Book: Красные браслеты



Красные браслеты

Альберт Эспиноса

Красные браслеты

Мечтать – значит верить; верить – значит творить.

Серия «Красные браслеты»


Albert Espinosa

EL MUNDO AMARILLO (THE YELLOW WORLD)


Печатается с разрешения издательства Penguin Random House Grupo Editorial, S.A.U. и литературного агентства Nova Littera SIA.


Перевод с испанского Николая Жарова


© 2008 Albert Espinosa

© Eloy Azarin, afterword

© Николай Жаров, перевод, 2015

© Юлия Межова, обложка, 2015

© ООО «Издательство АСТ», 2017


Я приглашаю тебя в амарильос – чудесный мир открытий, которые я сделал в течение десяти лет, пока боролся с раком. Кому-то может показаться странным, но во время болезни ощущаешь силу и радость жизни, изо дня в день ищешь и находишь что-то новое, как любой здоровый человек.

Прочитав книгу, ты войдешь в особый мир, узнаешь его, и главное – познакомишься с амарильос (в переводе с испанского – «желтыми»). Их объединяет не дружба и не любовь, но невероятная близость. Появившись на твоем жизненном пути, эти люди способны изменить его направление лишь начав говорить. Однако не буду забегать вперед: тебе придется прочесть всю книгу, чтобы научиться распознавать предназначенных тебе амарильос. Вероятно, я стану одним из них…

Понятие «амарильос» хранит незамысловатую истину: верь в мечты – и они станут явью, потому что действительность творит вера. Что же ты мешкаешь? Твои амарильос ждут тебя!

Вступление

Осторожно, сия книга есть душа Альберта – заглянешь в нее и не захочешь расставаться.

Душа Альберта как у Шерлока Холмса – такая же любознательная, а внешне он похож на доктора Ватсона. Полная небрежность в одежде наводит на мысль, что ее хозяин нарочно выбрал такой прикид: уж очень прикольный и отчасти игривый.

Одно из любимых занятий Альберта – наблюдать. Он без разрешения заглядывает в окна твоих глаз и получает всю нужную информацию. Его чувственный рецептор действует почти безотказно и определяет, чего ты стоишь, не хуже сканера на кассе супермаркета, моментально считывающего цену товара со штрих-кода на этикетке. А докопается до сути – будет знать о тебе больше тебя самого.

Альберт не раз побеждал в схватках со смертью, поэтому все, о чем он рассказывает, преисполнено жизнелюбием. Он торопится жить и готов обойтись без сна, но ни за что не откажется от новых ощущений и переживаний. Его мозг работает с головокружительной быстротой. Хочешь, чтобы он тебя выслушал? Поделись чем-то увлекательным, иначе будь краток.

Чтобы завладеть вниманием Альберта, не надо описывать ему свою жизнь: чуть погоди – и он сам ее постигнет. Это еще одно его любимое занятие.

Альберт любит провоцировать, но делает это с благими намерениями. На моей кинопробе для его нового фильма «Не проси меня целовать тебя, потому что я тебя поцелую» снималась сцена в воображаемом бассейне. Я недавно познакомился с Альбертом, и вдруг он неожиданно снял ножной протез; сделал это с таким невозмутимым видом, что я тут же взялся за свой, желая проверить, получится ли у меня то же самое. Вышло истерически. Я хотел изобразить спокойствие, но ситуация лишила меня душевного равновесия. Альберт все понял и с той же невозмутимостью, с какой отстегнул левую ногу, заговорил со мной на одну из насущных тем его киножизни – о мастурбации. Нас обоих зацепило. Я забыл о своей пробе и протезе и что передо мной режиссер фильма. Ко мне обращался коллега, и он говорил о чувствах, которые я сам разделял.

На вид Альберту лет тридцать, но на протяжении последних пятнадцати он заново переживает подростковый период. Вот откуда его свежесть и чистота. И вот почему он продолжает верить, что все, доступное воображению, осуществимо.

Могущество Альберта в том, что он никогда не сдается. В крайнем случае может пойти на сделку – обменять ногу и легкое на жизнь. Он научился терять с единственной целью обрести. И так становится еще сильнее, продолжает насыщаться жизнью. Пишет сценарии театральных постановок, полнометражных фильмов, телесериалов, повесть… И мастерски, с юмором рассказывает нам о драме, воссоздает в повседневной действительности наши несбыточные грезы. Убеждает нас в том, что нет другой инвалидности, кроме неспособности сопереживать, и что мы живем в обществе, в котором люди не умеют друг другу сочувствовать.

Альберт говорит о мире, доступном каждому и окрашенном в цвет солнца – желтый. Жаркий мир амарильос, где поцелуи могут длиться десять минут, незнакомцы превращаются в твоих верных союзников, физическая близость лишена сексуального подтекста, а любовь так же обыденна и насущна, как покупка хлеба; где страх теряет значение и смерть не есть то, что случается с кем угодно, только не с тобой; где нет ничего дороже жизни и все происходит так, как ты хочешь.

Сия книга рассказывает о том, что мы чувствуем и о чем молчим; о нашем страхе лишиться того, что имеем; о вечном познании самих себя и важности ежесекундно ценить в себе тех, кто мы есть. Долгой тебе жизни, Альберт!


Элой Асорин, актер

Источник моего вдохновения

Габриэль Селайя был инженером и поэтом. Я – инженер и сценарист. Вдобавок мы оба левши. В его стихотворении «Автобиография» есть что-то пронизывающее до мозга костей и пронимающее до кишок. Думаю, дело в том, что в этом стихотворении Габриэль создал целый мир, мир Селайи. А для меня нет ничего притягательнее людей, создающих миры.

Стихотворение состоит из одних запретов. Человеческая жизнь тоже. Этими запретами Габриэль Селайя отмечает этапы своей жизни. Если убрать запреты, нам откроется его мир. Или то, что должен представлять собой мир Селайи, по его разумению. Отбрось многочисленные «нет», запрещающие поступать так, как хочется, и перед тобой выстроятся в ряд сплошные «да». Мне нравится подобное восприятие жизни.

По образцу стихотворения Селайи я попробую написать мою книгу в четырех частях, которые, как предположил поэт, составляют жизнь любого из нас: «Для начала», «В продолжение», «Про жизнь» и «И на покой».

Если вы еще не имели удовольствия познакомиться с «Автобиографией» Селайи, можете сделать это прямо сейчас.

Автобиография

Не ешь левой рукой. Не клади локти на стол. Не вытирай рот ладонью… Это – для начала.

Извлеки квадратный корень из трех тысяч трехсот тринадцати. Где находится Танганьика? В каком году родился Сервантес? Будешь болтать на уроке, получишь кол за поведение… Это – в продолжение.

По-вашему, инженер-стихоплет – это нормально? Делу время, культуре час. Будешь и дальше шляться с этой девкой – домой не приходи… Это – про жизнь.

Не будь идиотом. Не показывай свою дурь. Надо не так, а этак. Не пей. Не кури. Не кашляй. Не дыши… Правильно, не дыши! Сказать «нет» всем «нет» – и на покой. Умереть.


Габриэль Селайя

Зачем эта книга

Мне всегда хотелось рассказать о мире амарильос; о том, что я считаю своим миром; о мире, в котором обитаю я. Если ты хотя бы раз посмотришь снятый мною фильм, прочитаешь мой сценарий, познакомишься с одним из моих персонажей – в каждом случае соприкоснешься с частью мира амарильос. Он делает меня счастливым. Это мир, в котором мне хорошо жить.

Еще я всегда хотел написать книгу, но до сих пор мне предлагали темы вроде: «Как победить рак» или «Как выжить, болея раком». Для меня совсем неинтересно. Чтобы победить рак, нужна не книга. Если бы кто-то написал подобное, мне кажется, он выразил бы пренебрежение ко всем, кто борется с раком; ко всем, кого я узнал за годы, проведенные в больнице. Нет хитрых методов победить рак, никакой секретной стратегии. Надо лишь ощущать свою силу, укреплять сопротивление и следовать дельным наставлениям.

Вот почему заманчива идея поделиться уроками, которые мне преподала болезнь, и опытом их применения в обычной жизни. Именно об этом я постараюсь рассказать в «Амарильос». По моему убеждению, рак подобен живому существу; сражаясь с ним, не расслабишься. Нужно постоянно работать головой и усваивать многочисленные уроки. А когда недуг повержен, и ты возвращаешься к жизни, они тоже могут пригодиться.

Однако не следует воспринимать мою книгу как учебник самопомощи: лично я не слишком в нее верю. Эта книга, скорее, представляет собой сборник решенных задач и полезных упражнений. Но прежде всего это повествование о понятии «амарильос». Надеюсь и желаю, чтобы, прочтя книгу, ты начал искать своих амарильос. Для меня это лучшая награда.

Сейчас лето, и не слишком жаркое. За окном – ночь, но не очень темная. На культю моей левой ноги надет протез – тот, в котором я хожу дома. Передо мной – стакан с очень холодной кока-колой, и я знаю, что настало время воплотить на бумаге мои мысли о мире амарильос…

Эти строки я пишу в конце сентября, после завершения книги (редактирую текст). Холодно, идет дождь; я снимаюсь в короткометражке маэстро Карлоса Альфайята «Пункт назначения – Ирландия». Чувствую, как бежит время, и с каждым днем все ближе момент рождения книги.

Надеюсь, прочитав ее, ты присоединишься к нам, амарильос. С любыми предложениями, пожеланиями и вопросами обращайся ко мне на

[email protected]


Альберт Эспиноса

Июль – сентябрь 2007 года

Для начала

Мир амарильос

Не ешь левой рукой. Не клади локти на стол.

Не вытирай рот ладонью… Это – для начала.

Габриэль Селайя

Как родилась эта книга

Происходит она из рака. Мне нравится слово «рак». Даже слово «опухоль». Звучит жутковато, но вся моя жизнь связана с двумя этими словами. И мне никогда не казалось ужасным произносить «рак», «опухоль», «остеогенная саркома». Вместе с ними я стал таким, какой есть, и мне нравится произносить их вслух, провозглашать во всеуслышание. Уверен: пока не привыкнешь к этим словам и не превратишь их в часть своей жизни, будет трудно свыкнуться с тем, что тебе отпущено.

Вот почему необходимо поговорить о раке сразу в первой главе книги. В остальных речь пойдет об уроках «возвращения к жизни», которые мне преподал Учитель Рак. Одним словом, начну с самой болезни и того, чего она мне стоила.

В первый раз меня положили в больницу в четырнадцать лет, с остеогенной саркомой левой ноги. Пришлось бросить школу и лишиться всего, что меня окружало. Так началась моя больничная жизнь.

С того дня до моего излечения от рака прошло десять лет, то есть мне тогда исполнилось двадцать четыре года. Это не значит, что все десять лет я провалялся на больничной койке. Нет. Просто все эти годы меня возили по разным клиникам и лечили от четырех онкологических заболеваний: ноги€, опять ноги€ (той же, левой), легкого и печени.

По ходу дела я лишился ноги, легкого и куска печени. Но сразу хочу сказать, что в ту пору я был счастлив. Раковая эпопея вспоминается мне теперь как один из замечательных отрезков моего жизненного пути.

Пожалуй, шокирующее сочетание: рак и счастье. Но это правда. Из-за рака-болезни я понес материальные потери – нога, легкое, часть печени. Однако Учитель Рак преподал мне урок, до которого я сам ни за что не додумался бы.

Что вообще может дать человеку рак? На мой взгляд, список бесконечен: понимание самого себя и окружающих, шанс измерить пределы собственных возможностей, и главное – способность преодолеть страх смерти. Это, наверное, самое ценное!

На двадцать четвертом году моей жизни настал день, когда я излечился от рака. Мне сказали, что больше не надо приходить в больницу. Поначалу я оцепенел, настолько странно было слышать: «Ты здоров!» В одночасье стало ненужным то, что у меня получалось лучше всего, – воевать с болезнью. Состояние удивления (точнее, ступора) длилось часов шесть. Потом меня охватила дикая радость: никаких больничных кабинетов, рентгена (по самым примерным подсчетам, мне сделали больше двухсот пятидесяти рентгеновских снимков), анализов крови; конец непрерывному врачебному наблюдению. Воистину, мечта, ставшая явью. Произошло что-то невероятное.

Мне казалось, что через несколько месяцев рак канет в Лету, и начнется «нормальная жизнь». Болезнь останется эпизодом из прошлого. Однако события развивались иначе, и в совершенно неожиданном направлении. Во-первых, все, связанное с борьбой, навеки застряло в моей памяти. Во-вторых, я и представить не мог, насколько полезны в повседневном существовании окажутся усвоенные мною уроки.

Они, несомненно, являются великим достоянием, унаследованным мной от рака. Эти уроки (я бы даже сказал, открытия, что не меняет их сути) помогают преодолевать жизненные трудности и чувствовать себя счастливее.

В этой книге я поделюсь своим опытом именно житейского применения того, чему меня научил рак. Придумал! Ее можно назвать так: «Как вернуться к жизни посредством рака». Или использовать эту фразу в качестве подзаголовка. Пусть она звучит нелогично, шиворот-навыворот, по сравнению с названиями большинства книг о раке. Ведь это правда. Жизнь противоречива, а я обожаю парадоксы. Еще хочу отметить, что в книге изложены мои личные познания, полученные благодаря раку, а также открытия, сделанные моими друзьями, которые тоже боролись с онкологическими заболеваниями.

Соседи по больничной палате играют в этой истории очень важную роль. Все мы, больные раком подростки, называвшие себя «волосатиками», заключили договор жизни и смерти: поделить жизни тех, кто умирает, между теми, кто продолжает жить. То есть мы хотели и после смерти оставаться в живых, помогать другим сражаться с раком. Красивый, нерушимый договор.

Мы были уверены, что смерть каждого из нас понемногу отбирает силу у рака, и поэтому тем, кто старается выжить, легче победить. На мою долю за десять лет болезни досталось 3,7 жизни. Так что эту книгу пишут вместе 4,7 человека (я и еще 3,7 парня, которые живут во мне). Я помню о них постоянно и стараюсь воздать им должное. Одну жизнь прожить непросто, а если их почти пять? Представь себе, какая ответственность!

Вот и все, что я хотел рассказать о своих взаимоотношениях с раком. По-моему, получилось неплохо, мне нравится. Начало положено. Теперь поговорим о мире амарильос.



Кто такие амарильос?

Не сомневаюсь, что этот вопрос ты будешь задавать себе с момента приобретения книги в желтой обложке (такой она представляется мне сейчас, хотя в итоге цвет может оказаться бурым или оранжевым – посмотрим) либо услышав в радиопередаче, как кто-то рассказывает об амарильос, после чего тебе опять же захочется прикупить экземпляр.

Мир амарильос – придуманный мною образ жизни и ви€дения окружающей действительности, насыщения себя познанием проявлений добра и зла. Он состоит из открытий или даже озарений, окрасивших его в цвет амарильо – желтый. Об этом мы еще поговорим, наберись терпения.

Сейчас могу заверить тебя, что в моей вселенной нет правил. Любой другой мир подчиняется правилам, но в отношениях между амарильос они не существуют. Я не люблю правила и никогда не соглашусь, чтобы их насаждали в моем мире. Потому что тогда возникла бы бессмыслица. Я не вижу необходимости в правилах: они бесполезны или нужны исключительно для того, чтобы их нарушать. По-моему, говорить о священных целях или правильных путях – значит лукавить. У каждой медали есть две стороны, и на любую проблему можно взглянуть с двух противоположных позиций.

Я убежден: мир амарильос – действительность, в которой мы существуем. В кино и на телевидении нас пичкают штампованным набором лживых стереотипов, и в результате мы верим, что перед нами реальность. Нам показывают, какой должна быть любовь, но, когда влюбляешься сам, все происходит не как в кино. Демонстрируют, как заниматься сексом, а на практике получается непохоже. По кинофильмам можно научиться ссориться и расставаться с любимыми. Сцена в баре, парочка выясняет отношения… Все по законам жанра. С одной лишь разницей, что на пленке эпизод длится пять минут, а в жизни после шестичасового излияния души вместо расставания соглашаешься жениться или завести ребенка.

Еще я не люблю, когда навешивают ярлыки на разные поколения людей, пытаясь причесать все под одну гребенку. Лично я не отношу себя ни к поколению Икс, ни к поколению Айпад, ни к метро– или уберсексуалам.

Кто я? Я амарильос! Только не участник несуществующего коллектива амарильос (данная категория сугубо индивидуальная). Я – чей-то персональный амарильос. Но об этом позже.

Итак, в моем мире нет ярлыков, правил и шаблонов. Наверное, тебе непонятно, каким образом я смогу упорядочить эту книгу и поведать об амарильос, построить свою теорию. Очень просто – на основе списков. Список – штука надежная, обожаю их! Я ведь по специальности инженер, а значит, люблю цифры, как следствие, списки.

Все, что написано далее, представляет собой один большой список. Он состоит из идей, суждений и переживаний; переполнен счастьем. В нем перечислены открытия, благодаря которым я увидел то, что теперь считаю своим миром.

Краткие пересказы этих непростых открытий помещены в маленькие по объему главы и представлены в виде иллюстраций (для лучшего понимания иного ви€дения мира). Не бойся! Жить в мире амарильос не стремно. Надо только верить в него.

У меня есть любимое изречение: «Мечтать – значит верить; верить – значит творить». Слова «верить» и «творить» созвучны и близки по написанию, в испанском языке вообще почти одинаковые. Они настолько похожи, что совпадают по смыслу. Вслушайся: ВЕРИТЬ и ТВОРИТЬ… Верь и твори!

А теперь перейдем к важнейшей части книги. Из нее ты узнаешь о моих великих открытиях и ПРО ЖИЗНЬ. Я расскажу о самых важных озарениях, случившихся на практических уроках Учителя Рака, испытанных мною в реальной жизни и приведенных в этой книге в качестве наглядных примеров, чтобы ты мог воспользоваться ими для создания собственного мира амарильос.

Список состоит из 23 пунктов, которые нужно мысленно соединить линиями в единую логическую схему. Тогда перед тобой откроется новая форма жизни, именуемая МИР АМАРИЛЬОС.

В качестве вступления для каждого пункта/открытия я выбрал фразу, которую услышал в больнице, когда лечился от рака. Эти высказывания прочно засели в моей голове и всплывают из памяти, как отрывки стихотворений и строчки из песен, отклики переживаний, неизменно пахнущие бинтами, химиотерапией, соседями по палате в голубых пижамах, томительным ожиданием процедур или приема у врача. В определенных обстоятельствах эти слова становятся путеводными, хотя в другой ситуации на них не обратил бы внимания. Но порой незначительная, брошенная на ходу фраза становится чуть ли не главной в жизни.

Итак, тебе остается погрузиться в чтение и верить! Однако это не значит, что ты должен верить слепо, не задавая вопросов и не вступая в спор. На свете нет ничего, что нельзя подвергнуть сомнению или переосмыслению. Цитируя, ссылайся на автора, который идентифицирует себя четырьмя «А»: Альберт, Агностик, Аполитичный, Амарильос.

Продолжение

Список открытий, способных создать для тебя мир амарильос (уроки рака в жизни)

Извлеки квадратный корень из трех тысяч трехсот тринадцати.

Где находится Танганьика?

В каком году родился Сервантес?

Будешь болтать на уроке – получишь кол за поведение…

Это – в продолжение.

Габриэль Селайя

Открытие первое

К потерям надо относиться положительно

Устрой своей ноге прощальный праздник.

Пригласи всех, кто имел к ней какое-то отношение, и проводи с размахом.

Разве она не была тебе опорой в течение всей жизни?

Услужи и ты ей напоследок!

Совет травматолога за день до ампутации моей ноги

К потерям надо относиться положительно, хотя кому-то с этим трудно согласиться. Просто нужно научиться терять и понять: рано или поздно лишишься всего, что имеешь.

В больнице нас учили смиряться с потерями. При этом акцент делали на слове «потери», а не «смиряться», поскольку смириться – дело времени, а суть заключается в потерях.

В старину, когда кто-то умирал, ближайшие родственники долго носили траур: ходили в черной одежде, скорбели, не покидали дом. Время траура предназначалось для того, чтобы поминать усопшего и оплакивать потерю. Фактически люди жили ради потери.

В наше время траур сокращен до ничего. Теперь на церемонии прощания с телом тебе говорят: «Надо через это пройти…» Рушатся супружеские отношения, и никого не удивит, если уже через две недели после похорон ты появляешься на людях с новой подругой. А как же траур? Куда деваются скорбь, мысли о потере и ее последствиях для тебя?

Рак отнял у меня много: легкое, ногу, часть печени, подвижность, радости жизни, школьные годы. Самой ощутимой потерей стала нога. Помню, как за день до ее ампутации врач сказал мне: «Устрой своей ноге прощальный праздник. Пригласи всех, кто имел к ней какое-то отношение, и проводи с размахом. Разве она не была тебе опорой в течение всей жизни? Услужи и ты ей напоследок!»

Мне было пятнадцать, и, вместо того чтобы отмечать в кругу друзей потерю девственности (что меня бы торкало гораздо сильнее), я созвал тусовку по случаю предстоящей ампутации ноги. Хорошо помню, словно это происходило вчера, как я обзванивал «знакомых» моей ноги (пришлось напрячься, ведь человека легко огорошить подобной просьбой). После хождения вокруг да около и обсуждения сотни разных тем, событий я наконец заявлял: «Приглашаю вас на праздничные проводы ноги. Приносить с собой ничего не нужно. Потом, если захотите, можете унести ноги». Я каждый раз повторял прикол про ноги, чтобы народ расслабился. Тот, кто наделил людей чувством юмора, настоящий гений. Сколько конфликтов улажено миром благодаря шутке! Удивительно, как это человеческое свойство позволяет разрулить любую ситуацию по своему желанию.

Итак, на необычное празднество были приглашены люди, прямо или косвенно соприкасавшиеся с моей ногой, а именно: футбольный вратарь, которому я забил сорок пять голов в одном матче (хорошо, всего один гол, но я его пригласил); девочка, с которой мы в школе наступали друг другу на ноги под столом; парень, с которым мы занимались пешим туризмом (на этой стадии я устал ломать голову, и начались трудности с подбором кандидатов); наконец приятель, чья собака укусила меня за ногу в десятилетнем возрасте. Собака тоже пришла и, самое печальное, снова попыталась меня укусить.

Праздник удался на славу. Думаю, из прежних подобных мероприятий это я подготовил лучше всего, и оно точно было самым оригинальным. Поначалу приглашенные молчали, будто говорить разучились, но мало-помалу ожили и стали рассказывать анекдоты, имеющие отношение к ноге. Каждый обратился к ней с добрым словом и коснулся ее на прощание. Эту замечательную вечеринку я никогда не забуду!

Когда забрезжил рассвет и до прихода хирурга осталось несколько часов, мне вдруг пришло в голову, как идеально завершить проводы – последним танцем на двух ногах! Я попросил дежурную медсестру станцевать со мной, и она согласилась. У меня не было музыки, а сосед по палате располагал целой коллекцией записей Антонио Мачина (он был фанатом этого кубинского певца и величал себя Эль-Манисеро, по названию первого хита Мачина). Я поставил диск соседа, и зазвучала румба «Жди меня на небесах». Более подходящей песни для такого момента и финала не придумать. Мы с медсестрой танцевали под нее раз двенадцать. Моя последняя дюжина танцев. Целая дюжина! Не хотелось ничего слышать, кроме волшебного голоса Мачина и сладких нот оркестра; чтобы они проникали в душу, звучали без конца, заполняли собой пространство и время. Тебе не приходилось слушать одну и ту же песню много раз подряд, до состояния, когда она перестает быть словами и звуками? Музыка становится частью окружающего мира, как ветер, который замечаешь и чувствуешь невольно, без каких-либо сознательных усилий.

Днем ногу ампутировали. Но мне не было грустно: я с ней простился, поплакал, посмеялся… Сам того не сознавая, пережил свой первый траур, до дна излил душу из-за потери и не только смирился, но обратил ее себе на пользу.

Я говорю себе: ты не потерял ногу, а приобрел культяпку. И в качестве приложения – целый список фантастических воспоминаний:


1. О суперской прощальной вечеринке (не многие могут похвастаться таким счастьем).

2. О вторых первых шагах (самых первых шагов никто не помнит, зато вторые первые на протезе не забудешь никогда).

3. Наконец, поскольку я схоронил ногу, получается, одной ногой я уже в могиле, причем буквально. Меня всегда разбирает смех, как подумаю, что принадлежу к редким счастливчикам, которые могут сказать про себя такое в прямом смысле.

Конечно, к потерям надо относиться положительно. Я понял это благодаря урокам Учителя Рака. Данное правило действует за пределами мира онкологии. Потери поджидают нас каждый день: тяжелые, заставляющие страдать и малозначительные, но беспокоящие. Они не сравнимы с потерей ноги, но пережить их можно так же, как я научился в больнице.

Убеди себя, что потеря на самом деле – не потеря, а приобретение. Устрой траур. Вот какой должна быть последовательность действий:


1. Задумайся о своей потере и свыкнись с мыслью о ее необратимости.

2. Раздели свое горе с людьми, имеющими отношение к потере, попроси у них совета. Они помогут тебе пережить траур.

3. Поплачь. Слезы для нас – все равно, что стеклоочистители автомобиля: помогают лучше видеть дорогу впереди.

4. Открой для себя приобретения, которые ты получаешь взамен потери, и наберись терпения – время лечит.

5. Через несколько дней почувствуешь себя лучше и начнешь замечать плюсы, доставшиеся тебе в качестве компенсации. Но помни: ощущение тяжести потери может вернуться.


Хочешь спросить, работает ли это на практике? Конечно! Например, меня никогда не посещают фантомы – мнимые ощущения в ноге, которой нет. Наверное, я так хорошо с ней попрощался, что фантомы как отрезало вместе с конечностью.

Итак, первое открытие мира амарильос: к потерям надо относиться положительно. И пусть никто даже не пытается убедить тебя в обратном.

Потери, большие или маленькие, неизбежны. Если ты научишься их осмысливать и противостоять им, поймешь: «чистых» потерь не бывает, любая из них означает приобретение.

Открытие второе

Нет на свете слова «боль»

А вдруг делать уколы совсем не больно?

А что, если мы реагируем на боль так, как показывают в кино, не задумываясь, больно ли нам на самом деле?

А что, если в действительности боли не существует?

Вопросы Давида – Великого Волосатика, от которого мне досталось 0,6 его жизни

«Боли нет!» Эти слова не раз повторяли волосатики, вместе с которыми я валялся в больнице. «Волосатиками» нас, облысевших после химиотерапии пациентов с онкологическими заболеваниями, звали лечащие врачи и медсестры. По-моему, здорово, когда слова противоречат очевидному, а несоответствие истине рождает новые понятия. Нам нравилось это прозвище: оно словно делало нас членами банды, вызывало ощущение молодости, силы и здоровья. Да, иногда клички бывают полезны, и даже в кайф…

Как любая уважающая себя банда, волосатики имели свои кричалки. Одна из них отражала наше стремление самоутвердиться: «Не хромые, мы – крутые!» Следующей в нашем списке самых кричальных была: «Боли нет!» Если ее долго скандировать и орать на все четыре стороны, боль и правда уходит. Есть понятие болевого порога. Это момент, с которого начинаешь чувствовать боль: своего рода ее предвестник; точка, когда мозг говорит тебе – сейчас будет больно. В полусантиметре за болевым порогом находится сама боль. Да, я могу измерить расстояние между ними и выразить в цифрах ощущения, боль, людей. Наверное, потому, что получил инженерное образование. Иногда мне кажется, что уроки Учителя Рака посодействовали развитию моих профессиональных навыков.

Понемногу мы привыкали не замечать боль. Сначала перестали бояться очень болезненных уколов химиотерапии и открыли для себя, что боль приходит, когда ее ждешь. А вдруг делать уколы не больно? А что, если мы реагируем на боль так, как показывают в кино, не задумываясь, больно ли нам на самом деле? А что, если в действительности боли не существует? Все эти соображения принадлежали Давиду, самому знающему из волосатиков: он болел раком с семилетнего возраста, в то время ему исполнилось пятнадцать. Для меня Давид был и навеки останется зеркалом, в котором я вижу себя. Мы собирались вокруг него, слушали и неизменно соглашались со всем, что он нам втолковывал. Можно сказать, видели в нем наставника. Первое время мне казалось, что Давид врет: боль не может исчезнуть лишь из-за того, что кто-то начнет в ней сомневаться. А когда он заводил речь о болевом пороге, я вообще ничего не понимал.

Но в один прекрасный день, на очередной процедуре химиотерапии (восемьдесят четвертой по счету), я решил поверить более опытному товарищу. Посмотрел на шприц, затем на собственную кожу, но после знака равенства в этом уравнении поставил не боль. Я убедил себя не думать о том, что будет больно. Ну проткнет иголка кожу и высосет немного крови… Это будет как ласковое прикосновение, только не совсем обычное, иное. Металл погладит мою плоть.

Словно по волшебству, так и случилось. Впервые вместо боли я ощутил своеобразную ласку. В тот день медсестра попала в вену с двенадцатой попытки (из-за химиотерапии вены тускнеют и теряют очертания). Но я даже не пискнул ни разу – настолько сказочно, почти романтично было внимать особому ощущению, которое по жизни не имело названия и совсем не походило на боль.

В тот день я понял: слова «боль» и «страх» не имеют практического значения. Они пугают, провоцируют боль и страх, но, если выкинуть их из головы, теряют связь с ощущениями, которые ими названы.

Очевидно, мудрый волосатик, от которого мне досталось 0,6 его жизни (лучшая доля из всех жизней, что есть во мне), хотел внушить нам, что на свете нет слова «боль»; оно не существует как слово и понятие. Ты должен осмыслить то, что чувствуешь (как в примере с уколом), и не думать, что это ощущение соответствует боли. Ты должен распробовать, посмаковать его и решить для себя, каково оно на вкус. Уверяю тебя, чаще всего боль – удовольствие, кайф, песня!

На протяжении следующих семи лет мне ни разу не было больно. Вообще, в большинстве случаев (за исключением 10–12 %) рак протекает безболезненно. Это в кино нам показывают, как люди страдают. Трудно припомнить хотя бы один фильм, где несчастного персонажа не душили бы слезы от боли, не выворачивала наизнанку рвота, не потреблялся бы в ужасающих объемах морфий и в итоге не наступала бы смерть. Короче, всегда одно и то же: боль и смерть.

Когда я писал сценарий к фильму «Четвертый этаж», мне хотелось, чтобы картина получилась позитивная и реалистичная, тема была раскрыта и жизнь людей, больных раком, показана правдиво. Чтобы зрителю стало ясно, какова их настоящая боль, в отличие от придуманной, киношной. Как они борются и умирают, но при этом далеко не все в их жизни замыкается на боли, рвоте и смерти.

Я думал, что после излечения от рака забуду этот урок, но жизнь неоднократно заставляла меня его повторять. Оказалось, что за стенами больницы, вдали от химиотерапии у людей тоже часто что-то болит, и эта боль не связана с медицинскими показаниями, уколами и хирургическим вмешательством. Ее, вольно или невольно, причиняют окружающие.



В моей новой жизни без рака мне было по-настоящему больно по разным причинам: любовь, печаль, обида, сложности с работой. Вот когда я вспоминал, что нет ни боли, ни слова «боль». Я задумался над тем, какие чувства переживал, и понимал, что это могла быть ностальгия, незащищенность или тревога, а иногда одиночество. Но только не боль.

Я был совсем мальчишкой, когда в больнице сделал для себя открытие: боли не существует. Четырнадцати лет от роду, я казался себе супергероем, обладающим сверхъестественной способностью не ощущать боль. Один мой приятель по школе говорил: «Ты прямо как из железа, даже уколов не боишься». Теперь, взрослому и здоровому, мне будто продолжают делать уколы – по несколько за раз и в разные места. А иногда всего один, но прямо в сердце. Фокус не в том, чтобы иметь железные нервы и заставить себя не обращать внимание на уколы. Наоборот, их надо постоянно ждать – пусть острое жало иглы пронзает – и переосмысливать то, что ты в этот момент ощущаешь.

Суть открытия проста: «Нет на свете слова „боль“». А все, что от тебя требуется, составляет в короткий список:


1. Никогда не думай о том, что тебе больно. Подбери пять-шесть определений тому, что ты чувствуешь, но среди них не должно быть слова «боль».

2. Из найденных определений выбери самое подходящее и используй это словечко вместо боли – отныне так будет называться то, что ты ощущаешь.

3. Впредь не замечай слова «боль», прячься от него, обходи, меняй на что-то другое. И болеть перестанет: ты реально почувствуешь другое, иное чувство.


Все это может казаться нереальным, но увидишь: через какое-то время у тебя получится, и ты откроешь для себя, что боли действительно нет. Будь то боль физическая или душевная, за ней скрываются другие ощущения, которые проще перенести. Жить вообще проще, если знаешь, что с тобой происходит.

Открытие третье

Энергетика, возникающая в тебе за тридцать минут, способна решить проблему

Ни в коем случае не вскрывайте конверты с заключением рентгенолога!

Говорят врачи пациентам

Давай откроем по-быстрому!

Говорят пациенты и их родственники, получив конверт с диагнозом

В больнице нам приходилось часто самим забирать результаты томографии и рентгенологических исследований. Напряжение, которое испытываешь, держа в руках заклеенный конверт с заключением рентгенолога, ни с чем не сравнимо. Я много раз оказывался в таком положении в течение десяти лет: мне вручали рентгеновские снимки и конверт с диагнозом и каждый раз повторяли, чтобы я все передал лечащему врачу, ни в коем случае сам не вскрывал конверт.

Обычно проходило около полумесяца со дня получения результатов исследования до приема у врача. Это слишком большой срок, чтобы сохранять запечатанным конверт с ответом на вопрос, есть у тебя рецидив или нет (в двух словах, это значит, что в какой-то части организма снова завелся рак).

Мои соседи по больничной палате, все без исключения, вскрывали свои конверты. Что понятно: как вытерпеть целых две недели, не взглянув на то, что для тебя важнее всего на свете?

В последнее время я провожу консультации для врачей на тему, как обращаться с пациентами. И всякий раз настаиваю, что в первую очередь нужно отказаться от пережитка прошлого – процедуры передачи конверта. В ответ мои слушатели всегда улыбаются, словно говоря: «Знаем-знаем, что вы с ними делаете. Между нами заключен негласный договор – вы их вскрываете, читаете и снова заклеиваете, а мы делаем вид, что не замечаем этого». Лично мне становится не по себе от недомолвок, когда проблема известна, но словно так и надо. Полная бессмыслица!

И проблема не в том, что ты нарушаешь запрет и вскрываешь запечатанный конверт. Гораздо серьезнее то, как пациент воспримет диагноз. А он может прозвучать как приговор и изменить судьбу человека. Больничная жизнь научила нас выдерживать страшные удары судьбы, мы постигали эту науку через собственные ошибки, впрочем, как почти всегда и во всем.

Поначалу мы вскрывали конверт, как сумасшедшие, там же, в больнице, через две минуты после того, как он оказывался в наших руках. Вспоминаются сцены в коридоре: я и мои родители стоим, склонившись над листком бумаги, читая – нет, пожирая глазами – написанное.

Спустя какое-то время мы поняли, что больница – нелучшее место для знакомства с заключением рентгенолога: не стоит получать плохие вести на виду у всех и там, где ты провел или тебе предстоит провести часть жизни. Это лучше делать на нейтральной территории. В дальнейшем мы распечатывали конверты в ресторанах, которые посещали в первый и последний раз; на незнакомых улицах, названия которых сразу забывали, либо в метро. И все же мы продолжали совершать одну ошибку: между вручением конверта и его вскрытием проходило не больше четверти часа. У нас хватало терпения дойти до ближайших улочек, ресторанов или станций метрополитена. Мы испытывали острую необходимость знать, что внутри: нас будто жгло изнутри.

Со временем, имея за плечами опыт с сорока или пятьюдесятью конвертами, мы выработали идеальную процедуру их вскрытия. Да, можно стать специалистом и в деле прочтения медицинских диагнозов. Для этого достаточно повторять определенную последовательность действий и в итоге довести ее до автоматизма.

Вот этот алгоритм:


1. Спокойно взять конверт, сунуть его в карман и принести домой, ни разу о нем не вспомнив.

2. Подождать полчаса, не думая о конверте и не заморачиваясь ни секунды. А когда минует ровно тридцать минут…

3. Забраться в спокойное местечко и вскрыть его. Полчаса необходимы, чтобы успокоилось тело и утихомирился мозг, улетучилось нетерпение. Так достигается лучший результат: когда диагноз известен, он уже устарел; прошло полчаса, а значит, реакция будет иная. Новость перестала быть новой, потеряла остроту, а сил у тебя прибавилось.


Почему именно полчаса, а не час или, скажем, десять минут? Неужели так важно выждать строго тридцать минут? Выходит, да. На мою долю выпало такое количество жизненно важных известий, что я открыл для себя истину: в наc живет бередящее, ослепляющее желание знать мгновенно и не сходя с места. Этот страстный порыв исчезает через тридцать минут, уступая место иной энергетике, которая тоже побуждает нас знать, но не слепо, а конструктивно, наполняя жаждой другого рода – действовать и искать решение проблемы.

Казалось, что после завершения больничной эпопеи со мной больше не произойдет ничего по остроте и напряженности переживаний сравнимого с рентгеновскими конвертами. Так и было, но в новой жизни моей теории о тридцати минутах нашлось новое применение.

Всякий раз, когда по электронной почте приходит важное письмо, я, видя его во входящих выделенным жирно, не открываю. Выжидаю полчаса, успокаиваюсь, позволяю энергетике измениться и лишь тогда открываю сообщение.

Работает безотказно! Причем не имеет значения, добрая весть или плохая. В любом случае – пройдет полчаса, и твой ответ на послание не будет поспешным или необдуманным. Впечатление такое, что тридцать минут ты проводишь в размышлениях над тем, что написать. Данное правило распространяется на эсэмэски и на общение с людьми, особенно при выборе места и времени встречи.

Итак, я по-прежнему пользуюсь правилом тридцати минут, хотя должен признаться, что иногда продлеваю период ожидания до сорока – сорока трех минут. При этом ощущаю себя как властелин времени, повелитель и господин собственных эмоций и страстей.

Открытие четвертое

Задавай по пять хороших вопросов в день

Возьми тетрадь и записывай, записывай все, что тебе непонятно.

Совет моего лечащего врача, прозвучавший в день, когда мне поставили диагноз «рак»

Такой первый совет я получил от лечащего врача, когда меня привели в больницу. Говоря точнее, он дал мне тетрадку и велел записывать в нее все, что будет непонятно в его словах. Затем он разложил по полочкам, что меня ждет в «канцерогенном» смысле в следующие пять лет. Я был впечатлен. Врач не упустил ни одной детали. Иногда, вспоминая эту беседу, я думаю: если бы он говорил не о раке, а о моей будущей жизни, предсказал бы ее на пять или на все десять лет вперед – кого полюблю, чем буду увлекаться, – это действительно было бы впечатляюще.

Впрочем, я не пытаюсь уменьшать значение того, о чем толковал мой лечащий врач. Кесарю кесарево. Он просветил меня относительно биопсии, опухолей, остеосаркомы, рецидивов. Мои родители слушали, а я делал пометки, строчил, как заведенный. Удивительно, но, по мере того, как заполнялись тетрадные листы, у меня на душе становилось легче. Словно рукописные вопросы делали тайное явным, и вместе с ними исчезал страх перед пугающей неизвестностью.

Врач закончил, посмотрел на меня и спросил:

– Вопросы есть?

– Сорок два, – ответил я.

И это лишь те, что я успел написать по ходу «лекции».

В тот день врач ответил на все сорок два вопроса, а потом еще на двадцать восемь, которые появились позднее. Растолковав одно, он заставлял меня задумываться над другим, и, чем больше я получал ответов, тем спокойнее становился. Мы шли по замкнутому кругу, но оба выигрывали.

По моему личному убеждению, с чем бы ни пришлось столкнуться в жизни, для решения проблемы важно располагать информацией и знаниями. Нельзя победить рак не понимая, против чего воюешь. Первым делом нужно определить, кто твой противник, хорошенько его изучить и уже тогда – в бой!

В период болезни мне особенно нравилось, что я всегда получал ответы на свои вопросы. Ответы лечат, помогают. Задавать вопросы – значит жить. Если тебе отвечают – значит, верят в тебя и рассчитывают, что ты распорядишься информацией как следует.

Однако вопросы возникают не только во время болезни. В жизни очень много непонятного. После того как я выписался из больницы, вопросы посыпались один за другим. Я оставил школу в пятнадцать лет, прервав образование до поступления в университет. В моей голове роились сотни разных вопросов. Я приобрел желтую тетрадь (не знаю, почему выбрал именно этот цвет, хотя теперь догадываюсь) и начал записывать в нее вопросы. Одновременно я думал, кому их адресовать.

В больнице все было легко и понятно:


1. Трудные вопросы задавать врачу.

2. Вопросы средней сложности задавать медсестре.

3. Вопросы простые (или проблемные) выяснять у охранников и соседей по палате.


В обычной жизни такой четкой организации нет. Поэтому я обращался со своими вопросами или за разъяснением к человеку, который мог ответить. Тебе советую поступать так же. Вообще, это не так просто, как звучит. Поначалу будешь чувствовать себя почти недоумком, задавая порой тупые вопросы тем, от кого надеешься получить ответ. Но, увидев, что на них отвечают, ты убедишься в эффективности метода и постепенно перестанешь комплексовать. А когда ощутишь, что на душе становится легче, никогда не расстанешься со своей тетрадкой.

Я доставал своими вопросами всех, кто находится в моих жизненных пространствах – любовном, семейном, дружеском и среди амарильос (потерпи, скоро объясню, кто они такие), – и не испытывал ни малейшего смущения по этому поводу.

Итак, метод прост:


1. Определись с цветом тетрадки. Этот цвет должен быть неразрывно связан с тобой.

Каждый из нас «излучает» свой цвет, и он не имеет никакого отношения к одежде. Пусть ты предпочитаешь голубые джинсы, «твой» цвет может быть, например, оранжевый. Узнать его нетрудно: загляни в коробку с фломастерами и выбери тот, которым хочется рисовать, – это и есть твой цвет.


2. Купи десять тетрадей.

Знаю, все вопросы могут уместиться в одну, но для каждого пространства нужна своя тетрадь. Я убежден: в жизни любого человека есть десять тревог и десять разных путей. Вот и получается – по одной тетрадке на каждую дорогу-тревогу.


3. Записывай все, что тебе непонятно.

Есть глупые непонятки, например: как ей удается делать такую красивую прическу? Есть проблемные: почему другие влюбляются, а у меня на уме только секс? Вечные вопросы: кто я? кем хочу быть? я в самом деле ничего не понимаю? И практические: где взять напрокат легкомоторный самолет? как оформляется развод?


4. Обратись к тем, кто знает ответы на вопросы.

Каждый вопрос в тетради должен сопровождаться кандидатурой знайки. Никогда не оставляй эту графу незаполненной, запиши кого-нибудь: незнакомого человека, знаменитую или недоступную личность. Хоть выдумай кого-то.


5. Спрашивай, внимай, расшифровывай очередную непонятку и задавай новый вопрос.

Чем больше ответов получишь, тем спокойнее будет у тебя на душе.

В больнице нам говорили, что в день нужно выпивать два литра воды. А мой лечащий врач всегда добавлял: «И задать пять хороших вопросов». Поэтому каждый день выясняй пять непоняток и выпивай два литра воды.

Открытие пятое

Покажи мне, как ты ходишь, и я покажу тебе, как ты смеешься

Смеяться – дело непростое. Дышать тоже.

Не хватает школ по обучению смеху и дыханию.

Ну что, заскучал?

Последние слова перед ампутацией ноги, услышанные мною от медбрата, который привез меня в операционную

Все мы рождаемся с недостатками, многочисленными и очень разными. Со временем мы их исправляем кто как может – иногда старательно, достигая правильного результата, а бывает – кое-как: прикроем слегка, лишь бы было незаметно. А то и вовсе не подозреваем об их существовании. Мозг у нас хитрый, знает все до мелочей, но не выдает секреты даже нам самим.

Например, родившись, мы не умеем ходить, но потихоньку учимся и вырабатываем индивидуальную походку. Мне по жизни повезло иметь целых четыре походки.


1. Первые торопливые шажки через пару-тройку лет после рождения, которые выросли вместе со мной до походки подростка, озорного и готового рассмеяться по любому поводу.

2. Спустя несколько лет – мои вторые первые шаги на протезе. Это была неуклюжая, замедленная, неуверенная походка. Она изменила меня, поскольку вызывала чувство неловкости и отбила желание смеяться.

3. Позднее вместо механического протеза у меня появился гидравлический. Благодаря ему моя походка стала более легкой, веселой, я бы даже сказал певучей, как у опереточного актера. Я снова стал похохатывать короткими, непринужденными смешками. Тогда стало ясно, что смех человека зависит от его походки. Покажи мне, как ты ходишь, и я покажу, как ты смеешься. От нашей манеры передвигать ноги зависит, насколько часто мы улыбаемся и какое у нас настроение.

4. Теперь у меня электронная искусственная нога на батарейке, а смех и походка неразделимы. Самое смешное – когда вечером приходится выбирать, что первым подключать к подзарядке: мобильник, ноутбук или ногу. При этом у меня всякий раз возникает гордая мысль, что такой прикол доступен далеко не каждому.


Мы часто забываем, что походка имеет принципиальное значение. Нас почти не заботит, как мы ходим: «Хожу как всю жизнь ходил! Чего такого?» И думаем, что ничего в нас уже не изменить. Да и зачем? Тридцать – сорок лет так живем, поздно меняться!

Более того, мы не верим, что перемена возможна. А нужно лишь правильно дышать и найти свое дыхание. Попробуй сосредоточиться и проследить, как воздух поступает в тебя, а потом выходит наружу. Когда прочувствуешь свое дыхание, представь, как оно передвигает твои ноги. Дыхание и ходьба неразрывно связаны.

Мало-помалу начнет вырисовываться походка. Она будет отличаться от прежней, поскольку сформируется в соответствии с тем, как ты дышишь. Отличаться настолько, что, если перед тобой мелькнет отражение, ты примешь себя за кого-то другого. Это удивительное ощущение, поверь! Потом, если захочешь, сможешь – опять же не спеша, постепенно – развить новую походку в пробежку. Эта задача для самых продвинутых и опытных «вдохо-выдыхателей».

Наконец придет час, когда ты заметишь, что вместе с новой походкой и очередным шагом в тебе зарождается странное чувство, похожее на радость. Это и есть росточек смеха. Ты должен вырастить из него полноценный, зрелый смех.

И вновь постепенно, капля за каплей, выжимай, экстрагируй смех, родившийся из новой походки. Примеряй образчики смеха в поисках более подходящего для тебя. Прислушивайся к ним, сначала дома, наедине с собой, а когда остановишься на каком-нибудь смехе – не стесняйся, выноси его на люди, смейся бесстрашно, бесстыдно и самозабвенно.

Это твой смех, и ты должен постоянно им пользоваться. Тогда он почти незаметно изменит твою личность, отношение к жизни, и ты станешь радоваться ей по-новому.

Покупая в магазине одежду, мы несколько минут решаем, что нам нравится; на выбор новой машины уходят часы, нового дома – месяцы. Зато, когда речь идет о смехе, неотъемлемой способности человека, определяющей наш характер, суть, внутреннее «я», мы готовы довольствоваться выпавшим на нашу долю ширпотребом.

Запомни последовательность действий:


1. Ищи свое дыхание. Как? Очень просто: вдыхай и выдыхай воздух. Выбери самый подходящий для тебя способ дыхания. Не надейся найти свое дыхание в тот же день, настраивайся, по меньшей мере, на неделю. Увидишь, тебе понравится эта увлекательная игра.

2. Испытай новое дыхание в движении. Пусть прилив кислорода в организм окрылит тебя, придаст небывалую легкость походке. Попробуй ходить по-всякому: быстро, медленно, на цыпочках – как заблагорассудится. В итоге сам заметишь, что твоя походка изменилась.

3. Теперь пройдись в свое удовольствие, походи с полчасика. Почувствуй, как радость пытается вырваться на волю и как тебе хочется засмеяться. Ведь радость и есть материал, из которого сделан смех. Ты уже улыбаешься, так засмейся и прислушайся к звукам радости – выбери те, что тебе по душе.

4. Упражняйся сначала дома, потом на людях. Полезно подражать смеху друзей: получится смеховой хоровод, это здорово.

5. Выбери себе один смех и почитай его за свою неотъемлемую черту. Гордись и без колебаний хвастайся этим приобретением перед окружающими. Лично мне довелось обновить несколько походок и по разу дыхание и смех. Малыши ведь не стесняются того, как ходят и смеются, а ты почти заново родился.

6. Каждые два года обновляй свой смех. Я каждые два года обзавожусь новой ногой, а вместе с ней, к счастью для меня, меняются походка и все остальное. Наши легкие тоже стареют, слабеют, но не они, а мы должны формировать наше дыхание и решать, как снабжать организм кислородом. Главное, не терять время и действовать.


Ходи, дыши, смейся и радуйся. Только и всего. Вот что посоветовал мне санитар, который вез меня в операционную, где мне предстояло потерять ногу. Я думал о грядущей ампутации, а он толковал о дыхании, походке и смехе. Помню, его монолог закончился словами: «Ну что, заскучал?» На самом деле я не скучал. Иногда мы слишком сосредоточены на своей беде, предстоящих переживаниях и не замечаем, что именно в эту минуту могли бы совершить величайшее открытие в своей жизни.

Открытие шестое

Когда ты болен, тебя наблюдают. Результаты записывают в историю болезни. Значит, если ты жив, надо вести историю жизни

Пациент здоров.

Это последнее, что врач-онколог записал в мою историю болезни. И подвел черту

У меня нескончаемая история болезни. Она росла и множилась день ото дня, месяц за месяцем, год за годом. Стала буквально неподъемной: на мой последний прием у врача ее привезли на тележке.

Мне нравится цвет корочек, в которые подшита моя история болезни, тем более что он остался таким, каким был в самом начале. В жизни не многое постоянно… Так вот, моя история болезни была и осталась невзрачно серой. Однако серый цвет не кажется мне некрасивым, вопреки устоявшимся представлениям: серые будни, серая одежда. Да, больше серого не любят только черный. Однако для истории болезни, по моему убеждению, это идеальный цвет. Ведь история болезни – это классика, а серый цвет именно классический.

Свои автографы в моей истории болезни оставили более двадцати врачей.


1. Врач-онколог (заморочная профессия, но кто-то должен этим заниматься). Для любого онкобольного его записи как эпизоды из фильма ужасов. Я отношусь с величайшим почтением ко всем медикам, избравшим эту специальность.

2. Травматолог. Этим достаются все лавры. Думаю, им лучше других известно, что значит быть Богом. Я бы не отказался поработать травматологом.

3. Мой врач-реабилитолог, рентгенологи, врачи-специалисты…

Весь список занял бы слишком много места. Помнится, мальчишкой я охотился за автографами футболистов. Здесь, по сути, то же самое, но вместо одной непонятной закорючки – многочисленные каракули.

В последний раз я лицезрел свое растолстевшее досье на приеме у онколога. Врач вписал в него фразу: «Пациент здоров», а ниже – отлично помню – прочертил горизонтальную линию. Эта итоговая черта произвела на меня сильное впечатление. Затем на моих глазах врач закрыл папку с историей болезни, водрузил обратно на тележку, и санитар укатил ее прочь. С того дня я не видел мою историю болезни.

Мне и в голову не могло прийти, что я буду скучать по этой серой папке. Короче, вернувшись к нормальной жизни, я решил завести новую историю, уже не болезни, а жизни. Купил скоросшиватель (само собой, серый) и стал размышлять о его содержании. Ясно, что надо вести дневник – занятие важное и всем рекомендуемое. Что может быть лучше, чем иметь возможность прочесть о своих заботах и огорчениях двух– или трехгодичной давности и понять, что теперь они не стоят выеденного яйца (проблема благополучно разрешилась, либо оно тебе вообще не было нужно).

Однако дневники – часть истории жизни, само по себе это занятие имеет гораздо больший вес. Пенка в том, что у тебя под рукой будет все, что с тобой происходило, любые памятные события, а случись душевные потрясения – заглянешь в свой дневник, погрузишься в историю жизни и с облегчением переведешь дыхание.

Ты спросишь – нужно ли вообще наблюдать свою жизнь? Лично я, не колеблясь, произнесу в ответ «да»! Знаешь, зачем нужна история болезни? Просто-напросто вести учет, как и когда у тебя случился кризис, каким образом его удалось преодолеть, быстро ли наступило следующее обострение, что ты при этом чувствовал и как все разрешилось. В свое время лечащие врачи, можно сказать, из рук не выпускали мою историю болезни. Уверен, благодаря тем записям мне удалось избежать множества лишних рентгеновских снимков, анализов и повторного медикаментозного лечения. Ведь человеческая память такая капризная…

Когда ведешь дневник, убеждаешься, что жизнь циклична, и все повторяется, а наша память ограниченна и ненадежна. Ты удивишься, увидев, насколько похожи твои былые и нынешние беды и радости, и в истории жизни всегда найдутся готовые решения.

Ты колеблешься? Не бойся, это не займет много времени. Надо лишь уделять своей истории жизни по несколько минут в день и прилагать вещдоки – предметы, которые имеют такое же важное значение, как рентгеновские снимки и результаты анализов крови для истории болезни. Не существует истории (в данном случае, твоей жизни), которая не подкреплялась бы вещественными доказательствами. Это может быть смятая ресторанная салфетка (ты тогда добился чего хотел), камушки с берега острова (там ты продвинулся на шаг по жизни и ощутил свою целостность) или обычный талон с парковки торгового центра (в местном кинотеатре ты посмотрел фильм, изменивший твою судьбу).

Постепенно история жизни будет увеличиваться в объеме, и, возможно, через какое-то время тебе понадобится вторая папка, а затем и третья. Пусть ты умрешь когда-нибудь (это не значит, что скоро), но твои дети, друзья, амарильос унаследуют эту историю жизни и узнают, что тебя радовало, что вселяло ощущение целостности. Ты станешь для них еще ближе и роднее. Что может быть прекраснее, чем сближение душ? Даже не знаю… Великая награда в том, чтобы иметь возможность открыть толстую папку с историей жизни тех, кого любил, и узнать о них больше. В папках многих моих друзей хранятся пока не известные мне жизнеописания, и, когда я открываю что-то новое о них, чувствую себя счастливее и целостнее.

Итак, повторим, как вести историю жизни:


1. Купи большую папку размером с коробку. Цвет выбери сам, но я рекомендую серый.

2. Каждый вечер записывай, почему сегодня тебе было хорошо. Особенно не заморачивайся, достаточно упомянуть три-четыре события. Например: «Сегодня в такой-то момент я почувствовал себя счастливым».

3. Указывай день, время, место, причину. Записывать только радостные события? Нет, конечно. Ты можешь вспомнить о чем-то с грустью, чему-то улыбнуться, весело или с иронией, но запись обязательно должна носить позитивный характер. Это история болезни переполнена проблемами, обострениями и описанием того, как идет выздоровление. В истории жизни надо говорить о жизни с хорошим настроением и радостно.

Проделай эти письменные упражнения и вспомни, когда, где и с кем тебе было приятно. Постепенно ты разглядишь «завсегдатаев» своей истории жизни – людей, с которыми тебе всегда хорошо, а также в каких местах и в какое время суток испытываешь душевный покой или наивысший подъем сил.


4. Собирай вещественные доказательства. По возможности, захвати с места события что-нибудь на память. Предметы имеют свойство впитывать положительные эмоции, а потому должны приобщаться к истории жизни.

Вещдоком может стать что угодно, лишь бы оно имело непосредственное отношение к событию. Только не перебарщивай и не собирай каждый раз целую коллекцию, а то превратишь свое жилище в склад.


5. Перечитывай историю жизни, бери ее в руки, когда заболеешь, будешь опечален или, наоборот, в счастливую минуту. Раз в полгода, не реже, устраивай инспекторскую проверку или приходи к ней на экскурсию. Ты откроешь много интересного, обнаружишь новых «завсегдатаев», лучше узнаешь самого себя. С каждой толикой роста самосознания ты поднимаешься на очередную ступеньку и становишься ближе к иному состоянию души.

6. Когда умрешь, пусть историю твоей жизни унаследуют те, кто тебя любит. Это и их достояние тоже.


Чудесным будет день, когда мои история жизни и история болезни достанутся человеку, который будет еще счастливее с таким наследством. В медкарте он увидит, какое количество лейкоцитов было у меня в крови в октябре 1988 года, как выглядела моя левая нога на рентгеновском снимке (тех, кто лично знал мою ногу, уже можно пересчитать по пальцам), и, главное, сможет лицезреть ту самую горизонтальную итоговую черту. Сколько экспрессии может излучать прямая линия, прочерченная шариковой ручкой! Из истории жизни этот счастливчик узнает, над чем я смеюсь, чем восхищаюсь, из-за чего умираю. Мне хочется подарить мои истории двум разным людям. Им будет о чем поговорить, а это всегда хорошо.

Открытие седьмое

Семь условий для того, чтобы стать счастливым

Сынок, не уснул еще? Ну так запиши первое условие: самое важное в жизни – уметь сказать «нет».

Намотай это себе на ус и никогда не забывай.

Совет моего первого соседа по палате, сеньора Фермина (76 лет); 05.12 утра

Понятно, что этот совет мне дал взрослый мужчина. Я оказался в одной больничной палате вместе с ним и еще четырьмя онкобольными. Позже меня перевели в двухместную палату. Разговор происходил ранним утром, а в это время чувствуешь необычайное расположение к собеседнику, тянет на откровения и исповеди, о которых днем часто сожалеешь.

Сеньор Фермин был незаурядной личностью. На протяжении своих семидесяти шести лет он сменил тридцать профессий и побывал во множестве невероятно анекдотических ситуаций. Для четырнадцатилетнего подростка, впервые очутившегося в больнице, сеньор Фермин был образцом для подражания и путеводной звездой, казавшейся в то время почти недосягаемой. Меня восхищало его несгибаемое жизнелюбие.

Он обожал апельсины и непрерывно их ел. От него постоянно пахло апельсиновой коркой. В течение недели, которую мы провели в одной палате, он по ночам учил меня правильно жить и перечислял, по его собственным словам, необходимые условия для того, чтобы стать счастливым.

Каждое условие сопровождалось увлекательным и остроумным объяснением продолжительностью в час с использованием рисованных иллюстраций. На этих «лекциях» о смысле жизни присутствовали два слушателя: однорукий лысый пацан с кожей желтушного цвета и я (ставший позже одноногим). Мы с открытыми ртами внимали прикольным наставлениям сеньора Фермина. Он велел нам все записывать, видимо опасаясь, что иначе мы ничего не усвоим. И не без оснований: лично я тогда мало что понимал, но конспекты, написанные ученическими каракулями, сохранил и пользовался ими всю жизнь.

Сеньор Фермин взял с нас обещание никогда никому не раскрывать его семь условий счастья, если только мы не почувствуем приближение собственной смерти. Поначалу мы стали возражать (подростки всегда спорят: возраст такой, когда приятно всему противоречить) – очень уж трудным казалось сохранить тайну. После долгих препирательств мы все же дали такое обещание в обмен на разрешение рассказать лишь об одном условии. Это я сейчас и делаю.

Ты узнаешь первое условие счастья, о котором сеньор Фермин поведал в день, когда меня положили в больницу. Вспоминая об этом, я до сих пор ощущаю запах апельсинов. Здорово, что воспоминания пахнут.

Он велел нам сесть, посмотрел на обоих и сказал: «Запишите – в этой жизни надо уметь говорить слово „нет“».

Мы с желтушным пацаном переглянулись – ничего не поняли. Кому надо говорить «нет»? И вообще, зачем говорить «нет», если проще и естественнее сказать «да»?

Так начался и продолжился целую неделю грандиозный цикл лекций на тему, как стать счастливым. Первая была посвящена обстоятельствам, в которых следует говорить «нет». В моем конспекте записано по пунктам:


«Нет» – тому, чего не хочешь.

«Нет» – тому, чего хочешь, не понимая, что не хочешь.

«Нет» – из чувства долга.

«Нет» – если знаешь, что не сможешь выполнить.

«Нет» – излишествам.

И самое главное: «нет» – себе самому!!!


Сеньор Фермин велел нам поставить несколько восклицательных знаков в последнем пункте, видимо считая наиважнейшим сказать «нет» самому себе. На бумаге возле последнего восклицательного знака осталось пятно от апельсиновой дольки – во всяком случае, мне так кажется. Иногда то, чего сильно хочется, становится реальностью.

Открыв нам последнее, седьмое условие, сеньор Фермин умер на следующий день. Это была одна из тех смертей, которые оставляют отметины: посвятив нас в тайну счастья, он испустил последний вздох. Мы оба – я и желтушный пацан – не остались равнодушными к его заветам и договорились беречь конспекты, а когда уразумеем суть написанного, претворить это в жизнь.

Несколько лет я не вспоминал об условиях счастья. Мне и в голову не приходило, что этот посмертный список был, по сути, практическим руководством для тех, кто хочет стать счастливым. Со временем смысл его пунктов начал доходить до моего сознания и усваиваться.

Могу тебя заверить, что мне по жизни часто и многому приходилось говорить «нет» – и в больнице, и за ее пределами, уже после излечения от рака. И я ни разу не колебался перед выбором между «нет» и «да». Если ты уверен в своем решении сказать «нет», ответ почти всегда будет правильным.

Иногда так хочется поделиться с кем-нибудь остальными шестью условиями счастья, что, кажется, готов умереть ради этого. Моему желтушному другу повезло: он умер шесть лет спустя и накануне, улыбаясь, признался мне, что рассказал о них еще троим. Классный был пацан и зря не трепался; наверное, считал, как и я, что слова слишком высоко ценятся.

Итак, что нужно помнить про слово «нет»:


1. Ты должен уметь говорить «нет».

2. «Нет» надо говорить тому, что хочешь и чего не хочешь; тому, что тебе точно окажется не под силу, а также самому себе.

3. Слово «нет» следует принимать безоговорочно. Даже не сомневайся: сказал «нет» и верь в свою правоту.

4. Твои «нет» принесут не меньшее удовлетворение, чем «да». Зачастую «нет» вовсе не значит отрицание и содержит больше позитива, чем иное «да». Это слово способно доставить тебе радость и помочь навести мосты. Произнося его, ты не только не обделяешь себя, но прокладываешь дорогу к другим «да».

Вот что записано в моей тетради в заключение первой лекции сеньора Фермина: «Будь уверен, что каждое „нет“ принесет тебе „да“, и не одно». В свои четырнадцать лет я ничего не понял, но теперь, в тридцать четыре, эти слова обрели для меня глубокий смысл. Хотелось бы дожить до шестидесяти и увидеть, какое новое значение приобретут эти наставления. С каждым минувшим годом семь условий счастья видятся под другим углом и в новом аспекте. Таково ценное свойство возраста все преображать. И вот почему смена лет, процесс взросления вызывает у меня восторг.

По той же причине я каждый год перечитываю свой конспект и вновь подпитываюсь мудростью семи условий, приносящих счастье. Предлагаю тебе воспользоваться первым из них. Считай, одна седьмая счастья тебе обеспечена. Уже неплохо.

Открытие восьмое

То, что ты изо всех сил скрываешь, больше всего говорит о тебе

Раскрой мне свою тайну, и я скажу, в чем твоя особенность.

Нестор, самый прикольный из всех известных мне санитаров

Мы все особенные. Знаю, звучит банально, но так и есть. В больнице нам не нравились слова «инвалид», «нетрудоспособный», «калека». От этих архаизмов пора избавляться, поскольку они не имеют никакого отношения к людям с физическими недостатками.

Было время, когда я работал с умственно отсталыми и понял, что два этих слова тоже следует выбросить на помойку. Как раз эти люди – самые особенные, обладают неподдельной искренностью, восприимчивостью, простодушием – вызывают у меня глубочайшее уважение.

У меня нет одной ноги и одного легкого, но, в моем понимании, у меня ЕСТЬ одна нога (плюс культяпка) и одно легкое. Иметь или не иметь зависит от точки зрения. Выходит, я тоже по-своему индивидуален – имею отметину, которая сделала меня непохожим на остальных. Я предпочитаю такую точку зрения.

Но не только физические и психические недостатки делают человека особенным. Как я уже сказал: мы все особенные. Надо только не стесняться непохожести, а гордиться ею и размахивать как флагом.

У нас в больнице был санитар, который говорил: «Расскажите мне свою тайну, и я скажу вам, в чем ваша особенность». Он приходил в наше отделение реабилитации, заводил разговор об особенных людях и человеческих секретах. По его мнению, у человека обязательно должно быть что-то заветное, дорогое лишь ему: то, к чему посторонним нет доступа. Ключик от этого тайника хранится у владельца, и, поскольку сокровище принадлежит ему одному, это оставляет внутреннюю отметину.

Постепенно санитар подводил нас к мысли о том, как важно раскрывать свои тайны и показывать окружающим, что делает тебя особенным и ни на кого не похожим. Однако это всегда требует больших усилий и преодоления себя.

Слушая санитара, я смотрел на него как завороженный. Мне хотелось знать, что скрывается за темнокожим лицом с круглыми глазами и густыми бровями, какие тайны делают его особенным. Я ничего не узнал о нем, зато он открыл нам глаза на очень важную вещь: благодаря нашим культям, шрамам, гематомам и безволосой коже мы становимся иными; и нечего их прятать, нужно с гордостью носить эти знаки отличия.

Санитар добился своего: я никогда не стеснялся демонстрировать свои физические недостатки. А еще он сумел убедить нас относиться к своим секретам, к самому сокровенному, о чем труднее всего говорить с другими людьми, как к свидетельству и подтверждению нашей неповторимости.

Я помнил его науку и после выписки из больницы. Когда у меня появлялся очередной секрет, приберегал его на потом, до наступления подходящего момента, чтобы поделиться с кем-нибудь и стать особенным. То, что старательно скрываешь, больше всего говорит о тебе.

Итак, вот формула:


1. Разберись со своими секретами.

2. Дождись, когда созреешь, и извлеки их на белый свет. Хранить тайны приятно, но открывать их окружающим – еще больший кайф.

3. Когда окружающие узнают твою тайну, ты становишься особенным. Одно дело, если она известна лишь тебе, и совсем другое – если многим. Все, что ты старательно скрываешь, больше всего говорит о тебе.

Открытие девятое

Округли губы и дуй

Дуть не надо только на днях рождения.

Загадай желание и дуй.

Это слова матери моего друга Антонио, волосатика, который покинул нас в тринадцать лет, не переставая дуть

Пока я находился в больнице, мне вкололи тысячу инъекций – без преувеличения! Мои вены огрубевшие, почерствевшие, потаенные. Меня восхищает их способность прятаться в катакомбах организма, подальше от поверхности кожи, прочь от уколов. Какие же умницы эти вены!

Я всегда дул на место укола, испытывая боль и когда перестал ее чувствовать. Подуешь и знаешь, что все будет хорошо. В этом действии есть некое волшебство: так мне всегда казалось.

Помню, мать Антонио (забавного волосатика, который часто меня смешил) говорила нам, что надо подуть на больное место и загадать желание. А еще, что люди привыкли дуть на праздничные свечи в день рождения, ошибочно полагая, что именно в этот день могут исполниться их желания. Они не подозревают, что способностью исполнять желания обладают сами «дуньки». Замечательная женщина! Всегда рассказывала нам поучительные истории с наглядными примерами. От нее, кроме многого другого, мы узнали о сверхъестественной силе «дунек».

В качестве примера она поведала, как заживали царапины и ссадины у детей, которые падали с велосипедов, стоило их матерям подуть на ушибы и чуть-чуть прижать ватку с перекисью водорода. Но главное – подуть, и все пройдет.

Я верил этим рассказам и, когда мне делали укол, не забывал сначала загадать желание, а затем подуть. И после всегда улыбался. Я чувствовал себя счастливчиком. Кто еще может похвастать таким изобилием желаний! Должен заметить, многие из них осуществились.

Сейчас, живя нормальной жизнью, я не перестаю дуть. Делаю это регулярно, три-четыре раза в неделю, и без особой причины, когда захочу. Как говорила мама Антонио, «дуньки» накапливаются внутри, их надо выпускать, выдувать из себя.

Так что дуй, не колеблясь! Хотя бы раз в неделю, но не меньше. И не забывай загадывать желание.

По-моему, многие мои желания исполнились именно потому, что я часто дул во время лечения. А еще я думаю, что наш организм обладает сверхъестественным оружием против любых неудач и невезения, но в повседневности мы не замечаем, как оно действует.


Итак, помни:


1. Округлить губы в виде буквы «о».

2. Загадать желание, и такое, чтобы этого действительно хотелось. Желания должны быть искренними, а не какими-нибудь!

3. И – дуй. Выдуй твой воздух. Не забывай: чем больше желание, тем сильнее должна быть «дунька». Лучше всего дуть, пока внутри ничего не останется. Ни одной лишней «дуньки».


Долгожители наверняка часто дули. Именно благодаря вдохам и выдохам, воздухообмену можно прожить сто лет и больше.

Антонио умер не переставая дуть. Не знаю, какое желание он загадал, но его мать сказала мне, что оно, несомненно, исполнилось. Я тоже так думаю. Делаю губы в кружочек и дую, загадываю очередное желание…

Открытие десятое

Не бойся быть тем, кем ты стал

Альберт, доверяй своему прошлому «я».

Уважай свое прежнее «я».

Один из самых мудрых лечивших меня врачей произнес эту фразу, когда объяснял мне, как будет проходить операция

Мой врач часто говорил, что старается делать для меня только лучшее, но у него не всегда получается. Бывает, то, что кажется лучшим, дает иные результаты: слишком сложно предвидеть реакцию организма на новое лекарство, выбранный курс лечения или хирургическую операцию. Но врач просил, чтобы я ему верил, и объяснял, что тот или иной метод лечения выбирает потому, что его прошлое «я» в тот момент не сомневалось в правильности решения. «Твое прошлое „я“ есть ты сам, моложе на несколько лет, месяцев или дней, – говорил он. – Уважай свое прежнее „я“».

Мудрая мысль, но в ту минуту, перед операцией, мне было трудно оценить ее по достоинству: беспокоило лишь то, чтобы его тогдашнее «я» ненароком что-нибудь не перепутало.

Я по-настоящему задумался над словами хирурга, когда выписался из больницы. И понял, что новое открытие применимо не только в медицине, но и в обычной жизни. Мы привыкли считать, что в прошлом принимали неверные решения, будто стали мудрее и сообразительнее, чем прежде; давешнее «я» не сумело хорошенько взвесить все «за» и «против».

Благодаря наставлениям врача я проникся доверием к своему прошлому «я». Кажется, оно даже умнее моего будущего «я». И если мне случается принять неправильное решение, я не злюсь, а говорю себе, мол, ты сам его принял, предварительно все рассчитав и осмыслив (я действительно стараюсь обдуманно совершать все свои поступки).

Да, не стоит расстраиваться из-за ошибочного решения. Ты должен верить в свое прошлое «я». Например, твое пятнадцатилетнее «я» могло взяться за изучение не того предмета в школе, твое «я» двадцати трех лет напрасно отправилось в поездку, а двадцатисемилетнему «я» не следовало соглашаться на ту работу. Однако все эти решения принимал ты сам и, конечно, подумал, прежде чем поступить так, а не иначе. Почему теперь считаешь себя вправе корить давнишнее «я» за ошибку? Принимай себя таким, какой ты есть, и не бойся быть тем, кем ты стал в результате своих решений.

На ошибках учатся, а значит, даже неправильные решения в перспективе принесут пользу. Согласись с этим – и будешь жить в согласии со всем миром, а главное – с собой.

Мой врач тоже ошибался три или четыре раза, но я ни разу не попрекнул его. Знал, что причиной ошибок была не нехватка профессионализма и опыта. Помни: не ошибается тот, кто не рискует. Пусть результат заботит тебя меньше всего.

Если бы можно было устроить встречу твоих «я» восьми, пятнадцати и тридцати лет, они наверняка разошлись бы во мнениях относительно всего на свете; каждый стал бы доказывать обоснованность решений, принятых в свое время. А мне доставляет истинное удовольствие доверять моему молодому «я», жить с тем, что получилось в результате принятых им решений.

У меня на боку огромный шрам после операции на печени, в которой не было надобности. Однако мой врач решил, что у меня там рак и, если не прооперировать, я умру. Теперь я горжусь этим шрамом; разглядывая его, испытываю целую гамму чувств. Все, что вызывает в вас бурю эмоций, – очень хорошо.

Итак:


1. Припомни все решения, которые имели к тебе отношение и, по твоему мнению, были неправильными.

2. Теперь вспомни того, кто принял эти решения. Если это был ты сам, постарайся вспомнить доводы, которыми руководствовался. И не считай себя сегодняшнего умнее своего тогдашнего «я».

3. Соглашайся и уживайся со своими решениями в прошлом.

4. Ты на 80 % состоишь из последствий принятых решений. Люби в себе то, что ты сам создал. Люби себя, потому что это то, чем ты стал.

5. Еще очень важно уметь признавать, что иногда ты ошибаешься. Эти 20 % неправильных решений тоже надо признать и жить с ними.


«Признать», толковал мне врач, является ключевым словом. Ты должен признать самого себя и то, какой ты есть: признать свою вину.

В больнице мы научились смиряться с тем, что можем ошибаться. Мой врач ошибался и всегда признавал свою вину. Мир стал бы лучше, если бы мы все признавали свои ошибки – что напортачили и нам далеко до совершенства. Многие придумывают оправдания своим огрехам и ищут виноватого, чтобы сбросить с себя ответственность. Они не понимают: признавая собственную вину, делаешь себе добро. Полезно знать, что принял неверное решение, и признавать это.

Я не отказался бы от удовольствия присутствовать на судебном заседании, где ответчик признает свою вину, или видеть, как остановленный полицейским нарушитель правил уличного движения соглашается, что превысил скорость.

Важно научиться признавать ошибки, чтобы понять их причины и не повторять. Наверное, многие боятся наказания, которое может последовать, но это должно заботить меньше всего. Что действительно имеет значение – отсутствие в нашем списке ошибочных пунктов.

Открытие одиннадцатое

Найди то, за чем тебе нравится наблюдать, и смотри на это

У-а-а-у-у!

Такое восклицание вырвалось у Марка, самого маленького волосатика, когда он увидел серебристую тачку на больничной автостоянке

Был у нас пятилетний пацаненок, которого положили в клинику с диагнозом «рак большой берцовой кости». Иногда он выходил вместе с нами на солнечную сторону – так называлось место с краю автомобильной парковки, оборудованное под детскую площадку. Там стоял щит с баскетбольным кольцом и всегда палило солнце.

Получить пропуск на солнечную сторону было непросто. Главное условие – образцовое поведение. Обычно нас выпускали туда с пяти до семи часов вечера. Для меня это было настоящим счастьем: сразу поднималось настроение, будто я оказывался, скажем, в Нью-Йорке – настолько все было иначе, чем в больнице. Мы нежились на солнце, загорали.

Марк, бывало, увязывался за нами, но никогда не валялся на солнышке. Вместо этого он бродил по автостоянке и пялился на приезжавшие тачки. Если водителю удавалось ловко припарковаться, Марк от восхищения чуть с ума не сходил, восторженно таращил глаза, смеялся и что есть сил хлопал в ладоши. Если же процесс парковки затягивался, и водитель долго не мог заехать на свободное место, он приходил в ярость. Один раз со злости даже пнул какую-то машину.

Это было настолько захватывающее представление, что мы забывали про загар и наблюдали за Марком. Откуда у малыша такая страсть к автомобилям? Он вообще был загадкой – впечатлительный, не по годам умный, внимательный. Наверное, его привлекали не сами машины, а их движения и плавные развороты, элегантность: возбуждали формы и энергетика виражей, эффектные парковки.

Через несколько месяцев у Марка обнаружили метастазы в обоих легких. В тот день он вышел вместе с нами на солнечную сторону. У него не было пропуска, и мы провели его по поддельному, который раздобыли у приятеля.

Я не сомневался, что Марк опять будет два битых часа с удовольствием наблюдать, как паркуются машины. Мы присоединились к нему. На обратном пути в больницу я спросил малыша: «Марк, почему тебе нравится смотреть на машины?» Он взглянул на меня и ответил: «А почему вам нравится смотреть на солнце?» Я начал говорить, что мы не смотрим на солнце, и что оно нам… мы загораем… что это приятно… что… По правде, я не знал, почему мы смотрим на солнце.

«Не суди», – такой урок мне преподал в тот день маленький Марк. Он любовался машинами, я – солнцем. При этом я неподвижно лежал, а он всей душой переживал то, что видел. Выходит, созерцание паркующихся автомобилей давало ему не меньше, чем загар, здоровье и радость, которые я получал, лежа на солнце. Важно не то, на что ты смотришь, а то, что передается тебе во время наблюдения.

В тот день меня душил гнев, а ночью я горько плакал – от несправедливости и жалости к мальчишке, обреченному на смерть через несколько месяцев. Ему, не по возрасту мудрому, следовало жить, взрослеть, управлять государством, спасать человечество. Было в его мировосприятии что-то непостижимое. Не знаю, как дальше сложилась судьба Марка, но верю: где бы он ни находился, наверняка по-прежнему за чем-то наблюдает и делает это очень эмоционально.

С тех пор я никогда никого не сужу, но получаю удовольствие, наблюдая за чужими страстями. У меня есть друзья, готовые бесконечно долго слушать пение птиц, часами созерцать голые стены или надолго – уткнуться в мобильник.

Найди то, за чем тебе нравится наблюдать, и смотри на это.

Открытие двенадцатое

Считай начиная с шести

Совершенствуй свой мозг.

Фраза, которую произнес врач-невролог в голубой пижаме в очереди на томографию

Мне три раза делали томографию головного мозга. Во время обследования надо лежать совершенно неподвижно. Стараюсь не думать ни о чем личном – вдруг аппарат распечатает мои мысли. Конечно, я знаю, что томографы ничего не печатают, но есть ощущение, что они все регистрируют. Поэтому ни о чем не думаю.

Это было лето чемпионата мира по футболу, на котором прославился Линекер. Я уже три часа сидел в коридоре больницы, дожидаясь своей очереди на томографию, и переживал по единственному поводу, что не увижу трансляцию полуфинального матча. Пока прохожу обследование, Линекер, конечно, забьет все свои голы под восторженные крики болельщиков.

Рядом сидел мужичок и поглядывал на меня своими маленькими глазками. На нем была такая же голубая пижама, как у меня. Мы разговорились: «Долго как… Вы на томографию?» Ничего не значащие слова, которыми обмениваются люди в очереди.

Мы пересели поближе друг к другу. Нас обоих привезли на томографию из разных больниц. Мужчина сказал, что он по профессии невролог. Разговор зашел о мозге и пресловутых десяти процентах, которыми пользуются люди. Меня это всегда беспокоило: хочется, чтобы наши потомки научились использовать свой мозг хотя бы на 30–40 %. Неприятно сознавать, что человечество запомнит нас не как древних, живших на деревьях или в каменном веке, а как «десятипроцентных». Мы сами считаем себя сильно продвинутыми, но из XXX века на нас будут смотреть как мы сейчас смотрим на питекантропов.

Невролог сказал, что для повышения работоспособности мозга его надо совершенствовать.

А если ты произнес слова «совершенствовать мозг» в присутствии подростка пятнадцати лет, считай, полностью завладел его вниманием. Почему? Хотел бы я знать…

В качестве примера невролог предложил простую арифметическую задачку. Он показал мне четыре предмета – в нашем случае это были четыре журнала – и велел их посчитать. Я сказал, что журналов четыре. Он спросил: «Ты их считал?» Я ответил, что нет, потому что и так видно, сколько. У меня возникло сомнение в том, что мужичок – невролог: он больше походил на пациента с восьмого этажа, где в нашей клинике располагалось психиатрическое отделение. Он показал мне пять журналов и снова попросил сосчитать. Вдруг я поймал себя на том, что и впрямь считаю. Мой мозг не мог определить точное количество журналов на взгляд. Мужчина улыбнулся, и его глазки еще больше сузились: «Ты ведь считаешь, так?» Потрясенный, я сидел и молча смотрел на него.

Невролог объяснил, что наши 10 % мозга начинают считать предметы, когда их больше четырех. Однако, если упражнять мозг, можно активизировать часть потенциала. Для начала надо натренировать его приступать к счету с семи предметов, потом – с восьми. Так мы заставим мозг расширять способности и задействовать одновременно бо€льшее число нейронов, будем совершенствоваться понемногу и перестанем быть такими праздными. В итоге мы даже не заметим, когда наш мозг принимается за работу.

Я хотел знать больше, и невролог привел другой пример. Когда видишь девять человек одновременно, возникает ощущение, что перед тобой толпа. Наш мозг не придает особого значения собранию из восьми человек, а вот девять для него уже серьезная тусовка. Отсюда еще один способ совершенствования – приучить мозг воспринимать как толпу пятнадцать или даже двадцать человек.

Это все равно, что в гаджете изменить начальные заводские настройки, вшитые в серийном производстве. Но можно ли проделать то же самое с мозгом? Невролог ответил, что, поскольку мы имеем дело с мозгом, ни о каких «заводских настройках» речь не идет, любые изменения возможны.

Меня вызвали на томографию. Я знал, что, когда выйду из кабинета, моего собеседника в коридоре не будет. В больнице так происходит постоянно: стоит отлучиться на минуту, и тот, с кем ты сблизился, исчезает из твоей жизни.

Я выкрикнул ему на прощание: «Обязательно добьюсь, чтобы мой мозг заработал на 15 или 20 процентов!» Он улыбнулся в ответ. И в тот же момент, за доли секунды до того, как за мной закрылась дверь в кабинет КАТ (компьютерной аксиальной томографии), я ощутил глубочайшую печаль, исходившую от этого человека; почувствовал ее с такой неимоверной силой, что меня пошатнуло. Без сомнения, мой новый знакомый излучал какие-то мощные волны.

Я забрался в чрево томографа и, как было велено, замер в неподвижности. В тот же день я начал совершенствовать мозг. С тех пор всякий раз, когда он по привычке соглашается с чем-то общепринятым, я начинаю спорить и в ходе диалога корректировать ответ, который, по серийным настройкам, является правильным.

Со временем до меня дошло, что тот человек излучал не печаль, а великое счастье. Это мой мозг в соответствии со старыми «настройками» принял его потерянный и задумчивый взгляд за выражение печали. На самом деле это было счастье, огромная радость знать, что пятнадцатилетний мальчишка проникся верой в то, чему он посвятил свою жизнь.

Есть ли польза от этого открытия в повседневной жизни? Оно приносит не просто пользу, а реальный практический результат – ты перестаешь слепо подчиняться стереотипам и принимать поспешные решения. Задумайся о том, что ты думаешь. Не соглашайся с собственным мнением. Ищи другой ответ.

Ты способен усовершенствовать свой мозг. Мне, в частности, удалось приучить свой определять без счета шесть предметов. «Подумаешь, достижение!» – скажешь ты. Что ж, если у тебя получится лучше, будешь гордиться этим результатом, как я горжусь собственным.

И никогда не принимай на веру то, что запрограммировано серийно. Подвергай все сомнению и переосмыслению, и твоя жизнь наладится.

Открытие тринадцатое

В поисках юга и севера

Если желания сбываются на севере, поворачивай на юг.

Утверждала медсестра реанимационного отделения, гладя меня по голове, пока я привыкал к ощущению, что у меня нет одного легкого

Это наставление не требует особых пояснений.

Постараюсь избежать лишних слов относительно того, что я считаю очевидным.

Где я услышал это? В реанимационном отделении. Я только что перенес операцию по удалению легкого, и таким образом у меня вдвое сократилась ОЕЛ (общая емкость легких). С тех пор я не раз задавался вопросом, как распорядились моим отрезанным легким.

Подошла медсестра и посмотрела на меня. Затем погладила мои волосы. Мне это очень понравилось. Под кислородной маской я попытался изобразить благодарность за ласку, но мышцы лица, онемевшие после анестезии, отказались повиноваться, и на моей физиономии, наверное, появилось страдальческое выражение.

Тут подошла другая медсестра и стала легонько гладить большой палец моей единственной ноги, одновременно разговаривая с коллегой. Клянусь, я ничего не выдумываю! Это было похоже на секс. Как здорово очнуться после операции по удалению легкого и испытать такой кайф!

Та, что помоложе, сказала старшей подруге: «Желания каждого человека находятся на севере. Когда они сбываются, надо идти на юг».

У меня аж дыхание перехватило, когда услышал ее слова. К счастью, я был подключен к дыхательному аппарату и не задохнулся от внезапного озарения.

Медсестры ушли, а я подумал: «Сколько мне еще идти на север и какое расстояние на юг нужно преодолеть, прежде чем исполнятся все мои желания?»

Выписавшись из больницы, я взялся за претворение в жизнь этого открытия. Если тебе повезет дожить до исполнения всех желаний, ты поймешь, что достиг своего севера. Мысленно я созерцаю северную оконечность своей жизни, ищу новое желание и говорю себе: «Теперь надо поворачивать на юг».

Да, я был накачан обезболивающим, и меня оглаживали две медсестры. Ты скажешь, данные обстоятельства не могли не способствовать тому, чтобы я поверил в истинность теории двух полюсов. Отвечаю: чем глубже проникаешься наставлением, тем последовательнее нужно его выполнять.

Юг и север. Не больше и не меньше. Иди на юг, поворачивай на север. Не останавливайся, постоянно двигайся от одного полюса к другому.

Открытие четырнадцатое

Послушай, как ты орешь

У моего отца нет машины, но по субботам мы ездим на штрафстоянку и кричим на охранника. Мы так развлекаемся.

Признание Хорди, необычного волосатика, у которого не выпали волосы от химиотерапии, – черной вороны в стае белых

Время от времени надо выпускать пар, иначе можно взорваться – таков закон жизни. Для этого вполне достаточно поорать: не на кого-то конкретного, а в никуда.

Один парень в больнице рассказывал, как он со своим отцом ездил на штрафную автостоянку. Там отец минут десять жаловался дежурному полицейскому: мол, у него несправедливо отбуксировали машину и заставляют ни за что платить 120 евро. При этом он орал и ругался что есть мочи. Накричавшись, оба отправлялись восвояси. На самом деле никакого эвакуатора не было и никто не забирал машину. Просто отец Хорди (так звали этого волосатика, у которого, как ни странно, на голове росли волосы) изобрел такой способ выпускать пар. Только место для крика выбрали неподходящее: бедный полицейский не заслуживал того, чтобы на нем вымещали накопившуюся злость. Я иногда думаю о судьбе полицейских или работников аэропортов, которые общаются с пассажирами, не получившими свой багаж. Где и как выпускают пар они? Каково это, каждый день идти на такую работу?

Мне кажется, отец Хорди перемудрил с выбором штрафстоянки. Выпускать пар можно гораздо проще. Мы в больнице иногда записывали свои вопли на магнитофон. Идея пришла в голову молодому врачу-практиканту, который дежурил у нас по субботам и был в том возрасте, когда горят желанием изменить мир. Теперь он заведующий отделением и, как большинство медиков, покрылся непробиваемым панцирем, сквозь который до него и всем миром не достучаться. Я же напомню ему о светлом прошлом: хорошо, когда есть кому восстановить в памяти твои добрые дела.

Практикант приносил в палату магнитофон, и мы по очереди выпускали пар, диктуя на пленку все, что выводило нас из себя. Иногда получался длинный список неприятностей. Ужасно, например, когда надеешься получить разрешение уехать домой на выходные, а в итоге тебя не отпускают. В нас пробуждалась защитная реакция на несправедливость, и все, что было против нас, действовало на нервы, мы, что есть мочи, орали в микрофон. Пока один волосатик выпускал пар, остальные молча наблюдали за ним.

Затем практикант проигрывал нам магнитофонную запись. Мы завороженно слушали собственные крики, яростные и бешеные, как вопли сумасшедшего. И вдруг все, что минуту назад казалось обидным и несправедливым, как и то, что ты исступленно отстаивал, превращалось в незначительную чепуху. Будто ярость утекала вместе с записью на пленке.

Крики ярости способны заглушить саму ярость и показать, как бессмысленны и отвратительны твои вопли и истерика.

Не лучше ли, чтобы никто, кроме тебя самого, не слышал твой крик? Когда станет невмоготу, попробуй накричаться в одиночестве: на душе сразу полегчает. Постепенно ты перестанешь повышать голос, раздражаться, и главное – кричать на окружающих. Тебе больше не придется краснеть из-за собственной несдержанности.

Открытие пятнадцатое

Онанируй позитивно

Ты такой, какой ты есть после мастурбации.

Сказал физиотерапевт, который не накачал себе квадрицепсы, зато был весельчаком, каких мало

Я убежденный сторонник мастурбации. Несколько лет назад я написал пьесу под названием «Клуб оттянутых членов». Причина моей особой приверженности мастурбации заключается в несправедливой критике в ее адрес. О ней всегда говорят с насмешкой, упоминают в анекдотах и непристойных шуточках, как о чем-то второсортном и не заслуживающем уважения.

Для меня мастурбация всегда была загадочным явлением – особенно то, что за ней стоит. Это может быть непонятная страсть, бьющая через край любовь или голое сексуальное влечение, иногда стыд или скрытые желания. Мастурбация может рассказать о человеке больше, чем любая анкета.

«Ты такой, какой ты есть после мастурбации». Я услышал эту фразу от физиотерапевта. По его словам, в результате мануальной эякуляции в течение следующих двух-трех минут наступает состояние полного очищения естества человека от наносного, и его «я» предстает в истинном виде.

Еще физиотерапевт говорил: «Дрочка – своего рода наружный суицид. Ты как бы убиваешь свою внешнюю оболочку». Это был очень высокий мужик, около двух метров десяти сантиметров роста, и он говорил о мастурбации так, как обсуждают футбол или кино, причем настолько увлеченно, что не захочешь, а прислушаешься. Увлеченность, страсть – вот что больше всего привлекает и восторгает меня в людях.

Именно этот физиотерапевт пробудил во мне интерес к мастурбации, который не ослаб со временем. Ведь дрочишь в любом состоянии: и когда тебе хорошо, и если хреново. Это константа жизненного процесса, способ концентрации и перераспределения внутренней энергии.

Физиотерапевт рьяно выступал в поддержку «позитивного онанизма» – целенаправленного и персонифицированного. По его убеждению, каждую отдельную мануальную эякуляцию следует посвящать кому-то, что принесет удачу объекту вожделения.

Мне кажется романтичной идея персонального посвящения акта мастурбации. Лично я многократно совершал такие ритуалы позитивного онанизма. При этом возникает ощущение собственного могущества и великодушия.

Так что не тушуйся: глаза боятся, а руки делают. Только обязательно думай о ком-нибудь. И пусть магия позитивного онанизма довершит начатое.

Открытие шестнадцатое

Трудность не в том, чтобы принять себя таким, какой ты есть, а в том, чтобы принять остальных

Одних тошнит, других – нет.

Великое изречение одной медсестры. Меня в тот день тошнило

На самом деле это не одно открытие, а целых два в одном.


1. Принимай себя таким, какой ты есть. Знаю, это нелегко. Блаженный Августин провозгласил: «Познай себя, прими себя, превозмоги себя». Наверное, он был большим оптимистом, полагая возможным осуществить три действия одновременно. Мне бы хоть познать себя – уже хорошо. Но это сложно. Иной раз не поймешь, нравится тебе что-то или нет и чего вообще хочешь.

Да, непросто, но возможно. Приложи усилия, пробуй раз и другой, пробуй снова, и мало-помалу начнет складываться фоторобот человека, которым ты являешься.


2. Познаешь себя, а там и полюбишь. Тогда наступит самый трудный этап – вторая часть открытия: познай окружающих людей и прими их такими, какие они есть.

Ты скажешь, что это известная христианская заповедь. Но речь идет о том, чтобы проявлять к окружающим такую же снисходительность, какой ты научился баловать себя. Принимай их такими, какие они есть или какими не стали, и люди могут попытаться принять тебя таким, какой ты есть или не есть.


3. Суть завершающего призыва блаженного Августина – не просто смириться с самим собой, но понять и принять остальных, что намного труднее. Это настоящее испытание. Иногда кажется, что, раз мы познали себя, конечная цель достигнута. Однако до финиша далеко, ох как далеко. С каждым днем круг знакомых расширяется, и нам приходится прилагать все больше усилий, чтобы понять их.


Данное открытие может показаться слишком заумным. Меня к нему подтолкнули слова одной из медсестер. У нас был пацан, которого почему-то перестало тошнить от химиотерапии: ему было неприятно, когда рядом кого-то выворачивает наизнанку. Он даже не пытался сочувствовать и проявлять терпение – ему хорошо, а остальные пусть мучаются. Тогда наша медсестра произнесла краеугольные слова: «Одних тошнит, других – нет», – которые стали очередным моим озарением.

Под ее влиянием пацан решил поделиться с нами своими секретными приемами. Один из них заключался в потреблении кока-колы, которая, по его наблюдениям, обладала великолепными противорвотными свойствами.

Расколоть того парня уже было великим достижением. Вдобавок он открыл мне глаза на то, что важно не только упорно двигаться к цели, а иногда уметь сойти с протоптанной дорожки и перешагнуть на соседнюю. И еще помнить, что к месту назначения ведут разные пути. И не надо никого осуждать и, тем более, пытаться давить. Любая тропа может вести в правильном направлении, лишь бы ее выбор был результатом осознанного решения.

Открытие семнадцатое

Сила противоположностей

Не от рака помрем, так от скуки.

Одна из наших любимых поговорок

Мы, пациенты четвертого этажа клиники, где я лечился постоянно, мечтали о том, чего у нас не было. Позже, когда я стал ездить с лекциями по другим клиникам, многие онкобольные жаловались мне, что им не хватает развлечений, их пребывание в больнице слишком скучное и однообразное.

У нас, волосатиков, была присказка: «Не от рака помрем, так от скуки». В самом деле, почему-то все считают, что жизнь в больнице останавливается, и там нет места развлечениям. Однако все наоборот: именно потому, что в больнице замедляется ритм существования, нужно компенсировать нехватку движения новой деятельностью.

В свое время телевизионное шоу «Марсианские хроники» относили к разряду телемусора. Полагаю, критикам не доводилось бродить по больничным коридорам, пустеющим во время его показа. Иначе они знали бы, что тысячи пациентов по всей Испании смеялись от души и получали большое удовольствие от «Марсианских хроник», благодаря им чувствовали прилив сил и жизненной энергии. Так люди заново приобщались к прежнему миру, который им пришлось покинуть.

Меня всегда огорчало отсутствие воображения у тех, кто занимается планировкой и оформлением больничных помещений. В очереди на химиотерапию поначалу вообще было нечем заняться. Позже в комнате ожидания подвесили телевизор, но так высоко, что разглядеть изображение могло разве что орлиное око.

А где шахматы, карты, настольные игры, телевизоры с 50-дюймовыми плазменными экранами, видеоигры, беспроводное подключение к Интернету? Да-да, я не шучу, все это должно находиться в распоряжении больных. Им необходимо поддерживать связь с миром, чтобы бороться с недугом.

Не все понимают, каким зарядом жизненной энергии могут поделиться больничные завсегдатаи. Я всегда высказывался за то, чтобы пациенты со стажем читали лекции сотоварищам: их знания и опыт способны поразить воображение. Люди, живущие в обычных условиях, ходят на лекции, а что говорить, когда лектор в такой же, как у тебя, голубой пижаме выступает прямо в палате.

Когда заболеваешь, начинается другая, вторая жизнь. От нее никуда не деться: каким бы тяжелым не было заболевание, ты живешь. Я успел пожить на воле, потом в больнице, а теперь опять за ее стенами, но моя больничная жизнь может когда-нибудь снова вернуться. Обе жизни имеют что-то общее, но между ними есть и различия. Их объединяет главное – ты продолжаешь жить. Пусть в больнице, но человек должен прожить детство, молодость, взрослый период.

Однако, чтобы жить, требуется место, где можно бегать и гулять. Как правило, больницы – довольно однообразные заведения, а жизни необходимо смешение противоположностей. Мне всегда казалось, что, если встречаются две противоположности, происходит волшебство. Недаром счастливые пары часто образуют люди, у которых очень мало общего.

Поэтому, чем больше противоположностей соединятся в одном месте, тем лучше. Вот некоторые из них, и я надеюсь, что они скоро воплотятся в реальность. В этом списке нет закономерной последовательности: я просто записал мысли, пришедшие мне в голову за годы жизни в больнице и вне ее.


1. Больница с бассейном олимпийского стандарта. Плавание пойдет на пользу очень многим больным. Как хорошо нырнуть в глубину и представить себя рыбой!

2. Кегельбан в аэропорту. Важно расслабиться перед полетом: покатать мячик еще и приятно. Аэропорт и спорт – сочетание полезного с приятным.

Начало положено, в некоторых аэропортах уже есть тренажерные залы. Сколько пользы они приносят!


3. Парикмахерская в кинотеатре и хорошая стрижка перед сеансом. Иду постричься, а заодно кино посмотреть. Пусть предложат побрить, сделать стильную прическу или массаж, эпиляцию. Вы на какой фильм идете? Рекомендую такую-то прическу.

4. Библиотека в лесу, компактные книжные собрания среди деревьев. Раз лес поставляет материал для печатания книг, пусть их часть там и останется. Водрузим несколько книжных шкафов и расставим на полках книги. Как здорово после восхождения на гору перевести дух за чтением хорошей литературы!

5. Бары в банках. Скажем, ты зашел получить кредит или снять со счета часть зарплаты, а к твоим услугам – еще и барная стойка. Почему банк должен быть серьезным заведением? Ведь в баре можно познакомиться с другими клиентами, расспросить, какие им платят проценты по вкладу, чего они ждут от жизни и своих инвестиций. Для многих визит в банк превратится в удовольствие: заскочу-ка я с утра в банк минут на десять – выпью чашечку кофе и съем чего-нибудь, решая, как поступить с моими сбережениями. На одном конце заказываешь салат из кальмара, на другом – двести тысяч евро. А ну, кто быстрее обслужит?

Открытие восемнадцатое

Отключись на двадцать минут

Не шевелись. Вдохни и задержи дыхание.

Из репертуара рентгеновского кабинета

В больничном словаре есть фразы, которые становятся навязчивыми. От них никуда не деться – они, типа, входят в моду. Например, на каждом углу повторяют какой-нибудь прикол из популярной телепередачи или кинофильма. То же происходит в больницах. Вашему вниманию предлагается один из больничных хитов.

«Не шевелись. Вдохни и задержи дыхание». Это слышишь всякий раз, когда делают томографию или рентген. От тебя требуется, прежде всего, не двигаться, замереть, чтобы изображение на снимке не смазалось. Пребывание в неподвижности может длиться от пятнадцати минут до часа с четвертью. Поэтому нужно запастись огромным терпением и постараться обратить это время себе на пользу, достичь состояния внутреннего умиротворения.

Ясное дело, если хочешь извлечь пользу из онкологического заболевания, ты должен научиться получать удовольствие от убитого времени, без которого при этой хвори не обойтись. Здесь начинается самое трудное, потому что надо затаиться и вообще ничего не делать, хотя хочется бегать, летать, играть, действовать.

Только ты сам можешь заставить себя это сделать. Неимоверно трудно утихомирить собственную плоть и жажду жизни. Ты один в кабинете – кому охота лишний раз облучаться? А я? Я, думаете, хочу? Я всегда мысленно задавал этот вопрос, когда остальные покидали помещение.

Но трудность не только в неподвижности: вдобавок нельзя произнести ни звука.

Однако и этим дело не заканчивалось: нужно не просто молчать, будто воды в рот набрал, а еще сдерживать дыхание. Итак, от меня требовались гробовое молчание, мертвая неподвижность и почти полная бездыханность.

Всякий раз, когда мне делали рентгенограмму, я, сам того не сознавая, искал, находил и ощущал мое внутреннее «я». Это было что-то вроде аутотренинга, нечто из области йоги, и в итоге мне становилось лучше: из рентгеновского кабинета я всегда выходил в приподнятом настроении.

Посему, излечившись, я продолжаю пользоваться этим методом и раз в месяц делаю себе «рентгенограмму». Конечно, в моем распоряжении нет рентгеновского аппарата, но он и не нужен для самостоятельного изучения собственного внутреннего мира.


1. Я ложусь в постель, предварительно закрыв двери и отключив мобильники, замираю.


2. Мысленно произношу популярную фразу из известного репертуара: «Не шевелись. Вдохни и задержи дыхание».

3. Лежу неподвижно двадцать минут. Гоню от себя все мысли, кроме той, что нельзя двигаться и надо дышать понемножку.

4. Когда завершается период полного бездействия, вдруг, как по волшебству, приходит решение старых проблем, оживают потухшие чувства и появляется вера (требующая практического подтверждения), что тебе по плечу преодолеть любые трудности.


Ты скажешь, это похоже на медитацию. Однако речь идет лишь о состоянии покоя. Все мы чувствовали бы себя лучше, если бы иногда ненадолго замирали: отключались минут на двадцать.

Открытие девятнадцатое

Ищи соседей по палате за пределами больницы

Ты мой брат, мой младший больничный братишка.

Говорил мой больничный брат Антонио-большой, автор-исполнитель

Мне повезло с соседями по палате. Я уже рассказывал о некоторых из них в других главах книги. Все они становились моими братьями на часы, дни, месяцы… Нет, они и сейчас мне братья, мои будущие амарильос.

Меня охватывал тихий восторг, когда после «увольнительной» дома я в своей обычной одежде входил в больничную палату, видел там незнакомца в голубой пижаме (в обществе верного родственника) и предвкушал, как через пару дней мы с ним станем очень близки.

Когда в первый раз ложишься в больницу, тебе оставляют место возле окна. Это неписаное правило: всем понятно, что тебя постоянно будет тянуть к окну, чтобы посмотреть на мир, который пришлось внезапно покинуть. Есть и другое правило, разрешающее новичку в первый день не надевать пижаму. На адаптацию дается двадцать четыре часа.

Тяжело расставаться с нормальной одеждой и укладываться в постель среди бела дня, хотя чувствуешь себя здоровым и бодрым. Поэтому обычно проходят еще почти двадцать четыре часа между переодеванием в пижаму и началом постельного режима.

В первые, самые трудные двое суток сосед по палате поддержит тебя добрым словом, ободряюще подмигнет. Может, просто расскажет о своей болезни, переживаниях и о том, что чувствует в этот момент. Личные ощущения составляют основу общения: встречая сочувствие, становишься вдвое сильнее, борясь с хворью.

Моего лучшего соседа по палате звали Антонио, и он был родом из Матаро. У него в ступне зияла огромная дырка размером чуть ли не с мячик для пинг-понга. Энергии Антонио хватило бы на всех, кого я знал прежде. Парень – чисто огонь, буря эмоций.

Ему было девятнадцать лет, мне четырнадцать. Он постоянно меня смешил. Благодаря Антонио я почти четыре дня не переодевался в пижаму: он убеждал врачей и медсестер, что ему приятно видеть меня в обычной одежде, будто у него посетитель, а положительные эмоции способствовали улучшению самочувствия.

У Антонио имелось маленькое пианино, на котором он наигрывал песенки, и музыкальная атмосфера здорово помогла мне в первые дни в больнице. Он играл, я пел. Вместе мы сочинили классные песни, из которых наибольшим успехом у больничной публики пользовался шлягер «Подари мне эти выходные». Второе место хит-парада занимала «Получи пропуск на солнечную сторону».

Антонио был потрясающей личностью, но, не сознавая того, угасал с каждым днем. И с каждым днем врачи все меньше удостаивали его внимания, зато увеличивалось число посетителей. Это однозначно свидетельствовало о том, что Антонио умирал. Так всегда: если друзья выстраиваются в очередь, чтобы навестить тебя, а врачи заглядывают все реже, поскольку не могут сказать ничего нового, знай – твои дни сочтены.

Антонио говорил со мной о любви и женщинах. Больше всего ему нравилось рассуждать о том, как встретить идеальную женщину или найти любовь всей жизни. За два дня до смерти он продолжал искать свою любовь и мечтать о ней. Мне кажется, именно жажда любви делала его особенным: его лицо светилось, когда он говорил об этом.

Антонио умер. Я не видел, как это произошло. Мы никогда не были свидетелями смерти соседей по больничной палате: перед самым концом их почти всегда забирали домой. Конечно, мы знали, что, раз сосед покидает больницу, значит, умрет, но прощались с живыми, и это оставляло в нас хорошее чувство.

Я унаследовал от Антонио пианино, которое, по его словам, когда-нибудь будет стоить миллионы. Пианино до сих пор у меня, и я продолжаю на нем играть. Кроме инструмента, Антонио поделился со мной своей силой. Я уговорил волосатиков отдать мне его жизнь целиком, и они согласились не распределять ее между остальными. Теперь весь Антонио живет во мне, и 90 процентов моей эмоциональности происходит от него.

У меня было двадцать соседей по больничной палате, девятнадцать из них классные ребята и только один неприятный тип (он жутко храпел, не желал разговаривать и занудно повторял: «Я тоже человек»). Девятнадцать оставили на мне отметины. Так что баланс самый положительный.

Я и сейчас стараюсь найти соседей по палате с наибольшим, как мне кажется, упорством. Ты можешь обрести своих. Ищи их где угодно – в лифте, на работе, в магазине, но не в больнице.

Именно соседи по палате чаще всего становятся амарильос (скоро мы поговорим о них подробно).

Примерно так нужно искать и находить себе соседей по палате:


1. Обрати внимание на незнакомого человека. Вернее, твое внимание притянется к нему, как магнитом.

2. Заговори с ним. Да, просто подойди и заговори о первом, что придет в голову. Нужно мягко, очень мягко нащупать возможность постепенного сближения.

3. Дай ему два дня форы. Людям всегда нужны два дня, чтобы преодолеть настороженность, переодеться в пижаму, довериться другому человеку, понять и принять его.

4. Радуйся новому соседу/соседке по палате.


Это только начало. Ты можешь встретить в своей жизни не только соседей, но и остальных: санитаров, врачей, медсестер, амарильос.

Я не предлагаю тебе знакомиться и завязывать дружбу с медиками за пределами больницы. Просто есть люди, которые могут воздействовать на тебя так, как врачи лечат организм от болезни.


1. Говоря здесь о врачах, я имею в виду тех, кто способен выслушать и оказать на тебя оздоровляющее влияние. Такие люди необходимы, они составляют структуры твоих амарильос и друзей. Важно отличать их, видеть непохожесть друг на друга и таким образом точно знать, что сможешь прибегнуть к помощи этих врачей-друзей-амарильос, когда станет плохо.

2. Медсестры (медбратья) – те, кто не бросит тебя в трудную минуту и поддержит, ничего не требуя взамен, в преодолении нескончаемых трудностей. Такие люди за спасибо сделают для тебя миллион добрых дел и в солнечный летний день попрутся за тобой к черту на кулички, вместо того чтобы валяться на пляже. Ты останешься в неоплатном долгу перед ними.

4. Санитары – люди пунктуальные, чаще случайные в твоей жизни; альтруисты, которые бросят спасательный круг в тот самый момент, когда ты начнешь тонуть. Они встречаются на шоссе, когда останавливаются, чтобы взять на буксир твою заглохшую машину, или возникают, когда у тебя сопрут бумажник со всей наличкой и кредитками, чтобы одолжить денег. Таких людей называют «добрая душа». Для меня они санитары.


Совсем скоро мы пространно и подробно поговорим об амарильос. Терпение, только терпение! А пока представим себя в больничной обстановке.

Открытие двадцатое

Хочешь разделить со мной БДГ-фазу?

По ночам ты обретаешь власть над течением жизни.

Нужно только понять, что конкретно ты хочешь изменить в жизни, и знать, что до рассвета еще далеко.

Откровение Кристиана (чей-то брат, чей – не помню)

Ночь – самый подходящий для амарильос период суток. Я люблю ночи за то, что они позволяют мне воплотить в жизнь почти все.

Ночи в больнице были великолепны. Такие безмолвные. Мы, волосатики, по ночам вырывались на свободу: садились в наши коляски и отправлялись на поиски приключений по нескончаемым коридорам шести больничных этажей.

У нас не было возможности прокатиться на байке или рвануть на дискотеку, зато на своих колясках мы добирались до самых удаленных уголков здания больницы и придумывали бесчисленные игры, развлечения. Днем каждый выбирал, куда поедет ночью. Моим любимым занятием было навещать других волосатиков – новорожденных в родильном отделении. Трудно описать ощущение, которое испытываешь, сюсюкая и заигрывая с малышом, когда тот смотрит на тебя, смеется в ответ и издает забавные звуки.

У них вся жизнь была впереди, а наша приближалась к концу.

Я всегда верил, что ночью совершается волшебство, исполняется любое желание. Сколько раз по ночам в больнице я ощущал себя могучим, способным преодолеть все страхи и изменить судьбу. Единственное, что недоступно ночному могуществу – победить сон, перешагнуть через утреннюю зарю в мир, где обитают успешные люди, умеющие реализовать свои замыслы, которым рассвет не помеха. Так говорил Кристиан, чей-то брат, чей – не помню. Иногда посетитель оставляет тебе больше, чем тому, к кому он приходил.

Я стараюсь приурочить принятие важных решений к наступлению поздней ночи, часам к трем-четырем. По-моему, это самое подходящее время для составления планов. Вроде бы спать пора, поэтому твое внутреннее «я» готово согласиться со всем, что ты думаешь, ободряет тебя и полностью поддерживает.

Сон лишает нас уверенности, которую мы испытываем во время ночного бдения. Сколько прекрасных мыслей не кажутся таковыми поутру, а принятые ночью решения теряют смысл. Наверное, сон способствует переходу нас из отчасти животного состояния в более человечное, и мы начинаем сомневаться. Хорошо ли это, я не знаю.

Лежа в больничной палате, я не раз принимал великие решения в бессонные часы, перед тем как уснуть. Я просыпался среди ночи, когда вся больница, включая медсестер, находилась во власти сна, и радовался ощущению, будто окружающее пространство принадлежит мне одному. Я начинал строить планы на будущее, мечтать и надеяться на многое.

Расставшись с клиникой, я продолжаю верить в волшебство ночи. Уверен, когда-нибудь изобретут средство, которое сделает сон ненужным, и тогда поздние ночные часы станут временем нового, неизвестного доселе застолья – БДГ-фазы (фазы быстрого сна).

Обед и ужин будут уступать БДГ-фазе в значимости для общения людей. Ты разделишь эту трапезу с избранными, теми, кто, как и ты, верит в могущество ночи. Наступит эпоха иных отношений, и я готовлюсь к этому.

Открытие двадцать первое

Впервые и навсегда

Самое ценное в нас – остатки.

Мы состоим из остатков.

Так утверждал наш учитель математики. Вместо формул он предпочитал вещать нам об остатках. Говорил, что математику мы все равно забудем, а от собственных остатков никуда не денемся

Он всегда начинал урок с фразы: «Нет ничего дороже хорошо сохранившегося остатка. Ведь это кусочек нашей жизни».

Я тоже верю в ценность остатков, вероятно, даже с большей убежденностью, чем наш математик (иногда ученик в чем-то превосходит учителя), потому что мне доводилось терять их. Остатки возникают, большей частью, в детстве и юношестве. Ими полна жизнь всех людей.

Когда я попал в больницу, у меня перестали появляться остатки. То есть не совсем – остатки были, но они видоизменились. Больничные остатки, как правило, не индивидуальные, а общие, одинаковые с соседями по палате.

Понятие «остатки» можно определить как то, что в один прекрасный день происходит с тобой впервые и оставляет отметину, поскольку становится частью тебя.

Вот три образца остатков, имеющих отношение к транспорту:


1. Наступит день, когда после школьных уроков ты в первый раз пойдешь домой с приятелем. Вы будете, не спеша, идти и болтать о том о сем. Мы все шли с кем-то на пару, а затем, в определенный момент, расставались. В этом есть признак вступления в сознательную, взрослую пору. Волшебное ощущение для ребенка семи-восьми лет и остаток на всю жизнь.

2. Годы спустя, ближе к шестнадцатилетнему возрасту, и по дороге домой возникает другой остаток. Тебе уже не хочется идти пешком, а тянет прокатиться на такси. Опять же в компании приятеля ты пытаешься поймать тачку, никто не останавливается, и вы пускаете крепкое словцо вслед удаляющимся машинам. Это еще один образчик взросления, ощущения наступившей зрелости и очередной остаток.

3. Наконец однажды (тебе уже девятнадцать) ты на своей машине отвозишь друга домой (наверное, того же, что в первых двух случаях). Доехав до места, вы за разговором засиживаетесь в машине допоздна. Опять возникает остаток.


Для меня большое удовольствие обнаруживать такие остатки. Как только наш математик разъяснил, что они представляют собой, я начал их коллекционировать. В годы непростого больничного существования мне становилось легче, когда я мысленно рассматривал свою коллекцию остатков. Они появляются в нас с такого раннего возраста, что в итоге вся жизнь строится на них. Ежегодно я воссоздаю в памяти два-три остатка, и мне становится хорошо от встречи с ощущениями прошлого.

Людям свойственно забывать, что они нынешние есть результат пережитого в детстве и юношестве, итог многих остатков. Мы запираем дверь в прошлое, вместо того чтобы распахнуть ее настежь.

В течение нескольких лет у меня были очень необычные остатки: мне впервые ампутировали ногу и удалили легкое. Однако и они стали частью моей коллекции.

Даже теперь в нас, взрослых, откладывается множество остатков, но мы не всегда это замечаем. Чтобы познать самих себя, иногда полезно заглядывать в свои остатки, изучать их и ни в коем случае не пытаться переиначить.

Моя жизнь состоит из остатков и запахов: они-то и делают меня таким, какой я есть.

Открытие двадцать второе

Как навсегда перестать злиться

Определи свою точку невозврата.

Призывал врач-рентгенолог с маленькими ушами и густыми бровищами, который завораживал нас своим голосом и байками

Больше всего ненавижу злиться, повышать голос, ругаться, и главное – быть неуправляемым в такие минуты.

В больнице мы иногда проклинали судьбу, порой дело доходило до истерик. Врач-рентгенолог, который, теряя бдительность, рассказывал анекдоты, научил нас избегать приступов бешенства и определять черту, которую нельзя переступать.

Он поведал нам о точке невозврата: пока ты ее не миновал, есть шанс сдержаться; достиг ее – ничто не поможет. Она реально существует, осязаемая и материальная. А раз мы ее ощущаем – можем опереться, чтобы взять себя в руки.

По просьбе рентгенолога мы взяли по листу бумаги и написали, кто что чувствует по мере приближения к точке невозврата. Получилась шкала нарастания злости. Как распределяются градусы на этой шкале? Что с тобой происходит, когда теряешь власть над собой, своим раздражением и гневом?


Вот список четырех стадий с обобщенным содержанием:


1. Замечаю, как меня раздражает то, что говорит другой человек.

2. Замечаю, что мое раздражение усиливается.

3. Я начал повышать голос. Замечаю, как прихожу в ярость. Перестаю держать себя в руках.

4. Я в точке невозврата.


Если ты проследишь свое состояние в четырех названных пунктах, заметишь, что непосредственно перед тем как достичь точки невозврата, и прежде, чем полностью потерять контроль над собой, поддаться приступу ярости, у тебя есть возможность не допустить этого. Еще ты заметишь, что, приблизившись к этой точке, вероятно, начнешь размахивать руками, или у тебя задрожит голос, либо начнешь оскорблять другого и ругаться. Это верные признаки того, что надо остановиться.

Как? Начни с того, что попроси друга, подругу или своего амарильос, чтобы он произнес заранее выбранное ключевое слово – как только в твоем поведении появятся указанные симптомы. Пусть скажет что-нибудь типа: «фисташка» или «Соединенные Штаты». Что угодно, лишь бы ты понял, что приближаешься к точке невозврата. Первое время будет трудно самостоятельно отслеживать наступление этого момента: слишком быстро все происходит – так стремительно, что почти невозможно разграничить переход от одного состояния к другому.

После того как услышишь пару раз ключевое слово, тебе станет проще самому следить за собой и вовремя разглядеть впереди точку невозврата. В этот момент ты обязан загасить вспышку ярости и спуститься по шкале на ступеньку вниз, где сможешь сдерживаться. Помни: все на свете управляемо, если не доводить до точки невозврата.

Я начал упражняться в практическом применении этого метода в больнице. Моим ключевым словом было слово «опухоль», потому что мне всегда хотелось придать ему положительное значение. И это сработало: мало-помалу я перестал раздражаться и обалдевал от того, как здорово у меня все получалось.

С возрастом точка невозврата меняет свое расположение. Прожитые годы и накопленный опыт делают нас более сдержанными и отдаляют критическую стадию на шкале злости. Поэтому важно не упускать ее из виду: надо ежегодно проводить корректировку, отслеживать точку невозврата и возводить перед ней непреодолимую стену.

Иногда невредно позлиться, но нельзя распаляться до точки невозврата.

Открытие двадцать третье

Хитроумный способ понять, любишь ли ты кого-то

Закрой глаза.

Призыв Игнасио, особенного среди особенных

Честно признаюсь, это открытие ошеломило меня своей простотой. На третьем этаже нашей больницы находились особенные пациенты – неудачно названные умственно отсталыми (мне всегда хотелось вычеркнуть эти два слова из словарей).

Я считаю таких людей особенными: хотя бы потому, что рядом с ними сам чувствуешь себя особенным. Благодаря невероятному простодушию им удается легко решать любые проблемы.

Меня приводила в восторг эта их способность – не слишком заморачиваясь, находить выход из разных ситуаций. Например, они изобрели способ понять, любишь ты кого-то или нет. Мне всегда казалось, что одна из бед нашего общества заключается в том, что люди живут вместе и не знают, любят ли друг друга. В результате возникают сомнения, душевные муки: любовь ли это, моя ли это половинка? Кажется, та мне нравится больше… Что делать?

Так вот, если сомневаешься, поступай как те особенные ребята. Они меня этому научили. Здесь нет ничего удивительного, никакого фокуса или хитрости, поражающей воображение.

Мы, волосатики, часто захаживали на третий этаж со своими проблемами. Трудно выбрать правильное решение из множества вариантов, а особенные умели это делать. Они словно пропускали через сито все имеющиеся сведения и отсеивали ненужные.

Они никогда не отказывали нам в совете. И вот что мы слышали: «Закрой глаза!» Для них это было подобно ритуальному действу. Закрывая глаза, ты как бы отгораживаешься от лишнего, перекрываешь канал поступления в твое сознание информации, которая отвлекает от главного.

Мы часто выполняли это упражнение с закрыванием глаз. А теперь я повторяю его еще чаще. Сколько новых открытий я совершил и важных решений принял зажмурившись! Самое поразительное, что с закрытыми глазами все видишь в ясном свете.

Двадцать три открытия, которые связывают два возраста – четырнадцати и двадцати четырех лет

Вот такие двадцать три открытия. Надеюсь, они будут полезны для тебя. Вероятно, с их помощью ты совершишь новые открытия. Хорошо бы, чтобы на их основе тебе удалось создать для себя целый мир – иной, мир амарильос.

Излечившись от рака, я использовал эти открытия, чтобы установить связь между двумя своими возрастами. Ты волен сделать то же самое либо соединить какие-то свои два этапа, переживания, или они просто пригодятся тебе в какой-то важный момент.

Мне исполнилось двадцать четыре года, когда я обдумал и стал осознанно применять на практике двадцать три открытия. В начале книги я упомянул, что на первых порах не мог поверить в свое окончательное выздоровление. Через пару дней после выписки из больницы у меня возникло ощущение потерянности и отсутствия опоры под ногами: я знал себя нынешнего, но не помнил себя прежнего.

Тогда я решил вернуться в детство, влезть в душу заболевшему раком четырнадцатилетнему подростку и установить связь между ним и мной двадцатичетырехлетним.

И случилось что-то невероятное, волшебное. Воспоминания пробуждались во мне, а вместе с ними – мои былые привязанности и желания: я будто трансплантировал их в молодого человека двадцати четырех лет. Я провел чудесный год, наводя мосты и организуя общение между двумя парнями, сосуществовавшими в одном теле. Это, несомненно, был самый потрясающий год в моей жизни: я услышал самого себя, понял и зауважал. За двенадцать месяцев я выучил уроки Учителя Рака и воплотил их в реальность. Один из ребят – двадцати четырех лет – уже знал, как бороться с раком, а четырнадцатилетний, еще не ведая себя старшего, сумел-таки выжить в этой борьбе. Две воли и энергии, объединившись, создавали мощный жизненный потенциал.

Конечно, подросток вел себя не так, как взрослый парень, все знавший и желавший одного – чтобы младший чувствовал себя понятым и любимым. Мне становилось приятно, когда эти двое находили общий язык, и я видел, что, в сущности, их разделяет не слишком многое. На самом деле они, скорее всего, хотели одного и того же, но выражали это по-разному.

Мне нравилось, когда они начинали спорить. В такие минуты я замечал, что взрослею и как меняются мои жизненные цели. Это было здорово, потому что те двое в определенном смысле соединяли во мне разные устремления и непохожие искания. Споры, разногласия необходимы для того, чтобы выживать и продолжать существование.

Когда тот год закончился, я заключил с собой четырнадцатилетним договор, в соответствии с которым подросток получал пожизненное право голоса, а я обязался прислушиваться к его мнению. Кроме того, поскольку паренек не имел возможности стать тем, кем хотел, я позволил ему постоянно находиться во мне. С тех пор он меня не покидал: я продолжаю взрослеть и отсчитывать прожитые годы, но во мне живет четырнадцатилетний подросток, который дает советы и высказывает свое мнение.

Большинство людей легко забывают себя четырнадцатилетних. Мне кажется, им стоит мысленно вернуться и погрузиться в то время, разыскать себя и построить мостик для общения. Представьте, что вы плывете под водой, почти касаясь дна бассейна, потом через узкую трубу попадаете в другой бассейн, поменьше, где вам только четырнадцать лет. Говорите с собой четырнадцатилетним, обменивайтесь мнениями и захватите в большой бассейн все, что можно воссоздать.

Мы четырнадцатилетние способны сделать себя нынешних интересными и многогранными. Ведь в то время мы принимали очень важные решения, которые формировали наш характер. Но мы почему-то забываем об этом, твердим об ошибках юности и пытаемся переделать себя.

Мне кажется, что перестраивать себя нужно на собственной основе, на том, чем ты был в четырнадцать лет. Это создаст прочный фундамент для тебя нынешнего и того, кем ты хочешь стать. Пожалуй, еще одно открытие – двадцать четвертое. Что ж, пусть так.

Главное – верить в эти двадцать три открытия. Веришь – значит, творишь. А теперь выпустим на авансцену амарильос. Пора.

Про жизнь

Амарильос

По-вашему, инженер-стихоплет – это нормально?

Делу время, культуре час.

Будешь и дальше шляться с этой девкой – домой не приходи…

Это – про жизнь.

Габриэль Селайя

Наконец-то мы добрались до самой желанной части моего повествования, темы, трогающей до глубины души. Мне доставляет невероятное удовольствие поговорить с тобой об амарильос.

К твоему сведению, сейчас 1 час 41 минута августовской ночи (когда я перепишу эту главу, будет 11 часов 08 минут утра в октябре). Я недаром уточняю, в какой день и час (самое начало четверга) написано то, что ты читаешь (отредактировано ближе к полудню во вторник). Обычно в книгах даже намека нет на то, в котором часу писал автор, где он при этом находился, какая была погода. А ведь благодаря этому, по-моему, возникает ощущение правдивости написанного.

Несколько месяцев назад мне выпала счастливая возможность познакомиться с Брюсом Брютоном – композитором, автором известных саундтреков к фильмам «Юный Шерлок Холмс» и «Силверадо», и задать ему интересующие меня вопросы. В частности, мы говорили о том, какие факторы могут повлиять на творческий процесс: близкий человек, место и время работы, температура окружающей среды. По словам моего собеседника, наибольшее влияние на создаваемое произведение оказывает то, как ты воспринимаешь и преобразуешь увиденное. Имеет значение даже скорость, с какой ты создаешь образ. Для меня было истинным удовольствием слушать человека, переполненного творческой энергией (хотя он признался, что работа спорится, когда рядом никого нет, ему тепло и удается максимально сосредоточиться).

Однако вернемся к амарильос. Это колоритное слово, кроме того, что обозначает данную часть книги, является ее названием и придает своеобразие, а также представляет собой наиболее ценный урок из тех, что преподал мне Учитель Рак. Всегда учишься чему-то, опережающему остальную науку на три шага или на все три километра; обязательно найдется Мигель Индурайн, Арне Борг или другой чемпион, чтобы в очередной раз побить мировой рекорд и оставить позади всех участников соревнований. Учитывая, что я, как тебе уже известно, люблю списки, один из уроков должен намного опережать остальные по своей значимости.

Эта глава длинная, и, чтобы не уходить от сути, постараюсь не растекаться мыслью по древу. Мне хочется, чтобы ты многое извлек для себя, прочитав эту книгу, и, в первую очередь, постиг, кто такие амарильос (напомню, в переводе с испанского это значит «желтые»).

Мечтаю, чтобы, прочитав мою книгу, множество людей начали пользоваться этим словом и отправились на поиски своих амарильос. Есть иностранные термины, которые входят в международное употребление и могут означать что-то нехорошее, как, например, цунами, или, наоборот, полезные – Интернет; иногда какое-нибудь современное модное явление – скажем метросексуал. Я не пытаюсь ввести в обиход новое словцо, но считаю необходимым найти ясное и понятное всем определение нового понятия. Любое понятие и концепция должны иметь словесное описание, как человек – имя.

В больнице я не раз слышал от одного мужчины: «Твоя жизнь начинается с того, что тебе дают имя. Как можно жить без имени!» А я смотрел на него непонимающим взглядом и улыбался. Такое случалось со мной неоднократно: мне было пятнадцать или шестнадцать лет, а большинство пациентов давно успели разменять шестой или седьмой десяток. Они разговаривали со мной как со взрослым, давали взрослые советы и видели во мне взрослого человека. Да, взрослые смотрят на все по-своему. Мне хватило ума все записывать, словно я предчувствовал, что услышанное пригодится и станет понятно спустя годы.

Я испытываю радость, когда моя голова справляется с пониманием незнакомого слова, чужого языка, необъяснимого чувства. Наш мозг можно сравнить с электронным замком отсроченного действия: его нужно долго программировать, чтобы он не сразу, но открывался и впускал то, что хранил в ожидании за запертой дверью. Для этого достаточно ввести правильный пароль. Вот и я надеюсь подобрать правильные слова, чтобы объяснить, кто такие амарильос.

Со многими своими амарильос я познакомился во время лечения. Но тогда я принимал их за друзей, родственные души, бескорыстных помощников, ангелов-хранителей – за кого угодно, только не амарильос. До моего сознания не доходило, почему незнакомый человек, пару минут назад не имевший ко мне никакого отношения, вдруг становился частью моего мира, понимал меня, как никто другой, и в его присутствии я не чувствовал себя беспомощным, неприкаянным. Вот черновое определение амарильос, которое получилось у меня невольно.

Обычно так происходило с соседями по палате: они сразу становились моими амарильос. Наши бесконечные ночные разговоры продолжались до утра. Мы были друг для друга как названые братья. Да, именно братья. Нас так и называли в шутку – «больничные братья» или «братья со сроком годности». Сила нашей привязанности не уступала братской, а дружба была невероятно близкой.

Однако с годами я начал осознавать, что слова «брат», «друг», «больше чем знакомый» не отражают сути.

Помню, несколько волосатиков рассуждали о соседях по больничной палате. Кто-то называл своего «ангелом», другой ограничивался определением «друг». Вдруг я и еще один волосатик выпалили одновременно, будто сговорились: «Они – амарильос». Не знаю, как это произошло, но мы оба почувствовали, что это самое подходящее слово. Я верю в случай и судьбу, но считаю, что случай играет в жизни человека бо€льшую роль, чем судьба. Не знаю, случайно или по велению судьбы, но «амарильос» – на мой взгляд, единственное слово, точно передающее суть отношений, в частности, между соседями по больничной палате.

Мне непонятно, почему понятие «дружба» со временем не меняет своего содержания. В литературе, посвященной средневековому периоду, эпохе Возрождения, началу XX века, неизменно говорится о дружбе. При этом друг так и остается другом. На каждом отрезке истории человечества дружеские отношения понимались почти одинаково. Зато супружеские и семейные связи претерпели серьезные изменения. Брак и семья в Средние века и в наше время совсем не похожи: взаимоотношения супругов, их поведение – изменилось все.

Я вижу в этом недостаток современного общества. В эпоху продвинутых технологий понятие дружбы, ее значение в жизни человека не могут оставаться прежними. Теперь у нас нет возможности запросто встречаться с приятелями, как раньше. Каждый год мы по разным причинам теряем старых друзей: переехал жить за границу, перешел на другую работу, нет времени ходить по гостям, общаемся только через мессенджер, судьба разбросала одноклассников или сокурсников.

Потерять друга – значит перестать видеться с ним. Друзья – прежде всего, те, с кем мы встречаемся, причем часто. Можно ли иметь друга, с которым никогда не видишься и не проводишь время? Это, по определению, невозможно.

Например, мы, друзья-волосатики, в больнице постоянно тусовались вместе: для нас это было золотое правило. Мы заботились друг о друге и оказывали взаимную поддержку, а когда выписывались из больницы, по негласной договоренности никогда не встречались. Нет, мы не вычеркивали из памяти бывших соседей по палате. Наоборот, в душе они всегда были с нами. Просто исчезала необходимость видеться с ними. Нас объединяло иное.

Я долго не понимал этого, но именно волосатики стали моими первыми амарильос. Однажды меня озарило. Есть друзья – амигос, для приятельских отношений; есть любимые – аморес, для любви и секса; и есть амарильос (желтые).

Недаром и неслучайно три этих испанских слова начинаются с буквосочетания «ам». Я не сомневаюсь, что оно имеет определенное и вполне реальное значение. Если, казалось бы, случайные совпадения бросаются в глаза, это происходит, чтобы обратить наше внимание на какое-то явление.

Наверное, ты спросишь, не хочу ли я сказать, что амарильос представляют собой замену друзьям. И я отвечу – нет. Друзья в обычном понимании, амигос, продолжают существовать: они есть у каждого. Амарильос – новая категория более высокого уровня человеческих отношений.

Они тоже есть у всех людей, но до сих пор не имели названия. Я точно знаю, что амарильос были всегда, только их примешивали до кучи к амигос. Изредка какого-нибудь амарильос принимали за аморес. Амарильос же располагаются между друзьями и любимыми, поэтому иногда их легко перепутать.

Прежде чем продолжить, дадим определение амарильос, основанное на вышесказанном.


Кто такие амарильос (определение): люди, занимающие особое место в твоей жизни. Амарильос занимают промежуточное положение между друзьями (амигос), с одной стороны, и любимыми (аморес), с другой. Необязательно часто видеться или поддерживать постоянный контакт со своими амарильос.


Как отличить амарильос от амигос? Есть ли способ распознать, кто тебе друг, а кто – амарильос? Да, такой способ существует. Но для начала надо поупражняться немного в познании собственной личности. Амарильос по сути – отражение тебя самого и части твоих недостатков. Поэтому, зная своих амарильос, ты взлетаешь по жизни на качественно новый уровень.

Проиллюстрирую понятие «амарильос». Представь, что ты в аэропорту, причем чужого города, и твой рейс задерживается часа на два-три. Ты никого не знаешь, но с кем-то – с парнем или девушкой – неожиданно завязывается разговор. Поначалу кажется, что вы обмениваетесь ничего не значащими фразами, обычными при случайном знакомстве, но мало-помалу ты начинаешь чувствовать, что между вами устанавливается некая связь. Я говорю не о влюбленности или половом влечении, а об ощущении, что ты повстречал человека (незнакомого!), с которым без стеснения можешь поделиться сокровенным: он понимает тебя и отвечает искренним сочувствием, желает помочь.

Объявляют посадку на твой рейс, вы расстаетесь (в лучшем случае, обмениваетесь номерами мобильников или адресами мейлов), чтобы никогда друг друга не увидеть. Может, черканете как-нибудь письмецо или отправите сообщение, но необязательно.

В общепринятом понимании этот человек не стал вашим другом – дружеские отношения формируются годами. Но этот случайный знакомый дал вам, вероятно, больше, чем иной друг за шесть-семь лет знакомства. По накалу чувств и открытости короткая встреча превзошла все душевные порывы за все годы дружеских контактов. Кроме того, известно: чтобы сохранить дружбу, надо регулярно видеться. А тут незнакомец, не прилагая никаких усилий, оставляет отметину в твоей душе и мимоходом что-то лечит, хотя ты его больше не увидишь.

Как правило, в подобных ситуациях расставание порождает грусть и ощущение потери – не приобретения: встречаешь хорошего человека и тут же прощаешься с ним, причем навсегда. На самом деле ты обрел своего амарильос, одного из 23-х, предназначенных тебе по жизни.

Получается, скажешь ты, что амарильос – это незнакомые люди, которые меня понимают? Не совсем. Амарильос могут обнаружиться среди твоих знакомых и друзей, которые однажды поднимутся до «желтого» уровня. Совсем не обязательно, чтобы они изначально были тебе незнакомы. Просто это кто-то особенный, с кем ты чувствуешь себя по-особенному.

Что немаловажно, тебе не надо ежедневно названивать своему амарильос и ждать годы, пока созреет и окрепнет ваша дружба, планировать регулярные встречи (чтобы стать амарильос, достаточно одной). Поэтому нельзя исключать, что среди окружающих людей, которых ты и редко видишь, и не считаешь своими друзьями, есть амарильос.

Слово «амарильос» является определением для тех, кто оказывает более-менее существенное влияние на твою жизнь и с кем ты можешь или не можешь встретиться раз-другой. Пожалуй, по смыслу оно ближе всего к известному выражению «лучший друг», если придать ему новое значение.

Имей в виду: амарильос не всегда появляются в результате стечения обстоятельств. В том же аэропорту ты можешь осознанно разглядеть амарильос (есть определенные признаки) и завести с ним разговор, чтобы убедиться в своей догадке (или ошибке), эффективности работы внутреннего детектора. Так или иначе, ты не пройдешь мимо амарильос не заметив его, и встреча с ним – не простая случайность.

У тебя не возникало ощущение, что кто-то на улице вдруг притягивает твой взгляд? Речь не о красивой внешности или сексуальной привлекательности – тебе хочется заговорить с этим человеком, сказать ему что-нибудь. Появляется чувство, не связанное с любовным или половым влечением; к дружбе оно тоже не имеет отношения (дружба требует времени и совместной деятельности, вроде работы или хобби). Остается одно – тебе повезло увидеть своего амарильос, выпала удача пересечься с одним из предназначенных тебе «желтых».

Я хочу, чтобы через какое-нибудь количество месяцев после публикации этой книги незнакомец остановил меня на улице (или я остановлю тебя) и сказал: «Хочешь быть моим амарильос?» Было бы круто так войти в чью-то жизнь. Поскольку одна из отличительных (но не обязательных) черт амарильос – незнание друг друга, такая встреча была бы идеальной.

Однако не будем забегать вперед. Тебе еще предстоит узнать, как встретить амарильос и распознать их, а также изучить способы (не правила) поведения с ними.

Нам хорошо известно, как люди обращаются с друзьями, супругами или любимыми (хотя на деле существует тысяча и одна разновидность таких отношений). Я хочу рассказать о моем опыте общения с амарильос; предложу теорию, структуру и список, а ты, взяв их за основу, сам определишь, какая форма поведения с амарильос тебя устраивает.

Откуда взялся список? Источник прежний – десятилетний больничный период моей жизни. Как я уже говорил, в больнице кандидатов в амарильос было предостаточно. Видимо, экстремальные условия существования и долгие часы, проведенные с соседями по палате в течение некоторого периода времени, способствовали формированию амарильос.

Этот список родился из самой жизни – из того, что мы делали вместе, не задумываясь и неосознанно. Вообще, многое тогда происходило как бы само по себе. Один мой друг по имени Эдер написал рассказ о том, что человек может смотреть незащищенными глазами на солнце не больше трех секунд. Зная это, никто не пытается проделать такой эксперимент на практике. И ведь никто не говорил нам про три секунды – это знание заключено в нас самих. Оттого мы и не глядим на солнце. Любопытно получается: солнце постоянно находится над нашей головой, наблюдает за нами, лаская теплом, а мы не можем глаз на него поднять. Солнце для нас – настоящий Эль-Гран-Амарильос (Великий Желтый). Мы ощущаем его присутствие, замечаем и знаем, что оно с нами, но не должны смотреть на него слишком долго.

Похожие вещи происходили в больнице. Помню, всякий раз, когда меня отпускали домой после долгого курса лечения, я прощался с очередным амарильос не испытывая грусти. Я знал: он остается в больнице, поскольку именно это место предназначено ему на то время. А мне пора отправляться домой, я должен находиться там. Бывало и наоборот: они покидали больницу, я оставался. Но у меня никогда не возникало чувства разлуки или потери. Зато согревала память о том, как эти волосатики, соседи по палате, заботились обо мне и слушали меня, поддерживали и помогали расти. И главное – обнимали меня.

Таким образом, мы заговорили еще об одной черте амарильос, которая, пожалуй, больше всего отличает их от амигос, – о потребности осязать, прикасаться, ласкать. Неудивительно, что обычно друзья мало касаются друг друга: это свидетельствует об отсутствии эволюции в содержании понятия «дружба». На протяжении многих лет двое часто не могут пре-одолеть десять сантиметров дистанции, заключить друг друга в долгие объятия и увидеть, как амигос засыпает или пробуждается. А ведь чье-то присутствие при пробуждении человека – любого! – после сна и в случае возрождения создает у обоих такое ощущение взаимной близости, какого не достичь в результате тысячи – нет, ста тысяч задушевных бесед.

Мы, волосатики, часто наблюдали, как просыпается сосед по больничной палате, – наши кровати стояли рядом: другие видели, как просыпаюсь я, а я видел, как просыпаются они. Однако совсем не обязательно дожидаться многодневной экскурсии, путешествия за границу или направления в больницу, чтобы увидеть, как кто-то рядом засыпает и пробуждается. Обстоятельства могут быть разные. Важно понять, что амарильос значит больше, чем амигос: когда просто дружат, не испытывают потребности осязать, прикасаться, ласкать.

На мой взгляд, в дружбе слишком высоко ценится слово и недооценивается чувственный аспект отношений: амигос физически дистанцируются друг от друга.

Мне всегда казалось несправедливым, что супруг присваивает 95 % физической близости супруги и наоборот. Ты ведь не станешь хранить 95 % своих сбережений в одном банке, но изливаешь 95 % ласк и объятий на единственного человека. Я считаю, что так нельзя. Именно поэтому в семейной жизни столько неверности и одиночества, супружеские чувства охладевают, любовь и физические ласки исчезают.

К этому моменту у тебя наверняка появился вопрос: можно ли заниматься сексом с амирильос? Закономерен и другой: когда мы говорим об амарильос, речь идет о мужчинах или о женщинах?

Возможно, ты задал себе эти вопросы лишь теперь или озадачился ими с момента первого упоминания амарильос. Как бы то ни было, важно знать, что мой ответ основан на личном мнении, созданной и разработанной мною концепции.

Итак, взаимоотношения амарильос строятся на бережном обращении, ласках и объятиях. Когда я говорю, что они спят и просыпаются вместе, не имею в виду секс. Речь идет об ощущении потери (на время сна) и возрождения (с пробуждением). Амарильос негоже заниматься сексом. Случается, конечно, но благодать амарильос и достоинство этого понятия, их суть заключается в достижении превосходства относительно роли амигос. На амарильос приходится 40 % физической близости, тогда как друзья недотягивают и до 3 %.

Настало время обновить и расширить наше определение «амарильос».


Кто такие амарильос (обновленное определение): это люди, занимающие особое место в твоей жизни. Амарильос занимают промежуточное положение между друзьями (амигос), с одной стороны, и любимыми (аморес), с другой. Тебе необязательно часто видеться или поддерживать постоянный контакт со своими амарильос. Суть взаимоотношений с ними заключается в бережном обращении, ласках и объятиях. Тем самым амарильос обретают преимущества, которыми ранее обладали исключительно супруги.


Попробую составить список того, чем можно заниматься со своими амарильос. Эти пункты, как и все содержание книги, не обязательны к исполнению и, тем более, не требуют, чтобы им жестко следовали. В конце концов, каждый – сам себе голова и решает, что ему подходит, а что нет. Я не проповедую философское или религиозное учение, просто делюсь с тобой уроками, полученными от Учителя Рака: так их и следует понимать. Спорить не о чем. Кто-то может сказать: «С амарильос можно переспать». Другой подумает: «Амарильос – пожизненные любовники». Третий заявит: «Сказка про амарильос – белиберда. У меня полно друзей, с которыми я проделываю то же самое, что, по твоим словам, возможно лишь с амарильос». И я отвечу, что это круто. Да, у всех есть друзья, и каждый общается с ними по-своему. Врач-психолог в нашей больнице говаривал: «Счастье – это быть самим собой. Несчастье – если не можешь понять, что представляют собой окружающие».

Продолжаем разговор, но прежде ответим на второй прозвучавший вопрос: когда мы говорим об амарильос, речь идет о мужчинах или о женщинах? У тебя могут быть амарильос-парни и амарильос-девушки, важно само понятие «амарильос», которое, на мой взгляд, охватывает оба пола.

Не сомневаюсь, что тебе не терпится узнать ответ на вопрос, чем можно и чем нельзя заниматься с амарильос. Привожу краткий список из четырех пунктов. Позже добавим еще кое-что. Сразу хочу уточнить: список составлен в произвольной форме и не структурирован; тебе необязательно выполнять все его пункты в отношениях со своими амарильос. Для них характерно, прежде всего, ощущение встречи с родственной душой: человеком, с которым ты отождествляешь себя (эволюция дружеских отношений).

Поняв, что объект твоего внимания в самом деле имеет предпосылки оказаться твоим амарильос, ты можешь предпринять следующие шаги:

1. Говорить

В этом заключается серьезное отличие амарильос от других участников человеческих отношений. Особенность в том, что ты начинаешь разговор с незнакомцем, к которому тебя подтолкнуло ощущение, что он твой амарильос.

Ты чувствуешь, что готов открыть амарильос все самое сокровенное, распахнуть перед ним душу. Можешь звонить ему среди ночи, если чувствуешь потребность выговориться. В то же время можно месяцами не выходить на связь без необходимости. Но, когда вы опять встретитесь, будете общаться как прежде.

Не следует переоценивать значение слов: дело не в их количестве – важен душевный порыв. Есть амарильос на два разговора, а есть – на пятьдесят.

2. Обнимать и гладить

В мире было бы больше порядка, если бы люди чаще обнимались и ласкали друг друга. В больнице мы старались возмещать соседям нехватку нежности со стороны окружающих. (Когда тебя настигает хворь, люди первым делом перестают с тобой обниматься: вместо этого ободряюще хлопают по спине. Мы иногда шутили, что помрем не от рака, а от этих хлопков.)

Объятия амарильос продолжаются примерно две минуты. При этом ты чувствуешь дыхание того, с кем обнимаешься. Это очень важно!

Что значит ласкать? В каких местах это делать? Да где хочешь. Можно погладить руку, лицо, плечо, ухо, ногу. Где придет в голову, там и гладь. Один из наших больших недостатков заключается в том, что мы мало ласкаем друг друга, теряем возможность ощутить теплое прикосновение чьей-то руки.

Помню, как в больнице мы гладили соседей по палате. Для нас это было естественно, нормально – ласка без подтекста.

Полагаю, в этом смысле амарильос вторгаются на территорию, прежде единовластно занятую супругом (супругой). Но, в отличие от супругов, они не боятся ревности и не задумываются о том, что их поведение могут неправильно понять. Все, что требуется от окружающих, – поменять одно понятие на другое. Как я уже говорил, надо ввести в мозг правильный пароль, чтобы он открылся для новых идей. Позволь себе оправдывать прежде, чем осуждать.

Для амигос недостижимы пространства ласк и объятий, хотя понятие «дружба» требует их в качестве направлений естественного развития. Зато они доступны амарильос и благополучно ими используются.

3. Спать и пробуждаться

Наблюдать, как кто-то пробуждается рядом, составляет «желто-сумеречную» половину жизни амарильос. Для этого необязательно спать вдвоем в одной постели, можно и в соседних. Важна драматическая мизансцена, в которой два амарильос засыпают и пробуждаются через семь-восемь часов. Тебе приходилось спать с кем-то в одном помещении, не имея в виду занятие сексом? Сколько раз в твоей жизни было подобное? Может, в дальней дороге? Попробуй ответить на этот вопрос. Я уверен, таких соседей у тебя было не много. А если в одной постели – еще меньше. Это дополнительный недостаток нашего общества – рассматривать сон и пробуждение как сугубо физиологические функции. Хотя они не менее важны для человеческих отношений, чем совместный обед или ужин.

Мы все обедаем и ужинаем с друзьями. «Поужинаем?» или «Пообедаем вместе?» – предлагаем мы. Это территория амигос. И еще совместные поездки. Но спать вместе… «Поспим вместе?» Такое предложение выходит за пределы привычного пространства, но оно необходимо. Я бы сказал, жизненно важно.

Считается, что сон – настолько интимное состояние, что возможно лишь в одиночестве либо вместе с партнером по сексу. Однако эта привилегия принадлежит и амарильос.

4. Расставаться

Тебе не придется уделять амарильос много времени, как того требуют амигос. Нет необходимости и всю жизнь поддерживать с ними связь. Могут быть амарильос на час, день, неделю, год – сколько потребуется.

Отношения с амарильос не нужно поддерживать и развивать, как дружбу. Ты ничего им не должен, у тебя нет перед ними обязательств. Амарильос, по определению, имеют срок годности. Тебе даже не надо им звонить и слать мейлы или эсэмэски ради того, чтобы отношения полностью не затухали.

Ты повстречал амарильос, он помог тебе в конкретной ситуации, или ты поддержал его в определенный момент, после чего каждый из вас пошел своей дорогой и, вероятно, стал амарильос для кого-то еще. Чувство полного отсутствия обязательств принципиально для мира амарильос. Долг, обязанность, требовательность несовместимы с этим миром.

Могут ли отношения двух амарильос длиться всю жизнь? Конечно, да. У меня есть амарильос, с которым я познакомился в девятнадцать лет: мы четырнадцать лет поддерживаем «желтые» отношения. Это мой самый старый амарильос, и, по-моему, впереди у нас много таких совместных лет.

Могут ли быть амарильос, скажем, на пару часов? Тоже да. Это те, кого ты встречаешь дожидаясь приема у врача, в кафе или аэропорту, на улице или в бассейне. Их можно назвать «амарильос на час».

Находясь в больнице, я постоянно выполнял четыре приведенных выше пункта. Я засыпал и пробуждался вместе с соседями по палате, обнимался с ними (когда возникала потребность), говорил обо всем на свете (смерти, потерях, кино). Мы расставались навсегда не испытывая грусти: прежде всего, потому, что все, обретенное у амарильос, навечно со мной, внутри меня.

Однако многие соседи по палате не стали для меня амарильос. Вспоминая те годы, я думаю, что лишь пятеро были амарильос, остальные – просто друзья.

Как распознать амарильос, и главное – как их повстречать? Существуют ли способы разглядеть амарильос? Как отличить амарильос от амигос? Такие открытия в жизни зависят от способности человека чувствовать. В следующей главе книги я расскажу о некоторых признаках и зацепках, которые подскажут ответы на эти и многие другие вопросы.

Мне как писателю и, полагаю, тебе в качестве читателя знакомо ощущение, когда хочется поскорее закончить работу над главой книги (или чтение оной). Причинами могут быть желание отправиться спать (кто-то из вас, вероятно, уже в постели) или пора вылезать из ванны, гамака; покинуть пляж, кресло или диван. Надеюсь, что этот диван, кресло, гамак – твое любимое место для чтения.

Как сказал Стивен Кинг, писатель должен создавать свое творение в наилучшем месте у себя дома, так как впоследствии ему захочется, чтобы читатель расположился с его книгой в лучшем месте своего жилища. Так создаются условия для всеобъемлющей связи между ними. Я могу заверить тебя, что сижу на своем любимом стуле, пользуюсь специально купленным для этой работы монитором и чувствую безмерную радость от того, что могу поделиться с тобой моими открытиями.

Тем не менее мне нужно, чтобы эта глава завершилась. Писатели нуждаются в паузе, чтобы еще раз обдумать содержание изложенного, перевести дух и собраться с мыслями для дальнейшей работы. А ты пока можешь подготовиться ко сну либо собраться, чтобы пойти на пляж или в бассейн, сходить за хлебом или пообщаться с кем-то, кто, по удачному стечению обстоятельств, может оказаться твоим амарильос.

Как встретить и распознать амарильос?

Это хороший вопрос. А как убедиться, что именно этот человек твой амарильос? Как распознать его и понять, что это он?

Универсального способа нет – вариантов много. Изложу тебе свою теорию, на которой построен мой мир амарильос, поскольку часто сначала требуется изложить суть явления и уже потом объяснить его происхождение. Я говорил кое-что об амарильос в других частях книги: в частности, они упоминаются в разделах «Для начала» и «И на покой». Однако раздел «Про жизнь» я решил полностью посвятить им.

Полагаю, миссия амарильос в мире заключается в том, чтобы указать тебе на твои недостатки, помочь твоему и чужому сознанию раскрыться. Я не сомневаюсь, что обретенные мною в больнице амарильос способствовали моему выздоровлению: они придавали мне сил для борьбы с раком.

Как видишь, в моем повествовании нет и намека на такие понятия, как душевный покой или гармония отношений: я говорю о силе и борьбе. Амарильос не имеют ничего общего с религией или сектой – выброси из головы любые ассоциации с подобными категориями. Они разделяют с нами радость и помогают в беде, и каждый из них – личность. Наши амарильос не являются членами коллектива, не проповедуют новую, «желтую» религию, не входят в «желтую» секту или международный «желтый» клуб.

Нам всем нужно постараться встретить своих амарильос при необходимости. Для этого необязательно метаться по улице и высматривать их с выпученными глазами. Амарильос сами возникнут на твоем пути, когда придет время.

Вот почему число амарильос каждого человека не превышает 23-х. Маловато? Я убежден, что число правильное: всегда верил в его могущество и волшебные свойства. Кровь протекает по всей кровеносной системе человека за 23 секунды. В человеческом хребте – 23 межпозвоночных диска. Юлию Цезарю нанесли кинжалом 23 ранения. Пол человека определяет 23-я хромосома, и оба родителя передают своему ребенку по 23 хромосомы.

Число 23 внушает благоговение. Однако не только приведенные выше факты убедили меня, что оно играет судьбоносную роль в жизни человека. Я на себе испытал его сверхъестественную силу: 23 апреля мне ампутировали ногу. И я всегда верю, когда слышу от других людей рассказы о необычных событиях в их жизни, связанных с числом 23. Можешь сам поинтересоваться и удостовериться, что точное количество чего-либо в этом мире наверняка составит 23. Поистине, сама природа любит это число.

Поэтому я верю в число 23 и его положительный потенциал. Убежден, что оно волшебное, способно приносить удачу. Кстати, еще одно показательное совпадение – в этой книге описаны 23 открытия.

Будем и в дальнейшем исходить из предпосылки, что каждому предназначены 23 амарильос. Откуда они возьмутся? Будут появляться изредка и по одному, чтобы хватило на всю жизнь? Ответ связан с тобой. Во-первых, искать их надо по мере необходимости. Во-вторых, опознать амарильос можно по отметинам, как я это называю.

Отметина есть отличительная черта или признак твоего амарильос. Приведу наглядный пример: у меня есть замечательный друг, который живет в Колумбии, в городе Кали. Я никогда там не бывал, а он ни разу не приезжал в Барселону. Шесть лет назад мы познакомились в чате хромых – у него нет одной ноги, у меня тоже. Похоже, кто-то хотел, чтобы мы познакомились, и с этой целью пометил обоих, предварительно разбросав по разным частям света. Предпосылкой для знакомства стала эта отметина, которая сама по себе явилась результатом непредвиденного стечения обстоятельств, своего рода знамением того, что судьба нас сведет. (Когда я говорю «кто-то», не веду речь о Боге или ином существе, я имею в виду лишь природные процессы и естественный ход событий.)

С амарильос происходит то же самое: кто-то пометил 23 кандидата, которых тебе предстоит встретить. Присмотрись к себе и определи свои отметины, поскольку у разных людей они неодинаковые.

Я мог бы остановиться на этом месте и больше ничего не объяснять, чтобы сохранить интригу и нераскрытую тайну. Недавно в Барселону приезжал Шьямалан, режиссер фильма «Шестое чувство». Он объявил, что хочет поделиться со всеми своим секретом, о котором до сих пор никто не знал; готов сделать его достоянием гласности. Все столпились вокруг и стали внимательно его слушать. Известный режиссер хотел рассказать нам о секрете своего успеха, о работе над «Шестым чувством» и почему после двух неудач он был уверен в триумфе своего третьего фильма.

Аудитория была заинтригована, всем не терпелось узнать тайну Шьямалана. Вот что он сказал: «Я решил посмотреть фильмы режиссеров, которые на протяжении своей карьеры имели постоянный успех. Посмотрел. И обнаружил восемь присущих всем им отличительных черт. Они и помогли мне создать „Шестое чувство“».

Больше ни слова, клянусь. Что может быть хуже, чем домысливать недосказанное! Мы все чувствовали себя обманутыми: знать секрет и догадываться – не одно и то же. Однако М. Найт Шьямалан, похоже, добивался того, чтобы публика задумалась. Я тоже посмотрел названные им кинофильмы и нашел восемь общих характеристик, хотя не уверен, что они те же самые. А позже испытал чувство благодарности Шьямалану за недосказанность и за то, что не пришлось просто повторять записанное: каждый должен сам находить отличительные признаки в своем понимании, делать собственные умозаключения.

Я расскажу тебе, как обнаружить отметины, а ты сам определишь свои. Придется потрудиться, чтобы они не вышли надуманными.

Вообще, все, что касается поисков амарильос, имеет отношение к красоте. Я всегда полагал, что красота не подчиняется логике и организации. То, что одному кажется красивым, другому может внушать отвращение. Красота – понятие относительное. По каким критериям определить красивую форму черепа или идеальное туловище; почему кому-то нравится, как человек говорит, смотрит или, наоборот, отводит взгляд? Меня это всегда озадачивало и заставляло понапрасну ломать голову. Представь, что в большом зале перед тобой собрались пять тысяч человек. Ты сможешь выбрать среди них тех, кто обладает привлекательной внешностью в соответствии с собственными критериями. Но ведь красота имеет разновидности: романтическая внешность, сексуальная привлекательность и даже красота с «желтым» оттенком (красота амарильос).

Под красотой часто прячется «желтая» отметина. С тобой не случалось такого, что ты замечаешь кого-то в толпе и не можешь отвести от него глаз? И дело не в сексапильности и не в желании переспать с ней или с ним. Глядя на незнакомца, ты ощущаешь, как заполняется незанятое пространство в твоем мире, чувствуешь, что встретишь понимание с его стороны, и вы сумеете стать друзьями: у вас общая энергия. Потом этот человек удаляется, и ты забываешь о нем. Может, он и задержится в памяти – ненадолго, но без всякого сожаления или грусти потери, будто расставание само собой разумелось. В этом особенность мира амарильос: они исчезают не вызывая разочарования. Вот что происходит, когда твое внимание неожиданно привлекает незнакомый человек. И вот почему важно научиться отличать это от эффекта, производимого просто красивой внешностью, выделять из нее отметины, указывающие, что перед тобой амарильос.

Как это сделать? Расскажу тебе о методе, с помощью которого я вычислил отметины моих амарильос. Он не гарантирует, что амарильос не пройдет мимо, но со временем поможет находить новых.

Вот этот метод, изложенный в списочном формате:


1. Постарайся дать определение красоте в соответствии со своими критериями. Для этого надо вспомнить женщин или мужчин, которые всегда тебе нравились, и составить перечень привлекательных, на твой взгляд, черт.

Речь идет не только о внешности, но и о голосе, цвете, предметах, которые, по-твоему, украшают человека.

Примеров тысячи. Скажем, если для тебя красота ассоциируется с белыми махровыми полотенцами, внеси их в список отдельным пунктом. Если имеет значение стрижка – ее тоже. Нравится запах вельветового пиджака – туда же. Если заводят глаза и рот в обрамлении мотоциклетного шлема – отдельным пунктом. Возможно, твое внимание привлекла настолько неординарная черта, что она однозначно является признаком амарильос. «Желтые» отметины, как правило, необычные, и надо приложить усилия, чтобы отыскать их.


2. Когда закончишь список, в котором, если постараться, наберется под сотню пунктов, найди и вычеркни те, что имеют отношение к романтической или сексуальной привлекательности.

Поясню: все, что, по-твоему, имеет отношение к любви или сексу, – лишнее. Ты наверняка внесешь в список форму губ, но этот пункт имеет явный любовный подтекст и свидетельствует о сексуальной красоте, а не о признаке амарильос.

Однако надо быть осторожным, иначе вычеркнешь характеристику, которая может относиться к сексуальной привлекательности, а в действительности означает отметину амарильос. Но, даже если такое произойдет, не переживай: рано или поздно ошибка обнаружится, и ты ее исправишь.

Когда будешь составлять и корректировать список, отнесись к этому занятию без фанатизма: никто не поставит тебе оценку. Рассматривай происходящее как развлечение, любое другое дело. Ведь абсолютной истины не существует, есть лишь относительная или субъективная правда. Ошибки неизбежны, и в этом нет трагедии.

Вот увидишь, из 100 пунктов ты вычеркнешь 77, связанных с любовью и сексом, и в твоем списке останутся 23 признака амарильос.

3. Да-да, снова число 23. Так вот, эти 23 пункта, вычеркнуть которые не поднялась рука и почему-то показавшиеся тебе признаками красоты, составят основу для дельнейшей работы. Включай свой детектор и, когда обнаружишь не менее трех отметин в приглянувшемся человеке, знай: есть малая вероятность, что он – твой амарильос. При совпадении девяти признаков вероятность становится высокой и приближается к уверенности. А если их количество переваливает за 13, смело начинай разговор: перед тобой наверняка твой амарильос. Если же «в яблочко» попадают все 23, поздравляю с обретением. Теперь ты можешь позволить ему исчезнуть ввиду сиюминутной ненужности либо заговорить с ним, если хочешь или чувствуешь, что у него есть такая потребность.

Только помни: одно дело – встретить амарильос и другое – заговорить с ним.

Запомни и еще одно: не следует терять открывшихся тебе амарильос. Они немногочисленны и, кроме того, имеют срок годности. Как и ты сам.


4. Что произойдет, если ты решишь заговорить с этим человеком? Вы станете друг для друга амарильос на все время, пока это будет нужно вам обоим – вероятно, на пару часов, а может, на месяцы или годы. Когда ваши отношения завершатся, ты почувствуешь себя лучше и обязательно в чем-то изменишься, а вместе с тобой изменятся твои отметины и внутренний мир.

5. С периодичностью приблизительно раз в два года ты должен пересматривать свои отметины. Каждые два года признаки амарильос видоизменяются в результате контактов с другими амарильос. Поэтому рекомендую проводить ревизию отметин.

Обычно видоизменяются семь-восемь отметин, прежними остаются 16 или 15 соответственно. Пересмотр необходим, чтобы избежать ошибок.

Знаю, что задача непростая, и в твою душу закрались сомнения. К какой категории красоты относятся те или иные отметины – к «желтой», сексуальной или романтичной?

Лучший способ удостовериться – собирать подручный материал: фотографии приглянувшихся тебе людей, включая вырезки из журналов и газет; распечатки из Интернета. Обращай внимание на иностранцев с любопытным произношением, а также на приятные, запоминающиеся запахи и запавшие в душу образы.

В ходе ревизии надо мысленно перебрать все, что тебе кажется красивым и привлекательным: не только лица и фигуры, но и города и веси; эпизоды из твоей биографии; чувства и ощущения. Предстоит перелопатить кучу информации.

По примеру Шьямалана, надо потрудиться, чтобы понять секрет успеха. Но оно того стоит. Амарильос стоят того, чтобы потратить на них время и силы.

Возможно, некоторые мои объяснения были не совсем понятны. Поэтому в следующей главе я отвечаю на целую обойму вопросов относительно амарильос, среди которых, надеюсь, есть и те, что не дают покоя тебе.

Вопросы про амарильос

Я люблю компьютеры за их неконфликтность. Мне доставляет удовольствие, что, если комп зависнет, его можно выключить, снова включить – и проблема решена, как по мановению руки.

Было бы неплохо, если бы подобное удавалось и в отношениях с людьми: если не можешь достигнуть с кем-то взаимопонимания, между вами возникают глюки, просто перезагружаешь человека, отключив его и снова включив. Это первое, что я применил бы в программе нашего мира.

Второе – добавил бы в строку инструментов иконку «отмена», как в «Ворде». Чудесная функция: сделал что-то не так, кликнул по изогнутой стрелке – и ты не совершал никакой ошибки.

Не берусь предположить, как часто мы пользовались бы «отменой»… Точно не меньше сотни-двух раз за день. Ведь мы постоянно мучаемся от мысли, что приняли неправильное решение. А если бы «отмена» действовала ретроспективно? Сколько людей захотели бы поступить иначе в свои двадцать, пятнадцать, восемь лет. Может, и не родиться вовсе.

Третье, что мне нравится в компьютерах, – раздел «Часто задаваемые вопросы», который есть во всех программах. В нем программисты собрали ответы на одни и те же непонятки, которые возникали у множества пользователей в течение длительного времени. Мне приятно находить ответ на свой вопрос в справочном разделе, поскольку моя проблема сразу будет решена. Но, знаешь, я радуюсь и если не нахожу его – потому что оказываюсь не столь предсказуем, как полагали программисты. Мне нравится, когда мои вопросы получаются неожиданными, незаурядными, и главное – непохожими на часто задаваемые. «Значит, жив, курилка!» – говорю я себе в таких случаях.

Поэтому, если в данной обойме вопросов об амарильос ты не найдешь свой, не переживай. Это значит, что ты жив и «бьешь копытом». Еще как бьешь! И обязательно найдешь ответ на свой вопрос.


1. Могут ли родственники быть нашими амарильос?

Конечно, могут. Родные братья и сестры – самые вероятные амарильос, первые кандидаты на это звание. Еще будучи маленьким, ты спишь с ними в одной комнате. Вы обнимаетесь и касаетесь друг друга. Братья могут быть и становятся нашими амарильос.

Существует такая возможность и для родителей (такие случаи были), но она менее вероятна.

Помни: любой человек является твоим потенциальным амарильос.


2. Могут ли амарильос перейти в категорию амигос или аморес?

Все на свете меняется. В случае с амарильос я называю это глаголом «потускнеть» или «прибавить яркости». Иногда амарильос становятся «бледно-желтыми» и трансформируются в амигос (друзей). А бывает, раскаляются до «оранжевого» и превращаются в любимых или любовников (аморес и амантес).

Вы с амарильос сами решите, кем хотите быть. Но помните, что обратного пути нет: если амарильос прибавляют яркости или теряют ее, они уже никогда не станут просто «желтыми».

Так что подумайте хорошенько, прежде чем принимать решение.


3. Если я встречу своего амарильос, а он/она не знает об их существовании, стоит ли рассказывать о них?

Амарильос – суть взаимоотношения двух людей. Ты можешь приходиться кому-то амарильос, только если этот кто-то сам является твоим амарильос. Не может быть так, что один из двух – амарильос, а другой ничего не значит для первого: выражаясь математическим языком, между ними должно быть взаимно однозначное соответствие.

Я не обещал, что будет легко. Может случиться, что твой кандидат в амарильос не захочет им стать (например, не верит в мою теорию или не считает тебя своим амарильос). Тогда ты должен отпустить и забыть этого человека: видимо, еще не пришло время для его произведения в ранг амарильос.

Тебе надо научиться говорить «нет» и соглашаться с «нет» в твой адрес. Со временем все наладится. С другой стороны, ты сам мог ошибиться в человеке и сделать неверный выбор.


4. О чем говорить со своими амарильос?

Не хотел поднимать этот вопрос раньше, поскольку считаю, что каждый волен говорить со своими амарильос о чем пожелает. Необязательно затрагивать серьезные темы, это может быть и поверхностная беседа. Важно, чтобы вам обоим было приятно.

Необходимость в амарильос заключается не в том, чтобы вести умные разговоры глобального масштаба, а в том, чтобы ощутить с их помощью смысл существования, привнести покой и порядок в мятущийся внутренний мир.

Еще я не хотел уделять повышенное внимание этому вопросу, чтобы не ставить тебя в определенные рамки, а то подумаешь, что с амарильос нужно беседовать только на определенные темы. Не переживай, темы найдутся. Сначала пусть появятся амарильос.

Полагаю, у каждого человека есть свой круг общения, в котором он может разговаривать о чем угодно, где ему комфортно, и его собеседники испытывают аналогичные чувства. Таких друзей, по моим критериям, надо сразу переводить в амарильос.


5. Если я парень, мои амарильос должны быть девушками или тоже парнями?

Дело не в половой принадлежности. Вообще ничто в жизни не является вопросом пола.

Полагаю, у тебя будут амарильос-парни и амарильос-девушки. Красота, о которой мы говорим, связана не с сексуальностью, а с твоими особенностями и отметинами. Они со временем меняются и не всегда заметны посторонним.

Будут и те и другие, причем разных возрастов – нет жестких правил и закономерностей. Из правил, опять же, всегда есть исключения. Не зацикливайся на правилах, просто сверяйся со своим списком отметин.


6. А вдруг кто-то скажет, что я его амарильос, а у самого на уме только ласки, объятия и общая постель?

Всегда найдется кто-то, кому захочется извратить, исказить и злоупотребить тем, что создано другими: в нашем случае – теорию «амарильос». Только мы с тобой будем по-настоящему ее использовать, и от нас зависит, чтобы она применялась правильно.

Если увидишь, поймешь, что кто-то ведет себя вразрез с понятием «амарильос», ты – я уверен – сообразишь, что делать.


7. А если у меня не получается составить список? Я останусь без амарильос? Такое возможно?

Возможно, что на данном жизненном этапе ты не нуждаешься в амарильос. Если так, тебе не удастся определить соответствующие отметины. Не торопись: амарильос нельзя обрести в ближайшие полчаса, потерпи хотя бы с годик.


8. Какие у тебя отметины?

Я считаю, что информация о личных отметинах должна храниться в секрете, поэтому не рассказал о своих. Об этом не объявляют всенародно. Иначе отметины теряют ценность. Их определение требует серьезной работы, а ты должен ценить свой труд. Эти знания принадлежат только тебе и никому другому.

Думаю, не страшно поделиться секретом со своим амарильос, если хочется, но в этом нет необходимости.


9. Если повстречаешь своего амарильос, надо ли в разговоре извещать его об этом и спрашивать его согласия?

Встретив своего амарильос, необязательно каждый раз спрашивать, хочет ли он быть им.

Может случиться, что вы познакомитесь и расстанетесь. Важно и ценно то, что теперь ты знаешь: этот человек – твой амарильос. У тебя на душе станет светлее и радостнее.


10. Можно ли познакомить двух своих амарильос? Смогут они стать амарильос друг для друга?

Совсем не обязательно, поскольку девять или десять отметин, которые сделали их твоими амарильос, могут отличаться от тех, что, в соответствии с их собственными списками, подсказали им твою кандидатуру.

Конечно, ты можешь их познакомить, это будет здорово. Но не рассчитывай, что они станут амарильос друг для друга.


11. А как же друзья? Они переходят во вторую лигу?

Ни в коем случае. Друзья есть друзья, хотя некоторые из них прогрессируют и переходят в категорию амарильос, как бы поднимаясь на ступеньку выше.

Ниже я привожу список с характеристиками человеческих отношений. Порядковое место не означает, что один вид отношений лучше или хуже другого.

1. Знакомые: те, кого встречаешь и узнаешь на работе, на улице, называешь по имени, но не чувствуешь себя с ними на короткой ноге.

2. Амигос (друзья): бывают школьные, университетские, по работе и увлечениям. Это люди, к которым ты испытываешь расположение, с которыми духовно близок, развлекаешься, обмениваешься новостями, которые помогают тебе. Их, кстати, тоже можно обнимать, гладить и даже спать рядом – было бы обоюдное желание.

Они еще не амарильос, но такой вид отношений не исключает взаимного оказания «желтых» знаков внимания.

3. Амарильос: у каждого есть 23 амарильос, и они значат для нас больше, чем амигос.

Могут встретиться где угодно, и тогда что-то в нашей жизни изменится (надолго ли, неизвестно, но изменится). Для отношений между амарильос характерны взаимная привязанность, объятия, ласки, совместный сон. Они лишают супружескую пару монополии на физическую близость, делают этот аспект личной жизни более сбалансированным. На объятия и ласки амарильос приходится до 40 % от прежнего показателя физической близости.

4. Супруги и любовники: были, есть и будут существовать, но потеряв монополию на физическую близость. Им придется смириться с тем фактом, что амарильос претендуют на 40-процентную долю физической близости с их партнерами. Это не значит, что супруги теряют свои 60 %. Просто общий показатель твоей физической близости увеличивается до 140 %, по сравнению с прежним.

Добавлю, что в моем представлении было бы идеально перевести всех друзей в амарильос и превысить планку числа 23.


12. Что делать, если супруг/супруга не желает мириться с тем, что у меня есть амарильос?

Любые перемены сопровождаются осложнениями. Ревность – нормальное явление в супружеских отношениях. Как иначе отнестись к тому, что любимый мужчина/женщина спит с другой/другим? Нужно добиваться понимания концепции амарильос, необходимости видеть, как они засыпают и пробуждаются. Иного пути нет.


Список вопросов можно продолжать до бесконечности, но во всех инструкциях и справочных материалах обычно дают 12 основных. Поэтому радуйся, если твой вопрос не попал в список, – значит, как я уже говорил, он новый и необычный.

Подводя итог сказанного об амарильос

Раздел «Про жизнь» приближается к завершению… Вот краткое изложение того, как повстречать и распознать своих амарильос. Маленький путеводитель по новому миру, ступенька вверх для дружеских отношений, иной взгляд на действительность.

Смелее, сделай шаг вперед – и твоя жизнь изменится!


1. Составь список амарильос, которые, на твой взгляд, встретились тебе в жизни.

Сначала вспомни всех своих амарильос. Увидишь, что найдется четыре-пять таких, о существовании которых ты и не подозревал. Внеси их в список и не переживай из-за того, что не заметил в свое время: они все равно остаются твоими амарильос. Можешь даже позвонить им и сообщить об этом.


2. Найди свои отметины.

Составь список отметин, которые, в твоем представлении, являются привлекательными.

Вычеркни имеющие отношение к сексапильности и романтичной красоте. Оставшийся перечень является основой для дальнейшей работы.

Для поиска отметин используй фотографии и другие изображения, запахи и даже старый список своих амарильос. Все это поможет тебе определить свои «желтые» отметины.


3. Найди своих амарильос и позволь им встретить тебя.

Определи своих амарильос. Ищи их на работе, улице, железнодорожных станциях. Проникни в них и проникнись ими.

Необходимо получить ответ на вопрос: ты хочешь быть моим амарильос?


4. Радуйся своим амарильос.

Основа ваших отношений – общение, разговор. Увидишь, с какой невероятной скоростью начнут развиваться события и как быстро вы раскроетесь друг перед другом.

Пусть тебя увлечет, захватит мир амарильос, особенно украшенный физической близостью без опасений, ревности и малейшего стеснения.


5. Теряй, храни, обновляй.

Все зависит от тебя. Можешь оставаться с одними и теми же амарильос до конца дней своих, хотя бы в статусе амигос или превратив их в любовников – в общем, как пожелаешь.

Не забывай: ты обновляешься и меняешься под воздействием амарильос, поэтому раз в два года обращайся к пункту 2 и приступай к ревизии своих отметин.

Однако, прежде всего, радуйся своим амарильос. В этом весь кайф. Радуйся и получай удовольствие.


Кто такие амарильос (окончательное определение): это люди, занимающие особое место в нашей жизни. Те, кого мы ласкаем, обнимаем, с кем спим. Они оставляют в нас отметины, не требуя времени и усилий для поддержания отношений. Нам по жизни отпущено 23 амарильос. Общение с ними способствует обнаружению недостатков и улучшению личных качеств. Амарильос – новая форма и более высокий уровень дружеских отношений.

И на покой

«Желтый» финал

Не будь идиотом. Не показывай свою дурь. Надо не так, а этак.

Не пей. Не кури. Не кашляй. Не дыши… Правильно, не дыши!

Сказать «нет» всем «нет» – и на покой… Умереть.

Габриэль Селайя

Все, что имело отношение к жизни, однажды закончится. Об этом поведал Селайя и не замедлил продемонстрировать на собственном примере умерев.

Я усвоил урок Учителя Рака и перестал бояться смерти. Думал, что потеряю бесстрашие, когда начал новую жизнь без онкологии, но ничего подобного не случилось. У меня по-прежнему нет страха перед неизбежностью расставания с жизнью, это результат многих лет противоборства с болезнью и ожидания смерти. Я уже рассказал тебе, что многие мои друзья умерли, хотя глубоко во мне, очень глубоко, находится 3,7 их непрожитых жизней.

Я часто выступаю с лекциями, и меня постоянно спрашивают, как пропадает страх перед смертью. Неужели обязательно надо заболеть убийственной хворью, чтобы избавиться от него? И что значит потерять этот самый страх – вообще ничего не бояться, пренебрегать осторожностью, лезть на рожон и прочее?

Всем хочется получить готовую инструкцию: делай так, и страха смерти не будет. Но в жизни нет универсальных средств. Существуют рекомендации и описания возможных действий. А главное – вера в достижение результата и осмысленные, целенаправленные усилия по претворению их на практике.

На своих лекциях я всегда подчеркиваю, что крайне важно говорить о смерти. Нельзя избавиться от страха перед чем-то, если боишься даже это слово вымолвить. В смерти следует видеть, прежде всего, естественное явление – один из физиологических актов, составляющих твое существование.

В смерти нет ничего плохого. Она облагораживает и означает достижение конечной цели существования.

Я написал много киносценариев и первое, что советую сделать своим ученикам, желающим стать хорошими сценаристами, – придумать, чем закончится картина, каким будет финал. С хорошим концом весь фильм получится хорошим. Если же не знаешь, как завершить, боишься конца, то и «кина не будет». Мне в голову не раз приходили удачные финальные варианты, которые вполне могли бы стать основой для целого сюжета; иногда удавалось создать из них весь сценарий, иногда нет. Как бы то ни было, конец – делу венец.

То же происходит с жизнью. Смерть является естественным финалом жизненного сюжета. Естественно обсуждать с окружающими их и свою будущую кончину.

Тема может показаться непростой, однако на самом деле говорить о смерти легко, надо лишь начать. В больнице мы, волосатики, часто и охотно рассуждали об этом, зная, что можем скоро умереть. Нам было интересно, как другие представляют себе свою смерть и что думают о ней, как им хотелось бы умереть.

Признаюсь, для меня смерть – красивый предмет для разговора: я волнуюсь, когда речь заходит о ней. Волнуюсь – не значит боюсь или печалюсь. Я вспоминаю умерших ребят, и мне становится радостно. Я никогда не испытывал сожаления или грусти по поводу их кончины, поскольку нет причины грустить. Они заслужили, чтобы воспоминания о них были светлыми.

Мне возражают: мол, не так легко напрямую спросить кого-либо, как он хочет умереть или каким ему хотелось бы остаться в памяти других людей. Поэтому лучше начать издалека и аккуратно подвести разговор к сложному вопросу. Обожаю спрашивать у тех, с кем дружу, смерть какого человека потрясла их больше всего.

Один этот вопрос о чьей-то кончине открывает широкий выбор направлений для продолжения беседы. Мимоходом очень много открываешь для себя в человеке… В итоге узнаешь, чем он хотел бы заниматься на работе, и о девушках, которые ему нравятся, о планах на отпуск. Нет никакой гарантии, что он поедет в отпуск туда, куда собирался, что начнет встречаться с теми самыми девушками или получит желанную работу. С полной уверенностью можно сказать одно – он умрет.

Ведь что происходит: вопрос о смерти, причинившей самую сильную боль, заставит тебя говорить о непреодоленном горе. Если продолжаешь скорбеть – значит, не смирился с потерей и не пережил свой траур.

Как реагировать, если кто-то начинает с болью говорить с тобой о смерти близкого человека? Надо просто слушать и задавать вопросы. Почти так же, как если бы тебе рассказывали об отпуске или делились впечатлениями о поездке. Главное – не выказывать сочувствия. Это поистине бессмысленное занятие! От сочувствия нет ни малейшего толка.

Я считаю, что смерть оставляет на человеке столь значимую отметину, какую жизни сделать не под силу. Есть люди, которые в малолетнем возрасте потеряли родителей или одного из них. Они вспоминают о покойных с особым чувством, поскольку пережили такое, чего, возможно, им не пришлось бы испытать, не случись этой смерти.

Смерть необходима, чтобы оставить свое наследие, сделать красивый прощальный жест.

Воспринимать смерть надо положительно. Люди празднуют рождение человека, его крещение и жизнь. Точно так же следовало бы отмечать и предстоящую смерть. Таким образом, ритуал поминания и чествования стал бы праздничным и радостным.

Знаю, кто-то подумает, что мои рассуждения о смерти слишком фривольные. Я утверждаю, что смерть красива, но ты наверняка с болью пережил потерю близкого человека и не видишь в этом ничего красивого. Однако не надо забывать, что смерти как таковой не существует. Когда кто-то умирает, его жизнь равными долями переселяется в тех, кто хорошо его знал. В их сознании остается память о нем: он как бы многократно воспроизводится в других людях.

Не стоит отождествлять смерть с душевными страданиями и потерей. Ее место в твоем сознании должно быть рядом с жизнью и означать ее достойное завершение. Не надо думать, что тебя не станет, и не нужно этого бояться. Ты много совершаешь в своей жизни, сделаешь и этот шаг.

Я уверен, чем больше ты говоришь с родными и близкими о своей будущей кончине, тем лучше они к ней подготовлены. Речь не идет о последнем волеизъявлении: ты можешь просто попросить их сделать что-то после твоей кончины. Волосатики в свое время оставляли целый ворох пожеланий. Например, кто-то хотел, чтобы после его смерти оставшиеся в живых съездили в Нью-Йорк на концерт. То были желания со смертного одра, но желания чудесные и полные жизни, которые я стараюсь исполнять.

Когда я писал сценарий к фильму «Твоя жизнь за 65 минут», поставленный и снятый Марией Риполль, мне хотелось пойти еще дальше. Герой фильма был так счастлив, что не желал большего и решил красиво завершить свое существование. Авторы фильма не поют панегирик суициду, но в нем восхваляются жизнь и смерть. Все хотят хорошо жить, так почему нельзя испытать потребность и хорошо умереть? Почему, имея все на свете, достигнув наивысшего блаженства, ты должен продолжать чего-то добиваться? Такова основная идея фильма, и, чтобы довести ее до зрителя, иногда приходится идти на крайности.

Мне хотелось бы умереть в пятницу. Я люблю пятницы: в кинотеатрах показывают новые фильмы, и большинство людей находятся в приподнятом настроении. Еще больше они нравились мне в детстве, потому что по пятницам родители приезжали за мной в школу, вручали толстый бутерброд с тунцом, и мы отправлялись в Кардазеу, где у нас был летний дом. По пути мы долго торчали в пробках, и отец включал радио. Именно тогда у меня появились первые любимые песни. Особенно запомнилась «Я позвонил просто сказать, что люблю тебя» Стиви Уандера. Когда звучала эта красивая песня, я забывал о своем бутерброде с тунцом и слушал, как завороженный, переливы и трели проигрышей, издаваемые волшебными трубами и скрипками.

Как бы мне хотелось умереть в пятницу, в разгар пятничной красоты и радости!

Начинай думать о своей смерти с даты: выбери день, время года, место. В этом нет ничего жуткого или зловещего – как отсутствует мрачный подтекст в самой смерти и расставании с этим миром. Рассуждать о своей смерти, осмыслить ее важно и необходимо: это должно стать обязанностью каждого человека. Я считаю, что в школьную программу полезно включить предмет «Жизнь и смерть». Нет, не уроки черного юмора, а веселые и серьезные одновременно, поскольку нам нужно с детства учиться обозревать траекторию жизни до самого конца. Вспоминаю цитату из великой книги «Вторники с Морри»: «Научись умирать – и научишься жить». Я хочу расширить это определение: думай о смерти, планируй ее в конкретных числах, веди обратный отсчет – и тогда сумеешь по-настоящему задуматься о своей жизни и свершениях, которые хочешь осуществить в этом мире – опять же конкретных.

Смерть – основополагающая категория для мира амарильос. Этот мир зиждется на точном знании, чего ты можешь лишиться и что обрести. Вся наша жизнь состоит из потерь и находок. Если у тебя наступит период проигрышей, не забывай – было время, когда тебе доставались все главные призы.

В завершение этой главы предлагаю твоему вниманию короткий список рекомендаций, связанных с категорией смерти:

1. Воспринимай смерть без негативных эмоций.

2. Не стесняйся обсуждать со своими друзьями вашу будущую кончину и смерти других людей, тяжело отразившихся на вас. Пусть разговор течет сам по себе: забудь про сочувствие и запретные темы.

3. Когда кто-нибудь умирает, и ты приходишь на кладбище или церемонию прощания с усопшим, не пытайся играть в молчанку. Выскажись и поговори с другими о покойнике, о том, что у тебя было общего с ним/ней. Забудь про выражения типа: «разделяю ваши чувства», «скорблю по поводу его/ее кончины». Найди слова, которые действительно имеют отношение к личности покойного и его смерти. Не существует особых «погребальных» терминов и словосочетаний, а ничего не значащие фразы не заслуживают быть произнесенными на похоронах. Вместо этого ты можешь вспомнить эпизод из жизни умершего или поделиться своими чувствами, которые испытал, узнав о его смерти.

4. Звони, не стесняясь, родственникам и друзьям покойного на следующий день после похорон. Спроси, что они чувствуют, поговори с ними об этом. Продолжай звонить и расспрашивать, сколько понадобится, по твоим ощущениям. Смерть близкого человека, несомненно, оставила на них значимую отметину. Раз так, зачем думать, что им будет неприятно говорить об одном из важнейших событий в жизни?

5. Спланируй свою смерть – поразмысли о дне, времени года, какая должна быть температура на улице, о месте кончины и тех, кого тебе хотелось бы видеть в последнюю минуту. Неважно, где и как тебя похоронят или, может, кремируют, – не задумывайся об этом. Думай только о моменте смерти, а, что будет потом, для тебя значения не имеет.

6. Обсуди с друзьями эти подробности, объясни им, что делать, – нет, не на кладбище или в годовщину твоей смерти, а в дальнейшей жизни и для нее.

В свое время один волосатик попросил меня: если он умрет, а я впоследствии напишу книгу, пусть в ней на какой-то странице появится слово «поме€ло» (имеется в виду фрукт, не метла). Ему очень нравились плоды поме€ло, он считал их лучшими фруктами на свете. Я пообещал сделать это. Год спустя волосатик умер, а я вижу написанное слово, «поме€ло», и мне кажется, будто он жив и в расцвете сил. Я ощущаю его внутри себя: вижу лицо, глаза и как он ест свое поме€ло. Разве может быть мертвым тот, кто занимает столько места в нас, в наших чувствах и жизни?

7. Умри, когда придет твой час и настанет твой черед. Не ищи смерти, но и не бойся ее.

Болея раком, я много раз оказывался на грани смерти, сталкивался с ней вплотную и не испытывал страха. Вот и ты не бойся потерь – расстаться с близкими людьми, лишиться собственности, исчезнуть самому. На самом деле ты ничего не теряешь, абсолютно ничего. Поверь мне и прогони ненужные страхи, перебори свой безотчетный ужас. Восприми «смерть» как обычное слово, обозначающее абстрактное понятие.

Эпилог

Ну вот и конец.

Приятное чувство…

Мне нравится мое сочинение. Надеюсь, тебе тоже.

Последними словами на эти страницы ложатся мои воспоминания волосатика.

Спасибо тебе, Элой, за чудесное и трогательное вступление, которое я только что получил. Пробрало, можно сказать, до кишок и сильно меня вдохновило.

Я реально представляю себе изданную книгу в натуральную величину, вижу ее желтую обложку. Чувствую, все может получиться и обязательно получится.

Больше мне добавить нечего, оставляю вас. И надеюсь, что вы меня повстречаете…

Помни: мечтать – значит верить; верить – значит творить.


Альберт Эспиноса Барселона, август 2007 года (октябрь 2007 года)


home | my bookshelf | | Красные браслеты |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 2
Средний рейтинг 4.0 из 5



Оцените эту книгу