе, и Леопардов с Пантерой решили провернуть комбинированный удар. Пантера атаковала малый лагерь с одним туменом, Леопардов более крупный. Словно белые мурашки они обходили оба монгольских лагеря, аккуратно зарываясь в снега. На студеном ветру ели махали ветками, словно приветствуя русских ратников. Дозорные нукеры, старались держаться кучнее, отчаянно пытаясь согреться.

  Мульти-клоны решили обменяться информацией в неслышном для человеческих ушей ультразвуковом диапазоне.

  -Караульные, на сей раз стоят кучно, снять из обычными методами будет не просто. Я думаю Пантера лучше все применить план "С".

  -А почему бы тебе, не попробовать подменить темника, а затем уже от его имени снять монгольские дозоры.

  Леопардов на ультразвуковой частоте ответил.

  -Сколько раз можно использовать один и тот же прием. Монголы могут и не поверить.

  -Хорошо опробуем новейшее оружие. А вообще Лео повторение мать учения!

  -Мы не дети Аза, ты знаешь, чем отличается Белая Армия от старой советской?

  Пантер слегка удивилась.

  -Отличий много, а главное?!

  -У нас для дебильных солдат два раза не повторяют!

  Рявкнул Леопардов.

  -Если бы так! Ты Лео, образно говоря, идеалист и Манилов.

  Леопардов сделал вид что обиделся.

  -Фу разве я такой неповоротливый и пухлый.

  На данный момент мульти-клоны решили использовать усыпляющий газ. Невидимые струйки из усыпляющих трубок, аккуратно положили многочисленных караульных, специально подготовленные бойцы с помощью игл парализовали убийственным ядом тех, кто не успел отключиться от газа. Почти вся охрана отрубалась разом, поэтому резня началась с разных концов селения. Впереди двигались наиболее обученные и опытные воины. Они использовали сонный газ против коней и собак вследствие чего тревогу монголы подняли не сразу. Леопардов сам, двигаясь с грацией гепарда, со скоростью гоночного автомобиля проносился по лагерю, резал глотки. Мульти-клонам в прочем для этого даже не нужно холодное орудие, они могут убивать спящих простым нажатием пальца. Казалось что белые ангелы, вполне способны в одиночку, вырезать оба монгольских лагеря. Действительно это было почти реально. К сожалению, в таких делах обязательно выскальзывает какая-то мелочь, и уже когда дело на половину сделано заспанные нукеры подымают тревогу. Кое-где спихивают потасовки, очаговые схватки. Монголы не сразу осознали, какая им грозит опасность, в условиях панической ночной битвы все преимущество на стороне Белой Армии. Чаша весов не колеблется, она падает в одну сторону, сторону краха монгольской армии. Лишь охранная тысяча тургауды Гуюк-хана, пытается оказать подобие сопротивления. Но все портит сам Гуюк. Трусливый наследный каган отдает приказ оставить лагерь и спасаться бегством. Его примеру следуют и другие нукеры. Так и не оказав серьезного сопротивления, лихо, вскочив на коней, монголы оставили лагерь. В соседнем стане, где не было дрожащего от страха Гуюк-хана, сопротивление затянулось.

  Леопардов первоначально бросился преследовать убегающих нукеров. Если бы он захотел то мог легко нагнать и прикончить, не прикрытого магической защитой сына Верховного кагана. Однако зачем доставлять радость Бату-хану, они и так уже убрали одного из его основных врагов Кюлькана, а чем больше разногласий в стане монголов, тем лучше для белой армии. Леопардов повернул свои войска и всеми силами обрушился, на соседний стан. В дело вступили тяжело кованные дружинники, они сминали легкую монгольскую конницу, опрокидывали татар на снег. Бойцы белого легиона, также использовали более современное орудие, в частности пистолеты с ядовитыми иглами. На малой дистанции, это сильное орудие против слабо бронированных войск. Монголы сгрудились и не могли воспользоваться преимуществом в скорости и маневренности, так что битва вскоре переросла в тотальное избиение. Леопардов и Пантера даже во время, совместной рубки продолжали не только обмен ударами, но и колкостями.

  -Твои удары Лео напоминают трепыхание мухи.

  -А твои Аза движения грацию хромого слона!

  -Кто тут слон, неизвестно, а вот осла я уже вижу.

  -Следи лучше за боем! Зимний воздух не подвижен! Мы с тобой срубаем всех татар! Прогуляться б лучше по Парижу! В созиданье применить свой дар!

  Пантера, срубив одним махом шестерых воинов, резво вывернулась.

  -Давай пари, кто больше перебьет монголов.

  Леопардов уложив одним взмахом целый десяток промолвил.

  -Хорошая идея, только уж больно силы неравные, у меня два супермеча, а у тебя только один, второй меч просто очень хорош.

  -Меч плечом крепок, и головой остер!

  Пантера с удвоенной яростью ринулась в мясорубку, ряды монголов таяли. Темник Руча-хан пал рассеченный пополам, от удара легендарного меча "суперниндзи" не спасли даже хваленые испанские доспехи. Как и предполагал Леопардов, не смотря на все ее старания и даже смертельные с заплетенными ядовитыми кинжалами косички, Пантера безнадежно отставала. Тогда она принялась плеваться из трубки, но ведь и Леопардов мог делать то же самое. Когда битва закончилась, итог оказался не в ее пользу.

  -Это не честно, результаты аннулируются. У тебя целых два сказочных меча. Я требую переигровки.

  -Что мне в угоду тебе один меч выкинуть?

  -Нет, но ты мне должен раздобыть второй волшебный меч. Или Святополка или Ильи Муромца.

  -Хорошая мысль. Я свой меч сам у ниндзи из рук вырвал, а тебе... Может быть, ты мне и третий меч достанешь.

  Пантера пошло сострила.

  -И куда ты его, на достоинство что ли прикрутишь?

  Леопардова словно осенило.

  -Гениально, это еще одну боевую конечность можно сделать.

  Пантер загоготала, пошлая шутка показалась на редкость смешной.

  -И почему наш конструктор не создал нас с двумя и тремя основными половыми гениталиями. Тогда бы мы всех монголов одним тройным членом!

  Под ногами хлюпала застывающая кровь, всюду в вперемешку валялись трупы нукеров и тургаудов, между ними попадались также и русские ратники. Черный мульти-клоновский юмор выглядел натянутым.

  -Ты слышишь Патера, копыта бьют по снегу. Сюда летят десятки туменов.

  -Надо отвести войска и укрыть их за высокими стенами Владимира. Мы должны беречь воев.

  -И сбережем, а пока продолжим хоккейный матч по забиванию монголов. Пока счет в мою пользу.

  Пантера опустилась на сугроб и вытерла снегом окровавленные волосы.

  -У тебя преимущество если брать общую сумму не более пяти тысяч и то, потому что больше и дольше меня участвуешь во фронтальных стычках.

  Леопардов отрицательно махнул головой.

  -Не пять тысяч, а больше если считать вместе с химическими атаками, то все тридцать тысяч будет.

  -А кто производил бинарное оружие? Всю грязную работу спихиваешь на женские руки.

  -Я тоже его делал. И не надо все себе присваивать, у нас между прочем не примитивный аммиак, а токсин в четыре раза сильнее Зарина. Я думаю, со временем мы научимся производить такое вооружение, что чертям станет тошно.

  -А их и так от нас тошнит. Хорошо если только чертей, хотя подарки для пекла мы раздаем щедро.

  -Щедро, я так не думаю, армия Батыги по-прежнему сильна, вместо одной срубленной головы у нее вырастают две.

  -Нужен напалм, он выжжет нервные волокна, и монгольская гидра перестанет наращивать головы.

  -Будет! А это что такое?!

  Знакомая бледная фигура, держала зажатого под мышку монгольского воина. В тоже время рот впился в горло, из-под глубоких надрезов сочилась кровь.

  -Смотри Лео наш мальчик балдеет.

  -Наш мальчик вырос шустрым. Что сокол сладкая кровушка?

  Соколич с трудом оторвался, рот был обильно перепачкан багровой жидкостью.

  -Лучше не бывает! Хотя хватит этот уже сдох! Пора поискать свежую замену.

  Соколич был без лат, в одном кимоно на голое тело и казалось, не ощущал холода. Раны на теле уже начинают затягиваться, на глазах бледнеют шрамы, посиневшая ступня наполовину рассечена, но мясо уже срастается. Марк Соколич был в этом как никогда яростен и буен, пренебрегая защитой, он бросался в самые горячие места, рубя монголов с обеих рук. Для этого боя Марк выковал себе, длинные специальные и тяжелые мечи, сила у "вампиреныша" заметно выросла. Правда, до мульти-клоновского уровня далеко, но человеческий далеко позади. Он стал очень похож, на Леопардова, в последние месяцы подрос, летний загар почти сошел. Из нескольких разбитых монгольских тел вытекает солидная лужица крови. Соколич окунает туда руку, разбивая ледяную корку, и рисует на своей физиономии замысловатый рисунок. Кровь стынет, прилипает плохо, боевая раскраска получается размытой, не ровной.

  -Индеец, типичный индеец!

  Пантера смеется, жемчужные зубы сверкают.

  -Я соколиное перо.

  Марк гордо выпрямляется.

  -А может лучше соколиный глаз. Помниться был такой...

  Пантера оскалилась.

  -Продолжай, чего замолк.

  -Это был не плохой парень. Сегодня Соколич был "классен" в ударе.

  -Верно, был, но прошу не пей столько крови! Это как наркотик, привыкнешь, не оторвешься.

  Пантера чуть ли не насильно оттянула Соколича от очередного горла, раненый монгол судорожно отбивался. Соколич, однако, сопротивлялся.

  -В древности на Руси был обычай пить кровь своих врагов. Считалось, что таким образом они становятся кровными братья и их души уже не смогут причинить вреда.

  -Какая дикость!

  Волхв Дикорос подбежал к Марку.

  -Это был грубый языческий обычай. Сей в эпоху христианства, на употребление крови наложен строжайший запрет.

  Соколич показ язычок.

  -Так то для людей, а для вампиров другие заповеди. И мы, и белые витязи живут по иным не людским законам.

  -Законы божьи одни для всех!

  Дикорос с упоением перекрестился.

  -Вот тебя первого в ад! Участь чародеев в озере огненном, а про нас вампиров в Библии ничего не сказано.

  Савелий огрызнулся.

  -Там речь идет только о злых чародеях, а я служу светлой силе.

  -А там об этом не сказано, а иметься в виду...

  Пантера прервала дискуссию оплеухой, Марк полетел вверх тормашками.

  -Хватит, а то ножик в бок ввиду. Нам вместо пустой "брехологии" надо княжича Владимира выручать.

  Соколич вскочил, но под грозным взглядом Патеры сник, и лишь спрятав глаза, кивнул в знак согласия. Мульти-клоны отошли в сторону, они хотели посовещаться прямо в лесу, но Савелий Дикорос взмолился.

  -Очень холодно господа воеводы. После битвы, вспотев, да на таком морозе и окочуриться можно, давайте проследуем в избу.

  -Ну, ты и неженка, не мужик, а баба.

  Пантера загребла голой ножкой сугроб и брызнула снежной пылью на волхва.

  Тот лихорадочно отряхнулся.

  -Что холодно, в Аду согреешься.

  Леопардов вступился и помог отряхнуться русскому колдуну.

  -Ты такая злая хулиганка Пантера. Он же человек, запомни на худой конец, нас и создали, что бы мы служили людям. Уважай старика.

  Белые витязи зашли в просторную хату. Рослая девушка в белом поставила на стол самовар и подала пряников. Волхв ел с аппетитом и хлебая еще довольно экзотическое для древней Руси питие. Леопардов и Пантера слегка пригубили, и острые глаза напряжено всматривались в темень. Светать начнет не раньше чем через час.

  Пока воины подбирали трофеи и грузили их на возы, мульти-клоны приняли решение, переодевшись вновь идти в монгольский стан. Правда оставалась маленькая проблема, это многочисленные охранные животные, что расплодились благодаря магии шаманов.

  -Звери и есть звери, не чисть и есть нечисть. Как они могут нам почуять.

  Дикорос согнул косматую голову.

  -Я думаю, что по запаху.

  -Запах, но у нас нет потных желез, мы почти не пахнем.

  -Вот именно, а люди пахнут. Если бы вы пахли, то было бы гораздо проще.

  Леопардов и Пантера переглянулись.

  -А не проще ли перебраться по воздуху?

  Волхв отрицательно мотнул головой.

  -Погода нелетная, посмотри, какая пурга собирается.

  Личико Пантеры скривилось, тогда нам остается одно. Сделать то чему нас учили в разведшколе, с целью обмана собак.

  -Ты предлагаешь смазать монгольским жиром. Фу, какая мерзость.

  -А чего ты хочешь? Княжича выручать надо! Мы ведь дали клятву оберегать детей великого князя. И должны держать даденное слово.

  -Приходиться. Больше всего жертв - требует военное искусство.

  Вздохнула Патера.

  -Зато самая прочная слава - чей фундамент замешан на крови!

  -Пора поспешать, они могут замучить княжича до смерти.

  Когда мульти-клоны, покинули дом, преувеличенно громко при этом, хлопнув тяжелой дубовой дверью, Савелий Дикорос тяжело вздохнул. Затем, пошевелив губами, тихонько просвистел. Маленький светловолосый человечек выскользнул из-под лавки.

  -Угощайся, Кирюша. Можешь, есть спокойно.

  Домовенок отломил кусок булки, выбрав место, наиболее густо присыпанное маком, и обильно подсластил свою чашку медом.

  -Как дела, у тебя обстоят Кирюша. Что там лешие, домовые, русалки, гномы, колдуны и прочая местная нечисть. Что вы решили, чью сторону держать или...

  Домовой, проглотив бублик, молвил тоненьким голосом.

  -Большая часть нечисти считает, что не стоит нам влезать в человеческие разборки. Лучше держаться принципа - Моя хата с краю.

  Волхв почесал затылок и глубоко вздохнул. Иного он и не ожидал.

  -А ты сам как думаешь?

  -Не пройдет! В стороне не отсидимся. Будет большая схватка, не только между людьми. Монгольские шаманы выпустили орды демонов, мир изменился и ему не быть прежним. Приодеться драться и нам, иначе живота лишимся.

  -Так называемый бог Сульдэ очень силен, если наши древние боги не помогут - быть большой беде.

  -Это мы с тобой не спеша обмозгуем. Хорошо, что эти горлопаны ушли. Можно и детали обговорить.

  Дикорос пододвинул к домовенку, миску со сметаной. Тот окунул в нее пирог и смачно зажевал.

  -Самыми крутыми и страшными из всероссийских авторитетов потустороннего мира являются Кощей Бессмертный и царь гномов Вий. Объединившись, они вполне способны противостоять адскому богу разрушения Сульдэ. Но вся проблема в том, что они вместо этого выясняют отношения друг с другом. Не давно освободившись из оков вечности Кощей не может и не хочет простить обиду Вию! В потустороннем мире назревает большая война.

  Дикорос нахмурился, почесал лоб.

  -А как Барыга, он один из заместителей Вия.

  -Посланцы Сульдэ весьма активны, они в свое время едва не склонили Барыгу к союзу с богом темных сил. Затем он поссорился с Батыем, но гонцы Сульдэ продолжают активно работать на всех направлениях. Мешки с золотом носят славу и деньги сулят. Посланцы даже в Европу проникли, с местной нечистью шашни заводят.

  Дикорос сделал осторожный глоток, затянул в себя ароматную жидкость.

  -Политика проста и понятна, разделяй и властвуй. Русским упырикам обещают земли в Европе, европейцам в Киевской Руси. А своим магическим нукерам на всем земном шаре. Надо и нам объединится, и разослать посланников по всему свету.

  -Это легче провозгласить, чем сделать.

  Домовенок доел пирог. Затем продолжил.

  -Лешие, правда, вроде договорились выступить единым фронтом, но пока это только предварительная договоренность. Остальные выжидают, все хотят посмотреть смогут ли русские ратники, что ни будь противопоставить монголам. Пока не будет решительной победы, своими сила они так и останутся в болотах.

  -Все равно должны прилагать особые дипломатические усилия. То есть разъяснять и договариваться.

  Домовенок допил чай и откинулся.

  -Есть еще одна не очень хорошая новость. Монгольский бог Сульдэ хочет заключить договор с богиней зла Кали. А это уже серьезно.

  -Две злые силы в одном потоке. Все возможно, но как они разделят власть?

  Домовенок хихикнул.

  -Никак, сначала завоюют весь мир, затем начнут, грызшись между собой. Зло не может принадлежать двоим должен остаться только один!

  Дикорос склонил голову и зашептал на ухо Кирюше.

  -Есть у меня одна мысль как из всех перессорить.

  -Как?!

  -Это не на дому разговор, да и надо обдумать кое какие детали.

  

  . ГЛАВА Љ 22

  Монгольское войско, проскакав двадцать верст, остановилось на привал. Кони отощали, для столь огромной армии было все труднее добывать пропитание и фураж. Опасаясь постоянных жалящих ударов Белой армии и партизан ордынцы старались держаться покучнее, что создавало дополнительные проблемы со снабжением. Впрочем, все это забота Субудая и Бату-хана. А пока княжича Владимира вновь подвергали истязаниям. Хан Орду развалился, на привезенном из Китая большущем из дорогого сандалового диване. Прямо на снег положили ковры, из древесных ветвей зажгли многочисленные факела. Нукеры соорудили высоченную дыбу. Он явно ловил кайф, глядя на то, как искусные палачи выворачивали суставы и растягивали связки. Вывернутые в неестественное положение плечевые суставы заныли, лопатки болезненно сомкнулись над позвоночником. Владимир висел в глупой и неудобной позе, перебирая в воздухе голыми ногами, а его подымали все выше и выше, едва ли не к верхушке ели. От сюда, можно было осмотреть значительную часть лагеря. Видны юрты, роскошные шатры, а многие нукеры просто скрутились калачиком возле костров. Слыхались пьяные песни, нализавшись крепленым кумысом, монголы прыгали и плясали. Истязатель внезапно отпустил веревку, Владимир вздрогнул, глядя на быстро приближающийся сугроб. "Может, расшибусь, и не будет этого ужаса". Шелковая веревка превратилась в туго натянутую струну. Рывок остановил тело в сажени от земли, оборвав дыхание, выдернув руки из суставов кистями вверх. Бедный юноша, словно сонная рыба хлопал беззвучным ртом, не зная, будет ли он дышать. Боль была такая словно, руки оторвали живьем, а раны присыла смесью соленого кипятка и спирта.

  -Ты не много полегче палач. Он должен чувствовать свое тело и кричать.

  Когда в легкие ворвался воздух, дикий вопль стал с невыносимой силой вырваться из груди. Как княжич погасил крик одному Богу ведомо, но как он не крепился, ему не удавалось сдержать стоны. Ноги слегка вывернули и закрепили в колодках, дыбу раскачивали и дергали, кости хрустели, бедный мальчик подвывал, кусая до крови губы. О чем думал Владимир, ему всего лишь пятнадцать лет и он еще не познал, как следует жизни. И вот ему в лицо знойно дышит, смрадным дыханием костлявая смерть. Главный истязатель одноглаз, высок и толст, сильно смахивает на Субудай-Багатура. Он очень умело растягивает пытку, следя за тем, чтобы жертва не потеряла сознания.

  Орду-хан смеется, его рыхлая морда излучает высочайшее наслаждение.

  -Мальчик совсем замерз, кожа стала синей, пожарь его.

  Палач скалится щербатым ртом, тройной подбородок трясет от жира.

  Достав еловую ветвь, он зажигает ее от факела, подносит к выступающим дико вывернутым ребрам княжича.

  -Сейчас он станет румяным как хорошо прожаренный поросенок.

  Княжич кричит и дергается, бока покрываются корочкой и впрямь становятся пунцового цвета. Палач отламывает другую ветвь, но хан Орду с трудом встает и вырывает из рук палача.

  -Я сам, дай я сам подрумяню его.

  Орду берет двойную густую ветвь. Палач все же предупреждает "коллегу" или можно сказать царственного ученика.

  -Будь осторожен, от боевого напряжения он способен, надолго отключится.

  -Не бойся Карало! Я его буду жарить с любовь. Смотри, какие у него ножки, безволосые и мускулистые как у женщины батырки или кремневого жеребца.

  Орду-хан протянул руки к посиневшим босым ногам и попытался пощекотать голую стопу, Владимир дернулся, однако искусно приделанные к ногам колодки держали крепко.

  -Какой ты бледный и холодный - сейчас мы тебя поджарим.

  Княжич плюнул, но на сей раз, промахнулся.

  -Не смей касаться содомит.

  Еле слышно прошептал он сиреневыми полу застывшими на морозе губами. Орду хан довольно отрыгнулся и протянул горящую ветвь к голым ногам княжича. Юноша заскрежетал зубами, легкие судорожно раздувались, горло дергалось не в силах сдержать крики. Орду ласково водил огоньком по ногам, пламя лизало чувствительные пятки, лодыжки, затем подымалось к бедрам. Брату джихангира было интересно смотреть за тем, как надувались и лопались на коже волдыри, наблюдать, как сгорают и без того едва заметные светлые волосики. А запах паленого мяса, ужасающе приятно щекочет ноздри. Орду кусает зубами прожаренную кожу. От болевого шока княжич теряет сознание. Пока его приводят в чувство, хан Орду истошно кричит.

  -Шашлык мне! И красного заморского вина. Давно я не испытывал такого блаженства.

  Выпив вина, и закусив свиным шашлыком, Орду продолжил истязание. Пленника уже привели в себя, а палач дал ему понюхать красного перца. После такой стимуляции слезы и без пыток льются из глаз, страшный кашель сотрясает тело.

  -Посыпь этим перцем и его раны! Пускай погромче по орет.

  Палач кивает головой.

  -Порося не плохо поперчить.

  Кат грубыми движениями смазывает его ссадины и ожоги. Крик несчастного юноши, закладывал уши, Орду хохотал и радовался.

  -Люблю такую музыку, мне нравится, когда ягнята ревут, от резки.

  Княжич вновь потерял сознание. Опытный истязатель вылил ведро ледяной воды, юноша не реагировал, тогда он тщательно прощупал пульс.

  -У него хорошее здоровое сердце. Он еще может выдерживать наши пытки. И все-таки я бы предложил на сегодня прекратить истязания и дать отдохнуть невольнику.

  Орду отрицательно махнул головой.

  -Нет! Я еще только начал заводится. Пытка будет продолжена.

  Княжич с трудом разлепил свинцовые веки.

  -Ну, вот он очнулся! Давай теперь щипцы.

  Палач подал здоровенные клещи, Орду до красна, раскалил их на костре, затем поднес к ребрам.

  -Начну с самого маленького.

  Клещи медленно повернулись, кожа зашипела и хрустнула, ребрышко треснуло.

  -Зачем ты так, он же быстро сдохнет.

  Проорав, от отчаянного вопля, шарахнулись лошади, княжич вновь потерял сознание.

  -Он же может истечь кровью.

  Палач принялся обтирать бесчувственное тело крепленым почти до уровня спирта кумысом.

  -Ты смотри, что бы не сразу сдох. Я на нем не все виды пыток опробовал. Ах, какие слабые урусы. От одного сломанного ребрышка в обморок падают! Баурши, я ужасно голоден. Ужин готов?!

  -Готов!

  -Тогда я пожру! За затем...

  Страшный удар в пах, разбивающий достоинство в всмятку оборвал тираду Орду-хана. Палач вылупил глаза, он не ожидал такого от обычно покорного баурши. В этот момент и его голова слетела с шеи. Пролетев полукруг, она приземлилась на ель.

  Патера оглянулась. Воины, стоящие в карауле замерли, слегка пошатываясь от ветра, мульти-клоны парализовали их, проведя пальцами по нервным центрам.

  Княжича тут же завернули в ковер. Леопардов оглянулся, тяжелая туша хана Орду тяжело хрипела.

  -Может, прикончим эту педерастическую монгольскую мразь?

  -Не стоит! Лео, ты его кастрировал, теперь он и так полутруп. Пускай существует и страдает. Мульти-клоны подхватили завернутого в ковер княжича, и положили на повозку.

  -Ты знаешь, можно было и раньше освободить Владимира, не давая монголам довести его до такого состояния.

  -Можно было, но не все в нашем мире удается, осуществить как задумано.

  Казалось, используя золотые пайцзы, покинуть лагерь, раз плюнуть, но монголы усилили караулы. Что бы прорваться Леопардов убил одного из темников и, переодевшись в его одежду, вывел повозку из лагеря. После чего мульти-клоны спешились, бегом рванули, в направлении града Владимира.

  По пути Пантера прервала свой бег.

  -Княжич не дышит!

  Она развернула ковер, обезображенное тело, не подвижно покоилась в пышном убранстве.

  -Можешь, отвернешься Лео! Ты сам знаешь что я начну сейчас делать!

  -Могу и отвернуться, даже закрою уши.

  Пантера поцеловала княжича в холодный лоб.

  -Ты знаешь, можешь не отворачивать, твой взгляд меня согревает.

  Взобравшись на княжича, мульти-клонавая амазонка с яростью тигрица принялась тереть тело княжича. Такой массаж и мертвого подымет. А когда тот открыл глаза и сделал вздох, Пантера основательно присосалась к нему.

  -Теперь ты мой! Займемся любовью.

  -А может быть сексом! Я всегда мечтал об этом!

  -Именно им! Иначе ты умрешь! Или умру я!

  Навалившись, мульти-клонавая пантера принялась ласкать тело княжича.

  А затем сплелась с ним в диком экстазе. Пантера в тот момент и любила его и исполняла роль медсестры. Уже давно подмечено, что у тех, кто занимался любовью с мульти-клонами, очень быстро заживали раны, и возрастала сила. Им было хорошо, особенно княжичу, Пантере, чтобы не разорвать его приходилось сдерживать свой темперамент. Но все равно она тоже балдела, кайфуя, плывя по волнам блаженства.

  В этот самый момент ядовитый голос прервал их идиллию.

  -Что соколики. Далеко собрались.

  Перед ними возник князь Глеб. Его глазища светили багряно-красным светом. Князь-предатель теребил в руках талисман.

  -Опять ты явился, не запылился. Что будем драться?

  Взгляд князя Глеба потускнел.

  -Я предлагаю вам мир.

  -Вот, как и от чьего имени.

  Глеб скривил рожу. Его изображение внезапно расплылось, и перед ними возник не большой гномик. На нем была розовенькая шапочка, зеленые ботиночки и беленькая бородка. Румяное лицо казалось ликом младенца, со, словно насмешку приклеенной бородой.

  -Это мы предлагаем вам мир.

  -А мы с гномами и не воюем! Особенно если они не докучают глупыми розыгрышами.

  Огрызнулась Пантера, хищно высунув язычок.

  Гномик хихикнул.

  -Мир, это не только отсутствие войны. Это еще что-то побольше, например дружба.

  Леопардов сделал шаг на встречу.

  -Мы всегда готовы дружить с теми, кто вместе с нами будет преданно служить русскому народу.

  Гномик подмигнул.

  -Служить я рад, прислуживаться тошно. Речь может идти только о равноправном союзе.

  Пантера толкнула Леопардова в локоть.

  -Мы готовы к любому союзу против кровавых захватчиков, опустошающих нашу землю.

  -Вы можете выставить армию?

  Леопардов сделал пружинистый шаг на встречу.

  Гномик не шелохнулся, его звонкий почти детский голос ответствовал.

  -Мы можем помочь вам гораздо большей степени. Мы гномы издавна славимся как оружейники и большие искусники в ювелирном деле. Следовательно, мы можем помочь вам воссоздать прекрасные виды новейшего оружия.

  -А заодно и овладеть секретами.

  Пантера вновь оскалилась, ее крупные зубы сверкали, как ледяные сосульки на солнце. Гномик сохранял безмятежное выражение лица.

  -Мы можем производить лишь отдельные элементы, части цикла, а все вместе останется вашей тайной.

  -Мы хорошенько подумаем над этим. Вот то же самое холодное оружие, его вы вполне можете производить.

  Гномик кивнул.

  -Мы, как и вы не хотим смены людского населения на данной заселенной русскими территории. Кроме того, все бояться диктаторских замашек монгольского бога Сульдэ.

  -Справедливые опасения! А как договор с вами будем подписывать, кровью?

  -Необязательно. Достаточно простого рукопожатия.

  -Что же грядет эпоха новых боев и кровавых битв. Мы готовы к союзу с вами, но для начала нам надо перенести этого ребенка в теплое место.

  -Нет проблем.

  Гномик выкинул прозрачную плащаницу и обмотал княжича.

  -Да мне вовсе не холодно. Я здоров и полон сил, готов с врагом Русь святую биться. Великий ратный подвиг совершить.

  -Видишь, как я его вылечила. Зря меня назвали Пантерой, надо было наречь Венерой!

  Леопардов не удержался от колкости.

  -Венера от слова венерический.

  -Не остроумно Леопардов. Прими лучше гнома себе на плечо. Мы побежим в град Владимир, а детали обсудим по дороге.

  Прихватив гномика, мульти-клоны рванули по направлению к стольному граду.

  

  В граде Владимире продолжали готовиться к обороне. Оставленный за главного - тысячник Олежный, продолжал форсированно обучать обороне воинов белого легиона. На защиту города были собраны практически все люди, способные держать в руках оружие. Даже дитятки и, пожалуй, особенно рьяно малолетние ратники усиленно готовились к отражению будущих атак и штурмов. Лишь немногие боярские и купеческие дети продолжали учебу.

  В небольшой каменной пристройке при Соборной церкви собирались богато одетые мальчишки. В сенях они отряхивали и веником обметали сапожки. Входили в терем, аккуратно вешали шубейки, расчесывали серебряными гребнями волосы. Выходя на середину светлицы, медленно и чинно крестились, таращась глазенками на икону с горящей лампадкой. Чинный учитель в просторной черной рясе важно сидел на дубовом резном кресле, на груди сверкал внушительный серебряный в камушках крестик. Ученики вежливо здоровались.

  -Да будешь ты, славен несущий нам свет учения, Кирилл Виссарионович.

  Учитель, крупный чернобородый с большим острым носом, буравил ребят взглядом. Его раскатистый бас заполнял собой все помещение.

  -Живо расселись по места! Сегодня для вас я приготовил новую книгу.

  Мальчиков было пятнадцать, они легко расселись за длинным слегка изогнутым столом из черного дерева. На столе уже лежали рукописные книги из искусно сшитых пергаментных листов. Часть книг была изрядно протерта и засалена, пергамент стоил дорого, и по одной книге могло учиться не одно поколение.

  В центре стола находилась самая главная книга Библия в золотом переплете и обрамленная жемчугами и рубинами. На первой странице сверкал алмазный восьмигранный православный крест, пламя от множества свечей отражалось в драгоценных камнях, интригуя и зачаровывая одновременно.

  -Молитесь!

  Прогремел учитель, обнажив начавшую седеть косматую голову. Мальчики молились в слух, рьяно налагали на себя крестное знамение.

  -А теперь сядьте!

  Учитель поднял большую, но на вид довольно тонкую книгу.

  -Вот эту книжицу, написала для вас Азазель Пантера. По ней вы будете учиться ратному мастерству.

  Кирилл раскрыв книгу, на первой странице был изображен воин с мечом.

  На второй яростно сшибались два всадника, их лица были расцарапаны, капала кровь. Ребята обрадовано зашумели. Учитель нахмурился. В дверь легонько постучали.

  -Семен, открой дверь.

  В учебный зал влетела Прокуда. Она была в белой кофте, молочных штанах и сапожках, типичной зимней униформе для белой армии. Ее лицо светилось от счастья.

  -Радостная новость. Мой брат княжич Владимир освобожден доблестными белыми витязями из плена.

  Ученики вскочили, радостно приветствуя, славную новость. Учитель строго стукнул по столу. Прокуда запоздало поклонилась в пояс учителю.

  -Извини, что не сказала приветствия. Новость больно радостная уважаемый Кирилл Виссарионович.

  -Садись на место прогульщица, давно уже позабыла свет знаний. Так и умрешь темной девой!

  -Я училась у белых витязей колоть, рубить, стрелять, бить руками, ногами головой, косой...

  -Хватит!

  Кирилл сжал кулак.

  -Каждому делу свое время, а пока произнесу вам особое поучительное слово. Ей вы за столом, Булатко смотри на меня, Наделка кончай толкать Малагу. И все глядите мне в глаза.

  На всякий случай, прокашляв, учитель продолжил.

  -Я архиерей Кирилл, мое дело писать книги и учить таких малых детей как вы, и не очень малых. - Кирилл грозным оком зыркнул на довольно рослую Прокуду.

  -Грамотной мудрости. Вы уже изучили все буквицы, и правила сложения, я уже хотел учить вас псалтырю, часовщику и прочим божественным знаниям. Что бы привести вас по Христу. А ты Прокуда ходишь в мужской одежде, машешь саблей как бешеный муглан. Куда это годиться.

  Ребята внимательно слушали, одна Прокуда осмелилась прервать.

  -А разве наш всемогущий Боже Иисус Христос не сказал!

  - Кто обнажит меч тот от меча и погибнет! А апостол Павел в послании к Римлянам, что имел в виду, говоря - Начальствующий не даром носит меч свой, он защитник тебе от преступников и гонителей. Защищать Родину это святой христианский долг и этому учит святая Православная церковь.

  Учитель с трудом сдерживал гнев.

  -Библия говорит также - Жене учить не дозволяю. Женщина в церкви да молчит, Жена да убоится мужа! Не женское это дело, саблей махать.

  -А разве Пантера не женщина и разве ее не благословлял на ратные подвиги сам епископ Митрофан. Как впрочем, и всю Белую армию, а там почти на треть девчонок.

  Учитель запнулся, крыть ему было не чем. Но всегда есть возможность достойно отступить.

  -Пантера посланник Бога и тебе не понять своим греховным разумом промысла Божьего. И не том идет речь, и в мыслях не было сказать такое, что мы не должны учиться ратному делу. Но ведь воины должны не только рубиться и махать мечом. У него должна быть и голова светлой и ясной как солнце. Вот послушай историю нашу. Эту школа нареченная греко-русской была основа еще великим киевским князем Ярославом Мудрым, он был доблестным мужем и сильным государем.

  Держал при себе многих ученых мужей, любил книги и сам их писал. Одних греческих книг у него было более двух с лишним тысяч. Часть он сам купил, часть он получил в дар от цареградского патриарха...

  Учитель закрыл лицо руками, склонился к столу и замолчал.

  Прокуда осмелилась перебить паузу.

  -А часть греческих книг, князь Олег взял в качестве выкупа из покоренного Царьграда. Вот эта в драгоценных каменьях Библия была взята именно с того знаменитого похода.

  Ребята испуганно подталкивали друг друга локтями, и спрашивал друг друга на ухо. "Сейчас он ее выпорет, прикажет всыпать дьяку, или солдату".

  Кирилл Виссарионович отнял руки, в его взгляде не было злости, а читалась не выносимая скорбь.

  -Да были славные времена, когда русские корабли бороздили моря. Когда целые царства Бухарские, Хазарские, Половецкие ложились под нашими ударами. Сейчас время пришло тяжкое, бремя не выносимое. На славный город наш Владимир, где светиться как луна в темной ночи наша школа, надвигаются черные тучи, они исходят грозой, молнией, огневой серой обращая все в угли и пепел. И эта школа, и эта драгоценная вивлиофика - собрание сочинений - что все это значит для народа зверского и дикого? Схватит муглан эти драгоценные книги - памятник веков минувших, обдерет обложку и бросит в костер, что бы поджарить лошадиную ногу.

  На последних словах пара ребят не выдержав, хихикнула.

  Учитель взорвался.

  -Это разве смешно. Всыпать им розгами!

  Прокуда вмешалась.

  -Прости детей неразумных Кирилл, это у них нервное.

  Прокуда вставила ученое слово, подслушанное у мульти-клонов.

  -Господь велел прощать.

  Учитель вздохнул, обвел зал почерневшим взором.

  -Сегодня это последний урок. Отныне ваше место, как место прочих белых ратников на стенах города, вы будете читать только эту книгу.

  Кирилл предал мальчишкам напечатанную на первой в древней Руси бумаге книгу. Крупными печатными буквами на ней было написано.

  "Искусство - Побеждать!".

  -Тебе Прокуда вменяется давать им поручения, помогать отцам и братьям - подносить воду, хлеб, подбирать стрелы.

  -Надо мной главный начальник Пантера, ей и решать.

  -Мы хотим драться! Пускай нам дадут пистолеты!

  Прокуда расправила плечи, откинув заплетенную косу.

  -Все будет! Белые витязи капитально подготовили наш град к обороне.

  Учитель вздохнул.

  -Тогда последняя к вам моя просьба. Штурм будет жестокий, и не исключено что безбрежные орды мугланов ворвутся в школу и сожгут ее вместе с церковью.

  -Никогда этого не будет! Крикнула Прокуда.

  -Не перебивай дитя не разумное. Береженого Бог бережет. Снесем книги этой вивлиофики в подклеть, сложим в ларцы и закроем камнями. Кто из вас выживет, то вспомнит после ухода мугланов об этом подвале, вынесет книги на свет божий. И ваши дети, и правнуки будут по ним учиться. Наш святой долг, увековечить солнце знаний сокрытое в свитках. Аминь!

  Ребята спешно принялись за работу, иные книги весили как ратные доспехи.

  Пока они бегали, в терем заглянула Пантера.

  -А вот ты где! А я уже с ног сбилась. Быстренько следуй за мной, прибыло пополнение надо спешно обучать. А вы мальчики чего носитесь?

  -Мы прячем книги в тайный подвал.

  Пантера одобрительно кивнула

  -Это правильно! Хотя наши планы не предусматривают сдачи Владимира, но надо быть готовыми ко всему.

  Словно вызванный последними словами в воздухе возник гориллоподобный демон. Его появление вызвало подобие шока. На голове у монстра сверкали девять ветвистых рогов. Рогатая горилла пролепетала.

  Нету силы на грешной земле

  Ты напрасно шалишь глупый клон!

  Попирая небесный монголов закон

  Обратит тебя в пепел Сульдэ!

  Пантера рубанула мечом и легендарный кладенец Алеши Поповича завис в защите.

  -Опять предохранение черт рогатый, управы на тебя нет презерватив щербатый!

  Пантера в ярости полоснула демона мечами. Только искры посыпались каскадом, демон засмеялся.

  Слабенький меч хочет меня рассечь.

  Я же тебе в бездну отмерил путь!

  Думай о том, как твою жизнь сберечь

  Если помрешь, в Ад попадешь - жуть!

  Демон ударил страшными молниями, они исходили из рук как искрящийся водопад. Пантера отбила все выпады, но мечи раскалились, а одни из них простой не легендарный потек. Пантера подпрыгнула, пытаясь уйти от адского пламени. Демон продолжал всаживать смертельные заряды, двое мальчишек не успело увернуться, по ним прошло летальное излучение. Бедные дети, задергавшись, как приклеенные мухи. Им не пришлось долго мучаться, они тут же испепелилась, на их месте остались скелетики. Рогатый киллер не отступал, его лучи смерти, вновь достали Пантеру, остатки кимоно обуглились, и она оказалось совершенно голой. Что бы спастись мульти-клоновая Амазонка пришла в движение, однако это мало помогало, молнии были самонаводящимися, а те, что летели мимо, навылет пробивали каменные стены массивного теремка и могли легко прожечь громадные рваные дыры даже в массивных церковных сводах. Следующий удар чудовища, оказался почти смертельным, огонь зацепил ребра Пантеры и, оголил кости. Прокуда сама обожженная и полунагая ее также зацепил все испепеляющий жар, охнула и разревелась. Демон стал в боевую позу, Белая амазонка зависла в воздухе. Раскрыл пасть, рогатая горилла принялась нескладно декларировать.

  Колючей проволокой опутан небосвод

  Жизнь замерла в пожарах вся страна

  Эпоха страшная для русских настает

  Русь отдаю тебе - правь сатана!

  По Пантере ударили огненные шары, ее фигурку словно просветило насквозь

  рентгеном, сделав на мгновение полупрозрачной. В этот момент что-то тяжелое обрушилось на демона. Пантера с трудом, глаза глючили рассмотрела, полуголая, в одном сапоге, второй испарился, Прокуда лупила демона огромной в золотом переплете Библией. Демон ежился под ударами, его рога оплыли. Особенно чувствительно ему доставалось от прикосновения алмазного креста. Он отчаянно пытался вырваться, но кривые ноги словно приросли к полу, а четыре когтистые руки горели фиолетовым пламенем. Рогатая горилла дымилась и извивалась, но ничего не могла поделать, а вошедшая в раж Прокуда била все сильнее.

  -Молодец девочка! Ты наша!

  Прокричала полусожженная Пантера.

  -Господи прости ей не вольное прегрешение! И дай нам силы победить нечистого.

  Пролепетал архиерей Кирилл. Демон съежился, он таял буквально на глазах, а на последнем особенно сильном ударе негромко взорвался бомбой, испарившись, лишь несколько красных кипящих пятен напоминали об его существовании.

  Пантера упала вниз. С трудом поднялась, неуютно себя ощущать оголенной, да еще с торчащими обугленными ребрами.

  -Я ужасно выгляжу?

  Кирилл едва не упал в обморок, мальчишки оказались смелее.

  -Ты великолепна Пантера! Ты доблестно сражалась и завалила демона.

  Пантера скромно опустила спаленные ресницы, красное от ожогов лицо осветила улыбка.

  -Вообще то, победила демона Прокуда, я лишь всего отвлекала огонь на себя.

  Прокуда скромно возразила.

  -Если бы не ты он бы сжег меня, а вообще здесь основополагающая не моя заслуга. Главный герой князь Олег, что привез из Царьграда эту чудесную Библию.

  Кирилл Виссарионович энергично возражал, его черная борода развевалась по ветру.

  -Главное это сила и мудрость Божья. Господу было угодно вмешаться и положить конец бесовской силе. Если мы будет верны, и молить может и минует нас горькая чаша поражения и неволи. А если суждено нам погибнуть, все умрем как один с именем Иисуса Христа на устах.

  Аминь!

  Дружно произнесли ученики.

  Пантера, совершив легкий прыжок, замерла в грациозной позе, прижав руки к груди.

  -Всевышнему Господу молитесь, но помните - мечами махать придется самим.

  -Ибо кто с мечом на нашу землю придет - тот в земле и останется.

  Леопардов выпрыгнул, не смотря на предельную скорость пробежки, он явно опоздал.

  Снежная Амазонка подняла остатки почти полностью расплавленного меча.

  -Дух должен быть прочнее стали. Так говорил товарищ Сталин!

  Леопардов подхватил.

  -А разум светом поколений! Так говорил товарищ Ленин!

  . ГЛАВА Љ 23

  Леопардов вместе с отборными бойцами залег в засаде, их белая одежда сливалась с жемчужным бархатом снега. Где-то между стволами проклевывались тоненькие веточки ивовых ростков, но на фоне древних многолетних деревьев они почти совершенно не различались. За зимний лесной покой навалилась сонная спокойная тишина. Однако там, под толстым почти метровым слоем бескрайнего молочного покрывала продолжалась жизнь. Тихо попискивали мыши, подкрепляя силы в своих подземных кладовых и иногда выбираясь на прогулку в проложенном в белом невесомом покрывале ходами. Там же следом за ними рыскали игривые горностаи. Пряча свою пушистую, белую в буром шубку, от жадных глаз волков или двуногих охотников - самых опасных и коварных хищников.

  Хотя монголов и долго ждали, их появление перед градом было почти внезапным. Передовые тысячи мчались всю ночь и на рассвете оказались у стен. Однако Белый легион и другие отряды, устроившие засаду, нанесли монголам очередное серьезное поражение. После обстрела ядовитыми иглами из улучшенных моделей пистонных пистолетов, белые воины устремились в атаку. Леопардов и уже пришедшая в себя Пантера рубились отчаянно, особенно лютовала снежная Амазонка. Еще бы ее серьезно подпалил проклятый девятирогий демон, и теперь восстановившись, она жаждала крови! Тысячи нукеров полегли в лесной чаще и лишь к вечеру, когда прибыли основные силы почти полумиллионной армии, град Владимир оказался отрезанным от остального мира. Крупные силы мугланов, подходили к городу медленно, обильно осыпая стены стрелами, пожалуй, даже трусливо. В чаще их ждало не мало ловушек, особенно чувствительные потери были от мин растяжек с ядовитой начинкой. Во многих полях и лесах торчали заостренные колья, серпы, колючая проволока, выбивающая всадников и калечащая лошадей. Тем не менее мугланы не считаясь с потерями заполонили все окрестные поля. Армия напоминала примитивного динозавра настолько огрубевшего, с тупым мозгом и задубевшей кожей, что он уже не замечает громадных потерь, ударов кинжалами, вонзающими в кожу, а просто прет на рожон, увлекаемый голодным инстинктом. Ночью задымили костры, многочисленные обозы сгрудились возле юрт. Надравшись, монголы демонстративно подъезжали к высоченным обледенелым стенам, демонстрируя свое бесстрашие. Однако самые опытные воины озабоченно кивали, глядя на громадные Владимирские стены.

  -Да они вдвое выше рязанских, если мы под Рязанью положили столько джигитов, то, что ждет нас здесь?

  Стаи одичавших всадников на крепких нечесаных конях с факелами в руках проносились под стенами Владимира, меткие лучники из числа воинов Белого легиона тщательно брали на прицел добычу. Марк Соколич заложив в арбалет сразу три стрелы выцеливал свои жертвы. Все чувства юного вампира были обострены, он видел каждое движение, чувствовал запах горячих коней, скрипение жестких седел. Полет стрелы ощущается замедленно, кажется что стрелы - это поплавки, от удочки, плывущие по речке, на столько отчетливо видно не смотря на дремучую ночь их, казалось неспешное движение.

  Ночь выглядит такой дивной, не смотря на темноту, он как мульти-клоны видит малейшие детали, там, где нормальному человеку видна лишь чернота, вампир ощущает переливистую дивную игру красок. Ведь свет как ему кажется, умеет и вкус и запах. Вампир, говоря по научному, видит и в инфракрасном и ультрафиолетовом диапазоне. Мульти-клоны тоже видят в иных не доступных простым людям частях спектра и стреляют без промаха. В частности Леопардов решил опробовать новое орудие трубку с ядовитой свинцовой или стеклянной дробью. В качестве яда используются мутированные бациллы что-то вроде Ботулизма, но более сильной комбинации. Яд можно получить и в примитивных условиях, как и бинарное, химическое, отдельные виды бактериологического оружия. Сама трубка, что-то вроде пищали с откидной казенной частью и ленточной для доставки заряда. В качестве детонатора используются пистоны, они проще капсулы, но мало уступают ему в боевой эффективности. Большинство белых легионеров уже побывало в стычках, кто-то еще не успел, а также многие простые ратники и жители с любопытством рассматривали "мугланов". Впрочем самих коренных монголов меньшинство, в основном на конях уже давно знакомые представители степных народов. Те же половцы, печенеги, кипчаки, калмыки, ногайцы в будущем их назовут общим словом татары. А сейчас их называют "мугланами". Если кипчаки во многом похожи лицом и сложением на урусов, только среди русских больше светловолосых, а среди кипчаков в основном брюнеты. Оба народа уже настолько перемешаны вследствие войн и набегов что кочует не мало и светлых половцев с печенегами. А вот сами монголы совсем другие, лица злые, желтые, глаза раскосые, словно прорезанные бритвой, крючковые носы, не понятная странная речь и дикие возгласы. Неприятные люди, невиданный народ со странными обычаями и ужасающей жестокостью. Слухи об их варварстве заполнили весь белый свет, их с трепетом передают на стенах. Но русские воины не робеют, наоборот их мужество только крепнет, так как поражение равносильно страшной погибели для их самых близких и родных людей. Главный поставленный князем воевода и двое молодых князей Всеволод и Мстислав под прикрытием почетной стражи, находились на крепостной стене возле Золотых ворот. Княжич Владимир после чудесного спасения из плена, старался держаться поближе к Азазель Пантере. Снежная амазонка стала настоящим талисманом, в ее присутствии воины преображались, и были готовы к любым испытаниям. На Золотые ворота поднялась и княгиня Агафья, последний раз окинула взглядом безбрежное море огней, вид многочисленной монгольской рати внушал страх. Было уже темно уставшие нукеры, уже не пойдут на штурм значит и защитникам нужно лечь и крепко уснуть, что бы на следующий день отбить первый яростный штурм.

  -Что же пускай солдаты отдохнут, ну а мы пока может, пожарим монголам пятки.

  Задорно подмигнула Пантера. Леопардов попробовал отшутиться.

  -Глядя на твои блестящие ножки мне хочется сделать тоже самое.

  -Я, глядя на твои рожки, охотно пригладить немножко!

  -Ладно, хватит дурацких шуток. Чародейка Задан, рассылает стервятников и грызунов, следовательно, есть смыслы повторить план атаки с бинарным оружием.

  -В лаборатории в секретном граде, мне удалось получить новый более сильный токсин, правда он убивает не сразу, а спустя пару часов. Причем этот яд не имеет аналогов не только в этом, но и в современном мире.

  -Ты имеешь виду опыты по мутации бескислородной среде бактерий, когда Ботулизм, скрещивают с оспой и вываривают в аммиаке.

  -Что-то вроде этого. Аммиак можно из нефти делась, ты знаешь, было бы время, мы бы создали такую армию, что любая война приобрела бы односторонний характер.

  Леопардов оскалил улыбку.

  -А ударим как, ракетами или мини-самолетами.

  -Ударим бесшумно, зачем нам спецэффекты, смерть особенно страшна, когда поражает не заметно.

  -Тогда с Богом!

  Самое страшное во времена средневековья оружие было пущено в ход.

  Патера и Леопардов поднялись, на высокую прозванную Сосновской башню. Оттуда они лицезрели монгольский лагерь. Там где погуще костры, там, разумеется, находятся наиболее плотные скопления монголов. Вот туда и следует нанести удар.

  Леопардов с любовь потрогал подобие миниатюрного четырех моторного самолета.

  Это хоть и не большая, но быстрая машинка, поршневые двигатели просты. Надо отдать должное русским умельцам смогли все-таки воссоздать ту схему, что предложили мульти-клоны. Видимо не далеко то время когда у них будет реальная могучая авиация. На черном небе выкрашенные в серое самолеты практически не видны. Они проскользнут как хищные волки по снегу, сбросят смертельный груз и уйдут назад.

  Мульти-клоны напряжено всматриваться, их сверхострые зрение различает движение воздушных терминаторов. Вот они на мгновение зависают над лоснящимся огоньком костра, затем сбрасывают смертельный груз.

  -Бомбардировка! Ковровое бомбометание!

  Пантера рассмеялась. Огни вздрогнули. Казалось, что ничего не изменилось, ни криков, ни грохота, все прошло спокойно.

  -Тихая смерть! Наши ястребы возвращаются.

  Самолетики и впрямь возвращались, рассекая черноту, они почти с миллиметровой точностью вернулись к башне.

  -Хорошо, что мы не люди. У людей так точно не получается.

  И с ловкостью подхватила прыгающие машинки. Их была ровно дюжина, больше и требовалось каждый заряд это примерно пара тысяч трупов.

  -Это хорошо, что смерть отстроченная, мугланы примут это за магию и их боевой дух упадет.

  Утреннее пробуждение для монголов было кошмарным. Многие нукеры умерли во сне, другие проснувшись посинели изрядно помучившись. Для некоторых доза не была смертельной, и они мучительно корчились в спазмах их рвало и они уже были не способны на штурм. Многочисленные шаманы били в бубны, стараясь излечить пораженных воинов. Тут же была принесена щедрая жертва великому богу войны Сульдэ. Девяносто девять черных быков были забиты разом.

  Личный стан Батый располагался на бугре напротив Золотых ворон, громадный раскрашенный под цвет крови шатер обрамляли белые юрты. Бату-хан вызвал к себе шаманку Задан и князя Глеба.

  -Опять темная магия урусов, посетила, выкосив костяной косой наши ряды.

  Половина моей охраной тысячи полегла от неизвестной болезни.

  Керинкей-Задан ухмыльнулась.

  -Страшное зловоние распространяют белые мангусы. Мои верные летучие мыши, птицы и грызуны не приучены различать страшную механическую магию этих демонов.

  -И что мои войска по-прежнему будут нести громадные потери.

  Заревел быком Батый.

  -Нет, мой повелитель! В этом граде, как и обещали тебе онгононы, мы одержим решающую победу.

  Бату-хан достал кривую в камушках саблю и рубанул по спинке резного стула.

  -Мне надоело кормиться пустыми обещаниями. Я хочу решительной победы.

  Керинкей-Задан тряхнула высоким колпаком.

  -Для того, что бы скопить не обходимые магические силы требуется время, о великий.

  Джихангир скривился, но в разговор вмешался доселе молчавший Субудай.

  -Она права, не стоит ее торопить. У урусов тоже очень сильная магия, вот послали против них демона Затарома. И что словно сгинул. Надо бить наверняка, не расходуя попусту волшебные силы. Тем более что наш лазутчик в уруском лагере скоро активизируется, и тогда мы сможем окончательно растоптать противника.

  Батый в гневе рубанул по ковру и успокоился.

  -Я вижу, что могу рассчитывать только на свой острый меч. Повелеваю! Начать приступ.

  Субудай вновь проявил не согласие.

  -А может, предложим им мир! Пообещаем в три короба, ведь у нас и в окружение князя Георгия есть свои люди. Надо смутить Урусов, посеять в них сомнение и недоверие.

  -Ты прав. Как говорил мой дед Чингиз-хан - "Разделяй и властвуй!"

  Субудай кивнул.

  К Золотым воротам подлетел гонец и кинул кусок пергамента. Леопардов подобрал его, на нем арабскими буквами было написано - "Предлагаем переговоры".

  -Не понимаю, на что рассчитывают монголы! Максимум наших уступок это - мы не будем убивать их, если они добровольно покинут наши земли.

  -И не только! - Вставила Пантера.

  -Монгольская империя это постоянная угроза агрессии и мы должны освободить порабощенные народы. Ты знаешь на юге Хорезма, все еще сражается наследник последнего хорезм-хаша Джераль эд-Дин. Надо помочь ему, заодно и прочим народам, стонущим под монгольской пятой.

  -Поможем, обязательно поможем.

  К Золотым воротам подъехал отряд, в котором выделялись нарядно одетые ханы в одеждах обильно расшитых золотом и жемчугом. Под ними гарцевали отличные кони с золотой и серебряной сбруей. Многие всадники нацелили на себя прочные кольчуги, а трое было в цельных кованых доспехах средневековых рыцарей. Один из них самый высокий был рыжим, на вышитом золотом плаще, на восходящем солнце сверкала алмазная свастика. Целая тысяча могучих тургаудов сопровождала почетную делегацию.

  -Смори вот "рыцарь" Пэта, а вот и князь перебежчик Глеб. Будут нести несусветную чушь.

  Князь Глеб с громадным как паук талисманом и на пятнистом как барс коне подъехал в плотную к воротам. Сняв шапку и поклонившись, он обратился к стоящим на стене.

  -Не стреляйте православные! Дайте мне слово молвить! Великий джихангир, Бату-хан, прибыл сюда со своим могучим, непобедимым войском. Знает ли великий князь и государь Георгий Всеволодович о прибытии в его земли великого хана? Если да, то почему он до сих пор не явился к великому кагану с поклоном! Где его дары, клятвы верности и любви к покорителю вселенной. Почему наглухо закрыты ворота? Пускай выйдет сюда к нам, ваш государь светлоокий, с ним мы будем говорить.

  За спиной послышался тихий боярский шепот. Чуткое ухо мульти-клонов уловило

   отдельные фразы.

  -Жаль, нет князя. Наш бы государь разом договорился бы. Дали бы малый выкуп, и ушла бы орда.

  Петр Ослядукович перекрестился.

  -Быть яростной сече!

  Леопардов выпрыгнул из-под прикрытия, и по-каратистки растянув ноги, завис между зубьев.

  -Я вместо князя! Со мной веди переговоры.

  Монголы подались от страха назад, хотя на вид светловолосому Леопардову вряд ли дашь больше пятнадцати, его "ангельский" образ внушал демонический страх. Десяток нетерпеливых тургаудов пустил стрелы в белого витязя. Тот, не вынимая мечей, просто похватал стрелы руками. Затем мульти-клон метнул их в стрелявших нукеров. Пораженные нукеры дико завыли, корчась в невыносимых муках.

  -Кто первый запустит стрелу, тот от стрелы и погибнет.

  Князь Глеб невольно отшатнулся, рядом с Леопардовым возникла белая Амазонка -Пантера.

  -И со мной! Мне тоже отдана власть над этим городом!

  Глеб развернул коня, затем, приструнив его, подлетел вплотную к воротам.

  -А что скажут люди? Простой народ Владимировский захочет ли он погибать из-за ваших страстных желаний.

  -Умрем, но не покоримся!- ответили со стены. Голоса были не очень дружные, поэтому князь Глеб почувствовал надежду, его голос стал уверенней и громче.

  -Города Рязань, Пронск, Ижеслав, Москва, Коломна и девяносто девять других уже взяты и обращены в пепел. Не покорные жители перебиты или стонут в тяжком плену. Вы тоже этого хотите? Сдавайте ключи от городских ворот, вяжите демонов. И вам под властью нашего великого Бату-хана, будет хорошо, спокойно и радостно!

  -Пускай расскажет это жителям Бухары, Кабула, Герата, Тангуте, Самарканда и многим другим, что открыли ворота! Не верьте им! Они не знают жалости, для клятвы пустой звук.

  Батый как пастух подзывает доверчивых овец, а затем сдирает с них шкуру.

  С такой неожиданной речью вступил в разговор воевода. Князья Всеволод и Мстислав в месте с тысячами ратников подхватили.

  -Лучше умереть! Чем предать! За Русь Православную! Вон монголы с нашей земли.

  -Ах, вот как!..

  Глаза князя Глеба залило огненным вулканом. В ярости он выпустил исполинский огненный брусок в стальную твердь ворот. Леопардов и Пантера едва успели частично парировать удар. Биоплазма оплавила сталь. Монголы открыли лихорадочный огонь, послышались сигналы горнов и труб. Ответные выстрелы по выкашивали ряд знатных монгольских вельмож. Бату-хан в ярости плюнул.

  -Я лишь теряю солдат!

  Джихангир отдал приказ.

  -Переговоры окончены! Наступайте!

  Сотни тысяч всадников устремились к стенам. Это была страшная подобная извержению вулкана Кракатау людская лавина. Леопардов и Пантера обрушились, на князя Глеба. На сей раз, Пантера применила хитрость, поднырнув под сугроб, она подрубила ноги пятнистому коню. Правда князь, будучи прикрытым магическим пузырем, сумел взлететь и, не желая искушать судьбу, поднялся в воздух.

  -Улетает трус!

  -Карлесон - два!

  Мульти-клоны с разбегу врезались в монгольский строй, началась безжалостная рубка.

  Всеволод, Мстислав и Владимир хотели вместе со своими дружинниками выйти из городских ворот в поле, но опытный воевода Петр, сдержал их.

  -Умереть мы всегда успеем. Но наши животы гораздо нужнее здесь на стенах, выждем, когда к нам прибудет подмога! Наш государь, великий князь Георгий Всеволодович, даром не сидит. Великая рать будет собрана, как коршун на ястреба обрушиться она на вражескую армию!

  Приступ был тяжелым тысячи широких лестниц, ставились к стенам. Основной удар был нанесен по главным воротам, остальные удары лишь отвлекали силы. Соколич, сбрасывал сразу по несколько лестниц, не ведая усталости он носился и рубился по монгольским рядам. Грандиозное сражение разгоралось. Лихарь Кудряш рубился вместе и рязанцем Звягой, битва затягивалась, руки немели. Главная сила монголов в количестве. Многие воины просто изнемогают под столь чудовищными по численности рядами, под это бесконечной чередой многоликих отрядов. Но пример мульти-клонов и бойцов Белой Армии вдохновляет оборонявшихся. Большинство бойцов Белой Армии просто дети, а сражаются наравне с взрослыми витязями. Некоторые из детей так и умирали с улыбкой на устах в ярости бросаясь на озверевшего врага, стараясь маленькими телами сбить по больше звероподобных супостатов.

  Монголы попытались подтянуть таран, но мульти-клоновые воины разрубили машину. Тогда татары пустили вперед, подкалывая копьями полуголых пленных, и под их прикрытием попытались, проникнув в город. Однако и эта хитрость не удалась, не которые пленники смогли благополучно перелезть через стену, другие кидались в низ, третьих зарубили сами монголы. Даже когда кому-то из татар и удавалось взобраться на стену, то его сбивали доблестные русские ратники, используя принцип фаланги. В критический момент в бой ступили паровые катапульты и огнеметы, но огонь вели они экономно. Берегли горючее, заряды, стремясь продлить сопротивление до победного финиша. К концу февральского дня все скаты оказались обильно политы кровью, а возле стен выросли горы трупов. Обессиленные монголы откатились назад. Штурм был отбит.

  -Сегодня шестое февраля, продержимся, месяц Пантера, и они уйдут сами, потеряв кавалерию.

  -Сначала продержись этот месяц.

  Ночью мульти-клоны повторили газовую атаку. Эффект был как и прошлый раз ужасающим. А вот на следующий день их ожидал неприятный сюрприз. Помимо обычных монгольских ратников, в атаку пошли адские монстры. В первую очередь это были уже знакомые скелеты, с мечами и щитами. В прочем в бою они были не многим сильнее обычных ратников, от ударов легендарных мечей конкретно рассыпались в колючую пыль. Русские ратники сражались храбро, от черепов и костей не бегали, а смело рубили секирами, кидали тяжелые камни, вырубая ударами уже мертвых бойцов, но еще опасных воинов.

  С высокого берега Клямзы Бату-хан внимательно следил за сражением.

  -Урусы я вижу не бояться скелетов! А чего бояться мертвяков, надо бросить в пекло битвы более мощных бойцов. Тогда повинуясь приказу джихангира, в бой пошли более тяжелые чудовища. Шаманка Керинкей-Задан словно издевалась, посылая в сражение толпы нечисти, а сама даже не показывалась на глаза. Громадные жабы и чудовищные грызуны легко взбирались по стенам, мульти-клоны кромсали их своими мечами, а русские воины насаживали на копья. Когда одни из таких исполинских лягушек прорвалась на стену, по ней полоснули из огнемета. Толстая кожа лопнула, забрызгав паршивой слизью уруских ратников. А вот грызуны, попав под огонь, натужно завыли, обратившись в бегство. Вслед за монстрами на некоем отдалении следовали монгольские войска, по этому на грызунов сразу же обрушился убийственный дождь из стрел. Правда, убить таких монстров сразу было слишком сложной задачей, они сумели ворваться в монгольские ряды, сея кошмарную смерть. Чудовища разрывали людей лапами, перегрызали зубами хребты.

  После того как атаку земноводных и грызунов захлебнулась, шаманка послала в бой членистоногих пауков. Одна паучья пара была особенно громадной, кадры размеров в пол стадиона. Толстенные ноги, казались тонкими по сравнению с массивным туловищем.

  -Вот теперь настал момент истины!

  Произнесла Патера.

  -Мой правый самец! Твоя левая самка.

  Сухо обронил Леопардов.

  Мульти-клоны ринулись на встречу монстрам. Пауки раскрыли пасти и дружно пульнули снопом огня.

  -У них внутри водород, это не магическое пламя.

  -Тем лучше, просто подрубим им ноги.

  Однако выполнить это было не просто. Если у Леопардова и был удлиняющийся меч великого ниндзи, то у Пантеры из легендарного оружия только кладенец Алеши Поповича. С большим трудом, круговым движение ей удалось срубить две ноги своей жертве, а всего их у магической паучихи двенадцать. А ведь надо еще ловко уклоняться от огненных и ядовитых плевков, отражать натиск иных пауков. Короче, решать целую кучу военных проблем, выживать. Леопард же быстро оприходовал самца и пришел на помощь сестре по оружию.

  -Сейчас мы его подстрижем.

  Пауки прекратили атаку на город и всей своей массой обрушились на мульти-клонов. Леопардов успел срубить девять ног, десятую срезала Пантера. Вдвоем они обрушились на паучье стадо. Пауков было так много, что они мешали друг другу. Этим было грех не воспользоваться, хотя они и выдыхали настолько густую стену огня, что покрытое асбестом кимоно тлело и жгло оголенное тело.

  Битва затягивалась, к счастью мульти-клоны срубая головы, смогли взобраться по скользким паучьим спинам. Так они и прыгали со спины на спину, срубая тяжелые мохнатые головы.

  -Надо новый вид спорта придумать. Прыжки по живым горкам.

  Пошутил Леопардов. Громадные пауки были несколько неуклюжи, а превосходящие по ловкости все земные аналоги мульти-клоны, могли гарцевать даже по тигриным или как это уже было по волчьим спинам. А волк это же не паук "гиперпереросток", это шустрый зверь. Постепенно паучьи ряды редели, членистоногие были неповоротливы и лишь беспомощно копошились лапками.

  Джихангиру надоело смотреть, как мульти-клоны бреют паучью рать.

  -Эта глупая шаманка и ее тупой напарник князь Глеб не могут ни чего придумать более путного чем уродовать и увеличивать то, что уже есть в природе. Чингиз-хан подобным не пользовался, он просто бросал в бой свежие силы и побеждал.

  Джихангир подал условный знак, прогремел сигнал к штурму. Сотни тысяч копыт стали выбивать боевую дробь. Уцелевших пауков сминает конная лавина. Монголы вновь прут на стены, у многих нет даже лестниц, а ледяная поверхность скользит. Защитники приготовили напалм, часто льют на насильников и простую наполовину замершую воду, она также весьма эффективно сдерживает порыв атакующих. Все же надо отдать должное монгольскому войску нести такие большие потери и продолжать переть на рожон, устилая поля и стены коврами из трупов. Какая для этого нужна сила духа!

  В ярости монголы смогли лишь, соскальзывая и умирая, добраться до вершины. Продолжая сражаться, Леопардов предложил.

  -Попробуем сейчас ракеты, или подождем критической ситуации.

  Не смотря на дистанцию, Пантера ответила в ультразвуковом диапазоне.

  -В огонь лучше всего кидать ветви, когда он пылает, а не когда тухнет.

  -Я не согласен Пантера. Козырный туз надо держать до конца.

  Снежная амазонка мотнула головой.

  -Пока он не станет бесполезным.

  -Идет только третий день полной осады. Ракеты мы договорились применить лишь на седьмой день.

  -Хорошо придержим козырь.

  К вечеру штурм захлебнулся. После битвы защитники Владимира неспешно собирали раненых, и складировали убитых. Павших монгольских воинов было столько, что из них можно, было сложить целую башню. В противоположном стане русские бабы рыдали над телами павших мужей, их было по сравнению с монгольскими потерями немного, и перевязывали раненых.

  На следующий день штурма, монголы вновь начали атаку с использованием магических монстров. На сей раз это были огнедышащие скорпионы. Эти чудовищная масса легко рубилась магическими мечами, но часть из них сумела прорваться наверх ледяного вала. Прорыв был отбит, но многих воинов подпалила, кроме того, огнеметы против закованных в доспехи скорпионов были уже не столь эффективны, а стрелы просто отскакивали как шарики пинг-понга. Затем в атаку стремительным набегом понеслись нукеры. Атака вновь захлебнулась, хотя продолжалась почти до полуночи. Видимо Батый решил взять город измором. Когда все повалились спать, остались лишь редкие дозоры, мульти-клоны почти не нуждающиеся во сне по своей ставшей регулярной традиции обхаживали стены. Внимательно при этом, подсчитывая огоньки, где костры гуще там и будет нанесен сокрушительный химический удар. Над полем внезапно возникло громадное изображение двух километрового тигра, мульти-клоны вздрогнули. Чудовищный зверь завис над ними, потрясая клыкастой пастью.

  -Это всего лишь фантом. Не совсем уверенно пробурчала Пантера.

  -Он слишком большой для уровня чародейки Керинкей-Задан.

  Тигр лениво раскрыл пасть, из туловища чудовища выросли перепончатые крылышки. Зазвучал необычно низкий и при этом раскатистый бас чудовища.

  -Я знаю вас порождение безумного человеческого искусства. Сумасшедшие мысли людей нашли свое воплощение.

  Пантера изобразила подобие небрежного поклона.

  -И мы знаем тебя порождение тьмы беспросветной. Может пасть на коленки и взмолится тебе божок Сульдэ.

  Мульти-клоновая Амазонка показала язык. Леопардов прыснул в кулак. Тигр взъерошил шерсть, изготовившись к прыжку.

  Мульти-клоны напряглись, выхватили мечи. Изображение тигра заколебалось, послышался смех.

  -Я всего лишь правая передняя лапа великого бога. И мне ничего не стоит проглотить вас, словно крохотных букашек. Но это слишком просто, для такого непостижимо величайшего воина, как бог Сульдэ. Нет, я не дам вам так просто умереть, наша магия сотрет вас.

  -Топал баран на Льва, будет тебе конец, будь ты хоть сам сатана!

  Рявкнул Леопардов.

  Тигр раскрыл громадную способную вместить пол города пасть. Его хохот закладывал уши.

  -Вы рукотворные "Буратины", не имеете ни каких шансов. Даже шанса на достойную смерть.

  Тигр еще раз рявкнул и его изображение поплыло.

  -Это очередной мираж. Нас хотят взять на панты.

  Леопардов запустил, лихо, закрутив под бумеранг свой меч. Голова фантома дрогнула, лезвие прошило побледневшее изображение и вернулось обратно.

  -Фантома-с тает!

  -Он свои экскременты глотает!

  Не удержалась от колкости Пантера. Остатки призрака окончательно испарились. Остались лишь колышущие в степи огоньки.

  -Посмотрим, сумеет ли права лапа, защитить монголов от наших самолетиков и мечей!

  Леопардов, подпрыгнув, изобразил в полете десятикратное сальто.

  Монстр ужасный в небосклоне

  Пасть, оскаливши, застыл!

  Но внезапно был разгромлен

  И лишился адских сил!

  Мульти-клоны вновь запустили в татарский лагерь журавлей смерти!

  

  . ГЛАВА Љ 24

  Шел уже десятый день штурма. Не смотря на громадные потери, ряды монголов и напускаемых ими монстров казались неиссякаемыми. Словно вода капает на гранит, и постепенно пробивает глубокие дыры. На восьмой день в атаку пошли бронированные коробки, их покрыли особой магией позволяющей держать удары легендарных мечей. Поначалу мульти-клоны растерялись, а затем заметили, что можно расковыривать мечами спайки из панцирей. "Бронтозавров" было не много, всего полсотни на стены они взбирались с трудом и существенных потерь не причинили. Куда более ощутимые потери несли защитники от бронебойных стрел. Вот это и впрямь, не смотря на двойные кольчуги мастерски сделанные зубья было существенной проблемой. Впрочем, по сравнению с потерями нападавших соотношение погибших по-прежнему было благоприятным.

  Бату-хан пребывал в тревожном расположении духа. Верный Субудай донес, что корм для коней подходит к концу, скакуны выгребают последние остатки. И что воинских дух монголов падает.

  -Если мы Бату в ближайшее время не овладеем этим градом, то нам придется снимать осаду уходить в степи.

  -А как же чародейка Задан. Она обещала, что урусы будут раздавлены и что белые мангусы попадут в искусно расставленные сети.

  -Не всему можно верить. Я думаю еще пять дней, и нам придется снять осаду. Если мы потеряем коней, то уже не сможем вернуться. Монгол без коня не воин.

  К городу подкатилось несколько тяжелых баллист. По грозному приказу джихангира были выпущены зажигательные снаряды. Эффект от применения оказался не велик, покрытые асбестом дома не горели, а вот одна из катапульт сломалась, пламя перекинулось подпалив заряжающих нукеров. Бату-хан замер багровый отблеск пожара переливался зловещим оскалом на золотой сбруе вороного коня. В лицо полыхало жаром, красными искрами вспыхивала алмазная звезда на золотом и тяжелом шлеме не когда принадлежавшему Александру Македонскому.

  -Вызвать шаманку. И князя Глеба.

  Керинкей-Задан влетела на сине-розовом облаке. Ее когтистые лапы вращались.

  Сила магии моей

  Все растет и растет!

  Ты владыка не робей

  Знай победа придет!

  Батый рявкнул, его голос приобрел визгливый тон.

  -Я сыт по горло твоими обещаниями. Или в ближайшие три дня город урусов падет или повелю вздернуть тебя косматая ведьма на дыбу.

  Над головой Задан сверкнул меч. Чародейка хладнокровно отвела лезвие.

  -Разве можно убить туманом, подшутить хочешь ты над шаманом.

  Лезвие меча стало прозрачным, внезапно рассыпавшись на осколки. Лицо Бату-хана стало клубничным.

  -Ты безмозглая змеюка. Как ты смеешь, червяк. Казнить не медля.

  Нукеры ощетинились копьями и рванули к чародейке. Шаманка махнула ладонями - нукеры застыли. Затем он скрестила пальцы, меч джихангира моментально восстановился.

  -О великий владыка: терпение - это щит полководца, отвага меч. Без отваги бесполезно терпение, без терпения губительна отвага. Будь мудр и мужественен и тогда удача сама распахнет к тебе широченные врата.

  -Это словоблудие. От твоих мелко пакостных зверюшек мало проку. Ты стара и глупа. И вообще!

  Бату-хан сорвался на истошный крик.

  -Если ты можешь разбить на осколки или испепелить мой меч, сделай тоже самое с оружием урусов.

  Керинкей-Задан поклонилась, почтительно сняв колпак.

  -У всех сразу тяжело, почти невозможно ослепительный. Тем более что у мульти-клонов легендарные мечи и моя магия их не берет.

  -Так значит, я ничего увижу кроме новых утрат.

  Батый захрипел в бессильной злобе, зубы заскрежетали.

  -Не печалься о величайший, на сегодня я попробую более действенных и кошмарных "зверюшек". А спустя три дня моя сила достигнет своего апогея и ты увидишь что-то страшное.

  Керинкей-Задан сдержала слово, на позиции русских витязей устремился огромный покрывающий все небо рой исполинских пчел с блистающими на солнце жалами.

  Мульти-клоны с тревогой всматривались в вышину. Рядом с ними в небо пялился растерянный волхв.

  -Дикорос. Волхв ты или не волхв. Нашу армию атакуют сверху, и даже мы не в силах всех их перебить.

  Савелий в ответ замахал руками, забурчал тарабарщину, видимо что-то наколдовал. Небольшая птица отделилась от его покрасневших от натуги рук. Она смело атаковала зловещих насекомых, но ее атаки напоминали в стрельбу по комарам горохом. Мульти-клоны в свою очередь продолжали рубить мечами настырных размерами с жирного альбатроса пчел. Русские ратники также отбивались, как могли, рубили секирами, сбивали стрелами, при попадании в глаз пчелы взрывались. Однако в ответ ядовитые длиннющие жала пронзали насквозь доспехи и даже непробиваемые тройные кольчуги. Пораженные воины корчились, но, даже мучительно умирая, бросались на магических членистоногих, поражая жалящую нечисть. Потери защитников все возрастали, насекомые слетались и надрывно гудели. Они атаковали десятками тысяч, без вмешательства высших сил поражение было неизбежным.

  -Тактическая авиация в действии, мы рискуем положить всю свою армию. Ну, если Дикорос не способен, то давай мы с тобой Пантера попробуем наложить заклятие против волшебных насекомых.

  -И то верно. Магия слишком тонкая наука, что бы доверять ее людям. Особенно таким тупым как он!

  Пантера ткнула пальцем в посиневшего от усилий волхва.

  Оба мульти-клона с лихорадочной быстротой принялись нашептывать заклинания. Затем шепот перешел в дикие выкрики, переходящие в ультразвуковой диапазон. Первоначально насекомые не реагировали, на этот шум, но вот затем что-то изменилось и они всей своей массой обрушились на Леопардова с Пантерой. На короткое мгновение мульти-клоны смогли сдержать натиск и отпрыгнуть в сторонку, но затем их буквально облепил целый ком чудовищ. Как не отбрыкивались Леопардов с Пантерой, они оказались моментально искусанными. От болевого шока витязи-клоны потеряли сознание. Насекомые тем временем покончив с добычей, внезапно потеряли всякий интерес к окружающим их людям и устремились назад. Несколько нетерпеливых монголов восприняв такой шаг как предательство, и дали залп заточенными стрелами. Орда пчел вздрогнула как человек присмаленный угольком и всепроникающей лавой обрушилась на монгольские ряды. Керинкей-Задан вылетела на встречу. Шаманка была, сей раз на хищном кречете, и спешно зашептала абракадабру заклинаний. Пчелы постепенно стали исчезать, при этом, не прекращая жалить не в меру ретивых нукеров. Густое жужжащее облако бледнело, шум становился все тише. Наконец они полностью исчезли.

  Тем временем бойцы Белой армии спустились в поле и подхватили изувеченные тела Пантеры и Леопардова. На мульти-клонах не осталось ни одного живого места, из сплошного покроя гнойных ран, вытекал сильнодействующий яд. Омертвевшие тела были положены на богатый ковер, расстеленный между зубьями на стене.

  -Какое горе! Белые ангелы погибли! Теперь конец нам!

  Плач и крики охватили весь Владимир. На глазах у закаленных воинов выступили слезы.

  Княжеский воевода хмуро перекрестился. Мстислав и Всеволод закрыли лица руками. А княжич Владимир и вовсе разревелся как сопливая девчонка.

  Не в силах сдержать эмоции юноша бросился к распростертому в рваных ранах телу: целыми остались только волосы.

  -Пантера! Милая Азазель ты погибла и не ужели я больше никогда ну увижу твоих изумрудно-сапфировых глаз, не смогу ощутить ласковый прикосновений янтарно-рубиновых губ.

  Русская рать горевала, а монгольская орда ответила радостным смехом.

  -Начинайте штурм! Белые мангусы мертвы. Уже сегодня город Владимир будет наш.

  Сотни тяжеленных горнов протрубили сигнал к штурму. Началась решающая схватка.

  Вдохновленные гибелью белых мангусов монголы были как никогда смелы и напористы. Огорченные гибелью своих полководцев русские воины были заряжены только на одно умереть, положив при этом побольше врагов. Коса пошла на камень, полились свежие реки крови, нагромождались новые горы трупов. Боевые действия достигли своего апогея. Прошло несколько часов кровавой сечи, на сей раз, казалось, что татары стали одолевать. Ряды защитников поредели, а монголы бросали в атаку все новые и новые силы. Лихарь Кудряш был серьезно поранен, и его отнесли со стены, сильно рассечена была бровь у Звяги. А Дикоросу прострелили руку. Русские воины изнемогали под бешеным натиском ободренных монголов, и лишь Марк Соколич продолжал, не ведая усталости и страха набрасываться на ордынские толпы, махая двумя мечами превращая в кровавое месиво заползавших по лестницам нукеров. Монголы тем временем оседлали одну их башен, взгромоздив на купол девяти хвостовое знамя. Бату-хан наблюдавший за битвой в оптическую китайскую трубку. Радостно проорал.

  -После Итиль-града, Бухары и Рязани я беру четвертую столицу.

  Субудай-Багатур крякнув, поддакнул.

  -Ты становишься выше своего деда. К концу победных походов у тебя столько взятых столиц, сколько их вообще существует в этой вселенной.

  -Главное что мангусы мертвы, когда мы возьмем город, то сожжем остатки их тел, а потом смешаем пепел с дерьмом, утрамбуем и с помощью катапульт раскинем их прах на двенадцать концов света.

  Субудай достал из кармана четки, и с задумчивым видом повертел в руках белые камушки.

  -Не стоит так поступать Бату-хан. Это были великие и храбрые воины: им следует отдать заслуженную честь, как по настоящему достойным противникам.

  Разве не так поступил бы Священный Правитель?

  Батый надменно тряхнул золотым шлемом.

  -Я готов оказать подобную честь любому из людей, но не мангусам ее оказывать.

  -А разве мангусы не служат богу Сульдэ.

  -Ему служат хорошие черные мангусы, а белые служат урускому богу. Есть много богов и все они ведут бесконечную борьбу между собой. И лишь когда победит один наш главный бог, наступит гармония и на небесах и на этой ничтожной глыбе Земле. Хотя вселенная бесконечна и война будет длиться вечно.

  Субудай-Багатур рассмеялся, крепко зажав рот кулаком.

  -Ты знаешь Бату, о чем я подумал?

  -Можешь ответить мне воплощение мудрости.

  -Ведь белые мангусы мертвы, а их души сейчас устремились на небеса, где Священный правитель ведет кровавую брань с иными народами и богами. Так убив, их мы создали дополнительные проблемы для твоего великого деда.

  Батый громко рассмеялся в ответ.

  -Дзе-дзе-дзе, его это не обрадует. Хотя мы на Руси столько народу положили, что мой предок должен быть доволен пополнением. Хотя кое-чего не хватает.

  -Чего не хватает?

  Джихангир стряхнул со шлема снежинку.

  -Полководца к присланным войскам. Вот если бы ты Субудай - согласился возглавить небесную армию.

  Субудай несколько натужно рассмеялся.

  -Я думаю великий Небесный правитель справиться сам.

  Батый продолжал по тигриному скалиться. Еще бы белые мангусы погибли, Владимир вот-вот падет и далее уже им не будет столь тяжелых препятствий. Вороной ходил под ним ходуном, полководец с трудом сдерживал себя, кровь кипела, хотелось самому ринуться в схватку.

  -Задан получит все то что обещал, да и князь Глеб достоин щедрой награды.

  Быть баскаком над Рязанской и Суздальской землей. Ох, как будут стонать под ним урусы.

  Монголы тем временем овладели еще одной башней, захватив значительную часть стены. Волхв Дикорос был серьезно ранен, его шатало. Юные богатыри Турган и Полкан сражались на пару, тройные кольчуги успешно отражали все стрелы, а пройти мимо них не удавалось не одному монголу, возник даже небольшой холмик из трупов. Марк Соколич продолжал носиться меж монгольских рядов, перепрыгивая через головы, попутно срубая лохматые "кочаны". Став вампиром, он перестал ощущать холод, а кожа обрела прочность брони массивного аллигатора, посему мальчик был полуголым. Большая часть стрел соскальзывала с него и лишь некоторые самые тяжелые с бронебойным наконечником, слегка пробивали кожу, впиваясь в мясо. Марк совсем потерял голову, и одна из таких закаленных стрел угодила в печень. Боль заставила загнуться юного вампира, Соколич рухнул на ледяной бруствер. Кровь бурным потоком брызгала из пробитого пресса, мальчика с трудом зажал ее руками. Видимо кровь вампира сворачивается быстрее человеческой, боль слегка утихла, но успел получить несколько крепких сабельных ударов. Кожу слегка посекло, извернувшись, мальчишка вцепился зубами в глотку крупного монгола. Блаженная кровь потекла губам, как это приятно ощущать бурное разгоряченное в схватке биение чужого сердца. Теплая солоноватая жидкость втекает в горло, ты глотаешь ее, причмокивая и облизываясь. Часть крови впитывается через клыки, она ощущается по-особому, кажется слаще меда, с каждым глотком вливаются новые силы, по жилам проистекает энергия. Отбросив наполовину усохшую тушу, Соколич с новой силой бросился в бой. У татар, однако, было то преимущество, что они наступали вдоль вала, и, не смотря на тесноту им было легче карабкаться по ледяному настилу. Монголо-татарская рать одолевала, все новые нукеры карабкались на стену. Некоторые их них пытались с ледяного вала запрыгнуть в город, но на их пути встала вторая, еще более высокая стена. Воевода Петр Ослядукович скомандовал.

  -Оставить внешнюю стену, не будем даром терять людей. Трубите отход.

  -Кто сказал отступление? Предатель!

  Звонкий голос резанул по ушам. Воевода едва не свалился с ног. Страшно знакомых силуэту возникли перед очами, от нервного перенапряжения изображение поплыло.

  -Туши свет, у воеводы бред. Что атакуем!

  -На крыло! - Со смехом ответила Пантера.

  Мульти-клоны рассмеялись словно дети. Их тела уже успели зажить и на месте сплошных укусов остались лишь быстро исчезающие точки.

  Эх! Не спешите нас хоронить

  На Руси у нас дел до черта!

  Мы врагов будем лихо рубить

  Русь свободная - наша мечта!

  Леопардов и Пантера врубились в монгольские ряды, два маленьких, но страшных по силе комбайна сметали сорную траву монгольских орд.

  По рядам русских войск послышались ликующие возгласы.

  -Белые ангелы ожили! Господь воскресил их, победа будет за нами!

  Ордынские войска были почти моментально сброшены со стены, радость воодушевила защитников, и они с легкостью истребляли врагов. Начало темнеть, потрепанные монголо-татары отошли в свой стан.

  Бату-хан ревел как покусанный пчелами барс.

  -Собаки! Шакалы! Драные овцы! Трупные черви! Объеденные кузнечики! Лысые макаки! Драные "сраки"!

  Субудай попытался упокоить не в меру разбушевавшегося джихангира.

  -Еще не вечер.

  Вырвалось у него. Батый грозно осек полководца.

  -Конечно не вечер - ночь! Старый одноглазый ишак. Еще одна ночь и еще один мор.

  -Может приказать Керинкей-Задан убрать всех своих лазутчиков. Урусы сделают вылазку, а мы им засаду и всех разом.

  Субудай замотал головой.

  -Скорее наоборот, они и наших вырежут, и их армия уйдет в свою крепость. Предлагаю иное. Отвести войска на ночь подальше от стен, может быть на дистанции уруская магия их не достанет?

  -Дзе-дзе! Как говорил священный правитель, когда сильный кажись слабым, когда слаб, кажись сильным. Когда далеко делай вид что рядом, когда рядом кажись что вдали. Я приказываю, отойти от стен, оставив костры. Урусы подумают, что мы остались на месте, и ударят своей магией по пустому месту.

  -Вот это можно попробовать.

  Мульти-клоны и Петр Ослядукович стояли на стене и мирно беседовали. Воевода был роскошной медвежьей шубе, ночной морозе изрядно допекал бывалого ратника.

  Его никак не уставало поражать то, что воеводы Патера и Леопардов ходят по морозу почти голые, на тонком покрывале из снега виднелись едва заметные отпечатки босых ног.

  -Если бы не то польза и служба, которую вы ежедневно приносите святой Руси, я бы вас принял бы за чертей или демонов.

  Пантера прыснула, после битвы в крови играл адреналин.

  -Это пустые разговоры воевода. Вот из секретного городка прибыла новость, гномы начали новое оружие делать. Я же лично отдала приказ приготовить место для матерей и младенцев, и князь Георгий разместил уже десять тысяч кормящих матерей со всех земель Суздальских.

  Петр Ослядукович кивнул головой и слегка протер слезящиеся от ветра глаза.

  -Это хорошо, надо сберегать людишек мирных. А когда помощь ратная придет?

  Леопардов подпрыгнул и, зацепившись пальцами ноги за каменный зуб, завис в воздухе.

  -Со всех Руси наш град собирает соки и людские силы. Воины идут и из Новгорода, Киева, Чернигова, Волыни и Галиции, не счесть русских городов, поставляющих нам ратников. Еще две-три недели, а лучше месяц нам нужно, чтобы новую могучую рать в готовность привести и одним решительным ударом с монголами покончить.

  -А Батыга сам снимет осаду и уйдет в дикое поле.

  Пантера покачала, резко тряхнула косами с вкрапленными в них лезвиями. От разящего движения был среза верх меховой шапки.

  -Нет, Бату-хан не снимет осады. Он слишком упрям, а если снимет, то Гуюк-хан его сторонники просто прирежут джихангира-неудачника. Мое мнение надо выждать и ударить когда противник окончательно истощится, а наша мощь достигнет своего апогея.

  Воевода поскреб конец срубленной шапки.

  -Может быть, в этом, и заключена ваша высшая мудрость. Хотя ведь возможен и другой расклад: что если город не выдержит осады и падет раньше времени?

  Мульти-клоны скрестили мечи, став в боевую стойку, японских самураев.

  -А на что у нас кладенцы в руках и головы на плечах. Мы будем драться на земле, на небе и в кромешной тьме! Друзей в обиде не бросай, зло не щади злых убивай!

  Ледопадов прервал тираду.

  -Кажется, монголы зашевелились. Словно драпать надумали.

  -Это хитрость - вставила Пантера - Они лишь делают вид, что снимают осаду.

  -Или хотят нас выманить из города.

  Добавил Леопардов.

  Петр Ослядукович приложил к глазам трофейную китайскую трубку.

  Костры продолжали гореть воины спешно отходили.

  -Может, они просто хотят выйти из-под ваших удушающих ударов.

  Высказал мнение воевода.

  -Монголы поумнели и решили принять контрмеры, но им это мало поможет. Мы все равно сумеем отследить, куда они станут лагерем. Не уйдут далеко.

  Леопардов воинственно выпятил грудь.

  Действительно что бы отвлекаться от штурма Бату отвел армию всего на десяток верст, а возле костров оставил караул.

  -Это нам не помешает, наши "журавлики" все равно до них долетят.

  Перенацеливание мини-самолетов заняло немного времени, и рукотворные птицы вновь понесли смертоносные "подарки".

  -Все-таки чудеса техники не слабее магии. Вот глупая карга Керинкей-Задан, небось, мучается, не может раскрыть секрета "отсроченной смерти".

  Мульти-клоны разломали деревянное полено и прикусили свежей сосной.

  Следующие два дня монголы, опасаясь идти на штурм, пытались осыпать защитников стрелами. Спрятавшись за искусно поставленные зубья, одетые в двойные кольчуги ратники и белые воины метко отвечали мугланам. На третий день грозный Бату-хан в месте с еще более устрашающим Субудаем выехал на холм.

  Слева к ним съежившись гусем, подъехал худой с обильно смазанным жиром лицом темник Бурундай.

  -Сегодня черная госпожа Керинкей-Задан покажет свою силу или умрет!

  Батый бросил испепеляющий взгляд в сторону, где должна была появиться шаманка.

  -Бурундай. Я тебе доверяю великую честь схватить и уничтожить обманщицу.

  -Слушаюсь и повинуюсь ослепительный джихангир.

  Бурундай пятками пнул пятнистого иноходца.

  -Для того, что бы взять эту ведьму понадобиться целый тумен.

  -Возьми даже два тумена. Голос Бату-хан в очередной раз перешел в крик.

  -Если ведьма снова надо мной посмеется, я брошу против нее всю армию. Да где она!

  Вся неисчислимая орда замерла в напряжении. Кони не терпеливо били копытами. Наконец послышалась громовая музыка, словно играли тысячи оркестров. И на устрашающей смеси белого верблюда и дракона на чисто поле выплыла сама верховная шаманка, потрясающая своей магией вселенную Керинкей-Задан. Ее ездовое средство было настолько огромным, что вылетевший на угольно-черном вороне бывший рязанский князь Глеб казался маленькой мухой. Верховная шаманка стала напротив золотых ворот ее белый "иноходец" наклонил рогатую голову. Встав в торжественную позу, чародейка заунывно запела страшные сточки.

  Разрыв