Book: Обречённая



Обречённая

Морган Райс

Обречённая

Данная книга является художественным произведением. Имена, герои, названия организаций, мест, событий и происшествий являются вымышленными. Любое совпадение с реальными имена и жизнями людей, ныне живущих или умерших, является случайным.


Фото на обложке: Copyright Subbotina Anna. Используется с разрешения Shutterstock.com.

* * *

О Морган Райс

Морган Райс – автор бестселлеров #1 и популярнейший автор по версии издания «USA Today». Она является автором эпической фантастической серии «КОЛЬЦО ЧАРОДЕЯ», состоящей из семнадцати книг; молодёжной серии #1 «ЖУРНАЛ ВАМПИРА», состоящей из одиннадцати книг (и число их растёт); популярной постапокалиптической серии #1 «ТРИЛОГИЯ ВЫЖИВАНИЯ», включающей в себя две книги (и число их растёт), и новой эпической фантастической серии «КОРОЛИ И ЧАРОДЕИ», состоящей из двух книг (и число их растёт). Книги Морган Райс доступны в виде печатных изданий и аудио книг, а также переведены на более чем 25 языков мира.


Морган Райс ценит ваше мнение. Заходите на www.morganricebooks.com, подпишитесь на рассылку и получите бесплатную книгу, бесплатные призы и подарки, загрузите бесплатное приложение и получите доступ к эксклюзивным новостям. Оставайтесь в курсе и общайтесь с Морган на Facebook и в Twitter!

Отзывы о Морган Райс

«Отличная конкуренция «СУМЕРКАМ» и «ДНЕВНИКАМ ВАМПИРА». Книга настольно увлекательна, что вы вряд ли от неё оторвётесь, пока не дочитаете до конца! Если вы любите книги о приключениях, любви и вампирах, эта книга – для вас!»

– Vampirebooksite.com (об «Обращённой»)

«Морган Райс отлично удаётся сразу же увлечь вас сюжетом, используя великолепную способность описывать события так, что это выходит за пределы обычного обрисовывания ситуации… Книга хорошо написана и очень легко читается.

– Black Lagoon Reviews (об «Обращённой»)

«Отличная книга для молодёжной аудитории. Морган Райс удалось создать довольно интересный сюжет, …уникальный и неизбитый. Книга рассказывает о девушке… необычной девушке!.. Произведение очень легко читается и отличается чрезвычайно динамичным сюжетом… Книга категории «на усмотрение родителей» (PG)».

– The Romance Reviews (об «Обращённой»)

«Я сразу же влюбился в эту книгу и не отрывался от неё, пока не дочитал… Сюжет книги представляет собой удивительное, динамичное и захватывающее приключение. Она не даст вам заскучать».

– Paranormal Romance Guild (об «Обращённой»)

«Произведение наполнено экшеном, любовными переживаниями, приключениями и загадками. Книга заставит вас вновь пережить трепет первой любви».

– vampirebooksite.com (об «Обращённой»)

«Отличный сюжет. Это тот тип книги, читая которую очень трудно оторваться. Захватывающий конец романа настолько великолепен, что вы сразу же захотите приобрести следующую книгу, хотя бы для того, чтобы узнать, чем же всё это закончилось».

– The Dallas Examiner (о «Любимой»)

«Морган Райс ещё раз доказывает, что она – чрезвычайно талантливый писатель… Книга понравится читателям разных возрастов, включая молодых поклонников жанра фэнтези/вампирских романов. Вас шокирует увлекательный и неожиданный конец этой книги».

– The Romance Reviews (о «Любимой»)

«Живут желанья так с судьбой не в лад,

Что замыслы летят вниз головой.

Пусть мысль – моя, исход ее – не мой».

Уильям Шекспир, «Гамлет»

Глава первая

Кейтлин Пейн стояла в подсобке бара «У Пита». Здесь же находились Калеб, Сэм, Полли и десятое полицейских. Внимание их было приковано к небольшому, разбитому вдребезги окну, через которое было видно тёмное небо, освещённое светом полицейских сирен. Кейтлин гадала, что могло произойти с её дочерью. Скарлет – смысл всей её жизни – была где-то далеко, в ночи, одна и наверняка испугана. Эти мысли разрывали Кейтлин сердце. Хуже мысли о том, что дочь пропала, была мысль о том, кем она стала. Кейтлин никак не могла выкинуть из памяти воспоминание о последнем взгляде дочери, который она увидела перед тем, как та выпрыгнула в окно. Это была уже другая Скарлет.

Это было какое-то другое существо.

Кейтлин содрогнулась, думая об этом. Как бы она ни старалась отогнать от себя подобные жуткие мысли, она понимала, что не ошибалась. Кейтлин отказывалась принимать реальность, отказывалась верить, что Скарлет больше не была обычным человеком, что Скарлет стала настоящим вампиром. Кейтлин пыталась убедить в обратном Эйдена, священника, Калеба и, главное, саму себя в надежде, что причина крылась в другом. Больше от правды бежать она не могла. У неё иссяк запас невинных объяснений происходящего.

С замиранием сердца Кейтлин всмотрелась в темноту ночи. На этот раз она всё видела собственными глазами. Её дочь превратилась в вампира и напала на человека, получив от этого сверхчеловеческую силу. Она отшвырнула крепкого мужчину в стену, словно зубочистку, а потом с такой молниеносной скоростью выпрыгнула из окна, что не оставалось сомнений в том, что обычный человек просто не мог этого сделать. Кейтлин также понимала, что как бы они ни старались, поймать Скарлет им не удастся – полиция просто тратила время впустую.

Этот случай также отличался от других тем, что Кейтлин была не единственной свидетельницей превращения дочери. Она видела, как изменились в лице Калеб, Сэм и Полли. Она видела, что они были не только шокированы, но и испуганы. Скарлет, человек, которого они любили больше всех в мире, была уже не той, что прежде.

Такое могло произойти в ночном кошмаре, сказке или легенде, но Кейтлин никогда не могла и предположить, что когда-либо станет свидетелем чего-либо подобного в реальной жизни. Случившееся изменило не только её мнение о Скарлет, но и обо всём мире. Неужели всё это реально? Неужели на нашей планете живут не только люди?

«Миссис Пейн?»

Кейтлин развернулась и увидела стоящего рядом с ней офицера. В руках у него были блокнот и ручка, и он терпеливо ждал её ответа.

«Вы слышали мой вопрос?»

Дрожа всем телом и едва понимая, что происходит, Кейтлин отрицательно покачала головой.

«Простите, – сказала она осипшим голосом, – не слышала».

«Я спросил: как вы думаете, куда могла направиться ваша дочь?»

Кейтлин вздохнула и задумалась. Если бы речь шла о старой Скарлет, то ответ не заставил бы себя ждать: она могла пойти к подруге; в спортзал; на свидание; на стадион…

Но когда речь шла о новой Скарлет, Кейтлин даже не могла представить, что ответить.

«Хотелось бы мне знать», – наконец ответила она.

К ним подошёл ещё один полицейский.

«Может, она пошла к кому-нибудь из друзей? – спросил он. – К своему парню?»

При слове «парень» Кейтлин оглянулась и осмотрела комнату, ища загадочного юношу, которого встретила в баре. Он сказал, его звали Сейдж. Это было всё, что он сказал, будто она уже должна была его знать. Кейтлин должна была признать, что никогда не встречала никого, похожего на этого мальчика. От него исходила невероятная сила, и он больше напоминал взрослого мужчину, чем подростка. Одетый во всё чёрное, с выразительными глазами и красивыми скулами, он напоминал пришельца из другого века.

Но это было не самое странное. Кейтлин отлично помнила, как он расправился с посетителями бара. Она знала, что Калеб и Сэм могли за себя постоять, но этому парню удалось в считанные секунды справиться с нападающими, хотя ни у Калеба, ни у Сэма этого не получилось. Кто был этот мальчик? Как он здесь оказался?

И почему он искал Скарлет?

Оглядев помещение, Кейтлин его нигде не увидела. Каким-то невероятным образом Сейдж тоже куда-то исчез. Как он был связан со Скарлет? думала Кейтлин. Материнский инстинкт подсказывал ей, что они были друг другу не чужими людьми. Кто этот Сейдж? Вопросов становилось всё больше.

Кейтлин пока была не готова упоминать его имя в разговоре с полицией. Всё было более чем странно.

«Нет, – неуверенно солгала она, – я не думаю».

«Вы сказали, что здесь был мальчик, и что он участвовал в драке, – вступил в разговор другой полицейский. – Вы знаете, как его зовут?»

Кейтлин покачала головой.

«Сейдж, – вдруг сказала Полли, делая шаг ближе. – Он сказал, что его зовут Сейдж».

Кейтлин не хотелось, чтобы полицейские об этом знали; она считала своим долгом его защитить. Ещё, сама не зная почему, Кейтлин была уверена, что Сейдж не был человеком. Подобными открытиями она тоже не торопилась делиться с властями. Ей вовсе не хотелось, чтобы все вновь посчитали её сумасшедшей.

Офицер записал его имя в блокнот. Кейтлин гадала, что полиция собиралась предпринять по отношению к нему.

«А как же все эти извращенцы? – не унималась Полли, недовольно оглядывая бар. – Как же все эти кретины, что начали драку? Разве вы их не арестуете?»

Офицеры неуверенно переглянулись.

«Мы арестовали Кайла – того, кто напал на вашу дочь, – сказал один из них. – Что же касается остальных, то, если смотреть правде в глаза, здесь их слово против вашего: они утверждают, что драку начали именно вы».

«Неправда! – вступил в разговор Калеб, злобно делая шаг вперёд и трогая шишку на собственном затылке. – Мы пришли сюда в поисках дочери, а они пыталась помешать нам её найти».

«Как я сказал, – продолжил полицейский, – это ваше слово против их. Они утверждают, что вы первыми полезли в драку, и, честно говоря, выглядят они после неё намного хуже вас. Если мы арестуем их, то нам придётся арестовать и вас тоже».

Кейтлин злобно оглядела офицеров.

«А как же моя дочь? – спросила она. – Как вы собираетесь её искать?»

«Мэм, могу вас заверить, что мы бросили все наши силы на её поиски, – сказал полицейский. – Очень сложно искать кого-то, когда мы не знаем, куда она могла отправиться и зачем. Нам нужен мотив».

«Вы сказали, что она убежала, – вступил в разговор другой офицер, делая шаг вперёд. – Мы не понимаем. Зачем она побежала? Вы же пришли ей на помощь. Она была в безопасности. Зачем ей было бежать?»

Кейтлин посмотрела на Калеба и остальных. Лица их выражали неуверенность.

«Я не знаю», – честно призналась она.

«Почему вы не попытались её остановить? – спросил другой полицейский. – Почему вы за ней не побежали?»

«Вы не понимаете, – ответила Кейтлин, пытаясь во всём разобраться. – Она не просто убежала; она умчалась прочь, как… олень. Мы бы её не догнали, даже если бы очень постарались».

Офицеры недоверчиво переглянулись.

«Вы хотите сказать, что никто из находящихся здесь взрослых не мог её догнать? Она у вас чемпионка по бегу? – недоверчиво усмехнулся один из них».

«Мэм, вы употребляли сегодня алкоголь?» – спросил его коллега.

«Послушайте, – резко бросил Калеб, делая шаг вперёд, – моя жена ничего не выдумывает. Я тоже всё это видел. Мы все видели: её брат и его жена. Мы все вчетвером. По-вашему, нам всем привиделось одно и то же?»

Офицер поднял вверх руку.

«Не стоит так яростно отстаивать свою позицию. У нас с вами одна цель, но посмотрите на всё это нашими глазами: вы говорите, что ваша дочь бегает быстрее оленя. Это невозможно. Возможно, к тому моменту вы ещё не отошли от запала драки. Иногда вещи кажутся не такими, какие они есть на самом деле. Я лишь хочу сказать, что ваши показания не сходятся».

Офицер взглянул на своего коллегу, который вышел вперёд.

«Повторюсь, что мы бросили все силы на поиски вашей дочери. В девяти случаях из десяти, сбежавшие подростки возвращаются домой или идут к друзьям. Советую вам отправиться домой и не опускать руки раньше времени. Я могу спорить, что ваша дочь пришла сюда, пытаясь доказать себе, что она может идти против правил, отправиться во взрослый бар и выпить, но всё пошло совсем не по плану. Возможно, здесь она с кем-то познакомилась. Когда вы пришли, она сбежала, подстрекаемая чувством вины. Возвращайтесь домой. Я уверен, что она уже ждёт вас там», – заключил офицер, мягко намекая на то, что эта часть расследования закончена, и все могут расходиться по домам.

Кейтлин разочарованно покачала головой.

«Вы не понимаете, – сказала она. – Вы не знаете мою дочь. Скарлет не ходит по барам. Она не знакомится с кем попало. Она пришла сюда, потому что ей было плохо. Она пришла сюда, потому что больше ей идти было некуда. Она что-то искала. Она пришла сюда, потому что она меняется. Как вы не понимаете? Она меняется».

Полицейский посмотрел на неё так, будто перед ним стояла умалишённая. Кейтлин терпеть не могла, когда на неё так смотрели.

«Меняется?» – повторил офицер, словно разговаривая с психом.

Кейтлин была в отчаянии.

«Если вы её не найдёте, могут пострадать люди».

Мужчина нахмурился.

«Пострадать? О чём вы говорите? Ваша дочь нападает на людей? Она вооружена?»

Кейтлин отрицательно покачала головой, больше не в силах скрывать разочарования. Полицейские ничего не понимали, она словно говорила с пустым местом.

«Нет, она не вооружена. Она в жизни не причинила никому зла. Если ваши люди её найдут, то вряд ли с ней справятся».

Полицейский вновь смерил её странным взглядом, будто окончательно убедившись, что она сошла с ума. Потом он и его коллеги развернулись и прошли в другую комнату.

Глядя на их удаляющиеся фигуры, Кейтлин развернулась и посмотрела в разбитое окно на ночное небо.

Скарлет, думала она, где же ты? Вернись домой, милая. Я люблю тебя. Прости меня. Прости, если я тебя чем-то расстроила. Прошу, вернись домой.

Странным во всём этом было то, что думая о Скарлет, одиноко бредущей в ночи, Кейтлин не испытывала и толики страха за дочь.

Вместо этого она переживала за тех, кто мог встретиться ей на пути.



Глава вторая

Кайл сидел на заднем сиденье перекошенной патрульной машины, со скованными за спиной руками, уставившись на решётчатую перегородку. Он чувствовал себя очень странно: что-то в нём менялось, и он не знал что, но чувствовал, как новое ощущение буквально закипает внутри. Ощущение было чем-то схоже с теми чувствами, что он испытывал тогда, когда употреблял героин. Оно напоминало первичную эйфорию в тот момент, когда игла касалась кожи. Новое ощущение жаром распространялось по венам, давая ему невероятную силу и мощь. Кайл едва мог справиться с этой силой. Ему казалось, что вены вот-вот прорвутся сквозь кожу, а кровь закипит. Таким сильным он не ощущал себя никогда в жизни. Кожа на лице, лбе и затылке покалывала. Кайл не знал, как объяснить этот странный прилив сил.

Но объяснения были ему не особо нужны. Он был рад новой силе. Кровавая пелена застлала глаза, но вскоре он вновь смог видеть мир чётко и ясно. За решётчатой перегородкой сидели два офицера.

Звон в ушах начал понемногу стихать, и Кайл смог сфокусироваться на их разговоре, который поначалу казался почти немой беседой.

«Этот тип сядет надолго», – сказал один офицер другому.

«Слышал, он только что освободился. Не самый лучший расклад, если смотреть с его стороны».

Полицейские рассмеялись, и этот звук резью отозвался у Кайла в голове. Машина мчалась по шоссе, сирены были включены, и Кайл наконец начал понимать, где находится, и что происходит. Он ехал по девятому шоссе, возвращаясь в тюрьму, в которой провёл последние пятнадцать лет своей жизни. Кайл пытался мысленно собрать пазл недавних событий: бар… девчонка… он как раз собирался с ней поразвлечься, когда… что-то произошло. Маленькая стерва его укусила.

Осознание накрыло его горячей волной. Она его укусила.

Кайл потянулся, чтобы дотронуться до шеи, где пульсировали две точки на месте укуса, но его что-то остановило – он понял, что руки его были в наручниках.

Пошевелив пальцами, Кайл с удивлением осознал, что с лёгкостью разорвал наручники, не применив совершенно никакого усилия. Поражённый, он поднял руки вверх, внимательно их оглядывая и не переставая поражаться вновь обретённой силе. Может, эти наручники были уже сломаны? Он смотрел на болтающиеся на запястье оковы и думал, как же ему удалось от них избавиться.

Дотронувшись до шеи, он нащупал два бугорка. Место укуса горело, словно он был таким глубоким, что повредил вену. Кайл сидел на заднем сиденье патрульной машины, глядя на разорванные наручники и думая: неужели вампиры существуют? Разве такое возможно?

Кайл широко улыбнулся. Пора было во всём разобраться.

Взяв наручники в одну руку, он постучал ими по перегородке.

Полицейские обернулись и посмотрели на него. В ту же секунду они перестали смеяться. Теперь они выглядели удивлёнными. Кайл был свободен, его наручники были сломаны, и он игриво махал ими, улыбаясь и не переставая стучать по решётчатой перегородке.

«Бог ты мой, – один из офицеров сказал другому. – Билл, ты надел на него наручники?»

«Надел. Точно надел. Его руки было крепко связаны за спиной».

«Видимо, не так крепко, как тебе хотелось», – прорычал в ответ Кайл.

Один из офицеров потянулся к пистолету, а другой резко нажал на тормоза.

Резко, но не достаточно проворно. В ту же секунду Кайл протянул руку и с лёгкостью вырвал металлическую решётку, вдавив её в переднее сиденье.

Он набросился на полицейского на пассажирском сиденье, выбил пистолет у него из рук, размахнулся и ударил офицера локтем в лицо с такой силой, что сломал ему шею.

Другой полицейский отклонился в сторону, и машину занесло на шоссе. Кайл схватил его за волосы и ударил головой. Громкий звук трескающегося черепа наполнил кабину, и Кайла залило чужой кровью. Машину занесло в сторону. Кайл быстро схватился за руль, но было уже поздно.

Патрульная машина вылетела на встречную полосу и врезалась в другой автомобиль под оглушающий рёв клаксонов.

Кайл вылетел в лобовое стекло головой вперёд и приземлился на асфальт, перекатываясь, пока машина переворачивалась и скользила в сторону. Машина, летящая на Кайла, заскрежетала тормозами, но было уже слишком поздно – Кайл почувствовал, как её колёса раздавили ему грудную клетку.

Машина со скрипом остановилась. Кайл лежал на шоссе, тяжело дыша. Женщина в возрасте за тридцать с криком выскочила из автомобиля и подбежала к Кайлу со слезами на глазах. Он продолжал лежать на спине.

«Боже мой, с вами всё в порядке? – быстро проговорила она. – Я пыталась остановиться. О, боже мой. Я убила человека! О, боже мой!»

Женщина билась в истерике. Она опустилась на колени и начала плакать.

Вдруг Кайл открыл глаза, сел и посмотрел на неё.

Она резко прекратила плакать и испуганно уставилась на него. Он увидел её большие от страха глаза, освещённые светом фар.

Кайл ухмыльнулся, наклонился и, рыча, вонзил клыки ей в горло.

Это было лучшее ощущение в мире.

Женщина вскрикнула, а Кайл продолжал пить её кровь, не отпуская жертву, пока её тело не обмякло в его руках.

Довольный, Кайл поднялся на ноги, обернулся и осмотрел пустое шоссе.

Подняв воротник, он расправил рубашку и сделал шаг вперёд. Этот городок жестоко поплатится за всё, и начнёт Кайл со Скарлет.

Глава третья

Сейдж летел в небе навстречу восходящему солнцу, первые лучи которого освещали слёзы, бегущие у него по щекам, которые он старался сразу же смахнуть. Сейдж выбился из сил и едва мог концентрироваться на том, что видел вокруг – всю ночь он провёл в небе в поисках Скарлет. Ему казалось, что за ночь он не раз замечал её внизу, на земле. В этих случаях он пикировал вниз только для того, чтобы убедиться, что обознался. Видя незнакомую испуганную девушку, он сразу же взмывал вверх. Сейдж начал сомневаться, что ему вообще удастся найти Скарлет.

Её нигде не было, и Сейдж не знал, что и думать. Их связь была такой сильной, что он был уверен, что сможет почувствовать её присутствие, и интуиция приведёт его прямо к ней. Сейдж не понимал, что было не так. Неужели Скарлет погибла?

У него было всего одно объяснение: Скарлет была в таком состоянии, в таких расстроенных чувствах, что он не мог почувствовать её местоположение; или же она уснула крепким сном, ведь вампиры так делают после первой охоты на человека. Для некоторых вампиров подобный сон мог стать смертельным. Сердце Сейджа обливалось кровью, когда он думал о том, что Скарлет была одна, неизвестно где. Сможет ли она очнуться?

Сейдж летел невысоко над землёй, но так быстро, что его никто не мог увидеть. Он пролетал знакомые места, в которых бывал вместе со Скарлет: вот школа, вот её дом. Он искал везде, используя острое, как у сокола, зрение, чтобы просматривать улицы сквозь кроны деревьев.

Солнце поднялось выше, минуты складывались в часы, и Сейдж вдруг понял, что его поиски были бессмысленны. Он должен был дождаться момента, когда Скарлет вернётся сама, или когда он вновь сможет почувствовать её присутствие.

Таким уставшим Сейдж не чувствовал себя никогда. Силы покидали его. Он знал, что жить ему оставалось считанные дни. Вдруг грудь, плечи и руки пронзил новый приступ сильной боли. Сейдж понимал, что его тело медленно умирает. Он знал, что его дни на земле сочтены, и он смирился с этой участью. Ему лишь хотелось провести их со Скарлет.

Не зная, где ещё искать, Сейдж сделал круг в воздухе и направился к семейному особняку на Гудзоне. Он видел его с высоты птичьего полёта. Сейдж кружил над домом, словно орёл, думая, стоит ли ему в последний раз увидеться с семьёй? Он не видел в этой встрече особого смысла. Все его ненавидели за то, что он упустил Скарлет. По правде говоря, Сейдж и сам ненавидел свою семью. В последний раз, когда он был дома, сестра умирала у него на руках, а Лор отправился, чтобы убить Скарлет. Ему вовсе не хотелось видеть семью вновь.

Но пойти ему было больше некуда.

Ещё в воздухе он услышал стук. Посмотрев вниз, Сейдж увидел, как его двоюродные братья одно за другим заколачивают окна особняка досками. Сейдж также заметил, как его двоюродные братья и сёстры взмывают в воздух. Он не понимал, что происходит, но что-то явно было не так.

Сейджу нужно было узнать, в чём причина такой спешки. С одной стороны, он хотел знать, куда они отравляются, и что будет с его семьёй, но с другой стороны – и этого он хотел намного больше – Сейджу необходимо было узнать, имеет ли его семья хоть какие-то сведения о местоположении Скарлет. Возможно, кто-то что слышал или видел. Возможно, Лору удалось её схватить. Сейджу нужно было всё разузнать, ведь других зацепок у него не было.

Он пикировал вниз к дому, приземлившись на выложенном мрамором заднем дворе. Прямо перед ним была массивная лестница, ведущая к заднему входу, увенчанному старинными высокими дверьми во французском стиле.

Когда он подошёл к ним, двери вдруг раскрылись, и из них вышли мать с отцом, меряя сына суровым, недовольным взглядом.

«Что тебе здесь надо?» – спросила мать, словно обращаясь к нежеланному гостю.

«Однажды ты уже обрёк нас на смерть, – добавил отец. – Наш клан выжил бы, если бы не ты. Ты пришёл, чтобы окончательно нас добить?»

Сейдж нахмурился; постоянное недовольство родителей действовало на нервы.

«Куда вы все собрались?» – решительно спросил он.

«А сам ты как думаешь? – парировал отец. – Впервые за тысячу лет собирается Верховный Совет».

Сейдж был ошарашен этой новостью.

«Вы летите в замок Больдта? – спросил он. – На Тысячу островов?»

Родители злобно взглянули на сына.

«А тебе какая разница?» – спросила мать.

Сейдж не верил своим ушам. Верховный Совет не собирался с незапамятных времён, да и собрание всей расы в одном месте не предвещало ничего хорошего.

«Но зачем? – не унимался Сейдж. – Зачем созывать Совет, если мы все всё равно умрём?»

Отец сделал шаг вперёд, улыбнулся и ткнул Сейджа пальцем в грудь.

«Мы – не ты, – прорычал он. – Мы не сдадимся без боя. Собравшись вместе, мы станем величайшей армией, которую видел мир. Человечество заплатит сполна. Мы отомстим за себя».

«Отомстите за что? – спросил Сейдж. – Люди не сделали вам ничего плохого. Зачем вам убивать невинных?»

Отец улыбнулся в ответ.

«Даже на смертном одре ты никак не поумнеешь, – сказал он. – А почему бы нам не начать мстить? Что нам терять? Что они нам сделают? Убьют нас?»

Отец захохотал. Его смех подхватила и мать. Взявшись за руки, они прошли мимо Сейджа, больно толкнув его в плечо и готовясь взмыть в воздух.

Сейдж крикнул им вслед. «Я помню времена, когда вы вели себя благородно, – сказал он, – но сейчас вы стали полным ничтожеством. Вы жалки. Неужели во всём виновато отчаяние?»

Родители злобно обернулись.

«Проблема в том, Сейдж, что хотя ты и один из нас, ты никогда не понимал наш народ. Разрушение у нас в крови. Это ты и только ты, кто всегда был не таким, как все».

«Хоть ты и наш ребёнок, мы никогда тебя не понимали, – сказала мать. – И ты всегда был для нас большим разочарованием».

Сейдж внутренне сжался от боли. Он был слишком слаб, даже чтобы ответить.

Родители развернулись, чтобы уйти, и тогда он собрал последние силы, чтобы прокричать: «Скарлет… где она? Скажите мне!»

Мать обернулась и широко улыбнулась.

«Тебе не следует о ней беспокоиться, – сказала она. – Лор найдёт её и спасёт нас всех. Он умрёт, но не сдастся. А когда мы получим бессмертие, тебе уже не будет места среди членов нашей семьи».

Сейдж покраснел.

«Ненавижу вас! – прокричал он. – Ненавижу вас обоих!»

Родители обернулись и посмотрели на него с улыбкой, а потом поднялись на мраморные перила и взмыли в воздух.

Сейдж смотрел, как они улетают, сопровождаемые его братьями и сёстрами. Он остался стоять в одиночестве напротив заколоченного дома. Делать ему здесь было больше нечего. Семья его ненавидела, и он испытывал по отношению к ним те же чувства.

Лор. При мысли о брате Сейдж почувствовал новый прилив сил и решительности. Он не мог допустить, чтобы Лор нашёл Скарлет. Как бы больно ему ни было, он знал, что должен в последний раз собраться с силами. Сейдж должен был найти Скарлет, чего бы это ему ни стоило.

Глава четвёртая

Кейтлин сидела на пассажирском сиденье пикапа. Она была измотана и расстроена. Калеб колесил по Шоссе 9 уже несколько часов, вновь и вновь осматривая улицы. Начинался рассвет, и Кейтлин рассматривала небо через лобовое стекло. Как же быстро настало утро. Они проездили вот так всю ночь: спереди сидели Кейтлин и Калеб, а Сэм и Полли – на заднем сиденье. Они не отрывали взгляда от улиц и обочины в поисках Скарлет. Однажды им даже пришлось резко остановиться, потому что Кейтлин показалось, что она увидела дочь, но оказалось, что это было всего лишь пугало.

На мгновение Кейтлин закрыла глаза, потому что веки словно были налиты свинцом. Глаза опухли от слепящего света бесконечного потока проезжающих машин, которые встретились им на пути за целую ночь. Она была готова разрыдаться.

Внутри была пустота. Кейтлин корила себя за то, что была плохой матерью и не поддержала дочь в трудный момент, не поверила ей, не понимала её и не была рядом, когда та в ней нуждалась. В какой-то степени во всём происходящем Кейтлин винила себя. А от мысли, что она может больше никогда не увидеть дочь, ей хотелось умереть.

Кейтлин начала плакать, но потом быстро открыла глаза и смахнула слёзы. Калеб сжал её руку, но она её отдёрнула. Кейтлин отвернулась и уставилась в окно, желая побыть секунду наедине с собой, желая умереть. Без дочери жизнь не имела смысла.

Кейтлин почувствовала ободряющее касание руки. Обернувшись, она увидела, как к ней наклонился Сэм.

«Мы искали всю ночь, – сказал он. – Её нигде нет. Мы проехали каждый сантиметр этого шоссе. Полицейские тоже её ищут, и в их распоряжении гораздо больше машин. Мы все вымотаны и не знаем, где Скарлет может быть. Возможно, она уже ждёт нас дома».

«Я согласна, – сказала Полли. – Я за то, чтобы поехать домой. Нам нужен отдых».

Вдруг раздался громкий звук клаксона. Кейтлин посмотрела вперёд и увидела едущий прямо на них грузовик. Оказалось, они ехали по встречной полосе.

«КАЛЕБ!» – закричала она.

В последний момент Калеб быстро вывернул руль, и машина вернулась на свою полосу. От столкновения с большим грузовиком их отделяли считанные сантиметры.

Кейтлин испуганно посмотрела на мужа. Сердце бешено билось в груди. Калеб ответил на её взгляд – глаза его были красными от усталости.

«Что это было?» – спросила Кейтлин.

«Простите, – ответил он. – Видимо, я задремал».

«Ни к чему хорошему это не приведёт, – сказала Полли. – Нам нужен отдых. Мы должны поехать домой. Мы все вымотаны».

Кейтлин задумалась над её словами и потом кивнула.

«Хорошо. Отвези нас домой».

* * *

Солнце было уже высоко. Кейтлин сидела на диване и перелистывала альбом с фотографиями Скарлет. В памяти мелькали воспоминания о дочери в разные периоды взросления. Кейтлин ласково проводила пальцем по фотографиям, всей душой желая, чтобы Скарлет была сейчас с ней рядом. Ради этого она была готова на всё, даже пожертвовать собственной жизнью и продать душу дьяволу.

Кейтлин взяла в руки разорванную страницу из библиотечной книги с написанным на ней древним ритуалом. Он мог бы спасти Скарлет, если бы Кейтлин вернулась вовремя, мог бы излечить Скарлет от вампиризма. Кейтлин разорвала ветхую страницу на множество мелких частей и бросила их на пол. Обрывки бумаги упали к лапам большой лайки Рут, которая заскулила и свернулась комочком у ног хозяйки.

Эта страница, этот ритуал, который когда-то так много значил для Кейтлин, сейчас были бесполезны. Скарлет отведала человеческой крови, и больше ни один обряд не мог её спасти.

Помимо Кейтлин в комнате были Калеб, Полли и Сэм, но каждый был погружён в собственные мысли. Все сидели на креслах или диванах, спали или дремали. В комнате повисла гнетущая тишина, потому что все ждали, что в дверь вот-вот войдёт Скарлет, но все боялись, что этого не случится.

Вдруг зазвонил телефон. Кейтлин вскочила с места и дрожащей рукой схватила трубку. Она уронила её несколько раз, пока донесла до уха.

«Алло, алло, алло, – сказала она. – Скарлет, это ты? Скарлет!?»

«Мэм, это офицер Стинтон», – сказал мужской голос.

Расстроенная, Кейтлин поняла, что это была не Скарлет.

«Я звоню сообщить, что мы пока не нашли вашу дочь».

Надежды Кейтлин были разбиты. В отчаянии она крепко сжала телефонную трубку.

«Вы плохо ищите», – гневно сказала она.

«Мэм, мы делаем всё, что в наших силах…»

Кейтлин не дала полицейскому договорить. Она с силой бросила трубку, затем схватила раритетный телефон модели 80х годов, вырвала провод из стены, подняла аппарат над головой и бросила его на пол.



Калеб, Сэм и Полли подпрыгнули на месте, со сна не совсем понимая, что происходит, и посмотрели на Кейтлин, как на безумную.

Посмотрев на разбитый телефонный аппарат, она решила, что, возможно, они были не далеки от истины.

Кейтлин выбежала из комнаты, открыла входную дверь, вышла на широкое крыльцо и села в кресло-качалку. На улице было холодно, но ей было всё равно. Она словно онемела.

Сложив руки на груди, Кейтлин качалась в кресле, вдыхая холодный ноябрьский воздух. Она оглядывала пустынную улицу, расцвеченную первыми лучами нового дня. Вокруг не было ни души и ни единой машины. В домах ещё не горел свет. Всё замерло. Идеально тихая, чистая пригородная улочка, какой она и должна быть. Всё как всегда.

Но Кейтлин знала, что нормальности не существовало. Она вдруг возненавидела этот город, который любила многие годы. Она ненавидела его тишину, его безмятежность, его порядок. Она бы всё отдала, чтобы здесь настал хаос, чтобы безмятежность была нарушена, чтобы здесь появились звуки и движения, и в город вновь вернулась её дочь.

Скарлет, молилась она, закрыв глаза и плача, вернись ко мне, милая. Пожалуйста, вернись ко мне.

Глава пятая

Скарлет Пейн летела в небе, слыша порхание миллиона маленьких крыльев, которые поднимали её вверх всё выше и выше. Оглядевшись, она увидела, что несёт её стая летучих мышей, состоящая из миллиона крошечных созданий, крепко уцепившихся когтями за её рубашку и поднявших её в воздух.

Скарлет летела сквозь облака, любуясь самым красивым рассветом в мире. Облака расходились прямо перед ней, и на первый план выходило желтовато-красное небо, которое было словно в огне. Скарлет не понимала, что происходит, но при этом ей вовсе не было страшно. Она знала, что мыши несли её в какое-то особенное место. Окружённая их писком и хлопаньем крыльев, Скарлет поднималась высоко над облаками, ощущая себя одной из них.

Не успела она хорошенько поразмыслить над тем, что же происходит, как мыши нежно опустили её на землю, и она оказалась перед огромным замком. У него были древние каменные стены и огромная сводчатая дверь. Летучие мыши взмыли в воздух и исчезли в начинающемся утре. Вскоре она больше не слышала хлопанья их крыльев.

Скарлет стояла перед дверью, которая медленно открылась. Изнутри шёл янтарно-жёлтый свет, и ей захотелось войти.

Переступив порог, она вошла в свет, оказавшись в самом большом зале, в котором ей приходилось бывать. Внутри Скарлет увидела выстроившихся в идеально ровные ряды вампиров. На неё внимательно смотрела целая армия, одетая в чёрные одежды. Она возвышалась перед ними и смотрела на них сверху вниз, как будто была их лидером.

Как по команде, вампиры подняли руки и ударили себя ладонью в грудь.

«Ты породила нацию! – прокричали они в унисон. Их голоса эхом отскакивали от стен. – Ты породила нацию!»

Вампиры издали громкий крик, и в этот самый момент Скарлет вдруг почувствовала себя как дома.

Скарлет резко открыла глаза, разбуженная звуком бьющегося стекла. Она лежала лицом на асфальте, ощущая его холод и мокрую поверхность. Она видела, как на неё забираются муравьи. Уперевшись ладонями о твёрдый асфальт, она села и смахнула насекомых с рук и одежды.

Скарлет было холодно, а шея и спина ныли после сна в неудобном положении. Скарлет не понимала, где находится, и это заставляло её сильно нервничать. Она очнулась под небольшим мостом, лёжа на асфальтированном склоне. Начинался рассвет. Вокруг неприятно пахло мочой и выдохшимся пивом. Оглядевшись, Скарлет также заметила, что стены моста были исписаны граффити, а земля вокруг была усыпана пустыми пивными банками, мусором и шприцами. Она поняла, что это было не самое лучшее место для сна. Скарлет огляделась, быстро моргая и до сих пор не понимая, где находится, и как она здесь очутилась.

Вновь раздался звук бьющегося стекла, сопровождаемый шарканьем ног. Скарлет резко обернулась. Чувства были на пределе.

В нескольких метрах от себя она увидела четырёх бродяг в лохмотьях. Они были либо пьяны, либо одурманены наркотиками, либо просто искали повод поразвлечься. Небритые мужчины в возрасте смотрели на Скарлет, как на новую игрушку. На лицах отразились похотливые улыбки, оголяя ряды жёлтых, сгнивших зубов. Судя по виду, мужчины были сильными и крепкими. Подходя к ней, один из них разбил пивную бутылку об опору моста, и Скарлет поняла, что намерения у них были самые недобрые.

Она отчаянно пыталась вспомнить, как оказалась в этом месте. Она бы никогда не пришла сюда по доброй воле. Неужели её сюда кто-то привёл? Первое, что пришло ей в голову, это мысль об изнасиловании; но оглядев себя, Скарлет поняла, что была полностью одета, а значит, ничего такого с ней не произошло. Скарлет попыталась вспомнить прошлую ночь.

Всё было, как в тумане. Память возвращалась к ней вереницей несвязанных образов: придорожный бар на Шоссе 9… драка… всё в тумане. Деталей она не помнила.

«Это наш мост, ты ведь в курсе?» – сказал один из бродяг, когда все четверо приблизились. Стоя на коленях, Скарлет отползла в сторону, а потом поднялась на ноги. Внутри её всю трясло, но она не хотела показывать свой страх.

«Чтобы быть здесь, нужно заплатить нам», – добавил его друг.

«Простите, – ответила Скарлет. – Я не знаю, как здесь оказалась».

«Это было ошибкой с твоей стороны», – улыбаясь, сказал третий низким хриплым голосом.

«Прошу вас, – отходя назад, сказала Скарлет, желая звучать как можно твёрже, но слыша, что голос её дрожал. – Мне не нужны неприятности. Я уже ухожу. Простите».

Она развернулась, чтобы уйти. Сердце быстро билось в груди. Вдруг она услышала быстро приближающиеся шаги и почувствовала, как за горло её схватила чья-то рука, приставив нож к шее и дыша перегаром в лицо.

«Никуда ты не пойдёшь, дорогуша, – сказал нападающий. – Мы же даже не познакомились».

Скарлет пыталась вырваться, но мужчина был слишком силён. Нож царапал щёку, пока он тёрся лицом о лицо Скарлет.

Секундой позже перед Скарлет возникли трое его друзей. Скарлет закричала, тщетно пытаясь высвободиться. Она почувствовала, как тела её касаются грубые руки. Одна из них потянула за ремень брюк.

Скарлет рвалась и извивалась, пытаясь освободиться, но нападавшие были слишком сильны. Один из них с силой рванул её ремень и отшвырнул его в сторону. Скарлет услышала, как металлическая пряжка брякнулась на асфальт.

«Пожалуйста, отпустите!» – кричала она, вырываясь.

Один из четырёх бродяг схватил её за ремень джинсов, пытаясь стянуть их вниз. Скарлет знала, что если она ничего не предпримет, то через несколько минут будет уже поздно.

Внутри словно что-то щёлкнуло. Она не знала, что произошло, но новое ощущение полностью овладело её сознанием, давая ей огромную силу, которую она чувствовала теперь во всём теле, начиная от ног и заканчивая кончиками волос на голове. Энергия накрыла её горячей волной, пронзив плечи, руки и дойдя до кончиков пальцев. Кровь прилила к лицу, а волосы встали дыбом. Внутри Скарлет будто горел огонь. Она ощущала в теле необъяснимую силу, понимая, что была сильнее, чем нападавшие; сильнее, чем вся вселенная.

Потом она ощутила ещё что-то – первобытную ярость. С этим чувством она была ранее не знакома. Теперь она не только не хотела сбежать, но яростно желала заставить обидчиков заплатить. Скарлет хотела разорвать их на части, одного за другим.

И наконец она почувствовала голод. Нарастающий голод, как перед охотой.

Скарлет наклонила голову назад и зарычала. Звук испугал даже её саму. Клыки удлинились. Скарлет размахнулась и ударила ногой того, кто пытался снять с неё джинсы. Удар был наполнен такой силой, что бродяга отлетел на десять метров и ударился головой о каменную стену моста. Его бездыханное тело свалилось на землю.

Трое других сделали шаг назад, отпустив Скарлет и глядя на неё глазами, полными страха и удивления. Судя по их виду, они наконец поняли, что совершили большую ошибку, связавшись с ней.

Не успели они сдвинуться с места, как Скарлет развернулась и локтем ударила того, кто держал её сзади. От удара у него сломалась челюсть, он дважды обернулся вокруг своей оси и без сознания упал на землю.

Скарлет, рыча, развернулась и посмотрела на оставшихся двоих нападающих так, как хищник смотрит на свою жертву. Ошеломлённые, бродяги стояли, не двигаясь. Услышав странный звук, Скарлет заметила, как один из них обмочился от страха.

Скарлет нагнулась, подняла ремень с земли и обыденно направилась к одному из них.

Мужчина попятились назад.

«Нет! – крикнул он. – Прошу! Я не хотел!»

Скарлет обмотала ремень вокруг его шеи и одной рукой подняла его тело вверх. Ноги болтались, а сам он схватился руками за ремень, нервно глотая воздух. Скарлет продолжала его так держать до тех пор, пока он не перестал барахтаться, а его мёртвое тело не обмякло на ремне.

Развернувшись, она посмотрела на последнюю жертву. Он стоял и плакал, от страха не в силах бежать. Оголив клыки, Скарлет сделала шаг вперёд и вонзила их ему в шею. Сначала он отбивался, а мгновение спустя его тело уже лежало на земле в луже крови.

Услышав какой-то звук со стороны, Скарлет обернулась и увидела, что тот, кого она ударила первым, медленно поднимается на ноги. Он смотрел на неё большими от страха глазами, пытаясь убежать на четвереньках.

Скарлет направилась к нему.

«Пожалуйста, не убивай меня, – молил мужчина, плача. – Я не хотел. Я не знаю, кто ты такая, но я не хотел причинить тебе зла».

«Конечно, ты не хотел, – ответила Скарлет низким, нечеловеческим голосом. – И я тоже не хочу делать с тобой то, что сейчас сделаю».

Она подняла его за ворот рубашки, раскрутила и со всей силой подкинула вверх.

Бродяга полетел словно ракета. Пролетев через цементное основание моста, его голова и плечи вылетели с другой стороны. Вокруг слышался шум осыпающихся камней, потому что бродяга протаранил своим телом весь мост насквозь. Он застрял в цементе, и его ноги свисали с этой стороны.

В один прыжок Скарлет оказалась на поверхности моста, увидев его голову, торчащей из земли. Мужчина кричал, не в силах высвободиться. Он извивался как змея, пытаясь освободить руки и плечи.

Но не мог. Он был лёгкой мишенью для любой проезжающей по мосту машины.

«Вытащи меня отсюда!» – потребовал он.

Скарлет улыбнулась.

«Как-нибудь в другой раз, – ответила она. – Наслаждайся видами дороги».

Скарлет развернулась и взмыла в небо. Вскоре крики мужчины стали еле различимы, потому что она поднималась всё выше в воздух, желая улететь отсюда как можно дальше. Скарлет было уже неважно, где она оказалась. Думать она могла лишь об одном человеке – Сейдже. Перед глазами она видела его лицо, идеальные губы и подбородок, а также проникновенный взгляд. Скарлет чувствовала его любовь и испытывала к нему то же чувство.

Она не знала, было ли в этом мире место, которое она могла назвать домом. Это не имело для неё никакого значения до тех пор, пока рядом был он.

Сейдж, думала Скарлет, дождись меня. Я уже близко.

Глава шестая

Мария с подругами сидели среди тыкв. Она ненавидела свою жизнь и завидовала всем остальным. У всех, кроме неё был парень, а у тех, у кого его не было, был такой сплочённый круг друзей, что они всегда держались вместе.

Мария сидела на куче из тыкв. Рядом сидели Бекка и Жасмин. Мария больше не могла сказать, кто был её другом. Когда-то у неё были верные друзья, друзья навек – их было четверо: она, Бекка, Жасмин и, конечно, Скарлет, её лучшая подруга. Когда-то они были неразлучны. Если у кого-то не было парня, то остальные всегда были готовы её поддержать. Со Скарлет они поклялись, что никогда не будут ссориться, пойдут в один колледж и будут подружками невесты на свадьбе друг друга, а также, что их дома всегда будут находиться на расстоянии не более десяти кварталов один от другого.

Мария всегда и во всём полагалась на своих друзей, особенно на Скарлет.

Но вдруг в последние несколько недель всё пошло наперекосяк. Скарлет прямо из-под носа увела у неё Сейджа, а ведь так, как он Марии уже давно никто не нравился. Она покраснела, вспомнив этот позорный момент; Скарлет выставила её полной дурой. Она по-прежнему очень злилась на подругу и не думала, что когда-нибудь сможет её простить.

Мария вспомнила их последнюю ссору и слова, которые Скарлет сказала в свою защиту, что Сейджу нравилась именно она, и что она его не уводила. Глубоко в душе Мария понимала, что, возможно, подруга говорила правду, но ей всё равно нужно было кого-то обвинить в своих бедах, потому что обвинять других было намного проще, чем обвинять себя.

Кто-то толкнул её, и Мария съехала с тыквенной кучи, приземлившись на землю и выпачкав джинсы грязью.

«Смотри, куда идёшь!» – расстроившись, крикнула она.

Обернувшись, она увидела, что толкнул её один из пьяных мальчишек. Несколько десятков учеников с её параллели собрались здесь – это было традицией. На следующий день после большого бала все должны были собраться на глупый сбор урожая. Было понятно, что никто на самом деле не собирал тыквы, а просто все сидели на поле, поглощая горячий яблочный сидр и пончики. Некоторые из ребят щедро разбавляли сидр джином. Именно один из них и толкнул Марию. Он даже не понял, что сделал, потому что вместо того, чтобы извиниться за её падение, он ещё и выругался. Мария знала этого парня и понимала, что те, кто пьянствуют в таком возрасте, ничего в своей жизни не добьются, – этом-то она себя и утешала.

Ей нужно было всё хорошенько обдумать. Здесь оставаться было невыносимо. Марии хотелось уйти. Она была расстроена, даже не понимая, чем именно. Потеря лучшей подруги – пусть Бекка и Жасмин по-прежнему было рядом – выбила её из колеи. К тому же она всё также сходила с ума по Сейджу. Мысли о нём сводили её с ума.

Мария поднялась на ноги и пошла прочь.

«Куда ты?» – спросила Жасмин.

Мария лишь пожала плечами.

«Пойду проветрюсь».

Пробираясь сквозь толпу, она уходила всё дальше и дальше в поле, находящееся на окраине города. Оглядывая ребят, она видела в их руках чашки с напитком, все смеялись и радовались жизни. Все, кроме неё. Сейчас Мария ненавидела весь мир вокруг.

Выйдя из толпы, она продолжила свой путь, пока наконец не нашла одинокий стог сена у начала лабиринта в кукурузном поле.

Обхватив голову руками, Мария изо всех сил старалась сдержать слёзы. Она была расстроена, но не знала чем. Наверное, депрессия была вызвана тем, что теперь в её жизни не было Скарлет. Раньше они переписывались через СМС по сто раз в день. Мария не понимала, почему всё пошло не так. Сейдж не выходил у неё из головы, хотя она и понимала, что он не был ею увлечён. Закрыв глаза, она молила его появиться рядом с ней.

Сейдж, я готова на всё, думала Мария, только приди. Я хочу тебя. Ты мне нужен.

«Что красотка вроде тебя делает здесь совсем одна?» – произнёс низкий, соблазнительный голос.

Мария вздрогнула, открыла глаза и с удивлением посмотрела на говорящего. Это был не Сейдж, но этот парень был ещё более симпатичным, чем он, если такое вообще было возможно. На нём были надеты чёрные кожаные ботинки, чёрное украшение с акульим зубом и приталенная чёрная кожаная куртка. У него были серые глаза и волнистые каштановые волосы, а также небольшой рот и идеальная улыбка. Он был сексапильнее, чем все, кого она знала, и походил на рок-звезду, спустившуюся со сцены только ради неё.

Мария несколько раз моргнула и огляделась, чтобы убедиться, что всё происходящее не было шуткой. Кроме этого парня рядом никого не было, и он говорил с ней, а не с кем-нибудь другим. Мария попыталась ответить, но слова застряли в горле.

«Красотка?» – вот всё, что она смогла из себя выдавить, потому что сердце было готово выпрыгнуть из груди.

Парень засмеялся, и это был самый прекрасный звук в мире.

«Все там развлекаются, почему ты здесь?»

Не ожидая ответа, парень грациозно подошёл ближе, протянул руку, которую Мария с готовностью взяла, даже не раздумывая над тем, что делала. Она поднялась с места и последовала за ним. Вдвоём они уходили всё дальше вглубь лабиринта. Мария была очарована новым знакомым, ни на секунду не задумываясь о том, что то, что она делала, было не совсем нормально. Казалось, её мечта наконец осуществилась, и она позволила ей полностью завладеть собственным сознанием. Как бы очарована она ни была, Мария не смогла не задать пару вопросов.

«Хм… кто ты?» – неуверенно спросила она дрожащим голосом. От прикосновения руки незнакомца было сложно думать трезво.

«Я хотел найти того, кто проведёт меня по лабиринту, – ответил он, когда они оказались внутри соломенных стен. – Мне сегодня очень повезло. Мария, не так ли?»

Девушка посмотрела на него, не скрывая удивления.

«Как ты узнал, как меня зовут?»

Парень улыбнулся и засмеялся.

«Скоро ты всё обо мне узнаешь, – сказал он. – Я же знаю всё на свете. Что же касается моего имени, то ты можешь звать меня Лор».

* * *

Лор шёл, держа за руку подругу Скарлет и радуясь тому, как легко ему удалось её соблазнить. Люди были слишком слабы и наивны. Ему стало как-то неудобно, что всё прошло так гладко. Лор не успел использовать и половины своего арсенала обольстителя, как её рука уже была в его ладони. В душе он боролся с желанием выкачать из Марии всю энергию и выкинуть её, как мусор, ведь именно так он поступал с другими людьми.

При этом Лор понимал, что сейчас ему нужно было проявить терпение. Он пролетел значительное расстояние и прибыл сюда только ради неё. Лор искал способ подобраться до Скарлет и, пролетая в воздухе, почувствовал мощные энергетические вибрации Марии: он почувствовал её влечение к Сейджу, её отчаяние. Мария влекла его, как магнит.

Пользуясь орлиным зрением, Лор заметил её ещё с высоты, а когда приземлился, то понял, что она станет отличной приманкой: Мария была одинока, уязвима и очень близка со Скарлет. Если кто и знал, как ему найти её, то это была она. Лор решил подружиться с ней, использовать её для поиска Скарлет, а когда всё закончится, просто убить. Пока же с Марией можно было неплохо поразвлечься. Эта жалкая девчонка поверит любым его выдумкам.

«Хм… я не понимаю…, – сказала она на ходу. Голос Марии дрожал, и она явно нервничала. – Объясни ещё раз. Получается, что ты здесь… новенький?»

Лор засмеялся.

«В каком-то смысле», – ответил он.

«И ты будешь учиться в нашей школе?» – продолжила Мария.

«Не думаю, что у меня есть время для того, чтобы проводить его в школе», – ответил Лор.

«Как это? Разве мы не одногодки?» – не унималась Мария.

«Одногодки, но я уже давно закончил школу».

Лор чуть не проговорился, сказав «несколько веков назад», но, к счастью, вовремя остановился.

«Давно? Как это? Ты вундеркинд?» – спросила Мария, удивлённо глядя на него и не скрывая своего восхищения.

Лор улыбнулся ей в ответ.

«Что-то вроде того, – пояснил он. – А где твои подруги? Здесь, на вечеринке? – добавил он».

Мария кивнула.

«Да, все, кроме… В общем-то мы с ней больше не подруги, так что, да, здесь все мои подруги».

«Все, кроме кого?» – заинтригованно спросил Лор.

Мария покраснела.

«Моей бывшей лучшей подруги. Её здесь нет. Как я уже сказала, наша дружба в прошлом».

«Ты говоришь о Скарлет?» – спросил Лор и тут же пожалел о своих словах – ему следует быть более сдержанным.

Мария подозрительно смерила его взглядом.

«Откуда ты всё знаешь? Ты следил за мной?»

Лор почувствовал, что она отдаляется, но терять Марию он не хотел. Он посмотрел на неё, обхватив её лицо руками и заставив Марию взглянуть ему в глаза. Лор внимательно смотрел на неё. Мария моргнула, и он стёр из её памяти последние тридцать секунд их разговора.

Мария моргнула ещё несколько раз, Лор протянул руку, и они пошли дальше.

Чуть не попался, подумал он. Начнём сначала.

«А где твои подруги? На вечеринке?» – вновь спросил он.

Мария кивнула.

«Да, все, кроме… В общем-то мы с ней больше не подруги, так что, да, здесь все мои подруги».

«Кроме кого?» – заинтриговано спросил Лор.

Мария покраснела.

«Моей бывшей лучшей подруги. Её здесь нет. Как я уже сказала, наша дружба в прошлом».

На этот раз Лор выдержал паузу, обдумывая свои следующие слова.

«Что между вами произошло?» – осторожно спросил он.

Мария лишь пожала плечами, и они продолжили путь в тишине, слушая, как под ботинками скрепит солома.

«Ты не обязана мне рассказывать, – наконец произнёс Лор. – Я знаю, что ты чувствуешь. Я тоже потерял друга. Моего кузена. Когда-то мы были близки, как родные братья, а сейчас даже не разговариваем».

Мария взглянула на него с пониманием.

«Это ужасно, – сказал она. – Что случилось?»

Лор пожал плечами.

«Долгая история». Он хотел добавить, что истории этой уже несколько веков, но вовремя остановился.

Мария кивнула, явно испытывая к нему сострадание.

«Раз ты понимаешь, – сказала она, – тогда я тебе расскажу, хотя я не знаю, почему я тебе всё это говорю, ведь я тебя даже не знаю, но мне кажется, что ты поймёшь».

Лор ободряюще взглянул на девушку.

«Да, мне такое часто говорят», – ответил он.

«Итак, – продолжила Мария, – моя подруга Скарлет вроде как увела у меня парня, хотя сейчас он мне безразличен».

Мария замолчала, но Лор знал, что она сказала не всё. Он прочёл её мысли:

Теперь, когда я встретила тебя, он мне безразличен.

Лор улыбнулся.

«Увела парня, – сказал он, качая головой, – хуже этого и не придумаешь».

Он крепче сжал руку Марии, и она слегка улыбнулась.

«Значит, вы больше не подруги?» – выпытывающе продолжил Лор.

Мария отрицательно покачала головой.

«Нет. Я полностью вычеркнула её из своей жизни. Конечно, она ещё числится в избранных контактах, и мы по-прежнему друзья на Facebook. Я решила не доводить всё до крайностей, но мы больше не общаемся и не переписываемся, а раньше слали друг другу сотню СМС в день».

«Получается, что ты вообще ей не пишешь?»

Мария покачала головой.

«Не хочу об этом говорить», – пояснила она.

Лор почувствовал, что наседает на неё слишком сильно со всеми этими вопросами. У него ещё много времени, чтобы её соблазнить и разузнать всё, что он хочет знать о Скарлет. Пока же ему нужно было укрепить её доверие – Мария должна доверять ему полностью.

Они дошли до центра лабиринта и остановились. Мария отвела взгляд, и Лор почувствовал её волнение.

«Ну, куда теперь? – спросила она. Руки её дрожали. – Может, вернёмся?»

Лор прочитал её мысли:

Надеюсь, он не хочет возвращаться. Надеюсь, он меня поцелует. Пожалуйста. Поцелуй меня.

Лор нагнулся, обхватил её лицо руками и поцеловал.

Поначалу Мария сопротивлялась, пытаясь вырваться, но потом сдалась. Лор чувствовал, что она была полностью в его власти, и знал, что теперь мог делать с ней всё, что захочет.

Глава седьмая

Скарлет летела в утреннем небе, вытирая слёзы и по-прежнему дрожа после случая под мостом. Она пыталась понять, что же с ней происходит. Она летела. Невероятно. Она не понимала как, но крылья сами раскрылись, и она просто взмыла в воздух, будто это было вполне естественно. Скарлет не понимала, почему свет резал глаза, и почему на солнце кожа чесалась. К счастью для неё, день выдался пасмурный, и ей стало немного легче; но она по-прежнему чувствовала себя странно.

Скарлет была одна, она была потеряна и не знала, куда пойти. Ей казалось, что домой она вернуться не могла, особенно после того, что случилось, после того, как она узнала, что мама хочет её смерти, и что все её ненавидят. К друзьям вернуться она тоже не могла, ведь теперь Мария её ненавидела и обратила всех подруг против Скарлет. Вернуться в школу также не было возможности, потому что Скарлет не могла просто жить, как будто ничего не случилось, и как будто не было той жуткой стычки с Вивиан на танцах.

Скарлет хотелось свернуться калачиком и умереть. Идти ей было некуда.

Пролетая над родным городом и своим домом, ей было странно смотреть на них с высоты. Скарлет летела достаточно высоко, чтобы быть незамеченной, и могла наслаждаться видом на город с воздуха – за всю жизнь она никогда не видела его с такого ракурса. Она видела идеальные по форме кварталы, образующие прямоугольную сетку, чистые улицы и высокий шпиль церкви. Повсюду виднелись провода, телефонные столбы, покатые крыши – старинные крыши, покрытые дранкой или шифером. На крышах гнездились птицы, а навстречу Скарлет летел одинокий фиолетовый воздушный шар.

Наверху ноябрьский ветер был особенно холоден, он бил ей в лицо, и Скарлет ощущала его прохладу. Ей хотелось спуститься вниз и где-нибудь согреться.

Она не переставала лететь, размышляя. Единственный, о ком она думала, чьё лицо видела перед глазами, был Сейдж. Он так и не появился на балу, хотя и обещал. Он подвёл её, и она всё ещё на него злилась. Скарлет решила, что он просто не хочет её больше видеть.

При этом она не была уверена, что знала наверняка, что же произошло. Возможно, может быть, у него была причина не прийти. Возможно, он по-прежнему её любил.

Чем больше Скарлет об этом думала, тем сильнее хотела увидеть Сейджа. Ей нужно было увидеть знакомое лицо, увидеть того, кому она была не безразлична, и кто её любил. Ну, или, по крайней мере, когда-то её любил.

Скарлет приняла решение. Она развернулась и направилась на запад, к реке, к дому Сейджа. Она вылетела за пределы города, глядя на главные трассы и используя их, как ориентир. Сердце забилось чаще, когда Скарлет поняла, что увидит Сейджа уже через несколько минут.

Оказавшись за городом, она заметила, как изменился пейзаж: идеальные кварталы и дома уступили место редким зданиям, большим фермам и лесам. Земельные участки становились всё больше: сначала они были около гектара по площади, потом около полутора гектар, потом около двух с половиной, затем около четырёх, восьми… Скарлет оказалась в районе больших имений.

Долетев до реки, она повернула и полетела вдоль неё, глядя на лежащие внизу особняки, с их длинными и широкими подъездными аллеями, вековыми дубами и массивными воротами. Всё здесь кричало о богатстве, истории, деньгах и власти.

Скарлет пролетала над самым большим и элегантным особняком, удобно расположенным вдали от дороги, прямо у реки. Старинный дом был сделан из камня и украшен красивыми спиралями и башнями, которые делали его больше похожим на замок, чем на дом. Пятнадцать печных труб пронизывали небо, как сигнальные башни. Скарлет никогда и не думала, каким красивым был дом Сейджа, пока не увидела его с высоты птичьего полёта.

Спустившись ниже, она направилась к нему. Сердце билось в груди, и она нервничала. Захочет ли Сейдж её видеть? Что если нет? Если он её прогонит, то идти ей больше было некуда.

Скарлет приземлилась перед входной дверью, осторожно опустившись на землю, собрав крылья и взглянув на каменное строение. Увиденное привело её в шок. Скарлет не верила своим глазам: весь дом был заколочен. Вместо красивых, богато украшенных стёкол была грубо прибитая фанера; вместо шума и оживления была тишина.

Дом опустел.

Скарлет услышала скрип. Взглянув в сторону, она заметила заржавевшую створку ворот, со скрипом качающуюся на ветру. Казалось, что здесь уже сотни лет никто не жил.

Скарлет облетела дом и приземлилась на широкой мраморной площадке у заднего входа, внимательно оглядывая здание: здесь картина ничем не отличалась от парадного входа. Дом был пуст и заколочен, будто всё, что здесь когда-то происходило, было выдумкой.

Скарлет развернулась и осмотрела широкий двор и сад, спускающийся к реке. Она вглядывалась в горизонт и темнеющее небо, обещающее непогоду. Скарлет искала глазами Сейджа.

Она не чувствовала здесь его присутствия. Его не было в доме. Его нигде не было.

Он улетел.

Скарлет отказывалась в это верить, но это было так.

Опустившись на землю, она закрыла лицо руками и разрыдалась. Неужели он настолько сильно её ненавидел? Неужели он её никогда не любил?

Скарлет плакала до тех пор, пока не закончились слёзы. Она смотрела на мир пустыми глазами. У неё вдруг появилась мысль пробраться в дом для того, чтобы переночевать и согреться, но она знала, что не могла этого сделать, ведь Скарлет не была преступницей.

Она так и сидела, уперевшись головой о руки и чувствуя, что ей просто необходимо было что-то сделать и куда-то пойти. Но куда?

Скарлет вдруг вновь подумала о подругах. Мария её ненавидела, но у Бекки и Жасмин не было поводов для ненависти. Когда-то они все были очень близки. Если Скарлет не могла поговорить с Марией, возможно, она сможет достучаться до Бекки или Жасмин. В конце концов, им она не сделала ничего плохого. И если не в такие ситуации, то когда ещё нужна была ей поддержка друзей?

Скарлет поднялась на ноги, вытерла слёзы, сделала три шага и взмыла в воздух. Она найдёт подруг и попросит их приютить её на ночь, чтобы у Скарлет появилась возможность подумать о том, что же делать дальше.

Глава восьмая

Отец МакМуллен опустился на колени перед алтарём. Его руки дрожали, сжимая чётки, и он молился о том, чтобы во всём разобраться. Ещё, и он должен был это признать, он молился о защите. Память возвращалась к девушке по имени Скарлет, которую привела в церковь мать несколько дней назад, и к тому, как здесь, в священном месте разлетелись вдребезги все окна. Священник поднял глаза и огляделся, чтобы убедиться, что это ему не приснилось. Внутри всё сжалось при виде явного подтверждения его воспоминания – на месте стёкол сейчас была фанера.

Отец наш небесный, молю, пошли нам защиту. Пошли ей защиту. Спаси нас от неё и спаси её от неё самой. Я молю тебя послать мне знак.

Отец МакМуллен не знал, что делать. Он был священником в маленьком городке, у него была небольшая паства, и отсутствовали какие-либо навыки, необходимые для борьбы с духовной силой такого масштаба. Он читал легенды, но никогда не воспринимал их всерьёз и, конечно, никогда не видел ничего подобного наяву.

Проведя всю жизнь в служении богу и беседах с другими о силах добра и зла, теперь он сам столкнулся с ними лицом к лицу. Эти силы находились в ожесточённой борьбе здесь, на земле, у всех на виду. Теперь он сам всё это видел – то, о чём раньше говорил с другими и читал в книгах.

Увиденное пугало его до смерти.

Неужели зло вот так запросто разгуливает по земле? думал он. Откуда оно? Что ему нужно? И почему столкнулся с ним именно он, МакМуллен?

Сразу же после того случая отец МакМуллен связался с Ватиканом, сообщив им о том, что случилось и попросив их о помощи и наставлениях. Больше всего его интересовало, как же он мог помочь бедной девочке. Может, существовали какие-то древние молитвы и обряды, о которых он не знал?

К своему разочарованию, МакМуллен так и не получил ответа.

Священник склонился в молитве, как делал каждый день после полудня, но сейчас его молитвы стали длиннее и отчаяннее.

Священник вздрогнул, когда неожиданно с грохотом открылась большая сводчатая дверь церкви. Внутрь ворвался свет и холодный воздух. Священнику сразу же стало холодно, и виновата в этом была не только погода.

Ему показалось, что в церковь вошла тёмная душа.

С неистово бьющимся сердце священник обернулся, быстро поднялся и посмотрел в сторону входа, гадая, кто бы это мог быть. Слепящий свет заставил его прищуриться.

Он увидел силуэты трёх мужчин в возрасте за шестьдесят. У них были седые волосы и чёрная одежда – чёрные водолазки под горло и чёрные рясы. МакМуллен в удивлении смотрел на них. Было в этих фигурах что-то пугающее, и они не были похожи на обычных священников.

«Отец МакМуллен?» – спросил один из них.

Священник не двигался с места, пока они шли ему навстречу. Он нервно кивнул.

«Кто вы? – спросил он. – И чем я могу вам помочь?»

«Вы нас вызвали», – ответил один из незнакомцев.

Священник недоумённо взглянул на него.

«Правда?»

Когда все трое подошли ближе, один из них протянул МакМуллену лист бумаги.

Священник взял его и увидел, что письмо было из Ватикана.

«Мы прибыли, чтобы провести расследование», – пояснил незнакомец.

Отец МакМуллен испытал облегчение от этих слов, но по-прежнему смотрел на людей с недоверием, сбитый с толку их необычным внешним видом.

«Мне льстит, что вы проделали такой долгий путь из самой Италии, – ответил он. – Спасибо, что приехали. Вы сможете помочь?»

Мужчины проигнорировали его вопрос, вместо этого развернувшись и осматривая заколоченные окна. Они многозначительно переглянулись, будто уже видели подобное ранее и знали, что конкретно произошло.

«Девушка, которую вы описали, – проговорил один из незнакомцев низким голосом, – как её зовут?»

«Её имя Скарлет», – ответил МакМуллен.

«А фамилия?» – спросил тот же мужчина.

Священник посмотрел на него в нерешительности. Он не знал, следует ли ему защищать конфиденциальность прихожанки или сказать правду. Потом он решил, что его сомнения были неуместны, ведь эти люди были из Церкви.

«Пейн», – не скрывая сомнений по поводу своего выбора, ответил он.

Один из незнакомцев сделал пометку в блокноте.

«Где она живёт?» – продолжил он.

Сейчас священник начал ещё больше сомневаться, стоит ли ему отвечать. Он прокашлялся.

«Со всем уважением могу я узнать, зачем вы задаёте эти вопросы?»

Трое мужчин недовольно переглянулись, и один из них сделал шаг вперёд. Он подошёл вплотную к священнику так, что тому пришлось отступить назад.

«Если мы собираемся ей помочь, – медленно и серьёзно начал незнакомец, – нам нужно знать всё, – он наклонился ещё ближе. – Всё».

Священник прокашлялся и отвёл взгляд.

«Хм…, – начал он, а потом замолчал. – Я хотел бы знать, как вы собираетесь ей помочь. Может, мне лучше привести её сюда, в церковь, чтобы вы провели обряд?»

МакМуллен хотел, чтобы у этих трёх мужчин, в намерениях которых он был не уверен, не было никаких преимуществ.

«Отец, – сказал один из старцев, подходя ближе и крепко схватив его за плечо, – мне кажется, вы не понимаете. Мы здесь не для того, чтобы помочь вашей прихожанке. Мы прибыли сюда, чтобы её остановить».

«Остановить? – испуганно переспросил священник. – Что вы имеете в виду? Она всего лишь подросток».

Собеседник покачал головой.

«Она далеко не так невинна. Она – древнее, дьявольское создание, которое может посеять такие разрушения, которых ещё не видел мир. Наша работа как служителей Церкви остановить её всеми возможными способами».

МакМуллен побледнел. «Наша работа – исцелять людей, – испуганно сказал он. – Я не просил у Ватикана такой помощи. Я думаю, вам лучше уйти. Я этого не хочу».

Мужчина сильнее сжал его плечо, и священник вскрикнул от боли. От крепкой хватки заболела вся спина.

Мужчина посмотрел на него мрачным взглядом тёмных глаз. МакМуллену показалось, будто он заглянул в пучины ада.

«Вы можете отказаться от нашей помощи, – мрачно произнёс мужчина, – но мы уже здесь и не уедем до тех пор, пока эта девушка, Скарлет, не будет мертва».

Глава девятая

В недоумении Кейтлин опустила глаза вниз и увидела красивый, средневековый европейский город. Она не понимала, где оказалась, любуясь церковными шпилями, терракотовыми крышами и пролегающей через весь город рекой, бегущей под низкими, сводчатыми мостами… Вдруг её осенило: это же Венеция. Но не современная Венеция, а чистая, нетронутая средневековая Венеция с каменными мостовыми, повозками, запряжёнными лошадьми, и людьми в старинных одеждах.

Летя в облаках, Кейтлин чувствовала, что кто-то держит её за руку. Посмотрев в сторону, она увидела Калеба, который летел рядом. Она не понимала, что происходит, как она может лететь, почему с ней Калеб, и что она здесь делает. Кейтлин чувствовала в себе невероятную силу, будто сама в одиночку может покорить весь мир. Ей казалось, что она была чем-то большим, чем просто человеком.

Калеб потянул её вниз, рассекая своим телом воздух. Вскоре они долетели до моста и приземлились в его центре. Город был полон людей: они торговали с лотков или заглядывали в лавки. Оглядевшись, Кейтлин увидела, что повсюду продавали золотые украшения; так она поняла, что они были на мосту Понте Веккью. Золотой мост. Одно из самых романтичных мест в мире.

Кейтлин не понимала, что они здесь делали, но ей казалось, что она уже бывала здесь раньше, в другом веке. Сама не зная откуда, она отлично помнила это место.

Калеб подвёл её к одной из лавок и выбрал для Кейтлин красивое золотое кольцо, украшенное бриллиантами. Затем он подвёл её к краю каменных перил и опустился на одно колено.

«Кейтлин, – сказал он, глядя ей в глаза, – ты согласна быть со мной на веки вечные?»

Не успела она ответить, как вдруг оказалась верхом на лошади на океаническом берегу, о который разбивались волны. Она была рядом со скалами Аквина на острове Мартас-Винъярд. Справа виднелись красивые красные скалы, а прямо перед собой Кейтлин видела огромные валуны, разбросанные в воде много сотен лет назад. Она и Калеб радостно смеялись, скача по воде и разбрызгивая вокруг себя холодные капли. Они скакали навстречу закату.

Наконец они спешились. Калеб взял Кейтлин за руку и поцеловал.

Весь мир словно замер, когда она оказалась в его объятиях, окружённая волнами. Посмотрев в его красивые глаза, Кейтлин поняла, что они будут вместе всегда.

Вдруг она заметила какую-то тень на фоне закатного солнца и с ужасом увидела, как клыки Калеба удлиняются. Не успела она ничего сделать, как он вонзил их ей в шею.

Кейтлин глотала губами воздух, потому что испытала одновременно и сильную боль, и большое наслаждение.

Кейтлин резко очнулась. Тяжело дыша, она открыла глаза, не понимая, где находится. Оглядевшись, она узнала знакомый диван и поняла, что находится дома, в Райнбеке. Кроме неё в комнате никого не было.

Кейтлин потрясла головой, пытаясь избавиться от безумного сна. Она поняла, что уснула в гостиной, когда все – Калеб, Сэм и Полли – были ещё здесь, но почему-то сейчас она была одна.

«Есть здесь кто-нибудь?» – позвала Кейтлин.

Поднявшись с дивана, она пересекла комнату. Взглянув под ноги, она увидела, что пол был усыпан клочками бумаги. Когда Кейтлин взяла один из них в руки, то поняла, что это были страницы из дневника. Они были разбросаны по всему дому.

Подняв глаза вверх, Кейтлин с удивлением отметила, что обрывки страниц были даже на потолке.

Мало понимая, что происходит, ей вдруг захотелось подойти к входной двери. Дошла Кейтлин до неё в состоянии лёгкого транса, думая о Скарлет и чувствуя, что дочь была прямо за дверью. Чем ближе Кейтлин подходила к двери, тем сильнее билось сердце в груди.

И вдруг дверь сама открылась. В комнату влетел холодный порыв ветра и разметал повсюду обрывки страниц. Преодолевая оглушающий звук, Кейтлин не двигалась с места. Сердце её готово было вырваться из груди, когда она увидела перед собой Скарлет целую и невредимую.

«Скарлет, – не веря своим глазам, проговорила она, – где ты была?»

Кейтлин бросилась к дочери, готовясь её обнять, но Скарлет вдруг открыла рот, обнажив два длинных клыка, сделала шаг вперёд и вонзила их Кейтлин в шею. Боль была невыносима, и Кейтлин упала на колени, теряя сознание.

Кейтлин открыла глаза и закричала. Тяжело дыша, она схватилась за шею и огляделась. Крича и размахивая руками, она взялась за край дивана и увидела, как к ней бегут Калеб, Сэм и Полли.

«Кейтлин, – проговорил Калеб, – что случилось?»

По-прежнему тяжело дыша, Кейтлин оглядела комнату и постепенно начала понимать, что всё это было лишь сном. Один жуткий сон за другим. Всё было в порядке. Калеб был в порядке. Сэм и Полли были здесь.

Кейтлин выглянула в окно и увидела, что начался новый день. Посмотрев под ноги, она пыталась найти на полу разорванные обрывки страниц из дневника, но пол был чист. Посмотрев на входную дверь, она заметила, что та была как обычно заперта.

Это был всего лишь плохой сон. Ужасный, ужасный кошмар.

И тут Кейтлин вспомнила, что это был реальный кошмар её жизни. Она посмотрела на Калеба.

«Скарлет? – спросила она, хватая его за руку. – Что-нибудь стало известно?»

Калеб мрачно покачала головой, и Кейтлин почувствовала, как внутри всё похолодело от ужаса. Она взглянула на дисплей телефона.

«Я уже проверял», – сказал Калеб.

Кейтлин всё же проверила, чтобы убедиться, что новых сообщений нет. Не было ни новых СМС, ни пропущенных звонков. Ничего.

Скарлет, её малышка, пропала.

«А что говорит полиция?» – спросила Кейтлин.

Сэм и Полли одновременно покачали головами.

«С утра мы им звонили уже три раза. Никто ничего не видел. Она пропала».

«Мы должны её найти, – сказала Кейтлин, вскочив на ноги. – Мы должны! Моя дочь там одна!»

«Она и моя дочь тоже, – спокойно ответил Калеб. – Мы делаем всё, что в наших силах».

«Значит, этого не достаточно!» – не унималась Кейтлин.

«Что ты от нас хочешь?» – сердито спросил Калеб.

«Давайте вернёмся на улицу, – ответила Кейтлин. – Разделимся. Каждый возьмём свою машину, и мы прочешем квартал за кварталом».

«Какие ещё кварталы? – спросил Калеб. – Мы уже объехали весь город по десять раз. Какой в этом смысл?»

«Если мы уйдём из дома, – добавил Сэм, – то можем её упустить. Ты слышала, что сказали полицейские: скорее всего, Скарлет будет искать нас именно здесь».

«Но мы не можем просто сидеть сложа руки», – настаивала Кейтлин.

«А что ещё нам остаётся?» – спросил Калеб, уперев руки о бёдра.

Кейтлин задумалась. Сны не давали ей покоя. Осмотрев комнату, она увидела дневник на полке. Вдруг её осенило:

Эйден.

Эйден был прав с самого начала. По собственной глупости она не хотела его слушать, пока не стало слишком поздно. Сейчас кроме него обратиться ей было не к кому, и Эйден был единственным, кто мог знать, что делать.

Кейтлин схватила телефон и набрала его номер дрожащими руками. Она вышла в коридор, чтобы остальные не слышали их разговор и не подумали, что она сходит с ума.

Тихо плача и вытирая бегущие слёзы, Кейтлин ждала, когда Эйден поднимет трубку.

Пожалуйста, возьмите трубку, думала она. Пожалуйста.

«Алло», – наконец произнёс сиплый голос.

Кейтлин облегчённо выдохнула.

«Эйден! – сказала она. – Это я, Кейтлин. Мне нужно с вами увидеться. Сейчас. Мы можем встретиться? Вы свободны? Пожалуйста, мне нужно поговорить с вами о Скарлет. Пожалуйста».

Сумбурный монолог Кейтлин закончился, и на другом конце провода повисла долгая тишина.

Наконец Эйден сказал:

«Сейчас же приезжай ко мне в офис, – произнёс он. – Я отменю все встречи на сегодня».

Кейтлин повесила трубку. Руки дрожали. Она быстро схватила ключи от машины и направилась к двери, даже забыв захватить пальто.

«Постой! – крикнул Калеб. – Куда ты идёшь?»

Кейтлин обернулась, совсем забыв о нём.

«К Эйдену», – просто ответила она.

Калеб смотрел на неё в недоумении.

«В город? – спросил он. – А как же Скарлет?»

«Речь идёт именно о ней», – ответила Кейтлин.

Она развернулась, чтобы уйти, но почувствовала руку Калеба на плече.

«Погоди минуту, – сказал он. – Я поеду с тобой».

Кейтлин обернулась и посмотрела на мужа, чувствуя исходящие от него любовь и поддержку. Она благодарно кивнула.

Калеб взял ключи и открыл входную дверь. Обернувшись, оба посмотрели на Сэма и Полли.

«Не переживайте, – сказала Полли. – Мы будем здесь. Идите. Найдите ответы».

Глава десятая

Скарлет кружила высоко над родным городом, глядя на освещённые в ночи дома. С высоты они выглядели очень уютно, напоминая миллионы огоньков, сияющих между деревьями. Скарлет думала, что внутри этих домов были люди; возможно, они только что сели, чтобы поужинать, смеялись и наслаждались компанией друг друга. Это были обычные, нормальные семьи, которые каждый вечер собирались вместе. Возможно, сначала они поужинают, а потом посмотрят телевизор и начнут убирать со стола. Идеальные, счастливые семьи без забот.

Больше всего на свете Скарлет хотелось иметь такую же семью.

Смахнув слезу, она подумала о своём доме и родителях. Внешне они создавали впечатление идеальной семьи в идеальном городке, живущей идеальной жизнью. Скарлет же казалось, что семья её разваливалась на части и была такой же несчастной, как все остальные несчастные семьи. Всю свою жизнь Скарлет была близка с матерью, но после прочтения её дневника она никак не могла смириться с мыслью, что та хотела её смерти. С отцом они тоже были близки, и Скарлет не понимала, как он мог позволить матери желать подобное собственной дочери. Были ли родители заодно?

Сейчас они смотрели на неё, как на сумасшедшую, как на монстра. Скарлет казалось, что что бы она ни делала, она больше не вызывала у них других чувств, кроме неодобрения. Они перестали её понимать. Родители не хотели её слушать, не хотели узнать её точку зрения, но были быстры на выводы и осуждение. Как бы Скарлет ни любила родителей, эту черту она в них просто ненавидела. Почему они просто не могли поговорить с ней и выяснить, что происходит вместо того, чтобы сразу же осуждать?

Скарлет кружила над собственным домом, видя его огни среди деревьев далеко внизу. Она знала, что могла легко спуститься вниз и войти в дверь. Но всё было не так просто. Скарлет казалось, что она не могла вернуться домой; ей казалось, что у неё больше не было дома. Что-то внутри неё изменилось, и изменения были окончательными. Она больше не доверяла родителям и не думала, что они могут понять то, что с ней происходит.

Скарлет не хотелось их видеть, по крайне мере, сейчас, в это тяжёлое для неё время. Сейчас ей хотелось видеть лишь одного Сейджа. Скарлет думала, что только он мог понять её лучше, чем родители. Ей нужен быль только Сейдж и никто другой.

Скарлет вновь смахнула слёзы, вспомнив, что Сейдж исчез. Он заколотил свой дом и сбежал, как вор, среди ночи. Выглядело всё так, будто его никогда и не существовало.

Скарлет летела в небе и плакала. Подобные мысли лишали её сил. Сейдж был ей не безразличен. Разве он этого не знал?

Она парила в воздухе уже несколько часов, бесцельно кружа над городом и размышляя о своём следующем шаге. Может, ей следует просто улететь из города навсегда?

В душе она была ещё не готова всё бросить. Она не знала, что случилось с Сейджем, и понимала, что должна была разобраться в том, что произошло. Она не могла просто взять и всё бросить. Размышляя о том, где ей раздобыть информацию, она всё чаще думала о школе и о том, что кто-то из учеников мог его видеть.

Скарлет вновь вспомнила подруг и свои намерения пойти к ним. Она вспомнила последний раз, когда они виделись на школьном балу. Тогда всё прошло не очень удачно. Размышляя об этом вновь и вновь, Скарлет пришла к выводу, что ей было безразлично, как они к ней относятся: они могут её ненавидеть, но при этом они могут помочь ей найти Сейджа. Подруги были единственными, к кому она могла обратиться с подобной просьбой.

Облетая город, Скарлет решила забыть о гордости ради Сейджа и найти их. Она не могла пойти к Марии после ссоры. С другой стороны, с Жасмин всегда можно было поговорить, как с взрослым человеком. Даже если Мария настроила подругу против Скарлет, возможно, Жасмин всё-таки выслушает её точку зрения и скажет, знает ли что-нибудь о том, где найти Сейджа. Большего Скарлет и не просила. Ну, возможно, за исключением разрешения провести в доме Жасмин день-другой, чтобы хорошенько обо всём поразмыслить и определиться с планом действий.

Утвердившись в своих намерениях, Скарлет развернулась и полетела прочь от города, в пригород – царство одноэтажных ранчо, грузовиков-пикапов, припаркованных у дома, больших огородов и гравийных дорожек. Наконец она нашла дом Жасмин. Его было несложно заметить с высоты птичьего полёта. Он выделялся стареньким красным пикапом у ворот и большой пластмассовой скульптурой у входа. За всё это время Скарлет так и не поняла, что означало это изваяние.

Спустившись ниже, Скарлет заметила свет в окнах и испытала облегчение. По крайней мере, Жасмин была дома.

Скарлет приземлилась около дома, за деревьями, чтобы никто её не заметил. Она шла по траве, слыша, как скрипит под ногами подмёрзшая земля. Скарлет направилась к чёрному входу, как делала это миллион раз прежде, когда они были друзьями. Сейчас ей было странно идти к дому, будто она была здесь нежеланным гостем.

Сердце Скарлет сильно билось в груди, когда она в очередной раз спрашивала себя, стоит ли ей идти дальше, и удалось ли Марии окончательно и бесповоротно настроить Жасмин против неё.

Скарлет подошла к двери, слыша, как скрипит под ногами крыльцо, и позвонила в звонок.

Она ждала, пока кто-нибудь откроет. Сердце билось в висках. Внутри дома было шумно: она слышала смех, разговоры и приглушённую мелодию одной из песен Бритни Спирз. Скарлет не знала причину подобного оживления. Вдруг она услышала чьи-то шаги.

Увидев Жасмин, она вся сжалась.

Подруга смотрела на неё, не скрывая удивления.

«Боже мой, – медленно произнесла она. – Скарлет. Я думала, ты умерла. Мы все так думали».

Они стояли друг против друга, не зная, что сказать. Повисла неловкая тишина.

«Ну, как видишь, – наконец ответила Скарлет, – я жива».

«Боже, что же с тобой случилось? Где ты пропадала?» – не унималась Жасмин.

Сама того не осознавая, Скарлет начала нервно перебирать волосы.

«Это долгая история, – сказала она. – Я бы не хотела говорить об этом прямо сейчас. Я пришла узнать, могу ли я у тебя пожить».

Жасмин колебалась, удивлённо смотря на Скарлет. Вдруг взгляд её стал серьёзнее.

«Скарлет, когда-то мы все были лучшими друзьями, но после того, как ты так поступила с Марией, мне будет сложно по-прежнему считать тебя подругой. Мы вчетвером были не разлей вода. Ты не можешь просто взять и увести парня подруги. Я бы никогда так с тобой не поступила. Мне сейчас сложно тебе доверять, зная, как ты повела себя по отношению к Марии».

Скарлет нахмурилась, отчасти ожидая подобного ответа. Мария всегда имела большое влияние на Жасмин и Бекку.

«Это точка зрения Марии, – заметила Скарлет. – Я никого не уводила. Ему нравлюсь я. Мария же ему никогда не нравилась. Если бы ему нравилась Мария, он был бы с ней, и я никогда бы не встала на пути их счастья. Но всё не так. Я не могу заставить его полюбить того, кто ему не нравится. В чём здесь моя вина?»

Жасмин неуверенно закусила губу.

«Ну, – колеблясь, сказала она, – я слышала всё немного иначе. Мне говорили, что ты увела парня».

«Это неправда».

«Послушай, Скарлет, ситуация очень неловкая, – продолжила Жасмин. – Я не хочу вставать между тобой и Марией, мы с ней подруги и…»

Вдруг дверь полностью раскрылась, и у Скарлет перехватило дыхание, когда она увидела позади Жасмин Марию, которая злобно на неё смотрела.

Скарлет мысленно приготовилась к словесной перепалке. Она испугалась, подумав, что Мария всё это время стояла за дверью и всё слышала. Услышав шум в доме, Скарлет с ужасом представила, сколько людей могли её видеть и слышать этот разговор. Она-то решила, что может найти здесь тихое пристанище, а вместо этого, сама того не желая, оказалась в центре вечеринки.

«Жасмин, всё в порядке, – сказала Мария, положив руку Скарлет на плечо и вводя её в дом. – Впусти её».

«Хм, что? – в недоумении спросила Жасмин. – Я думала, ты её ненавидишь».

Скарлет тоже не понимала, что происходит. Она была полностью уверена, что Мария её презирает.

«Всё это уже неважно, – сказала Мария. – Сейдж больше не имеет для меня никакого значения. Всё кончено. Он твой. Я кое с кем познакомилась, и по сравнению с ним Сейдж – просто пустое место».

Скарлет увидела счастливую улыбку на лице экс-подруги и поняла, что та была по-настоящему счастлива. Так Мария выглядела всегда, когда у неё появлялся новый парень.

Скарлет была за неё рада. При этом она также испытывала большое облегчение, потому что Мария больше на неё не злилась. Она не совсем понимала, как подруге удалось найти кого-то за такое короткое время, но в любом случае она была за неё очень рада. Сначала Скарлет подумала, что Мария шутит, но когда та сделала шаг вперёд и примирительно протянула руку, Скарлет поняла, что девушка говорила искренне.

«Мир?» – спросила Мария, широко улыбаясь.

Скарлет пожала ей руку, а Мария подошла ещё ближе и обняла её.

«Да и кого заботят мальчишки? – сказала она. – Они приходят и уходят, а друзья – это навсегда, я права?»

Скарлет обняла подругу и заметила, как смягчилась Жасмин. К двери подошла Бекка. Было очевидно, что теперь, когда Мария помирилась со Скарлет, все также могли вновь с ней дружить.

Бекка и Жасмин обняли Скарлет по очереди, и она почувствовала, как все расслабились.

«Закрой дверь, на улице холодно», – сказала Жасмин.

Скарлет вошла в дом, и Жасмин закрыла за ней дверь. Скарлет пошла за подругами, проходя из комнаты в комнату и с любопытством осматриваясь.

«Что у вас тут происходит? – спросила она. – Я слышу музыку и голоса».

«Все в подвале, – пояснила Жасмин. – У нас вечеринка по поводу сегодняшнего мероприятия».

«А что будет сегодня?» – в недоумении спросила Скарлет.

«Ну как же, сегодня мы едем на остров Баннермана, – сказала Бекка. – Ежегодная традиция после большого бала. Ты что забыла?»

Остров Баннермана, подумала Скарлет. Это был небольшой, заброшенный остров посреди Гудзона. Она вспомнила, как в прошлом году они поплыли туда на катерах. На небольшом острове расположен разрушенный замок. Они поехали туда с ночёвкой и вечером разжигали костры, пили пиво и жарили зефир. В прошлом году подобная поездка казалась ей чем-то очень смелым и весёлым.

Сейчас же мысли о походе не вызывали в Скарлет никакого энтузиазма. Не это ей сейчас было нужно. Она искала тихое место, где бы могла спрятаться от всего мира, а также хоть какую-то информацию о Сейдже.

Следуя за подругами и спускаясь в подвал, она поняла, что её планам не суждено было сбыться. В подвале находилась дюжина ребят, друзья друзей, которые сидели кто где, смеялись и пили пиво из пластиковых стаканчиков. Оглядывая присутствующих, она была поражена увидеть среди них Блейка. Он стоял в углу и громко смеялся над шутками своих глупых друзей. Скарлет сразу же отвернулась и направилась в дальний угол, надеясь, что он её не заметил.

«Ты должна нам всё рассказать, – сказала Бекка, когда подруги собрались вокруг Скарлет. – Что с тобой случилось?»

«О чём ты?» – напрягаясь, спросила Скарлет.

«Слышали, что прошлой ночью ты надрала Вивиан задницу, – сказала Бекка. – Говорят, ты была сильна, как бог, а потом так быстро сбежала, что тебя никто не мог найти».

«Твои мама с папой отправили сообщения всей школе, пытаясь тебя разыскать», – добавила Жасмин.

«Я слышала, тебя ищет полиция, – добавила Мария. – Говорят, ты пропала».

Скарлет испытала приступ глубокой вины, подумав о том, что она расстроила родителей, и они повсюду её ищут. С одной стороны, она хотела вернуться домой, но с другой, ей нужно было больше времени, чтобы понять, почему собственная мать хотела её смерти.

Сейчас же ей нужно было успокоить подруг и заставить их перестать задавать вопросы – Скарлет ненавидела быть в центре всеобщего внимания.

Она пожала плечами.

«Родители всегда выходят из себя, когда я не возвращаюсь домой вовремя, – сказала Скарлет. – Чуть что и они готовы звонить в полицию. Ничего не случилось. Не переживайте».

Подруги понимающе закивали.

«Мои родители тоже странные, – сказала Жасмин. – Единственная причина, по которой мне удалось собрать у себя вечеринку, так это то, что родителей нет в городе. Если я куда-нибудь иду, они готовы послать за мной хоть всю армию».

«Как по мне, с тобой всё в порядке», – сказала Бекка.

«Со мной всё хорошо», – заверила её Скарлет.

«Так что же произошло между тобой и Сейджем?» – спросила Мария.

Скарлет взглянула на неё, боясь поднимать эту тему, но не увидела и следа ревности во взгляде подруги. Это было простое любопытство.

Скарлет вздохнула.

«Он меня продинамил, – сказала она. – Я не знаю, где он».

Бекка закатила глаза: «Парни, что за люди. Ненавижу, когда со мной так поступают. Ты должна его бросить».

Скарлет нахмурилась.

«Вы его видели или что-нибудь о нём слышали? Например, где он может быть?» – спросила она, с надеждой переводя взгляд с одной подруги на другую.

Все отрицательно покачали головами.

Жасмин сказала: «Какое тебе до него дело, если он тебя продинамил?»

«Мне нужно с ним поговорить», – ответила Скарлет.

«Почему бы просто не позвонить или не написать СМС?» – спросила Бекка.

«Он не берёт трубку, – сказала Скарлет. – Значит, вы ничего о нём не слышали?»

Подруги переглянулись и отрицательно покачали головами.

«Я бы тебе сказала, если бы его видела, – проговорила Бекка, – но он такой загадочный. Никто не видит его дольше одной секунды».

Скарлет была расстроена. Она так надеялась, что друзья смогут ей помочь. Это был её единственный шанс что-то разузнать, потому что они были её глазами и ушами в школе. Скарлет была подавлена и готова разрыдаться. Возможно, Сейдж действительно уехал из города.

«У Марии появился парень», – улыбаясь, сказала Жасмин, меняя тему разговора.

Скарлет улыбнулась Марии, искренне за неё радуясь. Подруга покраснела.

«Я счастлива за тебя, – сказала Скарлет. – Кто он?»

«Самый замечательный парень в мире, – ответила Мария. – Он уже мужчина, а не просто мальчик. Он ездит на великолепном Maserati и носит дорогую одежду. Он сказал, что на этой неделе мы съездим вместе в Нью-Йорк. С ума сойти, да?»

Скарлет посмотрела на подругу, гадая, кем мог быть этот незнакомец. Если верить словам Марии, то всё выглядело слишком уж идеально.

«Просто будь осторожна», – предупредила Скарлет.

Мария помрачнела.

«Почему я должна быть осторожна? Он ведь само совершенство».

Скарлет подняла руку.

«Просто на всякий случай».

«Вот ты где», – сказал голос.

Скарлет обернулась и оторопела, увидев перед собой улыбающегося Блейка. Одетый в клетчатую рубашку, он стоял, засунув руки в карманы джинсов. Волосы были взъерошены, а лицо небрито. Он смотрел на неё так, будто они были очень близки.

«Тебя в последнее время не найти, – сказал он. – Ты получала мои СМС?»

Скарлет смотрела на Блейка ничего не выражающим взглядом, не совсем понимая, о чём он говорит.

«Какие СМС?»

«Я отослал тебе массу сообщений».

«Прости, у меня сломался телефон», – ответила Скарлет.

Блейк пожал плечами.

«Неважно, ведь ты здесь. Ты идёшь в поход на остров Баннермана?»

Скарлет неуверенно оглядела подруг, и они активно закивали.

«Ты должна поехать с нами, – сказала Мария, подходя ближе и беря Скарлет за руки. – Конечно, она идёт, – добавила она, обращаясь к Блейку. – Скарлет такое не пропустит».

«Класс, – ответил Блейк. – Мы поплывём в одной лодке».

Скарлет и все остальные прошли к дивану. Она была погружена в собственные размышления и даже не взяла предложенный ей напиток. Включив музыку громче, все вокруг пили, смеялись и развлекались. Поглощённые весельем, они даже не заметили уныло сидящую в стороне Скарлет. Она хотела быть как можно дальше от этого места, не зная, что делать, и желая, чтобы всё это как можно быстрее закончилось.

Глава одиннадцатая

Кейтлин и Калеб поднимались по бесконечной лестнице, ведущей в корпус Колумбийского университета. Их торопливые шаги эхом расходились по массивному зданию, в котором находился кабинет Эйдена. Кейтлин было странно вновь вернуться сюда, где она провела так много лет своей жизни. Сердце её учащённо билось в груди, со страхом ожидая вердикта Эйдена. Присутствие Калеба вселяло в неё уверенность, хотя оба и отчаянно жаждали, и боялись этой встречи с профессором. В последний раз, когда Кейтлин была здесь, он посоветовал ей убить дочь, и она поклялась больше никогда сюда не возвращаться.

Но сейчас она оказалась в отчаянной ситуации, и, как бы смешно это ни звучало, Эйден был единственным, к кому она могла обратиться. Оставалось лишь надеяться, что на этот раз он даст им другой совет и поделится информацией о том, как помочь Скарлет. Он был самым сведущим человеком в этой области, и если кто-то и мог помочь, то это был Эйден.

«Ты уверена, что это хорошая мысль? – спросил Калеб. – Как старый профессор может помочь нам вернуть дочь?»

Они шли очень быстро, и Кейтлин ответила запыхавшимся голосом.

«Он не просто профессор, – сказала она, – он – настоящий гений и учёный. Его знаний хватит на самую большую библиотеку. Если кто и знает, где нам искать, то это должен быть Эйден».

«Что искать? Как это поможет нам найти Скарлет?»

Кейтлин покачала головой.

«Ты не понимаешь. Мы ищем не только Скарлет, но и мотивацию, которая стоит за её поведением: нам нужно узнать, что ею движет, что овладело её сознанием. Если мы это не поймём, то не сможем её найти. И главное: нам нужно лекарство. Эйден может знать ответы на все эти вопросы».

Калеб недоверчиво покачал головой.

«Мне кажется, мы теряем время. Я не разделяю твоего энтузиазма по поводу науки и никогда не разделял, но я уважаю тебя, и если ты считаешь, что это – выход, то пусть так и будет».

«Мы должны попытаться, – ответила Кейтлин. – Не будь скептиком, прошу. Однажды ты уже мне не верил и ошибался, помнишь?»

Калеб посмотрел на жену и кивнул. Было видно, что она его убедила.

«Я готов слушать, – заключил он. – После того, что я видел, я готов выслушать любой бред».

Они дошли до верхней ступени, и Кейтлин с удивлением увидела стоящего у входа в здание Эйдена. Он уже их ждал и выглядел озабоченным. Быстро поздоровавшись, он ободряюще потрепал Кейтлин по плечу и повёл внутрь.

«Мне очень жаль», – серьёзно и мрачно произнёс он. Лицо профессора выражало сочувствие. Кейтлин поняла, что ошибалась на его счёт – он всегда желал ей добра, и то его заявление было продиктовано заботой о ней.

«Спасибо, что согласились встретиться», – сказала Кейтлин.

«За вами не следили?» – спросил Эйден.

С замиранием сердца Кейтлин впервые подумала о подобной возможности. Она оглянулась. Калеб последовал её примеру. Оба отрицательно покачали головами.

«Пойдёмте, – сказал Эйден, – я не хочу, чтобы наш разговор кто-то подслушал».

Профессор нервно огляделся, а потом открыл дверь, и они последовали за ним вверх по лестнице, а потом по коридору, который привёл всех в его кабинет.

Зайдя в крошечный офис, Кейтлин и Калеб сели рядом на два небольших стула от студенческих парт, а Эйден плотно закрыл дверь и сел напротив. Облокотившись о стол, он сложил на него руки, уперев подбородок в ладони. Один глаз его нервно дёргался.

Кейтлин заметила, как сильно повлияло на него всё происходящее. Она знала, что он был хорошим человеком и никогда не хотел навредить Скарлет.

«Мне жаль, что дошло до этого, – сказал Эйден. – Я уверен, что ты понимаешь, что я хотел для вас только всего самого хорошего. Тогда я сказал то, что сказал, потому что не хотел, чтобы пострадало человечество. Это злосчастное стечение обстоятельств. Самое нежелательное из всех».

Кейтлин нервно ёрзала на стуле. Не успела она сказать и слова, как Калеб подался вперёд и взволнованно произнёс: «Вы знаете, где наша дочь?»

Эйден тоже наклонился вперёд, вздохнул и покачал головой.

«Боюсь, что нет, – сказал он, – но я всё равно могу вам помочь. Возможно, я могу помочь вам найти причину её поведения и предположить, что вы можете ожидать в дальнейшем».

«Что вы имеете в виду под «в дальнейшем»?» – не унимался Калеб.

Эйден откинулся на спинку кресла, которое тут же заскрипело.

«Вампиры существуют уже сотни лет, – начал объяснять он. – Ваша дочь была последней из рода. Теперь же после её охоты, я боюсь, что эту эпидемию уже не сдержать. Мы не знаем, скольких она уже заразила, и скольких уже укусили её жертвы. Сдержать волну теперь не удастся. Сейчас мы должны найти лекарство».

«Лекарство? – неуверенно переспросила Кейтлин. – А оно существует?»

Эйден закрыл глаза. Было видно, что этот разговор доставляет ему душевную боль.

«Этот вопрос тысячи лет мучает учёных, историков, жертв, поражённых, церковь и даже охотников на ведьм. Существует ли спасение от вампиризма? Хочется верить, что да. Ваша дочь была последним вампиром на земле. Но вы должны понять, что проблема заключается в том, что лекарство – если оно существует – хранится в строжайшем секрете. Никто не знает, кто хранит этот секрет, где хранится снадобье и почему. Как вы понимаете, эти знания не относятся к общеизвестным, но я хочу вам сказать, что учёные, историки и другие ищут его уже несколько веков. За это время было несколько многообещающих зацепок и даже слухов об его обнаружении, но никто не смог предоставить неопровержимых доказательств. Мы во многом похожи на рыцарей, ищущих Священный Грааль и потерянный Ковчег Завета. Существует масса теорий, и сложно выбрать одну, достойную веры. Сам я никогда не видел весомых доказательств».

«Вы можете мне сказать, если ли у нас надежда?» – в отчаянии спросила Кейтлин.

Эйден внимательно посмотрел на неё умными глазами.

«Если хотите знать моё мнение, – осторожно произнёс он, – я бы сказал, что да, существует. Но многие со мной не согласятся».

«Это отличная новость», – сказала Кейтлин.

«Не обязательно, – продолжил Эйден. – Я верю в Священный Грааль, но это не значит, что я верю в то, что я или кто-нибудь другой сможет его найти. Нужно исследовать множество научных трудов, созданных в течение веков, исключить ложные зацепки. Я не думаю, что кто-нибудь когда-либо занимался этим всерьёз. Мне кажется, на эти поиски и одной жизни мало».

«У меня получится, – уверенно ответила Кейтлин. – Просто подскажите мне, где искать. Вы меня знаете: я могу просматривать тысячи книг за день, если придётся. На кону жизнь моей дочери. Вы сами сказали…»

Эйден поднял руку.

«Я не встречал никого умнее тебя, Кейтлин, – сказал он, – но даже твоя невероятная скорость восприятия не справится с этой миссией. Ты должна понять, что искать тебе придётся две разные вещи: и лекарство от вампиризма для Скарлет, и оружие против вампиров для людей, которых она обратила. Тебе понадобится и то, и другое. Согласно легендам, «излечению» поддаются только чистые и невинные вампиры, как твоя дочь. Тёмных вампиров необходимо уничтожить.

Именно поэтому я считаю, что ваша дочь была последним вампиром. Я полагаю, что остальные были уничтожены. Последний чистый душой вампир не мог быть убит, как все остальные. Я считаю, что было найдено оружие для убийства вампира, но не средство его излечения».

Эйден вздохнул и отклонился назад.

«Как бы там ни было, сейчас это всё неважно, – добавил он. – И оружие, и лекарство давно потеряны, и никто не знает, где их искать».

Кейтлин сконцентрировалась на новой возможности и была полна решимости. Она не хотела ничего больше слушать.

«Вы упоминали зацепки, – сказала она. – Вы можете ими поделиться?»

Эйден оглядел её и покачал головой.

«В этом вся ты, – сказал он, – стоит тебе вбить что-то себе в голову, как тебя уже не переубедить. Шансы, что ты быстро найдёшь среди них нужную…»

«Эйден, прошу вас, – настаивала Кейтлин. – Я должна попытаться. Речь идёт о моей дочери. Я должна вернуть её. Я готова на всё, даже на самое невероятное».

Эйден долго размышлял, сидя в полной тишине. Наконец он кивнул.

«Хорошо, – сказал он. – Я считаю, что ты лишь тратишь время, но будь по-твоему. Как пожелаешь. Первое, что тебе надо сделать, это отправиться в библиотеку, где собрана самая обширная коллекция материалов по теме – в библиотеку Йельского университета».

Из кипы книг на столе Эйден извлёк авторучку и блокнот. Согнувшись, он начал в нём что-то писать, не переставая говорить.

«Ты должна просмотреть все эти книги, – сказал он, не отрываясь от письма. – Это фактические энциклопедии с достойными внимания трудами по оккультизму. В них ты найдёшь десятки лучших теорий. Смогут ли они тебе пригодиться – это уже другой вопрос».

«Спасибо», – от души сказала Кейтлин, беря лист бумаги.

«Прежде чем ты уйдёшь, скажи мне то, что я до сих пор не понимаю во всей этой истории, – продолжил Эйден. – Ты сказала, что вы вошли в бар и нашли там Скарлет?»

«Нет, – ответил Калеб. – Она была в подсобке. Сначала нам пришлось участвовать в драке».

«Драке?» – обеспокоенно переспросил Эйден.

«Да, с завсегдатаями бара, – пояснил Калеб. – Поначалу шансы были не в нашу пользу, но потом появился тот парень и помог нам».

Эйден заинтригованно подался вперёд: «Ты говоришь парень

«Да», – подтвердил Калеб.

«Это было необычно, – добавила Кейтлин, словно что-то вспомнив. – Казалось, он обладал нечеловеческой силой. Я никогда не видела, чтобы люди двигались так быстро».

Эйден обеспокоенно посмотрел на Кейтлин.

«Как там оказался этот парень?» – спросил он, и Кейтлин услышала в его голосе тревогу.

«Он сказал, что искал Скарлет».

Нахмурившись, Эйден откинулся на спинку кресла и надолго задумался.

«А почему вы спрашиваете?» – наконец не выдержала Кейтлин. Беспокойство профессора передалось и ей.

«Мне кажется, здесь могут действовать третьи силы», – наконец заключил Эйден.

«Что вы имеете в виду?» – спросила Кейтлин.

Профессор вздохнул.

«Существует пророчество о том, что когда на земле появится последний вампир, то Бессмертные умрут».

«Бессмертные?» – переспросил Калеб.

Эйден кивнул.

«Легендарная древняя раса, которой суждено прожить на земле две тысячи лет. Они не совсем бессмертны, этот термин употребляется здесь неправильно. Однако у них есть возможность стать бессмертными и продлить себе жизнь на веки вечные. Для этого им нужен последний вампир…»

Он замолчал.

«Возможно, Скарлет вовлекли в войну Бессмертных. Если легенда окажется правдой, то она – их последняя надежда на вечную жизнь. Это объясняет появление этого странного парня».

«Для меня это звучит уж слишком безумно, – сказал Калеб, откидываясь на спинку стула и скрещивая руки на груди. – Разве вы не учёный? Неужели вы действительно во всё это верите?»

Кейтлин лишь покачала головой, не зная, что сказать.

«Нет, – сказала она, обращаясь к Эйдену. – Этот парень хотел нам помочь».

«Помочь вам найти Скарлет», – поправил её профессор.

«Это звучит просто невероятно», – ответила Кейтлин.

«Но именно ты рассказала мне эту историю, – сказал Эйден. – Ты должна доверять своим инстинктам».

«И что теперь? – спросил Калеб. – Всё это меня не волнует. Для меня главное вернуть дочь».

«Но это должно вас волновать, мистер Пейн, – ответил Эйден. – Вам нужна эта информация для того, чтобы её вернуть. Поиск на улицах не даст результатов. Не узнав всей правды, вы её никогда не найдёте и уж точно не спасёте».

Профессор повернулся к Кейтлин.

«Отправляйся в Йель, – сказал он. – Попытайся найти информацию о том, где искать лекарство и оружие. Сам я займусь этим парнем и разузнаю больше о Бессмертных. Мне кажется, всё это – кусочки одного пазла».

«Что делать мне?» – спросил Калеб.

Эйден повернулся к нему.

«Первая жертва вашей дочери бродит по городу. Он стал вампиром, – сказал он. – Уже очень скоро он начнёт обращать и других. Вы должны найти этого человека и остановить его прежде, чем Кейтлин найдёт ответы».

Эйден наклонился ближе.

«Вы меня слышите? – настойчиво повторил он. – Сейчас этот человек представляет собой очень серьёзную опасность для человечества. Вы должны остановить его во что бы то ни стало».

Глава двенадцатая

Кайл гордо вышагивал по Шоссе 9, чувствуя себя перерождённым и сильным как никогда. В голове он вновь и вновь прокручивал сцены убийства полицейских. Ещё ничто его так не радовало. Он бы убил и больше, если бы появилась возможность.

Кайл сжал кулаки и размял мышцы, не понимая, откуда у него появилась такая сила. Он чувствовал, что кровь бежит по венам так быстро, как будто ему сделали десять переливаний одновременно. Весело шагая вдоль дороги, он вновь ощущал себя восемнадцатилетним, неуязвимым и готовым захватить весь мир. Невероятно, каким бодрым он себя чувствовал. При желании он мог протанцевать всю ночь.

Кайл понимал, что должен вести себя осторожно, ведь теперь он – убийца полицейских, и скоро на его поиски будут направлены все силы округа. Он решил, что, наверно, ему не стоит так открыто разгуливать по Шоссе 9, как будто ему ничто не страшно в этом мире.

Странно, но страха он и вправду не испытывал. Более того, Кайл ощущал в себе смелость и даже неуязвимость. Он избавился от всех страхов и, как ни странно, думал, что что бы ни случилось, его не убьют. Таким уверенным он не ощущал себя никогда прежде, и ему хотелось проверить свои силы на деле.

Ночью дорога была тёмной, и несмотря на начинающийся рассвет небо всё ещё было сумеречно-серым. Кайл решил опробовать свои силы в действии. Вместо того чтобы идти вдоль обочины, он перешёл на середину дороги. Он шёл медленно, не торопясь, прямо по центру трассы, понимая, что машины не смогут увидеть его вовремя и наверняка собьют.

Он хотел, чтобы его сбила машина. Он хотел проверить, действительно ли он неуязвим.

Через несколько минут горизонт осветился светом фар, и на шоссе выехал фургон. Кайл слышал скрежет шин по асфальту, слышал оглушающий рёв клаксона и скрип тормозов. Он не двигался с места, глядя на машину, улыбаясь и понимая, что остановиться она уже не успеет.

Пассажиры его тоже заметили. Он видел их испуганные лица в ветровом стекле, когда в него врезался фургон.

От удара у машины оторвало крыло, и разбилось лобовое стекло. Машина резко остановилась, как при столкновении со стеной. Водитель и его пассажиры – пожилая пара – вылетели через переднее стекло, приземлившись на асфальте. Они представляли собой кровавое месиво и совсем не двигались. Фургон стоял рядом, клаксон ревел, а из капота шёл дым.

Кайл оглядел себя и с удивлением отметил, что остался цел и невредим: было несколько синяков на руке, но на этом всё. Глядя на руку, он увидел, как ушибы рассасываются прямо на глазах.

Кайл широко улыбнулся.

Теперь меня ничто не остановит, подумал он. Жаль, что у меня не было подобной силы, когда я был в тюрьме. Он начал мечтать, скольких бы офицеров он тогда убил, скольких бы заключённых освободил. Он начал мечтать, какую кровавую охоту они смогли бы начать тогда.

Обернувшись, Кайл увидел мёртвые тела пожилых пассажиров и испытал удовлетворение.

Не стоило так рано ехать по шоссе, подумал он. Так им и надо.

Кайл развернулся и направился туда, куда изначально держал путь – в бар «У Пита». В горле пересохло, и ему хотелось пива. И не только этого.

* * *

Кайл бегом направился к бару, удивлённо отметив, что на то, чтобы покрыть всё расстояние в несколько десятков метров у него ушло не более нескольких секунд. Не успел он глазом моргнуть, как оказался у дверей бара. Что же происходит? Может, воображение играет с ним злую шутку? Или ему снится какой-то удивительный сон?

Подойдя к двери, Кайл заметил, что она всё также криво висела на сорванных петлях после того, что случилось вчера вечером. Он знал, что пришёл именно туда, куда нужно. Ему необходимо было узнать больше о девчонке, которая его укусила – Скарлет, – а это было единственное место, в котором он её видел. Кто-то обязательно должен знать её.

Кайл пинком открыл дверь и вошёл внутрь, оглядываясь. Свет казался ему невероятно ярким, и у него даже закололо в глазах.

«Прости, приятель, но бар закрыт», – произнёс голос.

Подняв глаза, Кайл увидел измождённого бармена, вытирающего стойку. В углу работал небольшой телевизор, и в баре никого не было.

«Эй, ты что оглох? Мы закрыты», – серьёзнее повторил бармен, когда Кайл направился внутрь заведения, полностью игнорируя его слова.

Он подошёл к стойке, от которой жутко воняло, будто её только что вытерли аммиаком.

«Я сказал, что бар закрыт», – угрожающе отрезал бармен.

Когда Кайл дошёл до стойки, и бармен внимательно смерил его взглядом, то вдруг удивлённо замолчал.

«Постой-ка, ты же тот парень, что был здесь вчера? – неуверенно спросил он. – Постой. Я думал… Боже ж ты мой, разве они тебя не забрали в участок?»

Теперь бармен смотрел на Кайла с сомнением, и Кайл видел, как неуверенность превращалась в страх.

Находясь в полуметре от мужчины, он потянулся к нему через стойку и поднял его над головой.

«Эй, приятель, отпусти меня! – закричал бармен, отчаянно пытаясь противостоять сверхчеловеческой силе Кайла. – Мужик, да что с тобой не так?»

«Мне не нравится, когда говорят, что бар закрыт, – медленно и мрачно ответил Кайл. – Я не собираюсь просить дважды: мне одно пиво и один виски. Даже, пожалуй, два. Сейчас же».

Бармен посмотрел на Кайла сверху вниз большими от страха глазами и развёл руки в стороны, словно сдаваясь.

«Что пожелаешь, друг! – сказал он. – Сейчас я дам тебе выпить».

Кайл ухмыльнулся и медленно опустил бармена на пол. Потянувшись в карман, он достал оттуда пятидесятидолларовую банкноту – новенькую хрустящую банкноту, – которую вытащил из бумажника одного из полицейских, и положил её на стойку.

«Оставь сдачу себе», – сказал Кайл.

Бармен был впечатлён таким широким жестом. Он боязливо оглядел Кайла через плечо, наливая пиво из крана. Он даже не заметил, как на руку ему полилась пена.

«Я ищу девчонку, – сказал Кайл, – которая была здесь вчера вечером. Рыжую девочку-подростка. Ты её знаешь?»

Бармен развернулся и поставил стакан напротив Кайла. Он поднял на него глаза. По виду можно было сказать, что ему было некомфортно.

«Я ничего о ней не знаю».

«Ничего?» – переспросил Кайл, глядя ему в глаза.

Кайл всегда знал, когда ему лгали. Он считал эту способность одним из своих талантов.

Осушив два стакана виски, он начал медленно пить пиво, а потом без предупреждения резко разбил стакан о пальцы бармена, разбив кости и придавив пальцы к барной стойке.

Бармен закричал от боли.

«Сукин ты сын!» – вскрикнул он.

Кайл нагнулся ближе.

«В следующий раз, – прорычал он, – я разобью стакан и перережу тебе горло. Так что давай, попробуй ещё раз мне солгать».

Бармен быстро закивал головой, мыча от боли и потея.

«Она учится в местной школе. Это всё, что я знаю, – быстро проговорил он, жмурясь от боли. – Её зовут Скарлет. Я клянусь, что больше ничего не знаю. Раньше она сюда не приходила. Я слышал, как полицейские говорят с её родителями. Это всё. Это всё, что я знаю!»

Кайл ослабил хватку, и мужчина отдёрнул руку, дрожа от боли.

Кайл широко улыбнулся.

«Вот видишь, – сказал он. – Это было совсем несложно».

«Зачем она тебе? – спросил бармен. – Почему ты не оставишь её в покое? Ты развлёкся и хватит. Девушка пропала. Ты виноват».

Вдруг Кайл обратил внимание на телевизор.

«Срочные новости: полиция разыскивает Кайла Злого, обвиняемого в убийстве двух полицейских на Шоссе Девять. Убийство произошло после его побега из местной тюрьмы».

Кайл обернулся и увидел свой портрет на экране. К собственному удивлению, на нём он выглядел очень симпатично. Развернувшись к бармену, он заметил, как тот со страхом смотрит на него, раскрыв рот.

«Не верь всему тому, что слышишь, – сказал Кайл. – Я не сбегал. Я отсидел своё».

«Ты должен сейчас же уйти», – в панике ответил бармен.

Кайл ухмыльнулся, пропустив мимо ушей его замечание.

«Моя фамилия, – сказал он, – наверное, ты думаешь, что она вымышленная, да? Нет, она настоящая. Невероятно, правда? Говорящая фамилия – я был рождён, чтобы убивать».

Бармен поднял руки вверх.

«Послушай, приятель, – произнёс он дрожащим голосом, – мне не нужны проблемы. Я не хочу во всё это вмешиваться. Я ничего не скажу».

Кайл слышал, как дрожит его голос. Это заставило его улыбнуться.

«Понимаешь, – ответил он, – проведя столько лет в тюрьме, я научился одному – распознавать, когда мне врут, – Кайл посмотрел бармену в глаза. – А ты, дружище, мне врёшь».

Бармен замотал головой.

«Ты сдашь меня полиции в следующую секунду после того, как я выйду в эту дверь».

Бармен замотал головой ещё энергичнее.

«Нет, клянусь!»

Кайл услышал жужжание и увидел, как под барной стойкой вибрирует сотовый телефон. Он быстро схватил его и прочитал сообщение. Кайл увидел, что бармен позвонил в полицию.

«Как я и сказал, – добавил он, – я всегда вижу лжецов».

Бармен нагнулся и достался бейсбольную биту из-под барной стойки.

«Убирайся отсюда сейчас же! – закричал он, срываясь на визг. – Полиция уже едет! Они убьют тебя! А если не они, то я!»

Кайл расхохотался.

«Правда?» – дразнясь, произнёс он.

Секундой позже он услышал вой сирен и мигание проблесковых маячков. Полицейские машины резко затормозили у бара, а потом послышался топот ног по гравию. Секундой позже распахнулась дверь.

Держа перед собой оружие, в бар ворвался десяток офицеров.

«Стоять! Руки за голову! СЕЙЧАС ЖЕ!»

Кайл сел на барный стул. Бармен удивлённо наблюдал, как тот медленно допивает своё пиво. Кайл пил и пил, а пенные струйки стекали у него по подбородку, капая на рубашку. Затем он поставил стакан на место и отрыгнул.

«Чертовски хорошее пиво, – заметил он. – Жаль, что его подают в такой дыре, как эта».

Развернувшись, он улыбнулся полицейским.

«Теперь я готов. Пиво выпито».

«Я сказал руки вверх!» – прокричал офицер.

На Кайла было наставлено несколько пистолетов. Он улыбался, чувствуя страх окружающих.

«И что ты сделаешь, если не подниму?» – спросил он.

Кайл сделал шаг вперёд, и вдруг раздалась стрельба.

Он чувствовал, как пули решетят его грудь, живот, руки и плечи. Всё его тело содрогалось, и через несколько очередей он упал на пол.

Он так и лежал, пока огонь не прекратился. Он чувствовал в воздухе запах порохового дыма. Наконец вокруг стало тихо.

И тут Кайл резко вскочил на ноги. Он стоял напротив группы поражённых полицейских: все раскрыли рты от удивления и были в слишком большом шоке, чтобы как-то реагировать.

«Разве мамочка вам не говорила, что против лома нет приёма?» – спросил он, довольно улыбаясь.

Издав гортанный крик, Кайл бросился вперёд, чувствуя себя сильнее и быстрее, чем когда-либо раньше. Не успели офицеры среагировать, как он устроил в баре кровавое месиво, ринувшись в толпу, ударяя полицейских головой и локтями, толкаясь и пинаясь.

В считанные секунды противник был на полу, неподвижен. У всех были сломаны челюсти, носы, руки и ноги.

Кайл возвышался над людьми, восхищаясь деянием рук своих, а потом взял первые, попавшиеся на глаза два пистолета, проверил магазины и, улыбаясь, засунул оружие за пояс.

«Надеюсь, вы не против, если я возьму», – сказал он, обращаясь к мёртвому полицейскому.

И тут Кайл развернулся, неожиданно вспомнив про бармена.

Бармен стоял, съёжившись от страха и неуверенно держа биту перед собой.

Кайл подошёл к нему ближе, и в ту же секунду бармен выронил биту и поднял вверх трясущиеся руки.

«Прошу, – взмолился он. – У меня жена! У меня дети!»

Кайл остановился и оглядел его, посмотрев прямо в глаза.

«Ну вот, – проговорил он, – снова врёшь».

Тут он услышал журчание и увидел, что бармен обмочился от страха.

Кайл взял новенькую пятидесятидолларовую банкноту со стола, прихватив ещё один стакан с пивом.

«Ты умеешь отлично наливать пиво, – сказал он. – Совсем немного пены, а этого нелегко добиться. Очень нелегко. Повезло тебе. Очень повезло».

Кайл развернулся, держа стакан в руках, и направился к двери, перешагивая через трупы. Он уходил в ночь в поисках девчонки.

Скарлет, подумал он.

Жизнь Кайла становилась всё более и более интересной.

Глава тринадцатая 

Скарлет сидела на корме небольшой вёсельной лодки, которую несло сильное течение Гудзона. Она плотнее завернулась в свитер, пытаясь защититься от холодного ветра, дующего с реки. Скарлет и забыла, как холодно здесь бывает в ноябре, а также забыла, какими сильными могли быть волны. Река была больше похожа на бушующий океан.

На лодке было очень много людей: Мария, Жасмин, Бекка, Блейк на вёслах и пара его друзей. Скарлет нервно оглядывалась, дрожа и считая, что эта дряхлая, скрипучая шлюпка была небезопасной. К счастью, остров Баннермана был уже близко, примерно в тридцати метрах.

Скарлет одолевали смешанные чувства. В прошлом она любила приезжать на этот небольшой, заброшенный остров посреди Гудзона с развалинами большого замка, свидетеля времён, который был давно заброшен, порядком разрушен и запущен. Как и замок, весь остров зарос колючими зарослями, вьюном и плющом. Это место было давно забыто и выброшено на задворки истории.

Когда-то Скарлет нравилось представлять, каким был этот замок во времена его расцвета несколько сот лет назад, когда здесь жил баснословно богатый владелец, который обладал такой завидной силой воли, что сумел построить замок посреди Гудзона. Как же это романтично, когда-то думала Скарлет. Тогда её даже не смущало осознание того, что этот человек был контрабандистом. Ей бы хотелось с ним познакомиться и увидеть замок в период его величия.

Но это было очень и очень давно. Глядя на Блейка и его друзей, которые громко смеялись, пили пиво и выбрасывали пустые банки в воду, она поняла, что сейчас всё было иначе. Канули в лету понятия благородства и романтики. И этот замок был ещё одним тому доказательством. Сейчас он не представлял собой ничего иного, кроме развалин, захламляющих Гудзон, и места, где несносные подростки могли напиваться, баловаться наркотиками и делать всё, что пожелают вдали от всевидящего ока родителей. Здесь они могли веселиться всю ночь напролёт и не переживать о том, что с утра им предстоит убирать дом, или что кто-то может вызвать полицию. В какой-то степени, было очень печально, что романтический остров Баннермана спустя столетия превратился в место для подобных развлечений.

При этом остров был не самым безопасным местом для веселья: он зарос ядовитым плющом и боярышником, а старинная конструкция могла в любой момент разрушиться. Добраться сюда также было нелегко: по крайней мере, раз в год в водах Гудзона гибли люди. В ноябрьскую ночь вроде этой находиться здесь было и вовсе невесело, потому что повсюду вас окружали сырость и холод. Скарлет противила сама идея поездки, ей не нравилась собравшаяся компания, и она не получала никакого удовольствия от общения с ними. Единственным, о ком она могла думать, был Сейдж.

Скарлет не знала, зачем вообще согласилась сюда поехать. В тот момент на неё давило мнение окружающих, её загнали в угол, и она думала, что не может вернуться домой. Сейчас, когда Сейдж пропал, и Скарлет не знала, где его искать, отчасти ей казалось, что у неё остались только друзья, и ей не хотелось их разочаровывать. Ей также не хотелось оставаться одной, только не сейчас. Именно поэтому она согласилась на эту поездку, ведь она даст ей время подумать о том, что делать дальше. Кроме того, беря в расчёт тот факт, что это была вечеринка, Скарлет надеялась, что здесь могут оказаться люди, которые что-то слышали о Сейдже или видели его. Она должна была его найти. Скарлет казалось, что если она этого не сделает, то просто умрёт.

«Невероятно, что он не ответил на моё сообщение», – сказала Мария.

Мария сидела рядом, злобно сжимая в руках телефон и глядя на него так, будто ожидала сообщения от самого бога. Скарлет видела её разочарование.

«Кто?» – спросила она.

«Новый парень, – вмешалась в разговор Жасмин. – Ларри».

«Его зовут Лор», – резко поправила её Мария.

«Прости, – сказала Жасмин. – Да и какая разница. Кого волнует его имя, если он не отвечает на твои СМС?»

Мария покраснела и ещё больше расстроилась.

«Я не сказала, что он мне не отвечает, – защищаясь, проговорила она. – Я просто говорю, что он обещал со мной встретиться, но когда я сказала, что еду на остров, он мне ничего не ответил».

«Может, он не умеет плавать», – смеясь, сказала Бекка.

«Может, он вампир?» – добавил Блейк.

Все засмеялись. Все, кроме Скарлет и Марии, которая покраснела от смущения. Скарлет сидела молча, сочувствуя опозоренной подруге, которая разочарованно смотрела на свой телефон. Скарлет поняла, как много значил для Марии этот парень.

«Он тебе сильно нравится, да?» – сочувственно спросила она.

Мария подняла на неё глаза, которые вдруг ни с того ни с сего загорелись злобой.

«Не говори со мной о парнях», – отрезала она и повернулась к Скарлет спиной.

Скарлет была ошарашена подобной реакцией. Разве они не помирились? Разве их ссора не осталась в прошлом?

Видимо, нет. Скарлет от этого стало не по себе. Плохой вечер превращался в просто ужасный, и ей безумно хотелось пойти домой, но она застряла на лодке, с которой некуда было бежать. Скарлет сожалела, что согласилась на поездку, сожалела, что не могла развернуть лодку обратно к берегу. Как же глупо она поступила. Не стоило ей доверять Марии.

Вдруг она услышала жужжание и шум мотора. Скарлет вздрогнула, когда мимо пронеслась большая моторная лодка. Она вскочила с места, когда та окатила её ледяной водой. Их лодка яростно закачалась. Скарлет схватилась руками за борт.

Услышав издевательский смех, она оглянулась и увидела на борту шикарного катера Вивиан и множество её друзей – там собрались все популярные и богатые ученики школы, разодетые в свитера от Ральфа Лорена и разъезжающие на отцовской лодке, стоящей несколько сотен тысяч долларов. Катер приблизился к острову и уже через несколько секунд причалил к берегу.

«Это была Вивиан? – спросила Скарлет, с трудом произнося слова. Только она подумала, что вечеринка не могла стать ещё хуже, как случилось это. – Что она здесь делает?»

Бекка вздохнула.

«А ты как думаешь? Здесь половина школы. Это большая вечеринка».

Чувство страха всё росло. Приближаясь к острову, Скарлет слышала музыку, доносящуюся откуда-то из центра развалин, и видела костры сквозь густые заросли и деревья. Она вдруг и сама поняла, что здесь собралась вся школа. Скарлет застрянет на острове с людьми, которых искренне ненавидит. С людьми вроде Вивиан. Ей хотелось умереть.

Она увидела, как Вивиан оглянулась и злобно ухмыльнулась. Она видела ненависть в её взгляде, а также во взгляде её подруг, которые держали в руках напитки и смеялись над Скарлет. Вивиан плотнее запахнула пальто от Бёрберри, развернулась к Скарлет спиной и сошла с катера. Скарлет плотнее прижала к телу тонкий и промокший свитер, что был на ней надет, и почувствовала укол зависти. Она бы многое отдала за тёплое пальто в такую холодную ночь.

Их лодка грубо причалила к берегу – Скарлет и всех остальных встряхнуло на месте. Друзья Блейка выскочили на берег и вытащили лодку на песок. Все начали выбираться на сушу. Скарлет пришлось широко шагнуть, чтобы не попасть ногами в воду, и ей даже никто не предложил помощи. Когда она выходила на берег, лодку сильно закачало, нахлынула волна, и вместо того, чтобы ступить на сухой песок, Скарлет оказалась по лодыжку в ледяной воде, промочив носки и обувь.

Супер, подумала она. Теперь она была не просто несчастная и замёрзшая, но и промокшая.

Скарлет догнала остальных. Ноги хлюпали в ботинках, пока она пробиралась через остров, идя среди зарослей колючки и разросшегося ядовитого плюща. Ребята протаптывали что-то вроде тропы к сияющим руинам замка Баннермана с расцвечивающими ночь кострами. Музыка и смех стали громче. Скарлет заметила, как Блейка и остальные передают друг другу небольшую фляжку.

«Хочешь?» – спросил он.

Скарлет повернулась и увидела идущего рядом с ней Блейка. Он улыбался и держал перед ней фляжку. Скарлет отрицательно покачала головой, хотя и считала, что выпивка ей сейчас не повредит. Алкоголь помог бы успокоиться и забыть обо всех невзгодах, расслабиться.

Скарлет отказалась пить. Она была не такой.

«Нет, спасибо. Я в порядке», – сказала она.

Блейк выглядел расстроенным. Он сделал очередной глоток и догнал остальных, оставив Скарлет плестись позади.

Скарлет видела, как мило общаются между собой Жасмин, Бекка и Мария, переходя от одной темы к другой, от одной сплетни к другой. Их беседа была непринуждённой. Скарлет вновь начала спрашивать себя, что она здесь делает. Она снова начала чувствовать себя изгоем. Они не пытались показать, что не хотят с ней общаться, но при этом ей казалось, что они и не горели желанием вновь принять её в свои ряды. Видимо, Мария была расстроена поведением Лора, обвиняя во всём Скарлет и сваливая всю ответственность на неё. Может, ей это всё снится? Или всё намного хуже. Чем она думала? Неужели Мария лишь притворялась, что между ними всё по-старому? Неужели она пригласила Скарлет на вечеринку только для того, чтобы отомстить или ещё сильнее отдалить ей от подруг?

Скарлет похолодела внутри, когда они пробрались через заросли и вышли к развалинам замка Баннермана. Нагнув голову, чтобы пройти под низким, разрушающимся сводчатым каменным входом, Скарлет оказалась внутри стен, которые раньше образовывали сам замок.

Несмотря ни на что она должна была признать, что было в этом месте что-то волшебное: вековые стены, озаряемые светом от костра, тени, танцующие по заброшенному замку посреди Гудзона… Скарлет казалось, что она переместилась в какое-то волшебное место.

В иллюзию не вписывались кричащие и пьющие подростки, оглушающая музыка и смех ребят у костра, передающих друг другу сигареты. Это была просто обычная вечеринка в необычном окружении. Все могли с таким же успехом собраться у кого-нибудь в подвале.

Скарлет проследовала за подругами к небольшому костру. Все разместились вокруг него, и Скарлет попыталась сесть как можно ближе к огню, чтобы согреться и держаться как можно дальше от остальных. Кто-то начал передавать длинные шампуры с насаженными на них зефиром, хрустящим печеньем и шоколадом. Скарлет взяла один шампур и поднесла его к огню.

Она сидела и наблюдала за тем, как поджаривается лакомство. Она была очень голодна, и от вида еды у неё ныло под ложечкой. Когда зефир был готов, она поднесла шампур к губам, готовясь снять кусочек с палки. Вдруг кто-то толкнул её сзади, она дёрнулась и уронила шампур в грязь.

Скарлет обернулась и увидела стоящую над ней Вивиан. На лице её сияла дьявольская улыбка.

«Прости, – сказала она, – это моя вина».

Вивиан и её подруги рассмеялись, а затем развернулись и направились прочь, присоединившись к группе популярных ребят, расположившихся в другой части замка.

Скарлет посмотрела на упавший зефир. Сейчас он был выпачкан грязью, от чего чувство голода лишь усилилось. Это был самый ужасный вечер в её жизни. Скарлет хотелось поскорее покинуть остров, сбежать от этого шума и оказаться рядом с Сейджем, где бы он ни был.

«Не обращай на неё внимания, она просто злая», – произнёс голос.

Скарлет обернулась на звук и увидела, как к ней идёт Блейк и садится рядом, улыбаясь.

Она не знала, что ответить, поэтому не сказала ничего. Она ценила его сочувствие, но его попытки быть милым немного запоздали. Чувства Скарлет к Блейку были неоднозначными, поэтому она просто опустила взгляд на выпачканный грязью зефир, гадая, каким он должен был бы быть на вкус.

«Возьми мой», – предложил Блейк.

Скарлет увидела, как он, улыбаясь, протягивает ей палочку со свежезапечённым лакомством. Скарлет колебалась, но голод победил, и она быстро взяла её и мгновенно съела липкий жаренный зефир и растаявший шоколад.

«Спасибо», – мягко сказала она.

«Послушай, – со вздохом проговорил Блейк. – Я знаю, что в последнее время вёл себя, как настоящий придурок. Я надеюсь, ты сможешь дать мне ещё один шанс. На самом деле я не такой уж плохой человек. Я просто вёл себя глупо. Ты мне очень нравишься».

Скарлет огляделась, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает. К своему удивлению она отметила, что все друзья разошлись, перейдя к другому костру. Здесь были только она и Блейк. Скарлет обидело, что её никто не позвал. Помирилась ли она с подругами на самом деле? Она даже не знала, что ей думать по этому поводу.

Скарлет внимательно посмотрела на Блейка, видя, как в его голубых глазах отражаются огоньки костра, и вспомнила, что однажды он ей очень сильно нравился. Он был симпатичным парнем и хорошим спортсменом – по таким парням обычно сходят с ума все девочки в школе. Когда-то она тоже была одной из них, но потом Скарлет встретила Сейджа.

Сейчас Сейдж исчез из её жизни. Он бросил её.

Или нет?

Возможно, Блейк говорит искренне, думала про себя Скарлет. Может, ей следует дать ему второй шанс?

«Это был не настоящий я, – продолжил Блейк. – На меня оказывалось сильное давление, ты понимаешь? Такие люди, как Вивиан и…»

«Ты собираешься провести всю ночь здесь с этой одиночкой?» – сказал голос.

У Скарлет волосы встали дыбом, когда она узнала в говорившей Вивиан. Она посмотрела в её сторону и увидела, как та подошла и села рядом с Блейком, с другой стороны, обвив его шею руками.

Блейк выглядел смущённым, неловко смахнув её руку с плеча.

«Я сам разберусь, спасибо», – сказал он.

«Зачем тебе сидеть с неудачницей? – продолжила Вивиан. – Ведь её все ненавидят. В школе у неё нет друзей. Пошли к нам».

«Вивиан, ты забываешься…», – сказал Блейк.

«Она сумасшедшая, – не унималась та. – Все это знают».

Скарлет чувствовала, как внутри закипает злость. Ей хотелось ударить соперницу.

При этом её мало волновали слова Вивиан: жизнь и так её немало потрепала, поэтому Скарлет было уже неважно, что о ней думали другие ребята. Она хотела уйти отсюда, чтобы быть с Сейджем.

«Послушай, Вивиан, – произнёс Блейк, поднимаясь на ноги. – Я могу понять, что Скарлет тебе не нравится, но ты не имеешь права так себя вести. И мой ответ «нет». Я не хочу с тобой встречаться, поэтому возвращайся к своим друзьям и оставь нас в покое, хорошо?»

Ожесточившись, Вивиан злобно смотрела на Блейка.

«Ты жалок, – прошипела она. – Не смей больше ко мне приближаться».

Она быстро направилась прочь. Скарлет была поражена и приятно удивлена тем, что Блейк её защитил. Возможно, он действительно изменился. Возможно, она его недооценивала. Возможно, он заслуживает второго шанса.

Блейк посмотрел на Скарлет и виновато улыбнулся.

«Прошу за неё прощения, – сказал он. – Хочешь пройтись?»

Он протянул ей руку. Скарлет не двигалась с места, раздумывая над его предложением.

«Куда?» – спросила она.

Блейк пожал плечами.

«Не знаю, – ответил он. – Куда-нибудь подальше отсюда».

Глядя на протянутую руку, Скарлет не знала, что ответить. Спустя какое-то время она вложила свою ладонь в его и позволила Блейку помочь ей подняться.

Куда-нибудь подальше отсюда. Именно этого ей сейчас и хотелось.

* * *

Скарлет и Блейк шли рядом. Трава хрустела под ногами, когда они брели по тропам, ведущим вглубь острова. Скарлет посмотрела на ночное небо, усыпанное далёкими звёздами, вдохнула прохладный ноябрьский воздух и попыталась разобраться в собственных мыслях. Её одолевали противоречивые эмоции. Она больше не знала, кем была; не знала, что хочет, или куда хочет отправиться дальше.

Они шли молча, окутанные приятной тишиной. Трава хрустела под ногами. Скарлет взглянула в темноту, не понимая, куда они направляются.

«Я знаю, ты любишь этого парня, – нарушив тишину, сказал Блейк. – Его зовут Сейдж, не так ли? Да, в общем-то, какая разница. Я знаю, что я – не он. Но его здесь нет, и он больше не вернётся».

«О чём ты говоришь?» – спросила Скарлет. От этих слов сердце её забилось быстрее.

Блейк пожал плечами.

«Так все говорят. Он собрал вещи и уехал. Я здесь, и ты здесь, и всё это по-настоящему. Почему мы просто не можем насладиться друг другом?»

«Насладиться друг другом?» – переспросила Скарлет.

Блейк выкинул фляжку в кусты, развернулся к Скарлет, наклонился, обхватил её лицо руками и грубо поцеловал, совершенно сбив Скарлет с толку. От Блейка сильно пахло алкоголем, и его поцелуй был слишком настойчивым.

Испуганная, Скарлет отпрянула назад, пытаясь оттолкнуть его. Ей не нравилось его поведение и резкость, а также не нравилось, что Блейк был пьян. Шокированная, Скарлет чувствовала себя обманутой, ведь это странное поведение было необъяснимо, и всё произошло именно тогда, когда они вновь начали сближаться. Казалось, что единственный, кому она ещё могла доверять на этом острове, вдруг накинулся на неё ни с того ни с сего. Скарлет это не нравилось.

Она попыталась оттолкнуть Блейка, но он наседал всё сильнее, целуя её всё настойчивее.

«Отпусти меня!» – наконец смогла произнести Скарлет, отпихивая Блейка в сторону.

Но он был намного сильнее и, к её удивлению, не сдвинулся с места, а даже наоборот стал смелее: схватив Скарлет за плечи, он всё крепче сжимал её, настойчиво целуя.

«Ты сама знаешь, что хочешь быть со мной», – говорил он между поцелуями, пока Скарлет пыталась вырваться. Руки его блуждали по её плечам, а потом он попытался задрать её рубашку и снять её.

У Скарлет перехватило дыхание, когда она наконец поняла, что Блейк собирается воспользоваться её беспомощностью. От этой мысли ей стало физически плохо, и это вызвало внутреннюю реакцию, которая выразилась в резком приливе сил настолько мощных, что она едва могла их контролировать.

Подняв руку, которая вся горела изнутри, Скарлет толкнула Блейка в грудь. При этом она почувствовала, как тело охватил сильный жар.

Блейк отлетел назад на пару метров и приземлился в заросли терновника.

Несколько мгновений он ошарашенно сидел, не двигаясь, и смотрел на Скарлет с нескрываемым удивлением и даже страхом.

Скарлет тоже смотрела на него. Сердце её бешено билось в груди. Она не понимала, что же здесь происходит, и ей не очень хотелось в этом разбираться. Она испытала сильное облегчение от того, что наконец смогла вырваться из его грубых объятий.

«Они правы, – наконец сказал Блейк. – Ты на самом деле сумасшедшая».

Слёзы выступили у Скарлет на глазах. Она развернулась и побежала по тропе, назад к берегу. Она больше не могла это терпеть – ей нужно было убраться с острова. Всё шло наперекосяк, и она ненавидела и это место, и всех, кто здесь находился. Скарлет не понимала, как вообще согласилась сюда поехать.

Она бежала и на бегу вытирала текущие слёзы. Холодный ветер дул в лицо, а ноги цеплялись за корни и коряги. Она блуждала по незнакомым тропам, пока наконец не вышла к реке. Увидев лодку, она заколебалась. Это был её билет на свободу.

С одной стороны, Скарлет хотелось сесть в лодку и уплыть отсюда. Но волны были сильными; и какими бы они ни были, ей не хотелось бросать друзей без средства переправы. Внутренний голос уговаривал её раскрыть крылья и лететь, но по какой-то причине этот остров ослаблял её способности.

Скарлет стояла на берегу, раздумывая над своим следующим шагом. Вскоре слёзы высохли, и она смогла рассуждать разумно. Хорошо, что сейчас она была одна, в тишине и вдали от всех остальных.

Скарлет приняла решение. Она решила ещё немного подождать. Она сядет в лодку и будет ждать рассвета, когда вернутся все остальные. Рано или поздно это должно произойти, и она не хотела бросать их на этом острове. Как бы смешно это ни звучало, но ей казалось, что будь они на её месте, подруги бы поступили иначе.

Скарлет забралась в вытащенную на берег лодку. Прижав колени к груди и обхватив их руками, она села, опустив голову, и тихо заплакала. Как же ей хотелось, чтобы весь мир куда-нибудь исчез.

«Вот она где – сумасшедшая в своей конуре», – сказал противный голос.

Скарлет подняла глаза и с ужасом увидела перед собой Вивиан, которая шла по берегу в сопровождении десятка друзей и подруг, держа в руках бутылку с ликёром. Размахнувшись, она бросила её в песок, затем вытерла рот ладонью и смело направилась к носу лодки, в которой сидела Скарлет.

Не успела Скарлет понять, что происходит, как Вивиан с силой толкнула судно.

В панике Скарлет схватилась за борта: лодка резко зашаталась и частично опустилась в воду.

Вивиан смеялась, держа лодку за край и раскачивая её всё сильнее.

«Что ты делаешь? – испуганно закричала Скарлет. – Оставь её в покое!»

«С какой стати?» – ответила Вивиан.

«Вив, хватит, – сказал один из её друзей, схватив девушка за плечо. – Развлеклась и довольно».

Но Вивиан смахнула с себя его руки и с яростью в глазах бросилась вперёд, насев на лодку и толкая её со всей силой.

Секунду спустя Скарлет почувствовала, как лодку подхватило сильное течение. Хуже всего было то, что она увидела вёсла лежащими на песке, на берегу. Она была в лодке одна, без вёсел, качаемая сильным течением реки во все стороны. У Скарлет не было возможности управлять судном, и лодка качалась то вправо, то влево в неспокойных волнах высотой в метр, унося её всё дальше от острова Баннермана. Лодку нещадно бросало из стороны в сторону.

В ту же секунду, как Вивиан оттолкнула лодку Скарлет, она поскользнулась и упала. Скарлет услышала её визг, когда соперница оказалась лицом вниз в глубоких водах Гудзона.

Вивиан кричала и барахталась, уносимая течением вниз по реке. Течение было настолько сильным, что никто из её друзей не успел ей помочь – да никто и не пытался. Возможно, всё произошло слишком быстро, а возможно, все были слишком пьяны, шокированы и трусливы, чтобы броситься в воду и рисковать своей жизнью ради её спасения. Вода в реке была ледяная, а течение – сильное, что предполагало, что спасение Вивиан, которая находилась уже метрах в пятнадцати от берега, было смертельно опасно.

«Помогите!» – кричала она, качаясь на волнах.

Друзья её в ужасе кричала, а некоторые достали телефоны, чтобы вызвать помощь, – но ни один не бросился в воду.

Скарлет, сидящая в яростно качающейся лодке, чувствовала радость победы. В конце концов, Вивиан во всём виновата сама. При этом, глядя, как соперница барахтается в воде, Скарлет понимала, что никто не заслуживает смерти – даже Вивиан. Какой бы злобной и мерзкой она ни была, Скарлет просто не могла позволить ей умереть, даже если помощь ей означала верную смерть для самой Скарлет. Она должна была поступить правильно.

Больше не раздумывая, Скарлет резко встала и спрыгнула с лодки, оказавшись в ледяных водах реки. Под водой она открыла глаза и, к своему удивлению, заметила, что может видеть всё довольно чётко. Она увидела Вивиан вдали – та болтала ногами.

Силы вернулись к Скарлет: несмотря на холод её обдало жаром, и она почувствовала невероятную силу в ногах, которая помогала ей плыть быстрее. Один взмах позволил ей преодолеть до пятнадцати метров и быстро приблизиться к Вивиан.

Скарлет обхватила её за талию и поднялась на поверхность воды. Силы позволили ей легко преодолеть течение и взмыть в воздух. Вырвавшись из воды, она полетела вместе с Вивиан к берегу, преодолев около тридцати метров и спокойно приземлившись на песчаном берегу острова Баннермана.

Вивиан стояла рядом, дрожа, стуча зубами от холода и со страхом взирая на Скарлет. Все её друзья собрались вокруг, обнимая её и пытаясь согреть. Никто даже не догадался помочь Скарлет.

Скарлет была не менее удивлена собственными действиями. Она смотрела на Вивиан, ожидая, что та поблагодарит её за спасение жизни.

Вместо этого Вивиан посмотрела на Скарлет и покачала головой.

«Всё-таки ты сумасшедшая, – медленно сказала она. – Правда. Больше не приближайся ко мне».

После этих слов Вивиан развернулась к друзьям, и они направились к катеру, который быстро отчалил от берега.

Скарлет осталась одна, мокрая и продрогшая. Она смотрела, как катер уплывает всё дальше. Небольшое облако из паров дизельного топлива рассеялось. Звук мотора затих, и никто на ложке ни разу не обернулся, чтобы посмотреть на неё.

Это была ужасная ночь. Скарлет увидела другие лодки на берегу, понимая, что друзья найдут способ покинуть остров и без неё. Она больше не хотела их ждать. Она не хотела никого из них видеть. Никогда. Она хотела побыть одна.

Скарлет пошла по тропе, направляясь к дальнему концу острова, на безлюдный каменистый пляж, на котором никогда не была раньше. Вокруг было темно, и звуки музыки становились всё глуше. Кроме Скарлет на пляже никого не было: она сидела и смотрела на противоположный берег. Вокруг было так тихо, что казалось, кроме неё на острове никого не осталось.

Подняв глаза к небу, она увидела миллионы ярких звёзд, не сдержалась и расплакалась. Так грустно ей не было никогда. Скарлет потеряла смысл жизни: против неё были настроены и друзья, и семья, и все, кого она знала; а Сейдж исчез. Подняв глаза к небу, Скарлет начала молиться.

Господи, пожалуйста, дай мне знак. Дай мне знать, стоит ли жить дальше.

Скарлет медленно открыла глаза и увидела, как сверху на неё летит что-то непонятное. Не понимая, что происходит, она несколько раз моргнула, думая, не появились ли у неё галлюцинации.

Вскоре она поняла, что видения были здесь ни при чём.

На неё летел тот, кого она уже и не надеялась увидеть вновь; тот, кого она считала любовью всей своей жизни.

К ней летел Сейдж.

Глава четырнадцатая

Кейтлин быстро шла по территории Йельского университета, плотнее завернувшись в пальто, которое оказалось слишком лёгким для этой погоды, и ветер продувал его насквозь. Ноябрь выдался холодным, и Кейтлин продрогла до костей. Она шла по университету с опущенной головой, пытаясь таким образом защититься от порывов ветра. Она направлялась в Мемориальную библиотеку Стерлинга. Подняв глаза, она увидела массивное здание в готическом стиле, которое походило на средневековую церковь, уходящую крышей высоко в небо. Здание библиотеки было самым выдающимся зданием на всей территории университета. Подходя к нему, Кейтлин казалось, что она ступает прямо в прошлое. Здесь здание выглядело неуместно, окружённое современным университетом, современным городом. Библиотека словно была порталом в прошлое.

Что, думала Кейтлин, было вполне логично, ведь внутри неё хранились самые редкие книги из ныне существующих, самые ценные и таинственные труды, сочетающие в себе сверхъестественное и науку.

Именно это сочетание и привело сюда Кейтлин. Она не хотела погрузиться в изучение исключительно оккультных трудов, но и не собиралась концентрировать всё внимание на научных знаниях. Ей нужна была информация из первых рук, она хотела найти здесь то, что не удавалось никому уже многие сотни лет, и проанализировать данный материал так, как не смог бы никто другой. Эйден достаточно хорошо подготовил её для этого, отправив в нужное место и снабдив десятком зацепок по книгам, которые приведут её к цели. Кейтлин решила, что когда-то и он сам интересовался данным вопросом, но потом просто сдался.

Слишком много времени и слишком короткая жизнь, как-то сказал он ей.

По глазам профессора было видно, что он хотел бы продолжить исследования и найти ответы самостоятельно, но ему пришлось отказаться от этой затеи, найдя её слишком амбициозной и невыполнимой даже для него.

И Кейтлин не могла его винить. В конце концов, поиск мифического лекарства от вампиризма и мифического оружия для уничтожения этой расы многие столетия был Священным Граалем для учёных, оккультистов и историков, как, в общем-то, и поиск самого доказательства, что вампиры существуют. Кейтлин не нужны были доказательства: собственными глазами она видела то, что происходит с её дочерью. Поиск лекарства и оружия – это уже другой вопрос.

Кейтлин быстро прошла по каменным ступеням, ведущим к массивной двери. Библиотека была похожа на старинный кафедральный собор. Изо всех сил Кейтлин пыталась выкинуть из головы мысли о Скарлет, в одиночестве блуждающей неизвестно где. Ей было больно об этом думать. Какая-то часть Кейтлин хотела, чтобы она развернулась, бросилась назад к машине и помчалась домой в Рейнбек, чтобы продолжить прочёсывать улицы в поисках дочери.

Однако Кейтлин заставила себя поднять голову и войти в двери, понимая, что возвращение домой не принесёт никакой пользы. В конце концов, какой прок в поисках на улицах? Нет, Кейтлин сейчас находится именно там, где должна. Им нужно было разделиться, а ей – попробовать что-то новое, неважно насколько малоожидаемы были результаты.

Кейтлин вошла в здание, радуясь тому, что удалось укрыться от холода. За все годы учёбы она никогда здесь не была и с восхищением оглядывала главный холл библиотеки. Сводчатые потолки, похожие на те, что встречаются в средневековых европейских церквях, поднимались на десятки метров вверх. Стены представляли собой смесь камня и витражного стекла, заставляя посетителей думать, что они попали в святилище. Может, она отправилась в прошлое? Мягкий свет дезориентировал ещё больше. Кейтлин казалось, что она оказалась в шотландской церкви пятнадцатого века.

Как и в церкви, здесь в воздухе витали тишина и благоговейный трепет, только в этом случае это был трепет перед печатным словом, а не перед богом. За столами сидели несколько человек, тихо согнувшись над книгами. В здании было идеально тихо. Это была тяжёлая тишина уважения, будто каждый посетитель поклонялся своему личному храму.

Кейтлин увидела ряды компьютеров, подошла и села за один из них, на уровне инстинктов заранее зная, что именно искать – многие годы научной деятельности и дни и недели, проведённые за каталогизированием редких книг, давали о себе знать.

У неё ушло совсем немного времени, чтобы добраться до самых глубин каталога, вводя в поисковую строку десятки комбинаций ключевых слов: Вампиры. История вампиров. Вампиры мифы. Вампиры легенды. Вампиры ритуалы. Вампиры лекарство. Вампиры оружие. Научные труды. Доказательство. Факты.

Поиск выдал разнообразные результаты. Кейтлин пробежалась по их названиям глазами, профессионально быстро отсеивая ненужные книги и те, что были написаны недавно, противоречивые труды, а также книги с умышленно сенсационными заглавиями, не имеющие отношения к истории и недостаточно научные. Кейтлин искала старинные книги, которые были изданы несколько веков назад, выпущены уважаемыми издателями и написаны учёными и историками. Если эти книги пользовались популярностью и переходили из века в век, это чаще всего означало, что они были достойны внимания. Книг, которые подходили её критериям отбора, были немного.

Тем не менее, Кейтлин удалось составить список из полдюжины названий, представляющих собой книги по истории вампиризма; научные труды, развенчивающие мифы; археологические свидетельства существования вампиров и археологические описания поиска вампирской расы. Распечатав каталожные номера, Кейтлин заторопилась к стойке библиотекаря, чтобы передать список клерку.

Служащая взяла его, не произнеся и слова, и внимательно изучила названия книг. Потом женщина неодобрительно оглядела Кейтлин. Кейтлин смутилась и покраснела, вдруг поняв, что та могла о ней подумать. Вероятно, библиотекарь приняла ей за чудачку, пробравшуюся в серьёзную научную библиотеку.

«Я распоряжусь, чтобы их вам принесли из хранилища», – коротко сказала женщина.

Не произнеся больше ни слова, она развернулась и передала список невысокому, худощавому мужчине в возрасте за пятьдесят, одетому в узкий твидовый блейзер, криво висящий галстук-бабочку и очки в толстой оправе, сидящие на кончике носа. Он обошёл стол, и Кейтлин последовала за ним. Вместе они направились в главный холл.

«Вы же знаете, что мы не даём на руки больше шести книг?» – сухо сказал он гнусавым голосом, даже не обернувшись, чтобы посмотреть на Кейтлин или ей улыбнуться. Казалось, он был слишком занят, чтобы отвлекаться на её запрос.

«Я запросила всего шесть книг», – ответила она.

Мужчина неодобрительно смерил её взглядом. Видимо, ему не нравилось, когда его поправляют. Дотронувшись до очков, он взглянул на список, а потом одарил её тем же взглядом, что и библиотекарь несколько минут назад.

«Я так понимаю, что вы – писатель-фантаст, ищущий идеи для нового романа?» – произнёс он, разговаривая с Кейтлин так, будто обращался к продавцу подержанных машин.

Кейтлин нахмурилась. Ей не нравилось, что люди осуждали её, и не хотелось делиться подробностями своей жизни с этим человеком. Он всё равно не поймёт.

«Что-то вроде того», – вот всё, что она ответила.

«Меня ждёт масса серьёзных научных запросов, которые заслуживают большего внимания, чем ваш. На поиск ваших книг у меня может уйти немало времени из-за… сущности вашего запроса».

Кейтлин была сыта по горло подобным отношением. Она с силой схватила мужчину за запястье. Она не хотела причинять ему боль, но ничего не могла с собой поделать. Он остановился, обернулся и со страхом посмотрел на неё.

«Не трогайте меня, мадам», – отрезал он, повышая голос.

Кейтлин медленно отпустила его руку.

«Простите, – сказала она. – У меня совсем мало времени. Дело срочное».

«Дело? – презрительно ответил мужчина. – Фантастические книжки?»

Кейтлин покраснела. Она не знала, как объяснить, что ситуация действительно требовала от неё срочных действий.

«Книги нужны мне немедленно, – сказала она. – СЕЙЧАС ЖЕ, вы понимаете?»

Её слова громким эхом разошлись по тихому холлу, заставив посетителей оторваться от своих книг и поднять на неё глаза.

Библиотекарь злобно посмотрел на неё в ответ. Не сказав больше ни слова, он развернулся и зашагал прочь, громко цокая каблуками туфель. По железной лестнице он поднялся на второй этаж и скрылся в хранилище.

Кейтлин развернулась, поймав на себе внимательные взгляды посетителей. Она смущённо отвела взгляд, подошла к одному из столов и села за него в ожидании.

Положив голову на руки, она закрыла глаза, гадая, сколько времени уйдёт у библиотекаря на то, чтобы найти её книги. Она также понимала, что кажется всем чудачкой. Может, всё это – трата времени впустую? Эйден же говорил, что учёные уже много веков ищут ответы. Как она могла надеяться найти что-то за такой короткий срок?

Так она и сидела, опустив голову на руки, когда услышала рядом с собой громкий грохот, который заставил её подскочить со стула. На столе она увидела шесть книг, которые коротышка-библиотекарь бросил, проходя мимо и даже не взглянув на Кейтлин.

Кейтлин была удивлена. С одной стороны, она злилась на него за то, что напугал её. С другой – была благодарна за то, что нашёл все книги так быстро. Какой противный коротышка, подумала она.

Кейтлин не теряла времени. С хрустом она открыла первую книгу – старинное издание девятнадцатого века в толстой кожаной обложке. Перелистывая хрупкие страницы, она начала просматривать содержимое книги, делая это быстрее, чем когда-либо в жизни, ища ключевые слова, места, теории – всё, что может привести её к другой книге, другой теории, другой зацепке, другой подсказке; всё, что имело практический смысл.

Кейтлин просматривала страницу за страницей, то и дело находя интересные моменты, но ничего такого, что действительно заслуживало бы внимания. Книга в основном содержала мысли учёных, развенчивающие мифы о вампиризме, уничтожающие одну теорию за другой и утверждающие отсутствие серьёзных научных доказательств и свидетельств существования вампиров. В Европе, начиная со Средневековья, находили человеческие останки, захороненные с кирпичом во рту, останки с кольями, вбитыми в область сердца, но ни одна из этих находок не может считаться доказательством того, что эти люди были вампирами. Согласно учёным, это были лишь суеверия местных жителей.

Кейтлин пролистывала тысячи страниц о сказаниях, слухах, легендах, культуре и обществе, сосредоточенно изучая места обитания и убийства вампиров. В научном контексте книги учёные снова и снова развенчали все теории.

Шли часы, и Кейтлин разочарованно пролистывала страницы последней выбранной ею книги под названием «Археологическое исследование мифов о вампирах», которая была написана таким же сухим научным языком, как и все остальные. Кейтлин казалось, что это был очередной тупик.

И только в последней главе, почти в самом конце книги она наткнулась на то, что заставило её встрепенуться. Вернувшись к прочитанному, она вновь перечитала, но на этот раз более внимательно:


Нельзя отрицать существование давно исчезнувшего общества вампиров, хотя это существование никогда не было подтверждено фактами. Таким же образом, масса доказательств не даёт нам возможности отрицать существование исчезнувшего города. Мы не может уверенно утверждать, что это был город вампиров. Возможно, например, это был древний город, в котором обитали религиозные фанатики или зилоты. Однако основываясь на проведённых мною исследованиях, можно смело утверждать возможность существования подобного места.


Кейтлин читала абзац снова и снова, пытаясь понять, что же имел в виду автор. Сердце готово было вырваться из груди. Пролистав несколько страниц до конца книги, она пыталась разобраться в длинных, витиеватых научных предложениях, используемых писателем.

В книге Кейтлин так и не нашла упоминания о лекарстве или оружии против вампиров, но слова автора заставили её задуматься. Исчезнувшая раса вампиров. Исчезнувший город вампиров…

С одной стороны, подобные поиски могли увести её далеко от цели, но с другой – могли стать именно той подсказкой, которую она искала. Если существовала исчезнувшая раса или город вампиров, то, согласно книге, они были уничтожены, а стереть их с лица земли могло только оружие или лекарство.

Возможно, она искала подсказку не там, где нужно, подумала Кейтлин. Возможно, ей не нужно искать само лекарство или оружие, а вместо этого сконцентрироваться на поиске исчезнувшей цивилизации? Исчезнувшей расы? Исчезнувшего города? Исчезнувшей книги?

Воодушевлённая, Кейтлин встала с места, отдала книги библиотекарю и вернулась к столам с компьютерами, решив воспользоваться новыми ключевыми словами для поиска. Исчезнувшие города. Мифические города. Легендарные города. Города вампиров. Расы вампиров. Исчезнувшие расы. Вымершие расы…

Кейтлин вбивала десятки различных комбинаций, и на этот раз поиск выдал ей огромный список книг, десятки из которых были посвящены исчезнувшим цивилизациям, городам и расам. Книги были в основном посвящены мифам и археологии, а не вампирам, и всё же Кейтлин была довольна результатами. Возможно, ей следовало думать о вампирах, как об исчезнувшей расе, исчезнувшем народе и исчезнувшем городе.

Вернувшись к библиотекарю с новым списком книг, она увидела, как он оглядел его и нахмурился.

«В вашем списке семьдесят одна книга, – с усилием произнёс он. – Вы же знаете ограничения по выдаче».

«Я возьму первые шесть», – ответила Кейтлин.

Библиотекарь громко и раздражённо вздохнул.

«Мэм, сейчас четыре тридцать. Библиотека закроется через пятнадцать минут».

Он стоял, явно не желая отправляться в архив, чтобы выполнить её запрос.

«Значит, идите быстрее», – ответила Кейтлин, не желая сдаваться.

Библиотекарь смерил её уничижительным взглядом, но потом всё-таки взял список, развернулся и зашагал вверх по лестнице. Его шаги гулко отдавались по металлу.

Кейтлин вернулась к своему столу воодушевлённая, но взволнованная. У неё было всего лишь пятнадцать минут, коих было недостаточно, чтобы просмотреть все книги. Вернуться сюда завтра она не могла – Скарлет была в бегах, и у Кейтлин не было времени. Нужно было что-то придумать.

Поразмыслив, она приняла решение: ей нужно было пробраться в хранилище, когда библиотекарь уйдёт. Ей нужно было остаться в здании на всю ночь и просмотреть все книги из списка. Иного выхода не было.

Неожиданно в библиотеке моргнул свет, и раздался голос по громкоговорителю: «Библиотека закрывается через пятнадцать минут».

Мгновением позже вернулся библиотекарь, положив перед Кейтлин шесть книг. Когда он стоял рядом, она услышала жужжание. Мужчина достал телефон из кармана и злобно ухмыльнулся.

«Дети, – сказал он, обращаясь к самому себе. – Я говорил ей перестать писать мне СМС. Как об стенку горох».

Взглянув на его телефон, Кейтлин заметила, что её телефон был той же модели. И тут у неё появилась идея. Благодаря новым разработкам можно было обмениваться контактной информацией, просто приложив телефоны друг к другу.

Кейтлин умышленно уронила книгу со стола, и, как она и ожидала, мужчина нагнулся, чтобы её поднять. В это время она ловко достала свой телефон и приложила его к телефону библиотекаря.

Взглянув на дисплей, она увидела, что его номер теперь был добавлен в её контакты.

Библиотекарь вернулся в хранилище, даже не догадываясь о том, что только что произошло. Это был её шанс – сейчас или никогда. В громкоговорителе повторили объявление.

Кейтлин было не по себе от того, что она делает что-то подобное, но на карту была поставлена жизнь её дочери, и поэтому она должна была сделать всё, что было в её силах. Кейтлин быстро заблокировала свой номер, чтобы СМС от неё приходили как будто со скрытого номера, а затем послала следующее сообщение библиотекарю:

Вы превысили месячный лимит по текстовым сообщениям. Ваш долг составляет $782. Если вы не свяжетесь с нами в течение десяти минут, ваш номер будет отключён.

Кейтлин нажала «отправить».

Она сидела и ждала. Через несколько мгновений раздался шум. Она услышала торопливые шаги по железной лестнице. Повернувшись, Кейтлин увидела быстро удаляющегося библиотекаря. Он выглядел бледным и сжимал в руках телефон. Мужчина направился в главный холл библиотеки, потому что там связь была лучше.

Кейтлин поняла, что это был её шанс. Свет вновь моргнул, и в громкоговорителе в третий раз повторили оповещение. Посетители направились прочь из библиотеки, а Кейтлин взяла книги и пошла в противоположную сторону. Оглядевшись по сторонам, она сняла обувь и тихо поднялась по лестнице, ведущей в хранилище. Все направлялись к выходу, и на неё никто не обратил внимания.

Дойдя до конца лестницы, Кейтлин огляделась, увидев перед собой бесконечные ряды научных книг, полки с ценными трудами и изданиями. Держа список каталожных номеров в руках, она знала, где именно ей нужно искать необходимые книги.

Но первое, что ей нужно было сделать, это найти самый тёмный угол и затаиться. Вскоре свет погаснет.

И вся библиотека будет в её распоряжении.

Глава пятнадцатая

Обрадованная, Скарлет подняла глаза к тёмному, усыпанному звёздами небу. Сердце её радостно билось при виде летящего вниз Сейджа, который приземлился прямо напротив. Сначала Скарлет казалось, что всё это было игрой воображения, которое выдавало желаемое за действительное, но когда Сейдж подошёл к ней ближе, и она увидела его прекрасные серые глаза в свете луны, то поняла, что всё это происходило наяву. Это действительно был он.

Глаза Скарлет наполнились слезами, когда Сейдж приземлился рядом, сделал шаг вперёд и молча её обнял, прижав Скарлет к себе так сильно, что помял чёрные кожаные брюки. Скарлет тоже крепко сжимала Сейджа в объятиях, больше не желая отпускать. Слёзы текли по щекам. Она была безмерно благодарна, что он был жив, и что он вернулся.

«Что ты здесь делаешь?» – спросила Скарлет, обнимая.

«Я прилетел за тобой», – ответил Сейдж.

Звук его голос мгновенно взбодрил её, ведь этот голос она никак не могла забыть. Это был Сейдж, здесь, во плоти. Скарлет прильнула к нему, словно к краеугольному камню собственной жизни, единственному, кто возрождал в ней желание жить дальше. Она поняла, что без Сейджа её жизнь не имела смысла. Он стал для неё всем.

И вот он вернулся, как в сказке. Скарлет крепко прижимала его к себе, не желая отпускать. Внутри её сжигали противоречивые чувства: она злилась на Сейджа за то, что он её бросил, но была благодарна за то, что вернулся, и опечалена, вспоминая, что дни его были сочтены, и он не сможет жить вечно. Скарлет рыдала, обнимая его и осознавая, что их любовь была скоротечной, и Сейджу суждено было умереть. Ей хотелось умереть вместе с ним.

«Я не хочу, чтобы ты умирал», – шептала она ему в ухо, пока Сейдж крепко сжимал Скарлет в своих объятиях.

Он ничего не ответил. Да и что он мог сказать?

«Позволь им поймать меня, – сказала Скарлет. – Позволь им меня убить. Это позволит вашему виду выжить. Это позволит выжить тебе».

Сейдж отстранился и отрицательно покачал головой, глядя на Скарлет.

«Лучше тысячу раз умереть, чем допустить, чтобы с тобой что-то случилось».

Он наклонился, и они поцеловались. От прикосновения губ Сейджа по телу Скарлет словно прошёл электрический разряд. Она знала, что он был настоящей любовью её жизни, единственным, с кем ей суждено было прожить до конца своих дней. Она не могла объяснить, но было в Сейдже что-то, что отличало его от всех остальных.

«Как ты меня нашёл?» – спросила Скарлет, отстранившись и взглянув Сейджу в глаза.

«Я искал тебя с тех пор, как ты сбежала, – ответил он, – и нигде не мог найти. Сейчас на лету я что-то почувствовал. Мне казалось, что ты меня зовёшь. Этот призыв был настолько сильным, ты так отчаянно звала меня к себе, что я смог безошибочно тебя найти. Я доверился интуиции, и она привела меня сюда, к тебе».

Сейдж взял Скарлет за руку, и они пошли по тропе к месту, где пляж превращался в скалы. Они нашли подходящее место на берегу, рядом с водой. Усевшись, Сейдж обнял Скарлет, и оба посмотрели в усыпанное звёздами небо.

Кроме плеска волн вокруг не было ни звука. Даже в такую холодную ноябрьскую ночь, когда от воды дул пронзающий ветер, Скарлет было уютно в его объятиях, и она ощущала исходящее от Сейджа тепло. Мир был прекрасен.

«Я была у тебя дома, – сказала Скарлет. – Он заколочен. Я решила, что ты улетел».

Сейдж мрачно покачал головой.

«Моя семья улетела, – пояснил он. – Впервые за тысячу лет».

«Куда они направились?» – с любопытством спросила Скарлет.

«На собрание нашей расы, – сказал Сейдж, – где будут Бессмертные со всего света. Они собираются, чтобы провести последние дни вместе».

Сейдж вновь покачал головой. Лицо его было мрачнее тучи.

«Все знают, что смерть близка, но не все могут это принять. Некоторые собираются, чтобы побыть с близкими, некоторые – чтобы друг друга утешить, а некоторые – чтобы посеять в мире хаос. Они хотят заставить других страдать, прежде чем умрут. Они собираются напасть на человеческую расу и устроить ад на земле. После двух тысяч лет никто не хочет уходить тихо. Они хотят уйти так, чтобы их уход запомнили надолго».

Слова Сейджа испугали Скарлет.

«Не беспокойся, – добавил он, беря её за руку, – они далеко отсюда».

Вдруг Сейджа поразил приступ кашля. Скарлет видела, что тело его начинает отказывать, и от этого она ещё больше насторожилась, а на глазах вновь выступили слёзы. Сейдж выглядел бледным, как будто уже был одной ногой в могиле.

«Ты умираешь?» – просто спросила Скарлет, боясь услышать ответ.

Сейдж отвёл глаза в сторону и слабо кивнул.

«Сколько тебе осталось?» – продолжила Скарлет.

Сейдж посмотрел на луну, а потом в сторону.

«Луна убывает, – сказал он. – Через несколько дней будет новолуние. Когда исчезнет эта луна, исчезнем и мы».

Эта новость испугала Скарлет.

«Я не позволю тебе меня оставить, – сказала она. – Если умрёшь ты, умру и я».

Она расплакалась, прижимая Сейджа к груди.

Он покачал головой.

«Давай не будем думать о смерти, – мягко произнёс Сейдж. – Когда-нибудь она придёт за всеми. Сегодня мы живы. Мы вместе. У нас есть это мгновение. Давай сконцентрируемся на нём. Давай жить. Давай жить по-настоящему. Давай будем счастливы здесь и сейчас, вместе, пока мы оба живы, и никто не пытается нас разлучить».

Сейдж посмотрел Скарлет в глаза:

«У меня осталось всего несколько хороших дней. Я хочу провести их с тобой. Завтра на восходе солнца я хочу отвести тебя в особенное место, туда, где ты ещё не была. Я хочу, чтобы завтрашний день мы провели только вдвоём».

Руки Скарлет дрожали от волнения.

«Я хочу этого больше всего на свете, – сказала она, одновременно испытывая и волнение, и печаль. – Куда мы отправимся?»

«Это сюрприз, – ответил Сейдж, улыбаясь. – Он тебе понравится».

Скарлет не смогла сдержать улыбки, впервые за очень долгое время чувствуя себя счастливой.

«Я хочу, чтобы ты запомнила меня навсегда, – продолжил Сейдж, – ведь теперь ты бессмертна. Я умру, но ты будешь жить вечно».

Скарлет вновь заплакала: она не хотела жить вечно, если Сейджа не будет рядом. Они лежали на песке под звёздами, слушая плеск волн. Скарлет крепко обняла Сейджа, ощущая исходящее от него тепло и желая, чтобы эта ночь длилась вечно. Всё разочарование, все страдания, мучения и неразбериха с друзьями, учениками школы и жителями города – всё, что она ненавидела, – сейчас вдруг потеряло всякий смысл. Всё стало неважно. Всё было ничтожно по сравнению с объятиями Сейджа.

Глава шестнадцатая

С мрачным видом Калеб вошёл в местный полицейский участок. Сэм шёл рядом. Оба думали о том, что им предстоит сделать. Калеб готовился встретиться лицом к лицу со злодеем Кайлом, который хотел напасть на его дочь. Ему нужно было посмотреть ему в глаза, чтобы понять, было ли всё это полной чушью, или Скарлет действительно обратила Кайла в вампира.

В душе Калеб не хотел в это верить; ему хотелось думать, что всё это был лишь страшный сон, и все были неправы. Ему хотелось убедиться в том, что Эйден ошибался, и Скарлет на самом деле не была вампиром; что она вернётся домой, и всё вновь станет хорошо. Калеб хотел, чтобы жизнь вернулась на круги своя, когда у них была счастливая семья, и всё было идеально. Он любил Скарлет, и дочь любила его. Как всё могло так быстро измениться?

Калебу не терпелось увидеть Кайла и услышать, что тот может рассказать о его дочери. Калеб не знал, что конкретно он хотел узнать, но думал, что поймёт всё, как только увидит преступника. На крайний случай, он получит удовольствие от возможности его ударить, если тот ещё не за решёткой.

Калеб и Сэм шли через холл полицейского участка, приближаясь к справочной, когда Калеба посетила пугающая мысль: а что если всё это правда? Что если Скарлет – вампир? Как он её остановит? Придётся ли ему её убить? От этой мысли холод пробежал по спине. Нет, этого он никогда не сделает, уж лучше убить себя.

И тут Калеба посетила другая мысль: что если и Кайл стал настоящим вампиром? Как же он его убьёт? Говорят, вампиров нельзя убить обычным способом, но как их убить Калеб не знал. Серебряные пули? Кол в сердце?

Неужели он явился на драку безоружным?

Подходя к стойке, он увидел перед собой мрачного полицейского в возрасте за пятьдесят, с седеющими волосами и широкой челюстью. Офицер неодобрительно смотрел на него, хотя Калеб был знаком с ним почти всю жизнь.

«Шеф», – поприветствовал Калеб, кивая.

Обычно приветливый начальник устало посмотрел на него в ответ. Взгляд его был холодным и тяжёлым.

«У нас нет новой информации по твоей дочери, – сказал он. – Я же сказал, что позвоню, как мы что-нибудь узнаем».

Калеб покачал головой.

«Я здесь не поэтому, – сказал он. – Ну, по крайней мере, не совсем».

Шеф злобно взглянул на Калеба.

«И почему? Сегодня не лучший день для праздных визитов».

«О чём вы? – удивлённо спросил Калеб, почувствовав витающее в участке напряжение. – Что случилось?»

Офицер покачал головой, и Калеб увидел в его глазах слёзы, не понимая, что происходит вокруг: раньше, за все двадцать лет их знакомства, он никогда не видел, чтобы шеф отделения проявлял эмоции.

«Двое полицейских, – сказал мужчина, – были убиты».

Калеб расстроился.

«Соболезную, – сказал он. – Как это произошло?»

Шеф вновь покачал головой, сдерживая слёзы.

«Это касается дела твоей дочери», – ответил он.

Сердце Калеба забилось быстрее. Ему вдруг стало страшно.

«Моей дочери? – спросил он. – А как Скарлет со всем этим связана?»

Офицер вздохнул.

«Извращенец, которого мы арестовали в баре, – пояснил он. – Кайл. Ребята везли его в участок, и он сидел на заднем сиденье. Каким-то образом ему удалось снять наручники. Даже не представляю, как он это сделал. Такого раньше никогда не случалось. Он убил двух наших ребят. Вот так».

Новость поразила и испугала Калеба. Кайл выбрался из полицейской машины и убил двух офицеров в одиночку и без оружия.

Это было пугающе и экстраординарно.

«Как только я найду этого ублюдка, я его убью, – сказал шеф. – Клянусь, что так и сделаю».

«Найдёте его? – переспросил Калеб. – Что вы хотите сказать? Я пришёл, чтобы поговорить с ним».

«Поговорить? – ответил шеф. – Ты с ума сошёл? Этот парень – хладнокровный убийца. Как я и сказал, его здесь нет».

«Как это нет? – не унимался Калеб. – Куда его перевели? Мне нужно с ним поговорить».

Офицер покачал головой, наклонился и ударил ладонью по стойке.

«Ты не понимаешь, – отрезал он. – Кайл сбежал. Сбежал».

«Сбежал?» – ошеломлённо повторил Калеб.

Шеф кивнул.

«Всё моё отделение, полиция штата и даже федералы ищут его. Мы поймаем этого сукина сына и сделаем это до конца дня».

Калебу хотелось ему верить, но в душе он понимал, что если им удастся найти Кайла, то они сами станут его новой жертвой.

* * *

Калеб ехал по Шоссе 9. Сэм сидел на пассажирском сиденье. В голове Калеб вновь и вновь прокручивал разговор с шефом полиции. Он отказывался верить тому, что услышал. Всё казалось до тошноты реальным. Если где-то в этой чуши скрывалась правда, то ему не очень хотелось в неё верить. Он хотел услышать, что Кайла поймали, и что он был обычным преступником. Калеб не хотел слышать о его побеге. Он не хотел слышать об убийстве полицейских.

И уж тем более Калеб не хотел слышать, что всё это было как-то связано с его дочерью. Калебу казалось, что шеф полиции ненавидел его и винил во всём происходящем.

«Ты не думаешь, что мы теряем время?» – спросил Сэм.

Калеб очнулся от собственных мыслей: «В последний раз его видели в баре «У Пита». Возможно, кто-то там может нам помочь. Хоть как-то помочь. Возможно, он сказал бармену, куда собирается дальше».

«Этот парень – убийца полицейских, – сказал Сэм. – Ты готов ко всему, когда мы его найдём? Потому что я готов».

Сэм открыл бардачок и достал оттуда небольшой пистолет. Он взял его в руки, ощущая вес оружия. Калеб удивлённо смотрел на друга. Ставки только что значительно возросли.

«Не знал, что у тебя есть пистолет», – сказал Калеб.

«Я никогда не брал его с собой, – ответил Сэм. – До сегодняшнего дня. Если мы найдём парня, который набросился на Скарлет, и он предпримет что-нибудь против нас, то мы с ним справимся».

Калеб кивнул.

«Я готов, – сказал он. – Не истрать все патроны. Оставь один для меня».

Калеб припарковался у бара, слыша, как гравий скрежещет под колёсами.

Припарковав машину, оба выскочили из неё и поднялись по расшатанным деревянным ступеням. Подходя к двери, Калеб повсюду видел оградительную ленту. Дверь была разбита, и казалось, в бар ударила бомба. Калеб не помнил, чтобы место выглядело так ужасно в последний раз, когда он здесь был. Неужели здесь произошло ещё что-то?

Калеб и Сэм вошли в то, что осталось от скрипучей двери, и оказались в плохо освещённом баре. Как ни странно, внутри всё выглядело даже хуже, чем снаружи: повсюду валялось разбитое стекло, будто здесь была перестрелка. Внутри никого не было, и везде виднелась оградительная лента.

Услышав шарканье ног, Калеб обернулся и увидел бармена. Он был весь покрыт синяками и царапинами, собирая куски стекла по полу и складывая их на барную стойку.

«Мы закрыты, – огрызнулся он, даже не взглянув на посетителей. – Вы что не видели табличку?»

Калеб направился к бармену. Сэм шёл рядом. Нахождение в баре возродило воспоминания о драке. И это место, и сам бармен были глубоко противны Калебу, потому что ассоциировались с местом, где чуть не убили его дочь.

«Нет, вы уже открыты», – сказал он.

Бармен потянулся за барную стойку и вытащил оттуда дробовик, наставив его на посетителей.

Калеб и Сэм резко остановились.

«Я больше никому не позволю разнести мой бар. Плавали, знаем. Вам обоим лучше убираться отсюда к чёрту».

Бармен не опускал ружьё, и Калеб замешкал, но отступать не собирался.

«Я бы с удовольствием это сделал, – ответил он, – но моя дочь пропала, и мне нужны ответы. Я решил, что только ты сможешь мне их дать».

Бармен прищурился, опустил ружьё и изучающе посмотрел на Калеба.

«Ты – тот отец?» – спросил он.

Калеб кивнул, и мужчина отложил дробовик в сторону.

«Прости. В последнее время я какой-то нервный».

Оглядев его синяки и ссадины, Калеба вдруг осенило.

«Кайл? – спросил он. – Это он с тобой сделал?»

Бармен удивлённо взглянул на Калеба.

«Как ты узнал?» – спросил он.

Калеб подошёл к барной стойке, бармен спрятал ружьё и достал стаканы.

«Пива?» – предложил он.

Калеб отрицательно покачал головой.

«Нет, – ответил он. – Я не пью. Мне просто нужна помощь. Я хочу найти дочь».

«Мы все чего-то хотим, – сказал бармен. – Я хочу, чтобы у меня зажил сломанный нос. Я, как и многие другие, хочу, чтобы сдох этот ублюдок Кайл. Убийца полицейских. Представьте только! Мне чертовски повезло, что он сохранил мне жизнь».

«Мне нужно знать, куда он отправился», – сказал Калеб.

Бармен посмотрел на него так, будто разговаривал с сумасшедшим.

«И что ты сделаешь, когда его найдёшь? Он убил полицейских. Ты думаешь, что сможешь его остановить?»

«Уверен, что да», – решительно ответил Калеб.

Бармен снова взглянул на него, поражённый серьёзностью, с которой Калеб произнёс эти слова.

«И подпишешь себе смертный приговор, – пожав плечами, заметил он. – Я бы сказал, если бы знал, но я не знаю».

«Ты не понимаешь, – сказал Калеб. – Мне нужно найти дочь».

Бармен удивлённо поднял брови.

«Странно, – добавил он, – но того же самого хотел и Кайл. Для этого он и вернулся в бар».

У Калеба холодок пробежал по спине.

«Кайл спрашивал о Скарлет?» – спросил Сэм.

Бармен утвердительно кивнул.

«Зачем ему это надо?»

«Без понятия. Видимо, он помешался на твоей дочери. Видимо, подружку своего возраста ему найти сложно».

Калеб нахмурился. Он был в ярости.

«И ты сказал ему, где может быть моя дочь?»

«Откуда мне знать? – защищаясь, проговорил бармен. – Я не имею ни малейшего понятия, где она. Я ему так и сказал. Я о ней ничего не знаю. Я лишь знаю, что она учится в школе».

Сэм злобно смерил бармена взглядом.

«И ты ему это сказал? – спросил он. – Ты сказал ему, что она учится в местной школе? Какой же ты идиот!»

«А что в этом такого? – смущённо добавил бармен. – Вы действительно думаете, что он пойдёт в школу?»

Калеб покачал головой.

«Именно так, – сказал он и повернулся к Сэму, – но мы прибудем туда первыми».

Глава семнадцатая

Кейтлин сидела между рядов книг в тёмной, тихой библиотеке. Глаза слезились, и все мышцы в теле ныли. Облокотившись на металлическую опору, она склонилась над целой кипой книг, лежащей на коленях. Книги были разбросаны повсюду, словно на неё обрушилась бумажная лавина. После такого читального марафона глаза слипались от усталости, и Кейтлин периодически тёрла их, твёрдо намереваясь не останавливаться, пока не закончит.

Читать ей приходилось в тусклом свете аварийной сигнальной лампочки. За этим занятием она провела последние несколько часов после закрытия библиотеки, когда весь верхний свет был выключен. Кейтлин была рада, что её присутствие осталось незамеченным, и решила по максимуму использовать подвернувшуюся возможность просмотреть массу книг. Именно этим она занималась с первой секунды, как двери главного входа с грохотом захлопнулись.

Это была длинная и одинокая ночь, посвящённая просмотру одной книги за другой, поиску подсказок и всего, что могло ей хоть как-то пригодиться. Она пролистывала книги по исчезнувшим городам, народам и цивилизациям, читая самые фантастические теории и самые невероятные мифы и легенды. К разочарованию Кейтлин, почти ничто из этой информации не имело отношения к вампирам.

Кейтлин заметила, как в высоких витражных стёклах забрезжил рассвет в виде мягкого рассеянного свечения. Скоро двери библиотеки откроются, и все вернутся, поэтому ей нужно было незаметно ускользнуть до того, как это произойдёт. Время подходило к концу. Кейтлин понимала, что физически была более не способна продолжать читать: она была измотана отсутствием сна и голодом, да и всё тело затекло от того, что за всю ночь Кейтлин едва сдвинулась с места.

Она уже начала думать, что вся эта идея с книгами была полной тратой времени. О чём она думала? Неужели она вправду думала, что сможет найти то, что не удалось найти самому Эйдену? Конечно, она была умна, но неглупы были и многие другие учёные, которые занимались подобными поисками. Сможет ли Кейтлин найти лекарство для дочери? Оружие, чтобы остановить распространение эпидемии? Да и существуют ли они вообще?

Кейтлин заботила только Скарлет; она лишь хотела, чтобы та была здорова и счастлива и вновь вернулась к нормальной жизни. Во время учёбы книги всегда помогали Кейтлин найти решение любой проблемы, но в этот раз всё было иначе. Это расстраивало её больше всего. Впервые в жизни она начинала думать, что её поиски ни к чему не приведут. Несмотря на её знания и умение быстро анализировать материал она не могла в одиночку разгадать эту тайну и помочь дочери.

Кейтлин закрыла глаза, откинула голову, уперевшись о металлическую полку, потёрла затёкшую шею и прошлась пальцами вокруг глаз и бровей, пытаясь избавиться от ноющей боли. Она была готова разрыдаться и сдаться.

Господи, пожалуйста, молилась она. Кейтлин молилась впервые за очень долгое время, возможно, в первый раз с самого детства. Никогда ещё её молитва не была такой искренней.

Господи, пожалуйста, верни мне дочь. Я сделаю всё. Я готова всё отдать. Пожалуйста. Я не прошу о деньгах и власти. Я прошу о просветлении, прозрении, помощи и мудрости. Пожалуйста, помоги мне спасти дочь.

Громкий звук заставил Кейтлин вздрогнуть. Обернувшись, она увидела, как большая пыльная книга, которая лежала в кипе рядом, упала на пол прямо у её ног. Удивлённая, Кейтлин внимательно её осмотрела. Это была большая и тяжёлая книга размером около метра в кожаном переплёте. Кейтлин поняла, что это была одна из тех книг, которые она ещё не успела просмотреть.

Книга была настолько тяжёлой, что для удобства Кейтлин пришлось поднять её на колени. Книга весила около пяти килограмм. Перелистывая огромные страницы, Кейтлин поняла, что перед ней лежало редкое издание с многовековой историей. За то, что она сейчас делает, Кейтлин могла легко попасть в тюрьму: в руках у неё находились бесценные труды, общая стоимость которых равнялась нескольким миллионам. Всю жизнь работая с подобными книгами, она хорошо знала их реальную ценность. Они были бесценны.

Кейтлин перелистывала страницу за страницей, проводя пальцами по позолоте и красивым иллюстрациям и внимательно изучая рукописный текст. Книга была написана на латыни, но Кейтлин всё понимала.

Труд был посвящён исчезнувшим городам и странам. Кейтлин просто не могла оторваться от чтения. В отличии от других трудов эта книга была захватывающей. Она увлекала. Сердце Кейтлин забилось быстрее, когда она поняла, что наконец-то нашла что-то стоящее.


На мифический остров Атлантида можно смотреть с двух позиций. С одной стороны, это миф, метафорическое изображение великой цивилизации, места, к которому должны стремиться люди. С другой стороны, это реальный остров, ушедший под воду, возможно, в результате наводнения, извержения вулкана или другой природной катастрофы. Однако понятие исчезнувшего города не так уж надумано. Вспомните потерянные библиотеки. Александрийская библиотека была сожжена до тла, унеся с собой половину научного наследия нашей цивилизации. Есть ещё Зал Знаний. Что это – миф или реальность?


Кейтлин моргнула, обдумывая прочитанное. Она никогда раньше не слышала о Зале Знаний и была сбита с толку упоминанием о нём. Что же имел в виду автор?

Воодушевлённая надеждой, она стала листать страницы дальше, но, к сожалению, больше не нашла ничего про этот Зал. Кейтлин хотелось кричать от безысходности. Ей хотелось вернуться в прошлое и схватить автора за грудки за то, что он вселил в неё надежду, но никак не развил свою мысль дальше.

Перелистнув очередную страницу, она увидела красивую цветную иллюстрацию египетского Сфинкса: за его спиной сияло солнце, и его лучи заполняли собой всю страницу. Картинка была такой яркой, что казалась реальной. Читая написанное мелким шрифтом описание, Кейтлин с облегчением отметила, что автор вернулся к нужной ей теме:


Считающийся крупнейшим собранием научных трудов в мире, Зал Знаний является мифической библиотекой, в которой хранятся самые ценные свитки, известные человечеству. По приданию они спрятаны под фигурой Сфинкса в Египте. Согласно различным теориям, эта библиотека была построена либо инопланетянами, либо цивилизацией, жившей десять тысяч лет назад, либо вампирами.


Кейтлин уронила книгу на пол, открыв рот от изумления. Книга приземлилась с громким грохотом. Кейтлин выпрямилась, словно от удара. Сонливость исчезла, и она вновь сосредоточилась. Подняв книгу, она читала эти слова снова и снова. В горле пересохло, и ей казалось, что эта информация была для неё, как глоток пресной воды для пережившего кораблекрушение.


Конечно, было организовано немало археологических экспедиций в попытке найти Зал Знаний. Египетские власти запретили любые поиски, пытаясь сохранить целостность Сфинкса. Несмотря на обилие заманчивых подсказок, говорящих о существовании внутри Сфинкса затерянного города, а значит, и исчезнувшей цивилизации, и, возможно, величайшей библиотеки в истории человечества, включая видимые отверстия в самом памятнике, убедиться в их пригодности нельзя ввиду того, что власти запрещают изучение подземелий Сфинкса и поиск спуска внутрь. Возможно ли, что никакого входа не существует? Возможно ли, что египетские или другие власти имеют вескую причину хранить эти сокровища в тайне? Что они скрывают? Что новая цивилизация скрывает уже 10 000 лет?


Кейтлин обдумывала прочитанное, чувствуя, что наткнулась на что-то важное, что-то реальное. Слова звенели у неё в ушах. Обширная библиотека. Исчезнувший город. Исчезнувший народ. Вампиры… Всё наконец начало обретать смысл.

Закрыв глаза и отдавшись в руки воображению, она вдруг испытала что-то очень странное: это было видение. Она увидела себя в большом подземном городе, окружённую тысячами вампиров, одетых в чёрные одежды. Повсюду горели факелы. Вампиры подняли кулаки вверх и что-то кричали.

Кейтлин открыла глаза. Сердце готово было вырваться из груди. Она не понимала смысл этого видения. Был ли это сон? Ничего подобного с ней никогда не случалось. Казалось, она увидела давно забытое воспоминание о том, что с ней никогда не происходило. В этом видении Кейтлин сама была вампиром. Это был город, полный вампиров. Древняя раса. Исчезнувшая раса, обитающая под землёй. И в видении Кейтлин была их предводителем.

Она в страхе открыла глаза, совершенно не понимая, что с ней происходит. Возможно, во всём виноват недосып. Или это было настоящее воспоминание? Кейтлин никогда не засыпала на ходу. Было ли всё это правдой? Неужели когда-то она и сама была вампиром? Неужели она жила в том древнем городе тысячи лет назад?

Кейтлин перелистнула страницу и с разочарованием заметила, что добралась до конца книги, в которой больше не было ни единого упоминания об исчезнувшей цивилизации или Зале Знаний. Тем не менее, на последней странице она заметила кое-что странное: здесь почерк отличался от того, каким были написаны все остальные страницы книги. Это было необычно. Почерк был неровным, наклон был неправильным, и слово было написано не на латыни. Это были иероглифы.

Кейтлин поняла, что в них скрывается тайное послание. Знание древних языков, годы разгадывания старинных кодов и анализа редких книг помогли ей увидеть систему в буквах, систему, не видимую глазу простого обывателя. Это был скрытый код. Перед Кейтлин было семь предложений, расположенных идеально в центре страницы. Сами предложения не имели никакого смысла. Мысленно отделив букву, находящуюся в центре каждой строки, она прочитала их все сверху вниз и увидела скрытое слово:

В…О…Й…Н…И…Ч

Войнич.

Кейтлин проговаривала про себя это слово вновь и вновь, пока не вспомнила. Рукопись Войнича. Редчайшая книга в мире. Самая противоречивая и мистическая книга на земле, по слухам содержащая до сих пор не раскрытые секреты.

Кейтлин вдруг почувствовала полную уверенность в том, что исчезнувший город вампиров на самом деле существует, и что он скрыт под Сфинксом, а ключ к входу в него кроется в Рукописи Войнича.

Кейтлин выпрямилась. Всё наконец встало на свои места. Рукопись Войнича хранилась здесь, в Йельском университете, но в другой библиотеке. В ней был ключ. Ключ к входу в затерянный город. Ключ к поиску лекарства, которое требовалось Скарлет.

Кейтлин встала, оставив книги раскиданными по полу, и заторопилась вниз по железной лестнице. Она направилась к главной двери, взглянув на часы. Было около 6 утра.

Кейтлин резко остановилась, увидев, как к двери подошёл только что прибывший охранник. Он положил руку на дверную ручку и начал открывать дверь.

Кейтлин быстро спряталась за дверью. Сердце бешено билось в груди. Охранник открыл дверь и вошёл внутрь. Действуя быстро, Кейтлин схватила небольшой карандаш и кинула его в другой конец холла. Он приземлился далеко в стороне, огласив помещение гулким эхом.

Охранник настороженно развернулся и быстро направился в сторону звука, удаляясь всё дальше от открытой двери и скрываясь в глубинах библиотеки.

Кейтлин быстро прошла в открытую дверь и вышла на улицу. Начинался рассвет, небо окрасилось в оранжево-красный цвет, и воздух был холодным. Кейтлин плотнее завернулась в пальто, проходя по кампусу и направляясь туда, где хранилась Рукопись Войнича – в библиотеку редких книг и рукописей Бейнеке.

Кейтлин знала, что была близка к встрече со Скарлет, и теперь ничто не могло её остановить.

Глава восемнадцатая

Кайл шёл по лестнице, ведущей к входу в местную школу. Щурясь от солнца, он не понимал, почему у него так болит голова. Подходя к дверям, он чувствовал себя сильнее, чем прежде, даже несмотря на боль, которую причиняли ему солнечные лучи. Ему не терпелось оказаться внутри здания. Он бегом поднимался по ступеням, перепрыгивая по десять за один шаг и поражаясь собственной силе и скорости. Сделав всего три шага, он добрался до верха лестницы и столкнулся лицом к лицу с удивлённым охранником.

«Простите, нельзя. В школе сейчас идут занятия, – отрезал он. – Вы – родитель одного из учеников?»

Кайл смерил мужчину взглядом. Охранник был крепким и высоким мужчиной ростом под два метра, с широкими, как у самого Кайла, плечами, квадратной челюстью и воинственным выражением лица.

Кайл покачал головой.

«Я что похож на родителя?» – парировал он.

Кайл прошёл мимо охранника, направляясь к двери, когда почувствовал прикосновение крепкой руки. Охранник его остановил.

«Не приближайтесь к двери, – сказал он. – Вы не можете войти, не имея пропуска».

Охранник оттолкнул Кайла, заставив его отшатнуться на метр, но взбешённый Кайл тут же бросился на мужчину так, что оба пролетели в двери.

Стеклянная дверь сорвалась с петель, и они заскользили по полу и разбитому стеклу, оказавшись в широком школьном холле. Кайл подмял под себя охранника.

Взглянув на него и увидев, что тот не двигается, Кайл огляделся, чтобы оценить масштаб разрушений: дверь сорвана с петель, повсюду валяется стекло, а охранник лежит без сознания.

«Как тебе такой пропуск?» – спросил его Кайл.

Поднявшись на ноги и смахнув с одежды осколки, Кайл направился по пустынному коридору. Учеников нигде не было видно, все были в классах, и двери были закрыты. Он проходил по одному коридору за другим, гадая, в каком из этих кабинетов могла быть Скарлет. Только он собрался повернуть в очередной коридор, как оглянулся через плечо и увидел, как у разбитой входной двери начал собираться народ, с удивлением глядя на лежащего на полу охранника.

Прозвенел звонок, и коридоры начали наполняться учениками: их были сотни вокруг, они смеялись, толкали друг друга и одним большим человеческим потомком текли по школе. Все были настолько увлечены общением с друзьями, что едва замечали Кайла – великана, одетого с ног до головы в чёрную кожу, с лицом, покрытым ссадинами, синяками и шрамами и искажённым злобной гримасой. Кайл походил на самого дьявола, прогуливающегося по школьным коридорам.

Он всматривался в лица, ища среди них Скарлет. Ему нужно было её найти. Ему нужны были ответы. Он должен был знать, что она с ним сделала; зачем она его укусила; была ли она сильнее него; и почему у него болела голова. А ещё Кайл жаждал мести.

Сколько бы коридоров он ни обошёл, в сколькие лица ни заглянул, Скарлет нигде не было. Кайл прибег к помощи сверхострого зрения, пытаясь разглядеть тех, кто находился далеко от него. Это было великолепно – Кайл был зорким, как орёл.

Вдруг он увидел приоткрытый шкафчик и разглядел в нём небольшое фото. Без сомнений это было фото Скарлет. Он увидел его именно тогда, когда шкафчик захлопнулся.

Кайл посмотрел на того, кто закрыл его и увидел девушку, похожую на молодую Дженнифер Лопез.

Кайл приблизился к ней, грубо расталкивая школьников локтями.

«Эй, осторожнее, чувак», – сказал какой-то спортсмен с эмблемой школьной команды на куртке. Не медля ни секунды, Кайл толкнул его рукой, от чего тот перелетел коридор и ударился о шкафчик.

Кайл даже не оглянулся. Он продолжал идти навстречу девушке.

«Простите, сэр», – сказал голос.

Кайл почувствовал, как его грубо схватили за рубашку. Обернувшись, он увидел пожилую даму с суровым лицом.

«Кто вы такой, и что вы делаете в нашей школе? Вы разве не заметили, что только что толкнули ребёнка? Он мог пострадать. Извинитесь немедленно, или я тотчас же сообщу об этом инциденте директору школы!»

Кайл удивлённо смотрел на старушку, поражённый тем, что у неё хватило смелости говорить с ним подобным тоном. Секундой спустя он разразился громким, грудным смехом, не отводя взгляда от странной женщины.

«Вы похожи на мою учительницу в средних классах, – сказал он. – Именно из-за неё я не закончил школу. Вы все одинаковы, да?»

«Как вы смеете разговаривать со мной подобным тоном! – ответила женщина. – Вам лучше сейчас же отправиться в кабинет директора, пока я не вызвала охрану!»

Кайл довольно фыркнул.

«Не думаю, что охранник вам сейчас как-нибудь поможет», – сказал он.

Кайл сделал шаг вперёд, обхватил старушку обеими руками и поднял её высоко над головой. Она беспомощно мотала ногами, пытаясь вырваться.

«Сейчас же опустите меня!» – кричала она.

Все, кто был в коридоре, остановились и посмотрели в их сторону. Кайл размахнулся и бросил женщину вперёд.

Она полетела по коридору, приземлившись на скользкий пол лицом вниз и проехав по нему ещё около двадцати метров, как мяч для боулинга. На ходу она сметала подростков с ног, создавая невероятный хаос и неразбериху. Кайл довольно улыбался. Хотелось бы ему проделать то же самое со всеми знакомыми учителями.

Он развернулся и раздражённо и нетерпеливо направился к девушке, похожей на Дженнифер Лопез, в чьём шкафчике видел фотографию Скарлет. Он приблизился к ней, а она не двигалась с места, испуганная тем, что он только что сделал с учительницей. Она в страхе подняла на Кайла глаза, делая шаг назад.

Кайл улыбнулся, но это лишь усилило страх девушки. Взглянув на тетрадь, он увидел её имя, выведенное на обложке.

«Мария, – громко сказал он страшным голосом, – мне нужно, чтобы ты ответила на несколько моих вопросов».

Открыв рот от удивления, Мария в страхе уронила учебники на пол. Все, кто стоял с ней рядом, начали пятиться назад, испуганные Кайлом. Некоторые пустились бегом прочь из коридора.

«Несколько вопросов? – хриплым голосом переспросила девушка. – Откуда вы меня знаете?»

Кайл улыбнулся и сделал шаг ближе.

«Всё очень просто, – начал он. – Мне нравится одна игра. Она называется «не ври мне, и я сохраню тебе жизнь», – добавил он, наклонившись к Марии и находясь теперь всего в нескольких сантиметрах от неё. Он видел, что её трясёт от страха».

«Пожалуйста, – сказала она, – не убивайте меня».

«Мне нужно узнать о твоей подруге, – сказал Кайл. – О Скарлет. Где она?»

Мария смотрела на него глазами, полными удивления. Кайл заметил, как она вся сжалась, не решаясь, что ответить. Было очевидно, что она была верной подругой и не хотела торопиться с ответом даже несмотря на то, что на карту была поставлена её собственная жизнь.

«Я… не знаю», – сказала Мария.

Кайл подошёл ближе, схватил её за волосы и потянул их назад. Девушка закричала от боли, но он не унимался, опуская руку всё ниже до тех пор, пока его губы не коснулись её уха.

«Так ты проиграешь», – предупредил он.

Мария жадно глотала воздух, и пот бежал у неё по шее.

Наконец она сказала: «Ладно. Я её видела. Она всё время проводит со своей лучшей подругой».

«Ну, так-то лучше, – проговорил Кайл. – И как зовут её лучшую подругу? Кто она?»

Мария повернула голову, встретившись с Кайлом взглядом. Она смотрела на него, не отводя глаз, а потом будто бы приняла решение.

«Её зовут Вивиан».

Глава девятнадцатая

Сейдж и Скарлет летели навстречу рассвету, высоко поднявшись над Гудзоном и видя, как мир расцвечивается оттенками фиолетового и розового. И пусть он умирает, в этот миг мир казался Сейджу идеальным. Ему нравилось, что Скарлет сидела у него на спине, обхватив его руками. Ему нравилось, что они могли насладиться красотой этого рассвета вместе, глядя вниз на реку, деревья, холмы и весь мир, раскрашенный осенними красками. Пестрели многоцветные листья – красные, оранжевые и жёлтые, – они летали, подхваченные ветром, падали в воду и выстилали её разными цветами, будто превращая в разноцветную радугу.

Они летели вдоль реки, мимо моста. Сейдж был счастлив от того, что Скарлет была рядом, счастлив, что мог преподнести ей свой сюрприз. Он ощущал её волнение, и это делало его ещё счастливее.

Сейдж вспомнил прошлую ночь, которую они провели вместе. Это была самая волшебная ночь в его жизни и, возможно, самая последняя. Скарлет уснула в его объятиях, их тела согревали друг друга, и они провели полночи, делясь своими надеждами и мечтами, представляя, какую жизнь они могли бы иметь и какие города и страны посетить. Они говорили о том, как это было бы чудесно провести всю жизнь вместе. Сейдж сотни раз повторил Скарлет, как сильно он её любит, потому что знал, что любой день мог стать для него последним.

Ещё издали Сейдж увидел то место, куда они направлялись. Он спустился ниже, как только показалось открытое поле на берегу Гудзона. Здесь возвышался старинный особняк, выходящий к реке. Особняк словно переместился сюда из прошлого.

Сейдж услышал, как Скарлет восторженно вздохнула, когда дом показался им во всей своей красе.

«Здесь так красиво, – сказала она. – Что это за место?»

Сейдж улыбнулся.

«Боскобел, – ответил он, – одно из последних больших имений на Гудзоне».

Кружа над домом, Сейдж разглядывал длинную, высаженную деревьями подъездную аллею, огромную территорию поместья и большой белый тент у кромки воды.

«Похож на театр», – заметила Скарлет.

«Так и есть», – ответил Сейдж.

Выбрав скрытое от людских глаз местечко, он приземлился за рощей, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

Держась за руки, они вышли из чащи и направились к уличному театру.

«Представление на рассвете, – пояснил Сейдж. – Его организуют раз в году».

«Представление?» – спросила Скарлет, улыбаясь.

Сейдж слышал возбуждение в её голосе. Он развернулся и улыбнулся ей в ответ.

«Твоя любимая пьеса, – пояснил он. – «Ромео и Джульетта». Они ставят её на свежем воздухе, как и во времена Шекспира. Пьеса разыгрывается на берегу Гудзона на фоне неба и гор. Прекраснее этого ты не увидишь ничего и никогда».

Скарлет улыбнулась и поцеловала его. Сейдж ответил на поцелуй, обрадованный тем, что смог сделать её такой счастливой. Он был несказанно рад, что мог провести свои последние часы на земле рядом со Скарлет, здесь, в театре, наслаждаясь пьесой, которую впервые увидел ещё при жизни Шекспира. В какой-то степени жизнь успела сильно измениться за это время, но с другой стороны, всё осталось, как прежде.

«Спасибо», – многозначительно проговорила Скарлет, и Сейдж заметил, что она погрустнела.

Пройдя сквозь толпу зрителей, они вошли в театр и заняли отличные места в первом ряду. Вокруг повисла тишина, как только актёры вышли на сцену, и началась пьеса.

Две равно уважаемых семьи

В Вероне, где встречают нас событья,

Ведут междоусобные бои

И не хотят унять кровопролитья.

На Сейджа нахлынули воспоминания. Он вспомнил, как видел эту пьесу впервые в день премьеры в 1594 году. Он был в театре «Глобус», на берегу Темзы и стоял среди других зрителей, коих собралась целая тысяча. Он вспомнил, какое впечатление тогда произвела на него эта постановка. И вот сейчас, 400 лет спустя, впечатления были так же свежи, как и тогда.

Скарлет прильнула к нему и крепко его обняла. Сейдж обнял её в ответ. Сейчас эта пьеса о двух людях, сведённых вместе судьбой, имела для него особое значение. Зная, что смерть стоит на пороге, казалось, что актёры играли только ради одного Сейджа. Он знал, что больше никогда не увидит эту пьесу вновь и хотел запомнить каждое слово, каждый жест.

Сейдж и Скарлет: два существа, принадлежащие разным расам; она только начинает свою вечную жизнь, а он её заканчивает. Сейдж жил на земле две тысячи лет, и Скарлет проживёт ещё столько же, но истинная трагедия заключалась в том, что он не встретил её раньше. Почему ему суждено было встретить её в самом конце, когда она только начинала жизнь?

Сейдж понял, что все эти две тысячи лет искал только её. Он никогда не любил никого так сильно, как Скарлет. Сейчас, когда он умирал, у него её отнимали, словно судьба играла с ними злую шутку.

Минуты шли, и Сейдж был полностью поглощён пьесой, видя перед собой воспоминания из жизни, чувствуя, что конец был уже близок, ощущая слабость и осознавая, что умирает. Он полностью погрузился в спектакль, потеряв чувство времени и пространства. И вот настал конец пьесы: Ромео умирает, его находит Джульетта и завершает свой монолог:

Что он в руке сжимает? Это склянка.

Он, значит, отравился? Ах, злодей,

Всё выпил сам, а мне и не оставил!

Но, верно, яд есть на его губах.

Тогда его я в губы поцелую

И в этом подкрепленье смерть найду…

Но вот кинжал, по счастью.

Сиди в чехле.

Будь здесь, а я умру.

Джульетта пронзает себя кинжалом, и зрители охают. Глядя на неё, Сейдж сидел неподвижно, будто его самого только что пронзили в сердце.

Опустился занавес, и зрители медленно начали аплодировать. Сейдж сидел, словно онемев. Он так погрузился в действо на сцене, что с трудом мог вернуться в реальность. На мгновение он забыл, где находится.

Скарлет посмотрела на него глазами, мокрыми от слёз. Он видел, что с ней происходило то же самое. Для них это была не просто пьеса – это была их жизнь, в которой Сейджу уготована смерть.

«Я люблю тебя, Сейдж», – сказала Скарлет.

Поднявшись со своих мест, они обнялись, и Сейдж долго не разжимал объятий, не желая отпускать Скарлет. Зрители уже начали расходиться.

Он подумал обо всех местах, куда бы хотел отвезти Скарлет, самых романтических местах на земле. Он решил, что должен их ей показать прежде, чем умрёт.

При этом Сейдж ощущал сильную слабость и был не уверен, что у него хватит сил на такое путешествие. Он знал, что если хочет провести больше времени со Скарлет, ему нужна подзарядка. Ему нужны были силы, чтобы протянуть ещё день-два.

«Сейдж, ты неважно выглядишь, – сказала Скарлет, отстранившись. – Ты хорошо себя чувствуешь?»

Сейдж заставил себя улыбнуться и кивнуть.

«Всё в порядке», – ответил он.

Как назло он начал кашлять, и его голос превратился в шёпот.

«Сегодня, – сказал он, – в четыре часа дня. Встретимся у большой ивы на берегу, у самой кромки воды. Я хочу показать тебе красивое и романтическое место».

Скалет выглядела озабоченной.

«А куда ты направляешься сейчас?» – спросила она.

Сейдж хотел сказать, что ему нужно набраться сил, но не хотел показывать, как ему плохо. Ему необходимо было придумать причину, чтобы ненадолго отлучиться. Он не хотел, чтобы Скарлет волновалась.

«Мне нужно кое-что уладить. Это касается семьи, – сказал Сейдж. – Днём мы встретимся вновь, и я всё тебе расскажу».

Наклонившись, он поцеловал Скарлет. Это был долгий поцелуй, потому что Сейдж знал, что завтра может стать его последним днём, проведённым рядом с ней, и ему вовсе не хотелось покидать Скарлет сейчас.

Во время поцелуя, как бы он ни старался избавиться от этого предчувствия, Сейджу казалось, что больше они уже не увидятся.

Глава двадцатая

Мария шла домой по хорошо знакомым улочкам. Было уже давно за полдень. Бекка и Жасмин шли рядом. Одетая в спортивную форму и щитки, с чёрной краской на лице, волосы Марии были всё также растрёпаны после игры. Она со злостью прокручивала в голове моменты матча, раздражённая тем, что тренер удалил её на скамейку запасных, да ещё и после того, как она забила гол. Мария знала, что играла агрессивно и, возможно, перегнула палку, когда пнула девочку по голени. При этом она отлично понимала, что была лучшим игроком в своей команде, и тренеру не стоило удалять её с поля.

Обычно Мария играла чисто, но в последнее время она была так расстроена, что склонялась к грязной игре с подножками и пинками. Она знала, что её удаление было лишь делом времени, но всё равно была раздосадована тем, что это произошло именно сегодня, когда она играла так хорошо.

На ходу Мария размышляла о том, что, по сути, не знала причину своей нынешней злости; хотя на самом деле причин было несколько: сначала потеря Сейджа, потом лучшей подруги, потом встреча с мерзким гадом в школьном коридоре и, наконец, потеря нового парня Лора, по которому она сходила с ума. Он перестал ей писать, так и не приехал на остров Баннермана и словно и вовсе исчез. Мария чувствовала себя обманутой, злой и разочарованной. Ей хотелось кричать на весь мир.

«Так что там со Скарлет?» – спросила Жасмин, нарушив тишину.

Мария и сама задавалась тем же вопросом. Ей казалось, что Скарлет стала другим человеком. Она так сильно изменилась за последнее время. Было в подруге что-то, что-то новое, что Мария не совсем могла объяснить. Раньше Скарлет была понятной, счастливой и беззаботной, сейчас она стала серьёзнее, задумчивее и словно окружила себя… темнотой.

Находясь рядом со Скарлет, Мария чувствовала, что общается не с подростком, а с взрослым человеком. Это было странно, и Мария никак не могла разобраться в сложившейся ситуации. Она хотела, чтобы они вновь стали подругами, но не была уверена, что это возможно. Марии было неловко за то, как она повела себя по отношению к Скарлет на острове, но тогда она была не в себе и очень расстроена тем, что Лор так и не появился. Да и к тому же между ними столько всего произошло… Смогут ли они когда-нибудь обо всём забыть? думала Мария. Смогут ли они вновь стать лучшими подругами, как это было раньше?

«Не имею ни малейшего понятия, – ответила Бекка. – Вы видели, что она сделала вчера ночью в лодке? Видели, как она спасла Вивиан? Это было просто невероятно».

«И зачем она вообще её спасла? – спросила Жасмин. – О чём она думала? Если бы она позволила ей утонуть, то сделала бы нам всем огромное одолжение».

«Я перестала понимать Скарлет, – вступила в разговор Мария. – Мне кажется, в этом то и вся проблема. Она стала… другой».

«Мы вчетвером были не разлей вода, – добавила Жасмин. – Теперь нас осталось трое. Я заметила, что сегодня она пропустила школу. Куда она теперь подевалась?»

Завернув за угол, Мария подняла глаза и резко остановилась. У неё перехватило дыхание. Перед ней стоял парень, по которому она сходила с ума с их последней встречи.

Лор.

Лор стоял и улыбался, будто в том, что они встретились на улице, не было ничего удивительного, будто он ждал её здесь, и они договорились о свидании. Мария хотела устроить сцену и показать, как она на него была зла, но что-то внутри щёлкнуло, когда она посмотрела в его ослепительно яркие глаза. Сердце её затрепетало от счастья, и вся злость куда-то испарилась. Единственное, о чём она могла сейчас думать, это о том, насколько он был хорош собой, как сильно она сходила по нему с ума и что была готова на всё, лишь бы быть с ним рядом, что бы он ни сказал или ни сделал.

«А вот и ты», – соблазнительным голосом проговорил Лор. Его слова затронули самые глубокие фибры души Марии, лишая её возможности логично рассуждать и думать. Она была зачарована.

«Кто это?» – спросила Жасмин, подходя ближе к подруге и готовясь при необходимости за неё вступиться.

Лор улыбнулся и взглянул на Жасмин и Бекку. Подняв руку, он коснулся ладонью лба каждой из девушек. При этом появился яркий луч света. Обе повернулись к Марии.

«Нам пора», – сказала Бекка.

«Мы совершенно забыли, что после школы у нас дела», – добавила Жасмин.

«Была рада познакомиться, – сказала Бекка, обращаясь к Лору. – Хорошо, что ты проводишь Марию домой».

Не сказав больше ни слова, обе девушки развернулись и направились прочь.

Мария удивлённо смотрела на Лора. Почему подруги так быстро ушли?

«Не понимаю, – сказала она. – Что только что произошло?»

Лор пожал плечами.

«Тут и понимать нечего, – сказал он, внимательно глядя на Марию. – Они захотели дать нам возможность побыть наедине. Я тоже этого хочу».

Лор взял Марию за руку, и она вдруг поняла, что не может думать ни о чём и ни о ком, кроме него. Развернувшись, они пошли вместе.

Внутри Мария трепетала от восторга. Сердце отчаянно билось в груди, когда она шла рядом с самым красивым парнем в мире, не веря своему счастью.

«Я повсюду тебя искала, – сказала она. – Я звонила тебе и писала. Ты не отвечал».

Мария ждала его ответа, когда ей показалось, будто кто-то проник в её голову и внушает ей чужие мысли. Задумавшись, она вдруг решила, что сама додумалась до такого:


Мы постоянно общались всё это время. Мы безумно влюблены. Ты хочешь меня поцеловать.


Мария вдруг остановилась, повернулась и посмотрела на Лора. Потянувшись, она поцеловала его, чувствуя себя безумно счастливой, ведь он отвечал на все её СМС и ни на секунду не исчезал из её жизни с момента их знакомства. Всё было похоже на сон.

«Сейчас, – сказал Лор, наклоняясь и даря ей улыбку, – я ищу твою подругу Скарлет».

Мария нахмурилась.

«Скарлет? И почему все её ищут?»

Мария вдруг занервничала. Она надеялась, что Скарлет не уведёт у неё Лора, как она сделала с Сейджем.

Лор улыбнулся и положил руку ей на плечо. В голове у Марии появились следующие мысли:


Я очень хочу помочь Лору найти Скарлет. Я сделаю для этого всё.


Она посмотрела Лору в глаза.

«Чем я могу помочь? – с готовностью спросила она. – Как мне помочь тебе найти мою подругу?»

Лор улыбнулся.

«Напиши Скарлет сообщение, – ответил он, – и спроси, где она. Но сначала сделай так, чтобы она ничего не заподозрила. Узнай, с Сейджем ли она сейчас».

Мария кивнула, считая, что это была самая разумная мысль из всех возможных. Она быстро достала телефон и написала Скарлет СМС.

«Мы с ней поссорились, – сказала она. – Не уверена, что она захочет со мной разговаривать».

«Тогда извинись, – сказал Лор. – Ты сделаешь всё, что нужно, чтобы она ничего не заподозрила».

Мария нахмурилась.

«Но я не хочу извиняться. Я хочу сказать, что она сама…»


Я хочу извиниться перед Скарлет. Я хочу, чтобы она вновь начала мне доверять.


Мария замолчала и моргнула, глядя на Лора.

«Мне нужно перед ней извиниться», – сказала она.

Лор одобрительно кивнул. Мария посмотрела на дисплей телефона и начала писать:


Привет, Скарлет. Прости за вчерашнее. Я не хотела. Нервы ни к чёрту. Была в плохом настроении. В общем, я люблю тебя и скучаю. Где ты?


Мария нажала «отправить» и долго стояла и смотрела на телефон.

Минуту спустя она обратилась к Лору.

«Скарлет не отвечает. Может, она не…»

Вдруг телефон завибрировал. Посмотрев на дисплей, она прочитала сообщение:


Спасибо. Для меня это много значит.


Мария вновь начала писать:


Я не видела тебя в школе. Где ты сейчас?


СКАРЛЕТ: Я пропустила школу.


Почему? Где ты?


СКАРЛЕТ: Ходила в театр.


Театр?


Скарлет больше ничего не ответила. Мария подождала какое-то время и потом посмотрела на Лора.

«Она сказала, что ходила в театр», – сказала она.

Лор задумался.

«Спроси, с ней ли Сейдж», – потребовал он.


Ты ходила одна?

СКАРЛЕТ: Нет.

С Блейком?

СКАРЛЕТ: Нет.


Мария посмотрела на Лора. Он стоял рядом и смотрел на дисплей.

«Спроси, ходила ли она с Сейджем».


Ты ходила с Сейджем?


После продолжительной паузы телефон снова завибрировал.


Да.


«Спроси: сейчас она тоже с ним?»


Сейчас ты тоже с ним?


Последовала длительная пауза, а потом Скарлет ответила:


Откуда столько вопросов?


Мария показала это сообщение Лору, и он задумчиво почесал подбородок.

«Скажи ей…», – начал он, когда телефон вновь завибрировал.


Нет. Мы встречаемся позже.


Мария показала Лору новое сообщение, и он довольно кивнул.

«Именно это я и хотел узнать, – сказал он. – Они вместе. Он бы ни за что не оставил её, если бы ему не нужно было подзарядиться энергией. А сделать это он может только в одном месте».

Лор кивнул и улыбнулся Марии.

«Ты всё хорошо сделала, Мария, – сказал он. – Очень хорошо».

Мария нахмурилась.

«Но я не понимаю, – начала она. – Почему это так важно? Зачем тебе нужна Скарлет? Ему необходимо подзарядиться. Что это значит?…»

«Не беспокойся об этом, любимая, – мягко и ободряюще сказал Лор. – Тебе не нужно знать больше того, что тебе уже известно. Более того, через несколько секунд ты всё забудешь. Ты выполнила свою миссию, но сейчас, боюсь, нам нужно прощаться. Спасибо, что позволила собой воспользоваться».

Мария в недоумении смотрела на него, пока Лор широко улыбался. Сделав шаг вперёд, он расправил крылья и обхватил ими Марию, крепко сжав её в объятиях. Мария приглушённо закричала, прижатая к его груди. Лор крепко держал её, пока она сопротивлялась. Он делал глубокие, довольные вдохи, чувствуя, как в него проходит её энергия, питая его тело и душу. Мария вырывалась сильнее, чем все остальные его жертвы, но и ей не суждено было высвободиться. За тысячи лет Лор не позволил этого никому.

Наконец Мария сдалась. Её тело обмякло в его руках. Лор раскрыл крылья, глядя, как оно падает на землю. Взяв её телефон, он положил его в карман.

«Тебе он больше не понадобится», – сказал он.

Сделав шаг в сторону, Лор взмыл в воздух, направляясь туда, где он наверняка найдёт Сейджа. Он застанет брата врасплох и наконец доберётся до Скарлет.

Глава двадцать первая

Лор мчался по воздуху вдоль реки Гудзон, направляясь туда, где, как он знал, находился Сейдж. Если он был не со Скарлет, тогда Сейдж мог направиться только в одно место – к энергетическому камню. Он мог быть только там. Это был единственный возможный вариант: глупый романтик Сейдж отказывался питаться человеческой энергией, поэтому был слабее, чем все остальные Бессмертные. Сейчас, на смертном одре ему нужны были силы, особенно если он хотел провести последние дни со Скарлет.

Энергетический камень был единственным средством подзарядки без необходимости охоты на людей. Полученных от него сил хватит на несколько дней. Лор презрительно покачал головой при мысли об этом. Сейдж был глупым романтиком. Он всегда был слабым, и сейчас пришёл час его гибели.

Лор летел вдоль берега реки, радуясь тому, как легко ему удалось манипулировать Марией. Теперь пришло время привести план в действие. Его основной план заключался в том, чтобы жить вечно, а для этого ему нужна была девчонка, Скарлет. Для того чтобы заманить её в ловушку, ему нужна была приманка. И этой приманкой был Сейдж.

Если Лору удастся его поймать и пленить, то Скарлет наверняка придёт на выручку. По глазам было видно, что она была безумно влюблена в его брата и готова пожертвовать всем – даже собственной жизнью – ради его спасения. И это станет её роковой ошибкой.

Лор поймает её и приведёт к своему народу. Он лично принесёт её в жертву, и они все будут жить вечно. Его запомнят на века и будут слагать песни о его героизме, а Сейджа накажут и убьют. Ничто не сможет порадовать Лора больше, чем это.

Лор широко улыбнулся, пролетая над энергетическим камнем – гладким каменным плато круглой формы. Плато было гладким, потому что в течение многих веков его посещали Бессмертные. Плато находилось на высоком берегу Гудзона, среди вековых деревьев, прямо у самой воды. Энергетический камень использовался Бессмертными уже многие века. Глядя вниз, Лор с радостью отметил, что был прав: Сейдж лежал на земле, раскинув руки и ноги, повернув лицо к небу и заряжаясь энергией.

Лор сразу же бросился вниз, приземлившись рядом с братом и радуясь возможности воспользоваться его беспомощностью.

В ту же секунду, как ботинки Лора коснулись земли, он сразу начал действовать: выхватив оковы Ашкелона, он накинулся на Сейджа и одним быстрым движением одел их ему на запястья, зажав руки за спиной.

Сейдж вскрикнул, но мало что мог сделать, ведь Лору удалось напасть на его в момент слабости. Во время подзарядки Бессмертные уязвимы как никогда. Существовало священное правило, запрещающее нападать во время этого процесса. Многие века Лор старался ему следовать.

Но сейчас времена были другие, и слишком много было поставлено на карту, чтобы уважать какие-либо законы вообще. Сейчас Лор готов был нарушить любое правило, включая законы его народа, если в этом была необходимость. Он был готов на всё, чтобы выжить.

Лор широко улыбнулся, схватив Сейджа за рубашку и притянув его к себе. Сейдж дрожал после подзарядки и выглядел больным и слабым, особенно когда на руках его были оковы Ашкелона.

«Выглядишь паршиво, брат», – улыбаясь, сказал Лор.

«Ты не можешь так поступать, – ответил Сейдж. – Ты нарушил священный закон. Нельзя нападать во время подзарядки».

«И нельзя давать девчонке уйти, – вставил Лор. – Судя по всему, мы оба нарушили правила».

«Ты – трус», – усмехнулся Сейдж.

Лор улыбнулся.

«Подобные ярлыки потеряли для меня всякий смысл, мой брат. Я делаю то, что нужно, и я выживу. Ты же, друг мой, и мне жаль это говорить, сделать этого не сможешь».

Лицо Лора исказила гримаса, когда он придвинулся ближе к Сейджу.

«Видишь ли, Сейдж, все эти века ты был впереди, был лучше меня, и тебя все любили, но сейчас мы поменялись ролями. Я выживу, а ты – нет. Обо мне будут слагать песни, а не о тебе. Я приведу тебя на суд общественности, и уж там знают, как с тобой поступить. Но главное это то, что ты станешь тем огнём, на который прилетит мотылёк по имени Скарлет», – добавил он, улыбаясь.

Глаза Сейджа округлились от страха и злости.

«Ты не посмеешь! – сказал он. – Даже ты не можешь пасть так низко!»

Лор откинул голову назад и рассмеялся. Это был пронзительный, высокий смех, который пронёсся по лесам и поднялся в небо.

«Брат, ты даже не представляешь, как низко я готов пасть», – ответил он.

Глава двадцать вторая

Кейтлин сидела в Библиотеке редких книг Бейнеке в Йельском университете, склонившись над Рукописью Войнича. Библиотекарь стоял у неё за спиной, в ожидании сложив руки на груди и наблюдая. Надев латексные перчатки, Кейтлин внимательно изучала книгу, бережно перелистывая страницы.

Кейтлин была благодарна сотрудникам библиотеки за то, что они впустили её и позволили ознакомиться с рукописью после того, как она показала им документы из Колумбийского университета, подтверждающие её научную квалификацию. Библиотекарь отвёл её к отдельно стоящему столу в закрытой комнате, находящейся в отдельном здании университета, и положил перед ней книгу, позволив изучать её только в его присутствии.

Уставшая, но взволнованная, Кейтлин была уверена, что в книге хранились величайшие секреты и ключ к тому, что случилось с исчезнувшей цивилизацией вампиров. Она не могла просто поехать в Египет и встать перед Сфинксом в надежде найти вход. Памятник тщательно охраняется, да и вход под землю, если он вообще существует, надёжно скрыт от глаз посторонних. Кейтлин нужна была информация: ей нужно было знать, во что она ввязывается до того, как перелетит полмира.

Просматривая Рукопись в первый раз в жизни, Кейтлин находилась под огромным впечатлением. Она не раз слышала об этой книге, самой противоречивой и мистической книге, известной человечеству. Рукопись содержала в себе любопытное собрание научных исследований по ботанике, лекарствам и снадобьям, сотни разноцветных рисунков и диаграмм, созданных, по мнению учёных, в Европе примерно в середине пятнадцатого века. Никто из учёных, занимающихся расшифровкой этих записей уже многие века, не смог разобраться в значении этих странных рисунков или знаков зодиака. Ходили теории о том, что книга была написала инопланетянами и содержала в себе предсказания о конце света, а также ключ для расшифровывания Библии и поиска потерянных миров. Кейтлин была знакома со всеми приданиями и мифами, окружающими эту Рукопись, и не знала, чему верить. Подобное чувство испытывал и любой другой учёный, занимающийся раскрытием тайн этой книги. Ценность Рукописи Войнича никогда не была поставлена под вопрос, что само по себе вызывало немало вопросов.

Сейчас же, держа оригинал Рукописи в руках, чувствуя её вес и значимость, Кейтлин была немало поражена. Рукопись была больше по размеру и тяжелее, чем она предполагала. Она содержала в себе массу информации, а рисунки, сделанные сотни лет назад, были по-прежнему яркие и сочные, словно их напечатали совсем недавно. Книга была написала на неизвестном языке. С самой первой до самой последней страницы Рукопись представляла собой одну большую загадку.

Перелистывая страницы и изучая её содержимое, Кейтлин вдруг начала кое-что понимать. Она должна была признать, что, будучи одним из самых выдающихся учёных своего времени, она обладала уникальным умом, что раскрывало новые возможности для её научной деятельности, которые были недоступны даже Эйдену. Возможно, она могла расшифровывать записи, которые были слишком сложными для всех остальных? А возможно, причина была в другом: может, она просто начала что-то вспоминать? Кто знает, может причиной всему были материнская любовь и отчаяние, которые помогали ей понимать этот непонятный текст. Она была не просто очередным учёным, ищущим ответы, она была матерью, жизнь дочери которой была поставлена на карту. Она должна была расшифровать эту книгу. Как мать может поднять машину, придавившую её ребёнка, так и разум Кейтлин мог справиться с любой задачей в момент отчаяния, становясь супермозгом, способным расшифровать и увидеть смысл там, где его не видел никто другой.

И действительно, пока Кейтлин пролистывала страницу за страницей, она начала понимать, что, работая на пределе возможностей, её разум начал находить связи между словами и фразами. Она до сих пор не понимала языка, но в её сознании появлялись зрительные образы; она могла сложить буквы в слова и предложения. Кейтлин начала видеть: поначалу это была лишь отдельная буква, встречающаяся то там, то здесь, потом буквы начали складываться в слова. На одной странице она увидела слово, написанное по диагонали: буквы уходили вниз налево и направо, а потом возвращались вверх. На другой странице она увидела слово, написанное по кругу, на следующей – в форме продолговатого прямоугольника.

Кейтлин не понимала, как ей удавалось видеть то, что она видит, но факт оставался фактом. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, когда она начала расшифровку послания.

Она поняла, что ей не нужно расшифровывать всю книгу, а всего лишь одно слово на странице, а значит ей нужно расшифровать всего несколько предложений. Ключ. Код. Послание для просвещённых, предназначенное только тому, кто знал, как искать.

Кейтлин запоминала каждое расшифрованное слово, и, в конце концов, в голове её они стали складываться в предложения:


Последний вампир появится через 2 000 лет. Она родится за океаном и будет названа в честь цвета крови. Чтобы войти в город, необходимо иметь ключ, который вы найдёте здесь.


Руки Кейтлин дрожали, когда она дошла до последней страницы. Здесь она не увидела ничего, кроме большой диаграммы, рисунка. Она увидела круг, внутри которого было что-то, похожее на лепестки алого и синего цветов. В центре располагался другой круг, в котором было изображено лицо. Кейтлин никогда не видела ничего подобного. Диаграмма была похожа на рисунок эпохи сюрреализма.

Приглядевшись, Кейтлин увидела знакомый символ. В горле пересохло, и руки затряслись.

Её удивила не необычность этого символа, а то, что он был ей хорошо знаком. Она видела его раньше и не раз. Этот символ был изображён на кожаной шкатулке, принадлежащей её бабушке. Эта шкатулка до сих пор хранилась на чердаке в доме бабушки во Флориде. В детстве этот символ не давал Кейтлин покоя, особенно после того, как бабушка как-то наругала её и наказала никогда не трогать шкатулку.

Дрожащей рукой, Кейтлин перелистнула последнюю страницу и увидела там слово, написанное задом наперёд. Слово, заключённое в круг, было написано красивым курсивом. Кейтлин сначала прочитала каждое шестое слово, потом – каждое пятое и четвёртое, потом – каждое третье, и увидела в них систему. Проходя по кругу снова и снова, она удивлённо выдохнула и выронила книгу.

Ошибки не было. Слово-ключ было написано в кругу. Одно единственное слово. Её фамилия:


Пейн.

Глава двадцать третья

Скарлет стояла на берегу Гудзона внутри старой беседки, в которой они с Сейджем договорились встретиться, и оба бывали раньше. Солнце начало садиться. Это одинокое, всеми заброшенное место, скрытое от глаз деревьями и расположенное у самой воды, было известно только Скарлет и Сейджу, и его невозможно было спутать ни с каким другим местом на земле. Скарлет с волнением ожидала их встречи, с нетерпением представляя, как они проведут время вместе. Её волнение невозможно было передать словами.

Но сейчас она стояла и плакала, глядя на реку, наблюдая за закатом и не понимая, почему она до сих пор была одна. Сейдж обещал, что они встретятся в четыре часа. Сейчас было уже пять с чем-то.

В голове звучали пугающие слова, которые Сейдж произнёс, прощаясь: Если к четырём часам меня там не будет, можешь считать, что я умер. Я тебя никогда не оставлю и не брошу.

Скарлет не могла унять рыданий. Она простояла в беседке уже больше часа. Сейдж не смог вернуться оттуда, куда направился утром. Куда он отправился? думала она, сгорая от разочарования и умирая от желания всё разузнать. Почему он не сказал ей? Почему ему пришлось уйти? Скарлет бы всё отдала, чтобы оказаться сейчас рядом с ним в последние мгновения его жизни. Она была готова на всё, только бы ему помочь. Почему Сейдж решил уйти и умирать в одиночестве?

Плача, Скарлет вышла из беседки, наблюдая за тем, как большой шар ярко-красного солнца садится за реку. Казалось, что смерть была повсюду, и это был последний день на земле, последний день её жизни. Если Сейдж умер, то она тоже больше не хотела жить. Жизнь потеряла для неё всякий смысл.

Скарлет заставила себя успокоиться, сделала глубокий вдох и вытерла слёзы, словно на что-то решившись. Она знала, что делать дальше. Пришло время прощаться. Она пойдёт домой, увидится в последний раз с родителями и присоединится к Сейджу, где бы он ни был.

* * *

Скарлет быстро шла к двери дома, заметив отсутствие машин у входа. Она гадала, куда могли деться родители. С одной стороны, ей нужно было признать, что она радовалась возвращению домой, в знакомое место, в её дом; но с другой стороны, она знала, что он таким более не являлся. С тех пор, как она была здесь в последний раз, она очень сильно изменилась, и казалось, что сейчас подходит к чужому дому. Чужому миру. Чужой жизни.

Подойдя к двери, она с удивлением отметила, что та была открыта. Скарлет распахнула её, вошла внутрь и остановилась от удивления.

Дом был вверх дном: шторы на полу, диваны разодраны, мебель перевёрнута. Казалось, что дом побывал в эпицентре урагана. Любимый родительский обеденный стол красного дерева лежал на боку, вся фарфоровая посуда из буфета была разбита, пол был усыпан осколками стекла.

Так должен выглядеть дом, в который попала бомба. Ничто не уцелело.

Скарлет со страхом огляделась, пытаясь понять, что произошло… Кто мог здесь такое натворить? И зачем?

Стоя в растерянности, она увидела небольшой клочок бумаги, висящий на люстре в столовой. Люстра была единственным предметом мебели, который остался цел. Записка была написана на клочке бумаги карандашом красного цвета, который выглядел так, будто слова были написаны кровью.

Скарлет сделала шаг вперёд, слыша, как под ногами хрустит стекло, и сорвала записку дрожащими руками. Приблизив её к глазам, она прочла:


Сейдж у меня. Я держу его пленником в нашем фамильном особняке, замке Больдта на одном из Тысячи островов. Приходи, если хочешь его спасти. Если желаешь ему мучительной и медленной смерти, если хочешь, чтобы мы мучали его до последнего вздоха, тогда оставайся дома. Как сильно ты его на самом деле любишь?


В шоке Скарлет выронила записку из рук, гадая, кто мог быть её автором. В голове возникало одно единственное имя – Лор, завистливый и злобный двоюродный брат Сейджа. Только он один был способен на подобное.

Скарлет понимала, что это была ловушка. Лор хотел заманить её на остров. Бессмертные хотели её убить, чтобы жить вечно, а Сейджа использовали, как приманку.

Скарлет сделала глубокий вдох, пытаясь всё осознать. Она не могла вынести мысли, что Сейджа держали в заложниках и мучали. Она не могла допустить его смерти. Если Сейдж умрёт, то и она лишается смысла жизни, поэтому Скарлет была готова на всё, чтобы его спасти. Если ей суждено было стать жертвой, которой уготована смерть, которая попадёт в ловушку, пусть так и будет. Сейдж стоил такой жертвы.

Скарлет решительно развернулась на пятках и пошла прочь из дома, когда натолкнулась на группу людей в дверях, удивлённо меряющих её взглядом. Она узнала того, кто стоял в середине – это был священник из церкви в их квартале. Его спутников, одетых в чёрное, она не знала.

Скарлет удивлённо смотрела на них в ответ.

«Святой отец, что вы здесь делаете?» – спросила она, сгорая от нетерпения уйти, заметив, что они преграждают ей путь.

«Дочь моя, – ответил он, – что ты сделала с домом?»

Гости испуганно огляделись. Скарлет сделала то же самое, понимая, что они винили её в этом разгроме.

«Это сделала не я», – сказала она.

Глаза священника выражали сострадание, но другие люди остались безучастны. Они были старыми священниками с холодным и мрачным взглядом.

Они недоверчиво оглядели девушку с ног до головы.

«Конечно не ты, – сказал один из них. – Я уверен, в дом просто ворвался ветер и разнёс его, пока ты была здесь».

«Что вам здесь нужно? – резко спросила Скарлет. – Кто вы такие? Что вы делаете в моём доме? Я вас не приглашала».

«Нет, моя милая, – сказал один из незнакомцев. – Вампиры никогда никого к себе не приглашают».

Скарлет молча смотрела на мужчин, гадая, как много было им известно.

«Мы здесь, чтобы тебе помочь, – сказал один из священников, – чтобы тебя вылечить».

Трое священников сделали шаг вперёд. Каждый вытащил из-за пояса сияющий золотой крест, поднял его до уровня глаз Скарлет и начал читать молитву на латыни:

Deje Lo que está dentro de ti que seas libre

Скарлет почувствовала, как внутри всё начинает гореть, жар охватил кожу, и она почувствовала огромную ярость. Бросившись вперёд, она издала гортанный рык, едва понимая, что делает, и одним быстрым движением схватила неизвестных ей священников и бросила их через всю комнату, как тряпичных кукол. Старики ударились о стену и упали на пол без сознания.

В доме вновь воцарилась тишина. Перед Скарлет продолжал стоять, дрожа всем телом, знакомый священник из церкви. Он не читал никаких молитв, поэтому Скарлет его не тронула.

«Скажите своим друзьям, чтобы держались от меня подальше, – сказала она низким голосом. – В следующий раз я не буду так добра».

Произнеся эти слова, Скарлет развернулась, вышла из дома и взмыла в воздух, поднявшись высоко в небо. Она знала, что священник видел, как она улетает, но это её мало заботило. Ей нужно было спасти человека. Человека, которого, она любила.

Если для его спасения придётся спуститься в пучины ада, Скарлет была готова пойти и на это.

Глава двадцать четвёртая

Калеб резко затормозил у входа в школу Скарлет, заметив оживление. Он подъехал в пикапе, Сэм сидел рядом на пассажирском сиденье. Калеб приехал сюда в надежде, что Кайл тоже здесь и ищет Скарлет.

Как бы там ни было, увидеть такое Калеб даже не рассчитывал. На парковке царил настоящий хаос. Дети кричали, сбегая по ступеням школы. Калеб с волнением понимал, что здесь происходило что-то очень и очень нехорошее. Выглядело всё так, будто он попал на место катастрофы.

Двери в школу были сорваны с петель, повсюду виднелись осколки стекла, и подростки с криком выбегали из здания, мчась на парковку и, очевидно, спасаясь от чего-то ужасного. Глядя на эту сцену, у Калеба появилось пугающее ощущение, что всё это было как-то связано со Скарлет. И с Кайлом.

«Приготовься, – напряжённо сказал Калеб. – Он здесь».

Из бардачка Сэм достал два пистолета, зарядил их и вложил один в ладонь Калеба.

«Я готов, – ответил он. – Давай наведём здесь порядок».

На этот раз Кайлу не удастся ускользнуть, и Калеб был в этом уверен.

Он резко затормозил перед воротами школы и едва успел заглушить мотор, как оба уже выскочили наружу и побежали по ступеням школьной лестницы, держа пистолеты за поясом.

Подняв глаза, Калеб вдруг остановился. Сэм сделал то же самое, потому что прямо перед ними стоял тот, кого они искали. Кайл спокойно вышел из здания, широко улыбаясь, будто ничего странного не происходило.

Встретившись взглядом с Калебом, он опустил глаза и посмотрел на его пистолет. Калеб ожидал увидеть страх или, по крайней мере, нерешительность во взгляде противника, но произошло что-то очень странное: вместо того, чтобы испытать страх и шок, как это сделал бы любой нормальный человек, Кайл улыбнулся ещё шире и продолжил безмятежно спускаться по лестнице.

Чувствуя, как сердце бьётся в висках, Калеб поднял свой пистолет и наставил его на Кайла.

«Стоять, – сказал он. – Ещё шаг и я выстрелю».

Сэм тоже наставил оружие на преступника.

По-прежнему широко улыбаясь, Кайл остановился и удивлённо оглядел обоих.

«Где моя дочь?» – прошипел Калеб.

«Ну, разве не забавно? – ответил Кайл. – Похоже, у нас есть что-то общее. Я тоже ищу её. Я смогу ответить на твой вопрос, когда найду её, но, возможно, не стану этого делать».

Кайл резко рассмеялся, и Калеб заметил острые клыки. У него перехватило дыхание. Всё это было правдой. Кайл был вампиром. Скарлет превратила его в вампира. Калеб онемел от удивления.

Наклонив голову, Кайл решительно направился в сторону мужчин.

«И опять-таки, – продолжил он, – может, мне стоит вас прикончить первыми, а уже потом убить твою дочь?»

«Ни с места!» – закричал Калеб.

Кайл не обратил никакого внимания на его слова и продолжил подходить ближе. Когда между ними были считанные метры, Калеб решил, что ждать больше было нельзя.

Прицелившись, он выстрелил в Кайла пять раз. Пистолет дрожал и вибрировал в его руке, а звук выстрела оглушал.

Калеб услышал крики школьников и заметил, что Сэм тоже выстрелил в Кайла пять раз.

Тело Кайла сотрясалось от ударной волны, когда в него были выпущены целых десять пуль. Этого количества хватило бы, чтобы убить слона, и Калеб с удовлетворением наблюдал, как Кайл падает на спину, ударяется о ступени, держась одной рукой за перила, и лежит, истекая кровью и не двигаясь.

Калеб опустил дымящийся пистолет и посмотрел на Сэма. Оба медленно убрали оружие за пояс. Школьники продолжали кричать и разбегаться кто куда. Калеб подошёл ближе, чтобы осмотреть мёртвое тело Кайла. Он никогда не убивал человека с такого близкого расстояния и никогда не делал этого вне зоны военных действий, поэтому его всего трясло. Каковы бы ни были обстоятельства, он предпочёл бы этого не делать, ведь он только что убил человека. А был ли Кайл человеком?

Не стоит забывать, что он напал на мою дочь, напомнил себе Калеб. Он убил полицейских. Он мог причинить боль и другим. У Калеба просто не было иного выбора.

До слуха донёсся отдалённый звук полицейских сирен, и вскоре машины прибыли на место. Калеб стоял над телом Кайла, глядя как под ним образуется большая лужа крови. Мёртвый Кайл выглядел так же злобно, как и при жизни. Глядя на него, Калеб испытывал огромное облегчение.

И вдруг глаза Кайла широко раскрылись.

Калеб замер от шока, не веря своим глазам.

Кайл мгновенно вскочил на ноги и посмотрел на него сверху вниз. Калеб был слишком удивлён, чтобы что-то предпринять.

Кайл схватил Калеба и Сэма за грудки и поднял высоко над головой, словно они были невесомы. Он посмотрел на обоих.

«В следующий раз, – прошипел Кайл, улыбаясь, – купите пистолеты побольше».

Размахнувшись, он раскрутил их и бросил вперёд. Калеб почувствовал, как, пролетев несколько метров по воздуху, он ударился о твёрдый асфальт и продолжил катиться, получая новые синяки и ссадины. Он катился и ударялся обо всё до тех пор, пока не столкнулся с деревом.

В голове шумело, в ушах звенело, все кости в теле ныли. Калебу показалось, что Сэм лежит где-то рядом с ним. Подняв глаза, Калеб увидел, как к ним идёт Кайл, и глаза его дьявольски сияют.

«Смерть ваша будет ужасной», – сказал он.

Вдруг десяток полицейских машин затормозили у ворот школы, оглушая сиренами всех присутствующих. Они преградили Кайлу путь к Калебу и Сэму, отрезав его от жертв. Из машин выскочили десятки офицеров, наставив оружие на Кайла.

«СТОЯТЬ!» – закричали они.

Кайл не обратил на них никакого внимания, и тогда они открыли огонь, стреляя вновь и вновь. Казалось, началась война. Калеб смотрел, как в тело Кайла летят десятки свинцовых пуль. Иногда он отступал назад, но никогда не падал.

«Уходим», – прокричал Калеб, обращаясь к Сэму, который лежал в паре метров от него.

С трудом поднявшись на ноги, они побежали прочь. Калеб не собирался ждать окончания схватки, зная, что Кайл был окружён таким количеством полицейских, что их хватило бы, чтобы противостоять целой роте.

При этом он также знал, что у полицейских не было ни единого шанса на успех.

Глава двадцать пятая

Руки и ноги Сейджа горели от боли, пока он тщетно пытался освободиться от оков Ашкелона. Вися распятый на огромном Ашкелонском кресте, Сейдж увидел внизу тысячи представителей своего рода – такого скопления Бессмертных в одном месте он не видел никогда. Люди бродили по огромному залу замка Больдта. Зал был невероятных размеров и возвышался на десятки метров в высоту, завершаясь сводчатым потолком. Люди были возбуждены, создавая вокруг некое подобие хаоса. Некоторые летали по воздуху, другие ходили по земле, а Сейдж висел на кресте в центре, как объект осмотра и презрения.

Сейдж чувствовал себя невероятно слабым. Лор схватил его до того, как он успел подзарядиться энергией, и сейчас он чувствовал, что умирает. Он знал, что время пришло. Единственное, о чём он сожалел, так это то, что не проводил достаточно времени со Скарлет и даже не успел с ней попрощаться. Он представил, как она пришла на место встречи, а его там не оказалось, и это разбило ей сердце. Он не представлял, какой расстроенной она должна быть. Должно быть, Скарлет решила, что он её бросил или хуже, что он умер.

Подняв глаза, Сейдж увидел высокий, конусообразный потолок с отверстием посредине, через которое ему было видно ночное небо, звёзды и лунный полумесяц. Через отверстие проникал прохладный воздух, остужая пыл собравшихся людей. Глядя на месяц, Сейдж понимал, что у его народа было всего несколько дней до того, как луна убудет.

Взглянув вниз, он заметил злобные взгляды присутствующих, взирающих на него с таким видом, будто он был величайшим из злодеев. Сейджу их мнение было безразлично. Его заботил лишь он сам и обжигающая боль в руках, плечах и ногах. Он знал, что его ждут невыносимые мучения, но и это его мало заботило. Его заботила лишь Скарлет. Он молился о том, чтобы она была в безопасности и как можно дальше от этого места, чтобы никто из Бессмертных её не нашёл.

«ТИШИНА!» – прокричал голос.

Шум медленно стих. Их лидер ударил длинным металлическим жезлом по трону, стоящему здесь же в зале этого древнего замка.

Вскоре в зале повисла мёртвая тишина, и лидер Октал вышел вперёд. Сейдж посмотрел на него. Октала он не видел уже многие годы. Он был в два раза выше остальных и одет в красный балахон. В руках он держал металлический комберовский жезл с нарисованной на конце его свастикой. По слухам, жезл мог пронзать и сжигать заживо даже самого сильного врага. Все Бессмертные боялись этого мистического оружия, и носить его мог только их лидер.

Октал вышел вперёд и посмотрел на Сейджа сверкающими глазами, меряя его взглядом, полным неодобрения и снисходительности.

«Ты предстал перед своим народом, – начал Октал, злобно глядя на Сейджа и оглушая зал громогласным голосом, который эхом раскатывался по стенам, – ты, у кого была возможность обеспечить нам вечную жизнь, но вместо этого из-за тебя мы все умрёт. У тебя есть, что сказать напоследок?»

Сейдж смерил его взглядом, полным презрения. У него не было сил, даже чтобы ответить, хотя он понимал, что его слова всё равно ничего не изменят.

После длительной паузы Октал злобно улыбнулся.

«Возможно, тебе надоело жить, – сказал он, – но нам – нет. Для тебя уже всё кончено, но только не для нас. Я буду добр и дам тебе последний шанс. Я прощу тебе грехи и сохраню жизнь, если ты приведёшь нас к девчонке. Пожертвуй её жизнью, но спаси нас всех, свою семью и братьев.

Если ты этого не сделаешь, то твои последние дни на этой земле будут ужаснее, чем ты можешь себе представить. Мы будем мучить и истязать тебя так, как тебе и не снилось, и превратим твои последние минуты в ад на земле».

По толпе пронёсся возбуждённый шёпот одобрения, когда лидер сделал шаг ближе и прислонил конец жезла к груди Сейджа. Не успел жезл коснуться его кожи, как Сейдж почувствовал боль. Он сжался, застонал и отвернулся, пытаясь избежать исходящего от жезла огненного жара. Он знал, что как только жезл коснётся кожи, он испытает такую боль, как никогда прежде. Кончик жезла со свастикой неуклонно приближался.

«Скажи нам, – мягко начал лидер, – где она? Ты откажешься от неё ради семьи?»

Сейдж собрал всю свою смелость в кулак и посмотрел Окталу в глаза.

«Никогда, – ответил он. – Можете делать со мной всё, что захотите, но я никогда не приведу вас к ней».

По тысячной толпе прокатился злобный шёпот, а лицо лидера исказила гримаса. Сделав шаг вперёд, он впился остриём жезла Сейджу в грудь.

Сейдж вскрикнул, когда крест начал прожигать плоть. При этом он чувствовал невыносимую боль в костях. Лидер не отнимал жезла, гримасничая и вдавливая его всё глубже и глубже. Сейдж кричал от боли, желая умереть, но никогда не предавать Скарлет.

«Я думаю, теперь ты понимаешь, – нажимая на жезл, проговорил лидер, – что раньше и не знал, что такое боль».

Глава двадцать шестая

Кейтлин сидела на пассажирском сиденье, держась за поручень, когда Калеб резко свернул на их улицу и остановился перед домом, до скрежета выжав педаль тормоза. Кейтлин подалась вперёд и вытянула шею, вглядываясь в освещённые окна в надежде, что Скарлет вернулась.

Это была та ещё поездка от железнодорожной станции, с которой её забрал Калеб. Кейтлин не знала, что сказать, когда увидела мужа в синяках, и он рассказал ей о том, что случилось с Кайлом, о его побеге, стрельбе в школе и о том, как им повезло остаться в живых. Кейтлин была одновременна и испугана его рассказом, и благодарна за то, что он остался жив. Она предупреждала Калеба, чтобы он не приближался к Кайлу до того, как она найдёт оружие – если она его найдёт. Калеб её не послушал.

По дороге она рассказала ему о своих находках и о том, куда, по её мнению, им следует отправляться дальше, чтобы разгадать загадку. Калеб восторженно слушал её рассказ, больше не относясь к её словам с былым скептицизмом, особенно после того, что произошло с Кайлом. Теперь он увидел всё собственными глазами; теперь он знал, с чем они имеют дело; теперь он внимал каждому слову Кейтлин и был готов последовать за любыми имеющимися у них зацепками.

Они знали, что первой их остановкой станет дом, где они смогут узнать, появилась ли какая-нибудь информация о Скарлет. Если ничего нового не будет, то они соберут вещи и отправятся во Флориду, к бабушке Кейтлин. Они обыщут чердак её дома в поисках подсказок, которые выведут их на исчезнувший город под Сфинксом.

Остановившись перед домом, Кейтлин ожидала увидеть его пустующим и поэтому была поражена тем, что предстало перед глазами: входная дверь была нараспашку, свет был включён, и внутри кто-то был.

«Ты оставил дверь открытой?» – спросила она Калеба.

Он отрицательно покачал головой.

Калеб достал пистолет и взвёл курок.

Кейтлин испуганно посмотрела на мужа.

«Что ты делаешь? Откуда ты его взял?»

«Я больше не понимаю, что происходит вокруг, – ответил Калеб. – Я не намерен рисковать».

Выскочив из машины, они быстро поднялись по скрипучим ступеням крыльца и вбежали в открытую дверь.

Стоило им переступить порог, как у Кейтлин перехватило дыхание.

Внутри всё было разгромлено. Весь её дом, всё, что она любила и берегла всю свою жизнь, было разбито, разрушено и разломано на кусочки. Повсюду валялись осколки стекла и посуды. Мебель была разодрана, и всё разбито, словно по дому прошлась гигантская газонокосилка. Кейтлин не понимала, что могло вызвать такие разрушения, кроме торнадо.

Ещё более шокировал вид трёх священников, распластавшихся на полу, и четвёртого – знакомого ей священника из церкви в их квартале, – стоящего в центре гостиной и со страхом взирающего на неё.

«Что вы делаете в нашем доме?» – спросила Кейтлин.

«Что здесь произошло?» – спросил священника Калеб.

Священник находился в состоянии шока, смотря на них большими от страха глазами. Рот его был открыт от удивления. Он медленно покачал головой. Мужчина находился в таком состоянии, что даже не мог говорить.

Кейтлин прошлась по комнате, слыша, как под ногами хрустят осколки стекла, и увидела записку на полу. Нагнувшись, она подняла её и начала читать, держа листок дрожащими руками.

«Калеб, взгляни на это», – быстро проговорила она.

Калеб заторопился к жене, и вместе они осмотрели послание.

«Эту записку оставили для Скарлет, – сказала Кейтлин. – Сейдж. Это тот мальчик. Замок Больдта… Мне кажется, она приходила домой и увидела записку. Я думаю, она направилась туда. Она хочет его спасти».

«Поехали», – сказал Калеб.

Взяв жену за руку, он быстро повёл её прочь из дома. Кейтлин сейчас не заботило ничто, кроме поиска и спасения дочери.

Дойдя до входной двери, они увидели, как темноту ночи осветил мерцающий свет полицейских сирен. Около дома припарковался патрульный автомобиль, и на крыльце послышались тяжёлые шаги двух местных полицейских, которых Кейтлин раньше видела в городе. Они вошли в дом без приглашения.

«Мистер и миссис Пейн», – сказал один из них.

Офицеры смотрели на них не по-доброму, как это обычно бывало раньше. Они мерили их подозрительным взглядом, будто перед ними стояли преступники. Даже голоса звучали серьёзнее, чем обычно.

Полицейские вошли в дом и огляделись.

«Что здесь произошло? – продолжил офицер. – Нам поступила жалоба».

Кейтлин и Калеб тоже огляделись, и Кейтлин вдруг поняла, как вся эта картина может выглядеть со стороны. Она не знала, как всё объяснить, да у неё и не было на это времени – Кейтлин должна была найти Скарлет.

«Я не знаю, – ответил Калеб. – Мы сами только что пришли».

Офицеры подозрительно на него посмотрели, не веря этим словам.

«Мне жаль это говорить, Калеб, – сказал один из них, – но нам поступили многочисленные заявления на тебя и твоего шурина, Сэма из-за ношения оружия и стрельбы в школе. У нас много свидетелей. Это действительно был ты? – добавил он, блуждая взглядом по комнате и оглядывая лежащих на полу священников».

«Это вы сделали? – спросил его напарник. – Кто эти люди? С ними всё в порядке?»

Офицер торопливо подошёл к священникам и присел рядом с ними на одно колено.

Кейтлин вдруг испугалась, осознав, что полицейские смотрели на Калеба с подозрением, явно полагая, что он был виновен.

«Вы всё неправильно поняли, – сказал Калеб. – Это был не я. Я ни в чём не виноват. Вы даже не представляете, через что мы сейчас проходим. Зачем мне разносить в щепки собственный дом?»

«Много офицеров погибло, – сказал полицейский. – Люди задают множество вопросов, и многие пальцем показывают именно на тебя».

«Меня?» – возмущённо переспросил Калеб.

«Ты отрицаешь, что был сегодня в школе и стрелял из пистолета?»

«Я был там, – ответил Калеб. – Я стрелял, но вы не понимаете…»

«Прости, – сказал офицер, качая головой и доставая наручники, – но мы должны отвести тебя в участок для допроса».

Кейтлин и Калеб испуганно переглянулись, когда офицеры направились в их сторону. Калеб был поражён и не двигался с места.

Кейтлин вдруг поняла, что если Калеба увезут, то их надежды на поиск и возвращение Скарлет будут разрушены.

«Нет!» – закричала она.

Загородив собой Калеба, Кейтлин оттолкнула офицера в сторону. Калеб схватил её за руку, и они бросились к двери.

«СТОЯТЬ!» – закричали голоса у них за спиной.

Кейтлин и Калеб сбежали по ступеням, промчались через холодную ночь и запрыгнули в машину. Калеб хлопнул дверью, завёл мотор, и машина рванула с места.

Оглядевшись через плечо, Кейтлин увидела, как за автомобилем бегут полицейские, садятся в патрульную машину, включают сирену и передают что-то по рации. Патруль бросился за ними. Теперь их разделяли всего несколько кварталов.

Кейтлин и Калеб мчались сквозь ночь, как настоящие преступники в бегах, и Кейтлин понимала, что скоро вся полиция города будет у них на хвосте.

«Куда мы едем?» – спросила она Калеба.

Он даже не посмотрел на жену, не сводя глаз с дороги:

«К Скарлет».

Глава двадцать седьмая

Кайл приземлился у высоких каменных ворот, за которыми виднелась длинная – длиннее, чем нужно – высаженная деревьями подъездная аллея, ведущая к огромному особняку. Кайл мог легко приземлиться за воротами. При желании он мог приземлиться хоть на крыше дома, но вместо этого, он облетел имение вокруг, чтобы оглядеть с высоты птичьего полёта огромную территорию, огромное здание, бассейн и теннисный корт, вековые дубы и скульптуры на лужайке. От вида всего этого великолепия ему стало тошно. Такого богатства не заслуживал ни один человек на земле, а уж тем более подруга этой мерзкой девчонки Скарлет.

Вивиан.

Кайл решил, что будет забавно, если он приземлится перед воротами и насладится прогулкой к дому. Сегодня был отличный осенний день, и прогулка по высаженной деревьями алее могла принести ему много удовольствия. Кайл решил, что даже хорошо, если хозяева увидят его приближение, ведь это поселит страх и ужас в их сердцах. Кайл улыбнулся. Ничто не могло ему доставить большего удовольствия.

Подойдя к массивным кованым воротам, он вдруг услышал шипение в домофоне.

«Я могу вам чем-нибудь помочь? – сказал голос. – Это частная резиденция».

Кайл улыбнулся и подошёл к микрофону.

«Вы не можете мне ничем помочь, – ответил он, – но всё ещё можете помочь себе».

Кайл потянулся и вырвал домофон из стены, оголив провода. Аппарат зашипел и запикал, когда Кайл с размаху ударил его о землю. Вот вам, подумал он. Теперь это место выглядело лучше.

Кайл схватился за кованные створки ворот, каждая из которых весила сотни килограмм, и с лёгкостью сорвал их с петель. Послышался шум осыпающегося щебня и камня.

Развернувшись, Кайл бросил кованые ворота в сторону. Пролетев несколько десятков метров, они обрушились на припаркованную у начала аллеи машину – новенький Bentley. Кайл услышал, как осыпается стекло, и ревёт сигнализация, нарушая резкими звуками безмятежность вечера.

Кайл широко улыбнулся, довольный тем, что попал по цели.

Он спокойно пошёл по аллее, улыбаясь и находясь в прекрасном расположении духа от вида созданных им хаоса и разрушений. Он шёл, не торопясь, словно у него в распоряжении было всё время мира. На ходу он увидел другие припаркованные на аллее машины – Lamborghini, Mercedes и Maserati.

Наконец он дошёл до белых мраморных ступеней, ведущих к парадной двери. При этом он услышал, как изнутри запираются замки широких дверей из красного дерева. Он также услышал, как включилась сигнализация, и кто-то испуганным голосом вызывал полицию. Он знал, что в этих мерах не было необходимости: особняки подобных размеров обычно оснащены системой автоматического оповещения полиции, которая срабатывает в ту же секунду, как ломается домофон. Люди, находящиеся за дверью, были в панике.

Кайл широко улыбнулся. Правильно делают.

Взявшись за позолоченные ручки, он мигом сорвал толстые деревянные двери с петель и кинул их за спину прямо на один из Lamborghini. Взглянув через плечо, он порадовался собственной меткости.

Посмотрев в дверной проём, он увидел там сторожа с телефоном в руках. Мужчина смотрел на него с нескрываемым страхом.

«Я же сказал, чтобы вы спасались, пока можете», – сказал Кайл, делая два шага внутрь дома, хватая мужчину за рубашку и поднимая его над головой.

«Полиция уже едет!» – отчаянно прокричал охранник.

Кайл улыбнулся.

«Сам я никогда не мог рассчитывать на помощь со стороны, – сказал Кайл. – Да что говорить, я и дом не мог себе позволить. Можно сказать, что я научился рассчитывать только на себя».

Кайл развернулся и кинул мужчину на улицу. Пролетев метров пятьдесят, он приземлился в мраморный фонтан в центре круглого двора, разнеся его на осколки. Сторож лежал на земле, не двигаясь.

Кайл покачал головой.

«Надо было ему найти другую работу, – заметил он. – Вот что бывает, когда работаешь на богачей».

Развернувшись, Кайл вошёл в дом. Первое, что он увидел, это большую, отделанную мрамором прихожую с высокими, пятнадцатиметровыми потолками и стеклянной стеной, за которой была видна мраморная терраса около двадцати метров в длину, ведущая к бассейну.

Около него Кайл увидел девушку. Должно быть, это и была Вивиан. На вид ей было около семнадцати. Она лежала на шезлонге полностью одетая, наслаждаясь ноябрьским солнцем и явно не подозревая, что творится в доме.

Кайл улыбнулся.

«Какая красота», – пробормотал он про себя. Кайл медленно прошёл через прихожую, оглядывая убранство дома. Проведя рукой по обитому шёлком дивану, он коснулся дорогой фарфоровой вазы. Нагнувшись, он понюхал аромат цветов.

«Мне бы эти вещички пригодились в тюрьме», – добавил он.

Кайл пододвинул вазу к краю стола, аккуратно толкая ей пальцем сантиметр за сантиметром, пока она не начала балансировать на краю. Слегка подтолкнув её ещё раз, он весело рассмеялся, когда ваза разбилась вдребезги, а цветы рассыпались по полу.

«Ой», – добавил Кайл.

Он начал различать звук далёких полицейских сирен. Скоро полиция будет здесь. Часы тикали.

Кайл быстро пересёк прихожую, вышел в раздвижные двери, которые уже были приоткрыты, и шторы развивались на ветру, и затем тихо прошёл по огромной мраморной террасе и дошёл до бассейна. Вокруг него были расставлены десятки шезлонгов, и только один из них был занят.

Вивиан.

Она лежала к нему спиной, закрыв глаза и подставив лицо ноябрьскому солнцу.

«Карлос, это ты? – позвала она, не открывая глаз. – Ты забыл положить лайм в мою воду».

Она продолжала лежать с закрытыми глазами, но начала хмуриться.

«Карлос? – позвала она. – Ты меня слышишь? Мне нужен новый стакан. На этот раз сделай всё правильно».

Кайл подошёл ближе и с улыбкой сел на соседний шезлонг.

«Лайм, да? – сказал он. – Раздавая приказы своим слугам, я обычно прошу лимон».

Вивиан в страхе села, щурясь на Кайла и прикрывая глаза от слепящего солнца. Вид Кайла заставил её вздрогнуть, плотнее запахнуть кофту и слегка отодвинуться в сторону, как будто какое-то ужасное существо приземлилось рядом с ней, ворвавшись в её личное пространство.

«Кто вы такой? – требовательно и высокомерно спросила она голосом, типичным для богачей. – Как вы сюда попали? Вход для персонала за углом».

«Немного холодновато для солнечных ванн, ты не находишь?» – спросил Кайл.

«Вы меня слышите? – не унималась Вивиан. – Что вы здесь делаете? Я могу в любую секунду вызвать полицию».

Кал рассмеялся, ударив себя ладонью по бедру. А у этой девчонки был характер.

«Уже сделано. Тебя опередили. Только полиция тебе не поможет».

Вивиан нахмурилась, осознав, что находится в опасности. Впервые за всё это время на лице её отразилась тревога. Она начала вставать, но Кайл обхватил её плечи руками и крепко прижал к себе. Он сжимал её всё сильнее, чувствуя, как она пытается вырваться.

«Отпустите меня! – отрезала Вивиан. – Что вам нужно? Отпустите! Пожалуйста. Я вас не знаю. Мой папа заплатит вам, сколько захотите, просто назовите сумму. Прошу, отпустите меня!»

Кайл прижимал её к себе, смеясь, как безумный. Вивиан начала плакать.

«Мне не нужны деньги твоего папочки, – сказал он. – Мне нужно кое-что более ценное».

«Что? – спросила Вивиан. – Что вы хотите? Прошу, просто отпустите меня!»

Она пыталась вырваться, но хватка Кайла была железной.

«Я спрошу тебя лишь однажды, – ответил Кайл. – Если соврёшь, то твоё тело будет плавать в этом бассейне. Ответишь правильно, и я тебя отпущу».

Вивиан плакала, всхлипывая. Она была по-настоящему напугана.

«Пожалуйста, – сказала она сквозь слёзы, – отпустите меня. Я скажу вам всё, что захотите. Вам нужен код от сейфа?»

Кайл отрицательно покачал головой.

«Мне нужно знать, где находится твоя лучшая подруга Скарлет».

«Скарлет!? – переспросила Вивиан. – Моя лучшая подруга? Я её ненавижу».

Кайл был сбит с толку её ответом.

«Я не собираюсь спрашивать дважды, – сказал он. – Где она?»

«Откуда мне знать? – спросила Вивиан. – Мне на неё плевать до тех пор, пока она ко мне не приближается. Не имею понятия, где она. Пожалуйста. Я клянусь. Я действительно не знаю».

Кайл покачал головой и улыбнулся.

«Ты – отличная актриса, – заметил он. – Я тебе почти поверил. Я почти поверил, что ты её ненавидишь».

«Вы не понимаете. Я её ненавижу!»

«Очень хорошо. Ты – верная подруга. Я восхищаюсь подобной преданностью».

«Я – не преданная подруга! Я её ненавижу! Отпустите меня, пожалуйста!»

«Прости, – ответил Кайл, – ты была так близка к свободе».

Развернувшись, Кайл вонзил клыки Вивиан в шею.

Девушка кричала, пока его клыки вонзались всё глубже в её плоть, и Кайл пил кровь. Он почувствовал себя перерождённым, как только кровь девушки полилась по его венам. Это было неведомое ему ранее состояние экстаза.

Наконец тело Вивиан обмякло в его руках, и Кайл вытер рот тыльной стороной ладони. Посмотрев на девушку, он понял, что она стала первой, кого он обратил, его первой протеже.

Поднявшись на ноги, он широко улыбнулся и сказал:

«Добро пожаловать в клуб».

Глава двадцать восьмая

Как безумный, Калеб мчался по Шоссе 9, иногда поглядывая в зеркало заднего вида, в котором отражался десяток полицейских машин, едущих по его следу. Машины быстро догоняли, и Калеб не знал, как долго ещё он мог убегать от погони.

«Нам не удастся скрыться, – сказала Кейтлин. – Может, пора свернуть на обочину?»

Калеб покачал головой.

«Уже слишком поздно, – ответил он. – Они посадят нас в тюрьму, и так мы никогда не спасём Скарлет».

«Но Скарлет находится в десяти часах езды отсюда, мы всё равно не успеем вовремя».

Калеб продолжал гнать, перебирая в голове сотни разных сценариев. Он знал, что Кейтлин была права. Он знал, что вскоре полиция их догонит. Он знал, что они не смогут пересечь весь штат в его пикапе. Но он также понимал, что им нужно спасти Скарлет. Всё остальное было неважно.

Калеб отчаянно гнал по дороге со скоростью сто шестьдесят километров в час, ломая голову над тем, что они могли сделать, когда мимо пронёсся знак, и у него появилась идея. Авиабаза Датчесс. Знак заставил Калеба вспомнить о работе и о военных самолётах.

Он резко свернул и быстро съехал с магистрали. Пикап закачался вправо и влево, и на какое-то мгновение Калебу показалось, что сейчас они перевернутся, но им удалось войти в поворот. Они развернулись так быстро и неожиданно, что полицейские машины промчались мимо, а затем резко ударили по тормозам, пролетев поворот. Этот манёвр помог им выиграть немного ценного времени, может, около двух минут форы.

«Куда ты едешь?» – закричала Кейтлин.

«На работу!» – ответил Калеб.

Калеб гнал машину по склону, а потом резко повернул направо и выехал на хорошо знакомую просёлочную дорогу. Сейчас они были в малонаселённой местности и направлялись на резервную авиабазу, с которой он летал раз в три недели. На базе его знали все и относились, как к брату.

«Я не понимаю, – сказала Кейтлин. – Зачем мы едем на базу?»

«Ты же сама сказала, что путь нам предстоит неблизкий, и мы не одолеем его на машине».

«Что!? – шокировано переспросила Кейтлин. – Ты шутишь?»

Калеб промчался к воротам базы и резко ударил по тормозам, когда его остановил один из охранников.

Опустив стекло, он посмотрел на военного, и тот его узнал.

«Офицер Пейн, сэр, – глядя на него, сказал охранник, – что вы делаете здесь посреди ночи?»

«Мне нужно проверить один из самолётов», – ответил Калеб.

Охранник сверился со своим списком, не понимая, что происходит.

«Извините, сэр, но вас нет в списке на сегодня».

Послышался отдалённый вой полицейских сирен. Оглянувшись, Калеб заметил и сами машины. Они будут здесь уже через несколько секунд. Он поднял глаза на охранника и заметил удивление в его взгляде.

У Калеба не было выбора. Охранник изменился в лице, как будто что-то заподозрив, и Калеб понял, что это был его шанс.

Выжав педаль газа, он направил грузовик через заградительный барьер, и его деревянные осколки разбили капот и лобовое стекло.

«Сэр, остановитесь!» – прокричал охранник ему вслед.

Калеб этого не сделал. Он мчался по базе, петляя среди пунктов техобслуживания, пролетая «лежачих полицейских» и направляясь к взлётной полосе. Он подъехал к одному из небольших и хорошо ему знакомых самолётов, припаркованных в конце базы. Самолёт был готов к вылету, ожидая, когда за его штурвал сядет кто-нибудь из пилотов.

Калеб решил, что обязательно опередит остальных.

Посмотрев через плечо, он увидел, как по полосе за ним едет полицейская машина. Прибавив газу, он подъехал к самолёту и остановился прямо рядом с ним, резко, до скрипа ударив по тормозам.

Остановившись, они с Кейтлин выскочили из машины. Калеб схватил её за руку, и они поднялись по трапу. От волнения сердце билось в висках.

Полицейская машина затормозила именно тогда, когда Калеб и Кейтлин добежали до верха металлических ступеней.

«Стоять!» – закричали офицеры, наставив на них пистолеты.

Калеб толкнул лестницу, и она откатилась в сторону, когда он захлопнул за собой дверь кабины. Сделал он это как раз вовремя, потому что был уверен, что полицейские не решаться стрелять в самолёт военно-воздушных сил.

Секундой позже он и Кейтлин были в кабине пилота.

«Пристегнись», – скомандовал Калеб, быстро нажимая на кнопки, заводя рычаги и включая приборы.

Дрожащими руками Кейтлин пристегнула ремень, и Калеб включил зажигание. Действовал он быстро. Он отлично знал этот самолёт.

Приборная панель загорелась огнями, и включился двигатель. Самолёт был готов к взлёту. Внизу перед ними выстроились офицеры. Калеб понимал, что они попытаются его остановить, но им это не удастся.

«Держись», – предупредил он.

Он потянул рычаг дросселя, самолёт заревел и покатился по полосе. За ним ехали полицейские машины, держась совсем рядом. Калеб понимал, что никто из них не решится встать у него на пути.

Набрав скорость, Калеб почувствовал знакомое волнение внутри, когда самолёт оторвался от земли и взмыл в ночное небо. Калеб посмотрел на Кейтлин. Они взялись за руки: оба испуганные, но испытывающие огромное облегчение. Посмотрев в иллюминатор, они увидели, как огоньки с земли становятся всё меньше. Они встретятся со Скарлет уже через несколько минут, оказавшись в самом эпицентре войны вампиров.

Глава двадцать девятая

Скарлет летела в холодном ночном небе, пересекая реку Святого Лаврентия и направляясь в северную часть штата, где было намного холоднее. Смахивая слёзы, она впервые за всё это время почувствовала в себе решимость и смелость двигаться дальше, ведь у неё была цель – спасти Сейджа.

Она была счастлива от мысли, что он был ещё жив, что он её не бросил, что он хотел быть с ней. Это всё, что ей нужно было знать. Скарлет готова была пойти на край света и сделать всё, что в её силах, чтобы его спасти, даже если это означало собственную смерть.

Именно это и ждало её впереди. Она знала, что добровольно идёт в расставленную для неё ловушку, прямо в логово льва. Она знала, что Лор схватил брата не просто так, и что весь их род ждал её появления. Её смерть станет ключом к их вечной жизни.

Скарлет это мало заботило. Закрыв глаза, она видела перед собой лицо Сейджа, и пока она видела его образ и могла его спасти, она была готова на всё, даже пожертвовать собственной жизнью.

Скарлет изучала пейзаж внизу. Она летела уже много часов, ища остров с большим старинным замком, остров, о котором ей много раз рассказывал Сейдж. Взглянув вниз, она заметила, как стала меняться река, наполняясь сотнями крошечных островков. Скарлет знала, что была близка к цели. Она решительно прибавила скорости.

Завернув за косу, она увидела один остров, который выделялся на фоне остальных. Он был больше, чем другие, и на нём располагался высокий замок, окружённый лесом. В середине крыши было широкое отверстие, через которое было видно небо. Ошибки не было, это был замок Больдта.

Скарлет начала снижаться, всеми клетками ощущая, что внутри этих стен находился Сейдж. Подлетая ближе и спустившись ниже облаков, она увидела, как из отверстия в крыше исходит мягкое сияние. Это был свет факелов. Скарлет понимала, что внутри замка находятся тысячи Бессмертных, и все ждут момента, чтобы её схватить. Скарлет была к этому готова.

Она пикировала вниз, готовясь влететь в отверстие в крыше. Скарлет знала, что оказавшись там, она умрёт: на неё сразу же нападут, и этот вечер станет последним в её жизни. Всё это было неважно. Что бы ни случилось, они с Сейджем вновь будут вместе.


home | my bookshelf | | Обречённая |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 5
Средний рейтинг 3.8 из 5



Оцените эту книгу