Book: На вторых ролях, или Экзамен по спасению принцессы (СИ)



Пашнина Ольга

На вторых ролях, или Экзамен по спасению принцессы


Пролог, в котором Сельма говорит с Арлангором


   Арлангор обошел меня, оценивающе рассматривая фигуру. Кончики моих ушей нервно дернулись, и колдун усмехнулся.

   - Сельма, милая, подумай о своей подруге, - вкрадчиво прошептал он мне ухо. - Ее нужно спасти, и сделать это можешь только ты.

   - О чем вы? - я нахмурилась и нервно дернула хвостом. - Вы пытаетесь совершить переворот в Империи, у меня нет такой возможности. Я просто хотела вытащить подругу и попалась.

   - Вопрос с Империей скоро решится, - Арлангор пожал плечами. - Советник прибыл, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию и похищение принцессы Элвин.

   - Тогда причем здесь я? Как я могу спасти Элвин?

   - Ты будешь служить мне, - видно было, что при одной только мысли об этом, у колдуна загорались глаза. - И взамен я отпущу Элвин.

   - Служить вам? Что это значит?

   От страха перед этим колдуном, дрожал хвостик. И Арлангор явно это видел.

   - Твои способности нужны мне. Слух, ловкость, сила. Ты будешь...их называют шпионами. Да, Сельма, ты будешь шпионить для меня. И, - он подошел совсем близко и провел пальцем от кончика уха, до его основания, - развлекать меня в постели.

   Я всхлипнула и задрожала. Темные глаза горели не то страстью, не то яростью. Что я сделала, чтобы оказаться в руках этого колдуна в качестве игрушки?

   - За что вы так со мной? - прошептала я. - Я ведь...я ведь не ведьма даже. Я вообще...не знаю, кто. Мутант, ошибка природы, жертва магического эксперимента.

   - Кто тебе такое сказал, киска? - Арлангор коснулся моих волос. - Ты - очаровательна. Красива. Необычна. Ты - мечта любого мужчины. Каждый из моих воинов захотел бы иметь тебя. Но, достанешься ты мне.

   Последнюю фразу он произнес буднично, словно речь шла о какой-то вещи.

   - Итак, Сельма. Что ты решила?

   Прежде чем я ответила, раздался оглушительный грохот. Половину стены просто снесло, обломки полетели в нас. Я упала на пол, а сверху упал Арлангор...закрывший меня своим телом.


Пролог, в котором Элвин тащат к алтарю


   Я брыкалась, пытаясь то укусить мужчину, то поцарапать его же. Дура я рыжая! Как могла поверить в то, что обо мне заботятся?! Хам, мужлан и псих, вот он кто! Сельма часто говорила, что я легкомысленная. Вот только она ни разу не добавляла, что я идиотка!

   - Пусти меня! - заорала я, когда впереди показалось какое-то здание...

   Храм Трех Богов.

   Появилось очень нехорошее предчувствие.

   - Сволочь! - я забилась еще сильнее. - Пусти! Мать тебе голову оторвет! Никогда не получишь ничего! Не смей ко мне прикасаться! Я принцесса! Пусти!

   Его, казалось, не волновало ничто, кроме цели, к которой он двигался неумолимо. Что он сделает со мной в этом храме? Убьет?

   - Ну, пожалуйста, - простонала я, когда брыкаться больше не было сил. - Не надо.

   Он молчал, и лицо его ничего не выражало.

   Мы вошли (вернее, меня внесли) в храм, который изнутри выглядел полной противоположностью внешней заброшенности. Старое, но ухоженное убранство, алтарь, за которым тщательно следили. На алтаре - бумаги какие-то, а рядом - старик в длинной мантии. Жрец.

   - Не-е-ет! - орала я, вновь предпринимая попытку убежать.

   Но он был намного сильнее.

   - Слушай меня, - сейчас в голосе мужчины не было никаких снисходительных или насмешливых ноток. - Подписывай.

   Из-за слез, катившихся из глаз, я ничего разобрать не могла.

   - Мне кажется, девушка не хочет замуж за тебя, - осторожно произнес старик, с сочувствием глядя на тебя. - Сколько вообще ей лет?

   - Мне плевать, хочет она, или нет, - прорычал мужчина.

   К моему горлу прижался холодный металл лезвия ножа.

   - Подписывай, иначе я тебя здесь и оставлю.

   Дрожа от страха и обиды, я взяла ручку.

   - Кровью подписывай.

   Я вздрогнула. На конце ручки была игла, от укола которой на пальце выступила алая кровавая бусинка. Он сам прижал мой палец к листу, а затем проделал все то же самое, но уже со своей кровью. Бумага вспыхнула, на миг оторвалась от стола и опустилась обратно.

   - Поздравляю, - жрец сказал это таким тоном, словно речь шла о чьих-то похоронах. - Вы теперь замужняя дама, принцесса.

   Я вырвалась из объятий мужчины и едва сдержалась, чтобы не наброситься на жреца. Наспех вытерла слезы и...оказалась в теплых объятиях.

   - Завершение ритуала, - пробормотал он, целуя меня.


Часть первая

Глава первая, в которой девочка с кошачьими ушками познакомилась с принцессой


   Она была рыжей и сидела на ступеньках заброшенного лесного дома, в котором я часто ночевала в те моменты, когда мамы не было дома. Девчонка была моей ровесницей. Тощая, очень миниатюрная и симпатичная. Ее кудри отливали медью, а руки проворно справлялись с небольшим ножом, которым она чистила красное яблоко. Я сглотнула слюну. Есть хотелось невыносимо, но маме опять не дали жалование и мы вторую неделю сидели на капустном супе.

   Я никогда не видела ее здесь раньше, хотя почти всех детей знала наперечет. Наверное, приехала недавно. Она с удовольствием поглощала яблоко и выглядела вполне безобидной. Я бы оставила ее и ушла, но вот незадача: вблизи домика росла земляника, а мне жутко хотелось сварить хотя бы какое-то подобие компота. Пресный суп и противные разварившиеся листья настолько достали, что даже мысль о кисловатых малюсеньких ягодках вызывала непреодолимое чувство голода. Как и вид этой девицы, с наслаждением жующей яблоко.

   Рыжая выглядела совершенно безобидной, и я решилась.

   - Привет!

   Она перепугалась, подскочила и подавилась. Я поспешила похлопать ее по спине, отчего шапка чуть не свалилась с головы. Прилаживая головной убор на место, я слишком сильно прижала уши и едва слышно зашипела от боли.

   - Ты кто?! - голос у нее был очень мелодичный и совсем не детский.

   - Сельма, - я виновато опустила глаза. - Прости, что напугала. Просто я часто сюда прихожу, и не ожидала увидеть кого-то еще.

   - Это твой дом? - вскинула брови рыжая.

   - Нет, он заброшенный. Но весьма удобный, если хочешь спрятаться.

   - От кого спрятаться? - медные глаза посмотрели с удивлением.

   - Много от кого, - пожала плечами я, усаживаясь рядом. - От соседских детей, от одноклассников. Ты что, не ходишь в школу?

   - Нет, - девушка почесала нос и снова вгрызлась в яблоко. - Я в университет поступаю осенью, а сюда с мамой приехала. Я Элвин.

   - Очень приятно, - мы пожали друг другу руки.

   Элвин вдруг спохватилась:

   - Хочешь яблоко?

   - Давай, - отказаться я просто не могла.

   Она полезла в сумку, лежавшую рядом. Мелькнула мысль посоветовать ей держать все вещи рядом, чтобы, не приведите Боги, не украли.

   - Держи, - рыжая вложила в мои руки аппетитное красное яблоко.

   - Спасибо! - я удивленно ее рассматривала.

   У нас никто не делился едой.

   - Чего не ешь? Они мытые.

   - Я...я маме хочу отнести. Она любит, - это была правда.

   Мама уже давно не ела яблок, с тех пор, как вырубили все яблони у нас во дворе.

   Элвин снова полезла в сумку.

   - На, это маме передашь, - она протянула второе яблоко.

   Я испуганно на нее посмотрела и замотала головой.

   - Что ты, не нужно! Тебе самой нужны!

   В ответ получила недоуменный взгляд.

   - Захочу еще, схожу домой и возьму. Бери, ты чего?

   Я, не веря в свое счастье, взяла второе яблоко. И решила: съем половину сейчас, а когда Элвин уйдет, наберу земляники и сварю шикарный компот!

   - Спасибо, - тихо произнесла я. - Ты первая, кто меня угостил.

   - Вообще первая? Ничего себе! У тебя что, друзей нет?

   - Нет, - вздохнула я. - А у тебя?

   - Да полно, - рассмеялась Элвин, но потом посерьезнела. - Но настоящих мало. С принцессами боятся дружить.

   Я оторопела.

   - Ты - принцесса?!

   Я слышала о ее матери. О принцессе Дейнатаре ходили слухи, будто она иногда приезжает к нам. Якобы здесь живут ее приемные родители, но никто из нас не знал, в каком именно поселении они живут. У нас много приезжих: ежедневно в ссылку кого-то отправляют. И все равно людей на работах не хватает: слишком часто умирают. Гораздо чаще, чем приезжают.

   - Ой! - Элвин прижала ладони ко рту. - Проговорилась! Сельма! Не говори никому, мама меня убьет!

   - Хорошо, - кивнула я. - Не скажу, не бойся.

   Девчонка заметно успокоилась.

   - Спасибо. А ты почему ни с кем не дружишь?

   - Я не совсем обычная, - мне не нравилась эта тема, но я сама завела разговор. - Меня не любят остальные ребята.

   - А почему ты необычная? - поинтересовалась Элвин.

   Я вздохнула. Рассказывать новой знакомой об уродстве не хотелось. С другой стороны, я ее секрет знала, а она мой - нет. Пришлось снять шапку и расстегнуть пальто.

   - Ой, - пробормотала Элвин.

   Уши поникли. Прохладный летний ветерок ерошил шерсть на кончиках ушей. Длинный черный хвост обвил ногу...Элвин. Я покраснела.

   - Прости, - сказала я. - Просто ты мне понравилась, а он демонстрирует все мои эмоции.

   - А...а можно потрогать? - неуверенно спросила Элвин.

   Я недоуменно на нее посмотрела. Обычно дети убегают, когда видят меня. Или кидаются с безопасного расстояния камнями. И уже точно не сидят рядом и не просят разрешения потрогать хвост.

   Я кивнула, разрешая.

   У Элвин была теплая рука. Она осторожно погладила против шерсти и хвост взметнулся.

   - Извини, - закусив губу, пробормотала девчонка. - А уши можно?

   Я наклонила голову, чтобы ей было удобнее. Элвин осторожно погладила мои уши, неизвестно почему радостно улыбаясь.

   - Как здорово! А откуда это у тебя?

   - Не знаю, - я вздохнула. - Что в этом хорошего?

   - Как что? У тебя необычная внешность! Это же невероятно здорово! Сельма!

   - Знала бы ты, как эта необычная внешность называется.

   - Особенность? Изюминка?

   И я поняла, что она надо мной издевается.

   - Уродство это называется!

   Я положила яблоки рядом с ней и вскочила.

   - Не надо мне твоих угощений!

   - Сельма! - донеслось мне в след. - Сельма, погоди!

   Но я уже неслась через чащу к поселку, а на глазах вскипали слезы обиды.

***

   Впоследствии я жалела, что отдала ей яблоки. Особенно когда мы сели ужинать и мама сказала, что снова уйдет на ночь.

   - Тебе совсем не платят, - буркнула я, размазывая по тарелке капустную кашу. - Зачем ты туда ходишь?

   - Милая, - мама привычно улыбнулась, - нам заплатят, и мы обязательно купим что-нибудь очень вкусное! Потерпи немного.

   - Я терплю, - маму расстраивать не хотелось. - Просто мне обидно, что ты работаешь бесплатно. Ты спишь вообще?

   - Сельма, прекрати, - строго сказала мама. - Я запрещаю тебе обсуждать мою работу. Она приносит нам деньги.

   - В последнее время - не очень.

   - Дочь! Хватит. Доедай ужин и никуда не ходи. Утром доешь кашу и пойдешь гулять.

   - Хорошо, мама, - послушно сказала я.

   Из головы не выходила Элвин. По прошествии времени мне показалось, что я зря обиделась, и девчонка не собиралась издеваться надо мной. Следовало бы извиниться, но, ни где она живет, ни где ее можно найти, я не знала. Оставалось лишь надеяться, что она еще придет к домику. Впрочем, после ссоры она вряд ли решится со мной хоть раз заговорить.

   Мама ушла. Я проводила ее, решив на эту ночь остаться дома. Хоть я и не любила это жилище с маленькими окошками, наполовину вырытое в земле, заросшее плющом, и предпочитала домик в лесу. Но делать все равно было нечего, что там, что дома. В библиотеку новых книг не привозили, а дощечки для резки у меня закончились. Оставалось только убрать посуду, накрыть кастрюлю с кашей полотенцем и улечься на кровать: мечтать и дремать, ожидая утра и маминого возвращения. Свет мы берегли, а потому по мере сгущения сумерек в комнате делалось все темнее и темнее. Я что-то напевала себе под нос, создавая хоть какую-то иллюзию компании.

   Мы всегда так жили. Маминого мужа выслали из Империи давным-давно, около тридцати лет назад. Они тогда были еще молодыми, недавно поженившимися и полными надежд. Кажется, его обвинили в шпионаже... Мама могла бы развестись с ним, но, как сама же впоследствии говорила "Юная любовь характерна тем, что не терпит препятствий со стороны судьбы". Позже, немного позже, она поняла, что это была ошибка и их с отцом невероятная любовь - не что иное, как порыв страсти, свойственный молодым людям, едва перешагнувшим порог совершеннолетия и расцвет родовой магии.

   Здесь магии нет. Нет здесь и особого счастья, хотя, бывает, мы смеемся и радуемся каким-то вещам. Все население Окраин живет бедно, лишь немногие, сумевшие приспособиться - владельцы лавок и борделей - живут лучше. Основное место работы: фабрика по пошиву рабочей одежды. Население - около двухсот тысяч человек. У нас даже есть правительство. Вот только господина Арлангора, мага, еще никто из нас не видел. Так и коротаем дни, без права на возвращение в Империю, где, говорят, хоть немного, но лучше.

   Меня родители подобрали пятнадцать лет назад, на улице. Как я там оказалась и что делала, они не знали. Просто маме стало жаль девочку, в которую кидались камнями более взрослые дети и она забрала ее к себе. Пройти необходимые процедуры по удочерению оказалось просто: маги на границе только посмеялись странному желанию беднячки привести в семью лишний рот, да еще и обремененный такими уродствами как кошачьи уши и неуемный подвижный хвост, покрытый короткой, но мягкой шерсткой.

   Недоедая, еле-еле, но мы жили, вполне дружно и спокойно. До тех пор, пока не умер папа. В один прекрасный день он ушел на охоту и больше его не видели. Остались мы с мамой вдвоем как раз в тот момент, когда я пошла в школу. Это было трудное время и для меня, и для нее. Сверстники меня дразнили, били и издевались над моими "особенностями". Я плакала, обижалась, убегала из дома. Мама переживала. Теперь, после окончания школы, у меня еще есть три года. Работать я буду иметь право только по достижении двадцатилетия. Несовершенство системы, увы. Еще три года маме придется работать, чтобы прокормить двоих. А потом и я на фабрику отправлюсь, если только...

   Словно в созвучие моим мыслям раздался стук в дверь. У нас небольшой домик, поэтому я прокричала прямо с кровати:

   - Кто там?!

   - Открывай, Сельма.

   Сердце быстро забилось, а руки задрожали. Господин Анткорт, владелец местного клуба. Борделя, по-простому если. Не открыть ему нельзя: он - староста поселения.

   - Здравствуйте, господин Анткорт, - пролепетала я, пропуская худосочного подтянутого мужика в дом.

   - Привет, Сельма. Как ты сегодня?

   - Все хорошо, спасибо.

   - Я принес тебе контракт, - он, брезгливо поморщившись, бросил на стол папку с бумагами.

   - Простите, господин. Но я же сказала, что не хочу у вас работать.

   Он посмотрел на меня так, словно я была его непослушной дочуркой, которая не желала поступать в университет.

   - Сельма, разве у тебя есть выбор? Дорогая, вы с мамой живете на копейки. Ей ведь на фабрике не платят? Сколько вы уже питаетесь этим?

   Он бросил взгляд в сторону кастрюли с кашей. Я отвела глаза.

   Контракт на работу в борделе...когда он впервые заговорил о нем, мама закричала так, как еще никогда до этого. Она запретила мне даже думать о работе в клубе, что бы Анткорт ни предлагал. Даже если это работа уборщицы.

   - Сельма, ты можешь жить, как принцесса. Ты очень красивая и достаточно необычная. Многие мои гости отдадут...

   - Не хочу этого слышать, - прервала его я и улыбнулась, чтобы сгладить резкий тон. - Я мечтаю о другой работе.

   - Знаешь, Сельма, - Анткорт отошел к двери, - я ведь твердо намерен заполучить тебя. И у меня есть люди, которые выполняют подобную работу.

   - Какую работу? - нахмурилась я.

   - Ищут молодых и красивых девушек, - многозначительно усмехнулся Анткорт, - потом ломают их. И приводят ко мне. Как правило, после разговора с моими ребятами девочки соглашаются на все и сразу. За гроши. Я же предлагаю тебе весьма выгодный контракт. Никаких особых услуг. Фактически, ты работаешь нашей личной кошечкой...

   Он подскочил, когда в дверь громко забарабанили.

   - Кто там?! - спросила я, совершенно не представляя, кого принесло.

   - Привет! Это Элвин! Открой, пожалуйста!

   - Входи, открыто.

   Я возликовала: Анткорт не станет зазывать меня в бордель при посторонних. Он все еще блюдет свою репутацию честного человека.

   - Привет! - Элвин робко улыбнулась. - Я помешала, да?

   В руках она держала что-то, завернутое в бумагу.

   - Нет! Проходи! Это...это мой знакомый.

   Анткорт, не стыдясь ничего, рассматривал Элвин, и я знала этот взгляд: он уже оценивал принцессу как потенциальную сотрудницу. Хотелось ударить его, но потом, вспомнив, что Элвин - не просто девочка, живущая по соседству, я успокоилась. Уж ей-то точно не придется отбиваться от старосты.



   - Извините, господин Анткорт, - сказала я, - но я отказываюсь. Я хочу работать на фабрике.

   - Запомните, что я сказал вам, - холодно произнес мужчина. - Я не шутил.

   Я промолчала, закрывая за ним дверь. Но страх поселился надолго.

   - Какой странный, - хмыкнула Элвин.

   - Не обращай внимания, - я отмахнулась.

   Не хватало еще посвящать принцессу в свои проблемы. А ну как подумает, что я от нее помощи жду? Ее уж, наверное, достали с подобными попытками.

   - Я извиниться пришла, - улыбнулась Элвин. - Я неправильно себя вела у домика. Прости.

   - Это я виновата, - я улыбнулась ей в ответ. - Привыкла к тому, что все смеются. Мне кажется, ты не хотела обижать меня.

   - Верно, не хотела. Вот, - словно спохватившись, рыжая протянула мне сверток, - это кекс, мама испекла для тебя. Я даже немного помогала!

   - Ой, - я вдруг испугалась.

   Для меня испекла кекс сама принцесса Дейнатара... Не говоря уж о том, что я полгода сладостей не видела.

   - Элвин, а как тебя отпустили так поздно ко мне?

   - Меня проводил мамин телохранитель. Тар ждет снаружи и отведет меня домой в любое время. Ему никто не страшен, поверь.

   - Тогда давай пить чай.

   Чай у нас был самый паршивый, один из тех сортов, что намертво окрашивает светлую посуду. Мне было стыдно перед Элвин, когда я наливала темно-коричневую жидкость в две старые кружки. Но сама принцесса не выказывала ни отвращения, ни презрения и постепенно я расслабилась. Тем более что кекс оказался удивительно вкусным: нежным, тающим во рту, с кусочками шоколада.

   Вскоре я заметила, что Элвин совсем не ест. Чай в ее кружке убывал быстро, но к кексу принцесса и не притронулась.

   - А почему ты не ешь? - спросила я, надеясь не показаться бестактной.

   Элвин тяжело вздохнула.

   - Мне нельзя сладкое. Я в детстве очень много болела...что-то с кожей. Поэтому теперь не ем сладкое и мучное. Вот, смотри.

   Она убрала с шеи волосы, и я увидела, что ее шея покрыта маленькими шрамиками, которые, судя по всему, спускались на спину.

   - Такие дела. Последствия аллергии. Жуткое было время...вся спина болит, повязки с кровью отдирают. Ух, сколько я орала. Даже отец впечатлился.

   - Извини, я не знала.

   - Да все хорошо, - хмыкнула Элвин. - Я же никогда не ела кексов, поэтому не осознаю потерю.

   - У меня, увы, нет ничего, чем я могу тебя угостить...

   На меня как-то странно посмотрели.

   - Ты и не должна меня чем-то угощать. Впрочем, от добавки чая не откажусь. Что ты делаешь завтра? Может, покажешь мне ваши места?

   - Хорошо. Покажу. Правда, у нас не так много красивых мест.

   - А кто был тот мужчина? - спросила Элвин. - Противный с виду тип.

   - Наш староста, - я пожала плечами, стараясь, чтобы это выглядело как можно более небрежно. - Предлагал мне работу.

   - Понятно, - Элвин не стала спрашивать - я видела это - из вежливости.

   Мы поднялись одновременно. Я - чтобы убрать кекс, оставленный для мамы. Элвин - чтобы уйти.

   - Спасибо тебе, что не обижаешься, - принцесса тепло улыбнулась.

   - Тебе спасибо. Что пришла и...вообще.

   Я не смогла поблагодарить ее за кекс. Почему-то признаться, что нам почти нечего есть, для меня значило навсегда потерять это новое чувство зарождающейся дружбы.

   Мы молчали, и ни одна не могла попрощаться.

   - А тебе домой нужно? - вдруг спросила я.

   Элвин задумалась.

   - Если Тару скажу, что останусь, он передаст маме и меня не хватятся.

   - Может, останешься?

   Она заулыбалась.

   - Давай! Я пойду, скажу Тару!

   Мне было любопытно, что там за телохранитель такой, но я решила не высовываться. Ночь обещала быть веселее, чем я думала. И менее страшной.

   Кровать у меня была лишь одна, а потому мы с Элвин решили ее не расправлять. Лето же, можно и поспать подольше. Вот мама придет, отправимся в заброшенный домик и там как следует выспимся, на природе, под пение птичек.

   - Расскажи о своих родителях, - попросила я.

   - Мама хорошая. Она веселая и всегда меня поддерживает. У нее...богатая история. Папа...папу я иногда боюсь. Он суровый. Мама частенько скрывала мои хулиганства от него.

   - У них плохие отношения?

   - Нет, - рассмеялась Элвин, - у них отличные отношения. Любовь там вечная, чего еще в книгах пишут...ну, совместные выходные без детей и слуг, поцелуйчики по углам. Мама моложе папы, вот и сдерживает его желание не отпускать меня ни на шаг. Знал бы ты, как он противился тому, что я поехала сюда. Но мама его уговорила. Она считает, что я должна учиться жить. Мало ли что произойдет? Нужно быть готовой ко всему.

   - Она права, наверное.

   - Она исходит из реалий. Я - трудный ребенок. Болела, постоянно мучилась от кошмаров. До сих пор боюсь темноты.

   - Я тоже боюсь, - призналась я. - С детства.

   Мы улыбнулись друг другу.

   - Папа говорит, что детские кошмары обусловлены нехваткой родительского внимания. А я им хоть и показывала это, не сказала, откуда взялось.

   Она закатала рукав кофты и показала мне небольшой тонкий шрам, словно от когтя.

   - Иногда детские кошмары - не просто кошмары, - принцесса вздохнула. - Я до сих пор не знаю, кто это был и что ему от меня надо было. Но мама не верит в то, что в шкафах, за окнами и в темноте что-то есть.

   Я поежилась и бросила быстрый взгляд в сторону окошек. Мне почудилась тень, промелькнувшая перед деревьями.

   - Хватит, Элвин, - попросила я. - И так не по себе.

   Мы берегли свечи, а потому редко после наступления темноты зажигали свет.

   - Не бойся, - принцесса рассмеялась. - Снаружи дежурит Тар. Через него не пройдет никто и ничто!

   - Похоже, твой Тар - крепкий парень.

   - Не то слово, - хмыкнула Элвин.

   Принцесса мне очень нравилась. И я, не избалованная вниманием сверстников, уже готова была назвать ее своей подругой, хоть и понимала, что знакомы мы всего ничего.

   И все-таки мы уснули, как были, в одежде, благо, что без обуви, на не разобранной постели. И спала я без кошмаров.

***

   - Вставай! - я сквозь сон услышала чье-то счастливое пение.

   Элвин скакала вокруг стола, разливая чай.

   - Хватит спать, Сельма! Уже семь утра!

   - Сколько?! - поразилась я.

   Мама должна была прийти только через полтора часа.

   - Семь! - нисколь не смутившись, ответила Элвин. - Вставай!

   - Так рано... Каникулы же!

   Я нехотя пыталась оставить глаза открытыми. Организм сильно хотел спать: мы накануне проговорили едва ли не до середины ночи.

   - Вставай! - принцесса не сдавалась.

   Пришлось вылезти из постели и потопать к умывальнику. Даже хвост в такую рань не желал шевелиться и просто волочился за мной по полу.

   Элвин вдруг рассмеялась.

   - Что? - хмуро глянула я на нее.

   - У тебя такие уши лохматые. И хвост, - смеялась девчонка. - Сонная такая.

   Я вяло махнула хвостом, предоставив ей веселиться в одиночестве, и стала умываться.

   - Знаешь, - задумчиво сказала Элвин, - в твоем поведении есть что-то...кошачье. Ты даже умываешься, как кошка.

   - Языком что ли?

   - Нет. Руки держишь, будто лапы.

   - Ты вообще кошек когда-нибудь видела? - у меня закралось сомнение. - И то, как они умываются?

   А потом я заметила стол, заставленный всякими чашками и коробками. Заметив мой взгляд, Элвин покраснела.

   - Прости, что я свою еду притащила, - пробормотала она. - Просто моя болячка - штука такая, лишний ингридиент, какая-нибудь местная специя - и поминают принцессу Элвин во всей Империи. Папа тогда точно маму убьет. Ты не злишься?

   - Нет, - подумав, ответила я.

   Объяснение звучало более чем логично, но мне почему-то показалось, что смутилась Элвин не этого. Да и мне было неловко, ведь кроме капустной каши у меня в доме ничего не было. Ну, еще остатки вчерашнего кекса который, как мы выяснили, она не ест. Ситуация получалась двусмысленной: если я попрошусь присоединиться к ее завтраку, выглядеть будет это...не очень. А если начну в гордом одиночестве есть капустную кашу...готова буду провалиться сквозь землю.

   - Ты любишь йогурт? - тем временем спросила Элвин, протягивая мне глубокую чашку, наполненную какой-то густой белой массой.

   - Никогда его не пробовала, - призналась я.

   - Да? - Элвин явно удивилась. - Тогда попробуй. Он вкусный. И еще Тар принес печенье...кажется, земляничное. С йогуртом очень вкусно. Я решила, что раз уж некоторое время мне не стоит есть местную еду без присмотра мамы, то угощу тебя нашей. Кухни все же разные.

   Ага. Империя питается чем-то съедобным. А мы - тем, что можем вырастить сами. Конечно, поставки из казны есть, но оседают они явно не в карманах поставщиков продовольствия. А у Арлангора и людей, подобных Анткорту. Наше счастье, что папа сумел добыть большое количества семян и зарегистрировать их. Хотя бы была капуста, морковь и свекла. Правда, в этом году свекла и морковь закончились очень рано, а новые еще не поспели. Все это удачно совпало с задержкой маминого жалования.

   Я уселась рядом с принцессой и без особенного энтузиазма принялась ковыряться ложкой в йогурте. Хотя попробовать очень хотелось, было стыдно.

   - Не вкусно? - Элвин заметила, что я ничего не ем.

   - Вкусно.

   Она вздохнула и отложила ложку.

   - Сельма. Знала бы ты, как я устала от этого.

   - От чего? - не поняла я.

   - От того, что вы все стесняетесь того, как живете. И того, что делаю я. Я принцесса. У моей семьи куча денег. И я не выбирала, где родиться. То, что я пытаюсь тебя угостить, не значит, что я смеюсь над тобой. Я пытаюсь поделиться тем, что есть у меня. Потому что, честно говоря, когда оно есть у тебя, а ты сидишь в одиночестве, оно совсем не нужно.

   - Элвин, я не...

   Ну ладно, я стеснялась. И старого домика. И капустной каши. И серого домашнего платья, которое на фоне брючного костюма Элвин выглядело еще более уродливым.

   - Сельма, я не желаю есть в одиночестве. Я ведь даже не смеялась над тобой! И не думала!

   - Просто это тяжело, - я пожала плечами. - Мы привыкли друг к другу, мы так живем. Тот, кто живет лучше...заключает с совестью сделки. А ты как из другого мира. Это непривычно и пугает.

   - Ну, в печенье нет ничего страшного, - Элвин протянула мне тарелку с печеньем, от которого шел умопомрачительный аромат.

   Мы дружно рассмеялись и принялись есть. А йогурт действительно оказался вкусным.

***

   Когда Элвин уходила, мне действительно жаль было расставаться с ней. Новое, до сих пор не испытанное чувство заставляло улыбаться. Чувство, когда кто-то хочет с тобой дружить. Да ладно, дружить. Когда кто-то относится к тебе по-доброму, не издевается и не смеется.

   - Прости, - вздохнула принцесса. - Мама отпустила меня на ночь с условием, что я весь день пробуду с семьей. Так что просмотр местных достопримечательностей лучше оставить на завтра.

   - Ничего, - главное было то, что мы увидимся. - Заходи, как захочешь. Каникулы, так я совсем не занята.

   Я знала, что сутками буду сидеть дома, лишь бы не пропустить ее приход.

   Элвин вдруг о чем-то задумалась.

   - Кстати...я обещала маме, что познакомлю тебя с ней. О нет, - воскликнула она, заметив, как я побледнела, - не пугайся так. Просто маме интересно. Я описала ей тебя. Она хорошая, не бойся.

   - Она - принцесса. И сестра Императора.

   - Она выросла в простой семье. Так что не беспокойся. Просто ей интересно, чем я занимаюсь в свободное время. Так что приглашаем завтра тебя и маму на обед. А потом сможем заняться чем-нибудь у меня. Или даже на ночь остаться. Порисуем...и приготовим торт!

   Мне очень хотелось согласиться...

   - Элвин, мы будем глупо смотреться в вашем доме...

   - Он немногим шикарнее вашего. Мы приехали в гости к бабушке с дедушкой. Не стесняйся, Сельма. Никто вас с мамой не обидит. Приходите. Пожалуйста.

   Чуть помедлив, я кивнула. До сих пор Элвин не сделала ничего плохого. И о матери она отзывается тепло.

   - Мы придем, - сказала я, чуть улыбнувшись.

   - Славно! - просияла принцесса. - Вот адрес.

   Она сунула мне в руку клочок бумаги. Адресов, как таковых, у нас не было, но Элвин нарисовала карту. Вполне понятную и простую. Как и ожидалось, жили они в самом благополучном месте. Всего через пару домов стоял особняк Анткорта.

   - Тогда до встречи. И запомни: если ты не придешь, я тебя притащу!


Глава вторая, в которой Сельма переезжает в Империю


   - Пожалуйста! Пожалуйста! Мама, ну, пожалуйста! - я ходила за ней хвостиком, монотонно бубня эти слова.

   Она в очередной раз закатила глаза.

   - Элвин, это незаконно!

   - Мам, но ты не видела, как они живут! Это ужасно.

   Взгляд ее смягчился.

   - Я знаю, родная. Но ничего поделать не могу. Это не территория Империи, здесь у меня нет власти. Именно поэтому мы приезжаем сюда инкогнито.

   - Она такая хорошая! И одинокая! - я в отчаянии упала на диван.

   - Элвин, это незаконно, я еще раз тебе повторяю. Это преступление!

   - Неужели ничего нельзя сделать?

   Мама села рядом и ласково погладила меня по волосам.

   - Нет, Элвин. Нельзя. Если хочешь, будем помогать Сельме деньгами, или продуктами. Если она возьмет, конечно. Но забрать ее с собой мы не имеем права.

   - Тар? - я перевела взгляд на телохранителя, который вообще изображал из себя статую и тихонько читал какую-то брошюру.

   - Твоя мать права, Элвин. Мы не сможем увезти Сельму и не нажить проблем.

   - Отвратительный мир, - пробурчала я. - Очень отвратительный.

   Мама рассмеялась.

   - В моей молодости мир был еще более отвратительным, детка.

   Я хмыкнула.

   - В молодости, - передразнила я ее. - Она была не так уж и давно. Папа говорит, что ты так и осталась девочкой-студенткой.

   Лицо мамы приобрело удивленное выражение.

   - Он так сказал? Интересно... Что ж, в свою очередь могу тебе сказать, что твой отец так и остался моим преподавателем. И до сих пор не может понять, что мы не в университете.

   Тар фыркнул из своего угла. Я знала, что мамин телохранитель учился с ней в Риверском. Он мог занимать куда более солидную должность, но предпочитал защищать маму и меня, что не могло не радовать папу. Он частенько говорил, что Тар - один из лучших боевых магов Империи. Правда, я думаю, папа просто выпендривался, ведь Тар был его учеником.

   - Демон! - я выругалась, за что мама наградила меня возмущенным взглядом.

   - Элвин, это не конец света. Ты хочешь помочь новой подруге, я понимаю. Но она не умирает, и не нуждается в лечении. Мы поможем им всем, чем сможем. Но твой дядя не воспримет хорошо то, что ты собираешься нарушить закон.

   - Я знаю. Просто...когда я ночевала у Сельмы, я видела контракт. Ей принес его местный староста. Говорят, он хозяин борделя. Сельме семнадцать, она еще не может работать, а школу уже закончила. Мать трудится на фабрике и почти не получает жалование. Они едят одну похлебку. И этот...староста, как я поняла, предлагает ей работу.

   - В борделе? - уточнила мама.

   -Ты бы видела этот контракт, - меня передернуло при воспоминании о пачке листов, лежащей на столе у Сельмы. - Рабство какое-то. Все услуги перечислены, расценки стоят. Ей гроши платить будут! Да и ужас там написан. Условие: нельзя портить ее уши и хвост, остальное - хоть что делай. Я даже перечислить ЭТО не смогу. Мерзко. Мне кажется, он ей угрожал.

   - Дела, - протянула мама. - Тар, что скажешь?

   - Вполне вероятно, - пожал плечами мужчина. - Даже в Империи есть подобные места, с ними чрезвычайно трудно бороться.

   - Но ведь пока она не подписала контракт, она свободна, так?

   - Видишь ли, Дейна... Она его подпишет.

   Мама нахмурилась.

   - С чего ты взял? Элвин сказала, Сельма - хорошая девчонка. Вряд ли какая нужда заставит ее торговать собой. Да и мы поможем...

   - Я немного знаю методы этих ребят. Если девушка невинна...они ее умыкнут, проверят и продадут на ночь какому-нибудь любителю свеженького. Если нет...то просто порезвятся пару дней, не давая еды, воды и прочих прелестей. После такого обычно все подписывают не то, что контракт, приказ на собственную казнь. Так что, если этот староста крепко взялся за Сельму, ей одна дорога. Я могу, конечно, переговорить с ним, но толку будет мало. Можем сделать хуже Сельме, или ее маме.

   Я поежилась после его слов. Выглядело...жутко. В такие моменты я переставала огорчаться из-за принадлежности к императорскому роду. С принцессой не может случиться ничего подобного.

   - Значит, дела плохи, - мама вздохнула. - Мы можем что-нибудь сделать?

   Я умоляюще посмотрела сначала на Тара, потом на маму.

   - Пожалуйста! Давайте ей поможем! Я...я буду хорошо себя вести! Пакостить не буду. И даже...ладно, я поступлю к отцу.

   - Что-что? - мама сделала вид, что не расслышала. - Ты поступишь в Риверский? На факультет отца? И оставишь глупую мечту стать певицей?

   - Да, я поступлю в Риверский, - приходилось идти на уступки. - Если мы поможем Сельме. Но петь не перестану.



   - Тар? - усмехнулась мама.

   - Это выгодная сделка, Сормат. Соглашайся, - кивнул мужчина.

   - И что мы сможем сделать? - спросила мама. - Действительно сможем их увезти?

   - В том, что сможем, никто и не сомневается, - усмехнулся Тар. - Только это незаконно. Сложно. Опасно.

   - Понятно. Элвин, я ловлю тебя на слове, поняла?

   - Конечно, - я быстро обняла маму.

   Разумеется, я знала, что она помогла бы Сельме и без моего обещания. Но ведь мне нужно было куда-то поступать. И пусть последние два года я старательно избегала вопроса о Риверском Магическом Университете, я знала, что буду там учиться. А так получился приятный обеим сторонам компромисс.

   - Ладно, Тар. И как мы будем спасать эту Сельму?

   - Дай мне часов десять, принцесса. Я придумаю.

   Мне стало так спокойно. Эти двое точно что-нибудь придумают. Я знала, на что способна мама, я читала ее книгу, которая хранилась в отдельной комнате.

   Мне было пятнадцать. И было очень любопытно, что же такое лежит там, за стеклом, в шкафу.

   - Мам, о чем она? - спросила я, указав на книгу, когда мы в очередной раз занимались каллиграфией в музее.

   - О нашем прошлом, - мама как-то странно улыбнулась. - Обо мне немного.

   - А почему за стеклом? - удивилась я.

   У нас была огромная библиотека, в ней хранились самые разные книги, даже оставшиеся в единственном экземпляре. А эта с виду невзрачная книга в кожаной обложке хранилась за стеклом, в глубине замка.

   - Она...очень ценная. И она должна во что бы то ни стало уцелеть. Есть много копий этой книги. Хочешь прочесть?

   Я кивнула.

   Мама, щелкнув пальцами, вложила небольшой ключик в мою руку.

   - Читай.

   - И все? - удивилась я. - Не станешь следить?

   - Нет, конечно, нет. Но буду рада, если ты что-нибудь скажешь, как прочтешь.

   Два дня я убила на книгу. Два дня почти не выходила из комнаты, читая сначала историю Мадлен, потом - историю Дейнатары.

   "Совсем недавно наш мир был другим. Теперь уж и следа не осталось ни от Облачного Храма, ни от Старейшин. А когда-то мы искренне верили, что волю Богов осуществляют именно они, Старейшины. И каждая женщина, чей ребенок имел ценность для Империи, на утро после свадьбы с ужасом и волнением ждала пророчества, которое должно было определить ее судьбу. В пророчестве - либо предсказанные здоровые дети, либо смерть. Белый лист - жертва Богам. Черный - медленное угасание от проклятия. И не приведите Боги завести детей кроме того числа, что предначертано. Мы верили, что эти дети умирают от проклятия. Я была таким ребенком. И моя дочь Элвин - тоже.

   Но рано или поздно, эпоха меняется, а на смену ей приходят другие убеждения и другие проблемы. Старейшины свергнуты. Империя оправляется после гражданской войны. А я записываю и историю Мадлен, с которой все началось, и свою историю. Но главное - я описываю Его историю. Историю человека, который шел несколько столетий к тому, чтобы дать таким, как я, шанс жить".

   - Это его портрет висит в холле, да? - спросила я потом маму, глядя на спокойного молодого мужчину.

   - Да. Это принц Фар.

   - Наш предок? - уточнила я.

   - Нет, не совсем. У него не было детей...официально. Он не оставил наследников и трон перешел к брату императрицы. Такое иногда бывает: кровь меняется.

   - Я впечатлена книгой. Ты действительно помнишь то время, когда была Мадлен?

   - Нет, - рассмеялась мама. - Не помню. Только то, что прочла в ее дневнике. Мы не помним своих прошлых жизней. Иногда это хорошо. Даже, я бы сказала, это всегда хорошо.

   - Не понимаю...

   - Не нужно. Подрастешь, поймешь. Для вас эта книжка - красивая история о перерождении, о любви, о войне, которую вел К...Фар. Для меня это - воспоминания о том, что происходило со мной давным-давно. Возможно, и ты сможешь написать о себе такую книгу. И надеюсь, она будет очень и очень счастливой. Хотя...счастливые не пишут книг, верно?

   Мама обняла меня.

   - Мне очень повезло, что ты родилась, Элвин. Я часто ругаю тебя, злюсь, но ты - желанный и единственный ребенок. Я хочу, чтобы ты знала, кто дал тебе возможностьжить. Он действительно спас если не Империю, то нас с тобой точно.

   - И так глупо погиб, - буркнула я.

   - Ох, Элвин, - мама взяла меня за руку и повела прочь от портрета. - Наверное, когда живешь несколько сотен лет, смерть становится не такой уж страшной. Иди спать. Скоро начнется учебный год. Нужно входить в режим.

   Но у меня еще оставался последний вопрос.

   - Мам, а почему ты не написала, как его звали? Он ведь не звался Фаром, верно? Почему в книге нет его имени?

   Она улыбнулась так, как могла улыбаться только моя мама. Будто знала что-то, что не могла рассказать мне.

   - Когда-нибудь ты узнаешь, как его зовут. Но не сейчас.

   - Почему? - надулась я.

   - Доверься мне.

   Она ушла, оставив меня стоять в растерянности у дверей спальни. Тогда я не знала, что пойму смысл сказанного много позже.

***

   Я долго не могла уснуть. Ворочалась, мучаясь от совсем не свойственной этому лету жары, перекладывала подушки с места на место, стаканами пила воду, но, хотя и хотела спать так, что слипались глаза, не могла полностью расслабиться. Была виной тому Сельма и ее ситуация, или то была просто одна из тех ночей, когда сон не идет, я не знала. Но темнота, сгустившаяся вокруг пугала.

   У бабушки с дедушкой в доме не было ночников, как во дворце, а попросить я не решалась. Мама верила, что мои кошмары закончились давным-давно, и я перестала бояться темноты. На деле же кошмары не закончились. Страшные сны плавно превратились в реальность.

   Я укрылась одеялом с головой, но гнетущее чувство не прошло. Я почти чувствовала, что в комнате кто-то есть, и сосредоточилась лишь на одном желании: дотянуть до рассвета. Чем бы это ни было, оно всегда уходило с первыми лучами солнца.

   - Элвин, - донеслось из угла.

   Я зажала ушли руками и зажмурилась, делая вид, что сплю.

   - Элвин, - половицы заскрипели.

   Оно подходило ближе.

   - Давай играть.

   - Пошло к демонам! - прошептала я, чертя в воздухе оберег.

   Раздалось тихое хихиканье, но существо перестало приближаться. Оно уже слабо боялось оберегов, но пока не могло преодолеть магию.

   Оно приходило уже год. Сначала исчезало, едва я поднимала голову, или шевелилась. Потом - едва шептала защитное слово. Потом - когда начала чертить оберег. Именно перед тем, как я догадалась до оберега, я получила царапину. Когда оно ухватило меня, я успела разглядеть в лунном свете костлявую почерневшую руку с отвратительными острыми когтями. Потом магия заставила это уйти.

   Разумеется, я говорила маме. Верить она перестала через неделю, когда не увидела ничего сверхъестественного в моей комнате ночью. А методы обнаружения посторонних предметов и существ у нее очень действенные. Впрочем, она отдала много денег лекарю, который должен был вылечить меня от кошмаров. И тот честно отработал полученное жалование, но вот от кошмаров меня не избавил по одной-единственной причине.

   Это были не кошмары.

   И что-то знакомое было в этом голосе. В этой интонации. Но я никак не могла вспомнить, что именно...

***

   Сельма с мамой пришли, как и договаривались, к обеду. Мама Сельмы была худощавой светловолосой женщиной, с болезненным цветом лица. Она была явно уставшей, но приветливо улыбнулась и мне, и маме.

   - Здравствуйте, - произнесла мама. - Я рада, что вы смогли прийти. Элвин много говорила о вашей дочери.

   - Как и Сельма, - сдержанно улыбнулась женщина. - Меня зовут Валда.

   - Дейна, - представилась мама. - К сожалению, мои родители не смогли присоединиться. У них лекарский дом и...

   - О, я знаю госпожу и господина Сормат. Они удивительные люди, благодаря их усилиям у нас появились лекари, и мы болеем не так сильно.

   - Одна из многих причин, почему родители живут здесь, - усмехнулась мама. - И почему мы с Элвин приезжаем к ним в гости. Проходите.

   Мы уселись в гостиной, за большим круглым столом. На обед мама приготовила все, что я любила: овощные салаты, запеканку из картофеля, вишневый пудинг без сахара и свежевыжатый сок.

   - Прошу, угощайтесь. Вот здесь запеченная курица. Не так много, как хотелось бы: Элвин не ест мясо, да и родители не поклонники. Поэтому по большей части мы едим овощи. Сельма, у тебя ни на что нет аллергии?

   - Нет, - Сельма покраснела и опустила глаза. - С-спасибо.

   - У Элвин аллергия, - пояснила мама. - Уж сколько мы мучились, не представляете.

   - Сельма мало болеет, - задумчиво произнесла Валда. - За это я благодарю Богов. Хоть ваши родители и создали лекарский дом, постоянно болеющий ребенок - это тяжело здесь.

   - Понимаю. Вообще-то они портные. Но, переехав сюда, они не смогли найти работу. Конкуренции с фабрикой не протянули. Пришлось думать, как быть.

   Некоторое время мы молчали, поглощенные обедом. Я подмигнула Сельме, накладывая в ее тарелку пудинг.

   - Валда, - начала мама, - Элвин очень нравится ваша дочь.

   - Я рада, что у нее появился друг, - улыбнулась женщина. - Она очень одинока.

   - Мам! - Сельма покраснела еще больше.

   - Я хотела бы сделать вам одно предложение, - сказала мама и я навострила уши. - Очень серьезное предложение. Пообещайте мне, что тщательно его обдумаете.

   Сельма бросила на меня удивленный взгляд, и я кивнула, давая понять, что все нормально.

   - Элвин, принеси чай, - скомандовала мама.

   Я отправилась в кухню.

   Когда вернулась, мама уже что-то говорила нахмурившейся Валде и удивленной Сельме.

   - Я все понимаю, леди Сормат, но не могу ничего сделать. Того, что мне платят на фабрике хватает разве что на еду и налоги. Мне никак не выучить Сельму в университете. Я даже не знаю, есть ли у нее способности: я ей приемная, а территория вне Империи свободна от магии.

   - Я знаю, - невозмутимо кивнула мама, принимая из моих рук чашку. - И поэтому хочу предложить свою помощь.

   - Помощь? - Валда невесело усмехнулась. - Леди Сормат, у меня нет права на возвращение в Империю.

   - Права нет, - подтвердила мама. - Есть возможность. Незаконно.

   Воцарилось молчание. Только тиканье настенных часов нарушало эту тишину.

   - Я сразу предупреждаю, что способ этот предусматривает даже не обход законов...их прямое нарушение. Однако мне известно о предложении, которое Сельме сделала господин Анткорт. И мне не хочется давать ему шанс заполучить вашу дочь. Просто потому что я ненавижу таких людей. Я не в силах развалить его бизнес, хотя и подумаю, что можно сделать, но я в силах забрать вас и вашу дочь в Империю. Подальше от опасности торговать собой и голодать.

   И Валда, и Сельма сидели, словно громом пораженные.

   - Забрать? Нас? - наконец пролепетала Сельма. - Как?!

   - Ты ведь знаешь, кто я, да, Сельма? - спросила мама. - Меня зовут Дейнатара. Я действительно могу увезти вас и поселить во дворце. Разумеется, придется это скрыть, но...мне кажется, это лучше, чем то, что есть здесь.

   По реакции Валды я поняла, что Сельма сдержала слово и не раскрыла мою тайну.

   - О, нет, - предупредительно подняла руку мама. - Не надо пугаться. Я действительно хочу вам помочь. Или вас что-то держит здесь?

   Мама Сельмы молча покачала головой.

   - Как мы будем жить в Империи? - спросила она. - Незаконно. Без...без какой-либо надежды на работу.

   - Документы мы вам сделаем. Когда...когда Император поймет, что все уже сделано, он не станет сильно на меня ругаться. Он хороший. Работу...работу я могу вам предложить в замке.

   Они неуверенно улыбнулись друг другу.

   - Я тоже хочу работать, - подала голос Сельма. - Я знаю, что не много могу. Но раз уж мы незаконно едем в Империю, я могу...неофициально работать у вас. В качестве оплаты за проживание.

   Мама с сомнением на нее посмотрела.

   - Видишь ли, Сельма, я хотела предложить твоей маме работать портнихой. Во дворце всегда ценятся швеи. А ты...тебе нужно выучиться.

   - Мы не знаем, есть ли у меня магия, - тихо возразила подруга. - Если нет...я могла бы работать на кухне. Или помогать маме.

   - Хорошо, - вздохнула мама. - Я понимаю вас. Если захочешь, будешь няней. У моего брата двое маленьких детей, нам бы пригодился человек, который смог бы играть с ними и гулять.

   Сельма улыбнулась и я поняла, что все решено: она едет с нами.

   - Значит, вы согласны? - уточнила мама.

   Валда и Сельма переглянулись.

   - Согласны, - вздохнула женщина. - Здесь у нее нет будущего. Возможно, в Империи Сельма сможет добиться чего-то большего.

   - Тогда давайте обговорим план. Мой друг кое-что придумал. Валда, идемте в гостиную. А вы, девочки, идите к Элвин. Сельма, тебе нужно забирать какие-то вещи? Не одежду, а что-нибудь для учебы или увлечения?

   Сельма, опустив глаза, покачала головой.

   - Тогда, - мама оглядела нас, - Элвин, подбери подруге походную одежду. И какой-нибудь платок...шляпку...уши нужно закрыть. На всякий случай.

   - А хвост? - спросила Сельма и будто в подтверждение своих слов помахала озвученной конечностью.

   - Тут еще и хвост, - хмыкнула мама. - Ты верхом когда-нибудь ездила?

   - Нет.

   - Тогда потренируешься вечером. Куда хвост девать, ума не приложу...Неудобно же.

   - Мы что-нибудь придумаем, - хмыкнула я.

   Занятную подружку я себе нашла. Хвостатую, ушастую и жутко стеснительную.

   Я схватила Сельму за руку и потащила наверх.

   - Идем!

   Комната, которую раз за разом предоставляли мне дедушка с бабушкой, находилась на чердаке. Она была маленькой и очень светлой в дневные часы. Через огромное, на всю стену окно был виден лес и озеро вдалеке. Огромная яблоня росла прямо напротив и ночью доставляла мне много неприятных моментов, когда во время порывов ветра ее ветки стучали в окно.

   - Здорово, - пробормотала Сельма, осматривая комнату. - Очень красиво.

   - У нас с тобой будут комнаты лучше, - улыбнулась я. - Во дворце. Ты любишь детей?

   - Наверное, - пожала плечами девушка. - Мне никогда не позволяли с ними играть. Но с виду они милые.

   - Тебе понравятся мои братья и сестры. Со старшими можно ездить на пикники и прогулки. А младшие очень забавные. Скоро у меня день рождения... устроим праздник. Так, посмотрим...для верховой езды тебе понадобятся брюки. Вот, примерь.

   Я бросила Сельме свои любимые черные брючки.

   - Я не смогу это надеть, - возразила Сельма. - Мне хвост мешается.

   - Проблема, - я задумалась. - Ну...нет ничего невозможного. Придут бабушка с дедушкой, попросим их переделать. Они что-нибудь придумают.

   Она с сомнением покачала головой, но ничего не сказала.

   - Чем ты хочешь заняться? - спросила я. - Есть наборы для рисования, гитара, глина, книжки, головоломки.

   - Мне нравятся головоломки, - застенчиво улыбнулась Сельма.

   - Пойдет.

   Мы уселись на кровать и разложили кучу настольных игр, которые в огромном количестве покупала мама, надеясь, что я перестану вечно пропадать на улице с братьями. Сельма с неподдельным восторгом рассматривала каждую деталь и...теперь все это уже не казалось таким скучным. Действительно, что ли, все зависит от точки зрения?

***

   - Это Тар, Сельма, - мама представила Сельме телохранителя. - Ты поедешь с ним.

   - Это не опасно? - Валда в тревоге закусила губу. - Может, лучше Сельма поедет с вами?

   - Нельзя, - в сотый раз повторила мама. - Из Империи выехали двое взрослых и один ребенок. Вернуться должно столько же. Тар перевезет Сельму через границу, не беспокойтесь. Он надежен. Я доверяю ему свою жизнь.

   Мне показалось, что это не сильно успокоило Валду. Он сказала:

   - Странно все это...неужели нигде не фиксируют, кто именно приехал?

   - Незачем, - пожала плечами мама. - Механизм поимки беглых ссыльных работает куда лучше бюрократических и скрупулезных проверок.

   - Тогда...

   - Ни один из беглых еще не получал поддержку Императорского дома, - мама улыбнулась. - Не беспокойтесь вы так. Все будет хорошо.

   - С вашей дочерью ничего не случится, - подал голос Тар. - Я погибну за нее, если понадобится.

   - Будем надеяться, до таких крайностей не дойдет, - поморщилась мама. - Все, пора выезжать. Элвин.

   Я повернулась к Сельме, которая явно очень волновалась. Мы все-таки приспособили ее хвост, чуть занизив линию талии брюк и спрятав его под длинный плащ. Капюшон скрыл уши.

   - Увидимся во дворце, - я подмигнула ей.

   - До сих пор не верю, что делаю это, - она закусила бледную губу.

   - Все нормально. Помни, что ты сбегаешь от Анткорта.

   Это, кажется, придало ей сил, потому что она вполне уверенно подошла к Тару и, ухватившись за его руку, села в седло. Телохранитель устроился сзади, одной рукой придерживая Сельму за талию, а другой беря поводья.

   - Увидимся во дворце, Тар, - мама кивнула им, и лошадь сразу же сорвалась с места.

   - Он хороший человек, - успокаивающе сказала мама. - Идемте к экипажу. Его уже подали.

   Пока мама прощалась с бабушкой и дедушкой, я проверила карманы и рюкзак на предмет забытых или лишних вещей. Уезжать было жалко, тем более, что впереди маячило поступление. Конечно, дочь Кэдерна Элвида поступит куда угодно и как угодно, но не хотелось ударить в грязь лицом перед современной магической молодежью. Все это в совокупности означало, что придется провести пару крайне неприятных деньков за учебниками, разбираясь с теорией магии, этикетом и другими предметами, необходимыми для поступления.

   Сидя в карете, я видела, как волнуется Валда за дочь. Но сама я была твердо уверена: с Таром Сельме ничего не грозит. Этот человек был гениален и одновременно опасен. Мне никогда не рассказывали о его прошлом, но маме он служил верно и бескорыстно.

   Способ они избрали самый простой. Как уже упоминала мама, на границе, на официальной границе, никого не интересуют имена выезжающих. Достаточно лишь соблюсти формальности списка: количество взрослых и количество детей. Ни пол, ни возраст не имеют значения.

   Границы также охраняются слабо. Защитные заклинания такому магу, как Тару взломать - раз плюнуть. Объясняется такая беспечность просто: при ссылке ты теряешь документы, имущество, положение, работу. На запястье ставят клеймо: невидимый знак, который без труда распознает маг при получении документов. Подделки исключены. Империя хорошо защищена от проникновения извне. Бывало, говорят, находились отчаянные, сбежавшие из ссылки. Но стражи империи быстро их ловили. А подчас находили уже окостеневшие тела на территории леса у самой столицы.

   Сельме это не грозило. Для того чтобы жить во дворце, не нужно иметь документы. Никто не посмеет ослушаться принцессы и начать интересоваться прошлым новых жителей Империи. А у меня появится подруга. Из тех, что дружат не из-за титула, а искренне. Этого не хватает всем особам императорской крови, но, почему-то, мне особенно. У меня никогда подруг не было, хотя мама почти не ограничивала мои развлечения: и походы в деревню на общие праздники, горки, пикники. И самостоятельные прогулки в компании детей слуг и лордов. Первые обычно смущались и всячески пытались мне угодить, вторые заискивали, надеясь получить поощрение от принцессы или Императора. Особенно Эриф.

   Этот паренек добивался если не моей руки, то свидания уж точно. Сын какого-то лорда...с длиннющим списком наград от самого дедушки. До ужаса смазливый товарищ. И на вид, и на слова. Сахарные сопли льются просто рекой в те моменты, когда мы остаемся наедине. К счастью, это происходит достаточно редко, чтобы я могла смеяться над Эрифом, а не раздражаться от его внимания. Мама несколько раз заговаривала о помолвке, но я уходила в глубокую несознанку. И с ужасом ждала момента, когда о моем замужестве захочет поговорить дядя.

   - Элвин, - рассмеялась мама, - о чем ты думаешь? У тебя такое лицо...Таракана увидела?

   Пришлось сознаться.

   - Эрифа вспоминаю. Он обещал приготовить сюрприз к моему возвращению.

   - И что тебя так возмущает?

   - Пытаюсь придумать, где спрятаться, - я пожала плечами. - Мне кажется, он хочет на мне жениться.

   - Хочет?! - хмыкнула мама. - Да если бы у него на лбу была табличка, на ней было бы написано "Хочу в жены принцессу!".

   - Дядя же не отдаст меня ему? - я закусила губу, надеясь услышать отрицательный ответ.

   Мама снова взялась за книгу, которую читала до этого момента.

   - Твой дядя не отдаст тебя никому без моего одобрения. Жить ему еще не надоело.

   - А ты?

   Мама посмотрела на меня. В ее глазах читалось веселье и...какая-то заинтересованность.

   - Нет, Элвин. За Эрифа ты не выйдешь.

   Словно камень с души.

   - Спасибо. Он противный.

   Мама усмехнулась и продолжила чтение.

   - Ладно, а другие? - не желала сдаваться я. - Их же много вьется!

   - Элвин...девочка моя, - мама посмотрела в окно. - На этом свете, безусловно, есть человек, который возьмет тебя в жены. Который полюбит тебя, которого полюбишь ты. Когда он появится в твоей жизни...тогда я с радостью отдам тебя замуж, организую твою свадьбу и успокою твоего отца. Не торопись, ладно?

   - Я и не тороплюсь! - возмутилась я. - Это вы меня хотите сплавить! И в университет, и замуж!

   - Это немного не равноценные понятия. Поверь, когда придет время, моего согласия никто и не спросит. И что бы ни случилось, вы все равно встретитесь. В этом мире даже если ты будешь бегать от собственных чувств, они тебя обгонят и дадут в лоб. Так что не беспокойся.

   - Я еще ни разу не влюблялась, - пробормотала я. - Совсем.

   - Вот и радуйся. Паршивое чувство. Вот я твоего отца люблю. И поэтому терплю его замашки тирана.

   - А у меня не тиран будет, - улыбнулась я. - Хороший, добрый. Ласковый. Красивый. И умный. И еще...благородный. И вежливый, вот.

   Мама как-то неприлично фыркнула.

   - Что?!

   - Ничего. Продолжай.

   - Он попросит моей руки, как положено, у отца и у тебя, а потом у дяди. И поклянется в вечной любви...

   Мама смеялась как-то уж совсем неприлично. Я даже обиделась.

   - Ну, что?!

   - Прости, родная, - она перестала хохотать, но по-прежнему улыбалась. - Просто...сопоставляю ожидания с возможностями.

   - О чем ты? - прищурилась я.

   - Не обращай внимания, - она отмахнулась. - Все будет хорошо. Это я знаю точно. Дождешься своего счастья.

   - Главное не просрать.

   Воцарилась тишина. Валда поперхнулась, а мама, кажется, обалдела.

   - Это тебя кто научил?

   - Папа, - хмыкнула я.

   - Убью, - пообещала мама. - Голыми руками. Нашел, чему принцесс учить.

   Я не стала говорить маме, что выражение почерпнула как раз таки не от папы, а от нее.

   Мы подъезжали к границе. Мама достала разрешение на выезд, Валда откинулась спинку скамьи и прикрыла глаза. Наверное, боялась выдать себя. Слишком нервничала. Я глянула в сторону леса. Где-то там Тар с Сельмой пересекают границу. А может, они уже в Империи: верхом быстрее, чем в экипаже.

   - Все в порядке, леди? - спросил стражник, заглядывая в карету.

   - Все хорошо, - улыбнулась мама. - Спасибо. Хотелось бы к утру вернуться в Риверу.

   - Если поспешите, то успеете. Приятного пути.

   - Спасибо! - хором сказали мы с мамой и двери захлопнулись.

   - Вот и все, - произнесла мама, когда экипаж тронулся. - Мы в Империи. Я же говорила, что все будет нормально. Сельма и Тар, наверное, уже ждут нас у храма.

   Заброшенный храм, находившийся в часе езды от Границы, был главной достопримечательностью этого района. Именно возле него мы должны были встретиться с Таром и взять Сельму в карету. Весь путь верхом она бы не выдержала.

   Но, когда мы приехали к таверне, находящейся неподалеку от развалин, то поняли, что Тар и Сельма не приехали...

   Я вылезла из кареты вслед за Валдой и мамой. Холодный утренний воздух согнал сонливость, а мокрая трава заставила поежиться.

   - Где они? - спросила я у мамы.

   Та покачала головой.

   - Не знаю. Задержались...

   Валда прижала руки к лицу.

   - Ну, успокойтесь, - мама слабо улыбнулась. - Все нормально, они просто задерживаются. Наверное, делали привал, или объезжали что-нибудь. Ведь на их пути могло оказаться озеро, болото - да что угодно! Тар не допустил бы, чтобы с Сельмой что-то случилось.

   А мне было не очень хорошо. Это я уговорила маму увезти Сельму. Из-за меня она, если попала в беду, пострадала. Возможно, пострадал Тар... Папа часто говорит мне, что всегда стоит просчитывать любые варианты своих действий. У каждого поступка, будь он даже самым хорошим и добрым, могут быть последствия, влекущие за собой неприятности.

   - Элвин, ты тоже не паникуй, - строго сказала мама. - Я очень хорошо знаю Тара. Если они задержались, то скоро приедут. Мы подождем в таверне.

   Валда покорно пошла вслед за мамой к дому. Она держала себя в руках, и я была за то очень благодарна. Осуждающий взгляд матери Сельмы пришелся бы некстати. Я и так сжималась при одной только мысли, что их или не пустили через границу, или поймали за ее пределами...

   Посетителей в таверне не было: через большое панорамное окно я видела, что зал пуст. Тем лучше: удобно будет наблюдать за дорогой, ожидая появления Сельмы и Тара.

   Я оглянулась, прежде чем войти в дом и именно в этот момент из-за поворота показался всадник, в котором, спустя пару секунд, я узнала Тара. Сельма сидела впереди и, кажется, дремала, откинувшись на грудь мужчины.

   - Мама! - я сбежала по ступенькам навстречу всадникам.

   Тар спешился и помог слезть Сельме.

   - Мы волновались, Тар, - спокойно сказала мама.

   - Знаю, - кивнул телохранитель. - Пришлось сделать привал на несколько часов. Сельма не может долго находиться в седле, она ведь никогда не ездила верхом.

   - Простите, - пробормотала Сельма, которую обнимала Валда.

   - Все хорошо, - улыбнулась мама. - Главное, что вы приехали. Все прошло нормально?

   - Более чем. Очень странно охраняются границы, я тебе скажу. Пролезть - проще простого.

   - Это для тебя, - мама хмыкнула. - Много заклинаний обошел?

   - Пару-тройку, - Тар пожал плечами. - Есть хочется. Давайте-ка поедим, прежде чем поедем. Я возьму Элвин. Сельма устала ехать верхом.

   - Ура! - я обожала кататься с Таром. - А мы прыгать будем?!

   - Будем, - усмехнулся телохранитель. - На наших дорогах без прыжков нельзя.

   Мы отправились завтракать. Или обедать...после почти что ночи езды действительно хотелось есть, и не одному Тару. Радушная, но сонная хозяйка принесла нам целую гору аппетитных овощных оладьев и по огромной кружке компота.

   - А дома она так не ест, - удивилась мама, наблюдая, как я намазываю сметаной шестой оладушек.

   - Ну, так, приключения они всегда способствуют повышению аппетита, - Тар улыбнулся и потрепал меня по голове.

   Мне показалось, что я покраснела.

   Уже готовясь выезжать, я стояла у лошади Тара, ожидая, когда тот поможет мне сесть, мы с Сельмой обменялись впечатлениями.

   - Я рада, что все хорошо. Скоро будем во дворце, тебе он понравится.

   - Конечно, - улыбнулась она. - Спасибо тебе, Элвин.

   Я смутилась. В глазах Сельмы читалась искренняя благодарность.

   - Ты не представляешь, как я напугалась, когда вы опоздали, - призналась я. - Думала, беду накликала.

   - А я-то как напугалась.

   - В смысле? - не поняла я.

   - Мы задержались не из-за привала. А из-за того, что видели в лесу. Тар обещал никому не рассказывать. Подозреваю, он просто не поверил.

   - А что вы видели? - я почувствовала, как по телу пробежали мурашки.

   - Мой кошмар.


Глава третья, в которой Сельма знакомится с Арлангором


   Сумасшествие в семье Элвин - норма. Особенно в день ее рождения. В этом я убедилась всего через месяц после переезда. Принцессе исполнялось восемнадцать и, поскольку это был последний день рождения до отъезда в университет, принцесса Дейнатара разрешила отпраздновать его так, как Элвин всегда мечтала.

   А мечтала она о шикарном празднике, гостями на котором была едва ли не вся Империя. Едва Элвин озвучила свое желание, как ее отец, лорд Элвид, тут же поспешил скрыться в кабинете и до конца приготовлений носа не казал. Всегда невозмутимая Дейнатара, очевидно, привыкла к характеру дочери и только вздохнув, принялась организовывать торжество. Суета не обошла вниманием никого: мама шила для Элвин платье, Император тщетно пытался достучаться до занятой тортиками и цветочками сестры, а его дети, няней который я была, словно почувствовали волнение взрослых. В неделю, предшествующую празднику с ними совсем сладу не было.

   С трудом, но я уговорила Элвин не включать меня в списки приглашенных.

   - Дурная?! - удивилась она тогда. - Как я без тебя-то?

   Мы действительно сдружились после переезда в Империю. Мы с мамой были очень благодарны и Элвин, и принцессе Дейнатаре за помощь. И с каждым днем я все больше и больше осознавала, что будущему, уготованному Анкортом не суждено сбыться.

   - Элвин, мои уши и хвост слишком заметны. Я не могу надеть шапку, верно? И капюшон. И плащ. Это глупо.

   - Зачем скрывать твои уши?

   - Затем, что они слишком заметны. Твоя мама со мной согласилась.

   Я бы скорее умерла, чем призналась, что одна только мысль о том, что кто-то увидит мои уши...кто-то, из окружения принцессы, заставляла хвост нервно бить по ногам.

   - Это глупо, - надулась Элвин. - Ты пропускаешь мой праздник, потому что чуть-чуть лопоуха.

   Я рассмеялась и легонько толкнула принцессу хвостом.

   - Посмотри на это с другой стороны: с детьми нужно сидеть, да и я все еще плохо разбираюсь в ваших традициях. Элвин, мы отпразднуем твой день рождения. На приеме много не съешь и не выпьешь. После, когда все закончится, мы утащим кучу еды, вина и устроим в саду самый настоящий пикник! Под звездами.

   Элвин улыбнулась. Идея ей понравилось.

   - Уговорила.

   - Отлично. Тогда я пойду к детям. Сара хотела играть в догонялки.

   - Ты всегда у нее выигрываешь! - донеслось мне вслед.

   - У меня же хвост! - я показала принцессе язык.

   После этого разговора Элвин перестала постоянно меня спрашивать, пойду ли я на праздник. Пару раз приходила ее мама и пыталась меня уговорить, но в итоге соглашалась с доводами. Я пыталась узнать, поднялся ли шум в поселке после нашего с мамой исчезновения, но принцесса молчала.

   В день праздника я осталась в детской. Сара, двухлетняя дочь Императора играла с кубиками, а Фар, пятилетний гиперактивный мальчишка бегал по детской с игрушечной саблей, изображая воина. Они были милыми детьми: не избалованными, веселыми, активными и здоровыми. Их почти не показывали посторонним и большую часть времени они проводили со своей матерью и со мной. Мать их, Императрица и просто отличная женщина готова была возиться с детьми часами, но, государственные дела, в которых ей волей-неволей приходилось участвовать, отнимали все время.

   Я взглянула на часы.

   - Ребята, пора спать! - было уже десять вечера.

   - Нет! - захныкал Фар. - Не хочу спать!

   - Играть! - возвестила Сара.

   - Уже поздно. Играть будем завтра. Тар обещал свозить нас в лес. А сейчас - спать. Сара, иди сюда, я тебе косы расплету.

   - Молоко! - возвестил Фар.

   - Как нужно просить?

   - Хочу молоко! Пожалуйста, Сельма, - пролепетал ребенок.

   - Ладно, - я вздохнула и поднялась с пола. - Сейчас принесу. А потом - спать.

   Они синхронно кивнули и заулыбались. Сара доверчиво погладила меня по хвосту.

   В замке было пусто. Почти вся прислуга была занята на празднике (и это было одной из причин, почему я не просила кого-то из служанок принести детям молока). Освещение оставили только в той части, где находились гости, а в крыле для личных покоев обитателей замка горели немногочисленные свечи.

   Я быстро, стараясь глубоко дышать, бежала к кухне. Было страшно. Темные углы и ответвления коридоров будто бы ожили. Никогда не думала, что боязнь темноты может быть такой. Лишающей разума, лишающей твердости ног. Еще чуть-чуть, и я бы услышала это хриплое дыхание и противный голос. Как в ту ночь, с Таром.

   Я неслась с такой скоростью, что не заметила мужчину, вывернувшего из-за поворота, врезалась в него и упала бы, если б он не успел меня поймать.

   - Ты кто? - услышала я. - Домашнее животное императорской семьи?!

   Наглядный пример, почему я не люблю показывать уши и хвост. Сколько таких умников еще в Империи?

   - Простите, - я подняла голову.

   И поежилась от внимательного и спокойного взгляда темных, почти черных глаз.

   - Куда спешишь, киска? - усмехнулся он.

   Явно с праздника, кто-то из гостей. Я бы заметила, если б такой мужчина ошивался в замке постоянно. Собранные в хвост черные волосы длиной чуть короче плеч, некоторая худоба, впрочем, не кажущаяся излишней, резко очерченные скулы и рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами, да закатанными рукавами. Ни дать, ни взять, в разгар веселья отлучился. Вот только что он забыл в жилой части замка? От зала для приемов сюда пилить и пилить.

   - Я - няня. Иду укладывать детей спать. Простите, господин, я должна идти.

   - Стой, - он ухватил меня за руку и оттеснил к стене. - Я с тобой еще не закончил.

   - Зато я закончила, - я едва удержалась от шипения. - Держите себя в руках.

   - В руках? Киска, ты не в том положении, чтобы мне грубить.

   Я замерла, зачарованная его глазами, в которых плясали огоньки-отражения свечей.

   - У тебя очень приметная внешность, - продолжил он.

   И я поняла, что последует затем...

   - По всем моим владениям ходят ориентировки на похожую девушку.

   - Вашим владениям? - я ценой неимоверных усилий справилась с дрожью.

   - Мое имя Арлангор, киска.

   Не знаю, какого размера были мои глаза в этот момент. С блюдце, наверное.

   - А-а-арлангор? - промямлила я и, если до этого оставался хоть какой-то шанс отвертеться, то теперь я выдала себя с головой.

   - Вот именно, киска. Как думаешь, Императору выгодно ссориться со мной из-за какой-то девки, что сбежала, не имея на то права?

   - Вы...вы не понимаете. Мой отец давно умер, а меня не за что наказывать. Я уехала, потому что боялась.

   - Боялась. Кого? - было видно, что Арлангор мне не верит.

   - Анткорта. Старосту. Все знают, что он держит бордель. Он несколько раз предлагал мне контракт и пригрозил, что силой заставит подписать. Я не могла ничего придумать.

   Он насмешливо на меня смотрел.

   - Один вопрос: мне-то какое дело?

   Я отвернулась. От отчаяния хвост поник. И тут теплая ладонь прикоснулась к уху, к самому кончику. Я отпрыгнула от Арлангора и непонимающе на него уставилась.

   Даже мама никогда не трогала мои уши. Они были слишком чувствительные, особенно к мужской загрубевшей ладони.

   Он не дал мне отскочить и дернул на себя, перехватывая второй рукой хвост. Я замерла, стараясь не дышать, но чувствовала, как предательски метался кончик, выдавая мой страх.

   - Никогда не целовал мутантов, - пробормотал Арлангор, прежде чем прижаться к моим губам.

   Странное пугающее ощущение чужого тепла, жгучая обида от оскорбления, которое я слышала всю жизнь, страх от осознания того, что, вероятнее всего, придется вернуться. А значит, угодить прямиком в лапы к Анкорту. И...странное чувство тепла, исходящего от мужчины.

   - Демон! - он отстранился, прижимая к окровавленной нижней губе ладонь.

   - Не прикасайтесь ко мне! - вышло истерично, даже слишком.

   Он прижал меня к стене, поставив руки по обеим сторонам от моей головы. От взгляда, полного ярости, хотелось зажмуриться и сползти на пол, но я упрямо вздернула подбородок, спрятав дрожащий хвост за спину. Уши слегка подергивались, ловя каждый вдох Арлангора.

   - Видишь ли, - медленно проговорил он. - Я не люблю, когда мне бросают вызов. Ты решила сбежать из моих владений. А могла обратиться за помощью. Теперь не жди снисхождений.

   Помощи? Он серьезно говорил о помощи? Сдается, меня бы даже не пустили к нему, уж не говоря о какой-то просьбе.

   - Тебе придется вернуться. Вот только право на свободу нужно заслужить. Да, Сельма, на свободу - там.

   - Вы...вы не докажете, что я сбежала. У меня есть документы!

   Принцесса Дейнатара сделала нам с мамой документы.

   Он наклонился близко-близко, к самому уху. Я против воли обвила его ногу хвостом: дыхание, щекотавшее нежную кожу, вызывало странные, доселе неведомые чувства.

   - Это не понадобится. Ты сама придешь ко мне. Я просто напоминаю, что жду тебя.

   Внезапная догадка вспыхнула в мозгу.

   - Вы вообще здесь случайно оказались?!

   Он усмехнулся.

   - Неделя, киска. Через неделю ты должна быть в моем дворце. Стимул я тебе обеспечу.

   - Зачем вам это? - прошептала я. - Почему я? Ведь сбегали и раньше...я просто выжила.

   - Мне было бы плевать. Если б Дейнатара не отняла у меня экземпляр, на который мы с Анткортом возлагали большие надежды...

   Я задохнулась от возмущения.

   - С Анткортом?! Вы...с Анткортом?! Он - владелец борделя! А вы - какой-никакой, но правитель. И если обратиться за помощью к вам - значит оказаться в руках этого урода, я предпочту сдохнуть.

   - Я бы на твоем месте следил за словами. И о чем...

   Он вдруг рухнул на пол и уже там весьма витиевато выругался.

   - Проклятый хвост!

   Я помахала ему кончиком из-за спины. А надо следить за конечностями девицы, которую прижимаешь к стене. Мало ли, вдруг лишняя обнаружится...

   - Ты все равно придешь, Сельма, - крикнул он мне вслед, когда я уже бежала к кухне.

   А ведь предстояло еще возвращаться...

   На кухне кипела жизнь. Туда-сюда сновали служанки, наряженные к празднику, повара что-то готовили, помощники раскладывали по изящным тарелкам и составляли на подносы. Судя по всему, веселье было в самом разгаре.

   - Привет, - мне улыбнулась главный повар. - Тебе чего, Сельма?

   - Детям молока. Мы спать собираемся, - перекрикивая гомон прислуги, ответила я.

   - Момент.

   Вскоре я уже шла обратно с подносом, на котором стояли три кружки молока и немного печенья.

   - Сельма! - донеслось из восточного коридора, когда я проходила через холл.

   Это была принцесса Дейнатара. Она выглядела немного уставшей, уже распустила прическу, а поверх длинного серебряного платья накинула чей-то пиджак. Наверное, господина Элвида.

   Я кое-как поклонилась, стараясь не расплескать молоко.

   - Да брось, - отмахнулась женщина. - Не на приеме. Ты не видела Элвин?

   - А она не на празднике? - удивилась я.

   - В этом-то и проблема. Смылась куда-то. Громче всех требовала шикарный прием и сбежала с середины. Я думала, может, она с тобой. Вы же собирались праздновать вместе, верно?

   - Да, но со мной ее нет. Я весь вечер была с детьми, а сейчас вот собираюсь укладывать их спать.

   - Понятно, - Дейнатара устало потерла глаза. - Началось.

   - Что началось? - не поняла я.

   Она через силу улыбнулась.

   - Иди, девочка, отдыхай. Я поищу Элвин, вдруг с кем сбежала поболтать.

   - Спокойной ночи, Ваше Высочество, - пробормотала я, глядя вслед удаляющейся принцессе.

   И Сара, и Фар уснули почти сразу, намаявшись за день. Я немного почитала им сказок, грызя печенье, но вскоре и сама стала засыпать.

   Элвин обещала прийти, едва закончится праздник. Мне хотелось верить, что она разбудит меня.

   Я легла в смежной с детской комнате. Ее выделили специально для меня, чтобы за детьми был круглосуточный присмотр. У меня была еще одна комната в замке, но там я бывала редко. Предпочитала спать в компании, так было совсем не страшно. Ночник освещал мягким светом просторную спальню, а на постели поместились бы еще минимум три Сельмы. И белоснежные простыни: предел моих мечтаний в той, прошлой жизни. До появления Элвин и ее мамы.

   Улыбаясь собственным мыслям, я заснула. И, что интересно, совершенно выбросила из головы слова Арлангора. Как оказалось, зря...

   Проснулась я от какого-то шороха. Не сильно громкого, но неприятно царапнувшего сознание. С трудом сфокусировав взгляд на окне, я огляделась. В комнате никого не было, все выглядело в точности таким, каким я оставила. Я резко дернулась, заглядывая в комнату к детям и обомлела.

   Это было какое-то существо...Может, человек, конечно, но искривленная спина, плащ из каких-то темных перьев и отвратительный запах, шедший от него, подсказывали мне, что над Сарой склонилось нечто.

   Девочка проснулась и закричала. Мимолетный взгляд в мои глаза - и существо исчезло, оставив после себя лишь тонкую струйку черного дыма.

   - Сельма! - Сара залезла ко мне на руки и заревела.

   Я рассеянно гладила девочку по волосам и думала, что уже видела это существо.

   В лесу. Когда ехала в Империю.

   Тогда оно вышло из-за деревьев, но один миг, но достаточный для того, чтобы мои нервы сдали.

   Но это не все. Я видела его еще раньше: в детстве. Я не знала, когда и при каких обстоятельствах. Но я точно знала, что эта картина: скрюченное существо в плаще из черных перьев, была в моем детстве.

   Он испарился вмиг. А значит, обладал магией. За пределами Империи нет магии и нет нечисти.

   В детстве я жила в Империи.

   Двери распахнулись и вбежал Тар, очевидно, услышавший крики Сары.

   - Что такое, Сельма? - спросил он. - Что у вас случилось.

   Он забрал Сару, поскольку мне было тяжело держать девочку на весу.

   - Сельма?

   Я поежилась. Фар спал: этого ребенка ничем нельзя разбудить.

   - Он здесь был...Возле Сары. Она проснулась и увидела его, - тихо ответила я. - Я ничего не смогла сделать...

   - Кто был? - Тар ничего не понимал. - Кто-то проник в комнату?

   Медленно я покачала головой, которая ужасно болела. Мысли никак не хотели выстраиваться в ряд. Сара уже успокоилась и снова начала засыпать. Вероятно, для нее это был лишь кошмар, один из многих детских снов, когда страшно в первые мгновения после пробуждения, а потом отпускает, и ты снова возвращаешься в приятный и теплый сон.

   - Сельма, у Сары часто бывают кошмары?

   Он мне не поверил.

   - Нет. Почти не бывают, - прошептала я и потерла глаза. - Что ты делал у детской?

   - Искал тебя. Я думал, ты ушла к себе, а потом понял, что ты здесь. Давай уложим Сару. Надо поговорить.

   Укладывать ее почти и не пришлось: девочка и так спала. Мы лишь уложили ее в кроватку, проверили засов на окне и ушли в смежную спальню. Тар чувствовал себя неловко, сидя на моей разобранной постели. Впрочем, как и я. В голове сразу вспыхнула картина "Тар успокаивает Сельму в лесу и...весьма неплохо целуется". Я рассказала бы об этом Элвин только под страхом смерти. Мгновенной. Кстати, об Элвин...

   - Сельма, ты видела Элвин?

   - Вечером...перед праздником, - растерянно пробормотала я. - Я думала, она меня разбудит...

   - Элвин нет, - мрачно возвестил Тар. - Она пропала.

   Я на пару секунд обомлела.

   - Как пропала?

   Не веря своим ушам, я глянула на Тара. Он выглядел абсолютно серьезным и совсем не собирался шутить. Во всяком случае, мне так показалось.

   - Как Элвин могла пропасть из замка?! Здесь все охраняется! Неужели Дейнатара не распорядилась, чтобы ее не выпускали?!

   - Распорядилась, - Тар кивнул. - В этом-то и проблема. Ее никто не видел. Ни на одном из постов.

   - Значит, она в замке? - не поняла я.

   - Получается, что так, - он пожал плечами. - Я надеялся, что ты знаешь, где она.

   - Нет, - я тяжело вздохнула.

   Элвин пропала. Пропала в свой день рождения, прямо на празднике. Изменив тем самым судьбу сразу четырех человек. В тот момент, когда я сидела на постели, осмысливая все, сказанное Таром, я и не могла представить, как случившееся аукнется впоследствии. За окном светало, слышались отдаленные голоса и шаги прислуги, которая просыпалась рано.

   Теперь я поняла, о чем говорил Арлангор. Почему-то не сомневалась, что Элвин похитил он.

   Неделя, киска. Через неделю ты должна быть в моем дворце. Стимул я тебе обеспечу.

   - Тар, сколько пешком до нашего поселка? - спросила я.

   Мужчина странно глянул в мою сторону, но ответил:

   - Недолго. Как повезет с погодой, с обстоятельствами.

   - И все-таки, сколько? - не отставала я.

   - Три дня. Может, четыре. Если быстро идти.

   И запас в три дня. Посмеет ли Арлангор причинить вред Элвин?

   - Сельма, - Тар, разумеется, почувствовал, что я о чем-то задумалась. - Что тебе известно? Зачем ты спрашиваешь меня об этом?!

   - Просто...просто спрашиваю. Я устала.

   - Спи, - он поднялся. - Все равно до утра ничего не сделаем. Кэдерн рвет и мечет, Дейна, на удивление, спокойна. Все будет хорошо. Береги хвост.

   Я чуть улыбнулась.

   А мысленно уже соображала, что взять в дорогу и как ускользнуть из замка.

   - Пока, Тар, - его покидать было жаль почему-то больше всего.

   Он махнул рукой, напоследок заглянув к детям. Те спокойно спали. Я знала, что больше эта жуть не появится: первые лучи солнца уже осветили детскую. Я хотела закрыть глаза лишь на миг, чтобы справиться с наплывом мыслей и эмоций, но не заметила, как уснула, свернувшись калачиком. Хвост свисал с кровати, и именно за него меня принялась дергать Сара потом, когда проснулась...


Глава четвертая, в которой Дейнатара просит о помощи


   В покоях принцессы Дейнатары и ее мужа, лорда Кэдерна Элвида кипели нешуточные страсти. Впрочем, как и всегда. Даже в коридоре слышались крики и, хотя слов разобрать было нельзя, весь замок знал: чета обсуждает пропажу (предположительно - похищение) принцессы Элвин. И Кэдерн явно злится.

   - Дейна, ты сошла с ума! - он ходил взад-вперед по комнате.

   Уставшая после бессонной ночи принцесса спокойно наблюдала за мужем, прислонившись к стене.

   - Нет, Кэд, я вполне в добром здравии. Но спасибо, что беспокоишься.

   - Как?! Дейна, как?! Как тебе пришла в голову эта идея?! Чем тебя ударили?!

   - Меня ничем не били, Кэд. Эта идея - вполне здравая.

   Мужчина остановился и скептически посмотрел на нее.

   - Дейна, мы вообще об одном человеке говорим? Он чуть не убил Элвин. Ты помнишь, какими были последствия его удара? Когда он тебя по животу...

   Дейнатара нетерпеливо отмахнулась.

   - Ты смотришь не под тем углом.

   Кэдерн нервно рассмеялся.

   - Здесь еще углы есть?! По-моему, здесь есть одна точка зрения.

   - Ну, нас двое, наши мнения расходятся, значит, точек зрения две, - хмыкнула женщина. - Ты изволишь выслушать мою, или мне уйти на пару часов и дать тебе время успокоиться?

   - Давай.

   Он опустился в кресло, весьма враждебно глядя на жену.

   - Ни один наемник не согласится на такое дело. Это за пределами Империи. Там нет магии. Идти туда - самоубийство.

   - Не преувеличивай, - поморщился Кэд. - Ты ездишь туда каждый год.

   - Я не забираюсь в замок к Арлангору и не краду оттуда принцесс.

   - А Вирне, значит, заберется.

   - Если я пообещаю ему вернуть титул и состояние, да.

   - Отлично! Теперь мы ему еще и титул вернем! - в глазах мужчины полыхнула ярость. - Напомни, зачем я на тебе женился?!

   - Напоминаю: когда-то ты был в меня влюблен.

   - А ты зачем за меня замуж вышла?

   - А я дурой была.

   Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Потом Дейнатара чуть улыбнулась.

   - Кэд, я знаю, что делаю. Доверься мне. Я ведь еще не ошибалась. Ни разу.

   С этим он не мог спорить.

   - Родная, я не могу себе позволить допустить эту встречу. Как представлю, что он может с ней сделать...

   Дейнатара предупреждающе подняла руку.

   - Ничего он с ней не сделает. Вернет нам, живую и здоровую. Но мы же не собираемся выдавать Арлангору Сельму, верно? Еще не хватало делать из девочки разменную монету. Ей и так тяжело. Сдается мне, она успела с ним поговорить. Тар, конечно, присмотрит, но...

   - Не меняй тему. Дейна, он наш враг. Он едва не убил нашу дочь. Едва не покалечил тебя. Я молчу об эпизоде у источников. И ты хочешь просить его спасти Элвин?

   Она кивнула.

   - Да, Кэд. И я сделаю это. Потому что точно знаю, что так нужно.

   Кэдерн подозрительно прищурился.

   - Это, случаем, не дар твоей матери проявляется? Пророческий который?

   - Ну-у-у, не то чтобы...Да. Просто я знаю, что только Смиль сможет это провернуть.

   - Мы можем отправить посла и...

   - И это затянется на несколько месяцев. Там Элвин выдадут замуж - тебе не надо объяснять, как это делается - и мы ее увидим после рождения первенца. Оно тебе надо?

   - Нет. Конечно, нет. Но...Смиль?!

   Дейнатара пожала плечами.

   - Прошло восемнадцать лет. Быть может, он изменился?

   - Быть может? Или ты точно знаешь?

   - Ладно, я точно знаю. Кэд, не спорь! Материнский инстинкт ничто не переплюнет.

   - Тогда расскажи, что ты видела, - потребовал Кэдерн. - Полностью.

   Женщина замялась.

   - Если я тебе все расскажу, меня вынесут вперед ногами. Ну, пожалуйста! Хоть раз в жизни оставь свое желание лично пойти и со всеми разобраться и доверься мне. Я знаю, что делаю.

   Она подошла к мужу и чуть погладила жесткие медные волосы.

   - Дейна...

   - Кэд. Будешь спорить, пойдешь спать на диван. Я не желаю ждать, пока ваши с Леоном послы доберутся до Арлангора и начнут там демагогию разводить. Я хочу, чтобы Элвин через полторы недели была дома. И она будет.

   - Это ты тоже знаешь?

   - Да.

   Он тяжело вздохнул, привлекая жену к себе.

   - Если ты ошибешься...Если, Дейна, с головы Элвин упадет хоть волосок...

   - То что? - прищурилась женщина.

   Он покачал головой. И сам не знал, что будет, если Элвин пострадает.

   - Все будет хорошо, - улыбнулась Дейнатара. - И весело.

   - Веселье, - мужчина закатил глаза. - С вами свихнешься.

   Когда все вокруг покоев супругов стихло, прислуга вздохнула с облегчением. Они наблюдали за подобными скандалами уже очень давно, но знали: пока супруги не помирятся, на глаза ни одному из них лучше не попадаться.

***

   Экипаж остановился поодаль небольшого фермерского хозяйства, где в половину шестого утра был заметен лишь один человек, методично и быстро вскапывающий землю. Он не заметил экипажа то ли потому что был полностью погружен в свои мысли, то ли потому, что предпочел повести себя именно так. И хотя принцесса Дейнатара выбрала карету без каких-либо опознавательных знаков...опытный маг почувствовал бы присутствие родовой магии императорского дома.

   - Что скажешь, Тар? - спросила Дейнатара, опуская занавески.

   Телохранитель еще раз взглянул на мужчину.

   - А что я могу сказать? Ты предлагаешь мне оценить его внешне? Так по этому паршивцу всегда девки сохли. А тут еще труд на свежем воздухе.

   - Но ты ведь не веришь, что я поступаю правильно? - усмехнулась она.

   - Я же не обладаю твоей силой, - Тар пожал плечами. - Если ты уверена...

   - Тар, ты нравишься Элвин, - вдруг произнесла женщина. - Если она...если она тебе нужна, я не стану просить Смиля...

   - Побойся Богов, Дейна, - хмыкнул телохранитель. - Мне не нужна твоя дочь. Она хорошая девочка, но я уже староват для таких игр.

   - А для Сельмы не староват?

   Он так и замер с открытым ртом.

   - Это витает на поверхности. Мне плевать, с кем ты, Тар. Я пытаюсь не совершить ошибку, отдавая жизнь Элвин в его руки.

   - Сомнительно звучит.

   - Знаю. Пошли.

   Женщина поежилась от прохладного утреннего воздуха и пожалела, что оставила дома пиджак. Тонкая рубашка от холода не спасала, радость, что хоть брюки были достаточно плотными, а сапоги - высокими. Жестом Дейнатара приказала Тару оставаться на месте.

   - Дейна...

   - Я уверена, Тар. Останься здесь и жди меня.

   Нехотя, но мужчина послушался.

   Того, кого Дейнатара хотела попросить о спасении Элвин звали Смиль Вирне. Он был наемным рабочим здесь, на периферии Империи. Считал деньги от начала месяца, до конца и мало с кем разговаривал. Нанявший его человек побаивался работника, но не мог не согласиться: за мизерную плату на такую работу не согласится никто.

   Женщина остановилась чуть поодаль, наблюдая за полуобнаженным мужчиной, ловко орудовавшим лопатой. Тот будто бы ее не замечал, но Дейнатара видела напрягшиеся мускулы, свидетельствовавшие о том, что Смиль прекрасно ее видел.

   - Чего тебе? - наконец хмуро спросил мужчина.

   - Поговорить.

   - Найди другого собеседника.

   - Я хочу говорить с тобой.

   - Принцессам не отказывают, верно? - Смиль отбросил лопату в сторону и подошел к Дейнатаре. - Ну?

   - Есть работа. Хорошая работа.

   - Пошла ты.

   И снова вернулся к лопате. Дейнатара, стоит заметить, на мгновение замешкалась.

   - Ты меня даже не выслушал!

   - Пошла ты.

   - Лаконично, - хмыкнула женщина. - А если я озвучу оплату?

   - Пошла ты.

   - У тебя заело?!

   - Иди к демонам.

   - Я верну тебе титул и состояние!

   Смиль замер, так и не опустив лопату. Потом медленно повернулся.

   - Ты, дрянь, залезай в свою карету и сваливай отсюда, пока эта лопата не опустилась на твою туповатую головку, ясно? - прорычал он.

   - Мда, - пробормотала женщина. - Вежливость на уровне. Смиль, послушай меня и утихомирь свою ненависть. Или тебе нравится махать лопатой? Я предлагаю тебе вернуть былое состояние твоего отца, а ты...

   - Молчала бы об отце! - он сплюнул на землю.

   - Я скучаю по нему, - пожала плечами Дейнатара. - Сейчас особенно.

   - Думаешь, я в это поверю?

   - Да я и не проповедую. В общем, работа есть. На кону - твой титул и деньги. Твой отец умел распоряжаться деньгами, они все в целости и сохранности. Я распоряжаюсь ими и передам тебе, если выполнишь поручение.

   - Судя по твоей щедрости, работа явно предполагает мою смерть.

   Дейнатара задумчиво посмотрела на восток, туда, где лежали земли Арлангора.

   - Искренне надеюсь, что до этого не дойдет. Тебе нужно вернуть мне дочь. Ее похитил Арлангор, он правит вне Империи, за границей. Все просто: идешь в его замок, забираешь Элвин и возвращаешь мне. Должность советника не предоставлю, но на лопату больше и не посмотришь.

   - Там нет магии.

   Не вопрос, утверждение.

   - Нет. И именно поэтому я прошу тебя. Смиль, мне нужна живая и здоровая Элвин. Ты способен ее вернуть. Я способна тебя наградить.

   Он смотрел на нее, явно что-то обдумывая.

   - Хорошо. Мне нужна будет расписка от тебя.

   - Разумеется, - кивнула Дейнатара. - Еще что-то?

   - Лошадь, оружие. Парочка зелий. Одежда. Портрет твой девки, я, знаешь ли, за вашей жизнью не слежу.

   - Будет. Приедешь к вечеру ко дворцу. Вот.

   Она бросила к его ногам мешочек с золотом.

   - На дорогу и прочие расходы. И еще Смиль: если тронешь мою дочь, лишишься жизни. Делай свой разумный выбор.

   - Стерва.

   - Скотина.

   Дейнатара закатила глаза, возвращаясь к карете. Слава Трем Богам, она была не обязана любезничать с ним, даже зная, какую роль он сыграет во всей этой истории. Элвин вернется через полторы недели, как она и говорила Кэду. Вернется здоровой, чуть-чуть напуганной, конечно. Но жизнь ее прежней не будет.

   - Дейна, все нормально? - Тар кидал в сторону Смиля нехорошие взгляды.

   - Все хорошо. Просто представляю, какая приятная неделька ждет Элвин. Он изменился сильнее, чем я думала.

   - Ох, Дейна. Я бы на твоем месте представлял, какая приятная неделька ждет Смиля. Ты представляешь реакцию Элвин, когда за ней ЭТО придет?

   Дейнатара фыркнула.

   - Она будет в восторге. Интересно, они друг друга не поубивают?

   - Поубивают. Раз десять. Но он ее не тронет.

   Ее поразило это заявление Тара.

   - Почему? С чего ты так уверен?

   - Он не ненавидит ее. Тебя он ненавидит из-за отца, из-за того, что тот воспитывал тебя, не обращая внимания на сына. Элвин...Элвин ни в чем не виновата.

   Женщина закусила губу. Она смотрела на дорогу, думая, что впереди еще многое предстоит. И четко осознавала: Тар видит лишь верхушку пирамиды.


Часть вторая

Глава пятая, в которой Сельма и Тар останавливаются в таверне


   - Съешь хоть что-нибудь, - сказал Тар, и это была самая длинная фраза, услышанная мною с тех пор, как мы ушли из замка.

   - Не хочется, - я пожала плечами. - Извини.

   Я знала, что он потратил деньги, заказывая мне обед, но не могла ничего съесть. Мне было не очень хорошо: вдобавок к чувству вины перед Элвин, я испытывала чувство вины перед мамой и принцессой Дейнатарой, которая очень вовремя уехала в Риверу и дала мне шанс незаметно выскользнуть из замка. И если бы не Тар, который слишком уж быстро сообразил, что я собираюсь предпринять, все бы прошло хорошо. Но он, неведомо как, нагнав меня за какую-то пару часов, привязался и категорически не хотел уезжать. Потащил в таверну и пытался накормить, а потом вернуть в замок.

   - Сельма, так делать нельзя, - вдруг произнес мужчина. - Дейна из кожи вон лезет, чтобы вернуть Элвин и не выдавать тебя. А ты решила сбежать?! Кому ты пытаешься помочь?

   Я молчала, насупившись.

   - Сельма. За Элвин уже уехали. Ее вернут быстро и без лишнего шума. А ты должна вернуться в замок. Иначе все усилия Дейны окажутся напрасными. Хорошо же ты благодаришь за добро.

   Он знал, какими словами меня убеждать. В который раз я поразилась, как хорошо Тар чувствует людей, как он умеет уговаривать и заставлять что-то делать.

   - Слушай, тот человек, о котором я говорил, уже уехал за Элвин. Сутки назад. Максимум завтра он вытащит ее и отправится обратно. И зачем твоя жертва? Понимаю, если б мы не могли ничего сделать. Тогда твой порыв - благородство и беспокойство за подругу. Но ведь мы действуем. Согласись, это бессмысленно?

   Я дернула ухом. Хвост обессилено поник. По всему выходило, что Тар прав. Если Элвин спасут, мой приезд ничего не решит. Только сделаю хуже себе, маме, и дам возможность Арлангору с Анткортом торжествовать. Но признаваться в этом не хотелось. Выглядеть глупо перед Таром было неприятно вдвойне.

   - Ты храбрая девочка, - вздохнул мужчина. - Но не делай этого. Давай вернемся в замок, хорошо?

   Я медленно кивнула, к собственному стыду, испытав страшное облегчение. И аппетит появился: тарелка с картошкой и курицей вдруг стала ужасно вкусно пахнуть.

   - Хорошо. Тогда ешь, отдохнем, и поедем. Далеко же ты забралась, красавица. Я хоть и на лошади, все равно долго ехал.

   Он заметил, как я украдкой потерла глаза.

   - Сельма, ты что, вообще не спала?

   - Ну...последнюю ночь - нет. Я рюкзак собирала, - пришлось признаться мне.

   - Тогда перед тем, как поедем, поспишь, - тоном, не терпящим возражений, сказал Тар. - Несколько часов.

   Я попыталась было протестовать.

   - В прошлый раз у тебя начались галлюцинации из-за дикой усталости. Мы не можем терять столько времени. Дейна с ума сойдет, как и твоя мать...

   Галлюцинации?! Я в порыве злости как следует ударила Тара по ноге хвостом. А шерсть на ушах - я физически почувствовала это - неприятно топорщилась. Едва удержалась, чтоб не зашипеть.

   - Это не галлюцинации!

   - Хорошо, прости. Кошмары. Ты уснула, я не заметил...Ты могла упасть и покалечиться!

   - Я сейчас тебя покалечу! - буркнула я. - Мне никто не верит. Но я ведь знаю, что видела. И в лесу, и у кровати Сары.

   - Звучит...не очень правдоподобно. Сельма, всему есть объяснение. Дети часто видят кошмары, но редко переносят их во взрослую жизнь. У тебя тяжелое детство, недостаток друзей. Естественно, что ты слишком многих вещей боишься. Но нельзя, чтобы они мешали тебе жить.

   - Ты ничего не понимаешь, - прервала его я. - Они реальны. Слишком реальны, чтобы быть моими детскими страхами. И как ты можешь утверждать, что в моем случае нормально, а что - нет?! Ты вообще знаешь, кто я?!

   Он явно смутился и отвел глаза.

   - Этим вопросом Дейна тоже обещала заняться. Пока на первом плане возвращение Элвин. Так что прекрати терзать себя подобными вопросами. Просто живи и...радуйся. Кэд обещал проверить тебя на магию и, быть может, устроить в университет.

   Об этой мечте я даже и не заикалась. Я точно знала, что Элвин осенью уедет в Риверу и приготовилась к долгой разлуке. Но, ни я, ни мама, не думали и просить о том, чтобы мне дали образование. И Тар - еще одна его неведомая способность - об этой мечте прекрасно был осведомлен. Меня пугало то, с какой скоростью этот человек занимает часть моей жизни.

   - Сельма? - когда я надолго замолчала, спросил Тар. - Ты же не собираешься сбежать от меня?

   - От тебя сбежишь.

   Впрочем, никуда сбегать я не собиралась. Вряд ли Тар врал насчет поисков Элвин. Смысла в моих действиях действительно было мало. Оставалось лишь надеяться, что загадочный спаситель Элвин имеет голову на плечах и сможет обойти Арлангора.

   - А он ее точно привезет?

   Тар как-то странно хмыкнула.

   - Этот товарищ ее из любой дыры выкопает, не волнуйся. Если Дейна что-то делает, она в этом уверена. Идем, я сниму комнату, чтобы ты поспала.

   Я вновь попыталась было сопротивляться, но он даже не слушал меня, просто тащил к стойке с трактирщиком.

   - Нам комнату на сутки, - он бухнул на стол мешочек с золотом. - Лучшую.

   - Пожалуйста, мой господин, - трактирщик мгновенно выложил на прилавок ключ. - Наверху, последняя дверь. Отдельные покои. Две комнаты, личная ванная и...звукоизоляция.

   Но Тар его уже не слушал: тащил меня наверх с такой скоростью, что я едва успевала за ним. Хвост путался в ногах, и я то и дело спотыкалась.

   Я понимала, что буду привлекать внимание со своим хвостом, но у меня, к сожалению, были только одни широкие брюки, и их следовало беречь до пересечения границы. В Империи шансов, что меня кто-то узнает, было меньше. Платья я вообще для путешествия не рассматривала.

   Я подпрыгнула, чтобы заглянуть в комнату, потому что Тар загородил собой весь проем.

   - Иди, спи, - он быстро прошел и опустился в глубокое кресло.

   Я заглянула во вторую комнату: там стояла огромная двуспальная кровать с пологом. Я только сейчас поняла, как на самом деле устала. С удовольствием скинула сапоги и забралась на постель, поджав хвост.

   А когда проснулась, уже стемнело. Не настолько, чтобы я перепугалась этой сумеречной тьмы, но достаточно, чтобы удивленно озираться: как Тар мог допустить, чтобы я столько спала? Ведь ехать ночью неблагоразумно.

   Небо затянуло тучами. Ни луны, ни единой звездочки видно не было. Я зевнула и решила еще немного поваляться. Наверное, Тар спустился ужинать. Мне же есть не особенно хотелось, поэтому можно было и подождать. Так я пролежала с полчаса, но не выдержала и спустилась в таверну.

   Тар сидел за самым дальним столиком, в тени небольшого комнатного дерева. Напротив него сидела женщина, закутанная в шаль, и что-то говорила. Выглядела она даже не расстроенной, а просто-напросто убитой. Появилось очень нехорошее предчувствие.

   - Привет, - тихо сказала я, подойдя ближе.

   - Сельма? Есть хочешь? - спросил Тар. - Придется остаться до утра.

   - Что-то случилось? - я бросила вопросительный взгляд на женщину.

   Мужчина помотал головой.

   - Закажи себе поесть и иди в комнату. Утром поедем домой, а мне надо тут кое-кому помочь, ладно?

   Пришлось подчиниться. В гордом одиночестве проглотить ужин и вернуться в спальню, где провести совершенно скучные три часа в ожидании Тара. И все это время меня мучило любопытство: что случилось, и кем была та женщина.

   Свечи, выделенные хозяином трактира, почти закончились, а я все никак не засыпала. Оставаться в темноте не хотелось, но, похоже, выбора не было. Духота, усталость, неприятная раздражающая сонливость - все это не способствовало хорошему настроению. Хотелось свежести, летнего ветерка, звездного неба и ночного леса. И, хотя мне по-прежнему было очень страшно, я открыла окно. Тут же в нос ударили многообразные цветочные запахи и легкий запах табака, очевидно, поднимающийся из окон таверны. Стало немного легче.

   За окном был лес, который простирался аж до самых границ. Насколько мне было известна, Император и его сестра давно бились за обеспечение безопасности в этом лесу. Мол, уходят люди в чащу, да не возвращаются. Меня терзало смутное сомнение, что для некоторых живущих в деревнях этот лес - единственный способ выжить и не умереть с голоду. По крайней мере, люди из поселков и деревень выглядели намного беднее, чем городские.

   Жутковато было смотреть на эту темноту, на причудливые тени и удивительным образом изогнутые стволы деревьев, но все это выглядело намного лучше, чем полог, который изрядно надоел мне за последние часы. Демонова бессонница. Что же там затеял Тар? Пожалуй, расспрошу его, как вернется, авось и расскажет.

   Вдруг сердце рухнула куда-то вниз, и забилось снова чуть ли не через пару секунд. Я увидела у самого леса две темные фигуры. В одной из них я различила сгорбившегося старика, а во второй - маленького мальчика. Старик держал его за руку. Больше я рассмотреть ничего не смогла, но инстинктивно почувствовала: мальчик в опасности.

   - Эй! - крикнула я.

   Старик обернулся. Даже издалека я почувствовала страх. Не человек. Существо, уводящее ребенка в чащу.

   Я не долго думала: сиганула с третьего этажа. Кошки всегда приземляются на лапы.

   - Стой! - крикнула я на бегу, но они удалялись.

   За моей спиной сомкнулись деревья, я не выпускала мальчика из виду, а старик тащил его за собой, петляя и уворачиваясь от веток, бьющих в лицо. Я отшвыривала препятствия со своего пути хвостом и на краешке сознания теплилась мысль: не споткнуться бы. Чувствительные уши различали каждый шорох и даже когда существо с мальчиком пропадали среди листвы, я точно знала, где они.

   Я едва успела затормозить перед обрывом. Он уходил далеко вниз, где виднелись камни и ручей. Откуда здесь такая местность? И почему луна так ярко светит, хотя минуту назад не было и намека на чистое небо?

   Они стояли на самом краю. Старик и мальчик, который дергался, но вырваться из цепкого захвата не мог. Я отчетливо понимала: если сделаю неверное движение, существо убьет ребенка.

   - Сельма, - противный, шелестящий голос.

   Откуда он знает мое имя?

   - Отпусти мальчика, - ух, как голос-то дрожал.

   - Тогда замени его.

   Это, как мне показалось, входило в список глупостей, которые просил не делать Тар.

   - Кто ты такой?! - крикнула я.

   - Твой кошмар.

   - Как тебя зовут?

   - Нектико.

   Нектико...смутно знакомое имя, которое я уже явно где-то слышала. Но где? И почему?

   " - Уходите! Уходите! - кричала женщина.

   Комната, казалось, разрывалась от надсадного жуткого крика.

   - Сельма, идем, - меня кто-то потащил прочь..."

   - Ты забыла, - прошелестел Нектико. - Забыла!

   Голос его сорвался на визг. Мои чувствительные уши дрогнули.

   - Это сон, - прошептала я, оглядываясь.

   Луна, лес, это существо, приходившее раньше только во сне, воспоминания и невозможность соображать, как следует. А еще - это чувство я узнала бы в любом случае - липкий, всепоглощающий страх.

   Вот почему никто не обратил внимания на то, как я спрыгнула на землю и побежала в лес, а ведь окна таверны выходят именно на эту сторону. И окно я не открывала: слишком силен был страх перед ночью, даже страдая бессонницей, я бы не высунулась наружу.

   - Ты мне снишься, - я глубоко вздохнула, успокаиваясь.

   Нектико ухмылялся. Пора было брать свои сны под контроль.

   Я толкнула его вниз и в этот же миг увидела, как тает в воздухе мальчик. Земля под ногами исчезла, и я полетела вниз, с замиранием сердца ожидая удара, глотая холодный воздух.

   А потом проснулась, но глаза не открыла. Сердце, как это всегда бывает после кошмаров, не успело успокоиться, и бешено билось. Я потерла глаза. И приснится же...с каких пор смутные, неясные сны стали такими реалистичными? Стоит, пожалуй, заняться этой проблемой. В замке отличная библиотека, авось, найду кое-какую информацию. Потому что мне категорически не нравилось это состояние. Когда боишься засыпать и доводишь себя до полного изнеможения, ожидая кошмаров, а если они все-таки не приходят, на утро встаешь совершенно разбитой и не способной что-либо делать.

   Я потянулась и поняла, что происходит что-то странное. Во-первых, было удивительно свежо, а во-вторых, жестко. Я потрогала рукой кровать и...осмотрелась. Вверху виднелись макушки деревьев и затянутое тучами небо, справа - светящиеся окна таверны, слева - темнота и шелест ночного леса, выглядящего точно так же, как и во сне.

   По всему выходило, что не совсем и приснилось мне это. Разве что я во сне хожу, но такого за мной доселе не наблюдалось. Уж или мама, или Элвин заметили бы, да сказали. Я могла бы предположить, что в связи с последними событиями, которые были уж слишком напряженными, у меня обострилась...чувствительность к кошмарам, но это была бы ложь.

   Переехав в Империю, начав дружить с Элвин, я стала чувствовать себя гораздо спокойнее. Мало кто язвил по поводу моих недостатков, мало кто относился ко мне враждебно. Мы перестали беспокоиться о деньгах и продуктах, появились книги, игры, развлечения. Замаячила неясная, но очень притягательная перспектива учебы. Если в какой момент и надлежало кошмарам покинуть меня, то в этот.

   Да, можно было перепугаться во сне, можно было ходить...Но уйти к самому лесу? Случайности не бывают такими. Элвин показывала шрам, и это мне точно не приснилось. Пожалуй, стоило подробнее узнать об этом...Нектико, так он, кажется, себя назвал.

   Я побрела в сторону таверны, предвкушая реакцию Тара. Если он уже вернулся, то заметил мое отсутствие и находится в невменяемом состоянии. Если мне повезло, и его нет, хотелось бы выпить чего-нибудь внизу и подождать его там. В комнату возвращаться не хотелось.

   Хозяин таверны посмотрел на меня, но ничего не сказал.

   - Сельма! - вопль Тара настиг меня в самом начале коридора. - Какого демона?!

   Он быстро подскочил ко мне.

   - Где ты была?!

   - Прости, Тар. Я выходила подышать. В комнате было душно, окно я открыть сама не смогла и вышла. Я во дворе была, недалеко. Думала, ты так скоро не придешь.

   - Шутишь? - удивился мужчина. - Окно настежь открыто.

   - Эм...я его не открывала, - самое забавное, что я и сама не знала, кто его открыл.

   - Кто-то был в нашей комнате? - Тар подозрительно прищурился.

   - Ты оставлял там личные вещи?

   - Нет, но...

   - Вряд ли кого-то мог привлечь мой рюкзак, - я пожала плечами, - ведь там лишь одежда. Ладно, когда мы поедем домой?

   Он тяжело вздохнул и провел рукой по шее.

   - Наверное, утром...Возникла проблема.

   - Может, расскажешь? - предложила я.

   - Та женщина, с которой я говорил - мать моей бывшей невесты. Эри пропала семнадцать лет назад, она была наша с Дейной подруга. У ее родителей родился ребенок и сейчас он сильно болен. Они боятся, что он умрет, но некому заниматься похоронами. А сами они не смогут. Я обещал помочь. Ребенок и правда в плохом состоянии, он даже не приходит в сознание. Я видел таких...это может длиться годами, Сельма. И я не уверен, что он умрет этой ночью. Так что иди в комнату, а я пойду к ним. Постараюсь объяснить, почему должен ехать.

   Я поежилась. Бедный ребенок...а главное, родители. На долю некоторых выпадает слишком много несчастий.

   - Ты не обязан ехать, - сказала я. - В конце концов, как я сюда приехала, так и уеду. Вернуться будет просто.

   И, наткнувшись на подозрительный взгляд Тара, добавила:

   - Честно. Я не собираюсь делать глупости. Если Элвин скоро вернется...я предпочту ждать ее в замке.

   Он, кажется, поверил. Но явно сомневался. Я понимала Тара: необходимость вернуть меня домой, и желание помочь родителям невесты боролись внутри него слишком ожесточенно.

   - Я серьезно, Тар. Ты там нужнее. Утром я поеду в замок, ничего со мной не случится. Кстати, может, поговорить с принцессой? Она пришлет лекаря.

   - Я уже отправил ей письмо, лекарь к утру будет здесь. Хорошо, завтра утром я провожу тебя до ворот. Едва доберешься, отправишь письмо, поняла? И никуда не сворачивать!

   Я кивнула, довольная, что мой план одобрили.

   - Ты спать? - спросил Тар.

   - Нет уж, - покачала головой я. - Спасибо, выспалась. Планирую перекусить немного.

   - Идем, я закажу тебе поесть и возьму для Эриных родителей. Почему они не написали мне? Потратили все деньги на лечение сына!

   - Может, мне с тобой сходить? Я бы помогла чем-нибудь. Ну, там, прибраться, или поесть сварить...

   Но Тар предпочел отказаться.

   - Хватит с них того, что я помогаю. Знакомство с новыми людьми...не то, что им нужно.

   Наверное, он был прав. Но почему-то мне хотелось их увидеть до такой степени, что хвост нервно подрагивал.

   - Сельма, - серьезно сказал Тар, - пожалуйста, не делай глупостей. Оставайся в комнате, или здесь. Лучше в комнате. Я приказал вышибале следить за тобой, но мало ли...

   - Тар, - я замялась, прежде чем сказать, - если ребенок вдруг очнется...следите, чтобы он не спал один.

   - Что? - мужчина нахмурился. - О чем ты?

   - Просто следите, чтобы в комнате с ним кто-то был. Лучше рядом. Не давайте ему спать одному, ни на минуту. Хорошо?

   - Сельма...

   - Тар, я знаю, что говорю. Он невысокий, лет восьми-семи, с короткими светлыми волосами и почти бесцветными глазами. Одет в серую рубашку хлопковую и коричневые штаны.

   Телохранитель так и замер, открыв рот.

   - Откуда ты...

   - Просто не оставляйте его одного, - сказала я и отвернулась к окну.

   Я еще была не готова обсуждать с ним свои мысли. Наверное, мальчику стало лучше. По крайней мере...я же столкнула Нектико с обрыва, да? Значит, он не успел увести ребенка куда-то во тьму. Хотя, может, монстр уже и вернулся.

   Я и сама не ожидала, что угадаю с описанием ребенка. Не так уж и трудно оказалось сложить два и два. Вот только...если последствия кошмаров оказывают влияние на реальную жизнь, стоит заняться Нектико и ему подобными вплотную. Я твердо решила рассказать принцессе Дейнатаре все, как есть. Элвин несколько раз упоминала, что ее мать не верит в реальность кошмаров, но больной ребенок - не чей-то сон, Тар видел его и поможет мне доказать, что у Элвин, да и у меня самой, никаких галлюцинаций нет.

   Тар не стал есть со мной: схватил два массивных свертка с едой и поспешно ушел, оставив меня в одиночестве поедать мясной пирог. Еда была удивительно вкусная. Я до сих пор воспринимала это как чудо, вспоминая вечный капустный суп и не понимая, как жила без этого чудесного ощущения приятной сытости. Конечно, хорошее питание сказалось на фигуре: исчезла болезненная угловатость, появились кое-какие формы. Теперь я уже не влезала в одежду Элвин, которая была уж совсем худой.

   - Извините, госпожа, - я вздрогнула и повернулась на голос.

   Это был хозяин трактира.

   - Ваш...спутник просил передать вам, что обстоятельства изменились, и вы переночуете с ним у...тех людей. Он просил вас, как закончите трапезу, подойти к черному ходу. Там вы встретитесь, и он заберет вас.

   Промелькнуло было удивление: Тар так уверился в том, что я должна оставаться в таверне, так подчеркивал это, что не верилось вдруг в резкую смену его решения. А потом я вспомнила, что он просил трактирщика приглядывать за мной (и наверняка отвалил ему неплохой мешочек с золотом), так что врать мужчине не было нужды. Да и, если подумать, то, быть может, мальчик действительно пришел в себя, и Тар хочет выяснить, что мне известно. Нормальное желание. Я кивнула и постаралась быстрее доесть ужин, чтобы не заставлять его ждать.

   Мне показали черный ход. и я вышла на улицу, запоздало вспомнив, что куртка осталась висеть на стуле.

   - Тар? - тихо позвала я.

   Вокруг никого не было.

   - Сельма, - раздался голос, от которого мурашки побежали по коже.

   Я резко повернулась на голос.

   - Прошу, - мужчина указал на экипаж, непонятно откуда взявшийся.

   - Арлангор, - я побледнела.

   Пути к бегству были отрезаны моментально: трое воинов перегородили все возможные направления.

   - Видишь ли, киска. Принцесса сбежала, и пришлось срочно придумывать новый план по возвращению тебя на родину. Давай, Сельма, заходи в карету.

   - Нет! Ты не посмеешь! Я - гражданка Империи...

   - Игнет, отрежь ей хвост, - лениво кивнул Арлангор.

   - Нет! Не надо! - воскликнула я, только представив себе эту картину.

   - Тогда залезай, - Арлангор вновь указал на карету.

   Садясь в нее, я отчаянно надеялась, что Тар расспросит трактирщика и тот все расскажет. А значит, нас еще успеют перехватить.

   - Итак, Сельма, - Арлангор уселся напротив и задернул шторы. - Нас ждут исключительно приятные сутки, тебе не кажется?


Глава шестая, в которой Элвин сбегает

   - Вы ничего не добьетесь, Арлангор, - произнесла я, надеясь, что он уже уйдет и оставит меня в покое. - Мама устроит вам веселую жизнь, когда догадается, кто стоит за моим похищением.

   - Судя по всему, ваша мать не обладает нужным количеством ума, раз от нее до сих пор не пришло вестей. Вы уверены, что ваша семья знает вас настолько хорошо, чтобы понять, что вы не сбежали?

   - У моей семьи достаточно возможностей, чтобы найти меня, - отстраненно произнесла я. - А сейчас оставьте меня. Пусть я живу в вашем замке, но я не обязана с вами общаться, Арлангор.

   Дверь за ним закрылась, и я потерла глаза. Спать в этом замке было совершенно невозможно. Если дома кошмары имели какой-никакой сюжет, то здесь они трансформировались в нечто бесформенное, цветными пятнами мелькающее в сознании и оставляющее неприятный, тяготящий след.

   Обуви меня лишили. Арлангор снял туфли, едва привез в замок, со словами:

   - Простите, Ваше Высочество, но от обуви мы вас избавим. Чтобы не возникало соблазна отправляться гулять по замку.

   - И что, я теперь буду заперта в одной комнате? - гневно спросила я.

   - Почему же, нет. Вам выделили покои, три комнаты, ванная, зимний сад. Гуляйте, наслаждайтесь, отдыхайте. Питание вам обеспечим, развлечения какие-нибудь тоже. Но домой вы вернетесь лишь тогда, когда Император Леон выполнит некоторые мои условия.

   - Что за условия? - немедленно потребовала я ответа.

   Но тогда Арлангор ничего мне не сказал. Как, впрочем, и потом.

   В комнате было отличное ковровое покрытие и, конечно, босиком ходить было не холодно. Сменной одежды мне выделили целую гору, но ничего красивого не было. Пара платьев, слишком коротких для выхода в свет. Рубашки. Арлангор делал все, чтобы я не смогла сбежать, причем делал это мягко, не прибегая к замкам и кандалам. Ни одна здравомыслящая девушка не будет гулять за пределами Империи в подобных нарядах. Да и в Империи, к слову, тоже.

   Тогда, на празднике, я вышла подышать в сад, устав от громкой музыки и постоянного внимания, когда подошел Арлангор. Начало беседы, вполне мирное, не возбудило во мне подозрений. А потому, когда он прошептал усыпляющее заклинание, я не успела бросить защиту. И теперь, спустя несколько дней, родовая магия была прочно заперта до лучших времен. Мне это не нравилось, но уговаривать Арлангора снять защиту было бесполезно: он знал, что я разнесу все, едва почувствую хотя бы толику родовой магии.

   Мужчина так и не сказал, какова цель этого похищения. Несколько раз приходил поболтать, но скоро уходил, натыкаясь на мое обиженное молчание. А меня эти приходы просто бесили: день - единственное время, когда я могла подремать вволю, не опасаясь кошмаров. Не замена полноценному сну, конечно: я в любой момент была готова вскочить, а рядом стояла миска с ледяной водой на случай необходимости быстрого пробуждения. Но именно эти короткие часы дремоты позволяли мне более-менее бодрствовать. И в прочее время я даже находила время на прогулки по апартаментам и некоторые упражнения для спины, которые советовала мама.

   Служанка принесла ужин: овощи, приготовленные на открытом огне, морковную запеканку на десерт и травяной сбор, который я обычно пила против аллергии. Хорошо хоть в этом не отказывали.

   - Приятного аппетита, Ваше Высочество, - поклонилась девушка, стараясь не смотреть мне в глаза.

   Естественно, все уж знают, кого поселили в этих покоях.

   Я принялась за ужин. Ела медленно, наслаждаясь каждым кусочком восхитительной еды. Здешний повар не уступал нашему, а в некоторых блюдах и превосходил. К счастью, он учел, что я не ела мяса, сладкого и мучного. За это я готова была благодарить.

   Отставив тарелку с недоеденной запеканкой, я потянулась и улеглась поперек кровати. Хотелось спать. До ночи еще часа четыре, а глаза уже слипались. Неудивительно, после такого-то количества сна. Смертельно хотелось домой, к маме и папе. Там когда я не могла уснуть или боялась, мама сидела со мной, рассказывая какие-то истории из жизни. Или папа брал на пляж, на качели. После этого я всегда засыпала без снов.

   Дома знали все, что стоит обо мне знать. Ох, намучились родители с моими болячками и кошмарами, но все-таки я ни разу не чувствовала себя ненужной. А тут - будто в зоопарк поместили, в закрытый вольер. Вроде и кормят, и заботятся, а все равно хочется на волю.

   Я на миг, на ничтожное мгновение закрыла глаза и, как мне показалось, сразу же проснулась от тряски.

   - Вставай!

   Я взвизгнула и отползла к спинке кровати, натягивая платье на голые ноги.

   - Вы кто?! - я уставилась на высокого темноволосого мужчину в походной одежде, стоявшего возле кровати.

   - Не ори, - предупредил он.

   Как будто я стала бы орать, увидев на поясе приличных размеров нож. Охотничий.

   - Ты ведь, Элвин, верно? - уточнил он.

   У него были странные, тусклые темные глаза и резко очерченные скулы. Он, пожалуй, уступал в габаритах Тару, но рядом с Арлангором бы смотрелся внушительно.

   - А вы кто?!

   - Прекрати паниковать, - резко произнес мужчина. - Вставай и пошли.

   - Куда?!

   - Домой. В Империю.

   И он развернулся к двери. И все? Все объяснения? Врывается в мою спальню, пугает меня до икоты и просто требует идти за ним? Да никуда я не пойду! Ему еще стоит поучиться обращению с принцессами. Тем более, не факт, что он действительно пришел меня спасать. Выглядит этот товарищ как заправский бандит.

   - Тебе что, персональное приглашение с поклонами нужно? - буркнул он, возвращаясь к постели. - Живо вставай!

   - Не смейте так со мной разговаривать! Я позову охрану!

   Меня достаточно грубо сдернули с кровати и потащили к выходу. Перед тем, как открыть двери, мужчина остановился и медленно произнес, глядя мне в глаза:

   - Один звук - прирежу, поняла?

   Я чуть кивнула, решив, что с психами лучше не спорить. И послушно (хотя он меня и не спрашивал: просто, вцепившись в запястье мертвой хваткой, тащил за собой) поплелась, слепо доверяя "спасителю".

   - Как вы сюда пробрались? - прошептала я, когда мы пересекали очередной зал.

   - Да заткнись же ты, - пробурчал мужчина. - Просто иди молча.

   Честное слово, нажалуюсь маме. Хорошо, что меня решили спасать (если, конечно, он действительно меня спасает). Но могли кого и вежливее прислать. Я с ума с ним сойду!

   Мы прошли через половину замка, так никого и не встретив. Иначе, должно быть, мои босые ноги и его одежда привлекли бы внимание. Я удивилась, почему так пусто, но тут же вспомнила, что было время ужина. А значит, все собрались в столовых и покоях, а слуги на кухне организовывают доставку блюд. Удобное время выбрал, ничего не скажешь. Но вот как мы поступим с охраной? Уж она-то явно дежурит на воротах независимо от того, какое нынче время.

   Это я узнала минут через пять, когда мы пробрались к черному ходу. Оба охранника лежали без сознания. Я замерла возле них, открыв рот.

   - Как...как это вы?

   - Боги, да начнешь ты шевелиться?! - разозлился мужчина. - Быстро, Элвин! У нас времени полчаса, чтобы уйти в лес, пока эти придурки не очухались. И уж точно нужно успеть до дождя найти укрытие.

   Длинная фраза. Я уж думала, он так разговаривать не умеет.

   - И что, так просто? - не удержалась и спросила я, когда мы вышли из замка.

   Ногам было прохладно, но трава была мягкой и, в общем-то, никаких неудобств я не испытывала.

   - Да. Так просто.

   Вокруг все было тихо. Видать, и правда дождь собирался: тяжелые грозовые тучи нависли над замком. Мужчина вновь вцепился в мое запястье, таща за собой. Мы быстро приближались к лесу и чем дальше отходили от замка, тем сильнее билось мое сердце. Что будет, если нас найдут? Его, конечно, убьют. А меня? Способен ли Арлангор наказать меня за побег таким образом? Вряд ли, конечно, но в одном сомневаться не приходилось: получу я знатно, если попадусь.

   А моего "спасителя" это совершенно не волновало.

   Когда кончилась территория замка, появилась проблема, которая очень мешала мне идти дальше. Голые ноги.

   - Шевелись, Леарис, - буркнул мужчина, когда я замедлила шаг.

   Леса были хвойные, многочисленные иголки и ветки, лежащие на земле, превращали дорогу в пытку.

   - А как вас зовут? - спросила я, надеясь установить с ним хоть какой-нибудь контакт и уже потом взваливать свои проблемы.

   Он промолчал, упрямо шагая вперед.

   - Ну, хоть фамилия скажите! Пожалуйста!

   - Вирне, - явно нехотя отозвался он.

   - Господин Вирне, давайте пойдем медленнее, пожалуйста.

   - А что такое? - недовольство, звучащее в его голосе можно было рукой пощупать, настолько оно явственно ощущалось.

   - У меня нет обуви.

   Он так резко остановился, что я врезалась в него.

   - А какого демона ты не взяла туфли?! - почти прорычал он, глядя на мои, уже изрядно поцарапанные ноги.

   От этого цепкого взгляда захотелось одернуть платье.

   - У меня забрали туфли. Чтобы не сбежала.

   - Надо было сказать!

   Я даже не сразу нашлась, что ответить.

   - Вы вообще кого-нибудь, кроме себя, слушаете?! Пришли, вытащили меня из постели, заставляете куда-то идти, говоря, что вас прислала мама! Я и слова не успела вставить, я в шоке до сих пор! И знаете, что? Никуда я не пойду!

   В подтверждение своих слов я развернулась и зашагала к замку. Сама не зная, зачем. Оставаться у Арла не хотелось, а в том, что Вирне говорит правду, я не сомневалась. Вполне в стиле мамы тихо и без шума забрать меня домой. Поди потом, докажи, что императорская семья Арлангорушку обидела. Не признаваться же в похищении принцессы.

   Сзади раздалась длинная и очень нецензурная тирада. А потом небо и земля поменялись местами. Ноги мои болтались где-то вверху, а перед глазами была...кхм.

   - Поставьте меня на место! - заорала я. - Немедленно!

   - Заткнись ты, - раздраженно буркнул мужчина.

   - Меня нельзя так носить! - уже тише сказала я. - Кровообращение нарушается!

   Он не реагировал.

   - Скоро я почувствую себя плохо и потеряю сознание. Не хотелось бы вас отвлекать, господин Вирне, но у вас как звучит договор с мамой? Возвращение принцессы или возвращение трупа принцессы? Очень волнуюсь за ваше вознаграждение. Вдруг из-за такой досадной неприятности вас лишат гонорара...

   Он остановился и поставил меня на землю. Потом поднял на руки уже нормально.

   - Держись, - это все, что я от него услышала.

   А пах мужчина достаточно приятно. Чем-то свежим, с немного травяным оттенком. Где это он душ нашел в лесу, пока к Арлангору шел... Надо будет выспросить в удобное время. Впрочем, с этим товарищем удобного времени, может, и не сыщу. Неразговорчивый он, угрюмый. Наверное, лучший, иначе мама не отправила бы его за мной.

   Что ни говори, а я все-таки привыкла к другому отношению. И такое поведение...бесило. Я пообещала себе, что буду терпимее к этому человеку, но чувствовала, что сдержать обещание вряд ли удастся.

   - Куда мы идем? - спустя полчаса спросила я.

   Он будто не уставал. Веса во мне немного, но все-таки таскать на себе взрослую девицу - занятие не из легких.

   - Господин Вирне, я задала вопрос! - разозлилась я.

   - Причем тут я?

   - Я хочу, чтобы вы на него ответили!

   - А я не хочу на него отвечать.

   - А мне страшно идти куда-то с вами! Я вас не знаю! Меня уже один раз похитили, и я второго не хочу!

   - И что ты сделаешь, если я скажу, что мы идем убивать тебя? - усмехнулся Вирне.

   Я задумалась. А правда, какая разница-то? От этого сбежишь...

   - Мне станет легче!

   - Мы идем в пещеры, они неподалеку.

   - Зачем мы туда идем?

   Он закатил глаза, я это заметила.

   - Укрыться от дождя.

   - С чего вы взяли, что будет дождь?!

   - Будет и все. Помолчи.

   Мне хотелось много всего выспросить. Почему именно его отправили за мной, что сказала мама, как там дела, знает ли он, зачем Арлангор меня похитил. Но, естественно, задала я самый дурацкий:

   - Вы что, так и будете меня всю дорогу нести? Это же далеко!

   - Пересечем границу и наколдуем тебе обувь, - сквозь зубы пробурчал Вирне.

   Мне показалось, что вот-вот, и он выбросил меня в какие-нибудь кусты, и я замолкла. А позже, когда перестала ждать криков и стрел со стороны замка, задремала, уронив голову ему на грудь. И, к собственному удивлению, крепко заснула. Настолько крепко, что очнулась только когда уже стемнело. Вирне все так же невозмутимо шагал вперед.

   - Добрый вечер, - тихо и вежливо поздоровалась я.

   Он скосил глаза, но ничего не ответил.

   - А мы скоро придем?

   - Почти пришли, - он кивнул на что-то впереди.

   Я извернулась, чуть не упав, отчего Вирне на меня шикнул.

   Направлялись мы действительно к пещере. Правда, я представляла ее совсем иначе. Несколько темных дыр - входы в пещеру вызывали настоящую панику. Я думала, это будет небольшое помещение, ну, как в книжках: два на два метра с куполообразным потолком и каменными стенами. А это...это выглядело как целый лабиринт пещер! При мысли о многочисленных темных коридорах, из которых вот-вот что-то выползет, что-то мерзкое, с огромным количеством ножек и глаз... меня передернуло.

   Да и вел к этим пещерам узкий подвесной мост, а внизу - глубокий овраг с водой и торчащими из нее камнями. Сколько я проспала, что местность так изменилась?!

   - Вы с ума сошли! Я туда не пойду!

   - Ты и не идешь, - скептически хмыкнул мужчина. - Я тебя несу.

   - Вот и не несите меня туда!

   - А куда тебя нести?! Обратно?!

   - Нет, - я поникла, - обратно не надо.

   - Значит, сиди молча. А то выброшу.

   - Не выбросите, вам мама не заплатит.

   - Зато какое удовольствие получу...

   - Я серьезно! - в душе нарастала паника. - Я высоты боюсь! Темноты тоже!

   - Мне что, по воздуху перелететь?! - рассердился мужчина. - Не хочешь идти со мной, пойдешь сама.

   Он поставил меня на холодный камень и, не оглядываясь, пошел вперед.

   - Эй! Господин Вирне!

   Я поежилась. Ночной лес очень пугал. Ноги заледенели вмиг, и я сразу же оценила прелесть путешествия верхом на спасителе.

   - Леарис, шевелись, - рявкнул он. - Собирается дождь, и я не хочу рисковать, ночуя на открытом воздухе.

   - Мы что, заночуем в пещере?! - я моментально забыла и о холоде, и о голоде. - Нет!

   - Я тебя не спрашивал, а предупредил. Шевели задницей.

   - Что?! Как вы смеете так со мной разговаривать?! Я - принцесса, и я не намерена...Ой!

   Он вернулся, а потом вновь направился к пещере, но уже со мной на плече.

   - Не трепыхайся.

   - Не надо! - задыхаясь, произнесла я. - Я правда темноты боюсь! Я не смогу там спать! Пожалуйста, господин Вирне!

   Он, наверное, был сделан из камня, потому что мои крики, вскоре перешедшие в рыдания, могли разжалобить даже Арлангора, наверное. Но меня неумолимо несли к этим жутким пещерам, где...где неведомо что водилось. Да и кошмары там точно достанут. Это ведь не хвойный лес с приятной свежестью вечнозеленых.

   - Заткнись, а? - пробурчал он, весьма грубо кидая меня на землю.

   Я осмотрелась, вытирая слезы. В большой круглой пещере, естественно, царила темнота. И отчетливо виднелись проходы в глубь скалы, которые пугали меня до дрожи в коленях.

   - Ужинать не будем, - произнес Вирне. - С утра поедим. Выбирай место и ложись спать.

   - А костер? - я шмыгнула носом.

   Может, хотя бы удастся освещать помещение при помощи огня.

   - Исключено.

   И все. Ни объяснения, ни оправдания.

   - А можно я буду спать снаружи? Я честно, у самого входа. В траве.

   Он как-то неприлично рассмеялся. Даже заржал, я бы сказала, хоть принцессы так и не выражаются.

   - Леарис, успокойся. Я не собираюсь тебя трогать. Такие тощие и глупые девицы не в моем вкусе.

   Я покраснела и впервые в жизни темнота стала моим союзником. Естественно, он подумал, что я боюсь его. И как теперь признаться, что уж лучше бы он приставал, но снаружи, где нет этого жуткого чувства паники?

   - Спи, - сказал он.

   Пол казался жестким. Лежать лицом к выходам из ответвлений было невыносимо: мерещились всякие ужасы и топот многочисленных ножек. До сих пор не замечала дикого страха перед насекомыми. Надо меньше читать книжек, или хотя бы перейти на сентиментальную литературу. Лицом к выходу спать было еще хуже: не отпускало ощущение, будто кто-то стоит за спиной.

   - А можно я перед вами лягу? - спустя полчаса мучений спросила я.

   - Что? - начавший было засыпать мужчина поднял голову. - Ложись, где хочешь. Только не вздумай пытаться сбежать. Все равно поймаю.

   - Даже и не собиралась, - буркнула я, перебираясь на другое место.

   И, хотя холод тут же сковал тело, стало легче: теперь между темнотой и мной лежал Вирне.

   Спалось плохо. Было холодно, страшно и какие-то неясные обрывки сновидений мешали полностью погрузиться в сон. Болело все: спина от длительного путешествия в неудобном положении, ноги от царапин и синяков, шея от жесткого пола, голова от обилия событий. Я ворочалась и, кажется, даже хныкала сквозь плотную пелену дремоты.

   Потом стало теплее и...как-то удобнее. Сквозь сон я расслышала недовольный голос мужчины:

   - Ляг нормально.

   Пришлось открыть глаза и оценить обстановку. Мда...лежала я, если выразиться точно, сверху. На мужчине, засунув нос под его распахнутую куртку. От холода, видать, нашла себе теплое местечко.

   - Нормально - это как? - решила я уточнить, сползая.

   - Подальше от меня.

   - Я и ложусь.

   - Тогда почему ты каждый раз умудряешься спать на мне?!

   - Каждый раз? - я немного ошалела.

   - Второй раз тебя спихиваю, - буркнул он и перевернулся на бок.

   - Сами виноваты. Ляжете, где теплее, а меня в холод положите.

   Раздался трагический вздох.

   - Хорошо, давай поменяемся.

   - Нет! - запаниковала я. - Я больше не буду, простите.

   Он снова замолк, и я сумела вернуться в это состояние полусна, когда снов еще нет, но общее состояние тревожности присутствует во всей красе.

   - Сейчас-то что?! - разбудил меня крик во второй раз.

   - Ой...

   - Леарис, уйди, а? - я растерянно пыталась сообразить, где какая сторона света и куда уползать, пока не убили.

   - А...а что это?!

   - ОТСТАНЬ! - я мигом отскочила в сторону и послушно улеглась на землю.

   - И зачем так ругаться?

   - Хватит на мне спать! Я не диван! Я мужик! Еще раз уляжешься сверху, будешь там отрабатывать спасение, ясно?!

   - Злой вы. Нехороший, - буркнула я, отворачиваясь.

   Холодало. Платье хоть и было шерстяным, от пронизывающего ночного холода уже не спасало. Я начинала понимать, почему сонной всегда жмусь к нему. Но все же решила контролировать собственное тело. А то, выходит, но он ко мне пристает, а совсем даже наоборот!

   Впрочем, теперь меня занимала другая проблема: разболелись ноги. Я пыталась растереть ступни, но холодные руки почти не чувствовали прикосновений, и оттого было еще больнее.

   - Возьми, - раздался голос мужчины.

   Я поймала теплую куртку и с удовольствием закуталась в нее.

   - А вам не холодно будет? - спросила я, глядя на Вирне, оставшегося в одной рубашке.

   - Не будет, - криво усмехнулся он. - Какого черта ты не спишь?! Мишки плюшевого не хватает?!

   - У меня ноги болят. И замерзли.

   Я не удержалась и всхлипнула.

   - Дай сюда, - он сел ближе.

   Теплые руки растирали ступни. И от этих прикосновений по телу расползалось тепло. Я так и уснула, положив ноги к нему на колени, пригревшись под горячими ладонями.

   И проспала до самого утра, до момента, когда организм сам просыпается, ничем не потревоженный, а на улице уж вовсю светит солнце и чирикают птички. А ты лежишь в тепле, закутанная с головой в теплую куртку, лежишь на чем-то мягком, да и вообще, странное ощущение чужого, но приятного запаха будоражит воображение.

   Осторожно я открыла глаза. Вирне спал, уложив (или смирившись с тем, что я сама туда улеглась) меня на плечо. Одна рука его запуталась в моих кудрях, вторая покоилась чуть пониже спины...достаточно прочно она там обосновалась: скинуть я не смогла. Вдобавок ко всему, он еще и был без рубашки.

   Я скосила глаза в вырез куртки и едва удержалась от возмущенного возгласа: под курткой на мне была его рубашка. Пусть поверх платья, но все же...как он умудрился меня так закутать и не разбудить? Я ведь просыпалась от малейшего шороха, даже кошка мимо не могла пройти. А здесь мужчине удалось одеть меня, закутать, уложить и еще ворочаться не давать. Талант поди.

   Я чуть-чуть покашляла, чтобы хоть как-то намекнуть, что проснулась, хочу есть и умыться. Но Вирне спал слишком крепко и совсем не хотел меня отпускать.

   - Доброе утро, - сказала я.

   - Леарис, - сонно пробормотал мужчина, - рань такая, спи.

   И как-то совсем не по-джентельменски прижал меня к себе еще крепче.

   - Вообще-то уже утро, - осторожно сказала я. - Нам не пора идти? А еще я бы искупалась! Ну, или хотя бы умылась. И есть хочется...

   - Есть скоро будем. Я уже с утра сбегал, кролика подстрелил.

   К горлу подступил комок.

   - Я...не ем кроликов.

   - Жаль. Худеешь? - не открывая глаз, поинтересовался он.

   - Не худею! Я против убийства животных!

   - Поздравляю. А я за. И за убийство людей, кстати, тоже. Так что не мешай досматривать мне сон.

   - Господин Вирне! А давайте, вы меня выпустите, а сами будете досматривать? А то мне уже надоело лежать.

   - Нет. Ты меня греешь. Лежи молча, будь добра.

   - Слушайте, - я почувствовала легкую злость. - Я вообще-то принцесса...

   Его рука потянула за мои волосы, заставляя шею выгибаться, беззащитно обнажаясь перед самым его лицом.

   - А-а-а! - заорала вдруг я и от неожиданности мужчина выпустил меня из объятий.

   Из одного коридора выглядывала какая-то каракатица...с множеством шевелящихся тоненьких ножек, двумя длинными усами, подбирающимися к нам и набором жутких глаз.

   - Ну, и чего мы орем? - Вирне нехотя поднялся. - Это просто какая-то живность.

   - Какая-то живность, - передразнила я его. - И мы спали с ЭТИМ в одном помещении!

   - Да она больше тебя боится! - рассмеялся он.

   Поднял с земли камешек и бросил. С легким шуршанием каракатица исчезла в недрах пещеры.

   - Я здесь больше не останусь! - решительно заявила я. - Там уже светло! Где здесь умыться можно?

   - Ручей совсем рядом, - буркнул Вирне, потянувшись за рюкзаком.

   - Спасибо за одежду, - я благодарно кивнула, протягивая ему куртку с рубашкой. - Надеюсь, вы не замерзли ночью.

   - Замерзнешь тут, когда девица прижимается, - хмыкнул мужчина.

   И свел на нет все мои попытки завести человеческий разговор. И как у него это получалось?!

***

   Я хорошо освежилась. Ручей и вправду был недалеко, в каких-то десяти шагах, скрытый за большим камнем. Пока Вирне разводил костер и что-то там делал, я даже успела искупаться и, прочесав немного спутанные волосы, почувствовала себя намного лучше. Странно, но я давно так хорошо не спала. И так много. Обычно засыпала под утро, редко когда мне выпадало больше шести часов сна. А тут такой подарок. И мужчина уже не казался таким грубым и отвратительным, и впереди маячила перспектива возвращения домой, да еще и Арлангору гадость сделали... В общем, вернулась к спасителю я в хорошем расположении духа.

   - Что так долго? - недовольно пробурчал он.

   - А вам-то какое дело? - я пожала плечами. - Вы все равно без меня завтракаете.

   Он действительно уже давно ел мясо, приготовленное на костре.

   - Садись, ешь, - он кивнул на тушку кролика, подогревающуюся над тлеющими угольками.

   - Нет, спасибо, - как можно вежливее ответила я. - Я не ем мясо.

   - Овощей для тебя у меня нет, - буркнул Вирне. - Как и хлеба.

   - Не нужно. По дороге я что-нибудь найду, я умею. А хлеб, к слову, я тоже не ем.

   Он несколько секунд внимательно меня рассматривал, а потом продолжил есть, пожав плечами.

   Мясо я перестала есть лет в пять, когда папа взял меня с собой на охоту. Мама была против, но тот ее, как обычно, не послушал. Они не планировали никого убивать в моем присутствии, но один из отцовских учеников, едва завидев маленького зайца, выстрелил, не задумываясь. От папы нагоняй, конечно, получил, но тем все и ограничилось. Меня успокоили и повезли в замок. Дети быстро забывают плохое, забыла и я. И только когда за ужином меня привели к столу, я начала орать и реветь. На одном из блюд красовалась тушка кролика. С тех пор мясо в меня впихнуть не могли, уж сколько ни бились. Тот год вообще паршивый выдался, тогда же я перестала есть хлеб и все остальное.

   Вирне ел молча и быстро, зачем-то периодически отрезая от ножки небольшие кусочки и складывая их на походную тарелку. Если быть совсем честной, я старалась на него не смотреть: от запаха съестного кружилась голова. Оставалось лишь надеяться, что по пути мне попадутся ягоды или съедобные грибы. Бабушка с дедушкой учили меня тому, что можно найти в лесу.

   Наблюдая за какими-то бабочками, я краем глаза уловила движение в свою сторону и обернулась. Вирне быстро шел ко мне.

   - Что-то слу...

   Он сел сзади, обхватив мои бедра ногами, а одной рукой зажал мне ладони.

   - Слушай, дурная девка, - почти прорычал мужчина, - я не собираюсь терпеть твои капризы, ясно?! И не хочу, чтобы ты вдруг сдохла до того, как я сдам тебя матери. Поэтому ты будешь есть. Есть то, что дам тебе я.

   От шока, испуга и возмущения одновременно я замерла, как котенок в руках хозяина, который вот-вот утопит непрошенное потомство.

   Он сунул мне под нос ладонь, на которой лежал кусочек мяса...

   - Не буду я есть! - ко мне вернулся голос. - Не смейте меня трогать!

   - Будешь, - спокойно произнес мужчина. - Все равно заставлю. Условие - привести тебя живой, а не здоровой. Будет надо силой кормить, силой накормлю.

   - Вы не посмеете!

   Он как-то странно хмыкнул.

   - Ешь! - я вздрогнула от явной угрозы, слышавшейся в голосе.

   К горлу подступил комок и я, как всегда не вовремя, заплакала. От безысходности, от неожиданной грубости, от страха, от обиды. От того, что его ладони, еще недавно растирающие мои ноги, могли так грубо прикасаться, оставляя синяки на и так расцарапанной коже.

   - Не надо, со мной все нормально будет, - жалобно прошептала я. - Я привыкшая.

   Он молчал, не выпуская меня.

   - Я так не могу. Я не буду с ладони есть, я не собака!

   - Открой рот.

   Я покраснела, сама не зная, почему. Забавное должно быть сочетание: слезы, смущение и паника. Веселья у этого Вирне нынче...

   Пришлось открыть рот, одновременно закрыв глаза. Лично мне эта ситуация виделась...унизительной.

   Я осторожно пережевала кусок мяса и проглотила. Терпимо, если не сказать вкусно. Но так я и не отказывалась от того, что это вкусно. Может, такое поведение и глупым кажется в подобных условиях, но он у меня еще ответит за это.

   - Следующий.

   - Я могу и сама поесть, - я дернулась, желая высвободиться.

   - Не можешь, - отрезал он. - Давай.

   Так я съела пять или шесть небольших кусочков и, к собственному стыду, почувствовала себя лучше.

   - Хватит, я не хочу, - попыталась я остановить мужчину.

   - Пока не доешь, никуда не пойдешь, - сказал он.

   Я скосила глаза на тарелку. Там оставалась еще парочка кусков.

   - Дайте, я сама, - просьба больше походила на хныканье.

   - Нет, - мне показалось, он усмехнулся. - Так интереснее.

   Я разозлилась. Силой заставил меня есть, вероятнее всего, оставил синяки на руках, унизил, и еще наслаждается! Когда мужчина в очередной раз поднес кусочек мяса к моим губам я как следует укусила его за палец.

   - Понравилось, мяско, да? - тихо рассмеялся он мне прямо в ухо, отчего я вздрогнула.

   Шею обдало холодом.

   - А если укушу я? - прошептал он, прикасаясь губами к коже...

   Я затихла, осмысливая ощущения...

   - Что это? - он поднял мои волосы. - Откуда шрамы?

   Я дернулась.

   - Не трогайте меня! Пустите! Я орать буду! Не смейте! Мама вам устроит вознаграждение!

   И, к собственному удивлению, я почувствовала долгожданную свободу. Отползла к какому-то камню и подтянула колени к груди.

   - Так все-таки? - спросил он, начиная собирать рюкзак.

   Я угрюмо молчала, понимая, что не смогу ему ничего сделать. По крайней мере, сейчас. Даже уйти не могу. Во-первых, догонит, а во-вторых, дороги не знаю.

   - Решила со мной не разговаривать? - хмыкнул Вирне. - Тоже неплохо. Вставай, мы выходим. К вечеру дойдем до границы, ночевать будем уже в Империи.

   Я поднялась, вытирая слезы и одергивая платье.

   - Ну? Я жду, - только через полминуты до меня дошло, что Вирне ждет, чтобы взять меня на руки.

   - Нет уж! - я задрала нос. - Сама пойду. Не смейте ко мне прикасаться!

   Он хмыкнул, но ничего не сказал. Просто пошел вперед, не оглядываясь.

   Я пожалела о своем решении уже через десяток-другой метров. Исцарапала все ноги, разбила коленку и наставила кучу синяков. Уж о комарах можно было и не упоминать. Но гордость мешала проситься к нему, а от воспоминаний о завтраке сводило челюсть. Потому я упорно тащилась в нескольких метрах от мужчины, ругая на чем свет стоит Арлангора, забравшего всю обувь, маму, отправившую за мной этого идиота и себя, за то, что до сих пор не могла сдерживаться, когда прикасались к моей шее...

   Несколько раз я порывалась попросить его сделать остановку или снова взять меня на руки. Но не могла и жутко злилась, убеждая себя, что злюсь не на собственную гордость, а на его грубость. Наверное, я вела себя глупо, отказываясь от мяса, но...Стоп. Он же все равно собирался меня нести! От пары дней голодания я не умру, а в пути все равно не требуется от меня каких-либо усилий. Значит, всего лишь играл, заставляя меня делать то, что ему хочется?!

   Я вспомнила легкое прикосновение сухих горячих губ к шее и вздохнула. С собой можно было быть честной: чувство, возникшее в этот момент, было мне незнакомо. Очень теплое и приятное, и в то же время какое-то пугающее. И сердце забилось, еще до того, как я вспомнила о шрамах. Я давно не позволяла никому прикасаться ни к шее, ни к спине. Даже маме. Всегда все делала сама: и платья застегивала, и мазями натиралась. Не терпела ничьих прикосновений. А теперь - поняла я это, конечно, спустя время - готова была кошкой выгибаться и мурлыкать, чтобы еще раз почувствовать это касание.

   - Привал, - Вирне вдруг резко остановился и бросил рюкзак на траву.

   Мы как раз проходили милую поляну с разноцветными цветами, растущими по периметру. Мелькнула мысль, что надо бы поискать грибов в округе, или, на худой конец, ягод, но я уже растянулась на теплой траве, с удовольствием прислушиваясь к ощущениями. Ноги постепенно отдыхали, спина переставала болеть.

   - Дурные обе, - раздался голос мужчины. - И мамаша, и дочка. Идиотки две эгоцентричные.

   Почему-то стало обидно.

   - Не оскорбляйте мою мать!

   - А то что? Будешь верещать всю дорогу? Нормальная мать не вырастила бы такого ребенка. И лучше бы за ним следила.

   Колено вдруг обожгло дикой болью. Я заорала и вскочила, пытаясь отодвинуться. Но сильные руки не дали, вцепившись в мои бедра и удерживая на месте.

   - Вы чего?! - слезы выступили на глазах от жжения.

   - Когда ты успела свалиться? - вопрос был явно риторическим. - Упрямая дурная девка.

   - Не обзывайтесь, - я подула на ссадину. - Больно же.

   - Больно, - согласился мужчина. - Это я еще до твоих царапин и заноз не дошел. Сейчас вытаскивать буду.

   - Ой! - я снова попыталась было отползти.

   - Спокойно. Хочешь без ноги остаться? Не дергайся.

   - Больно же.

   - Что ты как маленькая? - рассердился Вирне. - Боли пустяковой боишься.

   -Ага, это не вам кожу со спины с мясом отдирали, - я вновь принялась себя жалеть. - Боль у него пустяковая.

   - И кто ж с тобой такое творил? - спросил он, продолжая промывать и обрабатывать разбитую коленку.

   - Папа, кто ж еще. Мне еще в детстве руки связывали, чтобы не расчесывала.

   - Сейчас бы тебя связать, - он пробормотал тихо, но я услышала и решила тему не развивать.

   - И что, так сильно болела?

   - Да, - я вздохнула.

   - И шрамы от этого остались?

   - От этого.

   - Да ладно. У меня вон тоже вся спина в шрамах. Коленка не такая страшная, как казалась. До свадьбы, может, и не заживет, но в целом ходить будешь, может, даже быстро. Теперь ляг, пожалуйста на живот, я у тебя занозы повытаскиваю и царапины промою.

   - А когда мы перейдем границу? - спросила я, чтобы хоть как-то отвлечься от боли. - Чего вы там делаете?!

   - Занозы выковыриваю. Не дергайся, а то рука дрогнет, останешься без пальцев. К границе подойдем вечером, вечером же перейдем и заночуем. Спать, увы, придется под открытым небом.

   - А нас не найдут там?

   - Нет. Не найдут. Зато уже к обеду выйдем к таверне и там остановимся. Ну, а дальше - проще. Лошадей наймем и уже к обеду будешь дома.

   - Скорей бы, - вздохнула я. - А нельзя к обеду выйти к таверне, там поесть и до вечера вернуться?

   Он помедлил, прежде чем ответить.

   - Нет, нельзя.

   - А почему? - я закусила губу от резкой боли, пронзившей коленку, когда я неудачно дернулась.

   - Просто нельзя. Не шевелись, а?

   - Как мы пройдем через границу, если здесь магия не действует? - задумалась я.

   - Просто. Сначала пройду я и быстро сниму все заклятья, потом ты. Никто даже понять ничего не успеет.

   - А если успеют?

   - А если успеют, то все равно никого не найдут. Мы будем на территории Империи, вооруженные и с силами. Пускай там с твоей мамашей разбираются, чего она полезла к ним.

   - Почему вы так не любите мою мать?

   Вирне тем временем закончил мучить мои ноги и уселся неподалеку.

   - Да люблю я ее, люблю. Вот прям сейчас бы и любил.

   Я скривилась.

   - Слушайте, в том, что у вас с мамой происходило, я-то не виновата. Может, вежливее будете?

   - Я куда более вежлив, чем обычно, - буркнул мужчина. - Я тебя даже накормил.

   - Силой!

   - И на руках нес.

   - Потому что вытащили меня из замка без обуви!

   - А ты что, немая была?! - рассердился он. - Сказать не могла?!

   - Я посмотрю, много ли вы скажете, когда вас вот так вот напугают.

   - Леарис, молчи. Еще пять минут и идем. И не вздумай мне упираться, верхом поедешь. А иначе подвешу вниз головой, поняла?

   - Вот всегда вы так! Никакого внимания к моим желаниям.

   - Солнышко, к желаниям женщины я прислушиваюсь только в одном месте, и тебе туда еще рано.

   - В пенсионном управлении? - хмыкнула я. - Да, пожалуй, повременю.

   - Будешь огрызаться, я тебя отшлепаю.

   - А вас потом отшлепает папа.

   - Я думал, он девушек предпочитает...

   Я аж воздухом подавилась.

   - Ну вы...

   И отвернулась, чтобы не видеть этой едкой ухмылки.

   Его слова о маме заставили меня задуматься. А не было ли у них часом романа? Об истории любви мамы и папы я знаю многое и не сомневаюсь, что они до сих пор любят друг друга. Но почему-то я никогда не задумывалась, могла ли мама любить кого-то еще. Кроме, разумеется, принца Фара, но тот не в счет, потому что умер до маминой свадьбы.

   Интересно, а если бы он не погиб, я, быть может, была бы его дочерью, а не дочерью Кэдерна? Или меня вообще не было бы?

   Поразившись ерунде, которая лезла в голову, я мельком глянула на Вирне. Не похож он был на человека, которого могла бы любить мама...

   - Поехали, - скомандовал мужчина и поднялся. - Пора.

   Ему, будто бы не стоило никаких усилий поднять меня на руки.

   - Только держись, - предупредил он. - А то могу уронить.

   Я скептически хмыкнула, но послушно обхватила руками его шею. И закрыла глаза, втайне радуясь, что больше не придется идти босиком. Дальше Империя, магия, таверна. Нормальная еда, обувь, дистанция между мной и этим мужчиной, который так и не назвал своего имени. А спросить я почему-то не решалась.

   - Спишь? - спустя час с небольшим спросил Вирне.

   - С переменным успехом, - вздохнула я. - Долго еще?

   - Нет. До темноты точно успеем. Перейдем через границу и на ночлег обоснуемся, поедим.

   При мысли о еде вновь заалели щеки.

   - Снова мясо?

   - А как по-другому? - хмыкнул мужчина. - Здесь иного не водится.

   - Только я сама есть буду.

   Он не ответил, но смешок я уловила. И снова задремала, убаюканная свежим воздухом и неспешной поездкой по красивому лесу.

***

   Переход через границу оказался...не таким захватывающим, как я себе представляла. Вирне сверился с картой, усадил меня на какой-то пенек и сказал:

   - Сиди здесь, Леарис. И никуда, слышишь? Никуда не уходи. Я перейду через границу, осмотрюсь, найду, чего поесть и сниму заклинания. Тогда перейдешь. Поняла?

   Я медленно кивнула. К слову, самой границы видно не было. Лес и лес, деревья шумят, кусты разные имеются, цветочки да шишечки. Ничего, напоминающего линию, отделяющую магический мир от обычного.

   - Жди меня в любом случае, - еще раз повторил мужчина. - И никуда не уходи, ясно? Все равно поймаю, больно будет.

   Это он, конечно, зря. Я давно перестала сомневаться в том, что меня ведут домой и готова была выполнять указания спасителя. Особенно если они казались разумными.

   Медленно текли минуты, которые не казались часами. Начинал полыхать закат где-то далеко, у самого горизонта, скрытого за деревьями. Сумерки постепенно сгущались, и я нервничала все сильнее и сильнее. Среди кошмаров, посещавших меня регулярно с самого детства, наверное, на втором месте был тот, где я оставалась одна ночью в лесу. Я хотела попросить Вирне не оставлять меня, но понимала, как глупо это бы выглядело. Да и вообще, если подумать, все это глупо: взрослая девица боится темноты. Но только длинный тонкий шрам на руке намекает на то, что в темноте есть, чего бояться.

   Легкое беспокойство и страх сменились настоящей паникой, когда почти стемнело и стало видно звезды. Лес уже не был таким красивым, он пугал больше всего на свете. И в голове вертелись предательские мысли: а если с Вирне что-то случилось, и он не придет? Или его поймали люди Арлангора, неведомо каким образом выяснившее, где мы выйдем? В этот момент казалось, что Вирне был единственным человеком на свете, которого я была бы счастлива видеть.

   - Элвин.

   Я подскочила, вглядываясь в чащу, где виднелся скрюченный силуэт существа в плаще. И мелко-мелко задрожала, вспоминая все ночные кошмары.

   - Уходи, - как можно более твердо сказала я. - Уходи, Марика!

   И сама поразилась тому, что назвала ее по имени. Медленно, словно во сне, пришло воспоминание: невидимая девушка, играющая со мной в куклы, смех мамы, удивленный голос папы "Кто такая Марика, Элвин?".

   Существо...или старуха, кажется, не ожидала, что я назову ее по имени.

   - Убирайся! - крик вышел истеричным, полным ужаса.

   Еще чуть-чуть и я бросилась бы наутек, но тут услышала тяжелые шаги, принесшие облегчение.

   - Вы вернулись!

   Я не дала мужчине ни слова сказать, буквально вцепилась в него, прижимаясь носом к шее. Почему-то меня всегда успокаивало касание носа к теплой коже. Маминой, папиной - неважно. Теперь вот, как выяснилось, Вирне тоже входил в число людей, в присутствии которых я чувствовала себя в безопасности.

   Он, кажется, опешил. Но все-таки поддержал, не давая свалиться на землю. С небольшой натяжкой это можно было принять за ответное объятие.

   - Леарис, что случилось? - в его голосе слышалось искреннее недоумение.

   Я обернулась туда, где видела Марику. Естественно, пусто.

   - Просто...вас так долго не было. Я испугалась, что вы меня здесь бросили.

   - Дурная, - усмехнулся Вирне. - Зачем мне бросать-то тебя? Я ж деньги получу, если тебя домой доставлю. Просто снятие заклятий требует больше времени, чем я думал. Магия тоже не так просто возвращается.

   Я уткнулась в его плечо, вдыхая знакомый свежий аромат. Не одна, теперь в безопасности.

   - Леарис, ты ревешь что ли?

   Ну, ревела. Немножко.

   - Эй, ты совсем? Подумаешь, посидела немного одна. Ну? Прекращай реветь! Не реви, говорю! Да хватит тебе!

   Чем больше он говорил, тем сильнее я плакала. Хотелось поделиться, рассказать обо всем, что происходит, но не давал этот вечный страх, что посмеются, посчитают сумасшедшей, не поверят. В сущности, Вирне ничем не отличался от родителей или Тара. Он был старше меня на двадцать лет и наверняка не верил в детские страшилки. И если уж для мамы весомым аргументом не стал даже мой шрам, то для него и подавно.

   - Элвин, хватит, - уже серьезно сказал мужчина. - Идем, костер разведем и поедим.

   Он почти силой оторвал меня от себя. Наверное, в моем взгляде была какая-то растерянность, потому что вопрос, последовавший за этим, я не ожидала:

   - Что ты видела?

   Он смотрел внимательно, не мигая и не отводя глаза. И он, как мне показалось, верил...

   Я никогда раньше не целовалась, но тут очень захотелось и, не долго думая, я его поцеловала. Как умела, просто прикоснулась к его губам, чуть обняв.

   А когда он не ответил и вообще никак не отреагировал, замерев на месте, отстранилась, сгорая со стыда. Мои представления о первом поцелуе были совсем не такими.

   - Простите, - пробормотала я. - Простите меня, я не хотела, я...

   - Не надо, Леарис, - тихо сказал он. - Ищи ровесников для подобных забав.

   На глазах снова выступили слезы, и я была рада, что в темноте он этого не заметил.

   - Идем, надо уже ложиться, если хотим успеть завтра выйти к таверне.

***

   Весело трещал костер, от запаха жареной птицы (какой - мужчина не сказал) текли слюнки. Я не стала спорить, когда он протянул мне тарелку с весьма здоровым куском мяса. Все равно ведь накормит, а второго унижения я не хотела. Да и желудок у меня не настолько здоровый, чтобы морить его голодом сутками.

   Мы наелись, чуть оставив мяса на завтрак. А еще я с утра собиралась набрать грибов и ягод. Эти леса я примерно знала и могла найти что-то съестное. Хоть какое-то разнообразие. Впрочем, на горизонте маячила таверна с человеческой едой и кроватями. А там и дом, мама, папа, Сельма и Тар. Странно. О Таре я почти не вспоминала, хотя искренне считала, что влюблена в маминого телохранителя и друга. Ошибалась, выходит. Если еще в самом начале похищения я фантазировала, как он будет меня спасать, то теперь...теперь фигуру Тара целиком и полностью заменил Вирне.

   Он быстро убрал все пожитки в рюкзак, но костер гасить не стал. Я с удовольствием грелась около него, предвкушая теплую и светлую ночь.

   - Спи, Леарис, - мне показалось, или он избегал смотреть мне в глаза?

   - Не хочу, - вздохнула я.

   Мне казалось, что Марика обязательно вернется, но уже во сне. А лечь рядом с мужчиной я не могла: и так, едва вспоминая неудавшийся поцелуй, готова была провалиться сквозь землю.

   - Спи, я сказал. Поздно уже.

   - Давайте играть в "правда-действие", - совсем отчаявшись, предложила я.

   Он расхохотался.

   - Боги, ты еще ребенок. Играть...ложись и спи.

   - Ну, пожалуйста! Я не хочу пока спать, я еще не успокоилась. Вы мне должны за то, что оставили одну так надолго!

   Прошло долгих полминуты, прежде чем он согласился.

   - Ладно, давай поиграем в твою игру.

   - Вы знаете, как играть? - спросила я.

   Он отмахнулся.

   - Детка, я был и студентом, и школьником. Я знаю, как играть.

   Суть была простой: мы по очереди задаем друг другу вопрос "Правда или действие?". Если выбираешь правду, должен честно ответить на какой-нибудь вопрос. Если действие - то сделать то, что попросят.

   - Начинай, - кивнул мне Вирне.

   - Правда или действие?

   - Правда.

   Я задумалась. Чего бы такого у него спросить для затравочки?

   - Как вас зовут?

   - Смиль.

   Необычное имя...какое-то...странное и чуть-чуть знакомое.

   - Правда или действие?

   - Правда, - я решила не торопиться с действиями, посмотрим, в какую сторону понесет...Смиля.

   - Чего ты боишься?

   Вопрос был из разряда тех, на которые я знала честный ответ, но никому не говорила. Обычно говорила, что боюсь высоты или насекомых...

   - Остаться одной, - после паузы прошептала я. - Я всегда в детстве боялась, что мама устанет от моих вечных проблем и бросит меня.

   Он смотрел со странной смесью удивления и...жалости?

   - До сих пор боюсь, - совсем тихо призналась я.

   - Говорю же: дурная. Какая мать бросит своего ребенка? Какой бы ты ни была, как бы с тобой сложно ни было.

   - Я знаю, знаю. Но страхи этого не понимают. Страшно очень. Правда или действие?

   - Правда.

   Он что, боялся моих идей?! Или почему всегда выбирал правду?

   - Вы когда-нибудь любили кого-нибудь?

   -Любил. Твою мать. Несколько часов.

   Ух, значит, я была права...

   - А она вас?

   - Она не любила. Вообще-то мой черед. Правда или действие?

   - Действие, - не хотела я отвечать на его вопросы.

   - Шрамы.

   - Что "шрамы"? - не поняла я.

   - Покажи.

   Ой, зря он это. По моим огромным глазам, наверное, понял, что полез туда, куда не стоит. Но сдаваться явно не собирался. Как и я. Если признаю поражение и откажусь...он снова добьется того, чего хочет. И снова посмеется надо мной.

   Я повернулась и расстегнула первые пуговицы на платье, обнажая шею и часть спины. Зажмурилась, борясь с желанием забиться куда-нибудь подальше и не высовываться.

   - Ну, и чего тут страшного? - голос раздался совсем рядом. - Подумаешь, чуть-чуть совсем царапин.

   Чуть-чуть царапин? Да он там глаз себе выколол, что ли?

   - Элвин, у тебя просто глупые комплексы. Кто тебе сказал, что это некрасиво?

   - Никто не говорил. Так не видно, что ли?!

   Я вздрогнула, когда почувствовала прикосновение теплой руки сначала к шее, потом ниже - к спине. И вслед за ней губы, касание которых заставило до боли закусить губу, сдерживая стон. Ну, нельзя же, в самом деле, так издеваться надо мной.

   - Не надо, - это был даже не стон, а какое-то хныканье.

   - Надо.

   Он прекрасно знал, что я чувствую. Прекрасно знал, как нужно целовать, чтобы я выгибалась и крепко хваталась за его руку, лежащую у меня на коленях. И поцелуи уже не были легкими, он целовал быстро, и от этого было жарко. Руки его поднимались к моей груди.

   - Элвин, - хриплый шепот, совсем не похожий на шепчущий, из кошмаров. - Девочка. У тебя очень чувствительная шея, верно? Я чувствую, как ты дрожишь. Или ты боишься моих рук? Боишься ведь, да?

   Он уложил меня к себе на колени, поправив платье. Сердце билось часто-часто, дыхание никак не могло выровняться.

   - Спи, а? Хватит игр на сегодня.

   - Спокойной ночи, - я была рада, что сплю у него в руках. - Спасибо.

   - За что? - удивился Смиль.

   Но я уже засыпала, наслаждаясь теплом, уютом и прикосновениями рук, поглаживающих щеку и волосы. Кошмары в эту ночь мне не снились совсем. А снилось что-то доброе и красивое. Я тихо расплакалась, проснувшись рано утром. Раньше мне никогда не снились красивые сны...

***

   В обед, как и обещал Смиль, мы уже были в таверне. Сняли номер, и первым делом я побежала в душ. Горячая вода была восхитительна.

   Дочка хозяина таверны поделилась платьем. Оно было мне немного великовато, но лучше, чем мое собственное, хотя ноги все равно оставались голыми. Деревенские особенно не думали о приличиях, им лишь бы удобно было. Это во дворце появление принцессы в коротком платье вызвало бы бурное возмущение общественности.

   Хотелось есть, и я надеялась, что обед принесут в комнату. Не хотелось выходить.

   Дверь тихо отворилась, и вошел Вирне. Я отвела глаза. Произошедшее ночью не давало мне покоя. И смущение, и радость, и непонимание - все смешалось в голове, не давая оценить ситуацию.

   - Идем, нужно кое-куда сходить, - мрачно посмотрел на меня Смиль.

   Я как раз сушила волосы полотенцем и наслаждалась покоем, лежа на огромной двуспальной кровати. Мне не нравилось это обстоятельство (то, что кровать в номере одна), но это была кровать - от этого слова я довольно жмурилась, предвкушая ночевку. Наверное, поэтому Смиль решил ехать во дворец следующим утром. Чтобы как следует отдохнуть перед дорогой.

   - Обедать? - приподнялась я.

   - Нет. Обедать будем, когда вернемся. Это недалеко, но туда непременно нужно зайти. А оставлять тебя одну я не хочу.

   Не знаю, как мне следовало отреагировать на эту фразу, но я обрадовалась. Не хочет оставлять одну - будто бы волнуется, оберегает. Отчасти поэтому, отчасти потому, что меня разобрало любопытство: куда это он там собирается идти, я быстро оделась и, стянув мокрые волосы в тугой узел, с готовностью последовала за Смилем.

   Мы, вопреки моим ожиданиям, не пошли по дороге, а углубились в лес, свернув на какую-то узкую тропинку. Я шла впереди, и это показалось странным: дороги-то я не знала. Впрочем, до поры до времени тропинка лишь виляла меж деревьями, не более. Но на развилке я в нерешительности остановилась, не зная, куда дальше.

   - Налево, - голос Смиля был хмурым, а отрывистые фразы больше напоминали того Смиля, что я впервые видела у кровати, в замке Арлангора.

   Лес редел. Мне смутно казались знакомыми эти места и, проходя мимо большого камня явно искусственного происхождения, я вспомнила. Заброшенный храм, что мы видели, когда ждали Сельму и Тара. Странно...зачем Вирне идет туда? А больше и некуда - здесь на многие километры нет ни единого поселения, ни единого строения. Приграничная таверна, храм, да дороги с лесами.

   - Зачем мы идем к храму? - спросила я, замедляя шаг.

   Мне почему-то совсем не хотелось туда идти.

   - Леарис, не тормози, - почти с раздражением произнес Смиль. - Иди вперед.

   И что-то мне не понравилось в его голосе. Надо же - покорно шла за ним к границе, спала в лесу, в пещере, не стала возражать против совместного номера а здесь, когда он, казалось бы, доказал, что ему можно доверять, нехорошее предчувствие полностью лишило меня способности чувствовать это самое доверие.

   - Леарис! - я вздрогнула и, наверное, растерялась.

   Потому что когда он поднял меня и закинул на плечо, только испуганно выдохнула.

   - Какого демона вы делаете?! Куда меня несете?!

   Он промолчал.

   Я брыкалась, пытаясь то укусить мужчину, то поцарапать его же. Дура я рыжая! Как могла поверить в то, что обо мне заботятся?! Хам, мужлан и псих, вот он кто! Сельма часто говорила, что я легкомысленная. Вот только она ни разу не добавляла, что я идиотка!

   - Пусти меня! - заорала я, когда впереди показалось какое-то здание...

   Храм Трех Богов.

   Появилось очень нехорошее предчувствие.

   - Сволочь! - я забилась еще сильнее. - Пусти! Мать тебе голову оторвет! Никогда не получишь ничего! Не смей ко мне прикасаться! Я принцесса! Пусти!

   Его, казалось, не волновало ничто, кроме цели, к которой он двигался неумолимо. Что он сделает со мной в этом храме? Убьет?

   - Ну, пожалуйста, - простонала я, когда брыкаться больше не было сил. - Не надо.

   Он молчал, и лицо его ничего не выражало.

   Мы вошли (вернее, меня внесли) в храм, который изнутри выглядел полной противоположностью внешней заброшенности. Старое, но ухоженное убранство, алтарь, за которым тщательно следили. На алтаре - бумаги какие-то, а рядом - старик в длинной мантии. Жрец.

   - Не-е-ет! - орала я, вновь предпринимая попытку убежать.

   Но он был намного сильнее.

   - Слушай меня, - сейчас в голосе мужчины не было никаких снисходительных или насмешливых ноток. - Подписывай.

   Из-за слез, катившихся из глаз, я ничего разобрать не могла.

   - Мне кажется, девушка не хочет замуж за тебя, - осторожно произнес старик, с сочувствием глядя на меня. - Сколько вообще ей лет?

   - Мне плевать, хочет она, или нет, - прорычал мужчина.

   К моему горлу прижался холодный металл лезвия ножа.

   - Подписывай, иначе я тебя здесь и оставлю.

   Дрожа от страха и обиды, я взяла ручку.

   - Кровью подписывай.

   Я вздрогнула. На конце ручки была игла, от укола которой на пальце выступила алая кровавая бусинка. Он сам прижал мой палец к листу, а затем проделал все то же самое, но уже со своей кровью. Бумага вспыхнула, на миг оторвалась от стола и опустилась обратно.

   - Поздравляю, - жрец сказал это таким тоном, словно речь шла о чьих-то похоронах. - Вы теперь замужняя дама, принцесса.

   Я вырвалась из объятий мужчины и едва сдержалась, чтобы не наброситься на жреца. Наспех вытерла слезы и...оказалась в теплых объятиях.

   - Завершение ритуала, - пробормотал он, целуя меня.

   И тут же отскочил, вытирая кровь, капающую из прокушенной губы.

   - Кусаешься.

   Он не дал мне убежать, обхватив за талию и удерживая на месте.

   - Сюда, - жрец кивнул на алтарь.

   Ой, как мне стало страшно. Что-то я там слышала про завершение ритуалов...на алтаре.

   - Нет, - отрицательно покачал головой Смиль, пытаясь меня удержать.

   Не знаю, как я еще могла слушать их разговор: от обиды звенело в ушах.

   - Ритуал нужно завершить, - возразил старик. - Я ж уйду. Развлекайся на здоровье.

   - Обойдемся без ритуалов, - он, наконец, перехватил меня удобнее, и брыкаться стало тяжелее.

   Теперь я не видела лица жреца, но отчетливо слышала его голос.

   - Тогда смысл был заставлять ее подписывать?

   - Смысл есть во всем. Но насиловать я ее не собираюсь.

   Последняя фраза пришлась мне по душе, если абстрагироваться от прочих неприятных ощущений.

   - Смиль, брак должен быть закреплен. Иначе это ерунда какая-то. Не хочешь на алтаре, сделай дома. Но в ближайшее время...до того, как она встретится с родными, она должна принадлежать тебе. И желательно быть беременной. Только тогда ты избежишь казни. В любом другом случае тебя вынудят отказаться от нее и убьют.

   Но, как мне показалось, Смиль не слушал. Он тащил меня к выходу, едва слышно ругаясь на мои попытки вырваться.

   - Элвин, успокойся, - попросил он. - Дай, я тебе все объясню.

   - Объяснишь?! Здесь есть, что объяснять?! Свадьба с ножом у горла нуждается в объяснении?!

   - С ножом я погорячился, признаю.

   Мы вышли на улицу, и я кое-как выровняла дыхание.

   - Погорячился?!

   - Стой, Элвин. Покажи шею.

   Я отскочила подальше и непроизвольно провела рукой по шее. Почувствовав на руке влагу, скосила глаза.

   - Кровь? - стало страшно.

   - Да погоди ты. Дай посмотрю, - он мгновенно оказался возле меня и заставил задрать голову. - Царапина. Прости. Не надо было дергаться.

   - Я не дергалась! - от обиды щипало в глазах. - Я вообще еле дышала!

   - Хорошо, - Смиль тяжело вздохнул. - Извини. Это я. Дай, поправлю.

   - Не прикасайся ко мне!

   - Элвин, дай, я хотя бы кровь остановлю!

   В ответ получил лишь неприличный жест, подсмотренный когда-то у мамы. Кажется, впечатлился.

   - Ну, и куда ты идешь? - крикнул мне вслед Смиль, когда я направилась обратно к таверне.

   А правда...вдруг, не туда иду? Заблудиться в лесу просто, искать потом будут...не факт, что найдут. Мама рассказывала об огромных пауках, которые живут в лесах и другой нечисти.

   - У тебя все еще не зажили ноги, - сказал Смиль, подойдя ближе. - Давай, донесу?

   - Справлюсь, - буркнула я.

   Как оказалось, Смиль не оставил идею попытаться объяснить мне свой поступок. Именно попытаться - никаких объяснений лично я слушать не желала.

   - Элвин, на тебе эта свадьба никак не скажется. Я не стану требовать с тебя...то, что должен. Не стану ни к чему принуждать. По сути мне нужно только одно: не истязай себя и меня лишними истериками. Свадьба была, и разорвать ее смогу лишь я. Но не стану этого делать в ближайшие несколько лет. Ты хорошая девочка, Элвин, но твоя мать связалась не с тем человеком. Если она думает, что можно, разрушив мою жизнь и убив моего отца, вернуться через двадцать лет и просить меня о помощи...она идиотка. Теперь будет расплачиваться, осознавая, что ее единственная дочь - моя собственность. За себя можешь не волноваться, тебе ничего не грозит. Кроме, разве что, моего постоянного присутствия в течение нескольких лет.

   - Вы отвратительны, - я забыла, что собиралась молчать и не слушать его объяснений.

   - Возможно. Но я чертовски буду удовлетворен, когда сотру с лица твоего папаши ухмылку.

   - Из-за мести...из-за счетов с моими родителями, - это не укладывалось в моей голове, - вы насильно на мне женились. Из-за того, что вам наступили на хвост, расплачиваюсь я. Я вам доверяла!

     - И должна доверять дальше.


  Большей наглости я еще в своей жизни не слышала.


  - Доверять?! После того, как вы меня чуть не зарезали?!


  - Элвин, я не собирался тебя трогать! Ну сколько времени я бы потратил на уговоры? Все получилось быстрее и проще.


  - Очень печально, что для вас приставить нож к горлу девушки - это легкий способ достичь желаемого.


  Он замолк. Замолк надолго, кажется, на минуту или даже две. Поразительно: в начале нашего знакомства из него слова нельзя было вытянуть, а тут тараторит без умолку!


  - Ладно, - сзади раздался тяжелый вздох. - Прости, Элвин, но я должен.


  - Что? - не поняла я.


  - Стой.


  А я ведь остановилась. Сама не зная, почему, просто остановилась и в ступоре уставилась вперед, не понимая, чего мне дальше не шагается. Пошевелила одной ногой, потом второй. Шевелятся. Руки тоже вполне способны двигаться. Но в голове пусто: ни единой мысли о том, что надо бы двигаться вперед.


  Смиль поднял меня на руки и неторопливо пошел вперед.


  - Какого демона?! - поспешила возмутиться я.


  - Сказал же, ноги еще не зажили. Зачем лишний раз травмироваться?


  Дочка хозяина таверны мне и туфли одолжила. Так что про больные ноги он явно сочинял. Ну, были синяки и царапины, но не более. Идти они не мешали.


  - Почему я вас послушалась? - спросила я.


  - Потому что ты моя жена. Договор, который ты подписала, обязывает тебя выполнять любой мой прямой приказ. Без ущерба для воли или психики. Магия, детка. Кстати, твоя родовая магия теперь тоже под моим контролем. И до поры до времени ты не будешь ею пользоваться.


  Я решила, что лучше промолчу, чем выскажу все, что вертелось на языке.


  - А можно договор прочитать?!


  - Нет.


  И остаток пути до таверны мы провели в угрюмом молчании.

***

   - Миледи в порядке? - осведомился трактирщик, едва взглянул на мою хмурую рожу.

   - Миледи стала моей женой, - хмыкнул Смиль. - И уже входит в образ.

   - Поздравляю, госпожа! - засуетился мужичок. - Такое событие...давайте, садитесь, я вам всего самого вкусного сейчас принесу! А какой жена хлеб испекла...Садитесь, садитесь!

   Смиль наклонился к трактирщику и что-то тихо ему прошептал. И здесь сплошные тайны. Отравить, что ли вздумал?

   - Садись за стол у окна, - скомандовал мужчина.

   Впрочем, это был уже не приказ. Желудок напомнил о том, что надо бы поесть и на время я зарыла топор войны, но гнев на милость не сменила. Всячески избегала взгляда Смиля и не отвечала на невинные вопросы, которые он то и дело кидал.

   - Мне стоит рассказать тебе, как ты будешь вести себя с родителями, - вдруг выдал он.

   Я дернулась и уронила на пол солонку.

   - Оставь, - лениво поморщился мужчина. - Уберут.

   Когда он успел так преобразиться? Сидит прямо, расслаблено, взгляд из угрюмого трансформировался в насмешливо-снисходительный. Мне показалось, что я не знаю этого человека, а в лесу был какой-то другой Смиль. Тот Смиль мне нравился больше.

   - Я буду вести себя с родителями так, как сама решу, - холодно откликнулась я. - Пусть вы и мой муж, вы все равно ниже меня по статусу.

   - Ошибаешься, - хмыкнул Смиль. - Это применимо для обычных браков. Но, увы, договор есть договор. И жена в нем обязана подчиняться мужу.

   - Я вас ненавижу, - прошипела я.

   Он пожал плечами, всем видом выражая равнодушие.

   - Далее о родителях. Во-первых, я не хочу истерик, поняла? Никаких трагических рыданий на плече у матери, валяний в ногах отца. Держись достойно принцессы. Во-вторых, я запрещаю тебе говорить о том, что между нами ничего не было. Я имею в виду постель. Можешь молчать, можешь говорить, что я запретил распространяться, но о том, что я тебя не трогал - ни слова никому.

   - Почему? - заинтересовалась я.

   От внимательного взгляда стало не по себе.

   - Узнаю, что ты хотя бы попыталась раскрыть сию тайну родителям, лишу тебя невинности весьма болезненным способом.

   - Рогом? - фыркнула я.

   Он даже побледнел, как мне показалось...

   - Я не шучу, девочка. Запомни то, что я говорю, и проблем у нас не будет. Также ты будешь жить со мной в одних покоях. Спать на одной кровати. И если будешь благоразумной, я тебя не трону.

   - Вы...вы...

   Мне вдруг захотелось плакать. Словно на Новый Год подарили игрушку, а потом отобрали, сказав, что давали просто посмотреть.

   - Вы притворялись. Притворялись таким простым, чтобы я вам доверяла. Я знаю этот взгляд, я во дворце росла. Используете меня в своих интригах. Не смейте и пальцем больше до меня дотрагиваться! Живым не выйдете. И плевать, что со мной будет! Сдохну хотя бы!

   - Вот это да, - он восхищенно присвистнул. - И что же ты мне сделаешь, если я потребую свое право на...послушную и ласковую любовницу? Ударишь плюшевым мишкой?

   - А в нем булыжник, - мрачно кивнула я. - Впервые в жизни вижу такую скотину.

   - Ты просто еще мало видела, - безмятежно отозвался Смиль.

   А вот и наша еда...

   Трактирщик лично принес два огромных блюда: одно с сочным мясом, второе - с хлебом и ломтиками картофеля. Причем последних было настолько мало, что даже я бы не наелась.

   - Вы издеваетесь?! - я снова чуть было не сорвалась на крик. - Здесь можно заказать десятки овощных блюд! Да просто морковку! Я! Не! Ем! Мясо!

   - Ну, вот что. Раз уж ты любезно согласилась выполнить мои требования, я тебе кое-что объясню. Я заинтересован в том, чтобы ты была жива. На здоровье твое, мне, собственно, плевать, но все-таки я не дам тебе гробить собственное тело. Вдруг оно мне еще понадобится... У тебя явные проблемы с кожей и весом. И мясо надо есть. Мне плевать, какие там у тебя в голове мысли об убийстве. Не хочешь убивать, не убивай, но мясо изволь есть. Видишь ли, крошка, тебе очень не хватает веществ, которые содержатся именно в мясе. Это здоровые люди могут себе позволить подобные гастрономические извращения, ты же здоровьем не блещешь. Твоя...аллергия лишает тебя множества разных нужных элементов, а отказываясь от мяса, ты только усугубляешь ситуацию. То ж обстоит и с хлебом. Не знаю, с чего твоя мать решила, что хлеб тебе категорически нельзя. Не стоит увлекаться, конечно, но вот такой вот, - он показал на разрезанную буханку, - бездрожжевой и с мукой грубого помола есть надо. Доступно объясняю? А теперь взяла и съела поровну мяса и хлеба. Иначе прикажу, и будешь давиться против воли.

   - Только не надо говорить, что заботитесь обо мне! - скривилась я, но мясо все равно взяла.

   Неприятное ощущение было, когда он заставлял на правах мужа. Пусть и не полное подавление воли, но все же не свобода. А значит, борьба.

   - Хватит, - кивнул Смиль, когда я отставила тарелку и вопросительно на него посмотрела. - Хорошая девочка. Овощей съела?

   В довесок к мясу хозяин таверны принес нам миску с нарезанными овощами.

   - Съела.

   - Прекрасно. Теперь дождись, когда я доем, и пойдем спать. Сегодня ляжешь рано, завтра подниму до восхода солнца.

   - Вы что, собираетесь мне приказывать? - я задохнулась от возмущения. - Имейте совесть!

   - Идем, - он поднялся и бросил на стол пару золотых.

   Пришлось подчиниться: устраивать скандал на виду у всех, зная, что он все равно заставит меня сделать так, как скажет, не особенно хотелось. Да и, если быть честной, отдохнуть не помешало бы. Все это измотало. Даже не столько физически, сколько эмоционально. Мне хотелось немного поспать и не чувствовать ни злости, ни страха. Просто спать, как я спала в лесу, без кошмаров и монстров. Но вряд ли это было возможным: теперь я не могла надеяться на помощь Смиля.

   - Раздевайся, - приказал он, едва мы оказались в комнате.

   Я испуганно глянула на мужчину, но, как оказалось, напрасно испугалась:

   - Не лезь в платье спать, - пояснил он. - Тебе еще в нем ехать завтра. Да и неудобное оно. Постель чистая, не бойся.

   - А с вас вши не перебегут? Отвернитесь!

   Он послушался, и я быстро залезла под одеяло, повесив платье на спинку стула, чтобы не помялось. Отодвинувшись как можно дальше от вражеской половины кровати, я повернулась к ней спиной.

   - Все.

   Кровать прогнулась под его весом, и Смиль тоже укрылся одеялом. Наивная, я-то думала, мне его оставят хотя бы.

   - Ты будешь хорошо спать? - тихо спросил Смиль. - Не будешь плакать ночью?

   Я плакала при нем? Наверное тогда, в пещере. Стало ясно, почему он меня закутал и обнял. Это ж как я ревела-то...

   - Может, и буду. Я-то откуда знаю? Вам что, никогда сны плохие не снились?

   - Не так часто, - его шепот раздался почти рядом. - Элвин...

   Стало очень тяжело дышать. И лежать спокойно почти невозможно.

   - Повернись ко мне, - попросил он.

   - Вы же обещали, - почти простонала я.

   - Я не трону тебя. Просто повернись.

   Я слишком опрометчиво повернулась. Он был ближе, чем я думала. Настолько ближе, что от соприкосновения словно электрическим разрядом ударило.

   - Царапина осталась, - прошептал Смиль, прикасаясь губами к моей шее.

   Ногти, отросшие за время похода по лесу приличной длины, впились в его спину от этого чувства.

   - Все-таки шея у тебя очень чувствительная. Я использую это...как-нибудь потом.

   - Для очередной своей цели? - спросила я.

   - Возможно. Возможно, однажды мне захочется, чтобы ты кричала в моих руках. Вообще, мне и сейчас этого хочется.

   - Нет.

   - Знаю. Спи, не бойся. Я тебя не отпущу.

   И как-то расхотелось воевать. Ведь правда спать хотелось, спать в безопасности и тепле. И чувствовать рядом с собой какое-нибудь родное существо, которое тебя оберегает и любит. Наверное, мне легче было строить иллюзии, чем сражаться с окружающим миром, но было так хорошо лежать, уткнувшись носом в его грудь, чувствовать руки на талии и...чуть ниже, легко поглаживающие кожу, наслаждаться дыханием, мерным и спокойным. И засыпать, зная, что никто не потревожит этот сон, пока он рядом.

   В этот момент мне казалось, что любить кого-то сильнее я уже не смогу.


Глава седьмая, в которой принцессе Дейнатаре приходит письмо


   Головная боль стала настолько сильной, что Дейнатара уже не могла оставаться в комнате. В последнюю неделю было слишком много дел, к тому же, ее не покидали мысли о Смиле и Элвин. Срок еще не подошел, но женщина волновалась за дочь и все-таки не до конца была уверена в мужчине, хотя ее способности доказывали обратное.

   Ей хотелось немного проветриться, подышать воздухом. В идеале, конечно, поплавать, благо погода выдалась неплохой и штормы остались позади. Но будить слуг не хотелось, а идти в одиночку на пляж...за такое от Кэда можно было получить без суда и следствия. Да она и сама понимала, что к безопасности не стоит относиться с пренебрежением.

   Поэтому ничего лучше Дейна не придумала, как спуститься вниз, в застекленную галерею и немного почитать.

   - Ой! - распахнув двери, ведущие в холл, женщина едва не столкнулась с Кэдом, в руках которого была чашка с чем-то горячим. - Кэд!

   - Ты почему не спишь? - нахмурился он. - Я думал, тебе нехорошо.

   - Уснешь тут, - вздохнула Дейна. - Голова болит.

   - А я тебе чай несу. Мятный, с конфеткой.

   - Здорово. Давай сюда.

   Ее внимание привлекла картина, среди прочих выделявшаяся...

   - Почему она висит вверх ногами? - нахмурилась Дейна. - Кэд?

   - Не знаю, - мужчина пожал плечами. - Может, слуги шутят?

   - Убью за такие шутки, - мрачно пообещала Дейна и направилась к портрету принца Фара.

   - А может, снимем его? - в голосе Кэда прозвучала надежда.

   Дейна едва сдержала улыбку. Если б не постоянная ревность Кэда ко всему живому, то она, наверное, часто сомневалась бы в его любви.

   - Он правитель Кэд. И должен висеть здесь. Но не вверх ногами, - она поправила картину и вновь взялась за чай.

   - Я волнуюсь за Элвин.

   Они говорили об этом много раз, иногда часами. Дейне удавалось убедить мужа, что девочке не грозит опасность, но все равно она чувствовала напряженность, с каждым днем все усиливавшуюся.

   - Я тоже. Но срок еще не подошел, к тому же, я бы почувствовала беду. Не волнуйся, Кэд. Она приедет домой живая и здоровая.

   Он улыбнулся и, как часто любил делать, погладил жену по голове.

   - Покрась волосы, а? - вдруг попросил Кэдерн.

   - Что? - рассмеялась Дейна. - В какой цвет?

   - А то ты не знаешь, - он подошел близко-близко и чуть отпил из ее чашки. - Как голова?

   - Лучше, - Дейна продолжала улыбаться.

   Друг от друга их оторвал скрип, донесшийся от стены с портретами. Они синхронно повернулись и замерли. Портрет Фара снова висел вверх ногами.

   - Мне кажется, он меня не любит, - буркнул Кэд.

   - Брось, - Дейна снова повернула картину. - Ты не веришь в загробную жизнь.

   - Я до встречи с тобой и в реинкарнацию не верил. Кто знает, что там, после смерти?

   - Склонность к дурным шуточкам? - предположила женщина.

   И, уже обращаясь к портрету, добавила:

   - Что с тобой?

   - Ты разговариваешь с картиной? - хмыкнул Кэдерн. - Детка, тебе нужно больше отдыхать.

   - Очень смешно, - скривилась Дейна. - Какого демона она постоянно переворачивается?! Ой!

   Женщина едва успела отскочить: портрет сорвался со стены и рухнул на пол. Стекло разбилось с противным звоном, а рама отлетела аж под кресло. Проходившая мимо служанка подскочила и, споткнувшись, упала на пол.

   - Дейна! Поранилась?

   - Нет, - прошептала перепуганная женщина. - Кэд, что происходит?

   - Пошли отсюда. Быть может, это не он вовсе.

   Она почти позволила увести себя, но потом вдруг остановилась, а в голове будто что-то щелкнуло.

   - Стой! - она повернулась к служанке, собравшейся было уходить.

   Да поклонилась.

   - Да, госпожа? Мне убрать здесь? - она была уже явно в преклонном возрасте, не меньше шестидесяти лет.

   - Не нужно. Откуда ты? Почему я тебя никогда не видела здесь?

   - Меня наняла старшая горничная, Джирна, Ваше Высочество. Я работаю всего неделю и убираю нежилую часть замка.

   - Покажи, что в руке, - приказала Дейнатара.

   Явно нехотя, женщина протянула небольшую стопку конвертов.

   - Это письма, - сказала Дейна, наскоро просмотрев листки. - Для меня.

   - Я и несла их вам, моя госпожа.

   - И, увидев меня, решила повременить? - сейчас в голосе принцессы явственно чувствовался лед. - К тому же, я живу не в той стороне, куда ты шла. Кто ты такая?

   Ее тонкая, но чрезвычайно сильная рука сомкнулась на горле служанки.

   - Отвечай.

   - Дейна, - Кэд опасливо покосился на жену.

   - Отвечай!

   Но служанка молчала, глядя на принцессу со смесью отвращения и ненависти.

   - Тар!

   Телохранитель, как всегда, был рядом. Тар неотступно следовал за Дейной и в последнее время был очень подавлен тем, что не смог уберечь Сельму. Дейнатара знала, что ему очень хочется отправиться к Арлангору и вытащить девушку, но запретила категорически. И причиной тому также была ее сила, одновременно ставшая наказанием.

   - Запри ее, - Дейна отпустила женщину. - И заставь говорить. Кто она и зачем украла мои письма. Я не терплю предателей возле себя. Каких бы то ни было. Потом доложишь мне.

   - И что это было? - спросил Кэд, после того, как Тар увел служанку. - Зачем она забрала твои письма?

   - Не знаю, - ответила Дейна, закусив губу. - Странно это...Будем надеяться, Тар выяснит, что происходит.

   - Знаешь, милая...наш полтергейст кое-кого мне напоминает, - задумчиво произнес Кэд, указав на стену.

   Портрет принца Фара висел на своем месте, словно никто его и не трогал.

   - Кажется, мне надо поспать...

***

   "Дорогая Дейна. Конечно, я помню тебя и удивлен, что письмо пришло всего за неделю до моего приезда в бывший отель Варца (сейчас, кстати, там всем заправляет его дочь). Уж не обладаешь ли ты даром предвидения? Впрочем, это неважно. Я внимательно прочел то, что ты написала и склонен с тобой согласиться. Однако мне нужно увидеть Сельму, только тогда я смогу сказать что-то определенное. Видишь ли, уши и хвост - понятия абстрактные и, в сущности, ничего не означающие. Я лично могу вырастить себе с десяток ушей. Поэтому, если ты не возражаешь, я приеду через месяц. Пожалуйста, постарайся сделать так, чтобы я увиделся с Сельмой. Это может быть очень важно.

   Надеюсь, с тобой все хорошо. Я правда сожалею, что пришлось дать тебе ту книгу. Но, судя по тому, как идут дела, ты отлично справилась. Слышал, ты замужем за Кэдерном Элвидом. Что ж...я ожидал другой исход, но, уверен, ты счастлива. Надеюсь познакомиться с твоей дочуркой.

   И еще.

   Дейна, дорогая, присматривайся к знакам. Ваш мир очень чувствителен к вмешательству высших существ, которых вы называете Богами. Любой их знак может быть полезен. Там, где я сейчас, происходит что-то странное: во сне умирают дети. И я не могу понять причины этих смертей. Человек, знающий, ответ давно мертв, но я надеюсь, что сумею вытащить правду. Думаю, тебе не нужно говорить, кто он. Поэтому, если ты не против, я бы хотел взглянуть на записи Карнатара Вирне. Возможно, он изучал эту проблему. Он ведь оставил всю документацию тебе? Если он изучал Старейшин, то мог натолкнуться и на подобные случаи. Вдруг ему было что-то известно, но он не смог докопаться до истины? Постарайся, пожалуйста, просмотреть его бумаги и показать мне.

   Встречать меня не нужно, я доберусь сам. Будь осторожна и не оставляй дочь без присмотра".

   - От кого письмо? - спросил Кэд, наливая жене вторую чашку чая.

   - От любителя загадок, - Дейна вздохнула. - Придется пару дней провести в Архиве. Один знакомый хочет просмотреть бумаги Карнатара.

   - Ты еще их не разбирала?

   Женщина покачала головой.

   - Нет.

   - Тебе помочь?

   - А ты сможешь мне помочь и не сожжешь все папки? - слабо улыбнулась Дейна. - Давай. Я все боюсь, что упустила что-то из вида. Ну...будто бы приняла неверное решение тогда. И не могу отделаться от этого ощущения.

   Кэд как-то странно на нее посмотрел.

   - Дейна, до твоего дня рождения еще долго...и, хотя я обещал отдать это тебе в определенный день рождения, отдам сейчас.

   Он подошел к личному сейфу и набрал комбинацию, которую Дейна не знала. Ее не особенно заботило то, что Кэд прячет в личном отделении. Сама она хранила там несколько избранных вещей, ценности почти не представляющих.

   - Я не читал, - покачал головой Кэдерн. - И не знаю, расстроит это тебя, или нет.

   Он достал объемный бумажный конверт с поразительно знакомой личной печатью.

   - Когда...

   - Когда ты была без сознания, помнишь? После представления тебя ко двору.

   Он протянул жене конверт.

   - Как закончишь, ложись спать. Ты устала, а завтра много дел, - Кэдерн поцеловал жену в лоб. - Я буду работать.

   Печать была более чем знакомая. Серебристая, с фамильным гербом. Дейна замешкалась, прежде чем открыла письмо. И с наслаждением вдохнула этот кофейный запах. Карнатар пил очень много кофе и очень мало спал. Всегда.

   Ей на ладонь упали сережки с гранатами, слишком скромные для принцессы Дейнатары и слишком шикарные для Дейны Сормат. Она не могла сказать, кому предназначался подарок, но чувствовала, что снять их уже не сможет.

   "Дейна, родная моя. Знаю, ты сейчас награждаешь меня весьма нелестными эпитетами, но, надеюсь, твоего мужа рядом нет, и он в тебе не разочаровывается. Тебе должно быть сорок сейчас. Конечно, подарок не королевский, взрослой женщине он не к лицу. Но я не могу выбирать для тебя что-то вульгарное или элегантное. Для меня ты навсегда останешься юной девочкой, любящей легкие и блестящие украшения. Быть может, ты передашь их дочери. Я ведь не надеялся, что она будет моей. Наверное, у нее рыжие волосы и в этом случае гранаты ей не пойдут. Еще один мой промах (а может, я подсознательно не хочу верить, что ты все-таки выйдешь за Элвида).

   Мне многое неизвестно. И то, как ты выглядишь, и то, что чувствуешь. И то, как дела с твоей семьей: с Сертаном, с Силианной, с Леоном и Жозетт. Но мне известно другое, то, без чего ты не сможешь дальше жить.

   Наверное, тебя тяготят мои вещи, те, что я запретил уничтожать. Это нелегко и, как мне кажется, ты до сих пор к ним не прикасалась. Прости, девочка, что заставил тебя так мучиться на протяжении двадцати лет. Снимаю обязательства и прилагаю второе, более позднее завещание. По закону именно оно вступает в силу с момента обнародования.

   Я хочу, чтобы ты передала все Смилю. Я виноват перед ним не меньше, чем перед тобой. Вы оба были моей семьей, но из желания мести я упустил и любимую, и сына. Сейчас я хочу, чтобы он получил все состояние и все вещи. Кроме дома, подаренного тебе, конечно. Надеюсь, я не ошибся, и Смиль с умом использует наследство. Зная тебя, я уверен, что ты обязательно попытаешься помочь. Маленькая добрая девочка...хотел бы я знать, как сильно ты изменишься. Иногда я думаю, что стоило оставить тебя в Ривере, не возвращать во дворец. Но потом...потом я вспоминаю, как ты вышла на сцену и как сияли твои глазки.

   Забавно, да? Даже прося о милости для сына, я говорю о тебе. И это моя самая большая ошибка, исправить которую я уже не в силах. Поэтому я прощаюсь, на этот раз навсегда. Девочка моя, скажи ему, что я люблю и его, и тебя. И сама помни об этом".

   - Ты знал меня лучше, чем я сама, - прошептала Дейна, вытирая глаза. - И ты знал, что я помогу твоему сыну. Но кто поможет Элвин?

   Она подошла к окну. Во дворе трудилась ночная смена садовников. Хоть какая-то иллюзия жизни.

   Она убрала письмо в свой сейф, к заметке о матери, кольцу от отца и маминому медальону. Ситуация яснее не стала, а голова разболелась еще больше.

   - Дейна! - только Тар мог заходить к принцессе без стука. - Что такое? Ты плакала?

   - Все нормально, Тар, - отмахнулась женщина. - Привет из прошлого. Ты выяснил, кто эта женщина?

   - Выяснил. Это мать Смиля. Она просто тронулась умом. Решила, что ее сын достоин трона и попыталась отомстить тебе за его ссылку.

   - Значит, она не в курсе этой истории с Карнатаром?

   Телохранитель помедлил, прежде чем ответить, но ответ был однозначным.

   - Нет. Она просто на старости лет вспомнила про сына и решила выбить ему средств на существование.

   - И это он знал. Поразительный человек. Тар, женщину отпусти и посели в какой-нибудь приют хороший. Чтобы лекари были и сиделки. Смиль вернется и сам решит, что с ней делать. Скоро приедет Элвин. А я скоро с ума сойду от всего этого. Будем разбираться с проблемами по мере их поступления. Я отправила посла к Арлангору. Если он не отдаст Сельму, я сотру его замок с лица земли! Вместе с границами!

   - Дейна, отдохни, - Тар обеспокоенно заглянул подруге в глаза. - Ты слишком напряжена, слишком устала. Ляг и поспи хотя бы немного. Сама всех убеждаешь, что с Элвин все хорошо и сама паникуешь.

   - Да, ты прав, - женщина прикрыла глаза. - Старею, наверное...

   - Дура. Тебе еще столько же жить, а ты уставшую изображаешь. Давай, ложись спать, завтра чтоб была бодрая и веселая. Начинай готовиться к возвращению Элвин. Она не простит тебе постной рожи.

   - Спасибо тебе, Тар. Что ты с нами.

   - За это неплохо платят, - мужчина подмигнул принцессе. - Спокойной ночи.

   Свет погас, оставив Дейну одну в темноте. Кэд наверняка заработается допоздна, и спать ей придется одной. Подготовка к учебному году, будь она неладна. Больше всего принцесса любила зиму. Они были дружной семьей, никто не убегал по делам и не торопился.

   - А кто поможет Элвин? - пробормотала принцесса, прижавшись лбом к холодному окну.

   Иногда просьбы, обращенные наверх, бывают услышаны. И помощь приходит. Иногда.


Часть третья

Глава восьмая, в которой Сельма и Арлангор приезжают в замок


   - Сельма, выпей, - Арлангор устало откинулся на спинку скамьи. - Хватит упрямиться, киска.

   Я даже не повернула голову, продолжая смотреть в окно. Мимо проплывали деревья, да редкие домишки. Мы уже выехали из Империи и пересекали заграничье, направляясь к замку правителя.

   - Обед будет не скоро. Это всего лишь сок.

   Верить ему? Не совсем же я дурочка. Сок там, в высоком стакане, или не сок, притрагиваться к предложенному я не собиралась. Элвин достаточно просветила меня о различных наркотических зельях.

   - Ты думаешь, - усмехнулся Арлангор, - что мне нужно будет травить тебя, чтобы заполучить? Сельма, пройдет пара дней, и ты будешь мурлыкать рядом со мной. Безо всякого воздействия.

   Я продолжала молчать. Боялась не то, что начну ругаться, не то, что плакать. Обидно было вот так попасться. В сущности, имел место обычный и очень простой обман, на который я повелась без размышлений. Не зря Арлангор был такого невысокого мнения обо мне...

   - Ладно, - мужчина тихо выругался. - Не хочешь сок, ляг и поспи. Этой ночью я не дам тебе спать.

   Уши нервно дернулись, вызывав его смех. Хвост, обвившийся вокруг моей ноги, потянулся было к рукам мужчины, но я вовремя успела взять себя в руки. Неизвестно, насколько опасен Арлангор. Может статься, он второго падения не потерпит и исполнит угрозу отрезать хвост.

   Он вдруг пересел на мою скамейку. Я не успела заметить, куда исчез стакан с соком.

   - Я бы очень хотел рассказать тебе, что мы будем делать, - довольно пробормотал Арлангор, чуть поглаживая мой хвост. - Но, боюсь, тогда разговор примет непредвиденный оборот.

   Он совершенно неожиданно взялся за мои бедра и подтянул к себе, заставив лечь на скамейку.

   - Спать! Я так сказал!

   Не могла я не признать его правоту: после бессонной ночи очень хотелось хоть немного отдохнуть. Шевелиться же не хотелось вообще. Даже хвостом я двигала лениво, покачивая его в такт колебаний кареты. Поэтому я отвернулась к стене, чтобы не видеть этой самодовольной рожи и вскоре задремала, прикрыв уши руками, чтобы не так слышен был топот коней.

   " - Уходите! Уходите! - кричала женщина.

   Комната, казалось, разрывалась от надсадного жуткого крика.

   - Сельма, идем, - меня кто-то потащил прочь...

   - Мама! - я заревела.

   Было страшно и вокруг плохо пахло. Вдалеке раздавались крики и стоны. Я чувствовала, как все вокруг вибрирует и инстинктивно прижимала уши к голове. Мама придерживала хвост, чтобы я не поранилась.

   Внезапно противный запах горелого сменился свежестью, которая бывает после дождя. Крики стали тише, а вскоре и совсем сменились шелестом листвы и стрекотанием кузнечиков.

   - Сельма, - я услышала приятный мужской голос. - Девочка моя, как ты? Хвостик не поранила?

   Отец поднял меня на руки и поцеловал, прижав к себе.

   - Мы едва успели, - сказала мама. - Богиня моя...Сэл, что происходит? Кто эти...эти существа?

   - Не знаю, родная, - в голосе папы чувствовалась усталость. - Не знаю.

   - Но в замке не осталось ни одного ребенка! Наша Сели - последняя. И...и в деревне тоже. И в городе, я слышала, почти не осталось детей! Сэл, что мы будем делать? Я не могу потерять Сели!

   Я снова расплакалась, почувствовав общий страх, витавший в воздухе.

   - Есть выход. Но Сели мы в любом случае потеряем.

   От паники, нахлынувшей внезапно, задрожали уши. Папа положил руку мне на макушку, успокаивая.

   - Сэл, нет! - мама забрала меня у отца.

   - Либо смерть, либо это, Сил, - сказал отец. - Она хотя бы будет жить.

   - Но как?! Что ее там ждет? Что случится с ней? Кто ее воспитает? Вдруг она погибнет?!

   - Не знаю. Не знаю. Но либо смерть, либо это. Третьего не дано. Во вселенной много добрых существ. Быть может, Сели попадется именно такому.

   - А если нет?! Если она наткнется на плохого? Если она будет страдать?

   - Милая. Здесь Сельме все равно не выжить, как бы мы не прятались, и ты знаешь это. Ей нужно спать, а спать нельзя. Она умрет или от истощения, или погибнет во сне. Пожалуйста, давай хотя бы попытаемся ее спасти?"..

   Я вскочила, испуганно озираясь, пытаясь сообразить, где я и что происходит. Все еще чувствовался запах дождя и будто бы слышались крики, доносящиеся словно издалека. И только через пару секунд я сообразила, что никакие это не крики, а гомон мужчин, очевидно, обедающих.

   Привал.

   В карете кроме меня никого не было, но на соседней скамье, где раньше сидел Арлангор, стоял поднос с едой. Я залпом выпила стакан сока, пытаясь успокоиться, совершенно забыв, что и слышать не хотела о том, чтобы принимать пищу из рук Арлангора.

   - Хорошая девочка, - он залез в карету. - Можешь ведь благоразумной, верно?

   Я промолчала и взяла с тарелки несколько долек помидорки. Есть-то хотелось. А из головы не шел сон.

   Были ли это игры воображения, или воспоминание из раннего детства пришло так не вовремя, сбив меня с толку? Если первое, то все вполне объяснимо, но если второе...

   Тот мальчик, сын знакомых Тара. Он ведь умирал, и я не знала, чем все кончилось. Мне казалось, что я спасла его, но вдруг нет? И не схожи ли симптомы загадочной болезни, поразившей ребенка, с теми, что вынудили родителей отдать меня...А, собственно, куда? Это явно не Империя. Мама упомянула какую-то богиню, а богинь у нас сроду нет. Есть Три Бога, но все они мужчины и даже не родственники, чтобы там какая богиня примешалась. И имена чудные...Сэл, Сил, Сельма...Но это и не заграничье, потому что...ну, это я просто знала. Значит другой мир? Как все запутанно. Не пришла ли эта гадость сюда, вслед за мной? Кажется, там я оставалась последним ребенком.

   - Ты себя хорошо чувствуешь? - поинтересовался Арлангор, усаживаясь.

   Я не сочла нужным отвечать.

   - Милая моя киска, если ты не будешь со мной разговаривать, - с нажимом произнес мужчина, - то я не сочту нужным сдерживаться. И мы изрядно повеселим мою охрану сценой, которая разыграется в карете, поняла?

   Я пыталась угадать, действительно ли он способен сделать то, что обещает. Мне показалось, что способен.

   - Сельма?

   - Поняла, - пробурчала я, отворачиваясь.

   - Тогда иди сюда.

   - Что?! - я резко дернула хвостом.

   - Сюда иди, - он недвусмысленно показал на свои колени. - Я тебе кое-что скажу.

   Мы оба молчали, играя в гляделки.

   - Сельма? - Арл напомнил о недавнем предупреждении.

   Я, настороженно прислушиваясь, как это всегда бывало, когда ситуация становилась напряженной, встала и медленно подошла к Арлангору. Он сразу же заключил меня в объятия и заставил сесть. Аккуратно расправил хвост и замолк.

   - Ну? - не выдержала я спустя минуту бессмысленного сидения в обнимку.

   - Помолчи, - довольно грубо отрезал Арл. - Сиди спокойно.

   Я отвернулась, чтобы наши лица не были так близко. И подумалось вдруг, что Арлангор совсем не такой, каким хочет казаться. Отчего-то его поведение напомнило мне Элвин, которая, несомненно, обладала всеми качествами принцессы, но в то же время остро нуждалась в ласке, вероятнее всего, ласке отца, которого редко видела. Но связать эти два образа я не смогла. Так и уснула снова у него на руках и проспала до самого приезда в замок без снов.

   Словно издалека да меня доносился чей-то голос. А потом зазвучал у самого уха.

   - Просыпайся, киска!

   Я открыла глаза. Ухо дрогнуло от дыхания Арлангора и тот чихнул.

   - Вот ты пушистая, - недовольно проговорил он. - Слушай, а у тебя линька бывает?

   - Ага, и хвост отпадает, под Новый Год.

   Я поднялась и потерла глаза. Мы все еще двигались, но заметно медленнее. Да и вообще снаружи чувствовалось какое-то оживление.

   - Мы приехали, что ли? - спросила я.

   - Почти, - Арлангор кивнул. - Ты хорошо спала?

   - Да, спасибо, - я даже сама поразилась своей вежливости.

   Но еще больше я поразилась тому, что действительно отлично выспалась. Намного лучше, чем должна была.

   - Ты очень забавно спишь, - непривычно серьезно сказал мужчина. - У тебя уши во сне шевелятся. И хвостик дрожит.

   - А у тебя во сне ничего не шевелится? - буркнула я.

   Арлангор поперхнулся. А я чего? Это меня Элвин научила. А Элвин - Дейнатара. А уж кто научил Дейнатару, не ведаю. Так что и претензий не к кому предъявить. Удобно.

   Экипаж остановился и в карету заглянул тот самый мужчина, которого Арлангор назвал Игнетом.

   - Приехали, - сказал он, равнодушно скользнув по мне взглядом.

   Я только тогда рассмотрела его как следует. И поежилась: все лицо мужчины было в шрамах, словно от ожогов. Неприятное зрелище.

   - Идем, - Арлангор потянулся к выходу.

   И я сразу же последовала за ним. У врагов я, или нет, в карете сидеть смертельно надоело. Хотелось свежего воздуха и немного размяться.

   Арлангор засмеялся, когда я потянулась, разминая спину.

   - Подарить тебе когтеточку? - хмыкнул он.

   Раздался взрыв хохота: смеялись стоящие вокруг мужчины. Почему-то мне не нравились их взгляды. Конечно, Арлангор обижен, что мне удалось сбежать в Империю. И, конечно, мечтает отомстить Дейнатаре за провернутую прямо перед его носом, авантюру. Но его поведение: жесты, голос, мимика, они были какими-то...в общем, мне показалось, что в замке все, кроме меня знают, чем все это кончится.

   Замок был, конечно, меньше имперского. Да и скромнее. Выглядел скорее как крепость. Серый, мощный, он возвышался над преимущественно равнинной местностью, среди небольших аккуратных деревенек.

   - Сейчас искупаешься, - сообщил мне мужчина. - И тебя проводят в мой кабинет. Поговорим. Я надеюсь, ты воды не боишься? Будешь царапаться, приду лично тебя мыть.

   - О. И когтеточка не понадобится, - пробурчала я себе под нос.

   - Я не шучу, киска. Одна жалоба от моих слуг на тебя - и будешь наслаждаться моим обществом дольше, чем могла бы. Все поняла?

   Возражать я не стала. Искупаться хотелось: дорога длинная, тяжелая. Да и перед тем, как попасться Арлангору, я успела как следует поваляться на земле. Так что смысла спорить не было. Тем более, что ванная у него в замке была почти как в имперском. Большая, со множеством ароматных пен, кремов и шампуней.

   Где-то через час меня прервала молоденькая служанка:

   - Вас господин велел привести. Срочно.

   - Ну, - я вынырнула из-под воды. - Раз велел, так пошли. Только у меня совсем одежды нет...

   - Одежду дадим! - с готовностью закивала девушка.

   И дали таки.

   - Это что?! - возмутилась я.

   - Платье, - больно уж неуверенный голос был у служанки.

   - Это не платье. Это ужас какой-то.

   В таком разве что девица легкого поведения могла щеголять. Короткое, с вырезом, и в то же время легкое, приятное на ощупь. И зеленое. Такой цвет я даже у Элвин в гардеробе не видела. Насыщенное зеленое платье. Безумно красивое, и столь же безумно неприличное. Неприличное даже не из-за его длины или разреза, а из-за моего вида в нем. Хвост, уши, пушистые каштановые волосы, голые ноги...

   Вдруг стало так жалко себя, что пришлось сдерживаться, чтобы не расплакаться.

   - Что с вами? - участливо спросила девушка.

   В ответ я села в кресло и все-таки разревелась.

   - Я позову господина, - пискнула служанка и тотчас выбежала.

   Я слишком устала, чтобы держаться. Слишком боялась Арлангора, который недвусмысленно намекнул мне на мое положение в его замке, да еще и упоминал Анткорта. Слишком волновалась за Элвин. А еще боялась спать и постоянно думала о том мальчике и о странном сне. Это платье, конечно, не являлось причиной моих слез, просто иной раз все навалится одновременно и достаточно будет лишь легкого ветерка, чтобы эта башня рухнула.

   Я услышала тихие шаги, но голову не подняла.

   - Ну, и что у нас случилось? - холодно спросил Арлангор. - Сельма, я жду ответа.

   - Ответа? - получилось уж совсем истерично. - Ты на меня что надел?

   - То есть, ты ревешь из-за одежды?! - не поверил мужчина. - Ты так рыдаешь, потому что тебе не понравилось платье?!

   А как я могла ему это объяснить? Не поймет же. Ответом на страх перед Анткортом будет упрек в побеге, ответом на страх за Элвин будет то же. А про кошмары и вовсе не поверит. Вот и выходило, что платье - единственный повод для разведения сырости.

   - Встань, - скомандовал Арлангор. - Встань, я сказал!

   Когда надо, он умел заставлять.

   Меня подвели к большому зеркалу, висевшему в ванной.

   - Что тебе не нравится в этом платье, киска? - он задумчиво провел пальцем по моей шее. - У тебя очаровательные ножки, я хочу их видеть. И красивая шейка, зачем ее закрывать? Платье хорошее, легкое. У нас в замке тепло. Хвосту ничего не мешает.

   Он ухватился за кончик и я хныкнула, пытаясь вырвать лишнюю конечность из наглых лап.

   - Хвост отдай! - я шмыгнула носом.

   - Мой хвост. Моя шерсть. Моя кошка.

   - Сам ты кошка! - возмутилась я. - Кот. Мартовский.

   Он и вправду смотрел на меня так, как коты деревенские весной глядят на все, что движется и хоть отдаленно может мяукать. Шутки шутками, а в марте я дома сидела обычно...

   - Ну и что тебе не нравится в платье? - повторил Арлангор.

   И я решилась сказать. Он выглядел почти нормальным, не собирался меня отдавать Анткорту, не оскорблял и даже развеселил.

   - Это платье...оно слишком. Просто слишком. Можно было дать мне другое, длинное, где можно было бы прятать хвост. Где ноги были бы закрыты.

   Я снова принялась реветь, едва посмотрела на хвост, который Арлангор все еще держал в руках.

   - Тебе не нравится твой хвост? - удивленно спросил он.

   - Нет! Надо мной всегда издевались! И ты будешь издеваться, ты уже нарядил меня как куклу! Как я буду ходить?! В меня опять все будут тыкать пальцами и смеяться!

   - Киска, никто не посмеет смеяться над тобой, - Арлангор покачал головой. - И никто тебя не увидит. Я даже не собирался никому тебя показывать. Ты - моя. И то, что на тебе надето - мое. Я хочу видеть тебя, твою фигурку, а не жуткий балахон, поняла? И я не собираюсь над тобой издеваться. Я хочу, чтобы ты кое-что сделала...но об этом позже. Нужно покушать и познакомиться с Анткортом.

   При звуках этого имени я дернула ушами, а хвост мелко задрожал.

   - Сельма? - поднял брови Арлангор. - Что такое? Он мой хороший друг и не обидит тебя. К тому же, ему шестьдесят. И уж точно его не интересуют твои очаровательные ножки, или другие конечности.

   Я непонимающе уставилась на мужчину.

   Если память мне не изменяла, Анткорт точно не может быть чьим-либо хорошим другом. Если быть с собой честной - а этим я периодически занималась - то рядом с Арлангором я его представить себе не могла. Арлангор казался мне жестоким и, быть может, циничным. Но не подонком.

   - Ты перестала реветь? - поинтересовался мужчина. - Тогда идем, нужно поговорить.

   Он ухватил меня за руку и потащил куда-то, не спрашивая разрешения. Я несколько раз пыталась что-то возразить, но была слишком зла. К счастью, кабинет его располагался не так уж далеко от ванной комнаты и вскоре я очутилась в небольшой, но уютной комнате с рабочим столом, двумя на вид уютными креслами и низким столиком, на котором стоял поднос с фруктами и каким-то печеньем.

   - Садись и ешь, - приказал Арлангор.

   - Вы так и будете игнорировать мои просьбы? - я даже покраснела от рвущейся наружу злости. - Я сказала, что мне не нравится это платье! Я не желаю чувствовать себя...девушкой легкого поведения. И даже несмотря на то, что вы дружите с этим старым извращенцем Анткортом, я не отступлюсь от своих слов. Можете пугать, сколько угодно.

   Он побледнел и прищурился, рассматривая меня.

   - Мне кажется, я знаю, зачем вы притащили меня сюда. И будьте уверены, что ничего у вас не выйдет. Принцесса Дейнатара так просто не оставит это. Да я и сама сумею сбежать, вы уж не волнуйтесь.

   - Знаешь, киска, принцессу Элвин ведь поймали у границы. Она в замке. И скоро...скоро я совершу переворот в Империи. Принцесса Дейнатара жестоко поплатится за попытку играть за моей спиной.

   Я вскинула голову, пытаясь угадать, врет он, или нет.

   Арлангор обошел меня, оценивающе рассматривая фигуру. Кончики моих ушей нервно дернулись, и колдун усмехнулся.

   - Сельма, милая, подумай о своей подруге, - вкрадчиво прошептал он мне ухо. - Ее нужно спасти, и сделать это можешь только ты.

   - О чем вы? - я нахмурилась и нервно дернула хвостом. - Вы пытаетесь совершить переворот в Империи, у меня нет такой возможности. Я просто хотела вытащить подругу и попалась.

   - Вопрос с Империей скоро решится, - Арлангор пожал плечами. - Советник прибыл, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию и похищение принцессы Элвин.

   - Тогда причем здесь я? Как я могу спасти Элвин?

   - Ты будешь служить мне, - видно было, что при одной только мысли об этом, у колдуна загорались глаза. - И взамен я отпущу Элвин.

   - Служить вам? Что это значит?

   От страха перед этим колдуном, дрожал хвостик. И Арлангор явно это видел.

   - Твои способности нужны мне. Слух, ловкость, сила. Ты будешь...их называют шпионами. Да, Сельма, ты будешь шпионить для меня. И, - он подошел совсем близко и провел пальцем от кончика уха, до его основания, - развлекать меня в постели.

   Я всхлипнула и задрожала. Темные глаза горели не то страстью, не то яростью. Что я сделала, чтобы оказаться в руках этого колдуна в качестве игрушки?

   - За что вы так со мной? - прошептала я. - Я ведь...я ведь не ведьма даже. Я вообще...не знаю, кто. Мутант, ошибка природы, жертва магического эксперимента.

   - Кто тебе такое сказал, киска? - Арлангор коснулся моих волос. - Ты - очаровательна. Красива. Необычна. Ты - мечта любого мужчины. Каждый из моих воинов захотел бы иметь тебя. Но, достанешься ты мне.

   Последнюю фразу он произнес буднично, словно речь шла о какой-то вещи.

   - Итак, Сельма. Что ты решила?

   Прежде чем я ответила, раздался оглушительный грохот. Половину стены просто снесло, обломки полетели в нас. Я упала на пол, а сверху упал Арлангор...закрывший меня своим телом.

***

   Он был слишком тяжел. Да и камни, частично засыпавшие нас, не добавляли ситуации хорошего. Острая боль пронзила хвост: очевидно, или придавило или поцарапало. Пыль, которая еще не осела, мешала обзору, и я не могла понять, что произошло. Было очень страшно. Арлангор был без сознания, но, вроде бы жив. Я слышала его мерное дыхание.

   - Эй, - осторожно позвала я его и тут же закашлялась.

   Вылезти не получалось. При малейшем движении боль в хвосте усиливалась, я начинала инстинктивно пытаться его вытащить и стонала. А еще почувствовала кровь, стекающую по виску: один из обломков все-таки меня задел. Я извернулась и посмотрела туда, где раньше была стена. И вынуждена была признать, что Арлангор спас мне жизнь. Ударь один такой камушек туда, где находилась его спина, быть мне мертвой. Мгновенно и не очень эстетично.

   Какие рефлексы побудили этого мужчину закрыть меня собой?

   - Арлангор, - пролепетала я. - Эй!

   Он слишком сильно пострадал.

   Как сильно досталось замку? Найдет ли кто-то нас, или остальные обитатели пострадали не меньше?

   - Эй! Кто-нибудь! - прокричала я, срывая голос. - Помогите!

   Тишина, царившая в бывшем кабинете, пугала.

   - Помогите! - орала я. - Арлангор! Очнись!

   И, словно глоток воздуха после кошмара, я услышала торопливые шаги и взволнованный голос.

   - Арл? Арл, ты здесь?!

   - Помогите!

   Я увидела мужчину, пожилого, небольшого роста, с полностью седыми волосами. Он хромал, но выглядел вполне здоровым.

   - Вы - Сельма! - воскликнул он. - Арл говорил, что привезет...Боги! Он жив?!

   - Да, - от близости свободы боль в хвосте стала нестерпимой.

   - Погодите минутку, - попросил мужчина. - Я сейчас.

   Он позвал кого-то и нас мигом вытащил из-под обломков. Я осмотрела хвост: всего лишь царапина и ушиб, на самом кончике, потому и больно так было. За пару дней заживет. А вот Арлу досталось сильнее: он никак не мог прийти в сознание.

   - Так, давайте к лекарю, - скомандовал мужчина, нашедший нас. - И ты, Сельма, идем. Промоем царапины, отдохнешь. Все равно ущерб еще не оценили. Сможешь сама идти?

   Я кивнула, наблюдая, как Арла весьма небрежно взваливает на плечо один из мужчин.

   - Ничего ему не сделается, - проследив за моим взглядом, ответил мужчина. - Он крепкий парень. Идем.

   В пылу всего случившегося я совсем забыла о платье, которое мне так не нравилось. А на него, к счастью, никто и внимания не обратил. В целом разрушения показались мне не критичными, когда мы шли через замок к лекарю. Похоже, что пострадала именно та стена, рухнувшая на нас.

   - Что произошло? - спросила я.

   Мужчина закатил глаза и тяжело вздохнул.

   - Ой, боюсь, Арл когда очнется, со всех нас шкуру спустит. Тут понимаешь, как, девочка...хм...стало быть, ничего, если я тебе скажу... В общем, Арл очень много внимания уделяет студентам. А те в свою очередь уделяют много внимания поиску магии на нашей территории и исследованию такого интересного феномена. Вот ты как думаешь, это магия появилась в границах Империи, или Империя зародилась на магической территории?

   - Э-э-э, - ничего умнее я ответить не смогла.

   - Это они и пытаются понять. Похоже, дело сдвинулось с мертвой точки...мне еще предстоит провести расследование. Но их полигон как раз напротив кабинета Арла. Он любил наблюдать за тренировками.

   - Кажется, кого-то скоро отчислят, - пробормотала я. - А вы вообще кто?

   - Ох, - мужчина хлопнул себя рукой по лбу. - Забыл. Меня Анткорт зовут, я Арлу помогаю, что-то типа советника.

   Я даже споткнулась и закашлялась. Естественно, это был совсем не тот Анткорт, что предлагал мне контракт. Да и описание, данное Арлом в ванной ни в коей мере не подходило к тому человеку, что был старостой у нас.

   - Вы...у вас просто имя одинаковое?! - поразилась я.

   Вот глупая...перепугалась почем зря. Надо было сразу выяснять, что за Анткорту меня хочет скормить Арлангор.

   - О чем ты? - не поняла мужчина.

   - Ни о чем. Просто мысли путаются.

   Он понимающе кивнул.

   - Разумеется. Сейчас отдохнешь, покушаешь. Там Арлу помогут, он будет рад тебя видеть.

   - Ага. Рад, как же, - буркнула я, вспоминая его слова перед самым взрывом.

   - Представляю, - к моему удивлению Анткорт рассмеялся, - что он тебе наговорил. Пропускай это все мимо ушей. Он злится не на тебя, а на Дейнатару, которая перед его носом умыкнула тебя. И на женщин вообще. У него есть на то свои причины, возможно, он ими поделится. Арл хороший мальчик, но слишком импульсивный. Он сначала обижает, а потом думает, что сделал не так.

   - Отличная тактика. А я чем виновата?

   - Ох, Сельма, - Анткорт покачал головой. - Мне тяжело с тобой говорить: я не знаю, что хотел Арл рассказать, а что нет. Понимаешь, он на нервах в последние полгода. И ты ему срочно понадобилась несколько месяцев назад. Только он тебя нашел, как ты бесследно пропала. Вот и...хм...разозлился.

   - Зачем я ему понадобилась? Что за бред со шпионажем?!

   - Шпионажем? Сельма...спроси Арлангора, когда он очнется, что он имел в виду. Я порой его совсем не понимаю. Жаль парня, молодой, а уже ненавидит весь мир. Жестоко...жестоко с ним...

   - Что? - я перестала понимать, о чем говорит Анткорт.

   Но мы уже дошли до больничного крыла, которое совсем не пострадало. Арла достаточно грубо бросили на койку, и полная пожилая лекарка кинулась проверять, что с ним.

   - Садись сюда, - кивнул Анткорт на соседнюю кровать. - Арл тяжелее, начнут с него. Потом тобой займутся. Держи вот.

   Мне протянули внушительный кусок чего-то белого...

   - Это шоколад. Попробуй.

   Я посмотрела на Анткорта, как на идиота. Шоколад я пробовала в замке, и он был темно-коричневым. Светло-коричневым, если туда добавляли молоко. Белый видела впервые.

   - Да попробуй, - тепло улыбнулся мужчина. - Тебе нужно сладкого поесть, а то руки до сих пор дрожат.

   Я осторожно сначала лизнула кусок, потом попробовала на зуб. И, осознав, что в этот момент очень похожа на кошку, смутилась и начала есть нормально: отламывая небольшие кусочки руками. Оказалось, что белый шоколад - очень вкусно. Но слишком сладко.

   - Ты часто борешься со своими повадками? - спросил Анткорт.

   И, осознав, что, наверное, обидел меня, поправился:

   - Борешься с...необычным поведением.

   - Да повадки это кошачьи, - отмахнулась я. - Бывает. Я так и не могу понять, кто я, что я и как вообще здесь оказалась. Частенько себя одергиваю. Например, когда хочется все обнюхать или лизнуть. Жутко становится...как будто я животное, а не человек.

   - Ты не с той стороны смотришь на происходящее. Ты не человек и глупо пытаться быть похожей на него. Но и не зверь. Веди себя так, словно ты в гостях у людей. Не отказывай своим привычкам, но и не попирай чужие.

   - Это на словах легко, - вздохнула я. - А на деле...

   - Я...

   Но что хотел сказать Анткорт, я так и не узнала. Арлангор зашевелился и что-то сказал.

   - Что? - лекарка склонилась ниже.

   Я навострила уши. Слух и правда был отличный.

   - Девчонка где? - спросил этот товарищ, едва очухался.

   - Все хорошо с Сельмой, - сказал ему Анткорт. - Она почти не пострадала.

   Он с усилием повернул голову и встретился со мной взглядом. Я неуверенно махнула хвостом и совершенно непроизвольно облизалась. Губы Арла тронула легкая улыбка, и он со вздохом вернулся в исходное положение.

   - Все, успокоился, - хмыкнул Анткорт. - До чего странный

   С Арла тем временем стягивали рубашку и осматривали повреждения. Мне стало нехорошо при виде кровоподтеков на спине мужчины и нескольких ссадин. А уж руки все были в порезах от осколков стекла.

   - Серьезного ничего, но будет больно, - предупредила лекарка.

   Анткорт кое-как усадил Арлангора, чтобы ему обработали спину, пока лекарка готовила неприятно пахнущие мази и снадобья.

   - Дай ухо, - вдруг сказал Арл.

   - Что? - моргнула я. - Какое ухо? Зачем?

   - Погладить ухо.

   Я недоуменно посмотрела на Анткорта. Ему что, по голове досталось?

   - Ну, дай ухо, - Арл потянулся к моей голове.

   И, кажется, до меня начало доходить, чего ему надо. Медленно я наклонила голову. Его рука осторожно коснулась уха одновременно с тем, как лекарка начала обрабатывать ушибы. Я закусила губу: едва ему станет больно, рука сожмется, причиняя нестерпимую боль уже мне. Но он продолжал гладить уши, даже не против шерсти. И постепенно я расслабилась, поняв, что ничего не грозит. И почти замурлыкала, вовремя одумавшись.

   - Спасибо, - очень серьезно произнес Арл, когда его уложили обратно.

   Я не знала, что сказать.

   - И тебе спасибо. Что спас меня.

   - Я надеюсь, - он пошевелился и тут же поморщился, - на иную благодарность.

   - Ты сначала очухайся, - хмыкнула я.

   - Так ты помоги. Кошки, они, говорят, исцеляют.

   - Я же не кошка. Ты мне еще лоток поставь и кормушку.

   - И когтеточку, - улыбнулся он. - Иди сюда, а?

   - Куда? - я скептически осмотрела койку. - Твои ребра меня не выдержат. Я лучше здесь полежу. Ай!

   Лекарка незаметно подкралась сзади и начала обрабатывать мне хвост.

   - Вы его бинтовать будете? - спросила я.

   - Нет, так быстрее заживет. Даже ничего почти не повреждено. Интересная часть тела...его бы изнутри посмотреть...

   - Вы хвост киски не трогайте, - донеслось с койки Арла. - Он мне еще нужен.

   - Повесишься на нем? - я хмыкнула. - Или еще чего интересного придумаешь...учти, я в твоих забавах не участвую!

   - Все, - лекарка отошла. - Готово. Ложись-ка, да поспи. Лучше отдохнуть.

   - Мы ко мне пойдем, - сказал Арл. - Там лучше и теплее.

   - Нет уж, - женщина поджала губы. - Вечером пойдете, после ужина. А сейчас отдыхать! Под моим наблюдением!

   А я была довольна подобным исходом: нахождение в больничном крыле давало мне небольшую передышку. И я могла подумать об Арле и некоторых своих реакциях на него.

   - А зачем ты трогал мои уши? - спросила я, укрываясь одеялом.

   Он помедлил, прежде чем ответить.

   - Осознание, что слабостью я могу причинить тебе боль, отрезвляет, - наконец сказал он.

   - Я так и подумала, - вздохнула я. - Ты поражаешь меня.

   Он уже спал, уставший и избитый. Даже жалко стало: пострадал-то из-за меня. Вполне мог отпрыгнуть в сторону, да прикопать меня после всего на заднем дворе.

   Я заснула, пригревшись и привычно свернувшись. И сквозь сон почувствовала, как меня куда-то несут. Потом на краткий миг проснулась в большой и красивой комнате, прижатая к крепкому телу. А дальше темнота и - ставший знакомым - кошмар.

   Легион призрачных детей, лица которых были искажены страданиями, удалялся от меня, а дикий и неприятный смех Нектико не смолкал. Я чувствовала дикий страх и постоянно ждала, что отправлюсь вслед за этими детьми.

   - Ты моя, Сельма. Где бы ни пряталась, ты моя!

   Резко, внезапно, его отвратительное лицо возникло передо мной.

   Я вскочила, с криком, захлебываясь слезами.

   - Киска! - Арл тоже поднялся. - Тихо! Что такое?

   Я помотала головой. Хвост дрожал, шерсть на ушах вздыбилась, и это лучше всего говорило о моем состоянии.

   - Давай, водички выпьем, - Арл потянулся к прикроватной тумбочке. - Давай.

   Я с жадностью выпила стакан воды, всхлипывая и вздрагивая от этого ощущения ужаса, преследовавшего меня каждую ночь.

   - Все? - он поцеловал меня в макушку, прямо между ушей.

   От непрошенного удовольствия хвост заметался по постели.

   - Все, - прошептала я, чувствуя, что и вправду страх куда-то отступает.

   - Что снилось? - спросил Арлангор.

   - Не помню. Мне страшно.

   - Вижу.

   Меня обняли, укутали в одеяло и уложили на постель. Его дыхание приятно щекотало ухо.

   - Не обижай меня, - прошептала я. - Хотя бы сегодня.

   - Никогда, - прошептал он в ответ. - Спи.

   - Я не могу спать, когда ты рядом.

   - Я тоже не могу спать, когда ты рядом. Что случилось, моя девочка? Почему я схожу по тебе с ума?

   И я сходила. Я чувствовала, что больше не могу сдерживаться и застонала от желания прикоснуться к нему, прижаться всем телом.

   Его пальцы пробежались по основанию хвоста, и я выгнулась.

   - Ты правда так думаешь? Что я - ошибка природы?

   - Нет, - Арлангор горячо зашептал мне прямо в ухо, - нет, любовь моя. Ты - самое прекрасное создание этой природы. Посмотри на себя. Посмотри на свои очаровательные ушки. На свой хвостик, вечно лезущий, куда не просят. На свои глазки. Ты - чудо, Сельма. Мое чудо.

   Я расплакалась, поняв, что он говорит правду.

   - Мне всегда говорили, что я не человек. Я пыталась с ними подружиться, а они кидались в меня камнями и пытались заставить пить из миски.

   - Киска моя, - Арл еще крепче меня обнял. - Не вспоминай. О таком счастье, как ты, можно только мечтать. Ты нужна мне.

   - Спасибо.

   - Я хочу, чтобы ты улыбалась. И не надо бить меня хвостом. А то оторву.

   - Не надо к нему так прикасаться, - простонала я.

   - А как надо? Так?

   Он взял его в руку, поглаживая, расправляя и ероша кисточку. Улыбнулся, увидев мои глаза, огромные от потрясения гаммой чувств.

   - Как думаешь, если ты забеременеешь, наши дети будут с хвостом и ушами?

   - С огромным самомнением, - фыркнула я. - Наши дети?

   - Наши, - подтвердил Арл. - Наши с тобой дети. К изготовлению которых мы приступим...прямо сейчас.

   - Я не могу, мне страшно, - прошептала я, пытаясь сбросить его руки.

   - Пожалуйста, родная, - тихо, но очень быстро заговорил Арл. - Мне очень нужен малыш. Я так хочу ребенка, Сели. Я так хочу мальчика, пожалуйста.

   Он уткнулся лбом в подушку, закрыв глаза. И я почувствовала: что-то происходит. Инстинктивно поняла, что Арлу очень плохо и неуверенно погладила его по голове.

   - Что случилось? - спросила я.

   Он молчал, но явно тянулся к моей руке. И жалко так стало.

   - Арл, что с тобой?

   А потом я поняла, что он плачет. Тихо, но плачет, пытаясь это от меня скрыть. И сразу все навалилось: дикий страх, отчаяние, жалость. Если плачет этот человек, в котором противоречий больше, чем мозгов, то что делать мне? Я и так скоро свихнуть от всего происходящего.

   - Эй, - я прижалась губами к его плечу. - Не пугай меня, пожалуйста. Я не знаю, как тебе помочь.

   Он нашел в себе силы поднять голову и чуть улыбнуться. Потом обнял, уткнувшись в макушку, между ушей.

   - Все будет хорошо, - сказали мы одновременно.

   - Сельма, - он постепенно успокаивался. - Прости. Я не хотел тебя пугать, просто в последнее время все слишком тяжело.

   - Может, расскажешь? - предложила я.

   Несколько секунд Арлангор молча смотрел на меня.

   - Идем, я лучше покажу.

   Он сам застегнул на мне свою рубашку и заставил надеть туфли, чтобы ноги не замерзли.

   Меня привели к небольшой двери, располагавшейся не слишком далеко от лестницы и спальни Арлангора.

   - Я хочу, - Арл явно говорил с трудом, - чтобы ты...просто с ним поговорила, ладно? Ему...впрочем, какая разница. Проходи.

   Мы вошли в полутемное помещение, освещавшееся только парочкой свечей. На красивой кровати спал мальчик лет восьми, а в глубоком кресле сидела служанка, вернее, почти дремала, уронив голову на руки. Звук затворившейся двери разбудил женщину и она испуганно вскочила. Но Арлангор не дал ей начать оправдываться, а просто жестом приказал выйти и осторожно подтолкнул меня к постели. Ребенок, как оказалось, не спал.

   - Родной мой, - Арлангор погладил мальчика по голове. - Я привез тебе киску.

   - Привет, - он улыбнулся мне так, как умеют улыбаться только дети. - Я видел тебя во сне. Много раз.

   Тот мальчик, которого я спасла...И Нектико. Не сын друзей Тара. Сын Арлангора...

   - Привет, - я опустилась на колени у кровати. - Как тебя зовут?

   - Руж, - ответил Арл. - Его зовут Руж.

   - А меня Сельма. Ты выздоравливай, пожалуйста.

   - Он все равно меня заберет, - мальчик шептал слабо. - Я боюсь.

   - Милый, мой, - Арл избегал смотреть на меня. - Все будет хорошо, слышишь? Все будет хорошо.

   - Где мама? Я хочу к маме. Сельма, ты будешь моей мамой?

   Я несколько раз кивнула, чувствуя, как слезы катятся по щекам. Маленький несчастный ребенок, умирающий по непонятным причинам. Видевший во сне девочку с кошачьими ушками.

   - Конечно. Все, что захочешь. А давай играть?

   - Я не могу, я устал.

   - Знаю. Но для этой игры нужно совсем мало сил. Тебе понравится. Давай играть в героев? Представь, что мы с тобой должны спасти мир. Весь мир, представляешь? Всех людей, всех животных, всех растений! А злые существа хотят все убить. И мы с тобой должны им помешать.

   - Сельма, что ты...

   - Уйди, Арл. Не мешай. Так вот, Руж. Ты будешь моим помощником. Когда в следующий раз ты окажешься в том месте, с тем существом, борись с ним, ладно? Это всего лишь сон, он ничего тебе не сделает. А вот ты можешь их победить. Борись с ними, сделай им больно. Я тебе помогу, я тоже буду с ними воевать. И вместе мы обязательно победим, понял? Если вдруг ты увидишь их, не ходи с ними. Думай о доме, о папе, который тебя очень любит. О том, что я стану твоей мамой. О том, что здесь есть мороженое и магия. И о том, что мы купим тебе щенка, ладно? Всем снятся кошмары, это не страшно. Но ты не должен их бояться. Я ведь не боюсь.

   - Они и тебе снятся?

   - Конечно, - я кивнула. - Они снятся многим. Они плохие и нужно спасать мир от них. Давай попробуем победить, хорошо?

   - Хорошо, - слабо кивнул мальчик. - Я буду думать о тебе, Сельма.

   Я наклонилась, чтобы он потрогал мои уши. И едва не разрыдалась, когда на детском личике появилась счастливая улыбка.

   Руж уснул и Арлангор почти силой увел меня из детской, но довести смог только до середины коридора. Потом не выдержал, крепко обнял. Я, чтобы крепче к нему прижаться, даже хвостом помогла себе. Мне хотелось дать ему как можно больше ласки, чтобы хоть как-то смягчить боль.

   - Я хочу ребенка, - снова прошептал Арл. - Я не могу остаться один.

   - Я не дам тебе остаться одному. Нет, Арл. Руж не умрет. Не волнуйся об этом. Я ведь не соврала ни капли. Мы действительно сами управляем своими снами. И, кажется, я знаю оружие против этой гадости. Мне просто нужно время. Но я не позволю умирать детям. Наверное, я поэтому здесь оказалась.

   - Сели, ты удивительно добрая девочка, - он гладил мои волосы и уши. - Прости меня. Я не хотел делать тебе больно, я просто...Мне просто очень страшно.

   - Мы справимся.

   И здесь я поняла, что это "мы" уже никуда не уйдет. Я нашла своего принца и уже не смогу разлюбить, что бы он ни сделал. И пусть мы знакомы не так давно, пусть еще какую-то половину дня назад я его люто ненавидела и боялась, сейчас мне было очень жалко Арлангора. Он совсем не похож был на жестокую скотину, он выглядел напуганным мальчиком, который боится остаться один.

   - Я обещаю, Арл, мы со всем справимся, - я вовсе не была в этом уверена, но смотреть, как он мучается, не могла. - Я никуда не уйду. Мы придумаем решение этой задачи. И всех-всех спасем. А потом родим еще малыша, чтобы Ружу не скучно было. И будем жить все вместе, одной большой семьей. И тебя будут любить. И ты подаришь мне когтеточку, как обещал.

   - И хвост побрею? - рассмеялся Арл.

   - Нет. Хвост не дам. Он мне еще нужен. Уши тоже. Почему у тебя такое желание оторвать мне что-нибудь? Нежнее надо быть.

   - Я могу, - прошептал Арлангор, задыхаясь, - быть очень нежным.

   И, пока говорил, он целовал мою шею, действительно очень нежно и ласково.

   - Ты такое счастье. Ты подарок просто, Сели.

   Его руки расстегнули рубашку.

   - Не здесь, - я уже, собственно, была не против. - Арл, нас же увидят! Идем в комнату.

   - И ты мне не откажешь? - он с надеждой заглянул мне в глаза.

   И разве я могла отказать ему в том, что было так необходимо? Не в сексе, и не в удовлетворении, а в ласке, в чувстве, что он кому-то нужен и кто-то его любит. Да и себя обманывать не хотелось: мне тоже было необходимо немного тепла.

   - Нет. Сделаю все, что скажешь.

   Он подхватил меня на руки и все-таки отнес в комнату. Принялся целовать, попутно расстегивая рубашку, проводя холодными пальцами по груди и животу.

   - У тебя ведь никого не было.

   Я покачала головой, зачарованная его взглядом, в котором было что-то, чего я доселе не видела.

   - Я первый. Единственный.

   - Родной, - прошептала я его любимое слово.

   Он отчаянно хотел стать кому-то родным. А жизнь забирала единственного человека, для которого отец был центром мира.

   - Я люблю тебя. Сели, я схожу с ума.

   От этих поцелуев впору было сходить с ума мне. А я пыталась вернуть его нежность, вернуть в двойном количестве. И не хотела думать ни о Нектико, ни о том, что происходит. Хотела просто забыть обо всем и наслаждаться любовью, которую так давно ждала и о которой мечтала. И радоваться, что Арлангор оказался не таким, как я думала.

   И потом, когда я задремала, не решаясь полностью отдаться сну, я слышала его ласковые слова, его лихорадочный шепот и чувствовала крепкие объятия.

***

   - Ну, съешь кусочек! - придуривался Арл ближе к утру, когда я пыталась прочесать колтун, заботливо устроенный им же ночью.

   - Я же не твое домашнее животное, чтобы есть с руки! - возмутилась я. - Закончу и поем.

   - Ну, киска, - он чмокнул меня в плечо. - Ты просто обречена участвовать в подобных ролевых играх. Не лишай меня удовольствия.

   Я хмыкнула, наконец, расправившись с колтуном.

   - Мне не до игр. Надо придумать, что делать со всем происходящим.

   - А что с ним делать? - резко погрустнел Арл. - Дети умирают. У меня не так много ресурсов, чтобы вести исследования болезни. Я хотел использовать Элвин для того, чтобы Леон что-то начал делать, но она сбежала...

   - Что?! - я подавилась куском яблока. - Ты же сказал что поймал ее!

   - Э-э-э, соврал. Прости.

   - Ладно. Допустим, внимание Дейнатары мы обратим. Что с того? Думаешь, ее маги смогут сделать больше, чем твои ученые?

   - Возможно, - он пожал плечами и уставился в окно.

   - Арл, не замыкайся! - я в сердцах хлопнула рукой по столу. - Чем быстрее мы будем действовать, тем легче будет справиться. Что говорит Руж о своих кошмарах?

   Ответом мне стал недоуменный взгляд.

   - Что?! Арл, ты даже не спросил ребенка о том, чего он боится?!

   - Сели, я думал, кошмары - следствия болезни!

   - Они ее причина! Арл, ты с ума сошел?!

   - Мне кажется, - задумчиво произнес мужчина. - Что ты, моя киска, знаешь намного больше меня. Может, поделишься информацией?

   Пришлось отложить завтрак и начать ему рассказывать все, что знаю. И, когда солнце уже поднялось, мы оба составили план действий, который устроил нас обоих.

***

   - Ой, мама, - я переводила взгляд со Смиля на отца и обратно.

   - Да, дорогая? - откликнулась мама, тоже следя за мужчинами. - С тобой все хорошо?

   - Ну-у-у, пока да. Но папа в гневе даже своих не пожалеет, - высказала я опасение.

   - Предлагаешь прятаться? - с сомнением спросила мама. - Ну, мне-то точно уже пора. А вот тебя, думаю, обойдет.

   По виду отца этого сказать никак нельзя было. Он при одном взгляде на мои голые ноги, казалось, зверел еще больше.

   - Повтори, - сквозь зубы потребовал он от Смиля.

   А интересно, убивать собственных учеников этично? И вообще, за рукоприкладство по отношению к зятю у нас что-нибудь бывает?

   - Твоя дочь, Элвид, моя жена. По крови, а не по бумагам. Навсегда. Еще как объяснить? Моя она. Захочу - жизни лишу, захочу - отдам кому-нибудь, захочу...

   Чего он там захочет, никто из нас так и не узнал. Папа всегда сначала бил, потом разбирался, кто виноват в том, что я реву. А здесь вроде как даже очевидно все было.

   - Кэд! - воскликнула мама.

   - Дейна! - рявкнул он в ответ. - Ты вообще поняла, что он сделал?!

   - Поняла. Но не здесь же драку устраивать. Хочешь, чтоб об этом стало известно всем?! Подумай, пожалуйста, об Элвин.

   Он, кажется, немного успокоился. По крайней мере, второго удара не последовало. Меня одолевали два странных чувства: радость от встречи с родителями и желание броситься на защиту к Смилю. И если первое мне было понятно, то второе...Ох, это определенно ненормальное чувство.

   - Тар!

   Телохранитель вышел из-за маминой спины. Казалось, он был совсем не удивлен случившимся.

   - Отведи его в камеру, - отец кивнул на Смиля. - Кормить не трудись. Но сделай, пожалуйста, так, чтобы он не сдох. Я с ним позже потолкую.

   Смиль не сопротивлялся, то ли понимая, что против Тара и отца ему не выстоять, то ли и на этот случай у него был приготовлен план. Я же стояла в растерянности, сжимая мамину руку, и не знала, что делать и говорить...

   - А что мне сказать отцу, когда он спросит, спала ли я с ним? - спросила я у мамы, пока Тар уводил Смиля.

   Та тяжело вздохнула.

   - Ну...скажи то, что приведет к наименее тяжелым последствиям для всех.

   - Но он убьет его, если я скажу, что нет, - почему-то мне совершенно этого не хотелось.

   - Если уже сделала выбор, зачем спрашиваешь? - хмыкнула мама. - Главное, ври убедительно.

   Я поняла смысл этой фразы, только когда отец повернулся ко мне и нарочито спокойно спросил.

   - Элвин, эта скотина к тебе притронулась?

   Мама сжала мою руку.

   - Кэд, ты пугаешь ребенка, - сказала она. - Давай, я сама все узнаю, а? А то мы ее после твоих допросов лечить будем дольше, чем она по лесам моталась.

   - Это ты во всем виновата! - вдруг перевел он взгляд на мать.

   - Разумеется. Я во всем виновата, - улыбнулась мама. - И в том, что Элвин...м-м-м, замужем. И в том, что Облачный Храм рухнул. И, кстати, в том, что род Императорский сменился...аж самой плохо.

   - Ты отправила его за ней! И что вышло?!

   - Пока что только твои крики вышли, - мама поморщилась. - Отстань от ребенка. Дай ей прийти в себя. Потом поговорите.

   - Дейна...

   Мама развернулась и потащила меня за собой. Отцу нужно было немного прийти в себя, с этим я была согласна. Но не хотелось, чтобы родители ссорились, а они обязательно поссорятся после этого памятного дня...

   Мы приехали к обеду, как раз к завершению. Начальник дневной стражи, узнав меня, сразу же доложил маме и отцу. Те не замедлили спуститься, и тогда-то Смиль объявил, что нас можно поздравить со свадьбой. Мама отреагировала относительно спокойно: тяжело вздохнула и закатила глаза, пробормотав что-то про мелкие пакости. А папа...папина реакция, впрочем, тоже оказалась лучше, чем я ожидала. Мог и на месте убить...

   Замок не изменился. Глупо было бы этого ожидать: несмотря на то, что мне казалось, будто я была здесь давным-давно, прошли всего полторы недели. И, как оказалось, несмотря на мое отсутствие, дома неспешно текла привычная жизнь.

   - Голодная? - спросила мама.

   - Немного. А где Сельма? Мне срочно надо с ней поговорить.

   - Сельма у Арлангора, - мама вздохнула. - Он все-таки добрался до нее. У нас там полным ходом идут разборки, но пока ничего не известно. Этот товарищ очень зол на меня.

   Я приуныла. То, что Сельма была у Арлангора, означало только одно: мне больше не с кем было поговорить о том, что происходит ночью. Да и привязалась я к ней...

   - Он ей ничего не сделает? - спросила я.

   Мама ответила, чуть обдумав вопрос:

   - Думаю, нет. Если он не псих, а на психа он не похож, он Сельму не обидит. Перепугал, вероятно, но не более. Она в безопасности, но вернуть ее нужно. Один человек хочет с ней увидеться. Если Сельма не отказалась от идеи выяснить о себе всю правду, то ей будет полезно с ним поговорить.

   - Что за человек? - тут же заинтересовалась я.

   - Да так, старый знакомый. Я о нем тебе не рассказывала. Идем в мои покои, поешь, а я кофе выпью. Ну и веселье тут...

   - Мам, а он Смиля...

   - Тар пока что к нему никого не пустит. Потом посмотрим. Я хочу услышать твою версию случившегося. Пока что версия Смиля состоит из одного только самодовольства.

   В маминых покоях уже накрыли стол. Я в очередной раз удивилась, как ловко мама управлялась с родовой магией. Я же до сих пор не могла разобраться со способностями. Конечно, восемнадцать лет - не срок, но, говорят, в нашей семье у всех магия быстро проявлялась. И, хотя папа не видел причин для беспокойства, я нередко завидовала тем, кто уже может делать серьезные вещи. А теперь и вовсе магии лишилась: Смиль же запретил...

   Мы уселись за стол, и я довольно зажмурилась, ощутив привычный запах кухаркиной стряпни. Кормили у Арлангора неплохо, но, все-таки не так, как дома. Дома знали каждую мелочь: о том, что я терпеть не могу мелиссу, но балдею от свежего мятного чая. О том, что я не ем сладкое, но ем вареную сгущенку. Обо всех нюансах моего меню и моих предпочтений.

   Я с удовольствием наложила в тарелку гору всякой еды и совершенно машинально отхватила приличный кусок курицы. Мама подавилась чаем.

   - Элвин, это мясо.

   Пришлось каяться.

   - Знаю.

   - С каких это пор ты ешь мясо? - мама подозрительно прищурилась.

   - С тех пор, как кончились альтернативы, - буркнула я, смущенная таким пристальным вниманием родительницы.

   - То есть, Смиля ты слушаешься, а меня - нет?! - мама, к моему удивлению, рассмеялась.

   Тут уж подошла моя очередь недоумевать.

   - Мам...почему мне кажется, что ты не удивлена и совсем не расстроена?

   - Детка, ты живая и здоровая. Все остальное - мелочи. Постепенно со всем разберемся. Давай, рассказывай. Ты, значит, у меня замужем за Смилем. И как ты там оказалась?

   - Он...ну, в общем, сам взял, особенно не спрашивая. Хам он.

   - Что есть, то есть, - хмыкнула мама. - И насколько...далеко ты за ним замужем?

   - Ну, - я замешкалась, - он вообще просил не уточнять этот аспект.

   - Значит, не смог, - мама довольно улыбнулась. - Повезло мужику...ой, повезло. Ну и папаша у него...

   - А что с его папашей? - я тут же насторожилась.

   Интересно же.

   - Потом расскажу, - отмахнулась мама. - Он с тобой хорошо обращался? Ну пока по лесу гуляли, до свадьбы.

   - А откуда ты знаешь, что свадьба была в конце?

   Мне почему-то казалось, что мама совсем не удивлена итогу моего путешествия. В отличие от папы, конечно.

   - Милая, это очевидно. Он мог это все провернуть в пяти местах и ни одно не лежит вблизи от вашего пути. Если Смиль не научился бегать с дикой скоростью, вы поженились в храме, у границы. Так все-таки?

   - Все хорошо, - вздохнула я. - Он, конечно, иногда жутко меня злил...Но вообще не все так страшно, как видит отец.

   - Твой отец, моя дорогая, смирится с любым твоим решением. Но нужно что-то решить как можно скорее.

   - А что решить? Ритуал проведен, время вспять не вернуть.

   Мама задумчиво посмотрела в окно.

   - Ритуал проведен. Но не завершен. Пока вы с ним не...м-м-м...переспали, он может отказаться от брака.

   - А папа может его вынудить отказаться, - кивнула я.

   Об этой особенности ритуала я вспомнила, когда мы подъезжали к замку, и только тогда поняла, почему мне запретили говорить о наших ночевках. Что ж...маму обмануть было непросто: мне и говорить не потребовалось ничего. Теперь, к счастью, решение за мной: либо я все скрою, либо расскажу отцу и навсегда попрощаюсь со Смилем Вирне.

   - Элвин, я не стану давить на тебя, - задумчиво сказала мама. - И попробую отца уговорить не мешать тебе принимать решение. Но я тебя очень прошу: все хорошенько взвесь. Потому что это не поступление в университет, это замужество. С этим человеком тебе жить, от него рожать детей. Ты должна быть уверена в том, что делаешь.

   - А ты? - я взглянула на маму, закусив губу. - Ты уверена? Не ошиблась?

   - В твоем отце? Нет, не ошиблась. Но у нас с ним была другая ситуация. Не легче, и не сложнее твоей. Просто другая. В твоей жизни, как я понимаю, третьего нет. Или ты все еще влюблена в Тара?

   Мне вдруг стало стыдно. Мало того, что мать знала о моей влюбленности, так я еще и не вспоминала о телохранителе с тех пор, как...а, собственно, с каких пор? В замке у Арлангора мечтать, как Тар меня спасет, было любимым занятием. И только когда Смиль перевернул все с ног на голову, я и думать забыла о том, кого по собственному мнению, любила.

   - Так я и думала, - улыбнулась мама. - Он тебе не пара.

   - А Смиль, значит, пара, - хмыкнула я.

   - Сложный вопрос. Я на него однозначно ответить не могу.

   Я прищурилась, пытаясь понять, что мать недоговаривает.

   - Что это значит?

   - Это значит, что решать будешь сама. Полностью. Скажу только, что его положение тебя смущать не должно. У него есть вполне приличное наследство. Если я верну ему титул, как обещала, ваш брак будет вполне в традициях императорского дома.

   - А за что у него забрали титул? - удивилась я.

   Даже и не знала, что Смиль был из знати...

   - Это долгая история. Мы с ним учились вместе и друг друга ненавидели. Потом я начала встречаться с твоим отцом и он...м-м-м...конфликтовал со Смилем. А еще раньше, как оказалось, я знала его отца и он - отец его, в смысле - допустил несколько ошибок, которые привели к усилению ненависти Смиля. Как-нибудь я тебе расскажу всю историю, но, по-моему, информации для тебя достаточно.

   - А почему вы ненавидели друг друга в институте? - спросила я.

   Мама как-то замялась.

   - Да там...мы пробовали встречаться. Два раза. И оба неудачно, вот и испортились отношения.

   - Отлично! - буркнула я. - Моя мать встречалась с моим мужем. Где в этом мире хоть что-то нормальное?!

   Она рассмеялась, немного устало, но привычным смехом, тихим и искренним.

   - В нормальном мире скучно жить. Зато какие истории потом детям рассказывать будешь...а какая история знакомства, м? Вот у нас с отцом все скучно: меня чуть не выперли из университета, а у него период влечения к студенткам выдался. А тут...красота.

   - Мам, ты ненормальная, - фыркнула я, отставляя в сторону пустую тарелку.

   - Элвин, я отлично вижу, когда ситуация может привести к трагическому итогу, а когда - нет. В данном случае единственные погибшие: нервы твоего отца. С этим он способен справиться. Мне еще предстоит ему объяснить, что я к вашей свадьбе отношения не имею.

   - Кстати! - вдруг вспомнила я. - А почему ты послала за мной именно Смиля?

   Мама замялась, будто решая, стоит рассказывать, или нет.

   - На это было много причин, дорогая. Одна - и, несомненно, самая важная - он сможет тебе помочь.

   - В смысле? - не поняла я. - В чем помочь?

   - Ну...за границами магии нет. Сама бы ты оттуда не выбралась, - мама пожала плечами. - А с таким стимулом...в общем, это было верное решение, доверься мне.

   Я иногда ее не понимала. Папа частенько говорил, что у нее странные методы воспитания. Впрочем, папины привычки тоже особой рациональностью не отличались. Если мама давала мне хоть какую-то свободу, то единственным его желанием было запереть меня в башне, приставить кого посуровее в охранники и не выпускать лет до тридцати. К счастью, мама с папой друг друга уравновешивали.

   Мы обе подскочили от громкого стука в дверь. Я нахмурилась, не понимая, кто еще приперся...

   - Дейна! Открой немедленно! - раздался голос отца. - Я хочу с тобой поговорить!

   - О! - мама вскочила как-то слишком радостно. - Смерть моя пришла! Элвин, родная, иди к себе, отдыхай. Ужин тебе принесут. Поговорим завтра, когда все немного успокоятся. Мне еще нужно будет обсудить с тобой один важный вопрос...

   Она практически выпихнула меня из комнаты, одновременно впустив отца. Я старалась не смотреть на его разгневанное лицо. Похоже прогулка, которую он наверняка совершил перед тем, как заявиться к маме, не слишком успокоила его несчастные нервы.

   Нет, я, конечно, папу понимала. И могла себе представить, как он зол, но...во-первых, я не понимала, в чем тут виновна мама, она ведь просто хотела меня спасти. А во-вторых...во-вторых он просто не догадывался, что весь сволочизм Смиля напускной. По крайней мере, со мной он был совсем другим. И не изъявлял желания сделать что-то плохое. Даже защищал как-то по-своему.

   Все это было слишком сложно для меня. Всего каких-то две недели назад я размышляла о том, как отпраздновать день рождения, в какой университет поступить и чем заняться на досуге. А теперь вынуждена решать судьбу мужа, беспокоиться о Сельме и вдобавок как-то противостоять тому, что меня так пугало. К слову, оно не заставило себя ждать: в отсутствие человека, могущего меня защитить, разгулялось вовсю. Наверное, этот вечер стал в своем роде последней каплей в чаше терпения высших сил. И первой - фатальной - ошибкой нечисти, что приходит в кошмарах...

***

   Мне казалось, что я нахожусь в каком-то странном месте...Будто бы вокруг - никого, но тем не мене, ощущение, что я не одна, не покидало. Было очень тепло, спокойно. Не хотелось ни о чем думать, хотя смутно, из темноты, приходили какие-то образы. Девочка с кошачьими ушками и забавным хвостом...Хмурый мужчина, при виде которого, почему-то, быстрее бьется сердце. Женщина с черными кудрявыми волосами в красивом платье. Я силилась вспомнить, кто это и что я должна сделать, но не могла и вскоре бросила все попытки. Зачем? Гораздо легче было успокоиться и плыть по течению, тем более, что никаких крутых поворотов оно не сулило.

   - Элвин, - красивая девушка появилась словно из ниоткуда, прямо передо мной. - Здравствуй, дорогая.

   У нее были забавные короткие волосы, а на вид она была чуть старше меня. Лет двадцать, не более.

   - Здравствуйте, - удивленно произнесла я. - А вы кто?

   Девушка грустно улыбнулась.

   - Никто. Ничто. Образ в твоей голове...в нашей голове. Скоро я исчезну.

   - Куда? Почему?

   - Потому что здесь появилась ты, дорогая. Наконец-то я могу с тобой поговорить...но уже поздно. Осваивайся.

   Она грустно махнула рукой куда-то в сторону. Я нашла в себе силы смотреться. Мы находились в довольно унылом месте, в комнате с обшарпанными стенами, прогнившим потолком и скрипящим полом. Когда помещение успело обрести очертания? И почему этого не заметила я?

   - И что это за место? - удивленно спросила я.

   - А кто ж разберет? - девушка неопределенно пожала плечами. - Здесь тебе хорошо. И одновременно до одури плохо. Понимаешь, о чем я?

   Я помотала головой, потому что и вправду не понимала ни слова.

   - Как там дела?

   - Где?

   - Ну...в Империи. Директор Риверского все еще Кэдерн?

   - Конечно. А кто еще? Что происходит? Я же вроде спала!

   - Ты спать теперь будешь долго. Ну вот, - она расстроено посмотрела на свои руки, - я уже исчезаю!

   Ее очертания действительно были немного...размытыми, но заметила я это лишь после того, как она сказала.

   - Ничего не понимаю. Где моя комната? Что здесь происходит?!

   - Ты...не поняла? - она удивленно на меня посмотрела, забыв о руках. - Значит...погоди, ты не...не переродилась?

   - Я?! Я спать легла. Это что теперь, карается ссылкой сюда?

   - Боги, - она подошла ближе и потрогала мои волосы. - Но как?! Сколько тебе лет?

   - Восемнадцать...

   - Вот оно! - торжествующе воскликнула девушка и принялась кружиться по комнате. - Вот оно! Твоя родовая магия не проснулась! Ее нельзя обратить!

   И вот именно в этот момент я поняла, что девушка сумасшедшая. Она свихнулась, очевидно, сидя тут довольно долго. Если она вообще существовала, а не была порождением моих больных кошмаров. Но настолько реалистичных снов я еще не видела...

   - Постой! Да остановись ты! - я чудом сумела заставить ее прекратить плясать. - Немедленно мне все расскажи!

   Она смеялась и никак не могла остановиться. Угрозы не исходило, но мне было все равно жутко.

   - А ты исчезаешь! - хихикнула девушка.

   И я проснулась, наверное, навсегда запомнив ее глаза.

   В первое мгновение я не поняла, где нахожусь. Темное, тесное помещение, со странным запахом лака для дерева. Мне потребовалась минута, чтобы протереть глаза и хоть что-то сообразить. Я ощупала руками стены помещения.

   - Шкаф? - удивилась я, поняв, что действительно сижу в шкафу. - Прекрасно, теперь я еще и по ночам гуляю. Нет, надо с этим что-то делать.

   Я нащупала ручку и толкнула дверь. Затекшие ноги отозвались болью.

   В следующее мгновение мой крик разнесся по комнате. Я отскочила от шкафа, упав на пол и сжала зубы, чтобы не заорать снова. В шкафу лежала какая-то куча тряпья, в которой, приглядевшись, можно было узнать вороньи перья.

   - Принцесса! - двери распахнулись и вбежала горничная. - Что с вами?!

   Я поднялась, тяжело дыша, и села в кресло.

   - Маму позови, - кивнула я девушке. - Немедленно пусть придет.

   Я заставила двери шкафа закрыться, едва не сломав их. Страх мешался с непониманием, а на душе было так гадко, что хотелось вымыться. Кусочки мозаики постепенно складывались в настолько страшную картину, что я не хотела и не могла об этом думать. Мне нужно было поспать - только сон спасает тогда, когда страшно так сильно.

   - Элвин? - мама влетела в комнату.

   Она выглядела так, словно и не ложилась. Неужели они с папой так и не разобрались?

   - Что случилось? Кошмары? Что?

   - Мам, папа спит? - тихо спросила я, избегая смотреть матери в глаза.

   - Спит, а что?

   - Приведи Смиля.

   Воцарилась тишина. Мама на меня удивленно смотрела.

   - Смиля? Привести?

   - Ну, хотя бы на ночь, - попросила я. - Можно?

   - Милая, может, сначала все обсудим с отцом?

   - Мам...

   - Ладно, - она тяжело вздохнула, будто что-то почувствовав. - Подожди полчаса, хорошо? Я приведу его. Но никому ни слова.

   Смиль придет. Поговорит со мной, быть может, обнимет, и даст немного поспать. Я не понимала, почему рядом с этим мужчиной кошмары меня совсем не мучили. И почему так хотелось, чтобы он был рядом, пусть какая-то частичка меня и ненавидела его за все, что он сделал.

   Минуты медленно текли, заставляя меня дрожать все сильнее. Я дико боялась уснуть, боялась того, что в следующий раз не сумею вырваться из того ужасного места с сумасшедшей девушкой.

   Двери тихо открылись. Я ожидала увидеть маму, но вошел только Смиль. Сил кидаться ему навстречу не было, но я понадеялась, что на моем лице промелькнули хоть какие-то искорки радости при его появлении.

   - Привет, - пересохшими губами прошептала я.

   - Элвин? - Смиль выглядел удивленным.

   На скуле, там, куда ударил отец, образовался приличный кровоподтек. Сердце сжалось от жалости.

   - Что случилось, рыжая? - он сел прямо на пол, возле моего кресла. - Твои же родители друг друга поубивают, если Кэдерн застанет меня здесь утром.

   - Можно ты здесь останешься? На ночь?

   Мне не хотелось думать, как я уговорю мама, отца и Смиля на то, чтобы он здесь навечно поселился. А без него, кажется, спать не смогу...

   - Конечно, можно. Пойдем что ли, на кровать. В кресле не поместимся.

   Я чувствовала, как больно глазам от этого дикого недосыпа. И как даже немножко подташнивает, когда я нахожусь не в лежачем положении. Кажется, дело серьезное. Едва голова коснулась подушки, свет потух, и остались лишь несколько свечей. Рука мужчины скользнула под рубашку и замерла на животе, чуть поглаживая.

   - Ты расскажешь мне, что с тобой происходит? - спросил Смиль, свободной рукой перебирая мои волосы.

   - А ты? Расскажешь, почему для тебя так важно отомстить маме?

   - Я уж и не знаю, что важно, - произнес он. - В последнее время...месть побледнела в сравнении с тобой. Я думал, что получу шанс сделать больно Кэду, а получил в жены тебя. И, кажется, выбор очевиден...

   - Но все равно. Я хочу знать, что между вами происходит.

   - Расскажу. Позже. Спи.

   Я вдруг вспомнила, что отец приказал его не кормить...

   - А ты есть хочешь? Давай, я сбегаю, скажу, чтоб принесли!

   Он силой уложил меня обратно.

   - Спи, рыжая. Я сам разберусь.

   - Ты не уходи только, - я перевернулась на бок и спрятала нос в подушки.

   - Не уйду, - тихо хмыкнул мужчина.

   И убрал волосы с моей шеи. Я замерла и насторожилась. Мне нравились его прикосновения, но не нравилось то, что он видит шрамы.

   - Все еще стесняешься? - послышался тихий и какой-то слишком спокойный вопрос.

   - Ага, - вздохнула я.

   Теплые ладони скользнули по спине вниз, стаскивая рубашку. Губы ласкали шею, чуть прикусывая кожу.

   - Что ты делаешь? - пробормотала я, пытаясь не расслабляться под этими дико волнующими прикосновениями.

   - Успокаиваю тебя, - ответил Смиль. - Не получается?

   - Не очень, - простонала я, закусывая губу.

   - Ну, ладно. Тогда повернись ко мне.

   - А что ты будешь делать? - подозрительно спросила я.

   Смиль, не дожидаясь, пока я соизволю подчиниться, сам перевернул меня на другой бок и убрал волосы с лица.

   - Как мне убедить тебя в том, что ты красивая?

   - Зачем меня убеждать?

   - Потому что мне не нравится то, что ты стесняешься. И вообще, твои комплексы видно невооруженным глазом.

   - Мне восемнадцать, - напомнила я. - У меня должны быть комплексы.

   - У твоей матери в восемнадцать не то что комплексов - совести не было!

   Я рассмеялась. Из уст Смиля эти слова звучали действительно смешно. Совесть...нашел о чем рассуждать.

   - Элвин, - он отбросил в сторону мою рубашку и прижал меня к себе, не давая и возможности пошевелиться. - Засыпай. Утром потребую рассказ о том, что с тобой происходит. Подробный и честный. И мы вместе подумаем, как решить эту проблему, хорошо?

   Я подняла глаза, но он смотрел на что-то позади меня. В окно что ли?

   - Тихо, - он не дал мне повернуться. - Спи.

   Когда я все-таки закрыла глаза и уже начала проваливаться в сон, я услышала, как Смиль что-то шепчет. Мне почудилась вспышка, озарившая комнату, но, быть может, это уже начинались сны. На редкость приятные.

***

   - Смиль! Смиль! Смиль! - я вскочила и орала, захлебываясь слезами.

   В первое мгновение мне показалось, что он ушел. Но потом я заметила мужа, сидящего в углу, в кресле. Он что-то читал.

   - Элвин! - мужчина моментально оказался рядом. - Что такое?! Леарис, что?!

   Я помотала головой, не решаясь сказать, но надеясь, что он меня обнимет, или погладит.

   - Элвин, девочка, не плачь. Что тебе приснилось? Не бойся.

   Потребность задать вопрос, который меня мучил, достигла апогея. И даже его спокойный, уверенный тон не ослабил этого чувства примитивного страха, появившегося после кошмара. Кошмара, который я увидела впервые и который был не таким, как все, мучившие меня ранее. Кошмаром, так похожим на реальность.

   - Ты ведь не сделаешь этого?! Никогда не сделаешь, да?! Скажи мне!

   Я слышала свои слова словно со стороны, одной частью понимая, что говорю бессвязно, а другой желая услышать ответ как можно скорее.

   - Чего не сделаю, Элвин? - он не понимал, разумеется, не понимал, что меня мучает.

   - Поцелуй меня...

   Он привычно усмехнулся. И покачал головой.

   - Нельзя. Ты почти ребенок.

   - Зачем тогда женился? - обиженно протянула я.

   - Элвин, что тебе приснилось?

   - Поцелуй. Пожалуйста.

   Наверное, я была убедительна. Или обнажена, что тоже могло склонить чашу весов в мою пользу. Он поцеловал меня. Не так, как я хотела, но все равно, легкое и теплое касание губ вызвало бурю эмоций, ни одна из которых не граничила со страхом.

   - Все. Поцеловал. Успокоилась? - спросил он, требовательно заглядывая глаза.

   Я нахмурилась. Хотелось еще.

   - Нет. Скажи, что не сделаешь этого! Пожалуйста!

   - Хорошо, хорошо, не сделаю. Никогда и ни за что, - мне показалось, Смиль закатил глаза.

   - Я боюсь боли. Очень, - а вот это признание далось нелегко.

   На миг он нахмурился, не понимая, о чем я. А потом отстранился неприлично далеко, убрав руки и лишив меня приятно пьянящего чувства безопасности. Разве можно было спрашивать о боли того, кто такие чувства мог дарить?!

   - Эй, я не собираюсь делать тебе больно. Тебе это приснилось? Любимая...

   Руки вернулись, а вместе с ними - он, обнявший, практически подмявший под себя. Я заглянула ему в глаза, пытаясь понять, что же он там прячет, за этой идиотской маской грубости. И послушно позволила ему лечь между моих бедер, слегка покраснев. По привычке я закусила губу.

   - Любимая? Я же ребенок.

   - Ты любимый ребенок. Все, прекрати плакать. Давай, успокаивайся, - он вытер мои слезы и подложил мне под голову подушку.

   - Назови еще раз.

   - Любимая. Любимая. Любимая.

   Я слишком много уже ему сказала. Слишком многим поделилась и слишком многим собиралась поделиться. Еще одно признание решить ничего не могло. Я всегда доверяла свою жизнь в чужие руки, мне не хватает маминой силы характера. Может, оно и не плохо.

   - Если ты меня предашь...если все это окажется очередным этапом мести моей маме, я не переживу. Я слабая. Я, наверное, просто перестану дышать.

   - Не перестанешь. Я тебе помогу. Все будет хорошо. Засыпай.

   Засыпать в такой позе? Он шутил что ли?!

   - Не уходи, - попросила я, медленно проводя руками по его спине.

   - Куда ж я от жены уйду?

   - Я тебе еще не жена. Супружеский долг...или как его там, не выполнен.

   - За мной не заржавеет. Но не сегодня.

   - Что это значит? Ты сделал выбор? Лучше остаться со мной, чем что-нибудь мне сделать и отомстить маме?

   - Я не собирался тебе ничего делать. Но вот остаться с тобой...Элвин, это жестоко. Ты можешь найти себе хорошего парня, создать крепкую семью. Глупо привязывать тебя ко мне. За душой ничего, ни дома, ни денег, возраст явно не юный, темное прошлое, ненависть с твоими родителями...

   - То есть, с тобой крепкой семьи не выйдет?

   Он прикрыл глаза, когда я провела руками по его спине, вдоль позвоночника. И это лучше всего показало, что я ему хотя бы нравлюсь. О любви уж речи не пойдет, рано говорить об этом.

   - Ты ласковая девочка, - сказал Смиль. - И красивая. Не искушай меня, а то не выспишься.

   Не то чтобы я была против...Несколько часов сна принесли долгожданный отдых, а лежать обнаженной в его объятиях было приятнее, чем спать. Да и вообще, какая девушка откажется быть рядом с тем, кто дает ей чувствовать себя красивой?

   - Мне не хочется спать.

   - Тогда расскажешь, что с тобой происходит, ладно?

   - Ты почти не спал. Может, отдохнешь?

   Он лениво улыбнулся.

   - Я проспал весь день, рыжая. Теперь не хочу.

   - Тогда выпусти меня, - потребовала я. - Холодно уже.

   Смиль только сейчас обратил внимание на то, что ниже моего лица.

   -М-м-м, какая у нас поза, - ехидно протянул мужчина и принялся целовать.

   Где конкретно - я в скором времени уже и понять не могла. Думать в таких обстоятельствах оказалось очень проблематично.

   От громкого стука в дверь мы оба подскочили и дружно фыркнули, поразившись собственным нервам.

   - Кто там? - крикнула я, не представляя, кому понадобилось припереть ко мне в такое время.

   - Элвин, - к собственному ужасу я узнала голос отца, - можно войти?

   - Эм...минуту! Я оденусь!

   Смиль выглядел слишком уж веселым. Его явно забавляла ситуация.

   - Во вторую комнату, - скомандовала я ему. - Быстро.

   Он, к счастью, послушался. На какой-то миг я испугалась, что Смиль захочет, чтобы отец его увидел. Захочет нового скандала.

   - Засос прикрой, - фыркнул он, забирая рубашку.

   Я покраснела и плотнее запахнула халат. Кажется, рано мне еще вступать в семейную жизнь...

   - Входи, пап!

   - С кем ты разговаривала? - отец вошел в комнату, осторожно прикрыв за собой дверь. - Я слышал голоса.

   - Ни с кем, - пожалуй, слишком поспешно ответила я. - Вернее, разговаривала, конечно. Рассуждала вслух.

   - А чего не спишь? - кажется, он поверил...

   - Да я днем отоспалась как следует. Все равно пока делать нечего.

   - А к экзаменам ты готовиться не пробовала?

   Папа сел на краешек постели. Странно, мама, вроде, говорила, что он спит. И чего проснулся? Бродит теперь тут, мужей чужих пугает. Я была почти в шаге от...более интересного выяснения отношений со Смилем, чем простой разговор. Досада смешалась со страхом, что отец услышит Смиля и устроит скандал.

   - Я только что приехала. Пап, какие экзамены еще? Ты ректор моего университета. Хочешь сказать, меня не примут в Риверский?

   - Ладно, я шучу. Элвин, нам нужно серьезно поговорить. Ты сейчас отдыхать хочешь или я могу тебя кое о чем спросить?

   Я вздохнула. Разговора не избежать, но разумно ли позволять Смилю слышать это?

   Отец расценил мое неуверенное молчание, как согласие.

   - Дорогая, этот человек тебе что-нибудь сделал?

   На этот раз голос отца звучал мягко, и я была за это благодарна.

   - Папа, он меня не трогал! Он защищал меня и практически всю дорогу тащил на себе, потому что этот Арлангор не дал мне обуви.

   - Хорошо, - он то ли мне не поверил, то ли предпочел не слишком много думать об обстоятельствах моего спасения. - Но ты с ним спала?

   От ответа на такой прямой вопрос уклониться было тяжело. Нет, конечно, можно было сказать, мол, в пещере места было мало, пришлось рядом спать. Но дуру изображать не особенно хотелось. Как и размышлять, к чему все это приведет...

   - Да, - сказала я, на всякий случай состроив убедительную рожу.

   Во всяком случае, она казалась мне убедительной.

   - Я его убью! - взвился отец.

   - Тогда и меня убивай, - я пожала плечами. - Возможно, ты не заметил, но я уже взрослая...И моя часть этого решения - ровно половина.

   Он смотрел на меня так, будто увидел что-то новое. И отец, и я понимали, что ему ничего не стоит убить Смиля. Я же несовершеннолетняя. Но ритуал, связавший нас, в глазах отца выглядел завершенным и он не видел выхода. Мы просидели так несколько минут, пока из второй комнаты не раздалась отборная тирада мата.

   Я даже глаза не стала закатывать. Так и знала, что что-нибудь это чудо вытворит.

   Смиль не стал дожидаться, когда отец войдет в смежную комнату и начнет орать. Он сам к нам вышел. Вот только, к моему удивлению, он на отца даже не глянул. Я почти почувствовала эту ярость, направленную, правда, не на меня, но все же...Магия у Вирне была сильная, ничего не скажешь.

   - Как ты объяснишь это, Элвин?! - он бросил на пол груду перьев, уже связанную в какое-то подобие полотна.

   Я застыла. Отец, кажется, от удивления тоже дара речи лишился.

   - Я жду! - у меня и в мыслях не было ослушаться этого человека.

   И поэтому я пролепетала невнятно:

   - Я...м-м-м...собиралась...

   - Что собиралась?! - проорал Смиль так, что я вздрогнула. - Рассказать мне об этом?! Элвин, ты вообще собиралась рассказывать?!

   - Собиралась! - чувствуя, как слезы подступают к глазам, произнесла я. - Только я сама не понимаю, что это значит! Это какие-то сны и...

   - Элвин, это не сны, - Смиль покачал головой. - Это все реально. Эта штука реальна. И этот плохо. Нужно было давно сказать кому-то. Не о кошмарах, а том, что это и не кошмары вовсе. Я заметил эту тварь еще в лесу: она преследовала нас, хотя и на значительном расстоянии. Элвин, почему ты доверила мне свою жизнь, но не доверила сон?

   Я закусила губу. А меж тем с души будто камень свалился. Мне было стыдно перекладывать свои проблемы на чужие плечи, но так хорошо было осознавать, что я больше не одна, что мне верят и, возможно, попытаются помочь.

   - Что...что это? Почему оно охотится за мной?

   - Выясним, - Смиль на ходу надевал рубашку.

   - Так, - подал голос отец. - Кто-нибудь из вас двоих объяснит мне, что происходит?!

   Мы со Смилем посмотрели друг на друга и я могла поклясться: каждый горел желанием свалить на другого всю ответственность за разговор.

   - Я задал вопрос, - повторил папа. - И если вы мне на него не ответите, запру в башне. Обоих. По отдельности.

   Ого...это он уже нас на равные наказания записал? Стало быть, у моего новоприобретенного мужа есть шанс...

   - Полегче, Элвид. Я уже не твой студент, - произнес Смиль.

   - А я еще не твоя студентка! - добавила я.

   Но грозный взгляд достался почему-то только мне.

   - Поняла, с отцом не пререкаюсь, - пробормотала я.

   - А ты что скажешь? - отец снова обратился к моему мужу. - Снова в камеру хочется? Так я устрою. Не сомневаюсь, что это Дейна тебя выпустила. Можете вдвоем там покукарекать, ей полезен курортный отдых.

   - Прости, нет, - ухмыльнулся Смиль. - Я не из тех парней, которые развлекаются одновременно с мамочкой и дочкой.

   - Ну вот, опять, - я вздохнула, глядя, как Смиль снова схлопотал по морде от отца. - Пап, Смиль, у меня проблемы!

   - Ну, хоть признала, - буркнул Смиль, вытирая кровь с губы. - Там, где я жил до того, как ваша сумасшедшая принцесса заставила меня спасать рыжую, кое-что происходило. И, по праву мужика с лопатой, некоторые вещи я имел несчастье наблюдать прямо у себя под носом.

   - Какие вещи? - заинтересовалась я. - О моих снах?

   - Это не сны, Элвин. Это все реально. И эти существа реальны. Они погубили несколько десятков детей в тех местах, где я жил.

   - Кто они? Чего хотят?

   - Не знаю. Я был в библиотеке, ни в одном существующем справочнике по нечистологии они не описаны. Хотя некто Р.Криц упоминает сны как способ воздействия на человека. Особенно на ребенка, который уязвимее взрослого.

   - Но я-то не ребенок! И я не чувствую себя готовой умереть!

   - Вот это, - Смиль указал на валявшуюся груду перьев, - свидетельство того, что тебя не хотят убить. Тебя хотят превратить в это существо.

   Воцарилась тишина. Я пыталась осознать масштабы опасности. В принципе, после пробуждения в шкафу это было понятно: что-то происходит. Но...почему все так долго? Родовая магия у меня слабая, характер тоже не боевой. Мне казалось, слабые люби подчиняются охотнее...

   - В мой кабинет, - скомандовал отец. - Быстро.

   И, едва я сползла с кровати, добавил:

   - А вы, принцесса, здесь подождете.

   - Нет! - воскликнули мы со Смилем хором.

   - Лучше не надо. Или отправь ее к матери, или бери с собой. Здесь эта штука. Где-то здесь, я видел, когда Элвин спала.

   - Что?! - я мгновенно взвилась на ноги. - Ты видел ее?! Почему не сказал?

   - Зачем? - мужчина пожал плечами. - Уснула, и ладно. А я этой штуке показал, что со мной связываться не стоит.

   Ну...герой, что уж там.

   - Все, Элвин, - прервал меня, готовую разразиться тирадой, отец. - Идем, я отведу тебя к матери.

   Ага, послушать так и не разрешили. При взгляде на Смиля мне стало понятно, что он был абсолютно с этим согласен. Спелись, гады...

***

   Мама почему-то не спала. Как чувствовала надвигающееся веселье: читала какую-то жутко занудную книгу, причесанная и одетая, как, впрочем, и всегда. Она подняла голову, с легким удивлением рассматривая компанию, ввалившуюся посреди ночи в ее покои.

   - Простите? - вежливо улыбнулась мама. - Вы комнаты не перепутали?

   - Не перепутали, - хмыкнул отец. - Элвин останется у тебя до утра.

   - Хорошо. А вы?

   - А мы пообщаемся.

   - Это общение будет предполагать драку, нецензурные выражения, битье посуды и моих любимых ваз?

   Смиль с отцом переглянулись, а я едва удержалась, чтобы не фыркнуть.

   - Нет, - папа придал себе честное выражение лица. - Мы...м-м-м...просто поговорим.

   - Не вздумайте запачкать ковер, он новый. И еще одного ремонта я не перенесу. Элвин, дорогая, садись, сейчас сделаю нам чая. Давай-давай, оставь мужикам их право на общение с себе подобными.

   - Ты сравниваешь меня с этим?! - разозлился отец.

   - Ну что ты, дорогой, - хитро улыбнулась мама. - Ты несравним. Иди уже, с утра нас ждет Леон. Не хочу, чтобы ты уснул в тарелке с супом, он горячий.

   Папа обиженно засопел, а Смиль ко всеобщему удивлению чмокнул меня в шею.

   - Не спи, - шепнул он, и в голосе было столько серьезности, что я сразу же поверила.

   - О, нет! - воскликнула мама, когда дверь за ними захлопнулась. - Я знаю этот жест.

   - Какой жест? - не поняла я.

   - Ты закусила губу. Тебе понравился поцелуй. Милая, ты похожа на меня больше, чем думаешь. И с каких это пор поцелуи мужчины, насильно женившегося на тебе, мужлана и хама, стали нам приятны?

   - Ну...он бывает...хорошим. Когда не хамит и не пытается меня использовать в качестве орудия мести.

   - Такое бывает? - удивилась мама.

   - Бывает...в последнее время все чаще. Когда он думает, что я не вижу. Например, пока я сплю, он целует меня и гладит по спине. И он видел шрамы. Ну, и шея...

   - А что шея?

   - А то шея. Он любит меня целовать в шею. А мне нравится, забавно.

   - Забавно? Боги, ты еще ребенок, Элвин. А уже замужем. То есть, практически в рабстве.

   - Я не в рабстве. Смиль не такой!

   Мама взглянула на меня поверх очков, которые стала носить лет в тридцать, когда от бесконечной работы стало падать зрение. И...плеснула в две чашки коньяка из небольшой красивой бутылки. Подарочный вариант, Леон отцу на день рождения задарил...

   - Э-э-э, я не поняла, ты меня спаиваешь?! - я пораженно уставилась на маму.

   Ту смутить было не так-то просто.

   - Не спаиваю. Когда тебе было двенадцать, твой дядя случайно перепутал бокалы и вместо яблочного морса налил тебе белого вина. Ты тогда уснула под утро, доставая отца просьбами поиграть. Он, кажется, все книжки наизусть выучил тогда. Пей, спать не будет хотеться.

   Чай оказался удивительно вкусным, и мы с мамой вдоволь насладились им, абсолютно не беспокоясь, что отец нас убьет за такое наглое присвоение чужой алкогольной продукции. Я и вправду перестала хотеть спать, и мы проговорили до тех пор, пока солнце не взошло из-за горизонта. И, когда уже подали завтрак, дверь маминой комнаты приоткрылась, и заглянул Смиль.

   - Посмотри-ка, живой! - фыркнула мама. - Тебе чая с коньячком налить?

   - Пожалуй, откажусь, - хмыкнул Смиль. - Элвин, идем спать.

   - Я хочу знать, о чем вы разговаривали! - моя душа требовала действий.

   - Позже, Элвин.

   - Так, погодите, - возмутилась мама. - А куда ты моего мужа дел?! Учти, не посмотрю, что ты на моей дочери женился, высеку.

   - Лично? - поинтересовался Смиль.

   - Публично! - отрезала мама.

   - Да встретил твой муж кого-то, не знаю я имен этих индюков. Элвин, идем.

   Вступивший в свои права рассвет уже давно намекал, что пора бы и поспать немного, поэтому я решила послушаться. Да и до жути интересно было, до чего они там договорились. Это же невиданное дело: чтобы отец так быстро менял решения. Еще полдня назад Смиль был в камере, а теперь в моей комнате...

   По спине пробежал холодок. Значит, и вправду дело серьезное. Раз рядом со мной разрешено спать человеку, которого еще недавно грозились убить.

   - Вечером зайди ко мне, дорогая, - попросила мама. - Нужно кое-что еще обсудить. Лучше на трезвую голову.

   - Спокойной ночи, - сказала я и только потом поняла, что утром это звучит глупо, да и мама явно не собиралась спать.

   Смиль уверенно вел меня к покоям и я удивилась: откуда он так хорошо знал замок? О чем и спросила, едва мы оказались в комнате.

   - Жил когда-то здесь, - мужчина пожал плечами.

   - Когда? Когда учился?

   - Раньше, когда был маленьким. Все, хватит вопросов, отдохни.

   - Так о чем вы с папой говорили?! Я хочу знать!

   Вместо ответа меня сгребли в охапку и уложили на кровать.

   - Мне тебя самому раздеть. Или это не понадобится?

   - Смиль!

   - Да, я в курсе, как меня зовут. Спать! - рявкнул он так, что у меня даже волосы дыбом встали.

   - Поняла, с мужем тоже не спорю, - пробурчала я, закатив глаза.

   И за что мне в жизни двое таких мужиков достались? Командиры демоновы.

   - Завтра утром расскажу, - пробормотал мужчина мне на ухо, когда я уже засыпала. - Если сам вспомню.

   Ругаться сил не было, и я лениво пихнула его в бок, но получилось, как будто погладила. Так и заснули, не зная, что следующая ночь станет самой длинной в нашей жизни...


Глава восьмая, в которой Дейна ищет сережки

   Дейна не знала, кто вошел в музей, но отчетливо слышала, как закрылась дверь и медленные шаги стали ближе.

   - Дорогая, - раздался голос Кэдерна. - Что ты делаешь под диваном?

   - Я не под диваном, - пробурчала откуда-то снизу принцесса. - Я просто на полу. Сережку потеряла.

   - Ту самую, которую подарил Карнатар? - он пытался задать этот вопрос безразличным тоном, но, естественно, выдал с головой свою ревность.

   - Да, ту самую. Ты не видел? Красная такая, маленькая...

   - А может, ну ее? - в голосе мужа прозвучала такая надежда, что Дейна невольно улыбнулась.

   - Нет, не ну. Мне надо ее найти. Что вообще происходит?! В этом доме постоянно что-то теряется, пропадает, сбегает, что-то крадут, теряют, уносят...

   - Ага. Например, принцессу, - хмыкнул Кэдерн. - И сбегает тоже принцесса, кстати. Традиция, видишь ли.

   - Поговори у меня там, - раздался из-под дивана недовольный голос. - Вылезу, ухо откушу. Ничерта не видно. Надо будет сказать горничной, чтобы лучше здесь прибиралась. Так пыльно.

   И, словно в доказательство своих слов, Дейнатара смачно чихнула. Она обнаружила отсутствие сережки спустя полчаса после ухода Элвин, когда была в душе. И, естественно, подумала, что потеряла ее здесь, в музее. В последний раз она именно здесь причесывала волосы. Вот и слетела, наверное, когда она ее расческой задела.

   - Дейна, - спустя какое-то время проговорил Кэд. - А эта твоя книжка о похождениях Карнатара всегда открыта?

   - Что? - женщина отвлеклась от ощупывания ковра в темноте. - Нет, конечно, она закрыта.

   - Она открыта.

   - Хорошо, она открыта. Я ее не открывала, может, Элвин приходила, или Леон. Да где эта сережка?!

   - Дейна, тебе что, сережка важнее того, что я говорю?

   - Ты несешь какую-то ерунду, - отозвалась принцесса. - Лучше расскажи, о чем вы там со Смилем говорили.

   - Опять эти Вирне! - взорвался вдруг Кэд. - Почему они нас в покое не оставят?! Сначала Карнатар, теперь его долбанутый сынок...вообще-то...Вот! Опять! Страницы перевернулись!

   - Значит, закрой окно! - рявкнула Дейна из-под дивана.

   - Окно закрыто! Ты держишь меня за идиота?!

   - Конечно, нет, - толику сарказма в голосе жены он, кажется, не услышал. - Ну, что тут у тебя?

   Дейна, грязная и раздосадованная вылезла наружу, недоуменно уставившись на книгу.

   - Что? - повторила она.

   - Страницы двигались!

   - Правда? А сейчас не двигаются. Совсем, - она махнула рукой в сторону книги. - Кэд, тебе тоже нужно больше спать. Идем, я сделаю тебе ванну и ты отдохнешь.

   - У меня не галлюцинации.

   - Я этого не сказала. Но отдыхать надо. Идем.

   Мужчина тяжело вздохнул.

   - Хорошо, готовь свою ванну, я сейчас твою сережку поищу.

   - Спасибо, - улыбнулась принцесса. - Приходи скорее. Иначе я усну раньше и на массаж уже способна не буду.

***

   Когда Дейна проходила через холл с портретами, она невольно бросила взгляд в сторону одной картины.

   - Да что тебе надо-то?! - рявкнула женщина, подходя ближе.

   Портрет снова был перевернут.

   - Слушай, отстань? - вздохнула она, переворачивая портрет. - Тебе ведь не может не нравиться то, что происходит, правда? Твой сын пристроен и, кажется, даже что-то осмыслил. По крайней мере, он с Элвин. Твои деньги перейдут к ним, а скоро приедет Рейбэк и разберется в твоих записях. Что ты вертишься постоянно?!

   - Дейна, ты разговариваешь с картиной? - раздался голос, в котором принцесса узнала брата.

   - Леон, - женщина улыбнулась. - Рада тебя видеть. Да, я разговариваю с картиной. У нас завелось домашнее привидение.

   Леон на несколько секунд оторопел.

   - Он?!

   - А у кого еще такие идиотские шутки?! Я не знаю, чего он хочет. Судя по всему, довести меня до ручки.

   - Что ж, ему удается. Ты себя в зеркало видела? Иди, спи!

   - Я вообще-то туда и иду. Леон, я пытаюсь обращать внимание на знаки, но ничерта в них не смыслю.

   - А как же твой дар?

   Дейна печально развела руками.

   - Глухо. Молчит, как шпион на допросе.

   Торопливые шаги возвестили о приближении Кэда. Он выглядел озадаченным, держа в руках небольшой листок.

   - Привет, Леон, - мужчины поздоровались, и Кэдерн сунул жене под нос листок.

   - Что это? - не поняла та.

   - Тебе это что-то напоминает?

   На листке рукой Кэда был написан какой-то хаотичный набор букв и цифр. Женщина нахмурилась.

   - Да нет...

   - Это похоже на шифр, который твоя мать использует для маркировки книг в архиве, - подсказал Леон. - Вот, это секция Н, шкаф шестой, полка семьдесят четвертая, книга под номером три тысячи восемьдесят пять, на букву Л.

   - Ого, - присвистнула Дейна. - Да ты, братец, мастер расшифровки. И откуда, любовь моя, у тебя этот шифр?

   Вместо ответа Кэд кивнул на портрет.

   - Не поняла...

   - Когда ты ушла, страницы твоей дурацкой книги начали переворачиваться, а буквы подсвечиваться. Ну, я их и записал.

   Леон расхохотался, видя растерянность Дейны.

   - Вот так, милая, - проговорил он. - Похоже, наш бывший советник считает твоего мужа умнее тебя. Ладно, друзья, у меня дела, увидимся днем. Удачного расследования.

   Леон ушел, оставив растерянную Дейну, удивленного Кэда и...вернувшийся в нормальное положение портрет.

   Дворцовая библиотека славилась на всю Арулту как объемами, так и качеством систематизации. Силианна, мать Кэдерна, в свое время увлеклась этим делом и принесла немалую пользу Империи, наведя порядок в библиотеке. Ни Леон, ни Дейна никогда бы не сподобились создать удобные и простые каталоги. Они обычно брали нужную книгу, извлекали необходимую информацию и тут же бросали на первую попавшуюся полку. За несколько лет их правления библиотека, при Сертане имевшая более-менее приличный вид, стала похожа на городскую свалку. Теперь же, благодаря стараниям леди Харрарз, в библиотеке можно было находиться без опасения сломать себе что-нибудь, споткнувшись о гору книг. Да и поиск представлялся куда более простым.

   - Секция Н, - пробормотал Кэдерн, разглядывая вывески. - Вон она.

   - Сходишь сам, - Дейна вздохнула, опускаясь в кресло. - Я приказала подать чай, но еще чуть-чуть, и я усну прямо здесь. Кажется, старею.

   - Отдыхай. Найду эту книгу и вернусь. Знаешь, милая, мне дорого обходятся твои бывшие любовники.

   - Он не мой любовник, - скривилась женщина. - Хватит надо мной издеваться.

   - Все, извини, - фыркнул Кэд.

   А спустя пару минут вернулся с увесистым потертым синим томиком. Некогда золотое тиснение почти стерлось, но все же на обложке можно было прочитать "Легенды и Сказания Древней Империи".

   - И как нам поможет эта книга? - Дейна зевнула, разливая чай.

   - Не имею ни малейшего понятия, - ответил Кэд. - Сейчас посмотрим.

   Книгу давно не открывали, об этом Дейна догадалась по хрусту переплета и пыли, взвившейся в воздух. Очень давно. Пожалуй, наверное, с самого основания библиотеки. Кэд осторожно открыл фолиант.

   - Моя сережка! - воскликнула Дейна, уставившись на мужа.

   - По-моему, он над тобой издевается, - мужчина начал смеяться. - Не обижайся, любовь моя, но это забавно...

   - Забавно ему, - она надела сережку.

   - Хорошо, - Кэдерн пролистал книгу. - Как мы поймем, что именно там здесь нужно? Посмотри на оглавление, здесь не меньше сотни рассказов!

   - Придется прочитать, - Дейна пожала плечами.

   - Она на старом языке. Я в нем не слишком хорош. Может, ты?

   - Давай, - вздохнула женщина. - Я слишком много сплю. Карнатар решил, что сказки мне не помешают.

   Но Кэд не позволил жене забрать книгу, а отложил ее в сторону, и заставил Дейну подняться.

   - Сначала, мое счастье, отдохнем. Хотя бы пару часов, а потом примемся за расследование. Этот козел...в смысле, наш зять сообщил мне много интересного. Знаешь, я бы дал в зубы Леону...прямо под его носом убивают детей, а он и не в курсе.

   Дейна слишком устала, чтобы спорить. Она с радостью взялась за руку мужа и последовала за ним прочь из библиотеки, не забыв, впрочем, прихватить книгу. Жизнь ее научила: слишком легко источник нужной информации можно уничтожить.

   Проходя мимо дверей покоев Элвин, Дейна остановилась и умоляюще глянула на мужа.

   - Я только посмотрю, как она, хорошо?

   - Спит уже, наверное, не надо, - пожал плечами Кэдерн. - Идем, Дейни.

   - Я посмотрю! - женщина упрямо тряхнула волосами.

   И осторожно приоткрыла дверь. И тут же закрыла, закусив губу.

   - Ой. Не спит.

   - Что там такое?! - мигом завелся Кэдерн. - Он обещал спать в другой комнате!

   Женщине едва хватило сил удержать мужа от того, чтобы он не влетел в спальню дочери и не разнес там все.

   - Тихо, Кэд, успокойся. Они просто целуются. Все прилично.

   Он нехотя подчинился.

   - Мне он не нравится.

   - Ну, поскольку я замужем за тобой, а не за ним, то мне тоже, - хмыкнула Дейна. - Но ничего не поделаешь. Знаешь, ванну придется отложить, я сейчас просто упаду на кровать и все.

   Кэдерн как-то странно улыбнулся и подхватил жену на руки.

   - А, нет, - зевнула она. - Прямо здесь засну...

   И действительно задремала, привычно уронив голову на грудь мужа. Дар Дейнатары на этот раз себя не проявил, но принцесса знала: в скором времени произойдет что-то, очень важное и, возможно, ключевое во всей этой череде событий. И следовало встречать новые препятствия не валясь с ног от усталости.

   К слову, приличного в поцелуе Элвин и Смиля было разве что название. Но об этом Дейна Кэдерну говорить не стала.


Глава девятая, в которой все решается

Сельма

   - И жили они долго и счастливо, - я закрыла книжку. - А теперь спать, Руж. Завтра подниму очень рано, нужно выехать прямо вместе с рассветом, понял?

   Мальчик кивнул. Румянец на его щеках за последний день стал более заметным.

   - А ты здесь поспишь? - спросил ребенок.

   Вот что за мужики у них, а? Одному надо, чтоб я под боком спала, второму. И, что характерно, оба во сне держатся то за мой хвост, то за уши! Нашли, понимаешь, домашнее животное себе.

   - Мне надо собираться. И папу собрать. Он наверняка ничего не успел. Но ты же знаешь, что делать, верно? И не боишься кошмаров. К тому же, я в соседней комнате. Если что - зови, услышу и приду.

   - Спокойной ночи, Сельма, - послушно сказал Руж и закрыл глаза.

   - Спокойной ночи.

   Я вышла, оставив мальчика засыпать. Он меньше боялся кошмаров. Да и они, почему-то, ослабевали с каждым днем. А меня так и вовсе не мучили. Хотелось, конечно, верить, что причина тому - Арл, заметно приободрившийся в последнее время. Как ни крути, а боевой настрой способствует поднятию настроения. Но все же обманываться было глупо: что-то происходило. Почему-то та сила, что так активно вторгалась в нашу жизнь, вдруг ослабела. Интересно, почему?

   - Киска! - Арл уже вернулся в покои. - Ты у Ружа была? Он уже спит? Значит, не успею поболтать. Заработался. Давал Анткорту указания. Мне все еще не нравится твой план, но, кажется, здесь без меня ничего не развалится.

   - Ложись спать, завтра едем, с утра подниму. И не нойте мне.

   Он улыбнулся и протянул ко мне руки. Зная, чем все это закончится, я попыталась было увернуться, но этого мужчину провести было непросто. Вскоре я оказалась в теплых объятиях и сразу расхотела бодрствовать всю ночь, как изначально собиралась. Рядом с ним так хорошо спать.

   - Идем, - он потянул меня к кровати.

   - Нет, Арл! Ты не выспишься! И я тоже! И...и вообще, в соседней комнате спит твой сын!

   - Ты сама настояла, чтобы мы переехали сюда, - напомнил Арлангор. - Вот и не ной. Мы тихо.

   - Тихо?! - я фыркнула и хвостом отпихнула его руки. - Знаю я тебя. Отстань.

   - Вот чего ты, как будто мы уже двадцать лет женаты, а? - возмутился мужчина. - Я устал, я весь день ждал, когда тебя увижу. И вот она...ложись, милый, спать. Отдыхай, а я тут вокруг побегаю в коротком платье, в дразнилки поиграю?!

   Я хихикнула, особенно не противясь, когда он притянул меня к себе и начал играться с хвостом.

   - Он у тебя сильный, - хмыкнул Арл. - Я помню, как ты меня уронила в замке. А ты мне запястье сможешь им сломать?

   - Тебя что, это больше всего интересует?! - поразилась я. - Так, все. Прекрати и ложись спать. Я, пожалуй, тоже все-таки посплю.

   - Нет, я буду к тебе приставать, - обрадовался Арлангор, глядя, как я снимаю платье. - Подумай, что лучше: час со мной в постели или шесть часов моего нытья.

   - С тобой в любом случае лучше, - пробормотала я.

   И все-таки уснула, не дождавшись, пока Арл разденется. Усталость была сильнее. Мне чудом удалось уговорить его поехать в замок к принцессе Дейнатаре и чудом удалось уговорить взять с собой Ружа. Попытки осознать, что происходит, постоянное нахождение рядом с сыном Арла измотали меня. Уже не хотелось никакой поездки, хотелось лишь пару часов спокойно поспать. Я была бесконечно благодарна Арлангору за то, что он не стал меня будить, а просто укрыл одеялом и устроился рядом.

   Конечно, ухватившись за мой хвост.

***

   - Открывай глазки, мое хвостатое счастье, - первое, что я услышала утром.

   И улыбнулась, потому что Арл опять принялся тереться носом о мои уши. Игрушек у него в детстве, что ли, не было?!

   - Уже пора или мне еще можно поспать пять минуточек?

   - Ну...почти пора.

   Пришлось открыть глаза.

   - Ты слишком мало спишь, - сказала я Арлангору. - В карете выспишься, хорошо?

   -Я подумаю, - хмыкнул этот нахал, отбирая мое одеяло и перетаскивая меня к себе. - Сельма, я тебя люблю.

   - Я тоже тебя люблю, и ты это знаешь. Но Арл, пора взрослеть. Веселье - это хорошо, но меня все еще беспокоит Руж.

   - Я знаю, - Арл моментально посерьезнел. - Знаю. Но в меня больше не влазит. Я больше могу постоянно ждать, когда он умрет. Я не хочу терять сына. И теперь не хочу терять тебя. Сели, не подумай, что я...что я хочу тебя обидеть. Но когда ты знаешь его неделю, то бороться можно, можно что-то делать. А когда ты наблюдаешь его медленную смерть уже очень давно, и перепробовал все средства, то уже ни на что не способен. Я боюсь заходить к нему вечером, потому что не знаю, жив он будет, или нет. И ненавижу вставать утром, потому что сиделка сообщает мне о его здоровье. Сели, Руж, наверное, ненавидит меня. Что если, он ночью...а меня не будет...

   - Эй, хватит, - если Арл пытался добиться моих слез, у него это отлично получилось. - Я же сказала, что все получится. Нам поможет принцесса Дейнатара, вместе мы найдем выход. И с Ружем все хорошо. Тебя разбудят, если ему станет хуже. Родной мой, неужели ты думаешь, что если будешь больше спать, то...

   - Прости. Я схожу с ума. Что бы твоя мать делала, если бы ты заболела?

   - У нас не было денег даже на еду, - я пожала плечами. - Ждала бы, когда я умру.

   Дверь тихо отворилась. У меня сердце замерло и резко затошнило. Кто мог в такую рань прийти? Неужели сиделка?..

   - Папа, - это был Руж.

   Заспанный, в пижаме, но мальчик самостоятельно пришел к нам. Видать, сиделка заснула, а тому что-то понадобилось.

   - Руж! - Арлангор вскочил. - Что с тобой?

   - Они вернулись, - сказал он, глядя на меня. - Они вернулись.

   Я сглотнула. Несмотря на все старания и уговоры я не верила, что Руж сумеет в одиночку справиться с Нектико.

   - И что, Руж? - спросила я. - Что произошло?

   - Он сказал...он сказал, что сначала ты.

   - Я? О чем ты, дорогой?

   - Сначала ты. И ты меня убьешь.

   Ногти впились в ладонь. Мерзкая тварь...задумала убить моими руками Ружа. Что ж, сам себе приговор подписал. Дал мне гарантии, что Руж будет жить, пока я не сдамся.

   - Нет, - я улыбнулась. - Нет, Руж. Ему со мной не справиться. Ты можешь не волноваться, тебе ничего не грозит.

   - Правда? - неуверенно мальчик поднял глаза. - Ты говоришь правду?

   - Да, - вдруг кивнул Арл. - Она говорит правду. И мы ей верим, да, сына?

   - Да, папа.

   - Вот и молодец. Ну их, эти кошмары. Смотри, у тебя достаточно сил, чтобы ходить. Значит, в карете сможешь смотреть в окно или играть. Сельма, ты будешь играть с Ружем?

   - Конечно, - страх, сковавший меня, тоже отступил. - Конечно, буду. А папа у нас будет спать, он жутко много работает!

   - Так, народ, у нас есть еще час. Руж, забирайся, места хватит, - скомандовал Арл. - Доспим положенное. Давай!

   Мальчик улегся между нами и несколько минут ворочался, выбирая между объятиями отца и моими ушами. Уши победили, и объятия его отца достались мне.

   - Мне кажется, будто я ваша плюшевая игрушка, - хмыкнула я.

   - Ты наша, это точно, - довольно ухмыльнулся Арл. - Но уж точно не плюшевая. Меховая, может быть...слушай, а можно мы тебе на Новый Год бантик привяжем? На хвост!

   - Ага, и консервные банки, - фыркнул Руж.

   Да, теперь мне действительно видно, что мальчик похож на отца.

   - А подарите когтеточку. Да, я уже наслышана. Главное, не начните кормить объедками, а то я начну мяукать. И спать у тебя на животе, Арл.

   - Да спи, где хочешь, - довольно отозвался мужчина. - Говорят, кошки ложатся на больное место и лечат его.

   - И куда мне надо лечь?

   Он прикоснулся рукой к груди, в том месте, где было сердце.

   - Надо же. А я хотела на голову...

   За что и получила весьма болезненный тычок под ребра. Да и хвосту досталось, чуть бантиком не завязал.

   - Люблю тебя, - Арл погладил меня по щеке. - И тебя.

   Ружу достался поцелуй в макушку.

   - И я вас люблю. Но мы собирались спать, а не признаваться друг другу в высоких чувствах, - я хмыкнула. - Так что оба закрыли глаза и спим.

   Его рука так и осталась на моей щеке, а Руж свернулся калачиком, пригревшись. Как-то быстро, право, я из странного подростка с хвостом превратилась в чью-то маму.

   К счастью, мы не проспали. И карету вовремя подали, и позавтракать успели. Руж выглядел непривычно довольным и бодрым. Видать, Нектико действительно отстал от него, желая сначала заполучить меня. Придется Арла не отпускать. С ним кошмары не снятся, нет ходу им, когда он рядом. А почему - не знаю.

   - Ты впервые едешь так далеко, да, Руж? - улыбнулась я, радуясь этому любопытству, одолевавшему мальчика.

   Ему выделили целую скамейку, удобно обустроив ее одеялами и подушками, чтобы Руж мог облокотиться спиной о стену и играть. Мы набрали в дорогу кучу книжек и игрушек, так что мальчик выглядел довольным. А сами уместились на противоположной скамье, но тоже с комфортом Мне чудом удалось уговорить Арла лечь спать. Он положил голову мне на колени, и до самого обеда я перебирала длинные темные волосы, наслаждаясь ощущением счастья. Недолгого - это явственно чувствовалось в воздухе - но очень приятного. Руж тоже заснул.

   - Ребята, обедать, - позвала я, когда мы остановились.

   Охранник передал еду и Арл, бурча, поднялся.

   - Паршивый день, - пробормотал он, потягиваясь.

   Руж с аппетитом уминал гречку.

   - Не ной, Арл, - я поморщилась. - Все так хорошо. Ты бы видел, как спишь. Так забавно.

   - Ты бы видела, как спишь ты, - фыркнул Арлангор. - Ушами шевелишь, они так смешно дергаются. И хвост тоже.

   - Так вот, почему ты такой не выспавшийся, - рассмеялась я. - За хвостом моим следишь.

   - Конечно, он у тебя вообще свои действия с хозяйкой не согласует.

   - У тебя тоже не все конечности согласованы, - пробурчала я. - Но я почему-то молчу. Все, кончай возмущаться и ешь.

   - Тогда после обеда дашь уши потискать и с хвостом поиграть! - потребовал Арл.

   Я закатила глаза.

   - Ты что, в детстве не наигрался?

   - Любой мужчина мечтает поиграть в игрушки сына. А уж кошку потискать - святое дело. Тем более, говорящую.

   - Я не кошка.

   - А кто?

   - Не знаю. Но выясню. Ладно, прекрати задавать дурацкие вопросы. После обеда лягу читать, делай с хвостом, что хочешь, только не отрывай.

   Арлангор просиял. Мне почему-то стало казаться, что у меня двое детей, хотя по факту - ни одного. Впрочем, в некоторых аспектах ребенком Арлангор не был. Его желание подурачиться как-то не приходило к нему ночью. Пока что мне с трудом, но удавалось сдерживаться и не мурлыкать от его поцелуев. Хотя иной раз хотелось...

   Остаток пути мы посвятили отдыху, который так редко в последнее время выпадал на нашу долю. Мне казалось, что я знаю их вечно: Арла и Ружа. Обстоятельства, в чем-то трагические и совсем не веселые, дали мне семью. Удивительно, как могут переплетаться человеческие судьбы и как далеко первое впечатление от истинного лица человека.

   Мы с удовольствием хохотали, веселясь в небольшой карете, едущей навстречу чему-то очень опасному и, возможно, страшному. Арл ловил мой хвост, а я старалась увернуться и дать ему подзатыльник. Руж попеременно болел то за меня, то за отца и, если угадывал победителя, получал печенье.

   - Эй, так нечестно! - воскликнула я, когда Арл навалился сверху и в буквальном смысле засунул нос мне в ухо.

   Потом довольно чихнул и чуть пожевал кончик, не больно, но я даже оторопела.

   - У тебя проблемы. Тебе мама в детстве кошку запрещала заводить, да?

   - Моя кошка, - пробурчал откуда-то сверху мужчина. - И уши мои. И хвост мой.

   - Тогда приделай его себе! И хватит облизывать мои уши!

   - Тебе это нравится. Я же вижу, что нравится.

   - Нравится, - вздохнув, я призналась. - Я никогда так не веселилась. И никогда еще моя внешность не вызывала столько восторга. Обычно как-то боялись...или отвращение чувствовали. А ты тискаешь постоянно. Мне нравится.

   - Вот и не ной! - провозгласил Арл. - Мы тебя любим и совсем даже не боимся. И я хочу детей с хвостом и ушами!

   - Ты таскать их будешь за хвост?! - возмутилась я. - Ты сам еще ребенок!

   - Чем и горжусь, - он оставил в покое мои уши и вернулся к хвосту. - Серьезным я буду там, с этими уродами типа твоего Анткорта. Он, кстати, почувствовал, что запахло жареным, и смылся. А с тобой я буду развлекаться.

   Он, заметив, как изменилось мое лицо, тут же поправился:

   - Сели, я не имел в виду то, что ты подумала. Я собираюсь на тебе жениться.

   - Ты с женой сначала разведись, жениться он собрался.

   - А как я с ней разведусь, если она сбежала? - резонно заметил Арл.

   Настроение упало, едва я подумала о матери Ружа. Как бы ни старалась я ее заменить, мальчик скучал по маме и, может быть того не осознавая, но был на нее обижен. И от этой обиды в его глазах сжималось сердце. Увижу эту дрянь, за волосы оттаскаю! Как можно было причинить боль Ружу? Арлу? Неужели с ней они были другими? Неужели Арл был не таким нежным, не таким веселым?

   - Ты вдохнула в нас жизнь, - прошептал Арлангор, целуя мою макушку. - Ты спасла мою семью, Сели. Замуж за меня пойдешь?

   - Конечно, пойду, - я вздохнула. - Скоро с мамой познакомишься...Ты ей понравишься. И принцессе Дейнатаре тоже. Но, на всякий случай, молчи. Я сначала объясню, что ты приехал не похищать ее дочь. Как тебе вообще пришло в голову похитить Элвин?!

   Арлангор, кажется, смутился.

   - В общем-то, я хотел сделать то же самое, что ты сейчас делаешь. Просто выбрал...неправильный способ, я думаю. Правители Империи и заграничья никогда не находились в мире. Эдакий сложившийся стереотип, у которого на поводу я и пошел.

   - Вы все такие, - я хмыкнула. - Вам лишь бы драку устроить. Вместо того, чтобы решать проблемы мирно, вы создаете кучу лишних проблем.

   - Ладно, ты меня раскусила. Что дальше, киска?

   - А дальше мы подъезжаем, - я кивнула на окно.

   Медленно, словно нехотя, из тумана вырисовывались очертания императорского замка. Места, в котором, как мы надеялись, все решится.

   Охрана на въезде спросила наши документы и, увидев документы заграничья на Арла и Ружа, заставила нас торчать у ворот добрых полчаса. Но потом, после моих настоятельных просьб сообщить принцессе Дейнатаре, что приехала Сельма, нас все-таки пропустили, хотя и заставили выйти из кареты. Арл взял Ружа на руки: он был все еще слаб и за день намаялся.

   Навстречу нам быстро шла женщина, приглядевшись к которой, я узнала маму Элвин. На ее лице явно читалось удивление.

   - Сельма!

   Принцесса замерла, увидев Арла, потом перевела взгляд на Ружа и удивилась еще больше.

   - Я все вам объясню, Ваше Высочество, - сказала я. - Арлангор не причинит зла никому из ваших близких. И он извиняется.

   Я многозначительно посмотрела на мужчину. Тот кивнул. Пожалуй, слишком поспешно.

   Дейнатару любили в том числе и за трезвость ума. Она коротко кивнула и улыбнулась мне.

   - Я рада, что с тобой все хорошо. Мы волновались. Стоит отозвать послов, наверное.

   - Было бы неплохо, - хмыкнул Арл. - Они изрядно замучили Анткорта.

   - А вас я не спрашивала! - холодно отрезала Дейнатара. - Раз уж вы в моем замке, после ужина изволите объясниться, какого демона вы похитили мою дочь.

   - Что? - прошептала я. - Я сказала, что ты ей понравишься, но не сказала, что сразу. Ты бы тоже был зол, если б кто-то умыкнул Ружа.

   - Будешь должна, - к моему удивлению, Арл подмигнул. - Ночью.

   Я закатила глаза. Мужчины.

   - Ваше Высочество, как Элвин?

   Дейнатара помедлила, прежде чем ответить.

   - Скорее хорошо, чем плохо. Но ситуация достаточно серьезная.

   - Вы о Нектико?

   Женщина внимательно и обеспокоенно взглянула мне в глаза.

   - Ты знаешь о нем? Сельма, у тебя есть какая-то информация?

   - Поэтому мы и приехали, - я кивнула. - У вас, по-моему, тоже есть, что обсудить, верно?

   Дейнатара кивнула. А затем велела нам поужинать, уложить мальчика и спуститься в кабинет. Покои, в которые нас привела принцесса, состояли из двух комнат и мы обрадовались, что не нужно будет разлучаться.

   Руж сразу же уснул. Я оставила их с отцом, отправившись расправлять кровать, а когда вернулась, то увидела, что Арл спит рядом с сыном, уснул прямо в одежде. Я не удержалась и погладила мужчину по щеке. Хвостом. Арлангор не проснулся, но крепко ухватил кончик моего хвоста, зажал его в кулаке и продолжил спать дальше. Высвободить его так и не удалось. Поэтому пришлось лечь рядом.

   И уже в середине ночи я почувствовала, как меня несут в соседнюю комнату.

***

Элвин

   Смиль еще спал, когда солнце осветило комнату. Кажется, приближалось время обеда. Я скосила глаза вниз, чтобы убедиться, что и вправду спала без одежды, и покраснела. Кажется, меня вчера...вернее, уже сегодня, целовали. И обнимали. И еще что-то, но что - вспомнить не удалось. Видать, я уже почти спала, когда Смиль развлекался, издеваясь надо мной. Сразу захотелось отомстить.

   - Куда?! - он мгновенно проснулся и перехватил мою руку. - Элвин, не буди во мне мужика, пожалуйста. Смотри, какой день хороший. Давай не будем начинать его с сердечного приступа твоего отца.

   - Он и так думает, что мы уже давно...того, - смутилась я.

   Мужчина внимательно и очень серьезно на меня посмотрел.

   - Ты этого так хочешь, рыжая?

   - А ты?

   Он откинулся на подушки, ероша волосы, и тяжело вздохнул.

   - Я не хочу делать тебе больно. И так досталось от пакости твоим родителям. А больно тебе будет в любом случае.

   - Ладно, - я закатила глаза. - Прекрати, в самом деле, я не ребенок, и прекрасно знаю, как все происходит впервые. Не помру, часом.

   Он, к моему удивлению, рассмеялся.

   - Элвин, я говорю не о физической боли. Тебе тяжело будет, когда я уеду. Первым у тебя должен быть любимый мужчина, законный муж.

   У меня даже челюсть отвисла от подобного заявления. Значит, он собирался уехать? А зачем тогда меня целовал, раздевал и вообще дразнил? Так, играл мальчик с новой игрушкой!

   Я не успела ничего ответить, только надела халат, как распахнулась дверь и в комнату влетела... Сельма!

   - Элвин! - подруга бросилась ко мне на шею. - Элвин, я так рада тебя видеть!

   - Ты вернулась! Боги, Сельма! Как ты? Почему он тебя отпустил?

   - Я тебе все расскажу, обещаю, - рассмеялась она. - Давай позавтракаем. Парни еще спят, я специально встала пораньше.

   - Какие парни? - удивилась я.

   - Руж и Арл, - улыбнулась Сельма и ее глаза заблестели.

   Со стороны второй половины кровати раздался смех.

   - Боги, твой отец изнасиловал домашнюю кошку?! - хохоча, произнес Смиль.

   Сельма так и осталась стоять с открытым ртом, а я покраснела.

   - Элвин, это что за хамло?! - наконец проговорила подруга.

   - Это мой муж, - я вздохнула, бросив убийственный взгляд на Смиля. - Скоро станет бывшим. Пошли отсюда, позавтракаем и поговорим.

   - Элвин! - крикнул мне вслед Смиль. - Элвин! Да что я опять сделал?!

   Он это серьезно спросил, или так, риторически?

   Мы уселись в зимнем саду, среди любимых маминых лимонных деревьев. Служанка принесла сок и кексы.

   - Ты ешь хлеб? - удивилась Сельма, когда я на ее глазах с удовольствием запихнула в рот большой кусок.

   - Когда я голодная, я ем все. И мясо теперь тоже.

   - А как же твоя аллергия?

   Подруга явно была удивлена.

   - Длинная история, - я вздохнула, вспомнив Смиля. - Очень длинная. Расскажи мне, Сельма. Что с тобой было? Кто такие Руж и Арл? Как тебе удалось сбежать от Арлангора...погоди-ка...Арл значит Арлангор?!

   Она с улыбкой кивнула.

   - Да, это он. Мы...вместе теперь. А Руж - его сын.

   - А жена у него где? Он же вроде был женат...

   Я пыталась припомнить, что мне говорили о нем раньше. Вроде как жена там точно имелась.

   - Сбежала. У них заболел сын и она сбежала.

   - Стерва.

   - Согласна. Руж болеет тем же, чем и остальные дети.

   - Марика?

   - Нектико.

   - Кто такой Нектико? - не поняла я.

   - Видимо, любовник твоей Марики, - мрачно откликнулась Сельма и возмущенно дернула хвостом. - Значит, он не один...

   - Этого можно было ожидать. Сельма, эта...Марика меня ждет.

   - Нектико меня тоже.

   Вскоре оказалось, что Нектико не удалось обратить Сельму, он даже и не пытался. Замолчав, я задумалась над причиной подобного благородства.

   - Ему не удается обратить тебя, потому что у тебя нет родовой магии, - заключила я. - Они, видимо, как-то ее трансформируют.

   - Но, если верить снам, эти существа из моего мира, - возразила Сельма.

   - Значит, у нас им лучше. Такой простор... Что-то я запуталась. Они убивают детей. И выборочно трансформируют некоторых. По крайней мере, за нами гоняются достаточно долго. Получается, за счет детей они питаются, а за счет нас размножаются? Звучит жутковато. Надо что-то делать с ними. Смиль разговаривал с отцом, они вроде что-то решили. Сходим к ним и все узнаем. Расскажешь, что там у вас было. Но...демоны, Сельма! Как ты умудрилась связаться с Арлангором?!

   - Ну, он очень хороший, - подруга смущенно улыбнулась. - Хотя и делает вид, что это не так. Он просто очень...замкнутый. И очень страдает. И ненавидит женщин из-за того, что мать Ружа их бросила. Но со мной он очень хороший. И очень ласковый. Оказывается, он хотел забрать меня, потому что Руж видел меня во сне и просил познакомить. А не для всяких там...ну, помнишь, мы чего воображали с тобой. А потом я сбежала в Империю, он разозлился и умыкнул тебя в качестве мести Дейнатаре. И все-таки нашел меня, спровоцировал меня на то, чтобы я вышла из замка. Дальше он нес приличную чушь про Империю и меня, а потом перестал выпендриваться и все рассказал. Ты не представляешь, как я в него влюбилась. Но забудь об Арле. Что за мужик разлегся на твоей кровати? Он не показался мне принцем из твоей мечты...

   Я насупилась. Да уж, Смиль был далек от идеала, если не сказать хуже. Очень далек. Но то, как он себя вел, как говорил, как прикасался, как пах...за эти ощущения я готова была пожертвовать всеми принцами Империи. А вот шутил не очень. Ну, да кто без недостатков? Пришлось рассказать Сельме всю историю с начала. И как Смиль вытащил меня из замка, и как мы по лесу шли, и как поженились, и как вернулись домой. Под конец Сельма так и застыла, открыв рот.

   - Да уж...у тебя круче история, - хмыкнула подруга. - Но ты его любишь? Хоть чуть-чуть?

   - Иногда мне кажется, что очень, - вздохнув, призналась я. - А иногда кажется, что ненавижу. Он сложный человек. Не знаю, я запуталась. Сельма, а вы с Арлом уже...ну...это...

   - Ага, - хмыкнула донельзя довольная подруга.

   - И?

   - Ну...очень...впечатляюще. Слушай, что ты хочешь, чтобы я тебе рассказала? Мы ж не мужики, которые во всех подробностях обсуждают, с указанием точных размеров. Кстати, если у вас такие отношения с мужем, почему вы до сих пор не...ну...это, как ты выразилась?

   - Не понимаю! Его казнить могут за то, что принудил к свадьбе принцессу. Поэтому я сказала отцу, что брак полностью законный. А сам Смиль не трогает меня. Говорит, что первый раз должен быть с любимым мужчиной.

   - Так, может, намекнешь ему, что он отлично подходит на эту роль?

   Я заметила, как изменилась Сельма. Мама как-то сказала мне, что ей пойдет на пользу семья. Видимо, она была права. Сельма явно стала увереннее в себе, спокойнее и счастливее.

   - Он не поверит, - ответила я. - А если и поверит, то скажет, что это бредни ребенка. Я для него ребенок.

   - Тогда соблазни, - Сельма хитро улыбнулась. - У меня почти нет опыта общения с парнями, но Арл заводится с одного движения хвоста. Судя по тому, как вы спите...ты ему явно нравишься. Вот и сделай так, чтобы крышу снесло.

   - Где это ты такого понабралась, подруга? - усмехнулась я.

   Мы проговорили почти час, обсуждая Ружа и его болезнь. Выходило, что и Нектико, и Марика ждут нас с Сельмой. Но для чего? Сельма высказала предположение, что нечисти нужны новые тела.

   Хуже всего было то, что мы совершенно не представляли, как убить их. И надежда была лишь на отца и Смиля. Однако помощь пришла с той стороны, откуда ее совсем не ждали. Около полудня нас нашла мама.

   - Девочки, идемте к Кэдерну в кабинет. Приехал человек, с которым я хотела познакомить Сельму. Он говорит, что может помочь и с детьми.

   Мы с готовностью вскочили и направились вслед за ней, по пути гадая, как же все-таки убить Нектико и компанию.

***

Сельма

   Это был мужчина лет пятидесяти. Крепкий, немного устрашающего вида. Я поежилась, почувствовав силу, исходящую от него и против воли прижала уши к голове, испугавшись. Но когда он улыбнулся, страх немного отступил. Это был друг.

   - Привет, - сказал он. - Ты Сельма?

   Я медленно кивнула.

   - Меня зовут Рейбэк, я давний друг Дейны. Она просила помочь тебе понять, откуда ты, верно?

   Я снова кивнула. Голос почему-то пропал.

   - Не бойся меня.

   Он подошел ближе. Страх утих, но все-таки я чувствовала неясное беспокойство, когда он был рядом.

   - Мои теории подтвердились, Дейна. Я знаю, откуда Сельма. Она меня боится. Такие, как она, очень тонко чувствуют зло, очень тонко чувствуют темные силы и прошлые ошибки. А у меня богатое прошлое, - и, обращаясь уже ко мне, он добавил. - Постарайся взять себя в руки. Я не причиню тебе зла. Все, что ты чувствуешь - отголоски далекого прошлого. Правда, у вас время течет по-другому и те события, в которых я был замешан, идут параллельно с теми, что происходят сейчас здесь. Так что ты, Сельма, должна прекратить бояться.

   - Я, - ко мне, наконец-то, вернулся голос, - я попробую. Только я ничего не поняла из того, что вы сказали.

   Он хмыкнул и протянул руку.

   - Можно уши?

   Еще один! Что ж они меня все тискают-то...

   Но Рейбэк не стал, как Арл, с восторгом мять уши, а просто пощупал их у основания, словно проверяя, не накладные ли.

   - Ты действительно хочешь знать, откуда пришла в этот мир?

   Он очень внимательно смотрел прямо мне в глаза и от этого взгляда было не по себе. Я в очередной раз кивнула и облизала пересохшие губы.

   - Хорошо, - удовлетворенно кивнул Рейбэк. - Ты действительно из другого мира. Он называется Картерра. Тамошнее население состоит из двух типов: люди, преимущественно маги. И самки, которые обладают кошачьими ушами, хвостом и повадками. Это мир...ох, сложно объяснить. Он очень развит, гораздо более развит, чем этот. Там есть свои правила выбора пары, свои законы, своя природа и устройство городов. И да, с некоторых пор там почти исчезли дети.

   - Из-за Нектико? - уточнила я.

   - Из-за них, - подтвердил Рейбэк. - Однако вы не правы в том, что считаете, будто Нектико пришел из Картерры. Ваши миры смежные, грань между ними особенно тонкая. Это из вашего мира Нектико перешел в мир Сельмы и натворил там бед. А потом, когда пищи уже не осталось - а пищей ему служат детские сны и детская энергия, перешел сюда. Твои родители, Сельма, вероятно, пытались тебя спасти и отправили в соседний мир. Именно в тот, откуда Нектико родом. Случайно или нет - я не знаю. Но все сложилось удачнее некуда. Если Нектико охотится за тобой, Сельма. значит, он боится. И значит, мы сумеем его уничтожить.

   - Мы знаем, как он появился, - подала голос Дейнатара.

   Двери отворились, пропуская в кабинет Кэдерна, Тара, Арла, Смиля и маму, которая тут же крепко меня обняла. Служанка принесла чай.

   - Я перевела книгу, найденную в библиотеке, - продолжила принцесса. - Это сборник легенд и в том числе в ней есть легенда про Марику. Марика была обычной девушкой, живущей в деревне. Нектико был ее женихом. Их предала подруга. Тогда полным ходом шла борьба за власть. На деревню напали по наводке этой самой подруги, она лично убила Марику за то, что та посмела отбить Нектико. Нектико потом разорвали в клочь собаки, натравленные на оставшихся в живых.

   Я вздрогнула.

   - И что, теперь Нектико и Марика - жертвы, а несчастные дети гибнут просто так? - хмуро поинтересовался Смиль.

   Я украдкой наблюдала за ним и Элвин. Какими же разными они были...даже не верилось, что между такими людьми могла зародиться любовь.

   - Здесь дело не в Марике и Нектико, Смиль, - возразила Дейна. - Здесь дело в устройстве нашего мира. В родовой магии. Она существует как бы автономно, привязываясь к роду и распределяясь между его членами. До определенного возраста дети не имеют ее и поэтому гибнут. Магия одновременно является и иммунитетом и проклятием. Потому что новые тела Марика и Нектико находят именно через родовую магию. Когда их убили, убили зверски, предав, надругавшись над девушкой на глазах жениха, родовая магия вышла из-под контроля и сформировала существ, которые питаются энергией и которые вынуждены раз в несколько лет искать новые тела.

   - И чьи тела они используют сейчас? - спросил Тар.

   Дейна чуть прикрыла глаза.

   - Марика использует тело Эри. Им важен символ: предательство подруги. Эри воспринимала мою люж именно как предательство.

   Мы все подскочили от громкого удара. Тар свирепо глянул на Дейнатару.

   - Эри никогда бы не убила ребенка.

   Принцесса долго молчала, смотря на него. И в ее взгляде сквозила усталость.

   - Я знаю, Тар. Эри не могла. Она лишь...лишь дала толчок перерождению. Открыла ход, а дальше Марика все сделала сама. Я больше чем уверена, что Эри была в ужасе, когда поняла, что произошло. Но исправить ничего уже не могла. Прости.

   - Она...мертва? - спросил Тар.

   - Вероятнее всего уже давно.

   - Нет, - вдруг произнесла Элвин. - Не мертва. Я видела ее. Выходит, жертва существует в сознании монстра, пока тот не найдет новое тело...когда Марика затащила меня в кошмар, я видела девушку. Мне она показалась сумасшедшей. Несла какую-то чушь, смеялась. Теперь я, кажется, понимаю. Она сказала, что исчезнет, как только я стану Марикой. Но потом меня выбросило из сна и...

   - Это Смиль заблокировал родовую магию, - улыбнулась мама. - Он догадался раньше нас. Не обо всем, но о части точно. И обломал Марику.

   На этот раз я посмотрела на Смиля с уважением.

   - А почему они хотят убить меня? - спросила я.

   - А здесь речь идет о сущности Нектико, - ответила Дейна. - Если Эри сама по себе человек не плохой и по ошибке пустила Марику в себя, то Нектико вполне осознанно нашел жертву и отлично с ней спелся. Райэн Криц, вот кто это. Его тоже предали, возлюбленная правда. И он явно отомстил Эри за шутку, сыгранную с ним в студенчестве. как-то раз он приворожил ее, будучи преподавателем. А мы с Таром заклятье развеяли и Эри очень разозлилась. Криц возненавидел ее за унижение. Так что, Сельма, его просто бесит осознание того, что кто-то из твоего мира выжил. Мерзкий тип. С удовольствием бы прикончила его голыми руками.

   - Полагаю, это и нужно сделать, - сказал Смиль.

   - Конечно, - согласилась я. - Руж не должен пострадать. Но как их убить? Я не понимаю сути явлений, вызывающих эту нечисть. И уж тем более я не могу понять, как их убить.

   Рейбэк молчал, глядя, почему-то, на Арла.

   - Ты знаешь, как их убить Сельма, - наконец сказал Арлангор. - Ты говорила мне, что видела Ружа во сне.

   - И что?

   - Ты спасла его, не дав забрать, ты прикоснулась к Нектико.

   - Это не все могут? - удивилась я.

   - Выходит, что нет, - сказал Рейбэк. - Это сложные материи. Я и сам далеко не все понимаю, не мой мир это. Сюда бы жену, но она беременна и из дома не любит далеко уходить.

   - У тебя жена постоянно беременна? - спросила Дейна. - Когда ты приезжал в отель Варца двадцать лет назад она, кажется, тоже была беременна.

   - Ты имеешь что-то против? - Рейбэк поднял брови.

   - Да нет, - принцесса пожала плечами. - Так, ради порядка интересуюсь. Так что? Как убить эту гадость?

   - Ее убивать нужно только на ее территории.

   - Во сне, - догадалась я.

   Рейбэк кивнул.

   - Одна ты никуда не пойдешь, - заявил Арлангор. - Я пойду с тобой.

   - Я тоже, - заявила Элвин и, натолкнувшись на суровый взгляд отца, добавила. - Ты меня не остановишь. Я тоже замешана в этом деле.

   Смиль закатил глаза.

   - Вечно тебе надо куда-то влезть. Боюсь, компанией в четыре человека мы не сможем незаметно подобраться к Эри.

   - К Марике, - поправила его Дейна.

   - Тебя не спросили, - огрызнулся Смиль.

   - Не смей так разговаривать с моей женой! - разозлился Кэдерн.

   - Хватит, - простонала Дейна. - Вы как дети, честное слово. Смиль, будешь мне хамить, начну подсыпать крошки тебе в кровать. Кэд, будешь драться с мужем дочери, будешь спать с ним в одной кровати. И с крошками.

   Они умолкли, видать, впечатлившись перспективами.

   - И что мне делать? - спросила я у Рейбэка.

   - Для начала, дождаться ночи, - сказал он. - Днем вряд ли что-то выйдет. Потом мне нужны будут еще два мага. Открыть проход в мир снов...это не смежный мир. Дейна, Кэд, вы сможете провести ритуал?

   - Конечно, - кивнул мужчина. - Но можно ли отправлять девочек туда?

   - Выбора нет, - Рейбэк пожал плечами. - Сельма - особая девушка. Она уцелела после того, как Нектико истребил почти всех детей в ее мире. То, что ему так легко удалось это сделать, говорит о том, что те дети наиболее уязвимы к подобной нечисти. А наши сопротивляются активнее, иначе бы за те годы, что действуют Марика и Нектико мы бы повторили судьбу Картерры, которая только-только оправилась от трагедии. Теперь Сельму не так-то просто убить. Она представляет собой девушку, уязвимую к проходу в мир снов, но практически неуязвимую для Нектико. Вы видели, как тяжело было Элвин. И как легко это переносит Сельма.

   Да уж, легко. Интересно, он так же говорил бы, если б смотрел кошмары каждую ночь?

   - Я тоже пойду, - сказал Тар. - Я хочу убедиться, что Эри не помочь.

   - Тогда вам следует отдохнуть, - обратился Рейбэк к Дейне и Кэду. - Ритуал требует колоссального количества затраченной энергии. Вам всем, впрочем, тоже не помешает отдохнуть.

   - Но как я их убью? - мне все еще было дико страшно при одной только мысли о том, чтобы встретиться с Нектико лицом к лицу.

   - Ты поймешь, я обещаю.

   Не понимала я, почему Дейна безоговорочно верит Рейбэку. Мне вот его слова оптимизма совсем не приносили.

***

   Когда чего-то жутко боишься, сам удивляешься, что все происходит так быстро. Ночь наступила стремительно.

   Арл был рядом. Целовал меня, обнимал, тискал уши, играл с хвостом и вообще всячески веселил. А когда запас идей для развлечений иссяк, просто уложил рядом и прижал к себе.

   - Я очень тебя люблю, Сели. У нас все получится, поняла?

   - Конечно, - я через силу улыбнулась. - Я тоже тебя люблю. Арл...я хотела бы...

   - Я понял, - он прижал палец к моим губам. - Мы не расстанемся. И я, и Руж, мы будем с тобой, где бы ты ни пожелала жить. Ты теперь наша, Сельма. Мы никому тебя не отдадим и не позволим тебе уйти.

   - Спасибо. Ты не представляешь, как чудесно быть рядом с тобой. Что бы ни случилось, Арл, я всегда буду тебя любить.

   Раздался стук в дверь и, не дожидаясь позволения, влетела Элвин.

   - Пора! - прыгала она вокруг кровати. - Пошли, ушастая, устроим этим уродам вечеринку года!

   Смиль, появившийся в проходе, с мрачным весельем наблюдал за плясками жены. Мне показалось, будто его тревожит что-то, помимо нашего ночного предприятия. Что-то очень важное...

   - Идем? - я взглянула на Арла.

   Тот уверенно улыбнулся и поднялся с кровати.

   - Они все в холле, - сообщила Элвин.

   По дороге к нам присоединился Тар. Он выглядел еще мрачнее Смиля, но его-то я как раз могла понять. Эри, кажется, была его невестой...бедный. Такой судьбы никому не пожелаешь. Его история могла повториться со Смилем: если бы он не догадался о родовой магии, Элвин, возможно, уже было бы не вернуть.

   - Держимся все вместе, - предостерег Смиль. - Ни шага в сторону, что бы там не было. Когда поймем, как убить нечисть, будем действовать все вместе. Ничего не валить целиком на Сельму.

   - Конечно, - откликнулась Элвин. - Нас больше, ребят. Их двое, а нас пятеро. и трое в качестве поддержки снаружи. Эта ночь будет последней для Нектико и Марики.

   Смиль что-то негромко сказал Тару, я не расслышала. Но заметила удивленный взгляд телохранителя.

   В холле на полу белой краской были нарисованы какие-то символы. В креслах, напротив друг друга сидели Дейна и Кэдерн, держа в руках книги.

   - Готовы? - спросил Рейбэк, едва мы вошли.

   Он был абсолютно спокоен. Жаль, это его спокойствие совсем не действовало на меня.

   - Вставайте между Дейной и Кэдом, - скомандовал мужчина. - Сельма, не бойся. Я уверен в тебе. Ты со всем справишься. Судьба не случайно забросила тебя в этот мир и не случайно свела с Элвин. Здесь случайностей не бывает. Ты сильная. Сильная настолько, что сумеешь сделать то, что должна.

   - Знать бы еще, что я должна, - пробормотала я, идя вслед за Арлом.

   Мы встали прямо на символы, начертанные на полу. Совершенно не к месту пришла мысль, что испортили такой чудесный паркет. И тут же, что Дейнатара наверняка с легкостью очистит его, она же ведьма.

   - Будьте осторожны, - попросил Кэдерн.

   - Все будет хорошо, папа, - откликнулась Элвин и бросила взгляд на мужа.

   Тот хранил угрюмое молчание, но неизменно был подле Элвин. Занятная парочка получилась...в чем-то даже красивая. если убрать с лица Смиля недовольное выражение, будет очень красив.

   Рейбэк что-то сказал, какое-то заклятье. Дейна и Кэд подняли руки. В центре зародилось сияние, постепенно разраставшееся все больше и больше. Я глубоко вздохнула, прежде чем оно поглотило нас полностью.

   И открыла глаза уже на залитой лунным светом аллее с цветущими яблонями. Вдалеке виднелись развалины замка.

   - Где мы? - спросила Элвин, осматриваясь.

   - В мире снов, - сказал Смиль. - Снов Сельмы.

   - Это мой мир...вернее, его часть, - удивилась я. - Такой, каким представлялся во сне. Интересно, он на самом деле такой?

   - Вполне возможно, - сказал Тар. - Дети очень много видят, чувствуют и запоминают. Быть может, ты была здесь когда-то, в детстве.

   - Идемте? - спросила я, указывая на дорогу.

   Больше идти было некуда. Дорожка белого света указывала направление.

   Мы двинулись вперед. И мир будто ожил. То тут, то там из темноты выплывали очертания каких-то картин, часть из которых я узнавала, а часть из которых видела впервые.

   - И это все мне снится?! - я поразилась очередному видению. - Да я столько не сплю!

   - Мы далеко не все сны запоминаем, - Арл погладил меня по щеке и прошептал, наклонившись к уху, - надеюсь, они покажу эротические.

   Я фыркнула.

   И, словно по заказу из темноты выплыла картина, на которой Тар целует меня в лесу.

   - Э-э-э, - я густо покраснела и дернула ушами. - Это было до того, как мы встретились.

   - Я понял, - вздохнул Арл. - А кто лучше целуется?

   Нектико видно не было. Но я чувствовала, как напряжение по мере продвижения по аллее возрастает. И если в начале сны-картинки, обрамленные туманом, были по большей части нейтральными, то вскоре пошли ужасы, самые настоящие кошмары. И я порадовалась, что была не одна.

   - Ну и гадость у вас в голове, - Смиль поморщился. - Элвин, тебе тоже такое снится?

   - Еще хуже бывает, - Элвин вздохнула.

   - Мало тебя пороли. Надо будет заняться.

   - А можно не здесь? - фыркнул Арл.

   - Вот он.

   Даже в темноте я заметила, как побледнела Элвин.

   В конце аллеи действительно виднелась фигура, завернутая в плащ из перьев. Она стояла к нам спиной и пока не чувствовала приближение. А я начинала понимать, что происходит...

   " - С любым кошмаром, Сели, справиться очень просто, - говорил папа. - Нужно просто понять, что это кошмар. И взять его в свои руки. Менять. Управлять. Подчинять. Если ты - властитель своих снов, то ты сильная".

   Он, а это был Нектико, медленно повернулся. И в первое мгновение расплылся в жуткой ухмылке, но потом, заметив Смиля, Элвин, Арла и Тара, выражение уродливого лица изменилось. И я с удовольствием разглядела в нем страх.

   - Не мешайте мне, - попросила я остальных. - Я знаю, что нужно делать. Я не пострадаю.

   Арл хотел было возмутиться, но не стал: я предупреждающе сжала его руку.

   - Нектико. Где твоя подружка?

   Он оскалился.

   Марика вышла из тени большого дерева. И Тар дернулся, но сдержался.

   - Вы меня боитесь, - как только я это произнесла, нечисть дернулась.

   И такое облегчение нахлынуло, что захотелось рассмеяться.

   - Для того, чтобы уничтожить вас, нужно было лишь открыть проход в этот мир...как интересно. Вы почти неуязвимы...до тех пор, пока не появится сильный колдун, могущий связать цепочку событий.

   - Тебе не уничтожить нас, - проскрипел Нектико. - Ты - ничтожество.

   - Это ты ничтожество. Я и не собираюсь вас уничтожать. Это сделают те, кого уничтожили вы. Мне следовало догадаться раньше. В моих снах хозяйка я. А вы - из моего сна пришли в этот мир.

   - Мы родились здесь.

   - И здесь же умерли, - холодно отозвалась Элвин.

   - И здесь подохнете во второй раз, - добавила я.

   И отступила на шаг.

   Легкий гул, на который мы поначалу не обращали внимания, перерос в пение. Марика и Нектико занервничали, озираясь. Светлые фигуры, выплывшие из яблоневого сада, обступили нечисть.

   - Что это? - побледнела Элвин.

   - Умершие дети, - ответила я. - Их души.

   Толпа призрачных детей обступала фигуры, тихо что-то напевая. И от этой песни можно было запросто сойти с ума. Если б не рука Арлангора, сжимавшая мою, я бы, наверное, упала в обморок.

   - Как ты это сделала? - спросил Тар.

   - Представила, что они здесь, - сказала я. - Представила, что они в моем сне и сражаются с кошмаром.

   - Меня так учили бороться с плохими снами, - тихо сказала Элвин.

   - Всех так учат, - подтвердил Арл. - Но не все способны на это.

   - Они пришли за Нектико, - пробормотал Смиль. - Тар, хватай Марику!

   - Что? - мамин телохранитель с трудом оторвал взгляд от двух фигур в плащах. - Что ты несешь?

   - Хватай Марику! - рявкнул Смиль. - Сейчас!

   Тар среагировал мгновенно. Он рванулся вперед, разрывая призрачный круг и сшиб Марику с ног. Ее жуткий крик совпал с криком Нектико, который, не имея спасителя, подобного Тару, задергался. Все убийцы боятся душ своих жертв.

   И правильному охотнику нужно лишь уметь призвать эти души.

   - Где Тар?! - воскликнула Элвин. - Что с ним?!

   - Пространство ограничивается аллеей, - Смиль пытался перекричать вой Нектико и пение душ. - Они вернулись в наш мир.

   - С Марикой?! - рявкнула Элвин. - Ты чего моим родителям подбросил?!

   - Успокойся, - он прижал ее к себе. - Доверься.

   И Элвин послушалась, умолкнув и спрятав лицо у мужа на груди. Я не могла оторвать взгляд от Нектико. И, кажется, знала, как выглядела та сцена его казни, в далеком прошлом. Так же, как и тогда, его рвали на части, только на этот раз не собаки, а призраки его жертв. Монстр, являвшийся в кошмарах, извивался и визжал, но уже не мог найти в себе силы, чтобы вырваться из плена серебристых душ. И когда он растворился в темноте, а души начали отступать, воцарилась такая тишина, что я не выдержала.

   Села на землю и разревелась.

   - Тише, Сели, - Арл поднял меня на руки. - Все хорошо, киска. Ты умница.

   - Все было так просто, - прорыдала я. - И столько погибших. И столько семей...

   - Ничерта не просто, - в свойственной ему манере буркнул Смиль. - Ты выросла, ушастая. Если бы ты не выросла, не поняла, как бороться со страхами, ты бы погибла.

   - Он прав, - мягко сказал Арл. - Ты боялась за Ружа. И стала ему настоящей мамой. Мать за ребенка кого угодно победит. Ты избавилась от отвращения к своей внешности. Ты стала другой, Сели. Сильной, спокойной, смелой. Ты больше не та испуганная девочка, которая плакала из-за слишком короткого платья. Ответственность за нас с Ружем помогает тебе быть сильнее. Это не просто, ты шла к этому много лет. Не все победы достаются в битве, родная. Ты просто открыла дверь для справедливости. Но подумай, сколько жизней ты спасла. Идем домой.

   - Подождите, - Элвин напряженно всматривалась в темноту. - Кто это?!

   - Твою мать, - выругался Смиль.

   Высокий худощавый мужчина с чуть тронутыми сединой волосами стоял поодаль, будто кого-то ожидая. Мы с Арлом застыли в недоумении, а вот Элвин, кажется, все поняла.

   - Не может быть, - прошептала она. - Ты его сын! Принца Фара!

   Смиль ошарашено молчал. Тогда принцесса буквально пихнула его навстречу призраку.

   - Иди же. Поговори с ним.

   Медленно, словно каждый шаг давался ему невероятным трудом, Смиль зашагал к отцу.

   - Пошли отсюда, - сказала Элвин. - Сами разберутся.

   Арл шагнул в сторону, в спасительную темноту яблонь, и я закрыла глаза.

   Открыв, первым, что увидела, был Тар и какая-то девушка лет двадцати с короткими волосами. Они стояли, обнявшись. Кажется, оба плакали.

   - Удобно, - фыркнула Дейна. - Поступали в один год. Мне сорок, тебе двадцать.

   Эри рассмеялась.

   - Ты молодец, Сельма, - ко мне подошел Рейбэк. - Ты не просто одолела Нектико. Ты преодолела себя.

   - Спасибо вам.

   Я с удивлением почувствовала, что больше не боюсь его.

   - Они пока поддерживают портал, - Рейбэк кивнул на Дейну и Кэда. - Ваш друг ведь вернется.

   - Вернется, - сказала Элвин. - Он говорит с отцом.

   Дейнатара вскинула голову.

   - Рейбэк, смени ее, - попросил Кэд. - Иди, Дейни. Поговори с ним.

   - Нет, - прошептала женщина, закрыв глаза. - Нет, Кэд. Мне нечего ему сказать. Все, что мы могли, уже сказали. Он мертв, Кэд. И я люблю тебя. Незачем хвататься за призраков. Я и так отняла у Смиля отца, я не могу отнять те несколько минут, что у них есть.

   - Идите, отдыхайте, - сказал Рейбэк.

   - Я скажу Смилю, чтобы он шел к тебе, Элвин, - произнесла Дейна.

   - Пойдем, киска, - Арл понес меня наверх. - Там тебе чай принесли. Выпьешь, успокоишься. Потом займемся любовью.

   - Я уже не способна даже пальцем шевелить, - пробормотала я.

   И в доказательство вяло помахала хвостом.

   - Ничего, мое счастье. Сегодня твой день, Сели, если захочешь, будем спать.

   До чая дело не дошло. Я просто свернулась калачиком, поджав хвост и заснула. А как уж он там меня раздевал и целовал - дело десятое. Но спала я без кошмаров. И рядом с любимым мужчиной. А под утро к нам пришел Руж и мы уже втроем продолжили отсыпаться после жутковатой, хотя и стремительно пролетевшей ночи.

***

Элвин

   Я ждала Смиля долго. Думаю, он говорил с отцом всего ничего, остальное время занял отчет маме. Ни Тар с Эри, ни Арл с Сельмой такового предоставить вряд ли смогли бы. Спать не хотелось, хоть я и знала, что это было безопасно. Хотелось поговорить со Смилем и, наконец, признаться ему во всем, что я чувствую. А там будь что будет.

   Скрип двери, тихий и почти незаметный заставил меня вздрогнуть.

   - Смиль! - я вскочила с кровати и бросилась к нему. - Не могу поверить, что все кончилось!

   Вместо ответных объятий он отстранил меня и отошел к окну.

   - Что такое? Что...что произошло там?

   - Ничего.

   Мне не хотелось ссориться. Мне хотелось его, хотелось всего, что может быть между мужем и женой, мне хотелось немножко тепла.

   - Смиль, я понимаю, что тебе тяжело...

   - Ты ничерта не понимаешь, Элвин! - он заорал так, что окна задребезжали. - Ничерта!

   - Тогда объясняй! Я твоя жена! И я хочу знать, что ты творишь, Смиль!

   - Элвин, - он вдруг опустился на колени.

   От этого движения я перепугалась еще больше.

   - Элвин.

   - Что? Скажи мне.

   - Я чуть не убил тебя, - глухо проговорил он. - В детстве. Когда твоя мать была беременная, я...ударил ее по животу. И ты родилась раньше срока, наверное, из-за этого удара. И одна в семье, наверное, тоже...

   Все вокруг замерло. Я силилась представить этого мужчину, бьющего беременную девушку по животу и не могла.

   - Зачем ты ее ударил?

   - Я ее ненавидел. Длинная история, Элвин. Я ненавидел твою мать. И тебя. И едва не убил. Конец истории.

   - Разве? Мне казалось, конец истории был там, где ты меня любимой назвал.

   Я схватилась за голову.

   - Боги, Смиль! Я хотела попросить тебя стать моим мужем. По-настоящему. Сегодня. Зачем?! Зачем ты это сказал?!

   Он молчал. А во мне вдруг поднялась волна злости. Он ненавидел мою мать так сильно, что мог убить меня. И теперь он считал, что недостаточно отомстил ей?! А мне-то за что мстить?! За то, что я выбрала этих родителей, а не каких-нибудь других?!

   - Соседние покои свободны, - пробормотала я. - Я устала. Я хочу спать. Поговорим утром.

   - Да, конечно, - не глядя, он поднялся и прошел во вторую комнату, чтобы забрать куртку. - Спокойной ночи, Элвин.

   Я упала на кровать и, немного поревев заснула.

   А утром проснулась с твердым намерением узнать всю историю. Узнать и разобраться в ней. Наконец убедить Смиля, что моя семья ему не враг и что я его люблю. И что он тоже способен меня полюбить, если хоть на миг перестанет творить этот ужас.

   А нашла лишь записку.

   "Люблю тебя. Правда, люблю. А ты полюби более хорошего человека".

   Подписи не было, но я и не нуждалась. Ушел. Смиль ушел. Я не могла в это поверить, но подтверждение лежало перед глазами. Он бросил меня, вытащив из огромной беды. Спас мое здоровье, мою жизнь, вернул уверенность в себе, и бросил, впрочем, признавшись в любви.

   Больнее удара он нанести не мог.

   - Элвин! - в комнату влетела мама. - Что у вас произошло?! Почему брак расторгнут?!

   Вместо ответа я показала ей записку.

   - О, Элвин, - мама обняла меня. - Мне так жаль. Дурак он, вот кто. Я уж думала, свадьбу начать организовывать. Ой, ты не слушай меня! Успокойся и не плачь. Вернется, вот увидишь. Если любит, то вернется. У него ведь тоже сложный период в жизни. Элвин, ну прекрати. Мы что-нибудь придумаем, я обещаю. подключим отца и он, если надо, по частям его принесет!

   Но Смиля не нашли. Как сквозь землю провалился. И постепенно, ценой еще двух-трех бессонных ночей, я смирилась, отметя все предложения дяди о замужестве с различными сыновьями князей и иже с ними.

   Просто смирилась, что Смиль больше не вернется. И продолжала любить.

Эпилог, в котором уезжает Сельма

   - Я спрошу еще раз: ты уверена? - принцесса Дейнатара обеспокоенно взглянула на нас.

   - Мы ведь все проверили, - Арл пожал плечами. - Там безопасно. Сели надо найти родителей, а я, если честно, изрядно устал от этих дел. И Руж уже грезит новым миром.

   - А что ты скажешь? - Элвин не выпускала моей руки.

   - Скажу, что жалею лишь о том, что не успела убить Смиля.

   Элвин помрачнела. Она все еще тяжело переживала разлуку с мужем.

   Они все собрались в обеденном зале. Рейбэк терпеливо ждал, когда мы попрощаемся.

   - Я решила, - наконец произнесла я. - Я хочу вернуться. Где-то там живут мои родители, которые меня спасли. Они заслужили того, чтобы дочь вернулась. Там мой народ, там живут такие, как я. Там я не являюсь неизвестным существом, там я среди своих. Я хочу уехать. Мне тяжело вас всех бросать, но здесь я жить не смогу. Лишь в последние полгода я начала по-настоящему жить.

   Элвин, ты стала моей первой в жизни подругой. Ты была первой, кто угостил меня, ты сделала столько, что мне никогда не отплатить тебе. Ты удивительная девушка, ты - лучшее, что со мной когда-либо случалось. Благодаря тебе я сейчас здесь, у меня есть семья.

   Ваше Высочество...Дейна, спасибо вам, что помогли мне. И что разобрались в моем происхождении. И вообще...за все. Без вас я не получила бы такой шанс.

   Тар...я в тебя влюбилась. Не встреть я Арла, тебе пришлось бы выдержать натиск сумасшедшей говорящей кошки.

   - Да брось, - усмехнулся Тар. - Ты не кошка.

   Арл что-то пробормотал, легко дернув меня за хвост. Ревновал.

   Эри хихикнула, не выпуская руки мужа. Хорошо все-таки, что Арл меня умыкнул. Тар, снова встретивший Эри, выглядел настолько счастливым, что рядом с собой я его представить не могла.

   - В общем, вы все - мои друзья. И я вас люблю. И всегда буду с теплотой вспоминать. Я отдаю себе отчет в том, что мы больше никогда не увидимся. Но поймите меня, там мои родители. Там мой мир, который я никогда не видела.

   - Мы все понимаем, дорогая, - улыбнулась Дейнатара. - Мы тебя тоже любим. И мы счастливы, что ты наконец выяснила, кем являешься. Ты умница, ты чудесная девушка, Сельма. И я уверена, у тебя все будет хорошо.

   - Спасибо, - прошептала я, пытаясь не расплакаться.

   - Ты глупая, Селька, - Элвин все-таки заревела. - Но хорошая. Я буду скучать. Рейбэк, вы нам хоть весточку передайте от нее, пожалуйста.

   - Конечно, передам, - улыбнулся мужчина. - Я загляну через пару лет, узнаю, как она устроилась.

   - Не пропадет, - хмыкнул Арл. - Я ее в обиду не дам.

   - Хорошо, что он уезжает, - кровожадно произнесла Элвин. - Я ему еще не простила похищение. И туфли! спер любимые туфли!

   Протянув руку, Арл отвесил Элвин легкий щелбан. Та взвизгнула и дала ему подзатыльник.

   Я закатила глаза. Хорошо, что Арлангор не влюбился в Элвин. Эти двое превратили бы замок в огромный детский сад.

   - Готовы? - спросила Дейнатара.

   Рейбэк поднялся и Арл взял меня за руку, успокаивая. Мама поднялась с дивана и подошла. Руж прижался ко мне, но он был скорее радостно-взволнован, нежели напуган. А у меня хвост дрожал.

   - Что нам нужно делать? - спросила я Рейбэка.

   - Ничего. Просто ждите, когда откроется переход, ступайте. Не волнуйтесь.

   Я в последний раз взглянула на заплаканную Элвин, на улыбающуюся Дейнатару, на Тара и Эри, наконец-то получивших возможность быть вместе. Впереди меня ждала жизнь на родной планете, жизнь с Арлом и Ружем. Жизнь с ребенком, о котором я еще не сказала Арлу, но который уже рос, ожидая возможности появиться на свет.

   Рейбэк произнес несколько непонятных мне слов и посреди комнаты, их маленькой светящейся точки, которой был портал сначала, разрослось сияние, в глубинах которого я, кажется, различила горы.

   - Спасибо вам. До свидания!

   Прощаться навсегда не хотелось. Чудеса в жизни случаются. В жизни вообще все случается.

   Мы шагнули вперед. Арл, мама, Руж и я. Миг ослепляющего света - и я почувствовала вкусный запах яблонь. Когда глаза привыкли к резкому свету, я удивленно выдохнула. Впереди распростерся город. огромный, удивительно прекрасный, он расположился среди кристально-чистых голубых озер. Вверху, в облаках, неспешно дрейфовали какие-то строения. Меж ними пролетали черный точки, происхождение которых я не поняла. Огромная гора виднелась еще дальше и я даже могла различить снег на ее вершите.

   - Картерра, - произнес Рейбэк. - Идем, я отведу тебя к родителям.

   - Что? - я взглянула на него. - Вы же сказали, что не знаете, сможете ли их найти?!

   - Ты должна была принять решение без мучительного желания встретить родных. Ты должна была выбирать между двумя мирами и между перспективами, а не между двумя семьями.

   - Идем, Сели, - Арл ухватил меня. - Руж!

   Мальчик выглядел счастливым.

   Медленно мы побрели к городу. Так вот он какой, мой мир...

Эпилог, в котором Смиль говорит с Дейной

   Принцесса Дейнатара сидела в городском парке. Инкогнито, разумеется, с чуть измененной внешностью, в довольно простом костюме, с книгой в руках. Она курила. Кэд не одобрял этой привычки, но закрывал глаза на редкое желание жены курить. А она в ответ старалась не раздражать мужа дымом. Пусть и дорогие, это все же были сигареты. Она не видела мужчину, медленно подходившего к скамейке, но, несомненно, знала о том, что он появится.

   - Неплохой выбор, - усмехнулась Дейна, едва Смиль возник в поле ее зрения. - Для девушки молодой отличный вариант.

   - А ты, как всегда, за всеми следишь.

   Смиль уселся рядом, задумчиво рассматривая что-то вдалеке.

   - Надеюсь, твоя дочь относится к украшениям также, как и ты. Потому что кольцо более чем скромное.

   - Она даже не заметит, - отмахнулась принцесса. - Гораздо больше ее будешь интересовать ты.

   - Итак, давай кое-что проясним, - видно было, что Смиль не хотел слишком долго подбираться к сути. - Какую роль играешь ты в формировании наших с Элвин отношений? Это ведь ты устроила свадьбу, да?

   - Конечно. Неужели ты хоть на миг усомнился в том, что я не могла не пропустить такое событие в жизни дочери? Я обеспечила беспрепятственный проход к храму, я обеспечила материальную поддержку.

   - Ты рисковала собственным ребенком, - он почему-то разозлился, хотя из всех людей в Империи Смиль Вирне - последний, кто мог укорить Дейну в риске.

   - Нет, - улыбнулась та. - Не рисковала. Ты забываешь, что я многое знаю наперед. Ты влюбился в нее, сразу же. Может, не понял по началу, но влюбился по уши. А она - после. Напрягись, вспомни, как она реагировала на тебя. И поймешь, что все было предрешено. Я сглупила лишь в конце, когда тянула с возвращением твоего наследства. И ты сбежал, повергнув всех в шок. Когда я умру, я встречусь с Карнатаром и он даст мне в лоб.

   Смиль усмехнулся. Дейна с облегчением отметила, что прежней ненависти к отцу в его глазах не было.

   - Он любил тебя, - произнесла она. - Очень любил. Просто...совершил ряд ошибок, которые уже не позволили ему стать для тебя настоящим отцом. У меня тоже этого не было. Я отправила тебе копию письма. Читал?

   Смиль кивнул, не сводя глаз с прогулочной кареты, что неспешно ехала по аллее.

   - Он очень тебя любил, - повторила Дейна.

   - Да хватит, - мужчина поморщился.

   - Нет! - женщина схватила его за руку, впившись ногтями в загрубевшую кожу. - Послушай меня, я знаю, о чем говорю. Ты был ребенком Карнатара, ребенком, о котором он всегда мечтал. Ребенком, о котором мечтала я, но достался который твоей матери. Ты виделся с ней?

   - Не хочу.

   - Нужно. Она глупа, Смиль. Она потеряла двух мужчин, лучше которых не найти во всей Империи. Ты же знаешь, что я не вру. Хватит уже меня ненавидеть. Что было, то прошло. У нас было прошлое, были ошибки. Но я помню и хорошее. Скажем, я помню, как ты меня спас.

   - И как чуть не убил Элвин.

   - Если бы ты не спас меня раньше, ее бы точно не было. Я говорю о том, что некоторые вещи нужно забыть. Я очень, очень люблю твоего отца. Что бы я ни говорила ему, Кэду или брату, я люблю Карнатара. Я простила ему все, что он делал со мной, все, чем обидел. И точно также я люблю тебя.

   Она посмотрела ему в глаза.

   - За то, что ты спас мою дочь. И что дал ей возможность почувствовать себя нужной, мне это за долгие годы так и не удалось. За то, что избавил от комплексов. За то, что практически помог ей выздороветь. За то, что полюбил. И просто за то, что ты у нас есть. Мне сложно это объяснить, но...когда взрослеешь, многое начинаешь понимать. Я виновата в большинстве твоих бед. Прости меня. Если бы я знала, если бы твой отец не считал себя умнее всех...если бы он раньше мне рассказал, если бы не бросил все силы на месть...

   - Он все равно не отдал бы тебя мне, - хмыкнул мужчина.

   - А я тебе и не нужна. Тебе нужна девушка, которую ты сможешь защищать. А я, увы, не тот тип. Элвин будет с тобой хорошо, я уверена.

   - Интриганка, - впрочем, Смиль произнес это безо всякой злости. - Я не могу извиниться. Гордость не дает.

   - Не надо, - Дейна пожала плечами. - Я знаю, что сейчас ты бы скорее умер, чем ударил Элвин. И мне этого достаточно. Берегите друг друга, ладно? Не давай ей забыть о том, что она очень хорошая. И она не даст тебе забыть о том, что тебя любят.

   Он вдруг сделал то, чего Дейна ну никак не ожидала. Обнял ее и уткнулся носом в волосы.

   - Муж увидит - убьет, - фыркнула Дейна.

   - Не увидит. Что я, тебя не знаю, что ли. И вообще, не дождешься, Сормат. Я перед тобой не извинюсь.

   - А я не скажу, где найти Элвин...

   - Думаешь, я сам не найду?

   Дейна подняла голову.

   - Найдешь. И именно поэтому я тебя очень люблю. Можешь начинать искать. И я даже согласна терпеть тебя на семейных обедах.

   - Я рад, что ты не стала моей мачехой, - шепнул Смиль, прежде чем подняться со скамьи.


Эпилог, в котором возвращается Смиль

   В погожий августовский вечер я отправилась к источникам, благо в такое время в университете почти никого не было. Редко кто оставался на лето в Риверском, ведь рядом был город. Даже студенты, приехавшие издалека и не имеющие кучи денег на обратную дорогу, могли себе позволить снять комнату в домике у моря и вволю отдохнуть за каникулы.

   Вода, нагревшаяся за жаркий день, приятно расслабляла. Я почти сутки рисовала панораму университета и совершенно выдохлась. Девчонки уехали и было смертельно скучно.

   Я несколько раз переплыла источник, нырнула, полежала на спине и сделала пару упражнений на растяжку спины. Когда уже собралась было возвращаться на берег, заметила среди деревьев темную фигуру. Зрение за последние два года сильно испортилось и я не сумела разглядеть, кто это был. Но то, что фигура мужская, не оставляло сомнений. Сердце глухо забилось. На всякий случай я приготовилась. Хотя боевая магия никогда не была моим коньком. Впрочем, мама научила парочке заклинаний для подобных случаев. После одного из них этого товарища только так унесут из леса с обожженной мордой.

   Он приближался. Медленно и, очевидно, пристально глядя на меня.

   Мелькнула догадка, но, как всегда, усилием воли я заставила ее скрыться в глубинах сознания, не позволяя даже надеяться.

   Потом, когда он подошел ближе, сомнений не осталось. И рука бессильно ушла под воду, а дыхание участилось. Чтобы не начать реветь, пришлось закусить губу.

   Почти не изменился. Но теперь пришел бритый, чисто одетый и явно в мирном расположении духа.

   Смиль смотрел даже ласково, я бы сказала. Не отводя взгляда.

   Раньше я думала, что едва встречу его, то убью. За все, что чувствовала из-за его ухода. А теперь захотелось обнять и спрятаться в его руках, потребовав законные два года...всего. И поцелуев, и объятий, и разговоров и...всего остального.

   - Что это ты делаешь?! - возмутилась я, глядя, как он стаскивает рубашку.

   - Собираюсь плавать, - невозмутимо отозвался Смиль. - Что тебя не устраивает, рыжая? Можешь не беспокоиться, я видел за свою жизнь достаточно голых девок.

   Я покраснела и ощутила острое желание чем-нибудь ему двинуть. Да вот хоть камушком...на дне их огромное количество!

   Но дернуться я не успела: он прижал меня к себе, не давая даже дернуться, заставил, потянув за мокрые волосы, откинуть голову назад, и принялся целовать шею, прекрасно зная, как это на меня действует.

   И я наконец-то расслабилась. Впервые почувствовав себя хорошо за последние два года, в этих руках, чувствуя этот запах. Мне показалось, Смиль стал еще красивее.

   - Я так скучала, - вздохнула я.

   - Я тоже, - нетерпеливо отозвался мужчина. - Элвин, я надеюсь, у тебя никого не было с момента нашего расставания?!

   - А если и был, то что?! Думаешь, можно меня бросить, вернуться через два года и думать, что я, как верная собака, жду хозяина?!

   - Да, демоны тебя сожрите! - он вытащил меня из воды, уложив на мягкую, нагретую солнцем траву. - Да, я думаю, что ты ждала меня!

   Поцелуи, хриплый голос, тяжелое дыхание. Я действительно скучала по нему.

   - Все, хватит, - скомандовал Смиль.

   И я испугалась, что сейчас он заставит меня вернуться в общежитие.

   - Я не собираюсь больше играть в порядочного.

   И, как контраст со словами, я почувствовала очень осторожные объятия и очень нежный поцелуй.

   . - Лет двадцать назад я на этом же месте...ох, как мы с твоей мамой тогда подрались... Это она мне шрамы на спине оставила.

   У меня даже дар речи пропал. Вот уж действительно бурное прошлое. А мама ограничилась мимолетным упоминанием о студенческом романе.

   - А теперь здесь лежишь ты. Красивая, гораздо красивее матери. Намного.

   - Я каждый день проверяла списки, - сказала я. - Я думала, ты меня бросил.

   - Знаю, знаю. Прости, рыжая. Я не мог оставаться рядом, я должен был дать тебе выбор. Должен был заработать хотя бы на кольцо.

   Я против воли рассмеялась. Из-за глупого желания соответствовать каким-то навязанным стереотипам, он лишил нас двух лет, за которые можно было сделать очень много. И теперь медлил, нарочно заставляя меня ждать. И страх уже отступил, осталось лишь осознание того, как сильно я люблю этого человека.

   - Ты дурак. Мама обещала вернуть тебе титул и состояние, твой отец оставил тебе кучу денег. Мама сама сказала, что как муж принцессы ты идеален. Если брать за основу обеспеченность.

   - Дурак, - согласился Смиль. - Еще и дурак, который припер недостойное принцессы кольцо.

   - Да плевать мне, какое у тебя кольцо! - разозлилась я. - Ты пришел. Ты здесь. Еще раз меня бросишь, убью.

   - У тебя правда никого не было? - он прищурился.

   Впрочем, подозрения я в глазах не видела. Скорее желание обладать полностью, ни с кем не делясь.

   - Проверь, - улыбнулась я.

   - Здесь?

   - То есть, ты тут устроил бурную встречу не за этим?! - удивилась я.

   Но при взгляде в его глаза веселое настроение улетучилось. Да, здесь. Сейчас, с ним, вот так вот, на теплой траве, под шорохи листвы.

   Я открыла было рот, чтобы выразить все, что чувствовала в этот момент, но Смиль прижал ладонь к моим губам.

   - Будешь много болтать, я найду, чем тебя занять, - пригрозил он. - Молчи, рыжая. Потом поговорим. Позже, намного позже.

   С ним было безумно хорошо. Выразить словами то, что чувствовала я после двух лет разлуки, было нельзя. Слезы бежали по щекам, я не могла поверить, что действительно обнимаю его, что теперь уже точно никуда не денется этот мужчина, полный противоречий и порой слишком грубый, но любимый и - в этом я почему-то не сомневалась - любящий.

   - Я люблю тебя, - мне показалось, я услышала это от него впервые.

   Любимой называл. А вот слов любви не слышала.

   И поцелуй, который последовал, никогда еще не был таким желанным и таким приятным.

   - Идем к тебе в комнату, - прошептал муж. - Вдруг кто появится? Обсуждать начнут.

   - Здесь никого нет, - я поморщилась. - Все уехали на каникулы.

   - А ты почему не уехала?

   - Потому что мама уехала к родителям, а папа здесь остался. Какой смысл ехать домой, если один родитель в сутках пути отсюда, а второй на два этажа ниже?

   - И то верно. И все-таки идем к тебе. Еще простынешь.

   Он закутал меня в рубашку, чмокнул в нос и, как всегда, крепко ухватил за руку, потащив к замку. Я смеялась, глядя на широкую спину мужа. Привычки не меняются. Но все же он оттаял и больше не выглядел таким нелюдимым. Да и я повзрослела и, кажется, начала понимать мотивы поступков Смиля. Никогда еще я не чувствовала, что нужна кому-то очень сильно. Многое понимала разумом, и то, что мать меня любит, и что отец любит, и что я достаточно красива, чтобы нравиться парням. Но никогда не чувствовала, не знала интуитивно, что меня любят настолько сильно. И было немного страшно от этого, хотя уверенность Смиля развеивала все страхи. И изрядно веселила.

   Мы вошли в пустой холл, когда мимо стремительно пронеслось что-то пушистое. А вслед за ним из коридора, ведущего к столовой, выскочил отец.

   - О! - воскликнул он, заметив меня. - Элвин!

   А потом перевел взгляд на Смиля и я закусила губу.

   - Это хорошо, что ты мне попался.

   Даже Смиль подрастерял свою самоуверенность. Я так вообще замерла в шоке.

   - Пошли енота ловить.

   - Чего?! - обалдел муж. - Какого енота?

   - Не спрашивай, - тяжело вздохнул папа. - Ненавижу студентов. В следующем году на пенсию. Вот зачем вы вытащили енота из живого уголка?!

   - Я-то здесь причем? Я вообще гулять ходила. Пусть ловят те, кто выпустил.

   - Их еще найти надо. И найду, - мрачно пообещал папа. - Так, пошли енота ловить.

   Смилю ничего не оставалось, как подчиниться. Он кинул на меня предупреждающий взгляд. Красноречиво. Ждать в комнате. Лучше не высовываясь. Вздохнув, я побрела к себе.

   И сама не заметила, как уснула, развалившись на кровати.

   Проснулась лишь от того, что меня подняли и заключили в объятия.

   - Поймал енота? - пробормотала я.

   - Поймал. И енота. И лисичку поймал, - усмехнулся Смиль, ероша мои волосы.

   - А белочку вы там с отцом не словили случайно?

   Он даже поперхнулся.

   - Я минимизирую твое общение с матерью, - буркнул он. - Ее юмор плохо на тебя влияет.

   Пальцы, тем временем, расстегивали рубашку. Он явно не собирался долго разговаривать. Окончательно я проснулась только тогда, когда Смиль начал покрывать поцелуями шею. Знал, зараза, что на такое я не смогу не среагировать.

   - Тебе все еще нравится, - пробормотал он. - Здорово. Кровать у тебя слишком маленькая. Кстати, где соседка? Она не заявится?

   - Не заявится. Она уехала. Не нравится моя кровать, будешь спать на полу.

   - Не буду, - он улыбнулся. - Спать точно не буду. Не бойся меня. Больно не будет.

   - Не боюсь, - прошептала я, зачарованная взглядом этих глаз. - Я тебя люблю.

   - Я тоже тебя люблю. Ладно, раз уж мы в таком интересном положении, прежде чем я получу свою принцесску, надо на тебя кольцо надеть.

   Он дотянулся до куртки, валявшейся на полу, и достал из кармана небольшую картонную коробочку.

   - Красивое, - улыбнулась я, доставая аккуратное тонкое колечко с маленьким камушком посередине. - Спасибо.

   Смиль уже не слушал. Его гораздо больше интересовала я.

***

   - Устала? - спросил он, убирая волосы с моего лица.

   - Ага, - я кивнула и зевнула. - Скоро утро.

   - Тебе же не нужно на учебу.

   Смиль потянулся, укладывая меня удобнее и укрывая пледом. Ночи в августе были прохладные.

   - Я так и не спросила, были ли у тебя девушки за эти два года. Хотя собиралась.

   Он почему-то рассмеялся.

   - Тебе, значит, можно, а мне нет? - возмутилась я.

   - Хорошо. Была. Одна. Рыжая такая.

   Я негодующе фыркнула. Значит, пока я здесь страдала по нему, он с какой-то рыжей шваброй развлекался! Появилось желание немедленно устроить скандал. Хорошо, что он мне не сказал этого каких-то полчаса назад. Зубы у меня острые, а мужчины в некоторые моменты бывают очень уязвимыми.

   Смиль успокаивающе положил руку мне на спину. И воевать расхотелось.

   - Я думал, что ушел навсегда. И решил, что лучший способ отвязаться от мечты заполучить тебя - это найти что-то похожее и как следует...хм...ну, в общем, она и рядом с тобой не стояла. Не ревнуй, рыжая. Ты самая лучшая девушка на свете. Во всех смыслах.

   Я улыбнулась.

   - А мне сравнивать не с чем.

   - Ну, в себе-то я не сомневаюсь. Да и ты еще слишком наивная, чтобы прятать эмоции. Так что не надейся от меня сбежать, любовь моя. И засыпай.

   Я до последнего не хотела закрывать глаза, боясь, что на утро Смиль исчезнет, снова меня оставив. Но он, кажется, этого делать не собирался. Водил пальцами по обнаженной шее, перебирал кудри, осторожно гладил шрамы и что-то бормотал, но что, я уже не понимала. В небольшой комнатке Риверского Магического Университета было все, о чем я мечтала.

   Мне никогда не стать такой как мама, не быть сильной и смелой. Никогда не мечтать изменить мир или править Империей.

   Но...быть может, я смогу стать хорошей женой для этого мужчины, который больше всех в мире нуждался в счастье?..

Конец



home | my bookshelf | | На вторых ролях, или Экзамен по спасению принцессы (СИ) |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 53
Средний рейтинг 4.2 из 5



Оцените эту книгу