Книга: Шалость судьбы



Шалость судьбы

Ольга Готина

Шалость судьбы

Купить книгу "Шалость судьбы" у автора Готина Ольга

Шалость судьбы

Глава первая

Когда учебная сессия в академии стихий подошла к концу, с облегчением вздохнули не только студенты, но и преподаватели. Вокруг царила атмосфера безграничного празднования, а когда стало известно, что наш многоуважаемый ректор ушел в отставку, адепты и вовсе перестали соблюдать правила. Фактически, до прибытия нового главы академии, мы оставались детьми беспризорными и могли творить все что пожелаем. Преподаватели порядком устали от наших магических потуг и разъехались кто куда чтобы отдохнуть, а за порядком остался приглядывать старый завхоз Гутор, которому было все равно на наше времяпровождение, если при этом мы не рушили стены замка.

Сейчас тут творилось веселье и раздолье вперемешку с беспробудными пьянками. Мне даже было немного жаль, что я не могу присоединиться к этой анархии, поскольку уже пообещала матери приехать домой на неделю каникул.

И вот, покидая родную академию, я лишь могла надеяться, что когда вернусь, ее стены будут еще целы.

Порталы перемещения требовали огромной энергозатраты, на которую я, к сожалению, не была способна, поэтому ехать домой пришлось, наняв экипаж. Борясь со скукой, сидела и развлекалась с ветками и листьями, которые левитировала с помощью ветра за окном. Я маг стихийник и зовут меня Юна. На данный момент я владела лишь одной стихией. Пределом мечтаний могло быть чтобы в тебе пробудились все пять стихий: огонь, вода, воздух, земля и дух. Последний к слову был большой редкостью и позволял магу, владеющему духом, подчинять себе призраков и пользоваться магией принуждения без всяких сложных магических ритуалов. О других особенностях данной стихии я не слышала, да и это могло быть только домыслами. Дух проявлялся только у тех магов, в ком пробудились все четыре стихии природы, а таких в нашем мире были единицы. Если выбирать из всех стихий, то меня всегда восхищал огонь. Его сильная и необузданная мощь завораживала, и я надеялась, что именно эта стихия пробудится во мне следующей. Буду честна с собой, надеяться на то, что я смогу стать магом стихийником трех стихий было слишком оптимистично. Одна стихия — повсеместно, две — это было нормой, три — было уважаемо, потому как такие люди уже встречались достаточно редко, четыре — семьи самых высоких кровей, пять — единицы.

Даже наш многоуважаемый ректор Кано, отбывший в отставку, владел лишь тремя стихиями, огнем, водой и землей.

Но как бы я не надеялась что моей второй стихией, если такая пробудится, станет огонь, этого было мало. В моей семье никто не владел стихией огня, матери были подвластны вода и земля, а отец был обычным человеком, без какой-либо магии. Будучи полукровной, я имела все шансы навсегда остаться лишь с одной пробудившейся стихией — воздухом, но об этом я старалась не думать.

Стихии могут проснуться лишь до совершеннолетия, которое наступает в двадцать лет, а мне уже было восемнадцать, это значит, что с каждым днем мои шансы таяли.

Обучение в нашей академии начинается с пятнадцати лет, именно в этом возрасте пробуждается первая стихия. Когда это происходит, ребенок считается автоматически зачисленным в академию стихий, где нас начинают обучать магии. Да-да именно магии, а не умению пользоваться своей стихией, эта магия произрастала из нашего природного начала, которое и позволяло управлять природными явлениями. Прикасаясь к ней, мы могли колдовать, а наша магическая сила так же изменялась в зависимости от количества подвластных нам стихий.

Меня как следует тряхнуло, концентрация была потерянна и ветки с листьями рухнули вниз.

— Приехали! — крикнул мне извозчик и я, подхватив свой огромный рюкзак, вылезла на городскую мостовую.

До любимого дома еще было десять минут пехом, но это меня не пугало, я соскучилась по столице. Мои родители неплохо устроились, мать, благодаря своим умениям, была флористом, и одним из ее постоянных заказчиков являлся сам король. Отец занимался не менее востребованным делом, он был врачом и, хотя магией он не владел, лечить он умел. В помощницах у него была бабка, которая умела стряпать все нужные зелья, но сама врачевать не особо любила.

Направляясь к дому родителей, я уже мечтала о пирожках, да-да, вы не ослышались. Доля бедного студента тяжела, вы думаете, в академии хорошо кормят? А вот и нет, вкус еды зависел от настроения домовихи, а та, судя по тому, что мы ели последние два года, все глубже опускалась в депрессию. А может и просто разленилась.

Позади меня послышался цокот копыт, стоило бы отойти и уступить дорогу всаднику, но оглянувшись и удостоверившись, что это не королевский экипаж, я все так же не торопясь шла по улице. Всадником был очередной надменный лорд, а представители знати меня раздражали. Все лорды были заносчивы и высокомерны, воспринимая простых граждан как прислугу, а я не любила оказываться в чьих-то глазах на подобном уровне. Людей без магии они унижали, в детстве я видела много примеров неуважения к своему отцу от лордов. Я, являясь полукровкой, в их глазах была такой же грязной и недостойной как люди без магии.

Неизвестный позади меня кашлянул, видимо считая, что услышав это, я тут же отскочу и уступлю ему дорогу. Ага. Щас! Во мне проснулась очень вредная и мстительная особа. Я продолжала неспешным шагом идти вперед.

— Уступите дорогу, — подал голос неизвестный.

Ему повезло, что мне и так нужно было свернуть в сторону окраины города, оранжереи моей матери нуждались в пространстве, которого город дать не мог, поэтому наш дом находился на отшибе, с одной стороны которого простирался город, а с другой покатый спуск к лесу.

Я вздрогнула и, запнувшись о камень, упала, когда лошадь пронеслась мимо. Неизвестный лорд, как оказалось, свернул следом за мной и уже потерял терпение. Я чувствовала, как начинает болеть нога и наполняемая ненавистью ко всем лордам взмахнула рукой, отправляя под ноги его лошади камешек. Умное животное перепрыгнуло его, но при этом заржало и встало на дыбы, скидывая с себя всадника. Поднимаясь с земли, не без удовольствия наблюдала, как сброшенный лорд катится вниз по пригорочку. Быстренько отряхнув попу и руки, я направилась дальше, услышав чертыханья, когда проходила мимо лошади. Та с любопытством смотрела вниз, пока ее лорд вставал и отряхивался, мне, если честно, тоже хотелось постоять рядом с ней и насладиться этим зрелищем, но боюсь, когда он поднимется обратно мне уже не будет так весело и, прибавив шаг, быстро вбежала во двор своего дома.

— Мам, пап! Я доооома! — закричала что есть мочи, влетая по ступеням. Первым меня встретил отец, я влетела в его объятия и почувствовала родной запах. Из глубины дома уже показалась мать, которая так же заключила меня в свои объятия, я чуть не замурлыкала как довольная кошка, почувствовав запах домашних пирожков.

Но тут за моей спиной послышался стук, а затем голос.

— Мне сказали, здесь живет врач, мне нужно пополнить запас лечебных зелий.

Застыла, уже подозревая, кому может принадлежать этот голос, но оборачиваться не торопилась.

— Да-да, пройдемте, — ответил отец, желая поскорее разделаться с клиентом.

Мама потянула меня за собой на кухню, но, не удержавшись, прежде чем скрыться из сеней я обернулась и встретилась взглядом с растрепанным и грязным лордом, в глазах которого промелькнуло узнавание. Не в силах сдержаться я широко улыбнулась, отметив его потрепанный вид, и захлопнула за собой дверь, отрезая от нас мужчин, которые направились в рабочий кабинет отца.

— Как ты исхудала, — воскликнула мать, начиная меня ощупывать

На это я не жаловалась, лучше уж быть стройной, чем толстой, так что это было единственным плюсом стряпни домовихи.

— У нашей домовой депрессия и готовить она стала отвратно, но мы студенты держимся, — бодро ответила я.

— Ничего, я тебя откормлю, и с собой тебе напеку пирожков побольше, накормишь своих друзей.

Я была очень даже не против, да и друзья мои от такого придут в жуткий восторг, если конечно я сумею довезти до них пирожки и не слопать все по дороге.

— Там в саду клубника уже вовсю растет, — невзначай заметила мать.

Мои глаза загорелись. Клубника!

Это было единственное, что способно ненадолго отложить мою встречу с пирожками. Я вновь вылетела во двор, достигнув грядок с сочной красной аппетитной клубничкой, и стала собирать ягоды в подол платья. Не удержавшись, я засунула пару ягод в рот, наплевав на всех мыслимых и немыслимых микробов.

Когда за моей спиной послышался строгий голос, застыла, прижав к себе свернутый подол с ягодами. Я находилась в любимой позе всех девушек работниц с полей, то есть попой к верху, да еще и с задранным подолом. Стыдоба короче.

— Значит, вы любите калечить людей с помощью стихийной магии?

Я медленно выпрямилась, медленно не потому что опасалась лорда, который застыл за моей спиной, а потому что боялась рассыпать свою драгоценную клубнику.

Развернувшись к нему лицом, я захлопала своими невинно большими глазами.

— О чем вы говорите? Нету у меня стихийной магии, — жаль, под деревенщину не закосишь, в столице все-таки нахожусь, но на девочку без магии, запросто. Отец то у меня обычный человек, не маг и в этом лорд уже должен был убедиться, — совсееем нету, — я жалобно всхлипнула.

Лицо лорда вмиг изменилось с решительного и недовольного на растерянное и виноватое. Еще бы, в его понимании не могло быть ничего ужасней, чем расти человеком. Я не стала дожидаться, когда эта растерянность сменится презрением и отвращением, которым они так любили смеривать людей и наигранно всхлипывая, кинулась к дому, аккуратно придерживая подол с ценным грузом. На кухню вернулась уже не всхлипывая, а сияя от предстоящих мне вкусностей и принялась мыть ягоды.

Отец, разделавшийся со своим клиентом, пришел к нам, и мы устроились за столом, чтобы провести тихий семейный обед.

— Ну что нового дочка? Выглядишь здоровой, только уставшей.

— Так экзамены, па, конечно я уставшая. Эти злюки из нас все соки высосали.

— Юна, — одернула меня мама, — нужно вежливей говорить о своих преподавателях.

— Даже если они о нас говорят невежливо? — решила уточнить я.

Папа лишь тихонько посмеивался, заносчивых магов он не любил, как и я. Причина была понятна. Лишь поселившись здесь к нему стали относиться более или менее уважительно из-за его профессии и того, что услуги матери пользовались популярностью при дворце.

— А как твои силы? — переключилась мама на новую интересующую ее тему — новой стихии до сих пор не чувствуешь?

— Нет мам, пока нет.

— Жаль, пробудись у тебя земля, я научила бы тебя тому, что умею.

— Я не хочу растить цветы, — отмахнулась я, — я хочу стать … боевым магом! Или еще кем-то настолько крутым. Еще я хочу путешествовать, а не сидеть постоянно на одном месте.

— Боевые маги владеют минимум тремя стихиями, — чуть замялся отец, явно намекая на то, что с такой наследственностью мне это не светит. Но тут же опомнился, не желая меня огорчать, — этот лорд, что сейчас заезжал, боевой маг, кстати.

— Да он и на лошади то удержаться не может, — удивилась я, — какой из него боевой маг?

— Что значит, не может на лошади удержаться? — насторожилась мама.

— Ну…. Видела я по дороге, как он в канаву упал, — как бы между прочим заметила я.

Папа тихо посмеивался, так же получив от мамы строгий взгляд.

— То-то у него вид такой помятый, — он широко мне улыбнулся.



Глава вторая

Дома было хорошо, я провела остаток своих каникул, полностью забыв об академии. Помогала отцу и матери, гуляла по городу и ела клубнику. Но нужно было возвращаться обратно. Выехала я вечером, выслушав много упреков от родных, но заверила что до академии дорога прямая и спокойная, а если что, воспользуюсь магией и наподдаю всем разбойникам по причинному месту. Плечо мне оттягивал рюкзак, набитый под завязку едой и зельями от простуды, которыми меня снабдил отец. Вещь полезная и в быту востребованная, простудами у нас болели очень часто, причиной тому были худые окна и огромное количество магов воздуха, устраивающих везде сквозняки. Как бы я ни хотела приключений, по пути нам действительно не встретилось ни одно захудалого разбойника и у ворот академии я оказалась уже далеко за полночь, естественно нарушая комендантский час. У меня был один проверенный способ проникнуть внутрь территории незамеченной, только вот накрылся он медным тазом, потому как меня ждал сюрприз. Едва я приблизилась к стене, то потеряла связь со стихией и почувствовала, как школу окутывает магия. На два шага от стены мои силы блокировались. Я ошарашено взирала на стену. Неужели приехал новый ректор? Фу ты, ну ты. Вот это он зверь, если решил окутать школу такой защитой, сколько же у него сил? Место у нас было конечно глухое, но школа была абсолютно безопасной, никому и в голову бы не пришло проникать на территорию, себе дороже будет. Ну, не считая студентов, тайком выходивших ночью в ближайшее село, видимо именно на нас и была направлена защита, чтобы пресечь все незаконные вылазки.

У меня был вариант пойти с повинной к воротам и просить Гутора пустить, не сдавая новому ректору, но что-то мне подсказывало, что он захочет выслужиться перед новым начальством, а значит, сдаст с потрохами. Я вновь приблизилась к стене, прикасаясь к ней руками и закрывая глаза. За что мне это? Неужели придется ночевать под стенами замка?

Я почувствовала магию, окольцовывающую школу, она распространялась лишь на стену, мешая ее преодолеть, но… Я отскочила от стены и бросилась вдоль нее, наплевав на то что ноги утопают в грязи, потому как почувствовала что защита имела брешь, которую можно было использовать чтобы проникнуть на территорию.

Пришлось обогнуть почти пол территории школы, прежде чем я достигла свободного от магии участка. Сейчас я больше напоминала хрюшку чем адептку, сапоги и подол в грязи, полы дорожного плаща тоже все испачканы. И все из-за нового директора! Радовало лишь то, что этот лорд даже защиту нормально поставить не смог. Мое недовольство было настолько сильным, что я даже высказала его вслух, ища место почище, чтобы вступить на него.

— Чистоплюй гноможопий! Защиту он установил! — мои ботинки снова вляпались в грязь, и мне было их отчаянно жаль.

Я застыла на месте, прямо напротив магической бреши.

— Ну что, маг плешивый, — довольно промолвила я, — стихийник блохастый, не умеешь ты защиту ставить, на том и спасибо!

Я накинула на голову капюшон, чтобы не растрепать ветром волосы и, раскинув руки в стороны, прикрыла глаза, концентрируясь. Одно дело поднять в воздух веточку, другое дело собственную тушку.

Ветер налетел на меня, подхватывая, и я открыла глаза. Аж дух захватило! Все-таки, чувство полета оно неописуемое. Но силы мои не были безграничны, и я направила себя к краю стены. Оказавшись уже над ней, я поняла, что маг был не дилетантом и, кстати, совсем не плешивым. Он, открыв рот застыл прямо посреди лужайки перед стеной уставившись на меня, ведь я его прервала на моменте окончания защитного заклинания, которое должно было замкнуться именно в этом месте. Новый ректор, а я почему-то уже не сомневалась, что это он, уже начал отходить от шока, а я с ужасом узнала в нем лорда, которого неделю назад спустила с пригорочка. Отчаянные времена требуют отчаянных мер и, зажмурившись, я отпустила ветер и полетела прямо на мужчину, который лишь успел крикнуть возмущенное «Адептка!»

Для меня приземление было мягким, а вот для него явно не очень, кажется, мой локоть успел угодить ему в глаз. Радуясь, что мой капюшон не слетел, открывая лицо, я снова призвала ветер, надеясь, что директор владеет другими стихиями и с его помощью припечатала мужчину к земле, а сама резво вскочила и со всех ног кинулась в сторону общежития.

То ли стихией воздуха он не владел, то ли был в глубоком шоке от моей наглости, но в холл я влетела без преследователя, но то, что он скоро появится, было очевидно. Я встала между выбором: бежать в свою комнату или переждать бурю в другом месте, когда услышала громкие крики студентов где-то в конце коридора, там была очередная вечеринка, видимо прощальная. Решив, что наилучший вариант спрятаться — это затеряться в толпе я кинулась в ту сторону, на ходу снимая с себя плащ. Народу в комнате было человек пятнадцать, которые сначала удивленно уставились на влетевшую меня, а затем радостно закричали, приветствуя. Я уже оперативно повесила плащ на вешалку и скинула рюкзак там же и продвинулась вглубь комнаты, где меня тут же начали обнимать и предлагать выпить. Праздновали они судя по всему долго, возможно даже не прекращали с того дня как я уехала. Но общее веселье прервала дверь, отворившаяся с грохотом. Конечно, никто не соображал, какая опасность надвигается, а я, чисто по инерции быстро присела, прячась за спиной одного из парней, и тут же нырнула в единственное укрытие, что было совсем рядом — под кровать.

— Что здесь происходит? — строгий голос заставил веселье стихнуть, — неужели вы не ознакомлены с распорядками школы? Распитие алкоголя запрещено! И шумные сборища после полуночи тоже!

Кто-то нервно икнул, видимо начинал понимать в какой ж… компрометирующей ситуации мы оказались.

— Я ваш новый ректор и жду завтра каждого из вас в своем кабинете! Каждого из шестнадцати здесь присутствующих. Адептка! Вылезайте из-под кровати, я прекрасно вижу вашу… — он замялся, — вас я вижу.

Я поняла, что обращался он ко мне, и попятилась назад, вылезая наружу. Поднимаясь на ноги, я не торопилась разворачиваться к нему лицом. Может он уже и забыл меня? Ну пожалуйста!

— Повернитесь адептка! Что за поведение, прятаться под кроватью!

Вздохнув, я развернулась и встретилась с ним глазами.

Узнал. Определенно узнал. Иначе, почему у него так вытянулось лицо, а затем недобро вспыхнули глаза. Затем его глаза скользнули вниз на мое платье и ноги… изляпаные в грязи. У всех остальных в комнате ноги были чистыми.

— Так это вы нарушили комендантский час и перелетали через стену, — он даже не спрашивал, — идемте со мной, а остальные явятся завтра, когда протрезвеют.

Ребята уже тихонько прятали бутылки и стыдливо опускали глаза. Ректор вышел в коридор и застыл у раскрытой двери, выжидающе смотря на меня. Оставалось лишь смириться со своей участью и, забрав свой плащ и рюкзак, я вышла к нему.

— Идите впереди, где кабинет ректора вы наверняка знаете.

И вот так, под постыдным конвоем я поплелась в учебный корпус.

Корпуса в академии были соединены переходами. Было в моей голове трусливое желание снова сбежать, но здравый смысл говорил, что бежать некуда. Да и лицо он мое уже видел, еще и узнал! Главное, чтобы теперь вообще не выгнал из академии, и так вон, идет, почти на пятки наступает и дышит как-то слишком недобро и шумно. Я попыталась оценить ситуацию и свое положение. С пригорка спустила это раз, соврала, что не имею магии это два, нарушила комендантский час — три, кажется, въехала локтем в глаз, приземлившись прямо на него, да еще и использовала магию, чтобы сдержать — это четыре. Кстати, а что у него с глазом? Я попыталась украдкой оглянуться, в итоге извернулась как только смогла, чтобы увидеть следовавшего за мной лорда и оценить нанесенный ущерб. Помят — да, но фингала под глазом или других серьезный увечий не наблюдается, только вот… показалось или он немного прихрамывает?

— Адептка! — вскрикнул он, но поздно. Я слишком увлеклась, пытаясь оценить степень своего попаданства в неприятности, и не вписалась в поворот, неудачно врезавшись в арку, обрамляющую вход в учебный корпус. Стыдно-то как…

— Вы что еще и пьяны? — грозно спросил мужчина.

— Нет, — поспешно ответила я, список моих косяков и так был непростительно длинный, а он еще один навесить собрался.

Ректор уже поравнялся со мной и, подойдя совсем близко, строго потребовал.

— А ну-ка дыхните!

Я послушно дыхнула.

Лицо мужчины было настороженно, но запаха алкоголя он конечно не почувствовал. Однако это меня совсем сейчас не волновало, потому как я смогла увидеть его лицо и с ужасом заметить, что правый глаз ректора немного покраснел. Фингал я ему все же поставила…

— Идите, давайте, — велел он мне, нахмурившись, — и постарайтесь больше никуда не врезаться.


В кабинете все оставалось по старому, не то чтобы я часто бывала в кабинете у ректора, но пару раз доводилось. Так вот, вещи прежнего главы академии магии исчезли, но остался старый дубовый стол у окна, красные кресла перед ним и шкафы с документами. Стоило нам войти в кабинет, как лорд щелкнул пальцами и в камине взметнулись языки огня. Я завистливо уставилась на пламя. Он владел моей самой любимой стихией! Интересно, что ему еще подвластно?

— Садитесь, адептка, — велел он мне, огибая стол и опускаясь в свое кресло, голос его не предвещал ничего хорошего.

Я медленно подошла к креслу напротив его стола, повесила плащ на спинку и опустилась на мягкую обивку, пристроив рюкзак у своих ног.

Молча уставившись на ректора, я наконец-то разглядела его, не отвлекаясь ни на что другое. Глаза у него были темно карие и блестели ох как недобро, а сейчас, при освещении камина, казались почти черными. Волосы короткие и вероятно обычно аккуратно уложенные, однако мне доводилось видеть их только всклокоченными, а сейчас я вообще заметила в них пару травинок и подавила в себе смешок. Брови его были нахмурены, а руки сложены перед собой. Я разглядела на пальце старинный перстень, очевидно являвшийся родовой реликвией. «Очередной Лорд, гордящийся своим титулом», тут же подумала я и снова посмотрела на его лицо. Ректор явно был посажен сюда по протекции, уж слишком он молод для данной должности, на вид в диапазоне от тридцати, до тридцати пять лет. Отец сказал, что он боевой маг, видимо никудышный, раз его отправили возглавить академию стихийной магии, ведь какой нормальный маг захочет быть заперт в четырех стенах и руководить кучкой молодых адептов?

— Итак, как ваше имя и курс адептка?

— Юна Аро, третий курс, — отчиталась я.

Тут же поднявшись с кресла, он отошел к стеллажу, задумчиво осматривая его. Здесь хранились все личные дела адептов, пробежавшись пальцами по полкам, он остановился в нужном месте и извлек на свет папку с моим именем.

— Итак, адептка Аро, — он возвращался к месту, читая мой файл, — третий курс, стихия воздуха и…. все? Здесь правильно указано?

— Да, только воздух, — сухо подтвердила я.

— А как же «нету у меня стихийно магии» — передразнил он меня, припоминая нашу первую встречу.

— Нуу….

— Не трудитесь придумывать оправдания, — отрезал он, — и так все ясно. По-вашему это этично использовать стихийную магию, чтобы калечить людей?

— Я не использовала магии, — для убедительности даже отрицательно покачала головой, — кто же виноват, что вы на лошади не смогли усидеть, — вырвалось уже по инерции, и я испуганно прикусила язык. Вот дура!

Лорд побледнел, видимо от злобы и провел рукой по своим грязным волосам. Травинки тут же перекочевали на его ладонь, и он посмотрел на них удивленно, после чего отбросил в сторону.

— Вы не можете наказать меня за то, что было за стенами академии! — поспешно выпалила я, придумав лазейку.

— Допустим, — недовольно согласился ректор, — но вы нарушили комендантский час.

— Понимаете, у нас… проблемы были с экипажем и я немного задержалась.

— Вы могли пройти через главный вход и написать объяснительную с причиной опоздания, а не перелезать через стену проклиная мага, которым, видимо, являлся я.

Я медленно сползала по спинке кресла вниз, желая провалиться куда-нибудь в подвал.

— Да, адептка, я все слышал и про мага плешивого и про стихийника гли… бла….

— Блохастого, — тихо прошептала я себе под нос и к счастью в этот раз он не услышал.

— И что же с вами делать адептка Аро? — он снова сложил свои руки перед собой, сцепив пальцы, и внимательно посмотрел на меня.

Я подтянула рюкзак с пола на колени и, расстегнув молнию, залезла внутрь. Пошарив внутри и распространив на весь кабинет запах пирожков, извлекла наружу небольшую синенькую баночку и поставила на стол перед ректором.

— Вот, это поможет.

— От чего поможет? — глава академии магии взирал на меня с удивлением, я же смутившись, ткнула пальцем в его лицо, показывая на глаз.

— От фингала под глазом поможет.

Ректор как-то уж слишком тяжко вздохнул и протянул руку, забирая себе баночку.

— Ладно, идите уж, адептка.

Я подскочила с кресла, прижимая к себе рюкзак, и кинулась к двери.

— Адептка Аро! — я зажмурилась, сдерживая желание выругаться, вот знала же, надо еще быстрее бежать пока он не передумал. Осталось ведь всего ничего, полшажочка до двери.

— Да? — я нехотя развернулась.

— Вы плащ свой забыли, — он кивнул на кресло, где действительно валялся мой плащ.

Я поспешно вернулась, забирая забытое и промямлив досвидание выскочила за дверь, облегченно выдыхая. А ничего ректор, нормальный мужик оказался, может он и не лорд совсем?

Глава третья

Моя соседка Айлин разбудила меня прицельно запущенной подушкой, вставать совсем не хотелось, поэтому я обняла подушку и продолжила спать.

— Юна! Вставай, пора на завтрак.

— К черту завтрак, все равно он отвратительный. К тому же у меня пирожки остались, — промычала я сквозь подушку.

В ответ мне была тишина, а за ней тихое шуршание. Я тут же открыла глаза, осознав, что соседка уже нагло тырит мои пирожки.

Айлин сидела прямо на полу с моим рюкзаком в обнимку, и во рту у девушки уже исчезло пол пирожка. Ради защиты своего завтрака я даже встала с кровати, достав и себе пару пирожков, и вернулась на кровать, залезая на нее с ногами.

— Пожалуй, я тоже на завтрак не пойду, — заявила наглая соседка, доставая себе второй пирожок, но откусить от него не успела, испуганно выронив, как только по академии внезапно раскатился громкий голос, смутно мне знакомый.

— Адепты Академии Стихийной Магии, будьте добры собраться в столовой через десять минут.

— Это еще что такое, — Айлин поспешно подхватила с пола выроненный пирожок и посмотрела на него с сожалением, раздумывая, сколько микробов он успел собрать.

— Это наш новый ректор… — задумчиво ответила я, потянувшись за одеждой.

— А как он так… аааа магия воздуха.

Я согласно кивнула. На самом деле он не говорил так громко, что было слышно во всей школе, просто позволил ветру разнести его слова по академии, чтобы они достигли каждого адепта. Значит, второй его стихией являлся воздух, как и у меня.

— А ты чего как поспешно одеваешься? — насторожилась соседка по комнате, наблюдая, как я уже натягиваю школьную форму.

Каждому адепту полагался стандартный набор, несколько рубашек, красного, синего, зеленого, белого, серого и черного цветов. Красный олицетворял огонь, синий воду, зеленый землю и серый воздух, белый цвет относился к духу, стихии, которой при моем обучении в академии никто и никогда не владел, а черный был стандартным цветом академии. Для девушек так же выдавалось черное платье средней длины с эмблемой академии, юбка длинною до колен, брюки и гольфы. Спортивные костюмы для занятий физической подготовки мы покупали сами, единственным требованием от академии было чтобы он имел разрешенные цвета, либо черный, либо цвет одной из стихий. Сейчас я выбрала рубашку, юбку и гольфы.

— Не хочу опоздать, ты же слышала, десять минут на сборы, — я застегнула пуговицу под горлом и быстро оглядела себя в зеркало.

— С каких пор ты такая правильная… — проворчала подруга, решительно откусывая от пирожка.

Я умолчала о том, что уже успела разозлить ректора и испытывать его терпение в ближайшее время мне не хотелось. Глядишь, если в первую неделю обучения за мной не будет никаких косяков он и про старые забудет.

Подхватив платье, оставленное вчера на стуле рядом с кроватью я критически его осмотрела, подол был весь в грязи, надень я что покороче, была бы сама как свинюшка.

— Ты где вчера так платье испачкала? — Айлин продолжала любопытствовать.

— Через стены академии перебиралась, ну там и грязища.

Я сложила платье и убрала в корзину, предназначенную для грязных вещей, домовые вычистят.

— Пошли Айлин, пока не опоздали.


Успели мы вовремя, адепты толпились в помещении, перешептываясь и иногда зажимая нос. Похоже, домовиха сожгла сегодняшний завтрак. Наша столовая уже давно не видела такого скопления народу, мы с Айлин не торопились проталкиваться вглубь, где запах гари ощущался еще сильнее, и остались поближе к выходу. Рядом с нами возникла Джинна, девушка владела стихией земли и воды и училась в одном потоке с нами.



— Девочки, вы уже видели нового ректора?

— Нет, — ответила Айлин, а я промолчала, не горя желанием описывать, где и когда я его видела.

— Говорят он молодой и красивый, — заговорщицки шепнула нам Джинна.

— А сколько у него стихий не говорят? — тут же полюбопытствовала я, потому как этот вопрос для меня был куда интересней, чем обсуждение внешности ректора, о которой я была уже достаточно осведомлена.

— Вроде бы три, — пожала плечами девушка.

Тем временем в толпе послышались шепотки и, обернувшись, я увидела ректора, взобравшегося на стул посреди столовой.

— Ой, какой он непринужденный, — тут же захихикала рядом Джинна, — и определенно, красавчик.

Лично я ничего выдающегося в ректоре не видела, но можно назвать его гуманный, за то, что он отпустил меня вчера без наложения наказания.

— Адепты! — голоса вокруг стихли, и стал слышен лишь один, — я не отниму у вас много времени, и вы сможете вернуться к завтраку. Для начала я всего лишь хочу представиться вам.

— Он что, действительно чувствуя этот запах, думает, что мы будем завтракать? — скептически спросила я у Айлин.

— Тшшшш, — раздалось мне в ответ от соседки. Ясно, еще одна пропала.

— Меня зовут Аден Дакар, но для вас я, конечно же, ректор Дакар, судя по тому, что я уже успел увидеть, дисциплина в школе хромает, с пятнадцатью из вас мы поговорил сегодня об этом подробнее и в индивидуальном порядке.

В толпе послышалось несколько тяжких вздохов.

— Надеюсь, что с остальными подобные беседы не понадобятся. Я буду вести у вас магию огня и основы защитной магии. Так же я намереваюсь встретиться с каждым, кому подвластно более трех стихий, так что не пугайтесь, если я вызову вас в свой кабинет.

— Мне уже жалко, что у меня лишь две стихии, — вздохнула рядом Джинна, — мне срочно нужна третья. Готова продать душу.

— Собственно, это все что я хотел сказать, гонять вас ради такого короткого объявления на стадион не было смысла, — ректор уже спрыгивал со стула.

Из толпы послышался голос недовольного смельчака, который, похоже, как и я предпочел бы поспать лишнее время, чем плестись в столовую:

— Да и это можно было сказать по утреннему сарафанному радио.

— К сожалению, утреннее сарафанное радио не дает вам представление о том, как я выгляжу. А как я убедился, для меня гораздо безопасней, чтобы адепты знали меня в лицо.

Послышались хихиканья, в основном, конечно же, девчачьи.

— Интересно о чем он, — сквозь смешок сказала Айлин.

— Понятия не имею, — невинно ответила я.

Именно в этот момент ректор Дакар шел к выходу мимо нас. Наши глаза встретились. Никакого фингала под глазом уже не было. На секунду мне даже показалось, что на его губах появилась улыбка, но мужчина опустил голову и прошел мимо.

Толпа в столовой начала рассасываться, пробовать завтрак желающих не было, и мы с Айлин позволили ей вынести себя в общий холл.

— И какое у нас первой занятие? — я уцепилась за подругу, чтобы не потерять ее в толпе.

— Не поверишь, основы защитной магии, никогда так не хотела на урок!

И не она одна, когда мы вошли в класс, то он был уже заполнен однокурсниками. Айлин расстроилась, что все передние места уже заняты, но меня это только радовало.

— Эй! Юна! — ребята, столпившиеся у учительского стола, окрикнули меня и среди них были и те, кого ректор вчера застукал на пьянке.

Оставив вещи на парте, я приблизилась к ним.

— Он тебя вчера сильно ругал?

— Какое наказание назначил?

— Он совсем зверь или жить можно?

Тут же посыпались на меня вопросы, а я застыла, быстро соображая, что ответить. Ну не говорить же что перед этим я прыгнула на него, заехала в глаз и поставила фингал, после чего предложила мазь от синяков и, растрогавшись, ректор отпустил меня восвояси.

— Нуууу… без наказания обошлось, — я решила, что слишком обелять ректора не стоит, да и выглядеть это будет странно, — но ругался страшно! Он просто зверь!

— Ну-ну, действительно, что с тебя взять, ты же полукровка. В любом случае нет смысла в воспитании дикарки, я удивлен, что он тебя не отчислил, наверное, оказала какие-нибудь особые услуги?

— Заткнись, — процедила я.

Этот голос я могла узнать не оборачиваясь, принадлежал он Исару Россу напыщенному индюку и одному из нескольких адептов в жилах которых текла не только голубая кровь, но и сила трех стихий.

— А то что? — медленно растягивая слова, спросил он.

Протянув руку я схватила с учительского стола сырую тряпку которой только недавно оттирали доску от мела и разворачиваясь бросила, надеясь на эффект неожиданности. И он был. В классе повисла гробовая тишина. Почему? Да потому что тряпка медленно сползала с лица ректора Дакара.

Исар, так удачно отпрыгнувший в сторону, довольно улыбался, явно наслаждаясь тем, как я попала. А вот ректор такой реакцией похвастаться не мог, да и откуда он мог знать, что по кабинету будут летать грязные тряпки. Я неуверенно сделала шажок в сторону стены, прекрасно понимая, что это уже не поможет тихо пробраться на свое место. Ректор Дакар схватил тряпку, снимая ее со своего лица и отбрасывая в сторону Исара, который вынужден был поймать ее и тут же брезгливо отнести обратно к столу. Глаза лорда блеснули недобрым огнем, когда он увидел меня.

— Адептка! — только и смог возмущенно вымолвить он.

— Ректор? — неуверенно пискнула я.

— Вы плохо слушали меня утром? — голос его становился все строже, похоже, он уже пришел в себя после такого теплого и мокрого приема.

В кабинете послышались смешки, только Айлин взирала меня с ужасом и сочувствием.

Ректор видимо ждал моего ответа, медленно достав из кармана платок и проведя им по своему лицу.

— Извините, ректор Дакар, это была случайность, — сдержано ответила я, приходя в себя.

— Идите на свое место, — процедил мужчина и направился к своему столу.

Повторять дважды мне было не нужно.

— Легко отделалась, — шепнула мне Айлин, присаживаясь рядом.

— Ты даже не представляешь насколько, — шепнула я ей в ответ.

— Адептка Аро! Я сказал сесть, а не болтать! — мы с Айлин даже подпрыгнули на месте от того как строго и резко прозвучал его голос.

Влипла я, помнил мое имя и, похоже, теперь не скоро забудет.

— Для начала я хотел бы, чтобы подняли руку все, кто владеет одной стихией.

Не испытывая сильной гордости я подняла руку вместе с несколькими студентами.

— Хорошо. У кого две стихии?

На этот раз поняла руку Айлин и большинство класса.

— У кого три?

Единственным, гордо и медленно, я бы даже сказала лениво, поднял свою руку Исар.

— Как вас зовут адепт? — ректор сделал к нему шаг.

— Исар Росс.

Ректор кивнул, услышав его фамилию.

— Я знаю вашего отца, задержитесь ненадолго после занятия.

Я скептически взирала на лорда, мнение о котором снова начинало портиться. Первым делом, единственное, что он хотел о нас знать, это количество стихий, которые были нам подвластны. Все крутится вокруг этого, как и всегда. Это чертово деление, в котором я всегда проигрывала. Для него я была студентом пустым, по сравнению с Россом, не удивлюсь, если он и относиться будет в зависимости от наших способностей. И сколько же стихий у него? Наблюдая, как он мило общается с Исаром, я не выдержала.

— И сколько же стихий у вас, ректор Дакар? — влезла я с вопросом, когда он отошел от Исара, закончив свои расспросы, и направился к доске.

Он остановился. Разворачиваясь к классу лицом, и нашел меня глазами.

— Вы, вероятно, знаете адептка, что в обществе это очень неприличный вопрос.

— Но вы ведь спрашиваете нас об этом, — пожала я плечами, — получается это тоже неэтично делить нас по стихиям.

— Я спрашиваю вас, — он сделал шаг в сторону моего ряда, медленно приближаясь к нашему столу, — потому что от этого будет зависеть наш учебный процесс, по статусу преподавателя я обязан знать о ваших способностях, чтобы наиболее полно развивать их и предоставлять нужные знания. В данном случае я должен соотнести равновесие одаренности стихиями в классе, чтобы знать какие методы защиты мне с вами отрабатывать. Вы ведь знаете, что многие вещи вам будут неподвластны, в отличие от адепта Росса? Но это исключение из правил в отношении преподавателей к адептам. В остальном же этот вопрос является недопустимым, неприличным и я бы даже сказал очень интимным, — ректор остановился рядом с моим столом, смотря только на меня, — вы хотите знать обо мне столь интимные вещи адептка?

И тут я почувствовала, как предательски краснею. С другого конца класса послышался смешок Росса.

— Итак, — ректор отвернулся, возвращаясь к доске, — если других тоже волнует данный вопрос, я предлагаю вам просто наблюдать, не так сложно понять какими стихиями владеет маг, особенно если он постоянно их применяет. Вас устроит такой ответ адептка Аро?

Я снова вспыхнула, почувствовав, как все уставились на меня, ректор же молчал, явно дожидаясь ответа.

— Да, — буркнула я.

Этот лорд определенно мстил мне за то, что я швырнула в него тряпку, заставляя краснеть перед всем классом.

— Ну, раз мы разъяснили все организационные вопросы, то давайте вернемся к уроку. Я хочу включить в нашу программу обучения не только магические виды защиты в виде заклинаний, потому как пока вы совершите эти необходимые действия, защита вам может уже не понадобиться, — он сделал многозначительную паузу, давай возможность нам самим додумать предполагаемый исход. — Но наша стихийная магия не требует длинных формул или попыток вспомнить какое-то защитное заклинание, она является нашим продолжением, потому может быть наиболее сильным средством защиты, если знать как ее применить.

— То есть вы хотите сказать, что будете учить нас драться при помощи стихий? Как этому обучаются боевые маги? — подал голос один из приятелей Исара.

— Не драться, а защищаться, между этими понятиями огромная пропасть.

— Ну не скажите, — в этот раз влез уже Исар, — кто знает, когда защита может перерасти в нападение.

— В твоем случае, даже гадать не стоит, — не удержалась я. Исару на моей памяти никогда не приходилось от чего-либо, или кого-либо защищаться. Именно он всегда нападал на других, как физически, так и морально, чувствуя особое удовлетворение от уничтожения соперника.

— Адептка Аро, выходите к доске, будете сегодня моей ассистенткой.

Я прикусила язык, но было уже поздно. Пришлось встать и выйти вперед, ректор стоял, прислонившись к столу и сложив руки на груди. Поймав на себе парочку завистливых взглядов, поняла, что желающих побыть ассистенткой было очень даже много, только вот мне «повезло» больше всех, хотя я бы с удовольствием отказалась от такого везения.

— И что мне делать? — спросила, останавливаясь у стола и без энтузиазма смотря на ректора Дакара.

— Ваша стихия ведь воздух? — я вздрогнула, почувствовав, как ветерок коснулся моего лица, шевельнул волосы и пощекотал шею.

— Д-да, — выдохнула я, смотря на наглого лорда, который только что коснулся меня стихией.

— Насколько полно вы владеете воздухом?

— Я могу вызвать смерч.

Ректор хмыкнул, а я еле сдержала довольную улыбку. Этим я действительно могла гордиться.

— А вы когда-нибудь пытались сделать из воздуха щит, адептка Аро?

Теперь пришлось отрицательно покачать головой, я даже не слышала о подобном.

— Воздух проницаем, из него нельзя сделать плотного щита, — ответила я ему.

— Думаю, нам понадобится еще один помощник, в таком случает. Адепт Росс, вы владеете огнем?

— Да, — Росс уже поднимался и шел к нам, вразвалочку и с самодовольной улыбкой. Еще бы, только что меня унизили, дав понять, что одной моей стихии будет недостаточно.

— Может мне лучше сеть обратно? — поджав губы, поинтересовалась у ректора.

— Нет, я хочу, чтобы вы остались. Сосредоточились на своей стихии и почувствовали, что я сейчас сделаю. Это касается всех, кто владеет воздухом. У вас адепт Росс достаточно сил, чтобы вызвать огонь?

Вместо ответа в руках парня вспыхнули два огненных шара.

— Адептка Аро, подойдите ко мне ближе.

Обогнув стол, я приблизилась к ректору, смотря на него настороженно. Мало ли, вдруг он еще не остыл. Да и горящие огненные шары в руках Росса, мягко говоря, меня напрягали.

— И что мне делать? — с подозрением спросила я, косясь на Росса.

— Атакуйте меня, адепт Росс, — мой вопрос ректор проигнорировал.

— Простите? — Росс не торопился, тоже удивленный таким приказом, я же сделал небольшой приставной шажок вправо, пусть они тут сами разбираются, а ассистентка умывает руки.

— Адептка, — недовольно заметил Дакар, покосившись в мою сторону, — стойте на месте.

Ага щас…

— Атакуйте Росс! Что непонятного? И желательно непрерывным пламенем, а не шарами. Иначе поставлю вам двойку.

Это подействовало, самолюбие Росса не пережило бы плохих оценок, он ведь во всем был лучшим, тем более, раз уж ректор сам просит.

И с его рук слетело пламя, направляясь в нашу сторону. Я испуганно вскликнула, думая о том, что вероятно вчера стала причиной очень сильного удара ректора головой, если он потребовал от Росса подобного, но тут Дакар вскинул руку, выставив перед собой ладонь, и огонь словно натолкнулся на невидимую преграду. Раскрыв глаза, я смотрела на то, как на расстоянии метра от меня огонь обтекает невидимый щит.

— Поднимите руку Аро, — велел он мне спокойным голосом, словно этот щит не отнимал у него сил, хотя по мне так это огромная энергозатрата.

Я выполнила его приказ и сосредоточилась. Почувствовав воздух, я даже открыла рот от удивления. Он уплотнился настолько, что был сейчас как каменная стена, не пропуская к нам ничего.

— Вы поняли принцип?

Я чувствовала стихию, чувствовала, как ректор на нее воздействует и удерживает перед собой. Я могла ее коснуться, заставить себе подчиниться, как завороженная исследуя ранее неизвестное свойство такой родной стихии, которой как я думала, уже сумела овладеть до конца.

— Отлично, вы целую минуту, продержали щит самостоятельно Аро, адепт Росс, хватит.

Я удивленно повернула голову и увидела, что ректор стоит, опустив руки, и никак не влияет на стихию. И щит упал.

Я сделала это сама? В какой момент Дакар отпустил щит? Я даже не заметила, что вся его тяжесть легла на меня. И щит упал.

Класс молчал, потрясенно и с восхищением взирая на ректора. Сейчас я бы разделила их взгляды. Воздушный щит! Это было действительно круто.

— А из огня можно такой сделать? — тут же спросил один из ребят.

— Нет, к сожалению, из огня такой не сделать, за это я люблю стихию воздуха, этот щит достаточно мощное и эффективное средство защиты, но может отнимать много сил. Давайте разберем его принцип и способ установки. Адепты Росс, Аро, можете сесть, спасибо за помощь.

Оставшуюся часть урока мы посвятили разбору данного щита. Отделив магов воздуха, ректор заставил нас упражняться. Поднявшись с мест, мы сдвинули парты к стенам и та часть студентов, что не владела стихией воздуха, развлекалась оставшуюся часть урока, бросая в нас шариками скомканной бумаги. Наша задача была поставить щит и защитить себя, но это было не так, просто как могло показаться. Росс владел тремя стихиями, но среди них не было воздуха, и парень занял место напротив меня, явно наслаждаясь нетрудной задачей, которая была на него возложена. С каждым ударом бумаги о мое плечо или голову я злилась все сильней и все меньше могла сосредоточиться. Однажды не выдержав, я вместо того, чтобы поставить щит с помощью ветра запустила бумажный шарик обратно, но Росс увернулся, ухмыляясь. Он явно радовался тому, что смог вывести меня. Лишь двое из класса смогли поставить щит, и среди них не было меня. Спустя полчаса занятие завершилось.

— Вы можете быть свободны, а вы, адептка Аро, задержитесь на секундочку.

— Неужели он тебя все же накажет за ту тряпку? — шепнула мне Айлин, забирая свои вещи. Я взяла свою сумку и оглянулась на ректора, который был у своего стола. Как знать… все может быть. Может он приберег взбучку до конца занятия.

— Увидимся на следующем занятии Айлин, если меня не съест грозный ректор.

— Да ладно, — девушка хихикнула, — он милый. Но если что, кричи.

Подруга последней покинула кабинет, и я решилась подойти к столу преподавателя.

— Вы хотели что-то мне сказать? — я остановилась в трех метрах от мужчины, он стоял ко мне спиной, перебирая какие-то бумаги на столе. Оставив их в покое он повернулся и посмотрел на меня разочарованно.

— В чем дело адептка? Вы держали щит целую минуту, но за время занятия так и не смогли повторить его.

— Я… не знаю. Это было внезапно. Я даже не ощутила, что контролирую его.

— Вы недостаточно внимания уделяете учебе, куда больше вы уделили адепту Россу, кидая в него бумагу.

Я вспыхнула. И сделала то всего раз, хоть и выглядело это слишком глупо.

И тут в руке ректора Дакара вспыхнул огненный шар.

— Давайте попробуем еще, — вполне спокойно заявил он, словно в его руках сейчас не пылал огонь.

— Вы же не собираетесь в меня это кидать? — решила уточнить я, делая небольшой шаг назад.

— Собираюсь, — и опять спокойно и с расстановкой. Точно мстит! А я думала он не злопамятный…

— Применять атакующую стихию на студентах в качестве наказания запрещено, — решила я посвятить ректора.

— Если мне не изменяет память, применять студентами стихию в отношении преподавателей тоже, — парировал он, явно намекая на то, как я дважды сделала это с ним, — но это не наказание. Я просто хочу помочь вам поставить щит.

— Кидая в меня огнем? — расширив глаза, воскликнула я.

Видимо препираться ректору надоело, и он все же швырнул пылающий сгусток в меня. Действовала я скорее по инерции, вскинув обе руки перед собой, и вздрогнула, когда огонь исчез в метре от меня.

— Я так и думал, — все тем же спокойным голосом заявил ректор, — ваша магия эмоциональна, а не рациональна.

— Вы же могли попасть в меня! — возмущенно выдохнула я.

— Не переживайте, я бы отклонил шар, вам ничего не угрожало. Но я хотел проверить.

— Я вам не подопытный кролик, — вспылила я.

— А как в вас пробудилась первая стихия, адептка?

— А вам не кажется, что этот вопрос тоже слишком личный?

— Ничуть. Ваше первое проявление стихии, дайте угадаю, вы вызвали смерч?

Я вспыхнула, и дернул меня черт похвастаться этим в начале занятия.

— Так я и подумал. Можете идти.

Жалко, что он ректор, сейчас как и в Исара хотелось в него чем-нибудь запульнуть. Но я поторопилась уйти, пока он не поставил на мне еще какой-нибудь свой эксперимент.

Глава четвертая

Одной из главных традиций и в то же время шалостью студентов было в начале каждого учебного года, в первые выходные, красть табличку с названием нашей академии и заменять ее другой. Так, в прошлом году утром на здании можно было обнаружить, гордую надпись «Кладезь мудрых и хитрых адептов», а однажды на стеле висела табличка с надписью «Накоси выкуси!» и много различных вариаций дразнилок, которые писались специально для нашего завхоза Гутора. Каждый год он усложнял меры защиты и ловушки, чтобы помешать нам сотворить эту шалость, а мы упрямо разрабатывали планы и готовили новую табличку, чтобы подменить настоящую. Последнюю кстати мы прятали, что Гутора тоже жутко злило, потому как именно ему на следующее утро приходилось бегать по академии разыскивая ее. Прежний ректор на его жалобы лишь разводил руками и, вздыхая, говорил дети. В этом году почетная миссия кражи таблички достала мне, определялся герой путем жеребьевки, и именно я сумела вытащить самую короткую спичку. Желающих в этот раз, к слову сказать, было не так уж и много, Гутор был настроен более чем серьезно, кто-то даже слышал, что он намеревался ночевать под табличкой, не спуская с нее глаз. Настолько радикальных мер он никогда не предпринимал, но мы догадывались, что он просто хотел выслужиться перед ректором. Ну что это за завхоз, у которого из под носа воруют школьное имущество, да еще заменяют его наглыми надписями?

Как бы там ни было, этой ночью на меня была возложена миссия подмены таблички, и я не могла ее провалить. Тем не менее, трудности меня не пугали. Если что, на подхвате у меня было несколько адептов, готовых устроить переполох или помочь любым другим способом, но, к сожалению, Гутор уже давно на это не велся. На моей кровати лежала золоченая табличка, изготовленная одним из адептов, на которой красовалась гордая надпись «Мы непобедимы!»

— А я слышала, что кто-то решил и ректору табличку подменить, — хихикнула Айлин, с ногами сидя на своей кровати и наблюдая за моими сборами. Я нашла в своих вещах черные брюки и толстовку с глубоким капюшоном. Я бы надела плащ, но в нем вряд ли будет удобно. Не хватало еще запутаться в полах, убегая от Гутора.

— Какую табличку? — я слышала об этом впервые.

— Ну, ту, что на дверях, где написано его имя. При мне обсуждали вариант «Кабинет сексуального ректора Дакара»

Я засмеялась, представив смущение ректора, когда он обнаружит подобное на своей двери.

— Хотела бы я видеть его лицо, когда он обнаружит этот сюрприз.

— Я тооооже, — мечтательно протянула Айлин.

— Это случайно не ты ректору подарок сделала? — прищурившись, спросила я, но девушка отрицательно замотала головой.

Сборы были закончены, а табличка подхвачена и я вышла из своей комнаты, направляясь на важную миссию. Гордость нашей академии находилась в холле учебного корпуса, но когда я подкралась к нему, то обнаружила сюрприз. Слухи не подвели, Гутор действительно решил дежурить здесь всю ночь, а вот кампанию ему совершенно неожиданно составлял ректор Дакар.

— Зачем вы здесь сидите? — удивленно спросил ректор, видимо только что заставший данную картину. Я притаилась за углом, прижимая к груди фальшивую табличку и прислушиваясь.

— Я… — завхоз замялся, видимо ректора о готовящейся диверсии он предупредить забыл, да и сейчас не был уверен, стоит ли позориться и рассказывать о том, как ежегодно его обдуривают дети.

— В любом случае, я как раз шел к вам. Я хотел попасть в башню, но как оказалось, прежний ректор мне ключей от нее не оставил.

— Никак нет, — подтвердил Гутор, — они у меня.

— Они у вас с собой?

— Нет, это надо в сторожку сходить… — я прямо слышала разочарование в голосе Гутора, как ему не хотелось оставлять свой пост.

— Вы разве сильно заняты? — от Дакара тоже не укрылось это сожаление.

— Нет, господин ректор, пойдемте, я вам найду ключи, мы быстренько, туда и обратно.

Я сидела в своем укрытии, довольнее некуда. Как же вовремя появился этот ректора в этот раз! Более удачного стечения обстоятельств пожелать было нельзя. Как только они скрылись в направлении сторожки нашего завхоза, я тут же вышла из укрытия и застыла перед официальной табличкой нашей академии, на которой гордо значилось «Академия Стихийной Магии его королевского величества». Я бережно сняла табличку и достала из кармана небольшой пузырек и перчатки, тут же натягивая последние, склонившись над нашей шутовской табличкой, я смазала самодельным клеем ее обратную сторону. Клей делала не я, а какой-то одаренный адепт воды, утверждавший, что все, что будет приклеено данной субстанцией, невозможно будет отодрать от стены. Аккуратно повесив табличку, я тут же прижала ее к стене, позволяя чудовищному клею делать свою работу. Испытания адептов данное изобретение уже выдержало, теперь предстояло проверить его нашим завхозом. Интересно как сильно он разозлится, поняв, что в этот раз табличку невозможно снять? Посмеиваясь, я стянула перчатки и вывернутые наизнанку спрятала их в карман вместе с пузырьком. Подхватив официальную табличку, я со спокойной совестью собиралась уйти обратно, как за моей спиной послышался громкий рев Гутора.

— Попался!!

Даже не оборачиваясь чтобы не открыть ему своего лица, надежно сейчас спрятанного за капюшоном, я прижала гордость нашей академии к груди и со всех ног припустила вглубь академии.

За моей спиной раздавался топот как минимум четырех ног, а значит, ректор так же кинулся преследовать воришку. Я не стала тратить время на лестницу и кинулась в переход к кабинетам первого этажа. Была у меня одна идея, жаль только оглянуться я не могла, чтобы оценить насколько они от меня отстают. Пропетляв по коридорам, я вбежала в один из учебных классов и, махнув рукой, заставила ветер резко открыть окно, срывая шпингалет. За дверью уже слышался шум и, прижав к себе табличку крепче, я на свой страх и риск подпрыгнула и позволила воздуху подхватить меня и поднять вверх. Так и застыла, зависнув под потолком параллельно полу у самого входа, ветер, прорывавшийся сквозь открытое окно, гулял по кабинету, лаская меня.

Дверь распахнулась с грохотом, Гутор, как я и думала, не тратя время на осмотр потолка, увидел раскрытое окно и тут же ринулся к нему, вылезая наружу.

Я еле сдерживала смех, смотря, как завхоз резво выпрыгивает наружу, следом за ним в кабинет вбежал ректора, судя по всему ошарашенный, и еще не до конца понимающий кого и почему они преследуют. Я уже представляла, как лощеный лорд тоже полезет из окна, но он в отличие от Гутора делать этого не торопился. Завхоз уже кричал проклятия где-то снаружи, все еще пытаясь меня преследовать, в то время как ректора Дакар остановился прямо подо мной и оглядывал кабинет. Держать себя на весу становилось все сложнее, и я молилась, чтобы он быстрее убрался восвояси. Но ректор стоял, не двигаясь и пока к счастью не смотря на потолок, но силы мои были не безграничны, и я вскрикнула, чувствуя, как стихия дрогнула, когда мои силы стали иссякать. Он вскинул голову, увидев меня в тот момент, когда я кувырнулась в воздухе и полетела вниз. Падение было мягким, в отличие от моих ожиданий и в этот раз я даже никого не покалечила, потому как ректор Дакар поймал меня на лету и теперь растерянно держал на руках. Мой капюшон слетел, полностью открывая лицо, а табличка сверкала, прижимаемая к груди.

— Адептка! — он тут же поставил меня на ноги, возмущенно озирая, — что вы творите?

— Ничего, — поспешила оправдаться я, — это традиция такая!

— Традиция? — он пригляделся к тому, что я держала в руках, — табличку воровать традиция?

Судя по голосу, к традициям он относился не очень тепло.

— Не то чтобы воровать, заимствовать, — смягчила я формулировку.

— Идемте со мной, объясните все в кабинете, а это — ректор протянул руку, выхватывая у меня гордость академии, — я забираю.

Ему пришлось приложить усилия, чтобы вырвать трофей из моих рук.

Я с сожалением смотрела на то, как он перекочевал в руки ректора. Ну не могла я провалить это задание, просто не могла. Это же позор на всю академию! Росс от души оторвется, унижая меня этим на протяжении всего года.

— Адептка, вы собираетесь идти или продолжите пожирать собственность школы глазами?

Оторвав взгляд от таблички, я посмотрела на мужчину, на лице которого было недоумение. Неужели я смотрела на свой трофей с таким сожалением? Похоже на то. А я-то думала, как хорошо, что ректор появился, отвлек на себя внимание, дал мне время сделать свое дело. Зря радовалась, когда вообще этот лорд появлялся вовремя? То под тряпки попадается, то просто под руку. Вздохнув, я обогнула его и вышла в коридор, быстро направляясь к кабинету директора, чем быстрее мы покончим с этим, тем лучше. К тому же, когда Гутор обнаружит, что фальшивая табличка приклеена намертво… в общем, лучше об этом не думать. За всем этим я совсем забыла одну интересную деталь, а именно рассказ Айлин о том, что кто-то из девушек решил и кабинет ректора наградить почетной надписью. Вспомнила я об этом, уже приближаясь к дверям, когда на глаза мне попалась небольшая, в отличие от той, которую подменила я, золоченая табличка. Оставалось надеяться, что это было лишь слухами, и никто ничего не подменял. Как только я приблизилась к кабинету достаточно близко, чтобы разглядеть надпись, то поняла, что ошибалась. Студентки были настроены очень решительно.

— Ооой, — тихо простонала я, увидев на ней почетное «кабинет сексуального ректора Дакара».

— Что такое адептка Аро? — оказалось, он расслышал мой тихий вздох.

— Н-ничего, — поспешно ответила я. Может он и не заметит разницы? Табличка как табличка. Висит, сверкает. Не читает же он ее каждый раз как в кабинет заходит!

Я торопливо подлетела к двери и схватилась за ручку, чтобы войти внутри. Никогда еще я так не стремилась оказаться в кабинете директора как сейчас.

— Что это? — послышалось удивленное, когда я дернула дверь на себя.

— Где? — невинно спросила я, оборачиваясь.

Ректор стоял позади меня, прижимая к себе табличку с названием нашей академии, и вид у него был … шокированный.

— Закройте дверь адептка, с этой стороны, — велел он мне, не торопясь заходить в кабинет.

— Вы же сказали в кабинет идти, — прикинулась дурочкой и выразительно качнула головой в сторону комнаты, которая так меня сейчас манила.

— Сейчас пойдем, — очень уж мне не нравилась интонация, с которой он это сказал, — только дверь сначала закройте на секундочку.

Пришлось подчиниться. Отпустив дверь, я позволила ей захлопнуться. В руке ректора взметнулся огненный шар, который поднятый воздухом подлетел к табличке и завис, освещая надпись еще ярче.

— Кабинет … сексуального ректора Дакара? — когда эти слова слетели с его губ, мне захотелось взвыть. Вместо этого стараясь сохранить спокойствие, молчала, смотрела на табличку. Было интересно, позаимствовали ли девушки и себе клея у талантливого студента? Очень надеялась — что нет. Молчание затягивалось, я повернула голову, искоса изучая ректора, и вспыхнула, встретив на себе взгляд его почти черных глаз. А он все молчал, снова повернул голову, чуть шевельнул губами, явно перечитывая написанное, и снова посмотрел на меня. Захотелось провалиться сквозь землю.

— Это не я, — вымолвила отчаянное, но на его месте я бы себе не поверила.

— И что? Это тоже традиция? — он выразительно приподнял брови, снова посмотрев сначала на табличку, а потом на меня.

— Н-нет.

— То есть только я удостоился такой… чести?

И вот что скажите, привязался…

— Так мы в кабинет не пойдем? — уточнила, тут же сменив тему.

— Пойдем. Нам еще многое нужно обсудить, — он кивнул в сторону таблички на своей двери, — и ЭТО в том числе.

ЭТО мне обсуждать совсем не хотелось. Дернув дверь, я зашла внутрь и подошла к креслу, в котором уже сидела не так давно.

— Присаживаетесь, — ректор вошел следом, оставил вторую табличку на своем столе, — я сейчас вернусь.

Присела на самый краешек и оглянулась, за дверью послышался шум, похоже мужчина пытался избавиться от любовно присвоенного ему звания. Я покосилась на табличку с названием академии…. А что если выкинуть ее в окно, а потом подобрать? С сожалением отмела эту идею. Заметит, да и по головке совсем не погладит. Шебуршания за дверью тем временем продолжались и были разбавлены пыхтением, а затем совсем тихими словами. Подозреваю, не совсем приличными. Похоже, девочки тоже раздобыли чудо клея…

— Адептка Аро! — на пороге кабинета появился взбудораженный ректор. Глаза его горели возмущением, рукава костюма были закатаны до локтей, в общем сразу видно, погрузился в дело с головой, — почему она не снимается?

— Не знаю, — пожала плечами, думая о том, что парнишка, похоже, действительно сделал гениальное открытие.

— Чем вы прикрепили ЭТО к моей двери?

— Да не прикрепляла я ЭТО к вашей двери.

Ох… и губы поджал.

— Если вы ЭТО сейчас же не снимете, то я наложу на вас самое строгое наказание, которое только возможно, а так же лишу вас права покидать академию на весь семестр.

Я быстро вскочила с места, выходя в коридор. Это было жестоко, он практически пообещал мне медленную и мучительную смерть в данной академии. Каждые выходные мы имели право выбираться в находившийся рядом небольшой городок, лишиться данной привилегии мне совсем не хотелось. Не говоря уже о том, что еще может к этому прилагаться. Но как снять эту чертову табличку??

Я застыла перед дверью, склонив голову чуть вбок, и изучая мою главную проблему. Интересно, ему принципиально наличие двери как таковой? Вариантов кроме как уничтожить ее вместе с табличкой у меня не было.

— Вы собираетесь ей любоваться? — ректор рядом чуть ли не постукивал ногой об пол от нетерпения.

— Было бы чем любоваться, — задумчиво ответила я, а затем перевела взгляд на ректора. Бегали бы они за ним, будь он не лордом, а простым завхозом, пусть и молодым? Уж точно нет. Стоп… Он что краснеет? Я мгновенно вынырнула из своих мыслей, опомнившись, что слишком долго смотрю на главу академии.

— Адептка Аро, я вынужден сказать вам, что ваши чувства неуместны.

— Какие такие чувства?

— Ну… ЭТИ, — ректор выразительно посмотрел на табличку.

— Ах, эти, — господи, если я узнаю кто это сделал, я убью этих адепток, — не переживайте ректор Дакар, я не считаю вас сексуальным, поверьте, все мои чувства к вам совершенно уместны.

— Как не считаете? — и такое искреннее удивление в голосе, — а как же эта табличка! — вот теперь появляются нотки возмущения.

Вздохнув, я просто схватилась за чертову табличку и потянула на себя, но она не поддалась. Сидела как влитая, словно срослась с дверью. Попытка конечно бесполезная, но я действительно не знала, что с ней делать.

— А может, мы вам просто дверь поменяем? — осторожно предложила я.

— Да чем вы ее черт возьми приклеили!?

Если бы я сама знала. Мне было не по себе от того что с каждой минутой мужчина злился все сильнее и сильнее. Запустив руку в карман, я достала пузырек с чудо средством.

— Этим

— Что это такое?

— Чудо клей, это своего рода изобретение, — я нервно повела плечами, показывая ему свое волшебное средство, которое без сомнения использовали и на его двери, чтобы прикрепить табличку.

— Дайте сюда, я должен взглянуть, — нахмурившись ректор Дакар протянул руку, намереваясь выхватить у меня пузырек.

Его движение было настолько резким, что я среагировала скорее по инерции, отступая на шаг и слишком крепко сжимая в своих руках клей. Ректор все же схватил пузырек, и под давлением наших пальцев он треснул, я с ужасом почувствовала, как липкая жидкость потекла по моей ладони. Только не это! Резко дернув руку на себя, я поспешила ее отнять от ректора, но почувствовала только боль и его рука осталась в моей.

— Что за… — ректор поморщился, явно пытаясь отнять свою руку от моей, но ладони склеились липкой жидкостью мгновенно и не поддавались, — пустите мою руку!

— Да не нужна мне ваша рука! — теперь уже на меня накатила паника. А что если мы так и не найдем способ растворить это гениальное изобретение?? Мне что всю жизнь ходить с ректором Дакаром за ручку?? Я не хочу быть сиамским близнецом! Верните мне мою руку в личное и безраздельное пользование!

И мы с ректором в едином порыве души объединили усилия, пытаясь разъединиться. В ход пошли свободные руки, не без осторожности конечно, но моя левая ладонь намертво прикрепилась к правой ректора.

— Пойдемте в кабинет, — прошипел он, когда со стороны лестницы послышался шум и быстро утащил меня внутрь, захлопнув за нами дверь.

— Вы ведь крутой маг, — простонала я, вцепившись в свою руку и со всей силы дергая ее на себя, — сделайте что-нибудь.

— Что я по вашему сделаю с неизвестной мне субстанцией, — огрызнулся ректор, так же пытаясь исправить ситуацию силой. Не было даже намека на просвет между нашими ладонями.

И тут в дверь заколотили, нетерпеливо и даже настойчиво.

— Ректор Дакар вы здесь? — послышался за дверью голос Гутора. Мы застыли и переглянулись. Сейчас наши желания совпадали, попадаться на глаза завхозу в такой компрометирующей ситуации не хотелось. Дверь была не закрыта, но решится ли Гутор зайти без разрешения? Судя по вздохам, не решался, мялся у двери, но уходить не собирался, как вдруг….

— Кабинет сексу… чтооо? Ах эти чертовы адепты!!

Мой нос зачесался, и я подняла свободную руку, потирая его. Ректор стоял рядом и молчал как мышка, Гутор же сыпал проклятиями снаружи, и судя по тихим поскребываниям, пытался отодрать табличку от двери пока ее никто не увидел.

— Они… и здесь… что-то сделали… — в сердцах вскрикивал он между попытками очистить кабинет начальства от осквернения.

А в носу то как щекочет… Ох нет… только не это!

— Апчи!!!

И все замерли, причем не только мы, сцепившись друг с другом, но и завхоз за дверью. Пауза длилась не долго.

— Ах, вы еще здесь! — взревел Гутор и ручка двери дернулась.

Реакция у ректора был замечательная, я бы даже сказала потрясающая, я даже испугаться не успела, как он развернул меня к себе, схватил, и я почувствовала, как нас уносит в портал. Сгруппироваться вот только мы не успели, вылетели в неизвестном мне месте и приземлились на что-то мягкое. Я застонала, потому как тяжелое тело ректора приземлилось на меня сверху.

— Где мы? — я приподняла голову, оглядывая из-за мужского плеча, куда попала.

Он шевельнулся, приподнимаясь, и дышать стало легче.

— В моей спальне, — сипло ответил ректор, пытаясь слезть с меня.

— Чтоооо?! — я подскочила, садясь на широкой кровати, куда он нас перенес, — да что вы себе позволяете!

— Я?? Это вы повесили непотребную табличку на двери моего кабинета, а потом приклеили меня к себе.

— А вы перенесли меня в свою спальню!

После этих слов повисла тишина, мы оба сидели на кровати, совершенно по-дурацки держась за руки. Мои глаза обежали спальню ректора. Здесь не было ничего лишнего, шкаф с вещами, большая кровать, тумбочка и две двери, одна из которых, видимо, вела в ванную. Но больше всего в глаза бросалась идеальная чистота.

Моя рука дернулась, и я чуть не упала лицом на кровать.

— Можно поаккуратней, — возмутилась я, слезая следом за ректором с кровати, — куда мы?

— В ванную, попробуем сунуть руки под воду. С обычным клеем это помогает.

— За которой дверью ванная? — тут же уточнила я.

— Справа которая, — он даже договорить не успел как я ринулась в том направлении. Но выбора у него, конечно же не было, пришлось поспевать за мной. Идея была до гениального проста. В ванной я тут же открутила вентиль и сунула наши руки под холодную струю.

— И долго ждать? — не терпелось скорее получить свободу, я подергивала наши руки, пытаясь понять, действует или нет.

— Не знаю, мне как-то не приходилось оказываться приклеенным к адепткам.

Потянувшись ко второму вентилю, он открыл горячую воду, рукам стало гораздо приятнее.

— Чувствуете что-нибудь? — поинтересовалась я у мужчины.

— Нет, думаю нужно больше времени.

— А… — я замялась, вспоминая как он поставил меня на место на уроке, но все же решилась, — а стихией воды вы случайно не владеете? Может помочь ей немножко можно как-то…

Ректор сверкнул на меня глазами и чуть прищурился.

— Да ладно вам, — я обреченно шевельнула нашими руками, — куда уж интимней то. Нет, если конечно мы не разъединимся в ближайшее время то… — я замолчала, поняв, что меня понесло совсем не туда, и вернулась к самому главному, — так вы владеете водой или нет?

Вздохнув, ректор прикрыл глаза и зашептал, я почувствовала как, повинуясь его словам, вода оживает, обволакивая мою руку и пытаясь проникнуть между нашими ладонями. Ага! Значит, три стихии у него есть. Только вот это нам не помогало. Мои глаза оббежали ванную, пока не наткнулись на раковину, один пузырек мне показался знакомым. Прищурившись, я узнала в нем настойку для… окрашивания волос.

Не удержавшись, я хихикнула. Ректор красит волосы!? Неужели мы ошиблись с оценкой его возраста? Как бы там ни было, я представила себе его за этим занятием и прикусила губу, чтобы уже не заржать в голос.

— Что вам так смешит? — он бросил бесполезные попытки заставить стихию воды нас разъединить и вскинул голову, уставившись на меня. Против воли я начала изучать взглядом его шевелюру. И не скажешь, что окрашены. Смех подступал с новой силой, но я сдерживалась.

— Адептка Аро, что вас так рассмешило?

Я не сдержалась, бросив быстрый взгляд в сторону пузырька с эликсиром для окрашивания волос. Он обернулся, проследив за моим взглядом. Моя рука резко дернулась, и вода перестала течь на нее. Ректор взмахнул свободной ладонью, и сильный порыв воздуха закрыл вентиль.

— Это бесполезно, — отрезал он.

— И что делать будем?

— Это ваше изобретение? — мне даже показалось, что он смотрит на меня с долей уважения.

— Нет, адепта одного.

Он двинулся прочь из ванной, снова возвращаясь в спальню. Видимо мыслительный процесс у ректора шел лучше, когда он двигался, но мне совсем не улыбалось ходить за ним по всей комнате взад вперед как собачка на привязи, от этого становилось как-то даже нервно. Внезапно он замер.

— Ладно, — в голосе слышалась решимость, — где комната этого адепта?

— Вы что… — я округлила глаза, — к нему пойти собираетесь?

— А есть другие варианты? Думаю, с этим сможет разобраться только изобретатель данной субстанции. Да и мне как минимум нужно узнать из чего и как он сделал этот клей.

Если в ванную я побежала на первых порах, то идти за руку с ректором в комнату к другому адепту мне совсем не хотелось. Словно почувствовав мое сомнение, его пальцы внезапно переплелись с моими. Обхватив таким образом мою ладонь крепче, ректор Дакар потянул меня за собой ко второй двери, ведущей в коридор.

— Идемте, я не собираюсь провести в этом состоянии всю ночь.

Предосторожность, с которой ректор выходил из своей комнаты, была поразительной. Выглянул, огляделся, прислушался. Мне даже стало немного обидно. Не поймите неправильно, я не хотела попасться в компрометирующей ситуации, но женское самолюбие в чем-то было задето.

Адепта кстати звали Айк, общалась я с ним не много и в основном по делу. Помимо своих изобретений он потрясно умел варить зелья и пока остальные адептки запасались у него любовными зельями, я часто обменивала что-то из своих лекарств на его чудо сыворотку бодрости. Не знаю, из чего он ее делал, но выпив буквально ложку можно было не спать целые сутки. И вот теперь я привела ректора к его двери. Не мешкая, он тут же ударил в нее, а я замялась на месте, представляя лицо парня, когда он увидит нас в таком виде. Черт, завтра ведь вся академия будет об это трепаться! Уж лучше бы Гутору попались… А ректор то какой невозмутимый. Неужели его это совсем не трогает?

Мои мысли прервала распахнувшаяся дверь и очень сонный Айк, застывший на пороге. Правда, когда юный гений увидел ректора Дакара, глаза его тут же открылись, и он весь подобрался, взгляд его недоуменно переместился на меня.

— Юна? Ректор Дакар? Эм…. Вы что-то хотели? — его взгляд плавно опустился на наши нелепо сцепленные руки.

Ох… как же неловко…

— Да, — нервно огрызнулась я, — свечку подержать нужно.

Адепт смотрел на нас, округлив глаза. Иронии в моих словах он, похоже, не уловил.

— Прекратите уже ваши шуточки, — дернул меня за руку ректор, делая шаг вперед, чтобы войти в комнату парня. Как собачка на привязи я оказалась внутри, оглядываясь.

— Это ведь вы делали клей? — Дакар уже окидывал взглядом комнату парня, и посмотреть здесь было на что. Везде были какие-то банки и склянки, под потолком висели травы и, судя по бегающим глазам адепта, часть находящихся здесь вещей была запрещенной в нашей академии.

— Какой клей? — то ли все еще удивлен, то ли прикинулся дурачком. Может он еще и увеселительные смеси делает? Тогда на его месте я бы тоже не признавалась. За такое и вылететь из академии можно, даже не успев оправдаться.

— Тот, который вы недавно изобрели, — он поднял наши руки вверх, — я хочу знать его состав и принцип приготовления.

На лице парня промелькнуло понимания и на лице уже появилось неприкрытое веселье. Еще бы… ректор приклеил себя к адептке.

Но под строгим взглядом преподавателя он полез под кровать и достав оттуда большую коробку извлек тетрадь, пролистав ее нашел нужное место и протянул ректору.

— Тут состав, ну и потом я еще провел ритуал с магией воды и закрепил, произнеся «пусть все, чего ты коснешься, будет скреплено навеки».

— Оригинально, — в голосе главы академии даже слышалось одобрение.

А я вот не могла с ректором согласиться, слово навеки очень резануло мой слух.

— Растворителя ты все еще не придумал? — влезла я.

Парень только покачал головой.

Ректор уже ушел в себя, дернул меня за руку и заставил вместе с собой сесть на кровать Айка. Вчитываясь в записи, он хмурил лоб, от чего между бровей залегла глубокая морщинка.

— Принесите мне обычный растворитесь, все эти ингредиенты и чашу с водой.

К нашему удивлению, за растворителем даже ходить не понадобилось, парень полез в этот раз под стол, доставая оттуда внушительного объема сосуд.

— Но я уже пробовал растворитель и ингредиенты смешать, — неприменул сообщить он, — не помогало.

— Воду несите, — оборвал его ректор, явно уверенный в том, что делает.

Схватив с полки глубокую чашу Айк скрылся в ванной, где тут же зашумела вода. Вернулся он через пару секунд, аккуратно поднося ее к нам и стараясь не расплескать. К кровати был придвинут маленький столик и ректор развернул на нем свою деятельность. Работать ему приходилось одной рукой, и на подхвате был Айк, послушно выполняя все указания, я же просто сидела рядом, наблюдая за их действиями. Когда растворитель и свежесмешанный клей, но без магии воды, соединили, ректор склонился над чашей и стал беззвучно шевелить губами. Айк весь напрягся, даже подался вперед, стараясь услышать, что говорит ректор, но судя по разочарованному лицу — не получилось. Я же почувствовала, как ладонь ректора потеплела, наполняясь магией, видимо он подчинял стихию воды. Потом, неожиданно низко склонившись, ректор внезапно подул на воду и выпрямился.

— Готово, — он потянул наши руки к чаще, опуская их внутрь. Я вздрогнула, почувствовав, как холодная вода словно ожила, пробегая по нашим пальцам, и внезапно моя ладонь почувствовала свободу.

— А что вы нашептали! — глаза Айка загорелись, — скажите мне!

— Нет, адепт, главным образом потому, что вы все равно это не сможете повторить.

Я сидела полностью счастливая, потирая собственную руку. Чувствовать полную власть над ней было незабываемо. Больше не возьму у Айка ничего экспериментального!

Ректор Дакар поднялся, окидывая комнату однокурсника задумчивым взглядом.

— Значит так, адепт, вы забываете о том, что видели нас с госпожой Аро, а я забываю о всех недозволенный вещах, которые видел в вашей комнате. Вам все ясно?

— Конечно господин ректор, я спал всю ночь, никто ко мне не заходил, — поспешно подтвердил парень.

— А вы, — обернувшись ко мне, он сверкнул своими темными глазами, я же по-прежнему довольно улыбалась, — вернетесь со мной в мой кабинет.

Улыбка начала сползать с моего лица.

— Нам нужно завершить наш разговор, — бросил он, прежде чем направиться к двери. Айк посмотрел на меня с сочувствием, я же без энтузиазма вышла следом за ректором в коридор, и уже в который раз последовала в его кабинет.

Если до этого он казался мне вполне спокойным и сдержанным даже в условиях экстренной ситуации. (А быть приклеенным к адептке по-моему очень даже экстренная ситуация) То сейчас он явно таковым не являлся. Морщинка, появившаяся между бровей, так и не разгладилась, а шаги были быстрые и резкие. Входя следом за ректором в кабинет я, уже не дожидаясь приглашения, уселась в кресло, стараясь выглядеть послушной и добропорядочной адепткой. На глаза попалась табличка, так и оставшаяся на столе…

Ректор Дакар не торопился садиться, подошел к камину и, протянув к нему ладони, заставил огонь загореться еще ярче.

— Вы на редкость невезучи, адептка Аро, — сухо заметил он, и уже по этому голосу можно было понять, что ничего хорошего он мне не скажет, — более того, я бы даже не назвал это невезением.

Я изучала его спину, коснувшись закатанных рукавов своего костюма, мужчина начал их расправлять и медленно развернулся ко мне. Лицо его было хмурым, а взгляд раздраженным.

— На самом деле вы безответственны, совершенно не думаете, о том, что делаете или говорите, поступая как взбалмошный ребенок, и от этого страдают окружающие, — говорил он резко и отрывисто, одергивая свои рукава, пока не привел в порядок и шагнул ближе к столу, — совершенно не уважаете старших и считаете, что вам все сойдет с рук.

— Я не… — хотелось постоять за себя, но он не дал мне сказать ни слова, резко оборвав.

— Не перебивайте! Это — он указал на свой стол, — собственность школы, в которой вы обучаетесь по милости его императорского высочества, так будьте добры посвящать свое время обучению, а не дурацким выходкам и розыгрышам, — он коснулся своей ладони, которую лишь недавно отклеил от меня, нервно ее потирая, — в противном случая, я не уверен что вы хоть чего-то стоите.

Я сидела, опустив голову, потому как его слова жгли меня, слезы обиды начали накатывать на глаза, но я бы ни за что себе не позволила заплакать, нужно лишь не смотреть на него и я сумею сдержаться. В конце концов, после всего, что случилось, разве мог ли он думать иначе? Но следующие слова ректора, заставили меня вздрогнуть и вскинуть голову.

— Вы позорите всю школу своим поведением, — он сделал небольшую паузу и продолжил, — я бы на вашем месте всерьез думал о своем будущем, полукровка, с одной стихией, на что вы надеетесь, ведя себя так?

Он не кричал, но голос его был повышен и строг, пробирая до самых косточек, но больше всего меня задело не это. Он назвал меня полукровкой, прямо указав на мое незавидное положение в этом магическом мире! Да что я такого сделала, чтобы заслужить именно такие слова? Любому напыщенному сыну или дочери лорда с тремя стихиями он бы себе не позволил такого сказать никогда. Эмоции во мне бушевали и сейчас я ненавидела этого лощеного … нет, не ректора, лорда! Чьи способности, безусловно, были на уровне трех стихий и для которого такие как я всегда оставались мусором. Я опустила свои глаза вниз, на его начищенные ботинки и идеально прямые и чистые брюки. Больше всего мне хотелось сейчас уничтожить этого лорда. Яркая искра вспыхнула прямо перед моими глазами, и я вздрогнула, увидев, как брюки ректора вспыхнули мгновенным ярким пламенем.

Но самым необычным было то, что я чувствовала это пламя. Не в силах поверить, что я его причина вскочила с кресла и застыла на месте, уставившись на огонь. Огонь! Я владела огнем! Неверие отступало и накатило безграничное счастье.

Ректор среагировал мгновенно, его рука дернулась, и он щелкнул пальцами, после чего пламя мгновенно растворилось, словно его и не было. Брюки его лишь немного обгорели и сквозь опаленные дыры проглядывали ноги.

— Даааа! — воскликнула я, сложив руки вместе и прижимая к губам, и даже подпрыгнула от восторга, — да, да, да!!!

Я закружилась вокруг себя, чувствуя, что готова взлететь.

— Вы радуетесь, что подпалили меня? — послышался резкий голос.

Я все еще витала в облаках, переполненная своим счастьем. Вторая стихия! Огонь! Как же я счастлива, что это не земля или вода! Как же я счастлива, что вторая стихия вообще пробудилась!

— Даааа! — счастливо повторила я, даже не задумываясь, и тут опомнилась и посмотрела на ректора. Пострадал он не сильно, но товарный вид его брюки определенно потеряли.

— Ой… — тихо заметила я, начиная понимать что облажалась. Опять. Да что ж такое то!

— Извините я даже не…

Он прервал меня, взмахнув рукой и перебив.

— Неделю административных работ под руководством завхоза Гутора и месяц вам запрещено покидать пределы академии.

Все раскаяние как рукой сняло.

— За чтооо?

— За ваши невинные проделки, — он махнул рукой в сторону стола, где все еще лежала табличка. — Идите.

Я развернулась, двигаясь к выходу, препираться, похоже, было бесполезно, но представив, как буду месяц закрыта на территории академии, не выдержала, и прежде чем открыть дверь обернулась, еще даже не зная, что скажу в свое оправдание. Но вместо этого увидела, как ректор исчезает в портале, проигнорировав дверь, и видимо решив сразу переместиться в свою комнату. Боялся ли он щеголять по коридору в своих подпаленных брюках или на то были другие причины, мне неясно. Я замялась, а потом, поняв, что терять все равно уже нечего быстро вернулась, подхватывая табличку со стола, и огляделась. Глупо было тащить эту махину куда-то еще, ведь самым гениальным местом, чтобы спрятать ее, был кабинет директора. Тут Гутор уж точно не найдет. Подойдя к стеллажу с делами адептов, я вытащила папки и пристроила табличку прямо за ними, вернув все на места, я критично оглядела свою работу. Вроде бы ничего не заметно, ну и отлично. Чуть ли не подпрыгивая на ходу, я покинула кабинет директора. Пусть я наказана, пусть я не смогу уйти из академии месяц, но во мне проснулся огонь! Сейчас ничто не имело значение, кроме этого факта.

Глава пятая

На следующее утро я замерла перед зеркалом, рассматривая себя. По сути, я практически не спала, вернувшись в свою комнату ближе к утру тут же упала на кровать, но возбуждение после всего произошедшего не давало мне уснуть и, поворочавшись, я поднялась с кровати и подошла к окну, засмотревшись на то, как только проснувшееся солнце поднимается из-за горизонта. Моя соседка преспокойно спала, совершенно не потревоженная ни моим приходом, ни ходьбой по комнате. В общаге и не под такой шум спать привыкаешь. Суша волосы в ванной я застыла, увидев первую прядь с красными вкраплениями. Мои волосы первыми приобретали облик огня, а значит, все это мне действительно не приснилось. Все реально! Я маг двух стихий и моей новой стихией был огонь!

Каждый раз, когда в человеке пробуждалась стихия, он наполнялся магией до краев и первое время буквально светлился ей. В волосах появлялись цветные пряди, относящиеся к данной стихии. Когда во мне проснулся воздух, то в волосах появились серые вкрапления, скорее напоминающие седые пряди, смотрелось ужасно и исчезло через четыре дня, теперь же я сияла. Замерев перед зеркалом, даже подалась вперед, изучая себя. Красный цвет покрывал мои волосы, неравномерно мелькая то тут, то там, но больше всего меня поразили глаза. Обычно она были у меня серыми, и в случае с воздухом я ничего не заметила, но сейчас, рассматривая себя, я замерла, уловив на мгновение в них отблеск огня.

— Чтооо? — за моей спиной послышался грохот и, вздрогнув, я обернулась, увидев Айлин валяющуюся у кровати с запутавшимися в одеяле ногами. Дрыгаясь, она высвободилась и, поднявшись, подлетела ко мне.

— Огонь!!!

Я счастливо засмеялась вместе с ней и снова запрыгала по комнате.

— Как это случилось? Вчера вечером или ты только сейчас это увидела? — ее было не остановить, радостно тараторя, хватала мои волосы, с неверием перебирала. Я так же не могла к ним привыкнуть, снова заглядывая в зеркало. Даже жаль, что это останется лишь на несколько дней.

— Когда проснулась, — бессовестно соврала я, решив умолчать о том, что первым проявлением моей магии были подпаленные штаны ректора.

— Теперь у нас обеих по две стихии! — Айлин светилась от восторга, ее таланты простирались на воздух и землю, хотя у одного из родителей присутствовала и третья стихия, так что двумя могло и не ограничиться, — давай же, — она дернула меня за руку, — вызови огонь, хотя о чем я… ты еще не сможешь.

Я даже не успела ничего ответить, как она отошла, отыскивая свечку и зажигая ее.

Упрашивать дважды меня не требовалось, как только я увидела маленький огонек, то тут же подалась вперед, жадно впитывая его в себя. Прищурившись, я коснулась стихии и приказала ей взлететь, огонек отделился от фитиля, поднимаясь в воздух маленькой красной капелькой. Я сжала ладонь в кулак, и он растворился, оставив после себя лишь дымок, а во мне жажду. Еще… я хотела больше огня.

— Посмотри на свои глаза, — прошептала Айлин. Я обернулась и увидела, как в них постепенно затухает рыжее пламя, пока они не вернулись к привычному цвету.

— Я хочу еще… — выдохнула я.

— Давай сходим во двор и разведем костер, — подруга уже натягивала на себя одежду, а я тут же потянулась к красной рубашке, цвет, с которым я теперь не хотела расставаться.

До занятий оставался еще час, а поскольку завтрак для нас был не актуален мы быстро сбегали по лестнице вниз, чтобы опробовать мою новую стихию, но застыли, едва достигнув первого этажа. Айлин как и я повела носом и мы переглянулись.

— Что это? — удивленно спросили мы друг у друга.

Мимо нас тем временем прошел адепт, шел он целенаправленно — на запах. Снова переглянувшись, мы поняли, что просто обязаны последовать за ним.

Запах был восхитителен, в нем чувствовался самый вкусный и сытный на свете завтрак. Мы с Айлин снова недоуменно переглянулись, прежде чем войти в столовую.

— Мне кажется это сон, — пробормотала я, как только мы переступили порог.

— И не только тебе…

Столовая наша уже давно не видела столько народу, не считая дня, когда всех здесь собрал ректор. Словно искуситель вел и манил за собой сюда ОН. ОН — это божественный запах восхитительного завтрака. Это просто не могло быть реальностью.

— Ааафигеть, — изрек возникший справа Айк, видимо тоже пришедший на запах, я хотела поздороваться, но парень словно находился в другой вселенной, где существовал лишь манящий его аромат и, не заметив меня, ушел дальше.

— Не налегааайте, — растягивая слова, проворчала домовая где-то в толпе, — всем хватит. Налетели, охламоны, и где вас раньше носило, изголодавшиеся?

Этот вопрос все дипломатично проигнорировали, желая получить свою порцию завтрака.

— Пойдем быстрее, — дернула меня за рукав Айлин, первой отмирая и кидаясь в толпу голодных адептов, — сейчас ведь другие набегут, и ничего не достанется!

Уговаривать дважды не требовалось, не просто пошли, побежали, тут же вклиниваясь в очередь.

— Юна! — стоявший рядом парень дернул меня и, обернувшись, я увидела рыжего и конопатого Эвота. Эвот был адептом огня, почти единственным из приближенных Исара, кто не вызывал у меня отвращения, тем не менее, друзьями мы не были.

— Исар, ты только посмотри! — уже обращаясь не ко мне, он протянул руку и выудил из толпы ненавистного мне парня, — а малышка то у нас теперь огненная!

Взгляд парня сначала прошелся по мне вскользь, а затем вернулся, с неверием изучая мои волосы.

— Да быть не может, — скривилось его лицо, — огненная полукровка?

— Ээээ, полегче, она теперь одна из нас.

Исар не проявил особого энтузиазма от причисления меня к магам огня, но мне было все равно, его не могло не задевать, что у меня теперь две стихии. Чуть склонив голову на бок, посмотрела на него с улыбкой, зная, что это взбесит его еще больше.

— И во мне сейчас силы столько, что я с легкостью переборю тебя, — рискнула поддеть парня.

Исар дернулся, задетый моими словами.

— Ты никогда не будешь сильнее меня, полукровка.

— Исар! — Эвот дернул парня, пытаясь остудить.

— Отстань, — тот не позволял себя контролировать, как и всегда.

— Ректор идет, — просто пояснил Эвот.

За плечами адептов действительно виднелся ректор Дакар, преподавателей в нашей столовой не водились так же давно, как и вкусных завтраков, видимо, это тоже начинало меняться. Недовольно поведя плечом Исар бросил на меня испепеляющий взгляд и, кивнув своим прихвостням, бросил сухое «завтрак возьмите» и ушел к свободным столикам.

— Ты это, — Эвот примирительно хлопнул меня по плечу, — внимания на него не обращай, он иногда перегибает, поздравляю.

— Спасибо, — ответила я, хотя впечатление от этого поздравление было не самым радостным. Глаза мои тем временем были, как и у многих, прикованы к появившемуся на горизонте ректору.

— Господин ректор! — зычный голос домовой раскатился по столовой, — садитесь, господин ректор, сейчас я вам сама все принесу!

Послышался тихий и недовольный рокот адептов. Домовиха окинула всех грозным взглядом и, шикнув, свистнула своих домовят, оставляя их раздавать нам завтрак. Сама же, взяв поднос, нагрузила его всевозможной снедью и вальяжно выплыв из-за прилавка пошла в сторону ректора, присевшего за один из свободных столов.

— Так вот в чем дело! — громко вскрикнул Айк, хлопая себя по лбу.

Парня толкнули в плечо, чтобы он не задерживал очередь и забирал свой поднос. Нам с Айлин наконец-то тоже досталась порция яичницы с беконом и хрустящими хлебцами.

— Мммм, — простонала подруга, вдыхая запах, я же уже проталкивалась между алчущими пищи адептами к свободному столику как можно дальше от ректора. Сталкиваться с ним после столь бурной ночки ох как не хотелось. Стоило нам устроиться, как за столик к нам неожиданно подсел Айк. Айлин удивленно смерила парня взглядом, тот же спокойно начал поглощать завтрак.

Я оглядела зал, наш столик был самым стратегически безопасным и отдаленным от ректора Дакара. Не по этой ли причине Айк сел сюда? Похоже, не одна я после вчерашней ночи не желала попадаться ректору на глаза.

— Не работает твой клей! — возмущенно вскрикнув, рядом появилась Джинна, обращаясь к парню и усаживаясь рядом.

— Какой клей? — прямо как вчера спросил парень и у меня снова закрались подозрения, что у него есть еще какой-то неизвестный мне чудо клей…

— Который приклеивает все намертво, — пояснила девушка.

— Ааааа, — не удержавшись, Айк бросил быстрый взгляд на меня, практически паля контору.

— Мы вчера табличку к двери ректора приклеили, — влезла подруга Джинны, — а утром ее как небывало. Нету у твоего клея долговременного эффекта!

— Ну, видимо ректор сумел ее снять, простите девочки, — извиняясь, развел руками парень.

— А что на табличке то написали? — вмешалась Айлин.

— Кабинет сексуального ректора Дакара.

Все снова захихикали и лишь мы с Айком переглянулись, мне было не смешно, сказывалась напряженная ночка. А еще я теперь знала, кого благодарить за табличку, только вот сдавать себя с потрохами не хотелось.

— Юна! — вскрикнула Джинна, разглядывая меня, — поздравляю!

— Спасибо, — моя рука сама потянулась к волосам, касаясь их.

— Айк, а как насчет того, что я у тебя просила еще? — снова переключилась на парня девушка.

— После полнолуния будет готово только.

Девушка как-то слишком разочарованно вздохнули, а затем оживленно зашушукались и, подняв глаза, я увидела приближающегося к нам ректора.

— Вот черт, — выпалила я, чем привлекла к себе недоуменное внимание всех собравшихся вокруг.

Не знаю, слышал ли мой эмоциональный порыв ректор, но на лице его это не отразилось.

— Адептка Аро, я хотел напомнить, раз в вас проснулся огонь, то теперь вы должны посещать занятия двух стихий. Сегодня традиционно день стихии огня, не забудьтесь, я жду вас на своем занятии.

Нервно сглотнув, я кивнула.

— Хорошо, ректор Дакар.

Мужчина перевел взгляд с меня на кампанию, нас окружавшую. Айк весь как то подобрался и сжался, если бы он мог, то, похоже, давно бы сполз со стула под стол и ретировался куда подальше.

— И постарайтесь до этого ничего и никого не сжечь, — на прощание бросил ректор и покинул нас, направляясь к выходу из столовой.

Девушки проводили его восхищенным взглядом, я же задумалась о своем расписании. Занятия по управлению стихией проводились последними в самом конце учебного дня, меньше всего везло Исару, у него они были три раза в неделю, я же ходила лишь в середине недели на уроки по управлению воздухом. Сегодня был понедельник, а значит, вечером у магов огня будет индивидуальное занятие по управлению стихией. Ох,… даже страшновато немного.

Мимо тем временем пробежали домовята, гремя грязной посудой, весьма громко и ворчливо приговаривая.

— Пришел тутоть, порядки навел, понабежали теперь, корми их пои, а посуды-то сколько мой, — домовенок жалобно взвыл. Оглядывая зал, я поняла что действительно, давненько у них не было столько работы.

Откуда ни возьмись рядом с ними возникла домовиха, отвешивая всем троим увесистые подзатыльники.

— Ишь, разленились, в доме мужчина появился, а когда в доме хороший мужчина, его надо поить и кормить как подобает, а иначе мужчина сбежит.

— Чего ж мы прошлого не кормили? — пискнул один из домовят.

— А того нам не надо было, плохой мужчина был, не хозяйственный, а этот вон такой дюжий, молчит молчит, а потом как зыркнет в суть самую и пробирает всю душоночку сразу. К тому же добрый, внимательный, такого мужчина сразу слушаться хочется. Так что смотрите у меня, сбежит, накостыляю, работайте и не отлынивайте.

— Так может, этих не будем кормить? — снова пискнул смелый домовенок, видимо под этими имея ввиду нас, адептов, — раз нам только мужчина дюжий нужен? И убираться меньше…

— Я тебе дам не кормить! — домовиха снова отвесила ему подзатыльник и вторым двум добавила, видимо для профилактики. — Всех кормить! Кыш посуду мыть, разленились, оболтусы.

Домовята, постанывая, побежали дальше, домовиха же следовала за ними не спеша, важно оглядывая столовую.

— Кажись, закончилась у нее депрессия, — изрекла Джинна, провожая ее взглядом.

Из столовой мы вышли все вместе, и пока Айлин болтала с девочками, мы с Айкомн немного отстали.

— А как… — парень замялся, но любопытство было сильнее, — как ты вчера к ректору-то приклеилась? — шепнул он мне, чтобы другие не слышали.

— Он меня с табличкой от академии поймал, — шепнула я в ответ, — ну… решил, что на его кабинет тоже я повесила, так ярился… в итоге пришлось клей показать и пузырек случайно разбился. А чего они от тебя еще хотят? — баш на баш как говорится.

Айк фыркнул, явно сдерживая смех.

— Приворотное зелье ждут, для ректора.

Я округлила свои глаза. Неужели осмелься самому ректору подсунуть? Парень понял все по моему лицу.

— Мое дело сделать, а уж дальше пусть сами разбираются.

— Ага, только смотри, как бы с ректором за ручку не пришли к тебе потом за противоядием.

Об этом парень еще явно подумать не успел.

— А табличку академии кстати не вернули? — полюбопытствовала я.

— Неа, пустое место, отклеить новую отклеили, но старую не нашли. Ты куда ее спрятала?

— Ну….

— После всего, что я для тебя вчера сделал, ты не можешь не признаться.

— Фактически, сделал не ты, а ректор.

— А кто хранит твою большую тайну?

— Да в кабинете его я ее спрятала, — шикнула я на парня, — просто не на видном месте.

— Серьезно? Класс! Гутор ни за что не найдет.


И Гутор действительно не нашел, бегал по всей академии, злой как черт, заглядывал в каждую щель и выговаривал весьма громко все, что он о нас думает. Таблички на ректорском кабинете тоже не было, о ее местонахождении я правда тоже смутно догадывалась. Тем временем день был наполнен поздравлениями и удивленными воскликами и, постепенно, я начинала сама привыкать к мысли, что у меня теперь больше не одна стихия. Я поднялась на ступень выше и не могла этим не гордиться, стоило написать письмо родителям. Мать поначалу конечно расстроится, что во мне не проснулась земля или вода, но огонь тоже отличная стихия, а как по мне, так самая лучшая.

Но на свое первое занятие с магами огня я шла с трясущимися поджилками. Волнение было двояким, с одной стороны это было приятное предвкушение возможности опробовать свою новую магию, а с другой страх того, как на мое появление среагирует Исар. Все его ближайшие приспешники были магами огня и детьми лордов, а значит, теплого приема ждать не приходилось. Не стоило забывать, что занятия вел сам ректор, который после всех приключений вчерашней ночи вряд ли будет ко мне расположен. В итоге в кабинет я входила со смешанным чувством, преподавателя еще не было, и студенты просто болтали. В центре кабинета на столе сидел Исар, привлекая к себе всеобщее внимание.

— Малышка пришла, — первым увидел меня Эвот, привлекая к моей скромной персоне всеобщее внимание.

Его обращение ко мне не сильно напрягало, малышкой он меня называл скорее из-за миниатюрного роста и вида.

Маги с интересом изучали меня. Их взгляды особенно задержались на моих волосах, ярких как никогда. Выглядело, правда, это скорее как скопление пираний, приглядывающихся к своей новой жертве.

Исар соскочил со стола, делая шаг ко мне.

— Огонь не твоя стихия, — недружелюбно заявил он, окидывая меня презрительным взглядом, — эти стихия благородной крови.

Остальные молчали, не желая перечить своему «королю». Собственно, подобного приема я и ожидала.

— Боюсь, мне придется разрушить твои иллюзии, получается, твоя кровь не чище моей.

Я даже слышала, как его зубы скрипнули, сжимаемые от гнева. Единственное, до чего Исар никогда не скатывался, это рукоприкладство, но сейчас, видя, как блестят его глаза и сжимаются кулаки, я сомневалась в том, что он не сделает этого.

— Эй, приятель, не заводись… — тронул его за плечо Эвот, но дернувшись, Исар оттолкнул его.

— Я спокоен, просто отвратительно учиться вместе с ЭТИМ, — кивнул он на меня.

Моей голове внезапно стало очень тепло, и я бы не обратила на это внимание, но все вдруг уставились на меня с удивлением. Я же сдерживала в себе рвущийся наружу гнев.

— Малышка, как ты это делаешь? — отмер Эвот, смотря на меня с восхищением.

— Делаю что? — процедила я, все еще чувствуя себя оскорбленной и попавшей в змеиное гнездо.

— Вероятно, адептка Аро, он имеет ввиду ваши волосы, — раздался голос за моей спиной, обернувшись, увидела на пороге ректора Дакара, — и да, ваши глаза тоже, разумеется.

Недоумевая, я оглянулась в сторону окна, в котором были наши смутные отражения и ужаснулась.

— Мамочки! — закричала я, видя, как мои волосы горят. Горят в буквальном смысле, как костер на ветру. Да я же сейчас лысой останусь. Красных прядей больше не было, вместо них горел настоящий огонь, так вот почему моей голове стало так тепло. А глаза… глаза тоже горели! Языки пламени плясали в них. Я хлопнула рукой по голове, желая сбить пламя.

— Не бойтесь, — Дакар поравнялся со мной, — этот огонь не причинит вам ни капли вреда, он ваш. А вот других способен покалечить. Так что я бы попросил вас … прекратить это.

Но как?? Я не делала этого специально!

Меня начала охватывать паника, не так-то весело чувствовать себя горящим сгустком.

— Я не… — заикнулась я, испуганно смотря на ректора. Стихия во мне начинала бушевать все сильнее, я чувствовала, как моя кожа начинает гореть. Боже, неужели я способна вся превратиться в пылающий шар? Страх охватывал меня всю и не позволял успокоиться, я мысленно просила огонь исчезнуть, но он меня не слушался.

Ребята позади нас затихли, видимо все еще пораженные моим видом. Ректор сделал шаг ко мне, останавливаясь в опасной близости от моих пылающих волос и его руки оказались на моих плечах, мягко соскальзывая ниже и сжимая предплечья.

— Юна, — его голос был спокойным и вкрадчивым, чуть наклонившись, он заставил меня посмотреть на себя и я пораженно видела, как его глаза внезапно становятся ярко голубыми, постепенно словно выцветая в белый, жутко и … завораживающе, голос его был тих, но когда раздались следующие слова, я поняла, что они звучат лишь в моей голове, — успокойся, все хорошо. Ты больше их не боишься, ты больше не боишься себя, ты больше не злишься. Все позади. Все хорошо.

— Все хорошо… — вслух прошептала я словно в тумане. И туман действительно был, в голове и перед глазами, но вместе с ним накатило безграничное спокойствие. Я отшатнулась, делая шаг назад, и ректор убрал свои руки. Жар ушел и вместе с ним огонь, которым горели мои волосы, чуть повернув голову, я уже не увидела в отражении стекла его отблесков. Я была безгранично спокойна и контролировала стихию, которая теперь словно задремала внутри меня. Только вот странное наваждение все еще не проходило. Ректор тем временем обогнул меня, направляясь к преподавательскому столу. На автомате я развернулась и села на первое свободное место, поймав на себе любопытный взгляд Исара с приправой ненависти. Чувство словно я не принадлежу себе, не отпускало, хотя я отчетливо понимала что происходит, мысль о том, что все хорошо билась внутри меня и была чужой, однако я ей беспрекословно подчинялась.

— Адептка Аро теперь будет обучаться среди нас, — сквозь туман прорвался голос ректора, — и я попрошу вас принять ее в свой коллектив и помочь быстрее освоиться.

После этого он начал занятие, они отрабатывали вызов огня из пустоты. Для меня это было слишком сложным, и ректор поставил передо мной зажженную свечу, велев начать с нее. Я с легкостью гасила ее щелчком, но разжечь вновь не получалось, приходилось брать спички. Так же легко я снова отделяла огонь от фитиля, заставляя его подниматься в воздух. Я чувствовала стихию и могла ей давать простые команды, но она все еще не до конца мне подчинялась, брыкаясь. К тому же странное ощущение туманного спокойствия никуда не уходило, и я бы даже заволновалась, не будь мне так… спокойно. Отпускать начало лишь к концу занятия и пока остальные покидали кабинет, я сидела за партой, смотря на ректора, который тушил свечи и убирал в шкаф. Когда кабинет опустел, опомнившись, поднялась, но уходить не хотелось.

— Хорошо, что вы задержались, — послышался негромкий голос ректора, и он обернулся, уставившись на меня. Его взгляд словно ощупал меня, проверяя, — я хотел еще кое-что сказать.

Я молча приблизилась к его столу, куда он вернулся, продолжая говорить.

— Ваш уровень пока на нуле, возьмите учебники по практической магии огня, чем больше, тем лучше, сейчас вам нужно как следует изучить свою новую стихию, но я бы хотел попросить вас не практиковать в одиночестве. Как уже стало ясно, иногда это может быть чревато, особенно с магией огня, она буйная, мощная и не всегда слушается своего владельца поначалу, до тех пор, пока вы ее не приручите. Мне бы не хотелось, чтобы пострадали вы или кто-то еще. Вы можете приходить сюда вечером и практиковать, я почти всегда буду здесь.

Я лишь покорно кивнула, соглашаясь с его словами и хотя страха во мне уже не было, желания повторить то, что было сегодня с моими волосами, тоже не возникало. Я даже не понимала, как сделала это.

— Хорошо, тогда можете идти, — удовлетворился моим кивком ректор.

Но уходить я все еще не собиралась.

— Вы что-то сделали со мной, — наконец вымолвила я, уставившись на него, ступор начинал потихоньку отходить, но полный спектр эмоций еще не возвратился.

— Простите? — переспросил он, явно прикидываясь, что ничего не понимает, но я прекрасно знала что права.

— Что вы со мной сделали? — изменила я формулировку вопроса, с ужасом уставившись на него, — я слышала ваш голос в своей голове, а потом мне стало так спокойно…

— Вы заблуждаетесь, — спокойно опроверг мои слова ректор, — вы видимо устали. Я ничего не делал и вы никак не могли слышать в своей голове моего голоса.

— Но… — я запнулась, уставившись на него.

— Что-то еще адептка?

Растерянно покачав головой, я развернулась и пошла к выходу, но прежде чем выйти из кабинета украдкой взглянула на мужчину. Он, как ни в чем не бывало, занимался своими делами. А я, оказавшись в коридоре, поняла, что это был первый день, когда я не облажалась и не покалечила его.

Вместо того чтобы направиться сразу в свою комнату я поспешила в библиотеку. Она не пользовалась особым успехом, и студентов здесь было мало, библиотекарша полудремала за своим столиком и я прошла мимо на цыпочках, углубляясь в раздел огня. Быстро оглядев полки, высотой до самого потолка, я начала набирать книги, находившиеся в моей досягаемости. Немного увлеклась, осознав, что стопка уже выше меня и остановилась, аккуратно передвигаясь к выходу из прохода, как вдруг что-то тяжелое упало мне прямо на голову. Я запнулась и полетела на пол вместе с книгами. Оглядевшись, увидела на полу книгу, которой точно не было в моей стопке. Задрав голову, я посмотрела на полку, пытаясь понять, откуда она упала на меня. Книга была пыльной, явно с высших ярусов, куда не так-то часто залезали. Отряхнув пыль с обложки, я прочитала название. «Дух огня». Повертев книгу, ничего больше я не обнаружила. Поднимаясь, собрала все, что уронила ранее и, подумав, добавила талмуд, свалившийся мне на голову, в общую кучу. Записав книги у библиотекаря, я вышла и, нагруженная своей ношей, направилась к себе. Возможно, гонимая жаждой знаний я немного погорячилась. Идти по лестнице было труднее всего, книги мешали смотреть перед собой, и ступала я осторожно. Книга на самом верху стопки предательски сползала к краю, и я попыталась чуть отклонить свою кренившуюся стопку, чтобы вернуть ее на место. Получилось не совсем удачно, книга соскользнула и, перекувырнувшись через перила, упала в пролет. Я застыла, прислушиваясь к удару, но вместо него послышался вскрик. Аккуратно перегнувшись, я взглянула вниз, отыскивая жертву своей тяги к знаниям, и внезапно застыла, встретившись глазами с ректором. Он стоял на другом лестничном пролете, держась за голову, а во второй его руке была моя книга.

— Ой… — выдохнула я, вот и накаркала…. — простите… Я это, книги взяла, как вы и советовали.

Честно говоря, я начинала искренне восхищаться терпением нашего ректора и смиренностью, с которой он встречал невзгоды.

— Про свои административные работы вы, я надеюсь, не забыли? — приподнимая брови, поинтересовался он, и моя книга взмыла с его рук, поднимаясь обратно ко мне, и аккуратно легла поверх стопки.

— Не забыла… — тяжко вздохнула я и продолжила спускаться.

Как бы мне не хотелось посвятить время самообразованию, но я была вынуждена пойти к Гутору. Только появившись на пороге его сторожки, я поняла, что завхоз до сих пор не обнаружил таблички. Он был зол и встрепан, явно оббежав всю академию уже не один раз.

— Тыыыыы, — я отшатнулась, услышав такое приветствие, — это ведь ты поменяла таблички! Где она?

— Я не знаю, — отрицательно замотала я головой, — все осталось у ректора.

И ведь не соврала ни на грамм.

— Что мне делать? — хотелось быстрее получить свое задание и, выполнив его, вернуться в комнату, где меня ждали книги, но не тут-то было.

— Вот сейчас пойдем к ректору и во всем разберемся! Он-то выведет тебя на чистую воду, — схватив меня под руку, Гутор широкими шагами направился обратно в академию, и утаскивая меня за собой.

Уж чего я никак не ожидала, что под конец дня вновь окажусь в кабинете ректора, он судя по всему тоже. Стоило нам войти внутрь, вскинул голову, удивленно уставившись на меня. Высвободив свою руку, я на всякий случай сделала шаг в сторону от чрезмерно нервного завхоза.

— Что она опять натворила? — уже с легкой обреченностью спросил ректор.

— Таблички! — только и успел вымолвить завхоз, как ректор весь подобрался и обеспокоенно посмотреть сначала на меня, а потом на свою дверь.

— Что… опяяять? — его голос уже не был таким спокойным.

— Нееет, — тут же отрицательно я замотала головой.

— Те что она сняла! Я не могу их найти! — закончил свою обвинительную речь мужчина.

— А… — он уже успокоено откинулся на своем кресле, — разве я не отдал вам одну из них?

— Нет, так они у вас?

— По крайней мере, одна из них, — ректор Дакар поднялся со своего кресла, задумчиво оглядываясь, но я то знала, что он ничего не обнаружит. Застыв, мужчина снова внимательным взглядом оббежал кабинет, а потом посмотрел прямо на меня.

— Где табличка адепка Аро? — рыкнул он, даже не сомневаясь, что я в этом замешана.

— Нету у меня никакой таблички, — захлопала я глазами.

— Нету у меня стихийной магии, — неожиданно совсем по-ребячески передразнил меня ректор, и я почувствовала, как краснею. Неужели моя ложь была так очевидна?

Завхоз недоуменно посмотрел сначала на меня, а потом на ректора, явно не понимая, что происходит.

— Так где же они? — вновь требовательно повторил ректор. Я молчала, выжидая, так не хотелось сдаваться, к тому же… где вторая табличка я действительно не знала.

— Ладно, сейчас узнаем, — ректор начал решительно закатывать рукава, я же настороженно замерла. Неужели пытать будет? На всякий случай небольшой шажок назад все же сделала. Но никакого членовредительства вроде бы не намечалось, вместо этого встрепенулась моя стихия огня, когда с рук ректора сорвались два огненных маячка, напоминающих маленькие шары. Не глядя на нас, он что-то зашептал, и я поняла, что он собирается использовать поисковое заклинание. Огненные маячки вздрогнули, один из них остался на месте, а второй плавно поплыл к двери. Первый, зависнув на месте. постепенно из красного стал зеленым, что заставила ректора вновь растерянно оглядеть комнату.

— Ладно, с этим позже разберемся, пойдемте за вторым, — скомандовал он, указывая на еще горящий красным огненный маячок, скрывающийся за дверью. Гутор первым выскочил наружу, не желая потерять путеводную нить, я же вышла подталкиваемая в спину недовольным ректором.

— Может, я вас в кабинете подожду? — робко предложила я.

— Нет уж, так я вам еще не доверяю.

— Разве? — как и всегда в экстренной ситуации, я снова не удержалась от иронии. — Даже после того как вы показали мне свою спальню?

Он лишь успел возмущенно открыть рот и набрать воздуха, но в коридоре на нас снова посмотрел завхоз и ректор проигнорировал мои слова. Неужели постеснялся? От греха подальше все же загнала остальные замечания обратно и вынуждена была последовать за маяком. Двигался он очень уверенно и быстро в сторону женского общежития и мои смутные подозрения начинали набирать силу. Тем не менее, я выдохнула с облегчением, когда маячок свернул в противоположный коридор от того, что вел в мою спальню. Ректор же косился на меня с неким недовольством, то ли еще злился за прошлую реплику, то ли действительно верил, что идем мы в мою комнату. Неужели решил, что я храню его драгоценную табличку у себя под подушкой? Да больно надо! Тем временем маячок свернул к одной из закрытых дверей и застыл, зависнув перед ней. Гутор тут же забарабанил, взывая к хозяйкам комнаты. Те, не подозревая, что их ждет, откликнулись. Дверь широко распахнулась и на пороге застыла улыбающаяся Джинна, при виде Гутора улыбка сползла с ее лица, но когда она заметила ректора, предприняла попытку вернуться обратно. Маячок, не дожидаясь представлений, проскользнул внутрь.

— Посторонитесь адептка! — строго велел Гутор и вошел в комнату. Джинна, вынужденная попятиться, исчезла внутри вместе с ним. Ректор вновь выразительно посмотрел на меня, пропуская вперед.

— Может, я здесь подожду? — снова робко, но с надеждой.

Губы поджал и посмотрел очень сурово.

— Нет, так нет, — поспешно ответила я на его грозный взгляд и тоже шагнула внутрь, последним в комнату вошел ректор, закрывая за собой дверь. Маячок уже застыл в самом центре комнаты, последний раз вспыхнув красным и постепенно начиная зеленеть.

Джинна ошарашено застыла, смотря на ректора Дакара, таких гостей она сегодня точно не ждала, иначе убрала бы табличку с ректорского кабинета со своей стены. Искомая устроилась над кроватью и почетно была обвешана сердечками. Джинна, похоже, была готова провалиться сквозь пол, и я прекрасно понимала ее желание. Только вот ректор смотрел отнюдь не на Джинну, а на меня.

— Адептка Аро, неужели вы не поняли моих слов? Зачем вы повесили это над своей кровать?

Я даже дар речи потеряла от такого обвинения, так и застыв посреди комнаты с открытым ртом. Причем тут вообще я??

— Вообще-то, — в наш разговор влез Гутор, который уже успел открепить табличку от стены, — комната адептки Аро дальше по коридору.

Теперь настала очередь ректора терять да речи, я же наслаждалась его замешательством. Довольно быстро взяв себя в руки, он развернулся к Джинне.

— Зайдете ко мне в кабинет завтра утром перед занятиями и объяснитесь, — строго велел он, после чего развернувшись, покинул комнату, я выскочила следом, поймав на себе противоречивый взгляд девушки, теперь еще объясняй, почему я в такой странно кампании к ней пришла. Гутор шел прямо за нами, прижимая свое сокровище к груди, я же радовалась такой внезапной реабилитации.

— Вот видите, — не удержалась я, поравнявшись с ректором, — я же говорила, табличка на вашей двери, не моих рук дело.

— Зато спрятанное в моем кабинете явно ваша работа, — ухмыльнувшись, ответил он. Ох, как же мне вновь стало стыдно. Мы уже приблизились к кабинету, взявшись за ручку двери, ректор открыл ее передо мной, пропуская вперед, и когда я проходила внутрь, чуть наклонился и, понизив голос, сказал:

— Спасибо что хоть не спрятали ее в моей спальне.

В кабинет я вошла, уже не ожидая ничего хорошего. Гутор появился последним, явно не услышав того, что мне сказал ректор. Сцепив руки вместе, я застыла посреди кабинета, переминаясь с ноги на ногу. Ректор уже оглядывал все вокруг, первым делом прошерстив свой стол.

— Господин ректор, — подал голос завхоз, — а вторая-то табличка где?

— Сейчас найдем, — спокойно пообещал мужчина, — а вы пока идите, повесьте эту обратно.

Гутор тут же умчался выполнять распоряжение начальства, я же чувствовала себя не в своей тарелке, оставшись с ректором наедине.

— Ну, — закончив проверять стол, он повернулся ко мне, — признаваться будем?

— Это традиция такая, — робко сказала я, желая оправдать свои действия.

— Я смотрю, вам нравятся традиции, вы даже завели еще одну, вечно сваливаться на мою голову в прямом и переносном смысле этого слова.

Я приблизилась к стеллажу и вытащила папки, скрывающие за собой табличку, аккуратно достав ее наружу, я повернулась и протянула ее ректору, который уже стоял рядом.

— Как ни стыдно, адептка, нашкодили прямо в моем кабинете, — заявил он, забирая у меня табличку и возвращаясь к столу.

Пришлось опустить глаза в пол и надеться, что он не продлит мне за это административные работы.

Паузу прервал Гутор, так вовремя вернувшийся в кабинет. Увидев в руках ректора табличку, он прямо таки загорелся, торопясь забрать ее.

— Спасибо ректор Дакар, — и развернувшись ко мне уже не учтиво, — а ты иди, возьми грабли и прибери территорию у школы!

Воспользовавшись шансом, я поторопилась выскочить из кабинета. Оказавшись в коридоре, перевела дух, не такой уж и страшный этот ректор!

Грабли нашлись прямо у сторожки завхоза, и, вооружившись ими, я быстро начала прибирать территорию. Возможно, мне стоило меньше радоваться, ведь территория академии была не маленькой, но уж лучше это, чем еще хоть на секунду задержаться в кабинете ректора. Было желание воспользоваться магией и поджечь листву, ооочень сильное желание, но в своих силах я не была уверена, да и за использование магии на административных работах мне бы влетело, потому пришлось ограничиться лишь физическим трудом. Спустя час меня нашел завхоз и, отобрав грабли, смилостивился и разрешил идти к себе, пообещав, что завтра я обязательно закончу начатое.

В комнату я уже плелась, день бы безумно долгий и не самый радостный, но хотя за окном уже темнело, спать я не собиралась. Айлин в комнате не было и я, устроившись на кровати, взяла книги, которые принесла с собой. Пульсары под потолком, освещавшие каждую комнату в темное время суток начали светиться. Открыв первую книгу, я начала читать о магии огня. Было скучно и неинтересно, ничего того, о чем бы я пока не знала. Поразительно, как даже такая завораживающая стихия как огонь может выглядеть скучной в описании ученых.

Захлопнув учебник, я окинула взглядом стопку, похоже, это будет не так захватывающе, как я ожидала. Взгляд наткнулся на книгу, которую я прихватила после того как она свалилась на меня. «Дух огня». Я взяла ее, открывая. Может хоть она будет поинтересней?

«У каждой стихии есть своя душа, которая вынуждена подчиняться магу, владеющему ей. Огонь — одна из четырех основных стихий и подобно другим имеет свой дух. Дух этот своенравен и буен, однако если вы достаточно смелы, то можете вызвать его, чтобы увидеть воочию» Дух? После данного вступления шли рассуждения и доводы о душе стихии, которыми я зачиталась. В этой книге стихия была живой и хотя, скорее всего книга являлась полным бредом, я не могла оторваться. В конце было приведено подробное описание ритуала, с помощью которого можно вызвать дух огня. Отложив книгу в сторону, я какое-то время смотрела прямо перед собой, размышляя о прочитанном. Совершенно точно это было бредом. Дух огня? Нет никакого духа, есть просто огонь, стихия, которой маг мог управлять.

Мои размышления прервала вернувшаяся Айлин, но девушка так устала, что сразу ушла в душ, чтобы потом лечь спать, во мне же бурлила неуемная энергия проснувшейся стихии, действуя аналогично зельям бодрости Айка. Рука сама потянулась к отложенной книге, чтобы лучше изучить ритуал. Нужно было лишь свечи и мел, чтобы нарисовать руны призыва. Глупость неимоверная, но что еще делать то, это хотя бы даже практикой назвать нельзя, так, детская шалость. А про детские шалости ректор ничего не говорил. Схватив мел и свечи, я выскочила в коридор, желая сделать это подальше от любых глаз, а то где это видимо, магичка верит в сказки. Поиски подходящего места немного затянулись, в итоге я нашла подходящий пустой класс, находившийся как можно дальше от ректорского кабинета. Ну так… на всякий случай.

Сдвинув в сторону парты, я освободила требуемое пространство и, сверяясь с книгой, стала рисовать руны, были они не такими сложными, хотя раньше я с подобным не сталкивалась. Требовалось сделать две замкнутые окружности, вокруг которых в определенном порядке они концентрировались, одна из этих окружностей предназначалась мне, а вторая вызываемому духу. Расположив вокруг них свечи, я зажгла их спичками и уселась на пол, чувствуя себя не очень уютно. Подтянув книгу к себе в окружность, я уставилась в текст, прочитывая его про себя. Когда я убедилась, что готова произнести все это без запинки, то сделала глубокий вдох и начала.

Ахтр манн куваре

Свечи внезапно вспыхнули еще ярче, отчего я вздрогнула. Неожиданный эффект всего на три простых слова. Но останавливаться было нельзя, книга велела произнести это тринадцать раз.

Ахтр манн куваре

Ахтр манн куваре

Ахтр манн куваре

Больше ничего не происходило, и я немного расслабилась, закрывая глаза и просто повторяя явно бессмысленные слова, возможно в первый раз огонь просто среагировал на бушующую во мне стихию. Ветер прошелся по комнате, касаясь моих волос, и они зашевелились, вздымаясь вверх, неладное я почувствовала, когда снова по затылку растеклось тепло, но нужно было сначала закончить ритуал, и лишь потом убедиться что я вновь не превратилась в факел. Настоящие или нет, но ритуалы не любят незавершенности.

Ахт манн куваре

Ахт манн куваре

Повторяла уже быстрее, желая закончить ритуал, и произнеся слова в последний раз, открыла глаза, намереваясь тут же подняться и выйти из круга, но застыла. Свечи вокруг меня горели неистовым пламенем, а края рун и кругов, ранее обведенные мелом сейчас горели самым настоящим огнем. Божечки… если я спалю класс, ректор меня убьет.

Но было что-то еще… что-то, что шевелилось в соседнем круге. Это был огненный шар, он зашевелился и внезапно поднялся над полом, превращаясь в маленького дракончика. Огонь вокруг нас начал утихать, пока совсем не пропал, но мне уже было не до того, чтобы порадоваться, что кабинет я не спалила. Дракончик парил невысоко над полом и выжидающе смотрел на меня, я же, молча смотрела на него, не представляя что теперь делать и очень надеялась, что этот дух окажется дружелюбным.

— Ты дух огня? — нерешительно спросила я.

— А ты не уверена? — удивленно спросил дракончик и чихнул, я еле успела отпрыгнуть от его огненного чиха, на полу осталась небольшая подпалина.

— Дожили, — проворчал мелкий, — сами не знают, кого призывают, сразу видно, адепты.

Дракончик начал кружить по кабинету, светясь как огненный шар.

— Ээээ, а обратно вернуться не хочешь? — испуганно спросила я, хватая книгу, и начиная листать, но ничего о том как прогнать дух огня здесь не было, лишь ритуал по призыву.

— Вот еще… мне пока и тут интересно, — нагло заявил дракончик, оглядываясь, — а у тебя стихий сколько?

— Две, — ответила я ему, продолжая листать книгу в поиске своего спасения. За дракона, да еще и огненного, ректор точно по головке не погладит.

— А ты опасный? — на всякий случай спросила я у первоисточника.

— Ну….

Дракончик даже светиться стал ярче, после чего демонстративно спалил дотла один из столов. Я с ужасом смотрела на оседающий пепел.

— Но это так, обычно я легонько, — тут же посвятил меня он, но легче от этого не стало. Дакар меня не просто убьет, с землей сравняет! Особенно если дракончик всю академию спалит.

Пока я сидела, схватившись за голову, дракончик наворачивал круги по кабинету, становясь все более нетерпеливым.

— А чего мы в этой комнате сидим? Пойдем гулять! — подлетев к двери, он нетерпеливо завис рядом с ней.

Дверь дернулась от сквозняка и приоткрылась.

— Нет! — закричала я, вскакивая, но дракончик, проигнорировав меня, выскользнул в коридор.

Сорвавшись с места, я выбежала за ним и если бы не мелькнувший у поворота яркий всполох, то точно упустила бы этого огненного бесенка. Направление он выбрал не самое удачное, летя к мужскому общежитию, а от него всего ничего до покоев ректора.

— Эй, эй, дракончик, — громким шепотом окрикнула я его, догоняя. Дух внезапно замер, оборачиваясь ко мне, и слегка обиженно заметил:

— Я не дракончик, я дух и у меня имя вообще-то есть.

Пристыженная я остановилась, забыв о том, что моей целью было остановить его от продолжения прогулки по стенам академии.

— А как тебя зовут?

Дракончик окинул меня задумчивым взглядом.

— Для тебя я буду Шета.

И тут со стороны лестницы послышались шаги, я, округлив глаза, выразительно показала дракончику на колонны, тут же скользнув туда, к счастью он послушно спрятался вместе со мной.

— А почему мы прячемся, мы готовим шалость? — тихо поинтересовался он у меня, присаживаясь на пол, его свечение начинало угасать, пока совсем не исчезло. Вот оно как… значит, он не всегда может быть сгустком огня.

Глаза дракончика, тем не менее, поблескивали азартом, и что-то мне подсказывало, что если я ему не пообещаю какую-нибудь шалость, он точно нас выдаст.

— Будет, будет, — тихо ответила я, — но пока посидим тихонько.

На удивление дракончик послушался, замерев. Со стоны лестницы тем временем появился Исар. Только этого мне не хватало! И везет же как утопленнице. Парень двигался именно в нашем направлении, что создавало опасность быть обнаруженными.

— Ну что? Нападем на него, — возбужденно зашептал мне дракончик.

— Нет, на этого не надо, — поспешила я отговорить Шета. — Плохой он, проблем не оберемся, мы лучше с кем-нибудь другим пошалим.

— Значит он нам не друг? — уточнил дракончик.

— Совсем не друг.

Исар замер, отчетливо уставившись в нашу сторону.

— Полукровка, что ты там делаешь?

Осознав, что замечена, я поторопилась выскочить из-за колонны, пока Исар не решил сам проверить наше убежище. Оставалось надеяться, что дракончику хватит благоразумия сидеть тихо.

— Чего это ты тут делаешь? — прищурившись, спросил у меня парень.

— Не твоего ума дело, — отрезала я.

— Завела себе дружка? — поинтересовался парень — или дружков? Одна, ночью, в мужском общежитии, выглядит очень любопытно.

В голосе парня послышалось очень пошлые нотки, я собиралась поставить его на место, как вдруг за спиной парня мелькнул яркий всполох. Так и застыла с открытым ртом, не зная, что делать. Вот ведь дракончик! Вот засранец!

— На что это ты там уставилась? — насторожился Исар, начиная поворачивать голову.

— На тебя уставилась! И на твое раздутое эго! — выпалила я первое, что пришло в мою голову, лишь бы заставить парня смотреть на себя, а не за спину.

Дракончик завис чуть выше уровня его головы, чуть склонив свою голову на бок и изучая парня. Исар же забыв обо всем, шагнул ко мне, оглядывая неприязненным взглядом.

— Зарываешься, — прошипел он, я же больше была поглощена тем, что происходило за его спиной. Дракончик корчил рожи, из которых выходило, что парень этот ему не понравился и сейчас ему наступит крышка. Я интенсивно замотала головой, умоляя его этого не делать.

— Ты чего головой трясешь как болванчик? Странная ты какая-то…

И тут дракончик дунул… Я с ужасом наблюдала как огонь, явно аккуратный и четко вымеренный, прошелся по волосам Исара, сжигая их. Парень вскрикнул, подпрыгивая.

— Что ты со мной делаешь! — испуганно закричал он, ощупывая уже лысую голову.

— Это не она, это я, — игриво ответил Шета, явно довольный своей работой. Исар резко обернулся, уставившись на дракончика.

— Ты еще кто такой? — ошарашено спросил он духа.

— Тот, кто сделал тебя лысой башкой, — нагло заявил дракончик, показывая Исару язык, а затем, развернувшись на сто восемьдесят градусов, повилял попкой, — попробуй, догони балбес!

И хлопая крыльями, дракончик полетел по коридору. Такого оскорбления Исар снести не мог и, закричав ломанулся за духом, материализуя в руках огненный шар. Дракончик не то чтобы боялся, но все же припустил быстрее. Я побежала за двумя балбесами, мысленно ругая и себя и их, на чем свет стоит. Сейчас ведь пол академии перебудим!

— Иди сюда, ты, недомерок огненный, — орал Исар не стесняясь выражений, то и дело бросая огненные шары, которые так и не попадали в дракончика. На самом деле, не думаю, что они причинили бы духу хоть какой-то вред. Дух огня как-никак. Шета откровенно веселился, похихикивая и сворачивая из коридора в коридор, пока мы с Исаром напару неслись за ним, а позже и вовсе исчез. Исар застыл посреди коридора, оглядываясь. Парень был злее некуда и сообразив что сейчас не найдя главного зачинщика он переключится на меня, аккуратно изменив траекторию я пошла в обратном направлении. Ну и где мне теперь искать эту хитрую драконью задницу?

— Ты! Полукровка! — я все же обернулась, чтобы понять, что от меня хотят.

Рука Иссара снова была на его лысой башке, лысая башка…

— Что лысая башка? — не удержавшись, я захихикала, за что получила грозный взгляд. Увидев, как в руках парня материализуется огненный шар, смеяться перестала и, последовав примеру дракончика, припустила со всех ног. Пролетев где-то над моим плечом сгусток огня ударился о стену, оставляя небольшую подпалину. Не беда… Гутор постоянно это исправлял. Я влетела на лестницу, поднимаясь на этаж выше, в то время как Исар несся за мной, высказывая отнюдь не лестное мнение о моей персоне. Мне крышка!

— Пс, пс, сюда мелкая.

Повернув в голову, я увидела хитро блестящие глаза дракончика из-за ближайшей колонны и, не раздумывая, нырнула туда. Мы затаились, слыша, как парень проносится мимо. Судя по всему, Шета шалостью был доволен, вон как хвостом виляет!

— Пошли, — велела я дракончику, вылезая из-за колонны, и застыла, увидев перед собой дверь ректорской спальни, — и на цыпочках, — тут же добавила я.

— А почему на цыпочках? — не удержался любопытный дракончик, взлетая.

— Потому что тут спальня ректора, — шикнула я на него и на цыпочках стала возвращаться к лестнице. Бежать надо отсюда! Бежать от греха подальше!

— А ректор у нас друг или враг? — спроси дракончик, оставаясь за моей спиной.

— Ректор — это ректор, — терпеливо пояснила я.

Дракончик затих. Я-то решила что он все понял и молча последовал за мной, но когда достигнул лестницы и обернулась, то увидела лишь пустой коридор.

— Дракончик? — испуганно пикнула я, увидев, что дверь ректорской спальни бесстыдно приоткрыта. Как он ее открыл? Неужели он внутри? На меня накатила настоящая паника, и я вернулась обратно, прислушиваясь. Света внутри не было, да не может быть… Наверняка сквозняк, а ректору стоило бы дверь закрывать! Но нет… сквозняк не мог так расплавить замок… Ооохх.

— За что же мне все это, — простонала я, мысленно хороня себя, взялась за ручку, открывая дверь чуть шире, и скользнула внутрь.

В комнате было темно, и понять здесь ли ректор было невозможно, я позволила двери закрыться за собой, тут же об этом пожалев. То что дракончик здесь можно было не сомневаться, я отчетливо слышала как он тихо себе что-то намурлыкивает и, судя по тому как звук был приглушен, проказничал дух в ректорской ванне. Так… соберись Юна. Я представила в своей памяти спальню, вспоминая, где же была вторая дверь, уверенно повернувшись чуть вправо, я стала аккуратно ступать вперед, мечтая ни на что не наткнуться, звать дракончика я, конечно же, не решилась. Звук приближался, а значит, я двигалась в правильном направлении. Поскольку мебели в спальне ректора было не так уж много, да и порядок был отменнейший, я сделала широкий и уверенный шаг вперед, а потом еще один и уже окончательно расслабившись, внезапно запнулась обо что-то на уровне своих колен и полетела вниз. Отчасти приземление было мягким, отчасти жестким. Я с ужасом поняла, что немного отклонилась от курса и запнулась именно о кровать ректора, упав прямо на него.

Тихий вскрик подо мной дал понять, что в комнате больше никто не спал. Отчаянно брыкаясь, я пыталась выпутаться из одеяла, которое непонятно почему запутывало меня в себе еще больше, меня коснулись чужие руки и я еле сдержалась то того, чтобы не завизжать когда поняла что только что провела рукой по груди ректора. Определенно, у меня оставалось лишь пара секунд, чтобы со всех ног покинуть эту спальню, и к демонам дракончика, пусть сам выпутывается, главное чтобы ректор не понял, что это была я! Отчаянно брыкаясь, я пыталась вылезти, но руки схватили меня, удерживая, а под потолок внезапно взлетели огненные шары, освещая комнату. После этого была немая пауза, наши глаза встретились, и на лице ректора отразился широкий спектр эмоций от удивления, до возмущения. Руки его по-прежнему лежали на моих плечах, да и поза была весьма недвусмысленной, из одеяла я так и не выпуталась, кажется, запутались в нем мы основательно и теперь лежали практически прижатые друг к другу. Боже, он еще и раздет. Ну да, конечно… не одетым же в костюм ему спать. Предательский румянец начинал появляться на моих щеках. Опомнившись, я попыталась убрать свои руки и ноги подальше от мужчины, чтобы не касаться его.

— Адептка… Юна!? Что вы тут делаете!? — ректор, похоже, отошел от шока, схватив, он резким рывком отодвинул меня как можно дальше от себя, на вторую половину кровати и, чертыхаясь, вылез из-под одеяла. Я молчала, понятия не имея как оправдываться. Ну не говорить же что у него в ванной мой дракончик сидит… Ой…. Ректор поймал мой взгляд, направленный на его голые ноги и черные труселя. Быстро схватив сложенные на кресле брюки, он натянул их на себя, застегивая.

— Я жду Юна! — требовательно повтори он.

Ой, а чего это он меня по имени называет? Это хороший или плохой знак? Сминая в руках ректорское одеяло, я подтянула его к лицу, пряча за ним свою пылающую моську. Самое время появится дракончику из ванной, и отвлечь внимание на себя, так нет же, сидит и молчит, затаился, тоже мне… друг называется!

— Я… это… — нужные слова никак не приходили на ум.

— Я же говорил вам, ваши чувства не уместны, — вздохнул ректор, застыв посреди комнаты в одних только брюках. Глаза пробежались по его голой груди, спортом он тоже не пренебрегал… ну да, боевой же маг вроде.

— Смотрите мне в лицо! — возмутился ректор Дакар, и я резко подняла глаза, снова испуганно прижимая одеяло к себе, — зачем вы вломились ночью в мою спальню и залезли в мою кровать?

В его интерпретации это звучит еще ужасней.

— Я случайно упала в вашу кровать, — пробормотала я.

— Ага, и под одеяло случайно полезли и ….

Тут ректор замолчал, внезапно краснея. Ого.… Какая запоздалая, но бурная реакция.

— Ну, я пойду… — я тут же выскочила из-под одеяла, торопясь воспользоваться минутой его слабости и выскочить из комнаты.

— Стоять! — уже строго велели мне в спину, и я не посмела ослушаться. Обернулась, опустив глаза в пол и всем своим видом, выражая сожаление о случившемся. Я слышала, как ректор испустил тяжкий вздох, уже хорошо, хотя бы не кричит…

— Адептка Аро.

Я подняла глаза, наблюдая, как ректор внезапно приближается, сокращая между нами расстояние.

— Да? — растерянно спросила я, заглядывая в его темные глаза, и чувствуя, как по коже поползли мурашки.

— Я понимаю, адептки имеют склонности влюбляться в своих молодых преподавателей, и порой, преподаватели отвечают им некого рода… взаимностью.

Мои брови плавно поползли вверх, к чему это он клонит!? Сократив расстояние между нами, ректор остановился, я же отвела глаза, вспомнив, как он умеет гипнотизировать. И отвела не зря, за спиной ректора чуть приоткрылась дверь ванной, и оттуда выскользнул дракончик. Этот наглый проказник неслышно выдохнул дымок изо рта, который тут же сложился в сердечко. Еще один! Маленький проказник всячески намекал мне на активные действия, что будило во мне желание запустить в него чем-нибудь, лучше сбежал бы из комнаты, пока я ректора на себя отвлекаю.

— Возможно, с ними и сработали бы ваши эксцентричные меры привлечения моего внимания, — я снова позабыла о дракончике, прислушавшись к тому, что говорит ректор, — но мне не интересно то, что вы предлагаете.

Моя челюсть уже начала плавно падать вниз. Я предлагаю?! Не дождется! Ох, я убью этого дракончика, из-за которого снова вляпалась!

— Ректор Дакар, я…

— Вы мне не интересны адепка Аро, — оборвал он меня, сверкнув своими глазами, и сейчас был больше похож на властного и строгого ректора академии, чем когда либо.

Будь я действительно нацелена на то, о чем намекал ректор, его слова прозвучали бы обидно. Именно так, похоже, решил дракончик. Из его ноздрей вылетел дымок, сложившись уже в форму расколотого сердца, а потом на мордочке появилась решимость вкупе с шаловливостью, именно так он смотрел на шевелюру Исара, прежде чем ее не стало…. Увидев, как дракончик набрал в легкие воздуха, собираясь дунуть, я, схватив ректора, толкнула его в сторону. Приземлились мы прямо на многострадальную кровать. Ректор, правда, тут же вскочил, а дракончик почему-то поджал хвост и исчез из комнаты, удрав через дверь. Вот поганец!

Но когда ректор развернулся лицом ко мне, я его поняла. Хотелось так же поджать мой не существующий хвост и удрать, увидев как горят его глаза, они светились синим, давай понять, что сейчас его переполняла стихи воды, а огонь не любит воду, очень не любит, у меня даже внутри все сжалось, потому, как я сейчас почти вся состояла из недавно проснувшейся стихии.

— Я так предполагаю, к этому вы тоже имеете отношение? — спросил у меня мужчина, подходя ближе и протягивая руку. Ухватившись за протянутую ладонь, я поднялась с кровати, поправляя одежду. Глаза ректора все еще полыхали ненавистной мне сейчас водой, и внутри все сжималось от отвращения и испуга.

— Это Шета, — выпалила я, — дух огня.

— Дух? У нас в академии нет духов. Откуда вы его притащили?

— Я его вызвала. А вы можете не… — я снова вздохнула, чувствуя, как все переворачивается внутри, но ректор понял, и его глаза начали приобретать свой обычный карий оттенок, без примеси силы стихии и давящее чувство исчезло.

— Спасибо, — с облегчением выдохнула я.

— Пойдемте, по дороге будите объясняться, — велел мужчина, разворачиваясь к двери.

— Куда пойдем? — спросила я, следуя за ним.

— Дракона вашего ловить, — сухо ответил ректор и, судя по его тону, он злился, очень злился, — пока он всю школу не разнес.

— Он не разнесет, — встала я на защиту Шета, — он шалит просто, он, кажется, добрый.

— Так кажется, или добрый? — метнув в мою сторону недовольный взгляд уточнил ректор, мы уже вышли в коридор и остановились, как я поняла, прислушиваясь. — Если он такой добрый, то почему хотел на меня напасть?

— Решил, что вы мне больно сделала, — пожала я плечами, про разбитое сердце, решив промолчать.

— Господи, — поморщился ректор, — от вас так фонит магией огня, что я не могу сосредоточиться, чтобы найти его.

— Мне отойти? — тут же предложила я, делая шаг назад.

— Это не поможет, — отмахнулся ректор, оглядывая стену и пол.

Подсказка нам пришла неожиданно, в виде вскрика и хихикания вдалеке и, переглянувшись с ректором, мы кинулись в том направлении. Надеюсь, Шета больше никого лысым не оставил.

У дракончика, судя по всему, напрочь отсутствовал инстинкт самосохранения.

— Как вы его вызвали? — уже на бегу спросил ректор.

— Ну, вы же сказали, книжки почитать, ну я почитала… и нашла про дух огня.

— С сегодняшнего дня, книжки тоже только при мне читаете, — отрезал ректор.

Мы уже прибыли на место происшествия, где Шета парил под потолком вполне себе довольный жизнью, а Исар прыгал внизу со шваброй наперевес, судя по всему уже наплевав на магию и просто пытаясь побить дракончика.

— Эй! — возмутилась я, вырываясь вперед, чтобы отнять швабру у парня — не обижай его!?

— Не обижай? Не обижай!?? — голос парня даже дрожал от возмущения, скатываясь на визгливые нотки. — Это я его обижаю? Ах ты, ты! Это ты его на меня натравила!!

Стоило бы оставаться спокойной и все отрицать, особенно при ректоре-то, но видя блестящую лысину парня, на моих губах против воли появлялась улыбка.

— Успокойтесь адепт, — призвал нас всех к порядку ректор, а затем отвернулся, уставившись на дракончика, — а ты, вниз!

Шета вновь слегка поджал свой хвостик, но все, же не удрал, а покорно спустился ниже. Из ноздрей его появлялись струйки дыма, а мордочка выглядела насупленной. Ректор всматривался в дракошу, пока он не чихнул раз, два, три, а затем его вновь охватил огонь, который почему-то становился все ярче.

— Росс, вы оказали на него много магического воздействия огнем?

— Ну… — парень замялся, — достаточно.

Ректор сделала шаг назад, поравнявшись с нами и протянув руку, неожиданно железной хваткой сжал мое предплечье.

— Адепт Росс, — спокойно, но торопливо велел он, — спрячьтесь за правой колонной.

После чего сам ректор переместился за левую, немного грубо прижав меня к ее поверхности и нависая сверху, так, что я ничего не видела кроме голой груди ректора, а рубашку то ведь он так и не надел.

Я даже не успела спросить, что происходит, как услышала еще один, очень громкий чих дракончика, а потом коридор окутало пламя, лизнув так же и колонны, за которыми мы прятались. Жар быстро утих, и наступила тишина. Ректор чуть отстранился от меня, бросив беглый взгляд.

— Все целы? — поинтересовался он.

— Ага, — уже спокойно послышалось из-за соседней колонны, — что за чертовщина?

— Идите к себе в комнату, адепт Росс, — вместо ответа велел парню ректор, выходя из-за колонны. Я вынырнула следом, думая о том, не распространяется ли приказ идти в комнату и на меня, но застыла, пораженно уставившись на дракончика. Чешуйки его вновь приобретали красноватый оттенок, но уже без всполохов огня, но поразительно было то, что он ощутимо подрос, все еще оставаясь маленьким для дракона, но при этом, уже, будучи размером с меня.

— Что это с ним?

— Впитал всю магию, — на автомате пояснил мне ректор, следя за тем, как Росс уходит, — полыхнул и подрос.

Шета сидел прямо на камне, послушно, но между делом слегка поерзывал, видимо еще не нашалился.

В коридоре повисло молчание, ректор, подняв руку, потер свой подбородок, смотря на дух, который на удивление послушно ждал своей судьбы.

— Где вы провели ритуал? — отведя взгляд от дракончика, он повернулся ко мне, ожидая ответа. Как только пристальное внимание к его персоне слегка ослабело, Шета заерзал чуть сильнее и предпринял попытку уползти. Ректор почувствовал это, даже не оборачиваясь.

— Сидеть!

Шета застыл, вздохнул и послушно остался на месте, выглядя сейчас скорее как нашкодивший щенок. Только вот щенок-то был не маленький…

— В кабинете пустом, — ответила я, отводя глаза и нервно покусывая губы, при этом чувствуя себя почти так же, как и Шета.

— Тогда вернемся в этот кабинет, оба, идите передо мной и даже не думайте улизнуть, догоню.

Ушки дракончика слегка трепыхнулись.

— То есть в догонялки играть будем? — пыхнул он дымом.

Я вытаращила на него глаза, всем своим видом намекая, что ему лучше помолчать. Положение наше было и так незавидным. Кажется, светит мне еще пара недель административных работ.

— Мы будем играть в следопытов, — неожиданно спокойно ответил ректор, заставив Шету слегка приободриться и выпрямиться на своих лапках.

— А это как? Я такую игру не знаю!

— Как вы его назвали? — на секунду обернулся ко мне ректор, уточняя.

— Не я, он сам… Шета.

— Следопыты, Шета, это когда мы возвращаемся по следам, которые вы с адепткой Аро оставили, в комнату, где все началось.

— Оооо, — Шета тут же послушно пошел вперед, — это я могу!

Дракончик первый удрал к лестнице, я же, не желая идти рядом с ректором, поторопилась за ним.

Путь обратно был быстрым, Шета ничего не подозревая, шлепал по полу, не пробуя пока взлететь и деловито оглядывал стены, на которых оставались подпалины. Игру он воспринимал всерьез, я же лишь настраивалась на хорошую взбучку. Входя в кабинет, где все начиналось, я тут же посмотрела на пепел, оставшийся от школьного имущества. В комнате тут же появился свет, давая возможность изучить урон во всей красе. Вот за это меня убьет даже не ректор, а сам Гутор… И даже неизвестно что хуже. Но ректора, кажется, мало интересовал недостаток мебели, потому как он уже подошел к нарисованным мною рунам, изучая их чуть склонив голову. Заметив на полу книгу, тут же подобрал и начал искать.

— Вы здесь взяли заклинание?

— Да, — утвердительно кивнула, покосившись на Шету.

— А книгу где нашли? Неужели в библиотеке?

— Да, — снова повторила я, кивая как болванчик.

Шета тем временем увидел свое отражение в окне и прошлепал ближе, изучая, покрутился, состроил рожицу, а затем величественно выпрямился, видимо решив, что он теперь уже совсем большой. Мне бы его спокойствие и безмятежность.

Ректор, присев на край стола, быстро листал книгу, проглядывая ее содержимое, пока не достиг описания ритуала, где задержался особенно долго. Одна я не при деле, огляделась и присела на стул, не рискнув улизнуть.

— Для какой задачи вы вызывали дух? — обратился ко мне ректор, все еще не отрываясь от книги.

— Задачи? — недоуменно переспросила я, мысленно перебирая все, что я сделала во время ритуала. И не ставила я перед собой никаких задач, даже не верила, что что-то получится.

— Вы что, даже этого не учли? — раздраженно процедил ректор, резко захлопывая книгу, отчего даже Шета вздрогнул и повернулся к нам, шевельнув ушками.

— А надо было? — нервно покусывая губу, поинтересовалась я, поднимаясь со стула.

— Надо, — ректор соскочил со стола, приближаясь ко мне с книгой в руке, — потому что дух призывается для выполнения определенной задачи и исчезает после достижения заданной цели.

— То есть это никак не исправить? — я покосилась на Шету, который застыл, навострив ушки. Нет, мне не хотелось проблем, воплощением которых, мягко говоря, был дракончик, но стоит признать, что он был очень милым. Совсем еще малышом. Ну, вот как можно такого изгнать, или обидеть? Моя рука бы не поднялась!

— А у меня есть цель! — неожиданно вмешался дракончик, подпрыгивая и зависая в воздухе, и глазки так живо у него заблестели.

— Какая? — напряженно спросил ректор. Интересно чего он боится? Того что может стать целью дракончика? А что… мишенью он уже точно был, сразу после Исара. Я с любопытством замерла, ожидая разъяснений.

— Пошалить! — на мордочке дракончика появилась широкая улыбка, а глазки хитро заблестели. Он что, ждет, что мы с ректором с ним сейчас играть всю ночь будем??

— Пошалить? — ошарашено переспросил Дакар, на что дракончик счастливо закивал и вильнул своим хвостиком — и как много тебе нужно нашалить?

Дракончик задумчиво поднял глаза к потолку, изучая его, а потом его плечи сникли, и он снова посмотрел на нас.

— Не знаю,…Вы ведь со мной пошалите?

Но ответ дракончика ректора не удовлетворил, он развернулся ко мне.

— Вы вызвали древний дух огня… ПОШАЛИТЬ?? — и голос его громыхнул как гром, что я даже подпрыгнула от испуга. А я-то что сразу? Не я же шалить собралась! Сам сказал… книжки почитать…

— Я не вызывала его пошалить, — встала я на собственную защиту, — я вообще не думала что что-то получится. И не думала я ни о какой задаче для него.

— То есть, вы делали это просто ради развлечения? — такого скептического выражения лица я ее не видела.

— Ну,… вроде того, — призналась я, вновь прикусывая губу.

— Вы понимаете, что это за дух? — в голосе ректора послышались подозрительно ласковые нотки, скорее всего не предвещавшие ничего хорошего.

— Дух огня? — уверенности в моем ответе не было, отчего он прозвучал полувопросительно.

— Дух огня, — в его исполнении это прозвучало уже утвердительно и уж слишком ласково, но по мере следующих слов, тон становился все более грубым и раздраженным, — древний дух стихии, который является перед магом, как правило, в грозном обличии, вызываемый не просто пошалить, а рушить целый города. В прошлом маги использовали его для мести, завоеваний и разрушений. Он сжигал целые империи, становясь в руках не самых чистоплотных магов по-настоящему смертельным оружием. Вот это оружие, вы вызвали, пошалить.

— Но он такой маленький, — робко возразила я и, покосившись на подросшего дракончика, неуверенно добавила, — был.

— Смею предположить, что он принял форму своей нынешней хозяйки, — тон ректора снова стал до пугающего ласковым, — глупого и маленького ребенка, которому только и хочется, что нашкодить. Но пошалить, понятие растяжимое, дух с трудом видит разницу между плохо и хорошо и даже в порыве пошалить может причинить вред невинным людям и из простого озорства спалить целую деревню.

— Ой, — вздохнула я, — я не…

— Не подумали, вероятно? А вы подумали о том, что никогда не слышали ничего о духах стихии?

— Подумала! — упрямо возразила ему.

— И что же в таком случае вы знаете о причине, по которой этих духов не вызывают направо и налево?

Я промолчала, опуская глаза в пол. А ничего я не знала и, судя по всему, зря.

— Я вас просвещу, адептка Аро. Дух, это чистая и непобедимая стихия, которую не остановить обычному магу, пока он не выполнит задачу, для которой был призван, и в плохих руках эта стихия разрушительна и губительна.

Я тихонько кивнула, об этом он уже вроде бы говорил.

— Именно по этой причине, ради безопасности своих подданных, столетие назад король признал вызов духа преступлением, мгновенно карающимся смертной казнью. Поскольку только смерть призвавшего способна освободить дух от выполнения задачи и сделать его безвредным.

Я вздрогнула, испуганно поднимая глаза, чтобы взглянуть на ректора, но не было похоже, чтобы он шутил и тысяча иголочек страха пробежались по моему телу. Что же теперь будет? Я даже сказать ничего не могла, потому что язык онемел от страха.

— Вот это действительно ОЙ адептка, — устало вздохнул ректор, отворачиваясь от меня, чтобы снова посмотреть на Шету.

— Мало мне было одной… теперь еще и это, — в сердцах заявил ректор, облокачиваясь на стол и смотря на дракончика. Мне даже обидно стало, можно было не сомневаться, что это он обо мне.

— Можно подумать я специально, — проворчала я, невольно повторяя позу ректора.

На некоторое время повисла тишина.

— Вы меня теперь сдадите? — нервно спросила я, не выдержав.

— Куда сдам? — растерянно отозвался ректор, кажется, я вырвала его из каких-то своих мыслей.

— Ну,… стражам или боевым магам… за то, что духа вызвала.

Мурашки снова побежали по телу, когда вспомнила что совершила самое настоящее преступление. Да еще какое…. К черту, завязываю с экспериментами!

А ректор, между прочим, еще окинул меня взглядом, словно раздумывая, мурашки тут же усилились. Неужели сдаст?

— Нет конечно, — наконец вынес он свой вердикт, и я тут же облегченно выдохнула, осознав что даже дыхание задержала, но еще один червячок сомнения закрался в мою голову.

— А сами убивать тоже не будете? — нервно поинтересовалась я. Ну а вдруг! Решит замести следы своей оплошности без огласки. Адепткой больше, адепткой меньше, может он как раз обдумывает, где мой хладный труп будет прятать! Кто же этих лордов разберет, они перед начальством то любят выслуживаться, а за то, что под его носом адептки духов стихии вызывают и ему перепасть может.

— Почему это не буду? — мужчина, кажется, искренне удивился. Неужели первое впечатление было верным, и он действительно думал, куда прятать мой хладный труп? И дар речи сразу пропал.

— У меня адептка пользуется запрещенной магией, вызывает опасного духа, естественно первое мое желание убить ее на месте.

— И вы что его, — нервно сглотнула я, — воплощать в жизнь собираетесь?

Отвечать он снова не торопился, что заставило нервничать еще сильнее, наклонив голову и медленно окинув меня взглядом сверху донизу, словно обдумывая все варианты и взвешивая шансы. Ну, точно лорд! Отвратительный лорд!

— Посмотрим на ваше поведение, — вынес он вердикт, и я вдруг отчетливо осознала, что он шутит. И на душе сразу так спокойной стало. Вот ведь скользкий лорд! Запугать меня вздумал!

— Что это вы повеселели? — не укрылось от него мое облегчение, — думаете, я шучу?

— Думаю, если бы вы меня хотели убить, то уже минут десять назад это сделали, — смело заявила я, приободряясь.

— Иногда мне действительно хочется вас убить, — и хоть слова были совсем не смешными, я удивленно смотрела на то, как губы ректора вздрогнули, словно от еле сдерживаемой улыбки, намек на которую почти сразу исчез, — но прежде чем прибегнуть к таким радикальным методам, я все же хотел бы решить проблему мирным путем.

После всех случайностей, в которые я влипала, я бы на его месте тоже пожелала себя убить, но мирный путь мне нравился больше.

Томный вздох дракончика прервал наш странный разговор, и, когда мы оба посмотрели на него, он внезапно выдал:

— Как романтично…..

Я округлила глаза, не веря своим ушам. О чем этот ушастый?

— Ты чего говоришь, ушастик? — тут же озвучила я свои мысли вслух.

Довольно заулыбавшись, дракончик вместо ответа пухнул дымом, который тут же принял форму сердечка. Ректор на это лишь усмехнулся, видимо, только укрепляясь в своих подозрениях о моих чувствах. Вот ушастый! И так этот лорд уже тешит свое самомнение мыслью, что я по нему сохну, а этот еще и поддакивает.

— У нас неправильный дух, господин ректор, — недовольно буркнула я, — озабо… эээ… бракованный какой-то.

— Не у нас, — словно подтрунивая, поправил он меня, — а у вас, адептка Аро, я в его призыве участия не принимал, — но потом обреченно добавил, — но возиться с этим ребенком придется вместе.

Я даже вздрогнула, представив такую семейную картину. Мало было мне несчастья, так еще и «ребенком» совместным с ректором обзавелась. Хотя жаловаться я не стала, все-таки накосячила так накосячила, тут и головы лишиться недолго, так что в этот раз благоразумно промолчала. Шета же больше молчать не собирался, он и так слишком долго сидел молча на полу, наблюдая за нами и теперь его терпение похоже кончилось.

— Хочу играть! — упрямо заявил он, неожиданно взлетая наверх, я вздрогнула, немного испугавшись, ректор же проводил дракончика взглядом, после чего выдал.

— Шалить, так шалить.

— Вы серьезно? — удивилась я благосклонности мужчины.

— Его цель, веселье и шалости, возможно нашалившись вдоволь, он выполнит свою задачу. Что вы смотрите на меня адептка? Я разрешаю вам наконец-то делать то, что у вас так хорошо получается, только академию не разрушьте. Шета! А может, лучше поиграем?

Этот вопрос привел дракончика в неописуемый восторг, подпрыгнув слишком высоко, он даже головой об потолок ударился

— Да! В следопытов?

— Нет, — покачал головой ректор, — ты с … Юной сейчас пойдешь на улицу.

— А вы? — тут же спросила я, не веря, что нас отправляют с Шетой одних.

— А я оденусь, боюсь там прохладно, чтобы выходить топлес.

И только сейчас я снова осознала, что ректор как был без рубашки, так и остался, бегая со мной по всей академии. И еще одна страшная догадка озарила меня. Исар! Какие выводы парень сделал, когда на его крики прибежали мы с ректором, а последний еще и полураздетый! Влипла…

И вот так мы вместе с дракончиком уже глубокой ночью оказались на улице. Окинув взглядом темные окна, я убедилась, что все остальные уже преспокойно видят минимум второй сон. Шета с восторгом кувыркался в воздухе и летал, пользуясь пространством, к счастью бесшумно. Ректор появился совсем скоро, одетый в менее официальную одежду, чем обычно, завидев его, Шета моментально подлетел к нам, похоже, ректора он начинал любить больше чем меня.

— Играть, играть, играть! — счастливо затараторил он, зависая головой вниз.

— Пойдемте, — ректор повлек нас за собой к воротам. Может он нас обманул и совсем не собирается играть с Шетой? Потому что я действительно с трудом представляла себе играющего в салочки ректора. Пока Шета кувыркаясь летел вперед я покоилась на главу нашей академии с подозрением.

— Мы покидаем территорию? — уточнила я на всякий случай.

— Да. Или вы хотите, что бы кто-то увидел как ректор, в кампании с адепткой резвится с непонятно откуда взявшимся драконом?

Ах, вот оно что…. О репутации своей заботится.

— Кстати о драконах, кто вас видел?

— Никто, — поспешно ответила я.

— Хорошо, с адептом Россом, я надеюсь, проблем не возникнет. Вы никому я надеюсь не говорили, что хотите вызвать дух?

Поскольку спрашивая он пристально смотрел на меня, я лишь отрицательно покачала головой.

— Вы к Шете не имеете никакого отношения, скажем, что это мой дракон, поживет пока в академии. Шета!

Услышав свое имя, тот с готовностью притормозил и снизился, чтобы поравняться с нами.

— Ты никому не должен рассказывать, что ты дух огня иначе у Юны будут проблемы, ты понимаешь?

Дракончик чуть склонил голову набок, видимо переваривая информацию.

— Хорошо, — согласился он.

— Я скажу, что ты мой друг и ты поживешь в академии.

— А играть будем? — тут же уточнил шалун. Я уже начинала чувствовать легкое нервное покалывание от слов играть или шалить.

— Будем, — тут же согласился ректор, а затем беззастенчиво все свалил на меня, — вот вы с адепткой Аро и будете.

И ведь главное и возразить ему нечего. Духа кто вызвал? Я! Вот и остается только понуро плестись рядом. Да ну его, это самообразование, вот до чего дообразорывалась, дракона завела, ладно бы еще простого.

Насчет игр ректор не шутил, и что меня поразило больше всего, действительно принял во всем этом непосредственное участие. Были выбраны обычные салочки с элементами пряток, к чему располагал лес, прилегающий к стенам территории академии. Поначалу было даже немного забавно, особенно учитывая, что в данном увеселении участвовал ректор Дакар. И ведь расскажи кому, не поверят. Только вот через час игр я уже поняла, что катастрофически хочу спать, один лишь Шета был неугомонен. Интересно, а духи вообще спят? Дразня нас он улетал прочь и совсем скоро игра превратилась скорее в догони и коснись Шеты. Мне было все равно, чем мы занимались, лишь бы сработало. Устав я просто опустилась на холодную землю рядом с один из деревьев и прикрыла глаза.


Спала я крепко, даже очень крепко, потому что проснулась уже совершенно в другом месте. Даже не проснулась, а была бесцеремонно разбужена. Чувствуя на своем плече руку, я была возмущена тем, что Айлин меня будит, спать хотелось безумно, хотя бы еще чуточку.

— Отстань, — отмахнулась я от девушки и перевернулась на другой бок, свято уверенная, что сейчас уткнулась в стену и меня больше никто не побеспокоит. Не тут-то было. Рука вновь вернулась, настойчиво трогая меня за плечо. Я снова застонала, пытаясь выразить весь свой протест и потянувшись за одеяло, накрылась с головой и отрезая себя от мира. Я уже почти уплыла в новый сон, когда чужой голос бесцеремонно вернул меня к бодрствованию.

— Да что такое, вставайте немедленно Аро!

Я тут же откинула одеяло, разворачиваясь, и ошарашено уставилась на ректора собственной персоной. А затем испуганно огляделась, осознавая, что лежу совсем не в своей кровати.

— Что я делаю в вашей кровати! — испуганно закричала я, тут же убедившись, что по-прежнему одета.

— Да тише вы, хотите в это посвятить всю академию и разбудить его? — махнул куда-то за плечо ректор, и чуть подавшись в сторону, я увидела дремавшего у стены Шету.

— Значит, это был не сон… — с легким разочарованием заметила я, — как я тут оказалась?

Я вылезла из-под одеяла, потирая глаза, которые упорно хотели закрыться.

— Уснули прямо в лесу, и у меня не получилось разбудить, после чего я просто принес вас сюда. Но сейчас уже утро, через час начнутся занятия, так что вам пора идти к себе. И да, — знакомые строгие нотки совсем не радовали, — я жду от вас подробной письменной объяснительной о том, почему вы велели Шете напасть на адепта!

— Чтооо? — убрав руки, я во все глаза уставилась на ректора — Я?

— Он рассказал мне презабавную историю на обратном пути в академию о том, как вы сказали, что адепт Росс вам не друг, поэтому он напал на него.

— Чтооо? Вот ушастая с… ушастый врунишка!

— Это все вы мне изложите в объяснительной, у меня сейчас много дел, — и проигнорировав мои попытки оправдаться он просто ушел из спальни оставив меня один на один со сладко спящим дракончиком. Мне жутко хотелось отшлепать его за вранье, но я побоялась, что разбужу духа и он снова захочет шалить. Пусть уж спит. Прежде чем покинуть комнату ректора я зашла в ванную чтобы умыться и проснуться, но только перешагнув порог застыла, не зная, смеяться мне или плакать. На зеркале, висевшем над раковиной, зубной пастой был нарисован весьма неумелый портрет, подпись под которым гордо гласила «Ректор»!

Глава шестая

Неимоверная усталость и желание зарыться в одеяло и проспать весь день заставили меня немного изменить маршрут и направиться не к себе, а в комнату к Айку. Сегодня мне было просто необходимо его зелье бодрости! Брела я медленно, практически спя на ходу и поэтому, подойдя к его двери и собираясь постучать, не успела отпрыгнуть в сторону, когда дверь резко распахнулась, и на меня выскочил Исар. Я пошатнулась, чуть не упав, но он, так же удивленный, неожиданно схватил меня, удерживая на месте.

— Смотри куда прешь, полукровка, — процедил он, по-прежнему удерживая меня за руки. Я сделала шаг назад, заставив его отпустить меня, но извиняться не собиралась.

— Сам смотри, — вяло отбрыкнулась я, ссориться с ним сейчас не хотелось, вот выпью чудо зелья Айка — тогда, пожалуйста.

Однако Исар не торопился уходить, по-прежнему загораживая вход в комнату Айка, и смотря на меня очень странно. Пристально и изучающе, словно бы видел впервые. В который раз подумав о том, что Айк определенно приторговывает чем-то веселеньким я оттолкнула парня и быстро вошла в комнату нашего юного гения, закрывая за собой дверь.

— Юна? — Айк подпрыгнул, поднимаясь со стула и разворачиваясь, словно пряча что-то.

— Ага… Зелья для бодрости не дашь? А я тебе вечерком скляночку от простуды подгоню.

Айк тут же кивнул и стал рыться в своих запасах.

— А чего это к тебе Исар заходил? Странный он какой-то был.

— Странный? — слишком поспешно уточнил парень, глаза которого подозрительно забегали, — а насколько странный?

— Скажем так, я думала, что при нашей следующей встрече он меня сразу на месте убьет, а он застыл как истукан и уставился, словно видит впервые. Так зачем он там к тебе приходил?

— Ах, это, — Айк заулыбался, похоже ситуация его радовала не меньше меня, — за зельем от лысины.

— И ты дал?? — не смогла я сдержать возмущения, начиная широко улыбаться.

— Дал, — тяжко вздохнул Айк, — и как было не дать, он мне столько денег предлагал.

— Ууууу — в порыве разочарования я схватила с кровати парня подушку, оказавшуюся так кстати под рукой, и запустила в этого неблагодарного экспериментатора, — меркантильное ты существо. Оно действенное?

— Ну как сказать, — улыбка Айка стала еще шире, — проверять особенно не на чем было, но он был готов пойти на риски.

— Класс, я надеюсь, что у него вырастет что-нибудь лишнее или волосы будут благородного…. голубого оттенка. Ну а что, кровь у него уже голубая.

Мечтательно подняв глаза к потолку, я попыталась представить Исара с голубыми волосами и мне понравилось. А резонанс-то, какой будет!

— Лови, мечтательница, — в меня полетел пузырек бодрящего зелья, поймав которое я тут же выпила. Посидела еще пару минут на кровати, пока не почувствовала как в голове появляется ясность и по телу разливается бодрость. И усталости от пары почти бессонных ночей, как ни бывало! Пока сидела, вспомнила про еще одно зелье, которой Айк сейчас творил.

— А что с твоими приворотами? Думаешь, действительно на ректора подействует?

Айк пожал плечами и на лице его был философский вид.

— Может и не подействует. Он должно быть сильный маг, может, догадается и нейтрализует, а может и правда влюбится и начнет приударять за Джинной, это было бы забавно даже…

— Ничегошеньки не забавно! — возмутилась я, представив такую картину, и она мне совсем не понравилась. — Отвратительно даже.

Айк уставился на меня с недоумением и внезапно спросил.

— А ты часом в ректора тоже не влюблена.

— Кто?? Я?? — возмущению моему не было предела. И этот туда же!

— Ну, просто вы с ним за ручку тогда ходили… Мало ли что у вас там случилось…

Отмахнувшись от любопытного и высказав все, что я о нем думаю, пошла на занятия, бодрая как никогда. Первой у нас была вредная преподавательница Ирма Кармировна, которая вела руноведение. Устроившись на задней парте и в пол уха слушая лекцию, я нашла глазами Исара и с разочарованием увидела на его голове густую шевелюру. К сожалению зелья Айка редко давали осечку, правда посмеяться было над чем, волосы его были как у огромной собаки, большой копной, и видимо закрывали даже глаза, потому были собраны в тугой пучок, чтобы не мешаться. Желанного голубого оттенка не наблюдалось. Исар резко оглянулся, словно почувствовав мой взгляд, и неожиданно улыбнулся. Меня даже дрожь пробрала от этой улыбки, неужели уже что-то задумал? Когда Ирма Кармировна отвернулась, на мою парту быстро спланировал самолетик, который я взяла с настороженностью, разворачивая.

— Что там? — полюбопытствовала Айлин, заглядывая через мое плечо.

— Бред какой-то, — прокомментировала я, читая послание про себя.

«Так и быть, я прощу твоего дракона, если встретимся вечером у стены с северной стороны»

— Какого дракона? — удивленно зашептала Айлин. Ах да, Шета же спал сладким сном и еще не был замечен остальными адептами. Стоило мне об этом подумать и поднять голову, как я увидела за спиной ничего не подозревающей Ирмы Кармировны Шету. Дракончик завис прямо напротив окна и бесстыдно подглядывал. Класс тоже обратил внимание на новое действующее лицо, которое бесстыдно корчило нам рожи прямо через стекло. Кто-то был удивлен, а кто-то уже начинал смеяться, оценив шутку дракончика. Одна я совсем не радовалась. Ирма Кармировна, заподозрив что-то неладное начала оборачиваться, дракончик очень шустро нырнул вниз и скрылся из виду, преподавательница увидела лишь пустые окна, не представляющие никакого интереса.

— Тихо! — призвала она всех к порядку, снова разворачиваясь к классу лицом, — что у вас сегодня за настроения такие? Сосредоточьтесь на уроке!

Но как сосредоточиться, когда за ее спиной снова вынырнул дракончик и уже начал пародировать саму женщину.

Я взял листок, быстро написала ответ Исару.

«Это не мой дракончик, а ректора Дакара, вот с ним и встречайся». Сложив его в самолетик, я дождалась нового взрыва хохота, который заставил женщину обернуться к окну, чтобы вновь ничего не увидеть и отправила его Исару. Больше посланий от него не приходило, да и не до этого было. Шета стал прислоняться мосей прямо к стеклу и корчить рожи, пока не переусердствовал и под дребезжание стекла не упал прямо в класс, заставив Ирму Кармировну завизжать, отпрыгивая в сторону. Женщина владела стихиями огня и земли и при виде дракончика сразу вызвала в руке огненный шар, готовясь атаковать. Я же, помня, чем это закончилось в прошлый раз, мгновенно сорвалась со своего места, выпрыгивая вперед и заслоняя Шету собой.

— Ирма Кармировна! Стойте!

— Адептка! — взревела она — Отойдите немедленно, вы пострадаете! Кто-нибудь, зовите ректора! У нас ЧП!

Я никуда отходить не собиралась, не хватало, чтобы Шета вырос еще сильнее. Трудновато будет нам контролировать дух огня, если он станет размером с саму академию, впитав в себя слишком много магии.

— Не слушайте ее, — на этот раз с места вскочил Исар, тыча пальцем на меня и дракона, — он опасен, может напасть на всех нас.

— Аааа, лысая башка, привеееет, — послышался из-за моего плеча веселый голос, и мордочка Шеты неожиданно оказалась на моем плече, из-за которого он, выглядывая, смотрел на парня уже как на старого друга.

Послышался недоуменный рокот, с новой шевелюрой Исар уж точно никак не напоминал лысую башку. Шета, приглядевшись, тоже понял, что что-то не так.

— А ты что? — совсем невинно спросил дракончик, явно без задней мысли, — парик уже купил?

Не удержавшись, я прыснула, увидев, как лицо Исара наливается от злости, однокурсники же недоуменно переглядывались, явно заметившие изменения внешности Исара, но не посвященные в его причины. Преподавательница так же была в недоумении, все еще не зная, атаковать нас или нет, но руку не опустила, и пульсар все еще устрашающе клубился на ее ладони. В руке Исара, явно не довольного последним комментарием Шеты, появился точно такой же.

— Это ректора дракончик, — пискнула я, боясь, что сейчас в нас полетят уже два пульсара.

— Что вы мне мозг морочите, адептка, — совсем не поверила мне Ирма Кармировна, — какого еще ректора! Признавайтесь, откуда вы его достали!?

Вот, пожалуйста, и меня уже приплели.

— Лысая башка, — все никак не мог угомониться Шета, — а давай снова в догонялки поиграем.

И тут уже Исар не выдержал, видимо упоминание лысой башки нещадно било по его психике, бередя свежую душевную травму, потому как пульсар сорвался с его рук, летя в нашу сторону, вскрикнув, я подняла руки, вспоминая урок ректора, и огонь распался, сталкиваясь с моим щитом.

— Что тут происходит?! — грозный крик появившегося в дверях ректора остановил Исара от запуска второго пульсара, в то время как Ирма Кармировна просто стояла, не в силах решить призвать адепта к порядку или позволить ему разобраться с возникшей в классе проблемой, точнее, дракончиком.

— Ректор Дакар! — словно увидев своего спасителя, закричала Ирма Кармировна и огненный шар в ее ладони тут же исчез. — У нас ЧП!

— Почему вы позволяете адептам драться при помощи магии? — увидев глаза ректора, я посочувствовала несчастной Ирме Кармировне, которая вся сжалась под этим пристальным взглядом.

— Это… все из-за ЧП, — неуверенно пискнула она.

Дакар повернулся ко мне и пригляделся, явно заметив спрятавшегося за моей спиной Шету.

— И что за ЧП у нас тут? — спрашивал он исключительно у меня. Несправедливо! Я-то опять не причем!

— Они хотели убить дракона, а я… объясняла, что он ваш, — промямлила я, все еще закрывая Шету собой.

Про убить я может и погорячилась, ничего не было бы этому прохвосту, но остальным-то, откуда знать. Разве что Исару, уже опробовавшему на нем магию, но парень пока вроде молчит, лишь буравит нас взглядом.

— Вот! — Ирма Кармировна взмахнула рукой, — врет и не краснеет!

Ректор отвернулся от нас, неожиданно приблизившись к Исару.

— Если я увижу, адепт Росс, что вы атакуете кого-то вне контролируемого учебного процесса, вы будете немедленно исключены, не смотря на ваше положение и способности. Мы воспитываем здесь магов, а не преступников, использующих магию как средство, чтобы навредить другим. Вам все ясно?

Парень коротко кивнул, сжав губы. Я с удовольствие наблюдала за тем, как ректор поставил его на место. Однако простой кивок его не удовлетворил.

— Я не слышу вашего ответа адепт.

Для Исара это было унизительно. Помнится, прежний ректор любил панибратствовать с ним, спуская с рук все что угодно, в том числе и магические атаки, направленные на других учеников. Но с Дакаром это не действовало.

— Я все понял, ректор Дакар.

Я бы ему не поверила, но мужчину все вполне устроило и он снова повернулся к нам. Видимо оставил нас с Шетой на десерт, чтобы оторваться по-полной.

— Адептка Аро права, — вместо порицания начал он, — это мой дракон и прибыл он вчера ночью, поэтому я попросил бы его не убивать.

Шета осмелел, даже выбрался из-за моей спины, посмотрев на преподавательницу по рунам с нескрываемой гордостью и выпятив грудь. Видали наших? Мы не просто дракончик, мы дракончик ректора! Ох… глупый…

Воспользовавшись возникшим недоумением, пока все разглядывали Шету, я тихонько скользнула обратно на свое место.

— Но это… это неслыханно! — Ирма Кармировна все еще не сдавалась, — он разбил окно! Ввалился в кабинет!

— Шета! Это правда? — ректор укоряющее посмотрел на дракончика, который не растерялся и состроил очень милую и жалостливую мордашку, но нас-то с Дакаром уже было не провести, а остальные поверили, несколько девочек даже умиленно вздохнули.

— Мне было скучно, я проснулся и никого нет, — я уже чуяла неладное и сжалась в комок, сейчас как ляпнет что-нибудь… и как оказалось не зря боялась, ляпнул, — поэтому я пошел искать вас с Юной, решил, что вы уже без меня шалите….

Исар так многозначительно хмыкнул, что слово шалите, повисшее в аудитории, внезапно начало приобретать совсем другой смысл. Ну и само собой, все повернулись в мою сторону и уставились вытаращенными глазами. Мне же очень хотелось вытаращить глаза на ректора, чтобы призвать его что-нибудь сделать, но под таким пристальным вниманием мне оставалось лишь медленно сползать по стулу все ниже и ниже, жалея, что провалиться под землю я просто не могу. Ох… Шета, Шета…

— Это… это возмутительно, — первой отмерла Ирма Кармировна, как и все, вероятно, неверно истолковав данные слова.

Ректор все это время молчал, и я очень надеялась, что в его голове идет активный мыслительный процесс о том, как он будет разруливать ситуацию, а так же затыкать и утаскивать Шету отсюда.

— Прошу прощения, о чем вы Ирма Кармировна, — наконец-то отмер Дакар, поворачиваясь к женщине. Я посмотрела на руки ректора и заметила, как он начинает крутить свой перстень. Неужели волнуется?

— Ну… — женщина немного стушевалась, — вы и адептка Аро…

Ректор в своей любимой манере оборвал собеседника.

— Адептка Аро случайно столкнулась с драконом вчера и повела его ко мне, за что я ей благодарен, потому как проделай он этот путь сам, то мог бы заблудиться и нахулиганить. Он еще совсем юн, мало обучен манерам и крайне шаловлив, к тому же слишком быстро привязывается к людям. А сейчас, я думаю, вам нужно продолжить свой урок. Имбериум репос.

После заклинания стекла взлетели в воздух и собрались воедино, восстанавливая поврежденное окно. Шете очень выразительно было показано на дверь. Дракончик послушно поплелся к выходу, но на пороге все же не выдержал.

— А Юна с нами не пойдет?

— Не пойдет, — строго было отвечено ему, и дверь захлопнулась. И снова эти любопытные взгляды, остановившиеся на мне. И вот что поразительно, вроде бы ничего не делаю, целенаправленно в неприятности не лезу, вообще сижу как мышка и все равно влипаю.

Как только занятие закончилось, меня не спасло даже то, что я вскочила не собираясь. Меня окружили мгновенно, и вопросы посыпались со всех сторон. За спинами ребят я видела, как Исар лениво поднимается и тоже идет к нам.

— А чего это к тебе дракон ректора так привязался?

— А как ты с ним познакомилась?

— А ты чего, шалила с ним?

Хотелось просто зажать уши и не слышать валящихся на меня вопросов. Айлин стояла рядом, растерянно оглядывая всех, и взгляд у нее был сочувственный, хотя в глазах и блестел точно такой же неподдельный интерес.

— Случайно все вышло, — начала я от них отмахиваться, зная, что не очень-то и поможет, — случайно.

— Эй, — кто-то заметил приблизившегося Исара, — а чего он тебя лысой башкой называл? И прическа какая-то новая?

И Исар, приближавшийся чтобы присоединиться к моему «допросу» внезапно сам попал под перекрестный обстрел и начал изворачиваться.

Тут же меня кто-то подхватил под руку и вытянул из отвлекшейся толпы, потащив к выходу.

— Пойдем скорее, — шепнула мне Джинна и, хотя я понимала, что тут тоже без допроса не обойтись, последовала за ней. Девушка хотя бы одна.

— И сильно тебе влетело за табличку? — решила я первой начать расспросы, чтобы отвлечь ее от главной темы.

Джинна на удивление глупо улыбнулась и захихикала.

— Не очень, если честно, пожурил немного, а потом прочел тираду о неуместных чувствах. Это неспроста… кажется, я ему нравлюсь, иначе к чему бы он так много внимания заострял на этих «неуместных» чувствах.

Я хмыкнула, похоже, у ректора речь была отрепетирована, хотя вряд ли так груба как то, что он сказал мне вчера, иначе Джинна не улыбалась бы так широко. Но неприятное чувство почему-то кольнуло.

— А чего ты с ними пришла ко мне в комнату? — Джинна дернула меня, ожидая ответа. Вот и начался допрос.

— Ну… Меня поймали с той табличкой и ректор решил, что на его двери ее тоже я подменила. Запустил маячок, чтобы он нашел ее и велел с ними идти.

— Ой,… а как я-то не додумалась… Ты так часто оказываешься в его кабинете, а он такой мягкий, сильно не наказывает, — девушка захихикала, — надо так же попробовать!

— Как так же? — опешила я.

— Ну, как там дракончик выразился, пошалить по мелочи.

— Ты думаешь, ректора привлекают такие девчонки? Вечно вляпывающиеся в неприятности?

Девушка задумалась, явно взвешивая все «за» и «против».

— Он вроде молодой, с юморком. Мне лишь повод нужен, сблизиться с ним, а там он поймет, что я взрослая и ответственная не по годам. Да и потом… зелье так подлить проще.

Я запнулась, но не упала лишь потому, что Джинна держала меня под руку.

— Слушай, помоги мне!

— Что? — я растерялась еще больше. В чем она хочет, чтобы я ей помогала? У меня и так уже косяков вагон и маленькая тележка.

— Ну, вон как к тебе этот дракончик привязался, мне нужно с ним тоже сблизиться, раз он Дакару принадлежит. К тому же… вау, это ведь действительно дракон, да он крут… они только у богатых, даже нет, ооочень богатых лордов, это же огромная редкость. Как ты вообще на него наткнулась?

— Да так… ночью… шла спать, увидела, на улице летает, — выкрутилась я.

— Вообще, — девушка внезапно остановилась, нахмурившись, — странно, что он сразу с ним не приехал. Почему только сейчас?

С одной стороны, хорошо, что она перестала молоть всякую чушь, с другой, лучше бы она всерьез подумала о других вещах, а не о зыбкости нашей легенды.

— Так что ты собираешься вытворить, чтобы вновь оказаться в кабинете ректора? — быстро перевела я тему.

— Даже не знаю, ты ведь у нас умеешь влипать в ситуации, за что он тебя вызывал?

— Ну… За кражу таблички, за то что ночью через стену перелезла после комендантского часа.

— Это вроде не подходит,… хотя… нарушить комендантский час и оказаться в его кабинете ночью, Юна ты прелесть! — внезапно чмокнув меня, она отцепилась от моей руки и куда-то убежала, я же так и осталась стоять посреди коридора, даже головой встряхнув, чтобы прийти в себя.

Глава седьмая

На удивление, Исар не торопился нападать на меня на следующих занятиях, лишь бросал взгляд и явно обдумывал свой план мести и чем дольше он молчал, тем страшнее мне становилось. Вещи, сделанные спонтанно, как и сказанные слова, дело одно, а продуманная месть — вещь совсем уже не сладкая. К счастью, Шета больше на глаза не попадался, волнений не вызывал и лысым никого не оставлял. Я даже забеспокоилась, не случилось ли с ним чего-нибудь. Зелье бодрости все еще действовало и усталости я не чувствовала, однако позже она накатит с лихвой и хотелось бы хоть немного поспать, ректор наверное мечтал о том же. Столкнулись мы с ним после обеда в коридоре, я опаздывала на занятие, он очевидно тоже. Выворачивая из-за угла, я чуть не влетела в него, вовремя увернувшись от столкновения.

— Простите, — все же пробормотала на всякий случай

— Аро! — окрикнул он меня, уже торопящуюся дальше, — я жду вашу объяснительную!

— Какую… — остановилась, вспоминая, чем разозлила ректора, у которого и так уже проступали синяки под глазами. Может ему тоже подарить чудо зелье от Айка?

— Ту, где вы подробно изложите, что вы ночью делали с адептом Россом в коридоре и почему велели Шете напасть на него.

Прозвучало из его уст почему-то так, словно у меня было назначено свидание с Исаром. Даже вздрогнула от такой мысли.

— Напишу, — кивнула я и поторопилась дальше, а то придется еще и перед преподавателем истории магии объясняться.

Но не написала. Откровенно говоря, сначала было некогда, а потом забыла, да и мысли были о другом.

Что действительно радовало, так это наша столовая, никогда бы не подумала, что придя сюда, почувствую себя счастливой. Ужин сегодня был домашний, домовиха щедро всем накладывала вареную картошечку с маслом и укропом и добавляла добротный ломоть мяса.

— Огоо, аж слюнки текут, — радостно заявила Айлин, смотря на домовиху восторженными глазами, да и я, наверное, выглядела точно так же.

— Берите, берите девочки, — ласково сказала домовая, щедро накладывая нам порции, — любимая еда нашего ректора, а этот мужчина умеет выбирать, вот.

— Где любимая еда ректора! — сбоку от меня вынырнула Джинна, слух у девушки был отменный, — а как вы узнали?

— Знамо дело, расспросила, — гордо ответила домовиха.

— Расспросили? А что еще вы узнали?

Честно, я даже сделала шаг в сторону, боясь, что это заразно. Может кто-то посмеялся над Джинной и подлил ей приворотного зелья?

— Много чего, — гордо ответила домовиха и подхватив опустевшую кастрюлю ушла в кухню, чтобы принести новую, полную добавки.

Маленькие домовята переглянулись.

— Мелкие… вы ведь тоже что-то знаете? — смекнула Джинна, понимая, что домовиха вряд ли с ней поделится всем.

— Знамо знаем, — пискнул один из них, — весь день на кухне про него слушаем…

И послышался тяжкий и дружный вздох трех домовят.

Все желающие поужинать уже получили свои порции и уминали за обе щеки, только мы втроем стояли у раздаточного стола, Джинна — что-то смекнув, я — заинтересовавшись, а Айлин просто за компанию.

— А хотите, помогу? — хитро предложила Джинна и очень широко улыбнулась.

Домовята переглянулись, сразу видно — хотели. Пока они помалкивали, сомневаясь, Джинна решила идти в наступление.

— Мне нужно ему кое-что в еду подлить, если вы поможете мне, я возьму ректора на себя, и тогда ваша мама разозлится на Дакара и больше не будет про него говорить.

Мы с Айлин пооткрывали рты от удивления. Я-то думала, она хочет от них получить информацию, а девушка решила не мелочиться и сразу проводить военные действия.

И только домовята открыли рот, собираясь ответить девушке, как вытаращили глаза и тут же его закрыли. Мы оглянулись и увидели, как ректор Дакар входит в столовую, и поспешили ретироваться. Джинне оставалось надеяться, что домовята ее не сдадут, и пойдут на задуманную ею авантюру, как по мне, так это было полное безумие. И чего только влюбленные не творят! Для себя я решила, что от нее нужно пока держаться подальше, особенно в столовой. Раз уж фортуна меня пока не жаловала, лучше поостеречься находиться на линии удара между ней и ректором.

Вернувшись к себе в комнату, я села за стол, открыв окно, и попыталась сосредоточиться на задании по рунам. Совсем скоро мне нужно было спешить на административную работу к Гутору, а после уже точно ничего делать не захочется.

На стол прямо передо мной неожиданно опустился самолетик. Неужели кто-то развлекается? Заметив, что на крыле что-то написано, я развернула самодельную записку и прочла. «Через три часа у стены» Я сразу поняла от кого записка, да и роспись в конце не оставляла сомнений. И что Исару от меня нужно? Схватив чистый лист, я тут же написала ему ответ. «Отстань от меня, гоблин лысеющий!» От запуска самолетика меня оторвала Айлин, влетевшая в комнату как ураган.

— Вечеринка!

— Что? — я остановилась, так и не отдав ветру команду отнести ответ к Исару в комнату.

— Сегодня будет вечеринка!

— Нет, нет, нет, я спать хочу! — отчаянно замотала я головой.

— Ничего не знаю, тем более, ты ведь зелье Айка выпила, минимум еще полночи будет действовать! Так что вечером на вечеринку! Ну а завтра выходные, будешь спать в свое удовольствие!

Неожиданно второй самолетик упал прямо на стол передо мной. Да что ж такое-то!

Схватив его, я развернула и удивилась, увидев, что это послание мне отправил уже другой человек.

«Адептка Аро, сколько можно ждать вашу объяснительную?»

— Вот чеееерт, забыла!

— Что забыла? — Айлин уже рылась в своих вещах, подыскивая, что надеть ночью.

— Да так. Ерунда, — отмахнулась я и, вспомнив о самолетике, отправила его восвояси к своему получателю. Пусть подавится. Наплевав на руны, я села писать объяснительную, в поисках вдохновения уставившись на потолок. Может, сразу начать со слов мне очень жаль и тут же добавить, что такое больше не повторится? Или просто свалить всю вину на дракончика? Ну а что… я не виновата, что он все так воспринимает.

Громкий стук в нашу дверь прервал мои размышления. Айлин, находившаяся ближе всего, распахнула ее и ойкнула. Обернувшись, я увидела, как ректор входит в нашу комнату, весь красный и злой, а в руках сжимает помятый… самолетик. Упс…

Мои глаза метнулись к посланию, все еще валяющимся на моем столе. И как я могла перепутать?

— И как понимать вашу… объяснительную? — вскинув руку, он приблизился и потряс скомканным самолетиком перед моим носом.

— Это… не объяснительная, — я подскочила со стула, сгорая со стыда.

— Да? Что же тогда? — иронии в голосе ректора было хоть отбавляй — может любовное послание?

У двери снова послышалось тихое «ой» и на моих глазах Айлин хитро улыбнулась и выскочила из комнаты, не забыв при этом плотненько прикрыть за собой дверь. И что вот она подумала?! В одном можно было быть спокойной, трепаться подруга не будет.

— Это вышло случайно… — я смотрела на самолетик, скомканный в его руке, и понимала как он зол. Боже, ну как я могла отправить это ему?

— Да что вы говорите? — прошипел ректор — тогда у стены вы меня тоже случайно обзывали?

— Нет, конечно, то есть… обзывала, но не вас!

Лицо ректора по-прежнему оставалось злым, нужно было исправлять катастрофичную ситуацию. Как? И тут мне в голову пришла одна идея.

— Вы такой добрый!

— Что? — ректор растерялся, уставившись на меня так, словно я была привидением.

— Вы самый лучший ректор, что у нас был! — вдохновившись его реакцией, продолжила я.

Мужчина так и застыл, даже рот открыл, смотря на меня с недоверием. «Вот… сейчас весь моральный вред ему за оскорбления комплиментами компенсирую, и меня не накажут», довольно подумала я.

— А еще вы такой красивый! Ну совсем на гоблина не похожи! Так что вы это всерьез не воспринимайте! Вы умный, красивый, добрый, — вдохновение накатило и накрыло с головой, и меня уже было не остановить, — а терпеливый-то какой! И не подумала бы что вшивы… ой то есть … ну, что лорд.

Окончание комплимента получилось скомканным, потому как, забывшись, я чуть не назвала его вшивым лордом. Вот все время забываю, что он лорд! И ведь действительно комплимент хотела сказать, но судя по тому, как дернулся уголок его губ — не оценил.

— Вы не обращайте внимания, — затараторила дальше, исправляясь, — я лордов просто не очень люблю, но вы особенный лорд, о вас я хорошего мнения!

Встряхнув головой, словно сбрасывая наваждение, он наконец-то отмер.

— Прекратите адептка! — велел он мне, и смотрит так скептически, сразу видно — не верит. И даже обидно стало, потому что, по сути, не соврала ни в одном слове.

— Я действительно это не вам писала, — это было последнее, что я добавила в свое оправдание, после чего опустила глаза в пол.

— Это ваше дело, вы не обязаны ко мне хорошо относиться, но вы должны соблюдать этические нормы в стенах академии. В том числе, не посылать мне вот такие записочки, если я требую от вас объяснительную о каком-то проступке.

Я согласно кивнула.

— И еще… мне некогда возиться с этим драконом, он меня с ума сведет!

Ого,… похоже, не одна я устроила ректору встряску, но и Шета отличился.

— Так что с этой минуты и до момента, пока мы не решим проблему, вашим административным наказанием становится в свободное время приглядывать за драконом! И манерам его поучить стоило бы…

— Хорошо ректор Дакар, — тут спорить тоже было бесполезно, по сути, дракон был моим, счастье, что мужчина меня прикрывает.

Подняв глаза, я посмотрела на него, заметив, что на лице ректора отразилось сомнение.

— Я надеюсь, вы понимаете, как все серьезно? Если кто-то поймет кто он?

— Да, — нервно сглотнула, вспомнив какое наказание мне светит.

— Поэтому, когда я говорю приглядывать, я действительно прошу смотреть за ним, а не влипать в неприятности вместе с ним.

— Хорошо, ректор Дакар, — снова кивнула я.

— Тогда как освободитесь, приходите в мой кабинет, Шета пока что там.

И, развернувшись, он пошел к двери.

— А объяснительную-то писать? — крикнула я ему в след, когда он уже открывал дверь.

— Не нужно, поберегите мои нервы, — усмехнулся ректор, прежде чем покинуть комнату.


Таким образом, я все же посвятила немного времени рунам, после чего направилась в кабинет ректора. Робко постучавшись в дверь, я вздрогнула, когда она резким порывом ветра неожиданно приоткрылась и вошла внутрь. Ректор Дакар сидел за столом, перебирая бумаги, а Шета явно скучал, крутился вокруг него и о чем-то тараторил, но, только увидев меня, замолчал и обрадовано закричал.

— Юнаааа!! Наконец кто-то со мной пошалит!

Я растерянно застыла на месте, не ожидая такого теплого приема, ректор выглядел уставшим и если Шета весь день крутился вокруг него, я еще сильнее поражалась его выдержке.

— Я пришла, — помялась на пороге, не зная, оставаться ли нам с дракончиком здесь. Дакар кивнул, отвлекаясь от своих дел, и резко дернул ящик стола, доставая что-то и протягивая мне.

— Что это? — я подошла ближе и увидела в его руках ключ. От чего? Почему-то первая мысль была, что либо от его кабинета, либо… от спальни.

— Ключ от башни, я долго думал, куда поселить Шету. Она находится не так далеко от моей комнаты, там много места, по крайней мере, пока он не подрастет еще немного, и она достаточно уединенна.

Я взяла ключ из его руки, небольшой и старый. Именно за ним он ходил к Гутору в ту злополучную ночь, когда я решила подменить табличку.

— Пойдем от него, — Шета, переваливаясь, подошел ко мне, — он сегодня бука.

Ректор нахмурился, но промолчал. Видимо дракончик его уже порядком поддостал и мне даже было любопытно как. Никак не ответив на слова Шеты, чтобы Дакар не подумал, что я его тоже считаю букой (хватит с него и лысого гоблина) я пошла к выходу из кабинета. В коридоре Шета повеселел, шел вприпрыжку и расстраивался, что нам на пути никто не попадается.

— И чем ты весь день занимался? — поинтересовалась я у дракона.

— Ерундой какой-то, — вздохнул дракончик, — он мне только и разрешил что полетать немного да потом запер в своем кабинете. А! Еще я бумажки сжигал!

— Бумажки? Какие бумажки?

— Нинаю… бумажки это же всегда скучно! Ну, я решил ему помочь, избавить от них. Только он не оценил… — дракончик погрустнел, и я догадалась, что ему хорошенько попало.

Мне его стало даже жалко, вчера он прямо светился счастьем и энергией, а сейчас поник и явно был расстроен.

Мы добрались до башни, которая всегда оставалась закрытой, раньше всегда было интересно, что за секреты здесь хранит прежний ректор, но едва я отворила дверь и мы прошли внутрь, как поняла, что ничего интересного. Все это огромное пространство тратилось впустую под различные явно уже никому не нужные вещи. Башня была огромной и состояла из нескольких комнат, Шета, хоть и поникнув, но все же с любопытством оглядел их все вместе со мной.

— Шета, а Шета, — я нашла кучу чистой бумаги, явно никому не нужной.

— Чего? — вяло отозвался дракончик.

Я же уселась прямо на пыльный пол и уже складывала самолетик.

— Что ты делаешь? — когда я подняла глаза, то увидела, как ушки дракончика слегка дернулись от любопытства, но мордочка все еще оставалась грустной.

Я запустила сложенный самолетик в центр комнаты и скомандовала:

— Пли!

Дракоша понял меня сразу, пыхнул прицельным огненным плевком и самолетик сгорел дотла прямо в воздухе, а на мордочке Шеты появилась улыбка.

— Тут полно ненужной бумаги, — я уже складывала следующий самолетик, — сейчас будем ее сжигать!

Шета начал веселеть, а вскоре потребовал научить его самого складывать самолетики, после чего кидал уже он, а я, создавая огненные шары, прицельно метала их в мишени. Не обошлось, конечно, и без курьезов, я подпалила стены и потолок, но это было не так уж и страшно. Хлама в комнатах было много, поэтому вскоре мы просто начали играть в прятки. Дракончик развеселился, да и мне, если честно, было не скучно. Время летело незаметно и вскоре мы просто улеглись на полу в одной из комнат. Я облокотилась о теплое брюхо дракона, и он мне начал рассказывать о магии огня. Часть из его рассказов я уже почерпнула в книге.

— А ты помнишь, как тебя призывали в прошлые разы и что ты делал? — поинтересовалась я, вспоминая о том, что Шета мог быть причиной многих катастроф.

— Помню, но тебе все равно не стану рассказывать, — подтвердил дух, зевая. Положив мордочку рядом со мной, он закрыл глаза, пока я поглаживала его по голове. За окном уже давно стемнело и мне не хотелось спать благодаря зелью Айка, которое еще не выветрилось. Выбравшись из башни, я направилась в сторону общежития, где меня уже наверняка потеряла Айлин, чтобы направиться на первую подпольную студенческую вечеринку в этом году. В конце концов, мы студенты и просто нуждаемся в подобных вещах.

Айлин действительно дожидалась меня, высказав все, что она думает о том, как долго меня держали на наказании. Но на вечеринку мы в любом случае не опоздали, потому как начиналась она уже после того как наступила ночь. Мы тихо пробрались в комнату Джинны, где все и собрались. Уже был накрыт немудреный стол, щедро снабженный огненной водой. Народу было немного, всего пятнадцать человек.

— А откуда еда? — полюбопытствовал Айк, уже уплетая все за обе щеки, в то время как другие парни чокаясь, ржали и выпивали.

— Домовята подогнали, у них все равно осталось, так чего добру пропадать.

Мы с Айлин с интересом переглянулись, и мысли наши явно совпадали. Неужели девушка все же сумела договориться с домовятами за спиной у домовихи? Жалко что народу в комнате было слишком много, чтобы любопытствовать. Я переместилась ближе к Айку и тоже взяла себе еды.

— Ай, Юна, будешь? — ребята махнули мне бутылкой и, задумавшись, я махнула рукой.

— Наливайте, — была не была, впереди выходные и я в любом случае буду отсыпаться ближайшие сутки.

Девочки чертили на дверях руну и шептали заклинание, дабы сделать нашу комнату звуконепроницаемой, после чего в комнате загремела веселая музыка, и часть ребят начала танцевать. Мне танцевать не хотелось, выпив первую стопку я неожиданно осмелела и выпила еще немного, становилось очень тепло и весело. Хихикая я пила и закусывала с ребятами, слушая их шутки, совершенно забывшись о том, что мне для того чтобы опьянеть нужно гораздо меньше чем им. Но после каждого рассказанного анекдота стопки наполнялись и все чокались, поддаваясь стадному инстинкту я присоединялась к остальным.

В самый разгар веселья распахнулась дверь, и к компании присоединился Исар со своими дружками, что значительно подпортило мой веселый настрой. Парень смотрел на меня зло, а я силились вспомнить, за что он мог на меня злиться. Вероятнее всего причина была в волосах. Желая держаться от него подальше, я поднялась, покачнувшись, и ушла танцевать к девчонкам, но двигаясь, внезапно осознала, насколько пьяна. Вовремя оказавшийся рядом, Айк подхватил меня под руку и отвел к стене, где мы присели прямо на пол.

— А Исар на тебя и правда зло зыркает, — зашептал парень, — это ведь ты его без волос оставила?

Вспомнив, как парень выглядел без волос, я прыснула.

— Яяяяя, — радостно зашептала я парню, — ну, то есть не совсем яяяя, но можно сказать, что я приняла в этом участие, — и снова захихикала.

Мысли побрели от лысого Исара ко всем последним событиям, и внезапно на меня накатила грусть и я всхлипнула.

— Эй, — Айк испуганно тронул меня за плечо, — ты чего?

— А ведь ни капли не поверил, — начала я выговариваться Айку, — я же правду говорю, а он не верит и не верит. И комплиментам не верит, я может от чистого сердца! И правда ведь… добрый и красивый!

— Это ты про кого? — Айк смотрел на меня настороженно — про Исара что ли?

— Тьфу на тебя! — возмутилась я — скажешь тоже! Нет конечно… И ведь нечестно. В то, что я считаю его сексуальным, он сразу поверил, а когда сказала что он добрый и красивый, не поверил! А ведь про сексуального это не я, а он не поверил, — язык уже порядочно заплетался, но меня было не остановить, жутко хотелось выговориться, а Айк такой хороший слушатель.

— Даааа, хорошенько тебя развезло… — ухмыльнувшись, парень похлопал меня по плечу.

— А вот пойду и скажу все ректору, — тихо пробормотала я и предприняла попытку встать.

— Эээээ! Сидеть! — схватив меня, Айк дернул назад, усаживая обратно — так вот про кого ты. Нет уж, ему мы ничего выговаривать не будем, вот утром проснешься и скажешь.

Вздохнув, я положила голову на плечо Айка и снова задумалась. А ведь ректор и, правда, очень даже милый и стыдно-то как, что я постоянно попадаю впросак. Он меня прикрывает, а я постоянно доставляю ему неприятности.

— Эй, эй, эй, — Айк обхватил меня за плечи, приобнимая, — ты чего снова накуксилась?

— Я такая дуууура, — всхлипнула я, — постоянно в неприятности влипаааю….

— Боже мой, вам женщинам нельзя пить, — с благоговейным ужасом заметил Айк.

— Ээээй, у нас что, голубки уединились? — крикнул нам кто-то из парней и захихикал.

— У меня тост! — вскочил другой парень, тут же пошатнувшись, — за нового ректора!

Вот этот тост я просто не могла пропустить и оставив Айка вернулась к столу. Место свободное правда оказалось только рядом с Исаром и садиться я не торопилась, остановилась, подхватив выпивку чокнулась с остальными. Девчонки переглянулись и захихикали и музыка в комнате внезапно сменилась на медленную и мелодичную.

— Пойдем, — внезапно сказал Исар и поднялся, схватив меня за руку и утянув к свободной части комнаты.

— Ты чего? — поначалу испугалась я, не понимая, что происходит, но парень лишь положил руки на мою талию, прижав к себе, и начал танцевать.

Исар молчал, прижимая меня к себе и двигаясь под музыку, рядом возникло еще несколько парочек. Хоть я и была пьяна, но осознавала, что это был Исар, и упрямо уперлась руками ему в грудь.

— Да не дергайся ты, — прошипел парень, все равно удерживая меня в объятиях.

— Ты чего? — повторила я ошарашено, не в силах больше найти слов. Голова немного закружилась и руки парня сильнее вцепились в меня, на этот раз удерживая.

— Танцую с тобой, непонятно что ли, — угрюмо ответил мне Исар.

Не одна я, похоже, напилась. А может у меня уже горячка началась и мне все это просто видится? Мамочки! Точно! Вот ведь напилась…

— Капец глюки, — вымолвила я вслух.

— Какие глюки? — удивленно уточнил у меня парень.

— Ты! — я ткнула пальцем парню в грудь, — вот ведь приглючится! Танцевать с тобой!

— Я не глюк! — оскорбился парень.

— Не глюк? — даже мурашки побежали по телу. А может, глюк и не обязан признаваться в том, что он глюк?

— Сама ты глюк.

— А кто ты тогда, если не глюк? — с сомнением протянула я, по-прежнему находясь в объятиях Исара-глюка.

— Исар я, — буркнул парень, — до чертиков уже допилась?

— До чертиков пока нет, — вяло ответила я, — а вот до Исаров похоже уже допилась.

Руку внезапно охватила боль и я ойкнула.

— Ты чего щепаешься, глюк?! — возмутилась я.

— Если больно — значит не гюк, хмыкнул парень, и на его лице появилась самодовольная ухмылка, в то время как я осмысляла сказанное.

И правда ведь… если глюк ущипнет, то больно не будет.

— Мамочки, — прошептала я, — настоящий что ли…

— Дошло наконец-то.

Я испуганно дернулась, снова пытаясь вырваться, но руки парня удержали меня, не позволяя убежать.

— Это мстя что ли такая? — пискнула я, испуганно уставившись на парня.

— Да что ж ты все как уж изворачиваешься, — проворчал парень. Ребята, танцевавшие рядом, начинали на нас коситься.

Нахмурившись, Исар неожиданно резко вдохнул в себя воздух и огонь, дающий свет в комнате, мгновенно погас.

— Что такое! Кто свет вырубил? — послышались недовольные вскрики и звук падения. В пьяном состоянии очень непросто было себе подчинить стихию и многие думали, что освещение вернет именно сосед. Я же стояла в полной темноте, ничего не видя и только чувствуя руки Исара, продолжающие меня обнимать. Я помнила, что дверь справа и меня посетила мысль скорее вырваться и ускользнуть, как вдруг почувствовала на себе чужие губы. Они скользили по моей щеке мягким поцелуем до тех пор, пока не наткнулись на мои. И можно было не гадать, кто имел наглость поцеловать меня. Я вздохнула, в то время как парень настойчиво прижался ко мне, целуя еще сильнее, и мурашки побежали табуном. Что это он задумал? К такому я готова не была, среагировала инстинктивно и со всей силы решительно отдавила ногу парня. Он вскрикнул, отпрянывая, а я тут же кинулась в сторону, нащупывая стену, а затем и ручку двери, дернула ее и выскользнула наружу до момента, как в комнате снова появился свет. Оказавшись в коридоре, я испуганно обернулась и поторопилась убраться подальше, боясь, что Исар пойдет на поиски. Рука взметнулась вверх, касаясь губ. Что это было? Может он все же глюк? Голова снова закружилась и пошла я уже медленней, по стеночке, держась чтобы не упасть. Мысли путались, и внезапно мне пришла идея вернуться не в свою комнату, где меня снова мог бы найти Исар, а пойти к Шете. Шета был мягким и теплым и в его башне меня точно никто не стал бы искать. Уже проделывая оставшийся путь, я пошатнулась на лестнице и упала. Немного посидела, подумала и поползла на четвереньках, испугавшись, что могу скатиться вниз, если рискну подняться на ноги, и переломать себе шею.

— Раз ступенька, два ступенька, три ступенька, ещеее одна ступенька, — тихонько приговаривала я, поднимаясь все выше. — И ещееее одна ступенька… и самая после… ой… ботиночки…

Я застыла, уставившись на начищенные, черные и определенно мужские ботиночки. Медленно стала поднимать голову, изучая брюки, чтобы увидеть, кто был их владельцем. Сверху вниз на меня смотрел ректор собственной персоной, но я совсем не расстроилась, даже наоборот, широко улыбнулась.

— Реееектор! — радостно выдала я, продолжая смотреть на него снизу вверх.

— Адептка? — послышалось удивленное мне в ответ.

— Как хорошо, что я вас встретила…. — пробормотала я, пытаясь обползти ботиночки ректора.

Ответом мне было немое удивление, я же, наконец преодолев лестницу, медленно и неуверенно стала подниматься с четверенек на ноги.

— Ссссейчас я вам всеее расскажу, — уверила я мужчину, вспоминая все, что недавно хотела ему высказать. Стены закружились, и я ойкнула, на четвереньках определенно было лучше.

— Вы что, пьяны? — сильные руки подхватили пошатывающуюся меня, фиксируя на месте.

— Ну вот, — вздохнула я, уловив уже знакомые нотки, — опять сейчас ругать будете. А ведь такой хорошенький, когда не ругаете.

— Что вы сказали? — и снова вместо злости изумление в голосе.

И вот ведь непонятливый, я ему снова комплимент сделала, а он мне не верит! А вот скажи я, что он тролль, сразу бы поверил.

— Вот опять вы мне не верите, — и снова так грустно стало.

— Чему не верю?

— Что табличку не я повесила — не верили, что самолетик не вам предназначался — не верите, что духа случайно вызвала — не верите, с пригорочка правда специально спустила, это да, — момент этот очень ярко представился у меня в голове, и я захихикала, — но это и правда забавно было.

— Так, — строго велел ректор, — лучше помолчите, я вас в вашу комнату отведу.

— Неееет, — заупрямилась я, когда он потянул меня обратно к лестнице.

— Что значит нет? — опешил лорд — а спать вы где будете? В коридоре?

— Нельзя в комнату, там меня лысый глюк ждать будет, — заупрямилась я.

— Какой еще лысый глюк? — недоуменно спросил ректор, продолжая удерживать меня за предплечья и не позволяя упасть.

— Вредный… Целоваться ко мне лезет.

— Как целоваться? — мужчина похоже уже полностью потерял нить моих рассуждений.

— Ну как… — я удивилась глупости ректора, но с кем не бывает и, сложив губы трубочкой, продемонстрировала, — вооот так.

— Тогда я провожу вас в комнату и прогоню лысого глюка, идет?

— Какой вы доообрый! — радостно выдохнув, я расставила руки и крепко обняла ректора за шею, — спасииибо.

— Ну, прекратите же, — тяжко вздохнув, он уцепился за мои руки, пытаясь отстранить, но чувство благодарности и нежности переполняло меня до краев, и я совсем не собиралась прекращать его обнимать.

— Вы такой хорошенький, самый лучший ректор на свете!! Добрый, умный и это… как там… красивый, вот!

— Боже, неудивительно, что вы ползли… — и снова столько сомнения в голосе по поводу моих комплиментов.

Я наконец-то отпустила шею ректора, делая шаг назад.

— Опять вы мне не верите…. Ну почему я такая невезучая…

— Да уж, с этим трудно поспорить.

— Вот… даже вы согласны. И вечно вы попадаетесь. А я ведь не специально! Честное пречестное. И ведь никто и не верит…. — на глазах начали выступать слезы.

— Тихо, я вам верю, адептка, не плачьте, — в голосе Дакара уже слышалось отчаяние.

— Нет, не верите, — я сделала еще один шаг назад и замотала головой.

— Верю, верю, пойдемте.

Моя нога неожиданно на чем-то поскользнулась и я взвизгнула, в последний момент чувствуя как ректор хватает меня за руку. Однако моя нога так неудачно подставила ему подножку, что он повалился вместе со мной на пол.

— Мамочки, — выдохнула я, ударяясь о пол.

— Цела? — руки начали ощупывать меня.

— Ммммм, — простонала я, спихивая с себя тяжелое тело и пытаясь подняться, это у меня почти получилось, пока ноги вновь не заплелись, и, зажмурившись, я не полетела вниз, где губы мои коснулись чего-то мягкого и теплого. Точь-в-точь как в поцелуе с глюком. Поцелуе…. Я открыла глаза и отстранилась, осознав, что совершенно случайно поцеловала ректора. Он смотрел на меня точно так же вытаращив глаза, и я испуганно облизнула свои губы.

— Мамочки… — прошептала я и отпрянула, пытаясь оказаться как можно дальше от него. Что же я наделала! Все еще не доверяя своим ногам, я начала очень быстро ползти дальше по коридору, нацелившись в сторону башни Шеты.

— И куда вы поползли? Юна! Стойте! — ректор окрикнул меня, явно уже вставая на ноги, но я не собиралась останавливаться и даже не оглянулась, только ползти стала еще шустрее, желая как можно скорее скрыться с места преступления.

«Ползи Юна,… ползи…» мысленно приговаривала я себе, подбадривая.

Но передо мной внезапно снова возникли ботиночки, только в этот раз я уже им не обрадовалась, пискнула и попыталась уползти в другую сторону.

Мою отчаянную попытку сбежать прервали, внезапно схватив и резким движениям поднимая сначала на ноги, а когда я пошатнулась, подхватывая на руки.

— Что вы делаете? — ужаснулась я, смотря в глаза ректора, которые находились сейчас опасно близко, — это неуместно! — выпалила я, заостряя свое внимание на его губах, которые внезапно тронула улыбка.

— И это сказала девушка, которая поцеловала меня, а затем уползла на всех парах, — он взял меня еще крепче на своих руках и развернулся в сторону своей спальни, — неужели все было так ужасно?

— Уж-жасно? — заикаясь, переспросила я.

— Ну да, такой ужасный поцелуй, что вы решили бежать, точнее, уползать.

— Н-нет, — я даже икнула от неожиданности.

И тут же поняла что сказала, и почувствовала, как краска приливает к моему лицу.

— То есть да!

Ректор уже не сдерживал улыбку, даже усмехнулся, порывом ветра распахивая дверь в свою комнату и внося меня внутрь. Громкий щелчок за спиной отрезал пути отступления. Мамочки,… а зачем он меня притащил в свою комнату-то?

И мурашки тут же вернулись от внезапной догадки. И про поцелуй вон как странно выспрашивает…

— Мамочки, — снова выдохнула я в тот момент, как мы приблизились к кровати и, взвизгнув, дернулась. Ректор не удержался и уронил меня на кровать, падая рядом. Но в этот раз я была готова к мгновенному марш-ползку! Но не успела я достигнуть края кровати, чтобы скатиться на пол, как меня крепко сцапали за ногу, удерживая.

— Кудааа? — удивленно, нет, даже шокировано выдохнул мужчина.

— Неееет, — отчаянно завопила я и, отстаивая свою честь, лягнула его в плечо, высвобождаясь. Теряя равновесие, тут же полетела с кровати на жесткий пол.

— Ауч…

Приземление не было мягким, но расслабляться не стоило, пока ректор не опомнился, мне нужно было добраться до выхода! Быстрее было сделать это на двух ногах и резко выпрямившись, я, игнорируя головокружение, кинулась к маячившей впереди двери и распахнула ее. Только вот, переступив через порог, остановилась, понимая, что оказалась в ванной.

— Упс, не туда, — развернувшись, я застыла, увидев, что ректор уже оправился от прицельного пинка и стоит впереди, отрезая пути к отступлению.

Он загораживал входную дверь, потому, пошатываясь, я кинулась к противоположной стене, отвлекая его внимание.

— Что вы делаете? — за моими хаотичными передвижениями он наблюдал с удивлением, я же наблюдала за мужчиной настороженно. Правой рукой он потирал свой лоб, слегка морщась.

— Уйти хочу, — прямо призналась я.

Однако после такого заявления с моего пути он не исчез.

— А вы меня выпустите? — аккуратно спросила я, боком продвигаясь ближе к кровати и сохраняя между нами безопасную дистанцию. Ответ был категоричным.

— Нет.

Голова снова закружилась, и я ненадолго остановилась, пытаясь прийти в себя. Чувство было странно знакомым, и я долго пыталась понять, что оно мне напоминает, пока вновь взглянув на ректора, меня не посетило озарение. Точно так же я чувствовала себя в прошлый раз, когда он велел мне успокоиться. Тот же туман, рассеянность, вялость…. Что же он сделал со мной в прошлый раз? Неужели он снова как-то на меня воздействует? Или это просто алкоголь в моей крови? Но в тот раз я точно не была пьяна.

Он сделал шаг, сокращая между нами расстояние, и я вскинула руки ладонями перед собой.

— Не подходите!

Мужчина снова застыл, прекратив движение.

— Мне кажется, вам нужно поспать.

— Ага, — с готовностью закивала я головой и снова бочком стала пробираться к выходу, — вот сейчас к себе пойду, и посплю!

— Ну уж нет, — неожиданно не согласился мужчина, тоже бочком продвигаясь к выходу, чем самым сводил к нулю все мои поползновения к свободе, — да вы ходячая катастрофа, поспите здесь. Мне будет спокойней.

Не знаю кому как, а мне как то было совсем не спокойно. И я снова нервно облизнула губы, краснея от воспоминания того, что случилось несколько минут назад. От него не укрылся мой жест, и я застыла, осознав, что ректор внимательно изучает мои губы. Вот! Точно! Так я и думала! Еще один извращенец!

Паника вернулась, и я опасливо оглянулась на кровать.

— А вы где спать будете? — решила уточнить я для точности картины.

— Там же где и все нормальные люди, в кровати. Давайте, хватит валять дурака, ложитесь.

И после этих слов он начал приближаться ко мне. Инстинктивно я попятилась и тут же уперлась в край кровати.

— Это неуместно! — вновь выпалила я.

— Что неуместно? — мужчина нахмурился, останавливаясь рядом со мной, и уже немного раздраженно добавил, — давайте, лезьте в кровать.

— Прекратите ко мне приставать! — выпалила я, и поскольку отступать было некуда, с ногами залезла на кровать.

— Приставать? — лицо Дакара вытянулось — Да это вы ко мне пристаете вечно! А я даже не начинал!

— Вы меня притащили в комнату, — пискнула я, — и теперь говорите про постель.

Он закатил глаза, тяжело вздыхая:

— Потому что ты в стельку пьяна и тебе надо выспаться, — отбрасывая все официальности, резко перешел он на «ты».

Только вот я ни капельки ему не поверила, к чему тогда странные вопросы про случайный поцелуй и фразочки про кровать? Он ведь лорд! Всем известно, что лордам нельзя верить. И воспользовавшись тем, что путь к двери был открыт, я спрыгнула с кровати, кинувшись к выходу. Я коснулась ручки двери, но не успела дернуть ее на себя, как почувствовала руки, обхватывающие меня за талию и приподнимающие в воздух, после чего я была бесцеремонно дотащена и брошена на кровать.

— Мамочки, — уже в который раз повторилась я, рыпаясь чтобы снова предпринять попытку убежать, но мужчина навалился сверху, хватая обе мои руки мертвой хваткой и пригвождая их к кровати.

— Юна, успокойся, — рассерженно велел он, пытаясь удержать брыкающуюся меня. Пока у него это получалось успешно. Я дергалась еще немного, прежде чем замерла, уставившись в лицо, застывшее надо мной. Дыхание после борьбы было частым и прерывистым у обоих. Нервно сглотнув, я разорвала наш зрительный контакт, посмотрев на губы ректора. Не смотря на то, что я замерла, он продолжал прижимать меня к кровати и это пугало меня еще сильнее, ровно в той мере как и внезапная дрожь, проскочившая по всему телу.

— Вы опять это делаете, — прошептала я.

— Что делаю? — хрипло спросил он, продолжая удерживать меня, хоть я больше и не сопротивлялась.

— Гипнотизируете меня, — сглотнула я и снова посмотрела ему в глаза.

Вырываться уже совсем не хотелось, все тело словно парализовало и хотя это чувство было совсем не похоже на то, что я испытала тогда, я была уверенна, что он вновь меня гипнотизирует. Иначе как объяснить тот факт, что происходящее начинало мне нравиться?

— Я вас не гипнотизирую, — ректор отрицательно покачал головой.

— Тогда… — я выдохнула, пытаясь избавиться от наваждения, — внушаете.

После этих слов он прищурился, всматриваясь в меня еще пристальней.

— Да? — в его голосе появился неподдельный интерес. — И что же такое я тебе внушаю?

Это только упрочило мои подозрения.

— Сами знаете, — поджала я губы, не желая произносить это вслух.

— Ну же, теперь мне интересно.

— Значит, вы не отрицаете, что внушили мне тогда в классе?

Он замолчал, явно уже пожалев о том, что стал меня расспрашивать, но спустя несколько секунд все же ответил мне.

— Я вам помог, адептка, этого я не отрицаю.

— Вы мне внушили, — упрямо перефразировала его ответ. Пусть уж вещи будут называться своими именами.

— Я вам помог, — непреклонно повторил мужчина.

— И сейчас помогаете? — я шевельнулась, но вырываться пока не спешила.

— Нет, — после небольшой паузы он продолжил, — что бы вы сейчас не чувствовали, я вам это не внушаю.

И мурашки слова побежали по телу. Как завороженная я смотрела на его губы и внезапно поняла, что мне нравится эта близость. Руки, удерживающие меня, голос, вкрадчивый и спокойный.

Был ли ответ на мой вопрос признанием, что в прошлый раз он внушил мне спокойствие? Сейчас это почти не волновало и потому пугало. Еще немного и превращусь в Джинну. Но магия распалась, руки отпустили меня и сам мужчина поднялся. Я так и осталась неподвижно лежать на кровати, уставившись в потолок и пытаясь прийти в себя.

— Я… — ректор сделал несколько шагов назад, а я перевела свой взгляд с потолка на него, — должен проверить Шету.

Он дошел до двери и развернулся, чтобы уйти. Но застыл на пороге и, не поворачиваясь, не приказал, а скорее попросил.

— Не уползайте никуда, отдохните здесь, я не причиню вам вреда, Юна.

И не дожидаясь какого-либо ответа, вышел, захлопнув за собой дверь. Я вскинула руки, хватаясь за голову и взъерошивая свои огненные волосы. Что это было? Туман в голове словно рассеялся. Становилась ли я трезвее или это пропадало его наваждение? Неужели он пытался внушите мне чувства к нему? Но оказалось, чувство было временным. Вместо тумана появилась вялость. Я с трудом села на кровати, сконцентрировав свой взгляд на двери, и в голове была лишь одна мысль — нужно отсюда бежать!

Бежать — конечно, преувеличение. Все что я могла сейчас это медленно идти или резво ползти, но не успела сделать ни того, ни другого, как усталость стала просто невыносимой. Осознание того, что действие зелья Айка подошло к концу накатило вместе со всей усталостью, которую скопило тело за все время бодрствования. Вот закрою глаза на секундочку — и пойду. Только вот кровать была очень манящей и мягкой и я даже не заметила, как отключилась.

Глава восьмая

Утро, а точнее уже явно день, встретили полным набором радостей. Больная голова, вялость, сухость и провалы в памяти. Хоть я и выспалась впервые за долгое время, но чувствовала себя убитой. А открыв глаза и осознав, что я еще и в чужой кровати, вообще впала в панику. Я лежала запутанная в одеяле и только осознала, что снова оказалась в комнате ректора, как тут же дернулась, но, не успев выпутаться, свалилась на пол, где уже успешно избавилась от одеяла.

Прижав руку ко лбу, где обещал выскочить синяк от соприкосновения с полом, я поднялась, оглядываясь. В комнате я была одна. Я помнила вечеринку, помнила … вот черт… помнила поцелуй и то, как шла к себе. Но как я оказалась в комнате ректора? Смутно припомнила, как ползла по лестнице в башню к Шете.

От греха подальше решила вспомнить продолжение в каком-нибудь другом месте и направилась к выходу.

Выходила осторожно, приоткрыв дверь и убедившись, что никто меня не увидит. По стеночке выползла наружу, захлопывая за собой дверь, и нервно оглянулась на башню Шеты. Укрытие вроде бы безопасное и близкое. Решив, что вернуться в комнату я всегда успею, я направилась в сторону убежища дракончика. Внутри было тихо, даже слишком. Пробираясь через оставленный нами же мусор я подумала о том, что стоит приучить дракончика к порядку. Самого хулигана я нашла в большой комнате, устроившегося на полу и сладко посапывающего, подошла к нему и устроилась рядом. Еще бы водички.

— Фыыыр, — послышалось рядом, и я увидела, как дракон открывает глаза, — ну от тебя и несет мамочка, — хихикнул он.

Я смутилась и отсела чуть дальше, а дракоша продолжал хихикать. Я обвела глазами башню и заметила кое-что, не вписывающееся в интерьер, а именно пустую бутылку из-под выпивки. В душу закралось сомнение, я что, и здесь вчера побывала все-таки?

— Шета, а это кто пил? — настороженно спросила я, тыкая пальцем в сторону пустой тары.

Дракончик стыдливо опустил глаза.

— Ну, я немножко.

Я укоряюще посмотрела на дракончика, но потом плюнула на мораль и просто сжала голову, раскалывающуюся на части.

— Ну а что, — продолжал тот, оправдываясь, — заявился, значит, твой ректор, недовольный, нервный, походил, посидел, молчит, со мной не играет. Потом телепортнулся куда-то, а вернулся уже с этим.

Вытащив руки из волос, я вся обратилась во внимание, уставившись на дракончика. Может это объяснит мое пробуждение?

— А дальше? — потребовала я продолжения.

— А дальше на тебя жаловался! — глаза дракона хитро заблестели, я же нервно икнула.

— Как жаловался?

— Так и жаловался! Ох, довела ты мужика!

Я снова икнула.

— Вон как икается. Ищет тебя, наверное, — мстительно добавил дракончик, когда я икнула в третий раз.

— Шеточка, миленький, — взмолилась я, — расскажи, что он про меня тут говорил.

Дракончик сначала прищурился, а затем довольно ухмыльнулся.

— Любопытно?

— Страшно, — ответила я, снова икая.

— Ну, он не то чтобы понятно объяснял… А ты за ушками не почешешь? — и посмотрел на меня такими милыми глазками, что я кивнула, присела ближе и начала почесывать дракончика.

— Так вот, — приступил Шета к рассказу, — пришел такой нервный, начал из угла в угол ходить, разбудил меня своими метаниями. Я думал сначала, что шалить хочет, — хвост дракона довольно дернулся, — а он как вздохнет и замрет на месте!

— И?

— И говорит «С ума сошел» и исчез!

— И все?!

— Нет, это он за бутылкой уходил, — терпеливо пояснил дракончик, — потом вернулся, меня по-прежнему словно не замечал, выпил немного, поставил на окно и снова начал расхаживать.

— Так что он говорил-то Шета, — дернула я дракона, требуя ответов.

— Что-что… — голос дракончика стал немного ворчливым, — говорил, что ты напасть невезучая.

— Дааа? — разочарованно протянула я. Звучало наверняка обидно, стоило вспомнить, как он кричал на меня.

— Ага, — дальше дракончик почему-то повеселел, — ползала вчера от него, жаловался, что ловить пришлось. Он за тобой, а ты уползаешь, — довольно хихикая, поведал мне прохвост.

— Оооох…

— И это после того как сама целоваться полезла.

— Чтооо? — я подпрыгнула, уставившись на дракона — Ты врешь! Да я!? Да ни за что!

Но довольная морда дракона наводила на сомнения.

— Все равно не верю, — упрямо замотала я головой.

— Ну, так ты у него спроси, если мне не веришь.

— Вот еще, — ужаснулась я, мало того, что он и так меня уже извращенкой считает. И снова сжала голову, желая, чтобы она перестала пухнуть и вернула мои воспоминания.

— Он, кстати, скоро вернется, сказал ненадолго проветриться пошел, — как бы между прочим заявил дракоша.

— Что? И ты молчал?!

Я мгновенно вскочила на ноги, прижимая руку к животу, явно недовольному после вчерашнего употребления алкоголя и кинулась к выходу из башни.

Но только достигла лестницы, как услышала звук открывающейся двери и попятилась обратно, разворачиваясь. Шета лежал, положив мордочку на лапы, и смотрел на меня с любопытством, явно не собираясь вмешиваться.

— Не смей говорить, что я тут, — грозно шепнула ему я и кинулась к старому шкафу, мгновенно залезая внутрь и зажимая нос рукой, чтобы не расчихаться от наполняющей его пыли.

Сдержалась, вся замерла и обратилась в слух, припав к тонюсенькой щелочке. Послышались шаги, и в комнате появился ректор Дакар, прошел мимо шкафа, и в просвете мелькнула тень.

— Шалить будем? — будничным тоном поинтересовался дракончик, лениво потягиваясь и бросив на шкаф озорной взгляд. Хотелось показать этому прохвосту кулак, но он его не увидит. Ректор оставался где-то вне зоны моих наблюдений.

— Нет.

Медленные шаги и тишина, дракоша молча бросал взгляд то на шкаф, то куда-то влево, где предположительно находился ректор. К слову, судя по голосу, очень даже бодрый, ни капельки похмелья. Может дракон наврал?

— Ты чувствуешь призвавшего тебя? — вопрос был неожиданным для меня, только вот Шета отнесся к нему совсем спокойно.

— Ага.

— И где сейчас адептка Аро?

— Юна? Ну…

Если бы могла, дала бы ему воздушный пинок, к сожалению, при ректоре это было невозможно, почувствует и застукает мгновенно.

— Недалеко… — уклончиво ответил дракончик.

— Насколько недалеко? — голос приободрился, я даже ручалась, что ректор встал наизготовку, чтобы бежать меня ловить. Мамочки, что же я такого натворила?

— Совсем недалеко, — непринужденно заявил Шета.

— Совсем недалеко она быть не может, в комнате ее уже нет, — и уже продолжая беседу сам с собой продолжил, — но и далеко бы не уползла.

— А может она в прятки играет? — дракончик явно начинал вселиться, в его голосе послышались знакомые шаловливые нотки.

Повисла тишина, которая начинала напрягать.

— И никакого от тебя толку! — внезапно ругнулся ректор.

В щелку мне было видно, как Шета обиженно надулся.

— А я-то тут причем? — расстроено поинтересовался он.

— И ты, и твоя хозяйка, моя головная боль, вы же ходячая катастрофа.

Шета почему-то не расстроился от этих слов, тогда как я почувствовала себя уязвленной.

— А вчера совсем по-другому говорили, — внезапно заявил дракончик, и я вся обратилась в слух, даже, забыв о конспирации, подалась ближе к щели чтобы ничего не пропустить.

— Мало ли, что я говорил, — как-то сразу стушевался ректор.

— Даааа? — в голосе Шеты появились поддразнивающие нотки.

— Да! — поспешно заявил Дакар, явно не желая говорить на эту тему, но Шету уже было не остановить.

— Юна такая нелепая, — изменив голос, он неожиданно встал и начал расхаживать по комнате, так что видеть я его почти не могла, зато слышала отлично.

— Шета прекрати, — вздохнул ректор Дакар.

— Но при этом такая милая, а что если она не случайно меня поцеловала?

— Шета!!

Я же при последних словах испуганно прижала руку к губам. Мамочки! Действительно поцеловала?

— Но я же ректор! Я должен это пресечь! — голос был грозным и не игривым, перед шкафом мелькнула тень проходящего мимо дракончика и следующие слова прозвучали еще отчетливее. — А то где это видано, ректор ловит уползающую адептку чтобы зацеловать ее.

— Я такого не говорил, — отчаянно застонал Дакар.

— А ты просто не помнишь, — уже нормальным голосом мимоходом заметил дракончик и, откашлявшись, продолжил, — с ума девка меня свела, выпей со мной Шеточка, и держи покрепче, чтобы я к ней в комнату не вернулся.

Грохот известил о том, что в дракона что-то полетело, но судя по звуку и хихиканью, цели не достигло.

— Хватит чушь нести, Шета.

Хихиканье разбавили слова:

— Если не правда, чего так злиться то?

— Сейчас ледяной душ тебе устрою, — послышалось мстительное и я не удержалась от улыбки, представив картину, разворачивающуюся за дверью.

— Ну я же говорил! — радостно заявил дракончик и грохот усилился, мимо моей щели промелькнули две тени и я поняла что по комнате начались догонялки. Хитрый жук убил двух зайцев и пошалил и игру получил. Тихонько хихикая я уже не боялась что меня услышал, потому как эта парочка была полностью поглощена друг другом. Была надежда, что Шета выскользнет из башни и уведет за собой погоню, тогда и я смогу потихоньку смыться из башни.

— О, Юна, я кажется влюбился, переезжай в мою комнату, выходи за меня и мы вместе усыновим Шету, — подвывая от смеха заявил дракончик проносясь прямо мимо шкафа и я снова прыснула. Нет, картина конечно ужасная, но как же он достал наверное ректора. Даже мне не удавалось доводить его до такого градуса, чтобы он собственноручно бегал за мной с желанием убить. Вдыхая пыльный воздух, я неожиданно поняла, что щекотка в носу вернулась и обеими руками зажала рот и нос, сдерживая чих. Он просился наружу, но я держалась, и когда он победил, чихнула неслышно, чем можно было бы гордиться, если бы не вздрогнула так, что навалилась на дверь и кубарем выкатилась на ковер. Дверцы шкафа с грохотом закрылись за моей спиной, и когда я подняла голову, то увидела, как Шета с ректором замерли в нескольких метрах от меня, так и не завершив очередной круг. Если Шета был не сильно удивлен моим внезапным появлением, то о ректоре подобного сказать было нельзя. Глаза его были вытаращены, руки расставлены, и сам он скорее напоминал статую человека ошарашенного и остановленного на бегу, кем собственно и являлся. А затем он, видимо, вспомнил содержание подслушанного мной разговора и глядя на него я тоже почувствовала что краснею.

— Не хотела вам мешать, — выпалила я, чувствуя, как все тело онемело от страха, что даже пошевелиться не могу.

— Совсем недалеко говоришь? — ректор перевел взгляд на Шету, на что тот вполне невинно пожал плечами.

— Ну, я пойду, — тихо заметила я, порадовавшись, что первым делом решили разобраться с Шетой, и нацелилась в сторону выхода.

— Не пойдете! — послышался недовольный голос за моей спиной.

— А если поползу? — испуганно выпалила я, понимая, что ректор снова переключился на мою персону.

— Не уползете, — коварно заявил он, уже преодолев первую волну смущения.

Я бросила на Шету умоляющий взгляд. В конце концов, мой он дракон или не мой! Взгляд был истолкован верно, после чего когтистая лапа небрежно подтолкнула пустую бутылку, неслышно подкатившуюся к ногам ректора. Мужчина, не глядя под ноги, сделал шаг и полетел на ковер. Вот теперь нам точно крышка.

— Бежииим! — радостно скомандовал Шета и, подбежав ко мне, обхватил за руку и потянул за собой к выходу из башни.

Я подчинилась не раздумывая, и припустила вместе с дракончиком. Оказавшись за дверью, он отпустил мою руку и вместе мы побежали вперед по коридору, лишь бы оказаться подальше от башни, где нас проклинал ректор Дакар. Хлопнувшая позади дверь дала нам понять, что мужчина пустился в погоню.

— Юхууу, догоняяялки, — радостно завопил Шета. Я его энтузиазма не разделяла, но продолжала бежать. Затормозили мы лишь тогда, когда из-за очередного поворота появился не кто иной, как Исар. События прошлой ночи мгновенно появились перед моими глазами, и я остановилась, Шета пробежал чуть вперед и притормозил, оглядываясь.

— Ты что? Догонит!

Я оглянулась и свернула в другой коридор, проигнорировав дракончика.

— Юна стой!! — это уже кричал не Шета.

Подлетев к лестнице, я начала быстро спускаться, на втором пролете меня нагнал дракончик, наплевавший на ноги и уже проворно помогавший себе крыльями.

— А этот чего за нами гонится? — деловито спросил он.

— Не за нами, а за мной, — сбивчиво объяснила я, резво перебирая ногами.

— Неужели ты успела без меня нашалить? — ревниво уточнил дракончик.

Я промолчала, потому как такие пробежки, да еще с похмелья, не входили в мои планы, и горлу подкатывала тошнота. Достигнув первого этажа я быстро оценила обстановку и дернув дверь подсобки скользнула туда, Шета конечно же нырнул следом, после чего мы плотно закрыли дверь и я постаралась дышать тише, прижавшись ухом к щели, чтобы определить когда погоня уйдет мимо. Кончик хвоста Шеты загорелся пламенем и поднялся вверх, освещая наше пыльное и тесное убежище.

— Не подпали ничего, — испуганно шепнула я дракоше, наплевав на конспирацию.

— Тшшшш, не подпалю, — заверил меня Шета и тоже припал ухом к двери.

Замолчав, мы оба прислушались, как раз вовремя потому как за дверью послышался грохот, доносившийся явно со стороны лестницы. Топот стих, после чего послышался недовольный голос.

— Куда она делась?

Второй топот стих так же быстро, запоздав с вопросом лишь на несколько секунд.

— И где они?

«Они» затаились совсем рядом. Я тихонько молилась, чтобы моя уловка сработала, потому как в противном случае я сама себя загнала в ловушку.

— За кем вы гнались? — послышался голос опомнившегося ректора.

— А вы? — неожиданно ответил преподавателю вопросом на вопрос Исар.

— Я ни за кем не гнался, — неожиданно начал отрицать ректор.

Ну да, конечно, не пристало лорду-ректору бегать по академии за адепткой и драконом.

— Вот и я ни за кем, люблю просто быстро ходить по лестнице, — нагло заявил Исар, и Шета рядом затрясся от беззвучного смеха. За дверью снова наступила тишина, в которой было сложно определить, продолжают наши преследователи стоять на месте или уже разошлись восвояси. Наконец послышались шаги, но одному они человеку принадлежали или двум я не разобрала.

— Вроде ушли, — доверительно шепну мне Шета, но я бы не была так уверена.

— Тшшш, — предостерегла я духа, решив, что лучше перестраховаться и посидеть в укрытии еще немного.

И тут дверь, к которой мы прижимались, резко дернулась и мы с Шетой повалились на жесткий каменный пол. Я в который раз больно ушибла свой несчастный локоть и застонала, потирая больное место. Ректор Дакар возвышался над нами и изучал недобрым взглядом.

— И почему убежали? — грозно спросил он у нас. Шета отполз чуть дальше и сел, прижав ушки. Вид у него был настолько повинный, что даже я его пожалела, хотя и понимала всю коварную сущность духа. Пожалуй, мне тоже стоит научиться такому выражению лица. Я поднялась на ноги, делая шаг к Шете

— Так почему убежали? — повторил мужчина свой вопрос.

— Страшный уж ты больно, — ворчливо ответил Шета за двоих, — решили перестраховаться.

Ректор на это промолчал, видимо пытался взять себя в руки пока мы с Шетой стояли и многозначительно переглядывались.

— Адептка Аро, не хотите ничего мне сказать? — наконец вымолвил он, и я снова покосилась на Шету.

Интересно, каких слов от меня ждали? Вариантов было множество. Извинения за то, что подслушивала? Или за то, что была вчера пьяная? Или он про поцелуй?

Помощь пришла из неожиданного места. Из-за поворота вновь появился Исар, который целенаправленно приближался ко мне, и на губах наглого парня появилась усмешка. Я так и читала в его глазах крупными буквами: ПОПАЛАСЬ. И за что они все на мою голову свалились?

— Юна! Вот ты где! Я везде тебя искал! Идем скорее, иначе не успеем сделать лабораторную работу!

Моя челюсть плавно поползла вниз. Искал? Лабораторная работа? Звучало и выглядело так, словно мы с ним были самые близкие друзья на свете, но я-то знала, что это не так. Ректор обернулся, смерив Росса взглядом, он, похоже, тоже был не рад его появлению в коридоре.

Росс, игнорируя ректора, поравнялся со мной.

— Ну же, милая, я один не справлюсь. Что ты на меня так смотришь?

Ответить я не могла, просто дар речи потеряла, да и не только я, Шета рядом со мной застыл с вытаращенными глазами и открытой пастью, медленно переводя взгляд с ректора на меня, а затем на Исара.

— Извините ректор Дакар, мы ведь можем идти? — Исар схватил меня за руку и, не дожидаясь ответа мужчины, потянул вперед.

— Да, — растерянно послышалось нам вслед.

— Эй, — это оживился уже Шета, — а меня ты не искал? Я могу с вами пошалить.

Увлекаемая вперед за руку я оглянулась и увидела, как Шета отмер и шагнул следом, но был остановлен Исаром.

— Это огнеопасно ушастый, ты нам только помешаешь.

Шета грустно посмотрел нам вслед, а потом покосился на стоящего рядом с ним ректор, который смотрел так же задумчиво, засунув руки в карманы брюк и хмурился.

Крепко обхватив мою руку Исар увел меня из коридора и мы оказались в холле ведущем на улицу. Еще пара шагов и мы вышли на школьную территорию.

— Можешь меня уже отпустить, — нервно сказала я парню.

Он подвел меня к школьной стене и разжал пальцы.

— Ну что, как поблагодаришь за то что я спас тебя от ректора? — нагло ухмыльнувшись поинтересовался Исар, окидывая меня взглядом.

— А я не просила меня спасать.

— Правда? А мне казалось, ты снова влипла. Аааа я наверное что-то не понял и это была ваша интимная беседа.

— Я пошла, — отрезала я, разворачиваясь к парню спиной. Он мог думать и говорить что угодно, но кто сказал, что я обязана это слушать?

— Нет, ты остаешься! — отрезал Исар, вновь хватая меня за руку и резко разворачивая к себе. Больше терпеть я была не намеренна и почувствовала, как огонь прокатился по руке к пальцам, секунда и, вскрикнув, Исар отдернул руку.

— Я тоже могу применить стихию, — скривив губы, угрожающе заметил он.

— Ну да, по-другому ты не умеешь, только магией и грубой силой.

— Где ты ночевала? — словно не услышав меня, требовательно спросил парень.

И не подколок, ни угроз, только этот странный вопрос. Я снова вспомнила ночь и то, как он меня потащил танцевать, а затем поцеловал, и сделала небольшой шаг назад.

— Это вроде как тебя не касается. Что ты задумал?

— Ничего. Я спрашиваю, где ты ночью была?

— С какой стати мне вообще что-то тебе говорить.

Наплевав на все, я развернулась и пошла обратно в академию, когда из земли вдруг вынырнули гибкие корни и обхватили мои лодыжки. Дернулась, но земля сопротивлялась, не желая меня отпускать и только сильнее обхватывая ноги. Я оглянулась через плечо на довольного парня, спокойно наблюдавшего за моими тщетными попытками.

— Пусти меня, — прошипела я, чувствуя зарождающийся гнев.

— О чем ты? — он поднял руки вверх, демонстрируя мне ладони. — Я тебя не держу.

— Ты знаешь, о чем я! Отзови свою стихию!

— Упс… правда обидно когда тебя атакуют силой, которую ты не имеешь? Минус в том, что блокировать ты ее не сможешь. Хотя должен сказать, с огнем ты стала привлекательней. Все та же жалкая полукровка, но уже с магическими перспективами.

— О да, — мстительно согласилась я, чувствуя, как моя стихия бурлит внутри от возмущения, — перспективы у меня есть.

И в этот раз без какой либо тренировки с легкостью вызвала огонь из ничего, сконцентрировав его вокруг Исара. Парень вздрогнул, когда жар опалил его ноги, но быстро взял себя в руки, концентрируясь на стихии, чтобы подавить ее и пересилить меня, правда для этого ему потребовалось ослабить контроль над землей. Я освободилась от опутывающих меня корней, разворачиваясь к Исару. Парень уже справился с огнем и смотрел на меня гневным взглядом.

— Что? Дальше будем магией меряться? — поинтересовалась я, наблюдая за руками парня, которые первыми бы шевельнулись при атаке. — Чего тебе от меня надо Исар?

Ожидаемым ответом для меня было что-то вроде «чтоб ты страдала» или «мести» приправленные уже привычными оскорблениями. Исар молчал, смотрел на меня, сжимая кулаки, и словно на что-то решался, чем пугал меня еще сильнее. Наконец разжав свои пальцы, он словно сбросил все свое напряжение и ответил.

— Будешь моей девушкой, но никому об этом не скажешь.

И это был даже не вопрос, да и на утверждение мало похоже, скорее приказ, не терпящий возражений. Я так и замерла, уставившись на парня. Может мне послышалось?

— Что ты сказал? — неуверенно переспросила я, желая удостовериться, что все правильно поняла.

— Девушкой моей будешь, — повторил парень так же бескомпромиссно и уверенно, — но об этом никому не скажешь.

— Я наверное тебя все равно плохо поняла, — пробормотала я все еще не доверяя тому что слышала.

— Издеваешься что ли, — прошипел Исар, делая ко мне шаг, — все ты расслышала. Больше повторять не собираюсь!

— И не надо!! — с радостью согласилась я. Услышь я такое еще раз, можно и нервный тик заработать.

— Значит все поняла? Ночью придешь ко мне, — командным тоном велел парень.

Я округлила глаза, поражаясь такой наглости. Нет, раньше он мне нравился больше, когда в свою комнату не звал.

— Ага, конечно, — с психами ведь не спорят, и коварно добавила, взмахивая рукой и призывая коварный ветер, — мечтай.

И кинулась в академию, расслышав за спиной грохот и нелицеприятные высказывания. Глянув через плечо, увидела, как Исар лежит на земле со связанными на ботинках шнурками.

Только вот в свою комнату я не вернулась, медленно пошла обратно в сторону мужского общежития. Развязываться Исар будет еще долго, а я уже достаточно набегалась. Больше всего сейчас хотелось выпить теплого травяного чая от похмелья и лечь в свою кроватку, только вот вероятность того что парень будет меня там искать была велика. Да и ректор не дремлет, хотя последний в комнату ко мне не заявится, скорее уж в кабинет к себе вызовет. В голове была полная каша и осознание того что прошлая ночь стала катастрофой. И как теперь все расхлебывать? Причем в случае с Исаром я определенно была уверена, что не виновата. Тогда почему же парень ко мне пристал?

Застыв перед дверью Айка, я решительно заколотила, морщась от грохота. Дверь открылась, и я увидела понурого однокурсника с всклокоченными волосами. Он щурился, изучая своего посетителя и, подняв руку, почесал щеку с выступившей щетиной.

— Я требую убежища! — хмуро заявила я, вваливаясь в его комнату.

Парень захлопнул за нами дверь и обернулся, растерянно почесывая голову.

— А еще, требую рассказать что ты подсунул Исару, — тут же перешла в наступление я.

— А? — глаза Айка забегали по комнате и я убедилась что моя догадка была верна. Неспроста Исар изменился сразу после того как я столкнулась с ним у комнаты экспериментатора.

— Когда он к тебе пришел за зельем или мазью или чем-то там еще для волос, что ты ему подсунул?! А ну признавайся!

— Ну это… Он сам.

— Что сам? — не сдавалась я, вытряхивая правду.

— Запить воду взял со стола, я и не успел предупредить, что там экспериментальное любовное зелье настаивается.

— Чтоооо??? — я предполагала все худшие в мире вещи, но любовное зелье…. Это была катастрофа.

— А что такое? — в Айке явно проснулось любопытство — Сработало? На свидание позвал?

— Я тебе сейчас покажу свидание! — возмутилась я, не разделяя радости парня — Отворот где?!

— Ну это…

И вид снова виноватый как у нашкодившего щенка. Это мне совсем не понравилось.

— Только не говори что нету, — с ужасом оглядывая комнату парня и множество склянок и трав.

— Ну… я не уверен…

— Не уверен говоришь…

Я схватила ближайший висящий ко мне веник, состоящий из веток и листьев, и двинулась к парню.

— Юна, ты это чего? — опасливо поинтересовался Айк, наблюдая за охапкой в моей руке.

— Уверенности тебе сейчас прибавлю!

И, сократив расстояние между нами, огрела парня по голове. Тот взвыл, наклоняясь и закрываясь руками.

— Не уверен… говоришь… — причитала я, гоняясь за парнем с веником и пытаясь его достать. Тот ловко уворачивался, пытаясь оправдаться.

— Ну я боюсь оно как катализатор подействует и Исар еще сильнее влюбится.

За это он получил веником по пятой точке и не один раз, после чего прикрываясь руками снова отпрыгнул в сторону.

— И сколько твое зелье действует? — вздохнула я, молясь, чтобы срок ограничивался не большим чем месяц.

— Ну… — снова замялся парень, и я почувствовала еще один подвох.

— Ну? — поторопила его я, воинственно потряхивая веником.

— Я пытался изобрести вечный приворот, — сипло выдавил из себя парень.

— Ты труп, — выдавила я из себя, чувствуя, как меня охватывает паника от слова «вечный», — я сейчас тебя убью!

И больше я его не щадила, схватив из-под потолка второй веник и дав ему понять все, что думаю о вечных приворотных зельях. Айк ойкал, уворачивался, но терпел, осознавая, что заслужил мою кару. На его счастье похмелье давало о себе знать и чувствуя что больше не в силах прыгать за ним по всей комнате я уселась на кровать, обреченно уставившись на пол. Айк тихо подошел к своему столу, порылся, достал чайник и начал что-то заваривать. Когда перед моим носом появилась кружка с горячим антипохмельным чаем, я тут же приняла его, делая глоток. Тошнота начала отступать, еще чуть-чуть и голова пройдет.

— Ну как, получше? — поинтересовался Айк отхлебывая из второй кружки.

— Не подлизывайся, — хмуро ответила я.

— Я поработаю немного над отворотом и опробуем, — оптимистично заявил парень, — Исара ведь не жалко.

— Исара не жалко, — кивнула я, соглашаясь, — а вот меня жалко!

Я снова замахнулась и ответила расслабившемуся парню подзатыльник.

— Ну кто же знал, что он в тебя влюбится, — ойкнул Айк, отсаживаясь от меня подальше.

— А зачем тебе вообще такое настаивать? — и вспомнив просьбу Джинны, я ужаснулась — ты что, «вечный» приворот на ректоре хотел испытать??

Айк чуть не подавился душистым мятным чаем, закашлявшись.

— Ну? — потребовала я ответа.

— Ну вряд ли что-то дельное выйдет, а он маг сильный… урона никакого… — снова начал оправдываться Айк, и поспешно добавил — но я передумал!

— Еще бы ты не передумал, у тебя Исар все выхлебал, — мстительно добавила я.

— Джинне я обычный приворот дам, — изрек в итоге Айк.

— Нет, не дашь! — возмутилась я, поворачиваясь к парню, и угрожающе затрясла пустой кружкой, — не хватало еще и ректора угробить!

— Да ладно тебе, от обычного-то приворота ему тем более ничего не будет, ну повздыхает по ней пару дней, а может и меньше. И все в выигрыше.

— Ты сначала моего воздыхателя вылечи, — отрезала я, — а до этого никаких приворотов!

— И что я по-твоему ей скажу? Она же от меня не отстанет!

— Да что угодно, скажи, что ректор конфисковал нужную траву, что настой опрокинулся и разлился, что угодно и просто поставь перед фактом, что зелье будет не раньше следующего полнолуния, если вообще будет. А если ты за это время Исара не исцелишь, как я уже говорила — ты труп.

— Странная ты, — Айк осторожно забрал у меня кружку, которой я уже достаточно долго махала перед его носом, — другие бы девочки радовались поклонникам и не заморачивались. У тебя уже кто-то на примере есть и боишься, что Исар его отпугнет? Так ты только скажи! Приворожим! — и парень снова расцвел. Неисправимый.

Мой выразительный взгляд быстро заставил увянуть его энтузиазм.

— Хорошо, — уже серьезно заявил он, — я сегодня же возьмусь за отворот, через пару дней будет готов, как раз к празднику пяти стихий.

— Спасибо, — с облегчением выдохнула я. Раз уж Айк изобрел приворот, то и с отворотом справится, в них ведь нет ничего сложного, а пару дней потерпеть Исара я смогу, по сути, всего лишь нужно с ним не сталкиваться лицом к лицу в замкнутом пространстве.

— И про убежище я не шутила, я у тебя побуду до вечера?

— Да пожалуйста, если бить не будешь, — веник был тут же им поднят с пола и повешен на место.

— Не буду, я хочу в душ и спать, а ты будешь делать отворот.

Глава девятая

Спала я хорошо, даже слишком, было подозрение, что в антипохмельном чае были добавлены так же успокаивающие и расслабляющие травки, но жаловаться я не стала. Проснувшись через несколько часов, почувствовала себя бодрой как никогда. Последние последствия вчерашней гулянки прошли, а Айк действительно сидел за столом и делал какие-то расчеты. Поблагодарив парня, я наконец-то покинула его комнату и направилась к себе бодрой походкой. В комнате меня ждала Айлин, подпрыгнув от нетерпения, когда увидела меня.

— Где ты была! — воскликнула она, вскакивая с кровати, но кидаясь почему-то не ко мне, а к столу.

— Ну…. Скажем так, я не дошла до комнаты и уснула в очень неожиданном месте.

— Так, так, так, — Айлин развернулась ко мне, пряча что-то за спиной, — а в этом месте случайно парней не было?

— Ни одного, — клятвенно заверила я, — это был пустой кабинет.

— А тебя Исар искал, — девушка коварно улыбнулась, — причем у него так лицо вытянулось, когда я ему несколько раз заявила, что ты еще не появлялась. Странный он был, если честно. Рвался комнату обыскать, чтобы убедиться, что ты не прячешься под кроватью, но я его вытолкала.

— А больше никто не искал? — полюбопытствовала я.

— Дракон искал, но он просто за окном мелькал, подглядывал и улетел, а что?

Значит, ректор не искал… или подослал Шету, в чем я сомневалась. Поручать что-то дракончику было бесполезно, шпиона из него точно не выйдет.

— А тебе кое-что прислали, пока тебя не было, — заявила Айлин приближаясь.

— Что? — насторожилась я.

— Вот, — Айлин, наконец, убрала руку из-за спины и протянула мне конверт, скрепленный королевской печатью.

— Что это? — похолодев, спросила я.

— Ты хорошо себя чувствуешь? Письмо из дворца! Открывай же! Оно заколдованно на тебя, никто другой не сможет открыть!

Моя паника начинала усиливаться. Неужели о том, что я призвала духа, стало известно?

— Что ты застыла? — девушка нетерпеливо впихнула в мои руки конверт. Я сжала плотную бумагу и уставилась на печать. Несомненно, она была настоящей, да и какой дурак станет подделывать королевскую печать? С другой стороны я надеялась, что это подделка, потому как причин получать такие письма, не считая вызова духа, у меня не было. Коснувшись печати, я сломала ее. Магический дымок тут же опутал мои руки и рассеялся. Дрожащими пальцами я достала из конверта карточку.

— Что там? — Айлин даже привстала на цыпочки, пытаясь прочесть.

— Вы приглашены на королевский прием по случаю праздника пяти стихий, — удивленно прочла я золотые буквы.

— Да ладно? Ты? Не верю! — Айлин выхватила у меня карточку, перечитывая, я же облегченно выдохнула. По крайней мере, меня не уличили в вызове духа. Но королевский прием?? Я отобрала карточку обратно и перечитала, но все было верно, даже указаны мои имя и фамилия. На прием приглашали только приближенных короля, которыми всегда являлись высшие маги. Как правило, это были все, кто владел тремя стихиями. Но у меня-то стихий было две, да и рода я не знатного.

— Чуть не забыла, — Айлин снова отошла к столу, схватив уже другой конверт, — тебе еще одно письмо пришло.

Забрав у нее второй конверт, уже простой, я вскрыла и достала письмо.

«Дочка, король был так любезен, что пригласил нашу семью на праздник пяти стихий. Мы высылаем тебе денег, на случай если ты не сможешь к нам приехать в выходные. Купи себе наряд на прием и не смей отнекиваться! Мы все должны прийти, раз нам оказана такая честь. Любим тебя, мама и папа»

Я заглянула внутрь и удивленно пересчитала деньги. Целое состояние. Мать явно решила не экономить на нарядах.

— Вот и ответ, — я помахала письмом перед Айлин, — король пригласил всю мою семью, не думала, что он настолько ценит своих флористов.

— Ого… здорово то как. Погоди, это же уже через два дня! Тебе нужна одежда!

— Да, мне выслали деньги…

— Тогда идем! — Айлин тут же начала переодеваться. — Как удачно, что сейчас выходной и еще не слишком поздно. Успеем уехать в город и пройтись по магазинам. Осмотримся, а завтра еще раз поедем, чтобы окончательно все выбрать.

Все бы ничего, но была маленькая загвоздка…

— А мне ректор запретил покидать академию…

— Да брось, — энтузиазм Айлин не утихал, — это ведь приглашение от самого короля. Что он сделает? Конечно, отпустит! Просто сходи к нему и расскажи.

Вот тут-то я и сомневалась. Ректор скорее сделает все возможное, чтобы не пустить меня во дворец. Он же считает что я ходячая катастрофа, а учитывая что еще и связана теперь с духом огня, и шагу за пределы академии ступить не позволит. Но выхода не было, пришлось набираться мужества и иди в кабинет к ректору, сжимая приглашение на праздник пяти стихий. Чем ближе я подходила, тем меньше была моя уверенность. А что если не отпустит? Посадит под замок, чтобы избежать проблем? Это все же королевский прием и мои родители наверняка очень польщены, что их пригласили, а если я это проигнорирую — это их огорчит. Когда я замерла перед кабинетом ректора, не решаясь постучать, до меня донесся странный звук.

— Пссс — пссс.

Я огляделась и увидела, как со стороны башни торчат два красных уха. Призывные звуки повторились, и я решила, что визит к ректору может и подождать.

Подкравшись к башне, я скользнула внутрь.

— Ты что это к нему пошла? — прищурился дракончик, изучая меня.

— Просить разрешения выйти из академии, мне платье нужно купить.

И я показала Шете карточку с приглашением.

— Это…

— А! Праздник пяти стихий, раньше его устраивали, чтобы поклоняться духам стихий, а теперь что? Ни-че-го. Никакого уважения, — проворчал дракончик.

— Но мне нужно туда пойти, а чтобы туда пойти, мне нужно платье. А ректор запретил мне покидать академию… Гутор меня не выпустит, а на стенах магия, мне не удрать.

Шета внезапно довольно оскалился и весь подобрался.

— Если только ты не дружишь с древним духом, который с легкостью может удрать через защиту, поставленную этим простофилей.


Что бы вы выбрали? Удрать тайком с древним духом или пойти просить разрешение у ректора, которому вы успели не раз насолить? Вот и я не рискнула. Подталкиваемая Шетой, вышла на улицу и осмотрела территорию. Обогнув академию так, чтобы нас нельзя было увидеть из окна кабинета ректора, мы остановились прямо перед стеной.

— Засечет, — с сомнением протянула я, оглядывая преграду.

— Не засечет, — не согласился со мной дракончик, тоже разглядывая стену.

— И убьет, — добавила я, уже представляя исход.

— Только если поймает, — тут дракончик спорить не стал.

— И как ты это сделаешь? — я повернулась к прохвосту, который все еще изучал стену.

— Перелетим, сядешь на меня, и я тебя переброшу. Только вот пойму как.

— Ты же сказал что можешь!

— Могу, если захочу, но я еще не пробовал. Что мне там за стеной делать-то? Тут с вами веселее.

Похоже, это был комплимент, после чего дракоша повернулся ко мне спиной.

— Карабкайся.

Поскольку идти на попятные было глупо, я ухватилась за чешую и обняла дракончика на шею.

— А ты меня не уронишь? — робко поинтересовалась я.

— Ты вроде не толстая, — застыл дракончик, явно прислушиваясь к себе.

— Ну спасибо…

— ЭЭээээх, была не была.

И не предупредив, он разогнался и неожиданно распахнул крылья, взлетая вверх, а я испуганно взвизгнула. Позволять ветру поднять себя в воздух это одно, но когда в воздух тебя поднимает пусть и маленький, но дракон это совсем другое. Даже боязно. Шета внезапно дыхнул огнем, который обволок нас словно в кокон, и перелетел защиту. Я не почувствовала даже малейшего колебания магии, кроме той, которую создал он.

Приземление было не таким успешным. Шета спикировал вниз, поспешно тормозя и не удержавшись, я перелетела через его голову, кубарем упав в грязь.

— Ауч… — простонала я, поднимаясь на ноги.

— Юхуууу — Шета радостно летал вокруг меня, — мы сделали это! Мы совершили побеееег!!

— Кричи еще громче и ректор тоже об этом узнает, и поздравить прибежит, после чего нам светит пожизненное заключение в башне.

Шета тут же утих, не переставая радостно кружить вокруг. Ворча о том, что кое-какие ушастые драконы сказали, что не уронят меня, я отряхнулась, критически оценив свой вид. Потрепанный, помятый, но жить можно.

Пешком до ближайшего городка было около получаса, и за это время Шета меня извел. Он болтал без умолку о придворном этикете и танцах, вслух рассуждал, какое платье стоит на меня надеть и тяжко вздыхал, когда я напоминала что не смогу взять его с собой.

Когда мы приблизились к городу, я вспомнила еще об одной проблеме. Драконы очень приметны, а значит, появление Шеты среди людей не могло остаться незамеченным.

— Шетаааа, — осторожно начала я, когда впереди появилось очертание городских ворот, — у нас проблема, ты очень приметный.

— Разве? — раздался за моей спиной знакомый мне голос и я испуганно обернулась. Передо мной застыл ректор Дакар собственной персоной. Я испуганно охнула и попятилась, оглядываясь в поисках Шеты. Неужели он снова меня бросил? Выбирая путь максимально далекий от грозного ректора, я все равно угодила прямо в его руки. Ждать нам неминуемой расплаты. Хотя почему это нам? Шеты как не было, так и нет, смылся бесследно.

— Юнаааа, приглядись ко мне, — неожиданно слишком весело велел мне ректор Дакар, и я замерла, озаренная смутным сомнением. Уж больно тон был не похож на ректорский, да и слова подозрительны для того кто только что догнал и застукал адептку, злостно нарушившую правила.

Я прищурилась, уставившись прямо на ректора, и смотрела, не отводя глаз и не моргая, пока его образ не поплыл передо мной и не изменился, явив крайне довольную моську очень наглого дракончика.

Но любой другой без должного усилия иллюзии бы не заметил. Стоило мне моргнуть, как передо мной вновь предстал ректор Дакар. Единственное, что отличало его от оригинала это озорной блеск в глазах.

— Может, ты лучше другую иллюзию создашь? — с сомнением протянула я.

Ректор приблизился, по-деловому запихнул руки в карманы своих брюк и покачал головой.

— Я с ним столько времени провел, создать его иллюзию легко. Я не могу слепить внешность из пустоты.

Я вновь с сомнением оглядела стоящего передо мной ректора.

— Ну же, не трусь! — Шета схватил меня за руку и потянул к воротам, — быстренько зайдем в город и найдем салон с платьями. Делов-то. Никто даже не поймет что это ректор.

— Только попробуй что-нибудь учудить, — зашептала я ему, поскольку мы уже прошли через ворота и одобренные беглым взглядом городской стражи двинулись вперед по улице, — если мы тут спалимся, он нам не то, что голову снимет, живьем закопает.

— Да не бойся ты, я умею быть лордом, — заявил дракончик, отпуская мою руку и игриво подмигивая какой-то кухарке, спешащей с огромной корзиной овощей. Женщина покраснела и стыдливо опустила глаза, я же от души дала Шете подзатыльник, тут же почувствовав себя виновато, когда на меня посмотрели глаза ректора Дакара.

— Ради бога. Думаешь, наш ректор подмигивал бы женщинам на улице? — зашипела я на него.

— Ревнуешь? — вдруг деловито поинтересовался дракончик.

— Чего?? — возмутилась я слишком громко, но опомнившись, ответила уже тише, — и ты туда же. Сил на вас нет.

И, отвернувшись, я пошла вперед, окидывая взглядом улицу. Насколько я помнила, неплохой салон портнихи был дальше по улице за поворотом.

Лавка имела стеклянную витрину, обитую внутри бархатом, на котором как экспозиция располагалось несколько манекенов с изысканными нарядами, а значит тут должно быть что-то подходящее и для королевского бала. Колокольчик звякнул, когда я вошла внутрь, а спустя несколько секунд повторно возвестил прибытие следовавшего за мной Шеты. Я обернулась, чтобы посмотреть на дракончика, но тот вел себя скромно, остановившись у входа и оглядываясь. Здесь были наряды не только для женщин, но и для мужчин. Из задней комнаты появилась пухлая женщина низенького роста.

— Добро пожаловать, чем вам помочь? — она окинула нас взглядом, вероятно пытаясь понять, пришли ли мы вместе или были двумя разными посетителями.

— Вам нужны костюм и платье? — мягко улыбнулась она нам.

— Нет — нет, — я даже не успела открыть рот, как ответил Шета, поравнялся со мной и приобнял за плечи, — нужно платье моей невесте для королевского приема в честь праздника пяти стихий.

— Прекрасно, — цепкий взгляд женщины словно ощупал мою фигуру, не без интереса коснувшись и иллюзии ректора Дакара, — можете посмотреть готовые в задней комнате, боюсь, чтобы делать наряд на заказ осталось слишком мало времени. Идите за мной, а ваш жених может подождать здесь, вон там есть креслице.

Женщина пошла в сторону двери, а я укоряюще посмотрела на дракончика.

— Невеста? Не мог ничего лучше придумать? — зашептала я.

— Ты не выглядишь как аристократка, а при наличии у тебя жениха лорда, она подберет тебе достойное платье. Сомневаюсь, что наш ректор здесь себе костюмы шьет, ничего страшного.

В словах дракончика было здравое зерно, но все равно пригрозив ему пальцем я пошла в сторону задней комнаты, где скрылась женщина. Отодвинув штору и переступив порог, я пораженно замерла, оглядываясь. Комната была огромной, и вся она была наполнена платьями.

— Ваши размеры вот здесь.

Я испуганно вздрогнула, не услышав, как женщина подкралась ко мне и пошла за ней к вешалкам, перебирая платья.

— У вас лишь недавно проявился огонь, — подметила она еще не исчезнувшие пряди в моих волосах, — у меня много красных платьев. На королевском балу любят подчеркивать цвета своих стихий, хотя в обществе и считается дурным тоном спрашивать об их наличии.

После этих слов она начала доставать платья одно за другим, вывешивая их передо мной. Я трогала ткань и изучала их, чувствуя себя неуютно. Мне еще никогда не приходилось носить таких шикарных платьев, и стоили они вероятно немало, но учитывая деньги присланные матерью, должно было хватить.

— Нужно мерить, если понравится, небольшие огрехи я могу убрать всего за час. Где-то ушить, где-то укоротить.

Я остановила свой выбор на трех платьях. Первое было ярко алое и прямое, возможно чересчур простое для королевского бала и сделанное из летящей ткани, но мне хотелось его примерить. Два других были более нарядными, с пышной юбкой и корсажем, одно светлое, а другое очень яркое. Все они были разными, и я совершенно не представляла, какое из них будет уместно и красиво на мне смотреться.

— Я примерю эти, — я указала портнихе на выбранные наряды.

— Прекрасно, пройдемте со мной.

Ловко подхватив все три платья, она двинулась вправо и толкнула почти незаметную дверь. Следом за ней я протиснулась в небольшую комнату со скамейкой и зеркалами.

— Здесь вы можете примерить их, а потом выйти и показаться своему жениху.

Я хотела поправить ее, что Шета мне не жених, но вовремя прикусила язык. Это только вызвало бы куда больше вопросов, пусть уж лучше будет как есть.

— Ну же, — велела женщина, развешивая платье, — раздевайтесь. Я помогу вам одеться, одна вы с этими нарядами не справитесь.

Стесняясь, я начала стаскивать с себя одежду. Поначалу мне хотелось отказаться от помощи, но когда я увидела количество крючков и завязок на спине у первого платья, то тут же передумала. Пока я боролась со стеснительностью, портниха учтиво отвела глаза, хотя по мне так в комнате с зеркалами это был скорее жест вежливости, поскольку отовсюду на меня смотрело собственное лицо. Я влезла в первое платье и, придерживая руками корсаж, повернулась к женщине спиной. Ее пальцы ловко стали застегивать и зашнуровывать платье. Когда дело было сделано, я посмотрела на себя в зеркало.

— Покрутитесь, — посоветовала она мне, — это сочетание цветов похоже на пламя, по-моему, прекрасный выбор.

— Не знаю…. — протянула я, чуть поворачиваясь.

Платье было красивым, но я чувствовала себя в нем не очень уютно. Подол переливал оранжевым и красным, был неровный, а словно волнами, от чего казался даже еще больше, ну а видеть себя во всем этом было просто дико. Нужно было третье мнение, и я выскользнула из примерочной, чтобы показаться Шете.

Дракончик скучал сидя на диванчике и изучая потолок. Оставалось надеяться, что в его голове пока я выбираю платье, не созреет какая-нибудь новая шалость.

— Как тебе? — поинтересовалась я и немного повертелась, позволяя дракончику, выглядевшему сейчас как ректор Дакар посмотреть на меня. Он задумчиво склонил голову на бок, окидывая меня взглядом с ног до головы.

— Подходит какой-нибудь вычурной и напыщенной аристократке, но не тебе, — вынес дракончик вердикт.

— Но оно прекрасно подходит для приема, — вставила свою лепту портниха, стоявшая у входа во вторую комнату.

— Я померяю следующее, — вынесла я вердикт, возвращаясь. Это мне тоже не особо нравилось, но я сомневалась, что и в других я смогу чувствовать себя уютно.

Вторым я выбрала прямое платье, с которым смогла справиться сама после того как портниха помогла мне выбраться из пышного наряда.

Это платье мне нравилось больше, вероятно, потому как оно было более простым и привычным, чем пышные наряды. Я тут же пошла продемонстрировать его Шете и услышала звон колокольчика. Когда я вышла в зал, то увидела нового посетителя. Мужчину, который остановился у входа, оглядывая зал. Я миновала его, подходя ближе к иллюзии ректора Дакара.

— А что об этом скажешь? — спросила я, снова покрутившись.

— Слишком просто, — покачал головой дракончик.

— А мне нравится, — заупрямилась я.

— Вы за заказом? — послышалось за нашей спиной, и я оглянулась, женщина суетилась, отыскивая что-то за прилавком. Мужчина же застыл, смотря в нашу сторону.

— Ладно, — сдалась я, снова поворачиваясь к Шете, — примерю еще одно.

— Аден? — послышалось за нашей спиной и мы сначала не обратили на это внимание, пока мужчина не приблизился ближе, повторив, — Аден Дакар! Неужели ты не узнал меня?

Я испуганно застыла не торопясь уходить. Первой мыслью было бежать, но Шету уже опознали как ректора, а значит было поздно. Я покосилась на дракона, который молчал, изучая мужчину и обдумывая ситуацию.

— Да вот, отвлекся немного на свою невесту, — ответил наконец Шета, а я закашлялась на первом слоге слова невеста. Шета ободряюще посмотрел на меня.

— Вот ваш заказ! — послышалось за спиной у незнакомца, и он отвлекся, отходя к прилавку, чтобы забрать сверток.

— Ты что творишь, — зашептала я, — прекрати всем говорить, что я твоя невеста.

— Да он какой-нибудь случайный знакомый, они может еще лет пять не встретятся, — отмахнулся дракончик, — что я еще мог придумать? К тому же портнихе мы уже заявили, что ты моя невеста.

Шета замолчал и, оглянувшись, я увидела, что мужчина возвращается к нам.

— Ну что ж, так и быть, я прощу тебя. Ослепленный невестой, это единственная уважительная причина не узнать своего лучшего друга.

Я почувствовала, как в комнате мгновенно стало душно, и замахала рукой, пытаясь прийти в себя.

— Так представишь мне свою невесту? — мужчина развернулся ко мне, доброжелательно улыбнувшись, я же была на грани рухнуть в обморок. Шета был озадачен, еще бы, он даже не знал, кого представлять.

— Ну…. — медленно протянул он.

— Ладно, сам справлюсь, он у нас всегда был скрытным, — последнее незнакомец сказал уже мне, понизив голос до доверительного шепота, — я учился с ним, меня зовут Освир Кауб.

— З-здрасте, — заикаясь, пробормотала я, — а я… Лилия.

— Лилия? Как цветок? Прекрасное имя.

— Дааааа, — подключился Шета, подлетая ко мне и приобнимая за талию, — мы познакомились в ак…

Я чуть сдвинула ногу и как можно незаметней наступила на лапу дракончика.

— … когда я приехал в столицу по делам.

— Да?

— Ага, — подключилась я, начиная кивать как болванчик.

— Вам надо платье примерить, Лилия. Вы идите, а мы с Аденом немного поболтаем.

Идея мне не нравилась. Оставить Шету наедине с лучшим другом ректора Дакара? Да он же мгновенно раскусит подставу.

— Иди дорогая, — подлил масла в огонь дракончик, а точнее ректор Дакар, широко улыбнувшийся мне и присаживаясь обратно. Друг настоящего ректора присел рядом с липовым, а я стремительно кинулась обратно, чтобы примерить последнее платье как можно скорее.

— Какой у вас жених хороший, и друзья у него тоже. Этот мужчина приходил вчера на примерку, очень учтивый, — начала портниха, подготавливая последнее платье.

— Да уж, он у меня хороший, — вздохнула я, влезая в платье. Придерживая его, я взглянула на себя, пока женщина помогала зашнуровать корсаж. Самый низ платья был ярко алым, цвет поднимался выше, растворяясь в белом, пока не исчезал совсем. Когда я шевельнулась красный подол начал отливать блестками, создавая иллюзию живого пламени.

— По-моему прекрасно, особенно для такой юной девушки.

Я повернулась, разглядывая себя, и решилась.

— Сколько?

Названная сумма заставила меня вздохнуть с облегчением, ведь присланных денег хватало. И стаскивая с себя платье, я отдала его женщине, чтобы она его запаковала, торопясь скорее надеть свои вещи. Выскочив в зал, я увидела, как мужчины сидят на прежнем месте и очень мило беседуют, изредка посмеиваясь.

— Все, я взяла платье, можем идти, — выпалила я, приближаясь к мужчинам и бесцеремонно прерывая их разговор. Пусть выглядело это и не очень учтиво, но уйти отсюда как можно скорее был единственный способ избежать настоящей трагедии.

— А мне почему не показала? — обиженно спросил у меня псевдо ректор.

— Это женские дела, — Освир протянул руку и по-дружески хлопнул Шету по плечу, — нам никогда их не понять. Если вы теперь свободны, можем поужинать все вместе, я угощаю. Выпьем вина, поболтаем.

— Мы бы рады, но нам пора, — вместо Шеты выпалила я, махнув рукой в сторону двери.

— Пора? Куда? Надеюсь на тайную свадьбу? Тогда я с вами! Аден мне все рассказал, Лилия, не бойтесь.

Я икнула, испуганно прикрывая рот рукой.

— Простите, — пробормотала я, — что рассказал?

Я покосилась на липового ректора, который стоял с очень довольным выражением лица.

— Не бойтесь, я не осуждаю!

Я снова икнула и, вскинув руку, прижала ее к губам.

— Можете принести нам воды? — повысив голос, окрикнул Освир портниху. Послышался звон графина, доставаемого из-под прилавка.

— Не осуждаете? — вновь повторила я за мужчиной, косясь на Шету. Что же он такого ему понарассказывал?

— Конечно нет! Я всегда поддерживал Адена.

Рядом появилась портниха, протягивая мне, стакан с водой и схватив его, я сделала глоток.

— Свадьба дело интимное, так что тайная свадьба это не плохо. Я даже знаю местного священника, заходил вчера к нему за монастырским вином, мы можем пойти туда прямо сейчас! — возбужденный этой мыслью мужчина вскочил на ноги — Решено!

На последних словах я подавилась, закашлявшись, и брызнула водой прямо на его костюм. Однако того это совсем не смутило, он засмеялся и подмигнув липовому ректору заявил.

— Теперь понимаю, что ты имел ввиду, когда говорил что она у тебя неуклюжая.

— Нет, нет, нет, — испуганно затараторила я, — никакой свадьбы сегодня!

— Почему? — раздалось два удивленных голоса, один из которых принадлежал ушастому существу, в которое мне захотелось запустить своим стаканом.

— Потому что мы сегодня едем с моими родителями знакомиться, — грозно заявила я, — забыл?

— Жаль, — друг ректора покосился на Шету с сочувствием, а затем прищурился, — но меня обязательно позовите. Иначе обижусь.

— Конечно позовем! — пообещал Шета широко улыбаясь, в то время как я уже забирала сверток с платьем.

Освир стоял ко мне спиной и не видел, как я выразительно кривилась, приказывая Шете замолчать и уходить. Тот сдался и, попрощавшись, двинулся ко мне, уже толкавшей входную дверь.

Оказавшись на улице, я выдохнула с облегчением и как можно быстрее зашагала подальше от магазина, желая больше никогда в жизни не видеть этого человека.

— И что ты ему там наплел? — покосилась я на Шету, невозмутимо вышагивающего рядом и кажется вполне довольного собой.

— Ну, ты же слышала, сказал, что мы поженимся тайно. Это так, чтобы не рассказывал на каждом шагу.

— Это ты хорошо придумал, — согласилась я.

— Агааааа, — довольно протянул дракончик, он же липовый ректор Дакар, но после его следующих слов меня чуть инфаркт не хватил, — сказал, что у нас скоро пополнение будет, вот и торопимся все по-тихому сделать.

Я застыла на месте с открытым ртом, пока этот наглец продолжал двигаться дальше.

— Что-что ты сказал? — ошарашено переспросила я, все еще думая, что мне послышалось.

— Правда здорово я придумал? — ректор Дакар, стоявший передо мной улыбался неестественно широкой улыбкой, но я смотрела не мигая, пока передо мной снова не появилась мордочка Шеты и взмахнула рукой, запуская камнем с земли прямо в него.

— Эй! — воскликнул дракончик, подпрыгивая и потирая ушибленную лапу, — ты чего?

— Я тебя сейчас убью, а потом тебя убьет Дакар, а потом снова я.

И не щадя бессовестного духа погнала его вперед по улице, забрасывая камнями. Тот торопился, практически бежал, уворачиваясь, но взлететь не мог, чтобы не раскрыть нас. В результате пришлось прекратить, чтобы не привлекать слишком много внимания. И я отозвала магию, но лишь до городских ворот, миновав которые собиралась действительно убить дракончика. Свадьба с Дакаром! Пополнение!! Это же надо было придумать!

— Ну, Юна. Ну, ты чего…. Да он даже имени твоего не знает, думает, что ты Лилия какая-то, не знает что ты в академии учишься. Ректор ни за что не догадается.

— Конечно, не догадается. А друг у него настолько тупой, что не поймет, раз у девушки красные пряди в волосах, то она еще учится в академии и магия огня у нее не так давно проснулась, — едко заметила я, совсем не собираясь прощать дракончика. Лучше бы я действительно к ректору пошла, чем соглашалась на побег с Шетой.

— А ведь классно пошалили, — захихикал Шета.

Поскольку ворота остались позади, я снова взмахнула рукой, запуская в Шету камнем. И еще одним, и еще, и так далее, вынуждая дракончика ойкая бежать впереди пока он не сбросил иллюзию и не взмыл вверх, летя надо мной в попытке избежать возмездия.

Очень хотелось запустить в него еще чем-нибудь, например огненным шаром. Но помня неудачный опыт воздействия магией на дракончика, воздержалась, опасаясь, что он может вырасти еще сильней и мне потом придется объяснять ректору, почему дракон не помещается в замке.

И тут я вспомнила о том, что по академии бродит влюбленный Исар под воздействием экспериментального вечного приворота Айка и стало совсем грустно. При нынешнем положении дел не дожить мне до выпуска из академии, а уж при наличии рядом Шеты, всегда готового «помочь» и до конца учебного года не дотяну.

Вернулись мы тем же путем. Сначала Шета провел небольшую разведку и убедившись что никого нет перебросил меня через стену, после чего мы молча направились к общежитию. Я дулась на дракончика, а он шел рядом повесив уши и наконец-то осознавший свою вину.

— Юна… — жалобно начал он.

— Я с тобой не разговариваю! — категорично отрезала я.

— Ну, Юнаааа, — протянул Шета.

Я молчала, непреклонная в своем решении не разговаривать с ушастым нахалом, оклеветавшим меня перед честным народом.

— А в башню меня проводишь? А то ведь я могу и пошалить по пути, — перешел на шантаж дракон, чем не заслужил мое прощение, но сухо кивнув, я продолжила идти к своей комнате. Сначала нужно было скрыть улику, а точнее платье, прежде чем идти в сторону кабинета ректора.

Шету оставила за дверью, полного раскаяния и послушания и, войдя в комнату, увидела недовольную Айлин, сразу осознав, что я опять облажалась.

— Что это у тебя? — недовольно спросила подруга, увидев сверток.

— Платье… — ответила я, опуская покупку на свою кровать.

— Отпросилась, значит, и без меня пошла, — обиженно заметила девушка.

— Меня ректор заставил, — вздохнула я и решилась на ложь во спасение дружбы, — из-за наказания я пошла вместе с ним.

— Чтооо? — Айлин ожила, уставившись на меня с любопытством, — ты с самим Дакаром платье выбирала??

Я лишь пожала плечами, фактически можно было сказать и так, ведь все окружающие видели иллюзию, заставившую их верить, что в городе со мной был сам ректор.

— Поверь, интересного мало и приятного тоже.

Айлин уже распаковывала сверток, чтоб посмотреть на платье, а я заволновалась о проказнике, оставленном в коридоре.

— Я отойду на секундочку, а потом вернусь и примерю, — пообещала я подруге, выскальзывая за дверь. Дракончик, полный раскаяния, продолжал оставаться на месте. Ничего ему не говоря, я двинулась в обратную сторону, намереваясь проводить до башни.

— Ну, Юнаааа, — снова начал он приставать, — ну простииии.

— Честь мою опорочил, — проворчала я, — а теперь прости?

— Ну, Юнаааа, я думал, будет весело.

Мы поднялись по лестнице в коридор, где находилась башня и спальня ректора.

— Все, проводила, — отрезала я, — надеюсь, на сегодня нашалился?

— Нашалился, — послушно подтвердил Шета.

— Это как ты нашалился? — послышалось за нашей спиной и, оглянувшись, я увидела на лестнице ректора.

— В прятки играли, — ответила я, прежде чем дракончик что-то смог сказать.

— Ага, — тут же поддакнул Шета.

— Если бы он действительно «нашалился» то попросту бы исчез, — настороженно заявил ректор, — признавайтесь, что вы оба натворили.

— Ничего! — слишком поспешно заявил Шета, продолжая притворяться невинным дракончиком. На ректора, как и на меня несколько минут назад, это не подействовало.

Он перевел подозрительный взгляд на меня, а я почувствовала, как мурашки побежали по коже, когда я вспомнила сегодняшнюю иллюзию, за которой скрывался Шета.

— Вы что-то спалили? — не сдавался ректор.

— Нет, — устало ответила я. В угадайку мы могли играть долго, потому, как у ректора даже фантазии не хватит догадаться, как сегодня пошалил Шета.

— Сломали? — продолжал он пытаться угадать.

— Нет, — ответили мы уже хором.

Подняв руку к подбородку, ректор потер его, изучая нас, а потом вздрогнул, посмотрев с ужасом.

— Покалечили кого-то?!

— Нет! — еще громче воскликнули мы, переглядываясь.

— Слава богу… — выдохнул мужчина, — так что случилось?

— Она на меня обиделась, — внезапно пожаловался Шета и ткнул в мою сторону лапкой, — я пытался ее покатать на заднем дворе академии и уронил в грязь.

— В грязь? — ректор оглядел меня с ног до головы, одежда, конечно же, была помятой и местами даже грязноватой, если приглядеться. Хоть я и постаралась после падения исправить это всеми силами.

— Это правда? — уточник Дакар уже у меня, внимательно посмотрев мне в глаза, но помня его фокусы, я сфокусировалась на его носе, не желая быть загипнотизированной.

— Да, до сих пор все болит.

— Детский сад, — вздохнул ректор и поднялся на пролет, обходя нас, чтобы скрыться в своей спальне.

Шета хихикнул, и в моей голове промелькнула мысль, что в последней своей реплике ректор был ближе к действительности, чем предполагал.

— Как я выкрутился, — зашептал мне Шета, но стих под моим пристальным взглядом и поплелся в башню. Я же поплелась в комнату, где меня ждала Айлин и чувствуя себя ужасно вымотанной.

Глава десятая

Следующий день прошел в приготовлениях и мысленных муках. Мы с Айлин нашли мне подходящие туфли. Девушка думала, что вопрос о моем походе на бал решен, я же в свою очередь знала, что никакого разрешения от ректора у меня нет, но идти к нему по-прежнему не хотелось. А вдруг не отпустит? Тогда я подведу родных, которые ждали меня дома, чтобы потом вместе поехать во дворец. Терзаемая сомнениями я смотрела в окно, пока не решилась рискнуть. Праздник пяти стихий был свободным днем, а значит, занятий в академии не будет, и многие ученики уйдут гулять в город. Я внаглую проскользну мимо Гутора, а если остановит, покажу ему приглашение. Наш завхоз всегда питал благоговение к начальству, не говоря уже о короле, и против королевского приглашения ничего не скажет, спокойно выпустив меня наружу.

День икс начинался очень даже удачно, потому как с самого утра в нашу дверь постучали и когда я, сонная, открыла ее, то увидела на пороге Айка.

— С праздником пяти стихий, — довольно вымолвил он, протягивая мне небольшой пузырек обвязанный ленточкой. Я взяла подарок.

— Это то, что я думаю? — поинтересовалась я, оглядывая прозрачную жидкость, на вид ничем не отличавшуюся от воды.

— Отворот, — подтвердил парень.

— Слава богу, — вдохнула я, прижимая пузырек к груди как самую драгоценную вещь на свете. В мое окно весь вечер летали записки от Исара с назначением встречи, и хотя я их просто игнорировала, это раздражало.

— И какова вероятность что подействует? — на всякий случай уточнила я.

— Ставлю три к одному, — задумчиво ответила Айк, — если что-то пойдет не так, хорошенько запомни симптомы.

— Симптомы?

— Как быстро произойдут изменения, что он начнет говорить, насколько нежным станет…

Я вздрогнула и остановила экспериментатора.

— Все, все, все, больше не хочу слушать, что еще с ним может приключиться.

— Сегодня ты ему вряд ли подольешь, Исар еще с утра уехал домой, он приглашен на королевский бал, — поделился со мной парень, прислоняясь к косяку.

Начинавшийся радужно день начал блекнуть. Видимо пузырек мне придется взять с собой. С другой стороны, парень хоть и сошел с ума, но не настолько, чтобы проявлять ко мне симпатии при всем дворе и своих родителях.

— Молись, чтобы это подействовало, — ткнула я пальцем в парня, все еще прижимая к себе пузырек, — иначе я возьму твое супер-пупер зелье и влюблю в тебя Гутора.

Айк вздрогнул, с ужасом распахнув на меня глаза.

— З-зачем?

— Для стимула, — пояснила я.

Кажется само предложение стало для Айка хорошим стимулом для того чтобы поторопиться уйти, после чего мы с Айлин вплотную приступили к плану «побег». Девушка, как и многие ребята из академии, собиралась провести праздник в городе, тихо и не очень завидуя тому, что я большую часть этого вечера проведу во дворце. Платье я вновь упаковала, собираясь переодеться уже в доме родителей, от которого до дворца было всего ничего. Убедившись, что ничего не забыли мы вышли из спальни и, спустившись вниз, покинули общежитие, направляясь к воротам, где бдил Гутор. Равнодушно оглядывая всех кто покидал территорию академии он, тем не менее, подпрыгнул на месте, увидев меня, и выскочив из своей сторожевой будки, перегородил дорогу, грудью закрывая путь к свободе.

— Тебя не пущу! — категорично заявил он, сверкая глазами с азартом. — Наказана!

Пришло время использовать мой козырь, и я достала из рюкзака королевское приглашение, показывая его Гутору.

— Что это? — прищурился завхоз, протягивая руку, чтобы отобрать у меня бумажку, но я отдернула ее, не собираясь расставаться с приглашением.

— Приглашение на бал короля по случаю праздника пяти стихий, — ответила я ему, продолжая показывать приглашение, и Гутор подался вперед, изучая текст. На его переносице появилась морщина, пока он задумчиво шевелил губами, читая текст, наконец, мужчина выпрямился, изучая взглядом уже меня.

— А тут платье, — указала на сверток Айлин, уперев руки в бока и выглядя весьма воинственно. Похоже, девушка была готова на все, чтобы вытащить меня отсюда и отправить на этот бал, в том числе и пойти против завхоза.

— И ректор разрешил? — Гутор все еще думал, с сомнением смотря на нас.

— Конечно! — снова встряла Айлин — Кто же не разрешит пойти на королевский бал!

— Ладно, идите, — скрипя сердцем, разрешил завхоз, отходя с нашего пути, — только быстрее, портал скоро закроется.

— Какой портал? — удивились мы, оставаясь на месте.

— Ректор наш, — с гордостью начал Гутор, — вытребовал у короля студентам портал сделать, чтобы быстро и безопасно попасть в столицу. Час уже как работает, скоро закрыть должны, поторопитесь.

— А кто же его поддерживает, — не сдержалась я от любопытства.

— Так маги королевские, в кои-то веки поработают, — хмыкнул завхоз и снова поторопил нас. В этот раз послушавшись, мы вышли за ворота академии и тут же увидели зияющий портал. Схватив меня за руку, Айлин шагнула внутрь и, чувствуя знакомое чувство круговорота, я на секунду зажмурилась, чтобы открыв глаза увидеть перед собой мостовую и пятеро магов с испаринами на лбу. Как только мы отступили в сторону от портала, они переглянулись и вмиг разорвали связь, портал чуть расширился, готовый выпустить тех, кто мог оказаться в нем случайно, и начал угасать. Маги облегченно выдохнули.

— Чтоб этого Дакара, — проворчал один из них, — давно я столько сил не тратил.

Оставив магов ругаться мы пошли вперед, портал был открыт в небольшом закутке и пройдя вперед по проходу между домами мы вынырнули на кишащую людьми улицу столицы. Ближе к площади я разглядела разрисованных шутов развлекающих народ. По улицам бродило множество торговцев с различными сувенирами и сладостями, а так же шарманщики, звучавшие наперебой и создававшие в воздухе странную какофонию. Здесь мы с Айлин и расстались, девушка убежала в гущу празднования, где уже были видны знакомые лица, а я пошла в противоположном направлении к дому своих родителей, сжимая в руках упакованное платье.

Стоило мне переступить порог дома, как на меня налетел целый ураган под названием мама, взволнованная как никогда. Она сжала меня в своих объятиях вместе со свертком.

— Наконец-то! Нам еще столько нужно сделать, чтобы привести тебя в порядок, надеюсь, ты выбрала хорошее платье, скорее покажи мне.

Отец стоял в дверях кухни, наблюдая за всей этой картиной и посмеиваясь. Я отдала сверток матери, которая унесла его в спальню, а сама шагнула к отцу, зарываясь в его объятия как в уютный домик, в то время как его ладонь гладила меня по волосам. И хотя нам сегодня оказана большая честь быть приглашенными на этот бал, я знала, что он как и я был не сильно этому рад. Публика на этом праздновании соберется высшая, а значит, и смотреть она на нас будет иначе, чем друг на друга и в первую очередь на моего отца, полностью лишенного дара. Возможно, он был первым, кто удостоился такого приглашения.

— Юна! Иди ко мне! — раздалось приглушенное из соседней комнаты и, вздохнув, я выскользнула из уютных объятий, чтобы погрузиться в девичий мир приготовлений к балу. Отцу то проще, скорее всего, спрячется в своем кабинете и оденется за полчаса до мероприятия, если не меньше, а вот мне предстоит вместе с матерью посвятить этому чуть ли не весь день.

Платье мать одобрила, и, как оказалось, сама подготовилась не менее основательно. Для себя она подготовила зеленое платье, олицетворявшее ее главную стихию — землю, цветы, растения, природу. Приготовления заняли уйму времени, и большая его часть ушла на волосы. В итоге спустя несколько часов смотря на себя в зеркало, я не могла отвести глаз. Никогда еще мне не приходилось быть настолько нарядной. Пряди волос завивались в мягкие локоны, часть которых была собрала и заколота позади, а часть спускалась на спину. Переливающиеся разным цветом волосы определенно должны были привлечь внимание, особенно на фоне моего огненного платья. Оголенные плечи были смазаны мерцающим маслом, отчего кожа при попадания света казалась, словно усыпанная драгоценностями. Из своей шкатулки моя мать достала несколько украшений и одно из них, с небольшим красным камнем, гармонично сочетавшимся с красными прядями, надела на мою шею. Туфли сделали меня выше, и чувствовала я себя не очень уютно, отчего была вынуждена ходить по комнате, пытаясь не выглядеть нелепо. Я надеялась, что не упаду прямо посреди зала. Улучив момент, на всякий случай я спрятала в лифе пузырек с отворотным зельем.

В дверь постучали.

— Надеюсь, вы готовы, потому что к нам приехал нанятый мной экипаж, — раздался за дверью приглушенный голос отца.

Я дошла до двери, чувствуя себя уже более уверенно на каблуках, и распахнула дверь.

— Вот это дааа, — выдохнул отец, посмотрев сначала на меня, а затем на мою мать в зеленом платье и с собранными на затылке волосами. Выглядела она безупречно, да и держалась очень величественно.

— Ты тоже ничего, — весело заявила я, хлопнув отца по плечу, потому как он тоже успел нарядиться в костюм. Видеть его таким было непривычно, и я почувствовала, как в воздухе действительно витает праздник. Мать была счастлива, отец рад за нас обеих, а я… я была счастлива, что счастливы они, а значит вечер обещал быть великолепным, и потому волнение ушло на второй план. Мы покинули дом и усевшись в экипаж направились ко дворцу, полыхавшему огнями и уже принимавшему своих гостей.

У дворца столпились экипажи, из которых появлялись гости в различных нарядах, поднимались по лестнице и исчезали внутри, в то время как уехавший экипаж сменял новый. Вдоль лестницы на ее ступенях стояли лакеи. На должности прислуги во дворце, как правило, были маги одной стихии, у них была идеальная выправка и улыбка, от чего становилось немного жутко. Если для всех собравшихся людей сегодня проходил праздник, то для них это была безрадостная работа по обслуживанию кучи надменных лордов. Придерживая мою юбку, я поднималась наверх под руку с отцом, с другой стороны от него была моя мама. У входа мы остановились, и отец протянул три приглашения, являющиеся пропуском на бал.

— Мистер Лэнс Аро, миссис Джоанна Аро и мисс Юна Аро, добро пожаловать!

Он провел рукой в сторону зала, приглашая нас войти, и мы ступили внутрь, тут же погрузившись в переполнявшую зал магию.

На мгновение мы застыли на входе, погружаясь в эту атмосферу. Весь зал был искусно украшен цветами, и я в восхищении изучала работу собственной матери. Неудивительно, что король так ценил ее. По залу бродил ветер, заискивающе проскакивал между людей, едва касаясь их и заставляя колыхаться наряды. Подлетев ко мне, он приластился к моим ногам и ушел дальше. Тут и там виднелись маги, забавляющиеся со своей стихией. Магия была повсюду, и это опьяняло, внутри меня так же всколыхнулась сила, просясь наружу.

Поскольку в данном слое общества все были друг с другом хотя бы поверхностно знакомы благодаря повторяющимся балам у короля они стояли кучками, переговариваясь и обсуждая последние новости. Мы двинулись вдоль зала. Не рискуя пройти в его центр. Отпустив руку отца, я шла вперед, оглядываясь, пока мы не остановились у стены, опутанной цветами. Подняв голову, я увидела, что они поднимаются по стене ввысь и цепляются за перила балкона. Перед нами возник человек с подносом, на котором были напитки, и склонил голову.

Отец взял бокалы, протягивая нам с матерью.

— Спасибо, — ответила я ему и слуге сразу, делая небольшой глоток.

Когда слуга отошел, я тихо обратилась к матери.

— Я думала на балах принято танцевать, — играла тихая музыка, но люди оставались неподвижно, уделяя все внимание разговорам и угощениям.

— Лишь после того как выйдет король и поприветствует всех, объявив бал открытым, — тихо пояснила мне мать.

— Это все ты сделала? — спросила я, вновь окидывая зал восхищенным взглядом.

— Да, — немного смущаясь, ответила она.

Мой взгляд остановился, когда в толпе я разглядела Исара. К счастью парень меня не замечал, а возможно в таком виде и совсем не узнает. Он стоял рядом со своими родителями. Его отец был на голову выше него с волосами, зализанными назад, и уже этим отталкивал меня. Идеальная осанка и длинный нос сочетались с надменный видом. Ну а мать была сухопарой женщиной с прямыми волосами. Я отвлеклась, потому как к нам приблизилась пожилая пара, как оказалось, постоянных клиентов моей матери. Я улыбнулась, когда меня представили.

Мой бокал опустел, и, протянув руку, я поставила его на проносимый мимо поднос.

— Добрый вечер, — раздался над моей головой знакомый голос, привлекший внимание всех.

Пара, беседующая с моей матерью, улыбнулась, как и мои родители.

— Здравствуйте, — неожиданно ответил мой отец с заинтересованным лицом, и я оглянулась, уже зная кого увижу.

Лорд Аден Дакар вышел из-за моей спины и остановился справа от меня, с интересом окинув взглядом. Я почувствовала, как начинаю сгорать со стыда под этим пристальным взглядом. А потом он обратился лично ко мне.

— Рад вас видеть, адептка Аро.

— Здравствуйте, ректор Дакар, — пробормотала я, отводя глаза.

— Вы новый ректор академии? — удивился мой отец, а пара знакомых матери откланялась, уходя дальше.

— Да, Юна вам не рассказывала?

— Нет, — ответила мать, судя по лицу тоже начиная припоминать, где раньше видела ректора.

— Тогда мне стоит вновь представиться, Аден Дакар. На данный момент являюсь ректором академии, где обучается ваша дочь.

Мои родители тоже представились, я же замерла, боясь, что он может им рассказать. Способен ли Дакар прямо здесь и сейчас пожаловаться на мое поведение?

К счастью спасение пришло сверху, во всех смыслах этого слова потому как на одном из верхних балконов появился сам король. Зал захлопал, приветствуя его, и все разговоры стихли.

— Я рад приветствовать всех вас на нашем сегодняшнем балу! Каждый год мы собираемся, чтобы отдать дань уважения нашей магии, стихиям, которыми мы управляем! Обладание стихиями дает нам силу и мощь, позволяет воплощать в жизнь наши таланты! Так давайте же отпразднуем это! С праздником пяти стихий!

Король протянул руку вперед и с нее сорвались языки пламени, которые внезапно сложились в феникса. Расправив крылья, птица облетела зал, я вздрогнула, когда ее крыло прошло над нами, как завороженная наблюдая за огнем. Но птица распалась, едва облетев весь зал, и вверх взметнулись бокалы, после чего зал вновь наполнился криками, а король стоял на балконе, с улыбкой взирая на высший свет самых сильных магов, собравшихся в этом зале.

Музыка заиграла громче, и центр зала очистился, после чего на нем начали появляться пары. Бал официально был открыт.

— Позволите пригласить вас? — раздалось рядом, и я не сразу поняла, что ректор Дакар обращается ко мне.

Смотря на его протянутую руку, понимала, что на виду у родителей отказаться не могу. Несмело взглянув на ректора, который вроде бы не выглядел разгневанным, я приняла ее, и мы вместе направились к центру зала. Мужчина молча развернул меня и, обхватив за талию, повел в танце и лишь тогда заговорил.

— И что, скажите на милость, вы здесь делаете и почему я был не в курсе?

Ну вот, началось. И не сбежать никуда, толпа танцующих людей вокруг, одно радует, в плену у ректора я лишь пока играет мелодия, и на виду у всех убивать он меня точно не будет.

— Думала, что вы меня не отпустите, — честно ответила я, — а для моих родителей это было важно.

Он молчал, обдумывая мои слова, а потом ответил совершенно неожиданно.

— Отпустил бы.

— Значит, не злитесь? И наказания не будет? — робко предположила я

Но мои вопросы остались без ответа, приблизившись ко мне вплотную, ректор напряженно шепнул:

— Скажите, ради всех стихий, что вы не притащили сюда Шету.

— Нет, нет, нет, — тоже испуганно ответила я, даже боясь представить, чтобы здесь мог устроить дракончик.

Ректор облегченно выдохнул, чуть отстраняясь и я, наконец, огляделась вокруг, заметив вдали зала своих родителей, танцующих, как и все.

— Вы прекрасно выглядите.

Я перевела взгляд на ректора, удивившись его словам, и как дурочка только и смогла сказать что:

— А?

Мужчина заметно смутился, вынужденный повторить свой комплимент во второй раз.

— Я сказал, что вы прекрасно выглядите.

Теперь уже пришло мое время смущаться, в то время как ректор вновь стал невозмутим. Мелодия плавно сошла на нет и оборвалась, прерывая первый танец этого бала.

— Будьте добры не вляпаться в неприятности, — быстро проговорил ректор, прежде чем уйти.

Я вновь отошла в сторону, в то время как пары менялись. Оглядев зал я заметила что мою мать пригласили на танец и стала пробираться ближе к отцу, чтобы составить ему компанию.

Он стоял у стены, осматривая зал, и мягко улыбнулся мне, когда я остановилась рядом.

— Хочешь потанцевать? — спросил он у меня.

— Нет, пока не хочу, — отказалась я, желая отдохнуть. Сердце еще продолжало бешено биться после танца с ректором.

Глазами я нашла ректора Дакара, стоявшего в другой стороне зала и беседовавшего с неизвестными мне людьми. Они улыбались и смеялись и выглядели как давние знакомые.

— Любопытный у тебя ректор, — раздалось у меня над ухом, и я вздрогнула, словно застигнута за подглядыванием. Оказывается, отец проследил за моим взглядом, а я, задумавшись, смотрела слишком долго.

— Ты говорил, что он боевой маг, ошибся, — заметила я, вспоминая его слова.

Боевые маги после соответствующего обучения поступали на службу и практически никогда не меняли профессию, а ректор, судя по возрасту если и отслужил, то от силы год.

— В этом я не ошибся, — возразил отец уверенно, — он боевой маг.

— Почему ты так уверен? — заинтересовалась я, поворачиваясь к отцу.

Оглядевшись вокруг и убедившись, что никто не слушает наш разговор, он подался ко мне ближе.

— В тот раз он проходил ко мне за одним конкретным зельем и им пользуются только боевые маги.

К сожалению, я не понимала о чем он говорит, потому как никогда не слышала о чем-то подобном.

— Это секретное зелье. Им пользуются только боевые маги и чтобы получить его он доказал мне, что таковым является.

— И что же это за зелье? Для чего оно? — не могла сдержать я любопытства. Если он ехал в академию чтобы заступить на новую должность, зачем ректору Дакару нужно было зелье, используемое, лишь боевыми магами.

— Оно маскирует стихии.

— Маскирует? — недоуменно спросила я. — Разве возможно как-то скрыть свою стихию?

— Да. Боевым магам важна неожиданность, для этого изобрели это зелье. Когда ты пользуешься стихией, магию можно ощутить, а это зелье не позволяет твоему противнику узнать какими стихиями ты владеешь.

— И как ректор Дакар доказал что он боевой маг?

— Показал мне знак боевых магов.

— А…

— Достаточно Юна, я и так слишком много тебе рассказал. Попробуй закуски, — он кивнул в сторону банкетного стола, находящегося в нескольких метрах от нас, — а я попробую отбить твою мать от поклонников, — шутливо заявил он, направляясь в зал.

Послушавшись отца, я действительно отошла к столу с закусками, оглядев его. Чего здесь только не было, и даже не смотря на то, что в столовой нашей стали прилично готовить мне хотелось всего и сразу. Подхватив тарелочку, я стала набирать себе закусок.

— Такое тебе и не снилось, да, полукровка?

Обернувшись, я увидела рядом Исара, скривившегося в самодовольной улыбке.

— Может пойдешь в какое-нибудь другое место? — поинтересовалась я отодвигаясь от парня.

— Тебя даже ректор Дакар пожалел, потанцевал с бедненькой адепткой, — Исар продолжал следовать за мной капая своим ядом, — но если что, мое предложение еще в силе. Если не можешь стать такой как все присутствующие здесь, так хоть прикоснешься к нам.

Я скривилась, мало того что он по-прежнему оставался гадом, так теперь пошлость его подтекста становилась еще отвратительней. Поставив свою тарелочку на стол рядом с бокалами вина, я обернулась.

— Ущербный здесь только ты, отстань уже от меня и пойди потанцуй с какой-нибудь девочкой голубой крови, не боишься стоять-то рядом со мной?

Вены на шее парня вздулись, и он схватил меня за руку, сжимая до боли.

— Мне нравится твое платье, — грубо заявил Исар, — и сейчас мы уйдем из зала в другое место.

Жутко хотелось ему врезать, причем, совсем не по лицу, но стоявшие рядом люди начали обращать на нас внимание, а опозорить своих родителей на балу было последнее, что я хотела сделать.

— Хорошо, — согласилась я мягким голосом, замечая, как парень расслабляется, увидев мою покорность, — давай только выпьем по бокалу вина и пойдем.

Он отпустил мою руку, когда я повернулась к столу чтобы взять напитки и быстро скользнула рукой в лиф, доставая пузырек. За спиной раздался треск и радостные крики, и украдкой обернувшись, я увидела, как в центре зала прямо в воздухе разрывались хлопушки, осыпая всех серпантином. Исар тоже отвлекся, и я быстро вылила содержимое пузырька в один из бокалов.

Развернувшись к парню, я вручила ему бокал, делая глоток из своего. Ничего не подозревая, он тут же осушил свой до дна и застыл, словно его ударили по голове. Это был хороший момент, чтобы сбежать от него, но поколебавшись, я осталась на месте, чтобы удостовериться, что зелье подействовало.

Парень шевельнулся и поставил пустой бокал на стол, после чего протянув руку отобрал наполовину полный у меня и сделал тоже самое по-прежнему молча.

— Пойдем потанцуем дорогая, — неожиданно мягким и добрым голосом заявил он и схватив меня за ладонь потянул за собой к танцующим.

— Что? — тихо спросила я, пытаясь высвободить руку. Но он не позволил, привлекая меня к себе и начиная танцевать.

— Ты же с такими как я не танцуешь, — испуганно выпалила я, осознавая что отворот Айка похоже не подействовал.

— Мне все равно, что подумают другие, любимая моя, мы будем вместе, сразу после танца представлю тебя своим родителям, — радостно заявил парень, и широко улыбнутся. Из его глаз только что сердечки не сыпались.

— Мамочки… — прошептала я, зажмуриваясь, но когда открыла глаза Исар не исчез и все так же лучился любовью и счастьем. Даже не знаю, что было страшнее, влюбленный Исар остававшийся самим собой или Исар за три секунды ставший нежным и заботливым, но второй вариант определенно пугал меня не меньше первого.

— А еще лучше, объявим помолвку, ты же выйдешь за меня? — радуясь словно ребенок, заявил парень, и моя паника усилилась.

— Ты ведь помнишь что я полукровка? — уточнила я, думая о том, что отворот мог как-то повредить его мозг и повлиять на память.

— Конечно, и это не имеет никакого значения для меня.

Вот теперь я действительно испугалась. Айк не преуменьшал, когда говорил, что отворот может работать как катализатор. А что если он действительно вечный и отменить его не получится?

— Дорогая, твои волосы мерцают, — спокойно заметил Исар, — кажется, они снова загораются, как ты это делаешь?

— Никак… я в панике, — тихо ответила я, смотря на изменившегося парня, который кружил меня в танце. Вокруг нас начались удивленные вскрики, и я чувствовала, как огонь все ярче проявляется на моих волосах, что и вызывало интерес окружающих. Разойдясь, Исар все быстрее кружил нас в танце, и я чувствовала, как мне становится тяжело дышать, от поразившей меня паники. Что же мне сделать, чтобы парень не ляпнул ничего обо мне своим родителям.

Музыка сменилась, и я попыталась отстраниться, но Исар удержал меня, желая танцевать дальше.

— Пустите ее, моя очередь, — раздался рядом резкий и холодный голос и перед нами возник ректор Дакар.

Окружающие по-прежнему заинтересованно поглядывали на нас, Исар же вцепился в меня как в добычу и не желал отпускать.

Ректор Дакар не сдался, сделав еще один шаг к нам, он посмотрел прямо в глаза Исара.

— Адепт Росс, — весьма вежливо сказал Дакар мягким и вкрадчивым голосом, — можно я украду у вас адептку Аро на танец?

Меня посетило чувство дежавю, руки Исара дрогнули и отпустили меня.

— Конечно, — вежливо ответил он и отступился. Я хотела уйти, но ректор тут же занял место Исара, протягивая мне свою руку. Я все еще была взволнованна и волосы мои полыхали пламенем, но я приняла руку мужчины и мы закружились в медленном танце.

— Спасибо, — выдохнула я, ощущая облегчение от того что сумела выбраться из объятий Исара.

— Ваша кожа мерцает, еще немного и вы превратились бы в огненный шар, — пояснил мне ректор, — он был груб?

— Нет, — отрицательно покачала я головой. Тем не менее, успокоиться не получалось, я по-прежнему притягивала к себе взгляды.

— Но вы все равно напуганы. Помочь? — тихо спросил ректор, поскольку вокруг были другие пары.

В любой другой раз я бы отказалась. Меня пугала его способность, которую он так настойчиво отрицал, но сейчас, приковывая к себе внимание, от чего волновалась еще сильнее, я позволила.

— Да, помогите, — ответила я, поднимая голову и заглядывая ему прямо в глаза.

Мурашки прошлись по моему телу, когда руки ректора сжали меня сильнее, удерживая в объятиях.

— Все хорошо, — произнес он мягко и паника начала отступать.

В этот раз это не напоминало удара по голове, скорее как если бы я выпила глоток успокаивающего эликсира. А вот ноги слегка ослабели, отчего уверенные объятия ректора были очень кстати.

Пламя исчезло, и стихия огня внутри меня успокоилась. Неудачно двинувшись, я почувствовала под своей ногой мужской ботинок.

— Простите, — пробормотала я, покосившись на ректора.

— Не страшно, — усмехнулся он, — было бы странно, не произойди чего-то подобного.

Пораженная я наблюдала за тем как он действительно забавлялся моим умением вляпываться в нелепые ситуации.

— Ноги немного ватные, — оправдываясь, ответила я.

— Еще несколько секунд и танец закончится, справа есть скамьи, можете присесть там.

Его слова оказались точными, когда руки мужчины отпустили меня, мы поблагодарили друг друга за танец и, придерживая платье, я медленно пошла в указанном им направлении, надеясь не споткнуться.

Лавки были свободны, гости предпочитали перемещаться, общаться и танцевать и я присела рядом с бардовыми шторами и стеной увитой розами, радуясь небольшой передышке. Взглядом я нашла ректора Дакара, который вновь с кем-то непринужденно беседовал, держа в руках вино. Я улыбнулась, чувствуя благодарность. Вместо ожидаемой злости за то, что я не предупредила его о намерении покинуть академию и прибыть на бал, он был добр и даже помог с Исаром, который, к счастью, пока был не виден на горизонте.

— Держи, деточка, — рядом со мной на скамью внезапно опустилась старушка, которой на вид было лет семьдесят, и протянула бокал вина, — ишь как ты побледнела, это поможет.

И после этих слов она практически впихнула бокал в мои руки.

— Спасибо, — растерянно ответила я.

— И как же тебя зовут, деточка? — старушка изучала меня цепким и любопытным взглядом, ожидая ответа. В руках ее была трость, на которую она опиралась.

— Юна, — все так же растерянно ответила я, удивленная ее интересом, возможно, она искала жертву, чтобы пообщаться, — Юна Аро.

— Прекрасно, а меня Августа, но если хочешь, можешь звать меня бабулей, — беззаботно заявила она. Я чуть не подавилась вином, с удивлением уставившись на новую знакомую.

— Это как-то непочтительно, — пробормотала я, — как ваша фамилия?

— Вот еще, этот зал и так пропах снобизмом, ты вино-то допивай, деточка, и зови меня просто бабулей Августой.

— О-очень приятно, — ответила я растерянно и допила вино.

— А мне-то как приятно! — как-то слишком хищно заявила бабуля, еще сильнее удивляя меня.

Внезапно я поняла, что вино подействовало и мне стало лучше, чем минуту назад.

— Вот, порозовела хоть, — довольно заметила бабуля.

Я чувствовала себя неловко рядом с этой женщиной, а когда увидела продвигающегося в толпе Исара, явно в поисках меня, поняла, что мне снова следует бежать. Я дернулась, чтобы подняться со скамьи, но трость неожиданно остановила меня, ударив по ногам и заставив упасть обратно.

— Сиди на месте, — велела мне старушка, — он тебя не увидит, я на нас палантин невидимости наколдовала, мимо пройдет. Неприятный должно быть парень? Эко тебя страх пробирал рядом с ним, даже стихия взбунтовалась.

— Ну так, — уклончиво ответила я, наблюдая как Исар действительно лишь вскользь посмотрел в нашу сторону и пошел дальше, а старушка-то не соврала, — мы с ним не очень хорошо ладим. А почему вы ко мне подсели? — напрямую спросила я, поворачиваясь чтобы лучше видеть женщину.

— Понравилась ты мне, нос не задираешь и держишься не так, как многие вокруг, любопытно стало познакомиться.

Кого-то мне она определенно напоминала и очень быстро я поняла кого. Шету! Только вот старушку, похоже, одолевало не желание пошалить, а обычное любопытство. Тем не менее, я посмотрела на нее пристальней, пока не убедилась, что ее внешность не была иллюзией.

— А второй лорд кто? — спросила она у меня тем временем, снова опираясь на свою трость.

— Лорд? — не сразу поняла я, о чем она.

— С которым ты танцевала, и который спас с тебя, от вредного дружка.

— А… это лорд Дакар.

— Ректор твой? — прищурилась старушка.

— Откуда вы знаете?

— Так волосы у тебя приметные, и я слышала, что Дакара назначили новым ректором академии.

— Да, верно, — согласилась я.

— И что, нравится тебе твой ректор? — огорошила она меня вопросом.

— Я… он же мой ректор… — заикаясь, пробормотала я, все больше считая эту старушку странной.

— Да какая разница, — беззаботно махнула она рукой, — ты-то ему точно нравишься, за весь вечер ни с кем не танцевал кроме тебя, а дамочки то незамужние вон как хищно за ним следят, смотри.

И подняв свою трость, она ткнула ей в сторону Дакара. Присмотревшись, я увидела, как к нему подошла молодая женщина, широко улыбаясь и явно флиртуя. Дакар держался вполне дружелюбно, разговаривая с ней, в то время как она, протянув руку, словно убрала что-то у него с пиджака.

— Ишь как ластится, — недовольно заметила бабуля рядом со мной, — дочка герцога Эдонского, три года назад закончила академию, не узнаешь ее?

— Нет, — отрицательно покачала я головой.

— А он вежливый, — продолжала недовольно комментировать происходящее старушка, — будет терпеть ее приставания и улыбаться.

— А может она ему нравится, — теперь уже я тоже с интересом наблюдала за парой, почувствовав укол ревности, когда ректор снова улыбнулся.

— Вот ни капли не нравится, не пройдет и пяти секунд как он сбежит от нее к другому знакомому. Один, два, три, четыре, пять! — с азартом отсчитала старушка и что поразительно угадала, потому как ректор Дакар поприветствовал проходящего мимо него мужчину и тут же завел с ним разговор, продвигаясь вместе с новым собеседником все дальше от девушки. Я наблюдала за дочерью герцога Эдонского, на лице которой отразилось разочарование, но она тут же взяла себя в руки. Когда я снова попыталась найти глазами ректора Дакара, то поняла, что он исчез, в то время как его спутник уже приглашал на танец одну из свободных девушек.

— Что и следовало доказать, — довольно заявила старушка, — я на этих балах каждый год, — пояснила она мне, — и каждый год люди ведут себя одинаково. Ничего не меняется. Скучно здесь.

— Так зачем тогда вы приезжаете?

— Так надо, деточка, — опираясь на трость, старушка поднялась на ноги, — хочешь, я покажу тебе свое самое любимое место здесь?

— Хочу, — неожиданно для себя согласилась я, тоже поднимаясь и следуя за старушкой. Она провела меня вдоль стены и неожиданно проворно отодвинула оплетающие стену растения и скользнула внутрь, я шагнула следом и поняла, что здесь скрывался проход.

— Королевский сад, — пояснила она, продвигаясь вперед, — красивое место, куда красивее зала с напыщенными магами.

Я улыбнулась, все сильнее чувствуя к этой старушке симпатию. В чем-то она выражала и мои мысли. Мы спустились по лестнице и оказались в саду, но не одни. В стороне стояло еще несколько магов, дыша свежим воздухом, похоже, для многих гостей проход не был секретом, и они свободно им пользовались.

Сад был действительно красивым, и меня все сильнее привлекали дорожки, ведущие в живой лабиринт, но старушка, похоже, не собиралась уходить дальше, опираясь на свою трость, она подняла голову и изучала звездное небо, где спустя час должен был начаться салют.

— Юна! — послышался за моей спиной голос Исара и я вздрогнула. Парень еще не появился из прохода, но точно следовал сюда.

— Вот ведь глазастый, — ругнулась старушка, — ненадолго сняла палантин, а он углядеть тебя успел. Беги направо, — взмахнув своей тростью, она подтолкнула меня, — спрячься, а я ему подножку подставлю, — пообещала мне старушка и я бросилась в указанном направлении. Прежде чем скрыться за живой изгородью я обернулась и увидела как сбегавший по лесенке Исар спустившись на землю, упал, споткнувшись об трость, взявшуюся словно из ниоткуда.

— Ой, прости, милок, — послышались причитания и, посмеиваясь, я скрылась за изгородью.

Пышное платье и каблуки явно не способствовали активному бегу, потому я подхватила подол, задрав его как можно выше, и побежала, сворачивая куда глаза глядят. Спустя несколько поворотов стащила туфли, тоже сжимая их в руках, и продолжила бегство. Сильнее всего меня подгоняли окрики Исара, который, похоже, не понимал, что я сбегаю и решил, что я просто его не заметила.

— Юна! Ты где!? Пойдем, познакомимся с моими родителями!

Услышав последнее, я содрогнулась всем телом и побежала еще быстрее. Ну уж нет! Не дамся! Хватит с меня воображаемой помолвки с Дакаром, свят, свят, свят, но Исар!? Тут уже не меня убьют, тут я сама на себя руки наложу. Хотя нет, сначала я наложу их на Айка!

Сворачивая все дальше и дальше я надеялась что оторвалась, но голос Исара по прежнему звучал близко. Запыхавшись, я в очередной раз свернула в ответвление и, пробежав еще несколько метров, застыла, уставившись на стену перед собой… Тупик! Я оглянулась, готовая вернуться, как услышала торопливые шаги и ненавистный голос.

— Юна! Ты где?

Еще немного и парень пройдет мимо поворота и увидит меня, а возможно и вовсе свернет. Испуганно оглядевшись я поняла что изгородь не была плотной, между листьями виднелись просветы и решившись я нырнула в колючие кусты, пробираясь вперед. Платье определенно пострадало, как и я, кожей чувствуя каждый прутик и шип. Наконец я буквально вывалилась наружу, облегченно вздохнув, в то время как по ту сторону стены слышались шаги.

Тяжело дыша, я развернулась, все еще сжимая туфли в руках, и застыла, увидев перед собой ректора Дакара. Мужчина застыл посреди аллеи, на которой так же имелась скамья и несколько декоративных кустов. Видимо это место было специально обустроено для уединения.

Все еще явно шокированный моим внезапным появлением ректор открыл рот, собираясь огласить мое имя на весь сад, и это точно услышал бы мой преследователь. Отпустив платье, я кинулась к мужчине и ни секунды не задумываясь, зажала его рот рукой, от чего глаза ректора округлились еще сильней.

За стеной тем временем послышался недоуменный голос.

— Куда же она делась… — ни к кому не обращаясь, разочарованно проговорил Исар и, судя по шагам, ушел в обратном направлении.

Я облегченно выдохнула и вновь посмотрела на ректора, взгляд которого был устремлен на меня, и осознала, что до сих пор бесцеремонно зажимаю его рот рукой, однако мужчина даже не пытался высвободиться, наблюдая за мной уже с любопытством и, словно насмешливо.

— Ой, извините, — тихо пробормотала я, отдергивая руку и отступая на шаг назад.

— Ну и? — поинтересовался он усмехаясь.

— Эээм… — протянула я, не совсем понимая, что от меня ждут.

— Рассказывайте, во что вляпались, — пояснил мужчина, смотря на меня почему-то с улыбкой.

— Почему сразу вляпалась, — уклонилась я от ответа, совсем не желая рассказывать про приворот.

— Ну не знаю, — кажется, ректор Дакар находил все это забавным, — ломитесь сквозь кусты с туфлями как оружием на перевес.

Не договорив, он протянул ко мне руку, и я вздрогнула, но он всего лишь снял небольшую веточку, запутавшуюся в моих волосах.

— Нет, все хорошо, просто решила прогуляться, — нагло соврала я, понимая, что звучит не совсем правдоподобно.

— Вы кого-то разозлили? Так и знал, что что-нибудь случится, — нахмурился ректор Дакар, уже не лучась прежним добродушием, — кто за вами гнался?

— Я просто прогуляться решила, — уже менее уверенно ответила я под внезапным напором и отвела газа, уставившись на бутоны еще не распустившихся роз вокруг нас.

— Да что же за упрямство то такое! — ругнулся он, делая ко мне шаг — кто это был!?

— Не кричите на меня! — возмутилась я.

— Да как не кричать, вы же ходячая катастрофа, мне за вами даже не усмотреть!

— И не надо за мной смотреть, — недовольно проворчала я, — вы здесь не ректор, а я не адептка. Просто наслаждайтесь вечером.

— Не могу, — мужчина понизил голос, беря себя в руки, — потому что знаю, что вам может понадобиться моя помощь.

— Мне не нужна ваша помощь, — удивленная его внезапным участием ответила я.

— Еще как нужна, — возразил ректор Дакар, внезапно касаясь моего пореза на руке. Я пораженно выдохнула, увидев, как он начинает затягиваться, в то время как кожу обдало холодом. Рана исчезла, словно я и не пробиралась через колючие кусты, — вы маленькое несчастье Юна.

— Как это… — я все еще смотрела на чистую кожу, не веря своим глазам. Я слышала, что маги могли заговаривать раны, помогая частично исцелиться воинам, но ректор Дакар лишь коснулся меня и все исчезло.

— Ходячее невезение, — продолжал он, явно не так поняв мое восклицание.

— Нет, — перебила я его, поднимая глаза и заглядывая в лицо магу, — как вы убрали порез?

— Вы слышите, что я говорю? — нахмурился он.

— Да, да, что я ходячее невезение, простите, я действительно случайно, все это… просто совпадения.

— Я верю, — неожиданно легко согласился он, и рука мужчины скользнула на мое плечо и лишь по легкому холодку я поняла, что там был еще один порез. Мой вопрос о том, как он это делает, по-прежнему оставался без ответа, я же не могла оторваться от его глаз, ставших пугающе светлыми и яркими. Его рука коснулась моей щеки, но холода не появилось, хотя по телу прошлись неожиданные мурашки и мне стало не по себе от осознания того как близко мы стоим друг к другу. Его рука скользнула по моим волосам, вероятно снова доставая какой-либо оставшийся там листик.

— У вас ду… — договорить мне не дали, обхватив мою голову, он внезапно притянул меня к себе и поцеловал. И я напрочь забыла все, что намеревалась сказать. Губы ректора, вначале прижавшиеся ко мне как печать, чуть отстранились и разомкнулись, но никуда не исчезли, внезапно прикасаясь вновь. Судорожно выдохнув, я приняла их и ответила на поцелуй. Прикосновения были мягкими и уверенными, в то время как вторая его рука скользнула по моему платью, обнимая за талию. Осмелев, я положила свою руку на его, чувствуя, как по коже прошелся холодок, но не от магии, а от чувства небывалой эйфории, нахлынувшего внезапно. Отвечая совсем не на случайный поцелуй, я поняла, что холодок сменяется теплом, распространяющимся по всему телу от самого сердца.

Воздух внезапно наполнился сладким ароматом, и ректор так же резко отстранился, уставившись на меня. Секунда, вторая и я начала осознавать, что мы только что делали и румянец начал покрывать мои щеки. В смущении отведя глаза от губ лорда Дакара, я увидела, что сад преобразился. Каждый бутон в этом саду раскрылся и сладковатый аромат, появившийся в воздухе, принадлежал этим розам. На моих глазах раскрывался последний запоздавший цветок.

— Цветы… — пораженно пробормотала я.

— Ваша работа, — хрипло ответил мне мужчина, и я почувствовала, как его руки покинули мое тело. Сделав шаг назад, он внимательно окинул меня взглядом.

— Моя? — растерялась я, не понимая, как такое могло произойти.

— Ты не чувствуешь стихию? — поинтересовался мужчина, вновь подходя ближе и касаясь моих волос.

— Я чувствую… тепло, — это действительно было все, что я сейчас ощущала.

Его пальцы закончили перебирать мои волосы и потянули вперед прядь, чтобы я, опустив глаза, могла на нее взглянуть. Она была изумрудного цвета.

— Мамочки… — вскрикнула я, не веря своим глазам, и прислушалась к себе. Неужели так проявляется стихия земли? Обычное тепло?

— Присядьте, — велел ректор, опускаясь на корточки, и я последовала его примеру. Он положил свою ладонь на каменную плитку и замер, сосредоточившись, после чего через стыки плит начали пробиваться ростки. Он понял глаза, посмотрев на меня выжидающе, и я поняла, что должна повторить. Опустив свою ладонь на холодную плитку, я прикрыла глаза и сосредоточилась, пока не догадалась направить собственное тепло через руку вниз, сквозь плитку к самой земле, которую теперь явственно ощущала. Внутри нее шевельнулись заснувшие растения, тут же потянувшись за моим теплом, и когда я открыла глаза, то увидела пробивающие ростки, окружающие мою руку.

— Ух ты…. — выдохнула я потрясенно, все еще не в силах поверить в то, что происходило. Моя третья стихия, стихия земли. И если раньше я относилась к ней со скепсисом, то сейчас я ее любила как никогда.

— Сила земли в первую очередь происходит от жизни, — тихо пояснил ректор, поднимаясь на ноги, — земля рождает жизнь, она любит жизнь.

Я тоже поднялась на ноги, не переставая любоваться на то, что сделала и отчасти стесняясь поднять глаза и вновь взглянуть на ректора. Появление стихии стало полной неожиданностью, словно удар по голове, который заставил на какое-то время потерять ориентацию в пространстве, но сейчас я вспомнила, в какой момент стихия пробудилась. Мои губы все еще горели от поцелуя, и он не выглядел случайным.

— Зачем вы меня поцеловали? — выпалила я, зная, что если не поднять эту тему сейчас, то будет уже поздно.

— Вы действительно хотите это узнать? — спросил он, снова делая шаг ко мне, и я замерла, начиная сомневаться. Его близость вновь сбила меня с толку, заставляя сердце биться еще сильнее, а мужчина молчал, смотря на меня и словно пытаясь что-то понять.

Молчание разорвал громкий грохот, и мы оба вздрогнули, поднимая глаза вверх, чтобы увидеть салют, разрывающийся в небе над нашими головами. Я вспомнила, как он сказал, что я ходячая катастрофа. Как злился, считая, что я испытываю к нему симпатии и его грубый ответ, и желание, чтобы я прекратила его преследовать.

И слова, которые я хотела сказать, прежде чем он поцеловал меня.

Дух. Он владел стихией духа и только по тому, что я видела, можно было понять, что это была очень могущественная сила. Он заткнул меня единственным пришедшим ему в голову способом, тем самым считая, что задурил голову глупой влюбленной девчонки. Ведь он уже не раз дал мне ясно понять, что не испытывает ко мне никаких чувств. Да и я.… Почему я вообще думаю о чувствах? Он же мне ни капельки не нравится. Он внушил мне это! Как тогда в комнате! Внушил и соврал! Не зря каждый раз по моему телу ползли мурашки. Возможно, он действительно всего лишь лорд, который иногда пользуется ситуацией.

— Я просто… — не дождавшись моего ответа, начал ректор Дакар.

— Не надо, я ничего не хочу знать, это неуместно, — перебила я мужчину, уже зная, что ничего хорошего он мне не скажет. Я боялась услышать то, что он мог мне сказать. Пусть лучше все останется как есть.

Ректор сцепил руки вместе, словно не зная, куда их деть, и посмотрел в сторону видневшегося над лабиринтом дворца.

— Нам, наверное, лучше вернуться, — наконец сказал он и обогнув меня пошел вперед, явно прекрасно зная короткую дорогу обратно.

В тишине я следовала за ним, стараясь контролировать желания, поскольку надежда провалиться сквозь землю теперь казалась вполне реальной.

Глава одиннадцатая

Совсем скоро мы достигли дворца, и он отступил в сторону, пропуская меня по лестнице, перед собой. Я поднялась и, пройдя по небольшому коридору отодвинув растения, скользнула в зал, где вовсю продолжалось празднование. Я застыла, оглядывая людей в поисках своих родителей. Хотелось надеяться, что Исар еще бродит в лабиринте и ищет меня. Ректор остановился справа, так же окидывая зал взглядом, и чувствуя неловкость, я развернулась, чтобы уйти. Как вдруг за спиной Дакара совершенно отчетливо увидела продвигающегося в нашу сторону Освира Кауба. Он оглядывал толпу и, судя по всему, еще не видел ни меня, ни Дакара. Насколько у него хорошая память? Хотелось надеяться, что меня он помнил смутно, но найдя лучшего друга, определенно спросит его о помолвке. Как бы мне не хотелось исчезнуть, я понимала, что когда Освир опишет Дакару молодую девушку с красными прядями, тот сразу поймет, кто так неудачно пошутил над его репутацией.

— Потанцуем? — быстро выпалила я ректору.

Дакар перевел на меня удивленный взгляд, но прежде чем он что-либо мне ответил, я сама схватила его за руку и потащила сквозь толпу к танцующим парам, как можно дальше с траектории продвижения Освира. Тем не менее, он обнял меня, принимая танец, в то время как я через его плечо следила за продвигающимся по залу другом ректора Дакара.

— Юна, все нормально? — настороженно спросил у меня мужчина, неспешно танцуя.

— Даааа, — протянула я, — просто очень хотелось танцевать.

Звучало глупо, даже очень, но что поделать. Угроза продвигалась по залу, здороваясь со знакомыми, нигде не задерживаясь надолго, и я понимала, что танцевать с ректором вечно не смогу. Что же делать?

Видимо я была так серьезна и сосредоточена, пытаясь придумать решение, что ректор решил больше ни о чем меня не спрашивать и когда мелодия закончилась, я была чуть ли не в отчаянии. Я слегка поклонилась, прикрывая глаза и мысленно прощаясь с обучением в академии, потому как такое ректор спустить бы не смог.

— Вам нехорошо? — когда я открыла глаза, он, подхватив меня под локоть, уже вел в сторону столов. — Может воды? После сада здесь душновато.

Я огляделась, надеясь, что поблизости нет родителей, Исара и Освира.

— Все нормально, — возразила я, когда мы остановились у стола, — вы может идти, я в порядке.

И поспешила высвободить свою руку. Уж лучше если бомба разорвется, то произойдет это подальше от меня. Тогда у меня хоть будет фора убежать при виде направляющегося ко мне злого ректора Дакара. А может прямо сейчас отыскать родителей и попросить их уехать? Точно! Так и сделаю! В таком случае злой ректор настигнет меня только в академии, а там я прикроюсь бесстыдником Шетой!

Но прежде чем я успела сделать хотя бы шаг, рядом с нами возникла бабуля Августа, в этот раз явно видимая, потому как ректор Дакар ее заметил.

— Деточка, — бабуля обращалась явно ко мне, — платьице-то у тебя теперь не совсем в тему, надо исправить.

И старушка, довольно улыбаясь, щелкнула пальцами, после чего подол моего платья стал белоснежным.

— Отлично, прямо как свадебное! — довольно заявила старушка, а я испуганно икнула. Только свадебных платьев мне не хватало!

— Мама! Что ты делаешь! — рядом с нами возникла женщина, черные волосы ее были собраны в строгий пучок, да и сама она была весьма собранной. Ее платье было строгим, с рукавами и облегающим кружевным воротом до самого горла. И она была зла, даже очень. Мне стало не по себе, когда она смерила меня презрительным взглядом, но куда важнее было то, что за ее спиной я увидела улыбающегося Освира, весьма довольного тем, что нашел своего друга и прямой наводкой приближающегося к нашей странной компании.

«Беги Юна, беги» заорал мой внутренний голос, но ноги приросли к месту, потому как эта странная компания отрезала все пути к отступлению.

— А что такого? — беззаботно заявила бабуля, опираясь на свою трость, а в глазах ее запрыгали самые настоящие бесята — Красивое же платье, я бы такое на свадьбу надела.

И я снова икнула, когда после этих слов старушка мне подмигнула. Дакар рядом со мной закашлялся, а я по-прежнему не понимала что происходит.

— Докатились, — зашипела женщина, снова делая вид, словно меня и не существует. Собственно, я была бы не прочь исчезнуть, потому как Освир был уже близко. Слишком близко. Подхватив подол платья, я попыталась проскользнуть мимо бабули, но та резко выставила свою трость, не позволяя мне сбежать.

— Деточка, не бросай меня с ней одну, — поморщилась она, кивая на женщину.

— Какая свадьба, — та продолжала тихо шипеть на свою мать, а потом повернулась к ректору Дакару и ткнула в его грудь пальцем, — а ты чем думаешь!? Танцуешь весь вечер с какой-то девчонкой даже не окончившей академию. Уже ТРИ танца! И только с ней, больше ни с кем! Ты понимаешь, как это смотрится?

— Мама, — попытался остановить ее ректор Дакар, но та была как горящий вулкан, готовый к взрыву. И в этот момент нас настиг Освир, вероятно слышавший последние ее слова.

— Тетушка, что же это вы обижаете свою невестку! — бодро заявил он, возникая рядом и вклиниваясь в наш полукруг.

Я стояла ни живая не мертвая, смотря на женщину, которая оказалась матерью ректора Дакара. А бабуля! Она подсела ко мне обсуждать его! Вот теперь мне точно было плохо, и я подхватила бокал с шампанским со стола, выпивая залпом.

— Аден, куда ты смотришь?! Ей пить нельзя, а как же ребенок! — Освир по геройски выскочил вперед, отнимая у меня уже пустой бокал. Шампанское после такого заявления идти дальше отказалось, и я закашлялась. Но хуже всего была немая сцена, воцарившаяся вокруг.

Освир тем временем довольно улыбаясь, похлопал меня по спине. Я прижала руку к горлу, потирая его, и несмело покосилась в сторону ректора. Он стоял словно статуя, окаменев на месте и распахнув глаза, полные недоумения. С ужасом он смотрел на своего друга, вероятно сомневаясь в его способности воспринимать действительность здраво. Тихий вскрик заставил меня посмотреть на мою «свекровь» которая прижав руку к сердцу смотрела то на Дакара, то на мой живот. Инстинктивно я прижала к животу руки, нервно сглотнув. Мамочки… Вот это я влипла. Кажется, единственная, кто наслаждался ситуацией, была бабуля. Она стояла с открытым от изумления ртом, опираясь на свою трость обеими руками, но на лице ее застыл не ужас, а восторг.

Первой попыталась что-то сказать мать ректора Дакара:

— Это… это… — не в силах выразить свои чувства запиналась она.

— Радость-то какая! — помогла ей подобрать слова бабуля, сияя от счастья, но ее дочь не разделила этого восторга.

— Да какая радость, — зашипела она вновь, — позор-то какой… Аден! Что происходит?!

И все повернулись к несчастному ректору Дакару, который все еще пребывал в состоянии глубочайшего шока, очевидно пытаясь осмыслить ситуацию. Только вот никаких логических объяснений он явно не находил.

— Это какое-то недоразумение, — выдавил он из себя.

Постукивания по моей спине прекратились, и Освир осознал, что сказал лишнего.

— Ой, — прямо как я, влипая в неловкую ситуацию, заявил он, — а вы значит, к родителям Адена еще не успели съездить…

И вид такой, виноватый и извиняющийся в сторону ректора. Только вот это ему не помогло, и вид у мужчины по-прежнему был растерянным.

— А когда я успел объявить адептку Аро своей… невестой? — настороженно уточнил он у друга, переводя свой взгляд на меня, в то время как другие члены его семьи тоже ждали объяснений. Точнее ждала только его мать, краснея на глазах и похоже не от стыда, бабуля просто тихонько радовалась в сторонке, чем пугала не меньше.

— Так несколько дней назад, — уже немного несмело ответил его друг, — когда она платья мерила, а мы с тобой ее ждали.

— Да?

Вопрос, похоже, был скорее риторическим, а ректор снова смотрел на меня, причем очень пристально и я поняла, что он ждет моего подтверждения. Подтверждения того, что это моих рук дело. И сгорая со стыда, я кивнула ему, не представляя, как мы из этого выберемся.

— Простите, добрый вечер, Юна? Мы хотели поехать домой… — послышалось совсем рядом, и теперь в ступор впала я, поскольку рядом с бабулей Августой появились мои родители. Теперь я понимала, каково ректору Дакару. Я согласна провалиться сквозь землю! Только стихия надо мной не смилостивилась.

— Юна? — недоуменно спросил друг Дакара, уставившись на меня. Я нервно закусила губу, вспоминая, что представилась ему совершенно другим именем.

— Вы ее мать? — оживилась моя неудавшаяся «свекровь» и я с ужасом поняла, что сейчас она ввергнет меня в ад.

— Что происходит? — послышался напряженный голос моего отца, выступающего вперед и окидывая взглядом нашу странную кампанию.

Мать Дакара прищурилась, вглядываясь в моего отца.

— Неужели… Она еще и полукровка? — возмутилась она, разворачиваясь к Дакару. Тот молчал, либо снова впал в шок, либо лихорадочно придумывал выход. Я уже обдумывала вариант «упала в обморок», но останавливали две вещи: повторное окрещение беременной уже при родителях и возможность пропустить дальнейшее развитие событий, дабы не оказаться в еще большей… нелепости.

— Вы все не так поняли, — наконец подала голос я, понимая, что молчать больше не имеет смысла.

— Я-то все поняла, — бесцеремонно перебила меня мать ректора, — ищешь выгодного брака, оттого и приплод раньше времени завела. Желаешь женить на себе моего сына.

Я с ужасом смотрела, как побледнела моя мать.

— Мы все объясним потом, — внезапно отрезал Дакар, выступая вперед, — мама, помолчи, я приеду к тебе завтра, королевский бал не место устраивать семейные разборки, ты ведь не хочешь сплетен? Мистер Аро, миссис Аро, все это большое недоразумение, извините.

И после этого он схвати меня за руку и потянул за собой, вытаскивая из этого жуткого полукруга родственников.

— Все правильно внучек! — послышалось нам вслед — Схватил и в берлогу, пока медведица невестку не съела!

Я лишь надеялась, что этого никто не услышал, кроме наших родственников. Тем не менее, то, как лорд Дакар увел меня из зала за руку, определенно заметили и другие.

Он вывел меня из дворца, продолжая крепко сжимать мою ладонь, и когда мы миновали все ступени, остановился, открывая портал.

Приземлившись в кабинете ректора, я устояла на ногах. Тишина обволокла нас, и от волшебства дворца не осталось и следа. Можно было бы подумать, что все произошедшее страшный сон, только вот мои зеленые волосы и лицо ректора, отражающее разнообразные эмоции, говорили об обратном. Он отпустил мою руку и отошел к камину, зажигая его. В комнате стало становиться теплее.

— Сядьте, — приказал он и я, не сопротивляясь, опустилась в кресло перед его столом, сжимая руками подлокотники.

— Ну и, — голос его звенел от раздражения, — как все это понимать?

— Я и Шета, — глубоко вздохнув начала я каяться, но ректор меня прервал.

— Погодите, видимо нам не хватает еще одного действующего лица, — после чего он поспешно покинул кабинет.

Я не сомневалась, что он пошел в башню, чтобы привести сюда дракончика. Покосившись на закрывшуюся за ним дверь, я испытала непреодолимое искушение слинять, но здравый смысл велел мне оставаться на месте. Страшно было подумать, что еще могло случиться на балу после нашего ухода. Я надеялась, что мои родители не получат еще больше искаженной информации, чем уже услышали. Посмотреть им в глаза теперь будет безумно стыдно. Когда дверь открылась, пропуская вперед Шету, а за ним ректора, я посмотрела на дракончика с нескрываемой кровожадностью. Вот она, ходячая проблема, которой следовало начистить уши.

— Я тебя убью, — пообещала я дракончику, когда он вразвалочку приблизился к ректорскому столу и сел.

— Ой, ты без меня еще одно платье купила? — обиженно спросил Шета, оглядывая меня с головы до ног.

— Я вас всех убью, — повторил за мной ректор, появляясь перед нами.

— А чего вы такие невеселые? — насторожился Шета — праздник ведь!

— Итак, на чем мы остановились? — облокотившись о свой стол, и сложив руки на груди, посмотрел на меня ректор.

— Мы с Шетой … сбежали из академии, чтобы купить мне платье для бала, — выдавила я из себя. Мужчина молчал, видимо готовый выслушать все до конца, и я выложила все, о том, как мы пошли в магазин и встретили его друга. С каждой новой деталью нашего рассказа вид у него становился все более мрачным, от чего моя уверенность в хорошем исходе дела медленно таяла. Когда мой рассказ закончился, повисла тишина. Ректор смотрел на нас, видимо осмысляя все, что только что услышал, я же тихо сгорала со стыда.

— А что… нас раскрыли? — шепнул мне Шета, и в тишине это прозвучало слишком громко.

Мы с ректором одновременно посмотрели на дракончика, и взгляд наш явно говорил сам за себя. Выпрямившись, Дакар обогнул стол и подошел к окну. Выглядывая наружу, он по прежнему ничего не говорил. Я нервно стала постукивать по подлокотнику, косясь на Шету. Тот в свою очередь ни капельки не боялся, ну да, ему то что, он древний дух. Пошалит и исчезнет. А мне все это расхлебывать.

— Сказать, что это был Шета мы не можем, — наконец вымолвил Дакар задумчиво.

Все молчали, ожидая продолжения.

— И чем вы думали! — резко повысив голос, закричал на нас ректор Дакар, поворачиваясь.

Я тихонько начала сползать по креслу вниз.

— Ах да, вы же вообще не думали, — едко заметил он, — а ты! Сколько тебе еще шалостей нужно?

Шета нервно заерзал на месте.

— А что сразу я-то….

— А кто еще?? — возмутилась я, поворачиваясь к дракончику, — я что ли на себе ректора женила?!

— Оба хороши! — оборвал он нас, снова приближаясь, и я вжалась в кресло, боясь гнева мужчины. Его спокойствие всегда меня поражало, но раз теперь он был зол, то дело действительно серьезнее некуда.

Приблизившись к Шете, он неожиданно посмотрел на него так, словно дракончик был вселенским злом. Я бы после такого взгляда заикаться начала.

— Ты мне соврал. Что у тебя за задача?

— Шалить, — спокойно ответил дракончик, стоя на своем.

— Ты достаточно нашалился.

— Это не то, — разочарованно покачал он головой.

— И что же, хочешь сказать, ты выбрал себе какую-то конкретную шалость?

Глаза Шеты забегали по кабинету, а потом он неуверенно кивнул, явно не желая раскрывать все свои карты.

— И какую? — продолжал допрос ректор, склоняясь к нему ближе.

Я испуганно наблюдала, как светлеют его глаза, но дракончик смело посмотрел в лицо ректору.

— А на меня это не действует, — заявил он, после чего глаза ректора потухли, возвращаясь к своему естественному цвету.

— Спросите вы, — обратился ректор ко мне, делая шаг назад, — в форме приказа, и он не сможет соврать.

— Шета… что за шалость ты должен выполнить? — неуверенно спросила я.

— И это форма приказа? — оборвал меня ректор недовольно.

Вздохнув, уже более уверенно и твердо я повторила.

— Шета. Приказываю тебе сказать, что за шалость ты должен выполнить, чтобы исчезнуть.

Дракончик поджал ушки и поморщился, явно не желая давать ответ, но судя по всему, поделать с собой ничего не мог и тихо ответил.

— Вас свести….

Ректор, похоже, второй раз за день испытал самый настоящий шок, я же застыла в кресле как громом пораженная.

— Почему?? — недоуменно спросила я, уставившись на дракончика. И этот туда же!

— Вы ч-что, — заикаясь, начал ректор, обращаясь ко мне, — духа призвали чтобы …

— Я?? — испуганно вытаращила я глаза на ректора. — Нет-нет!! Это ОН! Я не… я не хотела с вами сводиться!

— А табличка на моей двери! А то, что вы прыгнули в мою постель! — начал припоминать ректор.

— Табличка не моя! И постель мне ваша не нужна была! Я за Шетой шла!

Мы оба замолчали, уставившись друг на друга. Судя по лицу ректора, он снова мне не верил. А я… я просто не понимала за что мне все это! Но совершенно точно, призывая Шету, я не мечтала о ректоре Дакаре, наоборот, желала, чтобы он от меня подальше держался и не знал о ритуале!

— Шета приказываю отвечать! — грозно начала я. — Почему ты такую цель выбрал?

Дракончик говорил через силу, выглядя недовольным и насупленным.

— Ты меня без цели призвала, из любопытства, чтобы развлечься, я и начал развлекаться. А когда мы были в спальне у ректора, я подслушал вас и решил, что у вас чувства. Он оказался груб. У тебя было такое лицо, когда он тебя отверг, и я решил что отличной шалостью будет свести вас вместе. Так я обрел цель.

— Ты еще сердечки выдыхал… — пробормотала я, вспоминая тот момент.

Шета довольно закивал, подтверждая.

— Ясно, — оборвал нас ректор, — Шета иди в башню, ты наказан.

Дракончик, однако, перевел взгляд на меня, явно не желая сегодня слушаться Дакара. Мне не хотелось, чтобы он уходил и оставлял меня наедине с ректором, но злить Дакара хотелось еще меньше. Кто знает, какой у него предел.

— Иди в башню и не выходи оттуда, — повторила я приказ ректора, — ты наказан и это приказ.

Ушки у дракончика поникли и, поднявшись с места, он поплелся к двери, покидая кабинет. Я встала с кресла, собираясь поделать тот же путь.

— А вы куда? С вами мы еще не закончили, — остановил меня ректор, подходя к двери и выглядывая в коридор. Захлопнув ее, он прошептал заклинание не позволяющее просочиться из кабинета ни единому звуку.

— Итак, у нас есть родственники, введенные в заблуждение, и Шета, цель которого сделать это заблуждение правдой, — сказал мужчина, оборачиваясь ко мне и снова приближаясь к столу. Я замерла, не понимая, куда он клонит. Говорил он уже более спокойно и явно не собирался на меня кричать, что радовало. Обогнув стол, ректор Дакар уселся на свое место и, откинувшись в кресле, замер. Повисла неловкая тишина, и я уставилась на мужчину, который о чем-то размышлял. Если подумать о проблеме, то мы действительно влипли, но это всего лишь родственники, а не все общество, а значит ситуацию хоть и с трудом, но можно было исправить. Оставалось лишь найти для них подходящее объяснение, не приплетая Шету.

— Давайте скажем, что студент решил пошутить и создал вашу иллюзию, — робко предложила я.

— Не получится, — тут же отмел эту идею мужчина.

— Почему?

— Вы умеете создавать иллюзии? — просто спросил у меня ректор.

— Нет, но Шета сделал, значит это возможно.

— Возможно, но только для магов пяти стихий. Разве вас не насторожило, что даже мой друг не понял, что это иллюзия? Такое ему даже в голову не пришло. Вы увидели лишь потому, что знали, что нужно смотреть и видеть глубже.

Да. Дела были плохи. Теперь уже задумалась я, но ничего подходящего в голову не приходило.

Мужчина вновь поднялся с кресла и подошел к окну, и я поняла, что он волнуется, иначе на протяжении всего вечера не метался бы так по кабинету. Вспомнился вечер и то, как меня изобличили. Очень красочно передо мной вновь предстала его мать и по телу пробежались мурашки. Нет ничего хуже, чем иметь такую свекровь. И муж ее, наверное, такой же напыщенный лорд, воплощение всего, что я так презирала. А вот бабуля была доброй, только похоже слегка безумной, чем то напоминая Шету. На балу я была поглощена случившимся и не обращала внимания на слова матери ректора Дакара, но сейчас я отчетливо вспомнила ее оскорбления и во мне всколыхнулась обида.

— Что ж, — я подняла глаза и уставилась на лорда, пришедшего к какому-то решению, он отвел взгляд от окна и повернулся ко мне, — вы станете моей невестой.

— Что? — ошарашено воскликнула я, не веря своим ушам.

— Мы объявим о нашей помолвке, — невозмутимо повторил мужчина.

— Нет! — испуганно воскликнула я.

— Да! — уверенно ответил мужчина.

— Нет, — повторила я, вскакивая с кресла, — это же помолвка!

— Вот именно, — кивнул мужчина, — это то, чего добивается Шета, а раз уж мы в тупике в данной ситуации, то нам остается только ее принять.

— Я за вас замуж не пойду, — испуганно пробормотала я, представляя, во что это все выльется.

— И не нужно, ради всех стихий! — неожиданно искренне воскликнул он.

— Но… — теперь я ничего не понимала.

— Это будет фиктивная помолвка, — пояснил мне мужчина, дотронувшись до своего кольца и начиная его теребить, — она не выйдет дальше семейного круга. Нам не нужна огласка, лишь убедить Шету в том, что мы пара.

— Фиктивная? — я снова опустилась в кресло.

— Разумеется. Замуж вас никто не тащит, если что, прикроемся тем, что вам еще нужно учиться почти три года. Ну а потом, когда Шета исчезнет, разорвем помолвку. Поскольку дальше семейного круга это оглашать не будем, то никто ничего не узнает.

Это был действительно идеальный выход.

— Только… нужно решить кое-какие вопросы, — напряженно сказал ректор, снова двигаясь к столу. Мужчина окинул меня взглядом, — насчет … пополнения.

— Чтооооо! — мои нервы сдали, и я вскочила, полная негодования. — Вы, конечно, многое себе напридумывали, — возмущенно начала я, тыча пальцем в ректора, — и про табличку, хотя знаете, что это была Джинна и про кровать, хотя очевидно, что я шла за Шетой, но это! Это…. Я знала, что лорды наглые, но настолько пользоваться ситуацией! Точно! Еще и целоваться в саду лезли!

— Я? Я… Юна, это не то что… — под моим напором мужчина растерялся, испуганно взирая на гневную меня, я же чувствовала, как огонь начинает подниматься по моему телу.

— Может по вам и сохнет пол академии, но уж точно не я, — гордо заявила я, поджимая губы.

Ректор оторопел, взирая на меня с растерянностью.

— Я хотел предложить сказать, что это было недоразумение,… с другом я улажу, — осторожно заметил он, уставившись на мои волосы. Я поняла, что кончики снова заалели пламенем, но лишь чуть-чуть.

Смутившись своей вспышки, я снова опустилась в кресло…

— Это… нервы, — пробормотала я.

— Понимаю… — отозвался ректор, и в кабинете повисла неловкая тишина.

Я нервно разглаживала подол своего платья, не решая снова посмотреть на мужчину. Он осторожно кашлянул, и когда я из-под опущенных ресниц взглянула на него, то заметила, как он нервно оправил костюм и покосился в мою сторону, покусывая губы.

— Ну… значит… фиктивная помолвка? — осторожно спросил он.

Я облизнула губы, на секунду вспомнив наш поцелуй в саду и сдерживая подступающее смущение. Вцепившись в подол платья, я смяла его.

— Ага… — тихо согласилась я.

И снова повисло неловкое молчание, я теребила платье, а ректор Дакар мялся на месте, пока, наконец, не уселся в свое кресло. Он взял бумаги с края стола, перебирая их, но очевидно даже не читая.

— Так мне идти? — робко предположила я, понимая, что разговор окончен.

— Да, — тихо ответил он, не поднимая на меня глаз, — можете идти.

Тут же подскочив со своего места, я быстро добралась до выхода. Выйдя в коридор, я прошла несколько шагов вперед и, свернув за угол, остановилась и прижалась к стене, пытаясь прийти в себя и осмыслить все, что произошло за столь короткий промежуток времени.

Шалость Шеты раскрылась и теперь получается, что я помолвлена с ректором Дакаром, и вряд ли его радует данный факт. Сама мысль казалась дикой, но сердце от нее начинало колотиться с бешеной скоростью и по телу бежали мурашки. Помолвка. Пусть и фиктивная, пусть только для родственников, но она все равно оставалась помолвкой. И как назло из головы все никак не шел поцелуй в саду. Я коснулась своих губ, проводя по ним пальцами. Все события дня смешались в голове, превращаясь в безумный калейдоскоп. И хотя я изо всех сил пыталась доказать, что нисколько не заинтересована в мужчине, сердце внезапно вновь екнуло. Влипла так влипла… по самые уши.

Глава двенадцатая

Когда я проснулась на следующее утро, то около минуты оставалась призрачная надежда на то, что все это было просто сном, но когда повернулась на бок, то увидела на стуле снятое вчера белоснежно белое платье без алых всполохов и Айлин, сидящую на кровати. Поджав под себя ноги, она обнимала подушку и гипнотизировала меня взглядом.

— Ну наконец-то! — девушка отбросила подушку, вскакивая с кровати и перемещаясь на мою постель — Сколько можно спать?! Рассказывай!! Как бал? С кем танцевала? Почему у платья совсем другой цвет? И почему у тебя волосы теперь изумрудные!! Новая стихия?!!

Мне захотелось схватить одеяло и спрятаться под ним, потому что все эти вопросы неизменно подразумевали в своем ответе ректора Дакара.

— Эм…. — протянула я, уставившись в горящие глаза подруги, — да, у меня земля проснулась.

— Как? Как? Боже ты теперь нос самому Исару утрешь!

— Я вышла в сад погулять, — на ходу сочиняла я новую историю, понимая, что мне придется рассказать ее еще не раз, а значит и запомнить как следует, — присела на скамейку, цветы красивые были, сорвала бутон, он распустился на моей руке.

— Как красиво, — заворожено ответила девушка, продолжая взирать на меня восторженно, и я начала рассказывать ей про бал, чувствуя стыд за то, что в моих словах почти не было правды.

Заболтавшись, мы пропустили завтрак. Первой опомнилась подруга, я была так занята фильтрацией своего рассказа, что совершенно не следила за временем.

— Ой! Давай собирайся скорее! Ректор Дакар нас убьет! — воскликнула девушка, вскакивая на ноги и стаскивая пижаму.

Вылезая из-под одеяла и открывая шкаф, я застыла, после чего решительно взяла зеленую рубашку и улыбнулась, представив, как вытянутся лица окружающих при виде меня. Когда я посмотрела в зеркало, то увидела лишь изумрудные пряди, к моему разочарованию последние отблески огня исчезли из моей внешности. Моя глаза были зелеными, приблизившись к зеркальной поверхности, я всмотрелась в них, ощущая себя кошкой. Земля всегда казалась мне худшей из стихий, но сейчас, пропитанная ее силой насквозь я внезапно осознала, что люблю ее. В отличие от огня, который питал меня яростью, силой, мощью, земля вызывала совсем другие эмоции. Я была фиктивно помолвлена, по академии бегал Исар под экспериментальным любовным приворотом, ну а я просто была ходячей катастрофой, но вместо паники и страха меня наполняло небывалое спокойствие. Отголоски огня пробивались внутрь, пробегая по телу, но сейчас я была полностью во власти земли и почувствовала, что способна взять себя в руки во чтобы то ни стало. Спокойствие, умиротворение и… любовь к миру. Вот, что я испытывала.

Внезапное озарение было словно как удар по голове. Я застыла, вновь уставившись на свое отражение и ярко зеленые глаза. За всеми волнениями дня я так и не поняла, что теперь, помимо домысла у меня было реальное доказательство того, что ректор Дакар владеет всеми четырьмя стихиями.

Касаясь меня ветром, он продемонстрировал, что владеет стихией воздуха, а когда использовал воздушный щит, окончательно это подтвердил. Ректор играючи владел стихией огня, а когда мы случайно склеились, пользовался стихией воды чтобы нейтрализовать воздействие клея. Единственной скрытой стихией, которой не хватало, чтобы быть уверенной, что у него есть возможность владеть духом, была стихия земли. Неудивительно, что вычислить количество стихий было трудно, поскольку землю было легче всего скрыть. Ей редко пользуются в обычной жизни. Я бы пожалуй никогда не получила подтверждения четвертой стихии, если бы не бал. Возможно, ректор просто забылся, когда опускался на корточки и касался каменной плитки, взывая к земле и пробуждая ее под своей рукой. Но теперь я могла с уверенностью утверждать, что у него был полный набор. Четыре стихии были главным условием появления пятой, и на моей памяти я не встречала магов четырех стихий. Единственным исключением являлась королевская семья. О других ходили только слухи и возможно преувеличенные. И хотя маги пяти стихий были скорее легендой, я не сомневалась, что ректор относился именно к ним. Вспоминая его странную магию, мурашки, которые бежали по телу, и его воздействие на человеческий разум не оставалось сомнений в том, что он был сильнейший маг из всех, кого я когда-либо встречала. Лишь одно мне было не ясно. В памяти всплыли слова отца о том, что он купил у него специальное зелье, чтобы скрывать стихии. Зачем?

Но на этом мои умозаключения закончились, потому, как вместо ответа была пустота. Подобная сила была престижна, и работа ректора академии казалась смешной для человека подобного уровня. От мысли, что я спустила с пригорка, запустила тряпкой и еще много чего сделала с магом, владеющим пятью стихиями, стало не по себе. И этого человека я втянула в интригу с фиктивным браком и духом огня, находившимся вне закона.

На занятие мы успели вовремя, ректора Дакара все еще не было, но стоило нам усесться за парту, как я разглядела Исара, нетерпеливо постукивающего пальцами по дереву и смотревшего в сторону входа. По кабинету прошелся ропот, когда ребята начали замечать изменения в моей внешности. Исар подорвался с места, направляясь к нам, но был остановлен появившимся ректором Дакаром. Не скрывая своего разочарования, он вернулся обратно, в то время как глава нашей академии подошел к доске.

— Поговорим сегодня о взаимодействии стихий и их несовместимости, — начал он, расстегивая пиджак и облокотившись о стол, — самым очевидным примером может служить огонь и вода, стихии полностью друг другу противоположные.

Сидящий впереди меня парень обернулся, быстро положив на парту сложенный вчетверо листок, и снова отвернулся. Я развернула бумагу, увидев острый подчерк.

«Куда ты вчера исчезла и почему у тебя зеленые волосы?»

Определенно, Исара это не касалось. Я отложила листок в сторону и нашла глазами Айка. Экспериментатор сидел, откинувшись на стуле, и был полностью расслаблен. И хотя сейчас у меня было достаточно гуманное отношение ко всем вокруг, мне натерпелось поговорить с ним и при возможности дать стимулирующий пинок. Взяв чистый листок, я быстро написала парню послание, после чего скомкала его и невзначай уронила на пол. Легкий ветерок коснулся моей ноги и подтолкнул листок в сторону парня. Опустив глаза, он посмотрел на белый комок, ударившийся об его ногу, и наклонился, поднимая. Спустя пару минут мне вернули записку. Парень явно уловил мой сарказм, за которым я скрыла нежелание писать о привороте. Совершенно забыв о лекции, я тут же ее прочла и написала ответ, пробегаясь глазами по тексту.

«Я обещаю тебе, скоро ты узнаешь, что такое вечная и всепоглощающая любовь, дорогой мой. А для верности закреплю это все прекрасным катализатором, для стимула»

«И как же действует катализатор?»

«Из стадии страсти резко кидает к нежности и желанию прожить рядом всю жизнь. Я приду к тебе вечером и расскажу подробнее, надеюсь, веник висит там же»

Сложив записку, я решила отправить ее тем же способом и, уронив на пол, небрежно подтолкнула магией, но бумажный комок внезапно встретил преграду. Мои глаза быстро метнулись от ботинок к лицу ректора, который нахмурившись, взмахнул рукой и заставил записку взлететь вверх и оказаться в его руке. Я мысленно порадовалась, что не стала писать о привороте открыто, Айк был расслаблен, тоже понимая, что в записки нет ничего опасного. Только вот ректор, развернув листок, неожиданно нахмурился и бросил сначала на меня, а потом на Айка, недовольный взгляд.

— Впредь занимайтесь своими личными разговорами вне занятий, — сухо велел он, скомкав в своей руке листок, и между пальцами мелькнул всполох огня, мгновенно превращающий послание в пепел.

— И что там было? — послышался наглый вопрос Исара, в голове которого сквозило что-то еще.

— Я думаю это не ваше дело, — отрезал мужчина, за что я была ему благодарна, но тон его оставался недовольным. Когда он бросил на меня последний взгляд, двигаясь вперед по проходу, на стол передо мной вновь опустился сложенный листок от парня, сидевшего впереди. Несложно было догадаться, что в этот раз писал Исар. Прежде чем развернуть ее, я покосилась на мага, продолжавшего говорить и двигаться между рядами и, убедившись, что он не смотрит в мою сторону, развернула листок.

«Ты только моя и ничья больше» Всего одно предложение и по моей коже пробежались мурашки. Это уже не напоминало милую записку влюбленного парня, в словах сквозил знакомый мне прежде, жестокий и беспринципный Исар. Может действие отворотного зелья ослабло, и он снова стал собой? А что если эффект наступает не сразу? Но тогда содержание записки было бы другим. Возможно, я смотрела на эти слова слишком долго, поскольку тычек локтя Айлин застал меня врасплох, и когда я подняла глаза, то увидела, что ректор Дакар смотрит в мою сторону. Я быстро стала комкать листок, но тот взмахнул рукой и он вылетел из моих ладоней, направляясь прямо к нему.

— Адептка Аро, в вас есть хоть капля уважения к учебному процессу?

Я чувствовала охватившее меня смущение и еще неизвестно от чего сильнее, от того что вновь попалась спустя пару минут или от содержания записки, которую сейчас читал мужчина, брови его приподнялись и он снова скомкал листок, оставляя от него лишь пепел.

— Если это не наше дело, — вновь вмешался Исар, — почему тогда вы, прежде чем сжечь их, читаете?

Казалось эти слова застали его врасплох, кашлянув, ректор вместо ответа продолжил свою лекцию, большую часть времени не спуская с меня пристального взгляда.

Я надеялась, что больше он об этом не вспомнит, но когда урок закончился, спокойный голос приказал мне задержаться. Я поймала сочувствующий взгляд Айлин, которая наверняка дождется меня за дверью, и пошла к столу ректора. Мимо меня прошел Исар, нарочно перегородив мне дорогу, но я, проигнорировав парня, скользнула между партами, перебираясь в соседний проход, и достигла цели.

— Вы что-то хотели адепт Росс? — поинтересовался ректор у Исара, заметив, что тот до сих пор не покинул кабинет. Парень какое-то время сомневался, а потом покачал головой и тоже вышел за дверь. Я надеялась, что он не будет дожидаться меня снаружи.

— Извините, — тут же выпалила я, — больше никаких записок на занятиях.

— На самом деле это не единственное, о чем я хотел поговорить.

Вновь напряглась, почувствовав серьезность, с которой говорил мужчина, а когда его рука вновь взметнулась, плотнее затворяя дверь кабинета, с губ сорвалось то же заклинание что и вчера. Он не хотел, чтобы нас кто-то слышал.

— Итак, Шета должен поверить, что мы… вы влюблены в меня, а я в вас.

Неловкость вернулась, когда я поняла, куда повернулся разговор.

— Я… попробую.

— Нет, — отрезал мужчина, огибая стол, — у нас второй попытки не будет, нужно не пробовать, а действовать осторожно. В первую очередь не нужно сразу говорить ему о том, что я вам нравлюсь, он сразу разгадает подвох.

Я бы тоже на месте Шете нам не поверила.

— Что тогда делать?

— Я долго думал вчера ночью о нас… — ректор запнулся, осознав, насколько двусмысленно прозвучали его слова и тут же исправился, — о нашей ситуации. Нам нужно будет объясниться перед родителями, и долго ждать мы не можем. Я уже написал вашим родителям, что мы навестим их в это воскресенье.

— Что? — удивленно вскрикнула я, в панике уставившись на мужчину. Ко мне домой? С ним как с женихом? Уже так скоро? Даже коленки начали подкашиваться от мысли. Не хочу никуда ехать.

— А в субботу посетим моих родителей, — тут же добавил он.

И мои коленки отказали окончательно, и я отступила назад, облокотившись о стол.

— А Шета? Он поедет с нами?

— Он пока не должен знать, пусть решит, что мы злимся за эту ложь.

— Оооо, это мне будет нетрудно изобразить, — с готовностью отозвалась я.

— И мы будем флиртовать, каждый день.

— Что? — сначала я думала, что мне послышалось.

— Не так открыто, без сарказма. Прикосновения, слова, но внешне пару дней нужно позлиться друг на друга, — он сделал небольшую паузу и тут же добавил, как и я недавно, — ну, это будет нетрудно изобразить.

Я дотронулась до ворота рубашки, расстегивая верхнюю пуговицу, стало чуть легче.

— Ну и к концу недели я вас поцелую.

Он сказал это так спокойно, словно собирался пожать мне руку.

— Шета не поверит, — нервно заметила я.

— Поверит, если будет подсматривать, и всю эту неделю вы справитесь со своей ролью. И если вы…. грамотно проболтаетесь о нашем поцелуе на балу.

В комнате стало еще жарче, но у меня больше не было пуговиц, которые можно было бы расстегнуть.

— И что тогда, — я сглотнула, неуверенно повторяя, — после того как вы поцелуете меня.

— Предложу сделать эту помолвку реальной. И будем надеяться, духа это устроит, наша поездка к родителям должна его убедить.

План хоть и был хорошим, но внушал в меня некоторые опасение. Лишь одно неловкое движение, и мы можем быть раскрыты.

— И как же мы… будем флиртовать каждый вечер? — поинтересовалась я, понимая, что вряд ли мы будем делать это во время занятий.

— У вас теперь три стихии, будем проводить индивидуальные занятия, пусть Шета тоже тут сидит… И еще, хотелось бы чтобы на этой неделе вы… немного осторожнее вели себя в отношении других своих кавалеров.

— Кавалеров? — непонимающе переспросила я, не представляя, о чем шла речь. О записках я уже напрочь забыла, но как оказалось, ректор Дакар — нет.

— Я о ваших записках… вряд ли дух поверит нам, если в это время вы будете встречаться с кем-то еще.

— Я и не встречаюсь, — пожала я плечами. Брови ректора взметнулись вверх, — это… дружеские шутки, — уклончиво ответила я, не желая раскрывать правду о привороте.

— Интересные у вас друзья, — напряженно заметил мужчина, — вам лучше идти на занятие, скажите, что я вас ненадолго задержал.

Кивнув, я подхватила свою сумку и направилась к выходу, стоило мне приблизиться к двери, как она щелкнула, приоткрываясь передо мной. Когда я обернулась, ректор не смотрел на меня, погруженный в свои мысли.


Шета проснулся после полудня и подкараулил нас с Айлин по пути из столовой. Дракончик возник передо мной словно из ниоткуда, широко улыбаясь и стараясь быть милым. Только к его несчастью, я еще помнила, что он устроил.

— Лысая бошкааа, — довольно заметил дракончик, смотря поверх меня и обернувшись, я увидела Исара, двигающегося по коридору. Стоило парню увидеть меня, как глаза его загорелись азартом.

— Я весь день пытался с тобой поговорить, но ты исчезала, — возбужденно завил он, приближаясь. Айлин настороженно перевела взгляд с меня на Исара, явно начиная понимать, что дело тут нечисто. Один Шета продолжал улыбаться, пытаясь казаться милым.

— Эм… дел много, — уклончиво ответила, я не представляя, как стоит вести себя с влюбленными психами.

— Я так и не успел тебя вчера с родителями познакомить, — с искренним разочарованием заметил он без намека на агрессию. Лицо Айлин становилось все более подозрительным.

— Ничего страшного! — тут же заверила я мага.

— Но как же наша помолвка… я даже не успел попросить у твоих родителей твоей руки.

Рядом послышался сдавленный вздох, но что еще ужаснее, улыбка сползла с лица Шеты.

— Она уже….

Я так быстро и резко наступила на лапу Шеты, что тот взвыл не договорив. Не знаю, что он хотел сказать, что я уже занята или помолвлена в его планах, но определенно делать этого не стоило. Пока дракончик обиженно скулил, жалея свою лапу, я оглядела присутствующих, оценивая ситуацию.

— Знаешь, — я шагнула к Исару, беря его под руку, и повела вперед по коридору, оставляя Шету позади, как и удивленную Айлин, все еще пытающуюся понять, что происходит.

— Знаешь… — повторила я в поисках вдохновения, — все непросто, мне нужно подумать.

— Но я же люблю тебя, — слишком громко воскликнул парень, к счастью, коридор был пустой.

— Дай мне неделю, и потом мы это обсудим подробнее, ты же можешь сделать это для меня?

Я не была уверена, что Исар согласится. Я вообще сейчас не была уверена в его поведении. Меньше всего стоящий передо мной парень напоминал Исара и, наблюдая за его изменениями, я все больше думала о том, что любовь, пусть и фальшивая, помимо прочего еще и отупляет. Мне даже становилось его жалко. И кто способен жить с привороженным? Это же… жутко! При мысли о том, что приворотное зелье могло бы сделать с ректором Дакаром стало жутко вдвойне.

— Хорошо, — неожиданно согласился парень, — если ты этого хочешь Юна, я подожду.

И чуть пожав мою руку, Исар внезапно вполне спокойно ушел. Я смотрела ему вслед с удивлением, не в силах поверить что все оказалось так просто. Пока по обе стороны от меня не появились друзья.

— И что это было? — немного ревниво поинтересовался Шета, явно недовольный увиденным.

— Ты что с ним сделала? — в голосе Айлин был шок, ужас и восхищение одновременно. Смесь взрывная, но я ее понимала. Сама до сих пор отойти не могла от обновленной версии Исара.

— Не поверите, это сделала не я.

Две пары глаз уставились на меня с жаждой услышать продолжение и мы отошли в сторону, где я тихо и кратко обрисовала ситуация с вечным приворотом Айка. Под конец моего рассказа Айлин смеялась практически в голос, особенно когда я ей описала измененную версию бала, где я бегала от парня претерпевшего метаморфозу.

— Так ему и надо, — заметила девушка сквозь веселье, — ты только представь, когда он в себя придет, то осознает что носился за тобой как влюбленный дурак, да еще и жениться хотел.

Глаза Айлин округлились еще сильнее, и она схватила меня за руку, сжимая.

— Я придумала! — благоговейным шепотом заявила она.

— Что придумала? — насторожилась я.

— Месть! Коварная месть, пусть он за тобой бегает, но еще лучше публично сделает свое предложение, а ты откажешься. И тогда споим ему новый отворот.

— Это… — я хотела сказать гениально, но остановилась на секунду, невольно содрогнулась, представив себя на месте Исара, — слишком жестоко, — наконец договорила я.

— А то, что он измывался над тобой при всех не жестоко? Не гнушался магию использовать в членовредительских целях? А уж его намеки про то, что ты с ректором…. Бррр. Ему вот тебя не жалко было.

В этих словах была свое правда, но парня тем не менее было жалко, а когда он еще и ходит за тобой с глазами верного щеночка, злиться на него было совсем невозможно. Это как злиться на шалости Шеты, который потом выглядит раскаявшимся и заглядывает в твои глаза с небывалой преданностью. Кстати о последнем…

Дракончик молчал, что-то обдумывая и постукивая хвостиком по полу.

— Так ты за него замуж не собираешься? — уточнил Шета, прищуриваясь.

— Нет конечно, — вполне с искренним ужасом ответила я дракончику. Тот сразу повеселел и расслабился, шевельнув своими ушками, что явно было хорошим знаком.

— Ну и ладно тогда, пусть ходит, — Шета хитро улыбнулся, — нам даже пригодится.

— Нам? Зачем? Если мстить не будем, — удивилась Айлин, — только надоедать будет.

Но я-то понимала, что в отличие от желания преподать Исару урок, Шета преследует и другие цели. Главное чтобы этот хитрый дракон ничего не сделал без моего ведома.

— Для рррревности, — довольно прорычал дракончик и был таков, бодро улепетывая по коридору.

— Чьей ревности? — Айлин в замешательстве посмотрела на меня, ожидая объяснений.

— Понятия не имею, — пожала я плечами, — кто этих драконов разберет, ходят себе на уме.


Я надеялась, что Шета поделится мыслями, но дракончик действительно о чем-то тихо размышлял, хитро щурясь, и это начинало меня пугать.

— Не думай, что я тебя простила, — строго сказала я ему, приближаясь к кабинету, где должно было пройти наше занятие с ректором. Стоило мне заикнуться о том, куда я иду и дракончик, конечно же, увязался следом.

— Ты мне потом еще спасибо скажешь, — гордо заявил дух, чем заслужил мой взгляд полный сомнения. За все время, что он присутствовал в моей жизни, спасибо я ему еще ни разу сказать не хотела, а вот убить частенько подумывала. Оставалось надеяться, что план ректора будет успешным и Шета к концу недели поверит, что ему действительно удалось растопить между нами лед. А может и искру взметнуть, кто знает, чего именно он ждал.

Я толкнула дверь, заходя в учебный класс. Конечно же Дакар был уже здесь, а возможно и вообще не уходил, занимаясь какими-то своими делами.

— Проходите, — он ненадолго поднял на нас свои глаза и быстро стал что-то дописывать, когда Шета вошел внутрь, я прикрыла за нами дверь. Дракончик тут же переместился к партам, нагло усевшись на одну из них словно на трибуну для просмотра шоу. Под пристальным взглядом этого прохвоста мне стало неуютно.

— Играть будем? — тут же нагло поинтересовался он.

— Ты уже наигрался, — спокойно ответил ему мужчина, запечатывая письмо в конверт и поднимаясь с места.

Шета бросил на меня взгляд, ища поддержки, но я приняла сторону своего преподавателя.

— Еще как наигрался.

— Здорово, — не унывая, заявил дракончик, — вы уже достигли взаимопонимания.

В ответ он получил еще парочку недовольных взглядов, от чего изобразил покорное молчание и попятился в угол комнаты, устраиваясь с удобством.

— И что … мне делать?

Я оглядела кабинет, пытаясь понять, чем должна буду заниматься ближайшие несколько часов, но ничего необычного не заметила. На преподавательском столе, правда, стоял кувшин с водой и кружка с чаем, полная до краев. Но никаких цветов вокруг я не заметила, из чего сделала вывод, что новая стихия вряд ли может мне сегодня понадобиться.

— Будем учиться контролировать огонь, — обойдя меня, ректор Дакар взял два стула, устанавливая их друг напротив друга, и посмотрел на меня, — садитесь.

Не понимая каким образом мы будем это делать, я молча выполнила указание, опуская на один из стульев и не удержалась от мимолетного взгляда в сторону Шеты. Дракончик сидел, подперев мордочку лапами, и наблюдал за нами, что уже само по себе было странно. Обычно он предпочитал ерзать на месте и клянчить шалостей, но похоже сегодня это было ему не интересно.

Ректор тем временем взял со стола свою кружку и, приблизившись, опустился на стул напротив.

— Возьмите, — я растерянно взяла протянутую мне кружку, сжимая ее обеими руками. Она была ледяной, и напиток в ней, судя по всему, остыл уже давно. Секунда и стул ректора придвинулся ближе, я вздрогнула, когда его колени коснулись моих и еле сдержалась от взгляда за спину, уверенная, что Шета по прежнему весьма пристально за нами наблюдал. Я посмотрела на мужчину, который очевидно уже начал играть на публику.

Неожиданно он вновь взял кружку, положив свои ладони поверх моих, тем самым не позволяя мне ее отпустить, и прижимая руки еще крепче к ледяной поверхности.

— Что вы чувствуете? — спросил он, удерживая мои руки вместе с кружкой и подавшись вперед.

Что я чувствую? Замешательство. Неловкость. Недоумение. Какое из чувств назвать? И вместе с тем был страх сделать что-то не так и раскрыть игру ректора, ведь сейчас я действительно не понимала, что же должна была чувствовать.

— Кружка, — его голос ворвался в мои хаотичные мысли, и я сбросила с себя наваждение.

— А? — растерянно переспросила, посмотрев на наши руки.

— Кружка, — терпеливо повторил он.

И стало ясно, какой ответ от меня требовался.

— Она холодная, — ответила я.

— Да. И это можно исправить. Я хочу, чтобы вы подогрели напиток внутри. В действительности это сложнее, чем просто спалить дотла, например, этот кабинет. Нужно использовать лишь малую толику частицы огня для этого элементарного действия и в этом главная сложность. Рассчитать нужную силу стихии и остановиться вовремя.

Из его уст эта тонкая работа казалась для меня невыполнимой.

— Разве я смогу? — напряженно спросила я, вспоминая как сама загораюсь как факел от того что не могу контролировать силу стихии и ничего не могу с этим поделать.

— Конечно сможете, — уверенный и спокойный голос, разгоняющий сомнения, — но сначала я объясню и покажу как. Вы действуете словно топор, когда не знаете принципа, но всегда вполне успешно повторяете урок или даже подхватываете его на лету. Вы молодец.

Я почувствовала неожиданное смущение и гордость от услышанной похвалы.

— Рано радоваться, — тут же осадил он меня, — сначала нужно согреть эту кружку.

Подавив улыбку, я посмотрела на наши руки, оплетающие ее.

— И что же мне делать? — стараясь полностью сосредоточиться спросила я, позабыв обо всем вокруг.

— Следовать за мной, — голос мужчины опустился до шепота, и я почувствовала, как зашевелились волоски на моей коже, когда магия проснулась.

Руки мужчины стали теплее, приятнее, в то время как кружка под моими пальцами оставалась ледяной. Я видела, как его белоснежная кожа краснеет, и заворожено выдохнула, наблюдая, как по венам течет не кровь, а огонь, распространяя свое тепло.

— Держите кружку крепче, — велел он, и я почувствовала, как его руки ослабляют давление, — стихия спит внутри, нужно ее лишь пробудить и направить, но сделать это нужно мягко и нежно.

Его руки скользнули по моим, поднимаясь вверх и магия всколыхнулась в ответ едва слышным откликом, готовая сорваться в любой момент, как только я ей разрешу.

— Не нужно срывать барьер, когда можно лишь немного приоткрыть дверь, — тихие слова успокаивали, и я прикрыла глаза, сосредоточившись на огне внутри себя.

— Совсем немного, лишь для того, чтобы почувствовать тепло, а не жар.

И я почувствовала тепло, которое медленно заскользило и по моим венам тоже, двигаясь послушно и осторожно к кончикам моих пальцев. Мне показалось, что кружка стала еще холодней, но на деле это мои руки нагрелись, передавая тепло.

Я не смогла удержать победную улыбку и открыла глаза. Холода больше не было, было лишь тепло и мои руки так же мерцали красным. От кружки стало подниматься тепло.

Томный вздох рядом заставил меня поднять глаза, и когда я увидела за спиной ректора мордочку Шеты, буквально вытянувшего шею от любопытства, то спокойствия как не бывало. Внезапно кружка стала не просто теплой, а даже обжигающей, мои руки дрогнули, и горячая жидкость опрокинулась прямо на брюки мужчины. В то время как мы с Шетой дружно ойкнули, ректор вскрикнул, вскакивая с места.

— Что ж ты мужика то обварила! — испуганно закричал Шета, начиная махать на ректора крыльями — Тебе за него еще замуж выходить! Ему еще наследников делать!

И в мгновение ока, протянув вперед лапы, сдернул с мужчины брюки. Отлетевшая пуговица с шумом покатилась по полу, рядом на полу оказалась пряжка ремня, как и сами брюки. Мы с ректором застыли, уставившись друг на друга, и я нервно сглотнула, чувствуя себя не в своей тарелке. Единственный, кто не терялся, был Шета, потянувшийся лапами к трусам Дакара.

— Скорей снимай! Надо спасать наследие!

Ректор, опомнившись, весьма резво отпрыгнул от нацеленных на его одежду лап, выпутываясь из остатков брюк.

— Причем тут наследие! — я кинулась наперерез Шете, пытаясь успокоить не на шутку разбушевавшегося дракончика.

— Уйди, ничего ты не понимаешь, кто же мужика кипятком-то поливает да по самому драгоценному!

— Я в порядке, — поспешно возразил мужчина, подхватывая с пола брюки и прикрываясь ними, отступил к своему столу.

— Конечно в порядке! Потому что я вовремя среагировал!

Я заметила укатившуюся пуговицу и, подняв ее, двинулась к Дакару, чтобы помочь починить брюки.

— Вот пуговица, — стараясь не смотреть на мужчину, я протянула ему потерявшуюся деталь, — я могу почини…

Громкий стук в дверь перебил мои слова, заставив всех троих замереть на месте и практически перестать дышать.

— Господин ректор, — послышался с той стороны голос Ирмы Кармировны и ручка двери зашевелилась.

— Вы дверь закрыли? — тихо спросил у меня мужчина.

— Нет, — пискнула я, наблюдая, как та начинает открываться.

Я даже опомниться не успела, как меня схватили и, пригнув голову, пихнули под стол. Стул жалобно скрипнул, когда на него с размахом опустился ректор с брюками на коленях.

Я застыла в неудобной позе, едва дыша и стараясь себя не выдать. Голые ноги ректора, практически не прикрытые свисающими штанами были у мен прямо перед носом, что создавало особую атмосферу… неловкости. Хлопок двери заставил вздрогнуть, а потом послышался бодрый цокот каблуков приближающейся столу женщине.

— Господин ректор! Наконец-то я вас нашла! — судя по звукам, женщина целенаправленно продолжала приближаться к столу.

— Ходют тут, когда не ждут, — раздался ворчливый голос Шеты и шаги тут же прекратились.

— Простите? — голос ее обрел грозные нотки, и я готова была поклясться, что Шета удостоился уничтожающего взгляда. После того как он разбив окно ввалился в ее кабинет прямо посреди урока, дракончик явно попал в черный список, а выбраться из него было очень непросто, даже если ты питомец самого ректора.

— Шета, — голос мужчины прозвучал предостерегающе, и я была уверена, что от него он получил тоже не самый ласковый взгляд, только вот я бы на его месте дракончика не расстраивала, кто знает, что он еще может учудить. Но сидя под столом на корточках и уставившись на голые ноги мужчины, трудно было не засмеяться, слыша его серьезный голос. Я зажала рот рукой, подавляя смешок. Картинка была еще та, интересно, каково ему самому сейчас поддерживать официальный вид, сидя за столом без штанов?

— Вам нужно заняться его воспитанием! — надменно заявила Ирма Кармировна, снова начиная приближаться к столу, веселье тут же пропало.

— Вы что-то хотели? — ректор явно хотел перевести тему. Шаги остановились, и я облегченно выдохнула, радуясь, что она не подходит ближе. Нога ректора дернулась, а потом, зашарив под столом, ткнулась в меня. Догадавшись, что от моего дыхания ему щекотно я снова зажала рот рукой, второй осторожно ткнув ректора в ногу пальцем и намекая, что она заняла слишком много моего пространства. Нога сдвинулась, возвращаясь обратно.

— Да! Я хотела пожаловаться на него!

Шета громко и возмущенно фыркнул.

— И что он сделал?

Несложно было догадаться, что ОН был Шета, единственный присутствующий в кабинете.

— Он снова летал у меня за окном и корчил рожи! Уже не первый раз! Ваш дракон мешает моей работе!

— Неправда! — возмутился Шета — Это она мешает мне веселиться! Сегодня шторы задернула!

— Но это ведь его не остановило! Он пробрался в кабинет на перемене и сжег их!

— Неправда, я их подпалил, а дальше они уже сами горели!

— Ах просто подпалил!! — судя по шуму, Кармировна кинулась на дракончика с голыми руками. Мне жутко хотелось вылезти из под стола и хотя бы одним глазком на это взглянуть! Но вместо этого я была вынуждена сидеть, пригибаясь и скрывая свое присутствие.

— Прекратите! — ректор, похоже, увиденным был впечатлен.

Его не слушались, я отчетливо слышала ругань и смешки Шеты, который, похоже, припустил по комнате, дразня женщину и зля ее все больше. Тяжкий вздох совсем рядом явно принадлежал ректору, который наблюдал за всем этим безумием.

— Прекратите немедленно! — повторил ректор, но его слова вновь потонули в проклятиях и смешках.

— Бе-бе-бе, веселиться не умеешь!

— Что за поведение! А ну спускайся! Я тебе покажу!!

Ректор резко вскочил, отчего брюки полетели мне в лицо. Я подхватила их одновременно с громкий треском по столу, испуганно вздрагивая от голоса, разлетевшегося по кабинету.

— А ну прекратите, черт возьми, этот цирк!!

Я испуганно уставилась на ноги ректора, который похоже совсем забыл о том, что брюк на нем не было и, протянув руку, тихонько ткнула его пальцем, призывая скорее сесть обратно. Но было уже поздно.

— Г-г-господин ректор… а почему вы без… без штанов, — заикаясь, и возможно краснея, спросила учительница в наступившей тишине.

Я позавидовала выдержке мужчины, который засмущавшись не сел тут же обратно, а остался на ногах.

— Пройдите в мой кабинет, я приду туда через несколько минут и мы во всем разберемся, — ровным и уверенным голосом велел он.

— Но… — попыталась было возразить ему Ирма Кармировна.

— Я ваш начальник, если не забыли, — в голосе его появились командные нотки, которых он всегда так успешно избегал. Можно подумать, что он сейчас не стоял перед ней в одном исподнем. Даже я в этом засомневалась, но брюки в руках говорили об обратном.

Тем временем мои ноги ужасно затекли, мечтая, чтобы Ирма Кармировна послушалась и убралась из кабинета поскорее, я зашевелилась, пытаясь хоть немного сменить позу, пока еще могу чувствовать свои конечности. Стоило бы купить учителям столы попросторней, потому как я неудачно ударилась готовой о крышку стола, да так, что перед глазами звездочки запрыгали.

— Что это? — различила я удивленный голос Ирмы Кармировны, которая по-прежнему оставалась в кабинете.

Ноги мои тем временем не просто затекли, покалывание становилось все сильнее, пока я не почувствовала судорогу, не выдержав ноги подкосились и я вылетела из-под стола прямо под ноги ректора. Тихий вскрик Ирмы Кармировны был единственным звуком в комнате.

Испуганно подняв глаза, я уставилась на женщину, которая на моих глазах краснела, бледнела, а потом снова краснела. Было ясно, что прятаться снова было поздно.

— Я-то думала, что вы порядочный взрослы мужчина, — задыхаясь, начала она, наконец-то обретя голос, — но это кошмар! Средь бела дня!

— Сейчас вечер, — встрял Шета из-за ее спины.

— Средь бела дня! — не унималась Ирма Кармировна, смотря на нас с возмущением — Предаетесь разврату, пользуясь своим положением! А вы! — она ткнула пальцем в меня — Кошмар! Я доложу об этом….

Дальше договорить она не успела, за ее спиной внезапно взметнулся странный предмет и, закатив глаза, женщина рухнула.

Мы с ректором онемев смотрела на Шету, сжимающего в лапах огромную книгу.

— Шета!!! — одновременно закричали мы с мужчиной.

— Она слишком много видела, — развел лапами дракончик, по-прежнему сжимая свое орудие.

— Но не убивать же ее, — ужаснулась я, прямо на четвереньках проползая к женщине. Схватив ее за руку, я нащупала пульс, и, почувствовав под пальцами его трепыхание, облегченно выдохнула.

— Да кто ее убивает, — уже немного виновато заметил дракончик, пряча за спину огромную энциклопедию стихий, — просто ненадолго отключил.

— Это тебя надо ненадолго отключить, — проворчала я, усевшись рядом с лежащей на полу Ирмой Кармировной.

Ректор тем временем произвел магические манипуляции над своими брюками и уже натягивал их обратно.

— Юна права, еще раз натворишь что-то подобное, запрем в башне! — поддержал меня мужчина, приближаясь к нашей троице.

— Меня нельзя запереть, — тихо вставил свое Шета, все же отступив на шаг назад.

— Если Юна тебе прикажет, ты никуда оттуда не выйдешь, — коварно пояснил ректор, — приказывать тебе она еще может. Или ты забыл, кто тебя призвал?

Ушки дракончика поникли.

— Хорошо, я больше не буду бить никого книгами по голове.

— Ты вообще больше не будешь бить никого по голове, — поправила я его.

— Ладно, — согласился Шета.

Ректор тем временем разбирался с Ирмой Кармировной, коснувшись ее головы, после чего женщина открыла глаза, уставившись на нас растерянным взглядом.

— Господин ректор? Адептка Аро? Что я…

Она нахмурилась, явно вспоминая, где она. Ну вот, сейчас начнется…

— Вы поскользнулись и упали, — улыбнулся Дакар, и я с подозрением уставилась на мужчину, почувствовав к нему внезапный прилив доверия. Даже я на мгновение поверила, что женщина просто поскользнулась. Он подал Ирме Кармировне руку, помогая подняться. После он подхватил меня под локоть, тоже заставляя встать на ноги.

— Точно, — женщина смущенно хихикнула, — какая же я неуклюжая.

— Так что вы хотели? — оправляя свой костюм, спросил ректор, предостерегающе смотря в сторону Шеты.

— Я… не помню.

— Вам, наверное, полежать надо, — предложила я, всерьез беспокоясь за возможные последствия от удара.

— Наверное, — согласилась женщина, прикасаясь к голове, — а у вас тут занятие да? Я, наверное, помешала, извините господин ректор, я пойду.

Наблюдая за тем, как женщина уходит из кабинета я почувствовала себя виноватой, хотя на деле ругать стоило Шету за столь радикальные меры. Только после того как она скрылась за дверью я подхватила оставленный дракончиком на столе том энциклопедии стихий и взвесила на руке.

— Ты это зачем взяла? — насторожился Шета.

— Для воспитания, — пояснила я, приближаясь к дракончику.

— Я больше так не буду, — пообещал дух, наблюдая за книгой в моих руках. Перехватив ее поудобней двумя руками я прицелилась, но прежде чем сделала увесистый шлепок по попе дракончика он успел увернуться, отпрыгивая подальше.

— Дакар! Останови ее, — шлепая лапами по полу, дракончик убегал от меня, прикрывая лапами пятую точку. Я не сдавалась, твердо уверенная в том, что в этот раз он заслужил наказание, а раз магию использовать нельзя — придется лупить.

— А зачем мне ее останавливать? — безмятежно поинтересовался ректор, сложив руки на груди и облокотившись о край стола. За разворачивающейся картиной он явно наблюдал с удовольствием.

— Юна, не бей меня и я тебе расскажу, что за секретный чай был у ректора. Странно что ты сама не поняла, до того как пролила его.

И хотя я поняла, что дракончик нагло отвлекает мое внимание от себя, все же задержалась у стола, где стояла кружка с остатками чая на дне, и подхватив ее, поднесла к носу, принюхиваясь. Шета притормозил, переставая убегать.

— И глотни заодно, — нагло посоветовал он, — тебе сейчас не помешает.

Но вместо дракончика я посмотрела на ректора.

— Успокаивающий чай? — недоверчиво спросила у него я. Подобных трав у нас дома было предостаточно, странно, что я действительно не поняла это сразу. Запах был легким и ненавязчивым, но если принюхаться, легко можно было различить помимо прочего наличие трав, используемых для успокоения нервов.

Рука Адена Дакара взметнулась вверх, оттягивая ворот и расстегивая верхнюю пуговицу рубашки.

— Да, — все же ответил он мне.

— У него их много, травок этих, — тут же добавил Шета.

И мне в который раз стало жутко стыдно. Не из-за нас ли ректор стал попивать успокаивающий чаек? Осторожно поставив кружку на место, я опустила глаза.

— Извините, — пробормотала я, оставляя книгу так же на столе.

— Думаете, я пью это из-за вас?

Я подняла глаза, снова посмотрев на мужчину. Неудивительно, что он так часто был спокоен и уравновешен, только вот на лице его не было и тени смущения.

Довольный Шета оставался в углу кабинета, считая, что совершил очередную шалость, но на деле лишь натолкнул меня на интересную мысль.

— Возможно не только из-за меня, — начала я, но передумав, прикусила язык, не уверенная, стоит ли говорить дальше.

— Из-за чего же еще? — покидая свое место, ректор приблизился ко мне, смотря прямо на меня, и сразу вспомнились все его трюки, отчего мурашки прошлись по телу.

— В кружке не только успокаивающие травы, — неуверенно заметила я, посмотрев на нее, на дне оставалось немного чая, который уже успел остыть.

Ректор молчал, оставаясь передо мной, и засунув руки в карманы, словно ждал моего вердикта.

— И у вас явно большое количество стихий, — немного уклончиво продолжила я, выбирая слова, — для контроля над которыми требуется светлая голова. Я права?

И набравшись смелости, снова посмотрела на него, при этом остановив свой взгляд на скулах мужчины и не решаясь взглянуть прямо в глаза.

— Думаю, на сегодня мы закончим и продолжим наши занятия завтра, можете потренироваться сами в своей комнате.

Более прямого способа уйти от ответа просто не существовало, и просто кивнув, я покинула класс, уверенная, что молчание тоже приравнивается к ответу.

Глава тринадцатая

Утро началось с невозможного, хотя казалось, все и так было хуже некуда, но стоило мне оказаться в холле на перемене после первого утреннего занятия, как я убедилась, что моя удача еще недостаточно поиздевалась надо мной. На пороге холла опираясь на свою трость, стояла никто иная как бабушка ректора Дакара. Прежде чем она заметила меня среди остальных учеников, я резко свернула вправо и нырнула за колонну. Айлин, удивленная моим маневром, замешкалась, а потом подошла.

— Ты чего? Исара увидела?

— Тшшш, за колонну! — схватив подругу, я утянула ее подальше от угла обзора гиперактивной бабули.

— Что такое?

— Там на входе стоит древняя бабуля с тростью? — решила сначала уточнить я, прежде чем впадать в окончательную панику.

Айлин потянулась, чтобы выглянуть из нашего укрытия.

— Ага, оглядывается. Я ее раньше тут не видела, ай, ты что! — схватив девушку, я утянула ее обратно, чтобы она не привлекла к нам излишнего внимания.

— Не высовывайся.

— А кто она такая? Ты ее знаешь?

— Ага, на балу встречалась.

— А чего мы прячемся тогда?

— Мм скажем так, поверь мне, она очень своеобразная бабуся… она как вцепится, так не отпустит. Я ее боюсь!

— Ого, мне теперь даже любопытно, пойду, познакомлюсь, — и прежде чем я успела ее остановить, выскочила из-за колонны и целенаправленно пошла к старушке, движимая любопытством.

Спрятав лицо в ладонях, я застонала, прислоняясь к колонне. Показываться ей на глаза я точно была не готова, эта бабуля не лучше Шеты!

Снова выглянув из-за колонны и убедившись, что бабуля пока занята я быстро направилась к лестнице, потому как единственная мысль кроме бегства, пришедшая в мою голову, была о том, что стоит предупредить ректора. Что-то мне подсказывало, что о своем визите она забыла его предупредить.

Так быстро как только могла я взлетела по лестнице вверх и решила для начала поискать его в кабинете. Хоть бабуля и шустрая, но с тростью она вряд ли быстро преодолеет лестницу, а значит, у меня была фора.

Но в дверь кабинета ректора Дакара я не застучала, а забарабанила, чувствуя подступающую к горлу панику и услышав глухое «войдите», толкнула ее и влетела внутрь.

— Там бабуля! — выпалила я с порога, и только переступив его, увидела, что ректор был не один. Перед столом стоял Гутор, недоуменно уставившись на меня.

— Бабуля? — недоуменно уставился на меня ректор, явно не понимая о чем речь.

При Гуторе мой словарный запас был резко ограничен, но выбирать не приходилось.

— Бабуля!! — я экспрессивно замахала руками, вспоминая, как звали бабушку ректора.

Дакар нахмурился, все еще не понимая о чем речь, а Гутор так вообще уставился на меня как на сумасшедшую.

— Бабуля Августа! — победно махнула я рукой, наконец-то вспомнив имя.

И ректор мгновенно вскочил со своего стула, чуть не опрокинув его.

— Бабуля!? — вскрикнул он.

— Да!! — уже предаваясь панике, подтвердила я.

Гутор смотрел на нас как на сумасшедших.

— Так, — ректор запустил руку в волосы, взъерошивая их, и в глазах его появилось отсутствующее выражение, — без паники.

— А что случилось? — тут же озаботился Гутор, понимая, что на вверенную ему территорию надвигается какая-то невиданная ему катастрофа.

— Идите на свои занятия, я возьму ее на себя, — пообещал мне Дакар, поспешно выходя из-за стола, — а с вами, — ректор посмотрел на Гутора, — с вами вопрос мы решим вечером, когда я освобожусь.

Мужчина кивнул, так и не получив ответа на свой вопрос и как и я повернулся к выходу, но стоило мне приоткрыть дверь, как я увидела появляющуюся со стороны лестницы Айлин, следом за которой появилась трость и захлопнула дверь прежде чем на горизонте замаячила ее обладательница.

— Поздно, — жалобно выдохнула я, оборачиваясь к мужчинам.

— Что поздно? — недоуменно спросил у меня Гутор, не понимая, почему мы не можем покинуть кабинет.

— Там бабуля, — оповестила я ректора, ткнув пальцем в дверь и тут же отбегая от нее подальше, — телепортируйте меня! Куда подальше!

— Думаете она не заметит что я только что открывал телепорт? Да она еще и по следу пройдет! — ректор ругнулся, оглядывая кабинет и лишь на секунду задержав свой взгляд на столе. Ну уж нет! Второй раз я прятаться таким образом я не собираюсь. Я посмотрела на завхоза, все еще остававшегося с нами.

— Мы ее отвлечем! Гутор!

— Гутор? — ректор оживился — Точно! Гутор, вы сейчас выйдите и скажете бабуле, что я дал вам указания и телепортировался из кабинета в учебный класс!

— Какой еще бабуле? — но завхоза уже подхватили под руку, подталкивая к двери.

— Вы поймете, — успокоил его Дакар, — старая почтенная женщина с тростью, я телепортировался в учебный класс, вы не помните в какой.

После чего завхоза бесцеремонно толкнули к двери, и ему не оставалось ничего кроме как выйти наружу. Судя по приглушенным голосам, с достопочтенной женщиной он столкнулся практически сразу.

— Быстрее, — ректор подошел ко мне, беря за руку и открывая телепорт, после чего меня затянуло уже знакомое чувство.

Вопреки нашей традиции оказались мы не в спальне ректора, а в пустующем учебном классе, расположенном относительно близко от кабинета ректора.

— Ну а теперь, — бодро заявил мужчина, оправляя костюм, — вы на занятие, а я к бабуле.

— А можно вопрос? — не удержалась я, пока ректор еще не выбежал из кабинета. Мужчина остановился, ожидая продолжения.

— А почему ее все бабулей зовут?

— Ну… — ректор замялся, — моя бабушка своеобразный человек.

— Ага, я заметила.

Трудно было не заметить. Для своего возраста бабуля явно была очень энергичной. Помимо прочего так же имея свою неповторимую манеру общения. Я даже не заметила, как для меня стало естественным называть ее бабулей.

— Она не знатного рода, — поспешно пояснял ректор, поглядывая на часы, — и светский манеры до сих пор представляются ей смешными. Наперекор моей матери она начала представляться всем бабулей Августой, просто чтобы позлить ее. А сейчас мне лучше поспешить, пока бабуля не появилась здесь собственной персоной.

И коротко мне кивнув, ректор Дакар покинул кабинет. Когда я вышла следом по коридору еще разносились его отдаленные торопливые шаги.


Когда Айлин подлетела ко мне в коридоре как ураган, заявляя, что бабуля прикольная мое сердце ушло в пятки, от мысли что та могла ей рассказать. Но как оказалось в ее планы не входило посвящать всех в то что я невеста ее внука, по крайней мере пока, все чего она хотела, это найти своего внука, которым к восторгу и удивлении Айлин оказался сам ректор.

— Нужно сказать Джинне, — продолжала нашептывать мне уже на уроке девушка, — готова спорить, она что угодно отдала бы за встречу с бабушкой ректора.

— Вряд ли она пробудет здесь долго, — шепнула я в ответ.

— Откуда ты знаешь?

Я не знала, но очень на это надеялась. Я согласилась с планом ректора, но не подумала о том, насколько тяжело будет поддерживать эту «легенду» перед родственниками, и сейчас словно снова вернулась на бал, где столкнулась с подобной проблемой. Возможно это большее, чем я смогла бы вынести и даже если ректор избавится от нее сегодня, мы все равно должны будем поехать к ним в выходные. Так зачем же бабуля приехала сейчас?

Посреди занятия дверь в кабинет открылась порывом ветра, и внутрь влетел самолетик, плавно спланировавший прямо в руки преподавателя. Изучив текст, Ирма Кармировна подняла свою голову и посмотрела прямо на меня.

— Адептка Аро, вас к ректору вызывают.

— Меня? — болтовня Айлин сбоку утихла, когда я переспросила.

— Идите, — Ирма Кармировна махнула рукой в сторону двери, — немедленно.

Судя по тону, женщина не сомневалась, что я натворила что-то неподобающее. Но к чему ректору вызывать меня в свой кабинет? Может, он хотел рассказать с какой целью приехала бабуля? Но тогда можно было сделать это и после занятия… А что если он от нее не избавился? Последняя мысль настигла меня уже в паре метров от кабинета, и я остановилась, засомневавшись в том, стоит ли туда идти. Да, я струсила, но кто не трусит перед встречей с родителями своего парня? В смысле с родителями друга… Или с родителями ректора… И тут я поняла что окончательно запуталась.

— Так, соберись, — сама себе тихо сказала я, сжимая кулаки и делая шаг к кабинету, — чего это ты трусишь, поздно идти на попятную.

И, постучавшись, я толкнула дверь, входя в кабинет.

Ректор был здесь, но что-то было не так. Откинувшись в кресле, он словно… спал. Глаза его были закрыты, в то время как рот наоборот приоткрыт и грудь вздымалась медленно и размеренно.

Дверь за мной захлопнулась, и я быстро приблизилась к столу, все еще неуверенная что происходит.

— Эм… господин ректор. Вы вызывали меня?

Тишина. Мужчина по-прежнему находился все в той же позе, что настораживало и немного пугало. Я стояла с другой стороны его стола, и мой взгляд упал на кружку, в которой еще были остатки чая.

— Ректор Дакар? — вновь позвала я его и вздрогнула, когда в ответ мне раздался тихий всхрап.

Мужчина зашевелился, меняя позу и пробормотав:

— Конечно я женюсь на ней.

— Все в порядке, он просто спит.

Я взвизгнула, подпрыгивая и резко оборачиваясь. За моей спиной, в кресле смещенном к самой стене, сидела бабуля Августа, спокойно попивая чай из кружки. Ее трость была прислонена к подлокотнику.

— Спит? Как…

Я снова развернулась к столу и, схватив чашку, понюхала ее.

— Бабуля! — возмутилась я — Вы его что, опоили?!

Я снова развернулась к старушке, которая как ни в чем продолжала попивать чай.

— А что он мне зубы заговаривал, — проворчала бабуля Августа, — спровадить пытался.

— Но вы же… — я не могла найти слова, чтобы описать случившееся, — вы же усыпили его.

Чашка качнулась в моих руках, и я поставила ее обратно на стол.

— Ему не повредит, какой-то он усталый был, — заметила бабуля по-прежнему безмятежно, словно мы обсуждали погоду за окном, а не то, что она опоила снотворным собственного внука, — но тем не менее, долго он не проспит.

Это уже была хорошая новость, честно говоря, мне совсем не хотелось беседовать с бабулей наедине, потому что я догадывалась о чем она хотела поговорить.

— Как там у тебя дела с тем приставучим парнем? — чашка из рук бабули взмыла вверх и оказалась на камине.

— Нормально, — уклончиво ответила я, наблюдая как Августа, опираясь на свою трость, поднимается с кресла.

— Я вот хотела уточнить, — бабуля пересекла кабинет, останавливаясь рядом со мной, — что там про внуков то было?

— Эм… — мысленно я прокляла Шету, пытаясь найти ответ, — друг ректора ошибся.

— Деточка, да что ж ты его ректором то все называешь, неужели он заставляет, изверг этакий?

— Нееет, — я сделал шаг назад, инстинктивно желая обогнуть стол и поставить преграду между собой и любопытной бабулей, и может даже разбудить ректора, хорошенько его ущипнув.

— Тогда не стесняйся, что я, не понимаю что ли?!

— Хорошо.

— Так что там с правнуками-то? — снова вернулась к интересующей ее теме бабуля. Похоже, с тем что это была ошибка, она никак не хотела смириться.

— Так ошибочка вышла, — пискнула я, уже доползая медленными перемещениями до стула ректора, — просто все всё не так поняли. Неувязочка приключилась.

Я аккуратно нащупала руку ректора и ущипнула, но этого явно было мало чтобы пробиться через глубокий сон, вызванный снотворным.

— Может, мы его все-таки разбудим? — предложила я бабуле, потирая плечо ректора, а на деле не переставая его щипать.

— Да мы и без него разберемся, — вновь отмахнулась бабуля.

— Ну да, — напряженно согласилась я с ней, — разберемся.

Взгляд бабули внезапно задержался на моей руке и ее решение резко изменилось.

— А хотя нет! — отрезала она весьма резво обходя стол и оказываясь по другую сторону от ректора — А ну поднимайся поганец! — и бабуля Августа резко дала ректору подзатыльник.

Открыв рот, я смотрела как бабуля отвесила ему еще парочку подобных, пока мужчина не застонал и не приоткрыл глаза, с трудом вырываясь из сна.

— Что за… — пробормотал он, хватаясь за подлокотники и пытаясь подняться. Тело еще плохо его слушалось, но он выбрался из кресла и застыл, опираясь на его спинку и оглядывая комнату, — бабуля! Опять ты за своё!

Я не удержалась от улыбки, представив, как бабуля уже не один раз вырубала ректора, но улыбка сползла с моего лица, когда она вновь пошла в наступление на мужчину.

— Кольцо где? Охламон!

— Какое кольцо? — еще не до конца проснувшийся Дакар совершенно не понимал о чем речь, а вот я, кажется, начинала догадываться и испуганно схватилась за свою руку, где по логике после помолвки должно было бы появиться кольцо.

Ректор же по-прежнему в недоумении нащупал собственное, за что получил от бабули еще один подзатыльник.

— Не это кольцо!

— А какое кольцо? — настолько растерянным я еще не видела ректора нашей академии, он зажмурился, словно пытаясь прийти в себя после сна.

— Помолвился, значит, деток уже делаете, а кольцо до сих пор на девочку не надел?!

На фразе делаете деток глаза Адена распахнулись и округлились и, уставившись на меня, он понял, что от него требуют.

— Правнуки где гово… тьфу ты, кольцо говорю где!

Дверь в кабинет ректора беспардонно открылась, и внутрь ввалился Шета, очевидно дракон давненько подслушивал и подглядывал под дверью и немного переусердствовал, навалившись на нее сильнее. На секунду вновь повисла тишина, пока все действующие лица оценивали обстановку.

— Да! — Шета поднялся с пола — Кольцо где?

— А это еще кто? — бабуля немного отвлеклась, что позволило ректору отодвинуться подальше от нее и ее трости, пристраиваясь рядом со мной.

— Как вы тут оказались? — шепнул он мне еле слышно, пока бабуля была занята появлением Шеты.

— Вы сами меня вызвали, — и, не удержавшись, добавила, — в самое пекло.

— Не вызывал, — коротко бросил мужчина, отодвигаясь от меня, чтобы вклиниться в знакомство бабули с дракончиком. Те времени даром не теряли, Шета, кажется, ни капли не смущался бабули, с самого начала начиная вести себя с нею слишком раскованно. Хотя это же Шета, он со всеми был раскован. В этом-то и была проблема.

— Шета, — представился дракончик, приближаясь к бабуле, — а вы бабуля я так понял?

Я покосилась на дверь, понимая что удачнее момента сбежать отсюда не будет, но совесть не позволяла бросить ректора здесь одного с этими двумя.

— Ты где дракона взял? — нахмурилась бабуля, поворачиваясь к нам.

— Это долгая история, — уклончиво ответил ректор. Он стоял чуть впереди, и я могла видеть, как напряжены его плечи.

— Вы не отвлекайтесь, — прервал всех дух, уставившись в мою сторону с хитрой улыбочкой, — мы кольцо обсуждали. Так где оно?

— Да, — на удивление поддержала духа бабуля, сделав нас приоритетной задачей, — где кольцо?

— Да есть кольцо, — напряженно ответил Дакар, сделав шаг назад и возвращаясь ко мне. Я его понимала, под этим двойным напором трудно было устоять.

— Я его просто сняла, — выпалила я, пытаясь помочь ректору. Врать, так врать!

Бабуля обогнула стол и, опустившись в ректорское кресло, посмотрела на своего внука суровым взглядом, от которого даже у меня мурашки по телу пошли.

— С места не сдвинусь, пока кольцо на ее пальце не увижу.

— Да! — радостно подхватил Шета, шлепаясь на свою попу, — и я!

— Ну и сидите, — в сердцах выпалил Дакар и, протянув руку за спину, схватил мою ладонь, потянув за собой к выходу. Я растерянно оглянулась на импровизированную забастовку. Он просто оставит их здесь? Бабуля выглядела непреклонно и то, что мы уходили, кажется, ни капли ее не беспокоило, а вот Шета засомневался, начиная елозить на месте.

— А вы куда? — не удержался дракончик, когда мы уже переступила порог.

— За кольцом, — отрезал ректор, вытягивая меня из кабинета и разворачиваясь, чтобы закрыть за нами дверь.

Сжав мою руку крепче, ректор потянул меня за собой по коридору.

— Мы оставим их там? — неуверенно уточнила я, поспешно следуя рядом. — Они же вдвоем в замкнутом пространстве! Я бы не стала их там оставлять вместе.

— Поэтому нам надо поторопиться, — мы достигли лестницы, и он стал подниматься, перепрыгивая через ступеньку все еще не отпуская меня.

— А мы куда? — решила уточнить я.

— За кольцом, — резко останавливаясь, мужчина застыл на промежуточной площадке, открывая телепорт, и первым шагнул внутрь, все еще крепко держа меня за руку.

По ту сторону оказалась уже знакомая мне спальня главы академии. Он тут же отпустил мою руку, делая шаг в сторону и закрывая проход.

— Почему мы сразу сюда не телепортировались? — не удержалась я от вопроса, оглядываясь на дверь.

— Не хотелось, чтобы бабуля по остаточной магии поняла, где вы забыли кольцо, — спокойно пояснил мужчина, подходя к прикроватной тумбочке. Открывая ящички, он начал шарить внутри.

— Так значит, у вас есть кольцо? — удивилась я, восприняв все прошлые заверения мужчины скорее как сарказм, нежели реальное действие.

— Есть, — подтвердил он, поднимаясь на ноги, — теперь бы вспомнить, где оно есть, — и тяжко вздохнул.

— А… — я замялась, не зная как правильно сформулировать вопрос, — откуда?

— Подарок бабули, — пояснил он.

В глазах ректора Дакара появился блеск, и он кинулся к шкафу, открывая его и начиная перебирать вещи на полках. В его движениях появилась суетливость, так несвойственная его обычному поведению. Спустя минуту издав победный вскрик, он извлек наружу небольшую черную коробочку, на вид слишком большую для одного кольца.

— Давайте быстрее, — он развернулся ко мне, — они там вдвое остались в кабинете, это не очень-то хорошо.

Мужчина открыл коробочку, и я заметила там два гнезда для колец, одно из которых пустовало и, приглядевшись, я поняла, что где-то уже это видела. Взгляд метнулся к руке ректора, на которой был мужской вариант этого комплекта.

— Юна, — кашлянув, он застыл передо мной с коробочкой в руках, — можно вашу руку?

Задумавшись, я поначалу подняла свою руку вверх, но внезапно опомнившись, отдернула ее, увидев, как мужчина достает кольцо.

— Что такое? — спросил он, останавливаясь.

— Говорите бабушкин подарок? — настороженно уточнила я, смотря на украшение, безусловно являющееся еще и артефактом.

— Да, — ответил ректор, и тут его лицо изменилось, — черт!

— Извините, — тут же добавил он, но я даже не обратила внимания на то, что мужчина ругнулся.

Мы оба уставились на кольцо в его руках.

— Как сильно ваша бабуля хочет вас женить?

Судя по лицу ректора, думали мы в едином направлении. Обогнув меня, мужчина присел на свою кровать, вертя кольцо в руках. Я присела рядом, уставившись на украшение в его руках.

— Чтобы полностью проверить артефакт мне понадобится несколько часов, может даже день — напряженно ответил он, вглядываясь в камень, украшавший кольцо.

— Телепортируемся в город и найдем другое кольцо, — категорично заявила я.

— Бабуля с места не сдвинется, пока не увидит именно это кольцо, — разбил он в пух и прах мое предложение.

— Да нет, — с сомнением протянул Аден Дакар, — она бы не стала делать ничего, что навредило бы мне.

— Кажется, ваша бабуля очень хочет вас женить, — заупрямилась я, все еще не уверенная, стоит ли мне надевать это кольцо.

— Да, хочет, но не насильно.

В моей голове вертелись все самые «ужасные» свойства, которыми были принято наделять обручальные кольца, и мне совсем не хотелось попадать под влияние какого-либо из них.

— Если вы не хотите, можете его не надевать, заставлять я вас не буду.

— Но… а бабуля?

— Что-нибудь придумаем, — пожал он плечами, продолжая вертеть кольцо в своих руках, — скажу что потерял. Самое худшее что случится, она останется бастовать в моем кабинете.

Мы переглянулись и, не удержавшись, засмеялись. Да уж, картина была та еще. Мало ректору было периодически мешающегося Шеты под ногами. Я представила себе, как бы он работал в подобной обстановке.

— Ваша бабушка взрослый человек, — улыбка все еще играла у меня на губах, когда мы прекратили смеяться, — вряд ли она серьезно собирается устраивать забастовку.

— Вы плохо знаете мою бабушку, — снова засмеялся ректор, — еще как может.

Улыбка исчезла с его лица, и он взял оставленную на кровати коробочку, открывая. Я поняла, что он собирается убрать кольцо обратно.

— Не надо, — выпалила я, уже предчувствуя, что рано или поздно пожалею, — я надену кольцо.

Наши глаза встретились, и я услышала щелчок закрывающейся коробочки. Моего безымянного пальца коснулся холодный метал. Кольцо заскользило легко, оно было чуть широковато для меня, но стоило ему коснуться кожи, как оно ужалось, идеально садясь на палец. Черный камень, оправленный золотом, сверкал на моей руке и совсем недалеко от него находился похожий перстень самого ректора.

Ничего не произошло. Пол не разверзся, я не захотела внезапно кинуться ему на шею, да и желания обзавестись потомством не накатило. С губ сорвался облегченный вздох.

— Это просто кольцо, — с улыбкой констатировала я, посмотрев на ректора. Он тоже смотрел на наши руки и кольца, как и я, ожидая подвоха.

— Похоже на то, — согласился он.

— Тогда нам нужно торопиться! — я вскочила с кровати.

— Точно, — он поднялся, открывая портал и я, схватив мужчину за руку, первой вошла внутрь.

Мы вновь очутились на лестнице, откуда исчезли совсем недавно. Судя по тишине в коридорах, еще даже не успел закончиться урок. Когда мы вернулись в кабинет, там так же было все вполне спокойно. Бабуля и Шета сидели на своих местах и выглядели вполне невинно. Дверь за моей спиной закрылась, и мы с ректором Дакаром застыли в центре кабинета перед бастующими.

— Вот, это другое дело, — довольно заметила бабуля смотря на мою руку… Хотя нет, наши руки! Я опустила взгляд и увидела что моя рука не просто сжимает ладонь ректора, совершенно не задумываясь об этом я не просто не отпустила его руку после того как мы прошли через телепорт, но и переплела наши пальцы. Или это сделал он? Первым порывом было отпрянуть, но он крепко сжал мою ладонь, предупреждая, и я поняла, что для Шеты и бабули это выглядело бы странно.

— И не снимайте, — добавила бабуля, поднимаясь с места.

— Ты поедешь домой? — рука ректора мягко высвободилась, и он отпустил на пару шагов в сторону, давая мне пространство.

— Вот еще, — в голосе бабули снова появились ворчливые нотки, — мне нужны небольшие каникулы, поживу тут с вами, а потом мы всем вместе поедем на выходных домой.

— Юна, отведи Шету в башню и иди на занятия, — спокойно велел мне мужчина. Шете данное предложение не понравилось.

— И все? — разочарованно протянул он. — А поцеловаться?

Впервые за весь день я обрадовалась бабуле Августе, когда она отвесила своей тростью хорошенький подзатыльник Шете.

— За чтоооо, — он подскочил с места, отпрыгивая в нашу сторону и вклиниваясь посередине.

— Я пока не решила, но чувствую, что для профилактики не помешает, — риторически заметила бабуля, опираясь на трость.

— А вы точно его бабуля? — Шета погладил свой затылок. — Больно уж вы на нее похожи, — нагло заявил он и ткнул в мою сторону лапой.

Зря он отвлекся, потому что именно в это мгновение ему прилетел новый подзатыльник. От ректора.

Шета тут же отскочил от нас подальше, действительно оказавшись у двери на выход.

— Это нечестно, вечно виноват я, — обиженно заявил он, но остался в комнате.

— Ну, мы наверное пойдем, — я смущенно улыбнулась бабуле, еще не зная как мне стоит вести себя в ее присутствии.

— Иди, иди, деточка, — довольная как чеширский кот заявила она, — учись. Мы потом поболтаем.

— Тебе действительно нужно на занятия, — сказал ректор и приобнял меня, целуя в щеку. Лишь когда мы отстранились друг от друга, меня словно током ударило, когда я поняла, что только что на автомате коснулась губами и его щеки.

— Ууух, — послышалось от двери, и я поспешила ретироваться из кабинета, прихватив с собой довольного до чертиков дракончика.

— А эта бабуля мне нравится, — тут же поделился со мной впечатлениями Шета.

Я рассеянно кивнула на его слова и потрогала кольцо. На секунду в кабинете я словно забылась, и этот жест с поцелуем был странным. Он был таким естественным и семейным, но в то же время это была как будто и не я.

— И ведь я знал, — напоследок уже у башни заявил Шета, вновь привлекая мое внимание, — вас лишь чуть-чуть подтолкнуть надо было.

Я вовремя прикусила язык, чуть не опровергнув слова Шеты, и тут до меня дошло, что он действительно поверил нам, а не просто подыгрывал при бабушке.

— Возможно, ты прав, — опуская глаза в пол, чтобы изобразить смущение и в то же время не выдать свою ложь пробормотала я, и, подтолкнув дракончика в сторону башни, поспешила обратно на урок, от которого от силы оставалось еще пара минут.

Глава четырнадцатая

Я боялась, что кольцо окажется не снимаемым, но оно с легкостью соскочило с безымянного пальца и вновь подстроилось, когда я надела его на средний. Так было проще, чтобы избежать лишних вопросов и внимания от окружающих. В конце концов, ректор носил свое кольцо как ему вздумается, а значит — и я могу. Рука то и время тянулась к кольцу и теребила его, что не скрылось от Айлин.

— Я не помню у тебя этого, откуда?

— Подарок от родителей на балу, — и вновь пришлось врать.

Мы сидели в столовой во время ужина и, не считая немного нервного начала дня, завершался он кажется вполне неплохо, но мне еще нужно было проведать Шету, а затем пойти на занятия к ректору.

— Привет Юна, — я напряглась, когда поднос Исара опустился рядом с моим и парень присел на скамью. Пожалуй, я погорячилась с неплохим завершением дня. Айк все еще работал над более качественным нейтрализатором любовного приворота, и мне начинало казаться, что он просто избегает меня, боясь признаться, что у него ничего не выходит.

— Я мог бы тебе помочь, — с места в карьер начал парень.

— С чем? — насторожилась я, понимая, что возможно что-то пропустила в своей жизни.

— У тебя есть три стихии, теперь у тебя достаточно сил, чтобы освоить телепорты, я могу тебе в этом помочь, мы можем позаниматься после занятий.

Парень был настолько вежливым и примерным, что ему даже отказывать становилось стыдно. Может Айк изобрел не приворот, а эликсир доброты?

Но рука Исара словно невзначай опустилась на мои плечи, приобнимая и я поняла что ошиблась, зелье вызывало не только доброту.

— Ну же, детка, соглашайся, — в голосе Исара были игривые нотки, а в глазах был нездоровый блеск… счастья?

— Я тебе не детка, — все, что я смогла сказать.

— А как ты хочешь, чтобы я тебя называл? Котенок? Птичка? Мышка?

Айлин фыркнула, чуть не подавившись едой, а окружающие вновь стали перешептываться, смотря в нашу сторону. Странное поведение Исара уже стали замечать все окружающие, и это было плохо.

— Юна, — я осторожно повела плечом, скидывая руку парня, — просто Юна.

— Так что скажешь Юна? Позанимаемся сегодня вечером?

— Я занята сегодня вечером, — я посмотрела на подругу, стараясь как можно незаметнее и понятнее дать ей понять, что пора уходить.

— Чем же? — в голосе парня появились ревнивые нотки.

— У меня административное наказание, — заявила я, подхватывая поднос и поднимаясь с лавки. С сожалением посмотрев на остаток своего ужина, Айлин сделала то же самое.

— Я думаю, мы можем выкроить на это время, — не сдавался парень.

— Как-нибудь потом, — миролюбиво предложила я, понимая, что никакого потом не предвидится.

Покидая столовую, я оживилась, увидев промелькнувшую впереди спину Айка, и в два счета настигла экспериментатора, хватая его за руку и оттесняя ближе к стене.

— Если не поторопишься, то всем станет ясно, что я что-то подмешала Исару, и никто не поверит, что приворотами у нас промышляешь ты, а не я, — зашипела я на парня.

Айлин догнала нас, останавливаясь рядом.

— Может просто смешать все возможные отвороты? — предложила подруга, включаясь в разговор.

— Ага, — едко заметила я, — и не дай бог он еще ноги откинет от такого коктейля.

— Ректор, — емко заметила подруга, но и этот вариант мне не подходил.

— Мы ничего не станем говорить ректору, еще не хватало, — возмутилась я, к счастью достаточно тихо, потому что болезненный тычок подруги заставил меня повернуть голову и увидеть приближающегося к нам главу академии.

Я прикусила губу, надеясь, что он ничего не услышал. Но судя по его безмятежному виду, мужчина ничего не заподозрил.

— Шета в учебном классе, — бросил он мне, лишь ненадолго задерживаясь рядом с нашей кампанией, — можете идти туда, я скоро приду.

— Хорошо, — я улыбнулась как дурочка, — буду ждать.

Мужчина пошел дальше, подавляя улыбку, которая так и норовила появиться на его лице.

— Что. Черт. Возьми. ЭТО. Было, — выделяя слова, проговорила Айлин рядом со мной.

— А? — я отвела взгляд от спины ректора Дакара, скрывающегося в столовой.

— Это! — Айлин ткнула пальцем в сторону двери, где только что скрылся мужчина, — и это, — ее палец переместился, указывая на меня.

— Ты ему ничего не подмешивала? — спросил Айк позади меня.

— Это у нас по твоей части, — возмутилась я. — Ничего и никому я не подмешиваю. Что такого случилось то?

— Да так, — Айлин схватила Айка под руку, утягивая по коридору, — не считая того что то был флирт. Так что поторопись на свое занятие, а я прослежу за отворотом.

Мне оставалось лишь стоять посреди коридора, смотря им вслед и как рыба, выброшенная на сушу, открывать рот и не зная, что сказать. К счастью, от меня не ждали каких-либо оправданий.

Вокруг меня определенно было слишком много двусмысленных ситуаций. А соглядатаев было и того больше. Когда я вошла в кабинет, Шета сидел у окна, изучая двор.

— Может тебе пойти погулять? — предложила я, мечтая спровадить дракончика. Хорошо еще, что бабуля не пришла посидеть на наше занятие.

— Нет уж, — тут же возмутился он, отлипая от окна, — мне и тут хорошо.

Кто бы сомневался.

— А вы меня возьмете с собой? — на мордочке духа появилось просяще-невинное выражение.

— Куда? — я присела на стул, и Шета тут же подскочил ко мне, кладя голову на мои колени. Я на автомате погладила между ушами.

— На знакомство с родителями, бабуля сказала, что в выходные вы едете к родителям.

— Эм… — я замялась, понимая, что брать дракончика с собой не лучшая идея.

— Вы ведь не можете оставить меня здесь одного, — уже коварно добавил он, — без присмотра.

— Конечно не могут! — послышалось от двери и в кабинет вошла бабуля Августа.

Шета оживился, обрадовавшись.

— Вот, я так и думал, — подняв голову с моих коленей, он отпрыгнул в сторону с победным выражением лица.

— Ты же, хулиган эдакий, все разнесешь, и кучу неприятностей им принесешь, — продолжала ворчать бабуля, приближаясь к нам. Я тихонько надела кольцо на другой палец.

— Неправда, — Шета насупился.

— Это же надо было призвать такого духа! Сущее дитя! — закончила бабуля, останавливаясь рядом со мной и присаживаясь на один из свободных стульев.

Я почувствовала, как заливаюсь краской, понимая, что вина в том что Шета ведет себя именно так отчасти лежала именно на мне.

— Мне внучек все рассказал, — продолжала бабуля, обращаясь уже ко мне, — не бойся, не скажу больше никому.

— Я не хотела его вызывать… — смутилась я.

— Да ты не волнуйся, — бабуля махнула рукой, — вот Аден в твоем возрасте случайно…

— Бабуля!

Старушка замолчала, оглядываясь на вход. К нам наконец-то присоединился ректор, оглядывая кампанию.

— Что Аден случайно!? — не сдавался Шета, почуяв шалость.

— Одному любопытному дракону по носу надавал, — коварно заявил ректор.

Меня тоже охватило любопытство. Что же ректор сделал такого в моем возрасте, что бабуля считала вызов духа невинной шалостью?

— Ну вот мы пойдем, погуляем, и я тебе все расскажу! — бабуля резво вскочила со своего места и поманила Шету за собой.

— Бабуля! — возмутился ректор, неодобрительно смотря как на свою родственницу, так и на Шету.

— Посторонись, внучек, — бабуля Августа смело ткнула своей тростью в ректора, убирая его с дороги, — а ты, ушастый, следуй за мной!

Шета несмело сделал пару шагов следом и остановился, покосившись на меня.

— Но у них здесь сейчас занятия, — с сомнением протянул он, явно не желая уходить.

— Вот именно, — бабуля протянула свою трость, и в этот раз ею получил Шета, — не надо им мешать заниматься, пусть останутся вдвоем!

И подгоняемого тростью дракончика выдворили за дверь, после чего бабуля Августа подмигнула нам и закрыла ее за собой. Судя по звуку, для надежности еще запечатав и магически.

— Я даже не знаю, боготворить ее сейчас или проклинать, — пробормотала я, смотря на дверь. С одной стороны я была рада, что бабуля увела отсюда Шету, с другой ее подмигивания доказывали, что делала она это, руководствуясь теми же намерениями что и дракончик.

— Если честно, я рад, что она забрала Шету, она сумеет занять его до конца вечера.

Я поднялась со стула, потягиваясь

— Разве нам не нужно убеждать его что мы пара?

— С этим как раз бабуля тоже может справиться, она и меня-то почти убедила, что мы пара, ну так что, еще раз потренируемся с контролем огня?

Но мне в голову пришла другая идея.

— Вообще-то, я бы хотела узнать больше о телепортах.

— Боюсь, я слишком сильно вычерпал свой сегодняшний резерв… — протянул мужчина немного извиняющимся тоном.

— Жаль, мне бы пригодились основы, чтобы сбежать из дома ваших родителей, — я присела на стол, покачивая ногами.

— О нет, только не говори, что ты собираешься сбежать и оставить меня одного отчитываться перед ними, — шутливым тоном заметил мужчина, приближаясь ко мне, — мне придется доказывать бабуле, что я ничего с тобой не сделал.

Он был так близко, что я могла коснуться и, протянув руку, я взялась за края пиджака, потянув мужчину на себя.

— Зато твоя мама была бы рада моему исчезновению.

— С ней бы мы справились, — то ли усмешка, то ли улыбка скользнула на его губах и я подалась вперед, оставляя на них мимолетный поцелуй.

Секунда и я испуганно отпрянула, отдергивая руки от его пиджака и сползая со стола, чтобы отскочить как можно дальше.

— Простите, я не… не понимаю что это было. Это все кольцо! — резко сдернув его с пальца, я бросила украшение на стол, подальше от себя.

Мужчина провел рукой по лицу.

— Ничего страшного, — сдержанно ответил он, наконец-то снова посмотрев на меня, — видимо это действительно кольца.

— И что это? — я смотрела на свое, лежавшее на столе, словно на змею, которая в любой момент может напасть, но оно оставалось неподвижно. — Как это действует?

— Не знаю, — коснувшись своего кольца, он повертел его на пальце.

— Я больше не надену его, — отрезала я, обхватывая себя руками.

— Что вы чувствовали? Какие были ощущения? Оно управляло вами?

Мне было страшно и одновременно неловко от всего, что только что произошло, в особенности потому что я даже не заметила этого влияния. Все было слишком естественно и это было так…

— Словно так и должно быть, — ответила я тихо, снова покосившись на кольцо.

— Аналогично… — тихо ответил ректор и снял и свое кольцо тоже, аккуратно кладя его рядом с моим.

— Оно же не должно действовать пока я не надела свое. Или они действуют всегда? Боже, что если то, что я его сняла, не помогло, — нервно бормотала я.

— Нет, действует только если оба кольца надеты, но для чистоты эксперимента… — мужчина убрал руку от колец.

— Какого эксперимента? — насторожилась я.

— Стоит побыть немного без них, — пояснил он, — и сравнить ощущения.

— Ничего не чувствую, — ответила я отходя к дальнему столу и присаживаясь уже на него.

— Это не заклинание страсти, — мужчина огибал кабинет, потирая подбородок.

— Точно? — я уже ни в чем не была уверена. Как же еще объяснить эту непонятную тягу и желание его поцеловать?

— Не знаю как у вас, но у меня нет… желания совратить вас сию секунду, в той мере каким оно должно быть при воздействии артефакта.

— Что значит в той мере? — насторожилась я.

Он отдернул руку от подбородка, оглядываясь.

— Я хотел сказать, что у меня нет такого желания.

— Вот и хорошо, — пробормотала я, расстегивая пуговицу, в кабинете стало нестерпимо жарко или мне показалось? Но тут же одернув себя, поспешно застегнулась обратно.

— Может это приворот? — предположила я, вспоминая о проблеме, которая все еще ждала меня за дверями этого кабинета.

— Кольцо определенно вызывает какие-то чувства, и я думаю, есть лишь один способ отделить фальшивое от настоящего.

— Это какой же? — почему мне не нравились его слова, особенно когда я поняла, что он вновь приближается ко мне. Я соскочила со стола, вцепившись в его край руками.

— Следственный эксперимент, — и в глазах мужчины появился блеск.

— Вы меня пугаете, — заявила я, наблюдая, за тем как ректор приближается.

— Не бойтесь, я просто хочу проверить одну теорию…

Но как тут не бояться когда он остановился в шаге от меня. Слишком близко после моего нелепого поцелуя, настолько близко, что мой взгляд то и дело соскальзывает на его губы.

— А это обязательно? — сглотнула я и облизнула губы.

— Да, — последовал лаконичной ответ после чего он сделал последний шаг и обнял меня, в этот раз целуя сам. Я уперлась руками ему в грудь, не зная как реагировать, но невинное прикосновение губами сменялось чем-то большим. Его руки уверенно обнимали меня в то время как губы дразнили, побуждая отвечать на поцелуй, пока наконец он не отстранил меня от себя. Я опустила глаза, и увидела, как мои руки крепко сжимают его пиджак, сминая ткань в кулак. Разжав пальцы, растерянно пригладила ткань, чтобы хоть чем-то занять себя пока в голове все не перестанет кружиться.

Сердце колотилось словно ненормальное и от того что мужчина молчал, продолжая держать меня в своих объятиях не желало успокаиваться.

— И какой вердикт? — тихо спросила я, не в силах вытерпеть больше эту тишину.

Секунда и моего лба коснулись его губы, после чего руки покинули тело и, отвернувшись, ректор подошел к столу, забирая кольца, и сжимая их в кулак, отошел к окну. Его молчание начинало пугать. Похоже, он все еще что-то проверял.

— Все так плохо? Что делают кольца? — нетерпеливо спросила я, прижимая руку к груди, словно это могло успокоить разбушевавшееся сердце. Я даже не могла себе представить, что можно было понять с помощью простого поцелуя.

— Все хорошо, — голос мужчины был бодрым, он обернулся ко мне, — они не опасны.

— Уверены? — я наблюдала, как он надевает свое кольцо.

— Я уверен, что это не артефакт, заколдованный на страсть, и я уверен, что это не приворот, — он приблизился, беря мою руку и надевая кольцо обратно на мой палец, — но оно определенно усиливает некоторые вещи.

— Какие же? — я напряглась, ожидая новых странных приступов нежности к ректору, как только артефакт оказался на моем пальце.

— Истину.

— Истину?

Сделав шаг назад, и оказавшись на достаточном от меня расстоянии, он вновь убрал руки в карманы, словно собираясь с силами.

— Достанься это кольцо девушке с корыстными намерениями, оно должно было бы показать мне ее истинное лицо. Если бы она притворялась рядом со мной, кольцо заставило бы ее говорить правду. Так вместо приятной лести и флирта, скорее всего она говорила бы отвратительные вещи, о которых думает на самом деле. Кольцо помогло бы увидеть ее намерения.

— И что это значит в нашем случае? — я коснулась камня, поглаживая его.

— Ничего.

И я поняла, что он врет. Кольцо показывает истину, а это значит мое колотящееся сердце, флирт, улыбки и мимолетный поцелуй, которые просто не могли быть случайными и были той самой истиной. Истина была в том, что мне действительно нравился ректор, и хотела с ним флиртовать.

— Ваше кольцо с тем же эффектом? — я опустила глаза, посмотрев на его руки.

— Это обоюдные кольца, они показывают истину нам обоим о наших чувствах. Весьма хитро со стороны бабули. Даже любопытно, ведь эти кольца предстоит носить всю оставшуюся совместную жизнь.

И я вспомнила, как мужчина улыбался мне в ответ, безусловно флиртуя не меньше. Но как понимать его поцелуй, когда он снял свое кольцо? Ректор замолчал, давая мне время переварить полученную информацию, но я не знала, как на это реагировать.

— Это ни к чему тебя не обязывает, — наконец нарушил он тишину, пока я крутила кольцо на пальце, не решаясь посмотреть на него, — это всего лишь кольцо.

Но теперь я не была в этом так уверенна. Было неловко и страшно, главным образом потому, что я никак не могла понять, как на это реагирует сам мужчина. Даже с кольцом он оставался достаточно сдержанным, хоть и флиртовал со мной. Может это неосознанная реакция?

— Так что вы натворили? — я резко сменила тему — На что намекала бабуля?

На удивление он не проигнорировал вопрос.

— Я превратил наследного принца в лягушку.

Поначалу я подумала, что он шутит, не желая рассказывать правду, но лицо его было серьезным и честным.

— Вы шутите? — с недоверием переспросила я.

— О нет, — черты лица его немного смягчились, и на губах появилась сдержанная улыбка, — ох и хорошенько я за это получил.

— Быть не может, — я ткнула в его сторону пальцем. — Вы? Наследника? Как??

— Мой отец приехал во дворец с визитом и привез меня с собой. Наследник, скажу я тебе был тем еще гадом в детстве, мы играли и в какой-то момент он меня достал. У меня случился всплеск магии земли, и я пожелал ему стать лягушкой. И он стал лягушкой.

Я захохотала, представив себе эту картину.

— И что было дальше? Быстро вы его расколдовали?

Лицо Дакара слегка скривилось.

— Ну как сказать быстро….

— Хотите сказать, что оставили его там? — ужаснулась я.

— Я побежал к отцу, когда понял что натворил. Моей ошибкой было то, что я не захватил лягушку. Слуги неделю вылавливали в саду лягушек….

— Наследный принц был лягушкой НЕДЕЛЮ? — во мне бушевали противоречивые чувства, это было смешно и ужасно одновременно.

— Ну что поделать, — он развел руками, — сад большой, лягушек много, маги на ушах стояли, пытаясь вычислить нужную лягушку и превратить обратно в наследника. Стоит заметить, ему пошло на пользу время проведенное в диком мире, он стал менее заносчив, когда вернулся в человеческое обличье.

— Шете бы это понравилось, — хихикая заметила я.

— О нет, не надо ему это рассказывать, это подорвет мой авторитет в его глазах и он совершенно распоясается.

— По моему это возвысит т… ваш авторитет в его глазах, — я запнулась, едва вновь не обратившись к мужчине на ты. Странное чувство нежности вновь вернулось, но в этот раз я была готова подавить свои порывы.

— Я думаю нам пора немного поработать с огнем, а потом вы пойдете отдыхать.

Глава пятнадцатая

Отдыхать. Конечно. Стоило бы привыкнуть, что вечером всегда начинается самое интересное. В нашей с Айлин комнате было пусто, зато на моей кровати лежала весьма странная записка и, развернув ее, я поняла что отдых придется отложить.

«Ушла к Айку расколдовывать твоего непринца.

Айлин

P. S. А мы поможем.

Шета»

Скомкав записку и отправив обратно на кровать, я выскочила из комнаты и, стараясь не бежать, двинулась в сторону мужского общежития. Там, где помогать вызывался Шета по определению не могло быть ничего хорошего. На удивление когда я добралась до комнаты парня и застыла перед дверью, из-за нее не доносилось ни звука. Может все не так уж и страшно? Я заколотила по дереву, нетерпеливо оглядывая пустой коридор. Послышался щелчок открываемого замка, и в тоненькой щелке между дверью и стеной появилось лицо Айка.

— А, это ты, — он вздохнул с облегчением и открыл дверь шире, давай мне возможность протиснуться внутрь.

— Что у вас… — я застыла, уставившись на открывшуюся передо мной картину, Шета с отчаянным видом зажимал лапами рот Исару, который был привязан к стулу и вытаращив глаза пытался высвободится, Айлин была чуть в стороне, а бабуля рядом со столом Айка, где вовсю были разбросаны различные ингредиенты, — тут происходит… — закончила я в шоке.

— Лысую башку лечим, — радостно сообщил мне Шета, — чтобы он тебя замуж не взял!

— Так, а почему он привязан? — похоже, это смущало только меня.

— Когда он узнал, что мы с ним хотим сделать, — вновь взял на себя обязанность пояснить Шета, — то сказал, что ни за что не позволит отнять его любовь.

Исар дернулся, пытаясь избавиться от лап дракончика, но тот слишком самоотверженно держал его.

— Ты не переживай деточка, — вмешалась бабуля что-то смешивая и поманила Айка к себе, — сейчас как огурчик будет. Ни капли приворота в крови не останется.

С одной стороны данное обещание меня радовало, но смотря на то, что творилось вокруг, я чувствовала себя соучастником преступления.

— И как же вы это сделаете? — я приблизилась к бабуле, заглядывая на стол.

— Эка невидаль, я в молодости много приворотов повидала, и одно знаю наверняка, ни один из них не может быть вечным. Просто этот слишком крепкий. Но у меня достаточно сил и опыта чтобы и его разрушить.

Мычание и грохот заставили нас обернуться. Исар судя по всему пустил в ход зубы, чтобы ослабить дракончика, но для его толстой кожи это оказалось скорее щекоткой, поэтому дух чуть ослабил хватку, похихикивая. Айлин судя по всему тоже было не по себе, она стояла рядом со стулом, готовая помочь Шете если это потребуется, но я знала что насилие не ее конек.

— Так, почти готово, — с азартом оповестила нас бабуля, — а теперь все шаг назад от меня.

Мы с Айком послушно отошли к стулу, где держали пленника, а бабуля засучила рукава.

— И что вы хотите сделать? — испуганно спросила Айлин.

— Поколдую еще немного и добавлю стихий. Если вы не можете разрушить чары, всегда просто добавляйте стихий.

— Я добавлял, — влез Айк.

— Видимо недостаточно. Цыц.

Мы послушно замолчали и даже Исар на время затих. Спина бабули закрывала все что она делала, но я отчетливо чувствовала всплеск магии земли, воздуха и огня. А потом внезапно появился белый свет, от которого мы все зажмурились.

— Что жмуритесь? Готово! — радостно оповестила бабуля и, открыв глаза, я увидела, что она повернулась к нам со склянкой. От прозрачной жидкости внутри валил дымок остаточной магии.

— Ух ты? И сколько вы стихий использовали? Я только две, возможно этого недостаточно, — вновь проснулся научный интерес у Айка.

— Тааак, Шета, держи этого крепче, нам надо влить ему отворот и как можно скорее, и он явно будет сопротивляться.

— Есть! — отчеканил дракончик.

— А ты Юна, — продолжил бабуля, приближаясь к пленнику, — иди в коридор и отвлеки внучка, который сейчас прибежит. Давай-давай, быстрее, если ты конечно не хочешь чтобы он узнал что мы тут делаем и почему.

Я не хотела, даже очень не хотела и, послушавшись бабулю, выскочила из комнаты и оглядела пустой коридор. Похоже, Августа ошибалась, ректора нигде не было. Но выполняя свою обязанность стоять на шухере я тихо пошла в сторону лестницы, прислушиваясь. Спустя пару минут моего переминания в коридоре я слышала вдалеке очень быстрые шаги. Не уверенная что это ректор я оглядела широкий холл, ведущий в общежитие парней, и нырнула за колонну, из-за которой можно было увидеть лестницы. В поле зрения тут же появился ректор, немного всклокоченный и взволнованный. Бабуля оказалась права. Но как он узнал?

Как бы там ни было, нужно было срочно что-то делать, чтобы задержать его. Я выскочила из-за колонны как раз вовремя, чтобы практически врезаться в него.

— Что вы здесь делаете? — удивленно воскликнул он останавливаясь.

— Гуляю, — выпалила я первое, что пришло в голову.

— Вечером?

— Да!

— В мужском общежитии, — теперь ректор нахмурился.

— Что-то вот занесло… — пробормотала я, понимая, что отвлекающий маневр из меня выходит никудышный.

— В коридор или в конкретную комнату? — уточнил мужчина, и я сделала шаг назад к колонне.

— На что это вы намекаете?

— Я не намекаю, я выясняю, что вы так поздно делаете в мужском общежитии!

— Гуляю, — пробормотала я.

Внезапно протянув руку, Дакар ударил по колонне.

— Вы не видели здесь бабулю Августу? — мужчина одерну костюм, беря себя в руки.

— Бабулю? Здесь? — я надеялась, что у меня получается правдоподобно. — Нет, конечно, что ей делать ночью в мужском общежитии.

— Ну не знаю, может то же что и вам.

Против воли у меня вырвался смешок. Он и не представлял насколько оказался прав. Но похоже мое веселье он истолковал превратно.

— Вы были у адепта Айка Граса?

Смеяться сразу расхотелось. Не знаю как, но ректору удалось угадать с первой попытки и если он сейчас пойдет туда, то застанет очень любопытную картину.

— Значит я прав, — тут же сделал выводы он и сделал шаг ко мне. Я попятилась, увеличивая расстояние и ненавидя себя за то что не могу мгновенно придумать блестящую отмазку.

— И давно вы с ним вместе?

Мой мыслительный процесс остановился, и я удивленно уставилась на ректора. Он считал, что у меня что-то есть с Айком? Это сулило как минимум одну хорошую новость — он не подозревает, что действительно творится в комнате. Тем не менее, у меня язык не повернулся подтвердить его слова.

— Мы с ним друзья.

— Правда? — облокотившись рукой о колонну, к которой я прижалась спиной, Дакар склонился, заглядывая мне в глаза. — Вы переписываетесь, флиртуя на занятиях, назначаете друг другу встречи, вы прекрасно знаете, где его комната, и похоже, не раз там бывали, а последние недели постоянно переглядываетесь.

— Погодите, — я поняла, что наш разговор ушел совершенно в другую сторону, — вы что, ревнуете?

— Вы моя невеста, — заявил мужчина, смотря мне прямо в глаза и избегая ответа на прямой вопрос.

— Ага, — и понизив голос, прошептала, — фиктивная.

— Правила академии так же запрещают бродить по ночам в общежитии адептов другого пола.

— Уж определитесь, вы меня как адептку осуждаете или как фиктивную невесту?

Моя взгляд опустился ниже, на его губы и внезапно темнота, окружающая нас и эта близость снова заставили мое сердце забиться чаще.

— А обязательно выбирать?

Я промолчала, чувствуя, что кольцо подталкивает меня говорить и делать то, о чем я впоследствии наверняка могу пожалеть. Но у меня еще хватало сил держать себя в руках. Только в этот раз кольцо, похоже, действовало не на меня.

— Что вы делаете? — прошептала я, понимая, что ректор не только не торопился отстраниться, но и продолжал колебаться, словно хочет меня поцеловать так же сильно, как и я его.

— Вы хотите, чтобы я вас сейчас отчитал как адептку или как невесту? — тихо спросил он, облизнув губы.

— Фиктивную, — сглотнув, поправила я его, понимая, что мне все сложнее удается скрывать свое волнение.

— Как адептку или невесту? — упрямо повторил он, упорно игнорируя мою поправку.

— Я первая спросила.

Напряжение, повисшее в воздухе, осязалось физически, и желание хотя бы прикоснуться к нему становилось все сильнее. Чертово кольцо!

— Юна, — в его голос было напряжение, он закрыл глаза, все еще упираясь рукой в колонну и удерживая себя в шаге от меня, — если не хочешь чтобы я тебя поцеловал, тебе сейчас лучше уйти как можно быстрее.

— Странные у вас понятия о наказании, — пробормотала я, оставаясь на месте не в силах сделать ни шага.

И он сорвался, рука дрогнула и, придвинувшись ко мне, он прижал меня в колоне, целуя. Боже, как я была рада, что он сорвался! В то время как его руки легли на мою талию, прижимая меня к себе ближе, я закинула свои наверх, касаясь его шеи. Я уже не думала о кольце, только о том, что не хочу, чтобы это прекращалось и, судя по жадным поцелуям, не я одна. Из головы давно вылетели Шета и Бабуля, решающие проблемы с Исаром. Мои руки скользнули между полами пиджака, касаясь рубашки, и я прижалась еще ближе. Его губы переместились на мою шею как раз в тот момент, когда на весь коридор раздался громкий вопль. Мужчина тут же отпрянул от меня, бросив быстрый взгляд и развернувшись, поторопился на звук. Туман в моей голове, да и что скрывать, подкашивающиеся коленки не сразу позволили вспомнить, как я оказалась в этом коридоре, а когда вспомнила и кинулась следом, было уже поздно. Распахнув дверь комнаты Айка, ректор стоял на пороге с серьезным лицом, смотря внутрь. Боясь представить, как изменилась картина за время моего отсутствия, я несмело приблизилась. Когда я заглянула в комнату, то заметила там Шету, бабулю и Айка.

— Значит, просто гуляете? — поджав губы, взглянул он на меня и шагнул в комнату, оглядывая троицу. Даже когда он не смотрел на меня, я чувствовала насколько он зол.

— И что же вы все тут делаете? — он обвел кампанию внимательным взглядом, но меня куда больше интересовало, почему кампания не в полном составе.

Айк с взъерошенными волосами и красным следом на щеке оглянулся на Шету и бабулю, явно не зная, что сказать.

— И что здесь делаешь ты, — ректор недовольно посмотрел на свою бабушку, которая с невозмутимым видом стояла между двух проказников.

— А вот это тебе внучек знать необязательно, мало ли чем я ночью в комнате у парня занимаюсь.

Айк вытаращил глаза, оглянувшись на бабулю. Но ректор не был настолько туп, чтобы поверить в это.

— А если серьезно?

— У Айка есть хорошее сонное зелье, — влезла я и тут же пожалела.

Дакар оглянулся на меня через свое плечо и взгляд у него был злой. Зато бабуля поняла мою идеи и тут же подхватила ее.

— Хороший парень у тебя в академии растет, талантливый, вот Шета и отвел меня к нему за зельем.

Аден вновь отвернулся к троице.

— Почему тогда отсюда доносились крики?

— Она меня своей тростью била, — нашелся Шета, тыкая в бабулю.

— А нечего было лапы куда не надо совать, — не осталась бабуля в долгу, но я то знала что они оба врут.

— Почему тогда я почувствовал всплеск твоей магии? — не сдавался ректор.

— Потому что я помогала парню! — бабуля треснула тростью по полу. — И как ты разговариваешь со своей бабушкой?!

Ректор отступил обратно к двери, и я сместилась в сторону. Распахнув дверь, он весьма выразительно показал всем на нее.

— Уже ночь, все немедленно должны направиться в свои комнаты.

Бабуля с Шетой в этот раз не стали спорить, покидая комнату, и я вышла следом за ними. Последним комнату покинул ректор, закрывая за собой дверь, и выразительно посмотрел на нашу троицу.

— Надеюсь, в этот раз вы дойдете до своих комнат, — сухо заявил он, и быстро обогнув нас, ушел в сторону лестницы.

— Кажется, сильно разозлился, — Шепнул Шета, когда его спина скрылась в проходе, и мы двинулись следом.

— Причем на меня, — тихо заметила я, коснувшись кольца.

— Аден не умеет злиться, — отмахнулась бабуля, — вот увидишь, утром уже и забудет.

Хотелось надеяться. Похоже, его всерьез обидело то, что я покрывала бабулю и Шету. И кто знает, кто еще.

— Погодите, — я остановилась, — а Исар где? И Айлин?

— В ванной, — громким шепотом посвятил меня Шета, сверкая как начищенный чайник.

— Не могла я их телепортировать, — пояснила бабуля, — Аден бы почуял, мы Исара усыпили и вместе с Айлин они спрятались в ванной. Сейчас они с Айком его разбудят и отправят к себе в комнату.

— Так все получилось?

— Еще бы, — довольно заверила меня бабуля, — и даже более того, я немного поколдовала и он даже не вспомнит, как мы его лечили.

— Спасибо! — радостно выдохнула я и кинулась к бабуле, обнимая ее.

— А меня, — заворчал Шета где-то под боком.

Я и его обняла, в конце концов, это он поделился с бабулей моим секретом и помог его исправить. Но то, что ректор разозлился на меня, все равно не шло из головы.

— Надо было все дела завершить сегодня, — заметила бабуля, — завтра уже пятница и нам нужно будет ехать домой.

И осознание того что неделя уже пролетела испугало меня.

— Чего ты там испугалась, побледнела сразу, — бабуля подтолкнула меня тростью к лестнице, — остынет Аден, не переживай, вот если бы он поймал тебя с приворотом другого парня, тогда да, мог бы разозлиться не на шутку. Но эту оплошность мы уже исправили. Так что иди, спи и набирайся сил, тебе еще со свекровью будущей общаться.

Я лишь кивнула и пошла к себе. Айлин вернулась в комнату спустя десять минут, довольно подтвердив, что Исар ничего не помнит и при упоминании меня скривился так, что не оставалось никаких сомнений, весь приворот из него удачно вывели.

— Как вы объяснили ему, что он в комнате Айка?

— Сказали, что он перебрал и пришел за опохмеляющим зельем. И он поверил! Кто бы знал, что этим вечером будет так весело!

А вот я не могла согласиться и, укутавшись в одеяло, стоило мне закрыть глаза, как тут же мысленно вернулась к колонне.

Глава шестнадцатая

Мы почти не сталкивались с ректором весь последующий день, и сложно было понять, перестал ли он злиться. В итоге ближе к вечеру он прислал записку, что наше занятие придется отложить. Очевидно, что я его обманула и пыталась отвлечь от самого главного, только вот к моменту как мы оказались у колонны вместе, я уже действительно и думать забыла об Исаре и кампании спрятавшейся в комнате Айка. Но даже строя это предположение я не могла быть с точностью уверенна что права, единственное, что я бесспорно почувствовала — он был во мне разочарован.

Но был и повод порадоваться, за завтраком Исар настолько сильно нарочито небрежно задел меня плечом, что я даже наплевала на боль, которой отозвалась рука, радуясь как ребенок его едкой фразе о полукровке и такому привычному самодовольному выражению лица. Что-то бы там не сделала бабуля, это сработало идеально, и я не сомневалась, что тут не обошлось без магии духа. Похоже, не только у Дакара были особенные способности. Интересно были ли они у его матери? Если да, у меня был повод бояться ее еще сильнее. Пожалуй, я больше ни разу не посмотрю в ее глаза, чтобы не дай бог она мне ничего не внушила. Сама поездка к родственникам нагоняла страху, а если мужчина будет продолжать на меня злиться — это точно не закончится ничем хорошим. Именно по этой причине переждав утренние занятия, я решила рискнуть и зайти в его кабинет после обеда. Постучав для приличия, я толкнула дверь и, войдя внутрь, увидела его за своим столом, безусловно занимающегося скучными учебными делами.

— Вы что-то хотели? — поинтересовался он, не поднимая лица.

Смелости в разы поубавилось, когда я увидела его перед собой и тут же вспомнила все, что произошло вчера.

— Насчет выходных, — неловко начала я.

— Отправимся завтра днем, чем меньше времени мы проведем у меня дома, тем лучше, — проговорил он по прежнему не поднимая лица и занимаясь своими делами. Определенно злился.

— Извините, — наконец произнесла я, действительно чувствуя себя виноватой.

— За что в этот раз?

— За вчерашнее, — теплоты в его голосе не прибавилось и это заставляло чувствовать себя еще неуютней. Я настолько привыкла к нагоняям после которых все становилось как прежде, что в этот раз молчаливое неодобрение было куда мучительней.

Он наконец отложил свои дела, сложив руки перед собой и подняв голову, чтобы посмотреть на меня.

— Я всячески помогаю вам исправить заваренную кашу с духом огня. Мне казалось этого достаточно, чтобы доверять мне.

— Я и доверяю, — поспешно заверила я.

— Да? Тогда что вчера ночью вы с Шетой и Бабулей делила в комнате этого адепта? Ни за что не поверю, что все это лишь глупое совпадение, и вы просто не отвлекали меня от чего-то более важного. Если вы что-то натворили, что-то серьезное, я должен это знать.

— Ничего серьезного, — пообещала я, ведь проблема была уже решена.

— Хорошо, — он вновь вернулся к своим делам, но что-то подсказывало мне, что проблема решена не до конца.

— Вы на меня не злитесь? — все же уточнила я, прежде чем выйти из кабинета.

— Нет, можете идти, все нормально.

Но когда я закрыла за собой дверь, камень с моего сердца не упал. Что-то все равно скреблось внутри, давая понять, что не смотря на слова, мужчине все еще было обидно. И как бы я не пыталась убедить себя что все в порядке, оставшиеся занятия я просидела словно в тумане, вновь и вновь обдумывая ситуацию. Вместе с этим пришло осознание того что раньше эта ситуация меня совершенно бы не тронула. Счастьем был бы тот факт, что я избежала наказания и так легко отделалась, но в этот раз наказание меня совсем не волновало.

Стоило мне выйти с последнего занятия, как я попала в руки бабули. Шета переминался тут же с заговорщицким видом.

— Отдай учебники своей подруге, — велела бабуля.

Айлин тут же забрала у меня книги, явно заинтригованная новым наклевывающимся приключением.

— Что вы тут делаете? — спросила я, смотря главным образом на дракончика.

— Тебя похищаем, — довольно сообщил мне Шета.

— Что? — я не успела удивиться, как бабуля открыла портал и, взяв меня за руку, утянула внутрь.

Мы оказались совершенно в другом месте, определенно очень далеко от академии. Не ожидая резкого перехода в пространстве, я запнулась и полетела на траву в тот момент, как только бабуля отпустила меня, а когда вскочила на ноги и обернулась портала и след простыл. Довольная бабуля опиралась на свою трость, смотря на меня.

— Бабуля! — я испуганно оглядывалась вокруг, не понимая, где оказалась. — Что это значит? Где я?

— Все в порядке, дорогая, ты у нас дома.

— У нас? — мои глаза округлились от догадки, что бабуля называла домом. — Но я… Но мы… Мы же завтра должны были… А как же ректор Дакар?!

— А это часть плана! — довольно оповестила меня бабуля — Как только поймет, примчится и думать забудет дуться на тебя, уж поверь мне.

— Он на меня и не злится, — в сердцах простонала я, — он сам сказал.

— Ну тогда тем более никаких проблем! — довольно заявила бабуля. — И утром уж больно много он юлил, нет, так дело не пойдет, собирался привести тебя только на ужин завтра вечером. Вы должны пробыть здесь хотя бы день!

— Мама!

Я вздрогнула, услышав удивленный голос у нас за спиной. Когда я обернулась, то смогла убедиться, что он принадлежит матери ректора Дакара, лицо которой скривилось при виде меня.

— Что это? — недоуменно спросила она, окидывая меня взглядом. Вид у меня после того как я нырнула в портал изрядно потрепался, особенно после падения. Колени и ладони были испачканы, а волосы немного встрепаны. Понимая, что произвожу не самый лучший вид, я покосилась на бабулю, но ту похоже это совершенно не волновало.

— Мы с Юной решили прибыть пораньше, — невозмутимо заявила бабуля, явно готовая давать отпор.

— И где же Аден, — мать ректора, похоже, решила избрать тактику игнорирования и сделала вид, словно меня тут нет. Меня это вполне устраивало, куда лучше ее презрительного внимания.

— Скоро догонит, — усмехаясь, заявила довольная бабуля, — заканчивает последние дела в академии.

— Мама, что вы опять сделали? — насторожилась моя фиктивная свекровь.

— Привезла невестку! — увильнула бабуля, подходя ко мне и подхватывая под руку. — И теперь мы пойдем, приведем ее в порядок, а после спустимся в гостиную выпить чайку!

И невозмутимо потянула меня за собой по траве прямо к высокому дому впереди. Я передвигала ногами словно ватными, не решая обернуться и посмотреть на свою «свекровь» зная, что она сверлит мою спину недовольным взглядом.

— Мне кажется, наше заблаговременное появление было некстати, — напряженно заметила я, чувствуя себя пойманной в ловушку. И что пугало еще сильнее, рядом действительно не было ректора.

— Переживут, — небрежно заявила бабуля, явно наслаждаясь ситуацией.

— А как ректор узнает, что мы здесь? Вдруг появится здесь только завтра? — на меня начинала накатывать паника.

— Узнает, жених он или нет. А на случай если он сглупит, я ему в комнате записку оставила что мы уже дома. И прекрати ты его называть ректором! Аден! Мы вне стен академии, пора тебе уже привыкать.

С черного хода мы вошли в дом, и я потрясенно огляделась. Несомненно, он был намного шикарней моего, искусней и аристократичней. И увидев свое отражение в первом же зеркале, я сразу почувствовала, насколько сильно я выбиваюсь из всего этого великолепия.

— У вас тут красиво, — заметила я, следуя за бабулей к лестницам.

— Не красиво, а пафосно, — поправила меня бабуля, — ужасная обстановка.

Мы поднялись на второй этаж и прошлись по коридору, миновав несколько дверей, бабуля остановилась, толкая ее и приглашая меня войти внутрь.

— Там есть ванная, можешь привести себя в порядок, — я неуверенно шагнула в комнату, обставленную более сдержанно чем то, что я уже видела.

— Это ваша комната? — я обернулась, посмотрев на бабулю Августу.

— Нет, — покачала она головой, — Адена. Ты приводи себя в порядок, я скоро вернусь.

И легко толкнув дверь, она захлопнула ее, оставив меня одну. Я оглядела комнату с любопытством и волнением. Можно сказать, что я чувствовала себя очутившейся в самом сердце ректора, поскольку это было его личным пространством. Настолько личным, что ни шло в сравнение даже с его спальней в академии, которая и вполовину не казалась настолько обжитой, как эта комната. Я подошла к стеллажу и не удержалась от того, чтобы изучить книги. Взволнованно пробегая пальцами по корешкам, я продолжала изучать полки, отчасти чувствуя себя преступницей. Еле заставив себя оторваться от изучения, я нашла дверь в ванную и вошла внутрь. И зеркала на меня взирала растерянная и всклокоченная девчонка, и я вновь остро ощутила насколько мне здесь не место. Задействовав магию, я очистила и оправила свою одежду, привела в порядок волосы и умылась, вновь посмотрев на себя в зеркало, но увидела по-прежнему маленькую напуганную девочку.

Вернувшись в комнату, я присела на кровать, пытаясь собраться с мыслями. Идея бабули прибыть сюда раньше мне совершенно не нравилась. Как раз в тот момент, когда я была удариться в окончательную и бесповоротную панику дверь открылась и внутрь вошла бабуля.

— Вот, уже другое дело, — довольно заметила она, оценив мой внешний вид. Прикрыв за собой дверь, она приблизилась к кровати, — не бойся, я тебя в обиду не дам, — заверила меня старушка, правильно истолковав мое волнение.

Она присела рядом со мной и коснулась меня рукой. Практически сразу паника начала отступать, и я дернулась, резко вскакивая с кровати.

— Не делайте так! — возмутилась я, оборачиваясь.

Она оперлась руками о свою трость, чуть склонив голову набок и изучая меня.

— Я не делала ничего плохого, дорогая, лишь немного хотела ослабить твое волнение.

— Не нужно этого делать, — я сбавила свой тон, понимая, что повысила голос. Взяв себя в руки, я продолжила.

— Я не хочу, чтобы меня заставляли чувствовать то, что я на самом деле не чувствую.

— Аден говорил с тобой об этом? О своей магии?

Я отрицательно покачала головой, обхватывая себя руками. Мне вспомнилось то оглушающее и неуютное чувство, которое полностью захватило меня в тот раз, когда он помог стихии огня утихнуть во мне, заставив успокоиться.

— На самом деле, — призналась я в том, что давно не шло у меня из головы, — он отрицает ее наличие. Но я видела все его стихии.

Бабуля вздохнула.

— В таком случае ты понимаешь, что я как и Аден владею пятью стихиями.

Я кивнула, по-прежнему оставаясь стоять чуть в стороне.

— А родители ректора Дакара?

Бабуля посмотрела на меня укоризненным и недовольным взглядом, и я не сразу поняла, чего она хочет.

— То есть, я хотела сказать родители Адена, они тоже владеют этими стихиями?

Главным образом меня волновала мать ректора, поскольку отца я так и не видела и пока он меня пугал куда меньше.

— Только его отец. К счастью. Магия духа стихия опасная и будь она в руках моей невестки, это не закончилось бы хорошо. Люди боготворят магов с пятью стихиями, но лишь до тех пор, пока не встретятся с ними лично. Тогда они начинают бояться, и их сложно осуждать.

— Значит, вы тоже держите свою магию в тайне? — поняла я.

— Смотря что считать тайной, я никогда не лгала об этом. Этикет делает прямой вопрос о количестве стихий неприличным. Для всего общество по их догадкам я маг четырех стихий. Всего-то нужно немного контроля для своей магии и краска для волос.

— Краски? — я вспомнила пузырек в ванной ректора, который немало меня позабавил.

— Я седая, ты не увидишь в моих волосах белых прядей, они появляются после того как стихия просыпается и уже никогда не исчезают.

Я попыталась представить ректора Дакара с подобной прической, на какое-то время позабыл о бабуле.

— Я понимаю, почему он до сих пор не может признаться тебе во всем, — немного погрустнела бабуля.

Конечно речь все еще шла о стихиях, и я тоже понимала почему совершенно ничего не знала о магии ректора. Я просто не должна была знать. Мой статус невесты был вынужденной мерой, и он не обязывал его или меня откровенничать друг с другом. Но, как всегда бывало, когда я видела перед собой тайну, меня распирало любопытство.

— Почему? — я вновь приблизилась к кровати, присаживаясь рядом с бабулей Августой.

— Он боится, — пояснила старушка, грустно мне улыбаясь.

— Боится? — это точно не то, что я ожидала услышать.

— Конечно. Он боится, что ты его отвергнешь из-за его магии.

— Как я могу отвергнуть его из-за магии? — искренне удивилась я. — Он же сильный маг, разве это причина?

— Твоя реакция на мою попытку ослабить твою тревогу была бурной, он уже применял к тебе что-то подобное?

Я кивнула:

— Один раз, магия вышла из-под контроля, и он наслал на меня это…

— Что именно ты почувствовала?

— Спокойствие. Но в то же время я чувствовала что что-то не так.

— Ты эмоционально восприимчива к магии, это хорошо, тебя сложнее обмануть, чем других магов, когда дело касается духа. Твоя связь со стихиями более тесная. Примерно одна треть магов так же взаимодействуют со стихией, они ей не приказывают и не принуждают ее, а лишь направляют.

— И он этого боится? — все еще не видела я связи.

— Конечно нет, он боится напугать тебя. Ты испугалась меня сейчас, а как ты отреагировала, когда впервые поняла, что он применил свою магию к тебе?

Я мысленно вернулась в тот день, когда он помог мне взять стихию под контроль, к тому фальшивому чувству спокойствия. Было ли оно фальшивым? Я до сих пор не могла понять. Но я отчетливо вспомнила, какова была моя реакция.

— Я испугалась. Я очень сильно испугалась.

— И он это увидел, — кивнула бабуля.

Я вспомнила, что еще не раз впоследствии старалась не смотреть мужчине в глаза, боясь попасть под внушение. Как не раз подозревала, что уже нахожусь под его влиянием. Как думала, что он внушает мне чувства, которых я не испытываю.

— Эти кольца, которые я сделала специально для Адена, — я коснулась своего кольца, в который раз начиная вертеть его на пальце, тем временем бабуля продолжила, — они оказывают истинные чувства. Это не только оберегает его от девушки, которая захотела бы заполучить его деньги или положение в обществе, оно так же защищает и девушку. Они заколдованы показывать истинные чувства не смотря ни на что. Понимаешь Юна?

— Не совсем, — призналась я, пока не улавливая сути.

— Он никогда не сможет внушить поддельных чувств своей избраннице.

— А если он внушит эти чувства до того, как девушка надела это кольцо? — спросила я, переставая теребить украшение.

— Тогда эти чувства пропадут, кольцо уберет его внушение. Я знала что делала, дорогая, мне хватает невестки. Мой внук достоин лучшей девушки. Такой как ты.

Я почувствовала, как краснею от смущения. И хотя я не являлась настоящей невестой, было безумно приятно слышать подобные слова.

— А теперь пора познакомить тебя со всеми, — резко меняя тему, бодро воскликнула бабуля, вскакивая с кровати и хватая меня за руку. Подчинившись, я поднялась на ноги и не успела опомниться, как меня стали подталкивать к выходу.

— Может лучше Адена дождаться, — робко предположила я, мечтая сейчас вернуться в комнату ректора, где, на мой взгляд, было самое безопасное и тихое место во вселенной.

— Вот еще, — возмутилась бабуля, — после того как он скрывал тебя? И вообще, где его носит, женишок, невесту украли, а он до сих пор не примчался!

С последним я была согласна. Ох, где же носит моего женишка! Меня ведут на съедение к свекрови, а его до сих пор еще нет! А что если в академии возникли неотложные дела?

Нет! Никаких дел! Он бы не бросил меня из-за каких-то дел. Или бросил? Терзаемая сомнениями я спустилась на первый этаж, и бабуля провела меня в гостиную. К счастью она была пустой и свекрови в поле зрения не наблюдалось. В комнату тут же вошла женщина с подносом, на котором возвышался чайный набор.

— Садись, — велела мне бабуля, — сейчас я всех найду. А ты пока попей чайку Юна, чувствуй себя как дома.

Я растерянно кивнула как раз в тот момент, как служанка пихнула в мои руки наполненную до краев чашку и на автомате сделала глоток. Женщина по-прежнему молча поклонилась мне, и вышла из комнаты вместе с подносом. Оставшись одна, я тут же отставила чашку, оглядывая комнату. Несколько диванов, шкафы с книгами и камин. Но больше всего меня привлекло большое окно. Вскочив с места, я подошла к нему, выглядывая наружу. Впереди простиралась лужайка, за которой виднелся небольшой забор и … свобода! А вот за спиной у меня скорая встреча со свекровью и свекром, который тоже вполне мог не очень-то мне обрадоваться. На моей стороне, конечно, была бабуля, но я поняла, что не хочу ни секунды оставаться здесь без ректора. Это просто выше моих сил врать им в лицо. Только представив, как меня сейчас начнут допрашивать, я мысленно попросила прощения бабули и быстро стала открывать окно. Да, я трусиха! Но я определенно должна отсюда бежать. Что я буду делать дальше, я не представляла, но знала, что одна с этим точно не справлюсь.

Открыть окно было не сложно, выглянув наружу, я убедилась, что до земли немного больше расстояния, чем я рассчитывала. Понимая, что времени у меня немного я залезла на подоконник и вновь посмотрела вниз. Примерялась я не долго, прыгать с подоконника прямо в колючие кусты, расположенные у дома, показалось мне слишком рискованным и, развернувшись спиной, я решила тихонько сползти наружу. Ну скажите, почему у них такой высокий первый этаж? Это неестественно! Свесившись из окна я не чувствовала ногами землю, но она точно должна была быть рядом. Разжав руки, я через секунду с облегчением почувствовала, как мои ноги коснулись земли, и тут же оправила юбку, которая во время этих манипуляций задралась до неприличия высоко. Я быстро обернулась и закричала.

Широкая ладонь тут же зажала мой рот, подавляя громкий звук, но я уже и так замолчала, поняв, что передо мной ни кто иной как ректор. Увидев, я оценила ситуацию, он убрал ладонь.

— А быстрее нельзя было, — отчаянно пытаясь не перейти на оглушительный крик возмутилась я, и в сердцах ударила мужчину по груди. Он вытаращил глаза, явно не ожидая такого агрессивного приема, но этого было мало! Я тут такого страху натерпелась! И для профилактики я ударила еще раз, уже по плечу, желая огреть мужчину, который совсем не торопился, еще сильнее.

— Я тут уже час, если не больше! — выговаривала я ему.

— Я только узнал, — начал оправдываться он, — примчался как можно скорее и увидел, как кто-то вылезает в окно. Почему-то я сразу понял — кто.

— А что мне оставалось делать, — зашипела я, — сейчас приведут свекровь и свекра, а я даже не представляю что делать.

— Ну не в окно же лезть, — возмутился Дакар.

Вместо контр аргумента я вновь стукнула его рукой, не сильно, но достаточно, чтобы выразить свое недовольство.

— И долго вы будете в кустах сидеть, молодежь? — послышался насмешливый голос, и мы оба застыли. Ректор напрягся. Он явно не ожидал, что за нашими спинами кто-то есть.

Схватив мою руку, Дакар потянул меня в просвет между растениями, чтобы выйти на лужайку, где стоял седеющий мужчина, на губах которого откровенно блуждала улыбка.

— Юна, это мой отец, Оссил Дакар. Отец, это моя невеста, Юна Аро.

Я смущенно улыбнулась.

— И давно ты тут? — как бы между прочим поинтересовался Аден у отца.

— Достаточно чтобы видеть, как твоя невеста удирала через окно, пока ты ждал внизу.

Я почувствовала, как начинаю краснеть.

— Меня больше интересует, почему мою невесту похитили у меня из-под носа и привезли сюда без моего ведома, — нахмурился ректор, избегая темы окна.

— А тебе что, жалко что ли?! — послышалось от окна и все мы повернули голову, уставившись на бабулю, сурово взирающую на нас. — Долго я буду по всему дому бегать и на чай звать всех?

— Лучше поторопиться, — усмехаясь констатировал Дакар старший и первым направился ко входу. Бабуля исчезла в окне, скрываясь в комнате.

— А сбежать точно не вариант? — тихо шепнула я, посмотрев на Адена умоляющим взглядом.

— Мне казалось, вы всегда любили приключения, — поддел он меня, подталкивая в сторону дверей, ведущих в дом.

— Это не я их люблю, а они меня, — вздохнула я.

— Соберись Юна, — склонившись к моему уху, шепнул он, — не забывай что мы помолвлены, обращайся ко мне на ты и не шарахайся от моих прикосновений.

Если бы все было так просто. Как ни старайся, а чувство неловкости и небольшое волнение никуда не деть. Мандраж был настолько сильным, словно сейчас я собиралась оказаться в комнате с родителями своего реального жениха.

— Помогите, — и, опомнившись, поправилась, — помоги мне, — я остановилась на пороге дома, вцепившись в руку ректора. Он оглянулся вглубь дома, убедившись, что нас еще не потеряли.

— Чем? — только и спросил он.

— Успокоиться, — ответила я.

На его лице отразилось удивление. Мы оба понимали, что я вложила в эту фразу. Если раньше эта мысль для меня была дикой, то сейчас я внезапно поверила в то, что от этого не станет хуже. Более того, я верила, что это мне поможет. Он слегка сместил руку, отчего его пальцы оказались на мое запястье, и я ощутила тепло, следом за которым мандраж начал отступать, уступая место лишь легкому волнению. Он остановился, прежде чем я полностью успокоилась.

— Немного волнения не помешает, — заметил он, переплетая свои пальцы с моими, — исключительно для чувства самосохранения, — и улыбнувшись, потянул меня в комнату, где нас уже ждали.

Вошли мы туда как парочка, держась за руки. Бабуля сидела в кресле, нетерпеливо постукивая пальцами по своей трости, мистер и миссис Дакар сидели вместе и если отец ректора выглядел вполне миролюбиво, то мать, похоже, еще не определилась насколько радушно меня встретить. При виде нас, держащихся за руки, она лишь поджала губы, но ничего не сказала. Утянув меня к свободному диванчику, ректор отпустил мою руку и мы присели.

— Видимо, единственная кому ты еще не представлена, это моя мать, — неуверенно начал Аден, оглядывая свою семью, — мама это Юна Аро, она обучается в моей академии, Юна — моя мать Элла Дакар.

— Ну что, — бодрым голосом разбил неловкое молчание отец ректора, смотря на нас, — рассказывай, что за чудо ты скрывал от нас и почему.

Нужно сказать ректор выдержал вопрос стоически и неплохо вжился в роль.

— Я просто не успел, мы собирались приехать в гости немного позже.

— Стоило бы нам хотя бы сказать, — недовольно заметила его мать, — прежде чем выставлять нас на балу в нелицеприятном свете.

— А что было на балу? — отец ректора откинулся, закидывая свою руку на диванную спинку.

— Я же тебе говорила, — возмутилась женщина, — он отвергал всех девушек и танцевал только с ней.

— И правильно делал, — вставила свое слово бабуля.

— На королевском балу? — возмутилась женщина. — Со студенткой своей академии?

— А ты раньше была подавальщией в таверне, но я же тебе это не напоминаю, — проворчала бабуля.

Градус в комнате значительно повысился.

— Так-так, дамы, — вмешался отец ректора, мгновенно включаясь в беседу, — предлагаю всем совместно накинуться на Адена, а не друг на друга.

— Ну спасибо папа, — усмехнулся ректор, не оценив такого предложения, да и я тоже.

— Вы знакомы всего ничего, — чуть успокаиваясь, заметила Элла Дакар, смерив мен взглядом, — почему же тогда вы уже помолвлены? Сомневаюсь, что ты влюбился в нее, едва переступив порог академии. Тут что-то не чисто.

Я покосилась на ректора, не зная, что сказать, да мне и не требовалось, похоже общение с родственниками он полностью взял на себя, однако этот вопрос действительно был провокационным.

— На самом деле мы познакомились раньше, — спокойно ответил мужчина, игнорируя резкие слова своей матери.

— Где же? — подозрительность женщины ни капли не утихла.

— За неделю до начала учебного года, когда я был в столице.

— И как же вы впервые встретились, — оживилась уже бабуля, требуя подробностей.

Пожалуй, бабуле можно было бы рассказать правду, но для остальных такая встреча вряд ли покажется романтичной.

— Она указала мне дорогу, — ответил ректор, и на его губах появилась легкая улыбка. Я его понимала, после этих слов мне тоже захотелось улыбнуться, когда я вспомнила, что произошло на самом деле.

— Куда? — не сдавалась Элла Дакар, ведя допрос.

В канаву. Мысленно ответила я ей, стараясь не улыбаться слишком широко.

— К местному врачу, мне были нужны зелья, и она проводила меня.

И ведь не врет! И указала и проводила, поспособствовав. И за зельями он действительно ездил.

— И чем же занимаются ваши родители?

— Мама флорист, — наконец ответила уже я, — а отец врач.

— Врач? Тот самый врач? — тут же взвилась Элла Дакар, даже не дав никому больше не вставить ни слова.

— Между прочим, хорошая профессия, получше подавальщицы в…

— Мама! — в этот раз вновь вмешался глава семейства, посмотрев на бабулю Августу строгим взглядом.

Бабуля сжала губы, проглотив остальное, и я поняла, что с невесткой она явно жила в состоянии холодной войны. Как же бабуля могла допустить свадьбу своего сына с этой женщиной? Я коснулась кольца, это движение уже входило у меня в привычку. Возможно потому бабуля Августа так и заботилась о выборе своего внука, после того как ее сын сделал опрометчивый поступок. Тогда я могла ее понять и даже посочувствовать. Я бы и дня не выдержала рядом с такой женщиной, не то что жить бок о бок. Она воплощала в себе все то, что я так ненавидела. Надменность и спесь.

— Ты уверен, что тебе в их доме ничего не подмешали? — едко поинтересовалась женщина, беря в руки чашку, чтобы сделать глоток.

— Уверен, — сухо ответил Аден, впервые начиная терять терпение.

— Элла, — так же сухо сказал Дакар старший, решив наконец осадить свою жену, но похоже она не любила когда ее пытались заставить молчать.

— А я вот не уверена, Оссил, как ты можешь не видеть этого?! Он познакомился с ней в доме ее родителей, где наверняка потихоньку приторговывают и приворотными зельями. И вот стоит ему проработать всего ничего на новой должности, а он уже помолвлен с этой… девицей.

Мое терпение начало сдавать, главным образом потому, что оскорбления начинали затрагивать не только меня, но и мою семью

— Может не стоит судить людей по себе? — вскочила я со своего места, не желая больше сидеть. Мысль о том, что она презирает не только меня, но и всю мою семью будила внутри меня огонь, который встрепенулся, желая сжигать все вокруг.

— Потрясающе, — тут же заявил Дакар старший, подаваясь вперед, — сколько огня кипит у нее внутри.

И я осознала, что глаза мои вновь загорелись яростным пламенем.

— Нет ничего потрясающего в безродной девчонке, которая пытается захомутать твоего сына, — прошипела Элла, не разделяя его восторга.

— Юна никого не пытается захомутать, будь вежливей, иначе мы немедленно уедем, — строго отрезал Аден, беря меня за руку и потянув обратно на диван. Я послушно села, опустив глаза на наши руки с переплетенными пальцами. Мужчина продолжал сжимать мою ладонь, и я поняла, что он ее больше не отпустит, чтобы я не наделала импульсивных глупостей.

Женщина затихла, тоже возвращаясь на место и обдумывая слова сына.

— Хотите чаю, Юна? — внезапно миролюбиво поинтересовалась она и сама потянулась к чайнику, начиная наполнять кружку.

— Да, спасибо, — растерянно ответила я, удивляясь ее изменившемуся настроению.

Наполнив чашку до краев, он протянула ее мне. Расцепив наши с Аденом руки, я потянулась к сервизу и в тот момент, когда мои пальцы лишь коснулись блюдца, но не успели взять его как следует, женщина отпустила его, позволяя чаше опрокинуться, проливая все на меня.

Вскрикнув, я вскочила на ноги.

— Ох, простите, — вполне вежливо заявила она.

— Ужин готов! — возвестила так вовремя появившаяся служанка, отвлекая всеобщее внимание и взяв салфетку со стола, я промокнула свою юбку.

— Мы вас догоним, — заявил Аден, окинув семью взглядом. Когда они покинули комнату, я все еще оттирала юбку, понимая, что женщина сделала это специально, избрав тактику вежливого нападения.

— Тебе помочь? — послышалось рядом, но я упрямо продолжала тереть ткань салфеткой, после чего откинула ее в сторону.

— Присядь, — велел мужчина, и я опустилась на диван. Сев рядом он поднял руку над моей влажной юбкой, и я почувствовала, как волны тепла коснулись меня. На глазах пятно начало исчезать.

— Я не знал, что она так импульсивно воспримет новость о моей помолвке, — извиняясь, пробормотал мужчина, — обычно моя мать не такая… — он замялся, но, не подобрав слов лучше, сказал как есть — хамка.

— Это не важно, — заверила я, — это всего лишь игра.

— Мы действительно можем уехать отсюда хоть сейчас, — предложил он, и заглянув в его глаза я поняла что так и будет.

Я заколебалась, соблазн убраться отсюда подальше был большим, но с другой стороны это значило огорчить бабулю и поссорить ректора со своими родителями. На это я точно не могла пойти.

— Мне нужно провести рядом с вашей матерью один день, а не всю жизнь, — наигранно бодро заявила я, поднимаясь на ноги, — уж с этим я как-нибудь справлюсь.


Готовый ужин ждал нас в столовой. Бабуля была хмурой и я догадывалась, что мысленно она уже не раз запустила в свою невестку тарелкой, и мне внезапно стало так обидно, даже не за себя или свою семью, в действительности это не имело значения, ведь я не была частью этой семьи. А вот бабуля была, и ей приходилось жить с этой женщиной бок о бок. И если ради кого я здесь и находилась, то ради нее. Я поймала взгляд бабули и широко ей улыбнулась. Старушка приободрилась, похоже, она действительно считала, что выходка ее невестки могла меня серьезно задеть.

Присаживаясь на место, я взяла салфетку и расправила ее на коленях. Мать ректора цепким взглядом следила за моими действиями, явно надеясь, что я где-либо оступлюсь, но к счастью мать еще в детстве обучила меня манерам, которыми владела в совершенстве сама и я знала, что это безумно злит женщину.

— Как тебе на своей новой должности Аден? — завел беседу Дакар старший, явно желая увести тему подальше от женских склок.

— Весело, — ответил тот и покосившись на меня улыбнулся, — никогда не думал, что ректору академии может быть так весело.

Я поймала его взгляд, в которых появился бесовской блеск. Похоже, не одна я решила выкинуть из головы весь негатив.

— И что же там такое происходит? Неужели кнопки на стул тебе подкладывали?

— О нет, — ответил ректор, отводя от меня взгляд, — кнопок к счастью не было, но однажды одна девушка залепила мне тряпкой для доски в лицо.

Все за столом замерли, пытаясь понять, шутка это или нет, я же не смогла промолчать.

— Девушка сделала это случайно.

— Видимо ты тоже там была? — оживилась бабуля, присоединяясь к разговору.

— О да, она была в первых рядах, — усмехаясь, заявил Дакар, и мне безумно захотелось пнуть его под столом, пока он не выболтал всем, что этой девушкой была я.

— Это возмутительно, — заметила моя фиктивная свекровь, поморщившись.

— Есть талантливые студенты? — продолжал интересоваться отец ректора.

— Есть один парнишка, — заметил Аден, отпивая вина, я тоже глотнула терпкой жидкости, — талантлив.

— И в чем же у него таланты? — беседа текла размеренно, и уже сложно было представить, что всего несколько минут назад в соседней комнате разгоралась перепалка.

— Он тут изобрел крайне действенный клей…

Я, так не вовремя решив наконец приступить к еде, чуть не подавилась, осознав что речь идет об Айке. Не собирался ведь он и это рассказать?

— Действительно хороший клей, даже я не сразу с ним справился, пришлось походить какое-то время приклеенным.

— К чему? — заинтересовалась бабуля, желая представить полную картину.

На губах ректора вновь появилась улыбка, которую он словно пытался подавить, и не глядя на меня, он ответил.

— К адептке одной.

— Что? — Элла посмотрела на сына, пытаясь понять, не шутит ли он, а его отец расхохотался, безусловно приняв данные слова за правду.

— И как же ты так умудрился? — чуть ли не плача от смеха спросил Дакар старший, в то время как бабуля нахмурилась.

— Больно много адепток у тебя там вертится вокруг, — заявила Августа, смотря на внука.

— Это академия! — пришел на помочь сыну мой фиктивный свекор — Там они везде!

— Не переживай бабуля, — вмешался Аден, — только одна из них привлекла мое внимание. Я бы даже сказал, она спустила меня с небес на землю, перевернув все вверх тормашками, и хорошенько дала в глаз, чтобы я прозрел.

Я почувствовала, как начинаю краснеть и ничего с этим не могу поделать. Для всех вокруг эти слова могли казаться бредовыми, но для меня за каждой фразой скрывался совершенно иной смысл, и на секунду мне даже показалось, что ректор говорит все это совсем не для своей семьи.

Я не сразу поняла, что после слов Адена повисла тишина, а когда смогла оторвать свой взгляд от него, осознала, что все уставились на нас. Улыбка на моем лице неловко сползла, и я уткнулась в тарелку. Вечер заканчивался вполне миролюбиво в отличие от того как он начинался. И даже мама ректора словно старалась держать себя в руках.

— Звучит не как романтичное прозрение, а как действие приворота, — не удержалась Элла, бросив на меня настороженный взгляд, снова возвращаясь к нападению.

Я лишь сжала вилку сильнее.

— Элла, достаточно, — оборвал жену глава семейства.

— Почему я должна молча на это смотреть? Он ведь ведет себя как…

В этот раз ее прервал ректор.

— Как влюбленный? Да мама, это так, я влюблен в эту девушку и тебе придется с этим смириться! Хватит смотреть на ее возраст или положение в обществе. Я смотрю на эту девушку, и она мне нравится своей искренностью и непосредственностью. И ничего этого уж точно нет в тех, кого ты мне старалась сосватать.

Приборы ударились о тарелку, когда женщина бросила их.

— Мое мнение, похоже, здесь не учитывается? — едко спросила она, окидывая взглядом мужчин.

Новый резкий удар по столу заставил вздрогнуть всех и бабуля, которая на протяжении вечера вела себя достаточно тихо, выпрямилась, опираясь на свои руки.

— Эта девочка знает о приворотах не больше младенца и уж я точно уверена, что она не привораживала Адена, по той причине, что к ней уже случайно приворожили парня, и она отчаянно хотела это исправить.

Я с ужасом посмотрела на бабулю, понимая, что она решила совсем не вовремя выболтать мой секрет, а вот Эллу эта новость окрылила.

— Я еще не закончила, — грозно заявила Августа, посмотрев на невестку, — так вот из того что я успела увидеть, я могу с уверенностью заявить что Юна из тех девушек, которые никогда бы не пытались привязать к себе любимого человека силой. Она понимает цену отношений, воспитана в прекрасной семье и знает, что настоящие чувства нельзя купить деньгами или создать с помощью магии. Юна, — он повернулась ко мне, с глазами, наполненными решимости, — ты когда-нибудь пыталась приворожить Адена?

— Нет, — растерянно ответила я.

— И еще один вопрос…

— Бабуля, — внезапно вмешался ректор, — немедленно прекрати.

Но бабуля не слышалась его, продолжая смотреть лишь на меня.

— Ты любишь Адена, Юна?

Я нервно сглотнула, понимая, что сейчас на меня смотрят все и именно этот вопрос предвидел ректор Дакар, но не смог остановить свою бабушку и теперь все ждали моего ответа.

— Да, я люблю его, — неожиданно легко слетели слова с моих губ.

Я неуверенно покосилась на Адена, на лице которого отразилось удивление.

— Оссил, ты ведь знаешь, какой подарок я сделала Адену, — завершила свою речь бабуля Августа, — поясни это своей жене, — и сев обратно на место она потянулась к вину, чтобы сделать большой глоток.

— У них кольца, показывающие искренние чувства, Элла, — пояснил мужчина, поворачивая голову в сторону своей жены, — это значит, что ни Юна, ни Аден никогда не смогли бы солгать о своих чувствах. Приворотов это тоже касается.

Элла была не единственной, кого сказанное вогнало в неловкое молчание. Протянув руку к своему бокалу, я залпом выпила вино, не заботясь о том, как это выглядело со стороны. Я только что призналась своему ректору в любви, и все за этим столом понимали, что сказанной было чистой правдой. Но что самое пугающее, я призналась в этом самой себе и теперь разрывалась от нахлынувших эмоций. Стыд, неловкость, страх и дикое смущение. Я даже не могла сказать, что соврала ради нашего прикрытия. Именно этого боялся ректор, что после вопроса бабули я не смогу лгать и отвечу что-то, что полностью разобьет нашу легенду. Он не верил, что я способна сказать, что люблю его, потому что это было действительно смелое заявление. Но теперь, когда эти слова прозвучали их уже нельзя взять назад. Они повисли в воздухе и обрели смысл, хотя я скорее бы умерла со стыда, чем решилась бы сказать это мужчине, который лишь прикрывал мою спину. Больше всего мне хотелось встать и уйти из-за этого стола, из этого дома, потому что ни смотря на все мои чувства, все оставалось всего лишь игрой.

— Юна, ты, наверное, устала? — голос бабули был уже спокойным и даже заботливым, и когда я подняла свои глаза от тарелки, в которой ковырялась не в силах что-то сейчас съесть, то увидела ее участие.

— Да, — ответила я, откладывая в сторону приборы.

— Тогда я тебе покажу гостевую комнату, — заявила бабуля, поднимаясь с места, — замучили девочку, — проворчала она, пока я поднималась с места, — у нее была тяжелая учебная неделя.

— Приятного отдыха, — послышались тихие слова Эллы, и прежде чем я вышла из столовой я решилась посмотреть в ее сторону и увидела то, чего никак не ожидала. Женщине было стыдно.


В этот раз мы поднялись не на второй, а на третий этаж и когда бабуля подвела меня к комнате, я поняла, что она находится как раз над спальней ректора.

— Это гостевая спальня, — пояснила Августа, — если тебе что-то понадобится можешь обратиться ко мне, первая дверь справа от лестницы на втором этаже, либо сказать об этом служанке.

Я кивнула, берясь за ручку и толкая дверь. Комната внутри не сильно отличалась от спальни, которая располагалась ниже, за единственным исключением, она была обезличенной. Просто комната для человека, который нуждается в отдыхе, но точно не задержится надолго.

— Отдыхай деточка.

— Спасибо, — все же поблагодарила я бабулю, хотя немного и злилась то того, что она заставила меня своими вопросами признаться в том, что я уж точно не хотела говорить.

Похоже, она об том догадывалась, поэтому оставила меня одну, давая возможность побыть наедине с собой. Захлопнув дверь, я прислонилась к ней и закрыла глаза. Глупая, глупая, глупая адептка. Ну как можно было умудриться так вляпаться во все это? И началось все это еще тогда, когда я даже понятия не имела, кем является этот мужчина. И вот, теперь я стою в его доме, представленная как невеста, влюбившаяся по самые уши, и как это разгребать не имею не малейшего понятия. Похоже чувство неловкости будет теперь преследовать меня повсюду, где бы я ни оказалась, если там будет присутствовать ректор Дакар.

Словно прочитав мои мысли, в дверь постучали, и я вздрогнула, открывая глаза и отскакивая от нее, словно этот кто-то собирался ворваться без приглашения.

— Юна? — за дверью бы именно тот о ком я сейчас думала.

Я застыла напротив двери, прижимая руку к губам и не решаясь издать ни звука.

— Юна, — голос Адена Дакара был напряжен и, судя по всему, он старался говорить как можно тише, чтобы его не услышали внизу, — можно мне войти? Я знаю, что ты еще не спишь.

Дверь не была закрыта, а значит, он мог войти и без разрешения, тем не менее, оно ему требовалось. Я представила, как он войдет и мне придется посмотреть ему в глаза и сжала губы еще сильнее. Нет, только не сейчас, к этому я точно не готова.

— Юна? — вновь послышался его голос, и в нем была просьба.

Решившись, я все же ответила ему, но не то, что мужчина хотел бы услышать

— Не сегодня, я действительно очень устала.

Стоило больших усилий, чтобы голос не дрогнул от волнения. Я стояла, уставившись на дверь, ожидая, что она вот-вот может распахнуться и мужчина проигнорирует мою просьбу.

— Хорошо, — неожиданно послышалось из-за двери, — отдыхай.

И поспешные шаги по лестнице подтвердили мне, что он ушел. Осознав, что я задержала дыхание, облегченно выдохнула, радуясь, что мне не придется говорить обо всем, что случилось за столом. По крайней мере, не сейчас.

Тем не менее, как бы я не хотела отдохнуть, у меня совершенно не получалось уснуть. Ворочаясь в непривычно огромной постели, я никак не могла выкинуть из головы ужин, а потом и вовсе мысленно каждый раз возвращалась к каждому нелепому случаю, в который я умудрилась вляпаться за прошедший месяц. Закрыв глаза, я постаралась очистить свою голову от всех мыслей. В особенности от одной единственной, которая просто сводила меня с ума.

Глава семнадцатая

Я проснулась от тихого скрипа двери и когда открыла глаза, застыла в шоке. Первым желанием было спрятаться под одеялом, но я была застигнута врасплох, и лишь схватив его, подтянула ближе, прикрываясь чуть ли не до самого носа.

— Доброе утро, — проговорил Аден Дакар с подносом на ножках в руках, который он опустил на кровать и присел с краю, — я сказал, что ты позавтракаешь у себя.

— Спасибо, — растерянно пробормотала я, уставившись на завтрак.

— Когда позавтракаешь, у нас есть планы, — Аден Дакар поднялся с моей кровати, — я зайду через полчаса, — после чего он просто ушел.

Я не знала, радоваться мне или нет, но похоже, мужчина совсем не собирался заводить разговора о том, что произошло вчера и если сначала меня это обрадовало, то чуть позже, пока я ела завтрак, который он мне принес, в голову начали закрадываться другие мысли. А что если он промолчал потому, что не хочет это обсуждать? Он не раз уже выговаривал мне о неуместных отношениях и весьма красноречиво, уж лучше так, чем еще одна поучительная речь, которую он, конечно же, не мог выдать мне в доме своих родителей из страха быть пойманным. И что это интересно за таинственные планы? По задумке мы должны были еще сутки провести в доме его родителей.

Спустя отведенное время в мою дверь постучались. Я успела привести себя в порядок и в этот раз открыла дверь, пропуская ректора внутрь, но он остался на пороге.

— Ты готова? — он оглядел меня быстрым взглядом.

— Да, — подтвердила я, еще не до конца уверенная к чему я должна быть готова.

— Хорошо, пойдем, — протянув мне ладонь, он сам взял меня за руку и потянул за собой. Я лишь поспешно захлопнула за собой дверь гостевой спальни, после чего мы спустились на первый этаж, и вышли из дома.

— Куда мы идем? — поинтересовалась я, пока держась за руки, мы пересекали лужайку у дома, судя по всему направляясь в сторону соседнего участка.

— Мы приехали сюда, чтобы поужинать с моими родителями, что ж, можно сказать ужин уже состоялся, так что нам не обязательно весь день проводить с ними.

— Так может, мы сразу отправимся дальше? — предложила я, уцепившись за возможность поскорее уехать отсюда.

— Это расстроит бабулю, — поспешно ответил ректор, продолжая увлекать меня за собой.

Это был единственный аргумент, благодаря которому я была готова остаться. Мне не хотелось расстраивать бабулю Августу.

Мы достигли деревянной изгороди, которая лишь формально перегораживала два участка. Отпустив мою руку, ректор Дакар внезапно очень резво перемахнул через нее и развернулся, смотря на меня с противоположной стороны.

— Тебе помочь?

— Перелезть? — я округлила глаза, удивленная нашим маневром.

— Да, — спокойно подтвердил мужчина.

— А нам ничего не будет? В смысле, это же чужой участок.

— Не будет, — на его губах появилась усмешка, — давай, смелей.

И, послушавшись его, я тоже перелезла через изгородь. Вновь схватив меня за руку, мужчина повел меня прямо к дому.

— Кто здесь живет? — полюбопытствовала я.

— Ты его знаешь, — полунамеком ответил мужчина, хитро улыбаясь.

— Знаю? — перебирая в голове людей, которых я знала, я точно не могла найти никого, кто мог бы жить по соседству с ректором.

Тем временем мы поднялись на крыльцо и даже не озаботившись тем чтобы постучать, ректор Дакар открыл дверь, заходя внутрь.

— А мы точно так можем делать? — опасливо поинтересовалась я, чувствуя себя неуютно.

— Да, можем, — спокойно ответил он мне, после чего громко закричал, — спускайся вниз у тебя гости!

На лестнице послышался топот, и вскоре я действительно увидела знакомое лицо. Вниз спускался Освир, лицо которого, при виде нас, озарилось широкой улыбкой.

— Аден! И… прости, но я запутался, как зовут твою невесту.

— Юна, — усмехнулся ректор, посмотрев на меня.

— Доброе утро, Юна, — спустившись вниз Освир поравнялся со мной и внезапно взяв мою свободную руку прикоснулся к ней губами, — каждый раз когда мы встречается, у тебя новый цвет волос.

— Осторожней, — немного ворчливо заметил мой фиктивный жених, — я могу расценить это как покушение на свою невесту.

Освир поднял руки, отступая от меня на шаг. Сейчас, он мне чертовски напоминал Шету.

— Есть идеи как провести этот день? — похоже, Дакар даже не спрашивал. Освир широко улыбнулся и велев подождать секунду скрылся в доме. Вместо того чтобы ждать, меня следом за собой вывели на крыльцо.

Я в который раз огляделась вокруг, поймав себя на неловкости, которую испытывала, держась за руку с ректором. Вероятно, он делал это лишь потому, что его семья все еще могла увидеть нас со своего участка.

— За тем холмом есть красивое озеро, — протянув руку, он указал мне вдаль, где виднелось несколько раскидистых деревьев.

— И мы проведем там сегодняшний день! — послышалось бодрое за моей спиной, и рядом появился Освир с большой корзиной в руках.

— Мы? — растерянно переспросила я, оглядывая мужчин.

— Если хочешь, мы вернемся в дом к моей семье, — как-то слишком коварно предложил ректор.

— Нет, нет, нет, — поспешно возразила я, — мне нравится идея с озером.

Освир засмеялся, и наша кампания двинулась в сторону холма.


Как-то очень быстро и практически незаметно я расслабилась в кампании этих двух чудиков и даже совершенно забыла о том, что передо мной находился ректор. Вдвоем со своим другом они выглядели как дети, их постоянные шуточки и подколки заставляли меня смеяться. Освир то и дело норовил рассказать забавную историю из их с Аденом прошлого, и чем дольше мы шли, тем больше подробностей я узнавала. Оказывается, история с лягушкой была не единственным казусом. Эти двое изрядно развлекались в детстве, устраивая свои шалости, и теперь, смотря на ректора, я видела его совсем по-другому. Неудивительно, что он так легко умудрялся терпеть Шету, его строгость в основном была напускной.

Когда мы поднялись на холм, передо мной открылся действительно прекрасный вид. Меня не обманули, немного ниже располагалось озеро, и это действительно было замечательное место для пикника. Мы спустились вниз и расстелили прихваченное покрывало. Я уселась, после чего, не удержавшись, откинулась на спину и уставилась на небо, пока мужчины о чем-то увлеченно спорили, пытаясь припомнить детали своей очередной проделки из прошлого.

Я перевернулась на живот, и посмотрела на цветок, располагавшийся прямо рядом с покрывалом. Бутон еще не раскрылся и, не удержавшись, я коснулась его рукой и довольно улыбнулась, наблюдая, как цветок распускается. Секунда и из земли появился зеленый отросток, и обвил мое запястье, защекотав.

— Эй! — возмутилась я, оборачиваясь, чтобы понять, чьих рук это было дело. За моей спиной был хитро улыбающийся Освир, в то время как ректор Дакар отошел немного в сторону, оглядываясь вокруг.

Упав на плед прямо рядом со мной, Освир шепнул.

— А знаешь, как я еще умею? — в глазах его плескался азарт, присущий Шете перед очередной шалостью.

— Как? — заинтересовалась я.

Приложив палец к губам, мужчина посмотрел на озеро, от воды неожиданно отделился небольшой водный шарик и полетел прямо в затылок Адена.

Я засмеялась, когда мужчина, вскрикнув, обернулся, уставившись на нас.

— Это, между прочим, он изобрел, — поведал мне Освир, — водяные «снежки».

Прямо в лицо смеющегося мужчины рядом со мной прилетел ответный удар. Я вскочила на ноги, увидев еще один шарик, явно предназначавшийся мне.

— Я тут не причем, — взвизгнула я и кинулась к растущему неподалеку раскидистому дубу, намереваясь воспользоваться им как щитом, — у меня даже магии воды нет!

Я добралась до дерева и, схватившись за его ствол, нырнула за него. Водяной шарик ударился о кору, и все что мне досталось, это немного брызг.

Я услышала шаги и, пользуясь тем, что широченный ствол дерева прикрывал меня, воспользовалась стихией воздуха, чтобы быстро оказаться в самой кроне. Хватившись за ветки, я скрылась в листве, коварно уставившись вниз. Когда Дакар появился в поле зрения, обходя ствол дерева, чтобы найти меня, я воспользовалась временем, пока он догадался посмотреть вверх и, вспомнив нашу первую встречу, внезапно не удержалась и, издав боевой клич, спрыгнула вниз. Он успел обернуться, но не сориентироваться и, как и в прошлый раз, поймав меня на лету, упал и сам.

— В этот раз ты хотя бы не дала мне в глаз.

— Для боевого мага вас слишком легко застать врасплох, — нагло заявила я, коварно улыбаясь своей победе.

— Я не боевой маг, — опроверг он мои слова.

— Мой отец решил, что вы боевой маг, — растерялась я.

— Я не закончил обучение, я не захотел быть боевым магом.

— Почему? — удивилась я. Кто не захочет быть боевым магом? Это же очень престижно.

— Посреди обучения у меня проснулся дух, — внезапно легко произнес это мужчина, — по окончанию обучения измеряется магический потенциал каждого мага, чтобы создать наиболее эффективную боевую группу, покрывающую недостатки друг друга.

— И если бы вы…

— Мы, кажется, давно перешли на ты, — поправил он меня улыбаясь.

— Я уже запуталась, — честно призналась я.

— Если бы я продолжил обучаться, все бы узнали о моих способностях, а я хотел сохранить это в тайне.

— А как тогда вы… ты оказался на должности ректора?

— Я хотел просто стать преподавателем, официально у меня четыре стихии, узнав это, мне сказали, что у них есть академия, которой нужен ректор с такими способностями.

— Эй! Вы куда пропали? Оу, ну вы можете дальше обниматься, у меня там есть замечательная бутылочка вина, она скрасит мое одиночество.

Опомнившись, и покрываясь краской, я поняла, что так и лежу на мужчине и тут же переползла в сторону, поднимаясь на ноги.

Освир действительно ушел, решив, что нам нужно уединение. Посмеиваясь, Дакар двинулся в сторону берега, где его друг уже открывал бутылку. Немного отряхнувшись, я тоже присоединилась к мужчинам.

— Итак, — Освир посмотрел на нас, — а теперь утолите мое любопытство, как же вы познакомились.

— Она напугала мою лошадь, и я свалился в канаву, — невозмутимо произнес Аден, ложась на плед и потянувшись к фруктам в корзине, чтобы взять виноград.

Освир засмеялся, смотря на нас немного с недоверием.

— Серьезно? — переспросил он у меня.

— Да, — подтвердила я, — на тот момент он это заслужил.

— А фингал я тоже заслужил? — поинтересовался мужчина усмехаясь.

— Ты ему еще и фингал поставила? — захохотал Освир.

— Во вторую нашу встречу, — добавил Дакар, ухмыляясь.

— Как? Я требую подробности!

— Он перелезала через стену, в тот момент как я обносил академию охранной магией от таких вот умников. И не придумала ничего, кроме как прыгнуть на меня и дать локтем в глаз.

— Я случайно, — простонала я, горя со стыда от воспоминаний о том дне.

Как то незаметно Дакар выболтал Освиру почти все наши встречи, даже не утаив о Шете. Опустив лишь о нашей с ним вылазке в магазин, что привело бы к нашей фиктивной помолвке.

— Я рад, что вы приехали, — Освир поднялся на ноги, потягиваясь, — но мне пора в дом, ко мне после обеда должны приехать по важным делам. Но вы оставайтесь, развлекайтесь ребятки.

Наклонившись, он снова взял мою руку, целуя ее.

— Пока Юна, еще увидимся.

Насчет последнего я сомневалась, но улыбнулась в ответ, попрощавшись.

Когда Освир ушел, ненадолго повисло неловкое молчание, и я снова откинулась на спину, уставившись на небо.

— У вас классный друг, — наконец произнесла я, чтобы заполнить тишину. Чуть повернув свою голову, я увидела, что ректор просто смотрел на воду, не испытывая неловкости. Встретившись со мной взглядом, он улыбнулся.

— Да, мы провели все детство вместе.

Убрав вино, он неожиданно подвинулся и прилег на спину рядом со мной. Отвернув свое лицо, я посмотрела на небо, стараясь не думать о близости мужчины. Его рука опустилась рядом с моей, и я почувствовала ее прикосновение, вроде бы случайное, но такое волнующее.

— То облако похоже на корабль, — вскинув другую руку, внезапно показал он на небо. Я прищурилась, действительно, похоже.

— А то, на рыбу, — приняла я его игру, отыскивая на небе еще одну фигуру.

— А то на сердце, — указал он на следующее, я почувствовала, как его пальцы коснулись моей руки, поглаживая. Мурашки побежали по телу от такого простого прикосновения, но я постаралась ничем не показать свое волнение.

— Нам не нужно вернуться? — напряженно поинтересовалась я.

— А ты хочешь?

Определенно не хотела. Точно не хотела, но эти прикосновения сводят с ума. Я промолчала, так и не найдя правильного ответа, но почувствовала как мужчина убрал свою руку, словно осознав что начало меня смущать.

— Предлагаю игру, каждый ищет фигуры, и победит тот, кто первым найдет двадцать.

— Хорошо, — согласилась я, изучая небо. У меня появилось странное чувство, что дружеская встреча как-то незаметно переросла в свидание.


Мы направились обратно в дом, когда уже начинало темнеть, успевая как раз к ужину, и я чувствовала себя не просто отдохнувшей, а полной сил. Не пугала даже встреча с моей «фиктивной» свекровью.

— Можно кое-что спросить? — мы спускались вниз по холму, в руках мужчины была уже пустая корзина, сверху на которой лежал свернутый плед.

— Что? — я наслаждалась видом вокруг.

— О каком привороте говорила бабуля?

Я тут же остановилась на месте, словно запнувшись. Мужчина тоже задержался, посмотрев на меня. Я заколебалась, не уверенная, стоит ли рассказывать, но с другой стороны, он уже знал сам факт и если промолчать, это будет выглядеть еще хуже, чем есть на самом деле.

— Я шла в комнату к Айку, — сказав это, я поймала на себе немного настороженный взгляд ректора, и вспомнила, как он считал, что меня что-то связывает с парнем, — и из его комнаты вылетел Исар и врезался в меня. И он повел себя немного странно и после этого стал … немного другим, — я вновь двинулась с места, направляясь в сторону дома.

— Что значит другим?

— Он стал делать намеки, которых раньше никогда не делал, — уклончиво ответила я.

— Какие? — не сдавался мужчина, смотря прямо перед собой.

— Грязные, — выдавила я из себя и тут же поймала на себе его взгляд.

— И что потом? — он выдохнул, словно сбрасывая напряжение.

— Айк признался, что он пришел к нему за зельем, и случайно выпил его экспериментальную настойку, он пытался создать вечный приворот.

— Вечный приворот? Пожалуй, стоит взять шефство над этим юным экспериментатором, чтобы избежать катастрофичных экспериментов. И что же стало с этим приворотом?

— Мы пытались это исправить, но в итоге только усилили. Он вдруг стал слишком милым, и….

— И?

— Хотел на мне жениться.

Теперь на месте застыл уже ректор, уставившись на меня.

— А вы?

— Что я?

— Хотели помолвки с ним?

— Нет, — поспешно заверила я мужчину, — еще чего не хватало!

— Я так понимаю, бабуля вмешалась? — задумчиво поинтересовался ректор.

— Да, она помогла с отворотом.

— А почему ты не пришла ко мне? — спросил он, смотря на меня. Я растерялась, прикусив губу. По-моему вопрос был глупым.

— И как бы это выглядело? Здравствуйте, тут такое дело. Ко мне парень вечным приворотом приворожился, случайно, может, поможете?

Легкая улыбка чуть тронула его губы, но тут же исчезла.

— Можно подумать, вы бы поверили, что это произошло случайно, — закончила я, вновь возобновляя движение и желая закрыть эту тему. Он быстро нагнал меня, поравнявшись.

— Я бы поверил.

— Хорошо, мне было неловко, я не хотела, чтобы вы об этом узнали.

— Почему, Юна? — не отставал мужчина, следуя рядом.

— Потому что я не хотела, чтобы вы обо мне думали плохо.

Мы уже достигли лужайки дома, и тема сама собой была закрыта. Переступив порог дома, мы тут же наткнулись на бабулю, которая похоже караулила нас у одного из окон.

— Где это вы весь день пропадали? — с любопытством оглядела она нас.

— Ходили к озеру, бабуля, — ответил Аден.

— Вы вовремя, — в холле появился Дакар старший, — скоро будет ужин.

Немного посидев в гостиной, мы скоро переместились в столовую, где к нам присоединилась и мать ректора. Женщина выглядела не настолько агрессивной как вчера, но я все равно была готова к ее нападкам. Такие как она, никогда не сдаются просто так. Однако за все время ужина они ни разу не бросила в мою сторону ни одного едкого слова и за столом воцарила вполне миролюбивая атмосфера и вскоре я перестала ждать подвохов.

— Вы уезжаете завтра утром? — спросила у нас бабуля под конец вечера.

— Да, переместимся, — ответил ей Аден, откладывая приборы.

— Тогда, может, посидим еще в гостиной? — предложила бабуля, поднимаясь из-за стола. Я поняла, что ей совсем не хотелось с нами расставаться.

— Конечно, — с легкостью согласился ректор, и я поднялась из-за стола вместе с ним. В гостиной к нам присоединились и родители мужчины. Когда я опустилась на один из свободных диванов, Аден присел рядом со мной и, закинув руку, внезапно обнял меня, притягивая к себе ближе и откидываясь на спинку. Немного скованная нашей близостью я постаралась меньше думать о его рук не своем плече и тому, как вновь соприкасаются наши тела и принять участие в разговоре.

— Насчет свадьбы, — внезапно заявила моя «фиктивная» свекровь, — где вы ее хотите справить?

Я замерла, посмотрев на женщину и внезапно поняла что она спросила это всерьез, без каких либо подтекстов или замыслов устроить скандал. Конечно, она по прежнему относилась ко мне с прохладой, но было очевидно, что женщина пытается меня принять. Повлияли ли на нее слова, сказанные бабулей или что-то другое, мне было не ясно, как бы то ни было, это поразило меня до глубины души. Я была уверена, что эта женщина будет бороться до последнего, лишь бы я не вышла за ее сына. В конечном счете, она бы получила что хотела, ведь помолвка была не настоящей.

— Мы еще не думали, — уклончиво ответил Аден, — хотели сначала съездить к родителям Юны.

— Все можно устроить прямо здесь! — оживилась бабуля.

— Неплохая идея, — подключился и Дакар старший, который стоял у приоткрытого окна, — у нас достаточно места, чтобы справить свадьбу прямо на природе. Что скажете, Аден, Юна?

— Мне нравится, — ответил ректор, мягко поглаживая мое плечо.

— Юна? — переспросила меня бабуля и я поняла, что должна что-то сказать.

— Да, — выдавила я из себя, — было бы здорово.

— Я бы могла на себя взять приготовления, — тут же продолжила бабуля, расцветая на глазах, а я почувствовала, как от этих разговоров мне становится не по себе.

— Я устала, — внезапно выпалила я, поднимаясь с дивана, — пойду отдыхать, извините, — побормотала я и направилась к выходу из комнаты, желая поскорее оказаться в комнате которую мне выделили. Уже быстро поднимаясь по лестнице, я услышала преследующую меня шаги.

— Юна, подождите!

Я остановилась, наблюдая, как ко мне поднимается моя «фиктивная» свекровь.

— Ваша помолвка, — начала она, и я приготовилась выслушать новые оскорбления, сжимая рукой перила, — я по прежнему считаю, что мой сын мог выбрать и другую девушку, но эти кольца, убедили меня быть снисходительной к его выбору.

— Что вы хотите сказать? — недоуменно переспросила я, не до конца улавливая основную мысль.

— Что я приму выбор своего сына, как приняла выбор своего сына мать моего мужа, — пояснила мне женщина и отмерев поднялась по лестнице дальше, скрываясь в своей спальне. Какое-то время я оставалась стоять на месте, шокированная услышанным, после чего быстро преодолела оставшийся пролет до третьего этажа и, наконец оказалась в выделенной мне комнате.


Лишь оказавшись внутри, я смогла перевести дыхание, но мне по-прежнему было нехорошо. Открыв окно, я жадно вдохнула в себя свежий вечерний воздух и, опираясь на подоконник, уставилась вдаль. Что я натворила? Все казалось странной игрой, до момента как мы приехали сюда, и бабуля не стала так оживленно планировать нашу свадьбу. Внезапно вся эта картина так ярко встала перед моими глазами, что я просто не смогла этого выносить. Не смогла выносить осознания того, что этого не будет, поскольку все это было лишь игрой. Игрой затеянной чтобы убедить древний дух огня, воплотившийся по воле случая в маленького, шкодливого дракончика-сводника. А если я завтра еще раз притворюсь парой в собственном доме, при собственных родителях, это станет еще реальней, чем сейчас. И, кажется, для меня это было слишком. Я стянула кольцо со своего пальца и, отойдя от окна, оставила его на столике, который располагался в углу. Можно было не сомневаться что его найдут утром, а я… я собиралась позорно сбежать. Снова подойдя к окну, выглянула вниз, в этот раз высота была куда больше и мне явно понадобится магия, но прежде чем я успела хотя бы поставить ногу на подоконник, в дверь постучали.

— Юна, — вместе с тем послышалось мое имя, и я нервно сглотнула, понимая, что это был Аден.

— Да? — напряженно отозвалась я.

— Все в порядке? — послышался немного обеспокоенный голос по ту сторону двери.

— Да, — соврала я, надеясь, что мужчина уйдет, но вместо этого он открыл дверь, заходя внутрь.

Мой взгляд тут же метнулся к столику, на котором я оставила кольцо, и это не укрылось от мужчины. Когда я посмотрела на него, то заметила, что он проследил за моим взглядом. Увидев меня у раскрытого окна, он мгновенно сделал правильные выводы.

— Побег? — спросил он, быстро пересекая комнату и поравнявшись со мной, захлопнул окно.

Я лишь стыдливо опустила глаза, не зная, что сказать.

— Почему? — тихо поинтересовался мужчина, пока я прятала глаза, — Юна, — его голос уже требовал ответа, — скажи мне почему?

Я сделала от него шаг назад и только тогда решилась поднять голову, чтобы ответить в лицо мужчине.

— Я так больше не могу! — выпалила я, вновь покосившись в сторону окна.

— Как не можешь? Мама что-то сказала тебе? Скажи, что она тебе сказала?

— Ничего, — я отвернулась, прикусывая до боли губу, чтобы сдержать наворачивающиеся на глазах слезы.

— Ты можешь сказать мне, — голос его стал немного мягче, нежнее и от этого стало еще хуже.

— Она сказала, что принимает меня! — выпалила я, оборачиваясь и прекращая сдерживаться, и пара слезинок выкатились из глаз. — И ваша бабушка так счастлива и планирует свадьбу, — продолжила говорить я, понимая, что теперь уже не смогу остановится, — а я просто не могу это слышать! Легко было представить что все это игра и ни к чему не приведет, но теперь все … все так реально.

— И тебя пугает, что все это стало реально? — ректор так внимательно смотрел на меня, что я поняла, он действительно пытается понять все, что я ему говорю.

Я молчала, понимая, что если постараюсь еще точнее выразить свои эмоции, то вновь, лишь сгорю со стыда.

— Что вы хотите, чтобы я сказала? — глаза были на мокром месте, но сейчас мне было все равно. — Разве я уже не достаточно сказала вчера на ужине?

Я шагнула подальше от окна, попятившись к двери.

— Вы, господин ректор, постоянно потешались надо мной и грубили, когда считали, что я испытываю к вам неуместные чувства. А что мне делать теперь? Эти кольца, — я посмотрела на свое кольцо, брошенное на столике, — если бы не они, я бы даже не поняла, что мне это приятно. Мне приятно, что все это стало реальным. Мне стыдно, что приходится признаваться в этом после всего, что произошло. И я уверенна, что если мы продолжил в том же духе, мне будет безумно больно, когда все это закончится.

Я остановилась, переводя дыхание после того как высказала все, что было у меня на душе. Можно было не сомневаться, что потом мне будет безумно стыдно за все свои слова. Словно подтверждая мою догадку, мужчина молчал, никак не комментируя эту тираду, вместо этого задумчиво подошел к столику и взял с него кольцо. Вот и все, наверняка теперь мы завершим эту нелепую игру, а я уеду в академию, чтобы вдоволь прорываться после всего, через что прошла по собственной вине.

— Я могу уехать в академию? — стараясь, чтобы мой голос не дрожал, спросила я.

— Нет, — отрезал мужчина, сжимая кольцо.

Я с удивлением смотрела на него, удивленная этой категоричностью.

— На самом деле мне тоже есть что сказать, — пояснил он, приближаясь, — но я хотел отложить это до нашего возвращения в академию.

Я молчала, не зная как на это реагировать, а он просто продолжил говорить.

— С самого начала я посчитал тебя ненормальной, стоило мне переступить порог академии как часть студенток стали смотреть на меня как на объект обожания, а часть со страхом в глазах. Но ты снова и снова шокировала меня. Каждый раз как ты влипала в неприятности, у тебя было очень забавное выражение лица. Как ректору ты доставляла мне множество проблем, но при этом постоянно веселила как человека. И все твои невезения каким-то мистическим образом сконцентрировались на мне. Если бы не наша встреча, еще до того, как ты узнала кто я такой, я бы не поверил, что ты делаешь это не нарочно, и я действительно иногда сомневался. Поначалу мне показалось, что ты решила продолжить привлекать мое внимание как и другие студентки, просто выбрав немного экстравагантный способ, но потом я понял, что ты меня боишься. Каждый раз, когда любая другая студентка стала бы флиртовать, пользуясь возможностью ты шла на попятные. И тогда, за ужином, не только ты призналась в своих чувствах, на мне было кольцо, Юна, и я сказал, что я влюбился, и это была чистая правда, но я не был до конца уверен, что ты влюблена в меня. После того как мы надели кольца, я все время думал что мне кажется что ты испытываешь что-то подобное, по той простой причине что мне самому безумно хотелось сделать или сболтнуть что-то такое, что я определенно не должен бы себе позволять. И сейчас я могу с полной уверенностью сказать, что с кольцами или без, и совершенно не зависимо от Шеты, я хочу, чтобы эта фиктивная помолвка стала настоящей.

Я замерла на месте, не в силах пошевелиться, в то время как мужчина остановившись всего в паре шагов от меня, неожиданно опустился на одно колено и поднял руку, сжимая в пальцах кольцо, которое я сняла совсем недавно.

— Ты и твое невезение согласны выйти за меня?

Кажется, даже если бы я попыталась, то не могла бы сейчас сказать ни слова, поэтому просто кивнула, все еще не веря, что все это происходит в действительности.

И тут же он поднялся на ноги, и, взяв мою руку, вновь надел кольцо, после чего обхватив мое лицо ладонями, поцеловал. Я стояла ни живая не мертвая, постепенно приходя в себя и отвечая на поцелуй, к моменту, как его руки обвили меня, прижимая к себе со всей силой. Он чуть отстранился, взволнованно заглядывая мне в глаза.

— Ты скажешь это вслух?

Я вновь кивнула, по-прежнему не проронив ни слова. Увидев его взволнованный взгляд, поняла, что действительно до сих пор так ничего и не сказала и, набравшись духу, открыла рот.

— Да.

— А ты точно понимаешь что происходит? — на его губах появилась довольная и чуть издевательская улыбка, в то время как напряжение пропало.

— Кажется, я только что согласилась замуж выйти, — пробормотала я, — мамочки…

— Ага, — довольно подтвердил мужчина, искренне наслаждаясь моим шоком.

— А еще вы мне в любви признались, — пробормотала я, припоминая всю речь.

— Ага, — снова подтвердил он, продолжая прижимать меня к себе и заглядывать в мои глаза.

— Кажется у меня возникло это странное чувство… — пробормотала я.

— Это какое еще? — требовательно спросили у меня, мимолетно касаясь губ поцелуем и снова отстраняясь.

— Упс…

Он рассмеялся, снова наклоняясь, чтобы поцеловать меня, а я просто почувствовала, как моя голова полностью отключается.

Громкий чих за дверью заставил нас оторваться друг от друга и переглянуться.

— Вы продолжайте, продолжайте, — послышалось из-за двери.

Мы тут же отпрянули друг от друга, и ректор кинулся к двери, распахивая ее. С другой стороны, конечно же, оказалась бабуля.

— Бабуля! — хором возмутились мы.

— Хотела узнать как ты деточка, — развела руками старушка, — я же не знала, что у вас тут страсти творятся. Но вы продолжайте, продолжайте…. — и, развернувшись, она, постукивая тростью, поспешно двинулась обратно к лестнице.

— Ага, конечно не знала, — ухмыльнулся ректор, смотря бабуле Августе вслед.

Я почувствовала, как краснею, понимая какую картину только что лицезрела бабуля. Аден тем временем ненадолго прислонился головой к краю двери, после чего вновь выпрямился и внезапно пересек комнату, останавливаясь у окна.

— Что ты там делаешь? — насторожилась я. Вскоре мужчина обернулся с довольным лицом и снова подошел ко мне, притягивая меня на секунду, чтобы снова мимолетное поцеловать.

— Немного подстраховался, на случай если тебе захочется вылезть в окно. Спокойной ночи, — и вновь притянув меня к себе, поцеловал, так что у меня чуть не подкосились ноги от нехватки воздуха, после чего резко отстранился и покинул комнату. Вновь чувствуя себя рыбой, выброшенной на сушу я несколько раз открыла и закрыла рот, после чего улыбаясь как дура, попятилась и повалилась спиной на кровать, расставив руки и образовав собой довольную звездочку.

Глава восемнадцатая

Вопреки ожиданию, наше путешествие к моим родителям меня уже не пугало. То ли я была настолько наполнена эйфорией, что ничего не понимала, то ли действительно не могла еще всего осознать. Рано утром Аден вновь разбудил меня, принеся завтрак в постель, после чего мы спустились в холл, где попрощались с семьей. Мать Адена лишь сдержано кивнула мне, пожелав нам удачного дня и велев своему сыну договориться о совместном ужине с моими родителями. Дакар старший поцеловал мне руку и похлопал сына по плечу, подмигнув, зато бабуля стиснула меня в таких объятиях, что я на мгновение перестала дышать. К моменту, когда мы, держась за руки, переместились в столицу совсем недалеко от моего дома, я все еще продолжала глупо улыбаться, и мне казалось, что это будет продолжаться весь день.

— А почему так далеко? — поинтересовалась я, увидев перед собой прямо то место, где состоялась наша первая встреча, а точнее путешествие мужчины вниз по склону.

— Хотел немного пройтись, — пояснил он, увлекая меня за собой вперед. Я чуть склонила голову, изучая лицо ректора, и меня поразила внезапная догадка.

— Ты боишься!

— А ты думала тебе одной страшно знакомиться с родителями? — удивился он.

— Технически с моими ты уже знаком, и не раз.

— Да, но боюсь, последний раз значительно подпортил впечатление, — поморщился он, вспоминая сцену на балу.

— Я написала им, что это было недоразумение.

— А они что?

Мы уже приближались к дому, где нас ждал еще один семейный день.

— Эм… — протянула я, не зная как лучше сказать, — написали, что при встрече поговорим.

— Я начинаю понимать, почему ты лезла в окно, — вырвался у мужчины нервный смешок, когда мы ступили на территорию дома моих родителей.

Стоило нам постучать, дверь открылась сразу. На пороге был мой отец, окинувший нас цепким взглядом с головы до ног.

— Проходите, — посторонился он, пропуская нас в дом, из глубины которого уже появилась моя мать.

Теперь смущение начинало накатывать и на меня, хоть я и продолжала глупо улыбаться.

— Добрый день, — немного нервно произнес ректор, оглядывая моих родителей, чтобы определить их настроение.

Моя мать лишь посмотрела на мою глупую улыбку и наши сцепленные руки и махнула рукой.

— Идите в столовую, я пирожки напекла.

— Пирожки! — я мгновенно отпустила руку Дакара, ринувшись в указанном направлении, когда же вновь выглянула в коридор, уже жуя один из добытых трофеев, увидела как мой отец, пожимает ему руку.

Довольная я пошла обратно, дожидаться, когда мужчины к нам присоединятся.


Все прошло неплохо, конечно мы волновались, и я даже не уверена кто сильнее, пока родители расспрашивали нас обо всем, но после матери ректора, это уже было трудно назвать сложным испытание. После обеда с семьей мы сбежали в оранжереи, давая родителям время переварить услышанное и в свою очередь возможность себе перевести дух.

— Кажется, все прошло не так уж и плохо, — подвел итог Аден, когда мы прогуливались между цветами.

Воздух здесь был приторным от наполнявших его запахов.

— Да, — согласилась я, улыбаясь, — отлично.

Секунда и меня подхватили, закружив в воздухе, а когда ноги вновь коснулись земли, поцеловали.

— Шета будет доволен, — пробормотала я. Секунду другую было молчание, а потом я отстранилась, понимая, что кое какую деталь мы действительно упустили из виду.

— А с кем остался Шета? — спросила я, понимая, что за всеми своими переживаниями совсем позабыла про неуемную жажду приключений у дракончика.

— Бабуля сказала, что провела с ним воспитательную беседу, — пояснил Аден, убирая мои волосы, которые упали на глаза, — и что он не навредит академии и ее ученикам.

Его рука ненадолго задержалась на моей щеке, поглаживая, в то время как на лице тоже начало появляться беспокойство.

— Мы ведь о Шете говорим, — напомнила я.

— И я об этом подумал… — согласно пробормотал мужчина, — как думаешь, насколько приличным будет, если мы уйдем сейчас?

— Если сослаться на важные дела в академии, думаю, нам это простят, — заявила я, сама хватая мужчину за руку и потянув к дому.

— Да что он может сделать? — убеждал он по пути то ли меня, то ли себя.

— Ввести моду на лысую голову, — предложила я самый безобидный вариант.

Теперь, когда первая эйфория слетела, и страх перед выходными в знакомстве с родителями прошел, я все больше начинала волноваться, понимая, что Шета оставленный без присмотра это плохо. Судя по лицу Адена, он тоже понял свою ошибку. К счастью родители с пониманием отнеслись к тому, что нам нужно вернуться в академию и прямо из дома мы переместились на территорию.

Помня, что мы оказались в академии, я убрала руки из ладони ректора. Если смотреть на здание с улицы, оно было цело и у меня сразу отлегло от сердца.

— По крайней мере, он не разрушил башню, в которой живет, — оптимистично заметила я, свято веря, что действительно все обошлось.

— Похоже, мы поторопились, можно было остаться у тебя дома подольше, — согласился мужчина, когда мы ступили на порог академии, но стоило нам оказаться в холле, как мы поменяли свое мнение. Все помещение преобразилось, поскольку было наполнено шарами и прочими украшениями, а посреди этого великолепия виднелся огромный транспарант с надписью, которая заставила схватиться меня за сердце.

«Здесь вершилась великая история любви Юны Аро и Адена Дакара».

— Мамочки…. — прошептала я, мгновенно материализуя в руках огненный шаг и запуская во все это великолепие, чтобы уничтожить надпись.

— Думаю, ее все равно уже видели, — философски заметил Аден, смотря на обгоревшее полотно.

— Я его убью, — прошипела я, кидаясь к лестнице.

Тут и там по всей академии мне встречались сердечки, а местами и веселые надписи вроде «Тили-тили тесто жених и невеста», «Юна + Аден = Любовь». По пути нам попалось несколько адептов, которые при виде нас захихикали и посмотрели с нескрываемым любопытством, я же неслась напролом, торопясь как можно скорее оказаться в башне духа-сводника. Последним ударом стала дверь спальни ректора, которую я сначала пробежалась, но потом остановилась и, вернувшись, удостоила взглядом. На ней гордо значилось «Комнат жениха» а чуть ниже наглая надпись «Здесь была Юна»,

— Я его убью, — вновь повторила я, переглянувшись с Аденом, на лице которого появилось точно такое же выражение кровожадности, и мы еще резвее кинулась в сторону башни. Та тоже была украшена, но надписей на себе не имела. Когда я влетела по лестнице вверх, входя в первую комнату, то сначала услышала музыку, лишь потом увидев дракончика, который напевая листал ни что иное как свадебный журнал.

— Юна!! — вскочил он при виде меня, радостно подпрыгивая. — Я уже подобрал тебе несколько платьев!!

— Убью, — только и смогла произнести я, оглядывая комнату в поисках подходящего оружия.

— Ты что с академией сделал?! — послышался за моей спиной возмущенный крик моего жениха.

— Как что, — на мордочке дракончика отразилось недоумение, — бабуля сказала, готовься к свадьбе, вот я и готовлюсь, выкуп уже продумал, комнаты украсил, академию украсил.

— Убью, — прошипела я, понимая, что на моей комнате сейчас красуется надпись «Комната невесты» и схватила валявшийся в углу веник. Шета, осознав, что его старания не оценили, тут же поджал хвост, прикрывая тылы.

— Только вы рано, — разочарованно протянул дракончик, пятясь, — я хотел эту башню обустроить как ваше совместное гнездышко.

— Обустроишь, — коварно пообещала я, — после того как я тебе задницу надеру.

— Ну хоть ты ее останови, — взмолился дракончика, смотря за мою спину, где был Аден.

— И не подумаю, ты еще после будешь отдирать, и оттирать свои художества во всей академии.

— Все равно их все видели, — насупился дракончик.

— А вот это говорить не стоило, — с легким сочувствием заметил ректор в тот момент, когда я ринулась в бой за удирающим от меня дракончиком.

Эпилог

Хоть дух и должен был исчезнуть, выполнив свою шалость, он нагло заявил, что останется до самой свадьбы, и мы, если честно, не были против. Привыкнув к Шете, я уже не представляла какого нам будет без него. С такими помощниками как дракончик и бабуля мне не пришлось ничего делать, нужно был лишь кивать, когда они увлеченно занимались планированием свадьбы и изредка останавливать самые безумные идеи. Насчет башни Шета не шутил и действительно обустроил ее для нас, а устроенная им шумиха по поводу нашей помолвки свела академию с ума, отчего факт моего переселения в башню после предполагаемой свадьбы как то померк.

Больше всех возмущалась Ирма Кармировна, ровно до тех пор, пока Шета не изрыл всю библиотеку и доподлинно доказал что ни в одном законе или уставе не запрещается играть эту свадьбу или жить вместе в стенах академии. После и сам Аден поговорил с женщиной, правда, о самой беседе рассказывать мне отказался, лишь поклялся, что не использовал дух.

Как то постепенно мои мечты о боевой магии отошли на дальний план и появились мысли о том, чтобы и после обучения остаться в академии в качестве преподавателя. Сейчас же я стояла в свадебном платье в той самой гостевой комнате и смотрела на себя в зеркало, не веря, что все это действительно происходит. Внизу была суета и гам и совсем скоро должна была состояться церемония нашего стихийного венчания, от мысли о которой у меня просто подламывались коленки.

В мою дверь забарабанили, и я распахнула ее, увидев на пороге запыхавшуюся Айлин.

— Что случилось? — оглядела я подругу.

— Там Шета… — только и смогла сказать она, как я уже подхватила платье готовая бежать, — собирается в столовой на стене выжечь сердце с вашими именами

— Что??? — закричала я, вылетая из комнаты. Он одной мысли о выжженном сердце на стене любой из комнат мне стало дурно. Представляю, как на это отреагирует моя свекровь.

— А Аден где? — спросила я, спускаясь следом за Айлин по лестнице.

— Долгая история, — как-то слишком обреченно заметила девушка.

В гостиную мы успели вовремя, дракончик еще только примерялся, изучая свое творческое полотно в виде чистой стены.

— Не смей этого делать, — строго я начала прямо с порога.

— Ну почемууууу, — захныкал Шета, поворачиваясь к нам, — нажаловалась значит, — проворчал он, смотря на Айлин, — это было бы так мило!

— Во-первых, Шета это вандализм, а во-вторых, что тебе сказала бабуля?

— Веди себя примерно иначе… — дракончик закашлялся, неловко закончив фразу, — уши надерет.

Я уже собиралась продолжить воспитательную беседу, как в столовую через одну из дверей влетел Айк.

— Шета, шухер! Свекровь наступает!

— А ты почему ему помогаешь? — возмутилась Айлин, увидев парня.

— Смываемся, — прервал ее Айк, хватая за руку и утаскивая в соседнее помещение.

Я увидела в окно, как женщина приближается к дому, уже ступая на крыльцо.

— Смываемся! — скомандовал мне дракончик, протягивая лапу и тоже утягивая меня из столовой.

— Признавайся сразу, — прошипела я, — что ты еще натворил?

Дракончик, не теряя времени, уводил меня вглубь дома. Услышав мой вопрос, он какое-то время колебался, но потом здраво рассудил, что я в любом случае все узнаю.

— Когда заказывал чехлы на стулья с именами гостей, заказал для нее чехол с надписью «Злобная свекровь». Аден это сейчас исправляет.

— Что ты сделал? — ужаснулась я.

— Правда ведь, — насупился дракончик.

— Не знаю как, но ты сейчас же извинишься, — прошипела я, и, слыша шаги свекрови, быстро скользнула в единственную спасительную дверь, ведущую в библиотеку и захлопнула ее за собой, отрезая Шете путь к отступлению. Оставалось надеяться, что они успеют помириться к церемонии.


Я подошла к окну, которое так удачно выходило в сторону нашего свадебного алтаря. Гости уже собрались, переговариваясь и занимая свои места. Примирению Шеты и свекровь мне мешать не хотелось, и я порадовалась тому, что в доме Адена все комнаты на первом этаже имели два входа и выхода.

Вторая дверь вела в гостиную, но прежде чем я успела выйти, она распахнулась, и в библиотеку влетел Аден.

— А ты что здесь делаешь? — хором спросили мы друг у друга. Мужчина оглянулся и поспешно закрыл за собой дверь.

— Ничего не бери у бабули! — велел он мне без предисловий.

— А что? — насторожилась я, снова отходя на середину комнаты. — Она что-то задумала?

— Ага, — подтвердил мужчина, отряхивая свой костюм, — правнуков!

— А если я уже взяла? — испуганно уточнила я.

Мужчина замер, окинув меня взглядом с ног до головы.

— Что? — по-деловому уточнил он.

Я вскинула руки, отыскивая на затылке замок.

— Ожерелье, — простонала я, пытаясь отцепить от себя украшение. Оно напоминало тонкую паутину, которая спускалась на кружево платья, и красиво переливалось на солнце, но сейчас я уже не была уверена, что оно мне нравится.

— Давай помогу! — вызвался мужчина, заходя мне за спину. Его руки на удивление быстро справились с замочком, однако когда я попыталась снять ожерелье, то поняла, что паутина зацепилась за платье.

— Ну давай же, — простонала я, пытаясь отцепить его.

Аден обошел меня, пытаясь помочь. Тонкое кружево жалобно отзывалось на каждую нашу попытку. Похоже, ожерелье не собиралось покидать мое тело и сопротивлялось.

— Не порви мне платье! — охнула я, когда надавив сильнее в попытке отцепить бусину от кружева мужчина чуть не оставил у меня на груди дыру.

— Тогда снимай, — велел он, убирая руки, и делая шаг назад.

— Что? — опешила я.

— Платье, — терпеливо пояснил он.

— Да нееет, — проблеяла я, снова берясь за ожерелье, — давай еще попытаемся.

— Не хочу тебя расстраивать, но артефакт понял, что его пытаются снять и сопротивляется.

— Как? — опешила я, почувствовав себя еще более неуютно от осознания, что ожерелье на моей груди было настолько «живым»

— Цепляется за платье, — терпеливо пояснил мужчина.

— И как его заставить перестать цепляться за платье? — потребовала я ответа.

— Снять платье, — вновь выдвинул свое предложение мужчина. — Когда ожерелье перестанет чувствовать свой объект, то есть тебя, оно успокоится. И пока оно не ожило и само не вернулось на твою шею, намертво закрыв замок, лучше поторопиться.

— А оно и так может? — ужаснулась я, косясь на свою грудь.

— Скажем так, существуют артефакты, которые могу двигаться к своему «носителю», относится ли этот к ним — пока не понятно. Но то, что оно сопротивляется это точно. Но если ты… если мы… — мужчина замялся, — в общем, можешь не снимать.

— Ну уж нет, — ужаснулась я, перспектива стать мамой так и не окончив академию меня не радовала, и, развернувшись к своему жениху спиной, я робко попросила, — помоги расшнуровать.

С платьем мы справились достаточно быстро, и как только я высвободись, вылезая из него и отходя в сторону, Аден легко отцепил ожерелье.

— Я же говорил, поможет, — победно заявил он, кладя артефакт на стол и по-прежнему сжимая мое платье в руках. К тому времени как он обернулся, я уже успела добежать до окна и замотаться в шторы.

— Не смотри на меня! — велела я.

— Юна, иди сюда, надо тебя снова одеть, — нервно заметил Дакар, отводя от меня взгляд.

— Глаза закрой! — велела я.

— Я уже все равно все видел, — коварно заявил мужчина.

— Наглец! — возмутилась я.

— И все равно все увижу вечером, — уже более теплым, я бы даже предвкушающим голосом заметил он, заставляя меня покраснеть.

— Сама оденусь, — упрямо ответила ему я, продолжая прикрываться шторой.

Продолжить наши препирательства нам не позволил крик из соседней комнаты.

— Аден! Где ты!! — без труда можно было узнать голос Освира, приближающегося прямо к библиотеке. Кинув платье в сторону кресла, Аден поспешил к дверям.

— Я Айлин позову! — сказал он мне, прежде чем выскочить из библиотеки и перехватить друга до того как он вошел и заметил меня в таком виде.

Когда он ушел, я добравшись до платья, влезла в него, придерживая, но зашнуровать сама не могла. К моменту как я размышляла о том, как бы половчее сделать это магией, дверь открылась и в комнате появилась моя подруга. Айлин на секунду замерла, окидывая мой внешней вид взглядом.

— А платье ты зачем снимала? — полюбопытствовала она, закрывая за собой дверь.

— Долго рассказывать, — ответила я, отчаянно краснея, и покосилась на ожерелье на столике.

— Ммм… вот и ректор Дакар так ответил, когда я спросила, зачем срочно нужна тебе в библиотеке.

Айлин быстро помогла мне зашнуровать платье. Как только мы покинули библиотеку, то встретили Айка, как всегда встрепанного и немного запыхавшегося.

— Айлин, пора идти в сад. О, Юна, ты уже здесь?

— Ну да, — растерянно ответила я.

— Мне казалось, я тебя только что видел, — парень почесал голову, озадаченный, — идите обе в сад, пор начинать церемонию.

Мое сердце тут же екнуло, и ноги почти отнялись от мысли что «Пора!», но остаться на месте мне не позволила Айлин, подхватывая под руку и потянув за собой на улицу, где нас уже ждали гости и священник.

Как и ожидалось, Аден уже стоял у алтаря, при виде меня на губах его заиграла счастливая улыбка. Подруга передала меня в руки отца, задача которого была довести невесту до конца этого пути. Где-то заиграла музыка, но для меня все это было как в тумане. Когда мою руку передали Адену, и я ступила на алтарь, по коже пробежались мурашки. Я оглянулась в зал и увидела своих родителей и бабулю Августу, но почему-то нигде не было свекрови и Шеты. Слова священника заставили снова обратить все свое внимание на Адена, который взял мои руки в свои и мы замерли друг напротив друга.

— Да будете благословлены вы духом огня, пусть он греет ваш дом, топит в сердце лед и согревает ваши отношения.

Священник зажег огонь в одной из чаш перед ним. Я удивленно вздохнула, почувствовав тепло стихии, которая коснулась нас, благословляя.

— Да будете благословлены вы духом воды, пусть он поможет вам справиться с течением времени и сохранить любовь друга-друга как он сохраняет реки непрерывно движущиеся вперед.

И именно после этих слов раздался громкий возмущенный крик со стороны дома.

— Стойте! Самозванка!

Я не сразу поняла, что обращались ко мне. С порога дома слетела мать Адена, размахивая руками и гневно пытаясь остановить церемонию. Но что еще любопытней прямо за ее спиной, торопясь остановить женщину, неслась я! И тут стало понятно, что Шета не помирился с моей свекровью, он просто надел иллюзию, чтобы избежать скандала. Бабуля среагировала быстрее всех, вскочив с места и переводя взгляд с одной невесты на другую пытаясь вычислить настоящую, пока другие гости просто не понимали, что им делать.

Я взирала на все это безумие с каким-то обреченным смирением. Шета несся за матерью Адена и, достигнув ее посреди пути к алтарю, решился на отчаянные меры, прыгая, чтобы остановить женщину. Священник тихо обратился к великому духу, наблюдая как две, вроде бы приличные дамы, оказались на земле в яростной схватке. И тут в бой вступила бабуля. Она уже разобралась в ситуации и, судя по ее дальнейшей реакции, прекрасно знала, кем являлась фальшивая невеста.

— Я же тебе сказала никаких проделок! — воскликнула она, занося свою трость и прицельно ударяя дракончика, тот взвыл и мгновенно сбросил иллюзию, отпуская мою свекровь и отползая в сторону с повинным видом. Я перевела взгляд на Адена, на лице которого читались те же эмоции что и у меня, хоть мы и старались сделать все идеально в глубине души каждый из нас понимал, наша свадьба обязательно должна подкинуть нам сюрприз, самый нелепый из всех, что можно себе представить. Я засмеялась, чем удивила священника, находившегося в ужасе от происходящего.

— Продолжайте, — обратился к нему Аден, удивив его еще сильнее.

— Но… — попытался было возразить священник, снова посмотрев на безумие творившееся внизу.

— У нас в семье так принято, — успокоил его ректор Дакар, усмехаясь, — можете не обращать внимания.

И за то время пока часть нашей семьи продолжала разбираться, кто виноват в сорванной свадьбе, мы завершили церемонию. Бедлам закончился в тот момент, когда нас объявили мужем и женой, и сад озарила яркая вспышка, после которой мы поцеловались. Когда я отстранилась от мужчины то поняла что вокруг царит неестественная тишина и обернувшись к гостям увидела наших встрепанных родственников, которые замерли с удивленно раскрытыми ртами, осознавшими, что свадьба, которую они уже посчитали сорванной, только что завершилась.

— Урааааа! — первым отмер Шета, резко взмахивая крыльями, поднимаясь в воздух и кружа над гостями.

— Ты у меня еще покричишь! — бабуля потрясла тростью в воздухе, грозя духу, — я из-за тебя чуть невестку не потеряла.

Однако говоря это, она улыбалась и, похоже, уже совсем не злилась на Шету.


А дальше начался водоворот поздравлений. Я улыбалась и смеялась ровно до тех пор, пока этот поток не иссяк и последним к нам не подошел Шета. Гости уже уходили в другую сторону сада, где были накрыты слоты для продолжения празднования. Драконник неуверенно мялся, подходя к нам и на мордочке его было виноватое выражение.

— Не думал я, что так получится, простите, — промямлил он.

Словно из ниоткуда вынырнула бабуля, но в этот раз пожалела дракончика и не стала бить его тростью.

— Шалости у тебя в крови, что ж ты за дух-то такой, — в ее ворчании слышалась любовь к дракончику.

— Ага, шалости я люблю, — довольно улыбнулся дух и неожиданно стал таять в воздухе, — и моя главная шалость удалась.

Я испуганно округлила глаза, понимая, что пришло время прощаться.

— Нет, — говорить прощай не было сил. Руки Адена обняли меня за плечи, прижимая к себе, и он ответил за нас двоих.

— Отличная вышла шалость, Шета.

Дракончик растворился в воздухе, и я почувствовала, как защипало мои глаза. Не в силах сдержать слезы я всхлипнула, чувствуя, как руки Адена сжимают меня сильнее.

— А где ожерелье, которое я тебе подарила Юна? — спросила у меня бабуля, делая шаг ближе и потрепав по плечу.

За меня вновь ответил мой новоиспеченный муж.

— Бабуля, я все понимаю, но нам с Юной не нужно больше никаких артефактов, дальше мы и сами справимся.

— Какие еще артефакты? — искренне удивилась бабуля.

— Ожерелье же было артефактом, — уже как-то неуверенно произнес Аден и я непонимающе посмотрела на этих двоих.

— Не было оно артефактом, — возмутилась бабуля, — я в этом ожерелье замуж выходила! Ишь чего удумал! И Юнну заставил его снять небось! И что же это за артефакт по-твоему?

Я увидела, как Аден начинает бледнеть, понимая, как ошибся.

— Но ты подошла ко мне и сказала, что счастлива, что скоро твоя мечта о правнуках осуществится. А потом сказала что тут уже поработает кое-что посильнее наших колец.

— Бестолковый, — в этот раз бабуля не поленилась дотянуться до головы внука и дать ему подзатыльник, — я про любовь говорила, а не про артефакты.

— Извините, бабуля, я не знала что это ваше ожерелье, — всхлипнула я.

— Ну, ничего, — Августа нахмурилась и, развернувшись, с каким-то слишком решительным видом направилась к дому.

— Бабуля, что ты задумала? — испуганно окрикнул ее Аден с виноватым выражением лица.

Старушка лишь ненадолго задержалась и потрясла тростью в воздухе.

— Ты лучше свою жену успокой! Кто же плачет на свадьбах! А я пошла вызову вам свадебный подарок, пусть нашалит мне правнуков! Штук двадцать, не меньше и пока не справится с этим пусть никуда не уходит.

— Что она имеет в виду? — растерянно переспросила я у мужчины, когда бабуля снова направилась к дому.

На лице Адена появилась хитрая улыбка.

— Она пошла призывать Шету и что-то мне подсказывает, что ничто ее не остановит. Так что тебе лучше перестать плакать дорогая, иначе он тоже расстроится.

И сказав это он притянул меня к себе, вытирая пальцами слезы с щек и целуя.


Купить книгу "Шалость судьбы" у автора Готина Ольга

на главную | моя полка | | Шалость судьбы |     цвет текста   цвет фона