Book: Обитель Ларса Геера



Обитель Ларса Геера

Шумовская Светлана

Обитель Ларса Геера

ПРОЛОГ

Долгие годы в великом королевстве Норолон, состоящем из двадцати графств, царили мир и процветание. Король Уильям Жестокий правил железной рукой, предотвращал грызню за земли между графствами, лично контролируя их правителей, поддерживал равенство оных и был гарантом стабильности и благополучия, пока на неудачной охоте не встретился с лихой стрелой. Жестокий скончался на месте, а виновного так и не нашли.

Новым правителем Норолона в ту же ночь стал его старший сын Родерик Могучий, как он сам себя прозвал. В народе же короля Родерика очень быстро стали величать Гулякой. Молодому монарху были интересны балы, развлечения, дипломатические поездки в соседние державы, но никак не собственные земли.

В первый год правления Родерик полностью переложил контроль за графствами на плечи местных властей, даровав графам полную вседозволенность и тем самым дав добро на открытую борьбу за власть и землю. Родерик заявил, что не станет, как его отец, контролировать графов, не будет следить за равенством размеров и доходов их территорий. Также он обещал не вмешиваться в конфликты без крайней на то необходимости. Главным для молодого короля были налоги, которые каждый из правителей обязан был уплачивать в срок. До тех пор, пока налоги шли в казну, королевская гвардия не вмешивалась в конфликты графств и более мелких землевладельцев. Такое решение монарха не на шутку напугало владетелей малых и слабых армий, и очень обрадовало правителей графств с сильной боевой мощью.

Через некоторое время постоянных междоусобиц и конфликтов Родерик понял, что войны между графствами не способствуют стабильному пополнению казны, и ввёл запрет на кровопролития и захват власти силой. Теперь, как только где-то разгорался конфликт, королевская гвардия, сильная и многочисленная, успешно его подавляла.

После более сотни внутренних войн в королевстве стало на девять графств меньше, зато территории их значительно увеличились.

Во время наступившего затишья Родерик, которого начала тяготить корона, издал новый закон о праве наследования земель. Король, получавший массу недовольства от своих подданных, буквально возненавидел покойного отца за то, что тот возложил на него бремя наследника и правителя. Родерик Гуляка решил, что с сего дня любой из наследников графов и даже его собственные наследники могут отказаться от титула и земель. И если вдруг случится так, что у графа не останется дееспособных, психически здоровых и желающих занять его место наследников, судьба его земель решится во время турнира, в котором мог принять участие один воин от каждого из графств.

Так начался период «тихих» воин. В это время быть наследником стало совсем небезопасно, потому что за их головами велась настоящая охота: их травили, сводили с ума, убивали, чтобы впоследствии поучаствовать в турнире. Ведь правителям не очень состоятельных земель хотелось расширить и укрепить свои владения — к примеру, за счёт богатого золотыми рудниками соседнего графства. Но дожидаться, пока переведутся все законные наследники на богатую землю, очень долго, гораздо быстрее помочь им перевестись. И уж потом получить реальный шанс забрать столь привлекательный трофей за счёт одного единственного воина, которого, как правило, учат убивать с раннего детства.

Когда смертей среди наследных графов и графинь стало слишком уж много, Родерик высказал свои сомнения по поводу несвоевременности кончины большинства из них, ведь убийства были и есть незаконны в королевстве.

Тогда, чтобы избежать гнева взбалмошного монарха, графы начали атаковать друг друга более хитрыми методами. Проще всего было заставить человека добровольно отказаться от наследства. Этим правом отказа, дарованным самим королём, пользовались весьма активно. Одних можно было заставить подписать отказ пытками — правда, это также было незаконно, и если вдруг обстоятельства пыток всплывали, заводилось целое расследование, а после выяснения обстоятельств виновных наказывали уже палачи. Других опаивали дурманом, и поди докажи, что отказ от наследства был подписан в состоянии аффекта. Третьим банально затуманивали рассудок. В те времена люди, а точнее, особы, облачённые властью, активно прибегали к услугам мурий — существ, которые мастерски проникали как в сознание, так и в подсознание людей, и могли с лёгкостью ими управлять. Правда, после вмешательства мурий человек начинал постепенно сходить с ума, и если маг-исцелитель не вмешивался вовремя, спасти его было невозможно.

Когда число умалишённых среди бывших наследников достигло существенных размеров, Родерик начал серьёзно опасаться за свою собственную жизнь, ведь его паранойя говорила, что его младшие братья и даже дети могут применить силу волшебных существ и к его величеству.

Тогда Гуляка подписал свой самый последний серьёзный указ: изловить и казнить всех магических существ данного вида, и даже тех, в ком есть хоть немного их крови.

* * *

— Дарина и Ларс Геер, вы обвиняетесь в преступлении против правящего графского рода. Цена вашего предательства — смерть. — Центральную площадь Квека, крупнейшего города в графстве Вилдо, огласил голос палача. Стандартная фраза, после которой обвинения оглашает сам граф, а толпа, собравшаяся поглазеть на муки преступников, замирает в ожидании.

— Позвольте нам хотя бы попрощаться! — выкрикнул приговорённый к смерти мужчина до того, как седовласый граф, стоящий на высоком помосте рядом с местом казни, начал говорить.

Палач нехотя взглянул на графа Вилдо, и лишь когда тот еле заметно кивнул, позволил мужчине подняться с колен и подойти к связанной женщине, ожидающей своей участи.

Высокий худощавый брюнет с ярко-синими прядями в длинных спутанных волосах плавно поднялся и, подойдя к своей единственной возлюбленной супруге, просто улыбнулся. Казалось, что он не боялся смерти, да и не о ней сейчас думал. Просто смотрел на ту, кого любил больше жизни, и улыбался ей в последний раз. Невысокая хрупкая блондинка с алыми и зелёными мелкими прядками в волосах беззвучно заплакала, не в состоянии ответить улыбкой на улыбку мужа.

— Как же наша малышка? — едва шевеля губами, спросила она. — Ни ты, ни она не должны погибать из-за меня.

Женщина всхлипнула. Слёзы влажными дорожками бежали по её лицу, и чем дольше она думала о дочери, тем больше их становилось. Именно в этот момент Дарина Геер особенно остро ощущала свою вину, отчётливо понимая, что её муж сейчас погибнет. Погибнет по её вине, просто потому, что она родилась такой, а он полюбил её.

— Время вышло! — крикнул палач.

— Я заблокировал её силы, Дарина, — прошептал мужчина. — Никто и никогда не узнает, что она маг, и что она наша дочь — тоже. Даже она сама не узнает, — быстро продолжил он. — Слышишь, никто и никогда! — уже выкрикнул Ларс в то время как палач тащил его к колоде.

Женщина разрыдалась в голос.

— Не заставляйте её смотреть на это! — надрывно прокричал брюнет, с ненавистью глядя на графа. Тот в очередной раз кивнул палачу, стараясь не встречаться взглядом ни с Ларсом Геером, ни с его супругой.

— Мурийское отродье, — прорычал палач и, бросив мужчину на землю, вернулся и грубо схватил женщину. — Не хочешь, чтобы смотрела она, смотри сам! — и вынудил женщину опустить голову на колоду.

— Дарина Геер — мурия, которая пряталась в наших землях и, без сомнений, представляла угрозу для графского рода, — громогласно произнёс тот самый граф, представляя преступницу народу. — Именем короля, да свершится правосудие!

— Убей! Убей! Убей! — дружно скандировала толпа, жаждущая зрелищ.

Палач выполнил свою работу безупречно, лишив жизни блондинку в одну секунду. Затем мастерски проделал то же самое с бледным, застывшим от ужаса брюнетом. Толпа кричала. Когда казнили мурию — радостно и алчно, когда же дело дошло до Ларса Геера — возмущённо. Этого мужчину знали многие, и только с хорошей стороны. Даже граф Вилдо чувствовал себя странно. Геер лечил его не один раз, лечил его детей, жену… Геер излечил души многих пострадавших от мурий, а сейчас казнён, как и его супруга, которая, как оказалось, была рождена от связи мурии и человека.

Как графу Вилдо удалось это понять, он не расскажет никому, кроме своего старого дневника, который перед смертью он планировал сжечь. Граф чувствовал себя предателем, именно им он и был, хотя сейчас пребывал в полной уверенности, что поступил правильно.


ГЛАВА 1

Я медленно спускалась по крутой, уходящей далеко вниз лестнице, непрерывно ведя ладонью по влажной каменной кладке. Факелы на стенах вспыхивали при моём приближении, и, как только я ступала на очередную ступень, угасали за спиной, уступая очередь следующим. Мне казалось, что лестница никогда не закончится; хотелось просто сдаться и, развернувшись, вернуться в тёплую комнату наверху, наполненную солнечным светом и ароматом свежих трав. Но в то же время было любопытно узнать, что там внизу. Там, откуда тянет сыростью и холодом, откуда непрерывно доносятся разноголосые шепотки, повторяющие моё имя. «Лидия» — словно зов, едва различимый, не громче, чем шелест листьев, которые лениво гонит по мостовой свежий осенний ветер. Но я различала, отчётливо различала своё имя, а потому продолжала идти, каждую секунду преодолевая страх и сомнения.

Лестница закончилась внезапно, и я, не веря себе, сделала несколько шагов вперёд, по ровной поверхности, в кромешной темноте. Было жутко. Шепотки стихли, и тишина казалась такой оглушающей, что я отчётливо расслышала её звон. Неужели всё? Такой долгий путь вёл в темноту, ничего из себя не представляющую? Не будет ни чудовищ, ни призраков, ничего жуткого или хотя бы занимательного?

Сделала ещё один маленький шажок вперёд и зажмурилась от резко вспыхнувшего яркого, словно дневной, света. В ту же секунду уши пронзил оглушительный, нечеловеческий визг, пробирающий до мурашек. Я боялась открыть глаза. Боялась увидеть этот ослепительный свет снова, но ещё больше боялась посмотреть на то существо, что издавало этот звук. Однако и бездействовать было верхом глупости. Потому я сделала глубокий вздох и резко распахнула веки.

— Не-е-е-т, — в ту же секунду по комнате разнёсся мой разочарованный стон.

— Ли, я тебя умоляю, дай поспать, а? — пробормотала Глория, моя соседка по комнате, с головой прячась под одеяло.

— Тебе не понять, — прошептала я, обречённо глядя на потолок.

— Снова твой сон? — уже с лёгким интересом спросила соседка.

— Снова мой кошмар.

— В который раз?

— Не сосчитать… — задумчиво ответила я. — Ладно, соня, у тебя ещё пара минут, пока я умоюсь, потом подъём, — предупредила Глорию и, поднявшись, направилась в умывальню.

Холодная вода отрезвляла и уже в который раз смывала мой беспокойный и никак не заканчивающийся сон. Кстати, о сне: он снится мне уже не первый день, и даже не первый год. И ни разу я не досмотрела его до конца. Может, именно поэтому сон казался жутким, важным и даже не совсем сном. Сейчас я уже относилась к нему, как к своему личному аду, каждый вечер боясь сомкнуть веки. Но за эти годы я со всей очевидностью поняла, что думать о том, что же будет дальше — бесполезная и крайне бездарная трата времени, а потому новый день — это повод забыть об ужасах и непонятностях ночи. Особенно учитывая, что сегодня он у нас будет важный и насыщенный.

— Рия! — крикнула я, выходя из умывальни и заматывая влажные волосы полотенцем. — Пора вставать!

— Уже, — без привычных возражений сказала подруга и поднялась с постели.

Наши вещи мы упаковали ещё вчера вечером, поэтому по комнате сейчас были расставлены различного размера сундуки, лари и даже мешки. Мы никогда не были богатыми, и не скупали в лавках всё подряд, но за долгие пять лет, проведённые в школе, «приданого» у нас накопилось очень даже много. Ученики жили и питались бесплатно, а особо старательные получали карманные деньги один раз в луну и могли порадовать себя какой-нибудь нужной вещью.

Причём вещи были именно нужными, потому что на красивые, или просто очень понравившиеся, карманных монет никак не хватало. Вот и в наших ларях была куча всевозможных атрибутов, необходимых магам: хрустальные шары, огнестойкие балахоны для общения с драконами (крайне неуравновешенные типы, кстати), различные колбочки и горелки для варки зелий и эликсиров, и много чего ещё. Одежды же, напротив, у нас с соседкой было немного.

Школа, в которую мы поступили в четырнадцать лет, давала нам кров, одежду и пропитание. Многим из нас и этого было более чем достаточно. Я, как и несколько моих одноклассников, с пятнадцати лет по вечерам помогала в лечебнице за весьма скромное вознаграждение, но и этого вполне хватало.

Стук в дверь отвлёк меня от ностальгии по былым временам, а Рию — от надевания туфелек.

— Не заперто! — хором крикнули мы, и дверь без промедления распахнулась, являя нашему взору арта Кёртиса.

— Девушки, — наставник слегка склонил голову, от чего его пенсне плавно поскользило вниз по длинному носу. — Сейчас завтрак, отбытие в полдень, — сообщил он, переводя строгий взгляд с меня на Глорию.

— Хорошо, арт Кёртис, будем через несколько минут, — заверила я старика.

Он кивнул и поспешил оставить нас, двинувшись дальше по коридору.

— Вот и всё, — улыбнувшись, сказала Рия.

— Вот и всё, — согласилась я.

Сборы были закончены. Наша комната, такая уютная и родная, опустела и снова походила на необжитую каморку, которую мы увидели, впервые попав в жилое крыло школы. Уже завтра сюда придут новые люди, или, может быть, эльфы (просто другие расы ну никак даром исцеления обладать не могут) и расставят свои вещи, а от нас не останется совсем ничего.

Зато впереди ждёт что-то другое, неизвестное и от того ещё более манящее. Сегодня нам предстояла дорога во взрослую жизнь. А потому мы без тени сомнений и не скрывая предвкушения, улыбаясь, покинули ставшую домом комнату.

Спускаясь по винтовой лестнице в трапезную, принимая тарелку от грузной поварихи Томары и тщательно пережёвывая омлет, я вспоминала, как пришла сюда впервые. Я росла в сиротском доме с трёх лет; где был мой дом до него, я не знала. Никто из нянек не прочил детям-сиротам радужного или хотя бы светлого будущего. Сиротский дом принимал нас в своих стенах от младенчества и до четырнадцати лет, не более. По законам королевства в четырнадцать нужно либо идти учиться, либо работать. И, как правило, работа детям без какого-либо образования доставалась не самая чистая и лёгкая.

Такие, как я, кого бросили родители, воспитывались далеко не в тепличных условиях. Мы много работали, мало спали, мало ели, не знали любви матерей и нравоучений отцов. Может быть, поэтому и сами не очень умели любить. Фактически нас воспитывали как рабочую силу для каменоломен, рудников, сбора урожая и тому подобного. Парни часто шли по пути разбоя или становились вольными борцами. Лучшее из предложенного девушкам — работа в полях. Если девочка из сиротского дома каким-то чудом попадала в услужение к богатым господам, это считалось невероятной удачей.

О том, чтобы пойти учиться, речи даже не велось, ведь все школы в королевстве работали на платной основе, за исключением разве что школ для магически одарённых детей.

Но, как правило, наличие или отсутствие магии у ребёнка было видно сразу, ещё в раннем детстве. В первую очередь магов выдавали волосы. У них всех двухцветные, а то и трёхцветные шевелюры (особенно если человек не просто одарён магией, но ещё и имеет немалую долю крови другой расы), ну и, конечно, проще всего разглядеть мага в ребёнке, который не умеет контролировать выбросы силы, случайно её применяя.

Дети со способностями были и в моём сиротском доме, и таких детей воспитывали совсем иначе. Магически одарённые дети были сокровищем, их баловали, учили грамоте, счёту, их не загружали физическим трудом, на них не кричали и не колотили за проступки. Не удивительно, что мы все им жутко завидовали.

Самым родным человеком для меня была и есть моя нянька Диана, которая всегда находилась рядом в сиротском доме, как могла заменяла мать мне и ещё бессчётному количеству брошенных малышей. Она старалась меньше нагружать нас, иногда баловала, угощая зелёными яблоками. Пусть сейчас я понимала, какая это малость, но в моей жизни её доброта была очень важной и значимой. Диана же и учила меня читать и считать, обучала всему, что знала сама. Эти знания были весьма скудными, но и они мне очень пригодились в дальнейшем.

Когда мне исполнилось тринадцать, именно Диана пыталась найти для меня работу полегче. Она брала меня с собой на рынок, где закупала необходимые продукты для сиротского дома, в надежде на то, что кто-то из прислуги богатых домов заинтересуется услужливой и послушной сироткой. Время шло, но так ничего и не находилось. Казалось, что единственный путь для меня — это графские или королевские поля, на которых круглогодично нужно собирать урожай. Я почти смирилась со своей судьбой, пока однажды, когда мы в очередной раз пошли с Дианой на рынок, не случилось невероятное.



Мы выбирали овощи для сиротского дома. В овощном ряду было шумно и многолюдно. Повсюду сновали служанки с огромными корзинами, ходили богато одетые дамы, корзины которых носили, как правило, кавалеры либо мальчишки- слуги. Именно там я впервые увидела арта Рорка, директора местной магической школы, встреча с которым стала судьбоносной для меня.

Высокий пожилой мужчина шёл позади своей супруги, которая рассматривала товар, и ничего не предвещало беды. Это случилось внезапно: супруга арта остановилась, поравнявшись со мной, вдруг схватилась за сердце и, бледнея на глазах, начала медленно оседать на землю. Я, находясь ближе всех к женщине, подхватила её, не позволив упасть на грязную землю. В тот же момент подбежал и сам Рорк. Я сразу же поняла, что он маг, по чёрно-белой окраске волос.

Он приложил обе ладони к груди женщины, и его руки засветились. На мгновение мне показалось, что полоска этого света пробежалась от его рук к моим. Я завизжала, когда мои ладони, продолжающие удерживать супругу арта, засветились так же. Свет был слабым, не таким ярким, как у мага, но отчётливо видным. И даже не свечение напугало меня больше, а то, что я стала видеть всё иначе! Теперь, глядя на грудь супруги мага, я видела повреждение клапана её сердца, и отчётливо разглядела, как свет из рук мастера его заживляет. Более того: мой собственный свет молниеносно рванулся туда же и тоже застыл на повреждении, а у меня появилось странное, неприятное головокружение. Сначала оно было слабым, но чем ярче становился свет, исходящий от моих ладоней, тем сильнее кружилась голова.

Ещё несколько секунд, и женщина распахнула глаза. После она глубоко вдохнула и смогла встать самостоятельно. А я пошатнулась и почувствовала, как подкашиваются ноги.

— Осторожнее, юная магиня, — тихо сказал маг, подхватывая меня, и поместил свои руки на мою голову. Головокружение ушло, так же как и ощущение ватных ног.

— Что это было? — прошептала я, до сих пор не веря и не понимая произошедшего.

- Магия исцеления, — с улыбкой ответил арт. — У тебя определённо сильный дар.

— Дар? У меня? — невнятно промямлила я, полностью перестав верить в реальность происходящего.

Вот так в тот день решилась моя судьба, и теперь она не была связана с полями или рудниками. Меня ждал путь мага-исцелителя.

На следующее утро в моих чёрных волосах появилась одна единственная синяя прядь. О, Вечный дух, как же я была рада! Она была совсем тонкой и почти незаметной, но она была. В тот момент я даже не задавалась вопросом, откуда и почему у меня появился такой дар, не помня себя от счастья. Пробуждение у меня магии не только спасло от тяжёлой участи, но и немного приблизило к разгадке тайны моего происхождения. Теперь я знала, что по крайней мере один из моих родителей был магом.

Так началась моя жизнь в школе для магически одарённых детей (ШМОД, как называли её в простонародье), которая очень скоро стала мне домом. Здесь у меня появились друзья, добрые наставники и новые знания. Сначала я читала хуже всех в своей лиге, но очень старательно училась и вскоре не отставала от остальных. На третий год обучения я уже не просто была наравне со всеми, но и опережала многих. А ещё два раза в неделю ходила в местную лечебницу помогать с больными, что давало мне дополнительную практику и немного денег.

— Как случилось так, что никто не разглядел в девочке мага? — спрашивали абсолютно все, кто узнавал, что я всё это время жила в сиротском доме наравне с обычными детьми.

- Я изучаю этот феномен, — отвечал арт Рорк.

Этот пожилой мужчина с примесью эльфийской крови долго изучал мою ауру, строил теории и всячески пытался разобраться в этом вопросе. Не так давно он сказал мне, что, возможно, это выброс его магии в тот день стал активатором моей силы. Якобы мой дар спал и не должен был проявиться, но при прямом воздействии его силы стал активным. Не знаю, как такое могло произойти, но главное для меня, что теперь он был.

Все пять лет в школе я была счастлива, поэтому сейчас, жуя остывший омлет и любуясь тенистым парком за окном, немного грустила. Ели мы молча, что обычно нам с Глорией не свойственно. Сегодня в трапезной вообще была удивительная тишина. Остался последний год нашего обучения, и он весь будет посвящён по большей части практике, а потому сегодня, в последний день наших каникул, все, кто отучился в школе пять лет, отбывают в Обитель.

Это великое место, слухи о котором разносятся по всему королевству. Именно в Обители излечивают самые тяжёлые и невероятные заболевания как тела, так и души. Люди со всего королевства прибывают в Обитель, расположенную в графстве Вилдо, чтобы получить помощь лучших исцелителей Норолона. Мы мало знали об этом месте, разве только то, что все учащиеся школы, имеющие дар исцеления, проводят последний год обучения там, помогая больным со всего королевства и изучая самые редкие заболевания.

— Лига 12/1, отбываем через десять минут! — громкий голос арты Анны Локс вырвал меня из раздумий. Посмотрела в тарелку и только сейчас поняла, что доела завтрак, даже не почувствовав вкуса.

— Пора, — сказала Глория, поднимаясь. Выражение лица подруги было растерянным, наверное, как и моё собственное.

— Девчонки, не киснем! — подбодрил присоединившийся к нам Ким. — Обитель — это же легенда! — воодушевлённо вещал парень, — Улыбайтесь!

Мы с Рией невольно улыбнулись, поддавшись заразительному веселью рыжеволосого Кима, и бодро двинулись к выходу из школы.

По мере приближения к главным воротам собиралась вся наша лига. В этом году магов-исцелителей было как никогда много, целых двенадцать человек, что несказанно радовало руководство школы и все лечебницы королевства. Исцелители нужны везде, и чем больше нас, тем выше вероятность того, что все запросы на предоставление мага нашего класса, приходящие в школу из лечебниц и богатых домов, будут удовлетворены.

Во дворе школы уже стояли семь миниатюрных драконов, на которых нам предстояло лететь около семи часов. Драконы были небольшими и переносили обычно до трех человек, либо двоих, но с багажом, как в нашем случае. Таких, как эти — небольших, с гребнями-веерами на головах и не разумных — использовали как личный транспорт. Правда, позволить его себе мог далеко не каждый. Школе этих разноцветных красавцев выделил Верховный ковен магов, специально для переправления учащихся в дальние точки королевства.

Арта Локс уже расхаживала возле драконов, проверяя, надёжно ли закрепили багаж, и ожидая нас.

- Разбивайтесь на пары и подходите к своим драконам! — крикнула арта, завидев нашу молчаливую компанию.

Мой багаж был закреплён на спине милого зелёного дракоши с умными карими глазами и очень мощными мускулистыми лапами.

- Мы вместе летим, — улыбнулся Ким, показывая мне свой багаж, размещённый рядом с моим.

- Ну вот, так всегда, — надулась Рия. — А мне придётся всю дорогу провести с Еном.

- Может, заодно и помиритесь, — хихикнула я, наблюдая, как и подруга, и её бывший возлюбленный выражают демонстративное недовольство предстоящей совместной поездкой.

Арта Локс, которая должна была нас сопровождать, проследила, чтобы мы взобрались на места, и дала команду драконам. Животные тут же чуть склонили длинные шеи, позволяя верёвочным лестницам, висящим на них, упасть вниз. Я взобралась на дракона первой, Ким за мной. После того как все уселись, наставница подошла к каждому животному и наложила чары шита, не позволяющие нам сорваться во время полёта.

Провожать лигу вышла вся школа — и ученики, и преподавательский состав. Отлетая, мы долго махали им на прощание, а они запускали в нашу честь яркие магические фейерверки, тем самым ускоряя взлёт драконов. Что-то подсказывало, что этот обычай провожать драконов именно для их ускорения и придуман.

- Ким, как ты думаешь, какая она, эта Обитель? — разглядывая позеленевшие луга внизу, спросила я.

- Я никогда не был в Вилдо, — ответил друг. — Но отец говорил, что это древний замок с множеством башенок и тайных ходов.

- Почему-то такой я её и представляю, — улыбнулась я.

- Ещё немного, и мы сами всё увидим!

- Я ведь никогда не была за пределами графства Тортон, — проговорила я, снова вспоминая о своём невесёлом детстве, — И знаешь, единственный родной мне человек тоже здесь остаётся. — При воспоминании о Диане на глаза навернулись слёзы. Ким обнял меня сильнее.

- Не волнуйся, всего год, а потом сможешь вернуться по распределению.

Давно, когда я только пришла в школу, Ким меня дразнил. Несколько раз мы с

ним даже дрались, потому что он называл меня бродяжкой. Я в отместку величала его рыжим пугалом и частенько получала тумаков. Потом, когда мы оба начали ходить в лечебницу и делать общее благое дело, детские обиды забылись, а к концу обучения я вполне могла назвать рыжего Кима Юджина своим другом, который не один раз мне помогал, прикрывал и даже защищал от обидчиков.

Почти все дети в школе дразнили сирот, а мы, в свою очередь, злились и делали пакости им. Вычислить нас было проще простого, так как все сироты Тортона носили одну фамилию — Ло, в честь основателя нашего сиротского дома. Имена чаще всего давали по первым буквам луны, в которую мы попадали в сиротский дом. Например, меня нашли на улице в листопаде, и няньки тут же нарекли Лидией, как и ещё трёх девочек, попавших в дом той луной.

Время в дороге летело быстро. Ким постоянно что-то рассказывал, подбадривал

загрустившую меня, потом мы с ребятами устроили гонки, пока строгая арта, летящая впереди колонны, не послала нам всем по воздушному подзатыльнику. Несколько часов Ким спал, а я молча наслаждалась ощущением полёта и меняющимися с огромной скоростью видами внизу, пока сама незаметно для себя не начала погружаться в сон.


Всё та же лестница, факелы, шепотки, ступени… На этот раз я спустилась на удивление быстро, но дневного света, как в прошлом сне, не последовало. А вот дикий, пробирающий до мурашек визг повторился. Свет же расцвёл плавно, подобно цветку, и излучал его обычный факел, загоревшийся, как только я сделала шаг вперёд. Осмотревшись, поняла, что эта длинная лестница вела в тупик, потому что передо мной не было ничего, кроме каменной стены с выведенным на ней символом. Этого символа я не знала и видела его впервые: он был похож на солнце, уходящее за горизонт, на фоне которого выделялась крылатая фигурка то ли стрекозы, то ли маленькой женщины с крыльями.

И снова все звуки исчезли, не было больше визга и шёпота, манившего меня

сюда. Неужели здесь никого нет? Я задумчиво рассматривала символ, потом дотронулась до него, обвела круг солнца по контуру и вздрогнула, когда монолитная, как казалось, стена начала со скрипом подниматься, открывая проход в темноту.

Я застыла в нерешительности. Стоит ли входить туда? А вдруг я войду, а стена опустится? Мысли во сне текли медленно и лениво, в то время как мои ноги, не прислушиваясь к голосу разума, сами понесли в открывшийся тёмный проход.

Как только я миновала стену, факелы вспыхнули уже с обеих сторон, освещая пространство большого зала. Это было похоже на кабинет, или лабораторию учёного, и в то же время напоминало место силы колдунов или ведьм, потому как посреди зала имелся настоящий алтарь с бледно светящимся кристаллом по центру.

Ноги понесли меня вглубь комнаты, ближе к тому самому алтарю, в то время как разум отметил, что стена всё же закрылась за моей спиной, лишая возможности отступить. Как только я подошла к камню, кристалл вспыхнул ярче. Теперь его бледно-жёлтый свет освещал испещренный рунами потолок, некоторые из них подсвечивая особенно хорошо. Моя рука сама скользнула на кристалл, и кожу вполне ощутимо для обычного сна опалило жаром.

— Имя, — раздался очень знакомый шёпот и эхом разнёсся по залу, создавая ощущение многоголосности. Разум тут же разъяснил для себя существование шепотков. Неужели меня звал кристалл?

- Лидия Ло, — отвечаю я, та я, которая во сне.

- Это не твоё имя, дитя, — шепчет кристалл.

— Лидия! — вторгается в мой разум громкий, вполне живой голос. — Лиди-я-я-я, — повторяет он, и зал резко начинает расшатываться, осыпаясь мелкими камушками.

Я кричу, кричу до хрипоты, понимая, что вот сейчас меня завалит обломками, и на этом жизнь закончится.


— Ли! — крикнул кто-то мне в ухо, и я проснулась. — Ли, что с тобой? — взволнованно спросил Ким.

- Сон дурацкий, — отдышавшись, ответила я, — Спасибо, что разбудил.

- Ты метаться начала, шептала что-то, потом заорала, вот я и подумал…

- Спасибо, — искренне улыбнулась я. — Долго я спала?

- Да уж побольше, чем я, — ответил Ким. — Почти прилетели уже, — он указал рукой вниз. — Смотри, вон две реки сливаются, видишь? — я кивнула. Внизу действительно шли навстречу друг другу две реки, которые встречались, сливаясь в единое целое, и дальше текли уже вместе. — Это Руна и Лаура, — пояснил Ким. — Они сливаются в Рею и пересекают территорию Вилдо. Видишь, Рея какая широкая? — кивнула снова, отмечая, что река действительно крупнее всех виденных мной раньше. — И пляжи там песчаные, да и климат в Вилдо мягкий…

- Намекаешь на купание?

— Намекаю на новый и интересный период! — рыжий весело подмигнул мне, — Будем купаться, лечить и знакомиться с культурой нового графства, разве не здорово?!

- Звучит отлично.

— Лига 12\1, выстраиваемся в колонну, скоро снижение! — усилив голос магией, крикнула арта Локс. И мы приступили к посадочной расстановке драконов в форме клина.

Сейчас ещё было слишком высоко, чтобы рассмотреть постройки, да и сумерки уже плавно перетекали в темноту, но любопытство жило в каждом из нас. Ребята практически свесились с драконов в едином порыве побыстрее приблизиться и рассмотреть легендарную Обитель с высоты полёта.

ГЛАВА 2

Обитель действительно была замком. Такие я видела только на картинках старых книг с легендами и сказаниями. В Тортоне, откуда мы родом, замки выглядели иначе. На моей родине это синоним крепости, и главное в нём не красота, а степень надёжности. Потому обязательно имелось несколько глубоких рвов, окружающих всю территорию (их обычно заселяли хищной рыбой или плотоядными водорослями), толстые, где-то в полтора локтя ворота на прочных цепях, которые при надобности превращались в мост, и много-много вооружённых лучников на крепостной стене. Окна в наших замках были маленькими, стены — прочными и грубыми, а башен не было — наверное, из-за того, что их проще всего разрушить. Обитель же действительно походила на дворец из сказок: светлый камень, переливающийся в темноте магической защитой; с высоты я насчитала девять башенок поменьше — на каждом крыле — и одну большую на центральном здании. Рвов здесь не было, как и моста. Даже ворота открыты настежь, словно приглашая войти внутрь. Эту красоту окружал огромных размеров сад, пестрящий разнообразной зеленью и цветущими кустами.

Почему-то подумалось, что, не будь на наших землях столько кровопролитий, все замки могли бы выглядеть так.

— Красота, — восторженно протянула я. — Но защиты никакой. Кроме магической, конечно, — судя по всполохам, пробегающим по стенам замка, с защитой от магии тут всё в полном порядке.

— Обитель неприкосновенна, — сообщил Ким. — Её создали ещё во времена войн, и здесь лечили даже самых тяжело раненых всего королевства из тех, кого успевали довезти до Вилдо. Поэтому ворота всегда открыты, как символ того, что все равны и помощь может получить каждый.

Драконы уже опустились достаточно низко, и сейчас, миновав замковую стену, планировали к широкой посадочной площадке. Присмотревшись, обнаружила, что площадка полна людей, которые выстроились в две линии друг напротив друга и держали над головами факелы, очерчивая место, где могут сесть драконы. Это было красиво и торжественно.

— Садимся! — громогласно приказала арта и первой пустила своего дракона на посадку.

Клин тут же последовал за своим предводителем, и уже через минуту головокружительного спуска я почувствовала, как лапы животного коснулись земли. Затем последовало несколько прыжков по твёрдой земле, минута инерционного бега и полная остановка. От толпы встречающих отделились несколько человек и поспешили подойти ближе к нам.

Арта Локс первой спрыгнула с дракона, дав нашим животным команду склонить головы. Пока мы разрабатывали затёкшие конечности и неуклюже спускались по верёвочным лестницам, она уже вовсю расшаркивалась с двумя мужчинами преклонного возраста и с крупной молодой дамой.

Ким покинул наш транспорт первым и помог спуститься мне. И то ли я всё это время сидела в не очень удобной позе, то ли от непривычки к долгим путешествиям моё тело совсем не хотело слушаться, но ноги, коснувшись твёрдой поверхности, тут же подкосились. Если бы Ким не поддержал, я бы точно упала.



- Всё в порядке? — встревожился он.

Я попыталась освободиться от наваждения и утвердительно кивнула. Хотя ощущения были далеко не хорошими, да и голова в последний раз так кружилась, когда у меня впервые пробудилась магия.

- Что-то ты позеленела, — проговорил рыжий и уместил ладони на моей голове.

На миг меня обдало жаром, а после этого сразу же стало легче.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я, в очередной раз огорчившись тому, что не могу лечить себя сама. Точнее, все исцелители могут залечить у себя только внешние повреждения: порезы, синяки, и тому подобное. А вот с лечением внутренних органов, или даже головной боли — никак не выходит. Не говоря уже о болезнях души, на которых я надеялась специализироваться в будущем.

— Лига 12\1, все подходим ко мне! — позвала магиня, и мы дружно двинулись поближе к радостно улыбающейся компании.

Как только все собрались за спиной арты, от троих встречающих отделился самый пожилой на вид маг и приблизился к нам. Маг был высокий, как и все мужчины с даром, широкоплечий, с мужественным и волевым, несмотря на возраст, лицом. Сейчас оказалось довольно сложно различить, какого цвета раньше были его волосы, потому как основная их часть уже стала седой. Несколько прядей выглядели болотно-зелёными, другие — грязно-жёлтыми.

— Рад видеть вас на наших землях, молодые дарования, — улыбнулся старик. Улыбка, к слову, была хитрой, какой-то кошачьей и очень юной. — Моё имя — арт Стефан Поли, и я уже больше пятнадцати лет руковожу этим чудесным местом.

Мы поприветствовали мага почти стройным хором, что вызвало очередную улыбку.

- Это моя дочь и руководитель отделения сложных магических заболеваний,

арта Изабелла, — он указал на крупную магиню. — А это Марк Шадо, руководитель отделения человеческих заболеваний, не связанных с магическим вмешательством, — второй мужчина еле заметно склонил голову в знак приветствия. Мы снова дружно ответили, рассматривая новых знакомых.

— Молодые люди, наверное, устали с дороги, — улыбаясь, сказала дочь главного мага. — Прошу вас следовать за нами, мы разместим вас в жилом крыле, — проявила гостеприимство она.

По моим ощущениям, эта арта не была человеком, что странно, потому как её отец совершенно точно им был. Дама же больше походила на амазонку: она не была толстой, но из-за широкой кости казалась массивной. Движения её в то же время отличались плавностью и грациозностью. Когда я смотрела на удаляющуюся магиню, не могла не представлять её с копьём в руке и в красивом костюме из кожи горного кварга. Только амазонки моги похвастаться тем, что убивали этих огромных тварей, похожих на раздувшихся в тысячу раз ящериц, с помощью лишь копья, одним точным ударом в глаз.

Троица чинно шагала к парадному входу; мы, не скрывая радости, бодро шли следом.

Откровенно говоря, полёт был изматывающим. Хотелось есть, несмотря на то, что во время пути мы с Кимом жевали припасённые в дорогу бутерброды. Сейчас голод уже вернулся, и очень хотелось умыться, потому что если во время полёта я чувствовала себя чистой, то после приземления и поднимаемых драконьими лапами

клубов пыли на лице словно была маска. Обернувшись к драконам, я увидела, что за нами плавно и медленно летит багаж, а животных уводят в сторону обширных построек, похожих на шатры. Уже завтра арта Локс улетит в Тортон и поведёт за собой всю стаю драконов. Я планировала передать с ней письмо для Дианы, чтобы та не волновалась. Дорожка к лестнице была довольно длинной, несмотря на кажущуюся близость, и за время пути арт Поли решил немного нас просветить:

— Я знаю, что не многие из вас в курсе истории места, в которое вас привезли, поэтому позвольте немного рассказать. — Естественно, мы все дружно позволяли. — Этот удивительный замок раньше принадлежал одному очень богатому графскому роду, тогда и графство-то называлось не Вилдо. Потом его, как и все земли того графства, захватил соседний правитель, свергнув и убив владельца Обители. Но замок новый граф не занял, оставив его детям покойного соседа, добровольно отказавшимся от земель и титула. Сын бывшего графа, который унаследовал замок, был сильнейшим в истории магом-исцелителем, и именно исцелению он посвятил свою жизнь. В период многочисленных войн в Норолоне было как никогда много раненых, и этот маг — Ларе Геер — превратил замок в лечебницу, где лечил всех, независимо от титулов, места жительства и тяжести заболеваний. Он уже тогда дал замку название «Обитель». Великий был человек и сильный маг, — грустно проговорил арт. — После его смерти замок переименовали в Обитель Ларса Геера.

Мы слушали, как завороженные. Обычно мы называли это место просто Обитель, а вот про её создателя лично я слышала впервые. В душе почему-то появилось уважение к, наверное, давно умершему хозяину замка. Всё-таки не каждый

добровольно откажется от графского титула и превратит свой шикарный дом в лечебницу для народа.

— Сейчас мы, как можем, продолжаем дело Геера, — дальше говорил арт. — Он сделал много интересных открытий в области исцеления, но некоторые труды так и остались ненаписанными. Мы изучаем их, развиваем, делаем свои, принципиально новые открытия. Также на сегодняшний день мы разделили Обитель на отделения, и если раньше всех больных помещали в одном крыле, то теперь у каждого вида заболеваний оно своё. Естественно, мы не смогли охватить всё, поэтому одно крыло так и осталось общим. Завтра, друзья мои, вам предстоит выбрать специализации, познакомиться с Обителью изнутри и постараться освоиться, — арт повернулся к нам и широко улыбнулся своей очаровательно юной улыбкой.

Он ещё что-то говорил об укладе жизни в замке, но я уже не слышала, потому что мы наконец вошли. Обитель внутри была так же прекрасна, как и снаружи. Отчётливо ощущалось, что этот замок очень старый и богатый. Сейчас, конечно, убранство было довольно простым, но дерево, из которого выполнен пол, лепнина на потолке, огромные камины и тяжёлые, расшитые камнями портьеры говорили о былом величии этого места. Даже широкая лестница, ведущая наверх, хоть и была уже старой, но выглядела просто потрясающе. Перила оказались инкрустированы слегка светящимися кристаллами, складывающимися в причудливый узор, сами ступени — мощные, широкие, натёртые до блеска. Но самое главное — окна. Они были прекрасны: довольно узкие, всего локтя два, но расположенные очень часто и имеющие причудливую конусообразную форму. С середины лестницы казалось, что

стена выполнена из витражного стекла, потому что все промежутки между окнами скрывали портьеры. Мне безумно понравилось это место! Невероятно уютное, спокойное и как будто совсем родное. Странно, но на уровне подсознания я знала, куда именно мы идём, и даже представляла, как будет выглядеть моя комната.

— Это основной жилой корпус, здесь на первом этаже ночует прислуга и хозяйственный персонал, на втором — весь состав лекарей, исцелителей и врачей, ну а третий временно станет вашим домом. Кстати, ваша братия — любители погулять по башне. Так вот, делать этого конкретно в центральной башне не рекомендую, — снова заговорил арт. — Наверху моя личная лаборатория, а эксперименты, которые я провожу, не всегда безобидны, поэтому, исключительно для вашей безопасности, не пытайтесь проникнуть в эту башню. Все другие в вашем полном распоряжении.

- А правда, что здесь множество тайных ходов? — спросил кто-то из ребят.

— Правда, — улыбнулся арт. — К сожалению, точного плана постройки не сохранилось, но чертежи нескольких крыльев мы нашли, так же как и потайные ходы. Кажется, по четыре в каждом.

— По пять, — поправила отца магиня. — Но мы ими не пользуемся. Замок очень старый, и ходы, которые мы нашли, были не в лучшем состоянии. Да и смысла в них сейчас нет.

Любопытно. Что-то подсказывало мне, что у Обители есть множество неизведанных уголков, и сюрпризов она может преподнести немало.

Тем временем мы поднялись на третий этаж и остановились в небольшом холле, от которого ответвлялись три узких коридора.

— Все комнаты открыты и приготовлены для вас, — сообщил арт Поли. — Можете выбирать любые и располагаться, а через полчаса ждём вас всех внизу на поздний ужин.

Я, долго не раздумывая, открыла первую попавшуюся дверь и вошла в комнату. Жаль, сейчас невозможно понять, солнечная ли здесь сторона, всё же я очень люблю свет. Но то, что в столь небольшом помещении было целых четыре окна, несказанно порадовало. Кровать — самая обычная, двухместная, — размещалась в дальнем углу у окна, шкаф был почти во всю стену, отделения для одежды, которые переходили в открытые стеллажи для книг, а у следующего окна — довольно большой стол и несколько кресел. Я сразу же отметила наличие личной уборной, нормального немагического светильника с почти сгоревшими свечами внутри и отдельного ларя для обуви. Другими словами, меня всё более чем устраивало.

В дверь постучали и, не дожидаясь разрешения, внесли мой багаж. Интересно, откуда они узнали, какую комнату я заняла? Хотела догнать двоих молчаливых мужчин, которые ушли, оставив мои сундуки, и поспешила выйти в коридор. Ответ на мой вопрос нашёлся тут же сам собой, потому что на двери собственной комнаты я заметила выведенную золотым надпись: «Лидия». Учитывая, что багаж тоже был подписан, разобраться не так уж и трудно. Забавные у них тут всё-таки двери, магические. Уже пять лет занимаюсь магией и всё никак не привыкну.

После того как часть моих сундуков была разобрана, в комнату вошла Глория и потащила меня ужинать. При мысли о еде я вспомнила, как сильно проголодалась, и поспешила за подругой. Мы все вышли почти одновременно, и потому сейчас спускались по лестнице одной дружной толпой.

- Интересно, а призраки здесь есть? — спросил Рой.

— Конечно есть, это же древний замок, да ещё и смертей видел много, — серьёзно ответил Ким.

— Я слышал, что этот Ларе Геер был мурием, — шёпотом сказал ещё кто-то из парней.

— Не может такого быть! — возмутилась Глория. — Мурии не исцеляют людей, они убивают их души.

— А я читал, что они могли как губить, так и спасать, — задумчиво сказал крутившийся возле Рии Ен.

— В бестиарии написано, что, несмотря на отсутствие отличий от человека в анатомическом плане, они очень отличались в магическом, и их магия обладала губительной силой разрушения сознания, — вставила я заученную фразу из учебника.

— Да ладно, Ли, — Ким хлопнул меня по плечу. — Уж тебе ли не знать, что в Норолоне нам дают верить только в то, что одобрено королём! Помнишь, когда мы учились второй год, в лечебнице лежал летописец? — я кивнула, припоминая грузного старика. — Ну так, значит, должна помнить, как он переписывал историю по приказу

короля.

Рыжий был прав: тот старик действительно постоянно писал «новую историю» Норолона, которую сейчас изучают в младших школах. Насколько я знаю, в этих учебниках король Родерик, который развалил нашу некогда могущественную державу, представал героем, защитником слабых и избавителем своих земель от страшных магических тварей, которые лишали людей души. Хотя старые няньки в сиротском доме отзывались о том короле совсем не лестно. В отличие от Давида, который правил сейчас. Вот он воспринимался старшим поколением с куда большим почтением.

- Это просто страшилки, — отмахнулась Рия, — а вот призраков можно поискать.

В глазах подруги загорелся интерес.

- И тайные ходы, — поддержал Ен.

- И башни посмотреть стоит, — согласился Ким.

— И хотя бы немного времени уделить учёбе, — напомнила я, за что заслужила несколько фырканий, один смешок и многоголосую лекцию о занудстве некоторых заучек.

Так, за разговорами и обсуждением то Обители, то её великого хозяина, прошёл ужин в большой гостиной, которую переделали под столовую. За ужином была только наша группа и арта Локс, другие же обитатели замка уже давно разошлись по своим комнатам. Только арт Поли вышел пожелать нам доброй ночи и посоветовал сразу после ужина лечь спать, потому что вставать нам предстояло очень рано.

И мы к нему прислушались, но не потому, что слушаться старших и тем более артов мы обязаны, а скорее из-за зверской усталости. После сытного ужина было тяжело подниматься по лестнице и даже разговаривать, поэтому в свои комнаты мы возвращались почти в полном молчании. Только у дверей желали друг другу спокойной ночи и расходились.

Когда я пришла к себе, силы покинули окончательно. По телу разливалась слабость, призывающая немедленно лечь спать, но я всё-таки смогла умыться холодной водой и расстелить постель. Спала я на удивление хорошо, даже снов не снилось. Такое с моим вечным кошмаром бывает: он иногда не снится, либо сменяется каким-нибудь другим, самым обычным сновидением. Этой ночью мне, можно сказать, повезло. Впервые за последнюю луну я хорошо выспалась и когда проснулась, по моим ощущениям замок ещё спал.

Не было слышно ни голосов, ни шорохов. Лучи восходящего солнца разливались по комнате, и я поспешила открыть одно из окон. Они выходили на сад, и как раз под моим окном сейчас цвели какие-то неизвестные мне, явно лекарственные цветы.

Запах от них исходил умопомрачительный: кажется, из таких делают эликсиры молодости для богатых дам. В комнате сразу же стало свежо, а аромат цветов наполнил всё пространство. Мне хотелось танцевать и просто наслаждаться жизнью, а ещё я была бодра и полна энергии.

Пользуясь ранним пробуждением, разобрала оставшийся багаж, выбрала строгую

рубашку и брюки для сегодняшнего дня и уселась у открытого окна, чтобы почитать. Я предполагала, что до подъёма оставалось ещё несколько часов, поэтому можно было спокойно полистать учебник по магическим заболеваниям, но сделать этого у меня так и не получилось. Как только я удобно устроилась перед распахнутым окном, в комнату влетело какое-то насекомое и устроилось на моём плече. Я подскочила, пытаясь сбросить огромную, судя по виду — стрекозу, но она, ловко уворачиваясь, перелетала с одного моего плеча на другое.

- Да отцепись ты! — завизжала я.

Существо, вместо того чтобы отстать, звонко рассмеялось. Смех был точно таким же, как человеческий, только тихий, словно доносящийся издалека. Я мгновенно успокоилась, отбросила панику и внимательно присмотрелась к крылатому нечто, восседающему на моём плече. У меня чуть челюсть не отвисла, когда я рассмотрела в «насекомом» крошечную женщину с большими стрекозиными крыльями. Она радостно улыбалась и махала мне малюсенькой ручкой.

— Пушинка, — растерянно проговорила я, женщина продолжила улыбаться. — Но в бестиарии написано, что вы вымерли! — малютка рассмеялась снова и, подлетев прямо к моему уху, проговорила:

— Врёт всё ваш бестиарий. В Обители нас не обижают, — и звонкий смех послышался снова.

- Вас? — проговорила я. — То есть Пушинок здесь много?

- Конечно! — хихикнула малютка.

- Обалдеть, — только и выговорила я, опускаясь на стул.

Просто эти магические существа — огромная редкость, и по данным бестиария их всех давным-давно изловили и уничтожили маги! Дело в том, что у Пушинок есть особое свойство — наличие пыльцы. Они ведь только наполовину живые существа, а на другую половину — цветы, и имеют постоянную привязку к своему кусту. Если убить куст Пушинок, то погибнет и весь клан, произошедший от него. Так вот, пыльца эта поистине волшебная! Она может усыпить так, что человек не будет совсем ничего чувствовать во сне, а может, напротив, придать ему энергии, которой хватит на пять-семь дней без сна и отдыха. Всё зависит от того, в какое время дня её собрать. Именно из-за пыльцы Пушинок и вылавливали маги.

Человеческие лекари, не имеющие магического дара, использовали её, как анестезию, усыпляя пациентов перед операциями; боевые маги, напротив, принимали пыльцу как бодрящее средство во время дальних походов и серьёзных сражений. Кроме того, из крыльев Пушинок делали отличные амулеты различных свойств. Но вот лично я не могла даже представить, как можно отрезать крылья такой малютке!

И по поводу куста я оказалась права: именно нектар из его цветов используют для эликсира молодости. В Тортоне таких кустов нет — климат не тот, поэтому и подобный эликсир в наших краях редкость, доступная только богатым.

- Все ваши обалдевают, — продолжила смеяться Пушинка. — Мы иногда любим подшутить над вами. Там, — она подлетела ближе к окну и указала пальчиком вниз, — мой куст.

Я взглянула на розовое растение под своим окном и, присмотревшись, увидела, что вокруг него полно летающих существ! С высоты третьего этажа они были точь- в-точь как стрекозы. У меня под окном дом настоящих Пушинок!

— Меня зовут Ти, — представилась моя новая знакомая.

— Лидия, — улыбнулась в ответ я.

Пушинка скривила малюсенькие губки и недоверчиво посмотрела на меня.

— Не похожа ты на Лидию, — вскоре сказала она, — но имя хорошее.

— В сиротском доме дали.

В следующую секунду над всем замком разнеслась приятная мелодия, обозначающая, как я поняла, что пора вставать. Вначале музыка была тихой, постепенно становясь всё громче и громче.

— Ладно, человечка, ты приходи, если что, — хихикнула Пушинка и взлетела. Потом одним неуловимым движением вылетела в окно, и я смогла наблюдать уже только удаляющуюся к кусту стрекозу. А коридоры тем временем стали наполняться шумом и голосами.

Я была собрана, а потому не спеша вышла в коридор, чтобы до завтрака зайти к Глории. Дверь с именем подруги оказалась недалеко от моей, и на ней тоже красовалась магическая подпись, только у Рии было написано и имя, и фамилия.

Почему-то стало немного обидно, что и здесь мне словно указывают на мою безродность.

Постучав несколько раз, я вошла в комнату, которая была точной копией моей. Рия уже одевалась и выглядела вполне бодрой, хотя обычно поднять её с постели в такую рань почти невозможно. В школе занятия начинались ближе к полудню, и подруга всегда спала допоздна.

— Не знаю, что не такого особенного в этом замке, но я отлично выспалась, несмотря на то, что поздно легла и рано проснулась, — щебетала Глория. — Ен говорит, что здесь повсюду чары, которые делают сон крепким, а организм — бодрым и отдохнувшим. Вчера я ему не поверила, но сегодня почувствовала всё на себе.

— Это вполне может быть правдой, — подтвердила я, вспоминая, как сама сегодня прекрасно спала. — Мне даже сны не снились.

— Да, если тебе здесь весь год сны сниться не будут, мы так и не узнаем, что же будет дальше — что за кабинет ты нашла, и кристалл. А интересно же!

- А я вот ни капли не расстроюсь!

Более того, после новости о чарах у меня даже появилась надежда, что я наконец-то смогу избавиться от этого кошмара.

- Ладно, идём, — одевшись, сказала Глория. — Нас ждёт насыщенный день.

И мы, болтая о всякой ерунде, отправились завтракать. Я рассказала про

Пушинку, причём мой рассказ постепенно привлёк к нам всеобщее внимание, и мы

снова шли в большую гостиную всем классом. Существование здесь Пушинок вызвало восторг абсолютно у всех, и большинство из ребят собрались сразу после завтрака идти в сад, чтобы увидеть всё своими глазами.

- У нас же распределение после завтрака, — напомнила я, снова удостоившись напоминания о своём занудстве.

- Ли права, сегодня важный день. Успеем ещё всё рассмотреть, весь год всё равно здесь будем, — поддержал меня Ким.

- Ким в тебя влюблён, — прошептала Рия мне на ухо, когда мы занимали места за общим столом.

- Откуда такие мысли? — спросила я, начиная завтрак.

- У него на лице всё написано, — хихикнула она. — Тем более ты у нас вон какая вымахала: высокая, красивая, голубоглазая. Я б сама влюбилась на его месте.

- Скажешь тоже!

Я засмущалась. Несмотря на то, что, повзрослев, я действительно стала весьма привлекательной девушкой, от комплиментов меня всегда бросало в краску. Не привыкла я, чтобы мной восхищались или любовались. Может быть, поэтому всегда, как от огня, бежала от парней, которые пытались ухаживать. В то время как Рия меняла кавалеров, бегала на свидания и получала подарки от поклонников, я читала, занималась учёбой или работала в лечебнице.

Когда мы покончили с завтраком и допивали чай, в гостиной появился арт Поли. Привлекая внимание, он поднял руку вверх и, дождавшись, пока все замолчали, обратив внимание на него, начал говорить:

- Доброе утро! Надеюсь, ваша первая ночь в Обители прошла хорошо? — арт улыбнулся и продолжил, не дожидаясь ответа: — Сразу после завтрака я прошу вас всех выйти из замка во внутренний двор. Там мы проведём распределение, и каждому из вас я выделю по наставнику из работников Обители.

Арт ушёл, как только закончил говорить, а мы все быстро допили чай и, сгорая от нетерпения, поспешили за ним. Сердце начало часто биться, предвкушая ответственный момент. Ведь от этого распределения будет зависеть направление нашей дальнейшей карьеры.

- Как проходит распределение? — спросила я, стараясь не показывать волнения.

- Просто скажем, кому что больше нравится, и всё, — уверенно ответила Глория.

- Ничего подобного, — фыркнул снова появившийся рядом Ким. Я и ещё несколько человек из нашей группы заинтересованно посмотрели на него, ожидая продолжения. — Сам арт Поли будет определять.

- Каким образом? — скептически поинтересовалась Рия. — Откуда он знает, кто из нас к чему расположен больше? Тем более мы уже в прошлом году определяли, кому и что даётся лучше, и уделяли этому направлению больше внимания.

- Он сильный маг, — пожал плечами Ким. — У него есть дар видеть истинную суть магии. Может прикоснуться к тебе и сразу понять, что у тебя получится лучше всего.

- С чего ты это взял? — продолжала допытываться моя подруга.

- Да так, — уклончиво ответил он. — Пообщался тут кое с кем ночью, расспросил… Кстати, Ли, здесь не только Пушинки водятся.

Я заинтересованно посмотрела на друга, даже не думая скрывать любопытство, но он сказал, что расскажет всё после распределения, и только мне. К тому же мы как раз вышли во внутренний двор.

Здесь обнаружился сам арт Поли, вчерашняя магиня Изабелла и ещё около десяти магов. Нас попросили выстроиться в ряд и по одному подходить к магам. Я в очереди была лишь пятой, а потому притопывала на месте от нетерпения.

- Ты какую специализацию хочешь? — шёпотом спросил Ким.

- Исцеление душ, — мечтательно ответила я.

- Ли хочет всю жизнь провести в обществе душевно больных, — прошептала Рия, стоящая в очереди передо мной.

- А Глория хочет всю жизнь провести в окружении вызванных магией чирьев, за исцелением проклятых и порченных, — не осталась в долгу я.

- А ты? — хором спросили мы у рыжего, осознав, что нам никогда не понять выбор друг друга.

— Я хочу специализироваться на магических ранениях, — ответил Ким. Я припомнила, что он и в лечебнице всегда брался заживлять раны, нанесённые магией, которые в принципе должны быть незаживляемыми.

Пока мы болтали, пришла очередь Рии, и подруга пошла к скоплению магов. Распределение всей нашей лиги заняло не более трёх минут. Сейчас я видела, что арт Поли просто взял в руки ладонь Рии, по его пальцам прошло оранжевое сияние, и маг тут же начал говорить. Подруга радостно подпрыгнула и побежала к толпе ребят, которых уже распределили. И настал мой черёд под множеством взглядов подходить к старому арту и без слов протягивать ему руку. Всё было в точности, как с Рией: сияние, тепло, прошедшее по моей руке, разлившись до плеча, и вердикт мага:

— Вам идеально подойдёт Исцеление израненных магией душ, — проговорил арт Поли. Я счастливо улыбнулась, готовая прыгать от счастья. — Откровенно говоря, с таким даром давно никого не было, — слегка улыбаясь, произнёс он, — и я рад, что в этом году мне снова выпадет шанс самому побыть наставником.

Сразу я не совсем поняла, что он имеет в виду. Но когда до меня дошло, я всё же спросила:

- Вы будете учить меня?

— Да, юная магиня, — уже широко улыбнулся арт. — Исцеление душ — это моё отделение, и то, чему я посвятил свою жизнь в Обители. Ступайте. — Он отпустил мою руку, и я бодро направилась к ребятам.

Настроение было просто запредельно прекрасным! Я буду заниматься тем, что мне нравится, да ещё и сам руководитель такого легендарного заведения будет учить меня! Меня, простую девочку из сиротского дома!

- Ну, что? — тут же подбежала ко мне Рия.

- Я счастлива, — честно ответила улыбающейся подруге.

Сегодняшний день стал вторым из самых счастливых дней в моей жизни — после дня, когда меня приняли в школу. Жизнь прекрасна!

ГЛАВА 3

После распределения нам представляли наставников. Глория попала на обучение к совсем молодому магу, который всего шесть лет назад окончил школу и остался в Обители. Кстати, он заканчивал именно нашу ШМОД, потому что исцелителей больше нигде не готовят. Вроде при Обители есть маленький класс, но из-за редкости нашего дара смысла в том, чтобы создавать больше школ — не было. Ведь из двадцати магов только один обладает даром исцеления, и если уж подобный дар есть, даже мизерный, то маг ценится ещё больше. Даже боевые, у которых была хоть капелька нашего дара, занимали ведущие посты в армиях. Идеальный боец, который может и товарищей подлечить во время сражения, и себя заштопать, если вдруг окажется раненым. Конечно, на всех магах раны заживают быстрее, чем на простых людях, но только исцелитель может залечить и снять боль моментально, а это дорогого стоит.

Судя по тому, какие сильные маги назначались руководителями отделений в Обители, наставник Рии был не так прост, как казалось. С виду ничего особенного, но взгляд цепкий и слишком проницательный для столь молодого возраста. Подруга смотрела на своего наставника с интересом и, как мне показалось, далеко не только по учёбе… Оно и не удивительно: он был высоким, статным (хорошая фигура различалась даже через бесформенную одежду), к тому же голубоглазый блондин — всё, как любят молоденькие магини. Арт Эдсон сейчас выглядел счастливым, потому что сегодняшние ученики были для него первыми. Раньше ему ещё не доводилось работать наставником, а тут сразу четверых из наших распределили на исцеление магических повреждений.

К арту Поли попала только я, и была безмерно этому рада. Ким, не попавший на желаемое отделение, ходил чернее тучи.

— Не расстраивайся, — пыталась подбодрить я. — В конце концов, там такая же работа с ранами!

Его распределили на исцеление травм, не вызванных магией. Ким же упрямо считал, что это слишком просто для него.

— Он сказал, что у меня не достаточно резерва! — наконец воскликнул он. — Да у меня бездонный резерв!

— Он арт, ему виднее, — возразила Глория. — И мне кажется, что объём резерва маг его уровня определить вполне способен. Поэтому радуйся, что он тебе это сообщил и подсказал, какая специализация тебе по силам.

- Радоваться?! Чему? — Ким был зол и возмущён до глубины души.

— Тому, что тебе не дали пойти по неверному пути, и ты не выгоришь при лечении раненого мага из-за нехватки резерва, — ни капли не проникшись возмущением друга, проговорила Рия.

Я с ней была согласна. Были случаи, когда исцелители не рассчитывали своих сил и брались за слишком сложную работу. Как правило, в итоге такие маги часто выгорали, полностью теряя свои силы, а в единичных случаях даже погибали.

Резерв у Кима действительно большой, но магам, исцеляющим тяжёлые раны, такие, как перерезанное горло или оторванная конечность, он необходим больше, чем нам всем вместе взятым.

На специализацию, о которой мечтал наш друг, из всего класса попал только один парень. И то отец этого парня — Тайра — не совсем человек, точнее вовсе не человек. Его отец — настоящий ангел, который охраняет небесные чертоги и лишь пару раз был на земле: когда встретил мать Тайра и сразу после рождения мальчика. Поэтому не удивительно, что у него самый большой резерв из нас всех. По сути, Тайру по плечу любые специализации, тут дело скорее было в его личных пожеланиях.

— Я буду тренировать резерв, — твёрдо заявил Ким, постоянно поглядывающий в сторону более везучего приятеля. — Буду тренироваться, расширять его, и когда- нибудь всё равно стану тем, кем мечтал.

— Обязательно станешь, — подбодрила я, а Рия только тихо хмыкнула. Мы все понимали: чтобы увеличить резерв, нужно либо взять силу у кого-то, кто добровольно её отдаст, либо сутками напролёт медитировать, копаясь в себе и пытаясь найти скрытые или спящие части магического резерва. Ну и ещё сила рода, которая у магов передаётся по наследству. Насколько я знала, силу своего рода Ким уже принял, значит, остаются медитации.

Вспомнив о родовой силе, я вздохнула. Мне мою никогда не получить, а жаль. Обычно у каждого рода магов была какая-нибудь особая семейная безделушка, не привлекающая внимания, и когда кто-то из наделённых даром членов этого рода умирал, его магическая сила переносилась в эту родовую вещь, а каждый новый рождающийся в семье маг достигнув совершеннолетия забирал силу покойных предков. Вот так и выходило, что в родах с наследованием дара каждый новый маг сильнее предыдущего.

У меня нет рода, но уже есть милый серебряный кулон, который я и сделаю символом Ло. Именно я буду первой, кто отдаст свою силу кулону, который позже вместе с ней получит моя дочь или сын.

Представление наставников закончилось, и арт Поли велел каждому из нас подойти к своему. Я, не мешкая, направилась к самому арту и устроились по левую руку от него. Маг давал напутствия ребятам, указания коллегам, и только когда все разошлись, обратился ко мне:

- Идём, Лидия, я покажу тебе наше отделение, — улыбаясь, сказал он, и мы пошли.

Идти пришлось далеко. Оказалось, что наше крыло находится дальше всех от главного здания. Мы шли через парк, который сейчас был больше похож на лес. Высокие тенистые деревья, тонкие тропки, запах сырости, шорохи белок в ветвях. И никаких цветущих кустов здесь не было. Арт словно понял, о чём я думаю, и пояснил:

- Наши с тобой пациенты — особенные, — явно подбирая слова, сказал он. — Многих из них раздражают цветы, звуки, яркие краски, запахи. Им нужно больше свежего воздуха, тишины и уединения.

Я это понимала. В лечебнице я тоже много работала с душевнобольными, и некоторые из них довольно часто становились агрессивными по непонятным мне

причинам. Потом оказывалось, что виной всему громкий звук или резкий запах. Мне всегда было жаль этих магов, ведь они сошли с ума не из-за болезней или наследственности, а в результате магического вмешательства или тяжёлой травмы, связанной с использованием магии. Эти люди не были больны на физическом уровне, но они испытывали боль душевную, и потому трудноизлечимую. Обычные болезни лечили в отделении Рии, нам же доставались куда более запутанные случаи. Кстати, сумасшествие может быть ещё и последствием выгорания. Я почти уверена, что и такие пациенты тут найдутся.

— Сейчас людей у нас не много, — рассказывал арт. — Здесь только особо сложные случаи, в которых я ещё не разобрался, либо те, кому требуется длительное наблюдение. — Всех других я исцеляю сразу. — Он на мгновение замолчал, а потом добавил: — Есть случаи, которые не исправить, Лидия, и я хочу, чтобы ты понимала и принимала это уже сейчас, до того, как столкнёшься с подобным.

Конечно, я это знаю. Невозможно спасти всех, даже наши силы не безграничны. Но я всегда была идеалисткой, и думать о таких вещах мой мозг отказывался. Арт молча наблюдал за мной, потом тихо рассмеялся.

— Знаешь, Лидия, ты напоминаешь мне меня в молодости — так же поджимаешь губы, когда тревожат нехорошие мысли. Но это жизнь, и люди постоянно уходят из неё, на то воля Вечного Духа.

- Всё придёт с опытом, — почему-то сказала я. Просто исцелитель, которому я помогала в лечебнице, всегда это говорил.

Пребывая в печальных размышлениях, мы вышли из парка и оказались на площадке перед входом в корпус. Над мощной деревянной дверью висела вывеска, гласившая: «Отделение исцеления душ». Снизу расположилась ещё одна небольшая табличка, на которой сообщалось, что отделение основано в снежную луну сто шестого года от основания королевства Ларсом Геером.

— Это первое отделение, которое появилось в Обители, самое древнее, — пояснил арт. — И оно станет местом, где ты будешь проводить очень много времени в этом году.

На улице не было ни единой души — как объяснил арт Поли, сейчас пациенты отделения только завтракали. Мы отправились знакомиться с работниками — магами- исцелителями, которые трудятся здесь постоянно. Когда мы вошли внутрь, у меня возникло стойкое ощущение, что я уже бывала здесь раньше. Вся обстановка, запахи, даже звуки были знакомы. Здесь не было таких просторов и богатого убранства, как в центральном строении. Вся малочисленная мебель была простая и функциональная; снова много окон — подумалось, что архитектор замка любил свет не меньше меня; ковры с коротким ворсом на полах и много кресел.

— Здесь, — арт обвёл рукой холл, — место отдыха для пациентов. Они читают, общаются и проводят свободное время именно здесь. Там, — он махнул рукой в сторону ещё одной деревянной двери на противоположной от окон стене, — столовая. Вероятнее всего, все сейчас именно там.

— Странно, а звуков совсем не слышно, — сказала я. Стояла тишина, только птицы пели за окном, но человеческих голосов не было.

— В нашем отделении хорошая звукоизоляция, да и его обитатели не особо болтливы, — улыбнулся мужчина. Здесь так же, как и в главном здании, была лестница, тоже большая, широкая и с узорами на перилах. При взгляде на неё почему-то мелькнула странная мысль, что третья снизу ступень должна скрипеть, когда на неё ступаешь. А в узорах на перилах не хватает одного камня.

— Идём, покажу второй этаж, — как раз сказал маг, и я с предвкушением пошагала за ним.

Третья снизу ступень скрипнула, едва я на неё ступила. А повернув голову, сразу же увидела выемку от того самого недостающего камня. Стало жутко.

Ещё более жутко стало, когда я почувствовала приятный запах успокаивающих сушёных трав, точно такой же, какой был в моём сне. А когда мы поднялись и вышли в холл второго этажа, я обомлела окончательно, потому что тысячи раз бывала здесь! Это была та самая комната, из которой начиналась половина моих кошмарных снов. Я знала её, как свои пять пальцев: что где стоит, как здесь пахнет; что у того кресла, стоящего возле окна, неисправна одна из пружин, а в платяном шкафу у стены расположено множество различных пузырьков с зельями и пакетики с пучками высушенных растений.

Именно к шкафу и подошёл арт. Распахнул его, заставив меня убедиться в том, что я не схожу с ума, а действительно знаю здесь каждую мелочь. Зелья и травы в шкафу располагались именно так, как я запомнила во сне.

— Здесь мы храним всякие настойки и снадобья, а также ингредиенты для зельеварения, — пояснил арт Поли. — На этом этаже расположены кабинеты, лаборатории и хранилища. Как ты поняла, планировка во всех крыльях Обители одинаковая.

— А на третьем этаже — палаты, — скорее утвердительно, нежели вопросительно произнесла я.

- Комнаты пациентов, — вежливо поправил меня арт.

А я всё-таки нашла несколько отличий этой комнаты от той, в которой бывала многократно: во сне в камине всегда горел и весело потрескивал огонь, сейчас же он был потушен, и входа в подземелье рядом с камином не наблюдалось. Хотя я была уверена, что, если нажать вон на тот камень на стене, он появится.

- Арт, а в этом крыле есть тайные ходы? — на всякий случай уточнила я.

- Они есть во всех частях этого замка, но здесь мы их так и не нашли.

- Не нашли, — еле слышно задумчиво прошептала я.

А вот я, кажется, нашла, и уже давно. Обязательно нужно будет проверить свои догадки. Но не при маге же это делать?

— Как я уже говорил, здесь находятся только самые тяжёлые пациенты, которым некуда больше идти, а процесс исцеления требует времени. Дома они могут быть опасны, или их родные просто опустили руки, поэтому они живут здесь, а мы пытаемся найти корни болезни каждого из них. В основном это тяжёлые случаи, которые требуют много времени и индивидуального подхода. В причинах недугов многих мы уже разобрались и теперь просто терпеливо ждём, пока подействует лечение; корни проблемы некоторых до сих пор остаются загадкой. Идём, познакомлю тебя с коллегами.

Дальше мы направились вперёд по коридору, с обеих сторон которого располагались двери с табличками. Арт постучал в одну из них и мы вошли.

— Это Лью Колине, — поздоровавшись, он представил мне молодого мужчину лет тридцати, который до нашего появления сидел за массивным столом и что-то писал. — Он великолепный специалист и мой заместитель, — пояснил старый маг. — Льюис занимается с каждым нашим пациентом индивидуально и знает любого из них лучше, чем кто бы то ни было. Именно он ведёт записи с наблюдениями за динамикой заболеваний и проводит эксперименты, позволяющие нам приблизиться к исцелению этих людей.

- Вы преувеличиваете, — смутился мужчина.

- А это Лидия, наша новая ученица, — представили и меня.

Молодой маг даже не пытался скрыть своего удивления, но потом пояснил мне, что в их рядах уже давно не было пополнения и моё появление вызывает радость.

Было приятно.

- Идём дальше. — И арт увлёк меня вперёд по коридору, до следующей двери.

— Это Веста Норд, — на этот раз мне представили женщину лет пятидесяти, с яркими алыми волосами, перемеженными чёрными прядями. — Госпожа Веста варит для наших пациентов зелья с особыми свойствами, вкладывая в них магию исцеления.

У нас в школе не было подобных зельеваров, но я знала, что они существуют. Это такие же маги-исцелители, как и я, только ещё и с талантом к зельеварению.

Они не только добавляют в свои снадобья полезные травы в нужной дозировке, но и вливают свою магию. В результате такое лекарство можно взять с собой на сражение или в поход, чтобы в случае чего не пришлось искать мага, способного помочь, а просто выпить зелье.

Арт тем временем снова представил меня, а магиня, как и все остальные, выразила свою радость от знакомства.

За третьей дверью располагался кабинет ещё одного мага, который был не совсем человеком. Господин Мор был помесью оборотня и эльфа. В отделении он практиковал не только магию исцеления, но и гипноз, которым в совершенстве владели оборотни-змеи. По словам арта Поли, он гипнотизировал пациентов, заставляя их вспомнить все обстоятельства, из-за которых развилось заболевание.

С магическими расстройствами души не всё так просто, как с обычными, ведь здесь в большинстве случаев имеет место воздействие извне, а распознать его не так-то просто. Как по мне, так гипноз — отличная идея для выявления всех обстоятельств, предшествующих заболеванию.

Арт сказал, что помимо тех магов, которым меня уже представили, в отделении работает ещё всего один специалист, а весь прочий персонал состоит из обычных людей, занимающихся бытовыми вопросами. Пока мы осматривали отделение, завтрак закончился, и я наконец-то услышала слабый шум с первого этажа.

— Ну что ж, пришло время знакомиться с пациентами, — улыбнулся арт. — Проведёшь вместе со мной утренний обход, заодно и проверим твои способности.

От его слов появилось волнение и лёгкое предвкушение. Руки непроизвольно зачесались от желания использовать магию. Очень хотелось проявить себя с лучшей стороны и зарекомендовать хорошим исцелителем.

Мы не стали сразу спускаться вниз, остановившись в холле у перил. Отсюда хорошо просматривалась просторная комната внизу, наполненная солнечным светом, в которую сейчас из столовой выходили люди.

Сначала появилась девушка немногим старше меня. Прекрасная, к слову, девушка. Длинные золотые волосы спускались до середины бедра, алые губы растянуты в доброжелательной улыбке, походка легкая, грациозная, как у лани.

— Это Эш, — указал на неё арт Поли, — она сирена, помогает нам успокаивать пациентов и поёт для них.

Слышала я, что пение сирен может излечить искалеченную душу, только ведь и

сирены разные бывают. Эти магические существа, когда начинают петь, теряют всю свою человечность, и в них пробуждается истинная, первозданная сущность хищников. Не секрет ведь, что сирены поют для того, чтобы привлечь к себе людей и использовать их в качестве пищи. Поэтому и лечением душ они особо не занимались, хотя и могли, случаи всё-таки были.

- Как вы её контролируете? — задала закономерный вопрос. Просто если эта красотка до сих пор тут всех не пожрала, значит что-то мешает ей это сделать, других вариантов нет.

- Эш только наполовину сирена, — пояснил маг. — Когда она поёт, я нахожусь рядом и цепляюсь за её человеческую суть, не позволяя нелюдской сущности взять верх.

Поражённо посмотрела на арта. Нет, я знала, что он сильный маг, но настолько, чтоб удержать в сознании поющую сирену… Это заслуживало истинного уважения.

Вслед за прекрасной Эш из-за дверей появились и другие. Пациентов действительно было немного: всего три женщины и двое мужчин. Все они, судя по шевелюрам, маги. Да и не могло здесь быть других, ведь людей без дара лечить гораздо легче, и арт говорил, что лёгкие случаи устраняет сразу. Я с интересом решила понаблюдать за этими совершенно обычными с виду людьми.

Сначала просто смотрела, потом применила силу и принялась сканировать их ауры, входя в своеобразный транс. В таком состоянии я могла увидеть все болезни тела и духа человека, рассмотреть его внутренности, ауру, энергетические потоки и

так далее. У большинства людей аура — просто белое свечение, у магов же обычно это переливающийся перламутровый ареол. Примечательно, что ни у одного из них я не увидела магических способностей. Их ауры выглядели так, словно это просто люди, без какого-либо намёка на дар. Но я точно знаю, что магия в них есть! О её наличии говорили нити, соединяющие ауры этих людей с потоками, а такое бывает только у магов. Но вот самой силы я не увидела совершенно.

- Не понимаю, как такое возможно? — задумчиво проговорила я, приступив к сканированию повторно. Арт взглянул на меня и безошибочно определил суть вопроса. Нравится мне этот старик, понятливый очень.

- Их силы заблокированы, Лидия, — пояснил он. — Мы же не можем допустить, чтобы рядом с другими пациентами разгуливали пятеро сильных магов с психическими расстройствами.

Подобное мне даже в голову не приходило, поэтому удивление чётко отразилось на лице.

- Согласна, — признаю, что душевнобольные, обладающие магией, могли бы просто развалить прекрасную Обитель в одночасье. — Но как вам удалось это сделать?

Никогда не слышала ни о чём подобном! Да и арты, преподававшие в школе, ничего такого не рассказывали. Как можно заблокировать магию? Она либо есть, либо нет. Хотя, знаю я один случай, когда сначала дара у человека

не было совсем, а потом он взял и появился за одну секунду… Теперь меня будет преследовать навязчивая мысль, что такое могли проделать и со мной, ведь мой дар тоже каким-то образом скрывался четырнадцать лет.

— О, это весьма полезное заклятье, — проговорил арт. — Личное изобретение Ларса Геера. Он создал его для своей жены.

— Зачем такое жене мага? — Я продолжала рассматривать людей внизу, и заодно проводила первичную диагностику, обращая внимание на магические потоки и нити над ними.

Сейчас я спокойно реагировала на любые новости только благодаря состоянию транса, который не позволял мне быстро обдумывать сказанное артом и осмыспивть новую информацию.

— Ну, как же! — воскликнул Поли. — Она долгие годы скрывала свою магию, но увы, её всё-таки разоблачили…

— Всё равно не понимаю, зачем кому-то скрывать свой дар? — уже раздражённо спросила я. Зря, кажется, я тут догадливость мага расхваливала. Информацию выдаёт по крупицам, и ту чуть ли не клещами вытаскиваю.

- Точно-точно, вы же из Тортона. Простите, Лидия, постоянно забываю, что вы не знакомы с историй графства Вилдо, — наконец, понял мужчина. — Дарина Геер была мурией, — сообщил он, — а их искали по всему королевству.

Я поперхнулась очередным вопросом, не веря услышанному. Мурия жила с человеческим магом, и он её скрывал?! Вот совсем слабо в это верится, если честно. Скорее всего, это просто легенда. Можно, конечно, послушать её до конца, но верить точно не стоит. Маги убивали мурий, графы показательно казнили, а те из них, кто выжил, давным-давно ушли из Норолона куда подальше.

- То есть этот Геер был женат на одном из опаснейших магических существ?

— Так уж сложилось, — развёл руками арт. — Я нашёл несколько дневников Геера, и всё говорит о том, что так оно и было. Когда молодой граф познакомился с девушкой, он не знал о её происхождении, а когда узнал, был уже настолько влюблён, что начал думать, как защитить её. Так он придумал многие полезные заклятья, которые мы храним и стараемся не распространять.

Я решила, что нужно будет обязательно узнать об этом заклятии подробнее.

Мало ли, вдруг и мою силу заблокировали с его помощью? Тут же появился очередной вопрос:

- Арт Поли, а как это заклятие снять?

— О, очень просто, если знаешь принцип, — ответил он. Похоже, маг получал искреннее удовольствие от беседы и от моего любопытства. — Необходим толчок, как при заведении вставшего сердца. Всего один мощный магический импульс — и силы пробудятся.

После ответа мага я убедилась, что с этим заклятьем стоит ознакомиться. Теперь я была почти уверена, что на мне тоже использовали его. Всё ведь сходилось — и скрытый дар, и мощный магический импульс, который в своё время издал арт Рорк… Решено: обязательно попрошу прочесть дневник этого Геера, или ещё как следует расспрошу мага, но позже. Потому что сейчас меня больше беспокоило нечто иное.

Всё время разговора я продолжала осматривать пациентов. Даже не знаю, как объяснить, но особое зрение даёт увидеть все магические и физические процессы, невидимые невооружённым глазом. Ты смотришь на человека и видишь светящийся ореол вокруг него. Над головой он чуть больше, по контуру тела просто свечение, словно лучики солнца. И вот в этом свечении можно рассмотреть магические нити (если смотришь на мага, естественно), которые, выходя за пределы свечения, сливаются с внешними потоками, расположенными в пространстве повсеместно.

Так вот — по нитям и потокам можно определить, получает маг подпитку от последних, что правильно, либо они питаются им, что очень плохо для мага, потому что когда потоки выпьют всю магию, они непременно примутся за жизненную силу, и так до тех пор, пока не иссушат мага. Конечно, таким образом можно посмотреть и оценить всё, что угодно! Например, если человека прокляли, пожелав убытков — потоки будут «пить» его денежную нить, если обрекли на глупость — поток с радостью вберёт в себя нить знаний.

И вот именно сейчас я видела нечто очень неприятное. Мужчина, совсем молодой с виду на внешнем уровне, выглядел дряхлым стариком на магическом: нити, исходящие от него, были тонкими, бесцветными, а аура бледной, и более того — я заметила движение потоков. То есть он терял силы прямо сейчас! Но как такое вообще возможно? Его ведь осматривали сильнейшие исцелители! Да и кто или что в Обители может пить его магию через потоки?

— Арт Поли, — задумчиво позвала я, не прекращая следить за подозрительным потоком. Маг тут же посмотрел на меня, демонстрируя внимание. — А кто этот мужчина? — спросила, указав на одинокого парня устроившегося в кресле у окна.

— О, мы называем его Марс. Парня привезли всего несколько дней назад. Он потерял память: не может сказать, кто он и откуда. Торговцы нашли его на тракте и доставили сюда, чтобы мы помогли вернуть память. Но когда я начал осмотр, понял, что дело вовсе не в этом, — маг говорил и говорил, пока не обратил внимания на меня. — Лидия, — кажется, он осознал, что я не слушала. — Что ты увидела?

— Потоки, — отрешённо ответила я, всё ещё пребывая в трансе магического восприятия. — Вы видите это? — спросила, осознав, что маг так же переключил зрение.

Когда ты смотришь на кого-либо, находясь в подобном состоянии, очень чётко ощущается присутствие другого мага. Это чувство невозможно описать — ты просто знаешь, что уже не один. И если в момент присоединения ещё одного участника к диагностике произнесли простое заклятье, два мага-исцелителя смогут и вовсе больше не использовать речь, общаясь мысленно. Только происходит это общение не фразами, а скорее с помощью передачи образов. Один маг может позволить другому увидеть его глазами, и в то же время поделиться своими мыслями, раскрыв собственное сознание.

При арте Поли я не собиралась раскрывать сознание, а вот поделиться образами могла.

Сейчас я старалась выделить для арта именно тот поток утекающей из молодого мага силы, который меня заинтересовал. Я силилась смотреть только на него, опуская общую картину — так, чтобы максимально приблизить именно эту часть изображения. Всё это время маг упорно просматривал то же, что и я, но по растерянности, которая сейчас явно ощущалась в его эмоциях, я поняла — арт ничего подобного не видит!

Маг словно предлагал мне посмотреть вместе с ним, и уже в его сознании выделить нужное. Однако, взглянув на происходящее его глазами, я осознала печальное — он действительно не видел. Более того, в восприятии этого сильного мага потоков и нитей было в разы меньше, чем видела я, не было стольких красок и энергетических полей…

Я никогда раньше не сливалась ни с кем во время диагностики, и не знаю, как всё должно быть, но наши взгляды кардинально различались. Моё зрение показывало радугу, в то время как арт видел лишь чёрно-белую картинку.

Тогда, чтобы доказать свою правоту, я позволила магу взглянуть на всё моими глазами.

— Невероятно, — прошептал он, выходя из транса и с удивлением глядя на меня, — как тебе это удалось?

— Удалось что? Увидеть потоки может каждый. — Я даже немного оскорбилась. Он что, считал меня настолько бездарной, что сомневался в способности провести простую диагностику? Тогда зачем взял к себе учиться?

— Увидеть потоки — да, — быстро заговорил маг, вынуждая и меня покинуть расслабленное состояние, в котором все звуки кажутся очень далёкими, а слова не осознаются полностью. — Но не разделить их так, как сделала ты! — продолжил он. — Лидия, у тебя в роду были феи?

- Нет, — почему-то ответила я.

- Химеры? — снова отрицательно качаю головой. — Мурии, вампиры, кто?

— Я не знаю, — с запинкой ответила. — У меня нет родственников, я сирота. — Впервые мне было стыдно говорить о своём происхождении. Но взгляд арта не стал осуждающим после сказанного, наоборот, в нём загорелись пытливые огоньки исследователя.

— Прости, — проговорил он. — Просто это очень и очень редкий дар виденья! Я встречал исцелителя, способного видеть потоки на таком уровне, лишь дважды. Первым был мой коллега Эссекс. Бедняга погиб на своей родине — в Бригорне, во время войны.

Мне сразу вспомнилось, что Бригорн — это земля вампиров, вечно покрытая

туманами и отделённая от нас морем.

— Но вампиры не могут исцелять, — твёрдо сказала я, помня каждое слово, прочитанное в бестиарии.

— Исцелять — нет, но они обладают даром внушения, и так же, как мы, могут видеть потоки магии. Так вот: я перечислил тебе весь список существ, которые обладают подобными талантами, и все они видят потоки так, как ты. Подозреваю, что даже небольшая доля их крови способна дать такой результат.

Было похоже, что маг готов просвещать меня часами, но лично мне в данный момент больше был интересен мужчина, из которого прямо сейчас уходила сила.

Догадливость арта Поли снова порадовала, и он не стал перегружать меня информацией, снова обратив своё внимание на Марса.

— Марс, дружочек, будь добр, зайди в мой кабинет, — немного усилив голос магией, проговорил арт. — Ну что, проведём твой первый осмотр в Обители? — он улыбнулся мне той самой своей потрясающей улыбкой. — Запоминай, дорогая: когда мы придём, я буду проводить беседу с парнем, как обычно, а ты должна сидеть и наблюдать за ним. Когда поймёшь, что объект полностью расслабился, просканируй его ауру ещё раз, чтобы точно исключить помехи от других магов, присмотрись внимательно и попробуй разглядеть причины. С твоим виденьем потоков это должно быть реально.

- Почему мне нельзя сразу приступить к сканированию? — поинтересовалась я.

Нет, мне, конечно, интересно было посмотреть, как проводит беседы с пациентами опытный исцелитель, но терять время желания не было.

— Для чистоты картины я хочу, чтобы он расслабился. Мы должны определить пьющий его поток со стопроцентной точностью, а в расслабленном состоянии сделать это проще.

- Поняла. Сделаю, — покладисто согласилась я.

Сегодняшнее утро принесло немало неожиданностей. Слишком многое нужно было обдумать, узнать и сделать. Но важнее всего сейчас — осмотреть Марса вблизи и сделать всё, чтобы ему помочь. Ведь если потоки брали силу, то они её куда-то несли, и именно это я собиралась выяснить.

Мужчина был довольно приятным на энергетическом уровне, казалось, что он хороший человек, и мне как исцелителю очень хотелось исправить ситуацию, пока не случилось непоправимое.

В голове уже складывалась кое-какая картинка. Мне думалось, что потеря памяти этого мага была создана искусственно. Оставалось только утвердиться в этой догадке, точно определив назначение нити, которую «пил» поток.

ГЛАВА 4

Мы с артом дождались, пока Марс поднимется к нам, и все вместе проследовали в кабинет. Небольшое помещение было оборудовано несколькими кушетками, письменным столом и всего парой стульев. Стены здесь были не просто окрашены, а расписаны пейзажем природы. Плотно задёрнутые портьеры не давали проникать солнечному свету, создавая лёгкий расслабляющий полумрак. Я бы назвала это место идеальным для приёмной палаты, но никак не кабинетом.

— Это кабинет, где я осматриваю наших друзей, — пояснил арт Поли для меня. Под друзьями он явно подразумевал пациентов. Я уже поняла, что в Обители исключены термины, используемые в лечебнице. Здесь нет палат — только комнаты, вместо приёмных и смотровых — кабинеты, да и не лечебница, а Обитель, что само по себе говорит о многом. А дружеское обращение арта с пациентами словно показывало, что здесь нет больных, только несчастные люди с тяжёлой судьбой. Пожалуй, мне это даже нравилось.

Марс, видимо по привычке, прилёг на одну из кушеток. Маг, к моему удивлению, занял вторую. Мне же было велено сесть за стол, извлечь из ящика чернила с бумагой и конспектировать. Вообще, арт сказал «можешь записать свои мысли, ощущения и догадки, если оные появятся». Но мой привыкший к постоянному обучению мозг был готов записать каждое услышанное слово.

— Итак, приступим, — тихим, расслабляющим голосом начал говорить старый маг. — Марс, удалось ли сегодня тебе узнать что-то новое о себе?

Молодой человек немного помолчал, но вскоре начал рассказывать, что после принятого вчера снадобья ему снился сон, в котором он летал на драконе. Арт Поли начал расспрашивать, что Марс видел под собой, какие пейзажи пролетало животное, какое время года было в его сне. И я поняла, что записывать это бесполезно. Марс отвечал на все вопросы арта, закрыв глаза, и, кажется, они оба забыли о моём присутствии. Наверное, это тот самый момент, когда я могу начать действовать.

Внимательно осмотрела молодого мужчину, задержав взгляд на огненной шевелюре с несколькими крупными прядями чёрных волос. Красивый, статный, хорошую осанку я подметила, ещё когда увидела его впервые. На его шее красовалась интересная татуировка в виде ящерицы, которая словно бежала прятаться за ухо. Но самым примечательным в Марсе были глаза неописуемого фиалкового цвета. Я раньше никогда таких не видела, хотя из-за смешения рас мне приходилось встречать просто немыслимые оттенки глаз, волос и даже кожи. Кожа у данного индивида тоже была примечательной — не такая белая, как моя, но и не шоколадная, как у арта Поли, а скорее золотистая, немного мерцающая. Вскоре осознала, что откровенно любуюсь Марсом, и, приказав себе прекратить, приступила к работе.

На этот раз действительно было проще рассмотреть нити, исходящие от мужчины — не было помех от других пациентов, да и расслабленное состояние Марса помогало видеть всё чётче. Нить, которая меня беспокоила, отыскалась практически сразу. Я проследила за ней до потока, её выпивающего, потом ещё раз, и ещё… И такое я видела впервые. Понять, от какой части мозга отходит именно эта нить, не получалось. Поскольку рассмотреть ничего конкретного мне так и не удалось, я решила рассуждать логически. Он потерял память, значит, это вполне может быть нить воспоминаний. Но арт Поли говорил, что дело не только в этом, — выходит, он уже видел, что в сознании Марса произошли какие-то изменения? Только вот какие, лично я понять не могла.

— Лидия, — как будто очень далеко послышался голос мага, и я вынырнула из транса. — Ты что-то увидела?

— Да, арт Поли, — ответила, заметив, что мужчины уже закончили беседовать и теперь с интересом наблюдают за мной. — Пожалуй, нам стоит обсудить это наедине.

Арт Поли не был против, и тотчас попросил Марса оставить нас, поблагодарив за сеанс. Сам же пациент был явно недоволен тем, что от него что-то скрывают.

- Я умираю? — полным решимости голосом спросил он.

- Ну что ты! — тут же воскликнул старик. — С тобой всё будет в порядке!

- Тогда почему она не хочет говорить при мне?

То, что вопрос был адресован арту, а не напрямую мне, немного удивило, и мне почему-то вспомнились боевые маги южных лесов, которые не смотрели женщине в глаза и никогда не обращались к ней лично.

— Это исцелительские вопросы, дружок, — как маленькому начал разъяснять арт, попутно приобнимая Марса за плечи и ненавязчиво уводя в сторону двери. — Тебе будут непонятны термины, и ты можешь начать волноваться. Не переживай, тебе ничего не угрожает. Мы с коллегой просто посоветуемся.

Как только мужчина ушёл, арт нетерпеливо закрыл за ним дверь и тут же обернулся ко мне.

— Ты можешь нарисовать то, что видела? — неожиданно спросил он.

— У меня не очень хорошо с рисованием, — растерялась я. Мне проще было объяснить, или лучше всего показать всё моими глазами, но маг по каким-то причинам не захотел оставить Марса здесь, чтобы повторить совместный осмотр. Наверное, опасался, что может дать ему ложную надежду в исцелении.

- Ладно, попробуем иначе, — тем временем проговорил арт и взмахнул рукой.

Тут же посреди комнаты появилась потрясающе реалистичная иллюзия, полностью повторяющая внешний вид Марса. — Сможешь показать на нём?

Я поражённо осматривала иллюзию, обошла её по кругу, дотронулась. На ощупь совсем как человек. Удивительно! Никогда ранее я не видела такого точного и реалистичного повторения действительности. Обычные мороки лопались, едва их касалась рука, этот же даже рябью не пошёл, продолжая стоять на месте и пялиться в пространство перед собой.

— Смогу, — ответила арту и принялась указывать на точки выхода нитей. — Вот здесь, — я показывала, а он в этот же момент создавал иллюзорную нить в нужном месте, — словно истощена, но из неё силы не уходят, а вот тут, — я указала на очередную материализовавшуюся из воздуха полупрозрачную полоску, — активно идёт утечка, я только не могу определить, чего именно, но точно не магической энергии. — В этот раз мне удалось разглядеть ауру Марса лучше, и теперь я была уверена, что ни магию, ни жизненные силы, он не теряет. Это было что-то другое, только вот что?

- Уверена? — серьёзно спросил старик. Кстати, арт Поли не всегда выглядел как милый, чуть рассеянный старикан. Сейчас, во время работы, он был серьёзен и сосредоточен. Цепкий взгляд умных глаз внимательно следил за моими движениями и в точности воспроизводил виденную мной картину.

— Вот, теперь всё точно так, как у Марса, — заключила я, едва показала арту все нити и потоки.

Теперь перед нами стоял красноволосый мужчина с открытой аурой, для изучения которой не требовалось входить в транс. Маг же извлёк из ящика стола несколько книг и принялся воодушевлённо их листать.

— Арт Поли, — решилась прервать его я, — вы говорили, что у Марса проблемы не только с памятью. Что ещё вас беспокоит? — задала вопрос, едва маг уделил мне внимание. Просто на энергетическом уровне сейчас всё было не так уж страшно.

— Раньше, до того, как мы смогли просмотреть его с твоей помощью, я полагал, что проблема Марса с памятью не реальна, а вызвана психическим расстройством. Такое бывает, когда маг перенёс серьёзную травму и заставил себя забыть все ужасающие или печальные подробности своей жизни. Теперь же, когда мы можем увидеть поток, поглощающий нить его воспоминаний, я готов признать, что ошибался. — Арт велел мне подойти ближе и продемонстрировал древнюю книгу практически без текста. Там были изображены ауры, нарисованные от руки, энергетические поля

и нити. Над изображениями имелись мелкие приписки, расшифровывающие, какая нить из видимых за что отвечает. — Этот фолиант написал Ларе Геер, — пояснил маг, — и ранее я никак не мог понять, откуда у него на рисунке взялось столько нитей. Пока не встретил моего давнего знакомого, о котором говорил тебе сегодня. — Я припомнила, что арт действительно рассказывал про вампира с подобным моему видением. — Так вот, тогда я впервые понял, как Геер смог нарисовать это всё! Просто мы, человеческие маги, не видим всего того, что видите вы — помески с другими расами. — Я уже открыла рот, чтобы расспросить мага подробнее. Вдруг у меня получится узнать о себе хоть что-то? Но арт, заметив мой порыв, тут же пресёк его. — О тебе мы поговорим позже, Лидия. Сейчас о Марсе, — он снова повернул картинку ко мне. — Видишь, та нить, которую заметила ты, несёт именно воспоминания. — Я рассмотрела картинку, потом сверилась с иллюзией и кивнула. — Значит, проблема парня именно в этом, и я ошибался. Осталось лишь пресечь питание потока его воспоминаниями, и через несколько дней он вспомнит многое, а если ещё и помочь особыми эликсирами, то, возможно, и всё!

Голос мага выражал столько восторга и радости, что я невольно заулыбалась. Всё-таки невероятно приятно осознавать, что мы можем помогать людям.

— Но, как ты понимаешь, я этого сделать не смогу, — уже серьёзно сказал арт. — Не видя нити невозможно разорвать её связь с потоком. Тебе приходилось когда- нибудь делать подобное?

- Нет, — честно ответила я, — только на иллюзиях в школе.

— Отлично! Заодно и попрактикуешься, — улыбнулся маг. — Сейчас я отведу тебя на обед, с обходом, увы, не сложилось, — он нервно взглянул на часы, — ну ничего, проведём его вечером. После обеда буду ждать здесь.

После арт провёл меня до главного корпуса и отправил в столовую, велев не задерживаться. Старику, как и мне, не терпелось продолжить работу с Марсом.

Как оказалось, мы уже давно пропустили общий обед, и сейчас в корпусе почти никого не было. Столовая же и вовсе оказалась пустой, за исключением напевающей что-то весёлое поварихи, которая с радостью водрузила на мой поднос тарелку с кашей, несколько булочек и стакан чая. Ела я в задумчивости и волнении. Задумчивость была вызвана открывшимися подробностями моего происхождения. А волнение — предстоящей операцией. И если со вторым я постараюсь справиться, всего-то нужна полная концентрация и точность, то с первым придётся поломать голову.

Появились вопросы, которые хотелось поскорее обсудить с Рией. Это и новости о моём кошмаре, в котором, как оказалось, все эти годы фигурировала Обитель, и догадки о родстве с нечеловеческой расой, и подозрения о сокрытии моего дара с помощью заклятья. Ну и, конечно, мне очень хотелось проверить свои догадки и попробовать открыть тайный ход за камином.

Доела обед, даже не почувствовав вкуса каши, и быстро направилась обратно в своё отделение, по дороге вспоминая всё, что знаю о разрыве нитей, питающих поток. Знала я многое — в теории, на практике же никогда не использовала. В лечебнице нам не позволяли проводить такие операции, ведь одно неверное движение — и можно не только не помочь, но и навредить пациенту. Но то раньше, когда я была простой школьницей. Теперь же пришло время практики, для того мы и здесь. Нужно сказать, что в Обители мне нравилось, я отчётливо чувствовала родство с этим местом. Казалось, что каждый уголок здесь был знакомым.

До кабинета добралась очень быстро, казалось, даже не глядя на дорогу, и, постучав, открыла дверь.

- Ты быстро, Лидия, — слегка улыбнулся арт. — Не терпится попрактиковаться?

- Да, арт Поли, — решительно ответила я.

Марс уже был здесь и полулежал на кушетке. Он смотрел на меня настороженно и явно нервничал. Арт Поли извлёк из кармана мантии небольшой пузырёк с мутной жидкостью и протянул его мужчине:

- Выпей, — попросил он. — Для того, чтобы Лидия смогла помочь, ты должен быть расслаблен.

- Меня будет лечить женщина? — недоверчиво спросил Марс.

- А что тебя удивляет? — ухмыльнулся маг, — Лидия — магиня, исцелительница, она профессионал и, уверяю, не сделает ничего дурного.

Я удостоилась ещё одного сурового взгляда. На этот раз его недоверие смешалось с недоумением.

- Женщина не может лечить, — проговорил он, — женщина должна давать жизнь, а не спасать её. Биться за жизнь — обязанность мужчины, но не женщины. — Очередная фраза, наталкивающая на мысль о том, что Марс относится к подкасте боевых магов.

Я закашлялась от возмущения. Что за патриархальные наклонности? Теперь мне хотелось поскорее доказать этому образчику мужской харизмы, что женщины могут всё, что угодно!

- Не нервничай, — тут же проговорил арт Поли, — я буду контролировать процесс, от тебя требуется лишь спокойствие и расслабленность.

Марс ещё раз посмотрел на меня и с какой-то обречённостью выпил содержимое пузырька залпом, больше не удостаивая меня вниманием.

- Пять, четыре, три, два, один… — спокойно посчитал арт Поли. — Ну вот, можешь приступать, он не проснётся до заката.

- Вы дали ему сонное зелье? — спросила я, даже не знаю зачем. Хотя и так всё было ясно, потому что сразу после произнесённого «один» мужчина обмяк и стал глубоко, размеренно дышать.

- Чтобы избежать неожиданностей. Приступай.

Я уселась рядом с Марсом на вторую кушетку и, сосредоточившись, вошла в транс. Арт Поли, устроившийся рядом, присоединился ко мне и сейчас смотрел моими

глазами.

Мир снова заиграл разноцветными красками, шум парка за окном отделился и стал еле слышным, свет вокруг как будто погас, оставляя только радужные переливы ауры Марса. В сознании арта Поли отчётливо ощущался восторг и интерес, что придавало уверенности и невольно заставляло гордиться собой. Пусть я буду помеском с другой расой, плевать, если из-за этого у меня появляется больше возможностей помогать людям!

Поток пил жадно, словно никак не мог насытиться, нить становилась всё тоньше и тоньше, тая на глазах. Я приложила все усилия для того, чтобы подцепить именно её. В умении захватить только нужное и заключается основная сложность прерывания связи нити с потоком. Ведь если случайно во время разрыва задеть другую нить, то можно лишить мага чего-то важного, или даже убить. Сконцентрировавшись, я подхватила её магическим арканом. Несколько раз проверила, чтобы не захватить лишнего, и резко, изо всей силы дёрнула на себя, словно вырывая зуб. Аркан натянулся лишь на мгновение и прошёл сквозь неё, как нож. На ауре Марса отразилась красная болезненная вспышка и тут же погасла. Моя работа была окончена.

- Превосходно, — едва я выдохнула, похвалил маг, — тебе даже подсказывать не пришлось, — и он покинул моё сознание. При этом его собственное наполняли удовлетворение и гордость, похоже, за меня. Я тоже поспешила выйти из транса.

- Теперь с ним всё будет хорошо?

- Думаю, да, — ответил арт Поли. — В любом случае, нужно дождаться заката и осмотреть его снова, когда он очнётся.

- Значит, нас ждёт обход? — радостно спросила я.

— Да, впереди ещё несколько часов интенсивной работы! — подтвердил арт. Я вскочила, намереваясь последовать за магом, но голова неожиданно закружилась, а ноги стали ватными.

«Узнай своё имя, дитя», — едва я закрыла глаза, настойчиво потребовал голос кристалла в голове. Я упала на кушетку, не в силах совладать с внезапным головокружением, а перед глазами по-прежнему был кристалл с памятного алтаря, продолжающий повторять одно и то же.

— Лидия, — словно через стену донёсся до меня голос арта. Я почувствовала прикосновение холодных пальцев к своим вискам и прилив чужеродной магии. Арт пытался помочь мне, но я отчётливо чувствовала, что его магия исцеления не проходит в меня.

— Что-то не так, — пересохшими губами прошептала я. Арт ещё несколько раз попытался влить в меня свою силу, но легче не становилось. Однако, чем больше магии он тратил, тем ярче загорался кристалл, который продолжал стоять перед глазами. И я окончательно перестала понимать, сон это или реальность.

В себя я пришла в том самом кабинете с кушетками, окутанная коконом из нитей магии исцеления. Арт Поли был здесь, он сидел за столом и при свете керосиновой лампы что-то писал.

— Очнулась? — не отрывая взгляда от записей, спросил арт.

— Что произошло? — недоумённо поинтересовалась я, осознав, что за окном уже темно. Первой моей мыслью было, что я опоздала! — Арта Локс уже улетела?

— Какое разнообразие в вопросах, — усмехнулся маг. — Анна Локс уже в пути более часа, — он снова прочёл мои мысли и ответил на самый важный из заданных вопросов. Я опоздала. Моё письмо, написанное для Дианы, так и осталось лежать в кармане рубашки. — А вот по поводу произошедшего я сам теряюсь в догадках… Как часто ты чувствуешь подобные недомогания, Лидия?

Я постаралась припомнить все моменты дурного самочувствия и поняла, что подобное испытывала лишь трижды.

— Впервые мне было так плохо, когда пробудился дар, и несколько раз уже здесь, в Обители, — задумчиво ответила я, обратив внимание, что арт продолжал водить пером по бумаге.

— Что значит «пробудился дар»? — по-прежнему не отрываясь от записей, спросил он. Его удивление в этот момент выражалось только слегка приподнятой бровью.

- Я не знала о том, что обладаю магическими способностями, до четырнадцати

лет.

После этого откровения арт наконец-то оторвался от письма и внимательно

посмотрел на меня.

— Такого не может быть, младенцы не контролируют выбросы силы… Если только… — маг задумался о чём-то, мне непонятном, и, видимо, пришёл к какому-то заключению. — Лидия, расскажи мне подробнее о себе.

Я рассказала, как попала в сиротский дом, как росла там, и о том, как впервые почувствовала силу дара исцеления. Рассказ занял довольно много времени, потому что арт Поли постоянно задавал уточняющие вопросы и периодически делал пометки на своём листе, что раздражало и настораживало. Странное чувство, что я пациент, который беседует с профессиональным исцелителем, не покидало.

— А повторные обмороки начались по приезде сюда? — после окончания моего рассказа спросил старик.

- Да, сразу как спустилась с дракона и сейчас.

— Удивительно, — проговорил он и замолчал, оставляя меня терзаться любопытством. — Ты сплошная загадка, дорогая, и уверен, что тот, кто скрыл твою магию, не хотел, чтобы её разгадали.

— Арт Поли, — немного подумав, я решилась поделиться волнующими переживаниями, — я подозреваю, что мою магию скрыли заклятьем, подобным тому, которое вы применяете к пациентам. — В конце концов, с кем, как не с опытным магом, можно обсудить подобный вопрос.

- Всё возможно, Лидия, всё возможно, — задумчиво проговорил маг, — но едва ли это могло быть именно то заклятье, ведь его не знает никто, кроме меня, да и ранее, судя по записям Геера, им пользовался только он.

- Значит, это что-то подобное.

— Меня всё же больше волнует твое самочувствие, — сменил тему маг, — как тебе Обитель? — вопрос был неожиданным и казался неуместным в контексте разговора.

- Она прекрасна, и здесь очень уютно.

— У тебя появились какие-то особые ощущения в этом месте? — продолжал он допрос.

Ещё как появились! Я же увидела свой кошмар наяву! Это даже не особые ощущения, а взрыв мозга в буквальном смысле. Но арту о моих снах знать не обязательно, он и так смотрит на меня с каким-то странным научным интересом, как на очередной объект для исследований.

— Здесь я хорошо спала и само место кажется очень знакомым, как будто я бывала в Обители раньше, хотя никогда даже изображений её не видела, — ответила я. В принципе, сказала правду, всего-то умолчав некоторые подробности. Арт тем не менее кивал в такт моим словам, будто понимал, о чём речь и чем вызваны мои чувства.

- Я расскажу тебе немного об этом месте, — уместив руки на столе, сказал арт Поли. Порадовало, что он наконец отложил бумаги и теперь смотрел исключительно на меня. — Обитель — не просто лечебница. Это древний замок, пропитанный силой своих создателей. Видела защиту, окутывающую стены? — я быстро кивнула, жадно вслушиваясь в каждое слово. — Так вот: эту защиту нужно питать, причём питать постоянно, как и сам замок. Без магической подпитки он уже давно стал бы грудой развалин, но пока получает магию своего хранителя, остаётся цел. Хранителем Обители сейчас являюсь я, — пояснил маг. — И из-за этого у меня есть определённая связь с замком. Я всегда знаю, куда идти, где найти то, что больше всего нужно, и даже вижу каждого, кто находится внутри и на территории замка.

Но, видишь ли, Лидия, сегодня, после нашей совместной работы, с магическим полем замка что-то произошло, и он по какой-то причине стал брать силу у тебя. Я уверен, что именно с этим связано твоё плохое самочувствие. Всё-таки подпитка столь огромной территории проходит бесследно лишь для хозяина замка, коим по всем бумагам являюсь я.

До меня медленно, но верно доходило сказанное. Я знала: чтобы сохранить такие древние постройки, их необходимо подпитывать. Обычно дом питается от хозяина, не причиняя ему дискомфорта. Здесь хозяин — арт Поли, а замок почему-то решил подпитаться мной?

— Может, это из-за того, что вы открыли для меня своё сознание? — предположила я.

— Скорее всего, так и есть, — согласился арт, — но не волнуйся, я уже прервал твою связь с потоком, питающим Обитель, и даже поставил блок, чтобы при следующем слиянии наших сознаний подобное не повторилось.

- Спасибо.

Всё же это жутко и неприятно, когда твою магию вдруг начинает пить древняя постройка, являющаяся тебе в кошмарных снах.

- А вот с тайной твоего происхождения мы можем поработать, — улыбнулся маг.

- Вы способны выяснить, к каким расам принадлежали мои родители? -

— Вы способны выяснить, к каким расам принадлежали мои родители? — переспросила я.

— Мы можем попробовать выяснить это вместе. Проведём некоторые исследования, проверим твою кровь, можем попробовать вернуть первые воспоминания после рождения с помощью гипноза… — воодушевлённо вещал маг, а я осознала страшное: он хочет, чтобы я стала пациентом. И если сейчас я соглашусь, а соблазн очень велик (всем хочется знать свои корни), то уже никогда не стану в глазах арта исцелителем! Я всегда буду пациентом под порядковым номером, в голове которого будут копаться, на котором будут ставить опыты и изучать.

— Нет, — выдохнула я. По лицу арта прошла волна раздражения, быстро сменившись привычным благодушным выражением. — Откровенно говоря, я совсем не хочу узнать, кем были мои родители, — беззастенчиво врала я, — мне плевать на то, что было раньше. Я маг, видящий гораздо больше потоков, чем остальные, а значит могу принести больше пользы. Я приехала сюда, чтобы помогать людям, а не копаться в тайнах своей крови. Простите, арт, но мне это неинтересно.

Проговорив всё это, я стремительно отвела взгляд, чтобы не выдать своего вранья. Маг был явно разочарован, что не сможет покопаться в очередной загадке, но возразить мне не мог. Заставить человека проходить процедуры и участвовать в исследованиях без серьёзных на то причин невозможно.

- Хорошо, Лидия, — погодя ответил он, — это твоё право, но если желание

возникнет, я рад помочь.

— Что с Марсом? — поспешила перевести тему, не желая продолжать этот странный разговор. — Вы говорили с ним?

— Да, он в порядке. Пока ничего толкового не вспомнил, но чувствует себя лучше, и нужно, чтобы его осмотрела ты. Я не могу сам просмотреть место разрыва в силу отсутствия твоей способности видеть.

- Мы можем сделать это сейчас?

— Боюсь, что уже поздно, — взглянув на часы, ответил арт Поли. — Уже давно миновала полночь, и Марс, как и всё наши гости, спит. И тебе пора вернуться к себе.

Действительно, на часах уже было около двух ночи. Я только сейчас осознала, как долго пробыла в забвении. Такого со мной ещё не было, и это пугало. Нужно разобраться с тайной этого замка, и поскорее, иначе так и умереть можно.

Арт Поли провёл меня до самой комнаты и разрешил завтра встать немного позже. А я всю дорогу размышляла о том, как попасть в тайный ход у камина. Мне определённо нужно понять, реален тот кристалл или нет, хотя я и была почти уверена в первом. Вспомнилось, как всё ярче становился его свет, когда маг пытался исцелить меня. Почему-то подумалось, что кристалл и есть то нечто, которое питает замок магией, предварительно вбирая её в себя.

В комнате было темно и прохладно. Умывальня порадовала тёплой водой, и я с удовольствием улеглась на мягкую постель. Думать не хотелось, всё-таки магическое истощение — штука не особо приятная. Даже не поняла, в какой момент провалилась в сон, снова очутившись перед кристаллом.

- Моё имя не изменилось, — предвещая вопрос странного алтарного камня, сообщила я.

- Ты его не узнала, — бесцветно ответил кристалл. — Просмотри Обитель, дитя, я жду тебя, — посоветовал нечеловеческий голос, и сон просто закончился. Впервые это произошло вот так, без землетрясения, дикого вопля или ослепляющего света.

Я была поражена настолько, что даже проснулась. Сердце бешено колотилось, как после быстрого бега, ладошки вспотели, а в душе поселился ужас, хоть ничего страшного не произошло.

- Нет, с этим точно нужно что-то делать, — пробормотала я себе под нос и постаралась уснуть снова.

ГЛАВА 5

Проснулась я, что и неудивительно, ещё до рассвета. Всё-таки несколько часов вчера проспала в магическом коконе, который неплохо восстанавливает силы. Да и кошмар не особо побеспокоил. Но вставать ещё было рано, поэтому я планировала просто поваляться в постели. Но едва открыла глаза, увидела знакомую Пушинку. Крылатая женщина зависла надо мной и, сложив крошечные ручки на груди, наблюдала.

- Ну ты и соня! — звонко воскликнула она.

- Ещё даже не рассвет, — сонно возмутилась я.

- А хозяйка всё равно должна вставать раньше всех! — пропищала малышка.

- Вот хозяйка пусть и встаёт, — заявила я и перевернулась на бок, решив попробовать ещё немного поспать. В тот же момент над ухом бойко застрекотали крылья подлетевшей Пушинки.

- Странно, а я думала, ты хозяйка, — отчётливо прозвучало совсем близко. Я начала раздражаться.

- Хозяйка чего?

- Обители! Вчера здесь всё твоей магией пропиталось! Сама посмотри! — и малышка бодро полетела к окну, призывая меня следовать за ней. Из-под одеяла вылезать не хотелось, но стало любопытно, что же особенного хотят показать мне в такую рань.

Подошла к окну и резко распахнула створки. Одно окошко было приоткрыто

всю ночь, видимо, через него и пробралась моя незваная гостья. Я тут же взяла себе на заметку, что окно на ночь лучше закрывать.

В комнату сразу ворвалась утренняя свежесть и ароматы просыпающегося сада, а я онемела, разглядывая преображение оного. Сад и раньше был потрясающим, но за эту ночь он словно наполнился красками: теперь здесь цвело абсолютно всё! Даже те деревья, которые я считала не цветущими, покрылись разноцветными бутонами. И по всему саду разносились переливчатые блики магической защиты. Странно, мне казалось, что она была белой, а сейчас отражались и синие, и алые всполохи.

- Какая красота, — прошептала я, когда дар речи вернулся.

- И это всё ты, — рассмеялась Пушинка.

- Я? — недоверчиво переспросила, совсем не понимая, при чём здесь я. Явно ведь вчера ботаникой не баловалась. И уж точно не выращивала цветы на деревьях.

- Не будь глупой! Твоя магия пришла в Обитель и начала оживлять её! Скоро всё станет совсем как раньше, — малышка мечтательно закатила глазки.

И тут до меня дошло, что она имеет в виду. Неужели это произошло после того, как замок случайно подпитался от меня?

- Подожди, то есть это всё нормально? — подозрительно поинтересовалась я, указывая на покрытый белыми цветами дуб. Появилось подозрение, что моя магия нанесла Обители вред и вызвала вот такие аномалии.

- Конечно нормально! Ларе Геер лично вывел все деревья и кустарники в этом саду с помощью магии, здесь всё должно цвести! Его супруга обожала цветы.

- То есть так должно быть?

Теперь вообще ничего не складывалось. Значит, моя магия не навредила, а наоборот привела всё в должный вид?

- А почему тогда вчера было не так? — задала резонный вопрос.

- Питание Обители заточено под определённый вид магии рода Геер, и после смерти последнего из них парк утратил своё волшебство, перестав получать подпитку нужной силой. Поли — сильный маг, но совсем обычный! Его силы хватает на то, чтобы укрепить стены, заставить расти деревья, поддержать существование наших кустов, но не вдохнуть жизнь в Обитель!

Голова почему-то закружилась, и я предусмотрительно опустилась в кресло. Возможно, это от переизбытка мыслей и информации, но мало ли. Немного подумав, я озвучила образовавшийся в голове вывод:

- То есть моя магия такая же, как у этого вашего Геера? — Пушинка радостно закивала и снова захихикала. — Но я всё равно не хозяйка, — поспешила добавить я. А то мало ли, какие у них тут обязанности. Пушинка почему-то печально вздохнула. — Моя магия попала в Обитель случайно, — начала оправдываться, — этого больше не повторится!

- Как не повторится?! — буквально взвизгнула малышка. — Значит, они исчезнут?!

- Кто «они»? — терпеливо поинтересовалась я.

- Лиграны!

- Здесь водятся лиграны? — совсем уж недоверчиво переспросила. Эти маленькие разноцветные змейки перевелись на нашей земле уже давно. Их и было-то не очень много, но после того, как стало известно, что их яд — чистейший эликсир вечной любви, а кожа не пропускает даже драконье пламя, их число очень быстро достигло нуля.

- Конечно есть! Ты их возродила, бестолочь! И если твоей магии больше не будет, то и их тоже! — наорала на меня Пушинка и, обиженно засопев, отвернулась. А я помчалась умываться, на ходу хватая одежду. Лиграны! Да я просто обязана увидеть это собственными глазами!

Через несколько мгновений я, набросив на плечи плащ, выбегала из комнаты. Пробежала по пустынным коридорам спящей Обители, быстро спустилась по лестнице и выскочила во внутренний двор. Здесь было тихо, только изредка всхрапывали лошади в стойлах, да чирикали ранние птички. Пронеслась мимо хозяйственных построек и, распахнув кованые ворота, ворвалась в сад, наполненный ароматами и голосами певчих пташек. Пушинка неожиданно снова оказалась рядом, чему я несказанно обрадовалась.

- Показывай! — воодушевлённо велела я, и малышка двинулась вперёд, увлекая меня за собой.

Видеть вокруг цветущие осины, дубы, тополя и даже ели было странно, но очень красиво. Сад стал по-настоящему сказочным. Он словно ожил, и казалось, что каждое дерево и травинка поют, радуясь новому дню. Мельком отметила, что защита всё же изменилась, и разноцветные всполохи мне не померещились. Она действительно переливалась насыщено-синим, алым и даже изумрудным.

- Вот они! — пискнула Пушинка, указывая пальчиком вниз. Опустив взгляд, увидела огромный трухлявый пень, покрытый серебристо-зелёным мхом, у корней которого расположилось гнездо настоящих лигранов! Змейки были совсем малюсенькими, с вытянутыми, похожими на копья головами, и очень яркими. Такая окраска обычно характерна для ядовитых змей, но чем не яд эликсир вечной любви? Тельца лигранов были покрыты яркими полосками всех цветов радуги.

- Потрясающе, — прошептала я, позволяя одной из малышек заползти на мою руку, — у них даже крылышек ещё нет.

- И не будет! Если ты передумала подпитывать Обитель своей силой, — проговорила Пушинка. Мне же вот пока совершенно не верилось, что это всё сделала я.

- Ну ничего себе! — послышался мужской голос сверху. Я резво обернулась и увидела невесть откуда взявшегося Кима. — Я подозревал, что здесь полно всего интересного, но чтобы такое…

Парень, как и я, опустился на корточки и усадил на свою ладонь миниатюрную змейку.

- Подумать только, настоящие лиграны.

- Привет, Ким, — улыбнулась я. До подъёма было ещё много времени, и появление в саду кого-то, кроме меня, удивило. — Что ты здесь делаешь?

- Мне не спится, — ответил друг, любовно поглаживая лигранчика. Почему-то подумалось, что он всё ещё переживает из-за распределения. А Пушинку, кстати, при появлении рыжего как ветром сдуло. С чего бы это? — А ты? — вырвал из раздумий вопрос друга.

- Тоже не спится. Захотелось осмотреться, а то вчера времени не было.

- Да вчера здесь и не было настолько удивительно, — улыбнулся Ким.

- Правда? — с напускным удивлением спросила я. Просто пока не планировала кому-либо рассказывать о своей причастности к метаморфозам Обители.

- Да, ели вчера точно не цвели. Но мне говорили, что здесь может произойти всё что угодно… Тебя вчера не было ни на ужине, ни на обеде, мы волновались.

- Заработались с артом Поли, — уклончиво ответила я, — совсем забыла про еду.

- Значит, отделение тебе нравится, — как-то грустно улыбнулся друг. — Хорошо, что хоть кому-то так повезло.

— Брось. У тебя хорошее отделение, ты просто изначально выбирал неверный путь. — Мы отпустили змеек и, поднявшись, побрели в сторону корпуса.

— Я знаю, чего хочу, Ли, и, как я уже говорил, сделаю всё, чтобы получить это, — решительно заявил Ким. — Тем более этот сад располагает к медитациям.

— Так вот что ты здесь в такую рань делаешь, — улыбнулась я. Он кивнул, решив не скрывать очевидного.

- Ну и заодно знакомлюсь с местной живностью, так же, как ты.

Мы дошли до входа в Обитель, и я остановилась, почувствовав что-то странное. Это было похоже не транс при работе, когда ты явственно ощущаешь чьё-то присутствие. Только вот ощущалось оно не в моём сознании, как при просмотре ауры, а так, будто кто-то вторгся на мою территорию.

Я никак не могла понять, что же это, но ноги сами просились бежать к отделению исцеления душ.

- Идём, — поторопил Ким, распахнув передо мной дверь.

- Кажется, мне нужно не сюда, — растерянно произнесла я и, не говоря больше ни слова, доверилась собственным ногам и пошла неизвестно куда. Ноги вели вглубь парка — туда, где деревья становились больше и тенистее, где вместо разноцветных цветов господствовали сочные высокие травы, а певчие птицы сменились вездесущими белками, копошащимися в кронах.

Присутствие по-прежнему ощущалось, и чем ближе я подходила к нужному крылу, тем явственнее оно становилось. Я так и не дошла до входа, обратив внимание на неуловимое движение в кустах черёмухи.

- Кто там? — остановившись, спросила я. Если сад перед главным входом выглядел волшебно и радостно, то эта его часть больше походила на чащу из детских сказок. В таких обычно обитают злые колдуньи и страшные чудища. Ответа не последовало, и я, подчинившись ногам, вошла в заросли. Миновав стену из кустарника, вышла к небольшому ручью, берега которого были выложены белыми камнями, и остановилась, увидев мужчину, сидящего на одном из них.

- Марс? — растерянно проговорила я, — что ты здесь делаешь?

Красноволосый бросил на меня быстрый взгляд и снова уставился на воду, в

которой плавали несколько крупных рыбин.

- Моё имя не Марс, — тихо ответил он. — Чего ты хочешь, женщина?

Это было очень странно. Он говорил со мной, но не смотрел, целиком посвятив своё внимание рыбам. Ещё более непонятным было то, что чувство присутствия кого- то чужого в моём личном пространстве исчезло, едва я приблизилась к мужчине.

Разве могла я чувствовать его? Едва ли… Хотя в этом месте всё кажется до невозможности странным.

Я подошла ближе и устроилась на соседнем камне.

— Я хотела узнать, как ты себя чувствуешь? — спросила, тем временем входя в транс сканирования ауры. Пока красноволосый собирался с ответом, я уже просматривала нити, которые сегодня выглядели гораздо лучше, и потоки, которые теперь питали Марса, а не пили его.

- Я хочу покинуть это место, но ваша защита не пускает.

Такая откровенность немного сбила с толку, и я поспешила выйти из состояния отстранённости. Теперь появилась мысль, что я могла почувствовать не просто присутствие Марса в парке, а скорее его попытку покинуть Обитель.

— Ты ещё нездоров. Арт Поли отпустит тебя, как только мы убедимся, что с тобой всё в порядке, — проговорила, осторожно подбирая слова. Всё-таки я не знаю, что у него в голове, возможно, он опасен. Радовало лишь то, что у него нет магии.

— Я здоров, женщина! Твой маг лишил меня сил, и я вынужден сидеть здесь, как в тюрьме!

Злость в его глазах, которые хоть на мгновение, но удостоили меня взглядом, вызвала раздражение. Как он может так говорить? Да если бы не мы, он так и скитался бы по миру, не помня себя, и очень скоро бы погиб от магического и физического истощения!

— Сейчас тебе лучше вернуться в комнату и дождаться обхода. Арт Поли опытный исцелитель, и если он решит, что тебя можно отпускать, ты узнаешь об этом первым, — холодно проговорила я, поднимаясь.

— Ты не понимаешь, женщина! — прорычал Марс, вскакивая с камня. — Сейчас я должен быть в другом месте, и чем скорее, тем лучше! — он буквально нависал надо мной. Сильный, красивый и невероятно злой. — Выпусти меня!

Я чуть не задохнулась от возмущения и внезапно вспыхнувшего страха. В голове билась только одна мысль: с психически неуравновешенными нужно говорить спокойно и тихо, чтобы не раздражать их ещё больше. Поэтому делаю вид, что мне ни капли не страшно, умещаю руки на груди мужчины, успокаивающе поглаживаю и очень тихо говорю:

— Я просто маг-исцелитель, я не могу снять защиту и выпустить тебя, но арт Поли может, и уверена, после обхода именно это он и сделает, — я говорила, стараясь не смотреть ему в глаза и продолжая поглаживать, добавляя немного успокаивающей магии. И он расслабился.

Я почувствовала, как под моими руками расслабились мышцы, а Марс глубоко вдохнул. Подняв взгляд, увидела странное: он неотрывно следил за моими руками, словно не веря в то, что они действительно там. После накрыл мои ладони своими и, осторожно убрав их с груди, молча развернулся и пошёл в сторону корпуса. Я так и осталась стоять, глядя вслед удаляющемуся мужчине.

Странный он, и утро странное. А ещё снова накатило какое-то чувство опустошённости, и я опустилась на камень. Но подумать спокойно не удалось, потому что над Обителью раздалась знакомая уже мелодия, символизирующая начало нового дня. Я поднялась и побрела к главному корпусу. Не хотелось, чтобы кто-то заметил моё отсутствие.

— Лидия! — окликнула Рия, едва я поднялась на третий этаж. — Где тебя носит в такую рань? — она высунулась из своей комнаты и ждала, когда я подойду к ней. Я не раздумывая направилась туда: всё равно спать уже поздно, оделась и умылась я давно, а вот по Рие успела соскучиться. Всё же мы много лет жили вместе, и теперь одиночество было непривычным.

— Ух ты! — едва я подошла, воскликнула подруга. — Когда они успели стать такими?

— Кто «они» и какими «такими»? — меланхолично спросила я, входя в её комнату.

- Твои волосы!

Подбежав к столу, Глория схватила зеркало, чтобы сразу протянуть его мне. Я приняла небольшую отражающую пластину и всмотрелась в своё изображение.

— Ничего себе, — немного ошарашенно проговорила, трогая изменившиеся волосы. Теперь моя синяя прядь стала в несколько раз толще и была отчётливо видна в собранных волосах, а с другой стороны появилась тоненькая, едва заметная прядка яркого изумрудного цвета.

- Да ты же трёхцветная! — улыбаясь, воскликнула Рия.

— Сама в шоке, — пробормотала я, продолжая пялиться на новую насыщеннозелёную прядь.

— Всё, хватит таращиться, — подруга выхватила у меня зеркало, — садись и рассказывай. Я хочу знать всё! — на меня уставились немигающим взглядом, не терпящим отказов и возражений.

— Да тут такое дело… — смущаясь, начала я, — У меня, оказывается, магия странная.

Следующие минут двадцать я рассказывала Рие про вчерашний день, в частности о Марсе и Обители, которая успела испить моей силы. Также поведала о гостиной в точности как та, что снится мне в кошмаре, и о планах найти тайный ход.

— Вот это да! — воскликнула она, с жадностью выслушав всё. — Когда пойдём искать ход?

— Я собиралась попробовать сегодня ночью, — честно ответила ей, — нужно поскорее с этим разобраться. Но, наверное, лучше мне сделать это одной.

- Я иду с тобой! Не обсуждается!

Как я ни старалась переубедить подругу, мне это не удалось. Уже спускаясь к завтраку, мы договорились встретиться после заката в моей комнате и отправиться в отделение вместе.

Во время еды Рия неустанно рассказывала о своём новом наставнике. Арт Эдсон произвёл на подругу неизгладимое впечатление, и мне даже показалось, что Рия слегка влюбилась. Чувствовал неладное и Ен, бывший парень моей неугомонной соседки, и, видимо, поэтому постоянно бросал на неё злые взгляды.

- Ким ждал тебя вчера на обеде и на ужине… — словно невзначай заметила Рия.

- Мы виделись с ним сегодня. Кажется, он медитирует в парке по ночам.

— Совсем парень извёлся. И из-за распределения расстроен, и ты ему покоя не даёшь.

- Между мной и Кимом ничего нет и не будет. Давай закроем эту тему.

Рия, хоть и была болтушкой, о рыжем говорить перестала, снова погрузившись в рассказ об арте Эдсоне, который очень умный, способный и прекрасный учитель. Откровенно говоря, её догадки о симпатии Кима ко мне казались неверными. Я слушала, радуясь возможности отвлечься от своих собственных мыслей, но перед глазами то и дело всплывал образ Марса, с недоумением смотрящего на мои руки. Не могу понять, что в моём поведении его так удивило или даже оскорбило? Эх, если бы мы только могли получить ответы на все свои вопросы, жизнь была бы гораздо проще.

После завтрака мы все снова разбрелись по своим отделениям. Сегодня я шла в отделение без арта Поли. Во внутреннем дворе было подозрительно много народа, толпящегося у одной из построек, там же обнаружился и мой наставник.

— Лидия! — окликнул он, едва меня увидел, и я поспешила к скоплению жителей замка. — Ты видела преобразования сада и самой Обители? — как только я подошла, спросил он.

— Да, арт Поли, я не думала, что так получится, извините, — начала оправдываться по старой привычке из сиротского дома.

— Что ты! Ничего дурного не произошло, — тепло улыбнулся маг. — Напротив, я счастлив видеть это место таким, каким увидел впервые.

- Раньше Обитель была такой?

— Когда я пришёл сюда в первый раз, семнадцать лет назад, всё было очень похоже на то, что мы видим сейчас. Потом некоторое время я занимался покупкой этого замка у короны, так как наследников у его хозяев не было, и восстановлением его статуса лечебницы. За те несколько лет сад стал тускнеть, как и защита, но как только Обитель приняла меня хозяином, я начал вливать в неё свои силы. И всё же они оказались не такими, как магия Геера, и многое из сотворённого им здесь просто исчезло. Сейчас же я поражаюсь, глядя на преображения вокруг! И, вижу, ты уже догадалась, что причина их — твоя магия. Мы обязательно поговорим об этом сегодня, — снова улыбнулся он. — А обход будешь проводить вместе с артом Колинсом, я должен встретить гостей.

- Гостей? — растерянно переспросила я.

- Да. Сегодня к нам прибудут дети, которые станут обучаться при Обители.

- А, ваша собственная школа, — поняла я.

— Совершенно верно, дорогая. Так что ступай, Лью уже ждёт тебя, — арт на мгновение замолчал, словно прислушиваясь к себе, и добавил: — Ждёт во дворе.

— Хорошо, — проговорила я и направилась прочь, попутно отметив, что арт всё-таки чувствует расположение людей в Обители. Интересно, у него это происходит так же, как у меня сегодня утром? Хотя скорее нет, он ведь точно смог определить именно арта Колинса, а я понятия не имела, чьё присутствие ощущала. Ещё я никак не могла поверить, что изменила сад и сам замок. Выходит, этот Геер

тоже был не совсем человеком, раз наша сила настолько схожа? Обязательно нужно узнать о нём побольше. Уже дойдя до памятного куста черёмухи, вспомнила, что не поговорила с магом про Марса. Всё же его странное поведение требует внимания арта Поли.

Едва приблизилась к корпусу, увидела расхаживающего по двору арта Колинса и поспешила к нему.

- Доброе утро, арт!

— Доброе, Лидия, можно просто Лью, — улыбнулся маг. Хотя было ощущение, что Колине чем-то обеспокоен, и улыбка никак не вязалась с серьёзностью в его глазах.

— Я не привык, чтобы меня называли артом, всё-таки я исцелитель, а не наставник.

- Хорошо, Лью, — покладисто согласилась я.

— Сейчас все жители отделения в своих комнатах и ждут обхода, поэтому поспешим, — быстро проговорил он и, чеканя шаг, направился в корпус. Мы поднялись на третий этаж и двинулись по коридору. Примечательно, что и двери здесь были точь в точь такие же, как наши, и даже надписи на них отличались лишь именами.

На первой двери, в которую мы постучали, красовалось имя «Трой». Наверное, это тот второй мужчина, которого я видела вчера. Но вот голос, который ответил, показался очень знакомым. Войдя, я поняла, что не ошиблась и действительно знаю этот голос, потому что в комнате находился Марс.

— Доброе утро, Трой, — проговорил Лью. Затем открыл свою папку и извлёк стандартную анкету для опроса пациента, заполнением которой сразу и занялся. А я просто слушала и наблюдала за… Троем. Так, значит, его зовут?

— Вы вспомнили своё имя? — спрашивал Лью. Он в отличие от арта Поли обращался к пациентам на вы, да и терминов лечебниц не чурался. Красноволосый кивнул и произнёс:

- Моё имя — Трой Голдштейн.

— Как графство Голдштейн? — не сдержав любопытства, спросила я. Тут же удостоилась раздражённого взгляда коллеги, а вот Трой на меня даже не взглянул, тем не менее ответив:

- Я младший брат графа.

Значит, я не ошиблась с выводами, и он действительно представитель южных лесов, ведь именно там, на самом юге королевства, расположено одно из крупнейших графств — Голдштейн.

- Что ещё вспомнили? — наседал Лью. — Возраст? Причины потери памяти?

— Двадцать шесть лет, причин не помню, — меланхолично ответил Трой. А Марс ему, кстати, больше подходил. — Когда меня отпустят? — спросил он.

- Арт Поли должен связаться с вашими родными, чтобы вас забрали. После обхода я передам ему данные о вашем роде, затем он осмотрит вас лично, и, если всё будет в порядке, время вашего отбытия будет зависеть лишь от расторопности того, кто приедет за вами, — сухо, сдержанно и холодно ответил Лью.

Трой даже не стал наседать на него, как на меня утром, просто продолжил спокойно отвечать на вопросы. В конце маг просканировал его ауру и, удовлетворённо хмыкнув, повёл меня дальше.

— Просто поразительное исцеление, — едва мы вышли из комнаты, проговорил он. — Я исследовал этого парня с самого его появления, и ничего. А тут просто так, ни с того ни с сего, он всё вспомнил!

Из слов мага я сделала только один вывод — Лью не в курсе того, что произошло вчера, и не знает о моей причастности к исцелению Троя. Значит, арт Поли не рассказал ему. Причины, по которым маг это сделал, были мне непонятны, но раз он не стал афишировать случившееся, наверное, и мне не стоит.

На двери следующей комнаты было выведено причудливое женское имя, такое языколомательное, что я даже не смогла прочесть его до того момента, как перед нами распахнули дверь.

— Светлого утра, леди, — поздоровался Лью, опустив произношение имени, и я поспешила последовать его примеру. Снова всё повторилось: папка, анкета, стандартные вопросы, которые вскоре сменяются личными.

- Как ваши дела сегодня?

— Ужасно! — эмоционально отвечала леди. — Сегодня всю ночь по мне прыгали мерзкие пупырчатые лягушки!

- Как же так, мы ведь уничтожили их ещё два дня назад! — притворно изумился

маг.

- Нет-нет, они снова вернулись! Они хотят сделать меня одной из них!

Я слушала и не могла понять, в чём конкретно проблема этой леди. Было похоже, что на неё напустили морок, но в Обители это невозможно, да и слишком просто. Поэтому я перестала слушать и принялась сканировать её ауру. Едва увидев то, что творилось с женщиной на энергетическом уровне, я ужаснулась. И даже причина, по которой леди сюда попала, сразу стала понятной.

— Она выгорела? — шепотом спросила у мага. Тот посмотрел на меня слегка удивлённо, но кивнул.

— Она разрушила своё родовое имение боевыми заклинаниями, когда ей показалось, что оно наполнено лягушками, — шепнул он в ответ.

Лью продолжил опрос, а я с ужасом понимала, что помочь здесь ничем не смогу. Выгоревшие маги нуждаются только в постоянном вливании силы, которую ежедневно производят специалисты Обители, но это лишь временная мера. Аура этой женщины не желала больше накапливать магию, а чужую использовала лишь для поддержания её жизни. Для мага постоянное отсутствие силы в резерве — невыносимая мука. У одних на этой почве начинаются галлюцинации, другие просто замыкаются в себе.

Как мне после рассказал маг, над этой леди просто глупо пошутили. Она страдала буфонофобией, и её враг навёл морок на родовое имение, в которое леди приехала погостить. Она так испугалась, что разрушила всё, не оставив камня на камне, и, естественно, выгорела от такого количества боевых заклятий. Резерв у леди был маленький. После выгорания магия так и не вернулась, а страх остался до сего дня. Родные отказались от неё, потому что в приступах страха, когда её терзали кошмары, она бывала опасна. Здесь помочь могло только время и магическая подпитка. Конечно, с ней занимались, давали успокаивающие травы, но способа вернуть выгоревший дотла резерв ещё не придумали. На данный момент её муки можно было лишь облегчить.

У следующей женщины, к которой мы зашли, проблемы оказались куда менее серьёзными. Хотя на первый взгляд выглядела она совсем плохо. Хрупкая, растрёпанная, с мертвенно-белой кожей, она сидела на полу у стены, обхватив колени руками и раскачивалась, напевая себе под нос. Лью не проводил опрос, только осмотрел женщину, аргументировав это тем, что леди Тина ни с кем не говорила с тех пор, как попала в Обитель. Пела постоянно одну и ту же песню, но на вопросы не отвечала. Я же, просканировав молчунью, сразу осознала, что могу помочь.

Вообще я поняла, что могу справиться со многим из того, над чем разводят руками арты, просто потому что они этого не видят, а я вижу отчётливо. Их видение позволяет рассмотреть лишь магические и физические нити, я же вполне могу видеть ещё и чувства. Например, конкретно эта женщина пережила сильнейший испуг, что было отчётливо видно по её ауре, как и то, что самое страшное воспоминание в её жизни можно просто вырезать из нити памяти. Я не стала говорить этого Лью, решив посоветоваться с артом Поли. Лью же говорил, что причины, почему эта женщина перестала говорить и стала такой, пока не выявлены.

Третьей пациенткой женского пола оказалась ещё одна выгоревшая молодая магиня. С боевыми магами часто случается выгорание, но проблема конкретно этой девушки была в том, что после того, как во время магического турнира у неё иссяк резерв, она продолжала борьбу за счёт старинного артефакта силы. А использование артефактов, тем более древних, без специальных знаний очень опасно. Уверена, магиня знала об этом, как и о том, что если полностью вобрать в себя силу такого предмета, то в нагрузку получишь и воспоминания всех прошлых его владельцев. И ладно бы только воспоминания, но артефакт делится всем, что успел вобрать в себя за долгие века существования, а это и характеры его владельцев, и их переживания, и страхи.

С девушкой всё было очень плохо даже на первый взгляд. Лью не мог добиться от неё ни одного нормального ответа на свои вопросы, потому что за десять минут опроса она ни разу не была собой, то твердя нам, что она мужчина, то воображая себя королём Уильямом, который погиб уже очень давно, то вдруг начиная рыдать, умоляя помочь ей. Пришлось окутать магиню успокаивающим коконом, а вот просканировать её я так и не смогла — слишком сильны были и мои, и её эмоции. Но поработать с ней определённо хотелось.

— Повёрнутые на артефактах — самые тяжёлые, — бормотал Лью когда мы спускались вниз. — Думаю, с ней можно будет нормально работать только дней через семь.

- Почему так долго? — удивилась я.

— Она прибыла всего два дня назад и ещё слишком буйная. Нужно успокоить всех обитателей её тела, а уже потом искать среди них саму девушку.

Я с подобными случаями ещё не встречалась, поэтому для меня поведение магини было жутким и вызывало сильную жалость.

- Часто у вас такие бывают?

— В основном такие и бывают, — улыбнулся Лью. — Ничего, ты привыкнешь. — Он быстро взглянул на наручные часы. — Ну что, идём обедать и будем разбирать бумаги?

Я даже не подозревала, что время уже обеденное, но часы мага не врали, и мы вместе направились в столовую главного корпуса. Арт Поли пока так и не появлялся.

ГЛАВА 6

На этот раз гостиная, которую превратили в столовую, была полна народу. Едва мы с Лью вошли, мне тут же помахал Ким, который устроился за столом рядом с Глорией. Здесь же обнаружился арт Поли в окружении, как я поняла, новых учеников. Прибывшие обучаться маги были совершенно разных возрастов: и совсем ещё дети, и подростки, а несколько девушек точно были не младше, чем мы.

— Они будут учиться при Обители? — поинтересовалась у Лью, который, как и я, рассматривал вновь прибывших.

- Да, Стефан берёт учеников раз в несколько лет. Сначала он их ищет, в

основном в бедных семьях или домах для сирот, потом приглашает учиться. Обитель не даёт им официальных документов, подтверждающих диплом, как ваша школа, зато даёт знания и возможность найти работу в дальнейшем.

- Я думала, сюда берут совсем малышей, — улыбнулась я.

— Нет, наставник отбирает магов, близких ему по духу и типу силы, а потом возится с ними, обучает всему, что знает сам.

И вот не знаю как, но я сразу же поняла, что он сам был одним из таких магов.

То ли из-за слова «наставник», то ли из-за тоски в его взгляде, когда он смотрел на них, но я была уверена в том, что он тоже обучался здесь.

- Ты пойдёшь к друзьям? — отвлёк меня от мыслей вопрос Лью.

- Пожалуй, да.

— Хорошо, обедаем и возвращаемся, — кивнул маг и направился к столу арта Поли.

Вообще арты и работники Обители обычно обедали в своих отделениях, лишь специально для нас выделили эту столовую, но, похоже, магам нравилось находиться там, где много людей. Я заметила здесь и арта Эдсона, и дочь арта Поли. Словно сегодня все решили посетить главный корпус. Хотя, есть вероятность, что они пришли полюбоваться видом центральной аллеи сада.

Не успела я подойти, как Ким отодвинул для меня стул рядом с собой и сам

отправился за моим обедом.

— Как день? — лениво поинтересовалась Рия, задумчиво рассматривающая арта Эдсона. Моего ответа она даже не ждала, да и не слышала, продолжая пялиться на молодого мага. Тот явственно смущался и старательно отводил взгляд. Ен бесился и сжимал кулаки, а мы с вернувшимся Кимом откровенно насмехались над ситуацией. Все вокруг обсуждали сад и восхваляли арта Поли, который смог сотворить такое. Я была не против, всё же показывать всем подряд свою силу не хотелось.

Когда обед был уже почти завершён, к нашему столу подошёл Лью и устроился рядом со мной. Ким почему-то был недоволен, а вот Рия, напротив, нашла себе новый объект для разглядываний. Из-за общей неловкости ситуации доедала я очень быстро. Лью терпеливо подождал и только после того, как я допила сок, вежливо попрощался с ребятами, и мы наконец-то покинули столовую.

Дорога до отделения прошла за разговорами. Я расспрашивала о магах, которые сейчас находились под нашим наблюдением, а Лью терпеливо отвечал на все мои вопросы, попутно знакомя с биографией пациентов.

Несколько часов в отделении мы провели, перебирая бумаги. Лью показывал мне наиболее интересные записи о бывших здесь когда-либо пациентах. Я изучала и делала пометки, всё-таки большинство случаев, которые исцеляли здесь, не встречались мне в нашей маленькой лечебнице. Ближе к вечеру пришёл арт Поли и, оторвав меня от изучения, попросил прийти в его кабинет. Естественно, медлить я не стала и быстро направилась к магу. Мне и самой нужно было о многом с ним поговорить.

- Первым делом расскажи мне о результатах обхода, — сразу же заговорил арт Поли. — Увидела что-нибудь интересное?

- Только у женщины, которая не говорит, — призналась я и вкратце обрисовала ту картину, которую увидела.

- Замечательно, — обрадовался маг. Значит, завтра можем попробовать поиграть с той нитью. — А новенькая?

- К сожалению, я даже не смогла просканировать её, — грустно ответила я. — Слишком много эмоций.

- Ничего, попробуешь через пару дней.

- Меня пока больше волнует Марс, — вспомнила я, по привычке назвав мужчину не его именем. — Вы писали его родным?

Мне почему-то показалось, что старик напрягся, но всё же ответил:

- Сегодня, ещё до обеда, я отправил ворона с запиской для графа Голдштейна о состоянии и местонахождении его брата. Теперь остаётся только дожидаться ответа или явления его светлости сюда.

- Вы чем-то обеспокоены? — встревожилась я. Между бровей обычно спокойного мага пролегла глубокая морщина, едва я затронула эту тему.

- Южные маги темпераментны и нетерпимы ко многим вещам, и я боюсь, что из- за перенесённого Троем недуга брат может отказаться принять его в семью, — словно нехотя ответил он.

- Как так?

Я, конечно, мало знакома с укладом семьи, но в моём понимании, если один из её членов заболел, другой должен помочь и поддержать, но никак не отказываться.

- Горячая кровь… — уклончиво ответил арт. — Они помешаны на силе и чистоте разума. Троя могут счесть недостойным считаться младшим графом.

- Разве такое бывает? — окончательно обалдела я. Даже представить сложно, что брат может отказаться от брата лишь потому, что тот по какой-то причине на время потерял память.

- У южных магов — вполне. — Если юношу одолел недуг, значит, он слаб, а слабость южане не терпят. Ну да не будем об этом, — маг слегка улыбнулся, словно отгоняя неприятные мысли, — лучше поговорим о тебе.

Казалось, ещё недавно у меня была тьма вопросов, а сейчас, когда арт внимательно смотрел мне в глаза, они вдруг исчезли, сменившись абсолютной пустотой в голове.

- Мне интересна твоя магия, — прямо сказал он. — Судя по тому, что произошло с замком за эту ночь, она очень схожа с даром Геера. Но он был человеком, это известно на все сто процентов, в тебе же явно есть иная кровь, и я никак не могу понять, в чём же тогда сходство?

- Простите, арт, я действительно ничего не знаю.

Почему-то стало стыдно. В такие моменты мне действительно не хватало знаний о семье и моём происхождении. Тяжело, когда даже не представляешь, чего ожидать от собственного дара.

— Я заинтересовался этим вопросом и даже поднял некоторые архивы: дневники Геера, его портреты, записи. И знаешь, Лидия, даже в вашей внешности есть некое сходство.

Я недоумённо смотрела на арта. Это на что он сейчас намекает? Я никак не могу быть роднёй этого мага, ведь от Вилдо до Тортона путь неблизкий, да и когда он погиб, мне уже было почти два года. Думаю, если бы у меня были родные, они озаботились бы моим будущим, а не бросили в сиротском доме, оставив в память о себе только тонюсенькое колечко-змейку из белого золота, которое висело на шнурке у меня на шее, когда меня нашли няньки. Колечко, к слову, я не носила — просто не хотелось постоянно видеть напоминание о том, что меня бросили.

— Например, у вас одинаковый цвет волос, разрез глаз… Я сейчас проверяю его родословную, возможно, вы можете оказаться дальними родственниками, хотя ума не приложу, как такое возможно. Геер был единственным ребёнком в семье, его родители умерли очень давно, а у самого Ларса детей не было.

— Он умер таким молодым? — заинтересовалась я. Маги стараются непременно заводить детей и чаще всего в молодости. Ведь для каждого мага очень важно сохранить свой дар в потомках, усилить его и дать миру ещё одного одарённого.

— Вовсе нет, — возразил арт Поли, — на момент казни ему было уже больше шестидесяти. Да, он вполне мог бы обзавестись детьми. Маги живут в несколько раз дольше обычных людей, но и у нас в таком возрасте обычно уже есть семьи.

- Казни?

Помнится, кто-то из ребят говорил об этом, но мне, как всегда, хотелось подробностей.

— Да, Ларса и его супругу казнили, здесь, в Квеке. Я присутствовал на казни, как штатный исцелитель графа Вилдо.

Чем больше я узнавала об арте Поли, тем интереснее становилось! Он и штатным исцелителем поработать успел, и попутешествовать. Наверное, у него была невероятно насыщенная жизнь.

- А за что их казнили?

— Тогда были тёмные времена, Лидия, нехорошие. Люди не понимали дара магических существ, считали его опасным, многие пострадали ни за что, — печально пояснил маг.

Я ждала продолжения рассказа, но Поли молчал, а любопытство во мне

разгорелось уже пожаром.

- То есть его казнили случайно? По ошибке?

Арт явно не хотел дальше обсуждать эту тему, но и отказать в ответе почему-то не смог.

— Возлюбленная супруга Геера была не человеком, а мурией. Думаю, ты знаешь, из-за чего этих существ больше нет.

— Я слышала, что их истребляли, но не думала, что все эти ужасные рассказы могут быть правдой.

— К сожалению, так оно и было. — И снова в голосе арта послышалась печаль и разочарование. — Самого Ларса казнили за укрывательство опасного магического существа.

Я, конечно, слышала, что во времена моего рождения были смутные времена, но чтобы настолько! Как можно казнить кого-то просто потому, что он любил мурию?

— Разве она причинила кому-то вред? — поинтересовалась я. Всё-таки не верилось, что кого-то казнили просто так, только из-за происхождения. В наши времена такое вряд ли возможно.

— В том-то и дело, что нет, — грустно улыбнулся арт, — но она была потенциальной угрозой для графа Вилдо тех времён.

- Чем же она могла навредить ему? — Мне всегда казалось, что если у женщины есть семья, любящий супруг, то и пакости кому-либо делать ей незачем, тем более что, судя по тому, что я слышала, эта леди жила здесь, в Обители, и помогала мужу в его благом деле.

— Хорошо, что ты не застала тех времён. Всё из-за борьбы за власть. Это сейчас, когда граф собирается уйти на покой или погибает, то кто займёт его место и примет титул, решается на турнире сильнейших наследников. Ранее же турнир был допустим, только если у графа не было наследников. Или если они были не совсем здоровы… Ты же знаешь, что мурии способны за весьма короткий срок свести мага с ума? — спросил арт Поли.

Бестиарий я знала назубок и потому кивнула. Там было подробно написано, что эти существа могли влезть в мозг на таком уровне, что с лёгкостью внушали магу нужные им мысли, определяли его поведение и даже говорили за него. Можно сказать, что мурия могла поселиться в голове у мага, и он полностью терял свою сущность, становясь простой куклой в руках умелого кукловода.

— Так вот — во времена смуты графы опасались подобных существ, а как проще всего справиться с опасениями? Уничтожить их источник.

Да, печально это всё. Из-за нескольких представителей вида, которые пошли на сделки с графами, жаждущими власти, истребили всех. И, как оказалось, даже тех, кто бы помогать предполагаемым преступникам.

В нашем новом бестиарии про мурий было написано страшное, даже мне

становилось жутко при мысли о том, что они могут жить среди нас, а вот в старом, который я нашла в архивах лечебницы, имелись и положительные описания этих существ. Там, например, говорилось, что мурия может благотворно повлиять на мага, спасти его душу, а не покалечить. Таким же образом, как и негативные, они могли вызывать позитивные видения и эмоции, а ещё, как говорил арт Поли, они видели нити так же, как я, значит, имели больше возможностей для помощи людям.

- В борьбе за власть все средства хороши, — прервал мои размышления голос

а рта.

И это я тоже понимала. Лет десять назад, когда на престол взошёл король Давид, он принял закон о наследовании титулов и власти. Так вот, исходя из него, титул графа получает сильнейший из наследников всех древних родов. В день, когда старый граф объявляет об уходе на покой, либо в день его кончины, объявляется турнир, в котором участвуют наследники оставшихся восьми графств и бьются за земли. Победитель получает новый титул и остаётся править своими новообретёнными землями, проигравшие отправляются восвояси.

— Печальная судьба у этих Гееров. Неужели нельзя было скрыться лет на пятнадцать, а потом вернуться, сейчас ведь им ничего не грозило бы!

Арт Поли странно посмотрел на меня. Даже не могу описать этот взгляд, но мне показалось, что в нём присутствовала злость.

- Они не успели, Лидия, — сухо ответил он. — Поздно уже, продолжим беседу

завтра.

Маг поднялся и, не дожидаясь ответа, покинул собственный кабинет, оставив меня одну. И зачем, спрашивается, звал? Я коротко пожала плечами и отправилась в главный корпус. Нужно переодеться, дождаться Глорию и отправляться искать кристалл. За разговором с артом даже ужин пропустила, но есть почему-то не хотелось.

До своей комнаты добралась быстро, так же торопливо приняла душ и собралась. До заката ещё оставалось время, и я решила провести его с пользой, а конкретнее — сходить в местную библиотеку, которая располагалась на первом этаже, и ознакомиться с историей графства Вилдо. Но выйти из комнаты я не успела: в моё окно снова влетела знакомая Пушинка.

- Привет, — радостно пискнула она.

- Кажется, мы сегодня уже виделись. Слушай, а вы давно здесь живёте? — спросила я. Просто подумалось, что если Пушинки — постоянные обитатели замка, то кому, как не им знать, что произошло с его владельцем на самом деле? Да и о роде его магии расспросить можно. Ну и вообще, может, мы, и правда, родственники.

- Наш куст здесь с момента основания Обители, а мы переродились после того, как Поли купил замок и влил в него силы, — задумчиво ответила мелкая. — А тебе зачем?

— Хотела кое-что узнать об этом Геере и о его даре. Расскажешь?

— Любопытство — великий порок, — начала философствовать вредная Пушинка, и я обиделась. Вот правда, ей что, жалко поделиться информацией?

Больше спрашивать ничего не стала, всё равно ведь вижу, что не скажет.

Может, из вредности, а может, и говорить нечего, ведь переродилась она уже после смерти этого мага.

- Куда собралась? — подозрительно прищурилась малышка, нарушив молчание.

— Отрывать крылышки всяким любопытным, — ехидно ответила я.

Пушинка тоже явно обиделась и надула губки. То-то же, я тоже умею уходить от ответов!

Решив, что на этом разговор закончен, я направилась к двери, но обиженная мелкая поспешила за мной и преградила путь. Ну как преградила… Зависла перед моим лицом и гневно застрекотала забавными крылышками.

— А сад подпитать? — растягивая слова, спросила она.

— Прости, но арт Поли не просил. Тем более я вообще не знаю, как это делать, — от неожиданного вопроса почему-то снова начала оправдываться. Я надеялась, что она передумала и согласится рассказать мне, что знает о Геере, бесед же о саде никак не ждала.

— У тебя там лиграны через пару недель подохнут! — завизжала взбешённая Пушинка.

Лигранов было конечно жаль, но…

- Арт Поли не просил меня вмешиваться в дела замка.

— О, Вечный дух! Когда же до тебя наконец дойдёт, что ты должна?! — писк малышки перешёл в ультразвук, и я невольно закрыла уши руками. Пушинка же, не став доставать меня больше, быстро вылетела в окно.

Я, не медля, это окно за ней закрыла, а то нервные они какие-то, хоть и мелкие. Что до меня должно дойти и кому я что должна, осталось загадкой. Могла бы и рассказать. А так, как и планировала, спущусь-ка я в библиотеку.

Дом книг оказался не очень большим и без читального зала, что подразумевало возможность унести книги в комнату. Да и библиотекаря тут не наблюдалось. В общем, заходи кто хочешь и бери что хочешь. Так я и поступила — найдя полку с надписью «история», захватила три книги с наиболее интересными названиями и вернулась к себе.

Около часа пыталась найти хоть что-нибудь примечательное в истории графства, но она была совершенно заурядной, не считая разве того, что на этих землях раньше жило много магических существ. За чтением пропустила время заката и отложила книгу, только когда в комнату вошла Глория.

Она выглядела шикарно: как настоящая наёмница, собравшаяся на дело. Облегающий костюм из мягкой кожи, на поясе ножны, несколько светящихся кристаллов, белоснежные волосы собраны в высокий хвост, а на губах предвкушающая улыбка.

- Ты там стены собралась соблазнять?

Рия обиженно надулась.

- Я оделась удобно и взяла всё необходимое для вылазки, — ответила она. — И для конспирации тоже, — мне продемонстрировали амулет Тооша, который при необходимости может скрыть нескольких человек под пологом невидимости.

- Ладно-ладно, ты молодец, прости, — быстро проговорила я и, отложив книги, поднялась.

- Идём, в коридорах уже никого нет, я проверяла, — деловито проговорила подруга и увлекла меня за собой в полумрак сонного замка. — В вашем отделении дверь на ночь запирают?

- Лью как-то обмолвился, что нет, — сообщила я. Рия удовлетворённо кивнула, и мы продолжили спуск по лестнице.

- Непривычно, тихо так, — хихикнула она. Да, в школе и ночью хоть кто-то, да не спал, а здесь тишина… И тут я резко остановилась, осознав, какую глупость мы совершаем.

- Что опять? — раздражённо поинтересовалась Рия.

- Арт Поли! Совсем забыла, он же чувствует Обитель и всех, кто в ней находится! Активируй Тооша, не хочу, чтобы он знал о нашей прогулке.

- Ну ладно, — пожала плечами она, — только учти, что под его действием наше зрение немного изменится, красок станет меньше.

- Зато нас никто не увидит, — резонно заметила я.

- Так уж и никто? — неожиданно раздался мужской голос. Рия вскрикнула и выронила амулет, так и не успев активировать, я же просто шарахнулась в сторону, а из-под лестницы вышел Ен.

- Ты что, следишь за мной?! — негодовала подруга.

- А куда это ты ночью намылилась? — он оставался невозмутимым.

- Тебе-то что? Уйди и не мешай!

Ен бросил быстрый взгляд на меня, потом внимательно осмотрел Глорию с ног до головы и отрицательно покачал головой.

- Никуда вы одни не пойдёте, — спокойно сообщил он. — Это может быть небезопасно… тем более в таком виде.

- Какая опасность в Обители? — поинтересовалась я и вдруг со всей очевидностью осознала ещё чьё-то присутствие рядом. Там, откуда вышел Ен, сейчас совершенно точно был кто-то ещё. — Кто там? — спросила я, заглядывая в темноту под лестницей и тем самым отвлекая уже открывшую рот Рию от ругательств.

- Нет там никого, — отмахнулся Ен, продолжая прожигать Глорию взглядом.

- Вообще-то есть, — лениво ответили из-под лестницы, и через мгновение перед нами появился Ким.

- Отлично, — простонала я.

- Вот и сходили, — поддержала Глория.

- Так куда вы шли? — не отступал от своего вопроса Ен. Рия вопросительно взглянула на меня. Вопрос в её взгляде был очевиден: можно ли сказать парням о месте нашего ночного похода? Я тяжело вздохнула и решила сдаваться сама.

- Мы идём искать тайный ход в моём отделении.

- Я с вами, — бескомпромиссно заявил Ен и для верности сделал шаг к выходу.

- И я, — предвкушающе заулыбался Ким.

- Что вам вообще не спится?! — возмущённо воскликнула Глория.

- Я за тобой следил, — Ен поражал своей невозмутимостью и откровенностью заодно, но его ответ никого не удивил и вопросов не оставил, поэтому три пары любопытных глаз уставились на Кима.

- Тайный ход нашёл из своей комнаты. Вышел сюда, услышал голоса; пока не понял, что это вы, опасался выходить. — Сейчас я отчётливо увидела паутину в волосах друга и белую пыль на одежде. Лично я Киму поверила, а вот ребята продолжали буравить его взглядом. И не зря, потому что он, помедлив, добавил:

- И за вами следил тоже.

- Отлично! — возмущению Рии не было предела. — Нигде нельзя остаться одним!

- А нечего без друзей ночные вылазки устраивать, — невинно сообщил Ким и решительно направился к выходу. — Вы идёте или сдулись? — у самой двери обернулся он.

Ен коротко пожал плечами и быстро пошёл за ним; мы, естественно, посеменили следом. Меня их общество не особо смущало. Это во сне я одна и мне страшно, а сейчас нас много и, наверное, будет весело, но парни тоже не учли одну деталь.

- Ребята, ничего не выйдет, арт Поли чувствует передвижения по замку.

- Думаю, эту проблему можно решить, — Ким задумчиво взъерошил рыжие волосы и, велев ждать, юркнул под лестницу.

- А ваш амулет? — спросил Ен, кивнув на бледно-фиолетовый камушек в руках Рии.

- Сомневаюсь, что Тооша сможет укрыть четверых.

Мы стояли, нервно переминаясь с ноги на ногу. Я нервничала больше всех, потому что именно мне необходимо было попасть в тот ход, но также присутствовала и злость на ребят. Зачем прицепились? Мы бы с Рией сходили спокойно, и всё, но нет же, теперь нужно думать, как пробраться мимо арта вчетвером!

- Готово! — воскликнул Ким, выходя из-под лестницы. — Я договорился, нас прикроют. Но ненадолго, так что давайте быстрее, — сообщил Ким и быстро вышел из замка. — Будет весело! — крикнул рыжий уже снаружи, и мы дружно побрели за ним.

Рия всё-таки активировала Тооша для нас двоих, чтобы подстраховаться.

«Веселье» началось, едва мы покинули здание, потому что Рия и Ен перестали бояться кого-либо потревожить и принялись переругиваться в полную силу. Я немного отстала, чтобы не находиться в эпицентре их перепалки, Ким сделал то же самое.

- Кто нас сейчас прикрывает? — сходу спросила я, явственно ощущая вокруг чужеродную магию.

- Один из духов-хранителей замка.

- Хорошо. — Почему-то казалось, что духи уж точно смогут нас скрыть даже от арта.

- Что за ход?

- Долгая история, — ушла от ответа я, — просто точно знаю, что он там есть.

- Откуда? — немного удивился Ким. — Тоже с местными духами пообщалась?

- Не-е-ет, — растерянно ответила я. — С какими духами? Рассказывай.

Рыжий явно не хотел делиться информацией, но всё-таки рассказал, что в

первую ночь в Обители случайно (в поиске тайного хода) потревожил дух замка. Как оказалось, их здесь несколько.

— Короче, я знаю троих духов! А они древние, и с разной магией знакомы. Хочу уговорить их помочь мне с поиском средства для увеличения резерва.

Представляешь, сколько информации им доступно? Правда, не шибко они пока разговорчивые…

— Интересно, — согласилась я, — хотелось бы мне познакомиться хотя бы с одним. — Это ж кладезь знаний, могла бы и про Геера узнать, и про суть своей магии, да и про питание замка. Духи вечны, тем более хранители. — Это то, о чём ты хотел рассказать мне в первый день здесь?

— Да, — улыбнулся Ким. — Только вот тебе увидеть их не удастся. Ты женщина, а они вам не показываются. Да и мужчинам не всем, я просто… обаятельный, — Ким подмигнул мне в улыбнулся.

Да уж, вот про то, кому являются духи, я ничего не знаю; нужно озаботиться

этим вопросом.

- Южане, что ли? — смеясь, спросила я, вспомнив Марса с его извечным «женщина».

- Как знать, — задумчиво протянул Ким.

- Эй! Хватит ворковать, догоняйте! — обернувшись, крикнула Глория.

Нагнали мы их уже у входа в отделение исцеления душ, а в корпус входили все

вместе. Здесь было тихо, даже звуков сада не слышалось из-за закрытых окон. Четыре раза скрипнула третья ступенька, когда мы цепочкой поднялись по лестнице, и больше ни звука. Темнота здесь была кромешная. Глория извлекла свой световой кристалл и, активировав его, показала мне язык.

- Уютно здесь у вас, — как-то нервно улыбнулся Ен, — травками пахнет.

- Да, мне здесь нравится, — как-то отстранённо ответила я, уже умещая руку на нужном камне.

- А почему ты так уверена, что ход здесь? — поинтересовался Ким.

- Уверена она! Мы же не спрашиваем, как ты узнал о ходе в твоей комнате, — вместо меня ответила Рия.

- Там другое, — отмахнулся он, и я поняла, что ему подсказали те самые духи.

- Всё, тихо, — проговорила я и, набравшись смелости, надавила на камень. Скрежет был невероятный! Я вообще удивляюсь, как не проснулся весь замок, не говоря уже о пациентах отделения. Камин отъехал, но не так плавно и неслышно, как в моём сне. В реальности это сопровождалось громким звуком, падающими статуэтками, клубами невесть откуда вырывающейся пыли и скрежетом зубов Глории, которая ненавидела этот звук.

— Вот это антураж, — пробормотал Ен, когда камин остановился. Я несколько раз чихнула от пыли и, прислушавшись к себе, с удивлением обнаружила, что никто не приближается. Неужели они не услышали?

— Ладно, — Ким опасливо огляделся по сторонам, — валим, пока нас не застукали. — И направился прямиком в открывшийся чёрный проход.

Да, не так я представляла себе воплощение моего кошмара в реальность. Людей в мох снах уж точно было меньше. Но как есть, так есть, и мы все, непрерывно оглядываясь, вошли в темноту за рыжим. Глория снова воспользовалась кристаллом.

— Здесь будут факелы, — сказала я и первой ступила на лестницу. Факелы не зажглись. Я топнула — ничего, попрыгала на ступеньке, и всё равно темнота. Потом вспомнила немаловажную деталь из сна и поспешно приложила руку к стене. Факел вспыхнул в тот же миг. Правда, освещал он только первые несколько ступеней.

— И всего-то? — скептически прищурилась Рия, снова показательно активирую кристалл.

- Стой, откуда ты знала про свет? — почему-то встревожился Ким.

- Сейчас не важно, — улыбнулась я и спустилась ещё на ступень, специально

чтобы продемонстрировать Рие суть работы здешнего освещения. — Свет загорается по мере спуска, — пояснила ребятам.

- Классная система, — воодушевился Ен и поспешил ко мне. Проход за нашими спинами наконец-то начал закрываться со всеми сопутствующими звуками, только здесь к противному скрежету добавилось ещё и эхо.

- Давайте быстрее уйдём отсюда, — попросила закрывающая уши Рия, и мы быстро пошагали вниз. Я продолжала вести ладонью по стене, потому что когда я её убирала, факелы гасли, не думая загораться снова.

Ким больше не задавал вопросов, но не отрывал от меня тяжёлого, подозрительного взгляда.

- Я обязательно расскажу, позже, — заверила его я, чтобы предотвратить последующие вопросы. Да и для себя уже решила, что расскажу, а вот Ену знать о моих страхах и кошмарах совсем не обязательно.

- И что там внизу? — подал голос бывший Глории.

- Это мы и хотели выяснить.

Лестница была действительно длинной. Чем ниже мы спускались, тем тяжелее становился воздух, в моём сне такого не было. Да и ступени были покрыты толстым слоем пыли, которого я не заметила в кошмаре. Сама лестница не отличалась, только там, во сне, мне казалось, что ей пользуются постоянно, а сейчас мы видели совсем заброшенный ход, с паутиной, пылью и чадящими факелами.

Когда приблизились к последней ступени, на миг я замерла, боясь ступить на ровную поверхность. Обычно в этот момент во сне начинались перепады света и ужасающие звуки, но Ен не знал о моих страхах и первым завершил спуск. Свет погас.

- Копчёные русалки! — после раздавшегося грохота выругался Ким. Он не рассчитал ступени и упал на землю; как раз в этот момент появился свет. Картина предстала забавная: Ким, лёжа на полу, потирал ушибленную ногу, а Рия буквально сидела на Ене.

- Со страху запрыгнула, — с независимым видом сообщила подруга, покидая руки парня.

- И что у нас тут? — вопросил Ен, первый заметивший стену со знакомым знаком. Освещение хоть и было, но его явно недоставало, поэтому кристалл Рии всё-таки пригодился. Мы встали у стены и дружно разглядывали знак. В реальности он казался немного другим. Его даже видно было плохо из-за осевшей пыли, пришлось применять заклятие очищения.

- Это же Пушинка, — рассмотрев картинку, вынес вердикт Ким.

- И точно, — задумчиво протянула я. Сейчас, рассмотрев рисунок очень хорошо, я тоже отчётливо видела Пушинку. Это становится интересным. Может быть, зря я так грубо поговорила сегодня со своей маленькой знакомой?

- Ли, давай, не медли, — поторопила Рия, и я вспомнила, зачем, собственно, мы пришли.

Подойдя к стене вплотную, так же как и во сне, принялась очерчивать контуры символа, отмечая, что линии после моего касания начинают очень слабо светиться. Стена поднялась. И вот она почему-то при поднятии не издала ни звука. Я чуть не задохнулась от восторга и предвкушения, едва завидела знакомый кристалл.

- Вот он! — воскликнула я, указывая пальцем на предмет моих поисков.

- Кто?

- Что?

- Где, Ли? — последней спросила Рия.

Я повернулась к кристаллу. Виден отчётливо, даже светится! Но ребята, похоже, ничего не замечали.

- Там стена, — сообщил Ен.

- Ли, серьёзно, это не смешно, — в который раз за сегодняшний вечер надулась

Рия.

Я была в панике, растерянности и недоумении. Как они могут не видеть такую огромную и хорошо освещённую комнату?!

- Да вот же, комната! — уже почти прокричала я и вошла внутрь.

Последнее, что я слышала, это нервный вопрос Кима: — Она что, прошла через стену?

Стена опустилась.

ГЛАВА 7

Я вскрикнула и бросилась обратно, но добилась лишь того, что больно ударилась о стену. Что делать? Что теперь делать? Это ведь не сон! Здесь не будет землетрясения и голоса, который разбудит меня! Я была в панике.

Кристалл продолжал тускло светиться и не издавал ни звука, что тоже бесило. Какого духа он звал меня во снах, если сейчас молчит?! В порыве гнева поднялась и быстро подошла к кристаллу.

— Эй, ты что молчишь? — еле удерживая слёзы, спросила камень. Камень, что и не удивительно, не ответил. И светился он тускло из-за покрывшего его слоя пыли.

Сжалилась и протёрла вредный кристалл. Он промолчал.

Ситуация не радовала, но делать было нечего, и я решила хотя бы осмотреться.

В принципе, ничего нового не увидела, разве только убедилась, что помещение давно не посещали. Письменный стол в дальнем конце комнаты, так напоминавшей мне лабораторию, был завален бумагами, именно к нему я направилась. Подошла, отодвинула массивное, обитое кожей кресло, очистила от пыли и уселась за стол.

Первое, что бросалось в глаза на фоне общего беспорядка, это миниатюрный портрет в рамке, который стоял на самом краю. И вот как раз вокруг него место было свободным, словно тот, кто работал здесь, хотел постоянно видеть рамку. На портрете была изображена женщина. Блондинка с вкраплением ярко-алых и изумрудно-зелёных, таких, как появилась недавно у меня прядей. Женщина казалась открытой и приятной. Она счастливо улыбалась, демонстрируя белоснежную улыбку, и я смотрела, не в состоянии оторвать взгляд. Моё внимание привлекла рука леди, подпиравшая подбородок. Что именно меня привлекло? Оказалось, тоненькое колечко-змейка — такое же, что лежало в мешочке на самом дне моего сундука.

Нервно подхватила рамку, поднесла ближе, чтобы рассмотреть лучше. Колечко было точно таким же, без каких-либо отличий. Решила, что заберу портрет с собой, если удастся выбраться, чтобы сравнить нарисованное кольцо с оригиналом. Когда извлекала рисунок из рамки, обнаружила подпись на задней стороне холста: «Ларсу с любовью. Твоя Дарина Геер». Снова перевернула портрет и убедилась, что мурии внешне ничем не отличаются от человеческих женщин. Красивая она, эта Дарина.

В голове пронеслись слова арта Поли о том, что я похожа на Ларса Геера внешне, взгляд не отрывался от знакомого кольца, и меня посетила странная, нереальная даже догадка — я действительно могу быть как-то связана с ними! Мне определённо нужно больше ответов. С этой мыслью я принялась перебирать бумаги, захламившие стол.

Здесь обнаружились рисунки, схемы, записи о способах разрывания нитей,

несколько писем в пожелтевших от времени конвертах, и даже дневник. Всё это я собрала в стопку и решила начать изучать прямо здесь. Как выбираться, я всё равно не знаю, оставалось только надеяться, что ребята позовут арта Поли, а он уж точно разберется, как меня отсюда вытащить. Поэтому я устроилась поудобнее и решила начать с дневника. Впрочем, не успела я его раскрыть, как тут же выронила из ослабевших рук.

— Ты Лидия? — замогильным голосом поинтересовалось существо, появившееся передо мной прямо из пустоты. И это было… жутко. Воздух перед моим лицом словно сгустился, окрасился белым, как небольшое облако, и из него сложилось лицо. Ну, как лицо, скорее рожа. Яйцеподобная голова с чёрными провалами глазниц, двумя дырочками вместо носа и чёрный же провал рта. Ничего более странного и устрашающего я ещё не видела. Кожу опалило леденящим холодом, а сознание вмиг затопило чувство ужаса. Ужасал даже не сам вид этого существа, а энергия, которая от него исходила: злая, сильная, пугающая…

- Я, — тем не менее ответила кошмарному созданию.

— Духи обители благодарны за пробуждение, — голова слегка наклонилась вперёд и снова подняла на меня чёрные провалы глаз. — За выход нужно платить кровью, — утробно проговорило это нечто.

— Что? — я окончательно струхнула и постаралась отшатнуться. Оно хочет моей крови? — Я… не нужно, пожалуйста, прошу вас…

- Капля крови на кладку, и стена пропустит, — прогрохотало оно и испарилось.

— О вечный дух, спасибо! — искренне выдохнула я, возрадовавшись, что кошмар исчез. Мне даже думать не хотелось о том, кто это был и зачем появлялся. Хотелось просто уйти. Спрятаться в комнате и никогда больше не бродить по тайным ходам. Никогда!

Я подхватила всё найденное добро в руки и подошла к стене, внезапно ощутив странную слабость во всём теле. Капля на кладку? Отлично, только вот чем проколоть палец?

Немного осмотрелась в поисках чего-то режущего, но ничего не увидела. Хотелось выть от отчаяния. Я не была уверена, что то существо сказало правду, но и другого выхода не видела, а потому нужно было пробовать. Что я за маг такой без кинжала? Сотый раз прокляла себя за нелюбовь к холодному оружию и с отчаянием принялась колотить кулаками в дверь, сгрузив свои находки прямо на пол. Я била и била в стену, пока не почувствовала влагу на костяшках пальцев. В тот же момент стена пропала. А я… я была счастлива! Ничего, что пальцы распухли и оцарапались, главное, что крови от нескольких царапин хватило, чтобы выпустить меня из места моих кошмаров.

А там, за стеной, стояли ребята, и я, подхватив свитки и бумаги, бросилась к

ним.


— Лидия! — едва я вырвалась из «стены» воскликнули друзья хором. Меня тут же подхватили сильные руки встревоженного Кима. Тучу вопросов от Рии и Ена я просто не слышала, так бешено стучало сердце, отзываясь в висках.

— Тише, — очень спокойно сказал Ким и, как ни странно, ребята замолчали. — Сильно испугалась?

И я позорно разревелась прямо на плече друга. Он успокаивал, гладил по голове, а я всё рыдала и рыдала, непрерывно твердя про голову с пустыми глазницами.

— Это просто дух, Лидия, просто дух, — повторял Ким. — Наверное, поэтому они и не являются женщинам. Вы хуже переносите ужас, которым сопровождается их появление.

А мне было плевать, что это всего лишь дух, мне было страшно и радостно одновременно, потому что выбралась и вообще уже ничего не хотелось, совсем.

— Давайте выбираться, — заключил Ким, едва я немного успокоилась. — Это берём? — он указал на ворох бумаг. Я часто закивала, продолжая всхлипывать уже без слёз. Рыжий передал мои находки Ену, сам почему-то взял меня на руки и принялся подниматься по лестнице. Я даже не прикасалась ладонью к стене, полностью положившись на кристаллы Глории, которые летели впереди нас.

— Я могу идти, — сообщила рыжему, хотя на самом деле непонятная слабость никуда не делась.

— Не сейчас, — отрицательно покачал головой он, — после первой встречи с

духом даже у меня от ужаса подкосились ноги, что уж говорить о тебе.

Ноги действительно ощущались ватными, поэтому я не стала противиться переносу собственного тела. До главного корпуса мы дошли почти в молчании. Я знала, что ребята хотят о многом спросить, но была благодарна Киму за то, что не давал им завалить меня вопросами. Не хотелось говорить.

— Они берут энергию, когда являются? — тихо спросила у Кима, поняв причину моего состояния.

- Да, — не стал скрывать он, — общение с ними стоит много энергии.

— Тогда понятно, почему меня так прибило после появления этого чудища, — почему-то зевнув, проговорила я и почувствовала, что засыпаю прямо на руках рыжего.

Постаралась не засыпать, но не вышло. Сквозь сон почувствовала, как меня опустили на что-то мягкое, и Ким сказал, что посидит со мной. Вечный дух, мы же даже не убрали за собой в гостиной, теперь арт Поли точно заметит, что там кто-то был! Но сил сказать об этом друзьям уже не было, как и на то, чтобы открыть глаза.


Кошмар пришёл неожиданно. Ощущение было такое, будто я спала и резко проснулась, вдруг оказавшись в подземелье перед стеной с символом. Сначала я не на шутку перепугалась, но после осознания того, что тело движется без моего участия или желания, немного успокоилась, поняв, что это просто сон.

Уже привычно провела пальцем по контуру знака и вошла в открывшийся проход. Всё было не так! Здесь, в моём сне, не было жутко. Напротив — в подземелье царило спокойствие и уют. Во сне здесь было отличное освещение, а в реальности — приглушённый зеленоватый свет. Видно при нём было хорошо, но сами оттенки навевали страх. Я собиралась направиться к знакомому столу и попробовать изучить бумаги во сне, но ноги планировали унести меня в другое место. Точнее, они повели меня прямиком к кристаллу. Подошла, уместила руку на камне, который тотчас вспыхнул.

— Твоё имя, дитя, — вопросил кристалл. И вот так мне обидно стало! Я вчера оказалась здесь совсем одна, а он ни полслова, хотя мог бы помочь выбраться, а во сне пожалуйста, на разговоры потянуло.

- Лидия Ло, — как-то зло ответила я.

- Неверное имя, — меланхолично ответил наглый кристалл.

Я печально вздохнула. Нет, так мне никогда не узнать, чего нужно этому камню. Может, можно немного поэкспериментировать, раз уж всё равно здесь? Почему-то эта мысль показалась здравой, и я решила проверить свои догадки, да и выводы арта Поли заодно.

Снова уместила руку на кристалле и терпеливо дождалась, пока он спросит:

— Имя, дитя.

— Лидия… — голос почему-то сорвался, но я всё же смогла произнести это: — Лидия Геер.

Кристалл полыхнул ярко-алым, слепящим глаза светом и моментально нагрелся, разливая по всему моему телу жаркую волну. Каждую мышцу пронзила резкая боль, оставившая после себя онемение.

— Прикоснись к силе рода, дитя, — потребовал кристалл, полыхнув теперь синим, и меня словно обдало водой. Мурашки холода пробежались по всему телу, и я осознала, что вода не даёт дышать.


— Лидия! — вопил женский голос. Я открыла глаза, откашлялась, поняла, что я действительно мокрая, как и постель, и гневно воззрилась на Рию, возвышающуюся надо мной с ведром наперевес.

— Ты так орала, что я растерялась! — воскликнула подруга. — Нужно же было как-то тебя разбудить!

— Который час? — поинтересовалась я, высушив постель да и себя заодно с помощью одного простенького бытового заклятья. Благо бытовая магия доступна всем обладающим даром.

- Завтрак где-то через полчаса, так что поднимайся! И рассказывай быстрее!

Я поднялась, отметила, что чувствую себя отлично, бодрой и хорошо

отдохнувшей. Только пылающий синим кристалл до сих пор стоял перед глазами.

— Кажется, со мной вчера Ким собирался посидеть, — вспомнила я последнее, что услышала перед сном.

— Так я ему и позволила провести ночь в твоей комнате! — возмутилась Рия. — Тем более мне необходимо первой узнать о том, что произошло вчера.

- Сейчас умоюсь и расскажу.

Я направилась в ванную. Глория почему-то пошла за мной и фыркнула, едва я закрыла дверь перед самым её носом. Когда вышла, она так и стояла у двери ванной. Наверное, караулила.

- Ну? — едва я укуталась в полотенце, поторопила она.

— Там действительно была комната из моего сна. Кабинет. И кристалл был. Оттуда и бумаги взяла, — указала в сторону стопки свитков, лежащих на моём столе. — Не понимаю, почему вы её не видели.

— Для нас это выглядело так, будто ты вошла в стену! В обычную каменную стену, Ли. Ты хоть представляешь, как мы перепугались?

— А как перепугалась я, когда вы не вошли за мной, а стена закрылась… — проговорила я. — Было страшно. Кристалл мне так ничего и не сказал. Во снах он более болтлив, и я перебирала бумаги, искала что-нибудь интересное. А потом появилось оно, — я вспомнила голову с чёрными провалами глазниц и по спине вмиг пробежался холодок. — Оно сказало, что за выход нужно платить кровью, и я била в стену, пока не пошла кровь. — Говорила я всё тише и тише, снова переживая сегодняшнюю ночь. Рия поняла, что воспоминания даются мне нелегко, и, присев рядом, обняла за плечи.

— Это был дух, Лидия. Мы не знали, что делать, и Ким призвал духа. Я не видела его, но состояние Ена после встречи с ним мало чем отличалось от твоего. Прости, мы просто не знали, как вытащить тебя.

— Я понимаю, спасибо, — поспешила успокоить расстроившуюся подругу. — Но было жутко.

Про пережитый страх не хотелось вспоминать, и я решила поделиться более занимательными открытиями, поэтому подошла к своим трофеям и нашла портрет Дарины Геер. Ещё раз полюбовавшись женщиной, протянула его Глории, сама же начала копаться в сундуке в поисках кольца.

— Это кто?

— Дарина Геер, видимо, жена основателя Обители, — ответила я и извлекла из сундука неприметный мешочек с моими немногочисленными украшениями. — И вот что меня привлекло, — протянула Рии кольцо.

Подруга посмотрела на него, потом на портрет, и, видимо, заметила то, что волновало меня.

- Думаешь, это оно?

- Похоже на то.

— И что бы это могло значить? — задумчиво рассматривая изображение, проговорила Рия.

— Пока не знаю, но обязательно выясню. И ещё: сегодня во сне я попробовала назвать кристаллу другое имя, не своё… — я рассказала Рие о том, что произошло в кошмаре. Нас обоих это наталкивало на одинаковые мысли. И даже нарисовался определённый план: выпытать у Пушинок подробности о их жизни в Обители (всё же не зря одна из них изображена на символе в подземелье), прочесть и изучить всё, что мне удалось вынести из предполагаемой лаборатории, и пока постараться сохранить в тайне нашу ночную вылазку.

— Там, наверное, бардак жуткий. Арт Поли точно поймёт, что ночью что-то произошло, — немного огорчилась я, вспомнив бьющиеся статуэтки.

- Не волнуйся, когда мы уходили, я подчистила следы, — лукаво улыбнулась

подруга. — И давай уже одевайся, а то дел сегодня полно! Вон какой ворох бумаг перебрать нужно.

- Ты поможешь? — растерянно спросила я.

— Ещё бы! — воскликнула Рия, и по азартным огонькам в её глазах нетрудно было догадаться, что подруга заинтересована в раскрытии тайн не меньше моего.

Едва я оделась, чтобы выходить к завтраку, в дверь постучали. После позволения вошёл растрёпанный Ким и буквально подбежал ко мне. Молча обхватил моё лицо ладонями, заглянул в глаза, осмотрел на предмет чего-то только ему известного и удовлетворённо хмыкнул.

- Думал, проснёшься позже.

— Я же сказала, что позову тебя, когда она придёт в себя, — ехидно пропела Глория.

— Но не позвала, — констатировал рыжий, выразительно осмотрев меня. Ну да, видок не как у только что проснувшейся, но перепалку нужно было прекращать.

— Идёмте, — позвала друзей, — расскажу всё за завтраком, — тепло улыбнулась Киму, — и спасибо тебе.

В столовой царил настоящий хаос. Кто-то из учеников арта Поли притащил из сада двоих лигранов, у которых уже появились небольшие крылышки, и теперь здесь, похоже, происходили лиграньи бега. Толпа ребят орала и поддерживала, как я поняла, обоих участников, а змейки летали от одной стены до другой и обратно. Артов в столовой не наблюдалось, а ругань поварихи и раздатчицы никого не волновала, поэтому забег даже не думали прекращать.

- Интересно, где арты?

Ким не ответил и, сходив за едой для нас всех, помчался делать ставку на яркого фиолетового лиграна, который двигался немного быстрее, чем его голубой соперник. В толпе болельщиков обнаружился и Ен, который, увидев нас, приветственно помахал рукой, да и все ребята из нашей лиги ошивались возле вновь прибывших затейников.

— Мальчишки, — обречённо сказала Рия. — Хлебом не корми, дай дурью помаяться.

— Точно, — с улыбкой поддержала я, вспоминая школу. Там постоянно были какие-то события подобного рода. И ночные вылазки за яблоками в соседний сад, и тараканьи бега в перерывах, и весёлые игры с мячом.

— Эй, девчонки, — окликнул невесть откуда появившийся Тайр, тот самый потомок небожителя. — Завтра выходной, — хитро прищурившись, сказал он, — мы все собираемся выбраться в город, вы с нами?

— Конечно! — тут же воскликнула Рия. Мой ответ, похоже, никого не интересовал.

- Отлично, — парень, продолжая улыбаться, направился к следующему столику.

— Интересно, как выглядят таверны в Квеке?

Мне интересно не было, но не идти было бы глупо. Не хотелось отрываться от коллектива, да и город посмотреть нужно, чтобы элементарно знать, где что находится, а то мало ли, что может понадобиться.

Шум в столовой прекратился только после того, как появился арт Поли и спас бедных лигранов от азартной молодёжи. Ким вернулся за стол и сходу стал выспрашивать у меня о вчерашнем. Я рассказала ему всё то же, что Рие, за исключением только портрета и увиденного на нём кольца.

— Как ты общаешься с этими духами, если они отбирают так много энергии? — спросила, когда разговор коснулся моего вчерашнего спасителя.

— Ну, во-первых, у меня есть артефакт, который блокирует воздействие духов и всевозможных сущностей, — парень продемонстрировал нам массивный перстень с чёрным камнем. Он носил его постоянно, и я думала, что это родовое украшение. Всё-таки артефакты — очень большая редкость и стоят огромных денег. Я, конечно, не знаю о степени достатка семьи Кима, он никогда не говорил об этом, но такие вещи по карману далеко не каждому. — А во-вторых, если хочу узнать что-то у древнего существа, нужно втереться в доверие, — он хитро ухмыльнулся.

- Бросил бы ты эту затею, — скептически прищурилась Рия.

Ким только раздражённо повёл плечом и уверенно ответил:

— Я не сдамся. Ты просто не понимаешь, как важно для меня заниматься исцелением, и если для того, чтобы быть хорошим исцелителем, мне не хватает резерва, я способ его расширения из-под земли достану.

И сказано это было так, что спорить не хотелось совершенно. У каждого свои заморочки. Мне вот, как исцелителю душ, большой резерв и не нужен вовсе, главное

- хорошая концентрация и умение чётко и выверено действовать в экстренных ситуациях. Для специализации Рии резерв нужен намного больше, чем для моей. То, чем хотел заниматься Ким, требовало просто огромного запаса дара, всё-таки магические ранения — это не шутки. Он родом из графства Россо, которое на восемьдесят процентов состоит из непрерывной череды болот. Там водится столько нежити и опасной нечисти, сколько нет во всём королевстве. Видимо, именно из-за этого Киму так важно было научиться исцелять именно такие раны, нанесённые магическими существами.

— Лидия, — из раздумий вырвал голос арта Поли, который чинно подплыл к нашему столику и, не дождавшись от меня приветствий, заговорил первым, — кажется, нам пора идти.

— Да, арт Поли, — тут же подскочила я, выражая готовность следовать за магом. — До встречи, ребята.

Друзья дружно попрощались и мы с артом покинули столовую. Я настороженно наблюдала за магом, пытаясь понять, знает ли он о нашей ночной вылазке; естественно, ничего не поняла и вздрогнула, едва арт принялся говорить:

— Лидия, я хочу попросить тебя кое о чём, — неуверенно произнёс он. — Ты, конечно же, можешь отказаться, но я всё же не могу не озвучить просьбу. Ты сможешь ещё раз поделиться силой с Обителью?

— Я…я не знаю, — с запинкой ответила я. Если честно, такая просьба немного удивила. Мне казалось, что маг, при всей своей напускной учтивости, не был доволен фактом того, что его дом принял мою магию. А с другой стороны, если он говорит об этом, значит, нас не заметили, и взбучки за ночную вылазку в одно из опасных отделений можно не бояться. Наверное, стоит как-нибудь поблагодарить того духа.

- Понимаю, тебя пугают последствия, — арт понял мою заминку по-своему. — Да, Обитель взяла много твоих сил, но это только в первый раз, во второй ты даже ничего не почувствуешь.

- Нет-нет, — поспешила заверить я, пока он не запутался в догадках окончательно, — я совсем не боюсь последствий.

- Чего же тогда? — удивлённо приподнял бровь арт.

Я всё никак не могла подобрать слова, чтобы выразить свои мысли, и потому ответ прозвучал с заминкой:

- Мне кажется, что вам неприятно моё вторжение в магическую составляющую замка.

Вопреки моим ожиданиям, маг рассмеялся и наградил меня своей очаровательной кошачьей улыбкой.

- Глупости, дорогая. Как ты могла подумать, что меня может расстроить восстановление первобытной защиты, возрождение лигранов и даже появление духов-хранителей?! — я слушала и всё никак не могла поверить, что это всё сделала моя магия. Только про духов не поняла. — Хотя, духи — это не твоих рук дело, — словно прочтя мои мысли, добавил арт.

- А что это за духи? — я решила не упускать возможность и расспросить про ужасающее существо из подземелья.

— О, это древняя история, — улыбнулся арт. Мы как раз проходили мимо камина на втором этаже, и я с удовлетворением отметила, что Рия не солгала и они действительно прибрались здесь. Все статуэтки и вазочки были в целости и стояли на своих местах. — Раньше, ещё несколько веков назад, в каждую постройку поселяли живуна, по-простому — духа-хранителя. Это делали ещё когда дом только начинали строить, привязывая дух именно к фундаменту, чтобы он уж наверняка не выбрался,

— говорил маг, усаживаясь за стол. Я заняла кресло напротив него и с живейшим интересом слушала рассказ.

- А для чего нужны эти живуны?

— Они очень полезные и занимательные существа. Во-первых, охраняют, и не только от воров, но и от различных паразитов, во-вторых, поддерживают в идеальном состоянии дом, не позволяя ему стареть и разрушаться. Следят за вещами жильцов, всегда знают, что и где спрятано. За садом ухаживают, опять же. Ну и самое главное

— духи, древние, как сама планета, хранят в себе столько знаний, что нам и не снилось, Лидия! — воодушевлённо вещал арт. — Духи Обители спали, когда я поселился здесь. Я проводил несколько ритуалов для их пробуждения, но безрезультатно, уже начал было думать, что их здесь и не было, но совсем недавно, буквально в ночь вашего приезда, я почувствовал всплеск магии неизвестного происхождения. И у меня нет сомнений, что это была магия духов, потому что замок начал меняться на глазах. Стены стали крепче, восстановились плиты на дорожках в саду, и все мои бумаги, которые я когда-либо терял, волшебным образом нашлись!

Что-то шевельнулось в груди после рассказа арта. Живуны Обители пробудились в ночь нашего прилёта. Сразу же вспомнилось моё внезапное головокружение и удержавший от падения Ким.

Ощущение, кстати, было очень похоже на то, что я чувствовала после подпитки замка, только намного слабее. Ещё вспомнилась рожа, благодарившая меня за пробуждение. Неужели и это я? Хотелось бы узнать, но спросить можно только у рожи, а с ней мне встречаться боязно.

— А вы видели этих духов? — спросила, просто потому что было интересно, говорим ли мы про одних и тех же существ. Например, тот, которого видела я, едва ли выглядел хорошим и полезным, как арт Поли описывает. Правда, где искать выход, знал.

— Конкретно духов Обители видел ещё не всех, и даже точного количества их здесь не знаю. Они показываются далеко не всем, Лидия. Но в целом эти существа выглядят довольно жутко.

- А почему показываются не всем? — никак не унималась я.

— Энергетика, — коротко сказал маг, начавший перебирать бумаги на столе. — У всех древних духов особая аура, которая постоянно пьёт энергию живых, вызывая у них тем самым слабость на физическом уровне и неконтролируемое чувство страха. Обычно они позволяют видеть себя только магам с сильной защитой и хозяевам дома, на который осуществлена привязка.

Что-то шевельнулось в груди после рассказа арта. Живуны Обители пробудились в ночь нашего прилёта. Сразу же вспомнилось моё внезапное головокружение и удержавший от падения Ким.

Ощущение, кстати, было очень похоже на то, что я чувствовала после подпитки замка, только намного слабее. Ещё вспомнилась рожа, благодарившая меня за пробуждение. Неужели и это я? Хотелось бы узнать, но спросить можно только у рожи, а с ней мне встречаться боязно.

— А вы видели этих духов? — спросила, просто потому что было интересно, говорим ли мы про одних и тех же существ. Например, тот, которого видела я, едва ли выглядел хорошим и полезным, как арт Поли описывает. Правда, где искать выход, знал.

— Конкретно духов Обители видел ещё не всех, и даже точного количества их здесь не знаю. Они показываются далеко не всем, Лидия. Но в целом эти существа выглядят довольно жутко.

- А почему показываются не всем? — никак не унималась я.

— Энергетика, — коротко сказал маг, начавший перебирать бумаги на столе. — У всех древних духов особая аура, которая постоянно пьёт энергию живых, вызывая у них тем самым слабость на физическом уровне и неконтролируемое чувство страха. Обычно они позволяют видеть себя только магам с сильной защитой и хозяевам дома, на который осуществлена привязка.

«Или парням, которые носят кольца-артефакты», — про себя добавила я.

- Женщинам же не показываются вовсе, — завершил арт.

- Почему? — не могла не спросить я.

— Вы слишком чувствительны, эмоционально нестабильны, а один вид духа может вызвать у вас душевную травму. Если женщина — хозяйка дома живуна, тогда другое дело, её должна защищать аура жилища, но другим видеть их не дано.

Хотела было возразить, но решила, что арту совсем не обязательно знать, что я одного духа всё-таки видела. Я больше не задавала вопросов про бестелесную сущность, но тишина в кабинете так и не наступила.

— Так что с подпиткой Обители? — деловито осведомился арт. — Мне правда неудобно просить, но очень уж не хочется, чтобы то, что ты восстановила, пропало снова. Я всё рассчитал, — он уверенно извлёк из ящика бумагу и протянул мне, демонстрируя непонятные пока вычисления. — Если ты будешь «кормить» Обитель в течение года два раза в неделю, то результат от твоей магии продержится ещё два года после отъезда, а за это время я разберусь, как работает твоя магия, и пойму, как мне самому поддерживать всё в первозданном виде!

Вот теперь я даже если хотела отказаться, то не смогла бы. Арт Поли был так воодушевлён, что сказать «нет» ему в глаза у меня просто не повернулся бы язык, да и лигранчиков было откровенно жаль. Я согласилась.

Второй раз питать Обитель действительно было легко. Поскольку мы не понимали, как это произошло в первый, повторить всё в точности не удалось, поэтому мы придумали хитрую схему передачи магии. Действовало это так: мы с магом держались за руки, и я вливала свой дар в него, а он уже служил проводником и передавал магию замку. Такой способ, по словам мага, более энергозатратен, но как сделать это иначе, мы не придумали. Арт Поли объяснил, что он связан с замком напрямую, и поток, через который он «кормит» наш временный дом, должен быть замкнут на нём. Но я, сколько ни смотрела, потока, связывающего мага и Обитель, не чувствовала и не находила. Хотя он уверял, что видит его отчётливо. Видимо, потому что только хозяин может подпитывать дом. Таким образом, мы пришли к выводу, что и в прошлый раз моя сила шла через мага.

Кроме подпитки Обители, сегодня не происходило ничего особенного. Я снова была на обходе. Мы с артом пробовали работать с нитями леди, которая лишилась дара речи, но вырезать нужный кусок из её памяти у меня не вышло. Почему-то не получалось сконцентрироваться и определить именно тот участок, который нужно удалить, а разрывать где попало я не могла из-за риска лишить леди вообще всех воспоминаний. Арт Поли списал мою отвратительную концентрацию на усталость из-за питания замка и принял решение отложить работу с молчаливой женщиной на другой день. Кроме того, маг выделил мне несколько тетрадей со своими личными записями, в которых подробно описывалась суть работы с «вырезанием» частей нити. Мне было велено внимательно изучить эту информацию за выходной, чтобы потом

заняться исцелением леди со знанием дела. Записи перемежались с иллюстрациями, и всё казалось довольно понятным, поэтому сомнений в том, что я сумею разобраться, не возникло.

После обеда мне разрешили поприсутствовать на сеансе гипноза для выгоревшего мага. Но, если честно, этот день прошёл для меня, как в тумане. Я постоянно мысленно возвращалась к своему сну. Голос кристалла в голове не желал униматься, требуя от меня принять силу рода. И всё это было слишком странно, а странности меня пугали.

Как только настало время ужина, я помчалась в главный корпус. Но даже не зашла в столовую — вместо этого, опрометью пробежав по лестнице, ворвалась в свою комнату. Мне не терпелось поскорее почитать найденный в подземелье дневник.

ГЛАВА 8

Не мешкая, подхватила потрёпанную тетрадь из вороха бумаг, захламивших стол, и запрыгнула на постель. Сердце от бега набрало бешеный темп, а руки мелко подрагивали, пока я отрывала дневник. И на самой первой странице меня настигло разочарование. Бумага была очень старой, пожелтевшей, а чернила местами выцвели, но самое главное разочарование пришло с пониманием того, что этот дневник не принадлежал Ларсу Гееру. В первую очередь об этом говорил почерк, разительно отличающийся от того, которым были сделаны записи под картинками в свитках арта Поли. Маг говорил, что те пояснения записывал лично Геер, а значит, почерк должен быть таким же, или хотя бы очень похожим. В тех записях буквы были наклонными, крючковатыми и неровными. Здесь же — более ровными и аккуратными. А прочтя первую же строчку, я поняла, что записи велись от лица женщины.

Поскольку о женщинах, живших в Обители, я знала мало, решила, что дневник принадлежит той самой леди с портрета, Дарине Геер. Настроение испортилось, но раз уже эта тетрадь всё равно попала ко мне, стоит прочесть. Если не найду ничего полезного для себя, то хотя бы поближе познакомлюсь с одной из мурий. Так сказать, узнаю о жизни опасного существа из первых уст, ведь дневник — вещь личная, там вряд ли пишут неправду.

«Сегодня я прибыла в родной дом Ларса впервые. Должна заметить, что это прекрасное, удивительное место. Здесь нам будет хорошо. Мы не хотели поселяться в Вилдо, но Ларе придумал идеальный способ моей защиты, к тому же нынешний граф решил вернуть ему замок, отстроив для себя новый. Сегодня же ночью мы проведём ритуал и свяжем меня с замком. Смешаем мою магию с магией родового гнезда Гееров, чтобы скрыть следы дара мурии в моей крови. Ларе выяснил, как вычисляют таких, как я. Маги-следопыты находят мурий по отпечаткам их аур, оставленных при использовании дара. После ритуала я и замок станем одним целым, и наши ауры сольются. Дар мурии смешается с магией Ларса, которую он много лет отдавал замку, и истинное происхождение моей силы уже никто и никогда не сможет определить.

Это воистину идеальная защита! Мы сможем спокойно жить здесь, и никто из прибывающих никогда не догадается, что я отличаюсь от человеческих магинь. Меня немного беспокоит лишь то, что я не смогу покидать территорию замка, но, надеюсь, это не навсегда. Верю, что когда-нибудь охота за моим видом прекратится, и мы сможем жить спокойно, как раньше».

Первая запись была немного сумбурной, но суть в целом я уловила. Всё-таки они хотели скрыться, но придумали способ остаться здесь и жить спокойно. Жаль, он им не помог. Не отвлекаясь на лишние мысли, я перешла к следующей записи.

«Вчера я стала хозяйкой потрясающего места! Обитель прекрасна, и после того как Ларе связал меня с ней, я могу чувствовать себя в безопасности. Магия замка надёжно прячет меня, прикрывая собой. С сегодняшнего дня мы — единое целое, и только получая мой дар Обитель сможет жить полной жизнью, так же как и я смогу полноценно колдовать только здесь. Вливание моих сил сильно преобразило дом. К нашему удивлению, даже живуны признали меня хозяйкой, как признал и замок. Теперь я могу видеть и слышать каждого, кто находится в Обители, прямо как дух-хранитель».

Эту запись я перечитала трижды и поняла очевидное — замок питал вовсе не Ларе Геер. Это делала его супруга! Я искала не там, думая, что имею какую-то связь с создателем Обители, на самом же деле ключом к разгадке всё это время была таинственная мурия, которая жила здесь.

Дальше женщина по большей части писала про свою магию и про то, как она помогала в исцелении своему мужу. Рассказывала, как помогала восстановить раненые души и выводила редкие растения с помощью смешения своих сил с магией супруга. В целом уже на шестой странице я поняла, что жизнь у леди была примечательная и крайне интересная. А ещё сделала неутешительный для себя вывод — скорее всего, в моей крови присутствует именно магия мурий, потому что то, как видела потоки и нити Дарина, полностью соответствовало моему виденью. В целом, здесь было много чего интересного, и я снова и снова погружалась в повествование, и казалось, что я даже слышу голос женщины, рассказывающей мне о своей жизни.

«Вчера мы с Олесом создали одну презабавную вещицу для Ларса. Я покажу ему её вечером. Он будет в восторге! Мне так хочется, чтобы он смог видеть и чувствовать Обитель так, как вижу её я. Мы нарисовали и зачаровали с помощью магии живунов особую карту, которая покажет Ларсу всё моими глазами.

Естественно, я позаботилась о защите карты, сделав так, что распознать её истинную суть сможет только Ларе: она замкнута на его магии, поэтому другой маг, пусть даже очень сильный, не увидит ничего, кроме карты замка».


Открыв следующую страницу я заинтересовалась всерьёз. Здесь был вложен свиток с изображением. Причём не простой, а тот самый, зачарованный. От него просто-таки разило магией, и я поспешила применить особое виденье.

— Ничего себе, — прошептала, едва осознав, что нашла. Это была карта Обители, та, про которую писала Дарина.

Если обычным глазом я могла рассмотреть лишь разворот, то в состоянии транса это выглядело, как большая, размером примерно с обеденный стол, объёмная картина, находящаяся в постоянном движении. Здесь был изображён сам замок и окружающая его территория. Более того, я видела не только внешнюю сторону Обители, но и все тайные ходы. Их действительно было очень много. Но самое главное, что поразило меня больше всего, это видение потоков замка. Теперь я отчётливо понимала, в каком месте можно подключиться к Обители напрямую, не используя арта Поли, как проводника. Интересно, а арт знает об их существовании? Если Дарина Геер действительно обладала таким же виденьем, как моё, то вполне может и не знать, просто потому, что это может быть недоступно глазу человеческого мага. Стало дико интересно, смогу ли я подключиться к потоку, питающему замок магией, напрямую.

Мне казалось, я нашла что-то грандиозное и очень важное. Сердце колотилось, как бешеное и требовало проверить свои догадки в реальности. Сконцентрировавшись, вышла из транса, чтобы немедля впасть в новый. Я пыталась воссоздать картинку, виденную на схеме, в реальности. Чётко представила себе голубое небо, раскинувшиеся просторы прекрасного сада под ним и шпиль центральной башни Обители, за который и был закреплён нужный мне поток. Я словно была там, как птица, кружащаяся над замком. Я видела каждую нить, питающую сад, каркас, поддерживающий магическую защиту, и рассмотрела всплески магической силы живунов, которых, кстати, было четверо.

Сконцентрировалась и решившись, слилась с нужным потоком. И это было нечто абсолютно невероятное! Я будто растворилась в этом древнем замке, стала им, видела его глазами, слышала все звуки сразу и каждый по отдельности… Сознание переполнили чужие голоса, эмоции, переживания, и я, не выдержав натиска, вынырнула в реальность.

Отдышавшись, так и замерла с глупой улыбкой на лице. По телу пробежалась волна слабости, но не тягостной, как ранее, а какой-то приятной. Словно усталость, накатившая после трудного, но плодотворного дня. Я не могла описать случившееся даже самой себе, понимая лишь то, что совершенно точно связана с этим местом так же, как и Дарина. Осталось лишь выяснить, как. Снова вернулась к дневнику и погрузилась в более подробное изучение схемы. Но на этот раз она изменилась!

Рисунок, ранее представляющий собой просто объёмную картинку, ожил. Теперь повсюду мельтешили, двигались и переливались разноцветные огоньки размером с точку. Самый яркий, изумрудный огонёк, мерцал сильнее всех и, естественно, привлёк моё внимание. Я всмотрелась в него и еле удержала состояние транса, когда изображение неожиданно приблизилось, показывая мне мою же комнату с сияющим в её центре изумрудом. Ещё большее удивление вызвала внезапно вспыхнувшая рядом с огоньком подпись, гласившая: Дарина Мариана Геер. Непроизвольно отдалилась от изумрудного свечения, испугавшись собственной догадки, попутно отметив, что в коридоре, рядом с моей комнатой, появился голубой огонёк с подписью: Глория Аннабель Корш. В тот же момент комнату огласил стук в дверь.

Я покинула состояние транса моментально, но сил ответить на стук не было. Сейчас я отчётливо поняла, что Обитель воспринимает меня, как Дарину Геер: просто сомнений в том, что изумруд — это именно я, не было. Но в то же время я смогла рассмотреть то, что было замкнуто на магии Ларса Геера, а значит, и его дар в моей крови есть! Как такое возможно? Первая пришедшая в голову мысль была о том, что они вполне могут быть моими родителями, но она казалась слишком невероятной. Тем более что арт Поли говорил об отсутствии детей у этой загадочной пары.

Стук повторился ещё раз, и дверь распахнулась, впуская Глорию.

- На тебе лица нет, — сходу заявила она, — рассказывай!

— Не понимаю, как это работает, но я нашла карту, — продемонстрировала Глории свою находку. — На ней видны все, кто есть в замке.

Рия тут же выхватила бумагу из моих рук и всмотрелась. Некоторое время она не издавала ни звука, потом вышла из транса и печально сообщила:

- Прости, но я вижу просто план постройки. А арт Поли говорил, что его

потеряли…

— Дело не в этом! — поспешно воскликнула я. — Я видела тебя ещё до того, как ты постучала в дверь, видела всех ребят в столовой, арта Поли, идущего через сад в главный корпус, и… всех, понимаешь?! А ещё себя. — Рия слушала, затаив дыхание, и неотрывно смотрела на меня. — И меня карта воспринимает не как меня, — совсем тихо проговорила я.

Подруга почти ничего не поняла, и мне пришлось объяснить ей про огоньки и подписи под ними, и рассказать, что по мнению этой странной схемы, моё имя — Дарина Геер.

— Выходит, это магический предмет, — проговорила Глория. — Узнать бы, как она определяет, кто есть кто.

— Думаю, по роду магии, — оживилась я. — Нужно прочесть дальше, возможно, там есть ответы, — я снова взяла в руки дневник.

- А мне позволишь?

Следующую запись мы читали вместе.

«Ларе в восторге от карты! Постоянно пользуется ей. Это очень удобно — искать кого-то, когда в замке много людей, следить за тем, кто прибывает. Даже слышать, о чём говорят! Мы решили создать ещё парочку таких для потомков. Осталось только уговорить Олеса».

- Кто такой этот Олес? — нахмурилась Рия.

— Без понятия. Есть предположение, что дух-хранитель, но что-то я не могу представить, чтобы та женщина с портрета спокойно общалась с этими существами.


Мы читали почти до полуночи, не отвлекаясь ни на что, но дальше Дарина описывала только интересные случаи из будней исцелителя да свои отношения с Ларсом. Было интересно, но никаких ответов получить не удалось.

- Странно, она ведь была мурией, — заговорила Рия, — а занималась исцелением

душ.

— В бестиарии лечебницы было написано, что они могли делать это даже лучше простых исцелителей, — пожала плечами я.

- А в бестиарии школы, что они могли только губить.

На минуту я задумалась, чему же верить. Больше верилось почему-то Дарине.

Всё же человек вряд ли станет врать собственному дневнику, а судя по её записям, с ума она никого не сводила, используя свой дар только во благо.

— Знаешь, — глухо прошептала я, — не знаю ещё, дар это или проклятье, но почти уверена, что во мне тоже есть кровь мурий.

Глория, как ни странно, ничего не ответила. Она у меня умная и догадливая,


просто придвинулась ближе и обняла. И заговорила, лишь когда я успокоилась:

— Знаешь, не важно, какая кровь там в тебе течёт. Главное, что ты одна из немногих моих знакомых, кто хочет быть исцелителем не для того, чтобы получить деньги и власть, а чтобы просто помогать. Ты бескорыстная, Лидия, и талантливая, так что кровь — это просто кровь, она не так уж и важна.

— А вдруг они чудовища? — озвучила я вопрос, который меня тревожил на самом деле. — Их отлавливали и казнили годами не просто так.

— Сейчас другие времена. Раньше и вампиров убивали, боясь их кровожадности, а сейчас они живут себе среди людей и прекрасно себя чувствуют. Тогда уничтожали всё, чего боялись. Даже если ты мурия, уверена, ты сможешь доказать, что намного благороднее и полезнее доброй половины магинь, — подруга задорно подмигнула и улыбнулась. Я непроизвольно улыбнулась в ответ. Ладно, разберусь с этими тайнами, а там уже буду думать, хорошо ли быть магическим существом.

- Ну да, сирена — и та спокойно живёт в Обители, чем я хуже?

- Вот-вот, — поддержала Рия, — а теперь давай-ка спать. Остаться с тобой?

- Нет, спасибо, я в порядке, — улыбнулась ей, — иди к себе.

Естественно, спать я не собиралась. Меня мучил один вопрос: как смогли

вычислить Дарину Геер? В принципе это было невозможно! Если она слилась с аурой замка, то он должен был скрывать её полностью, как более сильный в магическом плане. Так как же случилось, что их казнили? Я очень надеялась найти ответ в дневнике, а потому пролистала тетрадь, остановившись за несколько страниц до последней записи.

«Сегодня в обитель прибыл граф Артур Вилдо со свитой. Они привезли девушку, дочь графа. Бедняжка совсем плоха — не ест, не говорит, боится закрыть глаза… Самое ужасное, что ни Ларе, ни штатный исцелитель графа не могут разглядеть причину недуга бедняжки. Ларе попросил просканировать девушку, но я опасаюсь раскрыть себя».

Я вспомнила, что арт Поли работал штатным магом у прошлого графа Вилдо. Интересно, здесь могло быть написано про него? Подумав, я перешла к следующей записи, сразу же отметив, что ровный почерк стал прыгающим, словно писали очень быстро.

«Стефан раскусил меня. Мы с Ларсом сканировали ауру дочери графа, и он неожиданно подключился к нам. Я не успела выйти из транса, и он сумел увидеть всё моими глазами. Он ничего не сказал, позволив мне исцелить девушку полностью. Не выдал ни словом, ни взглядом, но по его лицу я всё поняла! Он догадался, кто я. Ларе поговорил с ним, но если информация дойдёт до графа, мы обречены. Стефан дал мне двенадцать часов на то, чтобы скрыться, и если я пропаду, он станет молчать. Возможно, это моя последняя запись. Сегодня я постараюсь сбежать как можно дальше от Вилдо и от Тортона, чтобы увести подозрения от своих самых родных людей. Если Ева и Ларе пострадают из-за меня, я себе не прощу. Ларе уверяет, что

граф Вилдо не станет подписывать наш приговор, ведь мы спасли его единственную дочь от неминуемой гибели, и уговаривает остаться. Но я чувствую, знаю, что это конец».

И действительно, записей больше не было. А я так и сидела с открытым ртом, медленно осознавая прочитанное. Выходит, это арт Поли? Тем, кто рассказал о происхождении Дарины графу, был Стефан Поли? Видимо, сбежать она так и не успела. Казалось бы, я нашла тетрадь с ответами, вот она, только пользуйся! Но вопросов становилось всё больше и больше. Например, упоминание Тортона. А ещё — кого хотела защитить Дарина Геер? Кто такая эта загадочная Ева? Ответы хотелось получить как можно быстрее. Я чувствовала, что стою на пороге чего-то важного, но силы были на исходе. Я снова перелистала страницы в начало, но уснула, прочтя лишь половину.

Кошмара не было, и выспалась я хорошо, только разбудили меня рано. Громкий стук в дверь отдавался эхом в голове и, ещё не открыв глаза, я точно знала, что стучит Ким.

— Входи, — сонно крикнула я, прикрывшись одеялом до подбородка, и запрятала дневник под подушку. Рыжий выглядел растерянным и удивлённым.

— Уже обед, — почесав голову, сообщил он. — Странно, что ты до сих пор в постели.

Я взглянула на окно и поняла, что Ким не шутит: солнце действительно было

уже высоко. Не удивительно, я и уснула-то только под утро.

— Поздно легла. — Мой ответ Киму явно не понравился. Он без спросу опустился на постель рядом со мной и серьёзно спросил:

- Снова изучала замок ночью?

- Нет, читала, — не стала врать я.

- Что читала?

— Книги, — с запинкой ответила ему и кивнула в сторону учебников по истории Вилдо. Рыжий удивлённо изогнул брось.

— Не думал, что история графства настолько занимательна. Мы собираемся в город.

- Да, я знаю.

— Тогда хватит валяться! — бодро заявил Ким. Поднялся, подошёл к окнам и принялся открывать шторы. — Вставай, дуй на обед, и выходим! — закончив с занавесками, он предупредил, что ждёт меня за дверью, и вышел.

У меня же совсем не было желания куда-либо идти. Хотелось остаться здесь и дочитать дневник Дарины до конца, но с другой стороны… Эти тайны хранились уже много лет, и ничего не случится, если их разгадка подождёт ещё денёк. Было такое чувство, будто то, что я могу узнать, мне не понравится, а разгадка секретов прошлого принесёт множество проблем. Так почему бы не отложить это дело?!

Я бодро поднялась, быстро умылась и, надев лёгкое летнее платье василькового цвета, поспешила прочь из комнаты. Косу заплетала на ходу — не хотелось заставлять Кима долго ждать. Когда мы пришли в столовую, вся наша лига была уже там и весело доедала обед. Ребята переговаривались и обсуждали вылазку в город. С ночи нашего прибытия мы ещё ни разу не собирались вместе. Днём все были в своих отделениях, а время приёма пищи у нас часто не совпадало, вот и выходило, что некоторых ребят я не видела уже несколько дней. Глория также обнаружилась здесь, в компании Ена и ещё двоих парней.

Ким усадил меня рядом с подругой и принёс поднос с супом и горячим чаем. Ела я быстро, не желая задерживать ребят. А сразу же после обеда мы все вывалились во внутренний двор. К слову, в город собрались идти далеко не все. Нас собралось всего шестеро. Но так уж сложилось за годы учёбы в школе, что подобного рода вылазки устраивала именно наша компания. Тайр, который, как я поняла, был инициатором вылазки, шёл впереди и вёл за собой нашу нестройную толпу. Мы шагали рядом с Рией и Кимом, Ен отставал, а Фил пристроился рядом с Тайром.

— Идти долго? — поинтересовалась Рия, поглядывая на свои новые туфли на небольшом каблуке.

— Обитель за чертой Квека, — ответил Ким, — но не очень далеко. Всего четверть часа по тракту.

- Хорошо хоть по тракту, — хмуро проговорила подруга.

Меня же время пути интересовало мало. Сад, который мы ещё не миновали, был прекрасен, погода радовала ярким солнцем, а обувь я выбрала удобную. Уже на выходе с территории Обители нашу группку нагнал Ен и пристроился рядом с Рией.

- Ты как? — вопрос был адресован мне.

— Терпимо, — улыбнулась парню, — а ты? — спросила, вспомнив, что ему было плохо после встречи с живуном.

- Если по правде, то еле отошёл.

— Прости, я не хотела, чтобы вы пострадали из-за меня, — мне стало немного стыдно. Всё-таки это мне нужно было в тот ход, а они просто пошли за мной.

Вдруг вспомнилась последняя запись Дарины Геер. Она тоже не хотела, чтобы кто-то страдал по её вине. Жутко даже представлять, что и я могу однажды стать причиной несчастья моих близких.

— Не переживай за него, Ли, — успокоил Ким, — он мужчина, встречу с одним живуном точно переживёт. Этот, между прочим, самый нестрашный из них.

— Бывают хуже? — всерьёз удивилась я. Ким хмыкнул и с превосходством опытного всезнайки взглянул на меня.

— Это вы ещё Олеса не видели, его ауру ужаса даже мой артефакт не сдерживает!

Имя, которое произнёс рыжий, было определённо знакомым, и я решила, пользуясь случаем, уточнить некоторые моменты.

- Ким, а ты знаешь всех духов Обители?

- Уже да, — с гордостью ответил парень.

- Их же четверо, верно?

- Да, — слегка удивился Ким, — откуда знаешь?

— Арт Поли просветил, — беззастенчиво соврала. — А почему они ему не являются?

Показалось, что рыжий не хотел поднимать эту тему, но, видимо, не знал, как уйти от ответа, чтобы не обидеть меня.

- Понимаешь, Ли, они являются далеко не всем…

— Хозяину показываться должны, — я нагло перебила друга, чтобы не дать ему увернуться и не ответить.

— Они его не жалуют, — прошептал Ким так, что услышала только я. Ен и Рия тут же насторожились, но промолчали. Я намеренно сбавила шаг, сделав вид, что подол платья зацепился о застёжку туфель, а Ким, как галантный кавалер, остановился поддержать меня. Мы немного отстали.

— Почему духи не любят арта Поли?

— Я не знаю, они не говорят, — раздражённо ответил он. — Понял только, что это как-то связано с Ларсом Геером.

Я кивнула собственным мыслям, утвердившись в том, что Стефан Поли действительно сдал Дарину и Ларса графу, за то и заслужил немилость живунов, которые признавали Дарину хозяйкой. Появилось стойкое ощущение, что и мне стоит опасаться старого арта.

— Ли, во что ты ввязалась? Зачем тебе это? — пытаясь заглянуть мне в глаза, спросил Ким.

— Пока не могу сказать, но поверь, для меня это важно, — ответила максимально честно. Мне хотелось с кем-нибудь поделиться своими мыслями, но были определённые сомнения. Стоит ли кому-то знать о моём истинном происхождении? Наверное, нет, по крайней мере до того момента, пока я сама не буду уверена в правдивости собственных догадок.

- А с этим Олесом можно поговорить? — спросила я.

Не могу сказать, что горела желанием снова испытать весь спектр чувств от встречи с хранителем, но разговор с этим живуном мог бы дать много ответов. Всё же Дарина как-то общалась с ним, даже работала, значит, и я смогу.

- Нет! — громко воскликнул Ким, — Даже не думай! Даже имя его вслух не

произноси!

Рыжего мой вопрос почему-то взволновал так сильно, что он перешёл на крик. Ребята начали оглядываться, и я поспешила пройти вперёд, позволив парню немного отстать.

- Ты привлекаешь внимание.

Приняла решение пока закрыть эту тему. Хотя было любопытно, что такого страшного в этом Олесе, раз Ким так взбеленился.

Мы уже минут десять шагали по широкому тракту, и поток людей, шедших в Квек, впечатлял. Это были и вереницы повозок, и пешие селяне, и всадники, мимо нас промчались даже несколько карет с гербами явно знатных родов.

— Неужели здесь всегда такое движение? — вслух удивилась я. Просто в Тортоне подобное только в дни ярмарок и праздников бывало.

— Нет, сегодня здесь проезжают участники турнира! — радостно ответил Тайр, которого мы уже нагнали из-за столпотворения у ворот в город.

- Какого турнира? — не поняла Рия.

— Ну вы даёте! — воскликнул сын небожителя. — Турнир за титул графа, будет проходить через четыре дня в Нирте, — сказал он, а дальше мы, видимо, должны были всё понять и додумать сами. Увы, лично я ничего не поняла и вопросительно взглянула на Кима.

— На моей родине, в графстве Россо, нет наследника, а граф уже очень стар, поэтому в Нирте, нашей столице, пройдёт турнир за титул, — пояснил он. — Масштабное событие, зрелищное, я бы тоже хотел посмотреть.

- А Квек здесь каким боком? — не унималась Рия.

— По традиции участники турнира постепенно собираются вместе, чтобы прибыть на место боя в одно время. Например, Нирт на юге, значит все претенденты, кроме воина от самого Россо, встречаются в ближайшем графстве и дальше следуют вместе. По пути в Россо крупнейший город — Квек, поэтому и претенденты встретятся тут.

— Всё равно не понимаю, почему народу так много? — пробормотала я, расплачиваясь со стражником за вход в город.

- Жители Вилдо пришли представить и проводить своего кандидата.

В город мы всё-таки вошли, хоть и простояли длинную очередь. Квек оказался обычным городишкой. Не особо чистым, без изысканных построек и выдающихся шедевров архитектуры. Зато изобиловал тавернами, винными лавками, мастерскими портных и магазинами травников. Народу на улицах было много, и все двигались в одном направлении.

- На главную площадь идут, — пояснил Фил.

- Мы тоже туда? — спросила Глория, которая уже мечтала хоть куда-нибудь

прийти, лишь бы остановиться.

— Нет, мы сразу в таверну, места займём. А то к вечеру народу будет — не протолкнуться. А так выберем столик, засядем, а там кто захочет посмотреть на представление кандидата от Вилдо, прогуляются до площади.

Мне такой план понравился. Не очень-то хотелось смотреть на непонятного воина, а вот присесть и выпить чего-нибудь холодного желание было.

Таверну мы нашли просторную и пока ещё полупустую. Располагалась она как раз не очень далеко от площади, так что желающим будет легко добраться до места представления. Столик решили взять на террасе, под навесом: не хотелось летом сидеть в таверне, наполненной запахами браги и жареной картошки.

ГЛАВА 9

На террасе оказалось довольно уютно. Лёгкий горячий ветерок играл с выбившимися из косы волосами; в кружках, принесённых шустрым подавальщиком, пенился сбитень; запах жаркого из кухни разносился по всей улице, и общая атмосфера располагала к отдыху и неспешной беседе. Рия наконец-то вытянула

уставшие ноги и, сбросив неудобные туфли, блаженствовала, жмурясь от солнечных лучей. Парни стали тихо обсуждать претендентов предстоящего турнира. И откуда они только всё это знают?

Я неторопливо потягивала приятный клюквенный напиток с еле ощутимым привкусом спиртного и лениво наблюдала за вереницей движущихся к площади людей, думая о своём. Сегодня, на свежую голову, я ещё раз вспоминала всё прочитанное в дневнике и случившееся со мной в Обители. У меня уже не осталось сомнений в том, что я родственница Дарины Геер. Только вот кто? Сестра? Племянница? Вариантов было достаточно много, и ни в одном из них я уверена не была. Единственное, что приносило радость — воспоминание о найденной карте. Уж она-то мне точно пригодится. Решив отложить разгадки всех тайн на завтра, я стала прислушиваться к беседе парней.

— А кого представили от Тортона? — поинтересовался Ким. К слову, мы все, кроме него, были родом из холодного Тортона. Как к нам занесло выходца из южного Россо, как-то никто никогда не интересовался. Я не имела привычки расспрашивать людей об их семьях — наверное, потому что в кругу сирот эта тема не актуальна, а от ответов на вопросы Рии парень обычно уходил.

— Сына нынешнего графа, — поджав губы, ответил Фил. Этот голубоглазый блондин был из древнего и довольно знатного рода, следовательно, хорошо разбирался в заморочках с делёжкой власти. Было видно, что он нашим воином не очень-то доволен.

— А твоя семья никого не выдвигала? — поинтересовался Тайр. Семья сына ангела жила скромно, бедно даже, он не привык к роскоши и изыскам и, пожалуй, был единственный в школе, кто сразу же отнёсся ко мне, как к равной. Именно он первый из всей лиги заговорил со мной и сидел рядом на занятиях. Он и внешне сильно отличался от местных. Был более гибким, что ли, стройным, длинные серебристо-жёлтые волосы вились и ниспадали почти до самого пояса. Из него вообще вышла бы прекрасная и грациозная леди.

— Я не воин, а кузена не допустили из-за маленького резерва, — тем временем ответил Фил. — В этом турнире будут сильные воины, поэтому и отбор был жёсткий.

— Они что, сражаются магией? — искренне удивилась я. Никогда раньше особо не интересовалась этими вопросами, но где-то читала, что турнир — это бой на мечах или копьях до первого поражения, но никак не магический поединок.

— Не только. Там три этапа: силовой, магический и испытание на выносливость,

— ответил Ким. Мне почему-то казалось, что он знает об этих турнирах больше остальных.

— А от Россо есть кандидат?

— Да, мой брат.

Тайр присвистнул, Фил просто удивлённо изогнул бровь, а вот мы с Рией даже рты открыли от изумления. Единственным, кого информация ничуть не тронула,

оставался Ен.

- То есть ты тоже из знатного рода? — спросила я.

— Из рода нынешнего графа, я его внучатый племянник, — спокойно ответил друг, потягивая сбитень.

— И молчал? — почему-то разозлилась Рия. — Мы столько лет его другом считаем, а он даже не удосужился сказать, что графских кровей!

— Раньше нельзя было, — отведя взгляд, заговорил Ким, — все, кто в родстве с графами, особенно с такими старыми, как мой дед, автоматически попадают под угрозу, как потенциальные соперники в борьбе за титул. А сейчас, когда от нашей семьи претендентом выдвинули брата, скрывать уже нечего.

Рия фыркнула, всем своим видом выражая негодование.

— То есть ты думал, что кто-то из нас мог бы попытаться навредить тебе, узнав, кто ты?

— Нет, Ри. Но моя семья считает иначе. Я дал слово, что до того, как дед соберётся уйти на покой и семья выберет претендента на титул от нашего рода, никому и полслова не скажу. Да меня и в Тортон отправили безопасности ради, чтобы был подальше от интриг вокруг власти.

Обычно весёлый Ким был сейчас совсем не похож на себя. Серьёзный и в то же время явно огорчённый. Я положила свою ладонь на его руку и немного сжала,

кажется, догадавшись о причине сменившегося настроения друга.

- Ты хотел участвовать в турнире?

Ким заглянул в мои глаза и признался:

- Меня готовили к этому, Ли. Я всегда думал, что займу место деда, а в итоге я исцелитель, причём заурядный, отосланный духи знают куда. А за титул графа будет биться Дин, из которого воин, как из меня Пушинка.

После этого откровения мы все замолчали и заметно погрустнели. Мне даже жалко стало рыжего. И распределили его не туда, и графом теперь не стать.

Молчание прервал громкий звук церемониальных труб, огласивший, как казалось, весь Квек.

- Прибывают! — воскликнул Фил и, подорвавшись с места, подбежал к ограждению террасы. Мы, так же, как и другие посетители таверны, подошли ближе. Люди, которые продолжали шествовать по улице, расступились и остановились по обе стороны от дороги. Трубы продолжали гудеть, знаменуя торжественность момента и вызывая лично у меня лёгкую головную боль. Внезапно толпа загудела, кто-то начал свистеть, и послышался звук цокота копыт по булыжной мостовой.

Уже через мгновение мне удалось рассмотреть группу воинов на огромных боевых лошадях. Это определённо была специально выведенная порода скакунов. Массивные, с крупными жилистыми ногами, длинными шеями и яркими алыми глазами. Я слышала, что эти лошадки могут здорово помогать воину во время боя, к тому же они плотоядны.

- Великолепные архары, — почти простонал Фил.

— Ты про лошадей? — на всякий случай уточила я, ибо напрочь забыла название породы. Он кивнул, не отрывая взгляда от группы. Кто из мужчин был воином, я так и не поняла. Трое из них были в доспехах и шлемах, таких, что лиц не разглядеть. Ещё четверо ехали чуть поодаль на обычных пегих лошадках. Тот, что вёл группу, держал флаг с гербом графства Даунстел, величественно развевающийся на ветру.

- Кто из них претендент? — с любопытством спросила Рия.

- Тот, что везёт флаг, конечно, — быстро ответил Ен.

Я слабо представляла, как эти буквально закованные в железо тела могут ехать верхом. Это, наверное, жутко неудобно! Неужели они всегда в этом ходят?

— Это парадные доспехи, — усмехнулся Ким. Видимо, я произнесла свои мысли вслух. — Едва ли хоть кто-то сможет носить такое постоянно. Просто их ведь представлять будут, должны выглядеть величественно.

Медленно проследив за удаляющейся процессией, народ снова потянулся в сторону площади, а мы вернулись за стол.

- Может, и нам стоит сходить посмотреть? — предложил Тайр.

- Я пас, — поспешно отказалась Рия, — останусь здесь, послушаю менестреля.

- А я бы сходила, — задумчиво проговорила я. А что, не каждый день выпадает возможность поглазеть на настоящих воинов, тем более один из них — будущий граф. За время жизни в Тортоне я и была-то только на рынке, да в лечебнице, а уж турниров у нас на моей памяти не проводилось. Ещё, как я поняла, на площади будут представлять претендента от Вилдо и заодно всех остальных. Может, удастся увидеть потомка того, кто казнил Гееров?

- Тогда вы прогуляйтесь, а мы посидим здесь, — предложил Ен. Рия сделала вид, что совсем не рада компании бывшего парня, но вслух высказывать недовольство не стала. Мы же с парнями спешно покинули таверну, чтобы присоединиться к толпе зевак. Не успели пройти и половину пути, как над городом снова загудели трубы, извещая о прибытии ещё одного претендента. Мы, как и все, остановились у обочины, пропуская очередного воина. На этот раз мужчин было всего трое. Один из них ехал на белоснежном архаре, гордо неся герб графства Тортон, другие же, без доспехов и на совершенно обычных лошадях, следовали за ним.

- Оруженосцы, — шепнул Ким.

- Почему их так мало? — полюбопытствовала я, припоминая предыдущую процессию.

- Чем сильнее претендент, тем меньше свиты с собой берёт, — ответил Фил. — Это, конечно, негласный закон, но, как показывает практика, чем больше пафоса, тем

меньше сил.

Тортонец медленно и чинно проехал по главной улице Квека. Парни свистели ему вслед, поддерживая земляка. Как только он скрылся за поворотом, мы двинулись дальше. Пока дошли до площади, останавливаться пришлось ещё четыре раза — мы пропускали представителя графства Голдштейн, который был совершенно один, без оруженосца, что вызвало недоумение даже у всезнающего Фила. Провожали взглядами воинов от Норго, Довы и Билта. Все трое, к слову, имели весьма внушительное число сопровождающих.

На огромных размеров площади было многолюдно и шумно. Сам же центр Квека мало чем отличался от других таких же площадок в прочих городах Норолона. Главная улица упиралась в дом правосудия, а перед ним белым камнем была вымощена круглая площадь. В центре находилась импровизированная арена, на которой и собирались закованные в металл представители знатных родов. Толпа обступила воинов по кругу, и пробиться через неё поближе к месту действа оказалось ох как не просто. Одна бы я точно осталась стоять в сторонке и ничего не увидела, но парням удавалось мастерски лавировать среди людей.

— Жители и гости великого графства Вилдо! — вещал невесть откуда сильный, разносящийся над всей площадью голос. — Сегодня мы удостоились великой чести принимать у себя участников турнира меча! Уже через четыре дня эти мужчины, представляющие самые древние и знатные дома Норолона, сразятся за титул иземли графа Россо!

Толпа взревела, воины словно с цепи сорвались и принялись барабанить мечами по щитам. Словом, грохот стоял такой, что в раз заложило уши.

- Из Квека все воины отправятся вместе, — продолжил вещать неизвестный крикун. Я всё пыталась отыскать говорящего взглядом, но никак не могла. — А пока позвольте представить наших светоносных претендентов на графство Россо!

Толпа взревела снова, разродившись свистом, воплями и даже неприличными выкриками от дам сомнительной наружности. Ким проследил за моим взглядом, направленным в сторону оных, и пояснил:

- Воины знатные и богатые, путаны из Квека весьма заинтересованы в щедрых клиентах, пусть и на одну ночь.

Щёки почему-то опалило жаром, Ким тут же заметил моё смущение и рассмеялся, а я постаралась сделать вид, что ничего не происходило, и принялась внимательно следить за происходящим.

- Сейчас королевский поверенный будет проверять, все ли прибыли, — рассказал

Фил.

- А разве кто-то может не прибыть? — удивилась я. — Ведь заявки на турнир подаются заранее, потом представители графского рода выбирают, кого именно отправить, это длительная процедура, и если уж выбрали, глупо отказываться.

- Тут дело даже скорее не в отказах, — начал объяснять Ким. — Понимаешь, были случаи, когда в турнире побеждал человек, который вообще не был заявлен!

- Как это? — не поняла я.

— Видишь ли, у них весьма специфические доспехи, — заговорил Фил. — Лиц не видно, то есть по портрету не определишь, а слепки ауры сейчас несложно подделать.

Бывало такое, что воина убивали ещё по дороге на турнир, и вместо него приезжал уже совсем другой человек. Король взял это дело под личный контроль, так что теперь его поверенный в точке сбора воинов должен проверить их всех. Теперь они даже обязаны предоставить печать своего дома, чтобы подтвердить личность.

Я понятливо кивнула, не отрывая взгляда от арены, на которой уже появились высокий, сухощавый мужчина в очках и грузный человек с магическим усилителем голоса. Возрадовалась, опознав в нём того самого крикуна, потому что слышать голос и не понимать, откуда он, мне не нравилось.

— Перед вами королевский поверенный предстоящего турнира, лорд Драгорн! — он картинно указал рукой на высокого мужчину и передал ему усилитель.

— Итак, начнём, — сухо проговорил поверенный. — Представитель графства Тортон, лорд Бри.

Груда метала с гербом Тортона отделилась от толпы закованных в железо мужчин, передала свою ношу мальчишке, ошивающемуся рядом, погладила жеребца, успокаивая, и, громыхая, прошла к поверенному. Воин поднял забрало, открывая всей толпе своё лицо. Поверенному же он протянул кольцо-печатку, подтверждающую его принадлежность роду.

- Он точно не победит, — проговорил Фил.

- Почему? Выглядит сильным.

- Выглядеть сильным и быть таковым — разные вещи, — ухмыльнулся он.

Дальше поверенный вызвал представителя Довы, который при проходе в центр

арены грохотал ещё громче предыдущего воина. Затем пришла очередь Норго.

Ничего примечательного не происходило, а я уже привыкла к воплям толпы и пошлым репликам путан. И уже готова была вернуться к Рие и Ену, просто опасалась без ребят пробираться сквозь толпу.

— Представитель Голдштейна, лорд Трой Штейн, — провозгласили имя следующего железного человека. И снова грохот передвигающейся груды метала, приветственный свист толпы. Рыцарь подошёл, поднял забрало, протянул печать и… И что-то явно пошло не так. Королевский поверенный отрицательно качал головой, железный человек пытался что-то доказать, но из-за гомона толпы услышать, что именно он хотел донести до мужчины, никак не выходило.

— У нас небольшая заминка, — снова послышался голос спрятавшегося где-то толстяка, — приносим извинения и просим вас немного подождать.

Вопли сменились с приветственных на негодующие. Воин арену не покидал, продолжая о чём-то спорить с поверенным, тот же, как я поняла, оставался непреклонен.

- Что происходит? — не выдержав, спросила у ребят.

— Не знаю, похоже, Голдштейн сменил претендента без предупреждения, — не отвлекаясь от созерцания происходящего, пояснил Фил.

Вскоре воину надоело спорить, и он, сплюнув под ноги поверенному, развернулся, чтобы гордо уйти. И в этот момент я отчётливо увидела его лицо. К слову, лицо знакомое и вызывающее некое волнение.

— Марс! — возопила я, пытаясь перекричать рёв толпы. Естественно, ничего не вышло, и я принялась, как могла быстро, пробираться к арене. Попутно вспомнив истинное имя парня и осознав, что поверенный именно так его и назвал.

- Трой! — снова начала кричать я.

— Ли, что происходит? — рядом прозвучал встревоженный голос Кима, — он, как оказалось, последовал за мной.

На арене представляли следующего претендента, но я уже ничего не слышала, одержимая одной целью — догнать вскакивающего на архара Троя.

— Это пациент Обители! — крикнула немного отставшему Киму и продолжила пробираться к толпе железных людей.

И как только ему удалось выбраться? О чём он только думал? Куда арт Поли смотрел? Моему негодованию не было предела. Какой, к духам, турнир в его состоянии?!

- Трой! — срывая голос, прокричала я. Трой уже развернул архара и медленно тронулся прочь от главной площади. Я, обрадовавшись, вынырнула из толпы на освободившуюся дорогу и побежала так быстро, как только могла, чтобы преградить путь воину.

Архар встал на дыбы и громко заржал, сверкнув алыми глазами и совсем не характерными для лошади клыками, а седок вмиг спрыгнул с мощного торса скакуна. Я подскочила и бросилась к Трою, мёртвой хваткой вцепившись в его руку. Рука, что примечательно, оказалась без перчатки и сразу же сжала мою не менее крепко.

— Трой, что ты здесь делаешь? Тебе необходимо вернуться! Твоё состояние нестабильно, — начала тараторить я, пытаясь сообразить, каким образом затащу этого громилу обратно в Обитель. Но вместо того, чтобы хоть как-то ответить мне, мужчина резко сорвал с головы шлем и с яростью отбросил его в сторону.

- Женщина! Ты ополоумела — бросаться под архара?!

А я…я смотрела на знакомое лицо и видела совершенно незнакомого человека. Это определённо был не Трой! Да, похож, просто феноменально, до чёрточки, но точно не он. Более взрослый, серьёзный, суровый что ли, откровенно пугающий и величественный. Я невольно засмотрелась, бестолково открывая и закрывая рот, не издав при этом ни звука.

- Немая?! — рявкнул тот, в чьих глазах плескалось презрение и высокомерие.

Так на меня не смотрели давно, со времён сиротского дома, а раньше я очень хорошо знала этот взгляд. Знала и ненавидела. Потому расправила плечи и успокоилась. Я уже не брошенная сиротка, я маг-исцелитель!

- Простите, я обозналась, — чётко произнесла каждое слово, пытаясь не выдать ни одной эмоции. — Приняла вас за другого, приношу извинения.

Собиралась было развернуться на каблуках и уйти, но этот варвар не позволил мне высвободить руку, продолжая крепко сжимать её своей горячей ладонью.

— Ты из местной дурки сбежала, женщина? — насмешливо спросил он. — Это же архар, он мог просто отгрызть твою башку и проглотить, не подавившись.

— Простите, — пролепетала я. Злилась ли я? Определённо, но выражать свою злость и недовольство именно этому человеку сочла опасным для жизни.

— Хорошо, — как-то слишком покладисто проговорил он и захватил в плен мою вторую руку. — Теперь я дозволяю сказать, чего ты хотела на самом деле.

Я недоумённо уставилась на уж точно не Троя, не понимая, что он хочет услышать.

— Сразу обозначу, что твоё тело меня заинтересовало. Но не сегодня, — припечатал он, и я впала в ступор окончательно. Щёки снова опалило жаром. Похоже, он принял меня не за ту.

— Я обозналась, — повторила ещё раз, уже не так уверенно. — Приняла вас за старого знакомого, вот и всё, — приложила максимум усилий и высвободила свои ладони.

Он улыбнулся. Улыбка вышла гадкой и откровенно пошлой. Под таким взглядом я покраснела окончательно.

— Извините ещё раз, мне пора, — всё же развернулась на каблуках, как и планировала ранее, но не сделала и двух шагов. Меня снова резко дёрнули за руку, вынуждая вернуться обратно. Теперь я вплотную была прижата к закованной в металл груди копии Троя, а он немного наклонился, так, чтобы смотреть в глаза, и сказал самую непонятную вещь, которую мне когда-либо приходилось слышать.

— Ты считаешь, что можешь прикасаться к южанину, откровенно предлагая себя, а потом просто так уйти? — и это не была шутка. Вопрос прозвучал совершенно серьёзно и с явным раздражением. Я растерялась, испугалась и впала в ступор, не зная и не понимая, как отвечать на подобные вопросы.

— Лидия, всё в порядке? — голос Кима пролился бальзамом на мою душу. Я ещё никогда в жизни никому так не радовалась, как ему. Красноволосый тем не менее меня не отпускал.

— Женщина твоя? — вместо этого спросил он у Кима, больше не опаляя мою щёку своим дыханием.

— Моя, — настороженно подтвердил друг. И вот только после этого меня отпустили. Кстати, отпускали нехотя и даже не скрывая разочарования.

— Следи за своей женщиной, ведёт себя, как продажная девка! — сообщив это всё шокированному Киму и очумевшей от негодования мне, железный человек с поразительной лёгкостью запрыгнул на архара и гордо удалился.

- Мне показалось, или это воин от Голдштейна? — не отводя взгляда от

отъезжающего варвара, спросил Ким.

- Он самый, — так же рассматривая спину воина, отозвалась я.

- И то, что он обозвал тебя продажной девкой, мне тоже не показалось?

— А ты как думаешь? — метнула злой взгляд на друга. Он же видит, что мне неприятно, зачем напоминать?

- Прости. Просто объясни мне всё, иначе у меня мозг расплавится от догадок.

- Я думала, что это мой пациент.

Рассказывать я решила правду, здесь скрывать нечего. Потому быстро поведала другу про Троя, про его попытку уйти из Обители, о поразительном сходстве этих двоих мужчин.

— Я догнала его, заговорила, но когда он снял шлем, поняла, что обозналась. Начала извиняться, а он почему-то принял меня за путану.

- Тогда всё понятно, — сделал вывод Ким.

- Правда?

Просто мне вот вообще ничего понятно не было.

— Ты росла на севере, Лидия, у вас отношения между мужчиной и женщиной совсем не такие, как на юге. Ты же дотронулась до него, верно?

- Ну да, схватила за руки, боялась, что сбежит.

— Во-о-от, а для крайнего юга это непозволительно. Если женщина сама дотрагивается до мужчины… Словом, да, он был прав: ты предложила ему себя. Причём, если учесть, что ты выбрала единственную часть его тела, не скрытую под металлом, сделала ты это весьма откровенно.

Я застонала и, густо покраснев, схватилась за голову. Ким рассмеялся и приобнял меня за плечи.

- Ничего! Ты его видишь в первый и в последний раз, так что не переживай.

Зато на будущее усвоишь, что южных магов лучше не трогать. И говорить с ними, кстати, тоже не принято. Особенно женщинам.

Болтая, мы дошли до таверны, под завязку набитой народом. Были заняты теперь уже все столики и места за стойкой, а предприимчивый хозяин вынес ещё несколько раскладных столов и поставил их прямо на дороге у входа.

В центре наполненного дымом и пьяным гомоном зала поставили высокий стул, на котором сейчас сидела короткостриженая девушка и задорно играла на неизвестном мне инструменте. Рия и Ен допивали по четвёртой кружке сбитня и выглядели изрядно захмелевшими. Мы с Кимом тоже заказали себе по кружке клюквенного напитка, и рыжий принялся рассказывать друзьям о моём конфузе. В итоге веселились все, кроме меня.

Вскоре вернулись и Тайр с Филом, которые пересказали всё, что мы пропустили.

— Я так понял, что Голдштейн отказался от участия? — краем уха расслышала вопрос кого-то из парней.

— Почему? — тут же оживилась и решила расспросить.

— Прислали не того воина вроде, — улыбнулся Фил. — Заявлен был младший граф, а прибыл правящий, под его именем.

Я ахнула. То есть я откровенно предлагала себя правящему графу Голдштейна? Тут же нашлось и объяснение его внешнего сходства с Троем. Выходит, это был старший брат моего первого пациента в Обители. В памяти всплыли слова Троя о том, что он должен быть в другом месте. Скорее всего, именно на турнир он и рвался, а арт Поли не выпустил. О, Вечный дух! Я отчётливо вспомнила реакцию Троя, когда уместила свои руки на его груди. Получается, ему я себя тоже предлагала?!

— Запомни, пожалуйста, и как можно чаще напоминай мне, что от южан нужно подальше держаться, — прошептала Рие. Терраса вмиг наполнилась пьяным хохотом подруги, которая, несмотря на опьянение, прекрасно поняла, что я имею в виду.

Менестрель играла задушевную мелодию, и разгулявшийся народ нестройным хором напевал каждый свою песню. Впервые со дня приезда в Обитель я отвлеклась от собственных переживаний, погрузившись в звучание прекрасной музыки.

— Пора возвращаться, — грустно сообщил Тайр. — Арт Поли велел вернуться к

закату.

Уходить не хотелось. Терять ощущение свободы от тайн, постоянных загадок и неопределенности не хотелось в двойне. Но рано ещё нам мечтать о свободе, поэтому, как бы ни хотелось остаться, пришлось возвращаться в замок.

ГЛАВА 10

Уснула я быстро. Сказывалась усталость от похода в город и недосыпание прошлой ночью. Была даже надежда, что кошмар не придёт и сегодня, но она растаяла, едва перед глазами возникла знакомая стена с изображением Пушинки.

«Только не это», — мысленно простонала я, а девушка из сна уже проводила пальцем по контуру символа.

На этот раз за пальцем словно бежала искра, ярко освещая саму Пушинку и пространство вокруг неё. Едва я закончила, стена по старой привычке исчезла. Кристалл сиял и будто подрагивал, призывая подойти к нему. Ноги сами понесли к камню, а руки тут же легли поверх него.

— Твоё имя, дитя, — бесцветно проговорил кристалл.

— Лидия Геер, — совершенно уверенно ответила я, и началась уже знакомая светомузыка. Ярко алый всполох сменился насыщенным синим, тело пронзила острая и резкая боль, которая сменилась едва ощутимым онемением, а затем меня вновь накрыло холодной водной волной.

— Прими силу рода! — торжественно возопил кристалл так, что стены задрожали. И на этом всё. Я стояла, проникшись важностью момента, и ждала, пока кристалл предпримет хотя бы одну попытку всучить мне эту самую силу рода. Но он ещё немного посиял и снова вернулся в своё обычное состояние лёгкого свечения.

— Эй, — я погладила грань кристалл. — Что это было? Я приняла дар рода?

— Нет, дитя, — шёпотом ответил он. Звук быстро понёсся по комнате, облетая её по кругу и возвращаясь ко мне. Удивительная система звукопередачи! — Твои хранители не пришли помочь, ты узнала своё имя, но не приняла его.

Больше кристалл не сказал мне ничего, хотя вопросов было ох как много. Как я должна была принять своё имя? Что для этого сделать? Я действительно Геер, правда?

Число вопросов возрастало в геометрической прогрессии, но кристалл замолчал, полностью игнорируя меня. Только свет от него становился всё ярче и ярче, и вскоре я вынуждена была зажмуриться от слепящих лучей. Резко отвернувшись от слепящего камня, открыла глаза, но уже в реальности.

Утро выдалось необычайно солнечным, и свет бил по глазам даже через занавеску. Сегодня я проснулась, как и полагается приличному практиканту, сразу перед завтраком. Времени хватило только на то, чтобы сходить в душ, причесаться и одеться. То, что нужно! На лишние мысли времени не осталось, и я, несказанно довольная этим утром, побежала в столовую.

- Доброе утро, — улыбнулась Рие и Ену, уже начавшим завтрак. — А где Ким?

- Наверное, отсыпается после вчерашнего, — пожал плечами Ен.

Я же, едва задала вопрос вслух, увидела перед глазами карту! Казалось, что это не моё воображение, а реальная карта, раскинувшаяся передо мной на столе. Тут же один из огоньков — бледно-жёлтый — начал моргать, привлекая внимание. Я машинально всмотрелась и сразу увидела рыжего. Нет, он не проспал завтрак. Друг сидел с закрытыми глазами на берегу маленького прудика и, видимо, медитировал.

Хмыкнув, я постаралась отдалить карту, но ничего не вышло. Вместо того чтобы исчезнуть, она словно вспыхнула перед моим внутренним взором и перенесла меня к воротам. Там, на входе в Обитель, стоял кто-то, рассмотреть кого я не могла. Но зато отлично чувствовала, и эти чувства меня отнюдь не радовали. Тот, кто хотел пересечь границу замка, был опасен настолько, что у меня мелко задрожали руки! Ещё от него отчётливо веяло смертью и сильной древней магией.

Даже не знаю, как и почему, но в ту же секунду я подскочила с места и

бросилась прочь из замка, чтобы быстро помчаться по центральной аллее, ведущей к воротам. Карта пропала, но я точно знала, где находится тот, кому не место в Обители! Я мчалась, одержимая одной лишь мыслью: оградить свой дом от этого существа. Даже не смотрела на дорогу, не говоря уже о том, чтобы оглядеться вокруг, потому летящую рядом Пушинку опознала только по звуку крыльев.

— Куда спешишь? — спросила малышка, продолжая лететь рядом. Я не успела ответить, резко затормозив.

— Вы? — недоумённо поинтересовалась у графа Голдштейна, стоящего почему-то за пределами распахнутых ворот и пристально изучающего вход. Чувство опасности никуда не делось, в разы усилившись при приближении к графу. Он на несколько мгновений задержал взгляд на мне, затем внимательно прочёл вывеску над входом, и как ни в чём не бывало вошёл в ворота, за один шаг оказавшись рядом со мной.

- А у меня определённо есть дар ясновидения, да, женщина?

Вопросительно прищурилась, делая осторожный, неуверенный шаг назад. Было

стойкое ощущение, что этому человеку здесь не место и его нужно выдворить любой ценой, и я активно обдумывала, как это сделать, не особо вникая в суть слов ехидного графа.

— Я сходу вычислил, что ты из дурки сбежала, — пояснил тем временем граф и рассмеялся. Пушинка почему-то рассмеялась тоже. Нет, её я не видела, но переливающийся колокольчиками смех услышала отчётливо. Сказав это, граф с варварскими наклонностями плавно обогнул меня и, посвистывая, двинулся по аллее. Кстати, его лошадь так и осталась стоять у ворот. Я заметила, что архара не то чтобы не хотела следовать за хозяином, она как раз-таки была не против, но что-то не пускало её. Животное делало шаг в ворота и будто билось головой о невидимую стену.

— Она что, не может пройти? — спросила я.

— Тебе не хочется, чтобы она входила, — пожала малюсенькими плечиками Пушинка.

— Мне и его здесь видеть не хотелось! — воскликнула я, указывая на удаляющегося графа.

— У него есть приглашение официального хозяина дома. Вот приняла бы ты дар рода, — задумчиво пробормотала она, — и тогда сама бы решала, кому входить, кому нет…

— Но архару же я могу не впустить! — воскликнула я.

— Архару арт Поли не приглашал.

— Стоп. — До меня внезапно дошла суть последней сказанной Пушинкой фразы. — Что за дар рода? Что ты об этом знаешь?

— Сама, Лидия, — рассмеялась мелкая, отлетая от меня, — всё сама! — И скрылась в зарослях розового куста.

Вот зараза низкорослая! Почему у меня стойкое ощущение, что все всё знают намного лучше, чем я, но никто не хочет поделиться информацией?! Нужно обязательно подумать, что значит «принять своё имя», и наконец сделать это. А то так и будут по моей земле всякие графы шляться, а я их даже выставить не смогу!

С ужасом осознала, что считаю Обитель своей, и с удивлением почувствовала

нахлынувшее вдруг тепло ауры замка. На мгновение показалось, что Обитель не только понимает мои мысли, но и отвечает мне взаимностью. Стало жутковато, но интересно.

А ещё я вдруг осознала, что этот граф прямо сейчас решает судьбу Троя. Он же явно за братом приехал, а как говорил арт Поли, они помешаны на силе, и парня, перенесшего недуг, могут просто отлучить от семьи.

Не мешкая, быстро пошагала в отделение исцеления душ. Во-первых, за графом нужно проследить, потому что бедами от него разит за километр, а во-вторых, хотелось послушать, что ему скажет арт Поли, да и Троя перед отъездом необходимо было осмотреть.

Мысленно потянулась к карте, уверилась, что архара до сих пор топчется у ворот, и удовлетворённо хмыкнула. Так-то, нечего плотоядным монстрам по территории замка гулять! Эх, ещё бы получилось так же с её хозяином…

Пока я дошла, граф уже успел войти в кабинет арта Поли и захлопнул дверь буквально перед моим носом. Вламываться вот так, без разрешения мага, не хотелось, потому я так и продолжила в нерешительности стоять у двери. А там явно что-то происходило, хоть звуков и не доносилось. В Обители все двери зачарованы, дабы избежать подслушивания.

Внезапно всё тело пронзил леденящий холод, такой, как был при приближении живуна. Я зябко поёжилась, обхватив плечи руками, и непроизвольно выпала из

реальности. Передо мной снова была карта. Я понятия не имела, как это работает, и почему она является, когда ей заблагорассудится, но сейчас была очень даже рада. Сразу потянулась к огоньку, который словно кричал «опасность!», и постаралась максимально его приблизить. Моргнув, я будто сама оказалась в кабинете арта Поли.

У массивного стола сидел сам маг, граф же стоял напротив окна и задумчиво рассматривал наш необычный сад.

— Так вы говорите, просто потеря памяти? — сухо поинтересовался он. Я вздрогнула всем телом, услышав знакомый голос у себя в голове, но едва открыла глаза, звук пропал. Поспешила сомкнуть веки вновь, тем самым возвращая возможность слышать.

— Небольшой провал, я бы сказал, — отвечал арт Поли. — Вызван, скорее всего, заклятьем забвения, но я не уверен. Он попал сюда, уже лишившись всех воспоминаний, поэтому причину выявить не представилось возможным.

— Из-за него мы рискуем пропустить турнир за графство Россо, — почти прорычал Голдштейн. — Он может сражаться?

— Память вернулась пока не полностью. Боюсь, знания об искусстве боя могли ещё не восстановиться в полной мере. Крайне не советую ему в ближайшее время ни сражаться, ни колдовать, — спокойно, но в то же время твёрдо пояснил арт.

Граф Голдштейн резко развернулся и окинул мага полным ярости взглядом. Несколько нервно прошёлся по кабинету и остановился, опершись руками о край

стола.

— Вы предлагаете мне отказаться от турнира? — тихо, но очень угрожающе спросил граф.

Арт Поли не стал озвучивать и так очевидное, просто развёл руками.

— Я хочу забрать Троя прямо сейчас. — Арт Поли хотел было что-то сказать, но граф перебил: — Не обсуждается. Что нужно подписать?

Старый маг замешкался, но всё же протянул графу свиток с печатью ковена магов Норолона.

— Отчёт для ковена, — пояснил он, — о том, что вы забираете брата в добром здравии.

— Я его даже не видел, чтобы судить! — начал было возмущаться правитель Голдштейна и осёкся, словно что-то осознав. Молча подписал бумагу, оставив рядом с росчерком пера печать рода, и, заложив руки за спину, дождался, пока арт спрячет бумаги.

Я поняла, что сейчас мужчины пойдут за Троем, и, поспешно разомкнув веки, побежала, дабы обогнать их. Я не была полностью уверена в выздоровлении парня и просто обязана осмотреть его ещё раз. По моим ощущениям Трой был в комнате, поэтому помчалась прямо туда, резко затормозив у двери.

- Войдите, — тихо сказал Трой ещё до того, как я постучала. Возможно, слишком громко бежала, а может, тоже чувствует присутствие. Не став мешкать, быстро вошла.

— Здравствуй, Трой, — поприветствовала парня. — Присядь, мне нужно осмотреть

тебя.

- Зачем? — слегка напрягся он. — Разве я не исцелён?

— Я просто хочу убедиться, что всё хорошо, — заверила его. — И быстрее, у нас мало времени. — О том, какое мнение обо мне сложилось у Троя, старалась не думать, но щёки всё равно опалило жиром. Надо же, в открытую предлагала себя!

Как ни странно, возражать и задавать вопросы он не стал, молча усевшись на постель и слегка прикрыв глаза. Я тут же вошла в состояние транса и принялась сканировать ауру Троя. Аномалий не наблюдалось, что радовало. Главное я увидела: парень вспомнит всё, хотя на это и потребуется время. Когда дверь распахнулась, являя арта Поли в компании Голдштейна, я уже успела покинуть транс.

— Лидия, — арт Поли растерянно взглянул на меня, — не ожидал тебя здесь увидеть.

— Осматривала Троя перед отбытием, — улыбнувшись, ответила я, стараясь не смотреть на графа.

— Моего брата осматривала женщина? — не знаю, что стало причиной, но Голдштейн впал в настоящее бешенство. — Ты позволил женщине исцелять тебя? -

подойдя к Трою, прошипел он.

— Эта женщина — маг-исцелитель, — пояснил арт Поли, — вам не о чем волноваться.

Граф перевёл изумлённый взгляд на меня, осмотрел с ног до головы, словно впервые увидел, и, ничего не сказав, снова обратился к брату:

- Собирайся, мы едем домой.

Трой никак не скрывал радости от отбытия и через пять минут уже был готов отправляться. Арт Поли ещё несколько минут давал мужчине рекомендации, а я отстранённо рассматривала графов. По сравнению с братом Трой казался совсем безобидным: невооружённым взглядом было видно, что он действительно младший. И не из-за того, что старший граф выглядел хуже или опасней, просто было в нём что-то такое… Властность, серьёзность, словом, настоящий мужской стержень.

Я упустила момент, когда арт попрощался с мужчинами, погрузившись в свои мысли. Из раздумий вырвал голос Троя:

- Прощай, женщина.

— Удачи, Трой, — ответила и почему-то улыбнулась. Он с независимым видом прошествовал мимо, уступая место для прощания брату.

- Моё имя Тарион, — вместо прощания проговорил тот и протянул руку. Напряжённо подала ладонь в ответ, еле слышно шепнув «Лидия». Но вместо простого рукопожатия граф весьма вольно прикоснулся к тыльной стороне ладони губами и сообщил:

- Не прощаюсь.

После чего, больше не глядя на меня, покинул помещение. А я стояла в каком-то оцепенении, непроизвольно поглаживая руку на месте поцелуя. От места, к которому прикоснулись губы графа, расходились волны неприятного холода, и хотелось как можно скорее избавиться от этого ощущения.

Повернувшись к арту, обнаружила его в подобном моему состоянии. Маг неотрывно смотрел на мою руку и едва шевеля губами что-то бормотал.

- Что?

Услышав вопрос, арт едва заметно вздрогнул и посмотрел в глаза.

— Ничего, Лидия, всё в порядке, — совершенно бездарно солгал он. — Пойдём, осмотрим нашу буйную.

Уличить его во лжи я не могла, и расспрашивать о странном графе сейчас не хотелось, поэтому лишь молча проследовала за магом.


На этот раз девушка спала. Можно сказать, нам крупно повезло, потому что во время бодрствования распознать из всех личностей, живущих в ней, именно магиню было просто невозможно.

— Её зовут Агата, — прошептал арт и набросил на девушку полог тишины, чтобы мы уж точно не потревожили её сон. — Дочь моего давнего друга. Посмотрим её вместе? — маг вопросительно взглянул на меня, и мне оставалось только кивнуть. Перед погружением в транс отметила, что архары у ворот замка уже нет — стало быть, уехали. Вспомнив о графе Тарионе, невольно поёжилась, машинально дотронувшись до руки.

Чтобы сбросить нахлынувшее наваждение, поспешно вошла в транс, отчётливо ощущая арта Поли в своём сознании.

— Ух ты, — прошептала, едва рассмотрев энергетическое поле девушки. Подобного я ещё не встречала. Она и на энергетическом уровне выглядела не как один человек. Словно несколько аур наслоились друг на друга и теперь мерцали, переливаясь всеми цветами радуги, силясь слиться в одно целое.

— Как нам найти её? — растерянно спросила я. Нам предстояло «отрезать» всех лишних, чьи души впитала в себя Агата из древнего артефакта, но я совсем не понимала, где истинная аура девушки.

- Придётся погружаться и проверять. Сейчас я буду входить в каждое из этих энергетических полей поочерёдно и искать магиню. Как только найду, подам знак, и ты должна будешь как можно быстрее разорвать связь со всеми иными энергетическими полями. Готова?

— Готова, — едва шевеля губами, прошептала я. Такого мне делать ещё не приходилось, но когда-то нужно учиться. Так что, максимально сконцентрировавшись, мы принялись за работу.

Через несколько часов непрерывного транса арт Поли объявил о перерыве на обед, и мы вместе отправились в столовую отделения исцеления душ. Необходимо было закончить работу с Агатой, пока она была спокойна, поэтому время на поход в главный корпус решили не тратить.

Арт Поли был мной весьма доволен, а вот я поняла, что уже не восхищаюсь магом, как в день прибытия в Обитель, и отнюдь не считаю его добродушным стариком. Теперь арт вызывал скорее опасение и недоверие, а ещё очень хотелось спросить о его причастности к гибели Гееров напрямую, но духу не хватало.

За обедом я всё же решила поднять эту тему, правда, начала издалека.

- Арт Поли, вы говорили, что Гееры не успели скрыться, почему?

Маг поперхнулся, но, откашлявшись, всё же ответил:

- Они готовили побег, но власти задержали их раньше.

- А как власти узнали, что жена Геера мурия?

- В то время были выделены специальные отряды магов-следопытов, которые по

отпечаткам магии с лёгкостью вычисляли этих существ, — нехотя ответил арт. И только я открыла рот для следующего вопроса, перебил: — Давай пообедаем, Лидия.

Я удовлетворю твоё любопытство в другой раз.

Некоторое время я жевала молча. А чего я хотела? Чтобы он мне рассказал, как предал Дарину Геер и обрёк на казнь её семью? Едва ли он этим гордится. Но у меня и помимо Гееров были темы для разговора.

— Арт Поли, вы говорили, что чувствуете Обитель, а как это происходит?

— О, это требует сильнейшей концентрации, — куда более охотно ответил маг. — Необходимо просто хорошо сосредоточиться на нужном человеке, чтобы увидеть, где он находится.

Кивнула, отметив, что мне вообще концентрация не нужна, чтобы увидеть карту, да и появляются на ней сразу все. Может быть это имела в виду Дарина, когда писала, что Ларе видит Обитель не так? Вдруг он видел так же, как арт Поли, а я воспринимаю всё, как Дарина? Догадка казалась вполне логичной.

— А когда кто-то пересекает границы Обители, вы чувствуете?

- Это чувствует защита, Лидия, — улыбнулся маг. — Я могу лишь среагировать на неё. Если защита сочтёт того или иного посетителя, у которого нет моего личного приглашения, опасным, она не пропустит его и просигнализирует мне. Если же и я сочту данного индивида недостойным войти в Обитель, то он не войдёт. Но в то же время, если я решу, что защита ошиблась, то сам смогу открыть путь. — На мгновение арт осёкся и как-то уж слишком внимательно посмотрел на меня. — Хотя сегодня был презабавный случай… Защита не пропустила архару графа Тариона, хотя я и пытался открыть путь для животного. Не поддалась. — Взгляд мага был тяжёлым и изучающим. Я изо всех сил старалась делать вид, что усердно жую, и сохраняла невозмутимость.

Мог ли он что-то понять? Ведь выходит, что архару не впустила именно я.

— А почему тебя беспокоит данный вопрос? — наконец спросил маг, по-прежнему не отрывая от меня взгляда.

— Мне кажется это очень занимательным, — сказала первое, что пришло в голову, и принялась поспешно допивать чай. — Не терпится вернуться к Агате.

Когда мы возвращались в комнату магини, я уже точно знала, что вляпалась.

Арта заинтересовали мои вопросы, и теперь я даже не сомневалась, что стану объектом для слежки. Интересно, а меня он так же сдаст, как Дарину? Хотя сейчас мурий вроде бы не казнят. Но есть подозрения, что это только потому, что их уже не осталось. Как знать, вдруг, когда выяснится, что я одна из них, тоже избавиться захотят?

Единственное, в чём я была уверена, так это в том, что срочно нужно выпросить у Рии амулет Тооша.

Почти до самого вечера мы работали с Агатой. Арт Поли выявлял чужеродное энергетическое поле, а я, не мешкая, разрывала связь между ним и магиней. Девушка несколько раз просыпалась, но страхующий нас Лью снова и снова окутывал её чарами стазиса — так арту Поли было проще работать. Как раз к ужину нам удалось избавить девушку от «паразитов». Теперь оставалось только следить за её поведением. Я искренне сомневалась в том, что к Агате когда-либо вернётся магия, но выздороветь на энергетическом уровне она должна.

— Лью, назначь кого-нибудь подежурить здесь ночью, — попросил арт Поли, устало потирая виски. — Лидия, спасибо за работу. Ты выглядишь уставшей, — он криво улыбнулся, — не передумала ещё исцелять души?

— Нет, — с улыбкой ответила я. Усталость хоть и присутствовала, но чувство ликования от победы над недугом Агаты полностью её оправдывало.

— Это хорошо, Лидия, хорошо, — пробормотал арт Поли. — Ступай, на сегодня ты свободна.

Я не стала задерживаться и сразу же покинула отделение. У меня был план на вечер. Во-первых, срочно зайти к Рие и выпросить Тооша, во-вторых, засесть за изучение дневника Дарины Геер. Возможно, мне удастся найти хоть что-то о значении фразы «прими своё имя».

До корпуса дошла в раздумьях, по пути зашла в столовую и взяла с собой несколько булочек. Ребят ещё не было, а ужинать в одиночестве не хотелось. Перед тем как пойти в комнату, убедилась, что Рия ещё в своём отделении, и решила зайти к ней позже.

Дневник обнаружился в постели, там, куда я спрятала его, когда появился Ким. Устроившись у окна, я перелистала страницы до середины и погрузилась в чтение.

«Сегодня Ларе разработал несколько сильнейших заклятий, и мы провели весь день, тестируя их. Первое работает идеально! Оно направлено на блокировку магических сил и полностью скрывает магию. Единственный минус — оно не действует на чистокровных магических существ. Для полноценной работы заклятья необходимо, чтобы в том, на ком оно применяется, была хотя бы капля человеческой крови. У меня такой роскоши нет. Зато мы сможем применять его напациентах! Многие из них не контролируют выбросы силы, и некоторые части замки приходится отстраивать чуть ли не каждую седмицу».

Я сразу поняла, что речь идёт о заклятье, блокирующем магию, которое до сих пор применяет арт Поли. Он говорил, что Геер разработал его для Дарины, но теперь я знала, что мурия так им и не воспользовалась.

«Второе же заклятье идеально работает на мне. Моя беременность уже становится заметной, и мы искали способ, как скрыть её от всех. Наше дитя не должно пострадать из-за моего происхождения, поэтому сейчас мы будем скрывать его магией, а сразу после рождения надёжно спрячем».

Прочтя эту запись, я отшатнулась от дневника, как ошпаренная, чтобы сразу же с жадностью прочесть каждую строку снова. У Гееров был ребёнок! Руки мелко задрожали от нахлынувших догадок, а глаза принялись блуждать по записям Дарины, отыскивая информацию о ребёнке. Я листала и листала страницы, старательно вчитываясь в выцветшие буквы, в поисках заветного слова.

«Вчера у нас с Ларсом родилась девочка. Мы назвали малышку Евой, в честь моей матери. Она замечательная! Прекрасная и очень похожа на Ларса, но как мы ни старались, в крови Евы проявилась моя чёрная сила. Ларе заблокировал её дар и, надеюсь, она никогда не узнает о его существовании. Теперь я абсолютно счастлива! Мы будем жить в Обители вместе и воспитывать столь желанного ребёнка».

Почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы, и постаралась прочесть дальше. Но буквы были настолько стёрты временем, что разобрать хоть что-то не получалось, и я судорожно листала страницу за страницей, силясь найти хоть какой-то пригодный для чтения текст.

«Вчера ночью Олес перенёс Еву в Тортон, к другу Ларса. Котон прислал письмо, в котором сообщил, что нашёл способ вывести чёрный дар из крови малышки. Он несколько лет работал над этим ритуалом для меня, но с появлением Евы всё изменилось. Ей нужнее. Дитя не может контролировать силу мурии, и если обычную магию Ларе заблокировал заклятьем, то силу, доставшуюся от меня, так просто не успокоить. Наш друг нашёл способ, и надежда живёт во мне. Ева побудет там несколько лун, пока мы не решим вопрос с болезнью дочери графа Вилдо.

Как только мы исцелим девушку, Ларе сразу же отправится в Тортон, и уже очень скоро мы снова будем вместе. Она плакала, не хотела уходить с Олесом, всё же это первое наше расставание за полтора года. Но сейчас ей опасно находиться в замке. В Обитель прибыл граф Вилдо со свитой и больной дочерью. О существовании Евы не знает никто, кроме нас и духов-хранителей замка, и показывать её кому-либо до того, как мы сможем вывести из её крови мой дар, или моё проклятье, мы не собираемся. Слишком опасно и рискованно.

Нахождение графа в замке тревожит меня, и я несказанно рада, что Ева в безопасности. Возможно, уже через пару лун она сможет избавиться от проклятья моего рода, и ей не нужно будет скрываться уже никогда. Котон заключит тёмную сторону силы мурии, проснувшуюся в Еве, в кольцо, которое делали специально для меня, чтобы сдерживать чёрный дар. Я отправила его с малышкой. Он вычислил, что для того, чтобы удержать эту разрушительную силу, подойдёт именно этот металл.

Надеюсь, у него всё получится».

Я читала, читала… и только когда несколько крупных капель упали на пожелтевший лист, поняла, что плачу. Теперь у меня даже сомнений не возникло в том, что Дарина Геер — моя мать. Кольцо, Тортон, сила мурии… Только вот кто такой Котон и почему бросил меня? Судя по тому, что арт Поли чувствует во мне стороннюю магию, у этого мага ничего не вышло с заключением силы в кольцо. Может, из-за этого и бросил? Хотя это всё совершенно не важно. У меня была мать, был отец! И они уж точно меня не бросали. Они просто не успели. Не успели по вине арта Поли.

ГЛАВА 11

Не знаю, сколько времени я так просидела на постели, обхватив колени руками и плача, вздрагивая всем телом. Словно вся боль и переживания за прошлые девятнадцать лет решили выплеснуться наружу. Я помнила сиротский дом, помнила, как нас колотили за шалости, наказывали за любые проступки. Меня ведь никто никогда не любил, кроме Дианы. Но то была другая любовь, на грани с жалостью. И я всю жизнь винила родителей за то, что оставили, предали, не дали шанса доказать, что я могу быть хорошей дочерью.

Мне было жаль Дарину, которая не сделала ничего дурного, однако навлекла гнев графа не только на себя, но и на Ларса, человека, положившего жизнь на алтарь помощи людям. Как граф Вилдо мог казнить их после того, как они спасли его дочь от гибели? Как арт Поли мог так поступить? В голове не укладывалось. И что теперь будет со мной? Вдруг я опасна? Что, если моя магия может навредить тем, кого я исцеляю? Хотя за годы подработки в лечебнице подобных случаев не было, но вдруг Обитель пробудила ту самую чёрную силу, о которой писала Дарина?

Мысли путались и терялись, а слёзы всё продолжали бежать по щекам, насквозь промочив рукав рубашки. Сердце грохотало, отдавая в виски, пульсируя и разрываясь на части от боли.

— Лидия! — окликнули из-за двери, заставив отвлечься от накатывающей истерики. — Я вхожу! — крикнула Рия, которая, видимо, уже давно стучала в дверь, но из-за грохота собственного сердца я ничего не слышала.

Подруга внимательно осмотрела творящийся в комнате беспредел и, быстро подбежав, порывисто обняла.

- Что случилось?

После этого вопроса плач перешёл в рыдания, и чем больше Рия меня успокаивала, тем отчаяннее я рыдала на её плече. С подругой мне повезло, и в этом я в очередной раз убедилась, когда моя кожа жадно впитала одно из успокаивающих заклятий. Стало легче. Нет, на душе по-прежнему скребли кошки, и сердце билось пойманной в клетку птицей, но судорожные всхлипы и рыдания прекратились.

- Рассказывай, — потребовала Глория, протягивая мне стакан воды.

Я рассказала всё. Поделилась переживаниями и страхами. Просто держать это всё в себе было невозможно. Рия выслушала всё до последнего слова, не перебивая.

— Во-первых, поздравляю! — вдруг воскликнула она. — Теперь ты знаешь, кем были твои родители. Во-вторых, Евой я тебя называть не буду, даже не проси, — это заявление вызвало глупую улыбку, — и в-третьих, арту Поли лучше ничего об этом не знать.

Вот по последнему пункту я была согласна с ней на все сто. Арту Поли я перестала доверять окончательно. Теперь он для меня всегда будет человеком, поспособствовавшим казни родителей и отнявший мой дом, да и моюжизнь тоже.

— И ещё нужно узнать, кто тот маг, к которому тебя отправили в Тортон, — добавила подруга.

- Знать бы ещё, как, — тоскливо проговорила я. В тетради Дарины кроме имени ничего не было. Разве что поискать в дневниках Ларса Геера? Кстати, он, по всей видимости, не писал о наличии ребёнка, раз арт Поли, нашедший его записи, об этом не знает. Задумавшись о записях, я вспомнила, что нашла несколько писем в той лаборатории, и, неторопливо подойдя к столу, взяла оба конверта.

- Что это? — любопытно прищурилась Рия.

— Не знаю, какие-то письма, не отправленные, судя по всему, — проговорила, на ходу извлекая сложенный лист из конверта. К нашему общему сожалению, текст оказался настолько старым, что от чернил остались лишь мутные разводы, и понять содержимое было просто невозможно. К тому же было похоже, что на конверт пролилась жидкость, окончательно размазав чернила.

- Зато на втором есть адрес.

Я тут же принялась рассматривать второй конверт и действительно обнаружила адрес. Причём отправить очередное нечитабельное послание собирались именно в Тортон. Поспешно переписала улицу и номер дома в свой блокнот.

- Думаешь, это дом того мага? — спросила Рия.

— Думаю, что когда вернусь домой… — на этом слове я осеклась. Домой? А считаю ли я сейчас своим домом Либерг — крупнейший город Тортона? Едва ли. В Обители я чувствую себя куда более комфортно, чем во всех других местах, где мне доводилось жить. — Когда буду в Либерге, обязательно стоит пойти и посмотреть, что это за дом.

Рия понятливо улыбнулась и подбадривающе похлопала по плечу.

- Хочешь, у тебя посплю?

— Нет, спасибо, всё в порядке, — ответила я и проводила подругу до двери. На этот раз заперлась изнутри, чтобы никто больше не мог войти без стука, и устало поплелась в душ.

Успокаивающее заклятье действовало отлично, напрочь выметая из головы все переживания. То есть мысли, конечно, никуда не делись, но уже не пробуждали в душе бурю эмоций. Я просто стояла под струями холодной воды, блуждая взглядом по узорам на стене, пока не замёрзла. Поёжившись, вышла из ванной, укутавшись в тёплый халат, и снова подошла к столу, на котором лежали бумаги. На столе призывно поблёскивало колечко-змейка. Я взяла его и, немного подержав в руке, надела. Мама носила его, оно досталось ей от моей бабушки, так почему бы и мне не начать носить.

Улыбнулась, осознав, что впервые, пусть даже в мыслях, назвала таинственную мурию мамой. Странно, раньше ведь я думала, что мать бросила меня, и никак не могла понять, зачем она оставила мне эту безделушку. Кольцо было из неизвестного мне и, наверное, очень дешёвого металла, потому что даже в сиротском доме у меня его не отняли. Было бы оно ценным, и я бы даже не узнала о его существовании.

Колечко приятно холодило палец, и едва я закончила его надевать, словно сжалось, сдавливая фалангу. Показалось, что глаза металлической змейки сверкнули зелёным, но лишь на миг. «Ничего необычного, просто кольцо, даже не амулет», — подумала я, продолжая рассматривать руку. Но едва отвела взгляд от простого ободка, голова буквально взорвалась болью. Такое бывает, когда открывается новая нить или маг наоборот теряет связь с потоком, и я мешком повалилась на постель, готовая взвыть от острой боли. Однако через пару секунд всё закончилось так же резко, как и началось.

— Что за фокусы? — простонала я, утирая выступившие на глаза слёзы. А в сознание снова ворвалась карта, мерцающая множеством разноцветных огоньков.

И я снова видела себя, изумрудно-зелёную точку, которая словно стала ярче. Интуитивно потянулась к ней и снова оказалась в своей комнате, и теперь со стороны смотрела на бледную, растрёпанную девушку в огромном пушистом халате, с покрасневшими от слёз глазами. Но привлек меня далеко не собственный убогий вид, а подпись, которая теперь красовалась рядом с символизирующей меня точкой. «Ева Дарина Геер» — было выведено под ярким изумрудным сиянием. Что-то изменилось. Теперь Обитель воспринимала меня, как меня, а не как бывшую хозяйку!

- Приветствую, миледи, — прогрохотал утробный бас совсем рядом.

Тут же распахнула веки и охнула. Передо мной снова было оно — самое ужасное существо, которое мне доводилось видеть. Только эта рожа была куда более жуткой. У этой из чёрных омутов на месте глаз словно выглядывали алые огоньки — то появлялись, то тухли. Плюс эта голова была в несколько раз больше той, что явилась мне в подземелье. И, конечно же, голос. Он был подобен раскатам грома, пробирающий до костей и заставляющий стёкла в рамах подрагивать.

— Что вы такое? — непроизвольно отползая к стене, спросила я. Попутно отметила, что ужаса, всепоглощающего, лишающего разума страха, как в подземелье, сейчас не было. Да, существо было жутким, странным и пугающим, но не более того. Сердце не замирало при взгляде на него, как тогда, и руки не начинали дрожать. Неужели в этот раз живун не пьёт мою энергию? Только колечко-змейка на среднем пальце стало тёплым и слегка пульсировало.

- Я Олес, — прогрохотало чудовище, — дух-хранитель вашего рода, миледи.

- Почему вы так странно меня называете? — полюбопытствовала я.

— Вы единственная наследница рода, — невозмутимо ответило это. — Вы пробудили духов Обители и вдохнули в неё жизнь, миледи, — и эта рожа повторила тот же жест, что делал прошлый живун, виденный мной. Это было похоже на лёгкий поклон, только вот странно видеть склонение головы без тела.

Колечко начало ощутимо нагреваться, и в голове появилась мысль, что именно оно как-то связывает меня с духами.

— Вы не причините мне вреда, Олес? — осторожно спросила у духа. Теперь, когда я рассмотрела его внимательнее, стало не так уж и страшно. Да, жутко, непривычно, но точно не так, как в подземелье.

Рожа попыталась рассмеяться, что выглядело угрожающе, и я снова отшатнулась к стене.

- Вы приняли своё имя, миледи. Мы не смогли бы причинить вам вред, даже если бы сильно того возжелали.

После такого ответа я немного успокоилась. Не убьют, и то хорошо, но вот то, что он не исключает возникновения такого желания, насторожило. И что значит — «приняли имя»? Я же даже не успела разобраться, как это сделать!

- Кольцо, миледи, — не знаю, задала ли я эти вопросы вслух, но живун ответил.

— Вы приняли дар матери и наконец-то признали её таковой в своих мыслях.

Растерянно взглянула на змейку. То есть принять своё имя значило надеть кольцо? Интересные законы у этих существ. И кстати, раз Олес подтвердил, что я явилась причиной пробуждения духов, значит, я не ошиблась с выводами. Казалось, что я уже узнала всё, что хотела, и вопрос оставался только о кристалле. Почему он мне снится? И будет ли это продолжаться теперь, когда я якобы признала себя Евой Геер?

— Я пришёл, чтобы сопроводить вас к сердцу Обители, — прогрохотал живун, снова заставив вздрогнуть, и я как-то сразу поняла, о чём речь.

— Я уже была там, — ответила, понимая, что дух и так не может этого не знать, — оно не стало говорить со мной.

— Сердце не говорит с чужаками, не принявшими имя рода и не подчинившими хранителей, — ровно ответила рожа. — К тому же у вас не было ключа.

- Какого ключа? — заинтересовалась я, отлично помня, что стена каждый раз

открывалась лишь от моего прикосновения.

— Чтобы сердце заговорило не только во снах, но и наяву, нужен особый ключ, Олес отвечал на все вопросы, но не так, как мне бы того хотелось. Он словно говорил всё — и в то же время ничего!

— Почему вы не явились ко мне сразу после пробуждения? — моё спокойствие сменилось раздражением. Всё было бы так просто! Живун же всё знает обо мне, так почему бы ему было просто не рассказать? Зачем позволять мне входить в лабораторию, теряться в догадках, мучиться неведением?!

— Хранители не могли являться вам, пока вы не признали свою суть. Сейчас мы можем сопроводить вас к сердцу, чтобы вы смогли впитать все знания, воспоминания и силы своего рода.

Знания, воспоминания, силы… Кристалл и есть мой родовой предмет? Вот куда мои родители заключили части своих душ! Мне больше не пригодится кулон, который я выбрала символом своего рода — такой символ уже есть!

Я вскочила с постели в полной готовности следовать за Олесом. Подумать только! Я смогу прикоснуться к опыту и знаниям предков!

— Вам следовало бы озаботиться конспирацией, миледи, — уже значительно тише проговорил живун. Я понимала его без пояснений, и сейчас была полностью уверена, что речь идёт о Тооше. Не говоря ни слова, метнулась к двери, и прямо так, в халате, выбежала в коридор. Пронеслась до двери Рии и без стука вломилась к подруге.

- Ли? — сонно спросила она, отложив книгу. — Что-то случилось?

- Нет, всё в порядке. Хочу взять амулет, позволишь?

— Конечно, возьми в шкатулке, — Ри указала в сторону комода, и я поспешно подбежала к заветному хранилищу украшений подруги. — Зачем тебе сейчас? -

подозрительно прищурилась она. — Куда-то собралась без меня?

— Нет, что ты, — торопливо заверила я, надевая длинную цепочку на шею. — Просто опасаюсь слежки арта Поли, а с ним мне будет спокойнее.

Сонную Рию такой ответ удовлетворил. Правда, она ещё раз предложила переночевать у меня, но я конечно же отказалась. Не хотелось впутывать её в эти дела с сердцем Обители. Нет, я обязательно расскажу ей всё, но потом. А брать её с собой было бы верхом безумия, тем более неизвестно, как повлияет на её психику общение с Олесом. Это меня защищает кольцо, у Рии же подобной вещицы нет.

- До завтра, — попрощалась я и поспешно вернулась к себе.

Голова живуна продолжала висеть над моей постелью, изредка поблёскивая огоньками в провалах глаз.

— Отлично, — проговорил он, едва завидел амулет на моей шее. — После ритуала связи с сердцем вам это не понадобится, но сейчас необходимо.

Я так и села в кресло, мимо которого проходила.

- Ритуала?

Просто это слово ассоциировалось у меня с чем-то кровавым, страшным и неприятным.

— Конечно, миледи. Вы вберёте в себя частички душ своих предков, определённо, это можно назвать ритуалом.

Стало страшно, но страх быстро проиграл в борьбе с моим любопытством и желанием получить знания о своей семье.

- Мне нужно переодеться.

- Переодевайтесь, — бесцветно дозволил живун.

— А вы? Вы так и будете пялиться? — нервно спросила я. Просто как-то совсем не хотелось при роже переодеваться, учитывая, что под халатом на мне вообще ничего нет. Чудовище рассмеялось снова. Даже обидно немного стало.

— Миледи, я мёртв несколько тысяч лет, меня совершенно не заботит, как выглядит ваше тело, если вы об этом.

Глубоко вздохнув, подошла к шкафу и достала свежую одежду. Ну и пусть висит. Действительно, кого я стесняюсь? Молча переоделась, всё равно стараясь отвернуться от живуна, и сообщила:

- Я готова.

— Откройте окно, миледи, — вместо того, чтобы вести меня к кристаллу, приказал он.

- Зачем? — ничего не поняла я, но тем не менее подошла и открыла шторы.

— Просто откройте окно, — прогрохотал дух. — Даже у меня, существа, лишённого чувств, ваши вопросы вызывают раздражение.

Прозвучало угрожающе, а потому я молча распахнула створки. В комнату тут же

влетела знакомая Пушинка и радостно мне улыбнулась.

- Ты молодец! Долго, правда, думала, но до тебя дошло!

— То есть и ты всё знала, — констатировала я. Ну, про то, что мелкая знает ответы на многие из моих вопросов, я и так догадывалась. Непонятно только, почему отвечать на них она отказывалась.

— Конечно! — рассмеялась малышка. — Прости, но древние законы чести не позволили раскрыть тайну сразу. Ты должна была сама пройти весь путь принятия себя от начала и до конца.

В памяти всплыли слова Пушинки: «Сама, Лидия. Всё сама!». Странные, должна сказать, законы чести. Могли бы ведь и подтолкнуть в нужном направлении.

— Можем отправляться, миледи, — сообщил живун. Я молча направилась к двери, чтобы покинуть комнату. Попутно прикрыла глаза, осматривая замок. Почти все его обитатели находились в своих комнатах, кроме арта Поли, который как раз сейчас был в центральной башне, а изумрудного огонька и вовсе не было на карте, хотя на том месте, где стояла моя постель, мелькала обычная бледно-жёлтая точка. Я удивлённо изогнула бровь, силясь понять, как такое возможно. Меня скрыл Тооша, значит, не должно быть видно вовсе, что там тогда за точка?

— Миледи, я позволил себе слегка помочь вам. Теперь Стефан будет видеть вас в постели, если изъявит желание озаботиться вашим местоположением, — неожиданно сообщил дух.

- Вы читаете мои мысли? — удивлённо спросила я. Ведь этот вопрос я точно не произносила вслух.

- Немного. И мы пойдём не через дверь.

- У-и-и-и, — пискнула невесть чему радующаяся Пушинка, — вам снова доступны переносы!

Голова кивнула. И велела мне подойти ближе.

Я медленно прошла по комнате и остановилась прямо напротив жуткой рожи, которая вдруг начала размываться. Я вспомнила, как передо мной появился дух- хранитель, вызванный Кимом. Сейчас это было очень похоже на тот момент. Очертания головы размылись, превращаясь в белое облако тумана, которое стало расплываться, увеличиваясь до размеров человека.

- Идём! — пискнула мелкая и подлетела к туману.

- Не пойду.

Просто вдруг очень страшно стало. Это получается, я должна войти в духа? Жуть какая!

- Это просто переход! — воскликнула Пушинка и, резко влетев в туман, исчезла. Я охнула, во все глаза рассматривая поглотивший её «переход». Но не успела испугаться за жизнь мелкой, как из облака появилась её голова.

- Дуй сюда, быстрее! Олесу, между прочим, нелегко держать переход!

Я даже не собиралась следовать её указаниям. Мне ничего не объяснили! Что это за переход? Как он работает? А вдруг это опасно?

Твёрдо решила, что не пойду, но тут меня словно подхватил сильнейший порыв ветра, заставивший взметнуться и разлететься по комнате бумаги, лежавшие на столе. И я в одно мгновение оказалась буквально заброшена в туман. Яркая белая вспышка ослепила, лишая возможности видеть, и я попыталась сделать шаг назад. За спиной словно стена образовалась, не позволив сделать и шага, поэтому пришлось двинуться вперёд.

Зрение вернулось, но виделось всё как через мутное стекло. По обе стороны от меня были стены, обычные, из камня, ничем не примечательные. Сделала ещё шаг и снова почувствовала себя ослеплённой, а когда зрение вернулось, я уже стояла перед входом в загадочную лабораторию. Рядом стрекотала крылышками довольная Пушинка и материализовывался из тумана Олес.

— Никогда так больше не делайте, миледи, — серьёзно заявил живун, едва голова снова стала отчётливой.

- Как «так»? — уточнила я.

— Из перехода нельзя выйти обратно. Я еле удержал вас. Обычно такие выходки заканчиваются скоропостижной кончиной.

В горле моментально пересохло. Это я только что могла умереть? Как чувствовала, что нужно идти обычным путём, без всякой магии духов! Но что это за магия такая и как она может убить?

- Переход прокладывается сквозь пространство и всё, что стоит на пути следования. Вы уже сделали шаг вперёд, значит, оказались где-то в середине пути. Но сделав шаг назад, вы не вернулись бы обратно — для этих целей нужно строить новый переход — а оказались бы где-то посередине. Замурованными в стене замка, например, или напоротыми на пику башни… Мне продолжать, или вас устроят эти два варианта?

Громко сглотнув, поспешила заверить живуна, что и этой информации вполне достаточно для моей хрупкой психики.

- А как Пушинка смогла вернуться?

- Я волшебное существо, клуша! — грозно заявила мелкая. — Я не живая! Погибнет это тельце, из куста появится новое!

- Ясно, — растерянно проговорила я. — Сейчас я должна открыть проход?

- Естественно, миледи, — прогрохотал живун. — Только на сей раз рекомендую вам воспользоваться ключом.

Я хотела было спросить, что это за ключ, и где мне его взять, но внимание снова привлекла Пушинка. Я медленно перевела взгляд с маленькой Ти на знакомое изображение. Символ — это и есть Пушинка!

- Ты ключ? — восторженно воскликнула я. Малышка горделиво выпятила грудь и величественно кивнула.

- А ещё она второй хранитель Обители, который не должен был являться вам до того, как имя рода было принято.

- Брось, Олес, я всё равно ничего ей не сказала!

- Это точно, — подтвердила я, а Ти спланировала на мою ладонь.

- Давай, смелее, — подбодрила она, и я поднесла ладонь с уместившейся на ней Пушинкой к символу. — Ближе.

- Но я же придавлю тебя!

- Ближе! — возопила она, и я от испуга прижала Ти прямо к символу. Вспышка, яркая, не имеющая ничего общего с тем слабым свечением, которое я видела раньше, мелькнула и тут же исчезла, впитываясь в стену. Но самое поразительное, что и Пушинка будто слилась с символом! Маленькой женщины больше не было, зато изображение на стене прорисовалось ярко и отчётливо.

- Ти, — несмело позвала я, но стена начала подниматься, лишая надежды на возвращение мелкой. — Ти! — уже испуганно воскликнула я и подпрыгнула, силясь остановить каменную кладку.

- Это просто ключ, миледи, и вы вставили его в замок, где ему самое место. — Совершенно спокойно проговорил Олес.

- Но она же живая! — крикнула я, поражаясь чёрствости живуна. — Её нужно

спасти!

— Это всего лишь ключ, — снова повторил дух. Могу поспорить, если бы у него были плечи, он бы сейчас ими пожал. — Нам пора, — напомнил он и чинно проплыл внутрь открывшейся комнаты.

А я только сейчас взглянула на открывшуюся картину. Всё снова было иначе: и не как во сне, и не как наяву… Просто по-другому! Кристалл довольно ярко сиял, освещая пространство вокруг себя на несколько локтей. Пыли, паутины и прочих признаков заброшенного помещения не наблюдалось вовсе. И здесь было довольно тепло.

- Не понимаю… — еле слышно прошептала я, потрясённо осматриваясь.

- Вы открыли хранилище ключом, миледи, и оно ожило, — сообщил живун. Меня уже начало прилично раздражать это его ко мне обращение, поэтому

повернулась к роже, впервые решившись заглянуть в алые рубины глаз.

- Олес, можно на «ты» и без этого дикого слова «миледи»?

- Как скажешь.

Покладистый мне попался хранитель, однако.

- Так это хранилище? — спросила я. Комната была довольно просторной, но назвать её хранилищем, которое лично у меня ассоциировалось с помещением, заваленным вещами, язык не поворачивался.

- Хранилище сердца. Приступим к ритуалу?

- Что я должна делать? — поинтересовалась, недоверчиво глядя на кристалл.

- Нужно привязать тебя к сердцу так, как было в твои снах, только по всем правилам. Для ритуала нужны я, ты и сердце, так что можешь начинать, я подстрахую.

- Это опасно? — спросила, подойдя к сердцу Обители.

- Если ты и вправду дочь твоих родителей, то нет. Ты отдашь часть себя сердцу, а оно взамен отдаст тебе мудрость и знания всего рода.

Я уже поняла, что от духа всё равно не добиться подробных и всеобъемлющих ответов, поэтому, решившись, уместила руки на кристалле. И будь что будет!

- Твоё имя, дитя? — холодный камень спрашивал так же, как во сне.

- Ли… Ева Дарина Геер, — мои слова эхом разнеслись по хранилищу, повторившись эхом тысячекратно.

И началась уже знакомая светомузыка. Ярко-алый, обжигающий огнём всполох резко сменился изумрудно-зелёным, наполняющим пространство вокруг запахом азота. Тело на миг пронзила невыносимая боль, от которой я начала кричать. Буквально почувствовала, как Олес оттягивает её на себя, облегчая мои страдания. А после перед глазами вспыхнула яркая синяя вспышка, и меня будто закрутило в водной воронке, лишая возможности дышать, но только на миг. А потом всё просто прекратилось. Я так и осталась стоять, опершись руками о кристалл, а он стал светиться гораздо ярче.

- Всё прошло хорошо, — сообщил Олес, а я сейчас была невероятно зла на него.

- Почему ты мне соврал? — крикнула я. — Ведь отлично знал, что я могу умереть!

Просто теперь я точно знала, насколько опасным был проведённый только что

ритуал. Знания рода — штука действительно полезная.

- Но не умерла же.

- Это потому что ты успел оттянуть боль! А если бы не успел?!

- Радуйся, что успел, — как всегда безэмоционально посоветовал живун и принялся расплываться в переход.

Я ещё в чём-то его обвиняла, ругалась даже, но мне уже никто не отвечал, а передо мной снова появился знакомый переход. Смело шагнула внутрь, уже не боясь неизвестности, и вышла в своей комнате. Если честно, то никаких особенных изменений я пока не чувствовала, только понимала многие вещи, которые раньше пугали. Осознала, что те же переходы — удобные и довольно безопасные, если всё делать правильно; почувствовала, что Обитель неплохо было бы напитать магией; приобрела уверенность в том, что Обитель — мой дом… Только вот едва ли он сможет когда-нибудь стать моим не только по праву крови, но и по закону.

- Тебе нужно поспать, — сказал проявившийся Олес. — После ритуала лучше

отдохнуть.

И уже знакомый порыв ветра подхватил меня и отнёс в постель.

- Но я не хочу спать! — воскликнула я. — Хочу понять, что во мне изменилось!

- Спать, — непреклонно велел живун, и я уснула.

ГЛАВА 12

Эта ночь была, пожалуй, самой длинной в моей жизни. Мне снились сны, реальные, красочные и заставляющие верить в правдивость происходящего. Раньше, когда я просто читала дневник матери, всё воспринималось иначе, сквозь призму пересказа чужими словами, сейчас же я видела все события её глазами и глазами отца. Они были хорошими людьми, в этом у меня не осталось сомнений. Хотя бы потому, что я смогла увидеть, сколько жизней они спасли. Они хотели лишь одного: чтобы их оставили в покое. Мечтали жить и не бояться за своё будущее, надеялись на счастье и всеми силами старались заслужить его. Их предали те, кого отец считал друзьями.

Стефан Поли, который учился исцелению вместе с ним, и граф Вилдо, который, как я узнала из воспоминаний Ларса, был его давним приятелем. Но самое ужасное не то, что мне пришлось увидеть и почувствовать всё это, а то, что теперь я приняла их боль, понимала их гнев и разделяла желание отомстить. Души моих родных не были упокоены, они ждали, когда свершится правосудие. «Стефан не имеет прав на наш дом», — постоянно звучал в голове голос отца. «Потомки Вилдо не достойны править», — вторил ему голос матери.

Не удивительно, что я проснулась в слезах, а сердце разрывала непонятная ноющая боль. В голове не укладывалось, за что и почему так поступили с ними? Арт Поли представал совсем иным человеком, если смотреть на него глазами родителей. Со стороны создавалось впечатление, что он только и ждал подходящего момента для того, чтобы уничтожить их.

Ещё я узнала, что Обитель — лучшее место для больных душ. Отец создал невероятные плетения заклятий, которые мать вживила в сами стены замка. Эта магия, магия исцеления, пропитала весь замок, и уже само пребывание больных здесь благотворно влияло на их исцеление.

Самое интересное, что арт Поли знал об этом и не раз просил отца позволить ему работать в замке. Отец не позволял. Он не мог допустить посторонних в свой дом из-за страха за Дарину. И, как оказалось, правильно делал. Потому что едва у Стефана появился шанс, он сразу же им воспользовался! Более того — он соврал ему, обещая дать Дарине сутки на то, чтобы скрыться. На самом деле граф Вилдо узнал о чёрной силе мамы в тот же день, как Поли его обнаружил.

Я лежала на постели и широко открытыми, наполненными слезами глазами смотрела в потолок, не в силах принять случившееся и уже по-настоящему оплакивая людей, которых никогда не знала. Музыка разносилась над Обителью, призывая проснуться и заняться обыденными делами, и жизнь продолжалась. Только меня заботили дела давно минувших дней.

- Пора вставать, — неожиданно прогрохотал Олес, снова материализовавшийся из воздуха.

- Я не сплю.

- Твои мысли слишком тяжёлые. Позволь помочь тебе.

Вопросительно взглянула на духа, который уже совсем не пугал, и

почувствовала нечто странное. Похоже, вчерашний ритуал заставил меня на многое посмотреть другими глазами. Теперь я знала, что Олесу можно доверять безоговорочно, что он никогда не причинит вреда истиной хозяйке, что поможет в любых начинаниях.

- Нет, — тем не менее отрицательно покачала головой. — Я хочу пережить это всё вместе с ними, чтобы понять.

- У хозяйки Обители много дел, которые нужно решать на свежую голову, — возразил живун.

- Главное дело для меня сейчас — отомстить за сотворённое с ними, — стиснув зубы, проговорила я и, поднявшись, ушла умываться.

Я точно знала, что должна сделать. Вернуть свой дом, заставить Поли понять, какую ошибку он совершил, и обязательно посмотреть в глаза живому ещё графу Вилдо. Не знаю, мои это были желания или неспокойных душ Дарины и Ларса, но я это сделаю.

С ужасом осознала, что если придётся убить — убью, столь сильно бушевало во мне чувство несправедливости.

- Олес, почему духи не являются арту Поли? — спросила, на ходу вытирая волосы. Вспомнилось, как маг жаловался на то, что живуны не хотят показываться ему на глаза.

- Он нам не хозяин, — сухо ответил живун. — Он тот, кто лишил нас хозяев.

- Но один из вас общался с ним, — возразила я, опять же вспомнив рассказ арта.

- Нас четверо, двое — слабые духи, которых может призвать почти любой маг. Они просто духи замка, не хранители, а обычные неупокоенные предки бывшего хозяина. Скорее даже призраки, а не живуны. Двое других, включая меня, именно хранители родов.

- Родов? — уточнила я.

- Рода Геер, жившего здесь много лет и изменившего Обитель до неузнаваемости, и рода Россо, построившего замок.

Я удивлённо вздёрнула бровь. Россо — это же графы как раз по соседству с Вилдо. Именно там проходит турнир, в котором должен был участвовать Трой, да и Ким родом оттуда.

- Семьи Россо и Геер были дружны многие века. Когда-то графства Вилдо не было вовсе, вся территория принадлежала древнейшему роду Россо, которые и построили этот замок, как летнюю резиденцию. Конечно, тогда он был совсем не таким большим и величественным, но всего парочки стен достаточно, чтобы вживить живуна. Потом, во времена войн, часть территории Россо отделилась и перешла к молодому графу Ариасу Гееру, и долгое время графство носило имя его супруги Мариэль.

Олес говорил, а я вспоминала прочитанное в утащенных из библиотеки книгах по истории. Это всё действительно было написано там, просто я понятия не имела, что деления и захваты власти каким-то образом могут быть связаны с моим домом. И про то, что земли были названы в честь возлюбленной графа, я также читала, ещё тогда поразившись такому жесту правителя.

- Твой отец был единственным ребёнком в семье, и править должен был он. Но Ларе выбрал другую судьбу. Он хотел исцелять, заниматься наукой и просто жить, без оглядки на политику и власть. Он отказался наследовать титул своего отца, и его разыграли в турнире. Победил молодой Эрнест Вилдо, который подарил Ларсу Обитель в благодарность за отказ от графства. Собственно, это и было главным условием твоего отца. Дальше, я думаю, ты уже всё узнала.

- Узнала, — эхом повторила я. — А тот, другой хранитель, он кто?

- Помнится, ты видела его, когда впервые оказалась в хранилище..

Вспомнилась страшная, нагнавшая ужаса рожа, и я непроизвольно вздрогнула.

- Выходит, я пробудила вас всех? — спросила, памятуя, как рожа благодарила меня за пробуждение.

- Троих — да, четвёртого — лишь наполовину, — в своей загадочной манере ответил живун. Я задумчиво разглаживала складки на платье и не сразу уловила суть сказанного.

- Что значит наполовину?

- Не моя тайна, — отрезал Олес. — Тебе пора.

И мой личный хранитель испарился, оставив лишь полупрозрачное облачко тумана.

А я не торопилась покидать комнату. Не хотелось видеть арта Поли, прежде

всего потому, что я боялась не сдержаться и наброситься на него с обвинениями. Мне очень хотелось это сделать! А души родителей так и вовсе напрямую подталкивали к действиям. Но моя месть должна быть такой, чтобы он понял всю их и мою боль, чтобы почувствовал, испытал каждую каплю того страха, безысходности и безнадежности, на которые обрёк мою семью. А стоит мне публично проявить свои эмоции, и арт сможет многое мне противопоставить. Вполне может и меня сдать властям, и далеко не факт, что меня пощадят. Хоть времена и изменились, но люди-то остались прежними, и они, как и раньше, истребляют всё неизвестное и пугающее.

- Соберись, — прошептала сама себе и, присев на постель, прикрыла глаза. Хотелось всё-таки посмотреть, где находится арт Поли, чтобы как можно дольше с ним не сталкиваться.

Маг обнаружился в отделении исцеления душ, сидящим в своём кабинете. Приблизив изображение, увидела, что он не один. В кресле перед столом арта сидел Лью, и мужчины беседовали.

- Я отбуду прямо сейчас, на драконе, а вернусь через три дня, — говорил арт Поли, — ты останешься за главного.

- Хорошо, Стефан, — согласился Лью, — а что случилось с придворным исцелителем Россо?

- Петр потерял сына вчера, и сегодня никак не может присутствовать на турнире. А заносчивые участники графских кровей не позволят исцелять себя местным лекарям. Тем более пришёл срочный вызов от королевского поверенного, не поехать нельзя.

Я не стала дожидаться ответа Лью и открыла глаза.

Отлично, арта Поли не будет три дня, а я уж за это время что-нибудь да придумаю. На завтрак я спускалась в прекрасном расположении духа. Кто знает, может, и моя ненависть слегка поутихнет за эти дни, а желание убить мага на месте уйдёт.

- Привет, Ли, — едва я подошла к привычному столику, поздоровался Ким.

- Привет, ребята, — улыбнувшись, ответила я. Отметила, что Рия сидит рядом с Еном, как в старые добрые времена, и даже не шипит на него, раздражённая знаками внимания. — Спелись? — спросила рыжего, разглядывая парочку.

- Вроде да, — улыбнулся Ким. — Какие планы на вечер? — почему-то шёпотом спросил он.

- Пока никаких.

- Есть идея, зайду к тебе после занятий, — он лукаво подмигнул, и как-то сразу вспомнилась школа. Бывали ведь невероятно весёлые дни, когда мы всей толпой гуляли по городу, подсматривали за преподавателями, учиняли различные пакости…

- Я в предвкушении, — искренне сообщила другу.

В целом настроение стабилизировалось. Наверное, из-за того, что я знала: видеть Поли в ближайшие дни не придётся. А ещё Обитель ощутимо поддерживала

меня. Я буквально кожей чувствовала тепло родного дома, каждый кирпичик отзывался родством, и я была уверена, что замок уж точно не предаст. Теперь я даже ощущала, что Обитель нуждается в магии, и планировала подпитать её, придя в отделение. Когда мы уже доедали, с улицы послышались грохочущие звуки, и ребята гурьбой подбежали к окнам.

- Куда это он? — спросила Рия, рассматривая взбирающегося на дракона арта в походном костюме исцелителя.

- На турнир, — машинально ответила я.

Ким за моей спиной присвистнул.

- Везёт же всяким старикам. Я тоже хочу на турнир!

- Увы, но нас никто не отпускал, — развёл руками Ен. — Радует, что этот турнир явно не последний.

- Ну да, если на этом убьют сына Вилдо, то следующий сто процентов будет здесь, — протянул рыжий, провожая взглядом взлетающего дракона. — Но мы и сейчас свободные люди, нам не обязательно чьё-то дозволение…

Я тоже провожала его взглядом и украдкой молилась Вечному духу, чтобы заклятье, удерживающее седока, разрушилось, а ненавистный арт свалился со спины животного в самой высокой точке взлёта. Мои молитвы услышаны не были, и вскоре мы наблюдали уже лишь удаляющуюся точку высоко в небе.

- Ладно, кому-то предстоят зрелища, а нам — работа, — вздохнул Тайр, и мы разом отошли от окна. Пришло время разбредаться по отделениям. Ким на прощание заговорщицки мне подмигнул, и мы разошлись.

Лью встречал меня у входа в крыло. Все наши пациенты сейчас находились во внутреннем дворике, гуляли и наслаждались прекрасным утром. Сирена, как надзиратель, кружила по двору, не выпуская ни одного из них из виду.

- Доброго утра, Лидия, — слегка склонил голову Лью. — Арта Поли не будет несколько дней, поэтому будешь работать со мной.

Я не стала спрашивать, куда отправился арт, и так ведь знала, а говорить о маге совсем не хотелось.

Добрую половину дня я потратила на то, чтобы успокоить и осмотреть леди Тину, продолжающую напевать надоевшую всем песню. Мне даже помогала сирена, потому что сама я никак не могла успокоить эмоциональный фон женщины. Сейчас, приняв знания Ларса Геера, вырезать часть нити воспоминаний для меня не составляло никакого труда. Лью был против того, чтобы я самостоятельно бралась за исцеление личной пациентки арта Поли, но я понимала, что если не я, то никто из присутствующих здесь магов ей не поможет, хотя бы просто потому, что они не видели причин. Пришлось соврать Лью, что арт Поли разобрался в недуге леди и велел мне заняться исцелением. В итоге маг смирился и позволил мне войти в сознание женщины, сам же всё это время, явно нервничая, расхаживал по комнате.

У меня же всё выходило как никогда гладко. Нити разрывались легко, а место, в котором необходимо совершить разрыв, ощущалось отчётливо. Всё-таки знания моего отца были бесценны, и один мой талант без них был бы куда менее эффективен.

- Вот и всё, — тихо проговорила я, выходя из транса. Леди Тина уже уснула под тихое пение Эш, а Лью сразу же бросился к её постели. Он ничего не говорил, но я сразу заметила, что маг принялся сканировать ауру женщины.

- Это невероятно, — пробормотал он, не выходя из транса, — она не выглядит больной.

- Она и раньше не выглядела вроде, — пробормотала сирена.

- Но она была серой, как будто что-то выжигало её сознание изнутри, а сейчас светится, как аура младенца! — восторженно воскликнул Лью. — Как ты это сделала, Лидия?

- Могу нарисовать всё в схемах, — улыбнулась я. Всё-таки то чувство, которое возникает, когда ты спасаешь чью-то душу, не сравнится ни с чем. Это состояние эйфории и безграничного счастья просто невозможно описать словами.

- Только после обеда, Лью, девочка совсем бледная, — предупредила сирена.

Обедали мы в отделении исцеления душ, и говоря откровенно, под жадным

взглядом Колинса аппетит пропадал напрочь. В итоге, так и не покончив с обедом, мы отправились в кабинет мага, где я сначала рисовала, а потом битый час объясняла ему, что именно сделала. Когда он наконец понял систему моей работы и стал перерисовывать мои каракули в свой свиток, я позволила себе расслабиться и подключиться к замку. Подпитка требовалась небольшая и заняла совсем мало времени.

- Лидия, если хочешь, можешь уже отдыхать, — не отвлекаясь от записей, проговорил Лью, — ты и так сегодня много сделала.

- Спасибо, но я хотела ещё осмотреть Агату.

- О, не волнуйся, она сейчас под постоянным наблюдением госпожи Весты.

Вспомнив приятную зельеварку, я решила, что Агата действительно в надёжных

руках, и спокойно отправилась к себе. Шла медленно, наслаждаясь свежим воздухом и красотами парка.

Проходя мимо куста Пушинок, со вздохом вспомнила назойливую малютку Ти. Легонько провела рукой по огромному розовому цветку, потревожив покой дремлющих в бутонах Пушинок. Прошлась до гнезда лигранов, почему-то осмотрела каждого из них и даже просканировала состояние здоровья малышей. Отметила, что ядовитых особей ещё очень мало, ведь яд у них появляется только в период полового созревания. В остальное время укусы лигранов вызывают лишь лёгкий паралич — из-за веществ, пропитывающих их зубки, или болевой шок — в момент укуса их клыки деформируются и становятся чуть ли не с ладонь длиной, плюс ещё покрываются зазубринами, которые при укусе причиняют адскую боль. Я змеек не боялась. Они сами ластились ко мне, как к хозяйке, хотя лигранов и невозможно приручить, это исконно дикие существа. Да и кусают они только в момент опасности. Я же ничего дурного делать не собиралась.

— Наконец-то проснулись воспоминания настоящей хозяйки, — проговорил появившийся из воздуха Олес. И я даже возразить не могла, потому что так оно и было! Мне хотелось ходить по парку, хотелось проверить состояние каждого живого существа, и очень хотелось, чтобы мой дом жил и цвёл подобно розовым кустам Пушинок.

Я неспешно брела по саду, рожа летела следом, исчезая, едва кто-то шёл навстречу, и вскоре добрела до небольшого прудика, покрытого яркими кувшинками. Уселась на скамейку у этого прудика и планировала просто насладиться ароматами сада и солнечным светом. Однако, не успела прикрыть глаза, как перед ними тут же появилась карта.

Растерянно блуждая по ней взглядом в поисках знакомых имён, рассмотрела, как Рия помогает арту Эдсону перевязывать ужасающего вида руку молодого парня, поражённую какой-то буро-золотой сыпью. После нашла Кима, сидящего прямо на траве в дальней части парка. Странно, он тоже уже освободился? После вспомнила, что в его отделении сейчас нет пациентов и он пока изучает лишь теорию. Сейчас же было похоже на то, что друг медитировал. И я уже хотела открыть глаза, как заметила шевеление губ.

Это никак не вязалось с медитацией, при которой говорить он точно не смог бы.

Сконцентрировалась и прислушалась.

— А если через тот переход, что ты показал мне вчера? — Ким словно спрашивал у самого себя, потому что рядом точно никого не было, кроме мутного мерцающего свечения. Но не уверена, что это был человек, раз я не могла его увидеть. А Ким тем временем продолжал разговор:

- Но там будет брат! Я переживаю за него.

Невидимое нечто явно отвечало, потому что Ким продолжал неслышный диалог.

— Ты должен помочь. Это твоя обязанность, — вздёрнув подбородок, проговорил он. А я вдруг вспомнила, что именно таким свечением отмечаются на карте Обители живуны. Перевела взгляд на себя, сидящую на скамье у пруда, и убедилась в этом, увидев мутное свечение Олеса. Ким говорит с живуном? Я распахнула глаза и внимательно посмотрела на своего духа-хранителя.

— Ким — потомок Россо, — проговорила я, вспомнив, что друг графских кровей, и всё встало на места. — Я пробудила его наполовину, а на вторую половину — Ким?

- Это не моя тайна.

— Хорошо, — раздражённо произнесла я и, поднявшись, быстро пошла туда, где видела рыжего. К моему сожалению, застать его с поличным во время разговора с живуном не вышло, как я ни спешила.

Ким уже шёл по тропинке в сторону замка и явно удивился, увидев меня. Говорить о том, что видела, я, естественно, не собиралась: пока нельзя быть уверенной ни в ком.

- Лидия! Ты уже закончила? И куда идёшь?

— Да, арта Поли нет, и Лью отпустил пораньше, — притворно улыбнулась я. — Вот, решила погулять.

Олес, хвала Вечному, испарился, как только я начала задавать неудобные, по его мнению, вопросы, и теперь мы с Кимом были вдвоём.

- Так что у тебя была за идея?

Мы вместе неторопливо направились по центральной аллее в сторону замка.

- Как ты смотришь на то, чтобы посетить турнир? — с озорной улыбкой спросил

ДРУГ-

— Но как? — удивилась я. — Если при наличии драконов мы ещё сможем успеть туда, то никак не успеем обратно до утра!

Я знала, что подобные мероприятия начинаются на закате, и если взять хорошего лётного дракона, то до Нирта можно добраться часа за два, но окончание сражений на мечах будет перед самым рассветом, и попасть обратно мы не успеем даже с самым быстрым и выносливым драконом. Хотя у нас вообще никакого нет.

— Я знаю очень короткий путь. Просто доверься мне, и в Нирт мы можем попасть буквально за три минуты.

Я удивлённо посмотрела на друга. Он свихнулся? Да, я сама не далее как вчера пользовалась переходом, но его создавал живун! Живун? Снова посмотрела на Кима, уже с подозрением, и как-то сразу стало понятно, о чём он там с духом беседовал.

— Хочешь воспользоваться переходом духа?

Рыжий явно удивился моей осведомлённости, но тем не менее ответил:

— Это тоже вариант, но всё гораздо проще. Так что? Хочешь?

Если честно, предложение было заманчивое. С момента отбытия графов Голдштейн у меня из головы всё никак не шёл Трой. Из воспоминаний мамы я уже поняла: для того, чтобы кому-то навредить, нужно переключиться на другой уровень силы. Если же использовать только исцеление, случайно нанести вред магу невозможно, но я всё равно переживала. Всё же я не имею понятия, как это самое «переключение» происходит. А вдруг я случайно навредила ему? И уже только это заставляло меня согласиться. Тем более в том, что братья отправились именно туда, сомнений не было.

Ещё я хотела увидеть старого графа Вилдо, который, по словам Фила, также отбыл на турнир, чтобы поддержать сына. И вот конкретно графа мне хотелось не просто увидеть, но и немного поработать с его аурой. Я уже решила для себя, что на первом же публичном выступлении этого предателя обязательно буду присутствовать и сделаю всё, чтобы его совесть напомнила ему о грехах прошлого. А тут такой шанс, грех не воспользоваться! Но было и то, что заставляло меня задуматься — стоит ли?

- Там же будет арт Поли.

— Ты хоть представляешь, что такое турнир? — насмешливо спросил Ким. — Там народу будет в десять раз больше, чем в Квеке, когда встречали претендентов. Можем взять несколько амулетов невидимости, их действия вполне хватит, чтобы спрятаться, если арт случайно заметит.

- Ты всё продумал? — улыбнувшись, спросила я.

- Конечно, — ответил улыбкой Ким.

- Мы пойдём вдвоём?

— Возможно, ещё Ен будет, другим не нужно знать, что я могу организовать переход.

Я его понимала. Если бы я так могла, рассказала бы только Рие. Неужели Ким настолько мне доверяет?

Так, за разговором мы добрались до корпуса и вошли внутрь.

- Тогда собираемся, ужинаем и идём, — сообщил Ким у двери моей комнаты.

Я пошла к себе. Нужно было выбрать удобную, неприметную одежду и найти

свой амулет Чара. Они скрывали мага из виду буквально на несколько минут, но преимущество было в том, что через магию Чара не видели даже сильнейшие маги. Если другой амулет невидимости длительного действия можно взломать, имея определённые знания и хороший резерв, то краткосрочный Чара не взламывался, напрочь скрывая человека ото всех. Нам подарил их директор лечебницы перед отъездом. Он ещё тогда сказал, что этот дар не может не пригодиться.

В шкафу нашёлся отличный костюм для ночной вылазки. Одна из немногих моих вещей, которые не указывали на принадлежность к исцелителям. Почти вся другая одежда досталась мне от школы, и на каждой вещи обязательно была эмблема магов- исцелителей: плющ, перевитый золотой цепью. Отложив костюм на постель, начала искать обувь.

- Это плохая идея, миледи. — Голос Олеса в очередной раз заставил вздрогнуть.

— Просила же так не называть, — пробормотала, вытаскивая из сундука удобные сапожки на низком ходу.

- Это плохая идея, — повторил живун.

- Идти на турнир?

- Мы не хотим лишиться тебя снова.

— Брось! Это всего лишь турнир, — раздражённо ответила я. — Что со мной может случиться? Тем более я просто обязана посмотреть в глаза этому убийце Вилдо! — Воспоминание о графе вызвало волну ненависти.

- Мы просто волнуемся, что Обитель снова останется без хозяйки.

- Вы не можете волноваться, Олес, вы мертвы.

- Если не вернётесь к рассвету, я явлюсь за тобой, — сухо сообщил он, оставив попытки меня остановить, и исчез.

Я же побыстрее натянула костюм, собрала растрепавшиеся за день волосы в высокий хвост и, положив амулет Чара в карман, отправилась в столовую. Нужно отметить, что я, Ким и Ен выделялись из толпы ребят, пришедших на ужин. Только мы из всех присутствующих были в походной одежде. И естественно, это заинтересовало Рию.

- Вы куда-то собрались? — подозрительно прищурилась она.

- Да, на пробежку до Квека, — невозмутимо соврал Ким. — Хочешь с нами?

— Нет! — тут же воскликнула Рия. Зная её нелюбовь к всякого рода физическим нагрузкам, никто не удивился отказу, зато любопытная Глория больше не задавала вопросов. А рыжик радостно подмигнул мне. Наверное, и это продумал.

После ужина Ким вывел нас во двор и повёл за собой вглубь сада.

- Переход будет не в замке? — на ходу спросила я.

- Я вообще не представляю, что такое этот переход, — пробормотал Ен.

— Сами всё увидите! — настроению Кима можно было только позавидовать, он просто светился от радости.

Мы прошли сквозь ряды тенистых деревьев, пробрались через колючий кустарник и вышли к неприметному маленькому водопаду. Вода стекала с горки высотой примерно десять локтей, на самой верхушке которой бил ключ, и ниспадала в тонюсенький ручеёк.

- Пришли.

- И-и-и? — протянула я и недоумённо заозиралась. — Где переход?

- Сейчас будет, — улыбнулся Ким и крикнул уже не нам: — Давай!

В то же мгновение по воде пошла рябь, а над ней начал собираться густой белый туман, трансформируясь в подобие двери размером с человека.

- Прошу, — улыбнулся Ким, приглашающим жестом указывая на туман.

- Нет, я первый туда не войду, — заартачился Ен, а я не стала тянуть и гордо шагнула в переход. Здесь двух шагов оказалось маловато, и мне пришлось двигаться вперёд несколько минут. Но с ощущениями перехода я уже была знакома, да и знания предков подсказывали, что я в безопасности.

Вскоре меня ослепило вспышкой.

Вышла я, мягко сказать, неудачно. Ослеплённая вспышкой, ударилась о стену в тёмном, захламлённом чулане, а из-под ног, бодро попискивая, убежало несколько мышей. Не знаю, как удержалась, чтобы не закричать. Прижалась к приласкавшей меня стене и принялась ждать парней. Выходить из чулана одной было боязно.

Первым появился Ен.

- И где мы? — скептически спросил он.

- Не знаю, сейчас спросим у этого мастера переходов!

- Отлично вышли! — воскликнул Ким, едва покинув переход.

Мы с Еном снова осмотрели чулан. Ничего отличного тут явно не наблюдалось. Ким же бодро распахнул дверь, и мы увидели широкий коридор с высокими потолками. Стены были отделаны ракушечником, повсюду висели позолоченные подсвечники, а пол устилал яркий алый ковёр.

- Это что, дворец? — спросила я, сама испугавшись своей догадки.

— Он самый! — воскликнул Ким и, выйдя из чулана, поманил нас за собой. Мы с Еном были не столь решительны и энтузиазму Кима могли только позавидовать. Но тем не менее последовали за другом. Благо коридор был пустынным.

ГЛАВА 13

Некоторое время мы молча брели по коридору, и, что примечательно, по пути никто не встречался. Мы не видели ни слуг, ни придворных, ни стражей. И тишина царила полная, только наши шаги разносились эхом по коридору.

- Странный дворец, здесь вообще есть люди? — поинтересовался Ен.

— Это центральное строение, — пояснил Ким, — используется только для торжественных мероприятий, не жилое.

- То есть у твоего деда их несколько? — удивилась я.

— Да, три, — усмехнулся Ким, — один жилой, другой центральный и третий — загородный. Сейчас турнир, значит, вся свита переехала туда, где всех разместили. Насколько я знаю, дед отвёл целый этаж в жилом замке.

— Не понял, то есть тех, кто хочет завоевать графство, ещё и привечают, как друзей? — изумился Ен. Мне тоже казалось странным, что старый граф принял претендентов на его же титул в собственном доме.

— Не все, но дед считает, что врагов нужно держать ближе, чем друзей, — пожал плечами Ким.

Мы вышли в просторный, богато обставленный холл с множеством зеркал и позолоты, а уже из него прошли на крыльцо. Количество ступеней поражало воображение, но выглядело действительно очень торжественно.

- Здесь дед любит встречать послов и прочих визитёров, — пояснил друг.

- Здесь дед любит встречать послов и прочих визитёров, — пояснил друг.

- Чтобы они умерли ещё во время подъёма? — скептически поинтересовался Ен.

- Чтобы у них было время передумать доставать деда своими глупостями, — засмеялся Ким. Судя по всему, граф Россо — неплохой человек, жаль, что жить ему осталось мало.

Спуск по ступеням занял добрую половину нашего пути, но мы наконец спустились. Здесь же мы и встретили первых людей на своём пути. Несколько стражников в синих строгих костюмах, едва завидев нас, оголили мечи и с самыми грозными лицами двинулись на чужаков.

Киму было достаточно лишь продемонстрировать своё кольцо-печатку, чтобы нас оставили в покое. Парень также предупредил караульных, что мы вернёмся на рассвете, и велел не запирать ворота.

- Не думала, что ты обладаешь такой властью, чтобы командовать солдатами графа, — пробормотала я.

- Дед любит меня, — задорно подмигнул Ким, и мы пошагали дальше — по булыжной мостовой, через причудливый лабиринт выстриженных кустов, потом по аллее, окружённой низкими кустарниками, пока не вышли к массивным кованым воротам. А за воротами был город. Как оказалось, дворец находился почти в центре Нирта, рядом с главной площадью и ратушей. И это поражало, потому что, когда мы шли по территории замка, звуков города слышно не было, да и само место казалось уединенным.

- Магия, — сообщил Ким, заметив растерянность на моём лице. — Турнир за городом, так что возьмём карету.

Найти транспорт оказалось куда труднее, чем мы думали, но Ен успел увести одного из кучеров от массивной леди, которая пыталась торговаться с мужчиной. Мы погрузились в карету и медленно тронулись.

- Сегодня у них ажиотаж, — поглядывая в окно, отметила я.

- Все едут на турнир.

- А может, ты нам наконец расскажешь, как тебе удалось сотворить тот переход? — первым не выдержал Ен. — Я вообще думал, что ничего не получится!

- Это было просто, — оскалился Ким. — Понимаете, Обитель — не просто замок, — начал рассказывать он. Я-то знала это, как никто другой, но слушала с неподдельным интересом.

- Так вот: построили этот замок мои предки. Конечно, он был гораздо меньше, и строился как летний домик. А раньше, ещё лет сто назад, во всех домах были хранители. Их привязывали к стенам магией, и они хранили дом и род, который его возводил. — Должна заметить, что рассказывать Ким умеет, я даже заслушалась. — Так и мои предки оставили в замке живу на. Там он был просто необходим, ведь резиденцию посещали редко, лишь после сезона дождей и холодов, когда дорога была сухой. Потом, когда был передел земель, дворец перешёл в собственность нынешнего графства Вилдо, а наш живун остался.

- А не то ли это чудище, которое помогло мне выбраться из подземелья? — поинтересовалась я, и так зная ответ.

- Именно он! — радостно воскликнул Ким. — Так вот, когда я приехал в Обитель, живун почувствовал меня и пробудился. Это он показал мне множество тайных ходов в Обители, помогает расширять резерв и рассказал о переходе.

- Постой, то есть не сам дух его создал? — не поняла я. Просто Олес сам становился переходом, а не просто рассказал мне о нём.

- Переход стационарный, — подтвердил Ким. — Его создали мои предки, чтобы в случае чего иметь возможность быстро прибыть в замок. Но активировать его может только живун.

- Круто! — воскликнул Ен. — Вот бы научиться делать такие! Мы бы могли ходить домой иногда…

- Людям недоступны переходы в пространстве, — процитировала я очередную книжную истину.

- Увы, но ты права, заучка, — ласково обозвал рыжий. — Такая магия доступна только духам. Даже арт Поли, и тот драконами пользуется.

- Жаль, — вздохнул Ен.

- То есть ты у нас наследник Обители? — вернулась к интересующей теме я.

— Не думаю, что смогу предъявить хоть какие-то права на неё. Хотя место потрясающее.

- Зато ты можешь её купить, — предположил Ен.

— Боюсь, арт Поли будет против, — рассмеялся Ким. А вот я как-то совсем не подумала об этом. Покидать замок, который стал моим домом, в мои планы как-то сейчас уже совсем не входило, тем более я связала себя с сердцем и теперь просто не могу оставить Обитель без своей магии. Но как я смогу остаться там навсегда?

— Ким, а если бы появился кто-то из Гееров и заявил права на дворец, его бы вернули? — словно невзначай спросила я.

— Думаю, если бы объявился кто-то из Гееров, его бы казнили из-за мурийской крови.

- А если бы в нём не было мурийской крови?

— Всё равно нет, — покачал головой парень после недолгих размышлений. — Только если бы арт Поли согласился продать дворец.

Досадно было это слышать, но Ким гораздо лучше меня разбирается в подобных делах, а значит всё, что он сказал — правда. Может, я и смогла бы заставить ненавистного арта продать Обитель, пусть и с помощью силы мурии, но таких денег у меня нет, и, наверное, никогда не будет.

- Что-то ты загрустила, — Ким подбадривающе потрепал меня по плечу.

— Просто вдруг поняла, что у меня никогда не будет такого дома, — вздохнув, ответила я.

За окном пейзаж уже сменился с городского на степной, а это значит, что мы покинули Нирт и уже очень скоро прибудем на место. Когда карета резко затормозила, я поняла, что уже прибыли, потому что путь дальше был попросту закрыт, а к сделанному наспех ограждению турнирной арены стояла длинная очередь из карет, повозок и даже телег.

— Дальше, похоже, пешком, — осмотрев ту же картину, сказал Ен, и мы поспешно покинули карету. Ким сразу же обнял меня за плечи, словно чувствуя моё настроение.

— Не грусти, малышка, — проворковал он. — Найдёшь себе принца, и он построит для вас замок.

- Принцы на дороге не валяются, — уныло отметила я. Да и несерьёзно это всё.

У меня есть замок! Он мой по праву магии и рождения, так почему я не могу получить его?! Выходит, арт Поли отнял у меня не только родителей, но и дом? Именно в этот момент я решила, что во что бы то ни стало найду способ вернуть себе то, что моё по праву. А Ким, кстати, может оказаться неплохим союзником в этом деле…

— Может, ты просто не смотришь под ноги? — тихо проговорил он. А я не стала продолжать тему принцев, принявшись осматриваться по сторонам.


Самое интересное, что арт Поли знал об этом и не раз просил отца позволить ему работать в замке. Отец не позволял. Он не мог допустить посторонних в свой дом из-за страха за Дарину. И, как оказалось, правильно делал. Потому что едва у Стефана появился шанс, он сразу же им воспользовался! Более того — он соврал ему, обещая дать Дарине сутки на то, чтобы скрыться. На самом деле граф Вилдо узнал о чёрной силе мамы в тот же день, как Поли его обнаружил.

Я лежала на постели и широко открытыми, наполненными слезами глазами смотрела в потолок, не в силах принять случившееся и уже по-настоящему оплакивая людей, которых никогда не знала. Музыка разносилась над Обителью, призывая проснуться и заняться обыденными делами, и жизнь продолжалась. Только меня заботили дела давно минувших дней.

- Пора вставать, — неожиданно прогрохотал Олес, снова материализовавшийся из воздуха.

- Я не сплю.

- Твои мысли слишком тяжёлые. Позволь помочь тебе.

Вопросительно взглянула на духа, который уже совсем не пугал, и

почувствовала нечто странное. Похоже, вчерашний ритуал заставил меня на многое посмотреть другими глазами. Теперь я знала, что Олесу можно доверять безоговорочно, что он никогда не причинит вреда истиной хозяйке, что поможет в любых начинаниях.

- Нет, — тем не менее отрицательно покачала головой. — Я хочу пережить это всё вместе с ними, чтобы понять.

- У хозяйки Обители много дел, которые нужно решать на свежую голову, — возразил живун.

- Главное дело для меня сейчас — отомстить за сотворённое с ними, — стиснув зубы, проговорила я и, поднявшись, ушла умываться.

Я точно знала, что должна сделать. Вернуть свой дом, заставить Поли понять, какую ошибку он совершил, и обязательно посмотреть в глаза живому ещё графу Вилдо. Не знаю, мои это были желания или неспокойных душ Дарины и Ларса, но я это сделаю.

С ужасом осознала, что если придётся убить — убью, столь сильно бушевало во мне чувство несправедливости.

- Олес, почему духи не являются арту Поли? — спросила, на ходу вытирая волосы. Вспомнилось, как маг жаловался на то, что живуны не хотят показываться ему на глаза.

- Он нам не хозяин, — сухо ответил живун. — Он тот, кто лишил нас хозяев.

- Но один из вас общался с ним, — возразила я, опять же вспомнив рассказ арта.

- Нас четверо, двое — слабые духи, которых может призвать почти любой маг. Они просто духи замка, не хранители, а обычные неупокоенные предки бывшего хозяина. Скорее даже призраки, а не живуны. Двое других, включая меня, именно хранители родов.

- Родов? — уточнила я.

- Рода Геер, жившего здесь много лет и изменившего Обитель до неузнаваемости, и рода Россо, построившего замок.

Я удивлённо вздёрнула бровь. Россо — это же графы как раз по соседству с Вилдо. Именно там проходит турнир, в котором должен был участвовать Трой, да и Ким родом оттуда.

- Семьи Россо и Геер были дружны многие века. Когда-то графства Вилдо не было вовсе, вся территория принадлежала древнейшему роду Россо, которые и построили этот замок, как летнюю резиденцию. Конечно, тогда он был совсем не таким большим и величественным, но всего парочки стен достаточно, чтобы вживить живуна. Потом, во времена войн, часть территории Россо отделилась и перешла к молодому графу Ариасу Гееру, и долгое время графство носило имя его супруги Мариэль.

Олес говорил, а я вспоминала прочитанное в утащенных из библиотеки книгах по истории. Это всё действительно было написано там, просто я понятия не имела, что деления и захваты власти каким-то образом могут быть связаны с моим домом. И про то, что земли были названы в честь возлюбленной графа, я также читала, ещё тогда поразившись такому жесту правителя.

- Твой отец был единственным ребёнком в семье, и править должен был он. Но Ларе выбрал другую судьбу. Он хотел исцелять, заниматься наукой и просто жить, без оглядки на политику и власть. Он отказался наследовать титул своего отца, и его разыграли в турнире. Победил молодой Эрнест Вилдо, который подарил Ларсу Обитель в благодарность за отказ от графства. Собственно, это и было главным условием твоего отца. Дальше, я думаю, ты уже всё узнала.

- Узнала, — эхом повторила я. — А тот, другой хранитель, он кто?

- Помнится, ты видела его, когда впервые оказалась в хранилище..

Вспомнилась страшная, нагнавшая ужаса рожа, и я непроизвольно вздрогнула.

- Выходит, я пробудила вас всех? — спросила, памятуя, как рожа благодарила меня за пробуждение.

- Троих — да, четвёртого — лишь наполовину, — в своей загадочной манере ответил живун. Я задумчиво разглаживала складки на платье и не сразу уловила суть сказанного.

- Что значит наполовину?

- Не моя тайна, — отрезал Олес. — Тебе пора.

И мой личный хранитель испарился, оставив лишь полупрозрачное облачко тумана.

А я не торопилась покидать комнату. Не хотелось видеть арта Поли, прежде

всего потому, что я боялась не сдержаться и наброситься на него с обвинениями. Мне очень хотелось это сделать! А души родителей так и вовсе напрямую подталкивали к действиям. Но моя месть должна быть такой, чтобы он понял всю их и мою боль, чтобы почувствовал, испытал каждую каплю того страха, безысходности и безнадежности, на которые обрёк мою семью. А стоит мне публично проявить свои эмоции, и арт сможет многое мне противопоставить. Вполне может и меня сдать властям, и далеко не факт, что меня пощадят. Хоть времена и изменились, но люди-то остались прежними, и они, как и раньше, истребляют всё неизвестное и пугающее.

- Соберись, — прошептала сама себе и, присев на постель, прикрыла глаза. Хотелось всё-таки посмотреть, где находится арт Поли, чтобы как можно дольше с ним не сталкиваться.

Маг обнаружился в отделении исцеления душ, сидящим в своём кабинете. Приблизив изображение, увидела, что он не один. В кресле перед столом арта сидел Лью, и мужчины беседовали.

- Я отбуду прямо сейчас, на драконе, а вернусь через три дня, — говорил арт Поли, — ты останешься за главного.

- Хорошо, Стефан, — согласился Лью, — а что случилось с придворным исцелителем Россо?

- Петр потерял сына вчера, и сегодня никак не может присутствовать на турнире. А заносчивые участники графских кровей не позволят исцелять себя местным лекарям. Тем более пришёл срочный вызов от королевского поверенного, не

поехать нельзя.

Я не стала дожидаться ответа Лью и открыла глаза.

Отлично, арта Поли не будет три дня, а я уж за это время что-нибудь да придумаю. На завтрак я спускалась в прекрасном расположении духа. Кто знает, может, и моя ненависть слегка поутихнет за эти дни, а желание убить мага на месте уйдёт.

- Привет, Ли, — едва я подошла к привычному столику, поздоровался Ким.

- Привет, ребята, — улыбнувшись, ответила я. Отметила, что Рия сидит рядом с Еном, как в старые добрые времена, и даже не шипит на него, раздражённая знаками внимания. — Спелись? — спросила рыжего, разглядывая парочку.

- Вроде да, — улыбнулся Ким. — Какие планы на вечер? — почему-то шёпотом спросил он.

- Пока никаких.

- Есть идея, зайду к тебе после занятий, — он лукаво подмигнул, и как-то сразу вспомнилась школа. Бывали ведь невероятно весёлые дни, когда мы всей толпой гуляли по городу, подсматривали за преподавателями, учиняли различные пакости…

- Я в предвкушении, — искренне сообщила другу.

В целом настроение стабилизировалось. Наверное, из-за того, что я знала: видеть Поли в ближайшие дни не придётся. А ещё Обитель ощутимо поддерживала

меня. Я буквально кожей чувствовала тепло родного дома, каждый кирпичик отзывался родством, и я была уверена, что замок уж точно не предаст. Теперь я даже ощущала, что Обитель нуждается в магии, и планировала подпитать её, придя в отделение. Когда мы уже доедали, с улицы послышались грохочущие звуки, и ребята гурьбой подбежали к окнам.

- Куда это он? — спросила Рия, рассматривая взбирающегося на дракона арта в походном костюме исцелителя.

- На турнир, — машинально ответила я.

Ким за моей спиной присвистнул.

- Везёт же всяким старикам. Я тоже хочу на турнир!

- Увы, но нас никто не отпускал, — развёл руками Ен. — Радует, что этот турнир явно не последний.

- Ну да, если на этом убьют сына Вилдо, то следующий сто процентов будет здесь, — протянул рыжий, провожая взглядом взлетающего дракона. — Но мы и сейчас свободные люди, нам не обязательно чьё-то дозволение…

Я тоже провожала его взглядом и украдкой молилась Вечному духу, чтобы заклятье, удерживающее седока, разрушилось, а ненавистный арт свалился со спины животного в самой высокой точке взлёта. Мои молитвы услышаны не были, и вскоре мы наблюдали уже лишь удаляющуюся точку высоко в небе.

- Ладно, кому-то предстоят зрелища, а нам — работа, — вздохнул Тайр, и мы разом отошли от окна. Пришло время разбредаться по отделениям. Ким на прощание заговорщицки мне подмигнул, и мы разошлись.

Лью встречал меня у входа в крыло. Все наши пациенты сейчас находились во внутреннем дворике, гуляли и наслаждались прекрасным утром. Сирена, как надзиратель, кружила по двору, не выпуская ни одного из них из виду.

- Доброго утра, Лидия, — слегка склонил голову Лью. — Арта Поли не будет несколько дней, поэтому будешь работать со мной.

Я не стала спрашивать, куда отправился арт, и так ведь знала, а говорить о маге совсем не хотелось.

Добрую половину дня я потратила на то, чтобы успокоить и осмотреть леди Тину, продолжающую напевать надоевшую всем песню. Мне даже помогала сирена, потому что сама я никак не могла успокоить эмоциональный фон женщины. Сейчас, приняв знания Ларса Геера, вырезать часть нити воспоминаний для меня не составляло никакого труда. Лью был против того, чтобы я самостоятельно бралась за исцеление личной пациентки арта Поли, но я понимала, что если не я, то никто из присутствующих здесь магов ей не поможет, хотя бы просто потому, что они не видели причин. Пришлось соврать Лью, что арт Поли разобрался в недуге леди и велел мне заняться исцелением. В итоге маг смирился и позволил мне войти в сознание женщины, сам же всё это время, явно нервничая, расхаживал по комнате.

У меня же всё выходило как никогда гладко. Нити разрывались легко, а место, в котором необходимо совершить разрыв, ощущалось отчётливо. Всё-таки знания моего отца были бесценны, и один мой талант без них был бы куда менее эффективен.

- Вот и всё, — тихо проговорила я, выходя из транса. Леди Тина уже уснула под тихое пение Эш, а Лью сразу же бросился к её постели. Он ничего не говорил, но я сразу заметила, что маг принялся сканировать ауру женщины.

- Это невероятно, — пробормотал он, не выходя из транса, — она не выглядит больной.

- Она и раньше не выглядела вроде, — пробормотала сирена.

- Но она была серой, как будто что-то выжигало её сознание изнутри, а сейчас светится, как аура младенца! — восторженно воскликнул Лью. — Как ты это сделала, Лидия?

- Могу нарисовать всё в схемах, — улыбнулась я. Всё-таки то чувство, которое возникает, когда ты спасаешь чью-то душу, не сравнится ни с чем. Это состояние эйфории и безграничного счастья просто невозможно описать словами.

- Только после обеда, Лью, девочка совсем бледная, — предупредила сирена.

Обедали мы в отделении исцеления душ, и говоря откровенно, под жадным

взглядом Колинса аппетит пропадал напрочь. В итоге, так и не покончив с обедом, мы отправились в кабинет мага, где я сначала рисовала, а потом битый час объясняла ему, что именно сделала. Когда он наконец понял систему моей работы и стал перерисовывать мои каракули в свой свиток, я позволила себе расслабиться и подключиться к замку. Подпитка требовалась небольшая и заняла совсем мало времени.

- Лидия, если хочешь, можешь уже отдыхать, — не отвлекаясь от записей, проговорил Лью, — ты и так сегодня много сделала.

- Спасибо, но я хотела ещё осмотреть Агату.

- О, не волнуйся, она сейчас под постоянным наблюдением госпожи Весты.

Вспомнив приятную зельеварку, я решила, что Агата действительно в надёжных

руках, и спокойно отправилась к себе. Шла медленно, наслаждаясь свежим воздухом и красотами парка.

Проходя мимо куста Пушинок, со вздохом вспомнила назойливую малютку Ти. Легонько провела рукой по огромному розовому цветку, потревожив покой дремлющих в бутонах Пушинок. Прошлась до гнезда лигранов, почему-то осмотрела каждого из них и даже просканировала состояние здоровья малышей. Отметила, что ядовитых особей ещё очень мало, ведь яд у них появляется только в период полового созревания. В остальное время укусы лигранов вызывают лишь лёгкий паралич — из-за веществ, пропитывающих их зубки, или болевой шок — в момент укуса их клыки деформируются и становятся чуть ли не с ладонь длиной, плюс ещё покрываются зазубринами, которые при укусе причиняют адскую боль. Я змеек не боялась. Они сами ластились ко мне, как к хозяйке, хотя лигранов и невозможно приручить, это исконно дикие существа. Да и кусают они только в момент опасности. Я же ничего дурного делать не собиралась.

— Наконец-то проснулись воспоминания настоящей хозяйки, — проговорил появившийся из воздуха Олес. И я даже возразить не могла, потому что так оно и было! Мне хотелось ходить по парку, хотелось проверить состояние каждого живого существа, и очень хотелось, чтобы мой дом жил и цвёл подобно розовым кустам Пушинок.

Я неспешно брела по саду, рожа летела следом, исчезая, едва кто-то шёл навстречу, и вскоре добрела до небольшого прудика, покрытого яркими кувшинками. Уселась на скамейку у этого прудика и планировала просто насладиться ароматами сада и солнечным светом. Однако, не успела прикрыть глаза, как перед ними тут же появилась карта.

Растерянно блуждая по ней взглядом в поисках знакомых имён, рассмотрела, как Рия помогает арту Эдсону перевязывать ужасающего вида руку молодого парня, поражённую какой-то буро-золотой сыпью. После нашла Кима, сидящего прямо на траве в дальней части парка. Странно, он тоже уже освободился? После вспомнила, что в его отделении сейчас нет пациентов и он пока изучает лишь теорию. Сейчас же было похоже на то, что друг медитировал. И я уже хотела открыть глаза, как заметила шевеление губ.

Это никак не вязалось с медитацией, при которой говорить он точно не смог бы.

Сконцентрировалась и прислушалась.

- А если через тот переход, что ты показал мне вчера? — Ким словно спрашивал у самого себя, потому что рядом точно никого не было, кроме мутного мерцающего свечения. Но не уверена, что это был человек, раз я не могла его увидеть. А Ким тем временем продолжал разговор:

- Но там будет брат! Я переживаю за него.

Невидимое нечто явно отвечало, потому что Ким продолжал неслышный диалог.

- Ты должен помочь. Это твоя обязанность, — вздёрнув подбородок, проговорил он. А я вдруг вспомнила, что именно таким свечением отмечаются на карте Обители живуны. Перевела взгляд на себя, сидящую на скамье у пруда, и убедилась в этом, увидев мутное свечение Олеса. Ким говорит с живуном? Я распахнула глаза и внимательно посмотрела на своего духа-хранителя.

- Ким — потомок Россо, — проговорила я, вспомнив, что друг графских кровей, и всё встало на места. — Я пробудила его наполовину, а на вторую половину — Ким?

- Это не моя тайна.

- Хорошо, — раздражённо произнесла я и, поднявшись, быстро пошла туда, где видела рыжего. К моему сожалению, застать его с поличным во время разговора с живуном не вышло, как я ни спешила.

Мы сразу же набросили капюшоны, чтобы хоть наполовину скрыть лица. Всё-таки арт Поли здесь, и, несмотря на огромное количество народа, всё решает случай.

Людей было действительно много. На арену для боёв выделили большую площадку и отгородили её наспех сбитыми брусьями. Сразу у так называемого забора располагались небольшие походные палатки, рядом с которыми нервно похрапывали закованные в металл архары, а по другую сторону арены расположился невысокий постамент, на котором стояли высокие деревянные стулья.

Там я без труда рассмотрела коротко стриженого седовласого мужчину с золотым обручем на голове, восседающего на самом высоком стуле. Это и был дед Кима, и пока он граф, может пользоваться всеми доступными правителю почестями и благами. Там же отметился королевский поверенный, и несколько пожилых магов с эмблемами боевой и защитной магии на одежде. Рядом с ними обнаружился и арт Поли, беседующий с каким-то темноволосым мужчиной. Там же расположилась вся знать, местная и прибывшая с конкурсантами, а всё остальное пространство заняли зрители. Я показала парням арта, и мы выбрали наиболее неприметное с его места укрытие. Причём мы видели всех стоящих на постаменте очень неплохо и могли следить за артом.

— Эх, хотел бы я зайти и выказать поддержку брату, но его палатка слишком

хорошо видна с места деда, — грустно проговорил Ким.

- Да, рисковать не стоит, — согласилась я.

Пока мы осматривались, Ен купил всем по пирожку с клубничным вареньем, и некоторое время мы молча жевали, разглядывая округу. Вскоре в центр арены вышел молоденький горнист и подул в горн. Звук, во много раз усиленный магией, разнёсся над толпой и заставил большую её часть замолчать, обращая внимание на арену. Следом за горнистом появился невысокий мужчина в ярком, кричащем наряде и поприветствовал уважаемых зрителей.

- Начинается, — шепнул Ким.

Коротышка уже представлял знать, и я внимательно прислушалась, вглядываясь в лица поднимающихся после объявления мужчины венценосных особ. Сердце на миг замерло, едва взгляд зацепил огненную шевелюру графа Голдштейна, и забилось с утроенной силой, едва мне почудилось, что Тарион заметил меня. Хотя я прекрасно понимала, что такое невозможно: и лицо моё скрыто под капюшоном, и стою я довольно далеко, к тому же в тени дерева и практически слившись со стволом. Но взгляд графа, казалось, был направлен прямо на меня и пробирал до мурашек, а место на руке, к которому не так давно прикасались его губы, словно сковало леденящим холодом.

Я снова вспомнила о Трое, которому никак нельзя драться! Слишком свеж недуг. Нужно обязательно разыскать его до начала поединка, чтобы осмотреть и, возможно, дать парочку полезных зелий.

- Ли, — видимо, не в первый раз позвал меня Ким.

- А? — растерянно посмотрела на друга.

- Леденец, спрашиваю, будешь?

- Нет, спасибо.

Я снова прислушалась к словам коротышки, стараясь не смотреть на Голдштейна.

— Граф Эрнест Вилдо! — громко прокричал тот. — Прибыл поддержать сына и наследника — Рейна Вилдо! А также его прекрасная дочь Ара Вилдо!

Толпа возликовала, выказывая почтение правителю соседнего графства, а со стула поднялся очередной мужчина. Тот самый, которого я ненавидела всем сердцем. Он был невысок, бледен и темноволос. Хищный орлиный профиль выдавал помесь графа с троллями — такие громадные крючковатые носы характерны только для них. А опушенные вниз уголки губ свидетельствовали о скверном нраве. Граф был уже очень стар, даже по меркам магов. Думаю, он был старше арта Поли, но обладатели боевой магии и приличного состояния к ней впридачу, вполне могут позволить себе жить несколько столетий. На сколько я знала, даже сын графа Вилдо, родился когда ему было уже далеко за сотню.

Также я заметила бледную леди в пышном платье, стоящую чуть позади графа.

Вот она, та, кого спасла моя мать. Странно, но на вид она казалась даже старше собственного отца. Конкретно на леди ни я, ни родители зла не держали, поэтому моё внимание снова всецело завоевал граф. Я придирчиво осмотрела своего врага и уже приготовилась нанести удар, как один из магов-защитников, словно почувствовав мои намерения, укрыл всех людей на постаменте отводящим пологом. Меня это не обрадовало, но я планировала добраться до мерзавца любой ценой, чего бы это ни стоило, а ночь длинная. Уверена, я найду, как это сделать. Сейчас же правильнее всего будет найти Троя и попытаться уговорить отказаться от боя.

На арену после весёлого ведущего вышел менестрель, чтобы поприветствовать народ песней, и все потянулись ближе к ограждению. Я решила воспользоваться столпотворением, чтобы отыскать Троя.

- Я отойду на минутку, — шепнула хлопающему в ладоши в такт музыке Киму.

Он сразу же напрягся.

- Куда?

— Просто хочу пройтись, посмотреть тот торговый ряд, — махнула рукой на цепочку торговцев, на время турнира переехавших в загород. Турнир — это не только зрелищные сражения, но и множество народа, которому, как известно, кроме зрелищ нужен ещё и хлеб. — Куплю пряников, — соврала для пущей убедительности. Могла бы сказать правду, но тогда Ким точно не пустит. Или сам пойдёт со мной, а ему светиться никак нельзя. Уверена, его здесь могут узнать многие, а я очень быстро

вернусь.

— Недолго, — сурово велел Ким, — смотри по сторонам, следи за кошелём, не разговаривай ни с кем и не показывай, что у тебя есть деньги. Всё поняла?

— Да, Ким, — с улыбкой ответила я. У меня не было ни родителей, ни старшего брата, поэтому никто никогда особо за меня не переживал, как Ким. И его взволнованный взгляд, и чрезмерная опека были мне приятны.

— И как только купишь, бегом сюда! — грозно приказал друг. Поспешно кивнув, порывисто обняла его и чмокнула в щёку. Просто неподдельное волнение так растрогало, что эмоции перевалили через край!

- За что? — ошарашенно хлопая глазами, спросил Ким.

- За всё, — радостно улыбнулась я и начала пробираться к торговым рядам.

Пройти сквозь толпу оказалось не так уж и сложно, как и, пригнувшись, сменить

курс к стойбищу участников. Гораздо труднее оказалось определить, в какой именно из палаток находится Трой и как подобраться поближе. Я заметила, что у стойбища претендентов ошиваются только молодые пареньки-оруженосцы и несколько богато одетых леди. За леди, пришедшую пожелать удачи своему рыцарю, я точно не сойду, а вот за мальчика на побегушках — вполне.

Капюшон, зачарованный мороком, довольно хорошо закрывал лицо, и я быстро двинулась вдоль ряда палаток. Думала, что придётся заглядывать в каждую, пока не найду Троя, но делать этого не пришлось — очень скоро я заметила знакомую архару графа Тариона. Только сейчас обратила внимание, что животное выглядело немного крупнее своих соперниц, да и взгляд конкретно этого монстра казался очень осознанным и разумным. Интересно, а вдруг они правда разумные? Почему-то этот вопрос волновал, но я решила, что разумное существо вряд ли будет есть трупы.

Некоторое время стояла за палаткой, изредка выглядывая и ожидая момента, чтобы пробраться внутрь — всё-таки здесь мы как на ладони для сидящих на постаменте. И такой момент очень скоро мне предоставили. Менестрель закончил петь весёлую, призванную поднять боевой дух песню, и в воздух взметнулся салют из мириада разноцветных искр, словно взрывая всю арену яркими красками. Толпа восторженно загудела, а я быстро юркнула внутрь палатки.

— Женщина? — почему-то поинтересовался мой первый пациент. И как только понял, лицо-то по-прежнему прикрыто?! А вот на его физиономии отражался такой спектр эмоций, что я чуть не рассмеялась. Смесь удивления с негодованием, растерянностью и, кажется, злостью. Я поспешила сбросить капюшон.

- Здравствуй, Трой, — улыбнулась ему.

— Ты преследуешь меня, женщина? — он явно злился, и это пугало, потому что шут его знает, каковы эти южане в гневе. Но отступать некуда, и я должна хотя бы осмотреть Троя. Всё-таки его увезли из Обители слишком рано, ещё как минимум седмицу нужно было наблюдать.

- Прости, но мой долг, как исцелителя, предостеречь тебя от участия в таком опасном состязании, — проговорила я, параллельно пытаясь войти в транс для осмотра.

— Женщина, ты должна убраться отсюда, немедленно, — прорычал Трой, в эту минуту ставший особенно прохожим на брата. И эта гора мышц поднялась с пола, сидя на котором он до блеска начищал огромных размеров меч, и двинулась на меня. Состояние транса уже поглотило моё восприятие, и вместо Троя я сейчас видела лишь светящийся силуэт, пронизанное нитями энергетическое поле. Может быть, поэтому угрозу восприняла не так остро. Когда горячие руки опустились мне на плечи, непроизвольно вздрогнула, но транс не покидала.

— Ты вспомнил, — прошептала еле слышно, увидев в этот момент ещё кое-что, что практически перевернуло мой мир, — ты всё вспомнил.

Трой замер, а его руки на моих плечах едва ощутимо дрогнули и сжались сильнее. А я продолжала смотреть.

— Уходи, не заставляй выталкивать тебя силой.

— Я не могу, — пролепетала я, выходя из транса, — ты не можешь драться!

— Ох, женщина, ты не понимаешь, во что ввязываешься, — как-то обречённо сказал он, пристально глядя в мои глаза. Я решила воспользоваться безотказным способом вводить южан в ступор и уместила свои руки на ладонях Троя.

- Но ты не контролируешь себя, — прошептала, понимая, что нужно что-то делать. Сейчас я отчётливо видела, что огромный, такой сильный Трой совершенно не контролирует себя! Его действиями и желаниями целиком и полностью управляла какая-то неведомая мне сила. Все нити, отвечающие за поведение и действия Троя, были перехвачены кем-то другим. — Дай мне минуту, и я всё исправлю, — прошептала, умоляюще глядя на парня. Всего-то нужно перерезать всё это и вернуть ему контроль над собой.

— Пошла вон, — наклонившись ко мне так, что я отчётливо чувствовала его дыхание, прошептал Трой, и всё моё тело словно онемело. Кончики пальцев покалывало, дыхание стало тяжёлым, а ноги вдруг сами пошли к выходу из палатки.

Я хотела что-то сказать, но не могла произнести и слова. Горло сковал спазм, и я с ужасом осознала, что ко мне применили древнюю магию, заставляющую потерять себя и полностью подчиниться чужой воле!

Уже выходя, я всё-таки смогла обернуться, а может, Трой захотел, чтобы я сделала это. И всего на мгновение встретившись с чужим взглядом, не таким, как у того парня, которого я знала, пошла дальше. Нужно что-то делать! Я осознавала это отчётливо, только вот что и как, когда ни тело, ни голос не слушаются?

После того, как я просмотрела воспоминания Троя, ясно было одно — его хотели устранить. Сначала просто лишив памяти и превратив сильного воина в беспомощного ребёнка. А потом, когда не вышло, его подчинили. Я не знала, что это за магия и как такое вообще возможно, но осознание того, что я сейчас могла разговаривать вовсе не с Троем, а с магом, его контролирующим, вызвало нервную дрожь. Сколько я шла и куда? Понятия не имею! Просто передвигала ногами, не глядя по сторонам и даже не представляя, куда отправил неведомый маг, пока меня не схватили.

- Лидия! — как мне показалось, очень громко кричал Ким. — Лидия!

Я, естественно, не отвечала, потому что не могла, и, обогнув друга, продолжила путь. Ким схватил снова, преграждая дорогу и удерживая меня за плечи. Упрямо попыталась обойти рыжего, который мешал, как назойливая муха.

- Что с тобой? — наконец-то до Кима начало что-то доходить. И я заметила, как он прикрывает глаза. Мне как раз хватило этого мгновения, чтобы миновать большую рыжую преграду и пошагать дальше.

Но Ким не зря был одним из самых быстрых в нашей лиге: он почти сразу же перехватил меня за талию и оторвал от земли, держа на весу. На моё желание скрыться это никак не повлияло, потому что я продолжала перебирать ногами прямо в воздухе.

- Один не справлюсь, — заметил Ким и, перебросив меня через плечо, куда-то понёс. Было ужасно неудобно, потому что я продолжала «идти», бодро перебирая ногами. Зато толпа на нашем пути расходилась сама, боясь брыкающейся девицы. Откуда-то слышались пошлые подтрунивания и даже предложения помочь мне и побить супостата рыжего. Но, хвала Вечному, помогать никто не стал, и супостат благополучно донёс меня до Ена, который, словно понял всё без слов, буквально взял меня в охапку. Я продолжала идти уже в объятьях Ена, пока Ким, прикрыв глаза, сканировал меня.

Откровенно говоря, я с замиранием сердца ждала, когда он разорвёт нить, по которой мной управляют, потому что подобного со мной ещё не делали. Мне исцеляли простуды, ссадины, порезы, но я никогда не подвергалась подобным заклятьям, потому опыта исцеления от них не было. Друг стоял с прикрытыми глазами, Ен держал мёртвой хваткой так, что трудно было дышать, а я всё ждала.

Но чего-то особенного не случилось, я даже и почувствовать толком ничего не смогла. Просто ноги вдруг обмякли, повиснув плетьми, и будто потеряли чувствительность, а по рукам перестали бегать мурашки.

- Всё, — сообщил Ким, открывая глаза, и мои ноги снова обрели чувствительность.

- Можно отпускать? — почему-то Ен задал этот вопрос не мне.

- Я в порядке, — быстро заверила парней вернувшимся голосом, и меня поставили на землю.

- А теперь рассказывай, — Ким внимательно посмотрел на меня, сложив руки на груди. И не было в его взгляде сейчас ничего от обычного исцелителя, который и школу-то ещё не закончил. Передо мной стоял лидер, член команды которого совершил глупость и чуть не подвёл всех. — Мы ждём, — спустя минуту молчания напомнил он, так и не переставая прожигать меня взглядом.

- Там Трой, — прошептала я.

Почему-то стало очень стыдно и страшно. Стыдно за то, что обманула друзей, не сказав, куда иду, а страшно от того, что я ведь могла и дойти! Вот только куда мог послать сильный маг (а он явно сильный, раз сумел полностью подчинить Троя) надоедливую магиню, которая раскрыла его секрет?

- Он мой пациент. Брат забрал его из Обители несколько дней назад, и теперь он будет участвовать в турнире. Он был ещё слаб, когда уходил, моим долгом было хотя бы попытаться отговорить его!

— Хорошо, — кивнул Ким, явно принимая мою позицию. Парни сами исцелители, должны понять и принять мои мотивы. — Продолжай. Что пошло не так?

— Я сканировала его и увидела нити подчиняющего заклятья. Им кто-то управляет! А когда он или тот, кто его подчинил, понял, что я догадалась, приказал идти, — опустив голову, закончила я.

— Отлично, — как-то обречённо проговорил Ким, — значит, один из претендентов зачарован. — С минуту он подумал, а потом снова обратился ко мне: — Такое бывает, Лидия! Не нужно лезть, если не знаешь правил! Всё равно перед выходом на арену каждого из претендентов просканирует опытный маг, подозреваю даже, что арт Поли, и если он увидит хоть что-то подозрительное, сразу же отстранит его! Потом, естественно, поможет. А ты могла пострадать.

Я потупилась. Действительно ведь не знала, что их будут проверять. Просто мой долг — помочь тому, кто в беде. А в том, что Трой именно в ней, я не сомневалась.

- А если маги не заметят?

— Поверь, если уж ты заметила, маги точно смогут, — немного грубо ответил Ким. Он был зол. И я даже его не осуждала.

- Но тот маг, что контролирует его, мог причинить мне вред!

— Это не наше дело, Лидия! — воскликнул Ким. — Это битва за власть! Политические дела нас не касаются!

— Не кричи на меня, я хотела помочь, — прошептала еле слышно, старательно сдерживая слёзы. Стало обидно. Друг тут же стал мягче и обнял за плечи, притянув к себе.

- Лидия, мы обязательно помогли бы ему при других обстоятельствах, — уже спокойно заговорил он, — но сейчас никто не должен видеть нас и знать, что мы здесь. Поверь, маги во всём разберутся, ты сама всё увидишь.

- Не расстраивайся, мелкая, — Ен, подбадривая, хлопнул меня по плечу, — я поступил бы так же! Смотрите, там уже жеребьёвка!

И мы обратили своё внимание на арену, где смешной ведущий объявлял пары, которые будут сражаться сегодня, и очерёдность их выхода. Я слушала в пол-уха, раздумывая, как пройти через полог мага-защитника. Всё-таки сегодня у меня есть реальный шанс отомстить Вилдо, а второго такого может не выпасть. Я аккуратно, не тревожа энергетических нитей, исследовала защитное плетение, ища возможные лазейки, а парни с интересом смотрели на арену. Если у меня получится воспроизвести в реальности знания, полученные из кристалла, я смогу легко справиться с этой защитой ещё до выхода второй пары бойцов.

ГЛАВА 14

Защита была похожа на мыльный пузырь. Лоснящийся, переливающийся перламутром и такой же хрупкий. Одно неверное движение, и он лопнет, вызвав взрыв боли в голове мага-защитника. Естественно, начнётся суматоха, и вычислить взломщика по остаточным следам магии не составит никакого труда. Поэтому, полностью полагаясь на знания своего отца, аккуратно и очень бережно пытаюсь внедриться внутрь «пузыря» так, чтобы не позволить ему лопнуть. Почувствовала, как на лбу проступили капельки пота, но останавливаться не в моих правилах, поэтому упорно продолжила пробираться через полог. Удивительное чувство — как будто моими действиями руководил отец, и мне казалось, что я даже слышу приятный тихий голос в своей голове, который повторяет «аккуратнее, малышка», «вот так, у тебя получается». На миг подумалось, что это какая-то грань сумасшествия, но было плевать. Хотя бы так быть рядом с родителями — уже счастье.

- Ли, всё в порядке? — встревоженно спросил Ким. — Тебя не пугает бой?

- Всё хорошо, захватывающе, — проговорила я, продолжая работу с пологом. Значит, бой уже начался и, судя по всему, довольно зрелищный. Но я приехала сюда не за этим, а потому полностью концентрируюсь на мыльном пузыре и…получилось! Я смогла проникнуть внутрь, не потревожив защиту и не вызвав подозрений у магов! Хотелось визжать от радости, но это после, когда я завершу всё, что запланировала.

Я не сомневалась, что на чопорном графе Вилдо навешано множество самых разных защитных заклятий, но также я знала и другое — мой дар иной, и я смогу пробраться в его сознание там, где для других это просто невозможно.

Сейчас мне требовалась абсолютная концентрация и чистый, незатуманенный переживаниями разум. Я постаралась просто забыть, кто этот человек и какую боль причинил моей семье. Даже если вдруг кто-нибудь сможет понять, что с сознанием Вилдо поработали, они никогда не догадаются, кто именно, ведь защитный полог, сквозь который я проникла, наполнен магией защитника, которая рассеет любой оставленный мной след. Но даже если вдруг меня вычислят, клянусь, я ни единой секунды не пожалею об этом.

Едва проникла в сознание графа, прислушалась к голосу мамы внутри меня, который велел обратиться к тёмной стороне силы, и сжала колечко-змейку на своём пальце. Сейчас из воспоминаний родителей я уже знала, что почти всю силу мурии удалось поместить в артефакт, оставив в моей крови лишь самую каплю, скорее остаточную магию, чем истинную. Да, она позволяла мне видеть Обитель и ауры иначе, нежели простым человеческим магам, но ничего смертоносного не несла. Однако стоило воспользоваться кольцом, которое на деле оказалось достаточно сильным артефактом, и я могла получить весь спектр возможностей настоящей мурии. И именно эту силу древнего существа я планировала использовать на Вилдо.

Кольцо обожгло палец, а в груди словно начал расцветать огненный цветок, расползаясь от желудка к ключицам. Вместе с жаром пришла и ярость. Всепоглощающая, бескомпромиссная и беспощадная.

С невероятным спокойствием я, довольно жалостливая по своей натуре девушка, подняла на поверхность сознания графа Вилдо воспоминания о содеянном. Я не остановилась лишь на гибели родителей, а заставила Вилдо вспомнить всё. Все казни которые свершились с его подачи, все ужасные поступки, которые он совершил за свою долгую жизнь. Придала им красок, живости и была почти уверена, что теперь- то его точно будут мучить кошмары, и не только во снах. Я запустила процесс разрушения психики графа всего одним слабым толчком, лишь каплей мурийской магии. Всего несколько лун, и он просто умрёт в муках. Может быть, это жестоко, но так хотела не я. И только завершив с графом и прибрав за собой следы, я вновь нажала на кольцо, пряча в него разрушительную силу моего рода, и вышла из полога так же тихо и аккуратно, как вошла.

А на арене вовсю шёл бой! Закат озарил алыми всполохами бескрайнюю степь, народ начал зажигать факелы, торговцы жарили мясо прямо над костром, а толпа ликовала. Люди кричали, пели, свистели, поддерживая сражающихся. Сейчас как раз шла ожесточённая борьба между двумя закованными в металл с ног до головы фигурами, немного поодаль пытались перегрызть друг другу глотки разъярённые архары, а я… А мне вдруг стало очень спокойно и хорошо. Словно бунт душ родных во мне прекратился. Будто они были довольны и даже горды мной. И это было невероятно приятно, а ещё теперь я точно знала, что исполнила их волю.

- Кто побеждает? — с интересом рассматривая бойцов спросила я.

— Ты же смотрела, — Ен подозрительно посмотрел на меня, но тут же вернулся к созерцанию боя.

— Да, но они такие быстрые, я ничего не понимаю, — соврала я. Кстати, с враньём неплохо бы завязать.

- Девчонки, — улыбнулся Ким. — Пока побеждает мой брат, вон он, с гербом

Россо на шлеме.

И точно — на шлемах у рыцарей были изображены гербы графств, и я быстро вычислила брата рыжего. Ким заметно переживал, то и дело переминаясь с ноги на ногу, и я инстинктивно взяла его за руку, пытаясь подбодрить. Друг тепло посмотрел на меня и улыбнулся, но океан переживания во взгляде скрыть не удалось. Воин с красным гербом Россо действительно выглядел сильнее противника, и то и дело теснил того к краю арены, загоняя в угол.

- Всё будет хорошо, — шепнула я Киму.

Ен был единственный из нас, кто умел свистеть и сейчас активно это умение демонстрировал, освистывая приёмы противника Россо. На несколько минут я позволила себе расслабиться и увлечься боем, рассматривая статные фигуры воинов, словно танцующих с мечами. Удар, ещё удар, и шлем противника брата Кима слетел. Несколько выпадов, и он загнан в угол. Мужчина показательно поднял руки и отбросил меч в знак поражения. Толпа возликовала! Старый граф Россо даже подскочил с места, демонстрируя неподобающую его статусу радость, а Ен одарил победителя пронзительным свистом.

- Да! — радостно воскликнул Ким, а ведущий принялся поздравлять победителя.

- Поздравляю! — выкрикнул Ен, и протянул руку рыжему.

- Это только первый бой, — усмехнулся Ким, отвечая на рукопожатие.

- И он его выиграл, — оптимистично заявила я.

Россо на шлеме.

И точно — на шлемах у рыцарей были изображены гербы графств, и я быстро вычислила брата рыжего. Ким заметно переживал, то и дело переминаясь с ноги на ногу, и я инстинктивно взяла его за руку, пытаясь подбодрить. Друг тепло посмотрел на меня и улыбнулся, но океан переживания во взгляде скрыть не удалось. Воин с красным гербом Россо действительно выглядел сильнее противника, и то и дело теснил того к краю арены, загоняя в угол.

- Всё будет хорошо, — шепнула я Киму.

Ен был единственный из нас, кто умел свистеть и сейчас активно это умение демонстрировал, освистывая приёмы противника Россо. На несколько минут я позволила себе расслабиться и увлечься боем, рассматривая статные фигуры воинов, словно танцующих с мечами. Удар, ещё удар, и шлем противника брата Кима слетел. Несколько выпадов, и он загнан в угол. Мужчина показательно поднял руки и отбросил меч в знак поражения. Толпа возликовала! Старый граф Россо даже подскочил с места, демонстрируя неподобающую его статусу радость, а Ен одарил победителя пронзительным свистом.

- Да! — радостно воскликнул Ким, а ведущий принялся поздравлять победителя.

- Поздравляю! — выкрикнул Ен, и протянул руку рыжему.

- Это только первый бой, — усмехнулся Ким, отвечая на рукопожатие.

- И он его выиграл, — оптимистично заявила я.

Дальше ведущий объявил следующих бойцов, и всё началось сначала. Две фигуры на громадных архарах подъезжают к арене, каждого из них по очереди сканирует маг. Кстати, Ким оказался прав, и этим действительно занимался арт Поли вместе с неизвестной нам пожилой магиней. Бойцы допускаются к бою, и начинается безумный танец со смертью, играющие в свете факелов лезвия, рычащие архары, сражающиеся чуть ли не наравне с воинами, свист, крик… Этот бой я просмотрела полностью и даже не ожидала, что получу такое удовольствие от подобного зрелища. Победителем стал представитель Тортона, чему я тоже почему-то обрадовалась.

— А теперь на арену выйдут настоящие монстры: лорд Трой Штейн из графства Голдштейн и лорд Раш Стелл из графства Даунстел! — объявил ведущий, и время для меня остановилось.

Сердце ёкнуло, и в груди всё сжалось. Сейчас появится Трой. Трой, который не управляет собой и не осознаёт своих действий! Парни, так же как и я, моментально напряглись и внимательно следили за приближением претендентов.

— Сейчас его исключат, — уверенно сказал Ким.

— Я молю духов об этом, — прошептала я вмиг пересохшими губами. Ким как-то странно посмотрел на меня после этих слов, но я решила не придавать этому значения.

Архара медленно подошла к магу, стоящему у входа на арену, и чинно остановилась, принявшись пугать клыкастой улыбкой ворону, усевшуюся на ограждение. Маг некоторое время смотрел на Троя, сканируя его ауру, затем

подошёл ближе, проговорил что-то свесившемуся с лошади рыцарю и пропустил его на арену!

- Он пропустил его! — воскликнула я, всплеснув руками.

- Ты уверена, что с ним было что-то не так? — серьёзно спросил Ким.

- Ты же сам видел, что он сделал со мной! Поверь, он не в себе!

- Что будем делать? — встрепенулся Ен. — Может, сказать арту Поли?

- И рассказать ему, как мы сюда попали? — скептически поинтересовался Ким.

— Но что-то же нужно делать! — крикнула я, замечая, как второй воин въезжает на арену.

— Сейчас я попробую его посмотреть, — решительно сказал Ким и впал в транс. — Духи! Я не могу! — раздражённо воскликнул он всего через пару секунд. — Там защита над всей ареной!

— О, Вечный дух, — простонала я, понимая, что придётся снова пробираться через «пузырь». Хотя, нужно отметить, что Трой бился весьма умело, и с первых же секунд взял инициативу в свои руки, постоянно атакуя соперника. Но мой долг как исцелителя помочь ему, ведь каждый из нас знает, как подобные заклятья подчинения действуют на состояние души человека. Я спасла его единожды, смогу спасти и дважды.

- Что ты делаешь? — спросил Ким, заметив, что я прикрыла глаза.

- Пытаюсь пробиться сквозь защиту, — честно ответила я. Выдумывать что-то не было ни сил, ни смысла. Поэтому, погрузившись в транс, начала проделывать то же, что и с пологом. Медленно и очень осторожно внедряться в слой защитного купола.

- Это не сработает! Нас поймают с поличным и обвинят в нападении на бойцов!

Я лишь махнула рукой, призывая рыжего помолчать и не мешать мне.

— Я всё объясню позже, — прошептала другу, продолжая упорно внедряться в купол. Парни нервничали, и я отчётливо это ощущала, но ни один из них не пытался мне помешать. От осознания того, что ребята выказали мне такое доверие, стало приятно.

На этот раз всё оказалось гораздо сложнее. Я была не в лучшей форме после взлома защитного полога, но остановиться вот так не могла. И в какой-то момент очень чётко поняла, что если не смогу, если вдруг у меня не выйдет, то не побоюсь выдать нас и сама пойду к арту Поли за помощью. Но у меня получилось! Купол поддался неожиданно и впустил меня, жадно впитывая мою магию. Я же, не мешкая, подключилась к Трою и, увидев уже знакомую картину, в который раз ужаснулась.

Парень был похож на безвольную куклу-марионетку. Кто-то неведомый просто дёргал за ниточки, а «кукла» послушно повторяла все его действия. Решив не медлить, я подцепила первую из нитей и попыталась разорвать её.

Ничего не вышло! Впервые в жизни у меня, мага с исцелительским даром, не выходило просто разорвать нить!

Я еле удержала концентрацию и попробовала проделать то же самое со второй, но снова провалилась.

Этого не может быть! Такого не бывает!

Я уже готова была действительно бежать к арту Поли, но решила попробовать ещё кое-что.

Я стала медленно тянуть нить, словно скручивая её в клубок, в надежде найти того, кто её держит. Нас учили, что подобные заклятья можно удерживать только на небольшом расстоянии. Во всяком случае, для любого ментального вмешательства необходим зрительный контакт, поэтому я продолжала крутить нить, пока она не натянулась до предела.

Тот, кто был на другом конце, явно не хотел отпускать её. И я решила пойти иным путём. Медленно отпустила своё сознание вдоль нити. Я словно всё шла и шла по яркому белому полотну, пока не увидела девушку.

Она была явно напряжена, а между бровей пролегла морщинка. Незнакомка была такой же, как мы: скрывала лицо, только не капюшоном, а платком, закрывающим всё, кроме глаз и лба, одета в походную одежду — совсем не как леди, которые кривились, глядя на бой, и стыдливо прятали лица за веерами, обсуждая понравившихся воинов. Девушка стояла на другой стороне арены, довольно далеко от нас, и сосредоточенно управляла каждым движением такого сильного и могучего красноволосого воина.

Но больше меня поразило не то, что такая хрупкая и, судя по глазам, молодая Но больше меня поразило не то, что такая хрупкая и, судя по глазам, молодая девушка управляет Троем, а то, что на энергетическом уровне она почти ничем не отличалась от меня! Если бы смертным было доступно видеть только ауру, а не внешность человека, то мы с незнакомкой явно были бы двойниками, с такими же отличиями, как Трой и Тарион. Только в нашем случае это она была более заматерелой и сильной.

Я быстро вышла из транса, аккуратно покинув пределы купола, и окликнула парней:

- Думаю, мне может понадобиться помощь, — уверенно произнесла я, даже не сомневаясь в том, что она действительно понадобится. — Нам нужно идти.

- Куда? — взволновался Ким.

- Я не могу разорвать связь Троя с тем, кто им управляет, но я нашла этого человека. — На самом деле я снова соврала: девушка, как и я, была не совсем человеком. Зато я поняла, почему не могу прервать нити, за которые она держала Троя. Та сила, которой она пользовалась, не принадлежала человеку: она была иной, силой истинной мурии. Не такой слабой, как у меня, а настоящей, могущественной и разрушительной. Такие нити мне не разорвать без помощи кольца, но им я больше пользоваться не планировала. Слишком пугало то, что сокрыто в артефакте.

- Веди, — почти хором выдохнули парни, проникшись важностью миссии, и я повела их сквозь толпу.

- Как тебе вообще удалось пройти через купол?

— Я расскажу потом, обещаю, — в который раз проговорила я, продолжая лавировать между людей.

На этот раз выбраться оказалось сложнее: народ с наступлением темноты подходил всё ближе к арене и сейчас образовал довольно плотное кольцо. И судя по тому, что это кольцо вдруг всколыхнулось и разродилось дружным свистом, бой был окончен.

— И победителем этого поединка становится лорд Трой Штейн! — донёсся голос ведущего с арены.

— Кто бы сомневался. Он настоящий убийца, так молотил бедного Стелла, — ухмыльнулся вечно невозмутимый Ен.

— Не он, а она, — пробормотала я, отлично знающая, кто именно сейчас победил лорда из Даунстелла.

— Девушка? — сразу же понял Ким. А мы тем временем уже были совсем близко к незнакомке, которая делала вид, что просто смотрит на чествование победителя, прислонившись к деревянной бочке торговца медовухой.

— Она, — я указала парням в сторону моего предполагаемого двойника, и ребята, точно поняв, что от них требуется, незримыми тенями юркнули к опасной незнакомке.

Я немного переживала, ведь на Трое она наглядно продемонстрировала, что прекрасно владеет техникой боя, но, видимо, сыграл свою роль момент неожиданности. Да и таинственная кукловодка была уже немного истощена. Не знаю, как парням удалось спеленать её магическими путами так, чтобы она не смогла шевелиться, но меня это вполне устроило.

— Ты! — едва увидев меня, воскликнула она.

— Я, — глупо отрицать очевидное. — Давайте отойдём, — попросила Кима, и парни, подхватив незнакомку, двинулись туда, где свет факелов становился мягким и приглушённым, а весёлые голоса были почти неслышны. Я чувствовала, что разговор нам предстоит долгий и, возможно, громкий, а привлекать дополнительное внимание никак нельзя. Также, чтобы избежать неожиданностей со стороны недружелюбно настроенной магини, обратилась к знаниям отца и, как могла, воспроизвела его заклинание, блокирующее магию.

— Что ты сделала? — возопила магиня, едва ребята поставили её на ноги. Не знаю, как работает это заклятье, но она его почувствовала сразу.

— Немедленно разорви связь, иначе я не сниму его никогда, — сказала спокойно, понимая, что теперь Трой в безопасности, потому что магия девушки не работает, но едва она вернётся, и он снова станет лишь куклой в её руках. Поскольку я не знала, сколько будет действовать этот блок, наложенный магиней с посредственным, как у меня, резервом, нужно было заставить её разорвать нити добровольно, а уж потом выяснять, чего она добивалась и что с ней делать.

- Эта мелкая действительно контролировала того громилу? — удивился Ен.

— Зря ты так, — внимательно осматривая девушку, проговорил Ким. — Её резерв в несколько раз больше нашего, да, Мариса? — задав этот вопрос, он наклонился и снял

платок с лица девушки.

Я непроизвольно ахнула, увидев её изуродованное лицо. Челюсть молодой девушки была перекошена, а правую щёку рассекал толстый белый шрам в окружении чего-то похожего на давний ожог.

- Выродок Россо, — злобно прошипела она, прожигая взглядом рыжего.

- Вы знакомы? — в который раз за сегодняшний вечер удивился Ен.

— Как ни прискорбно это признавать, но да, — проговорил Ким, неотрывно глядя в прекрасные на фоне ужасного лица глаза блондинки. — Отпусти младшего графа, Мариса. Я не знаю, как она это сделала, — он указал на меня, — но магии в тебе сейчас столько же, сколько в том торговце жареными сливами.

- Я не могу, у меня заказ!

— Всё никак успокоиться не можешь? — он глухо рассмеялся. — Не наигралась в наёмницу? Тебе мало того, что ты с собой сделала?

- На этот раз всё иначе!

Я поняла, что эти препирательства могут длиться если не вечно, то очень долго, а у Троя времени не было! Он и так только недавно пришёл в себя от неизвестного магического воздействия, и сейчас вынужден страдать снова, причём на этот раз не от заурядного забвения, а от настоящей мурии! А даже ребёнок в Норолоне знает, что сила мурии смертельна для души, и чем дольше эти двое связаны, тем меньше шансов у Троя выжить после её вмешательства.

Во мне вдруг всколыхнулась холодная ярость, которой я раньше никогда за

собой не замечала. После принятия силы рода я стала другой, и сама видела эти изменения. Нет, я по-прежнему была молодой девушкой со своими желаниями и мечтами, но во мне появилось больше решимости, обострилось чувство справедливости, я стала осознавать последствия своих поступков и даже была готова нести за них ответственность.

- Дайте нам пару минут наедине.

- Ты уверена? — спросил Ким, наконец оторвав взгляд от девушки.

— Вы же не снимете с неё путы? — на всякий случай поинтересовалась я и, получив отрицательный ответ, подтвердила: — Уверена.

Ребята не стали спорить и подошли ближе к арене, чтобы хоть немного посмотреть на последний бой сегодняшней ночи.

— Я знаю, кто ты, — как только парни скрылись, сообщила Мариса. — Я вижу тебя насквозь, и даже не сомневайся, что сдам тебя при первой же возможности.

— Так же, как и я вижу, кто ты. И я точно так же могу сдать тебя. — Я решила обозначить и собственные возможности, хотя прекрасно понимала, что таинственная мурия меня не сдаст. Как, впрочем, и я её.

Девушка замолчала, озадаченная моим заявлением, а я с интересом рассматривала её, даже не думая верить в серьёзность высказанной угрозы. Я отлично видела её ауру, и если бы сама не была потомком мурии, никогда бы не догадалась, что с ней что-то не так. А сейчас, когда я успела изучить все, особенности расы своей матери, отчётливо видела перед собой такого же помеска, как и я. И в том, что это помесь именно мурийской и человеческой кровей, сомнений не было.

— Разорви нити, и я сниму блок. Иначе я могу заставить, ты ведь знаешь. — Я припугнула просто так, даже не думая вредить Марисе, но она дёрнулась, выдавая свои знания в области того, что бывает, когда мурия заставляет кого-то что-то сделать.

— Какое тебе дело до этого Штейна? — вдруг спросила она. Вопрос был настолько неожиданным, что я не сразу смогла ответить, некоторое время копаясь в себе в поиска нужного ответа.

— Он мой пациент, — наконец ответила я, — я лечила его, и сейчас, увидев, что ему плохо, не смогла пройти мимо.

- Ну-ну, мурия — и лекарь.

- Исцелитель, — гордо исправила я.

- Ещё лучше! — нахалка расхохоталась.

Волна ярости снова накрыла с головой, и даже не меня, а душу мамы внутри. Словно что-то такое она уже слышала, и этот момент в её памяти несёт крайне негативный оттенок. Ярость просто поглотила, и я сама не поняла, как вошла в транс и сжала кольцо. Моя аура тут же наполнилась чёрной силой древнего народа. Эта сила затопила разум, ещё больше распаляя ярость; эта сила давала ощущение всемогущества и вседозволенности. И я, взглянув на Марису, желая заставить её прекратить смеяться, впервые увидела ужас в глазах человека, смотрящего на меня. Это-то, наверное, и отрезвило.

Я снова сжала кулак, деактивируя кольцо, и до крови раня ладонь ногтями. Осознание было мучительным и болезненным. Я монстр. Теперь это не просто догадки и предположения, это моя реальность. Только что я готова была принудить человека, живого человека, которому и так, судя по всему, в жизни пришлось непросто, сделать то, чего я хочу. И мне было плевать, что станет с ней. И эта сила… Она опьянила, заставила почувствовать все свои грани, принять себя.

Самое ужасное, что мне хотелось снова воспользоваться ею, даже сейчас.

Со стоном опустилась на землю и уселась, скрестив ноги. Слёзы обжигали щёки и стекали, оставляя лишь влажные дорожки.

- Ты чего? — неожиданно спросила та, чью душу я только что чуть не искалечила. — Да отпустила я твоего Штейна. — Мариса попыталась присесть рядом, но, спутанная заклятьем, кулём повалилась на землю.

Я небрежно взмахнула рукой, рассеивая чары ребят и оставляя лишь путы на ногах и руках девушки. Она кое-как уселась и снова уставилась на меня.

- Ты чего ревёшь?

- Я монстр, — окончательно осознав факт наличия у меня разрушительных способностей, я смогла произнести это вслух. Говорить такое ей было не страшно, ведь я точно видела, что таинственная магиня такая же. Полное отражение моей чёрной стороны. — И ты монстр.

Она лишь криво усмехнулась, становясь ещё более уродливой.

- Я принимаю себя такой, какая есть, — мне показалось, что в её голосе проскользнули нотки гордости, и это почему-то задело. Как можно гордиться этим? Это не дар, а настоящее проклятье!

Некоторое время мы сидели молча. Мариса думала о чём-то своём, а я проверяла, действительно ли она отпустила Троя. Таинственная мурия не соврала: контроль над магом она действительно прекратила.

- Зачем ты так с ним? Зачем тебе управлять воином?

- Я наёмница, — пожала плечами Мариса. — Получила заказ — выполнила.

В моей голове снова появились вопросы. Я знала, что бывают заказы на

убийства, на тайные привороты, на похищения… Но заказ на победу в бое? А Трой ведь победил!

- Ты хотела убить его? — на всякий случай уточнила я.

- Мой заказ — победа представителя Тортона в турнире.

- Тогда я не понимаю, при чём здесь Трой! — Картинка не складывалась. — Ты не хотела его убивать?

- Лорд Штейн, — это имя магиня практически прошипела, да с такой ненавистью, что её почувствовала даже я. — Сначала я хотела просто безболезненно устранить его, чтобы лишний раз не привлекать внимание Тариона, но гадёнышу удалось исцелиться! — она вдруг что-то поняла и уже иначе взглянула на меня. — Твой пациент, говоришь?

- Да. Если ты о том, кто вернул ему память, то это была я, — предельно откровенно ответила. Мариса вдруг рассмеялась. Громко, заливисто и очень задорно. Это был потрясающий смех, такой, от которого каждому находящемуся рядом тоже хотелось смеяться и ликовать.

- Так вот: я хотела его устранить, но ты помешала, — давясь смехом, продолжила она. — И гадёныш таки появился на турнире в сопровождении старшего гада. И я решила использовать его в своих целях. Хотела, чтобы Штейн устранил всех конкурентов, а потом, естественно, проиграл Вайлу, — как я поняла, Вайл и был сыном нынешнего графа Тортона, и именно для него Мариса должна была обеспечить победу без потерь. Говоря всё это, она продолжала смеяться, то и дело поглядывая на меня.

- Так что в этом смешного? — мне было откровенно жутко, потому что если я превращусь в такое же чудовище, столь беспощадно играющее с чужими душами, то возненавижу себя.

- Смешно то, что такая, как ты, помогает ему, — смех снова стал заливистым и звонким. — Ты так глупа, что даже не знаешь, кого защищаешь! — едва взглянув на меня, ехидно проговорила она.

Мариса издевалась. Она явно знала что-то, но намеренно скрывала от меня. А чувство, что все вокруг что-то знают, но неизменно прячут знания, меня уже изрядно бесило.

- Ты расскажешь мне всё, — уверенно проговорила я, но ответа не услышала, потому что к нам вернулись ребята.

- Лидия, нам нужно уходить, — сообщил Ким. — Рассвет через час. Пока доедем, как раз начнёт светать.

- Мы попросили одного парнишку предупредить магов, что Штейн пострадал, так что его осмотрят в ближайшее время, — рассказал Ен.

Я взглянула на небо, с прискорбием осознав, что друг совершенно прав и нам действительно пора убираться отсюда. А я так и не получила ответы на множество своих вопросов. Почему не стоит помогать Трою? Кто такая эта Мариса? Как она выжила? Вопросов было много, и на этот раз я хотела получить ответы любой ценой.

- Встретимся завтра на закате, здесь же, — посмотрев на нашу временную пленницу, отчеканила я. — Придёшь, и я сниму блок. Не придёшь — останешься без магии.

Я поднялась и, взяв Кима под локоть, собралась уходить.

- Ты не можешь так поступить! — воскликнула явно недовольная моими

условиями магиня.

- Могу, — равнодушно ответила я, и мы ушли.

В глубине души я очень боялась, что ей удастся убрать мой блок и она не придёт. Мне нужно было поговорить с ней ещё. Просто необходимо! И не только чтобы получить ответы, но и чтобы хоть немного её узнать. Узнать не девушку Марису с изуродованным лицом, а мурию. Настоящую, живую мурию. Кто знает, может, мне удастся разглядеть в ней что-то хорошее; может, получится разубедить себя в том, что я монстр.

Я так погрузилась в свои размышления, что даже не заметила, как мы подошли к веренице карет, тянущейся до самой городской стены. Народ ещё смотрел окончание концертной программы по случаю завершения первого этапа поединков, поэтому большинство карет были свободны, и нам удалось взять самую ближайшую.

- Ты всё нам расскажешь, и прямо сейчас, — едва мы сели в карету, бескомпромиссно заявил Ким.

- А не расскажешь, не погнушаемся применить заклятье истины, — начал откровенно угрожать Ен. Заклятье истины примерять на себя совсем не хотелось: под его действием можно такого наговорить, что потом всю жизнь стыдно будет.

С минуту я думала, стоит ли говорить, под выжидательными взглядами парней. Пришла к выводу, что жить во лжи и постоянных загадках больше просто нет сил, и решилась на самое большое откровение в своей жизни. Киму я доверяла, а он, в свою очередь, доверял Ену.

— Помните тот наш поход в подземелье? — издалека начала я.

Всю дорогу до замка, путь до памятного чулана и время нашего шествия к главному корпусу Обители я рассказывала про кристалл, дневник, живунов, Троя… Кажется, к моменту, когда мы все вместе вошли в мою комнату, я рассказала всё, и теперь со странным ожиданием смотрела на парней. Я монстр. Вдруг они не захотят терпеть чудовище в своих рядах? Что, если решат избавиться? Фактически, рассказав всё это, я отдалась воле случая, и теперь только духам известно, что будет дальше.

ГЛАВА 15

- То есть ты настоящая мурия? — первым отошёл от шока Ен. — Просто это странно, ведь мы столько лет тебя знаем! Я хотел бы убедиться, что ты уверена.

- По крови — да, по магии — не совсем, — с заминкой ответила я.

- И как это понимать? — Ким тоже включился в беседу, усаживаясь на мою

постель. Я поняла, что убивать меня вроде никто не собирается, и пошла доставать зелье бодрствования из своих запасов. Осталось всего четыре пузырька, нам как раз хватит. Вряд ли мы сегодня ляжем спать, особенно если учесть, что подъём где-то через час.

- Друг моего отца, Ларса Геера, бывший глава ковена магов Котон Иссэнс, смог заключить основную часть чёрного дара мурии в это кольцо, — я продемонстрировала парням змейку, обвившую мой указательный палец.

Ким, как любитель артефактов, тут же поймал мою ладонь и принялся изучать простой ободок. Иногда мне казалось, что змейка как будто оживает, приоткрывая глаза всего на несколько мгновений, и замирает снова.

- Странно, у него нет фона артефакта, — проговорил Ен, который тоже, как оказалось, изучал кольцо.

- А его здесь быть и не должно, — пробормотал Ким, продолжая ворочать мою ладонь. — Это поглотитель магии, у них нет фона просто потому, что они его поглощают. — Он наконец-то отпустил мою руку, и я смогла протянуть парням по пузырьку зелья. — То есть Геер был дружен с самым великим артефактором в истории? Поглотители — это разработка Иссэнса, и подобные штуки могут себе позволить далеко не все. Я видел подобный артефакт только у младшего принца Норолона.

- Да, отец знал Иссэнса ещё со времён войны, и он спас его в бою, — машинально ответила я.

Из воспоминаний Ларса я уже знала, кому именно меня передали и кто смог совершить невозможное — запереть сильнейший поток магии в кольцо. Котон Иссэнс в то время был главой ковена магов — и человеком, обязанным жизнью Ларсу Гееру, поэтому, когда появилась возможность отблагодарить спасителя, он приложил все усилия, чтобы сделать это. Но этот маг просто не имел права подставляться, иначе мог лишиться всего: карьеры и даже жизни. Поэтому, когда отец связался с ним с помощью Олеса и сказал, что их с мамой жизни в опасности, Котон сделал то, что сделал.

Отец просил его помочь спрятать меня так, чтобы ко мне не привела ни одна ниточка. Так он и поступил. Оставил меня на крыльце сиротского дома, точно зная, что там найдут и приютят. Многие нерадивые родители так поступают. Единственное, отец просил Котона уничтожить кольцо, но маг по каким-то причинам оставил его мне. По плану Ларса я вообще не должна была узнать, что обладаю даром. А Котон Иссэнс скончался всего несколько лет назад, во время тестирования нового артефакта, о котором до сих пор ничего неизвестно.

— Думаю, что сотворить такую штуку очень непросто, — задумчиво проговорил Ен и опустошил протянутый пузырёк. Ким повторил его жест и задал очередной вопрос:

— Но он ведь не смог забрать всю силу мурии, верно? Это же то же самое, что лишить человека частички его самого, ты бы не выжила.


— Да, ты прав, я бы умерла, — подтвердила, всё чаще подмечая, что Ким поразительно много знает. — Осталась лишь крупица, позволяющая мне видеть всё иначе, пробираться через пологи и защиты, которые неподвластны человеческим магам, и иметь возможность исцелять то, чего вы не видите. Однако эта крошка дара, которую он оставил во мне, не может причинить вред тому, в чьё сознание я попадаю, и не оставляет отпечатка мурийской магии.

Если бы он только смог придумать это раньше! Из простого родового кольца сотворить такой мощный артефакт. Возможно, найди Котон разгадку чуть раньше, всего на несколько дней, мама была бы жива. И мне не пришлось бы жить в сиротском доме, каждый раз глотая слёзы по ночам, а ещё я бы знала, что такое семья, что такое любовь…

— А если воспользоваться кольцом? — спросил Ким. — Я знаю такие артефакты, Лидия, и понимаю, что силу из него иногда можно брать. — Он действительно знал, о чём говорит, и я в очередной раз поразилась его осведомлённости. Неужели все эти знания даёт образование благородных лордов?

— С кольцом всё иначе, — прошептала я, с ужасом вспоминая ночные происшествия. Графа Вилдо, душу которого я безжалостно растерзала, Марису, в сознание которой хотела ворваться.

— Ты пользовалась им! — всплеснул руками Ен, внимательно следивший за моей реакцией. — Посмотри на неё, она точно им пользовалась!

- Надеюсь, ты не сделала ничего такого, о чём будешь жалеть? — совершенно

серьёзно спросил Ким. Он, в отличие от Ена, и без изучения моей реакции был уверен, что я уже использовала силу кольца.

Этот вопрос заставил задуматься.

Жалеть? То, что я сделала с Вилдо — ужасно, но буду ли я жалеть об этом? Едва ли.

- Нет, Ким, я не сделала ничего такого.

— Я один в шоке от всего этого? — эмоционально спросил Ен. — Лидия — мурия, она Геер, и вообще!

— Нет, шок испытал не один ты, — улыбнулся Ким. — У всех нас есть секреты, Лидия, — словно пытаясь успокоить меня, проговорил он, — и я клянусь держать твой в тайне до конца дней.

- Спасибо, — искренне поблагодарила я, а рыжий выжидательно уставился на

Ена.

— Да не скажу я никому! — осознав, чего от него хотят, воскликнул парень. — Клянусь.

- Спасибо, ребята.

— Но и ты не должна об этом никому рассказывать. Не думаю, что арту Поли можно доверять, раз он так поступил с твоими родителями.

— Лидия, — Ким очень серьёзно посмотрел на меня, — кольцо лучше бы уничтожить.

- Боишься, что меня опьянит хранящаяся в нём сила? — прямо спросила я.

- Боюсь, что оно больше навредит тебе, чем поможет.

Некоторое время я просто смотрела на кольцо, и с каждым ударом сердца всё отчётливее осознавала — Ким прав. Не хочу быть монстром, как та девушка, Мариса. Кстати, был вопрос, который я так и не задала.

- Откуда ты знаешь ту магиню?

— Марису? Давняя история, — было видно, что Ким не намерен рассказывать нам подробности знакомства.

- Кто она?

— Наёмница. Просто наёмница, которая сильно попортила жизнь деду, — ответил он. А над Обителью уже разлилась бодрящая утренняя музыка, призывающая всех проснуться.

Я залпом осушила пузырёк с зельем и сразу же почувствовала себя лучше. Такими зельями лучше не злоупотреблять, но нам необходимо быть в форме, тем более я надеялась, что вечером меня ждёт весьма занимательная беседа.

— Я попробую поговорить с дедом по поводу Обители, — сказал Ким, — всё-таки по праву рождения замок твой, да и я имею к нему отношение.

— Спасибо! — воскликнула я. Я бы многое отдала, чтобы этом место стало моим домом и досталось моим детям.

- Ладно, мы пойдём, нужно ещё переодеться.

И парни, обняв меня на прощание, покинули комнату. А я ещё долго стояла в оцепенении. С чего вдруг объятья? Никогда раньше ничего подобного не было. Может, это такой вид дружеской поддержки, или совместные побеги на турнир настолько сближают?

— Сближают общие тайны, — мертвенный голос Олеса заставил вздрогнуть всем телом. — Тебе пора собираться.

- Спасибо, я и так собиралась это делать, — слегка раздражённо ответила я.

— Я говорил, что турнир — плохая идея, — мне показалось, что живун научился иронизировать.

- Хорошая! — возразила я, направляясь в ванную.

- То есть тебе там понравилось?

- Я встретила мурию, ещё одну.

Закрыла дверь прямо перед призрачной рожей. Сквозь дверь проступила голова Олеса. Выглядело жутко, даже очень.

- Приличные живуны не подглядывают за хозяйками.

Рожа исчезла, бормоча, что приличные хозяйки не шляются по ночам непонятно где и не заводят сомнительных знакомств. Показалось, что мы с Олесом стали неплохо ладить.

Я быстро вымылась и в прекрасном расположении духа принялась одеваться. После удобно устроилась в кресле у окна и подключилась к замку. Обитель была рада мне! Я чувствовала её заботу, которая словно обволакивала, её волнение от того, что меня не было ночью, и её безмерную благодарность за магию, вдыхающую в замок жизнь.

Но насладиться чувством уюта и единения мне не удалось, потому что я уже отчётливо чувствовала приближении Рии к моей комнате. Когда дверь без стука распахнулась, я встречала подругу радостной улыбкой. Глория моей радости от встречи не разделяла и, прислонившись к косяку, сложила руки на груди.

— Вас не было ночью в замке! — сходу огорошила подруга. — Где вы были? И даже не думай врать мне, Лидия!

Рия была зла, а злой я видела её всего однажды — когда она бросала Ена, посмевшего посмотреть на другую, будучи в отношениях с ней. Но уже тогда я поняла, что со злой Глорией лучше не шутить.

- Мы были на турнире.

- Что-о-о-о?!

- На турнире в Нирте, — окончательно добила я.

— И ты считаешь, что я в это поверю? — не на шутку разгневалась Рия. — До Нирты почти день пути, а вы ещё и обратно вернуться успели!

- Я не вру, мы были в Нирте.

- И как вы туда попали?

- Прости, этого я сказать не могу.

— Мне? Не можешь сказать чего-то мне? — Рия немного растерялась. Уж если кто первым и узнавал мои тайны, то только она.

— Это не мой секрет, честно, — постаралась объясниться я. — Спроси Ена, если расколешь его. Думаю, он расскажет.

Я почти не сомневалась в том, что Ким не обидится, если я расскажу всё Рие, но предавать его доверие не хотелось, тем более сейчас, когда я открыла свою тайну.

- Идём завтракать.

Рия пошла молча, всем своим видом показывая обиду. Всю дорогу я пыталась извиниться и объяснить, что секрет чужой, но она продолжала дуться.

Когда мы вошли, Ен и Ким уже сидели за столом, а наши подносы с завтраком стояли рядом с местами.

- Спасибо, — я улыбнулась парням и приступила к поглощению каши.

— Вас не было ночью в замке, — завела свою шарманку Рия. Как я и думала, уже через пять минут парни раскололись и обещали сегодня взять подругу с собой.

Правда, Ким стребовал с неё настоящую магическую клятву, что она не расскажет о том, как мы будем добираться. Рия не раздумывая поклялась, прекрасно осознавая, что теперь, даже если она захочет кому-то что-то рассказать, просто не сможет. Странно, меня Ким клясться не просил.

— Не волнуйся, я тоже клялся, — Ен тут же подбодрил сетующую на недоверие друга девушку. Я поперхнулась и воззрилась на Кима. Выходит, я единственная, кто не клялся хранить его секрет? Что это, такая степень доверия или что-то другое?

- Я верю тебе, — словно поняв мой вопрос, прошептал мне на ухо Ким.

— Встречаемся на ужине, всем быть собранными, — когда мы покидали шумную столовую, проинструктировал Ен. И, распрощавшись, мы разбрелись каждый по своим отделениям.

Когда я пришла, Лью был в своём кабинете и что-то старательно записывал. Несколько раз постучала в приоткрытую дверь, но маг не отрывался от записей, и я заглянула внутрь. Оказалось, Лью получил магического вестника, и сейчас старательно расшифровывал информацию, написанную в нем. Вестник был совсем маленьким и выглядел, как кораблик, сложенный из листа бумаги. Он завис примерно в локте от стола мага и слегка светился. Как я поняла, на одном из «бортов» кораблика и был написан сам текст письма Такие штуки могут отправлять только члены верховного ковена магов — для передачи важной информации. Интересно, что такого написали простому магу-исцелителю?

- А, Лидия. Смелее, входи, — едва Лью оторвал взгляд от бумаг, заметил меня. В тот же момент вестник вспыхнул синим пламенем и разлетелся крупинками пепла.

— Доброе утро, Лью, — смущённо улыбнулась я и вошла в кабинет. — Что-то случилось? — маг выглядел встревоженным и уставшим.

— Нет, ковен запрашивает количество магов-исцелителей из ваших, чтобы подготовить распределительные листы. Но это корреспонденция Стефана, мне расшифровка далась крайне тяжело.

- А в Обитель требуются исцелители?

Мне не хотелось уезжать отсюда, но распределение нужно будет отработать в любом случае, это долг каждого из нас.

— Не знаю, такие вопросы решает Стефан, — пожал плечами Лью. — У тебя есть желание остаться здесь?

- Думаю, да, — не колеблясь, ответила я.

— С твоими талантами это вполне возможно. Но на некоторых из вас уже есть запросы, и как только Поли будет здесь, их пришлют нам. Ну а сейчас пора приступить к работе!

- Отлично, что делаем?

— Сегодня у нас затишье, поэтому я предлагаю тебе провести день с госпожой Вестой. Она научит тебя нескольким полезным штучкам.

Я радостно кивнула. Мне всегда хотелось попробовать работать с зельями, но

такой возможности не предоставлялось ранее. Поэтому идею я восприняла с энтузиазмом.

Через несколько часов усердной работы в лаборатории госпожи Весты у меня получилось сварить самое простенькое зелье от головной боли, но едва ли оно вышло действенным.

- Вам, исцелителям, тяжело даётся моя наука, — улыбаясь, говорила магиня.

— Но вы тоже исцелитель, — возразила я, всерьёз расстроившись из-за результатов своей работы. У госпожи Весты всё выходило легко, как будто она и вовсе не прилагала усилий.

— Совсем немного, основная моя сила в зельях. И хватит болтать, натри-ка мне корень ратана, нам нужно многое сделать сегодня.

Я только сейчас обратила внимание, что на столе магини лежит длинный список с названиями различных зелий.

- Это всё нужно сделать сегодня?

— Да, и как можно быстрее. Это нужно будет отправить арту Поли с драконом уже вечером, — ответила женщина, отмеряя несколько капель экстракта редкой сонной травы.

— Ого, — поразилась я, ещё раз взглянув на список, — это всё ему нужно? Что-то случилось?

— Это же турнир, там всегда что-то случается. А на многих участниках такая защита от магического вмешательства, что иной раз проще применить зелье, чем магию. Да и заказы из местной лавки поступили. Они когда узнали, что у нас водятся лиграны, сразу заказали любовные зелья.

— Но они же запрещены законом! — возмутилась я. Нет, конечно, многие использовали любовные снадобья, и если это не вскрывалось, то ничего не происходило, но если вдруг информация о применении любовной магии всплывала, виновных наказывали.

— О, это будет не совсем приворот, скорее усилитель для парфюма. Всего капелька в духи, и постаревшая жена покажется мужу привлекательнее, а замарашка сможет привлечь внимание красавчика.

Я только пожала плечами, всё равно не одобряя такого подхода. Пусть это всего лишь капля, которая делает женщину лучше в глазах любимого мужчины, но, как ни крути, это обман. Поэтому я наотрез отказалась «доить» змеек, сцеживая их особый яд для приготовления приворотов, и решила заняться подготовкой ингредиентов для более важных зелий. Зелья для воинов, которым трудно помочь с помощью магии, для меня были куда важнее.

Ведь действительно, всегда полагаться только на магию глупо. Есть масса артефактов, блокирующих её, заклятий, как то, что я применила на Марисе, да и много чего ещё. Всегда должно быть что-то ещё, кроме дара, данного от природы. Я большую часть жизни обходилась без магии, и ничего. Поэтому и сейчас многое из того, что можно сделать, используя силу, я делала руками, будь то глажка белья или уборка в комнате.

До обеда мы провозились с различными тониками, повышающими выносливость и активность, а послеобеденное время посвятили настойкам и обезболивающим эликсирам. Госпожа Веста мастерски владела зельеварческим искусством, а я впервые видела, как свершается настоящее доброе волшебство, и наслаждалась ароматом трав. Лиграны, свернулись клубочками и дремали в корзинке, наслаждаясь тёплым летним днём.

Сегодня меня снова отпустили пораньше, и мне даже удалось выпросить у магини несколько пузырьков зелья бодрствования, сославшись на то, что я не высыпаюсь. Госпожа Веста вручила мне корзинку со змеями, чтобы я вернула малышей в гнездо.

Я быстро добрела до комнаты, попутно заглянув к лигранам, которые уже стали намного крупнее и активно пользовались отросшими крыльями. Оставила малюток, которые шустро юркнули в нору, тоскливо посмотрела на куст Пушинок, вновь вспомнив малышку Ти, которую наверняка уже больше не увижу. Так же торопливо оделась в походный костюм, захватила амулет и собралась спускаться на ужин.

— И очередная плохая идея, — прокомментировал мои действия неожиданно появившийся Олес.

— Да почему плохая?

- Тебе небезопасно находиться за пределами Обители.

— Почему? — эта фраза меня заинтересовала. Ведь прошлые девятнадцать лет я и не замечала, что нахожусь в опасности.

— Здесь тебя защищает замок, укрывает, делает практически неуязвимой, там же ты всего лишь беззащитная магиня.

- Я должна поговорить с той мурией.

- Тем более небезопасно.

- Она такая же, как я!

- Не совсем. Ты безвредна, а истинные мурии опасны, — меланхолично сообщил

дух.

— Глупости. Я заблокировала её магию папиным заклятьем, так что она едва ли сможет мне навредить, — отмахнулась я.

— Видимо, это очень глупая мурия, потому что то заклятье не может заблокировать чёрную силу. Оно может лишь скрыть её, но стоит мурии обратиться к своему естеству, и магия вернётся.

— А вот это очень и очень плохо, — пробормотала я, осознав сказанное. Ведь если Мариса поймёт это, то не придёт на встречу, а мне просто необходимо поговорить с ней.

— Может, и идти не стоит? — мне показалось, что я услышала надежду в голосе духа.

- Стоит.

— Если не вернёшься до рассвета, я приду за тобой сам, — сообщил Олес, когда я уже выходила. Почему-то улыбнулась. Приятно чувствовать заботу, пусть и от бестелесного духа.

В столовую я пришла первой. Никого из наших ребят ещё не было, только те, что прибыли недавно в школу при Обители, обедали дружной компанией. Поэтому я не спеша ела в ожидании моих компаньонов по ночной вылазке. Когда над головой послышалось стрекотание крыльев, я чуть не запищала от радости, решив, что вернулась Ти, но, подняв голову, увидела лишь одного из мелких лигранчиков, совсем малютку, у которого ещё даже не было яда. Протянула руку, и малыш тут же уместился на ней. Аккуратно погладила пальцами стрелообразную голову и сразу же почувствовала, что что-то не так. Просканировав змеёныша, поняла прискорбное — он болен. Глазки малыша были мутными, а дыхание — тяжёлым и свистящим.

Ребята пришли все вместе, видимо, встретившись ещё на лестнице. Рия на этот раз не стала злоупотреблять туфлями на каблуке и надела удобные сапоги. Я же, поприветствовав всех, стала заниматься лигранчиком.

— Он заболел, — сообщила я, обратив внимание на удивлённые взгляды друзей. А мне почему-то было приятно, что больное животное пришло за помощью ко мне, поэтому я старательно исцеляла недуг малыша.


— Не боишься, что укусит? — спросил Ким.

— Лиграны не кусают, если их не злить, — процитировав строчку из бестиария, я окончательно отключилась от реальности, слушая разговор друзей, словно через стену.

— Никогда не была в Нирте, — щебетала Рия, — и если вы меня дурите, вам крышка.

- Не волнуйся, мы не пытаемся тебя обмануть, — улыбнулся Ен.

Ели друзья быстро, я даже не успела закончить со змейкой, когда их тарелки опустели. Всем не терпелось поскорее отправиться на турнир, поэтому через парк мы чуть ли не бежали почти до самого памятного водопада. На миг я замешкалась у гнезда лигранов, раздумывая, что делать с малышом. Я его исцелила, но хорошо бы несколько часов понаблюдать для верности.

— Да бери ты его с собой! — крикнул Ким, когда заметил, что я отстала. Взглянула на малыша, который задремал в моих ладонях, и решила, что так и сделаю. А когда будем возвращаться обратно, верну его домой. Хорошо, что я взяла с собой небольшую сумку, в карман которой и уместила змейку. И только убедившись, что ему там удобно, побежала догонять друзей.

— Вы издеваетесь?! — едва завидев переход, возопила Рия, — Решили так подшутить надо мной?

— Нет, это и есть переход, — постарался успокоить девушку Ен, — не бойся, просто входи, — и легонько подтолкнул её в спину.

— Я туда не пойду, — решительно сообщила она, сложив руки на груди. Ким коротко пожал плечами и, бросив мне «встретимся в коридоре», смело шагнул внутрь туманного силуэта.

- Я тоже пойду, — проговорила я, взглянув на подругу.

— Вы с ума сошли! Я читала, что переходы опасны! Мы же можем просто раствориться в пространстве!

Ен с невозмутимым видом подхватил любимую на руки и неторопливо пошёл к туману.

- Куда ты меня тащишь! Я туда не пойду! — орала Рия, молотя парня по спине.

— Будешь дёргаться, точно пострадаешь, — совершенно спокойно предупредил Ен и вошёл в переход. Кричать Рия тут же перестала. Я уже собралась входить в туман, когда прямо передо мной материализовался Олес, преграждая путь.

— Возьми это, — и из призрачного провала рта живуна на землю упала маленькая белая ракушка, — положи в карман, ближе к сердцу.

- Что это? — подняв ракушку, спросила я.

- Ты что, не видишь? Это ракушка! — невозмутимо сообщил вредный живун и, раскатисто рассмеявшись, исчез. Я спрятала странный подарок в нагрудный карман и быстро пошла в переход. Мне уже изрядно надоели эти тайны, и раздумывать о том, что это и для чего, совсем не хотелось.

Когда я вышла, ребята уже стояли в коридоре и ожидали меня. Рия выглядела совершенно спокойной и с интересом рассматривала убранство дворца.

- Что так долго? — встревожился Ким. — Мы уже начали волноваться.

- Не знаю, задумалась.

— Ты знала, что у рыжика есть такие хоромы? — воодушевлённо спросила Рия. Мы шли по прекрасному, устеленному красной дорожкой коридору, с интересом осматриваясь.

- Да, мы же здесь были, — улыбнулась я.

- Это хоромы деда, — поправил Ким.

— Плевать! Он же твой родственник, — заявила Рия. — Слушай, рыжий, а тебе жена не нужна? — проявив поистине детскую непосредственность, поинтересовалась она. Ким поперхнулся, а я сбилась с шага. Ен же не на шутку разозлился и подарил Рие испепеляющий взгляд.

- Что такого, я просто спросила.

Мы вышли на памятное крыльцо с множеством ступеней, снова встретили караульных, которым Ким велел не запирать ворота до рассвета, и вскоре вышли на главную площадь Нирта.

Так же, как и вчера, взяли карету и медленно тронулись к выезду из города.

- Ты сегодня встретишься с Марисой? — спросил Ким.

- Да, мне бы хотелось с ней поговорить.

- Я пойду с тобой.

Я лишь пожала плечами; в принципе, для меня разницы не было. Единственное, о чём я волновалась — придёт ли девушка.

За городом ничего не изменилось, разве что ещё было достаточно светло: до заката оставалось несколько часов. Поэтому мы с ребятами выбрали одну из импровизированных таверн, расположившихся прямо под открытым небом. Здесь подавали только блюда, приготовленные на открытом огне, а наливали уже изрядно забродившие от жары напитки.

- Когда начнётся? — потягивая квас, спросила Рия.

— На закате, — ответил кто-то из парней. Я же отвлечённо рассматривала окружающих, почему-то пытаясь увидеть кого-то знакомого. Хотя я же здесь никого не знаю! Друзья рассказывали Рие о турнире и о вчерашних событиях, а я продолжала вглядываться в лица прохожих.

Волнение усиливалось с каждой минутой, и я терялась в догадках, чего ждать от сегодняшней ночи. Очень хотелось, чтобы Мариса пришла.

Пребывая в раздумьях, я сама не поняла, как встала с места.

- Эй, куда ты? — окликнул Ким.

- Хочу сладкое яблоко на палочке, — ответила я. — Сейчас вернусь.

Глаза широко открылись от удивления, а сердце заметалось в панике. Я

совершенно не понимала, что происходит, потому что отвечала не я! Словно моё сознание поместили в ледяной кокон, а тело сковала неизвестная сила. Ноги шли сами, тело и голос совершенно не слушались! Я попыталась крикнуть, но не издала ни звука; попробовала обернуться к друзьям, но осталась неподвижной.

- И мне захвати! — крикнула Рия, и я пошла.

Во второй раз я отчётливо чувствовала на себе подчиняющее заклятье, только сейчас я понятия не имела, кто его автор. От этого было вдвое страшнее, ведь я снова не знала, куда двигаюсь.

Миновала торговые ряды, прошла мимо арены, обогнула место, на котором вчера беседовала с Марисой, и двинулась в сторону вереницы карет, тянущейся от самых городских ворот. Целенаправленно подошла к чёрной карете без кучера. Едва я приблизилась, дверь призывно распахнулась передо мной, являя наполненное непроглядной тьмой пространство. Та я, которая сжалась от ужаса где-то в глубине сознания, испуганно замерла, а тело решительно поднялось по ступеням и вошло внутрь.

ГЛАВА 16

Я вошла в темноту кареты, что выглядело весьма необычно, потому что на улице ещё было светло, и остановилась как вкопанная. Не успела даже придумать объяснение столь неуместному мраку, как меня схватили за руку, сжав запястье длинными холодными пальцами. Захотелось кричать от нахлынувшего ужаса, но я не смогла вскрикнуть, потому что чужое влияние подавило мой порыв, и в ту же секунду под потолком вспыхнуло множество магических светлячков, тусклых, озаряющих пространство мертвенным синим светом. И посреди этого сияния возвышалась высокая фигура в тёмном капюшоне.

— Ты, — прошипел такой знакомый голос, и я сразу же поняла, что передо мной лорд Тарион. Отбросив капюшон, граф смотрел на меня со смесью ярости и неверия.

В тот же миг моё оцепенение спало, но только наполовину. Нить, контролирующая меня, ослабла, но не разорвалась окончательно.

— Женщина, я не понимаю, чего ты добиваешься! — как-то обречённо воскликнул Тарион и отвёл взгляд. — Не тебя я ожидал увидеть здесь.

Сбоку раздался приглушённый смешок. Повернувшись, я обнаружила ещё кое-кого знакомого.

— Мариса! — воскликнула я и попыталась подбежать к мурии. Почему попыталась? Да потому что моё тело до сих пор было во власти кого-то другого, а мне удосужились вернуть только голос.

Девушка, чьё лицо рассекал уродливый шрам, сидела, окружённая неким подобием магической клетки, сплетённой из силовых линий. Выглядела она неважно, но я смогла отчётливо разглядеть нить, по которой Мариса управляла мной. Значит, магию отыскала. Так почему она не избавится от клетки? От размышлений отвлекало прерывистое дыхание графа, который прямо сейчас задумчиво изучал обездвиженную меня.

— В чём дело? — перестав понимать хоть что-нибудь, спросила я. Просто это всё ужасно странно! Мариса хоть и с магией, но взаперти, в то же время она контролирует меня, а при чём здесь правитель Голдштейна, я вообще ума не приложу.

— В чём дело? — яростно переспросил Тарион, приближаясь ко мне, — Ты имеешь наглость спрашивать, в чём дело?!

Странный ответ графа ничего не прояснил для меня. Мариса же вопрос проигнорировала, даже не глядя в мою сторону. Невероятными усилиями мне удалось успокоить разгорающийся в душе пожар гнева и подавить желание сжать кольцо.

— Я не понимаю, чего вы от меня хотите? — спросила я, вздёрнув подбородок и посмотрев южному магу прямо в глаза, чего в принципе делать не положено.

Тарион как-то загадочно усмехнулся, но улыбка эта не была милой или дружелюбной. Скорее она не предвещала совсем ничего хорошего.

— Ты пыталась убить моего брата. Дважды, — чётко проговаривая каждое слово, сказал он. — И как, по-твоему, я должен реагировать? — этот вопрос он выдохнул мне в лицо, обжигая кожу нечеловечески горячим дыханием. Лорд Тарион вообще был для меня непостижимой загадкой: такой надменный, властный и холодный снаружи, он будто постоянно боролся с пламенем, пылающим внутри.

А вот его заявление вогнало меня в ступор и вызвало волну негодования. Я могла попасться на вскрытии магического купола, когда пыталась помочь его брату; из-за Троя я показала арту Поли своё особое видение; впустила старого мага в собственное сознание. И после всего этого он смеет заявлять такое?

— Я спасла жизнь вашему брату! Дважды, — не менее грозно проговорила я в ответ, ни на миг не отводя взгляда. Лорда такое поведение явно удивило, и теперь в его взгляде мне удалось разглядеть большую долю интереса. — И ваши обвинения более чем безосновательны.

— Ты уверена, что это она? — не отрывая взгляда от меня, граф сделал несколько шагов к Марисе.

— Совершенно точно, — окинув меня равнодушным взглядом, ответила та. — Ты сказал сделать призыв того, чья магия вчера влияла на твоего брата. Ты сам показал мне след того, кого требуется найти. Однозначно, это она.

У меня от подобного заявления пропал дар речи. Как она может? И что это вообще такое? Выходит, на мне не применяли подчиняющее заклятье, это был просто призыв по слепку магии? Стоп, а как вообще этот Тарион может видеть магические следы?

— Так ты ничего и не хочешь мне рассказать? По-прежнему? — снова подойдя и нависнув надо мной, спросил граф. Я откровенно не знала, что говорить, поэтому просто рассматривала красивое лицо Тариона, в глазах которого отчётливо виднелись пляшущие огоньки пламени, и думала.

- Ты отпустишь меня? — молчание нарушил вопрос Марисы.

- Не сейчас, — ответил граф, всё так же не отрывая взгляда от меня.

— Я не сделала Трою ничего плохого, — наконец нашлась с ответом я. — А вот она могла бы, — я указала на мурию. И прежде чем кто-то из них меня перебьёт, быстро продолжила: — Эта девушка вчера, во время боя, контролировала вашего брата, а я вынудила её разорвать связь! И проблемы с памятью Троя — тоже её рук дело!

Тяжёлый и очень опасный взгляд графа устремился на поникшую Марису, на лице которой отобразилась гримаса ужаса. Неужели грозная и такая самоуверенная мурия всерьёз испугалась графа?

— Нет, Тарион, я не хотела, это просто заказ! Тарион, не нужно, — шептала она, когда граф медленной походкой хищника направился к ней.

Я видела страх в глазах мурии и кожей ощущала жар, исходящий от мага. Его

ярость пронзила воздух тысячами ледяных иголочек, которые словно впивались в кожу, а я поняла, что не могу позволить случиться ужасному.

— Тарион! — срывающимся голосом позвала я. Граф продолжал движение, даже не думая реагировать. Мариса же бросила быстрый взгляд на меня и, словно что-то осознав, легонько кивнула. И я тут же почувствовала, как оцепенение отпустило. Метнувшись, одним рывком обхватила широкие плечи мага, и он замер. Замер, чтобы молниеносно обернуться и ехидно сообщить:

— Сейчас не время для нежностей, женщина. Позже, когда я закончу с этой предательницей, я обязательно обниму тебя в ответ.

Я честно хотела ответить, желала что-то объяснить, сказать, что Мариса важна мне и её нельзя убивать, а судя по виду Тариона, именно это он и собирался сделать, но не успела. Проснувшийся лигранчик зашевелился в кармане сумки и громко зашипел, вынудив и меня, и графа воззриться на место, издающее звук. Из кармашка появилась стрелообразная голова, высунулся тонкий язычок, изучая обстановку. Неуловимым движением змейка выбралась наружу, зависнув в воздухе. В этот самый момент я поняла страшное: лигран был совершенно точно уверен, что мне, его хозяйке, угрожает опасность, и приготовился к броску. Он изогнулся, напрягая мышцы и обнажил острые, вмиг ставшие огромными для его размеров клыки.

— Нет! — крикнула я, но было уже поздно. Тонкие длинные зубки впились в плечо графа Голдштейна. Мужчина пошатнулся, я кое-как попыталась его удержать, но не смогла, осознав, что если не отойду, он упадёт на меня.

- Лиграны вымерли, — ошарашенно прошептал граф и с грохотом рухнул на пол.

— Была бы у вас нормальная карета, а не увеличенная магией, не пришлось бы так высоко падать, — пробормотала я, пребывая в полнейшем шоке от всего случившегося. Лигран же отцепился от графа и завис передо мной с невероятно гордым видом. Словно спрашивая: «я молодец, я тебя спас?»

— Да, дорогой, ты умница, — похвалила я и засунула непослушную змейку обратно в сумку. Теперь нужно было понять, что делать. Судя по тому, что граф без сознания, лигран организовал Тариону нехилый болевой шок и, может быть, добавил немного паралича. Что будет дальше, я даже боялась представить. Если это действительно шок от укуса лиграна, который бывает в восьмидесяти процентах случаев, то Тарион пробудет без сознания минут пять-десять, и за это время мне нужно определиться, что же делать. Вряд ли он погладит нас с лиграном по головкам, когда поймёт, что мы вырубили его в самый неподходящий момент.

- Помоги мне! — воскликнула Мариса, сражающаяся с непослушной клеткой.

Я обратила внимание на девушку и подошла ближе, силясь рассмотреть

структуру причудливого плетения. Одно я поняла точно — мне это не разрушить.

- Я не могу.

- О, Духи, что ж ты за мурия такая!

- Да я вообще не должна помогать тебе, ты меня подставила! — не на шутку разгневалась я. В этот момент я сама себя не понимала: мне хотелось помочь ей, освободить, отпустить, но она же подставила меня! Я должна была просто бросить её здесь, оставить на растерзание графу, но вместо этого послушно сжала кольцо. Сознание вмиг наполнилось тьмой, и я испугалась. В прошлый раз, когда я пользовалась сокрытой силой, она призывалась сложнее, сейчас же дар мурии словно поджидал, когда я попрошу его покинуть кольцо. Сила опьянила, а на кончиках пальцев засверкали яркие чёрные искорки. Я без раздумий направила их на «клетку», и прутья из силовых линий осыпались чёрным, вполне осязаемым пеплом.

— Бежим! — подорвавшись, крикнула Мариса и, не дав мне опомниться, схватила за руку. Я еле успела снова сжать кольцо, заставляя чёрную силу нехотя и лениво вернуться в место её заточения.

Мы выпрыгнули из кареты. Глаза тут же ослепил свет заходящего солнца, и я не упала только потому, что Мариса тащила меня за руку.

— Куда мы бежим? — когда дыхание уже стало перемежаться с хрипом, спросила я.

— Подальше! Туда, где много людей, чтобы сбить его со следа! — крикнула она, продолжая бег. Девушка дышала ровно, словно ни капли не запыхалась, и это откровенно бесило, потому что я уже была готова просто лечь на траву и с покаянием ждать мести графа. Хвала Духам, бежали мы недолго. Миновали памятную арену, палатки участников и ворвались в огромный шатёр, где хранилась атрибутика для представления в честь открытия второго этапа турнира и повсюду сновали разряженные люди.


Мариса, казалось, знала здесь многих и умело лавировала между вешалками с платьями и спешащими людьми, пока не завела меня в самый дальний угол шатра, укрыв нас за огромной скульптурой, символизирующей победителя состязаний. Могучего, высокого воина с громадным мечом наперевес, которого вынесут в последний день турнира на всеобщее обозрение и вручат выигравшему. Там, в тени каменного воина, пряталась небольшая дверка прямо в земле, которую мурия и открыла.

— Давай за мной, — шепнула она и юркнула внутрь. Я опасливо оглянулась и, решив, что лучше уж с мурией под землёй, чем разбирательства с графом, спустилась следом.

Мариса тут же зажгла несколько самых обычных свечей и осветила маленькую землянку, в которой было всего-то одно бревно, используемое, как скамья, и несколько больших дорожных мешков. Девушка тяжело опустилась на бревно и обхватила голову руками.

— Ты хоть понимаешь, что натворила? — обречённо спросила она. Я со стоном опустилась рядом.

- Нет, но если ты расскажешь, постараюсь понять.

Мариса подняла на меня взгляд своих прекрасных аквамариновых глаз, которые выгодно выделялись на фоне общего уродства лица, и некоторое время просто

рассматривала.

- Откуда ты взялась такая?

- Из Тортона.

— Мурия из Тортона… Более чем странно. Ты правда не понимаешь, что произошло, и кто теперь точит на нас зуб? — устало поинтересовалась она.

— Граф Штейн? — вполне обоснованно предположила я. — Из-за того, что ты подставила меня?

— Не стану извиняться! — воскликнула она, поднявшись, и принялась расхаживать по землянке. — У меня не было выбора! Если бы он узнал, что это я пыталась навредить его обожаемому братцу — убил бы на месте.

- Поэтому ты решила свалить всё на меня.

Самое главное, что я даже не понимала — за что? Почему она решила подставить меня? Мы ведь два представителя вымершего рода, должны горой друг за друга стоять! Хотя я не лучше: в экстренной ситуации сама указала на неё, чтобы спасти себя. Но я же не думала, что Тарион может всерьёз причинить ей вред!

— Ты не понимаешь, Штейн точно знает, кто я, и не стал бы церемониться, а у тебя был шанс избежать его гнева.

— Он знает, что ты мурия? — охнула я. — Но как? Сейчас же нет следопытов, нас никто не ищет!

Мариса звонко рассмеялась, наполняя тёмное помещение звоном переливистых

колокольчиков. Смех у неё тоже потрясающий.

— Следопытов, может, и не осталось, но их кровь, как и наш чёрный дар, сохранилась в потомках, — быстро перейдя от напускной весёлости к серьёзности, сообщила Мариса. — Или как, ты думаешь, Штейн смог увидеть слепок твоей магии?

Догадка была настолько невероятной, что некоторое время я просто отказывалась верить. Штейн — следопыт? Может видеть слепки ауры, создавать сети, неподвластные разрушению простой магией? И вдруг очень отчётливо вспомнилось ощущение на моём запястье после его поцелуя. Словно ледяные иголки проткнули кожу, как и сегодня в карете в момент вспышки его ярости. Кажется, я читала что-то подобное об этих существах.

— Дело дрянь, — меланхолично сообщила Мариса, снова усаживаясь рядом. — Но для тебя есть один плюс — он не знает, что ты мурия. Без понятия, как тебе удалось скрыть свою силу, но даже я не чувствую её! Я вижу, что твоя аура такая же, как и моя, но и только. Будто ты была мурией, но смогла исцелиться, хотя это сказки, такого не бывает.

— Постой, — неприлично перебила я, осознав смысл сказанного, — то есть маг с кровью следопыта знает, что ты мурия, и до сих пор не убил тебя?

- Не те времена. Но где-то три года назад нам уже приходилось встречаться, и Штейн сказал, что на других ему плевать, но если я когда-нибудь перейду дорогу конкретно его семье, то мне конец. И знаешь, он ведь не врал. — Мариса внимательно посмотрела на меня и продолжила: — Поэтому сейчас мне нужно скрыться. Тебе, кстати, советую сделать то же самое, вряд ли он будет в восторге от укуса твоей ручной змейки, когда очнётся.

Девушка поднялась и начала завязывать шнурки на дорожных мешках.

- И ты вот так просто уйдёшь?

Мне так много хотелось у неё спросить! Впервые была реальная возможность поговорить с живым представителем моего вида, и я не могла её упустить.

— О, нет, — улыбнулась девушка, — я не уйду, а убегу отсюда в другой конец королевства и спрячусь так надёжно, что никто не найдёт.

- У меня было столько вопросов.

— Какие вопросы? Тебе повезло! Ты укротила свою силу, смогла запереть её, и она не будет съедать тебя изнутри, как это происходит со мной. Ты не станешь монстром, который может даже случайно причинить вред не только окружающим, но и себе, — девушка непроизвольно коснулась изуродованного лица. — Радуйся, что в тебе нет этой бездны ненависти, что кипит во мне, и живи своей жизнью. А обо мне забудь. — И с такой горечью и необъятной тоской это было сказано, что мне стало безумно её жаль. Неужели это правда, и быть мурией так тяжело? Как она справлялась все эти годы одна?

- У тебя есть семья? — тихо спросила я.

- У меня есть только я и моё проклятье, — весело подмигнув, ответила Мариса. — Я не знала своих родных, если тебя интересует это. И других таких, как мы, я тоже не встречала.

— Неужели так сложно жить с этим?! — После слов Марисы о проклятье я не могла избавиться от мысли, что мама страдала.

— Я нашла достойное применение своей силе. Я одна из лучших наёмниц в Норолоне, и конкурентов у меня нет, и я достаточно сильна духом, чтобы не дать проклятому дару меня поглотить.

Воспоминания мамы сразу услужливо выдали информацию о том, что мурии сами частенько сходили с ума от собственной силы. Начинали чувствовать себя богами, способными управлять судьбами людей, и переставали контролировать выбросы силы. Когда-то давно одна из мурий потеряла любимого и так расстроилась, что передала свои чувства всему поселению, в котором остановилась на ночлег. Утром поселение обнаружили вымершим. Все как один умерли той ночью от разрыва сердца, как и сама мурия.

- Не дай этому поглотить себя, — прошептала я.

— И ты не дай, — так же тихо ответила Мариса и, бросив короткое «прощай», ловко открыла люк и выбралась наружу, позвякивая доспехами в мешках.

Я осталась в землянке. Тяжело опустилась на бревно и достала из сумки своего спасителя.

- Храбрый малыш, — прошептала я, поглаживая его миниатюрную головку. Потом

машинально просканировала животное, чтобы убедиться, что он в порядке. Это хорошо, что у малыша ещё нет яда, ведь страшно представить, что было, если бы в организм графа попал эликсир чистейшей любви не направленного действия. Почему- то представился Тарион, воспылавший искренней любовью ко всему живому, и стало смешно. Я немного успокоилась, отвлекшись на лиграна, и вскоре решила выбираться. Друзья наверняка изволновались и ищут меня.

Когда покинула шатёр, закат был уже в разгаре, и на арене выступали артисты, открывающие второй этап турнира. Быстро взглянула на постамент за ареной и увидела арта Поли, беседующего с каким-то магом, а также графа Штейна, гордо восседающего на одном из стульев и выглядящего совершенно спокойным. Стоило мне задержать взгляд на графе, как он резко повернул голову и, казалось, посмотрел прямо на меня. Уже через мгновение я поняла, что не показалось. Он действительно смотрел на меня глазами, наполненными пламенем! Вздрогнув всем телом, я поспешила скрыться за палатками, уходя из-под пристального взгляда потомка следопытов.

— Лидия! — окликнули меня, и я заозиралась по сторонам в поисках зовущего, но никого не заметила, пока из толпы не вынырнули Рия с ребятами.

— Где тебя Духи носят?! — взволнованно воскликнул Ен. Ким же без слов подошёл ко мне, схватил за подбородок и, запрокинув голову, заглянул в глаза.

— Всё в порядке? С тобой ничего не случилось? — спокойно на фоне встревоженных друзей спросил он.

- Случилось многое. И мне, наверное, лучше вернуться в Обитель.

- Тебе что-то угрожает?

- Не думаю, — неуверенно ответила я, покосившись на постамент.

- А как же разговор с Бестией?

- С кем?

- С Марисой, это её кличка в теневом мире.

— Я уже встретилась с ней, — с грустью сообщила я. — Она ушла из Нирты, и мне лучше сделать то же самое.

Ким коротко кивнул, принимая моё решение.

- Я провожу тебя к каретам и отправлю во дворец, ты же помнишь дорогу?

- Мы не можем отпускать её одну! — воскликнула Рия

— Всё в порядке. Вы ведь хотите посмотреть магические поединки, а мне правда лучше уйти, — заверила я, — встретимся в Обители.

Подруга кое-как согласилась отпустить меня одну, и мы с Кимом проследовали к каретам. Друг сам расплатился с извозчиком и велел назвать стражникам во дворце его имя, а я с радостью захлопнула дверцу кареты, мечтая спрятаться от всего мира.

Мне не терпелось вернуться домой, туда, где даже стены поддерживают и помогают, где сердце наполняется спокойствием и уютом, и не нужно бояться

неприятностей со стороны опасного графа.


Карета резко затормозила и встала, как вкопанная. Выглянув в окно, я поняла, что мы ещё не доехали даже до городских ворот, и решила узнать причину остановки, для чего приоткрыла дверцу. Едва я сделала это, как столкнулась лицом к лицу с тем, от кого так старательно бежала.

- Впустишь или мне стоять здесь?

— Вы даже не добавите своё излюбленное «женщина»? — ехидно поинтересовалась я, сама себе удивившись, и, освободив проход, уселась на сиденье. Граф тут же оказался внутри, присел напротив и закрыл дверь. Карета, к слову, продолжала стоять.

— На моей родине это стандартное обращение, — сообщил Тарион, — но я успел заметить, что для тебя оно непривычно.

— Чего вы хотите? — Я решила не обращать внимания на то, что граф перешёл на «ты».

- Признаться, сначала я хотел убить девушку, которую ты так неосмотрительно освободила, теперь же меня больше интересуешь ты.

— Что именно вас интересует? — поинтересовалась я, с трудом борясь с охватывающим в присутствии этого мужчины страхом.

— О, многое, — ухмыльнулся граф, — как тебе удалось приручить лиграна, и кто ты такая, для начала?

Странное дело, но чем дольше я находилась в обществе графа, тем сильнее нарастал страх, кольцо нагревалось, будто призывая воспользоваться силой и скрыться, а коленки начинали непроизвольно дрожать.

— Я маг-исцелитель, — голос почему-то сорвался, а Тарион откровенно наслаждался моей реакцией. Но я не хотела реагировать так! Это было на уровне подсознания, инстинктов, и я ничего не могла поделать. А граф медленно пересел, оказавшись в опасной близости от меня.

— Просто маг-исцелитель? — словно провоцируя, он прошептал вопрос мне на ухо. А меня начало ощутимо потряхивать. — Что происходит? — Тарион наконец-то понял, что моя реакция вовсе не забавна и не совсем адекватна.

— Я боюсь вас, — хрипло призналась я, уже готовая закричать от боли под раскалившимся кольцом.

Реакции графа на мой ответ я не видела, потому что глаза застелили слёзы. Сила мурии так и рвалась наружу, а я не могла позволить ей выплеснуться, потому что больше, чем Тариона Штейна, я боялась только себя. Мужчина, словно что-то осознав, взял мою руку, ту самую, на которой переливалось колечко-змейка, и поднёс к своему лицу. От его прикосновения кожу вновь обожгло холодом.

— Это причиняет тебе боль? — недоумённо спросил граф и, поднеся руку к губам, поцеловал палец, на который было надето кольцо, немного остужая его своим странным холодом. А я, отдёрнув руку, непроизвольно сжала её в кулак. В то же мгновение грудь обожгло жаром, а глаза застелила тьма ворвавшейся в сознание силы. Страх обострился, и теперь я воспринимала Тариона как прямую угрозу моей жизни.

— Бегите! — крикнула я, понимая, что ещё мгновение — и я не справлюсь, не удержу контроль, и древняя, как сама жизнь, сила просто разорвёт графа на части, только из-за того, что он обладатель вражеской магии. Пусть те времена уже прошли, пусть сейчас он пришёл не для того, чтобы лишить меня жизни, но силе мурии было плевать. Она чувствовала врага, видела его и боялась, а потому хотела истребить.

Вместо того чтобы убежать, Тарион остался сидеть неподвижно и смотрел на меня со смесью удивления и осознания, а я потеряла контроль окончательно. Сила мурии вырвалась и одной разрушительной волной хлынула на него. Я зажмурилась, осознав, что не смогу остановиться, и приготовилась к худшему. Жар отступил, впуская в душу ненависть, и глаза застелила красная пелена ярости.

Вот и всё, я не смогла справиться, я стану монстром.

Показалось, что я заплакала, из последних сил стараясь вернуть силу обратно и непрестанно сжимая руку в кулак, но ничего не происходило. И когда я уже потеряла всякую надежду, она поддалась! Огромная, разрушительная чёрная волна, отпущенная на графа, медленно начала возвращаться в артефакт, втягиваясь в него, как в воронку.

— Тихо, тихо, не плачь, — шептали мне на ухо и, открыв глаза, я обнаружила себя на руках у Тариона, который покачивал меня, словно убаюкивая, и, крепко прижав к себе, гладил по голове. От него по-прежнему исходил холод, но для буквально горящей меня это было спасением. — Успокоилась?

— Как вы это сделали? — глухо спросила я, продолжая всхлипывать. Сомнений в том, что именно он заставил силу вернуться в артефакт, у меня не было.

— Я умею себя защищать, — успокоил граф, продолжая меня качать. Стало неловко, и страх начал понемногу возвращаться.

— Вы отпустите меня? — сжавшись в его руках, спросила я. Вопрос дался с трудом, но я смогла его задать, и будь что будет.

— От этого необходимо избавиться, — вместо ответа проговорил он и указал на кольцо. Я промолчала. Сегодня оно меня саму изрядно напугало, но там же сокрыта сила моего рода! — Обещай, что избавишься от него, и я отпущу.

— Хорошо, — согласилась я. Была готова согласиться на что угодно, лишь бы он отпустил.

Меня выпустили из объятий и усадили на сиденье.

- Почему ты так боишься меня? — растерянно глядя на меня, спросил он.

- Я знаю, кто вы, — проговорила, отведя взгляд. — А вы, очевидно, поняли, кто я.

— Хочешь, я расскажу тебе кое-что про моих предков? — неожиданно весело поинтересовался граф. Кивнула чисто машинально, продолжая смотреть куда угодно, только бы не на Тариона. — Маги-следопыты никогда, слышишь, никогда не убивали тех, в ком не было зла.

Я осторожно взглянула на мужчину с огненной шевелюрой и неожиданно увидела под маской властности и самоуверенности простого человека. Совсем обычного, со своими страхами, странностями, мыслями, мечтами…

- А как же истребление мурий? — осмелилась спросить я.

— Они не истребляли, Лидия. Искали — да, но самосуд не совершали. Все решения о казни принимали и принимают графы и король.

— А как же Мариса? — вспомнилось полное ярости лицо графа, когда он надвигался на девушку, и по телу снова пробежала волна страха.

— Она хотела убить моего брата, и поверь, зла в той женщине хватает. Но и сейчас я не собирался убить её! Хотел заклеймить, отослать, нагнать страху, но не убить.

Не поверила ни одному слову. Я видела его взгляд в тот момент, и он сказал мне о многом. Тарион, тем временем, подвинулся ближе и, быстро взглянув на меня, поинтересовался:

— Всё равно боишься?

— Да.

Зачем врать, если страх невозможно скрыть. И это не я, Лидия, боялась его, а мурия, затаившаяся внутри меня.

Тарион кивнул каким-то своим мыслям, и как ни в чём не бывало быстро покинул карету, сказав на прощанье лишь «езжай». Едва он вышел, карета тронулась.


ГЛАВА 17

Некоторое время после странного происшествия я просто сидела и растерянно блуждала взглядом по обивке кареты. Как он смог остановить это? И почему ушёл так внезапно? Что это вообще было? Я думала и думала, но не могла найти ответа ни в собственной голове, ни в памяти родителей. И только две вещи я понимала отчётливо: мне нельзя больше встречаться с Тарионом, и кольцо действительно необходимо снять. Думать о его уничтожении я не желала — это всё, что осталось от моего рода, — но носить подобный артефакт небезопасно. Значит, я просто спрячу фамильную ценность.

Стражники у дворца, видимо, запомнили меня, потому что пропустили и даже проводили внутрь. Там, в чулане, я увидела переход, который Ким оставил открытым, и смело вошла в него. Всего несколько коротких шагов, и я вынырнула из густого тумана, глубоко вдохнув свежий ночной воздух, переполненный ароматами сада.

Едва нога ступила на землю Обители, стало легче. Тяжесть и напряжение сегодняшнего вечера схлынули, и душу наполнило спокойствие. Я достала из сумки уже привычного змеёныша и понесла к гнезду, чтобы отпустить его к сородичам. Но он не захотел заползать внутрь, зависнув в воздухе и заискивающе глядя на меня.

— Ты хочешь остаться со мной? — удивлённо спросила я, зная, что лиграны не

домашние питомцы и крайне редко идут на контакт с людьми. Но тем не менее стрелообразная головка слегка качнулась вперёд, изображая кивок. Я, не поверив собственным глазам, продолжила взирать на змейку, кивок повторился.

— Значит, нужно дать тебе имя? — улыбнувшись, спросила я. Снова последовало подобие кивка. — Может быть, Ран, сокращённо от лиграна? Как тебе Ран? — я снова посмотрела на моего неожиданного питомца. И получила очередной кивок в ответ. — Отлично, малыш, значит, будем дружить.

Подхватила его на руки и бодро тронулась по парковой дорожке. Вокруг царили запахи и звуки ночи. Огромная луна бледно-оливкового цвета тускло освещала парк, а всполохи защитного контура делали это место и вовсе волшебным.

— Это хорошо, что ты вернулась, — Олес, как обычно, появился неожиданно, и теперь рядом со мной плыла призрачная голова, что выглядело довольно жутко. Особенно если учесть, что в темноте дух казался светлым пятном, на фоне которого ещё отчётливее выделялись рубиновые огни в глубине провалов пустых глазниц.

— Угу, — подтвердила я, еле заставив себя перестать таращиться на живуна.

— Верни ракушку.

Я только сейчас вспомнила про раковину, которую он всучил мне перед уходом. Покопавшись в кармане, извлекла её и протянула духу. Облачко тумана захватило ракушку и полностью поглотило её в одно мгновение.

— Что это вообще такое?

— Это мои уши, — расхохотался живун. — Я должен был знать, что с тобой происходит. Ну и привязка для лиграна. Ты ведь не думаешь, что настолько дикое существо по своей воле стало защищать тебя и ластиться?

Я удивлённо посмотрела на хранителя и задала закономерный вопрос:

— То есть ты подслушивал? — часть про лиграна меня тоже интересовала, но второстепенно. К слову, змейка, едва раковина оказалась не при мне, тут же взмахнула крылышками и упорхнула в сторону гнезда. Ну вот, а мы только подружились.

- Ещё как, — ничуть не смутился Олес, — и нам нужно многое обсудить.

- Что именно?

— Например, то, что большей глупости, чем показывать свою силу посторонним, даже придумать сложно! И если бы не лигран, которого я заставил защищать тебя, неизвестно, чем бы всё это закончилось!

- Я не специально, — попыталась оправдаться я.

— Это не важно, Ева. Если ты не умеешь контролировать себя, то лучше вообще отказаться от использования силы.

- Я не себя не контролирую, а её! — воскликнула я, оскорбившись такому заявлению. У меня-то как раз с самоконтролем всё в порядке. Я не раз убеждалась в этом, когда исцеляла неуравновешенных магов, и когда в сиротском доме частенько замалчивала обиды, вместо того чтобы дать оплеуху очередному забияке.

— Ошибаешься. Поведение силы — всего лишь отражение твоих эмоций, не больше, не меньше.

— То есть ты хочешь сказать, что это я хотела убить Тариона Штейна, а не бесконтрольная чёрная сила мурии?

- Именно, — припечатал Олес.

- Нет.

— Да. Ты испугалась на подсознательном уровне. Мурии всегда так реагировали на следопытов: их сковывал ледяной страх, и они старались скрыться. В вашем случае это проявление гораздо слабее, ведь вы не чистокровные, но всё же есть. Ты испугалась и машинально начала защищаться.

— Нет! — снова возразила я. — Я не хотела причинить ему вреда! Это всё кольцо и сила! Когда она нахлынула, я просто потеряла себя.

— Это всего лишь отражение тебя, — проговорил Олес. — Тебе нужно тренировать самоконтроль, и только тогда ты сможешь безопасно использовать кольцо.

- Я вообще не планирую больше его использовать. Хочу спрятать подальше от

глаз.

- Это довольно разумно. Пока не научишься самоконтролю…

— Ладно, закрыли тему, — не желая доказывать Олесу, что с самоконтролем полный порядок, сказала я. — Скажи лучше, почему Тарион ушёл? Он же понял, кто я, но пытался убедить, что не опасен.

— Сложно сказать, — задумчиво проговорил живун. — Времена уже не те, и к тому же он граф. Не мог же он просто прикончить тебя.

— Я думаю, что мог, — пожала плечами я, тихонько открывая дверь своей комнаты. При этом вспоминала лицо графа в тот момент, когда он двигался на Марису. И сейчас с уверенностью могла сказать: да, этот человек мог убить.

— Не думаю. Но я рад, что ты последовала совету той девушки и ушла. Мне будет спокойнее. А теперь ложись спать. — Сказав это, Олес испарился, чтобы тут же проявиться вновь и добавить: — Если нужна будет помощь, зови лиграна по имени, которое дала, некоторое время он будет привязан к тебе.

Я осталась в своей комнате совершенно одна. Уставшая, опустошённая, но зато дома. Было бы идеально, если бы этот дом стал моим по праву. С мыслями о графе Вилдо и арте Поли, лишившими меня всего, я уснула. И сон мне снился странный…

Я как будто видела ненавистного графа, с сознанием которого недавно работала. Этот сон был не таким, как мой кошмар: более расплывчатым, нечётким и очень далёким, но тем не менее сомнений в реальности происходящего не было. Я будто смотрела чужими глазами. Граф лежал на огромной постели, застеленной белыми простынями, и стонал. Веки его были полуприкрыты, а руки сжимались в кулаки при каждом стоне.

— Простите меня, простите, — пересохшими губами шептал он. А рядом с постелью стоял арт Поли и как-то обречённо взирал на графа. Вместе с магом обретался ещё один представитель исцелительской братии, который шёпотом что-то говорил арту. Но лица их были скорбными и не предвещали графу Вилдо ничего хорошего. Странно то, что жаль мне не было, и едва я осознала это, сон улетучился, будто и не снился, зато пред внутренним взором предстала рожа Олеса.

Я дёрнулась и моментально проснулась. Живун, как оказалось, завис над постелью.

- Видела?

- Ты про сон? — дух едва заметно кивнул. — Да, это что, правда?

— Это совсем не сон, Ева. Я просто хотел убедиться, что ты не пожалеешь, поэтому показал.

- Но как ты это сделал?

— У меня есть глаза во многих старинных замках, — дух улыбнулся. Улыбка, исполненная чёрным провалом вместо рта, выглядела ужасно. — Так что думаешь?

— Я не жалею, Олес, — уверенно ответил живуну. — Это меньшее, что я могу сделать для родителей.

Я немного слукавила, потому что я могла сделать ещё кое-что, например, поступить так же с артом Поли, но вот желания проделывать подобное снова уже не было. Хотелось ли мне помочь графу Вилдо? Безусловно — как исцелителю, но как дочери убитых им людей — ничуть.

- Поли хочет привезти его сюда, — сообщил Олес.

- Не довезёт.

Я думала, что граф угаснет где-то через одну-две луны, но судя по тому, что я видела сейчас, ему не осталось и двух дней. Видимо, в порыве ненависти я не рассчитала силы и повлияла на него немного больше, чем планировала. Дух хмыкнул и, кивнув, снова пожелал мне доброй ночи.

Я улеглась удобнее и на этот раз уснула без снов.


Утро встречало переливами птичьего пения за окном и сырым воздухом, наполненным озоном. Едва встав, я сразу же подбежала к окну и вдохнула предгрозовой аромат цветущего сада. Обитель ждала дождя. Небо разукрасилось в тёмные тона, переходящие от фиолетового до бледно-серого, и, казалось, нависло так низко, что задевало пики башен.

— Прекрасный день, — воскликнула я и побежала умываться, потому что над замком уже заиграла музыка. А через четверть часа я уже сидела с друзьями в просторной столовой и слушала рассказы о магических поединках. И даже жалела, что мне не удалось посмотреть на это. Там были и раскаты грома, и зрелищные вспышки выпускаемой силы, и иллюзии, внушающие ужас…

Сегодня же предстоял последний день турнира, и двоим финалистам нужно будет показать свою выдержку и выносливость, пройдя по иллюзорному лабиринту. В лидерах остался Кейн, брат Кима, чему парень несказанно радовался, и, несмотря на все обрушившиеся на него проблемы, Трой. Из рассказов я поняла, что для каждого из них подготовлен личный лабиринт иллюзий, который соберёт в себе все страхи и переживания воинов. Лишь тот из них, кто сможет побороть свои кошмары, станет достойным титула графа Россо.

— Кстати, вчера прошёл слух, что в самое ближайшее время турнир будет и в Вилдо, — жуя, рассказывал Ким.

Я замерла всего на миг и как ни в чём ни бывало продолжила поглощение завтрака.

— Говорят, что граф Вилдо подцепил какую-то лихорадку непонятных свойств, — доверительно сообщил Ен.

— Так ему и надо, — хмыкнула Рия. — Хорошие люди не заболевают неизвестными болезнями. — Она почему-то заинтересованно посмотрел на меня, что не осталось незамеченным.

- Лидия, — тихо позвал Ким, — ничего не хочешь нам рассказать?

- Нет, — невозмутимо ответила я. Чувство вины так и не проснулось.

- Хорошо, — кивнул он и больше не задавал вопросов.

После завтрака мы все традиционно разбрелись по своим отделениям. У нас было относительно спокойно, пациентов не прибавлялось, зато за двумя из них сегодня прибыли родные.

Ребята снова собирались на турнир, но я не рискнула отправиться с ними. От мысли о возможной встрече с графом Голдштейна ноги начинали мелко подрагивать.

А если учесть, что теперь он знает, кто я, видеться с ним вдвойне опасно. Сегодня последний день турнира, завтра все претенденты разъедутся по своим графствам, и я больше никогда не увижу братьев Штейн.

В комнате меня ждал Олес, зависший под потолком и изображающий внушающую ужас лепнину на оном.

- Стефан Поли вернётся завтра, — едва я вошла, заговорил живун. — И лучше бы тебе поостеречься.

- Что-то случилось? — вмиг взволновалась я.

- Нет, но есть подозрения, что ему кое-что известно.

- Обо мне?

- Скорее о том, что замок подчиняется не только ему. Я знаю, что он писал

письмо Колинсу, чтобы тот узнал о первых хозяевах Обители.

- Думаю, проблем не будет, ведь меня ничего не связывает с Геерами.

- Всё равно стоит быть осторожнее, — предупредил живун.

Я же поднесла к лицу ладонь и посмотрела на колечко-змейку, которое так и не сняла.

- Наверное, лучше избавиться от него до приезда арта.

- Боишься потерять контроль?

- Боюсь, что сила неадекватно отреагирует на Поли, — поправила я.

- Могу взять его себе, — предложил Олес. Едва я кивнула, моё кольцо поглотило облачко тумана.

По телу пробежалась волна странной слабости, но в то же время из души исчезло тревожное волнение, не покидавшее меня с момента первой примерки кольца. И я определённо почувствовала себя лучше!

- Это было правильное решение, — ухмыльнулся дух, — я верну его в хранилище.

И, пожелав мне доброй ночи, он испарился.

Остаток вечера я провела за чтением книг по законодательству, принесённых из библиотеки. Пыталась разобраться с вопросом наследства. Но всё оказалось очень непросто, особенно если учесть то, что я не готова открыто заявить о своём родстве с прошлым хозяином замка. Тем более что прошение о пересмотре собственности требуется подавать лично графу, а граф Вилдо уж точно меня не пощадит. Хотя именно в его власти передать замок мне, как официальной наследнице, даже несмотря на то, что Поли его купил.

Чего ожидать от арта Поли, я и вовсе не представляла. Может, я боюсь его напрасно, и он не станет причинять мне вред, но рисковать я не планировала. По всему выходило, что Обитель я могу лишь купить, либо получить в дар от нынешнего хозяина или графа. Ещё немного почитав, я поделилась магией с замком и улеглась спать.

Сон был похож на мой уже немного забытый кошмар. Такой же яркий, чёткий и реальный. Я словно смотрела с высоты на разворачивающуюся картину. На террасе уютной таверны, прямо под открытым небом, за самым крайним столиком, словно отделившимся от всех высокими горшками с голубыми фиалками, сидели двое мужчин. И оба были мне очень знакомы. Одного из них я знала как своего наставника, а второго — как потомка следопытов, от мысли о котором захватывало дух.

Мужчины попивали пенный напиток из высоких стеклянных бокалов. Яркие, огненно-алые волосы Тариона Штейна были покрыты тёмным капюшоном, как и седые пряди арта Поли. Я попыталась приблизиться к мужчинам, но ничего не вышло, однако тихие голоса слышались превосходно.

- Я хочу запросить исцелителя в графство, — говорил Тарион.

- Боюсь, что всех учеников распределяет только ковен магов, — спокойно отвечал арт Поли.

- Вы можете повлиять на решение ковена, да и я вполне способен сделать запрос.

- Давайте начистоту, — в голосе старого мага послышались нервные нотки, которых я не замечала ранее, — для чего вам исцелитель? У вас есть отличные штатные лекари, а южане весьма выносливы, тем более что вашему народу присуща природная регенерация.

Я внимала каждому слову, как путник в пустыне, которого одолела жажда. Как и прошлой ночью, я была уверена в реальности этого сна, хотя они отличались, и сильно. Сейчас я снова висела в воздухе, но вполне контролировала своё тело и была простым наблюдателем. Почему-то подумалось, что таинственные «глаза» Олеса — это такие же духи, как и он сам.

- В графстве есть и обычные люди, приезжие, не маги, без особых свойств организма.

- Хорошо, вы можете отправить запрос в ковен, и если они дадут добро, я постараюсь выделить вам кого-нибудь.

На минуту повисла тишина. Тарион словно раздумывал, говорить или нет, либо же подбирал нужные слова.

- Меня интересует один вполне конкретный исцелитель.

Бровь арта Поли удивлённо взметнулась, и он с интересом взглянул на собеседника.

- Та девушка, что лечила Троя. Лидия, кажется, — продолжил граф.

— Лидия? — почему-то удивился старый маг. — Эту девочку я планировал оставить в Обители, у неё настоящий талант к исцелению душ. Вам же нужнее маг, способный работать с ранениями. У нас есть несколько отличных ребят, которые вполне справились бы…

- Нет, — чётко проговорил Тарион, перебив арта. — Я хочу забрать девушку.

Я онемела. Даже не от смысла сказанного, а от того, что южанин, кажется,

действительно увидел во мне исцелителя, а не просто женщину. Маг также удивился и продолжил смотреть на Тариона.

- Зачем она вам?

- Мне понравилось, как она поработала с Троем, — невозмутимо ответил граф.

— И только? — с ухмылкой переспросил арт.

- И только.

Я проснулась в холодном поту, не понимая, закончился ли сон. Резко поднялась на постели и поняла, что ещё ночь, а над кроватью зависла призрачная голова Олеса.

- Видела? — глухо поинтересовался дух.

- Скорее слышала. Чего он хочет?

- Не знаю, Ева, но ты определённо вызвала интерес графа.

- Это плохо… — пробормотала я. — И что теперь делать?

— Не высовываться. Он не намерен вредить тебе, но от южан лучше держаться подальше. И попасть в графство Голдштейн я тебе не желаю. Суровые нравы.

— Я и сама хотела бы жить здесь, — проговорила, только сейчас осознав, что арт Поли планирует оставить меня в Обители!

Олес ещё немного побуравил меня чёрными провалами глаз с рубиновыми отблесками и испарился. Некоторое время я думала, прокручивая в голове диалог магов, но вскоре снова уснула, так и не придумав ни одного объяснения желанию графа забрать меня в Голдштейн.

А утро выдалось холодным и пасмурным. Ветер за ночь принёс огромную тучу,

расплывшуюся по небу, как клякса, и щедро оросившую землю проливным дождём. Здесь, в Вилдо, температура менялась очень быстро — от невыносимой жары до свежей прохлады было достаточно лишь одного дождя. Капли звонко барабанили по окну, окрасив яркий, пестрящий красками сад в серые унылые тона. И только музыка, разносящаяся над замком, говорила о том, что уже утро.

— Кто победил? — едва присоединившись к друзьям за завтраком, полюбопытствовала я. Ребята, к слову, выглядели измотанными, но довольными. К тому же было очевидно, что они вчера что-то бурно отмечали.

- Мой брат! — с широкой улыбкой ответил Ким. — Россо осталось у нашей семьи!

Причина ночного гуляния сразу же стала понятна.

— Поздравляю! — искренне воскликнула я и вдруг осеклась, вспомнив, кто был противником потомка графа Россо. — А как Трой? — настороженно спросила, зная, что на турнире часто бывают и трагичные происшествия.

— Штейн сдался на половине этапа, — ответил рыжий. — Его изрядно потрепали в магическом поединке вчера, и сегодня он не смог справиться.

Это казалось странным. Южане не из тех, кто сдаётся, и уж тем более не отступают на полпути. Оставалось только надеяться, что с Троем всё в порядке, ведь я больше не смогу помочь ему в случае чего.

А ещё меня очень тревожили мысли о том, что в его сознании копалась Мариса, которая использовала силу мурии. Чутьё подсказывало, что для младшего графа это

не пройдёт без последствий. Тем более из памяти мамы я знала, что мурия может навредить и неосознанно, а зная Марису, можно предположить, что о состоянии души Троя после её вмешательства магиня точно не позаботилась.

— Так что через несколько дней меня должны отпустить домой, на праздник, посвящённый Кейну и его новому статусу.

За приятной беседой о вчерашнем этапе турнира и поздравлениями рыжего мы провели завтрак и разбрелись по отделениям.

Парк, через который лежал мой путь, выглядел ещё более дремучим, чем обычно. Казалось, что тени пытаются догнать, запутать, испугать… И я быстро мчалась по протоптанной дорожке, промочив подол платья почти насквозь. Ожидаемо во внутреннем дворике никого не было, и я направилась сразу внутрь. В крыле отделения исцеления душ осталось совсем мало народа, и все они сидели в гостиной на первом этаже. Эш тихо напевала какую-то грустную песню, мелодично перебирая струны старой потёртой гитары, а маги, рассевшись по креслам, слушали. Я тихо прошмыгнула к лестнице и взбежала на второй этаж, где за бумагами сидел Лью, а госпожа Веста варила какое-то вкусно пахнущее снадобье.

Лью велел мне перебрать архив его записей, подшить папки по датам и именам пациентов, чтобы отнести это в хранилище главного корпуса. Маг вёл много записей, причём крайне полезных. За столько лет Обитель видела множество необычных душевных ран, а Лью записывал историю каждого пациента. Как развивался его недуг и как исцелялся. В целом, день был хмурым и не располагал к активности, поэтому я медленно перечитывала истории, складывая их в нужном порядке, пока ближе к вечеру в сознание не ворвалась странная картина, словно выдернув меня из сладкого сна.

Я видела Обитель, защиту, которая сейчас была похожа на радужное покрывало, накрывшее весь замок, с расходящимися по ней алыми всполохами. Видела серое, пропитанное влагой небо, висящее над самыми шпилями башен, и двух драконов, рассекающих мощными крыльями холодный воздух.

Драконы приближались быстро, активно размахивая крыльями и периодически выпуская длинные языки оранжевого пламени. Я залюбовалась прекрасной картиной полёта и не сразу поняла, почему вообще это вижу, пока защита не вспыхнула очередным алым переливом, когда драконы приблизились вплотную. И только сейчас я разглядела на спине одного из них, насыщенно-синего, совсем молодого самца, знакомого старого мага, который вскинул руки и словно с усилием пытался разделить ими воздух перед собой.

Пока я наблюдала за бесплодными стараниями арта Поли проникнуть через защиту Обители, второй дракон успел поравняться с синим красавцем. Этот был более мощным, крупным, с массивным гребнем и абсолютно чёрного цвета. Но поразила меня больше не величественная красота животного, а всадник с огненной шевелюрой, им управляющий!

— Тарион, — беззвучно прошептала я, как завороженная рассматривая графа Штейна. В сердце поселился страх, но не такой, как раньше. Он не был бесконтрольной паникой и ужасом, скорее обоснованные опасения за себя и свою

тайну. Хмыкнув, поняла очевидное: что бы ни говорил Олес, это кольцо с мурийской силой заставляло меня реагировать подобным образом, а вовсе не отсутствие самоконтроля. Неужели он прилетел за мной?

Хвала духам, я не успела испугаться достаточно сильно, чтобы потерять способность мыслить, и заметила, что, помимо управляющих наездников, на драконах есть и другие…люди, укутанные магическими нитями, лежащие на волнистых спинах животных. Кто они? Больные, раненые?

Арт Поли всё возводил и возводил руки, пытаясь справиться с защитой, но Обитель не желала впускать путников. И в какой-то момент я поняла, что это не замок, а я не желаю впустить их! Это я не хочу видеть арта Поли и до колик боюсь графа, но человеком, опутанным нитями магии, лежащим на спине чёрного дракона, был Трой. Поэтому интуитивно потянулась к потоку, питающему защиту Обители, и с лёгкостью приказала куполу открыться.

В ту же секунду драконы рванулись вперёд, больше ничем не удерживаемые, и пошли на посадку. Я резко распахнула веки и чуть не раскрыла себя, сказав Лью о том, что у нас гости. Благо шум крыльев огромных животных, пролетающим над Обителью, был слышен отчётливо, и мы с Колинсом побежали встречать драконов.

Дождь так и не прекратился, и я снова окунулась в сырость холодного парка, намочив высохшее за день платье. Мысль о том, что Поли может догадаться, отчаянно билась в голове. Защита не пускала его! Значит ли это, что у арта больше нет контроля над моим домом? Додумать все свои мысли я не успела, потому что мы уже вышли на открытую площадку перед главным корпусом.

Мы с Лью оказались не единственными. Казалось, весь состав артов и парочка любопытных учеников вышли встречать прилетевших. Драконы опустили длинные шеи, обдав нас с Колинсом облачками пара, выпущенными из ноздрей, и путники начали спускаться.

Арт Поли, несмотря на возраст, оказался на земле первым и тут же махнул рукой Лью, подзывая к себе. Маг сорвался на бег и в считанные мгновения оказался рядом с артом.

- Нам нужны носилки! — крикнул он двоим здоровым парням, работающим в хозяйственной части, и те тут же бросились к постройке.

- Две пары! — крикнул им вслед спустившийся граф Тарион Штейн. Я, поддавшись всеобщему любопытству и панике, подошла чуть ближе, чтобы рассмотреть пассажира дракона арта. Когда мужчину аккуратно, поддерживая магией, спустили с дракона, я поняла, как сильно ошибалась, говоря о том, что граф Вилдо не доедет до Обители. Он оказался куда сильнее, чем я думала, и был ещё жив. Правда, состояние его оставляло желать лучшего. Бледный, с заострившимися чертами лица и впавшими щеками, граф безвольной куклой лежал на носилках с закрытыми глазами.

- Несите его в мою башню, — приказал мужчинам арт Поли, и те споро посеменили к корпусу, вынуждая зевак расступиться. Вторым бессознательным пассажиром, как я уже знала, был Трой. Парень выглядел куда лучше, чем граф, но гораздо хуже, чем обычно.

- Его пока в отделение магических ранений, — проговорил арт Поли.

- Не думаю, что мой брат в таком состоянии из-за травм, — возразил Тарион.

- Мальчик сильно пострадал. Нужно сначала исцелить тело, а потом уж займёмся душой. Марина! — арт окликнул одну из служанок и поскорее отошёл от графа. — Приготовьте несколько комнат для наших гостей, — он указал на Тариона, и как я поняла из разговора, очень скоро должен был приехать кто-то ещё.

Больше арт ни с кем не говорил, только взял за локоть Лью и потащил в замок вслед за носильщиками, унёсшими графа.

- Думаю, все подробности о турнире будут завтра, господа! — воскликнула дочь арта, которая, как и все мы, встречала драконов. — А теперь все расходимся.

Ребята послушались и начали разбредаться кто куда, а я побежала вслед за людьми, уносившими Троя, и сопровождающим их Тарионом в сторону отделения магических ранений.

- Что с ним? — едва догнав их, спросила у графа.

- Я не знаю, — растерянно ответил он, даже не взглянув на меня. Сейчас я поняла, насколько глупыми были мои мысли о том, что Тарион может отказаться от брата из-за недуга. Может, южане и уважают лишь силу, но родственные чувства у них точно есть, а расстроенный и печальный граф — прямое тому подтверждение.

Я продолжала молча идти рядом с ним, не зная, могу ли помочь, ведь раны и травмы — не моя специализация, хотя в школе нас учили всему. В какой-то момент нас догнал арт Эдсон.

- Сейчас я осмотрю его и попробую исцелить всё и сразу, — сообщил он. — Ранения пустяковые, но их слишком много, поэтому он значительно ослаб. Через пару часов будет в норме.

- Боюсь, дело здесь совсем не в ранах, — проговорил Тарион.

- Но вы же слышали: сначала тело, затем дух, — развёл руками арт Эдсон. — Лидия, ваша помощь мне не понадобится, — наконец заметив меня, сообщил маг. Я остановилась, намереваясь вернуться к себе. Ведь если у Троя есть какие-то проблемы кроме физических повреждений, его всё равно привезут к нам, а здесь я действительно не нужна.

Но едва я развернулась, чтобы уйти, меня окликнули:

- Лидия, — тихо позвал Тарион. Я несмело обернулась, борясь с внезапно участившимся сердцебиением. — Не уходи.

Даже не знаю, почему, но отказать не смогла. Просто послушно кивнула и пошла рядом. Граф взял меня за руку. Я не возражала, просто очень хотелось его поддержать.

ГЛАВА 18

У отделения магических ранений нас уже встречали несколько женщин, которые помогали исцелителям, и один из учеников арта Эдсона. Женщины провели носильщиков в небольшую комнату на третьем этаже, и бессознательное тело Троя бережно уложили на кровать.

- Итак, — пробормотал арт Эдсон, подтаскивая стул к постели больного, — посмотрим, что у нас тут. — И молодой исцелитель приступил к сканированию тела младшего графа.

Чтобы работать с физическими повреждениями, не нужно просматривать ауру и энергетические потоки, достаточно лишь изучить тело. Я занялась тем же и сразу же совершенно точно уверилась в том, что на физическом уровне Трою ничего не угрожает.

Тарион с интересом и волнением наблюдал за действиями исцелителя и всё крепче сжимал мою руку. В этот раз я не чувствовала ни холода, ни жара. Просто рука простого человека. Всё-таки кольцо имело на меня влияние, что бы ни говорил Олес.

- С ним всё в порядке, — прошептала я, стремясь успокоить графа.

— Меня волнует другое, — он отвёл меня подальше от погружённого в работу исцелителя и остановился у окна. — Трою стало плохо после вмешательства той, кого ты так неосмотрительно отпустила.

И я поняла, что он имеет в виду. Более того, я ужаснулась от осознания.

Неужели Мариса навредила Трою своей силой? И я совсем не знала, что делать, потому что как бороться с влиянием мурий, понятия не имела. Да даже сейчас, если бы я захотела спасти, к примеру, графа Вилдо, то не смогла бы, ведь я просто не знала, как! В памяти мамы, которая свою силу во зло ни разу не использовала, таких знаний не было. В памяти отца тем более.

— Ты поняла, — проговорил Тарион и, наконец отпустив меня, вернулся к постели брата.

Я ещё немного постояла у окна, обняв свои плечи руками, и присоединилась к нему.

— Я обязательно что-нибудь придумаю, — прошептала так, чтобы Эдсон не услышал.

- Надеюсь, — как-то угрожающе ответил Тарион.

Я заметила, что арт уже вышел из транса и теперь просто ждал. Когда лечишь физические повреждения, такое бывает: работаешь с одной раной, ожидаешь её полного заживления и только после этого приступаешь к исцелению следующей. Именно поэтому работа с ранениями очень энергозатратна и требует большого

резерва.

— У него несколько значительных внутренних кровотечений, — рассказал арт Эдсон. — Он что, дрался без всякой магической защиты?

— Защита у него была, — задумчиво проговорил граф и, словно что-то осознав, взглянул на меня. Ему даже не нужно было ничего говорить, я и так всё поняла. Вмешательство Марисы не только причинило вред душевному здоровью Троя, но и разрушило его защиту. Предполагаю, что это могло произойти перед тем, как она взяла полный контроль над его телом и разумом. Скорее всего, ей просто пришлось снять защиту, чтобы суметь сделать это. А самоуверенные братья не стали обновлять чары, поэтому Трою досталось, и сильно.

— Странно, обычно чары предотвращают такие повреждения, — удивился арт. — Ему ещё повезло, что вы имеете уникальный дар — возможность регенерировать. Думаю, с большей частью повреждений его организм справился сам.

— Арт Эдсон, а исцеление займёт много времени? — поинтересовалась я. Просто если учесть, что он сказал о многочисленных травмах, лечение может затянуться надолго.

— О, вам я передам его только завтра утром. Сегодня я буду исцелять тело, после ему необходимо поспать, и только потом его переведут в ваше отделение.

Почувствовав себя лишней в этой комнате, я уже собиралась уходить, как к нам зашла дочь арта Поли и предложила Тариону пройти с ней, чтобы разместиться в приготовленной для него комнате. Южанин коротко кивнул и, наградив меня долгим взглядом, пошёл за магиней. Я ещё немного посмотрела за работой Эдсона и тоже побрела в главный корпус.

На ужин я безнадёжно опоздала, потому планировала прийти к себе и сразу улечься спать, чтобы хорошо отдохнуть перед завтрашним осмотром Троя и до утра не вспоминать про пустой желудок. Ещё нужно поговорить с Олесом: может быть, он знает хоть что-то о том, как исцелить влияние мурии?

Я знала, что если эти существа проникали в сознание людей с целью навредить, то помощь исцелителя жертве требовалась незамедлительно. Якобы только так, по свежим следам, можно было обратить пагубное влияние. Но Трой моментальной помощи не получил, и теперь я очень боялась за его жизнь. Он стал для меня знаковым пациентом. Именно с ним я поняла, какой редкой силой обладаю, и сумела применить её во благо. Потерять живое доказательство того, что мурия может не только навредить, но и помочь, я просто не могла.

В размышлениях добрела до комнаты и только сейчас вспомнила, что забыла запереть дверь. А ещё появилось чёткое ощущение, что в комнате кто-то есть. Я не стала обращаться к замку, решив проверить догадки лично и, резко распахнув дверь, вошла внутрь.

— Ух ты, да у нас тут тайный совет! — сложив руки на груди, я прислонилась к дверному косяку и рассматривала неожиданных визитёров. За моим меленьким столом сидели Ким, Ен и Рия. Друзья очень тихо о чём-то беседовали и видимо ждали меня.

— Мы тебе ужин принесли, — смутившись, прощебетала Рия, указывая на остывший чай и несколько булочек.

— Спасибо, — я уже более охотно направилась к столу. Есть хотелось очень, особенно когда чувствительное обоняние уловило запах свежей сдобы. — Так в чём причина собрания?

— Мы волнуемся, — Ким, как всегда, говорил за всех. — Граф Вилдо здесь, и тот, другой Штейн.

- Я в курсе. И?

- И мы переживаем за тебя! — всплеснула руками Рия.

- Мы решили, что, пока это всё не закончится, тебе нельзя оставаться одной.

Так что Рия пока поживёт у тебя, а мы будем сопровождать повсюду, — решительно заявил Ен.

- Ребята, правда, не стоит. Тарион не опасен, а Вилдо уж и подавно.

— С чего ты так уверена? — поинтересовался Ким. — Положим, граф Вилдо действительно на ладан дышит и неровен час отдаст концы, но Штейн…

— Штейн не причинит мне вреда, — с уверенностью сказала я. Сейчас, без кольца, он вовсе не казался таким уж страшным, да и я была уверена, что этот граф не из тех, кто казнит людей, сделавших добро его семье.

— Я всё равно буду ночевать тут! — решительно заявила Рия, всем своим видом показывая, что даже с места не сдвинется.

- Хорошо, — сдалась я, осознав, что возражения бесполезны.

Ребята посидели ещё немного, строя догадки о том, когда граф Вилдо отойдёт в мир иной, и ушли к себе, оставив нас с подругой одних. Они действительно переживали, и я видела это, чувствовала и отчётливо понимала, что круг моих близких людей всего за несколько дней значительно расширился. Всё-таки совместные приключения, трудности и тайны сближают.

Едва за парнями захлопнулась дверь, Рия заперла её на засов и, метнувшись ко мне, уселась рядом.

- Рассказывай!

- Что? — не поняла я, абсолютно счастливо улыбаясь дождливому закату в окне.

Я поперхнулась остатками чая и закашлялась. Что у нас с ним? Взаимонепонимание! Опасения, страхи, загадочность…

- Не знаю.

— Мы видели, как вы шли, держась за руки! — улыбаясь, сообщила подруга. — У вас что-то было?

Я задумалась снова. Было ли у нас что-то? Определённо! Неконтролируемые выбросы моей силы, например; беседа, раскрывающая и его, и мои тайны; нападени» было — моё на него, к слову…

— Нет, — тем не менее ответила любопытной подруге, понимая, что я вспомнила вовсе не то, что её интересует.

- Будет!

Я поёжилась от представления того, что же ещё может между нами произойти.

- Риа, он слишком… это слишком для меня.

— Слишком что? — подруга даже не собиралась отставать, и мне пришлось ответить. И не только для неё, а даже для самой себя. Я просто должна была себя убедить в том, что дрожь коленок при виде графа и учащающееся сердцебиение — это неправильно и связано только лишь с моим страхом.

— Слишком взрослый, властный, сильный, пугающий… — я проговорила все первые эпитеты, что пришли в голову при мысли о Тарионе.

Рия внимательно выслушала, но нисколько не прониклась. Потому что уже в следующую секунду заявила:

— Но тебе именно это и нравится! — обличительно воскликнула она, совершенно уверенная в своей правоте. А я вспоминала лицо графа Штейна, такое гордое, властное и в то же время открытое. Интересно, сколько ему лет? Наверное, последний вопрос я всё-таки задала вслух, потому что Рия ответила:

- Тридцать два.

- Откуда ты знаешь? — удивилась я.

- Должна же я знать, кто положил глаз на мою подругу.

- Я же говорю, слишком взрослый.

— Ну-ну, — ехидно поддержала Рия, и мы закрыли тему графа Штейна на весь оставшийся вечер.

Олес так и не пришёл — наверное, потому что Глория не оставляла меня, а явиться при ней он не мог. Поэтому, когда подруга начала сладко посапывать, я юркнула прочь из комнаты и, быстро спустившись, выбежала в сад. Едва я отошла от замка, скрывшись за цветущими кустами, появился живун.

- У тебя, очевидно, есть вопрос?

— Также очевидно, что ты его знаешь, — улыбнулась я. Сомнений в том, что дух наблюдает за всем и всеми в Обители и слышит каждого из нас, у меня не было. Думаю, что из всего, что знает, он вполне мог сделать такие же выводы, как и я.

— Не думаю, что ты сможешь помочь парню, — Олес сказал вслух то, что я боялась произнести даже мысленно. Я сбилась с шага, но тут же велела себе не паниковать раньше времени.

- А есть хоть кто-нибудь, кто сможет?

Живун молчал. Молчание, казалось, длилось вечность, и я вся измаялась догадками.

- Возможно, сможет та, что принесла в его душу боль.

— Мариса, — проговорила я. Мариса, которая скрылась и планировала спрятаться так далеко, как это только возможно. — Не вариант.

— Значит, стоит попытаться тебе, — готова поклясться, что, если бы у хранителя было туловище, именно сейчас он пожал бы плечами.

— Завтра обязательно попытаюсь, но… Что, если нет, Олес? — я впервые посмотрела прямо в провалы глазниц. Я больше не боялась их и страшного вида живуна. — Что, если я пойму, если утвержусь в мысли, что я действительно монстр? Как мне жить, зная, что я не смогла помочь просто потому, что мурии — сила, с которой невозможно бороться?

— Думаю, ты и так это всё прекрасно осознаёшь, но нелепо пытаешься переубедить себя, идти против природы, — меланхолично отозвался живун. — Ступай спать.

Олес испарился, а я осталась стоять посреди парка. С успокоившегося на время неба снова начал капать редкий мелкий дождь, а я со всей очевидностью понимала, что хранитель, может быть, и прав, но…. Природа дала нам дар, или проклятие, но я всё равно была убеждена в том, что решать это только нам. Любую энергию, даже самую пагубную, можно направить в мирное русло, было бы желание.

В Обитель я возвращалась с чёткой целью спасти Троя, а если вдруг у меня не выйдет, я найду Марису. Не знаю, как, и сколько времени потребуется, но я сделаю это! Если Вилдо точно не достоин спасения, то Трой определённо его заслужил.

Уже у самого входа в замок я на мгновение прикоснулась к карте. Арт Поли и Лью до сих пор находились в башне — в личной лаборатории старого мага. Там же был и граф Вилдо, которого пытались исцелить, хоть и не сильно надеялись на чудо.

Тарион был в крыле магических ранений, дремал в мягком кресле у постели спящего Троя, а с запада к Обители приближался небольшой конный отряд. Я

вспомнила, что арт Поли говорил о скором прибытии кого-то ещё, и предусмотрительно велела замку впустить путников. Не хватало ещё, чтобы они остановились у ворот из-за невидимой преграды. Арт Поли и так уже заподозрил неладное, но не стоит давать ему повода утвердиться в догадках.

Когда я пришла к себе, Рия по-прежнему спала, и я улеглась рядом, быстро погрузившись в сон. Где-то на краю сознания отметила, что отряд проехал на территорию обители, и убедилась в их принадлежности к свите графа. Снов сегодня не было.

Разбудил нас среди ночи громкий звон замкового колокола, который пробирал до костей своей пронзительностью и оглушал силой звука. Рия, как и я, подскочила и принялась оглядываться по сторонам. Колокол прозвонил ровно четыре раза и умолк, а через несколько секунд мне показалось, что такой же звук начал разноситься над Квеком.

- Граф умер, — сообщила Рия.

И я вспомнила, как уже слышала подобные удары городского колокола в Тортоне, когда отошла в мир иной графиня Тамира. Эти скорбные звуки должны были возвестить о том, что земли лишились хозяина. Итак, Вилдо осталось без графа. В коридоре слышались шорохи и голоса — видимо, народ выходил узнать, в чём дело.

- Пойдём? — тихо спросила Рия.

- Зачем?

- Посмотрим, что там происходит.

- Нет. Если хочешь, иди, я останусь здесь.

Глория набросила мой пушистый халат и, шлёпая тапками, вышла в коридор. Мне же было достаточно лишь прикрыть глаза, чтобы оказаться в той самой лаборатории в башне.

Сейчас там было куда больше народа, нежели несколько часов назад. К ару Поли и Лью присоединились почти все арты Обители и неизвестные мне люди, видимо, вновь прибывшие. Они все смотрели на лежащего на алтарном камне, обладающем редкими исцелительскими свойствами, бледного графа Вилдо. Как я поняла, это была своеобразная минута скорби, потому что в какой-то момент все присутствующие пришли в движение.

- Мы заберём его светлость сейчас, чтобы завтра же организовать прощание, — сказал один из мужчин с орденом советника на груди. Арт же в это время подошёл к столу и принялся писать послание. Когда дописал, сложил из обычного листа кораблик и сделал пасс руками. Кораблик загорелся и вмиг испарился.

- Я отправил послание королю, и ещё напишу в ковен, — арт принялся мастерить новый кораблик.

- Вам нужна какая-то помощь? — осведомился Лью у мужчин из свиты покойного графа. — Может быть, какие-то успокоительные травы, эликсиры для завтрашней церемонии прощания?

— Да, конечно, — ответили ему. И какой-то лекарь, видимо, штатный исцелитель графа Вилдо, принялся писать список необходимого. Тело графа же сейчас погружали в магический кокон, чтобы оно не повредилось и не начало разлагаться раньше времени.

Церемония прощания в Норолоне довольно длительная. Тело будет три дня лежать в главном замке Квека, в парадном холле, хорошо забальзамированное, одетое в лучший костюм и украшенное множеством цветов. Также все три дня двери замка будут открыты для всех, чтобы любой мог прийти и попрощаться с покойным графом. После прощания его сожгут и поместят в родовой склеп в красивой, украшенной драгоценными камнями урне. Во любом случае его проводят достойно — не потому, что он был хорошим человеком, а из-за того, что это граф и так положено. И никого не волнует, скольким людям этот граф не дал так же достойно проститься.

С казнёнными ведь всё совсем не так, даже если они из знатных родов. Тех, кого заклеймили предателями и приговорили к казни на площади, не помещали в семейные склепы, с ними не прощались. Их тела просто сбрасывали с обрыва на нейтральных землях, населённых в основном дикарями. Обрыв Неупокоенных как огромная трещина пролегает по границе Норолона и тянется многие мили. И те графства, которые имеют к нему выход, уже многие годы сбрасывают туда тела обезглавленных или четвертованных. А на дне обрыва делают свою грязную работу неведомые твари, которые жутко воют по ночам и громко чавкают, едва с обрыва срывается новое тело.

Кто не имеет выхода к этому страшному месту захоронений, отправляют трупы

казненных по рекам, предварительно подпалив плоты.

Так уходят те, кого считают предателями, преступниками и просто опасными для короны. Без права на прощание.

Так ушли и мои родители.

Я пронаблюдала до того момента, как графа вынесли из башни, и открыла глаза, не желая больше смотреть. Рии ещё некоторое время не было, а когда она вернулась, принялась рассказывать, как выносили графа Вилдо из Обители.

- Мне это не интересно, — перебила я.

Глория тут же замолчала, видимо, осознав, что меня смерть ненавистного графа вполне очевидно не тронула, и улеглась в постель. Я ещё долго не могла уснуть, в отличие от Рии, которая начала посапывать, едва голова коснулась подушки. И только выпив появившееся из облачка тумана зелье с приятным медовым вкусом, наконец погрузилась в дрёму.

А утром все только и говорили о смерти графа и таинственной болезни, победившей его. Арт Поли с самого утра уехал в город — выражать соболезнования семье усопшего и встречать королевского поверенного.

— Вы хоть знаете, что это значит? — почему-то радостно воскликнул Ен, когда мы как раз обсуждали ночное происшествие. Все вокруг осуждающе уставились на друга. Как можно радоваться, когда все подряд теперь боятся неизвестной болезни, которую даже арт Поли не смог исцелить?

- В Вилдо будет турнир! — ничуть не смутившись, так же радостно завершил Ен.

- И это тоже не очень радостно, — отметил Ким.

— Почему? — заинтересовалась уже я. Мне, например, было бы интересно посмотреть турнир целиком, а здесь это сделать вполне реально и гораздо безопаснее.

— Потому что когда случается такое, то есть несколько турниров сразу друг за другом, король не разрешает менять претендентов. А два турнира подряд для Кейна — это слишком!

Я поняла только то, что рыжий переживает за брата. А вот я снова вспомнила про Троя: ему в этом турнире точно не поучаствовать, или…

— А через сколько дней после объявления их обычно проводят? — поинтересовалась я.

- Шесть-семь, чтобы все успели прибыть.

Нет, Трою участие в борьбе за титул графа Вилдо определённо не светит. Даже если у меня будет получаться с его исцелением, вряд ли я справлюсь так быстро. А ещё в этой ситуации меня радовало то, что арт Поли слишком занят из-за всех этих событий и сейчас точно не станет выяснять, что было с защитой Обители, когда он прилетел, и кто, кроме него, может ей управлять.

Позавтракав, я буквально бежала к своему отделению, охваченная желанием

поскорее осмотреть Троя. Сегодняшний день словно пытался сказать мне: всё будет хорошо! С помощью шаловливых солнечных лучей, играющих в кронах деревьев, терпкого запаха цветов, затапливающего пространство, и радостного щебетания разноцветных птиц. И я верила, искренне верила, что всё действительно наладится!

Взбежав по лестнице, я заскочила в кабинет Лью, но его не было на месте.

Тогда я прошла вглубь коридора и постучалась в дверь госпожи Весты. Зельеварка сказала, что Лью уже начал осмотр на третьем этаже, и я быстро направилась туда. Определить, в какой именно палате разместили Троя, труда не составило, потому что у двери нервно наворачивал круги Тарион.

- Доброе утро.

- Не особо доброе, — отозвался он, наконец остановившись.

- Почему вы не заходите?

То, что властный правитель Голдштейна как неуверенный подросток топчется у двери, меня удивило. Но едва Тарион взглянул на меня, я поняла причину, по которой он здесь. В его глазах плескался такой страх и отчаяние, что мне самой стало жутко. По всему виду Тариона было понятно, что он не спал, причём, скорее всего, уже несколько суток. Безупречная осанка немного поникла, горделивое лицо осунулось.

- Не переживайте.

- Не переживать? — граф, похоже, впал в бешенство. — Эта мерзавка сотворила такое с моим единственным братом, а я упустил её, хотя она была у меня в руках!

Как я могу не переживать?

Это было сказано так, что даже в моей душе разгорелись негодование и отчаяние, ведь это я отпустила Марису. Я сделала так, что она смогла уйти. А что, если Трою действительно не удастся помочь?

— Я вынужден просто ждать, пока мой брат уйдёт в мир духов, и надеяться лишь на случай и везение! А этот исцелитель велел мне покинуть отделение, потому что мои переживания влияют на его пациентов!

«Переживания влияют на пациентов», — мысленно проговорила я и поняла, что это действительно так. В самом прямом смысле! Я была совершенно спокойна, пока не пришла сюда, а сейчас почти бьюсь в истерике от чувства безвыходности ситуации.


— Вам действительно лучше уйти, — сказала я, понимая, что и Трою не легче от эмоций брата, которыми он так охотно делится с окружающими. Может, это очередная особенность южан?

— Пообещай мне, что поможешь ему, — Тарион подошёл вплотную, почти вынудив меня прижаться к стене. Он выглядел донельзя решительным и не терпящим возражений.

- Я сделаю всё, что в моих силах.

— Просто скажи, что поможешь! — буквально взмолился он. Я не знаю, что за неведомые чувства проснулись во мне в этотсамый момент, но я действительно захотела пообещать, даже поклясться. Я готова была сказать всё, что угодно, лишь бы из его глаз хотя бы на мгновение ушла эта боль, чтобы разгладилась глубокая морщинка, пролёгшая между бровей, а сжатые тонкие губы расслабились. Мне до колик хотелось увидеть того Тариона, коим он предстал передо мной впервые: гордого, самоуверенного, ехидного и спокойного.

- Я обещаю, — глухо сказала я. — Обещаю сделать всё и даже больше.

Руки южанина тут же опустились на мои плечи, и он решительно проговорил:

— Делай всё, что нужно, что только возможно. Я помогу всем, чем скажешь. Нужно будет убить — я убью. Ты поняла меня?

Точно я поняла только то, что граф развязал мне руки на использование мурийской силы и пообещал протекцию. И, если я верно поняла язык знатного лорда, который не привык говорить прямо, то в последней его фразе я получила обещание защиты от арта Поли, вплоть до устранения оного, коли тот будет мешать…

- Хорошо.

— Я сейчас уезжаю в Квек, на церемонию прощания, вернусь к закату, — уже более спокойно сообщил Тарион. — Сюда скачет Тьма, впустишь её?

— Тьма? — переспросила я, окончательно потеряв нить разговора. Какая Тьма, куда я должна её впустить?

- Архара, — улыбнувшись, пояснил граф.

- Ваша живоглотина?

- Моя архара. Будет здесь к вечеру.

— Подумаю, — ответила я. Небезопасно пускать подобную зверюгу на территорию Обители, но посмотрим на её поведение. Тариона мой ответ вполне устроил, и граф, кивнув, покинул меня. А я поспешила войти в комнату Троя.

— Лидия, входи, я тебя ждал, — не отрываясь от состояния транса, проговорил Лью. Он сидел в кресле возле постели Троя и сканировал его ауру.

- Как успехи? — тихо, чтобы не потревожить концентрацию мага, спросила я.

— Я ничего не нахожу. И это пугает меня, потому что у графа Вилдо картина была примерно такая же.

Сердце ёкнуло и забилось с утроенной силой. Трой умрёт? Я не должна дать ему умереть!

- Можно попробовать?

Лью тут же вышел из транса и, с лёгким удивлением глядя на меня, ответил:

- Пожалуйста. Считаешь, что увидишь что-то новое?

— Не знаю, просто хочу посмотреть, — отмахнулась я. Не было ни времени, ни желания объясняться ещё и с Лью.

- Тогда приступай. Я здесь всё равно бессилен, поэтому продолжу обход.

И он спешно покинул комнату. Я тут же заняла его место, поближе к кровати, и, взяв Троя за руку, вошла в состояние транса.

Моё сознание отпустило все посторонние мысли, внутренний взор сконцентрировался на яркой, светящейся ауре Троя, нити начали переливаться всеми цветами радуги, потоки засверкали перламутром и… И ничего! Я не видела ровным счётом ничего!

— Олес, — позвала я, быстро покинув транс. Сомнений в том, что живун услышит, просто не было. Так оно и вышло: призрачная голова появилась почти сразу. — Мне нужно кольцо.

Хранитель без слов выпустил облачко тумана, которое опустилось на мою

Сердце ёкнуло и забилось с утроенной силой. Трой умрёт? Я не должна дать ему умереть!

- Можно попробовать?

Лью тут же вышел из транса и, с лёгким удивлением глядя на меня, ответил:

- Пожалуйста. Считаешь, что увидишь что-то новое?

— Не знаю, просто хочу посмотреть, — отмахнулась я. Не было ни времени, ни желания объясняться ещё и с Лью.

- Тогда приступай. Я здесь всё равно бессилен, поэтому продолжу обход.

И он спешно покинул комнату. Я тут же заняла его место, поближе к кровати, и, взяв Троя за руку, вошла в состояние транса.

Моё сознание отпустило все посторонние мысли, внутренний взор сконцентрировался на яркой, светящейся ауре Троя, нити начали переливаться всеми цветами радуги, потоки засверкали перламутром и… И ничего! Я не видела ровным счётом ничего!

— Олес, — позвала я, быстро покинув транс. Сомнений в том, что живун услышит, просто не было. Так оно и вышло: призрачная голова появилась почти сразу. — Мне нужно кольцо.

Хранитель без слов выпустил облачко тумана, которое опустилось на мою

протянутую ладонь и, испарившись, оставило на ней колечко-змейку.

— Удачи, — пожелал живун и истаял, а я быстро надела кольцо. Мама была уверена, что именно сила мурии — не та крупица, что гуляет по моей крови, а истинная чёрная сила, спрятанная в кольце — поможет мне увидеть то, чего не видно обычному исцелителю. Поэтому я сжала артефакт, впуская тьму в себя.

В этот раз войти в транс было куда сложнее из-за волнения и страха, что ничего не выйдет, но я смогла и вновь проникла в ауру Троя. Мама была права, сейчас всё выглядело немного иначе. Нити стали ещё ярче. Раньше я думала, что моё видение и видение арта Поли отличаются, как картины: его — написанная одним карандашом, а моя — масляными красками. Но теперь я понимала, что и моё видение до сих пор было всего лишь тенью этого, настоящего мурийского восприятия.

Я просматривала нити, привыкая к новым возможностям, и очень скоро увидела то, что искала. Некоторые нити были просто повреждены, словно стебли цветов, которые поела вездесущая тля, и они были готовы вот-вот разорваться. Я сразу же поняла свою задачу — не дать этому случиться!

Не знаю, сколько времени я сидела так, погрузившись в транс и пыталась заполнить своей магией структуру потрёпанных нитей. За это время Лью приходил трижды. Звал меня поесть, но я отказывалась, всё пытаясь сделать хоть что-то, но подвижек не было. Нити брали мою силу, но это то же самое, что лить воду в разбитую кружку: она вроде наполняется, но вода тут же вытекает. Организм Троя боролся, как мог, но если судить по тому, что я видела сейчас, ему осталось не

больше нескольких недель, а потом нити оборвутся, одна за другой, постепенно, медленно, пока не лопнет и самая главная — нить жизни.

В какой-то момент я просто заплакала от безысходности. Потому что мой резерв был исчерпан, и я больше не могла исцелять, а смотреть на бессознательное тело Троя было невыносимо.

Не знаю, сколько ещё могла длиться моя истерика у постели больного, если бы от нее не отвлек сигнал защиты Обители. Всмотревшись, я увидела свою запланированную гостью и решила встретить её.

ГЛАВА 19

Когда я вышла из отделения, обнаружила, что солнце уже готовится к закату, а значит, скоро вернётся Тарион. И как я скажу ему, что у меня не получилось? Как объясню, что не смогла сдержать обещание? Слёзы снова навернулись на глаза, но я с каким-то отчаянным упрямством смахнула их и как можно увереннее произнесла:

- Я смогу, я должна сделать это.

Как ни странно, но стало легче. Я уверила себя в том, что нужно просто отдохнуть, немного отвлечься и восстановить резерв. Как только у меня накопится хоть немного магии, я вернусь и буду работать с Троем столько, сколько потребуется.

С такими мыслями я добрела до ворот Обители, где за переливающимся защитным контуром топталась архара.

— Тьма, — несмело позвала я. Эта огромная лошадь вызывала страх. Я боялась даже подойти к ней, не то что впустить в Обитель. А вдруг она нападёт на меня?

Ведь бывали случаи, когда архары бесились и даже убивали людей.

Едва услышав мой голос, животное подняло голову и подозрительно посмотрело на меня. Я глубоко вздохнула и, набравшись смелости, шагнула за контур, приближаясь к лошади.

Архара была в полном снаряжении, присутствовала даже седельная сумка, а на месте всадника расположились блестящие доспехи рыцаря, те самые, в которых Трой участвовал в турнире. И, говоря откровенно, он непременно бы победил, если бы не слабость от влияния Марисы. Я опасливо подошла к архаре и осторожно взяла её под уздцы.

- Ты меня не обидишь? — поинтересовалась я. Понимала, что животное не

ответит, но говорила для самоуспокоения. Архара тоненько заржала, и вот это дребезжащее ржание отчётливо походило на смех. Надо мной потешаются? Я окинула гостью скептическим взглядом и, прищурившись, спросила:

- Ты ведь всё понимаешь?

Белоснежная красавица, которая сейчас выглядела изрядно потрёпанной, заржала снова, кося на меня огромными вишнёвыми глазами. Скорее всего, она пришла сюда из Нирты, ведь такую лошадь едва ли можно ограбить, отобрав сумку и доспехи. Любой разбойник поостережётся связываться с архарой, а волки так и подавно не нападут на такого же, как они, хищника.

— Обещай мне быть хорошей лошадкой и не есть никого живого, — строго попросила я. Животное повторило странное ржание, на этот раз оно показалось ехидным.

- Будем считать, что договорились.

Я провела Тьму через ворота. Защита полыхнула изумрудом, но, почувствовав моё присутствие, в Обитель пропустила.

Некоторое время мы с лошадью с интересом и некой долей страха поглядывали друг на друга, но к середине пути и она, и я успокоились. Я даже почти забыла, что эта махина очень даже плотоядна, и перестала бояться поворачиваться к ней спиной, на всякий случай предупредив белоснежную Тьму:

- Учти, я нужна твоему хозяину, и пока это так, меня нельзя обижать.

Ржание архары было до того издевательским, что я решила больше с ней не беседовать. Конюхи выделили ей отдельное стойло, так же опасливо поглядывая на лошадь и боясь взять её под уздцы. А снимать багаж и расседлывать её и вовсе пришлось мне самой, потому что никто из мужчин так и не решился.

Доспехи оказались очень тяжёлыми, и я едва стянула их с мощного крупа Тьмы. После чего лошадь всё-таки сама гордо вошла в стойло, презрительно похрапывая на трусливых мужиков.

— Её нужно почистить и накормить, — с невинной улыбкой сообщила я конюхам.

В шикарную гриву красавицы кое-где забились колючки, а бока ощутимо вспотели от длительного галопа. Да и запах от питомицы Тариона был тот ещё.

— Покормить покормим, а чистить не будем, — почти хором заверили конюхи.

— Вы же с драконами работаете! И их не боитесь! А это всего лишь лошадь.

— Архары опаснее драконов, — заявил старший конюх и пошёл за мясом для Тьмы. А вот чистить её, как я поняла, предстояло мне.

Ладно, резерв всё равно пуст, а нехороших мыслей тьма, так почему бы и нет? Физический труд как ничто другое отвлекает от проблем.

Я быстро сбегала к себе и переоделась, чтобы не марать светлое платье во время чистки лошади. И следующий час потратила на архару. Я выбирала колючки из длинной гривы и хвоста, расчёсывала их, потом обливала её водой и натирала душистыми травами. Так увлеклась, что совсем перестала бояться свою новую знакомую и не сразу заметила, что за нами наблюдают.

— Ты отлично с ней поладила, — сообщил стоящий в дверях конюшни Тарион. Я вздрогнула от неожиданности и выронила мочалку. Южанин сам поднял её и отдал мне, на секунду прикоснувшись своими пальцами к моей руке.

- Она не такая страшная, как казалось.

— Как Трой? — задал главный вопрос граф, и тревожные мысли разом вернулись, словно никуда и не уходили.

- Пока никаких изменений, но я стараюсь, — ответила как можно мягче.

— Хорошо, — кивнул Тарион и, подумав, отобрал у меня мочалку. — Иди, дальше я сам. Брату ты ещё понадобишься, тебе нужно отдохнуть.

Я ничего не сказала, только в последний раз взглянула на лошадь и пошла в комнату. У меня внезапно появилась одна интересная идея.

За моим столом снова собрался «тайный совет» из троих друзей, и, как вчера, для меня имелся небольшой ужин.

— Спасибо, — первое, что я сказала, войдя в комнату и увидев несколько кусков мясного пирога на столе. Всем моим вниманием завладела еда, и я даже не спросила у ребят о причине их сегодняшнего сбора, просто уселась за стол и начала жадно есть.

Все дружно ждали, пока я покончу с пирогом, и едва это произошло, принялись задавать вопросы. Что с Троем? Это интересовало по большей части ребят, Кима — потому что он составлял список основных конкурентов брата на будущем турнире, а Ена — из чистого любопытства. И как Тарной? Этот вопрос мучил только Рию по непонятной мне причине. Я быстро отвечала на всё, что у меня спрашивали, и допивала компот. Мне нужно было спешить. Как только от ужина ничего не осталось, я встала и поспешила к двери.

- Ты куда? — в один голос спросили друзья.

— Очень нужно кое с кем поговорить! — уже выходя, крикнула я и помчалась на улицу, а оттуда — вглубь парка. Олес появился сам, без приглашения, и завис в воздухе передо мной.

- Как думаешь, мы можем найти Марису?

- Не знаю, — похоже, духа вопрос удивил.

— Брось, ты мёртвый, мудрый хранитель, ты знаешь всё! Сам говорил, что у тебя много где есть глаза.

- Да, но… Мы же даже примерно не знаем, где она.

Всё он врал про свою безэмоциональность: я отчётливо различила в его ответе раздражение.

- Нужно попробовать найти её. Везде, где только можно. Это важно.

— Ты хочешь привести сюда опасную мурию? — с некой долей скепсиса спросил он.

- Я очень хочу спасти Троя, и если для этого мне придётся привести в Обитель мурию, я сделаю это, — предельно честно ответила я.

- Почему для тебя это так важно?

На минуту я задумалась, и вскоре ответ пришёл, хоть и не такой, каким я себе его рисовала.

- Раньше думала, что из-за того, что он мой первый серьёзный пациент и я несу ответственность за его жизнь, — рассказала я. — А теперь из-за Вилдо. Я должна искупить.

Олес не стал говорить ничего более, просто изобразил уже знакомое мне подобие кивка и, пообещав поискать Марису, испарился, оставив меня наедине с мыслями.

Я поспешила вернуться в замок, чтобы не столкнуться с артом Поли, который как раз въезжал в ворота. Ребята по-прежнему были в комнате и разговаривали.

- Выкладывай, — не успела я закрыть за собой дверь, решительно выдохнул Ким. Рия тем временем обогнула меня по дуге и встала за спиной, загородив выход из комнаты. Я манёвр заметила и впервые за сегодняшний день рассмеялась.

- Да не уйду я никуда, — проговорила, давясь смехом, и в подтверждение своих слов уселась на один из стульев.

- Выкладывай, — уже угрожающе повторил Ким. Я посмотрела на него и вспомнила одну немаловажную вещь: он ведь знаком с наёмницей!

- Ты случайно не знаешь, где найти Марису? — решив повременить с выкладыванием, спросила я. Ким, который уже настроился слушать, удивлённо вскинул бровь от неожиданного вопроса.

- Допустим, — медленно проговорил он, — у меня есть кое-какие идеи, но ты должна рассказать нам всё.

Я пожала плечами. Рассказывать-то собственно и нечего, поэтому, сократив всё до минимума, я резюмировала:

- Она повлияла на Троя. Если её не найти, он умрёт.

В комнате на некоторое время повисло молчание, пока ребята переваривали услышанное.

- Так что, поможешь найти её? — нетерпеливо спросила я. Бывает такое чувство, когда тебе что-то очень-очень нужно и сил ждать просто нет. Вот и у меня сейчас было такое. Мне нужна эта мурия!

- Я свяжусь со своим осведомителем из их братии.

- У тебя есть осведомитель среди наёмников? — нахмурился Ен.

- Я внук графа…точнее, уже брат графа. Конечно он у меня есть.

- Кру-у-уто. А я уже спрашивала, не нужна ли тебе жена? — словно невзначай поинтересовалась подруга, тем самым моментально сняв всеобщее напряжение. Ен стал более спокойно воспринимать выпады Рии и теперь смеялся вместе с нами.

— Мне нужна жена, — тем не менее ответил Ким, при этом пристально посмотрев на меня. Стало неуютно.

— Ладно, мальчики, вам пора, — я вежливо попыталась спровадить парней. Но только они встали, чтобы удалиться, над Обителью прозвучал горн.

— И что это значит? — поинтересовалась я. Просто все, похоже, понимали, что происходит, кроме меня.

— Общий сбор, — почесав затылок, сообщил Ен. И мы поспешили спуститься в большую гостиную. Туда стекались все ребята из нашей лиги, арты и даже работники замка, а в центре гостиной стоял арт Поли.

Маг дождался, пока все будут в сборе, и, попросив тишины, заговорил:

— Дорогие друзья и коллеги, графство Вилдо настигло великое горе, — с трагичной торжественностью произнёс он. — Завтра вы все освобождаетесь от работы, этот день объявлен трауром в графстве.

И каждый, кто хочет проститься с нашим правителем, может пойти во дворец, — по залу тут же разнеслись шепотки, а кое-где послышались даже радостные возгласы. — Также через пять дней в Квеке начнётся великий турнир меча и магии. К нам прибудут воины со свитами и гости из соседних графств. И Обитель будет принимать раненых, пострадавших в боях.

Теперь возгласы были разочарованные. Арт объявил выходной, но предупредил о грядущем завале работой. Больше полезной информации не было и, сказав ещё пару фраз о том, каким чудесным человеком был граф, нас отпустили.

Мы молча поднялись наверх и разбрелись по комнатам. Ким собирался идти в сад — медитации при полной луне, которая царила на небе сейчас, были крайне продуктивны, а мы с Рией планировали поспать.

Подруга уснула быстро, а меня, как это часто бывает в последнее время, мучили тревожные мысли. Я лежала в постели и думала обо всём, что произошло за последние дни. Мысли текли неспешно, и я почти погрузилась в дрёму, но затем что-то изменилось. Воздух вокруг словно завибрировал, обдавая жаром, и я всей кожей почувствовала чужое присутствие. Причём присутствие кого-то очень конкретного у дверей моей комнаты. Того, от кого бросало то в жар, то в холод, а ноги невольно подгибались.

Я с усилием стянула кольцо с безымянного пальца и, набросив халат, подкралась к двери. Со стороны коридора не доносилось совершенно никаких звуков. Я уже решила, что мне просто показалось, и медленно приоткрыла дверь, чтобы тут же её захлопнуть.

— Что вам нужно? — прислонившись спиной к двери, спросила я. Дыхание участилось, и вовсе не от страха, а от…да я сама не понимала, от чего, и это ужасно злило!

— Ты потеряла что-то в стойле Тьмы, — со смешливыми нотками в голосе ответил Тарион.

Я высунула голову из-за двери и с любопытством рассмотрела свой амулет Чара, который на вытянутой руке держал южанин.

— Спасибо, — пролепетала я и протянула руку, ожидая, что сейчас в ладонь вложат амулет. Наверное, выпал из кармана, когда я чистила архару. Но шли секунды, а граф не торопился отдавать то, что сам мне и принёс. Пришлось выйти из комнаты полностью и со всей возможной грозностью уставиться на него.

- Прогуляемся?

- Нет! — возмущённо воскликнула я.

— Ну ладно, верну в другой раз, — невозмутимо сообщил он и, спрятав мой амулет в карман, развернулся, чтобы уйти.

- Стойте!

Граф словно только этого и ждал: обернулся с до жути довольным видом и с ухмылкой посмотрел на меня.

— Уже ночь, и я не одета, — развела руками, демонстрируя халат. — Может, вы просто отдадите его мне, и я лягу спать?

— Я хочу поговорить о брате, — использовал свой единственный козырь Тарион, и я пошла одеваться. Это заняло не более минуты, и граф терпеливо ждал меня в коридоре.

- В этом саду удивительно красивые ночи.

Отчего-то стало приятно. Всё-таки мои родители вложили в этот сад немало трудов и магии, радует, что получилось настолько прекрасно.

Едва мы вышли на улицу, в лицо ударил поднявшийся с вечера ветер, и я, зябко поёжившись, обхватила плечи руками.

- Тебе холодно? — спросил Тарион.

— Ничуть, — поспешно соврала я. Вся эта прогулка по ночному саду мне не нравилась, как и поведение Тариона, а уж его повышенное внимание и вовсе сбивало с толку. Моему вранью граф, конечно же, не поверил и, взяв меня за руку, вынудил подойти ближе к нему. После некоторых его манипуляций вышло так, что дальше мы пошли под руку. Стало ощутимо теплее. Появилось чувство, что всё тело графа горело под одеждой, излучая тепло.

- Кажется, у вас жар, — всерьёз встревожилась я, чем вызвала смех Тариона.

- Ты никогда не была на юге? — с интересом спросил он.

- Я выросла в Тортоне, среди гор и долины льдов.

Почему-то с ностальгией вспомнила такие родные и живые ещё в памяти места.

— Как так получилось, что потомок мурий оказался на севере, да ещё и без протекции родни?

— Вы хотели поговорить о Трое, — не желая отвечать на неудобные вопросы, напомнила я. Сейчас, без кольца, страха не было, но голову я не потеряла. Чем меньше он знает обо мне, тем безопаснее для меня же. Хотя он и так уже знает более чем достаточно.

— Через несколько дней будет турнир. — Теперь он был серьёзен и напряжён. По всему было видно, что мысли о брате даются ему с трудом. — Трой заявлен как претендент от Голдштейна.

— Как вы вообще можете об этом думать? — я попыталась отобрать свою руку у графа, но тот со спокойствием скалы удержал, не позволив отстраниться. — Ваш брат даже не приходит в сознание!

— Я правитель, женщина! — в ответе графа было ничуть не меньше возмущения, чем у меня. — Я в первую очередь думаю о графстве и о своём долге.

— И из-за этого отправляете родного брата на такие опасные состязания?

Я только начала видеть в Тарионе не только правителя, но и человека, а он сейчас был на волоске от того, чтобы всё испортить. К тому же я столько сил вложила в исцеление Троя, и уже не один раз, и делала это не для того, чтобы его снова и снова подвергали опасности. Меня возмущало такое отношение Тариона и нервировало одновременно, потому что там, в комнате, когда исцеляли Троя, он был похож на брата, на того, кто любит и переживает, а сейчас… Это был просто граф, жадный до власти и хладнокровный граф.

— Я мог бы участвовать сам, но не подхожу из-за того, что уже правлю, — прорычал он. — Мы и так упустили Россо, Вилдо — это второй шанс для нас, и в первую очередь для Троя.

— В любом случае, вы можете оставить свои корыстные планы, он не оправится за пару дней, — внутренне торжествуя, сообщила я. Наша странная беседа на повышенных тонах выглядела довольно странно, особенно в свете того, что мы шли под руку по центральной аллее прекраснейшего сада, над которым спелым яблоком зависла полная луна.

Граф нервно дышал рядом, явно не желая признавать поражения, а я… Это я ему ещё не сказала, что для того, чтобы в принципе помочь Трою, нужна Мариса.

— Так что можете ехать и снимать его кандидатуру с турнира, — после затянувшегося молчания добавила я.

— О, нет, — задумчиво ответил граф. — Если Трой не поправится, я буду сражаться сам.

— Но вас же не допустят, — напомнила я, отлично памятуя, как в прошлый раз в Квеке Тариону уже дали от ворот поворот.

— Сейчас всё иначе. У меня есть небольшой козырь, и я в состоянии сделать так, чтобы в этот раз нас не различили.

Граф белозубо улыбнулся и, достав из кармана амулет Чара, протянул его мне. Я забрала протянутое и недоумённо взглянула на Тариона.

- Вам нужно было узнать только это?

— Мне нужно было узнать тебя, — как-то отрешённо сообщил потомок следопытов. — Но и этого пока достаточно.

Он задорно, как мальчишка, подмигнул мне и, остановившись, попытался совершить непонятный для меня манёвр. Он привлёк меня к себе, обхватив горячими руками за талию, и стал склоняться ко мне, неотрывно глядя в глаза.

— Что вы делаете? — не удержавшись, спросила я, а сердце почему-то забилось часто-часто, словно ожидая чего-то важного.

— Молчи, женщина, — беззлобно приказал правитель Голдштейна, и я замолчала, даже не моргая, глядя на приближающиеся глаза.

— Лидия! — оклик из глубины сада заставил графа отстраниться, а мои щёки невесть с чего опалило жаром. Мы повернулись на звук и увидели двигающегося к нам Кима.

— С тобой всё в порядке? — с тревогой поинтересовался он, наконец выйдя из-за деревьев.

— Поверь, со мной она в безопасности, — вместо меня ответил граф, но Киму это явно не понравилось. Он продолжал смотреть исключительно на меня.

- С тобой всё в прядке? — словно не расслышав ответа Тариона, переспросил он.

— Да, мы просто гуляли, — я начала нелепо оправдываться, понимая, как двусмысленно это выглядело. — Говорили про брата графа Штейна.

- Тебя проводить? — не придав значения моим объяснениям, спросил Ким.

— Парень, я вполне в состоянии проводить Лидию сам, — очень угрожающе ответил Тарион.

А до меня вдруг только дошло, что они прямо сейчас пытаются меня поделить. Хотя я никто ни одному, ни другому.

— Я дойду сама, — снова попыталась отобрать свою руку у Штейна, однако безрезультатно. Его пальцы только сильнее сжались на запястье.

— Конечно, ты дойдёшь сама, — улыбаясь подтвердил граф и, снова уместив мою ладонь у себя под рукой, повёл меня к Обители.

— Ким, всё в порядке! — обернувшись, крикнула я другу, а то мало ли что он может подумать. Я уже бывала под чужим воздействием, и не удивительно, что он заволновался. — А вы ведёте себя странно, — сочла нужным сообщить Штейну.

- Это почему? — заинтересовался он.

- Что вы хотели сделать?

Просто я читала, что следопыты могли на время выпивать мурийскую магию, и вполне возможно, что делали они это именно так, медленно наклоняясь и гипнотизируя взглядом.

- Только не нужно делать вид, что ты не поняла, — улыбнулся граф.

Ну, точно! Мои догадки подтвердились! Он, как истинный следопыт, хотел выпить мою магию, чтобы лишить сил, а что потом? Убить? От собственных мыслей стало страшно.

— Но зачем вам это?! Вы же сами говорили, что не причините мне вреда! А теперь хотите отобрать силу!

Граф резко остановился, тем самым остановив и меня. Резко развернул меня к себе и, тяжело дыша, спросил:

- Я хочу сделать что?

- Забрать мою силу, — уже не так уверенно ответила я.

- Поцелуи не забирают силу, Лидия, — серьёзно сообщил он и, наклонившись

куда быстрее того, предыдущего раза, прикоснулся своими губами к моим.

Когда-то меня целовал мальчишка из школы. И я точно знала, что поцелуи — это что-то совсем иное. От них сердце не начинает биться быстрее, и голова не кружится. Поцелуй — это смесь слюны, причём не очень приятная.

Пока я пыталась сравнить ощущения, рука графа обвилась вокруг моей талии, крепко прижимая к нему всем телом. Сразу бросило в жар — наверное, из-за того, что Тарион был таким горячим; сердцебиение снова отдавалось в висках, а ноги становились ватными, и я поняла, что меня обманули! Резко рванулась в руках графа, постаралась оттолкнуть его от себя и, прерывисто дыша, отскочила на несколько шагов.

— Вы! Вы убивали меня! — закричала я. Дыхание всё никак не хотело восстанавливаться, а внизу живота разливалась неприятная тягостная волна жара. — Что вы со мной сделали? — схватившись за живот, с ужасом спросила я.

Граф наблюдал за мной с недоумением, затем с лёгким интересом, а сейчас его взгляд и вовсе стал откровенно любопытным. Он сделал шаг ко мне.

— Не приближайтесь! — я отскочила назад, предусмотрительно выставив вперёд руки. Но вместо того, чтобы проникнуться грозностью злой мурии, Тарион рассмеялся.

- Что, и правда ни разу? — совсем по мальчишечьи смеясь, спросил он.

- Да! Меня ещё ни разу не пытались убить столь извращённым способом!

- Лидия, я целовал тебя, — доверительно сообщил граф, продолжая посмеиваться.

- Я знаю, что такое поцелуи, и это не они! Не смейте больше приближаться ко мне! — я гордо оправила платье и, быстро пройдя мимо Тариона, тут же сорвалась на бег и буквально влетела в распахнутые двери главного корпуса.

Показалось, что там, за спиной, весь сад оглушает хохот графа. Стало ещё и обидно, потому что смеялся он явно надо мной.

Я вошла в комнату и, нервно сопя, избавилась от платья. Легла в постель и упрямо закрыла глаза. Сон, естественно, никак не приходил, а мысли всё возвращались и возвращались к Тариону и тому странному чувству, которое появилось, когда его губы прикасались к моим.

- Рия, — не удержавшись, я принялась будить подругу, — Рия, проснись.

- Что, уже утро? — сонно пробормотала Глория.

- Нет, у меня вопрос.

- Дай поспать, а? Завтра задашь свой вопрос, — она попыталась отвернуться на другую сторону.

- А когда целуешься, живот болит? — уже и не надеясь получить ответ, поинтересовалась я.

Сон подруги пропал моментально, словно его и не было. Более того, Глория села на постели и принялась меня обнимать.

— Ура! Наконец-то это случилось! Я уже думала, ты так никогда никого к себе и не подпустишь! Кто он? Ким добился своего, да? — затараторила она.

Такое чувство, что её давно заботили мои отношения с парнями, которых у меня, собственно, никогда не было. Был только Патрик — мальчик из школы, с которым мы вместе ходили в лечебницу, делали задания и целовались после уроков. Когда нам было по семнадцать, родители Патрика узнали, что в школе у него есть подружка — безродная девчонка из сиротского дома с известной фамилией Ло. Патрика забрали из школы и перевели на домашнее обучение магии, и я больше никогда не видела его. Хотя тогда мы строили планы, хотели открыть свою лекарню, исцелять вместе и завести детей. Но дальше поцелуев у нас дело так и не дошло, потому что я очень боялась этого «дальше», а Патрик был слишком благородным, чтобы просить или заставлять.

И ещё никогда я не чувствовала такого, как сейчас в саду. Были приятные ощущения его губ на моих, тепло и нежность, вот и всё, а сейчас это было совсем иначе. Меня словно сбило волной горячего воздуха и понесло куда-то далеко, не оставляя шанса вернуться. И я действительно испугалась.

— Граф Штейн, — после недолгой паузы ответила подруге — и пожалела, что будила её. Пришлось рассказывать всё-всё-всё и в мельчайших подробностях.

И да, мы-таки выяснили, что Тарион не лгал, и это действительно был поцелуй. Теперь мне было стыдно вдвойне, а когда надо мной начала смеяться ещё и Рия, стыд

и вовсе перешёл за грань разумного. В общем, спать я ложилась в полном раздрае и с пылающими ярко-алыми щеками.

ГЛАВА 20

Утро для меня началось очень рано. Просто в какой-то момент я почувствовала на себе тяжёлый взгляд. Это было настолько ощутимо, что даже затылок зачесался. Я повернулась и открыла глаза. Надо мной, как белое пятно в предрассветных сумерках, завис Олес. Еле удержалась, чтобы не вскрикнуть. Увидеть призрачную голову над собственной постелью сразу после сна, оказывается, страшно.

- Что? — шёпотом спросила я.

— Не здесь, — так же шёпотом ответил живун, и перед кроватью образовался столб белого густого тумана. Я, не мешкая, поднялась и вошла в переход: не хватало ещё, чтобы Рия проснулась и увидела духа.

Из перехода шагнула прямо на холодный каменный пол босой ногой. Ощущение не из приятных, но Олес, увидев мои страдания, сверкнул глазами-рубинами, и пол под моими ногами мгновенно согрелся. Мы находились в хранилище, и бледный свет кристалла освещал величественное ранее помещение.

— Что случилось? — снова спросила я.

— Я нашёл ту мурию, — огорошил Олес. Я-то думала, что поиски займут недели, ведь она грозилась спрятаться так надёжно, как это только возможно, и вот всего полдня, и живун смог узнать, где Мариса.

— Где она? — отбросив лишние мысли, жадно спросила я.

— В надёжном месте, — задумчиво ответил Олес в своей неподражаемой манере, когда он даёт ответ, но тот не несёт никакого конкретного смысла.

— Олес, ты разбудил меня, чтобы поиздеваться?

— Прости, — равнодушно повинился дух, — девушка в одном из разрушенных замков, там что-то типа базы, или, как они называют, штаб наёмников. Некий перевалочный пункт, в котором они могут остановиться на пару ночей. В Норолоне таких несколько.

Этот ответ мне понравился больше, и я сменила раздражение на сосредоточенность.

— Как тебе это удаётся? Видеть все эти замки.

— Видишь ли, я очень древний дух, а в Норолоне правители уже настолько смешались, что по моим подсчётам они все хоть дальние, но родственники, как и живуны. Я просто обращаюсь за помощью к другим, — ответил хранитель.

- И что, любой живун отзывается на твою просьбу? — поинтересовалась я.

- Многие.

— Хорошо, — пробормотала я. Сонный мозг напрочь отказывался думать. — А, скажем, теоретически, если попросить твоих друзей живунов, можно ли мне поговорить с Марисой?

— Думаю, я смогу это устроить, но ты должна поспешить: неизвестно, сколько времени мурия пробудет там, — подумав, сказал хранитель.

- Я могу пойти сейчас!

Живун осмотрел меня своими рубиновыми огоньками и отрицательно качнул призрачной головой.

— Ты не одета, да и я должен договориться. Возвращайся к себе, — передо мной снова появился непроницаемый белый туман. — Я приду за тобой, когда всё будет готово.

Я без раздумий шагнула в переход и решила, что уже нет смысла ложиться.

Быстро сходила в душ, выбрала удобную одежду в своём сундуке и заплела тугую косу. Некоторое время расхаживала по комнате туда-сюда, но Олес всё не

появлялся, и я решила прилечь. Едва голова коснулась подушки, я поняла, что на ней что-то лежит. Поднявшись, увидела конверт, такой же белый, как и наволочка — он полностью слился с ней, и я могла не заметить неожиданное послание. Любопытство заставило меня в ту же секунду раскрыть конверт и извлечь небольшую записку.

«Всё когда-то бывает в первый раз».

На белом листе была написана единственная фраза, без подписи, но она и не требовалась, потому что я и так знала, кто автор. Единственное, чего я не понимала, так это как и в какой момент конверт оказался на моей подушке.

Глупо улыбаясь, я снова легла и, сжав листок в кулаке, закрыла глаза.

Перед ними сама собой всплыла карта, показавшая мне, что Тарион Штейн в сопровождении арта Поли, Лью и ещё нескольких магов отправились к воротам. Видимо, собрались в город, почтить память графа Вилдо ещё раз. Я хотела подслушать, о чём говорят маги, но музыка, разнёсшаяся над замком, разбудила Рию, которая начала смеяться, едва взглянув на меня.

- Прекрати! — прикрикнула на подругу я.

— Ладно, ладно, я просто ещё никогда ничего подобного не слышала! Чтобы кто- то решил, что его убивают поцелуем! Даже не представляю, насколько хорош этот Штейн, что вызвал такую реакцию! Теперь захотелось проверить. — С этими словами подруга поднялась и с радостным лицом отправилась в ванную.

Моё лицо, напротив, заметно погрустнело, когда я осознала, что мне совсем не хочется, чтобы Рия проверяла, какой же Тарион на самом деле. И говоря откровенно, охватившее меня чувство мне совсем не нравилось.


На завтраке сегодня было совсем мало народа: все, кто не пошёл прощаться с графом, ещё отсыпались, другие же уже ушли в Квек. Только за нашим столом были заняты все четыре места. Ким старался не смотреть на меня, а я непрестанно давила в себе желание взглянуть на него.

- Эй, у вас двоих всё в порядке? — недолго понаблюдав за нами, спросил Ен.

- Да, — поспешно ответила я.

— Нет, — в то же время отозвался Ким. Естественно, нам не понравились ответы друг друга, и мы с рыжим встретились взглядами.

— У нас что-то случилось? — первой спросила я. Нет, я прекрасно помнила произошедшее в саду ночью, но не могла понять обиды друга, хотя и отчётливо её ощущала. Но ведь я не сделала ничего дурного!

— Ты у меня спрашиваешь? Разве это я гуляю с графом Штейном под ручку при полной луне, или может быть я целуюсь с какими-нибудь симпатичными старушками? — ехидно поинтересовался Ким. И вот сейчас в его глазах плескалось то же самое чувство, что я испытала утром, когда Рия говорила о графе. Ким ревновал, и это мне тоже совсем не нравилось.

— Я всё равно не понимаю, что в этом такого? — подавив гнев внутри себя, как можно спокойнее спросила я. Оправдываться я не намерена, да и не за что, а то, что Ким ревнует, вообще глупо: нас никогда не связывало ничего кроме дружбы.

- Ты с ним целовалась! Он же старый!

- Не намного старше нас!

Ким резко поднялся и заметил всеобщее внимание, вызванное нашей перепалкой. Парень небрежно поправил воротничок рубашки и, слегка наклонившись ко мне, проговорил:

— Я уезжаю на родину, на два дня, постарайся быть осторожной и не попасть в очередной переплёт. Я не хотел любить тебя, Лидия, но так вышло. — Он сказал всё это совершенно спокойно, особенно на фоне недавнего приступа гнева, а затем просто развернулся и ушёл, оставив нас, да и всех в столовой с восхищением смотреть ему в след.

Так вот, что имел в виду Олес, когда говорил про контроль эмоций! Умение так быстро перейти от претензий и злости к холодному гордому спокойствию дорогого стоит. И до меня даже не сразу дошло, что конкретно мне только что сказал Ким.

- Значит, мы не пойдём его провожать, — растерянно проговорил Ен.

— Думаю, теперь он отлично уедет сам, — так же не отрывая взгляда от удаляющегося силуэта Кима, ответила Рия.

Ребята собирались идти в город, чтобы проводить Кима. Сегодня в Квек прибыли поверенные его деда, чтобы сопроводить младшего графа в Нирт. Рыжий ещё жаловался, что не сможет воспользоваться переходом и ему придётся отбивать зад на драконе. Похоже, только что планы друзей немного изменились.

- Ты хоть поняла, что он сказал? — спросила Глория.

— Что не хочет меня любить, — машинально ответила я и поднялась. — Ладно, мне пора, нужно проверить Троя.

— Ты не пойдёшь с нами в город? — удивился Ен. — Всё равно выходной, так хотя бы прогуляемся.

- Нет, дел по горло, — уже уходя ответила я и быстро покинула столовую.

Всеобщее внимание бесило, и я чувствовала себя виноватой, хотя никак не могла

понять, в чём именно. Ким сказал, что любит меня, но я же не виновата в этом!

Остановившись, прислонилась к стене, чтобы немного осмыслить произошедшее и отдышаться, но не успела даже вздохнуть, как начала проваливаться в прямо в стену! Камень за моей спиной словно растворился, превратившись в подобную губке субстанцию и начал буквально втягивать меня внутрь. Я дёрнулась, попыталась отлепиться от стены, но тщетно: всего миг, и я понимаю, что меня уже нет. Ещё миг, и снова знакомое тусклое освещение хранилища, посреди которого я оказалась.

— Олес! Зачем так пугать? — воскликнула я, увидев зависшего под самым потолком духа.

— Там было много людей, я же не мог появиться при всех, — в своей спокойной манере ответил живун. — И если ты хочешь увидеть Марису, тебе стоило бы поторопиться.

Злиться я перестала в ту же секунду, услышав про мурию.

— Я смогу с ней поговорить? — осторожно, чтобы не спугнуть свалившееся на меня счастье, спросила я.

— Прямо сейчас, — подтвердил Олес, — я открою переход, но всего на десять минут, больше сил не хватит, слишком далеко.

Хранитель слегка размылся перед моими глазами и его призрачная голова начала вытягиваться, образуя столб тумана. Как-то жутко выглядело это построение перехода, но я взяла себя в руки и смело шагнула в туман.

Едва вышла, оказалась прижата к холодной, влажной стене, а к горлу было приставлено что-то острое, неприятно покалывающее кожу.

— Как ты меня нашла? — без предисловий спросила Мариса, которая, собственно, и удерживала у моего горла серебристый кинжал.

— С помощью друзей, — опасливо поглядывая на блестящий в тусклом освещении факелов кинжал, ответила я. — Я пришла просить тебя о помощи.

Мурия не спешила убирать кинжал, но теперь смотрела на меня с нескрываемым интересом.

- Чего ты хочешь? — прямо спросила она.

- Чтобы ты помогла мне спасти Троя Штейна.

- Это нас нужно спасать от него! — насмешливо ответила Мариса.

— Ты проникла в его сознание и навредила ему, он не приходит в себя уже несколько дней, а исцелить его может только твоя сила. — Честно сказала ей.

Раньше я думала, что исцелиться от влияния мурии можно, если сразу же обратиться к магу моего класса, но сейчас появилась надежда, что даже запущенный случай можно исцелить, только вот магия нужна именно та, что принадлежит навредившему.

В помещении, очень похожем на подвал, пропитанном запахом сырости и мышей, повисла тяжёлая пауза. Я смотрела на девушку со шрамом, тая в сердце надежду, она же словно пыталась понять, не шучу ли я.

— Его чокнутый братец пытался убить меня несколько раз, я не стану ему помогать! Тем более у меня нет дара, способного помочь хоть кому-то.

— Ошибаешься! — с горечью воскликнула я, видя, что Мариса намерена отказаться. — Только ты можешь это сделать! Я знаю как, я научу, ты должна только согласиться и пойти со мной.

Мурия оценивающе осмотрела меня, и, словно приняв какое-то решение, заговорила:

— Не знаю, зачем тебе это нужно… Ну да мне всё равно не понять благородных порывов, — она криво усмехнулась, — но я ведь наёмница. Так что мне будет за эту работу?

Я как-то не подумала, что она станет просить вознаграждение — наверное, для меня просто было настолько естественным помогать тем, кому помощь необходима, что я никогда не задумывалась о корыстной стороне вопроса. Конечно, я могу поговорить с Тарионом, и уж он-то точно заплатит любую сумму за исцеление брата, но мне бы не хотелось, чтобы он знал о причастности Марисы. Мало ли, вдруг он снова возжелает её убить. Но что могу дать я? Ничего! И похоже, мне не остаётся ничего другого, кроме как рассказать ему всё.

— Тарион больше не будет представлять для тебя угрозы, — предложила я. — Ты сможешь не скрываться от него, и, думаю, он обеспечит тебе хорошее

вознаграждение.

Мариса задумалась, но ненадолго.

— Я хочу кое-что другое, — уверенно произнесла она. — Твой артефакт, скрывающий силу.

Её слова прозвучали для меня, как гром среди ясного неба. Мою силу? То есть кольцо? То единственное, что досталось мне от мамы? Да, я хотела избавиться от него, но не собиралась выбрасывать артефакт, просто спрятать подальше, а чтобы отдать его кому-то даже мысли не было. Тем более Мариса не та, кому стоит доверять такую силу.

- Я не могу, — прошептала я. — Чем тебя золото не устраивает?!

- Нет так нет, — девушка наконец убрала кинжал от моей шеи и развела руками,

— ты можешь уходить, я не стану помогать. — Она указала мне в сторону столба тумана, и я вспомнила, что Олес не может долго держать переход.

— Пожалуйста! — я предприняла последнюю попытку уговорить её. Но Мариса отрицательно качнула головой, продолжая указывать на переход. — Хорошо, — неожиданно для самой себя выдохнула я. — Я отдам кольцо.

— Отлично! — возликовала мурия. — Мы идём сюда? — она спросила про туман, и я растерянно кивнула, пытаясь понять, как я могла согласиться. Я же не хотела! Было чёткое ощущение, что соглашалась вовсе не я.

Пока растерянно хлопала глазами, девушка подхватила обе свои сумки и, махнув рукой, осторожно вошла в туман первой. Я поспешила за ней.

Вышли мы прямо там, откуда я уходила. Столб тумана деформировался в призрачную голову Олеса, к которой я успела привыкнуть — в отличие от Марисы, которая резко шарахнулась в сторону, подальше от живуна.

— Твою ж мать! — громко и с чувством выругалась мурия. — Ты куда меня притащила?!

— Олес, исчезни, пожалуйста, — попросила я, снисходительно поглядывая на сжавшуюся в углу мурию. Живун величественно кивнул и испарился, оставив нас наедине.

- Что это было? — придя в себя спросила Мариса.

— Это дух-хранитель места, в котором мы находимся, — улыбнулась я. Девушка подошла ближе, с интересом рассматривая помещение. Задержала взгляд на сердце Обители, мельком осмотрела стол, по-прежнему заваленный бумагами, и вернулась к созерцанию меня.

- А что это за место? Я чувствую здесь нашу магию.

— Это Обитель, ты наверняка слышала о ней, — с гордостью ответила я. Это оказалось невероятно приятным: говорить про свой дом.

— Слышала, — немного ошарашенно ответила Мариса, — но почему здесь повсюду разит мурийской магией?

Странно, я например не различала природу магии, которая витала в воздухе Обители, а она тут же почувствовала родную силу.

— Это долгая история, — задумчиво ответила я. — Трой Штейн сейчас здесь, и мне нужно как-то провести тебя к нему, и поселить тебя где-то нужно…

Я как-то не озаботилась всеми этими вопросами, когда притащила мурию сюда, но теперь необходимо было их уладить.

Я попросила Марису немного подождать и подошла к кристаллу. Что-то подсказывало, что он может помочь. Уместив руку на камне, я тихо попросила у сердца скрыть мою гостью от арта Поли. Хотя и знала, что замок ему уже не подчиняется, всё равно были опасения, что он сможет увидеть её. Тем более когда вся эта суматоха с прощанием с графом Вилдо закончится, арт обязательно озаботится возвращением контроля над Обителью, и тогда мне нужно быть готовой ко всему и предельно осторожной.

Кристалл отозвался на мою просьбу, и я невооружённым взглядом заметила, как от него в сторону мурии полетела яркая голубая искорка, которая словно впиталась в грудь потрясённой девушки и исчезла. А я интуитивно поняла, что сердце скрыло тайную гостью.

- Что это было? — испугалась мурия.

- Я просто скрыла тебя от посторонних глаз. Сегодня в замке почти нет народа, все ушли в город, — отойдя от кристалла, заговорила я, — и хотелось бы, чтобы мы пошли к Трою прямо сейчас, пока есть такая возможность. Я хочу убедиться в верности своей теории.

- Как скажешь, — пожала плечами девушка. — Куда мне деть багаж?

— Оставь здесь, — махнула рукой я. — Сейчас постарайся успокоиться и не паниковать, я позову того духа, чтобы он перенёс нас к Трою.

Мы могли бы пройти через тайный ход, но, проверив карту, я узнала, что как раз на втором этаже сейчас разливает зелье по флаконам сирена Эш, и мы появимся прямо перед ней, выйдя из прохода за камином.

Мариса не стала возражать, только зажмурила глаза и всем своим видом выражала готовность встретиться со «злом» в лице Олеса. Я позвала живуна, которому даже говорить ничего не потребовалось, он и сам сразу открыл для нас проход.

Трой по-прежнему был без сознания, только выглядел ещё более бледным и уставшим, чем вчера. Мариса присвистнула, осмотрев парня.

— Такие случаи уже были, правда? — поинтересовалась я, понимая, что красноволосый далеко не первый, на кого воздействовала эта мурия.

- Я не слежу за жертвами после выполнения заказов. Что нужно делать?

В первую очередь я заперла дверь изнутри. Хоть в отделении исцеления душ эти замки открыть было довольно легко, но так мы хотя бы узнаем о чьём-либо приближении. Потом подтянула несколько стульев ближе к кровати парня и велела Марисе садиться.

- Ты умеешь открывать своё сознание для другого мага? — спросила я.

— Никогда не пробовала, — сообщила она. — Я всё чаще сама влезаю в сознания людей.

Я решила проигнорировать ехидное замечание магини и постаралась сохранять спокойствие.

— Хорошо, просто закрой глаза и расслабься, — попросила я. — Я попытаюсь войти в твоё сознание сама, а от тебя требуется только не сопротивляться.

— Надеюсь, духи дали тебе достаточно чувства самосохранения, и ты не станешь делать глупостей, — угрожающе прошептала мурия, но глаза тем не менее закрыла.

Я глубоко вздохнула и, сосредоточившись, вошла в транс.

Мне никогда ещё не приходилось работать с сознаниями двоих магов одновременно, и я даже не представляла, как это работает, но сейчас меня вела память мамы. Она указывала мне верный путь, показывала, как именно и что делать.

Я без труда проникла в сознание Марисы, встретив лишь лёгкое сопротивление в самом начале, и сделала так, как когда-то делал арт Поли, сливаясь сознаниями со мной. Теперь Мариса видела моими глазами.

Дальше было проще: осмотреть Троя, найти ту нить, которая никак не хотела присоединяться к потоку, и, потянув силу из Марисы, попытаться влить её в резерв красноволосого. Я сделала всё в точности так, как видела это мама, но резерв мага всё равно не наполнялся. Всё было точно так же, как и в прошлый раз, когда я с ним работала: я словно лила воду в разбитую чашку. Магия убегала, подобно воде, и ничего не оставляла в резерве.

После пяти тщетных попыток я уже готова была впасть в отчаяние. Потому что точно понимала, что если не так, то ему уже никак не помочь! И я хотела уже выйти из транса, чтобы не мучить ни себя, ни мурию, которая теряла силы на глазах, но в какой-то момент я увидела то, чего так желала. Резерв Троя начал наполняться! Медленно, по крупицам, но наполняться.

Я поняла, что всё получится! Единственный минус — время. С такой скоростью и затратами магии Марисы нам придётся проделывать всё это где-то неделю. Это немного огорчало, но зато теперь я точно знала — Трой будет жить!

- Всё, у тебя закончился резерв, — сообщила Марисе, выйдя из транса.

Девушка медленно открыла глаза и с удивлением посмотрела на меня.

- Как ты это делаешь? Как ты видишь всё это?

— Я маг-исцелитель, — гордо ответила ей. — Это наш дар, наша магия, она даёт нам возможность видеть так.

— Никогда не видела ничего подобного, — потрясённо ответила Мариса. — Я вижу только нити, за которые могу зацепиться, и обычно их всего три, а здесь… Да их тысячи!

— Да-да, я тоже была поражена, — улыбнулась я. — Хорошая новость — твоя магия действительно помогла, и Трой будет жить. Плохая новость — вот такие манипуляции нам придётся проделывать дней семь подряд.

— Семь дней жить здесь?!

— Думаю, не здесь. В Обители очень много магов, к тому же арт Поли… И я переживаю, что если тебя обнаружат, будет очень много вопросов, на которые я, увы, не смогу дать ответы. Поэтому я предлагаю тебе снять комнату в трактире в Квеке. Как ты на это смотришь?

Пока я занималась исцелением Троя, как раз размышляла о том, куда мне деть Марису на семь дней. В моей комнате живёт Рия, и я не могу заставить подругу уйти, ведь она беспокоится обо мне, да и небезопасно селить мурию у себя. К тому же я не могу приказать ей целыми днями сидеть взаперти. А денег на то, чтобы снять комнату на неделю, у меня вполне хватит, там и ей будет спокойнее, и мне.

— Платишь ты, — тут же ответила девушка.

— Так и думала, — улыбнулась я. — Только тебе придётся смириться с тем, что переносить тебя сюда будет Олес.

- Это страшилище? — возмущённо спросила Мраиса.

- Именно. Так безопаснее.

— Ладно, но я уже начала выполнять твой заказ, так что мне бы хотелось получить гарантии оплаты.

— Это как? — не поняла я, с болью в сердце вспомнив о том, что дала невыполнимое обещание. Как бы то ни было, отдавать силу мамы я не планировала, нужно только придумать, как уберечь её.

— Расписка на крови, — коварно улыбнулась мурия. — И не волнуйся, ты можешь написать её прямо сейчас, у меня и бумага с собой, и перо. — Девушка покопалась во внутреннем кармане дорожной куртки и извлекла странного вида бумагу. Лист был коричневым и очень толстым. Перо так же удивило необычностью. Оно было выковано из металла и не предполагало использование чернил.

- Готова?

— Готова, — обречённо ответила я. Всегда предпочитала платить по счетам, тем более сейчас, когда на кону жизнь человека. — Что нужно делать?

— Просто положи руку на бумагу и повторяй за мной: я даю обещание отдать Марисе Верелее Бушам свой фамильный артефакт… — начала диктовать мурия.

Я повторяла за девушкой все слова, и они сразу же отображались на листе. Причём почерк был поразительно похож на мой. Когда слова долговой расписки были произнесены до конца, Мариса протянула мне перо, которым требовалось уколоть палец и расписаться оставшейся на его кончике кровью. Так я и сделала, отлично понимая, что невыполнение таких обязательств влечёт за собой последствия. Но и положительный момент был — в расписке, как и в моём обещании наёмнице, не было ни слова о силе. Речь шла лишь о кольце.

Мурия просияла и забрала у меня странные атрибуты настоящего наёмника, как она сама выразилась.

— Теперь можно и в трактир, — улыбнулась она, спрятав свой скарб обратно в карман. Я же чувствовала себя опустошённой, хотя внутренний голос говорил, что поступила правильно.

Олес перенёс нас в один из безлюдных переулков недалеко от окраинного трактира «Белый гусь», и мы пошли искать жильё для мурии. Кстати, удачно, что оно понадобилась нам до начала турнира, потому что очень скоро город будет переполнен приезжими, и снять комнату будет просто невозможно.

Поселили мою знакомую на втором этаже, прямо над залом небольшой харчевни при трактире. Как только мы заперли дверь комнаты, в её центре образовался клок тумана, выбросивший на пол вещи Марисы. Я заплатила сразу за семь дней вперёд, плюс Мариса потребовала оплаты её питания — так я рассталась с третью своих весьма скромных сбережений.

— Ну вот, отсюда тебя будет забирать Олес, — пояснила я. Кстати, живун всучил мне памятную ракушку, чтобы я оставила её в комнате мурии, как маяк для него, чтобы хранитель мог строить переходы сюда и отсюда.

— Может, отметим начало удачного исцеления? — предложила девушка, повязывая платок, закрывающий изуродованную половину лица.

Мне неожиданно захотелось есть, и я приняла предложение. Так мы оказались сидящими за одним из столиков в зале харчевни.

ГЛАВА 21

Мариса заявила, что собирается напиться в честь того, что она опустилась до свершения первого в жизни доброго дела. Хотя добрым она его, конечно же, не считала. И девушку бесконечно бесило, что она должна помогать младшему графу Голдштейн, но, видимо, мурии очень сильно хотелось забрать мою силу (сомневаюсь, что её интересовало само кольцо) — настолько, что она была готова отступить от своих принципов.

Она заказала для себя огромную кружку хмельного отвара горынь-травы. В этом напитке не было спирта, зато чудо-трава обладала интересными свойствами и вызывала состояние, очень схожее с опьянением, разве что похмелья на утро не было.

— Давай со мной! — предложила мурия, отсалютовав огромной деревянной кружкой.

Мне же напиваться в её обществе не хотелось совершенно, я всё ещё опасалась Марису после событий с Тарионом.

- Откажусь.

- Духи, мне даже выпить не с кем! — воскликнула мурия.

И мне вдруг стало её жалко. Не то чтобы она выглядела печальной, но в её голове отчётливо сквозило отчаянием и бесконечным одиночеством. Она сама говорила, что совсем одна в целом мире — ни друга, ни родителей, ни даже собутыльника! Я подозвала подавальщика и заказала себе такой же напиток, в кружке поменьше. Принесли его почти сразу, и в носу тут же защипало от запаха корицы и ванили. Запах действительно был умопомрачительным.

Мариса внимательно проследила за тем, как я сделала первый глоток, и,

хмыкнув, отвернулась.

— Как же легко тобой манипулировать, — пробормотала она.

— Что?

— Ты не хотела пить, но пьёшь, потому что тебе, очевидно, стало меня жалко.

— Правильно, — подтвердила я, чувствуя, как по телу разливается приятная тёплая расслабленность.

— Меня бесит твоя сострадательность, — девушка брезгливо скривилась, даже не глядя на меня. — Как можно спасать всех без разбора? Будь я на твоём месте тогда, в карете, ни в жизни не стала бы помогать тому, кто меня подставил. А ты помогла мне, почему?

Откровенничать совсем не хотелось, а мурия явно пыталась вывести на разговор по душам. И на несколько секунд я подумала, что она права, и мне действительно не стоило помогать предательнице, но…

— Просто мне никто никогда не помогал, — тихо ответила я, — никто не сострадал, не спасал, не жалел. Да, у меня есть друзья, но совсем недавно я была так же одинока, как ты, и я знаю, что одиночество может толкнуть на самые разные поступки. — Кажется, меня понесло, и мурии всё-таки удалось услышать мои одурманенные отваром откровения. — Я думаю, что ты такая не из-за того, что изначально родилась злой. Тебя сделала такой жизнь и люди вокруг. Так же и Трой не виноват, что в нем течёт кровь следопытов, как и в том, что его брат такой.

— Стоп, — резко оборвала меня Мариса. — Хватит. Надоело это нытьё. Замолчи и пей. — Девушка отхлебнула из своей кружки и стала тихо подпевать менестрелю.

Я, насупившись, замолчала, и кружку отставила. И так уже наговорила лишнего.

А обижаться на мурию не получалось. Я по себе знала, как легко сломать человека, как просто заставить его подчиниться обстоятельствам и стать тем, кем требует жизнь. Ей нужно было выживать, и она делала это. Пусть при этом совершала плохие поступки, но для любого человека вопрос собственного выживания всегда выше благополучия окружающих.

Мы молчали. Я ела принесённую подавальщиком похлёбку, а Мариса блаженно жмурилась, потягивая отвар из второй заказанной кружки. В харчевне прибавлялось народа, близился вечер, и все местные трудяги приходили пропустить по стаканчику чего-то крепкого.

Моё внимание привлекла пара мужчин в металлических доспехах. Правда, шлемов у этих не было, только латы да кольчуги. Гремя этой аммуницией, они прошли через весь зал и устроились за соседним столиком. Едва подавальщик принёс им по кружке горячего грога, один из рыцарей громогласно заявил:

— Когда я стану победителем турнира, твой грог будет литься рекой, — темноволосый усатый здоровяк отсалютовал хозяину трактира.

Я с интересом наблюдала за мужчинами и прислушивалась к их тихой, неспешной беседе.

- У тебя есть реальные шансы в этом турнире, — говорил длинноволосый блондин, поразительно похожий на эльфа. — Но тебе же не нравится Вилдо.

- Эти земли бесполезны, тут нет ничего, что могло бы приносить прибыль, — подтвердил усатый. — Я просто раздарю их тем, кого не хочу видеть рядом с собой, но и открыто прогнать не могу. Тем более налоги лишними не бывают! — мужчины дружно захохотали, чокнувшись кувшинами с грогом.

Я же поражалась далеко идущим планам брюнета. Раздарить целое графство — это странная идея, хотя…

- Слушай, а что, граф может так вот просто взять и раздарить все земли? — поинтересовалась я у мурии.

- Конечно, они же принадлежат ему, — пожала плечами Мариса.

- Но как же те, кто живёт на этих землях? Простые люди, домовладельцы, помещики?

- О, духи, Лидия, ты такая наивная! Граф может сослать кого угодно и куда угодно, может отобрать землю по нелепой, придуманной причине и подарить её кому- то другому! — раздражённо ответила Мариса. — Поверь, тебе никогда не стать политиком. Здесь нужна безжалостность и коварство.

А я всё обдумывала сказанное. Выходит, после турнира, когда появится новый граф, мой дом тоже смогут кому-то подарить, или продать? И как тогда защищать своё жилище?! Каким бы сильным магом не был арт Поли, он мало что сможет противопоставить графу, особенно такому, как этот.

- А тот замок, лечебницу, подарю Юлианне, там как раз исцеляют психов, — пробасил подпивший усач и рыцари снова разродились хохотом.

И вот сейчас мне стало действительно страшно. А что если и вправду усач победит и отдаст мою Обитель какой-то непонятной женщине? Нужно что-то делать!

- Мне нужен способ попасть на турнир в качестве участника, — неожиданно для самой себя произнесла я.

Мариса поперхнулась и закашлялась, приковав к нам внимание всего зала.

- Всё в порядке, — сообщила мурия окружающим, и, наклонившись, прикоснулась тыльной стороной ладони к моему лбу. — Горячки у тебя нет, — пробормотала она, — так что за бред лезет в твою голову?!

А в моей голове уже рождался удивительный план. Я действительно могу поучаствовать в турнире! Но мне нужно не просто участие, а только победа. Я стану победителем турнира и получу графство Вилдо. Всё графство, а не только Обитель! Но толком порадоваться внезапной идее я не успела, осознав, что она неосуществима. Первое, и самое главное — я не воин, и не из знатного рода, второе — я не умею драться. Никак: ни магически, ни на мечах. И третье — что я буду делать с графством?

- Я просто подумала…нет, ничего, это была глупая идея, — промямлила я.

- Вот-вот, — подтвердила Мариса и, напрягшись, шумно втянула воздух. — А сейчас нам лучше уйти отсюда, и чем быстрее, тем лучше, — девушка поднялась и, схватив меня за руку, потащила за собой через весь зал.

- Что случилось? — мелко семеня за мурией, спросила я.

Как раз когда мы подбежали к лестнице, у стойки началась пьяная заварушка, и один из её участников толкнул меня, вынудив отпустить руку Марисы. Я отлетела к стене и больно ударилась плечом, мурия же молниеносно взбежала по лестнице и скрылась из виду. Я потирала плечо, с интересом следя, как какой-то здоровяк в капюшоне, скрывающем лицо, одним ударом отбрасывает моего случайного обидчика прямо в противоположный конец зала. Тот с неприятным звуком впечатался в стену и беззвучно сполз по ней же. Остальные драчуны притихли, с благоговением поглядывая на фигуру в капюшоне.

- Нельзя причинять вред женщине — это закон, — очень тихо произнёс неизвестный, и направился ко мне. Все молчали, и в этой мертвенной тишине отчётливо слышались шаги… графа Тариона Штейна!

- Что ты делаешь здесь одна?

- Гуляю, — запнувшись, ответила я, с надеждой поглядывая на лестницу в поисках фигуры Марисы. Теперь хотя бы понятно, почему мурия так спешно скрылась, хотя я не понимаю, каким образом она почувствовала приближение Тариона.

- Ты не должна одна бывать в подобных местах, — сообщил он и, взяв меня за руку, повёл прочь из харчевни. Завсегдатаи провожали нас заинтересованными взглядами и звенящей тишиной.

- Это же граф Голдштейн, — тишину нарушил басовитый голос того самого претендента, собравшегося подарить мой дом некой таинственной женщине. Тарион остановился и медленно обернулся к говорящему.

- А здесь у нас сила и позор всего Тортона, — медленно и очень отчётливо проговорил Штейн. Безмолвный зал залился хохотом, а тот огромный детина, кажется, его имя Ваил, раз он представляет Тортон, подскочил с места и угрожающе направился к нам.

- Следи за языком, Штейн, — встав лицом к лицу с Тарионом, пригрозил он.

- А то что? — невозмутимо вопросил граф. — Раздавишь меня интеллектом? Или пнёшь пивным животом?

Я чувствовала, как атмосфера накаляется. Глаза громилы сузились, превращаясь в две тонкие щёлки, а рот искривился в злобном оскале. И эта гора мускулов (речи о пивном животе там, кстати, вообще не было) с рёвом дикаря бросилась на Тариона. Я отскочила в сторону, подальше от драки двух гигантов. А по сравнению со мной и Тарион, и Ваил выглядели как настоящие громадины.

Народ в харчевне начал бурно обсуждать драку, кто-то предприимчивый устроил тотализатор, и по залу активно передавали разноцветные купюры. Но сражение оказалось не столь длительным и зрелищным, как все ожидали. Всего пара ударов Тариона, одна подсечка и бросок Тортонца через весь зал — как раз туда, где до сих пор валялся предыдущий задира. Граф брезгливо отряхнул руки, и, протянув одну из них мне, предложил:

— Идём.

Я не задумываясь вложила свою ладонь в его, и мы покинули харчевню, оказавшись на окраине города, уже погрузившегося в сумерки.

Запахи уходящего лета становились всё ощутимее, кое-где жгли скошенную траву, и окраину Квека наполнял запах дыма и спелых яблок. Некоторое время мы шли молча, я всё никак не могла отдышаться после волнительного поединка. Тарион не пострадал, хотя вполне мог бы, если судить по размерам Ваила. Причём граф сам спровоцировал Тортонца, а значит понимал, что победит. Штейн не из тех людей, кто пойдёт на неоправданный риск, это я уже понимала, но он так же и не из тех, кто делает хоть что-то просто так.

— Зачем вы подрались с ним? — спросила я. Помнится, именно Ваил нанял Марису для устранения Троя, но Тарион вряд ли об этом знает.

— У Ваила проблемы с плечом после прошлого турнира, это был отличный повод разбередить старую рану, — невозмутимо ответил Тарион.

— Но это же не честно! — возмущённо воскликнула я. Никогда не любила грязные методы борьбы, неужели в таких делах без них не обойтись? Сразу вспомнился бросок, который использовал граф — там как раз был захват плечевого пояса. Выходит, он специально вызывал ярость здоровяка, чтобы тот бросился в драку?

- Так у меня будет больше шансов на победу. Он слишком горд, чтобы идти к исцелителям или лекарям. Хотя нет, скорее слишком глуп. — Пояснил Тарион, а я вспомнила о его намерении заменить брата на турнире.

— То есть вы всё-таки хотите обмануть всех и пойти вместо Троя? — в памяти отчётливо всплыли слова графа в парке.

- Кто-то должен пойти, и если мой брат не может, это сделаю я. Кстати, как он?

Мне хотелось поскорее обрадовать Тариона, сказать, что Трой поправляется и

всё будет хорошо. Но… Я внимательно посмотрела на горделивый профиль графа Голдштейна, и решила придержать хорошие новости, а то ещё отправит Троя на турнир, едва тот очнётся.

- Пока без изменений, — сообщила я.

Мы вышли на главную улицу Квека, ту, что вела к центральной площади. По улице тянулись люди, двигаясь к замку Вилдо. Дни прощания с графом ещё не закончились. Кто-то и вправду горевал о патере правителя, кто-то шёл туда исключительно для того, чтобы насладиться видом графа в гробу.

- Если что-то нужно, то, что поможет ему, говори, я найду всё.

— Хорошо. — Не стала отнекиваться я. В любом случае, скоро мне придётся сказать ему о участии Марисы и попросить неприкосновенности для неё. В тот момент я ещё не знала, что тайная служба графа уже активно ищет мурию.

— Сегодня его осмотрит ваш главный маг, Стефан. Может, ему удастся хоть что- то разглядеть, — рассказал Тарион.

Мне было интересно, что же сможет увидеть арт Поли. Думаю, для него это будет выглядеть, как временное выгорание. Такое бывает, когда маг истрачивает весь резерв, но продолжает колдовать на собственной жизненной силе, однако делает это не долго. Тогда происходит выгорание, но, как правило, временное, и магу просто нужна неделя-другая, чтобы восстановиться. Тем более он точно заметит, что резерв Троя начинает наполняться. Так что пусть осматривает, а я буду делать то, что должна. Рассказать про Марису я решила потом, когда Трой придёт в себя, а пока мне было интересно другое.

— Как вы планируете попасть на турнир вместо брата? Вы уже пытались и, помнится, ничего не вышло.

— Лица там всё равно не видно, да и не многие знают, как мы выглядим, а мой артефактор сделал одну особую вещицу, которая замаскирует мою ауру под ауру Троя, — пояснил Тарион. — Но ты же понимаешь, что это частная информация? — он продемонстрировал мне тонкий серебряный браслет, такой же простой, как и моё кольцо.

— Почему для вас так важны эти состязания? — вот то, чего я действительно не понимала. — Вы готовы отправить сражаться больного брата, рискуете жизнью, пойдя туда, используете всяческие ухищрения, чтобы принять участие. Чего ради?

— Ради власти, — как само собой разумеющееся сказал Тарион. Но это и так было очевидно, просто я надеялась, что есть ещё хоть какая-то причина, чтобы оправдать все поступки графа.

Мы подошли к городским воротам, у которых ожидала одинокая Тьма.

Стражники отошли подальше от лошади и опасливо косились на неё. Архару не впустили в город. Вообще, по странной традиции Вилдо, в день траура по Квеку нельзя ездить, все должны ходить пешком. Это как дань уважения покойному. Я растерянно блуждала взглядом по окрестностям, не понимая, что меня тревожит, пока не взглянула на графа. Идея пришла внезапно и показалась невероятно хорошей.

— А ваш артефактор может сделать такое же? — Я продемонстрировала Тариону колечко-змейку, которую достала из внутреннего кармана. Южанин внимательно изучил артефакт и отрицательно покачал головой.

— Это поглотитель магии, редкая вещь. Таки делают только в Тортоне — Юлий Эссенс, сын Котона Эссенса, бывшего главы ковена магов, изготавливает такие на эксклюзивных правах. Откуда он у тебя?

— Достался от мамы, — честно ответила я, раздумывая, как мне может помочь полученная информация. Долго размышлять не пришлось — озарение наступило прямо в этот момент, и у меня появилась реальная надежда на то, что силу можно оставить.

— Интересная игрушка, — протянул Тарион, по-прежнему разглядывая змейку. Пришлось поспешно спрятать кольцо обратно.

Едва Тьма услышала голос хозяина, тоненько заржала и с интересом уставилась на меня. Пока мы с архарой таращились друг на друга, Тарион лихо запрыгнул в седло и протянул мне руку. Тьма всхрапнула, и вид у неё был такой ехидно-выжидательный, что я отдернула уже протянутую руку и пробормотала:

- Я лучше прогуляюсь.

- Давай руку, — в голосе Тариона чувствовалась угроза.

— Я её боюсь! — воскликнула я, продолжая смотреть на лошадь. И я готова поклясться, что архара издевалась.

- Так кого ты боишься больше, трусишка, меня или её?

Я перевела взгляд на грозного Тариона, который в отличие от архары был серьёзен и в странные игры не играл, и протянула руку. Его я боялась больше.

Граф хмыкнул, верно поняв мой знак, и помог взобраться на лошадь, усадив перед собой. Его рука тут же обвила мою талию, и я наконец вспомнила о вчерашнем происшествии. Просто появление графа в харчевне было столь неожиданным и фееричным, что я напрочь забыла о случае в парке. Духи, он наверное думает обо мне невесть что! Осторожно попыталась убрать руку Тариона.

— Я должен держать тебя, ход архары намного жёстче обычной лошади, — невозмутимо сказал он, даже не думая убирать руку, и тронул лошадь.

Едва Тьма пошла галопом, я сама вцепилась в руку графа, удерживающую меня. Её ход действительно сильно отличался. И как только эти воины держатся в седле?! Нас качало, подбрасывало и трясло.

- А для чего, ты думаешь, рыцарю столько доспехов? — словно угадав мой

вопрос, посмеиваясь, спросил граф.

— Чтобы не так качало?

— Вообще для равновесия, и чтобы архаре было тяжелее, но суть верная.

Говоря, Тарион несколько раз коснулся губами моего виска. Ни холода, ни

страха больше не было, только щекотка, и я постаралась немного отстраниться. Рука графа сжалась на талии, лишая возможности шевелиться, а он наклонился и поцеловал мою шею. Осторожно, почти невесомо, едва касаясь, но так волнительно. От шеи по руке побежали мурашки, и сердце начало биться часто-часто.

— Что вы делаете? — тихо спросила я.

— Пытаюсь убить тебя, очевидно, — сообщил граф, ещё раз прикоснувшись к моей шее губами. Я дёрнулась, осознав услышанное, а когда в животе снова появилось это странное чувство, даже испугалась.

— Перестаньте, — боясь собственной реакции, попросила я. Вместо ответа Тарион рассмеялся и поцеловал снова. — Я же попросила! — воскликнула я. А когда вспомнила вчерашний разговор с Рией, и вовсе залилась краской, ведь мои ощущения подруга однозначно трактовала как желание, а вовсе не страх, или неприязнь.

Как я могу желать графа? Это было ужасно!

— Ты не представляешь, насколько невероятная эта игра, — мечтательно проговорил он, — и насколько невероятная ты.

Сердце от его слов почему-то сжалось, а в груди разлилось приятное тепло.

- Я бы играл в эту игру всю жизнь, — сообщил Тарион, ещё раз прикоснувшись к

шее.

Я не понимала, что именно он считает игрой — вероятно, издевательство надо мной. Едва ли его действия можно трактовать иначе. Мне же совсем не хотелось, чтобы надо мной издевались столь долгий срок.

- Вам нравится мучить людей? — раздраженно поинтересовалась я.

— Разве я тебя мучаю? — у графа определённо есть привычка отвечать вопросом на вопрос.

- А как иначе это назвать? — я решила не отставать и отвечать так же.

Тарион придержал Тьму, и архара пошагала медленным размеренным шагом,

почти не качая нас. Граф же отпустил вожжи и уместил свои руки на моих плечах. Легонько сжал их и провёл вниз, до ладоней, чтобы накрыть их своими руками. Я вздрогнула, помня, что для южан прикосновения рук, особенно без перчаток, значат куда больше, чем поцелуи.

— Это отношения, — заговорил он, сжимая мои ладони, — когда мужчина и женщина узнают друг друга, — губы снова коснулись моей шеи, а руки вернулись на талию.

Я же не понимала, почему так сильно бьётся сердце, словно стремясь вырваться из груди, проломив рёбра, и с надеждой смотрела на приближающиеся ворота

Обители. Я потеряла нить происходящего, не знала, чего хочет Тарион, и самое страшное, что я испугалась собственной реакции. Не понимала охватывающего жара, тяжести в животе, мурашек…

— Я хочу узнавать тебя, Лидия, — припечатал граф, вынудив меня повернуться к нему и посмотреть в глаза. — И я буду делать это.

- А если я не хочу? — несмело поинтересовалась я.

Просто его присутствие и такая близость, это… я не знаю, как описать! Это ужасно! Я никогда подобного не ощущала и не должна была ощутить! Я боялась влюбиться, тем более в такого человека, как Тарион Штейн. Вся сущность мурии во мне вопила, что от него нужно бежать, он опасен, коварен, беспощаден!

Граф же ухмыльнулся и, обхватив моё лицо ладонями, нагло заявил:

— Я не спрашивал тебя, женщина, — проговорил он всё с той же ухмылкой, — я мужчина, и ты должна просто подчиниться.

Сердце отчего-то болезненно сжалось, стало горько. До того, что захотелось заплакать. Как раз в этот момент мы въезжали в ворота Обители, и стоило мне только подумать, что я не хочу видеть Тариона Штейна в своём доме, защита замка буквально вырвала меня из его рук, а архару вместе с седоком отбросила за ворота. Контур полыхнул алым, а я стояла в паре шагов от Тариона, который не мог пройти на территорию Обители.

Бешенство на красивом лице правителя Голдштейна смотрелось великолепно.

Пожалуй, ему идёт злость.

- Что это было? Что ты сделала? — разъярённо вопрошал граф.

- Пусть я женщина, но подчиняться никому не обязана.

Я чувствовала себя опустошённой. Не привыкла я к подобным эмоциям, не хотела их, и не хочу до сих пор. В последний раз взглянула на графа, в глазах которого не наблюдалось ни осознания, ни раскаяния, и, развернувшись, пошла по аллее.

Тарион что-то кричал вслед, но я не запоминала фраз. Только пройдя где-то половину пути до корпуса, свернула вглубь сада и разрешила защите впустить графа. Сталкиваться с ним не хотелось. Определённо не сегодня.

Я присела рядом с гнездом лигранов, чтобы меня не было видно с аллеи, положила руки на землю и подпитала Обитель. Арта Поли, кстати, в замке ещё не было. Нужно отследить его возвращение, потому что мне очень хочется посмотреть, как он будет работать с Троем.

Вскоре мимо меня промчался граф Тарион верхом на Тьме. Я провожала их взглядом до самой конюшни, пытаясь понять хоть что-то, понять себя. Не выходило.

Я поднялась и медленно, наслаждаясь вечерней прохладой, побрела к замку. Какая-то часть обитателей уже вернулась, другие же ещё гуляли. Моих друзей не было. Комната Кима была заперта и пустынна, как и жилища Ена и Рии.

Когда я приняла душ и, укутавшись в пушистый халат, устроилась на кровати, намереваясь прочесть одну из тетрадей отца, посвящённых искусству исцеления,

появился Олес.

— Я приходил за тобой в трактир, но напуганная до смерти мурия сказала, что тебя уволок Штейн.

- Так и было, — улыбнулась я. — Но не волнуйся, ничего плохого не случилось.

— По твоему виду не скажешь, — проворчал Олес. — Я слышал ваш разговор с Марисой.

Я вопросительно взглянула на живуна, не понимая, о каком разговоре идёт речь, и как он мог его слышать.

— Вторая ракушка в её кармане, — я очень надеюсь, что дух произнёс это, смущаясь, потому что подслушивать чужие разговоры вот так в наглую — верх бестактности! Тем более что одну ракушку я и так спрятала в комнате Марисы, чтобы Олес мог туда перемещаться. — Так вот, о разговоре, — пока я не начала высказывать своё мнение, заговорил живун. — Я считаю твою идею с турниром здравой.

Я даже не сразу поняла, о какой идее идёт речь, но когда дошло, удивлённо воззрилась на живуна и повторила все те три пункта, по которым это категорически не возможно.

— Тебе не понравится моя идея… — пробормотал он, — ну да ладно, слушай. То, что ты не воин, легко исправить, достаточно лишь договориться с Марисой. Сама говорила, что она, руководя Троем, одержала победу и дралась отлично, — я хотела попросить Олеса остановиться, но он, заподозрив это, сверкнул глазами-рубинами, и

я потеряла дар речи. В прямом смысле этого слова: хотела заговорить, но не смогла.

— Не перебивай, пока не скажу всё, — предупредил он. — То, что ты не знатная и не заявлена в турнире, тоже можно попробовать обойти. Есть такие артефакты, правда, крайне редкие, которые меняют ауру, подстраивая её под другого человека, а внешность легко изменить простой иллюзией. На наличие мороков и иллюзий претендентов не проверяют, считая, что им такая чушь в голову не придёт. Ну и, конечно, придётся украсть у кого-то родовую печатку. Остаётся только вопрос, что тебе делать с графством. — Олес замолчал и посмотрел на меня, и я поняла, что наконец могу говорить.

— Даже если так, даже если я смогу изменить ауру, — теперь-то я знала, что такое возможно, ведь Тарион показывал мне артефакт, о котором говорит живун, — но кем я представлюсь? Кого буду изображать? Для того, чтобы притвориться кем- то, нужно устранить одного из претендентов и идти вместо него. Да и в таком случае, что делать, когда турнир окончится? Если представить, что я победила, и все узнают, что я не тот, кем представлялась? Нет, Олес, это самая бредовая идея из всех возможных, — вздохнув, констатировала я. Хотя перспектива получения Обители в качестве приза была невероятно заманчивой. Откровенно говоря, мне плевать, что будет с графством — я никогда не интересовалась властью и политикой, но возможность вернуть свой дом заставляла сердце биться чаще.

Я попыталась выбросить подобные мысли из головы и поискать другой способ решения этого вопроса, живун же, напротив, задумался. Он ещё долго висел под потолком и молчал, я уже перестала ждать продолжения разговора и начала читать увлекательные исследования Ларса Геера, а когда стала засыпать прямо с тетрадью в руках, Олес решил озвучить всё, над чем думал.

Около часа он просто рассказывал родившуюся в его призрачной голове идею, как вернуть мой дом навсегда. Я слушала внимательно, и этот план показался мне куда лучше предыдущего. Он был таким же сложным, почти нереальным и не совсем честным, но чуть более выполнимым. Правда, привлечь нужно будет многих. Кого-то придётся просить, кого-то обманывать, кого-то даже предать…

— Мне нужно подумать, — уверенно сообщила живуну. — Хотя бы до утра.

- Подумать над чем? — глухо спросил Олес.

- Над тем, стоит ли Обитель всех этих усилий, — ответила я.

— Конечно стоит! — воскликнул живун. — Обитель погибнет без тебя, зачахнет, как чахла все эти годы до твоего появления!

— Я просто должна убедиться, что потом смогу жить с грузом того, что предстоит сделать, — честно сказала я. — Мне нужно понять, смогу ли я, понимаешь?

- Как скажешь.

— И, Олес, у меня есть просьба. — Я уселась за письменный стол и начала торопливо перебирать бумаги. После сегодняшнего разговора с графом я знала, что у мага, спасшего меня от чёрного дара, остался сын, который пошёл по его стопам. Я знала, что где-то здесь, в стопке бумаг, должно было быть письмо его отца к моему, в котором Котон Эссенс клялся Гееру в вечной протекции и преданности.

Письмо нашлось в старом, потрёпанном конверте, среди другой корреспонденции, и текст, к моему счастью, был вполне читабелен. Я взяла новый конверт и, вложив в него лист пожелтевшей бумаги, начала писать собственное послание. Ларе Геер был умным человеком, предпочитающим всегда держать несколько козырей в рукаве, например таких, как письменные заверения в поддержке и защите. Родители были уверены, что потомок Эссенса не откажет дочери Гееров и не предаст её, поэтому я спешно изложила интересующий меня

вопрос на бумаге и поместила в конверт. — Это можно передать в Тортон быстро?

— Понадобится немного времени, — растерянно ответил Олес.

- Хорошо, — согласилась я и протянула письмо появившемуся облачку тумана. Олес испарился, пожелав на прощание доброй ночи, а я так и осталась сидеть на

постели.

Похоже, мне предстояла очередная ночь без сна, проведённая в мыслях и терзаниях. Я сама ругала нечестную борьбу, но что, если иначе нельзя? Как быть, если я вижу только такой выход?

«Нет, я должна придумать какой-то другой вариант» — мысленно повторяла я самой себе, в то же время прекрасно понимая, что других вариантов не найду, по крайней мере сейчас.

Появления арта Поли я так и не дождалась, и всё-таки уснула, промаявшись ещё несколько часов.

ГЛАВА 22

Первое, что я обнаружила утром — отсутствие Рии в моей постели. Всерьёз перепугавшись за благополучие подруги, я призвала карту и с облегчением выдохнула, найдя её в комнате Ена. Наверное, у ребят всё наладилось и они снова станут парой. Раз уж карта и так была перед глазами, я решила заодно поискать арта Поли.

Не смотря на то, что ещё только рассвело, старый маг находился в отделении. Приблизившись к огоньку, символизирующему арта, я обнаружила его в комнате Троя. Он был не один, рядом сидела его дочь Изабелла. Арт Поли явно находился в состоянии транса, как и магиня, и я решила подождать, пока они завершат осмотр Троя.

- На вид обычное выгорание, — покинув состояние транса, сообщил маг.

- Почему же ты не заметил его сразу? — поинтересовалась арта.

— Не могу сказать. Вообще с этим парнем творится что-то неладное. Он уже не впервые попадает в переплёт, — нахмурившись рассказал Стефан. — Второй раз в Обители, и сейчас, как и тогда, я не смог разглядеть причину сразу.

- Может, у него сильные враги, и эти случаи не просто совпадения?

— Если это так, то либо сильные, либо обладающие даром, невидимым для нас, — ответил маг. — И это пугает, ибо всё неизвестное не безопасно. Хотя, если тогда явно имело место магическое воздействие, то сейчас всё же больше похоже на случайность. Турнир дело нелёгкое, требует много сил, а молодой амбициозный юноша мог просто их не рассчитать.

- Но он оправится? — магиня кивнула в сторону красноволосого.

— Да, пока нужен только покой. Несколько дней он будет спать, пока резерв восстанавливается, а после необходимо понаблюдать до полного его наполнения. Я приставлю к нему сиделку, выгорания непредсказуемы, и лучше, чтобы кто-то постоянно был рядом.

Слова арта меня напрягли. Мне нужно будет работать с Троем, и не одной, а с помощью мурии. Не хотелось бы, чтобы в его комнате находился кто-то посторонний.

— Почему ты не можешь наполнить его резерв сам? — с интересом рассматривая Троя, спросила арта.

— Я пытался, но он не воспринимает мою магию, ты же сама всё видела, — развёл руками маг и внимательно проследил за взглядом дочери. — Считаешь его красивым?

— лукаво спросил он.

- Он очень красив, отец, — улыбнувшись, ответила она.

— Вот придёт в себя, познакомитесь поближе, — арт Поли продемонстрировал свою безумно прекрасную кошачью улыбку, которую я уже успела позабыть.

- Он младший граф, к тому же молод, — вздохнула женщина.

- Но и ты из знатного рода, тем более с приданным в виде Обители.

При фразе о том, что мой дом — приданное Изабеллы, меня охватила злость. И, кажется, не столько меня, сколько родителей, которые так и не смогли примириться с потерей того места, в котором собирались стать счастливыми. Особенно огорчало то, что их дом достался предателю, тому, кто тоже виноват в их гибели.

— Этот замок слишком умный, — проговорила магиня. Она поднялась и подошла к окну, всмотревшись в пейзаж зеленеющего сада. — Ты упоминал, что потерял контроль над ним, это правда?

Лицо арта Поли перекосило от злости, но он всё-таки нашёл в себе силы ответить:

— Обитель перестала слушаться меня, совершенно. Даже мою магию отвергает, не желает впитывать! Всё, что я могу — это видеть расположение людей на территории, но и только. И у меня есть догадки, в чём причина.

— В чём же? — арта вопросительно взглянула на отца. — Если этот замок будет в нашей семье веками, мы должны знать, как управлять им. Это не просто стены, башни и черепица — этот дом с душой. Иногда мне кажется, что он разумен.

— Не волнуйся, я решу вопрос с управлением, — нехорошо улыбнулся арт. — Помнишь, я говорил тебе о том, что возродились хранители Обители? — магиня поморщилась, словно припоминая, и кивнула. — Они и есть души замка, и разумен он, как ты выразилась, благодаря именно им, — продолжил старый маг. — До пробуждения этих сущностей замок был другим. Я считал его инструментом, которым можно легко управлять магически. Хочу открыть защитный контур — применяю силу, и он открывается. Желаю узнать, где, к примеру, конюх — применяю силу и вижу. Раньше всё было завязано на силе, сейчас же, с пробуждением духов, она решает не всё. Теперь эти сущности принимают решения вместо замка, или совместно с ним, я уж и

не знаю.

— Но из-за чего они возродились? — поинтересовалась магиня. — Древние духи, которые спали годами, вдруг решили восстать против тебя?

— Я предполагаю, что из-за появления здесь кое-кого. Ты ведь знаешь, что живун не только дух места, но и дух рода. Так вот, часть этой земли когда-то принадлежала роду Россо. — Маг помолчал, дав дочери возможность осмыслить полученную информацию. — В общем, я выяснил, что один из учеников, прибывших в Обитель из школы Тортона, потомок Россо. Как известно, в их роду чистота крови в цене, как и чистота родового дара.

— Ты думаешь, что живун отреагировал на парня из хранимого им рода? — перебила отца удивлённая Изабелла.

— Иных вариантов нет! Прибыли выпускники на практику — возродились живуны. К тому же я следил за парнем несколько раз, и он общается с духами с первого дня своего прибытия. Я полагаю, что и контроль над замком сейчас у него.

- Но что же нам делать? — показалось, что арта напугана.

— Юридически у него нет никаких прав. Только наследие, но по нашим законам, если наследник не объявился в срок и землю выкупил кто-то другой, он больше не может претендовать на неё.

— А если Россо выиграют этот турнир? Он точно захочет забрать замок себе! — с горечью воскликнула девушка.

Изабелле, видимо, совсем не хотелось расставаться с хорошим приданым, и она нервно заметалась по комнате. Арт Поли тут же подошёл и обнял свою явно очень любимую дочь.

— Не переживай, малышка. Нам нужно просто сделать так, чтобы эту информацию не узнал никто, кроме мальчишки, до того, как я устраню его.

- Устранишь? — глухо переспросила магиня, вскинув голову, чтобы взглянуть на

отца.

— Мы должны защищать своё, — сообщил арт Поли. — Тем более что я уже отдал не одну жизнь за то, чтобы получить это место.

Я резко распахнула глаза, испуганно хватая ртом воздух. Что значит устранить?

Я была в панике и очень хотела ошибаться. Хотела, чтобы весь этот разговор мне просто почудился. А то, с каким цинизмом маг говорил о жизнях, отданных за владение замком, вообще в голове не укладывалось!

Нужно что-то делать! Мне срочно нужно что-то делать, иначе может дойти до того, что Поли действительно примется устранять Кима. А я не могу этого допустить, ведь это не ему подчиняется замок, да и рыжему Обитель вовсе не нужна. Он даже и не думал претендовать на неё!

Как раз в этот момент я и приняла решение, которое не давалось вчера.

- Олес! — излишне взволнованно позвала я. Живун появился почти мгновенно. — Я согласна. Твой план принят.

Хранитель изобразил своё излюбленное подобие кивка и оскалился, пытаясь продемонстрировать счастливую улыбку.

— Я передал твоё послание, — прогрохотал он. Без уточнений поняла, о каком послании идёт речь, и уверенно кивнула. Мне необходим способ избежать расплаты с мурией. Я просто не могу позволить подобной мощи попасть в ненадёжные руки Марисы. Да была бы моя воля, я и резерв её уменьшила бы!

- Остаётся только дождаться ответа, — проговорила я.

Живун кивнул и испарился так же быстро, как появился. А я мысленно внушала себе, что уверена в своём решении, и оно единственное верное. Пусть цена может оказаться очень высокой, зато не пострадает Ким, а мой дом станет моим по-настоящему.

Словно в подтверждение того, что всё у меня получится, над Обителью разлилась музыка.

Я вскочила и побежала умываться. День обещал быть занимательным и насыщенным. Ким должен был вернуться через два дня, вместе с братом, который уже имеет титул графа Россо и будет бороться за правление Вилдо. Вообще, правящие графы почти никогда не допускаются к участию в турнире, но поскольку всё произошло очень быстро, по давнему указу короля смены претендентов не было. Так что юный граф Россо получит шанс разжиться ещё и соседними землями. Но

соперников у него будет много. Один Тарион чего стоит. Хотя, по моей задумке граф Штейн не попадёт на турнир.


Одевшись, я спустилась в столовую, где уже сидели Рия и Ен. Ребята определённо спелись, потому как сидели рядышком, держась за руки.

- Привет, голубки, — улыбнулась я.

- Прости, что не пришла, — трепеща ресничками, извинилась Рия.

— Всё в порядке, мне ничего не угрожает, — ответила я. — Можешь ночевать у себя, или где захочешь, — я лукаво подмигнула довольному Ену.

За завтраком ребята рассказывали, как провели день в городе. Оказывается, траур не помешал уличному представлению на злободневную тему смерти графа, которое друзья с интересом просмотрели и пересказали мне в лицах. Народ собрался на рыночной площади, где артисты изображали нападение на графа неизвестного существа с косой, которое сказало ему, что нить его жизни обрывается.

Иногда я поражаюсь проницательности уличных актёров. Они даже представить

не могут, насколько были близки к истине. Да, я не смерть с косой, которую они изображали, но тоже вижу нити и умею их обрывать.

Покончив с едой, я отправилась в отделение. Мне нужно было улучить момент, когда никого не будет рядом и притащить Марису, чтобы пополнить резерв Троя. Я хотела, чтобы красноволосый пришёл в себя как можно быстрее, потому что без него мой план осуществить невозможно. К тому же предстоял серьёзный разговор с Марисой, и лучше бы нам побеседовать не здесь.

- Доброе утро, Лидия, — у корпуса меня встречал арт Поли, приветливо улыбаясь.

Раньше я бы купилась на обаяние милого безобидного старика, но не с