Book: Меняя слово



Меняя слово

Эшли Уиллис

Меняя слово



Перевод: Kuromiya Ren


Маме с папой, научивших меня видеть миры за пределами того, в котором мы живем, и для Лейси, которая всегда рядом со мной




ГЛАВА ПЕРВАЯ

Ошеломительное начало



Как только началось падение, Пози забыла все, кроме спуска. Она даже забыла, почему падала. Все за ней стало далеким и размытым, а перед ней — казалось черной пустотой. Притяжение перестало работать, и скорость ее падения замедлилась. Теперь она парила, как сухой лист или вырванная из книги страница. Она перестала что-либо ощущать.

За время падения она слышала голоса, пустые и отовсюду. Пози подняла тяжелую ладонь и неловко прижала ее к лицу.

— Ты прибыла, дорогая, — сказал рядом с ней голос. — И вовремя, — Пози попыталась открыть глаза, но было сложно. Ее лоб задело перо? Она недовольно застонала, но не могла прогнать ощущение.

Женский голос донесся издалека:

— Это сработает?

— Их внешность немного отличается, признаю, — мужской голос.

— Напомню, этого хотел король, — плавный ответ. — И уже поздно отсылать ее обратно.

— Понадеемся, что это не надолго, — сказала женщина с недовольной ноткой. — Но принцесса начинает просыпаться.

«Почему они так странно говорят? — мысли Пози были вялыми. — И они будто говорят обо мне… Кто-то сказал… принцесса?».

Прошлой ночью — всего-то? — Пози лежала в своей кровати, слушала недовольные звуки снизу. Слезы не останавливали ссоры родителей. Молитвы не заканчивали их ненависть друг к другу. Сжимая подушку кулаками, она накрыла ею голову, но это не помогло. Конечно.

Что-то в ней при этом просило перемен. Что-то внутри нее шептало, что так не может продолжаться. Может, это был ответ. Но это больше напоминало ошибку.

Ее обвили сильные руки и усадили.

— Вот так, милая, — сказал мужской голос ей на ухо. — Мы так испугались, да, Валанор? Думали, потеряем принцессу.

Сомнений уже не было. Кто-то звал ее принцессой. Пози открыла глаза. То, что она увидела, почти убедило ее, что она спит, но все было настоящим и невыносимо ярким. Она еще не видела такое место. Что она делала до этого? Почему не помнила?

Вокруг ее кровати стояло несколько человек. Первым она заметила высокого и толстого мужчину с румяными щеками и черной бородой с сединой. Видимо, его руки подвинули ее легко, как куклу. Он широко улыбался ей под маленькими глазами, потирал с предвкушением руки. Рядом с ним была высокая худая женщина, красивая, но холодная. Ее белые волосы ниспадали на бледные плечи и мерцали как волшебная пыльца на ее изящном платье. Пози моргнула, увидев на их головах золотые короны. Группа людей, похожих на слуг, окружали их и с любопытством смотрели на нее.

«Так ученики на биологии смотрят на лягушек за стеклом», — Пози скривилась.

— Кто-то…? — она неловко начала. — Кто-то назвал меня… принцессой?

— Конечно! Как ты, милая? — сказал мужчина. Он казался королем.

— Я… в п-порядке, наверное. Хотя…

— Ах, хорошо! — он не дал Пози продолжить. Его улыбка стала шире, белые зубы блестели. — Тебя надолго не сломить, да, дочь?

— Дочь? — прошептала в смятении Пози, глядя то на короля, то на королеву. Она подавила смешок. Ее родители были совсем не такими, как эти двое. Что произошло? Она не могла ничего вспомнить. Ничего, но… Пози раздраженно вздохнула. Память не слушалась ее.

— Да, дочь, — повторила королева, ее насыщенный голос заполнил комнату. — У тебя была лихорадка, мы переживали за тебя много дней. Мы боялись за твою жизнь. Но ты доказала, что врачи ошибались, и идешь на поправку.

— Нет, — Пози покачала головой. — Я не ваша…

— Вы можете не помнить, принцесса, — сказал голос, но не король или королева. — Говорят, лихорадка может прогонять воспоминания, некоторые — даже навеки. Вы были на охоте с родителями, королем и королевой, и с придворными. Пошел дождь. Вы отлично катаетесь верхом, так что решили, что дождь не помешает охоте, и продолжили. Но той ночью, когда охотники вернулись, вы заболели лихорадкой, бредили. С тех пор вы лежали в кровати. Пришли в себя только сегодня.

Пози потрясенно слушала, озираясь, чтобы понять, кто говорил. Наконец, ее взгляд упал на каменный подоконник. Там сидел большой серый филин, что был вдвое больше, чем должен был, он выпятил пернатую грудь с довольным видом. Но филин ведь не мог… Она сомневалась, а существо снова заговорило:

— И вот вы здесь, — сказал он, словно успокаивал испуганного ребенка, — и мы рады, что вы вернулись к нам.

Пози смотрела, раскрыв рот, а существо глядело на нее со своего места.

— Да, да, — завопил нетерпеливо король. — И мы оставим тебя отдыхать, милая. Идем, Валанор, — он взял королеву за руку. — Королевство ждет нас, — и они ушли из комнаты.

«Королевство ждет нас?» — Пози тихо фыркнула. Он это сказал? Это звучало как в театре, как в сказке, как в… Пози застыла.

— В книге, — произнесла она, хотя в комнате никого не было.

Она вспомнила. Она снова слышала родителей внизу, как и много раз до этого. Их голоса звенели от злости, разносились до дому и ее комнате, как в бесконечном кошмаре. Она помнила, как топали ее ноги, она выбралась из кровати, распахнула дверь спальни родителей. Она кричала на них, кричала поверх их крика, чтобы притупить страх и злость, что бушевали в ней. Но она увидела их лица, они смотрели на нее с потрясением, что сменилось злостью, а потом разочарованием, и это было хуже всего.

— Как они посмели? — Пози повернулась и прошептала в подушку. — Как они посмели злиться? Это они меня ранили. И Лили.

Пози ощутила трепет печали при мыслях о младшей сестре. Лили было всего одиннадцать. Пятнадцатилетней Пози этот возраст казался слишком юным, чтобы знать о проблемах в семье. Она надеялась, что Лили не слышала ссору, что прошла этой ночью, когда ее родители жестоко кричали друг на друга, а она жестоко накричала на них в ответ.

Слезы покалывали глаза. Она теперь помнила. Гнев и слезы так глубоко впились в ее юное сердце, что она ненавидела даже мысли о них. Гнев и слезы выгнали ее из дома в библиотеку. Спокойствие, тишина и книги. Пози так этого хотела.

И тогда она нашла книгу. Книга была невинной. Библиотека была старой, но Пози знала все пыльные углы и провисшие полки. А вчера оказалась в незнакомом месте. В тускло озаренном проходе она выбрала странную книгу с древним шрифтом. Пози выбрала ее за буквы, они напоминали обложки сказок, что она читала в детстве — тогда она ощущала себя персонажем и была в королевстве далеко от забот своего мира. Ей нужен был такой побег.

Ее пальцы касались выпуклого названия книги, корешка. Она открыла ее и… и…

Она резко села на незнакомой кровати. Она не осмелилась произнести это вслух, это казалось смешным. И все же…

Пози посмотрела на подоконник, но филин пропал. Юная служанка в простом сером платье подошла к кровати Пози и начала робко поправлять простыни, словно не знала, что ожидать. Девушка не смотрела в лицо Пози, даже когда та спросила об имени.

— Олена, — сказала девушка, опустив голову и глядя на свои сцепленные ладони.

— Олена, — сказала Пози, мысли о сестре сделали ее голос мягче. — Думаю, ты должна знать, что я не принцесса, да?

Олена вскинула голову и испуганно посмотрела на Пози.

— Да! Это… нет! О, принцесса! Не спрашивайте о таком! — девушка выбежала из комнаты, словно бежала от чего-то жуткого.

«Думай, — сказала себе Пози. — Думай. Где ты? Как ты сюда попала? Что делала последним? Кричала на родителей, говоря им заткнуться, говоря, что ненавижу их. Да, это я помню. А потом в библиотеке… я нашла книгу… взяла… странную… Открыла. Значит…», — голова Пози кружилась. Что это значило?

— Ты в книге, да.

Пози вздрогнула и повернулась на звук. Филин вернулся и сидел на подоконнике, словно и не пропадал. Его серо-белые перья блестели.

— Если тебе интересно, а это точно так, ты в книге. Это все, что я могу сейчас тебе сказать, ведь в королевстве сложная ситуация. Очень сложная. Может, я расскажу больше в другой раз, но не знаю, когда. Не сейчас. Нам нужно быть одним, мне нужно больше информации. Придется потерпеть, принцесса.

— Но почему вы зовете меня принцессой? — спросила Пози. — Вы же знаете, что я не принцесса, не дочь короля и королевы. Вряд ли вы понимаете, откуда я… Это место так отличается!

— О, конечно, отличается, — фыркнул филин, выпятив грудь. — Нет больше миров как этот. Мы — персонажи, живущие в Сюжете. И теперь ты одна из нас. Но больше я сейчас поведать не могу. Пока что, принцесса, предлагаю вам подыгрывать. Будет хуже, если вы будете говорить и спрашивать. Тут никто не задает вопросы. Нужно следовать Сюжету. Король иначе не может, — филин собрался улетать. Он повернулся к Пози и сказал. — Я Фалак, главный советник короля, если потребуюсь. Но пока я больше ничего не скажу, — он развернул большие крылья и улетел из виду.

* * *

Пози постепенно казалось, что нет ничего плохого, если ее считают принцессой. Чем больше она думала об этом, тем больше ей нравилось. Сколько раз она мечтала о таком, пока сидела на кровати, погрузившись в книгу?

Она лежала на большой мягкой кровати под шелковым покрывалом и ощущала себя довольно удобно. Ее страх и непонимание того, как она оказалась тут, были все менее важными. Филин сказал подыгрывать, и она была не против, если могла так жить как принцесса и забыть о тревогах другой своей жизни, что казалась такой далекой. Она решила насладиться приключением, даже если оно окажется сном.

Кое-что беспокоило ее, и она крутила это в голове. Если это был книга, и там было много персонажей, куда делась настоящая принцесса? А если она вернется и обнаружит, что Пози заняла ее место?


ГЛАВА ВТОРАЯ

В книге



Пози спала, будто сильно устала, хотя весь день только лежала на роскошной кровати принцессы. Проснувшись, она ощущала себя как новенькая, хотя ей все еще казалось, что все не так, как должно быть.

Служанка Олена появилась как по волшебству и принялась помогать ей с платьем. Когда Пози проснулась вчера, она была в простом белом платье. Потертые джинсы и футболка с длинными рукавами, что были на ней раньше, пропали.

Олена помогла Пози надеть сиреневое платье, что ощущалось как пена на коже. Складки ткани развевались вокруг фигуры Пози. Она глядела в зеркало и не верила, что смотрит на себя.

Пози редко любовалась собой, считала себя простой. Ее каштановые волосы ниспадали ниже плеч, всегда были спутанными, ведь она не могла управлять кудрями. Большие зелено-серые глаза были на бледном невыдающемся лице. Ее фигура… Мама звала ее поздним цветком, но Пози не ругала свою худую плоскую фигуру. Платье на ней показывало фигуру, о какой она не подозревала. Она покраснела и отвернулась от зеркала.

Она смотрела в зеркало достаточно долго. В платье ее неловкие изгибы казались изящными. Ее волосы были мягкими, глаза сияли, и это она не узнавала. Пози все еще не считала себя красивой, но могла теперь улыбнуться отражению, а это уже было лучше, чем раньше.

Олена уложила волосы Пози и украсила мелкими цветами, сказала, что закончила, и пора идти.

— Куда? — спросила Пози.

Олена заерзала и смотрела мимо левого уха Пози.

— Я… это… может… да, может, стоит узнать у вашего отца.

— Но, Олена, моего отца тут нет. Он не здесь. К кому мне идти? К королю? — Пози не удержалась, хотя знала, о ком говорила Олена.

Руки Олены дернулись, она сцепила их.

— Что ж, — сказала Пози, когда поняла, что служанка ей не ответит, — я поговорю с королем, — она подняла юбки и вышла из комнаты, ощущая трепет от того, как объемные юбки задевали ее лодыжки, а изящные туфли шли по мрамору.

Закрыв за собой день, Пози поняла, что это ее первый выход из спальни принцессы. Она ощутила растущее любопытство насчет королевства, в которое попала.

«Книга, — потрясенно говорила она себе, пока шла по широким коридорам замка. — Я в книге, так сказал мне филин Фалак. Как, если все вокруг ощущается настоящим?» — Пози замедлилась и провела кончиками пальцев по каменной стене коридора. Твердый и холодный камень… не сон. Пози не понимала.

— Дочь! — прогремел голос, который Пози сразу узнала. Она глубоко вдохнула, повернулась и робко улыбнулась королю, идущему к ней. Пози не знала, как отвечать этому крупному мужчине, что смотрел на нее пристальными угольными глазами. Ее сердце забилось быстрее, она склонила голову и постаралась присесть в реверансе.

— Ваше величество, — пробормотала она, с трудом осмеливаясь посмотреть ему в лицо. Она не знала, была ли потрясена, или ей хотелось рассмеяться от абсурдности ситуации.

— О, неплохо! — он просиял. — Тебе уже лучше, моя Эванта.

— Эванта? — спросила Пози.

— Теперь начнем Сюжет, да? В этот раз осторожнее, да? Мы не хотим больше рискованных поездок или расхождений с текстом. Чем станет королевство, а?

— Рискованные поездки? — спросила Пози. — Я же вроде страдала от лихорадки…

— Ах, — король хитро улыбнулся. — Да, да, лихорадка. Конечно.

Как он мог так быстро забыть, что случилось с его дочерью?

«Но я и не его дочь, да?» — отметила Пози. Может, она была похожа на принцессу Эванту, потому их и спутали?

— Но меня зовут Пози, — осторожно сказала она. — Спасибо, что помогли прийти в себя, хотя я не понимаю, что произошло. Все запуталось. Но я уверена, что я не та, за кого вы меня принимаете… Ваше величество, — решила добавить она.

Король смотрел на нее пару секунд, что затянулись, а потом шагнул к ней. Он нежно взял ее за руку ладонью с кольцами и склонился к ней так близко, что его рот был почти у ее уха.

— Теперь уже так нельзя говорить, милая, — его мягкий голос был убийственным, как нож, завернутый в бархат. Сердце Пози колотилось, его хватка на руке стала сильнее, он зашипел. — Люди будут думать, что рана навредила тебе. Мы теперь следуем Сюжету, моя дочь, и если ты от него отойдешь, то сильно пожалеешь. Ты — моя дочь, принцесса Эванта, а я твой отец, король Мелантиус, правитель королевства и всех существ в нем. Твоя мать — королева Валанор. Лучше бы тебе все это запомнить… милая, — голос короля резко повеселел на последнем слове, он разжал крепкую хватку. Пози отпрянула. Он убрал прядь ее волос на место отцовским жестом и цокнул. — Жаль, что ты потеряла память! Тебе нужно встретиться с Фалаком как можно скорее и узнать все о королевстве, милая. Ты многое, похоже, забыла, — он повернулся и ушел по коридору, больше ничего не сказав.

Пози судорожно выдохнула и поняла, что не дышала. Король угрожал ей? Его поведение так резко изменилось, что она хотела верить, что этого не было. Король — и все королевство — видел в ней принцессу Эванту. Не важно, верили они, что она принцесса, или нет. Она поежилась.

Она не знала, как долго продлится эта игра. Это был ее второй день в книге. Если бы она знала, что так будет, не делала бы это. А потом она вспомнила голос короля, его дыхание на своем лице, его стальную хватку и поняла, что все это не важно. Холод проник в нее от осознания, что она в ловушке. Этот приятный сон уже напоминал кошмар.

* * *

В прошлом разговоре с Фалаком он признал, что она не принадлежала этой книге, и ей это точно не показалось. Ей нужно было поговорить с ним, пока не стало еще страшнее. Она подняла юбки и побежала по коридору. Страж стоял у больших отполированных деревянных дверей, и она остановилась перед ним.

— Простите, — осторожно сказала она, не зная, с чего начать.

— Принцесса Эванта, — страж низко поклонился и выпрямился. Пози заметила, что он, как и Олена, не смотрит ей в лицо.

— Я хочу поговорить с Фалаком. Покажете, куда идти? — страж замешкался, и она добавила. — Король Мела… мой отец хочет, чтобы я с ним поговорила.

Он кивнул и сказал:

— О, да, принцесса. Следуйте за мной.

Страж повел ее по коридорам и спиральным лестницам, и их было столько, что Пози запуталась к моменту, когда они остановились. Перед ними была низкая дверь в арке, деревянная и с сучками. Пози попыталась перевести дыхание, пока страж стучал в дверь. Изнутри донесся шум, и мужчина поднял засов и вошел, Пози не отставала.

Хотя была середина утра, в комнате было темно. Пози оглядела комнату и поняла, что большие окна закрывали плотные шторы цвета полночного неба. Свет в комнате был только от огня в каменном камине в дальней части комнаты. Потолок был куполом над ними. Книжные полки, казалось, вырезали из стволов больших деревьев, ветви тянулись в стороны и в комнату, как ищущие пальцы. Пози заметила Фалака на одной из ветвей, его большие круглые глаза блестели в свете огня. Он был так неподвижен, что Пози пару раз пропустила его, пока озиралась.

— К вам принцесса Эванта, советник, — сказал страж, поклонился и ушел к двери.

— Хорошо, — сухо сказал Фалак. — Присоединитесь ко мне, принцесса? — он развернул крылья и слетел к креслу у камина. Пози прошла по комнате и села в кресло напротив. — Король вас прислал? — сказал Фалак. Пози обрадовалась, что он называл короля так, а не ее отцом.



— Да, — ответила она, — хотя я сама собиралась прийти к вам для разговора.

— О? Зачем? — филин склонил голову набок.

— Потому что… вчера вы сказали, что нам нужно поговорить, что вы расскажете…

— Когда придет время. Когда я соберу больше информации. Время еще не наступило. Я могу рассказать часть, но не целое. Нужно терпение, принцесса.

Пози смотрела на него и медленно спросила:

— Почему вы зовете меня принцессой, если знаете, что это не так?

— Потому что ты теперь принцесса, она нужна нам, чтобы следовать Сюжету и спасти нашу книгу.

— Что? — потрясенно сказала Пози. — Но зачем?

Фалак моргнул.

— Я расскажу, что могу.

Пози кивнула.

— Наша принцесса Эванта пропала, — начал филин, в его больших глазах отражался свет огня. — Она всегда была тут, не отступала от Сюжета. Но в день… в один из дней она пропала, и мы обнаружили, что она сбежала, — его голос стал тихим и резким. — Мы не знаем причину. Мы не знаем, почему она нас так предала. Мы знаем лишь, что Сюжет и королевство не могут без нее. В королевстве поднялся шум, когда оказалось, что она пропала, четыре дня назад. Хотя вы из другого мира, уверен, вы понимаете, что без одного из персонажей Сюжет идти не может, да? Наши жизни на кону. Король Мелантиус и королева Валанор с ума сходили от беспокойства за дочь и королевство, не зная, что с ним будет, если она вскоре не вернется.

— Если все знают, что она пропала, — медленно сказала Пози, — почему со мной обращаются как с принцессой? И как я сюда попала?

— Ах, да, — Фалак взъерошил перья и выпятил грудь. — Это моя заслуга. Но мне помогла удача.

— Вы меня прислали сюда? — голос Пози стал выше от потрясения. — Но как? Как это возможно? Откуда вы обо мне знали?

Фалак подвинул лапы на подлокотнике кресла и кашлянул:

— Я не опытен, но я знаю магию. Я едва могу ее применять, но изучал из любопытства. Но за годы изучения магии я узнал, что в нашем королевстве и Сюжете есть волшебные законы, которые касаются не только персонажей, но и всех вне нашего королевства. Мы зовем законы Безграничными, ведь они применимы во всех историях.

— Даже на мне и истории… мире, откуда я?

Фалак кивнул.

— Сложно объяснить тому, кто не изучал это так, как я, потому Его величество просто оставил все мне, но, если вкратце, порой возникают, так называемые, Требования. Они могут происходить в этом мире и остальных. Когда они происходят в другом королевстве, есть два пути развития событий: или Требование само разрешится, или возникнет хаос и вред. Наш король не из тех, кто стоит в стороне и надеется, что проблемы пропадут сами, и, — глаза существа мерцали от огня, — я тоже.

Пози следила за филином, пока он говорил. Король сильно полагался на своего советника, и Фалак много решений явно принимал сам ради королевства.

— Я говорю о, конечно, пропаже принцессы и продолжении Сюжета, — говорил Фалак. — У нас проблема. В том и суть. Я узнал, что считается, хоть это не доказано, что, если Требование происходит в двух разных королевствах, и они соединены — как во время затмения — то они могут слиться и решить друг друга. Надеюсь — и верю… — его голос стал выше от волнения, — что это и принесло вас сюда. Вы — ответ на наше Требование, а мы, может, ответ на ваше.

Пози смотрела на Фалака, раскрыв рот. Она потрясенно покачала головой и сказала:

— Но вы ошибаетесь. У меня нет… Требования.

— Да? — Фалак не ждал ее ответ, Пози знала, что его не обманешь. У нее была необходимость, не было смысла притворяться. Но было ли это ответом? Вряд ли. — Да, — резко сказал Фалак. — Я вижу по вашему лицу, что вы считаете это правдой. Так я и думал. Впервые в истории Сюжета — и вообще — произошло затмение Требований. Видите ли, принцесса, вы тут не просто так.

Пози не знала, как ответить. Это было странно, да, но как и все, что произошло с ней за последние пару дней. Она начинала скучать по родителям, хоть они не переживали из-за ее пропажи, и это ей быстро надоедало.

— Я на месте принцессы, — медленно сказала она. — Что теперь? Король мне мило напомнил, что я не знаю ничего о Сюжете, что я могу все испортить, а это вам не нужно.

Фалак смотрел на нее без эмоций пару секунд и сказал:

— Ничего не поделать. Вы будете, конечно, ошибаться немного, но это не важно, пока вы идете к цели. Как только придет читатель, вам нужно будет три дня оставаться здесь, а потом сможете идти.

— Моя роль завершится через три дня? — с подозрением спросила Пози.

— Да.

— Что со мной будет? Я главный персонаж?

Фалак выпрямился на подлокотнике и строго посмотрел на нее.

— Персонажи равны, без них разве сможет продолжиться Сюжет?

Пози закатила глаза.

— Ладно, может, вы должны так говорить, но, Фалак, все мы знаем, что в книгах есть главные и второстепенные персонажи, да? Я — главный или второстепенный? Принцесса, наверное, главный, раз в королевстве поднялся шум, когда она сбежала.

— Ваша роль, — сухо сказал Фалак, — основная в Сюжете. Без вас Сюжета не будет.

— Главная, — сказала Пози и улыбнулась, когда Фалак в тишине нахмурился. — Что мне нужно знать о персонаже, раз уйти я не могу? Есть какой-то сценарий?

— Нет, таких удобств нет. Идите за мной, — филин пролетел по мрачной комнате к одному из стеллажей, вырезанных в стволе дерева. Он указал крылом на флакон, один из сотен на полках в комнате. — Это подскажет вам, что нужно делать или говорить. Просто возьмите и откройте, когда выйдете из моей комнаты. Остальное произойдет само.

Пози схватила хрустальный флакон.

— Жаль, я плохо играю. Мне никто не поверит. Надеюсь, ваши читатели не обидятся на плохое выступление! — она рассмеялась.

— Наших читателей, — сказал Фалак почти скорбно, — очень мало, к сожалению. Мрачные сказки не так популярны, как раньше. И не переживайте об игре — это, к счастью, читатели делают сами. Пока вы говорите и находитесь там, где должны быть, когда нужно, воображение читателя заполнит пробелы. Пока слова верны Сюжету и поняты, все будет хорошо.

— Да, я и не подумала, — сказала Пози. — Но, — она посмотрела на Фалака, — вы сказали «темная сказка». Как это понимать?

— О, история, что близка к реальности, — осторожно сказал он. — История с напряжением и силой. Там ярок свет и густые тени.

Пози не была уверена, что это считалось ответом.

— Конец не счастливый? — спросила она с растущим волнением.

— Смотря для кого. У кого счастливый, у кого — нет. Это Сюжет, без него мы не существовали бы.

«Почему он так говорит?» — его глаза сияли, он разглядывал Пози миг и добавил:

— Я хочу рассказать вам, принцесса, но не могу, пока не узнаю больше. Я приду к вам, когда настанет час. А теперь идите, — он взлетел под купол потолка, Пози задрала голову, но он напоминал призрака на черном небе.


ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Принцесса-самозванка


Пози словно открыла магию, когда откупорила флакон с тихим хлопком. Оттуда вылился голубой сияющий туман, окружи ее ноги, поднялся по юбкам к волосам и глазам. Ее кожу покалывало, нежные пальцы тумана скользили по ее спине и коже головы. Приятное тепло наполнило ее с головы до пят. Ощущение угасло, и Пози услышала голос, что тихо подсказывал ей, что делать.

«Идите по коридору, милая. Да, туда. А теперь по этой лестнице и направо, а потом еще направо. Не медлите, принцесса».

Она подумала, что, когда читатель откроет книгу, и настанет время играть ее роль, голос будет подсказывать ей и слова. Ей не придется ничего учить, и это радовало. Туман привел ее к ее комнате. Он перестал говорить, когда она пришла, хотя она слушала долго, проверяя, что он ушел.

— Что мне теперь делать? — сказала она в пустой комнате.

Туман появился, закружился над ее головой. Он цокнул и бодро сказал:

«Сейчас читателя нет, глупая принцесса, так что не делай ничего, если не хочешь».

Пози прошла к высокому окну, вырезанному в каменной стене. Она посмотрела на две другие башни, ниже и меньше, чем ее, на двор и то, что походило на конюшни, за ним. Поля тянулись за стенами замка, и за ними Пози увидела густой лес и холм.

Ее мысли ждали тишины и уединения, потому что обрушились на нее. Смешалось все, что она говорила, все, что происходило.

Принцесса сбежала. Фалак говорил Пози, что ее роль в Сюжете основная. Все знали, что Пози — не принцесса, но не признавались, даже не смотрели ей в глаза. Почему же принцесса Эванта убежала от Сюжета? От того, что ее ждало?

Тело Пози похолодело. Она задрожала и отошла к камину, что уже горел. Она сидела в кресле с высокой спинкой и смотрела на яркий огонь. Она должна была узнать ответ.

Она ощущала, что он ужасен, заставил принцессу убежать. Она видела это в холодном взгляде Фалака, в угрозах короля и даже во взглядах служанки и стражей. Теперь Пози играла эту роль и столкнется с тем, что грядет. Фалак сказал, что для кого-то конец будет счастливым. Но для остальных…

— У меня конец будет темным? — пробормотала Пози туману, что мерцал у столбика кровати. Ее сердце колотилось, но ответа не было.

* * *

День тянулся, и Пози стало скучно. Она расхаживала по мраморному полу комнаты, лавандовое платье шуршало вокруг нее, и она смотрела на яркие гобелены на каменных стенах спальни, пока не запомнила их. Олена принесла обед на золотом подносе. Пози смотрела на еду на столе, которую расставляла Олена.

«Наверное, вкуса не будет. Как может быть вкус у еды в книге?» — она съела кусочек и ощутила вспышку ощущений и поразительных вкусов.

— О, нет, — сказала она, улыбнувшись Олене. — Теперь я не смогу есть обычную еду, — глаза Олены округлились, она неловко кивнула, присела в реверансе и поспешила к двери.

Пози вздохнула.

— Олена, можешь кое-что рассказать?

Девушка повернулась, светлые кудри трепетали вокруг бледного лица.

— Когда меня захотят увидеть родители? Я про короля и королеву. От травмы головы я многое забыла, — Пози изящно прижала ладонь к виску, чуть скривившись для эффекта. Травма головы? Или лихорадка? Она не помнила, но это и не было важно.

Служанка просияла от простоты вопроса.

— Принцесса, обычно персонажи ждут, пока читатель не явится, но члены королевской семьи, как вы, можете развлекаться в замке или в округе во время ожидания. Король любит охотиться и устраивать бал между читателями.

— А что ты делаешь, пока ждешь читателя, Олена? — любопытно спросила Пози.

— О, миледи, у меня много дел. Мы убираем замок, чтобы он сиял, когда читатель откроет книгу. Сюжет должен быть готов начаться в любой миг. А читатель может открыть книгу и в начале, и в середине… они такие непредсказуемые!

— Какая у тебя роль в книге?

— Я твоя служанка, — сказала она, словно ответ был очевиден.

— А как тебя зовут в Сюжете?

— Олена, миледи.

— Так ты персонаж, и персонаж — это то, кто ты на самом деле?

Олена растерялась.

— Миледи?

— Хмм. Ничего, — Пози слизнула соус с пальцев, не замечая испуганный взгляд Олены. — Раз я в королевской семье, думаю, я использую шанс побродить по землям замка. Если меня будут спрашивать, так им и скажи.

— Хорошо, миледи, — Олена присела в реверансе еще раз и тихо пропала за дверью.

Пози встала с новой энергией. Знала бы она раньше! Замок был большим, а земли — полными интересных мест. Она пошла к дверям, и туман окутал ее плечи и сказал на ухо:

«Девочка, ты не пойдешь в этих туфлях! И без шали! Стыдно, принцесса!».

— О, — Пози посмотрела на легкие туфли из ткани. Она быстро сменила их на сапожки, которые нашла в деревянном шкафу возле ее кровати, и схватила белый меховой плащ с капюшоном, накинула его на плечи.

Пози нравилось теряться, хотя замок был полон стражи, персонажей и тумана, и она не была одна. Она указала туману остаться в ее комнате. В этот раз она сама найдет путь. Ответом был недовольный вздох.

После бесконечных поворотов и коридоров, что выглядели одинаково, и пары опасных каменных лестниц Пози вышла во двор замка. Солнце озарило ее, и она радостно вздохнула. Но ветер жалил ее щеки и нос, пока она шла по мощеному двору и мимо журчащего фонтана, и она плотнее укуталась в плащ.

Пози не знала, куда шла. Она шла, ощущая свободу после двух дней заключения. Она оказалась на краю сада, перед ней были конюшни.

— Добрый день, госпожа, — юный конюх окликнул ее и поклонился у высоких дверей, где он вычесывал лошадь. — Хотите прокатиться?

— О, я… — Пози опешила. Она еще не каталась на лошади, и она знала, что сейчас не время учиться. — Нет, не сегодня. Но спасибо.

— Думай, что спрашиваешь у принцессы, — раздался из тьмы конюшни новый голос, и говорящий вышел на солнце. — После случая, от которого она только оправилась? Я не удивлюсь, если она и видеть лошадей не захочет!

Пози посмотрела на юношу, что был на два-три года старше нее. Его волосы падали шелковыми черными волнами на плечи, темные глаза пылали насмешкой, пока он разглядывал ее. Он не был конюхом, судя по его одежде и наглому стилю речи. Пози нахмурилась.

— О, простите, — он перебил ее мысли. — Была ведь травма головы? — он впился в нее взглядом, словно она ответила бы не только на этот вопрос.

Пози отвернулась и вскинула голову.

— Не сегодня, — поспешила сказать она. — Но я еще прокачусь. Спасибо за тревогу, — она повернулась уходить, он еще смотрел на нее. Пристальность его взгляда вызывала желание сжаться или убежать. Но она повернулась к нему и сказала, не скрывая возмущения. — Тебе нечем заняться? Никуда не надо? Так… раздражаешь, — она старалась не думать, как по-детски звучали слова.

Юноша с темными волосами фыркнул, пожал плечами и сказал:

— Как хочешь. Эванта всегда делала по-своему. Почему ее… замена должна быть другой?

Рот Пози раскрылся, конюх рядом с ней перестал вычесывать коня. Она смотрела, как юноша бесстрастно возвращается в конюшни. Только Фалак до этого так нагло говорил с ней о ее роли и о том, что она не отсюда.

Но она что-то увидела на миг. Что-то мелькнуло за его глазами так быстро, что она почти могла убедить себя, что там ничего не было. И все же… Что это было? Страх? Печаль? Смятение? Может, все вместе. Пози вдруг ощутила себя пустой и без сил.

С высокой башни зазвонили колокола, и Пози пошла по садам в замок.

* * *

Олена ждала, когда Пози прибыла в свою комнату.

— Миледи, — Олена присела в реверансе и сказала. — Через час будет ужин в большом зале с королем и королевой.

— Я буду есть с… родителями? — спросила Пози. — Это… привычно? Я так делала и до… болезни?

— О, да, порой, но не всегда. Обычно… — она замолчала, словно размышляла, можно ли продолжать. — Обычно Его величество ужинает с семьей, когда ему есть что сказать о Сюжете и персонажах.

— Ясно. Хорошо. Ты поможешь мне подготовиться?

— Конечно, миледи. Я помогу вам переодеться и уложить волосы.

Еще час, пока Олена закрепляла волосы Пози на голове и горячими щипцами завивала их в кольца, Пози размышляла. Этой ночью она столкнется с королем и королевой. Она не видела короля с пугающего разговора в коридоре, казалось, это было очень давно. Она не боялась, но волнение покалывало нервы. Может, она что-нибудь узнает сегодня.

Когда она была готова и стояла перед зеркалом, вид пленил Пози. Может, все правда поверят, что она была принцессой, если она явится в таком виде. Олена покрыла ее лицо пудрой, уложила изящные пряди, ниспадающие до плеч, и Пози пыталась найти сходство с девушкой, которую она обычно видела в зеркале.

Как она вообще выглядела? Что-то в книге или замке, казалось, висело над ней, заставляя забыть все, что она знала раньше. Пози пыталась вспомнить сестру, маму, папу, дом. Она со страхом поняла, что не может. Некий туман старался скрыть это от нее. Она ощущала его на краю сознания. Она вдруг поняла, что ей нужно поскорее уходить отсюда.

* * *

Туман привел ее в банкетный зал, комментируя ее внешность пи этом. Пози рассеянно кивала, пока он плащом кружился на ее плечах и шептал:

«Это платье явно делает тебя чуть выше, милая».

— Это хорошо, — буркнула Пози, думая о другом.

— Дочь! — голос короля Мелантиуса прогремел в большой комнате, как только Пози миновала двери. — Иди скорее сюда. Мы с королевой на тебя посмотрим!

Пози прошла изящно, как могла мимо пустых стульев с высокими спинками у стола. Она робко посмотрела в лицо королю, не зная, как вести себя с ним после прошлого разговора. Но его лицо ничего не выдавало, казалось, между ними не было жестоких или неловких слов. Он улыбнулся ей, обхватил ее ладошку большой рукой и поцеловал. А потом он выдвинул стул для нее.

— Эванта, милая, — королева улыбнулась, белые ладони лежали на коленях. — Я так рада, что ты смогла к нам присоединиться. Твое выздоровление — просто чудо.

Пози похолодела от речи королевы. Ее слова словно были прописаны. Словно маска.

— Да, — сказала Пози. — Мне намного лучше. Спасибо, Ваше величество, — она отметила, что называла их родителями перед Оленой, чтобы не расстроить ее, но не могла делать это им в лицо. Они не были ее родителями, и она не могла представить обратного.



Король сел во главе стола. Королева и Пози сидели напротив друг друга чуть дальше. Мелантиус посмотрел на них с широкой улыбкой.

— Мы в любой день ожидаем читателя.

— Да? — Пози не успела сдержаться.

«Как они поймут, что читатель придет?».

Король вскинул черную бровь.

— Да. Мы всегда ожидаем читателя. Он может прийти завтра или через неделю. Кто знает? Но мы его получим, это точно. Нашу историю расскажут, принцесса. Мою, твое матери… твою.

— И… — Пози нервно вдохнула, — что у меня за история, Ваше величество?

Король прищурился, глядя на нее, сжав губы. Пози в панике решила сменить тактику.

— Это… из-за случая я многое забыла. Я знаю, что сыграю роль в Сюжете, когда настанет время. Просто… я хотела бы заранее знать, что от меня ждут, — вряд ли король расскажет, но спросить она должна была.

Королева посмотрела на мужа, он нахмурился, сдвинув кустистые брови.

— Думаю, я расскажу тебе, Эванта, ведь у тебя проблемы с памятью. Но не сегодня. Может, завтра днем? В моем зале переговоров.

Пози радостно кивнула. Если король хотел рассказать ей о роли в Сюжете, то все не так плохо. Хотя Фалак говорил, что сказка мрачная. Слуги принесли еду, на пару минут разговор прервался. Пози расслабилась, и тут двери в дальнем конце комнаты с грохотом распахнулись. Пози не дала рту раскрыться, но ее глаза расширились от потрясения при виде вошедшего.

Он не был ей удивлен. Он улыбнулся, что не отразилось в глазах, и сказал насмешливым тоном, который Пози запомнила:

— А, сестра. Добрый вечер.

Король зарычал:

— Киран, сын мой, ты поздно. Мы начали без тебя.

«Сестра, — подумала Пози, — сын», — ее сердце билось быстро, она смотрела на тарелку. Он был принцем королевства. Конечно, он так говорил с ней во дворе. Что он думал о ней, делающей вид, что она — принцесса Эванта, его сестра? Кто лучше него знал, что она — самозванка? Пози покраснела. Когда она нашла смелость поднять взгляд, принц Киран оказался спокойным, жадно поглощал еду, игнорируя ее.

— Это все, что ты скажешь сестре, Киран? — заявил король, глядя на сына мелкими глазками. Принц застыл, и уши Пози горели. Она хотела сказать: «Ничего, это не важно!».

Принц поднял темные глаза, и взгляд сказал Пози все, что она хотела знать. Киран знал, что она не принцесса, она это ясно видела, и он ненавидел ее за это. А как иначе?

Но когда он посмотрел на отца, Пози увидела даже больше. Насмешка в ее сторону хоть была открытой, а от его взгляда на Мелантиуса она поежилась и ощутила укол печали. Там не было уважения, а гнева было столько, что Пози подумала невольно, что у нее с принцем все же была странная связь.

Лицо принца стало маской, и он сказал:

— Я рад, что тебе лучше, Эванта, — его голос был без эмоций, как и лицо. Мелантиус кивнул с одобрением и продолжил резать мясо.

Пози еще никогда так не радовалась концу ужина, как когда встал король. Она потела под корсетом платья, едва смогла хоть что-то проглотить. Король и королева пожелали ей и Кирану спокойной ночи и ушли в широкий коридор, освещенный свечами. Киран быстро развернулся и пошел в другую сторону, не взглянув на Пози.

— Стой! — Пози удивила себя. Она быстро прошла к нему, а он хмуро посмотрел на нее. — Я знаю, ты презираешь меня, — слова летели изо рта Пози в спешке от желания оправдаться. Она помнила об осторожности, так что понизила голос. — Я не принцесса Эванта. Конечно! Я не хочу быть тут! Меня зовут Пози, я даже не из книги — этого мира — этого места! Твой отец… он… я пыталась объяснить ему, но он…

— Не послушал? — лицо Кирана было нечитаемым.

— Не совсем, — Пози тряхнула головой. — Я пыталась рассказать ему, но… он мне не поверил бы.

— Не поверил или не позволил бы говорить правду? — принц с горечью улыбнулся. — Король отлично знает, кто ты. Думаешь, он верит, что ты — его дочь, как я верю, что ты — моя сестра? Он просто хочет, чтобы ты заняла место Эванты. Какая разница, если все в королевстве считают тебя заменой? Важно, верит в тебя читатель или нет, а не другие персонажи. Сюжет важнее всего, — яд сочился из его голоса.

— И, — Пози посмотрела на него с вопросом, — ты знал, что твоя сестра сбежит?

— Нет. Я узнал со всеми, когда она пропала, — Пози видела печаль в его темных глазах, Киран опустил взгляд. — Если бы она сказала, может, я остановил бы ее. Или… — он затих.

— Да? — тихо спросила Пози.

— Может, ушел бы с ней! — Киран с вызовом посмотрел на Пози. — Отцу нет дела. Отстутствие Эванты для него лишь бремя. Он не думает о ее безопасности. Он думает лишь, что роль нужно занять. Как же его драгоценный Сюжет без нее? Видимо, нам повезло, что ты здесь. Моей сестре хоть не придется снова через это проходить. Ей приходилось каждый раз с новым читателем. Отец не видел, что она точно сбежала бы однажды?

— Что? — медленно сказала Пози, сердце колотилось. — Через что проходить?

— Ты не знаешь? Ясное дело. Если тебе расскажут, ты тоже сбежишь, — принц Киран едко рассмеялся. — Ничего. Не заботь свою головку этим, — он похлопал кудри Пози, она зло отбила его руку. Страх впился в нее, а она сжала его руку, не подумав.

— Принц Киран, — сказала Пози, — расскажите, что это. Что меня ждет? Какая у меня роль в Сюжете?

Он посерьезнел, но покачал головой, черные пряди задевали его щеки.

— Не могу, — просто сказал он. — Мне тебя жаль. Пози. Но ты должна спросить отца или кого-то еще. Я расскажу, а ты убежишь. Я не могу так рисковать. Отец попытается обмануть тебя, не позволяй ему. Требуй правды. Когда узнаешь и захочешь остаться, поговори со мной. И ты будешь самой храброй после моей сестры.

* * *

«Значит, — думала Пози, дрожа под одеялами кровати, — меня ждет ужасная судьба», — ей хотелось смеяться от этих слов. «Ужасная судьба» должно быть на обложке, чтобы привлечь читателя. Она вдруг ощутила себя до боли одиноко. Она сжалась в комок, неуверенность и страх терзали ее. Она уснула тревожно, но перед этим по ее щекам на подушку стекали слезы.


ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Полночная встреча



Пози снились перья… внушительный голос. Она услышала хлопанье крыльев, показалось, среди них, за ними были ее родители и сестренка Лили. Она пыталась позвать их, привлечь внимание, но голос не вылетал из горла. Что-то щекотало ее нос, она сонно отмахнулась. Оно передвинулось на ее щеку, ухо, пока она не проснулась. Она села, тяжело дыша, уверенная, что кто-то был в ее комнату. Она посмотрела на окно, думая о Фалаке, но там был только яркий полумесяц, поразительно большой, и скопление звезд.

Пози протерла глаза и огляделась. Огонь почти погас в камине, было холодно. Она притянула к себе одеяла, и с ее груди соскользнул сложенный листок. Пози схватила его и развернула, повернула к свету луны.

«Скорее в зал переговоров. Ты все узнаешь. Никому не давай себя увидеть».

Печати или подписи не было. Олена спала в соседней комнате с Пози, и на миг та подумала разбудить ее. Она отказалась от идеи, Олена не обрадовалась бы прогулке посреди ночи. Об этом принцесса Эванта и не мечтала бы.

Пози не переодевалась. Она не смогла бы, одежда тут была сложной, требовала помощи. Ее платье было длинным, она накинула тяжелый халат и обула туфли. Она предпочла бы сапоги, но туфли были мягче и тише.

«Куда ты, милая?» — туман сонно поднялся над ее головой, когда она прошла к двери.

— В зал переговоров, — тихо ответила Пози, забыв о нем. — Ты можешь меня отвести?

«Могу… наверное… но уже поздно. Необычно. Но будь по-твоему, принцесса. Тебе нужна свеча. Я не ошибусь в направлении, но не буду виноват, если ты врежешься в стену или упадешь с лестницы».

— О, да, — Пози зажгла свечу от углей в камине и опустила ее на подставку.

«Хорошо, — сказал туман, хоть показался Пози недовольным. — Идем».

Через пару минут Пози замерла у больших красивых дверей. Они были золотыми с разными редкими камнями. На одной двери камни складывались в М, на другой — в В.

— Мелантиус и Валанор, — прошептала Пози, коснувшись бриллианта, что поблескивал в свете ее свечи.

«Знаешь, — задумчиво сказал туман. — Лучше тут не ходи. Эти дверь тяжелые, церемониальные. Может, в боковую? Туда, милая, справа. Вот тут».

Пози заметила другую дверь, едва заметную в изгибе стены.

«Это для слуг, — шепнул туман на ухо, — но это удобно».

— Да, спасибо, — кивнула Пози, шагнув к двери.

«Удобно, — подумала она. — И тихо», — в записке ее просили никому не попасться, да? Она начинала нервничать, подумывала, что совершила ужасную ошибку. А если это ее роль в Сюжете? А если тут ее жестоко убьют? Но она шла туда. Ее ладонь замерла над дверной ручкой, она подумывала убежать в свою комнату, но тут услышала голоса. Они доносились из комнаты, такие тихие, что было сложно уловить. Тусклый теплый свет сиял из-под двери. Она до этого не замечала его.

Она замерла, не зная, что делать. Был ли там голос того, кто призвал ее? Или это было совпадением, и ночью тут встретились другие?

Пози повернула медленно ручку двери, приоткрыла ее, радуясь, что петли не заскрипели. Она тихо прошла в комнату, прижимаясь к стене в тени. Посреди мраморного пола была платформа, к которой вели широкие каменные ступени. Там стояло два чудесных трона из золота. Два ряда маленьких золотых деревьев — статуй, как решила Пози — стояли вдоль прохода, что вел к тронам. На изогнутых ветвях деревьев сидел Фалак и другая сова, что была меньше и с красно-коричневыми перьями. Король Мелантиус сидел перед ними у трона.

Пози с тревогой подобралась ближе. Она тихо опустилась на колени и поползла без изящества к говорящим, прячась в тенях каменных колонн у края комнаты. Она уже не осмелилась приближаться, замерла и села на холодный пол, притянула колени к груди и прижалась к ним челюстью, чтобы зубы не стучали от страха и холода.

— Мы не знаем, когда придет читатель. Даже Автор не знает, — сказал Фалак.

Мелантиус зло посмотрел на него и зарычал:

— Не говори мне об Авторе. Он бросил нас, если он вообще существовал. Я теперь правитель королевства. Я — хранитель Сюжета.

— Как скажете, — не спорил Фалак, его большие оранжевые глаза были нечитаемыми в сиянии свечи.

— Что скажешь ты, Эгберт? — Мелантиус кивнул другой сове.

— Тут я соглашусь с Фалаком, — серьезно ответил Эгберт. — Читатель может прибыть в этот миг, а то и через год, но это не повлияет на Пределы и земли за ними. Существа дикие, не часть Сюжета, и они восстанут против вас. Если они будут угрожать, захватят королевство, и тут придет читатель…

— То все будет потеряно, — закончил Мелантиус с блеском глаз.

— Да, — согласился Фалак, кивая. — Как Сюжет устоит, если Дикий народ захватит королевство? Даже без войны они угрожают нам пересечением Пределов, изменением образа жизни. А если один из них попадет в королевство, пока читатель читает историю? Что тогда? Сюжет будет уничтожен!

Мелантиус покраснел. Он ударил кулаком по трону.

— Этого не будет! — закричал он, совы переглянулись. — Мы объявим войну, — сказал он, — но вне королевства, подальше от Пределов Сюжета. Читатель не должен знать, что творится. Персонажи должны мирно играть роли.

— Да, да, — нетерпеливо сказал Фалак, — но как же армии? Они будут воевать, а этого нет в Сюжете.

Мелантиус смотрел на Фалака пару секунд, а потом тихо сказал:

— Ты что-нибудь придумаешь, Фалак. Как всегда. Ты скажешь персонажам то, что их успокоит, и, если читатель придет, мы будем вести себя так, словно таким Автор и сделал Сюжет. Пока мой народ верит, что я управляю Сюжетом, — он зловеще зашептал, — пока они верят, что Автор бросил королевство, мое место на троне, а ваше как советников, защищено навеки.

Пози поняла, что король так делал часто. Обманывал персонажей, читателей. Принц Киран не зря презирал его. Пози потирала руки, чтобы не дрожать. Но не холод замка сжимал холодными пальцами ее сердце. Она была в ужасе от того, каким был король, и что он делал. И ее смущало, что Фалак в этом участвовал. Она думала, что может поверить ему, но, похоже, ошиблась. Он был таким же, как король Мелантиус.

Она уловила слова Фалака:

— А что принцесса Эванта, Ваше величество?

— А что она? — фыркнул Мелантиус. Он перестал расхаживать, Пози услышала усталость в его голосе. Его широкие плечи опустились, он сел на трон. — Насколько я знаю, он не уходила. Девочка, что здесь, займет ее место, и дело с концом.

Эгберт зашуршал перьями и кашлянул:

— Ваше величество, простите, но… если она пройдет жертву и, когда придет другой читатель, решит, что не хочет повторять роль? Что мешает ей убежать как принцессе Эванте? Мы удержим ее тут навеки?

Тело Пози застыло.

Мелантиус выпрямился и ответил, не глядя на птиц:

— А почему ей не хотеть пройти это снова? Она знает, в книге не умирают по-настоящему. Ее можно принести в жертву сотни, тысячи раз, но она всегда будет тут в начале Сюжета! И… — король медленно развернулся и посмотрел хмуро на Эгберта, — ты хорошо знаешь, что моя дочь не потому ушла. Она предательница, но не была трусливой.

— Нет, я… — начал испуганно Эгберт, но Фалак прервал его:

— Мы знаем, у нее были свои причины предать королевство и вас, господин. И мы знаем, — он посмотрел на Эгберта, — что не должны говорить об этом, раз ее нет.

— Да, да, — пробормотал король, хмурясь. А потом он вытянул руки над головой и зевнул. — Спасибо за встречу, — он кивнул Фалаку и Эгберту. — Я хотел поговорить с вами, а потом с остальными советниками. Думаю, завтра объявим войну. Нельзя допускать угрозы Пределам. Может, хватит угрозы в ответ, и все будет покончено. Может, и не нужна сама война, — с надеждой закончил Мелантиус.

— Может, Ваше величество, может, — вздохнул Фалак не убежденно, расправил крылья и слетел с ветки. — Спокойной ночи, господин.

— Да, и вам обоим, — Мелантиус подавил зевок, взял свечу и пропал во тьму в конце зала. Пози услышала, как открылась и закрылась дверь. Она не двигалась в тенях, стараясь дышать тихо.

— Выходите, принцесса, — спокойно сказал Фалак, когда Пози подумала, что он и Эгберт ушли. — Вы забыли, что в темной комнате сова все видит и слышит, — сказал Фалак. Пози с трудом встала на ноги, она замерзла. Страх лишил ее дара речи, она стояла и смотрела на птиц, и ее глаза, наверное, были не меньше, чем у них. — Вы поняли, что услышали? — спросил сухо Фалак. Пози покачала головой, словно отгоняла сон.

— Нет! — выпалила она. — Но я поняла, что вы мне не друг, а король Мелантиус вообще… злой!

— О, вы уже звучите как предшественница, принцесса, — отметил Фалак. — Но, как и она, вы ошибаетесь хотя бы в одном. Вы можете считать меня другом, я думаю о ваших интересах. А короля не все зовут злым, но его не любят в королевстве, а вскоре и это может ухудшиться, — Фалак и Эгберт переглянулись, Пози нахмурилась.

— Почему вы хотите, чтобы короля не любили? — с подозрением спросила Пози. — Вы — его главный советник. Если он падет, и вы с ним, да? А как же этот важный Сюжет? И… что насчет меня?

— Ваша роль, — Фалак говорил, продумывая слова, — как вы уже знаете, ведет к смерти, — Пози подавила вопль. Фалак продолжил, глядя на ее лицо. — Я говорил, что сказка мрачная, принцесса. И не только вы умираете, но и многие другие. Но Сюжет говорит, что смерть многих остановит смерть кого-то важного. Вас. Потому вами жертвуют. Но если бы я мог, я бы этого не допустил.

— Ч-что? — пролепетала Пози. — Вы можете остановить Сюжет? Можете? Разве он уже не написан автором?

— Я попробую его остановить, — кивнул он, уклонившись от другого вопроса. — Но вы должны ждать моего сигнала. Я отправлю Эгберта или другую верную сову в вашу комнату в ближайшие ночи. И вы сбежите из замка.

— Побег! — Пози понимала, что это маловероятно. — Принцесса уже сбежала, меня никто не выпустит! Особенно, когда меня так сложно было сюда доставить! Фалак, вы-то должны это знать.

— Да, потому одна вы это не сделаете. Потому я вам помогаю, — он вздохнул с терпением и опустил серые пернатые плечи. — Вы должны мне довериться, принцесса. Больше ничего не могу сказать. Спешите в свою комнату, пока вы не замерзли до смерти, или пока вас не застал тут король.


ГЛАВА ПЯТАЯ

Побег



Пози проснулась решительно. То ли ей приснился ответ, то ли паника загнала ее к краю, но она знала, что должна сделать.

Пози встала рано, зная, что король лег спать поздно. Она попросила Олену помочь ей одеться и вызвала туман.

— Отведи меня в зал переговоров, прошу, — сказала она.

«Опять? О, полагаю… Там ничего интересного, правда».

— О… — Пози огляделась. — Можете не говорить никому, что я была там ночью?

«Секреты?! Хмм. Замок полон тайн, — ответил задумчиво туман. — Даже у меня есть пара секретов. Я сберегу твой, не переживай. Идем».

Пози пошла по извилистым коридорам, мысли гудели. Она доверяла Фалаку, но не повредило бы, если бы на ее стороне был кто-то еще. Женщина. Та, что поймет и поддержит. Мама. Королева Валанор.

Пози махнула страже у золотых дверей и прошла с высоко поднятой головой. Она увидела с облегчением, что короля нет, а королева на троне уже слушала очередь посетителей. При виде Пози они расступились, и она прошла по залу и встала перед королевой Валанор.

— Дочь, рада тебя видеть, — сказала королева Валанор. — Хочешь сегодня посидеть со мной на встрече с народом?

— Нет, — с силой сказала Пози, наверное, перегнув, потому что повисла зловещая тишина, а лицо королевы застыло. — Я хочу сказать за себя. У меня есть петиция, так сказать.

— Ясно, — сухо сказала королева. — Что ж, — она взмахнула изящной белой рукой, и все поспешили из комнаты. Когда зал опустел, Валанор посмотрела на Пози кошачьими зелеными глазами. Ее светлые ресницы бросали тень на щеки, пока она щурилась. — Так подойдет, дочь? Надеюсь, я не буду тратить наше время.

— Не думаю, — Пози поспешила объясниться. — Вряд ли это будет тратой. Надеюсь, вы мне поможете. Я хочу поговорить без короля.

— Твоего отца, — исправила королева. — Зачем что-то скрывать от отца? — Пози не слушала предупреждение в ее тоне.

— Он не мой отец, — смело сказала она. — Это знаете и вы, и он, да и все. Я знаю, зачем я здесь. Я знаю, что настоящая принцесса сбежала от ужасной судьбы, и я не виню ее. Но вы — ее мама. Вам плевать на ее чувства? Плевать на причину, по которой она ушла?

Королева встала с трона и возвышалась над Пози.

— Откуда ты это знаешь? С кем ты говорила?

— Не могу сказать, Ваше величество.

— Не смей, — бледные щеки королевы были с двумя пятнами розового. — Знаешь, почему она ушла из королевства, девочка?

«Уже не дочь и не милая», — мрачно отметила Пози.

— Да. Она ушла, потому что ею жертвовали снова и снова, с каждым читателем. Как вы могли это допустить? — Пози помрачнела от гнева. — Вы ее не любите?

— Не твое дело, — сказала королева убийственно тихим голосом. — У принцессы была роль, она была персонажем, как и все мы, и должна была следовать Сюжету. Мы никто без Сюжета, Эванта это знала. Она по своей воле исполняла роль много раз, а потом убежала. Нет, она не потому нас бросила. Ты мало пробыла тут и не понимаешь, — она оскалилась. — Как ты смеешь, незнакомка, прийти в наш мира и заявлять мне, королеве, что делать?

— А как вы посмели забрать меня из моего мира и использовать против моей воли для своего жуткого Сюжета? — возмутилась Пози, уже крича. — Я думала, что смогу доверять вам, как женщине. Я думала, у вас чувств больше, чем у короля, что вы сжалитесь, зная, что ваша дочь в опасности. Но я вижу, что ошиблась, — холодно закончила она и в поражении склонила голову.

— О, да, ты ошиблась, — сказала королева Валанор, ее голос скользил по мраморному полу к Пози, как змея. — Ты зря пришла ко мне вот так. Теперь мы не будем недооценивать тебя. Королю будет интересно узнать о твоих чувствах, — она щелкнула пальцами, два стража появились у стен. — Отведите принцессу в ее комнату, пусть остается там, — она смотрела на Пози свысока, ее улыбка была ужасно сладкой. — Боюсь, принцесса сегодня не в себе, так что заприте ее в комнату до моих дальнейших указаний.

* * *

Так и стало. Пози была пленницей. Она ходила по комнате, смотрела мрачно в зеркало. Она хотела кричать на свое отражение, тряхнуть себя за плечи и сказать:

— Что ты наделала? — он все испортила. Почему доверилась? Почему рискнула? Потому что королева была матерью и женщиной? Но она была и женой короля, его сообщницей. Пози поздно поняла это. Фалак не сможет помочь ей сбежать, и она умрет через пару дней. Умрет.

Пози упала на большую кровать и заплакала, ощущая себя ребенком. Она едва спала прошлой ночью, она очень устала. Ей надоело разгадывать ситуацию, продумывать, что делать, надоело быть в этом странном и жутком месте с фальшивыми людьми. Она обняла подушку и рыдала, пока не уснула.

* * *

— Фалак разочарован вами, миледи, — сказал голос рядом с ухом Пози. Она резко проснулась и села, в комнате было темно вечером. Огонь уже горел, Олена недавно была здесь, но не разбудила ее. Она проспала весь день! Пози огляделась. Рядом с ней на кровати сидела маленькая белоснежная сова с серыми кончиками крыльев и смотрела на нее полночными глазами.

— Кто вы? — спросила она.

— Ноктюрн, — ответил он, выпятив грудь. — Фалак прислал меня помочь с побегом. Похоже, вы не хотели простой жизни, — он неодобрительно покачал головой.

— Я д-думала, что могу верить… — Пози утихла. — Я ошиблась. Я это осознала. Я никому не могу тут доверять. Может, даже Фалаку.

— Ху-ху! — возмутился Ноктюрн. — Только Фалаку ты и можешь доверять! Он — главный советник короля, но он видит больше самого короля

— О? — ответила Пози, вскинув брови. — И что он видит?

— Он знает то, о чем многие персонажи только мечтают… — Ноктюрн замолк и с подозрением посмотрел на Пози, словно она чуть не заставила его выболтать секреты. — Но я не могу рассказать, то только для короля и советников.

Глаза Пози расширились.

— Но я слышала об Авторе. При чем тут он? Не он решает, каким будет Сюжет? Не он написал книгу? Так в мире, откуда я пришла.

— О, Автор может еще быть тут или там… Мы не знаем. Но никто не видел его годами. Персонажи верят, что он бросил книгу. Фалак говорит, что мы должны нести Сюжет сами.

— А что ты думаешь, Ноктюрн? — Пози смотрела на белую маленькую сову.

Ноктюрн неловко тряхнул крыльями.

— Я… часто думал, что, может… он резко умолк. — Нет. Нельзя сейчас болтать. Фалак вырвет мне крылья хвоста, если узнает, что я о таком говорил с тобой! О его планах! Прошу, — он замешкался, — не говори ему об этом.

— Конечно, — улыбнулась Пози, ощущая себя теплее к этой сове, чем к кому-то еще здесь. — Мне интересно, как я покину комнату со стражей у дверей?

— О, это сложно, но возможно. Идем, — Ноктюрн подлетел к окну. — Открой его, — приказал он.

Пози распахнула тяжелые ставни.

— Надеюсь, ты не заставишь меня связать простыни и так спуститься, — сказала она со смешком.

Ноктюрн издал звук горлом, Пози не знала, был то смешок или презрение.

— Нет, — он сел на подоконник и сказал. — Ах, вот так.

Пози прищурилась, ночь была ясной. Ночной ветер освежал ее заплаканное лицо. Она увидела облачко на небе, темное и низкое, даже зловещее. Она смотрела, а оно приближалось к замку.

— Что это? — указала она.

— Твой побег, — сказал Ноктюрн. Если бы он мог, то улыбнулся бы от потрясения на лице Пози.

— Это… они…

— Совы, да, — кивнул Ноктюрн. — Немного местных, нанятых для этого. Это не советники, иначе было бы унизительно.

Пози удивленно смотрела, как совы подлетали к ее окну большой массой с крыльями.

— Но как это? Что они сделают? — потрясенно спросила она.

— Понятно, что несколько сов вас не унесет, да? Так что мы собрали около сотни для безопасности. Вы ниже принцессы Эванты, но она была худой, тут сложно судить.

— Они помогли сбежать и принцессе?

— Да. И они гордятся этим! Вы бы их послушали… уверен, их друзьям уже надоело об этом слушать. Мне — точно. Эта их болтовня про помощь королевству. Ха! Это Фалак заслужил похвалы… Он все устроил.

«Фалак?» — мысли Пози застыли. Фалак устроил побег принцессы? Невозможно! Разве он не говорил утром, что не знал, почему принцесса решила уйти и бросить Сюжет? Что это означало?

— Ах, вот и оно. Смотри, — Ноктюрн отлетел от окна на кровать. Пози отошла в сторону, и стая сов влетела в комнату оглушительным вихрем хлопанья и уханья. Чудо, если стражи не услышат шума. — А теперь, — Ноктюрн заглушил гул сов, усевшихся везде, где можно было. — Мы должны помочь сбежать еще одной принцессе. В прошлый раз вы хорошо постарались, — Ноктюрн подмигнул Пози. — Так что вы сможете еще раз. Мы отнесем ее в конюшни. Там Фалак ждет нас.

— Но как… — начала Пози, но Ноктюрн поднял крыло и остановил ее.

— Прошу, сядь на середине кровати.

Пози огляделась, на ее с любопытством смотрели сияющие глаза. Она знала, что, хоть и не доверяла Фалаку, больше никто ей не помог бы. Фалак сам сказал, что ей придется ему довериться. Она прошла по комнате и села посреди большой кровати. Совы тут же окружили ее. Она рассмеялась бы, если бы это не было так странно. Совы впивались когтями в покрывало, на котором сидела Пози, и она поняла, что они хотят сделать.

Они схватили покрывало и поднялись, и края покрывала окружили Пози. Она закрыла глаза, стараясь не кричать, пока раскачивалась в таком коконе. Совы полетели к открытому окну.

— Ни звука, — громко предупредил Ноктюрн поверх шума крыльев. — Мы должны быть тихими!

«Поздно», — подумала Пози, холодный воздух проникал сквозь ткань вокруг нее. Она открыла глаза. Она увидела свои колени, ночная рубашка задралась. Она была в нижнем белье, но все равно попыталась поправить ночную рубашку. Оказалось, что двигаться она не может. И она тихо лежала, прижав колени к груди, стараясь не думать о том, что совы могут уронить ее. Она посмотрела наверх, где было видно когти и крылья сов, белая луна смотрела на нее.

Пози вспомнила, как смотрела на луну в другом, своем мире. Это было давно? Луна была намного больше. Звезды мерцали узорами. Русалка махала ей, помахивая изящным хвостом, и брызги звезд разлетались по небу.

Совы спускались, и Пози ощутила землю за спиной, а потом одеяла упали на нее, накрыв кучей.

— Молодцы, ребята! — послышался за одеялами приглушенный голос Ноктюрна.

— Да, — Пози услышала голос Фалака. Пози оттолкнула одеяла и встала на ноги, покачиваясь. Совы улетели во тьму, словно их и не было. Ночь казалась удивительно тихой. Пози повернулась к Фалаку, а увидела человека за ним, выводящего коня из конюшни.

— Нет! — голос Пози был тихим от паники. — Он узнает! — сказала она Фалаку, глядя на Кирана, идущего к ним. Она была готова бежать. Но куда?

— О, вы о принце, — спокойно ответил Фалак. — Он все знает. Не утруждайтесь.

Киран едва взглянул на нее и повернулся к Фалаку.

— Зачем я здесь? — осведомился он. — Вы меня вызвали? Вы всюду рассылаете записки без подписи, советник.

— Да, — кивнул Фалак, не тревожась из-за обвинений в тоне принца. — Вы нам нужны, принц Киран. Это не ваша сестра, — он указал крылом на Пози.

— Я знаю! — процедил Киран. — За дурака меня держите?

Фалак моргнул и продолжил, словно Киран не говорил.

— Ваша сестра, принцесса Эванта, покинула королевство, и Сюжет не может продолжиться без нее. Я позволяю девушке уйти, хотя она должна была исполнить роль принцессы.

— Почему же, главный советник? — фыркнул Киран. — По доброте душевной? Переживаете за нее?

— Потому что нам нужно найти настоящую принцессу, — заявил Фалак и указал на Пози и Кирана. — Вы ее найдете.

— Что? — воскликнула Пози.

— Предпочтете ждать в замке судьбы? — невинно спросил Фалак с большими глазами. Пози не ответила.

— Зачем мне ее сопровождать? — спросил недоверчиво Киран. — Если она уедет одна, никто и не удивится, ведь все знают, что она — не настоящая принцесса. Но если и я уеду… отец пошлет на поиски!

— Нет, если я его отговорю, — ответил Фалак.

— Это не ответ, — сказал принц. — Почему я? Почему и я тоже? Я тут при чем?

— Я думал, принц Киран, вы хотите найти сестру! Я думал, вы захотите вернуть ее невредимой домой! — Пози уловила насмешку в голосе Фалака. Он был опасен, еще и так близко к королю. Откуда они знали, кому он верен?

— Домой? — выпалил Киран. — Где бы она ни была, ей лучше там, чем здесь. Это точно! Вы это знаете!

— Принц, — тихо сказал Фалак тяжелым тоном, — возможно, принцесса ушла за Пределы в Дикие земли.

Киран побелел, услышав слова филина, и Пози увидела страх в его глазах.

— Думаю, вы понимаете, что это значит, принц, — продолжил Фалак. — Думаю, вы знаете опасность для нее в том месте, — Киран кивнул. — Понимаете, почему мы должны вернуть ее? Ее судьба в королевстве не сравнится с ужасами Дикой земли. Кто найдет ее лучше брата? Брат знает ее мысли лучше других, да? Кто поймет, где она может быть?

Пози увидела решимость на лице Кирана, он собрался искать сестру, даже если это не вязалось с желаниями его отца.

«И, — со страхом подумала она, — я поеду с ним в эти Дикие земли», — это ощущалось неправильно. Она не знала, что будет после ее побега из замка, но не ожидала этого. Она и не хотела этого. А теперь она столкнулась с другим кошмаром: погоней за беглянкой. Путем в Дикие земли, от названия которых даже принц белел от страха.

— Верхом ездить умеешь? — осведомился Киран, повернувшись к Пози.

— Н-нет. Я никогда не каталась, — ей хотелось плакать.

— Тогда придется ехать за мной, — он пожал плечами. — Так будет медленнее, и конь устанет быстрее, но ничего не поделать. Идем, — Киран кивнул Фалаку. — Вы как-то с нами свяжетесь?

— Да, отправлю Эгберта или других сов, если будут вести или указания. Помните, что вне королевства, за Пределами и на Дикой земле я не смогу вас найти. Туман за вами туда не пройдет. И тогда вы уже должны будете связаться со мной. Я не смогу защитить вас, не зная, где вы.

Киран забрался на большого черного коня, протянул руку Пози и легко поднял ее в седло за собой.

— Провизия в сумках на седле, — сказал Фалак.

— Я бы не хотел такое путешествие, — вдруг сказал Киран, глядя в оранжевые глаза Фалака. — Но я делаю это ради сестры. Надеюсь, это не ваши хитрости, советник. Надеюсь, это не бессмысленный путь или ловушка.

Глаза Фалака расширились, он выпятил грудь.

— Принц Киран, — сказал он, — вы меня оскорбляете. Я работаю на благо королевству, так всегда было и будет. Это я вам обещаю.

— Благо королевства за спиной короля? Отправляя его сына и наследника в опасность? — сказал Киран, конь плясал, предвкушая бег, Пози в ужасе сжимала его пояс. — Ах, посмотрим, — он дернул поводья и сказал. — Вперед, Беленус, — конь повернулся и вышел со двора конюшни, копыта стучали по вытоптанной земле.

Пози оглянулась на замок, большие белые стены зловеще сияли в свете луны. Она мысленно пожелала не вернуться сюда, и чтобы путешествие не привело к еще большей опасности. Ей казалось, что это все не исполнится.

Фалак забрался на ограду, его большие глаза двигались, показывая, что он — не статуя. Он следил за ними, а они приближались к теням за замком. Пози обернулась и помахала ему. Его глаза вспыхнули, и совиное выражение лица стало угрожающим. Пози вдохнула, это было похоже на ненависть. Она содрогнулась, вид пропал вместе с ее страхом. Свет луны мог играть с ней. Пози пыталась уговорить себя, зевая.


ГЛАВА ШЕСТАЯ

Задание начинается



Киран и Пози ехали всю ночь. Несколько раз голова Пози опускалась, и ее щека прислонялась к спине Кирана, она уставала. Когда она приходила в себя, то садилась прямо, напряженная, мотая головой, чтобы прогнать усталость. Она невольно, но недовольно признавала, что, хоть ей не нравился принц Киран, было удобно ехать, обвивая руками его теплое тело, прислоняясь к кому-то сильному. Дважды она ощущала, как мышцы его живота напрягались, он склонялся похлопать Беленуса, и у нее было приятное чувство, которое быстро превращалось в пылающее смущение из-за того, о чем она думала. Она хотела бы думать о пути, но отвлекалась. Наконец, она решила, что разговор не даст уснуть и думать не о том.

— Ты знаешь, куда мы едем? — начала Пози, поздно поняв, что вопрос может показаться недоверчивым.

Килан заерзал в седле и хмыкнул.

— Прости, — попробовала снова Пози. — Просто я боюсь. Понимаешь мои чувства? Моя семья в другом мире, а я — в книге. Я тут чужая, еще и сбежала, и я в пути с тем, кто меня терпеть не может!

— Это все трогательно, но вряд ли твоя судьба хуже моей, — едко ответил Киран. — Даже лучше моей, я бы сказал. Если бы ты осталась в замке, у тебя был бы роскошный конец в виде жертвы. У моей жизни такого значения в истории нет. И теперь я сбежал… отец… — его голос утих. Пози стало жаль его. Она понимала, как разгневается король.

— Он будет злиться, — тихо сказала Пози.

— Он будет в ярости. Но Фалак успокоит его, как всегда, — Пози смотрела на затылок Кирана, он тряхнул головой и вздохнул. — Фалак — тот… кто правит королевством, а не мой отец.

— Но Фалак ведь помогает нам! — сказала Пози. — И это Фалак забрал меня из моего мира в этот, чтобы я исполнила роль принцессы.

— Да. И разве не странно, что теперь ты здесь, и он тебя отправил? — он тряхнул головой, черные волосы задели его шею. — Я хотел бы знать, что он задумал. У него слишком много власти. Не как раньше. Совы не всегда были королевскими советниками.

Пози растерянно моргнула.

— Дай уточнить, — сказала она. — В королевстве происходит Сюжет. Королевством правит твой отец, король Мелантиус. Все в королевстве — персонажи.

— Да, да и да, — нетерпеливо ответил Киран. — Я думал, это ты уже поняла. Как все делается в твоей истории?

Пози рассмеялась и сказала:

— Точно не так, — она продолжила раннюю мысль. — И если королевство — часть книги, и Сюжет один и тот же с каждым читателем, как может быть время, когда Фалак и совы не были королевскими советниками? Сюжет изменился?

— Да, наверное… — Киран не был уверен. — Я читал истории тех, кто помнит, хотя редкие смелые говорили бы со мной об этом. Все знают, что если отец услышит, что люди говорят о старых временах… ничего хорошего не будет.

— Он же не убьет их? — спросила Пози.

Киран молчал, и этого ответа хватало. Она покачала головой. Король не был королем… он был тираном.

— Это было давно, — продолжил Киран. — Когда Автор только написал Сюжет. Слишком давно, чтобы многие помнили.

— И Автор, — сказала Пози. — Где он? Почему все говорят так, словно он был тут, но теперь уже нет?

— Сама посуди. Когда Автор написал книгу, разве ему нужно оставаться в ней? Он оставил персонажей справляться самим. Делает ли он так в других книгах, я не знаю, но так он сделал с нами.

— Уверен? — Пози не спешила верить. — Я не автор, но если бы я создала персонажей и историю, вложив в работу душу, я не смогла бы просто уйти. Я слышала, что люди в моем мире говорят, что, когда кто-то что-то создает, частичка этого всегда остается с человеком.

— Это ничего не меняет, — возразил Киран. — Какая разница, здесь Автор или нет? Это поможет нам найти мою сестру? Заставит моих родителей… измениться?

— Это многое меняет, — тихо сказала Пози. Эта история не была правильной. Это было видно сразу. Пози слышала, как Фалак говорил королю, что перемены уничтожат Сюжет. А Киран говорил, что он уже был изменен, может, и не раз. Фалак пытался удержать свое место? И дело об Авторе ее беспокоило даже сильнее. Персонажи верили, что автор существовал. Они знали, что были в книге, и откуда тогда взялась книга? Нет, им приходилось верить. Но она думала, что они хотели, пытались забыть. Особенно король, который хотел занять место Автора как — как его там? — «хранитель и защитник Сюжета». Все было неправильно.

Пози снова зевнула.

— Сколько мы еще проедем сегодня? — прошептала она, глаза слипались.

— Немного. Мы едем в ближайшую деревню, еще пара миль.

— Деревня? Эта за… Границами?

— О, нет. Я не знаю, что за пределами. Никто не знает. Границы тянутся вдоль линии леса, ты могла видеть за замком. Но они тянутся и дальше по королевству, и в Дикие земли можно войти где угодно. Но я хочу сначала посетить деревню. Просто… там может быть информация, и я хотел бы получить ее перед Дикими землями, — Пози не уточняла. Она устала, а он вряд ли сказал бы ей. Они ехали в тихой ночи.

Киран резко остановил лошадь, и Пози открыла глаза.

«Я уснула?».

— Что мы делаем? — сонно спросила она, вглядываясь во тьму.

Киран говорил с привычным сарказмом:

— Я подумал, ты захочешь перед деревней переодеться из ночной рубашки.

— О, — Пози посмотрела на мятое платье. Как она не замерзла? Она начала спускаться с коня, что-то тяжелое упало с ее плеч, и она увидела на земле толстый дорожный плащ Кирана. Она не знала, как он умудрился укутать ее в него с седла. Но почему-то она не могла смотреть на него. От неожиданной доброты ей стало неловко.

— В сумке должна быть одежда, — Киран спрыгнул с седла и плавным движением подхватил плащ. — Фалак обычно такое не забывает.

Пози рылась в сумке и выдыхала благодарности Фалаку, кем бы он ни был. Он сложил простое плотное платье, не такое тесное и кружевное, как носили принцессы. Пози хотела чего-то удобного и не такого открытого. Она схватила вещи и огляделась в поисках места, чтобы переодеться. Киран опередил ее.

— Там, — он указал на высокую стену из камня, что отделала дорогу от поля пшеницы.

Пози перелезла за нее, оделась как можно быстрее, дрожа от холодного воздуха ночи.

— Больше я тебя не надену, — проворчала она ночной рубашке, бросая ее белым призраком на землю.

Она пошла к коню, и Киран странно посмотрел на нее.

— Думаю, мне не стоит спрашивать, с кем ты сейчас говорила.

— Говорила? О! — Пози покраснела. — Я говорила со своей… ночной рубашкой.

— Со своей…?

— Да, — и она невольно рассмеялась. — Я прощалась с ней, — она подумала, что голова кружится от усталости, но ей было все равно. От выражения лица Кирана она рассмеялась сильнее. Он раскрыл рот — тут не смеялись? — и на лице мелькнуло странное выражение. А потом его лицо изменилось, и он улыбнулся ей и тоже рассмеялся. Пози чуть не посерьезнела, увидев такую перемену в нем. Его улыбка странно подействовала на нее, и ей вдруг захотелось перевести дыхание.

— Эванта терпеть не могла кружевные ночные рубашки, — выдохнул он. — Я говорил ей, — и он снова рассмеялся, — что без этих платьев и корсетов она была лучшим воином, чем я. Она всегда хотела одеваться как я. Однажды даже попробовала, — его голос стал серьезнее, он вспоминал. Он притих, погладил шею Беленуса. А потом тихо продолжил. — Это было начало борьбы Эванты со многим.

Пози медленно вдохнула.

— Мы с Эвантой всегда были детьми. Мне восемнадцать, а ей — шестнадцать, не совсем дети, но многие считали нас детьми. Персонажи в книге не стареют. И происходящее в королевстве нам кажется естественным, — принц убрал назад прядь черных волос. — Думаю, где-то во мне всегда была мысль, что все не должно быть так, как сейчас. Но откуда мне знать? Я тоже пленник Сюжета. Я всю жизнь брожу по замку и жду, пока придет очередной читатель.

— Эванта знала, да? Знала, что Сюжет можно изменить, не уничтожая, — тихо сказала Пози. — Потому она ушла.

Киран посмотрел на Пози, и та впервые увидела открытость в его темных глазах, а не насмешку. Она увидела… Кирана. Он кивнул и опустил взгляд на ладони.

— Да, — шепнул он. — Думаю, она знала. Она не говорила со мной об этом… а зря!

Пози покачала головой.

— Если она хотела уйти, она не стала бы рисковать тобой, рассказывая это.

— Да, ты права. Так Эванта бы и сделала, — Киран посмотрел на Пози со странным выражением. — Откуда ты это знаешь?

— Просто, — Пози опечалилась, — у меня тоже есть сестра, и я бы сделала все, чтобы защитить ее. Я знаю. Даже если защищать ее нужно от тех, кому мог доверять раньше.

Киран встал со своего места и прошел к Пози. Его темные глаза сияли от новой эмоции. Он взял ее за руку и склонился над ней.

«Он заплачет», — подумала с паникой Пози. Она не знала, как справиться со своими слезами, а с его? Но он не плакал. Он поднял ее ладонь и поцеловал.

— Прости, — тепло сказал он. — Прости, что был жестоким. Я злился на родителей, не на тебя. Я даже не знал тебя. Злился на сестру, ушедшую без слов, — он смотрел ей в глаза, и сердце Пози трепетало в груди дикой птицей. Когда в последний раз кто-то думал о ее чувствах или просил прощения за то, что ранил ее?

Тревога загудела в ней… опасность. Она не могла такого ощущать, не в этой истории, ведь ей придется потом вернуться в свой мир. Она подавила это.

— Ты простишь меня, Пози?

Она смогла лишь кивнуть, надеясь, что лова, что она не могла произнести, были понятны по ее лицу.

* * *

Они помирились и нашли общий язык. Так себе говорила Пози. Они почти стали друзьями. Оба были ранены. Обоих посчитали неважными, их голоса и сердца заглушили планы других. У них были сестры, которых они любили и хотели защитить. Разве с такими связями могло оставаться место сомнениям?

Они вскоре прибыли в деревню. Домики стояли вдоль мощеной дороги, укутанные тишиной, ночью и сном.

— Мы тут переночуем, — прошептал Киран через плечо. — Граница недалеко отсюда, и мы сможем утром попасть на Дикие земли.

Они повернули, Пози увидела холмы за деревней и темные деревья. Лес густо окружал их. Он бросал на землю неровные пляшущие тени.

Киран ловко остановил Беленуса и прижал два пальца к губам Пози, шепча:

— Не шуми, — он повернулся и указал, и Пози ощутила, как напряглась его спина. Она прищурилась в темноте и поняла, что видел Киран. Точки света двигались. Фонари. Очертания людей и лошадей. Несколько палаток в тени леса, незаметные с первого взгляда.

— Это солдаты. Солдаты короля, — голос Кирана был сдержанным.

— Зачем они здесь? — тихо спросила Пози.

— Не знаю, — недовольно ответил он. — Мы не направляли солдат патрулировать Границы раньше. Почему теперь? И почему я не слышал об этом? Теперь мы не сможем попасть в лес, по крайней мере, здесь. Может, если пройти еще милю…

— Киран… — неловко сказала Пози, когда он развернул Беленуса. — Я… кое-что услышала, о чем твой отец говорил с некоторыми советниками.

— Что? — он был весь внимание. — Когда ты говорила с моим отцом?

— Я не говорила с ним. Он даже не знал, что я была там.

— Ты шпионила за ним? — Киран обернулся и потрясенно посмотрел на нее.

— Нет! — быстро сказала Пози. — Я получила записку, наверное, от Фалака. Она не была подписана. Я должна была встретиться с ним в тронном зале. Там король говорил с Фалаком и Эгбертом. Они говорили о военном совете насчет беспорядков на Границах… беды с существами из Диких земель, что пытаются пробраться в королевство и вмешаться в Сюжет.

— Почему ты раньше не сказала! — зашипел Киран, направив Беленуса к гостинице, только там в деревне горел свет в окнах. — Военный совет? И Фалак знал? Я знал, что он предатель.

— Фалак знал, что я там слушала, — быстро объяснила Пози. — Думаю, он пытался успокоить короля. Я не верю, что он считает войну хорошей идеей. И Фалак спас меня, помнишь? Он мог бросить меня умирать по Сюжету, да?

— Пози, — Киран старался звучать терпеливо. — Ты не понимаешь. Ты мало пробыла тут, — Пози уже слышала эти слова. Она вздохнула. Киран продолжал. — Тут редкие являются теми, кем кажутся. Все мы — актеры и обманщики. Мой отец и Фалак, думаю, хуже всех. Если Фалак спас тебя, если отправил нас искать принцессу, у него есть на то причины. На пользу ли они нам, королю или кому-то еще… сложно сказать. Но Фалак ничего не сделал бы по доброте душевной. Он направил нас сюда ради цели, о которой нам не сказал. Если бы я только знал о военном совете до того, как мы уехали!

— И что бы ты сделал? — спросила Пози, обижаясь, что Киран считал ее наивной.

— Не знаю, — Киран покачал темной головой. — Уверен, тут есть связь. Уверен, увиденному есть причины. Нам просто нужно больше информации.

— Но где ты ее получишь?

— Здесь, — Беленус остановился.

— В гостинице?

— Есть место для сплетен лучше? — сказал Киран, свесив ноги с седла и соскользнув. Он снял Пози и начал привязывать коня. Пози застонала, разминая затекшие ноги.

— Ты привыкнешь, — пообещал Киран, не оборачиваясь. — Идем.

* * *

Пози ощутила запах пота, пройдя за Кираном в низкую дверь гостиницы. Она не скривилась. Это был честный запах в домашнем и теплом месте. И она ощущала еще и запах еды, готовящейся на огне. Желудок хотел выть, она словно веками не ела.

Женщина среднего возраста с румяными щеками улыбнулась им, когда они вошли.

— Чем вас угостить? Или вы только для комнаты? — Пози вдруг вспомнила, кем был Киран, и задумалась, не узнают ли его. Она видела, что он взял простой зеленый плащ, укутался в него, скрыв одежду, что могла его выдать.

— Еду и комнату, если можно, — Киран достал золотую монету. Глаза женщины расширились на миг.

Пози хотела попросить две комнаты, но не нашла силы. Тепло проникало в нее, и она хотела просто сесть в удобное кресло у камина. Но это не сейчас. Женщина ушла, и она увидела, что Киран насторожился, хоть и не оглядывался. Он слушал, и вскоре Пози поняла, что именно.

Мужчина сидел в нескольких столах от них с группой других людей, почти в дальнем углу комнаты. Его широкие плечи и мышцы отличали его ото всех в комнате. Он не говорил громко, но зато его лицо точно было злым.

— И теперь они здесь, здесь, где живут наши жены и дети, — говорил он, глядя на мужчин в круге.

— Да, но они пока ничего не сделали, может, они уйдут завтра так же быстро, как два дня назад, — возразил другой.

Крупный мужчина отмахнулся.

— Дурак, если ты так думаешь.

— Алвар, — сказал растерянно другой мужчина, склонившись. — Я тоже обеспокоен. Есть… то, что будет недоступно теперь из-за людей короля, и мне будет сложно сводить концы с концами. Многим будет сложно, — некоторые в круге кивали и соглашались. — Но что мы можем? Ты хорошо знаешь, что мы беспомощны тут.

— Беспомощны, — рычал Алвар, — и это мне не нравится.

— И не должно, — услышала Пози голос Кирана и поняла, что он придвинулся к мужчинам. Он выдвинул стул для Пози и сел рядом с ней.

— А ты, юноша? — спросил беловолосый мужчина с неровной бородой. Он сел прямее на стуле.

— Мое имя нельзя тут произносить, господа, но, поверьте, я друг. И я согласен с вашим другом Алваром. Вы не беспомощны. Это слово для трусов.

«О, нет», — подумала Пози.

— Трусов? — один из мужчин с угрозой встал. — Никто из моих… друзей не звал меня трусом.

Алвар нетерпеливо махнул ему сесть.

— Это не тебе, Гарин.

Гарин посмотрел на крупного мужчину, а потом откинул голову и захохотал. Алвар улыбнулся, от этого он стал другим человеком, не таким страшным. Он посмотрел на Кирана.

— Откуда ты, мальчик? И как тут оказался?

Киран улыбнулся.

— Боюсь, я не могу и это сказать.

— Это означает лишь одно, — сказал Алвар. — Ты известный всем персонаж. Да? Иначе с чего нам не говорить?

— Возможно, — лицо Кирана ничего не выдавало.

— И зачем ты появился через два дня после солдат?

— Это совпадение, уверяю. Я удивлен и… обеспокоен, как вы. Этого не было раньше?

Они отрицательно ворчали.

— Ничто нам не говорит, — зло сказал Гарин. — Король обращается с персонажами как с детьми. Нет, как с пленниками. Что заставило его разместить солдатов у нашей деревни?

— Существа Дикой земли пытаются уничтожить Сюжет, — услышала себя Пози, как во сне. Все в тишине посмотрели на нее. Она не смогла понять взгляд Кирана.

Алвар заговорил первым:

— Девушка, не знаю, откуда у вас эти данные, но если это так… то это первый признак настоящих событий в этой истории за долгое время.

Пози не ожидала такой ответ. Она уставилась Алвара. Его короткие волосы пылали рыжим в свете огня, он откинул голову и рассмеялся от выражения ее лица.

— Думаешь, я предатель, девица?

— Нет, — она вдруг ослабела. Как давно был ужин? Очень давно.

— Предатель перед кем? — спросил Киран. — Перед королем или королевством?

— Можешь сказать без загадок, что это значит?

— Это не загадки, — Киран пристально смотрел на Алвара. — Просто следовать за королем уже не значит делать то, что лучше для королевства или его персонажей. Вы это тоже знаете.

Круг людей притих. Пози видела опущенные взгляды и сжатые губы. Но она заметила, что, даже если они боялись признать правду, они ее не отрицали. Это уже что-то, да?

— Алвар не зря сомневается в короле, — Киран не замечал неловкое поведение мужчин. — У короля слишком много власти, и он плохо распоряжается ею. Персонажи были слабыми и несведущими. Подумайте о Сюжете… подумайте, — Киран указал на мужчину с белой бородой, самого старого в группе. — Помните, как когда-то было иначе?

Лицо мужчины стало пустым, но Пози успела увидеть вспышку воспоминания, он узнал правду. Киран тоже это увидел.

— Да, — кивнул мужчина, — Сюжет менялся на наших глазах, хоть король говорил, что он не может измениться. Это было так давно, что мы забыли. Туман закрыл наши глаза от правды.

— Правды? Какой? Юноша, если хочешь поведать тайны, говори сейчас! — старик посмотрел на Кирана.

— Это страх, — сказал тихо Киран. — Вы боитесь признавать то, что сердце уже знает. Что король — не автор этой истории. Он даже не ее защитник, ведь изменил ее для себя. И у нас больше власти, чем мы думаем. Мы не можем писать историю или менять ее целиком, но можем вносить изменения.

Это было слишком для мужчин. Один без слов встал и ушел.

Пози услышала, как кто-то пробормотал об измене. Хозяин гостиницы, низкий и толстый, прибежал, откуда подслушивал, и сказал:

— Такие разговоры я не потерплю. О таком в моей гостинице не говорят. Если хотите предать короля или Сюжет, делайте это подальше отсюда.

Люди расходились, мужчины опускали на стол медяки и уходили в свои дома. Пози ощущала, как кружится комната, раскачивается и становится мутной. Она не потеряла сознание, но вжалась в стул, ладони держали голову.

Женщина, что встретила их у двери, жена хозяина, побежала по комнате.

— О, как не стыдно! — она возмущенно посмотрела на Кирана. — Сэр, как можно довести жену до такого состояния? Она жутко устала и голодна, — она крикнула служанке готовить комнату.

— Пози, ты в порядке? — в голосе Кирана были переживания, и он взял ее за руку.

— Брат, — выдавила Пози, пытаясь сесть. Руки дрожали. — Он мой брат, а не муж. Ты мой брат, — она посмотрела на Кирана.

— Ах, — женщина странно на них посмотрела. — Не переживай, милая. Мы обо всем позаботимся.

Пози увели по узкой темной лестнице. Она оглянулась и увидела, как Киран склонился над столом к оставшемуся мужчине. Алвару.


ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Шепот войны



Пози не могла понять, она сильнее устала или была голодна. Но когда жена хозяина гостиницы опустила ее на кровать в комнатке с горящим камином, ее тело провалилось в сон без мыслей. Чуть позже ее разбудил шум движений в комнате. Она приоткрыла глаза и увидела двух служанок, одна принесла поднос горячей еды, другая занималась огнем.

— Он красивый, это точно, — хихикала одна из них.

— Да, — согласилась другая. — Он такой. Но я бы не надеялась на твоем месте, Шэннон.

— Почему же? — Шэннон отвернулась от камина и уперла руки в бока. — Может, его сестра замолвит за меня словечко, если я постараюсь.

Другая девушка странно на нее посмотрела.

— Хмм. Ты веришь в эту историю?

— Какую?

— Что они брат и сестра.

— А почему не верить?

— Мериель сказала, что еще не видела, чтобы брат так смотрел на сестру. Она ни на миг не поверила. Но промолчала, и я молчу. Может, они — беженцы из Диких земель? Может, убежали, чтобы быть вместе? Я не хочу им навредить.

— Тадра! — завопила Шэннон и зажала рот рукой, взглянув на Пози, что якобы спала. Она понизила голос. — Глупо думать, что они не брат и сестра. Хоть они и не очень похожи. Он красивый, как день долгий, а она простая. Но он не смотрел на нее не по-братски, как по мне, — она бросила пепел в ведро, вокруг нее поднялось черное облако.

— Хватит, Шэннон, будет грязно… Что ты делаешь? Заканчивай, и мы пойдем. И, — Тадра с сомнением посмотрела на девушку, — ты не видела, как он смотрел на нее. Мериель сказала, если бы муж так на нее смотрел, она согласилась бы выйти за него за месяц, а не два.

Шэннон отошла от огня с ведром в руке.

— Два месяца? Никто ее не хотел к себе, раз она ждала всего два месяца ради этого тюфяка, — девочки захихикали и убежали.

Пози проснулась, запах еды выманил ее из теплой кровати. Слова служанок все еще путали ее мысли, но она отогнала их. Она едва успела сесть и начать есть, когда в дверь тихо постучали. Киран заглянул. Пози помахала ему заходить, и он пересек комнату в пару шагов и сел за стол с ней.

— И? — сказала она.

— И… — его мысли были далеко.

— О чем вы там говорили с Алваром?

Он пожал плечами.

— Слушай, — Пози угрожающе посмотрела на него, как часто делала с ней мама. — Я здесь, и я тоже в этом. Я тоже рискую жизнью. Не думаешь, что я заслуживаю знать, что ты задумал? Что ты затеваешь, Киран?

— Мы говорили… ты почти все слышала. Мы решили, что, может, пора… пора…

— Что пора?

— Делать перемены самим. Попытаться вырваться из Сюжета.

— Киран…

— Нет, выслушай, Пози. Я знаю, что ты думаешь. Ты думаешь, мы ищем Эванту

— А разве нет? — Пози потрясенно посмотрела на него.

— Да, конечно. Но это не все. Эванта убежала не зря. Из принципа. Она тоже не верила в Сюжет. Она мало со мной говорила об этом, думала, что будет опасно для меня. Но я не дурак. Я видел ее разочарование в наших родителях, в происходящем. Она убежала не от страха перед своей ролью… просто она была как рабыня. У нас нет выбора в том, какие у нас роли. И ее роль в Сюжете важна, так кому лучше было все испортить?

— Киран, — Пози старалась прогнать панику из голоса. — Мы должны найти Эванту, и все. Не начать мятеж, — что будет с ней, если тут начнется война?

— Мятеж Эванта и хотела устроить, не видишь? — терпеливо сказал Киран.

— Но куда она ушла? — спросила Пози. Она не знала, какого размера этот мир. На краях был обрыв, как края страницы? Где Эванта хотела существовать без границ?

— Она ушла в Дикие земли, Пози. Я знаю. У Фалака не ясны мотивы, но он не врал. Я знаю Эванту. Ее всегда интересовало то место, она думала, что там не так, как мы верили. И мы должны скорее идти за ней. Фалак будет следить за нами, пока мы не уйдем за Границы.

— Но он хотел, чтобы мы сообщали…

— Пози! Ты честно думаешь, я бы сообщал ему все о наших передвижениях? Это наше задание, не его. И мы делаем это не по его приказу. Я не доверяю ему.

Пози это тоже знала. Она тоже сомневалась в намерениях Фалака. Но она не была готова списывать его. Хоть и не собиралась спорить из-за него.

— Ты устала, — Киран разглядывал ее. — Поспи. Моя комната рядом, хоть я пока там не буду. Есть пара дел, — скрытно сказал он.

— Хмф, — Пози встала и прошла к кровати. — Дел? — спросила она. — Полагаю, сбор армии, — она улыбнулась. Молчание Кирана и его взгляд заставили ее улыбку застыть на лице, а сердце колотиться. — Киран…! Ты не…

— Доверься мне, Пози, — сказал он и тенью выскользнул за дверь.

* * *

Свет лился в окно Пози следующим утром невыносимо ярко. Она открыла глаза и попыталась сесть, но вскрикнула, свет словно пронзил ее голову болью.

Жена хозяина гостиницы, Мериель, ворвалась с завтраком с улыбкой на круглом лице.

— Такие новости! — сказала она.

— Новости? — простонала Пози.

— Читатель! — выпалила она. — У нас читатель! Ты явно уже догадалась, милая. Думаю, тебе и твоему, кхм, брату нужно будет скоро спешить исполнять свои роли, — она не ждала ответа, а продолжала. — Когда приходит читатель, наш мир меняется. Все приходит в движение. Солнце становится ярче. Ветер — сильнее. Я помню времена, — вздохнула она, — когда такое было не от читателя… а потому что Автор написал нас. Это, — медленно закончила она, — было смыслом наших жизней.

Пози молчала. Она не спрашивала, прошли ли те времена.

— В любом случае, милая, — сказала Мериель, встрепенувшись. — Я подумала, тебя обрадует новость. Мы в деревне рады. Когда приходит читатель, дела идут лучше, услуги требуются чаще, и жить лучше. Люди идут к замку, и наша гостиница зарабатывает вдвое больше обычного.

— Но зачем людям идти в замок, когда читатель здесь? — спросила Пози.

Мериель удивленно посмотрела на нее и объяснила.

— Они могут потребоваться для Сюжета. Многие не действуют в нем, а лишь упомянуты, а они хотят себе роли лучше. О, будут и роли поменьше, где у персонажей нет имен, как у слуг с кухни или садовников. Но мы договорились, что мелкие роли не играют два раза подряд одни и те же. Они играют по очереди.

— Ясно, — сказала Пози, и это снова было доказательством, что Сюжет мог меняться, хоть и немного. Под носом короля. Она не знала, влияет ли на роль принцессы то, что Пози ушла. Она представила бурю в замке. Пози пришла в себя, заметив, то Мериель пялится на нее, пока она задумалась.

Дверь открылась, и вошел Киран. Жена хозяина гостиницы извинилась и ушла.

— Я только из дома Алвара, — тут же сказал Киран, когда дверь закрылась.

— Его… дома?

— Да. Нужно было поговорить. Мы решили, что лучше начать… собирать последователей. Мы найдем недовольных Сюжетом, советом сов…

— И твоим отцом как королем? — добавила Пози.

— Да… наверное…

— Все, кто хочет другой Сюжет, обвинят короля Мелантиуса, Киран, пойми это, — мягко сказала Пози.

— Но они вспомнят, что он был хорошим и мудрым без влияния Фалака.

— Все же… он изменился, он теперь другой, и персонажи увидят это.

Киран молчал, и Пози подумала, что он злится на нее, что будет отрицать. Она не угадала.

— Ты права, Пози, они обвинят моего отца. Может, я смогу заставить их передумать насчет него. Может, я смогу поговорить с отцом, и он согласится на перемены. Может, нет. Но мы должны использовать шанс, — его голос был сильным, но Пози заметила неуверенность на его лице, в его глазах, и она ощутила желание подойти к нему. Она подавила его и принялась за завтрак.

Киран объяснил, что произошло между ним и Алваром. Алвар прислал записку в гостиницу, и Киран встретился с ним в его доме рано утром. Оказалось, Алвара давно не устраивает Сюжет, король и совет сов. Он сказал Кирану, что он и несколько других много раз обсуждали, что нужно сделать. Они всегда приходили к выводу: война. Лицо Кирана менялось при упоминании войны. Оно ожесточалось и сияло. Наверное, так мужчины реагировали на такое, ощущали долг и представляли победу. А она так не могла. Это пугало ее, но королевству и персонажам требовались перемены. Нравилось ей или нет, она была теперь частью Сюжета, что беспокоил ее. Война была большим решением, что нельзя будет отменить. Она напомнила Кирану об этом.

— Да, Пози, — сказал он. — Знаю, ты хочешь добра. Но ты не видишь? Это уже не в наших руках. Об этом мы говорили с Алваром. Война уже не наш выбор. Стычки происходили всюду, даже в двух деревнях отсюда, и ты видела солдат у Границы. Война точно будет. Вопрос, кто победит?


ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Неожиданное предательство



Шорох и хлопанье крыльев заставил Пози и Кирана вздрогнуть и посмотреть в окно. Они ничего не увидели, а потом Киран вскочил со стула и поднял с пола пергамент, сложенный и запечатанный красным воском с отпечатком когтя.

— Фалак, — мрачно сказал он. Он открыл письмо и быстро прочитал, толкнул по столу к Пози.

«Читатель пришел, как вы уже поняли. Служанка принцессы Олена играет роль принцессы Эванты. Король ничего не смог придумать, ведь обе принцессы покинули замок. Она ужасно боится, и ее все время подталкивают, так что я надеюсь, хоть и с болью, что она сыграет так плохо, что читатель заскучает и перестанет читать Сюжет. Желаю, чтобы вы нашли Эванту и вернули ее поскорее. Когда вы пропали, король буйствовал. Он угрожал и обвинял меня, о чем пожалел. Он точно отправит ищеек за вами, хотя они не пойдут за Границы. Так что скорее идите туда и не возвращайтесь без принцессы.

Король провел военный совет, и войну не предотвратить. Я не хочу, чтобы вы пострадали. Как только вы будете за Границей, и туман королевства не сможет следовать за вами, вам нужно будет связываться со мной. Делайте это, чтобы я знал о вашем продвижении, находите моих собратьев и отсылайте мне послание.

".

— О, бедная Олена! — воскликнула с жалостью Пози, дочитав письмо. — Ей приходится играть мою роль! Она боится!

— Конечно, — рассеянно сказал Киран, забрал у нее письмо и бросил в огонь. — Но мы не узнаем, ведь не будем связываться с Фалаком. Я не хочу, чтобы он знал, где мы за Границами. Готова идти?

Алвар ждал их у гостиницы, сидел на телеге, выглядя строго, как и до этого. Они подошли, и его запах ударил Пози. Навоз. Он наполнял тележку Алвара вместе с грязью, и гадкий запах заставил Пози сморщить нос. Алвар рассмеялся, увидев ее лицо, и сказал:

— Так нужно, мисс, если хотите пересечь Границы незаметно. Это один из, кхм, законных способов пройти в Дикую землю.

— Есть другие способы? — спросил Киран, усадив Пози рядом с Алваром и сев рядом. — Не законные?

— Ну, — Алвар замешкался и направил лошадей по улице. — Есть… я их не опишу, но некоторые живут с помощью Дикой земли. Там целебные травы, добыча, хворост. Так близко и заманчиво, что не оставить нетронутым. Но туда запрещено идти, если не выбросить отходы за деревьями. Король, — он скривился, — хочет, чтобы королевство было чистым. Хотя это сложнее, чем я думал.

— О чем ты? — взгляд Кирана был пронзающим.

— Лагерь сильно защищен, и с каждым днем их все больше. Я утром видел еще отряды, идущие мимо деревни. И совы, — он сжал руки и тряхнул головой. — Паразиты.

— И что нам делать? — спросила Пози, глядя на телегу с растущим страхом.

— Ах, все просто, мисс, — Алвар уверенно склонился вперед. — Это телега моего соседа, он… зарабатывает на фруктах из Дикой земли. Так что ему нужна такая телега.

— Телега с навозом?

— Нет, нет, — Алвар улыбнулся. Они добрались до окраины за последними домиками и магазинами. Алвар остановил лошадей и соскочил с сидения. — Такая телега, — он дернул за веревку у дна телеги.

Пози и Киран спустились, чтобы увидеть, о чем он. Люк открылся на дне телеги, и Пози увидела темное отверстие.

— Двойное дно, — кивнул Киран. — Пози, ты готова?

С трудом и неудобством они уместились, Алвар добавил к ним два мешка.

— Ваша еда, — объяснил он. Пози подумала, сделал ли он это сам, или Киран дал денег заранее. Он укрыл их одеялом. — Если навоз протечет, — сказал он. Пози подавила тошноту. — Но, — крикнул Алвар коням, и они отправились к Границам, к лесу Дикой земли и опасности. Пози заметила, что одним из двух коней был Беленус, конь Кирана. Алвар явно собирался отвязать его в лесу, а свою лошадь забрать с собой. Пози невольно поежилась. Они слишком доверяли невнимательности солдат.

Через пятнадцать минут они были у лагеря солдат. Киран зашептал на ухо Пози, и она ощутила, как его дыхание задевает прядь ее волос у щеки:

— Тебе что-то видно в щели в телеге, Пози? — спросил он. — Я повернут не в ту сторону, а пошевелиться уже не смогу.

Пози тоже не могла пошевелиться, но повернула голову так, что глаз оказался у щели меж досок. Она видела солдат. Их окружил шум лагеря, звон металла, грубые крики приказов или уханье совы. Пози щурилась у щели. Она не знала, что искать.

А потом напряглась. Они с Кираном лежали рядом, и он понял, что что-то не так.

— Что такое? — его голос был тревожным.

Пози с трудом сглотнула и хрипло прошептала:

— Фалак. Он тут!

Миг длилась тишина, а потом:

— Уверена?

— Да, — ответила она. Он сидел на рукояти меча, вонзенного в землю, смотрел на суету большими желтыми глазами. — Зачем он здесь? Что он делает? Думаешь, последовал за нами? Он говорил, что не может быть с нами, что у него дела в замке.

— Он соврал, — коротко сказал Киран.

— И он знает, что мы близко. Он знал, что утром мы были в деревне, куда он прислал записку. И теперь он здесь, будто ждет нас, — Пози слышала панику в своем голосе. Она вспомнила жуткий вид Фалака, когда они уезжали. И вдруг тесное пространство стало невыносимым, ей хотелось извиваться.

Пози повернула голову и посмотрела на солдат, пока Алвар медленно катил телегу к краю леса. Он старался двигаться в стороне от лагеря, но все еще мог привлечь внимание. Его еще не окликнули, но Пози видела, как на него поглядывают люди. Даже если их не тревожило, что он делает, они не могли упустить запах телеги. Только бы миновать Фалака!

И тут раздался крик.

— Эй, ты! — позвал один из командующих, пробившись сквозь группу солдат. — Зачем привез грязь в наш лагерь?

— Что вы, сэр, — спокойно сказал Алвар. — Сам король постановил отходы вывозить за Границу. Я этим и занят. Это на пару минут, обещаю.

— О, нет уж, — командир показал головой. — Король когда-то, может, так и постановил, но не теперь. Никто не пройдет Границу. Ты не знаешь, что скоро война с Диким народом?

— Слышал, — согласился Алвар. — Но что мне делать с грузом? Выбросить в своем дворе?

— Мне все равно, — холодно рассмеялся командир. — Иди. У нас есть читатель, все персонажи должны готовиться.

— Нет, нет, — сказал гладкий, как стекло, голос. Шум крыльев сообщил, что прибыл Фалак. — Читателя нет, — сказал Фалак. — Принцесса ужасно играла, и читатель до слез заскучал! Мы проследим, чтобы это не повторилось, — его голос звучал так, что Пози вдруг подумала:

«Он знает, что мы здесь. Он говорит с нами».

— Что у нас здесь? — прозвучал бесстрастный голос совы, он разглядывал Алвара и телегу. Командир кратко объяснил, и Фалак сказал. — Одного пропустить можно. Он проделал путь из деревни, и будет жалко прогонять его с незаконченным делом.

— Но, советник… — начал командир, но Фалак тряхнул перьями и грозно посмотрел. — Как скажете, — закончил мужчина и отошел, чтобы Алвар проехал.

— Он пропустил нас, — тихо сказала Пози Кирану. — Он знал, что мы здесь. И пропустил.

К ее удивлению, Киран долго молчал. Она повернулась к нему, их лица разделяли дюймы. Полоски света двигались по его лицу из щелей, но его глаза блестели во тьме. Пози знала этот взгляд, она видела его лишь раз, когда Киран говорил о войне. Его темные глаза были далекими, тяжелыми, решимость была написана на его челюсти. Она не знала, что это значит, о чем он думал, но, когда захотела спросить, телега остановилась. Они были в лесу Дикой земли.

* * *

— Хорошо, — тихо сказал Алвар своим сильным голосом. — Выбрались, — они услышали, как он слез, как зашуршал люк, пока он открывал его. — Теперь будьте осторожны, — сказал он, когда они вывалились из телеги на влажные листья на земле.

Киран схватил Пози за руку и помог встать. Она стряхнула листья с платья и плаща, пока Киран и Алвар отвязывали Беленуса. Они работали ловко и не сказали ни слова. Пози огляделась, поражаясь тому, как темно из-за густых деревьев в лесу, хотя пару минут назад они были на солнечной поляне. Пози видела, что Киран вглядывается в деревья, напряженный и внимательный.

— Что такое? — она подошла ближе к нему.

Он лишь тряхнул головой. Он смотрел на точку вдали, откуда они приехали. Через миг он грубо толкнул ее за себя, резко сказал ей на ухо:

— Оставайся за телегой. Беги с Беленусом, если случится худшее, — он выхватил меч из ножен и махнул Алвару, что уже был рядом с ним с ножами в руках — зрелище напугало бы кого угодно.

И она увидела, что уже видели они. Два солдата шли к ним среди деревьев. Но их беспечность не обманула Пози, она видела их опасные взгляды даже издалека.

«Спокойно, спокойно, — говорила она себе, сжимая телегу так, что костяшки побелели, — ты в книге, ты не можешь умереть, да?» — но она уже не была в Сюжете. Они были за Границами, и она не знала, какие тут правила.

Без слов солдаты вытащили мечи. Они были близко, не теряли ни секунды и бросились в бой, так ловко, что Пози вскрикнула. Но солдаты не были сильнее. Киран, как принц, умел сражаться, и Пози быстро поняла, затаив дыхание, что он мог расправиться с ними один. Алвар брал силой там, где не хватало техники, мышцы на его руках напряглись, он скалился. Они кружили и ударяли, отбивали и нападали, пока у Пози не закружилась голова.

«Я глупая, — вдруг подумала она, вспомнив сказки и фильмы, над которыми всегда смеялись они с Лили. — Глупая девочка, что прячется и кричит, ждет, пока сражаются мужчины. А если они не победят? Прятки и крики мне не помогут».

Но она не знала, что еще делать. Она была в ужасе, тут она не спорила, хоть ей это и не нравилось. У нее не было оружия, даже если бы она хотела сражаться. Она посмотрела вперед, на телегу и навоз. Это уже хоть что-то, да? Страх подавил отвращение, она сунула руку в навоз и зачерпнула большой кусок. Она бросила его изо всех сил в лицо мужчины, что прижимал Кирана к телеге. Тот отпрянул от удивления, закрыл инстинктивно глаза. Киран быстро воспользовался моментом, и они с Алваром вскоре прижали солдат к земле, меч и нож были у глоток.

Голос Кирана звучал низко и угрожающе:

— Кто послал вас?

Один из солдат, по возрасту не старше Кирана, хмуро смотрел на принца и упрямо молчал. Старший плюнул Кирану в лицо и скалил желтые зубы. Киран зло хмыкнул и опустил меч, проведя линию на шее мужчины.

— Видимо, — сказал Киран, — вы думаете, что не отвечать мне стоит жизни? Эта информация так важна? Или вы — персонажи без разума, слепо следующие приказам? — он выждал миг и зарычал в лицо солдата. — Кто вас послал?

Но заговорил младший:

— Я скажу, — он сглотнул нервно от ножа Алвара. — Если отпустите целыми.

Киран медленно кивнул.

— Скажи, — ответил он.

— Это был главный советник, господин Фалак, — мальчик сжался и выглядел так, словно Фалак мог вылететь и ударить его.

Пози дрожала и качала головой от потрясения, раскрыв широко глаза. Фалак. Тот, кто отправил их в путь. И теперь он пытался убить их. Даже если сове нельзя было доверять, она не ожидала такого предательства. Она видела только спину Кирана, но знала, что он был потрясен и в ярости, как она, ведь он напрягся.

— Хорош, — он поднялся на ноги, кончик меча прижимался к груди мужчины. Солдаты тоже встали, и Алвар ловко лишил их оружия. — Он назвал причину нашего убийства? — сказал Киран. — Или вы пошли выполнять жуткий приказ, не узнав причину?

— Вы — предатели королевства, — прорычал старший солдат.

— О, ясно, — сказал Киран. — Почему же?

Этот вопрос ошеломил его на миг, но он быстро оправился.

— Если Фалак так сказал, то это так. Кто я, чтобы спрашивать? Он — правая рука короля Мелантиуса.

Киран шагнул к мужчине и тихо сказал:

— Знаешь, кто я? — он ждал, пока они нервно посмотрят на него. — Я — сын короля Мелантиуса. Вот, кто я.

Младший солдат побелел, Пози думала, что его глаза вывалятся из орбит.

— В-вы? Принц? Н-но зачем вы здесь? И… почему Фалак…

— Хочет убить меня? — угадал Киран. — Да, я бы сам хотел знать. Вы знаете, скоро будет война. Причину знаете? Только власть, эгоизм отца и Фалака. Им плевать на вас и ваши семьи. Но вы их слушаетесь и не думаете о лучшей жизни, так что идите и скажите господину, что мы сбежали. Он пошлет за нами другого убийцу, полагаю.

— Я скажу ему, что мы вас убили, — выпалил младший солдат. — Что все вы мертвы, и больше никого не нужно посылать. Он точно отправит кого-то, вы правы. Он хочет убить вас раньше, чем вы завершите задание.

— Тише, дурак, — старший солдат грубо толкнул локтем юношу.

Тот хмуро посмотрел на старшего и сказал:

— И вам лучше, если он подумает, что они мертвы. Если он узнает, что мы не справились, нам конец. Есть другой выбор?

Солдат задумался. Он не соглашался, но скривился, и Пози видела, что он понимал, что юноша говорит правду. Его жизнь явно была ему дороже приказа Фалака. Она была этому рада.

— Благодарю, — иронично сказал Киран, чуть склонив темную голову. — Идите в лагерь, пока не прислали подкрепление, — он бросил им их оружие. — Так вы сможете убедить его, что убили нас. Мы больше не увидимся?

— Да, — энергично замотал головой юноша.

Они уходили за деревья к лагерю, и Алвар крикнул вслед:

— Если решите, что хотите сражаться за обычных персонажей и освободить Сюжет, поговорите с Алваром в деревне.

— Не стоило! — тревожно сказала Пози. — Если они узнают, кто ты, то решат выдать тебя Фалаку или одной из сов за мятеж!

— Но я рискну, миледи, — сказал Алвар. — Два голоса неуверенных солдат легко станут сотнями, если они болтают, как я подозреваю. А обученные люди в армии пригодятся.

Киран одобрительно кивнул и спрятал меч. Он прошел к Алвару и сжал его плечо.

— Благодарю за помощь, друг. Я в долгу перед тобой. Как только я завершу задание, я вернусь и помогу поднять армию.

— Но… — Алвар заерзал. — Ты… сын короля? Принц Киран?

— Да, — спокойно ответил Киран, вздохнув. — Я принц. Потому я точно знаю, что правят нами неправильно, и что мы выбираем, что верно. Надеюсь, то, что я — сын короля, не заставит тебя думать обо мне иначе, Алвар.

— Нет, Ваше величество, я просто потрясен. Я… не знал, — он провел ладонью по рыжим волосам и покачал головой. — Да, — тихо сказал он, — Сюжет точно меняется на глазах.

— Ты можешь собирать армию под моим именем, если хочешь. Может, так отзовется больше солдат, — Киран стукнул Алвара по спине. Он снял с пальца единственное, что он носил, изумрудное кольцо и вложил в большую ладонь Алвара. — Это доказательство, что я за тобой, — Алвар смотрел мгновение, и Пози подумала, что он попытается вернуть, но он кивнул и сжал его в кулаке, слезы были в глазах. Киран кашлянул и пошел поправлять упряжь коня, а Пози подбежала к Алвару и обняла за пояс. Его мышцы на миг напряглись, и Пози будто обнимала камень. А потом его тело расслабилось, и он робко обнял ее большой рукой, словно боялся раздавить, легонько похлопал по ее плечу ладонью.

— Ты спас наши жизни, Алвар, — сказала она, отпустив его и заглянув ему в лицо. — Удачи тебе и безопасности в сборе армии. Ты сильно рисковал, помогая нам.

— О, мисс, — хрипло сказал Алвар. — Я бы сделал это сотню раз, если бы это помогло делу, а вы с принцем точно поможете.

— Что ж, — вмешался спокойно Киран. — Алвар, тебе нужно поскорее возвращаться. Не знаю, поверит ли Фалак солдатам. Береги себя, друг. Твоя жизнь теперь изменилась… ты будешь всегда готов к опасности, — он пожал руку Алвара, они переглянулись с доверием.

— И ты, — Алвар сжал руку Кирана, потом кивнул Пози. Он вывалил из телеги навоз, сел на свое место и взмахнул поводьями. Он направился в лес, пропал в тенях. Ему нужно было проехать много, чтобы не возвращаться через лагерь. Фалак думал, что их убили, и изначальный план не работал.

Киран повернулся к Пози и вскинул бровь.

— Он спас наши жизни? — спросил он. — Я так плохо сражался, что не заслужил похвалы?

— Нет! — Пози покраснела. — Он спас нас, провезя через Границу. Конечно, ты хорошо сражался, Киран, и ты это знаешь.

— Ммм, — Киран кивнул, его темные ресницы мелькнули над глазами, он опустил взгляд, занявшись сумками. — Думаю, мне нужно как-то спасти твою жизнь, если награда за это — твои объятия.

Пози потрясенно смотрела на его спину, а потом быстро отвернулась, покраснев.


ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Дикая земля



Теперь нужно было решить, во всем ли Фалак им соврал.

— Он — истинная власть в королевстве, не мой отец, — отметил Киран, пока они ехали по лесу. — Он хотел бы быть единственным советником, которого мой отец слушает. Думаю, он близок к этой цели… если бы не моя мама. С ней нужно считаться, — хмуро сказал Киран.

— Ты кое-что забываешь, — сказала Пози. — Он пытался хладнокровно убить нас. Это точно подтверждает, что он плохой.

Уголок рта Кирана поднялся, он оглянулся на нее.

— Да. Полагаю, места для доверия это не оставляет?

— Верно, — согласилась Пози. — Но я не понимаю, зачем ему убивать нас? Почему сейчас? Если бы я нужна была ему мертвой, почему не оставить меня в Сюжете? Зачем отсылать нас?

— Но, Пози, разве не ясно… вопрос в том, зачем вообще пытаться нас убить? Фалак знает, как и любой персонаж Сюжета, что, хоть он убьет нас, мы окажемся в начале истории. Что он надеялся достичь? — Киран прикусил губу, качая головой. — Не понятно.

— Я точно не собираюсь спрашивать у него, — рассмеялась Пози.

Киран оглянулся на нее и сказал:

— Девушкам в твоей истории, наверное, мало перечили, потому что ты говоришь с… нажимом. Словно тебя точно услышат и обдумают твои слова.

Пози улыбнулась ему, но улыбка быстро увяла при мысли об ее жизни. Она никогда не верила, что ее услышат. Она не ждала, что ее мнения или слова примут во внимание. И это от тех, кто должен был ее сильно любить. Она ощутила волну жалости и печали, знакомую и неприятную. Она посмотрела на Кирана, он все еще разглядывал ее.

— Что я сказал? — спросил он. — Я не хотел тебя расстроить.

Пози улыбнулась от этого. Только Киран, персонаж из книги, мог сказать такое очаровательно и правдоподобно.

— И не расстроил, — сказала она. — Остальные — да, но не ты.

Он кивнул.

— Знаю, — только и сказал он, и она не сомневалась в этом.

Они ехали по лесу в тишине. Пози озиралась на широкие стволы с завитками коры, на нежные папоротники на земле. Солнце было высоко над вершинами, и его свет проникал сквозь листья тонкими лучами. Эта Дикая земля не казалась дикой. Но отличалась от королевства. Краски были не такими яркими, но все казалось плотным. Запахи земли и влажных листьев наполняли чистый воздух, и Пози глубоко дышала. Это был настоящий мир, и ей стало легче, словно до этого разум был в плену, а она не знала.

— Кстати о девушках с сильной волей и храбростью… — сказала Пози.

— Мы о них говорили? — спросил Киран, Пози услышала в его голосе скрытую улыбку.

— Мы говорили обо мне, и я подумала… — она невинно пожала плечами.

Киран откинул голову и рассмеялся. Пози улыбнулась, рассмеялась и продолжила:

— Я хочу поговорить с твоей сестрой. Может, ответ у нее.

— Ответ?

— Ответ, почему Фалак хотел нас убить. Твоя сестра сбежала, вероятнее всего, в лесу и за Границы Сюжета. Теперь и мы вне Сюжета. Не подозрительно? Словно Фалак хочет ото всех нас избавиться.

— Но он не может, Пози, — терпеливо отметил Киран. — Может, но… мы вернемся в начало, разве нет? Мы — часть Сюжета, часть истории.

— Ты сам сказал, что Фалак делает все не зря. Если бы мы знали, зачем! Ты уверен… точно уверен… что нас нельзя убить?

— Да, конечно! Я же видел жертву сестры десятки раз! И она всегда возвращалась.

— Хорошо, да. Но это ведь было частью Сюжета? Автор так указал. А если это Автор не записал? И такой, как Фалак, взял это в свои руки?

Они ехали глубже в лес, свет медленно пропадал. Пози видела профиль Кирана, и ей не нравилось выражение его лица после ее слов.

— Что такое? — спросила она.

— Я кое-что вспомнил, — медленно сказал он. — Я слышал кое-что очень давно. Не помню, кто мне сказал, и где я слышал… но… — он замолчал и нахмурился, напряженно думая, пытаясь вспомнить. — Смутно помнится. Наверное, было поколения назад. Что-то про события вне Сюжета. Я не помню точно.

— Но что-то ведь помнишь? — спросила тревожно Пози.

— Это все.

— Все? — поразилась Пози. — Ты помнишь лишь, что кто-то сказал, что что-то происходит вне Сюжета, но не помнишь, что?

— Да, — вздохнул Киран. — Ничего не поделать. Только это… но за эти пару часов я ощущаю себя иначе. Словно что-то здесь… заставляет вспомнить. О, мелочи, — быстро сказал он. — Но давно забытые. И теперь это… про события вне Сюжета. Уверен, со временем вспомнится. Воздух тут чистый, а еще светло. Не чувствуешь? Я словно всю жизнь дышал не воздухом, он был тяжелым и густым. И я боролся с ним каждый день. Он путал меня, делал медленным и нерешительным. Но это пропало здесь. Так ощущается. Разум снова мой.

От его голоса Пози поежилась. Его свободные слова были предвестниками чего-то нового, звучали ясно в тишине леса, и ей казалось, что деревья их слушают.

— Я тоже это ощущаю, — прошептала она.

* * *

Первая ночь в лесу Дикой земли, под одеялом деревьев и светом луны, запомнится Пози навеки за чудеса и ужас.

Они ехали весь день по лесу. Но, чем дальше они забредали, тем больше странного происходило. Конь Кирана, Беленус, стал нервным, пару раз ослушался приказа Кирана. Это беспокоило Кирана сильнее, чем он говорил. Пози видела это, а потом он недовольно сообщил, что нужно остановиться на ночлег, хотя солнце еще не село.

Киран взялся разводить костер, а Пози вытащила из сумок одеяла и немного еды. Она огляделась, темные деревья до этого словно слушали Кирана, и она не сомневалась в этом теперь. Они склонялись и покачивались сами, без ветра. Пози робко гладила темную гриву Беленуса, глядя на них. Она не видела перемену, что произошла так естественно, где тени и свет луны встречались с землей и листьями. То, что она увидела, было плавным, как тихая песня, и они оказались там. Существа как деревья, как сам лес. Пози не знала, были они из деревьев, кустов или лесной земли. Она застыла и смотрела не без страха.

— Это дикий народ, — тихо сказал Киран у ее уха. — Эванта читала о них и рассказывала мне… Но я не думал, что они настоящие.

— Какие они? — Пози не отводила взгляда от процессии, что двигалась между светом и тенью.

— Создания самой земли. Они — ее часть, их связь сильнее, чем у других. Только посмотри на них, Пози, — в его голосе было восхищение.

Они были людьми, по крайней мере, были похожи внешне. У них были конечности, лицо и тело, но них руки и ноги были тонкими и длинными, неровными, на ветви деревьев. У одного была кожа в участках мха, у другого — глаза как желуди, а у еще одного волосы падали на плечи как листья. Они двигались изящно и тихо, как мог только лес. Пози судорожно вдохнула, когда последний пропал. Тени тоже будто вздохнули.

— Куда они? — прошептала она, хоть они ушли. — Они пошли туда, откуда мы прибыли, к Границам.

Киран только покачал головой с тревогой на лице.

* * *

Позже они поели и сидели, укутавшись в одеяла, у костра, разведенного Кираном. Пози вдруг сказала:

— Что ты думаешь?

Киран обернулся из-за напряжения в ее голосе и вскинул брови.

— О чем?

— Ты знаешь принцессу Эванту лучше всех. Ты любил ее больше всех. И… куда она пошла бы?

— Не знаю, — ответил он.

— Знаешь! — заявила Пози. — Просто подумай о ней, о ее причинах уйти, — Киран помрачнел от мыслей, а Пози продолжала. — Все сложи вместе, и у тебя будет хоть идея, куда она могла пойти. Если она умная, она не стала бы бродить по лесу. У нее должна быть цель.

Киран долго молчал. А потом медленно сказал:

— Эванта храбрая — это ее самая сильная черта. У нее есть свое мнение, но она не шумит. Она умная, но не только от книг и уроков. Она мудрая — мудрее меня уж точно, — он покачал головой. — Но это… ее черты, а не то, какая она.

— Какая она, Киран? — тихо спросила Пози, думая о своей сестре. Пози знала Лили лучше всех. Ее мать часто шутила, что им в мире хватит их двоих. Пози часто удивляла, когда слышала возмущение в голосе матери, словно близость с Лили была неправильной. Но, может, мама не подозревала причину.

«Как нам не держаться друг за друга? — подумала Пози со вспышкой гнева. — За что еще нам держаться?».

Но ее мама была права. Пози и ее сестра были половинками целого, и один взгляд у них мог заменить часы разговора. Но описать сестру словами? Она вряд ли смогла бы.

— Ее глаза многое видели, — сказал Киран. — Глаза знали. Я видел по ней, что она знала, что я думаю, что бы я ни говорил. И она не боялась признать это. Она давно увидела проблемы в королевстве и плохие решения отца. Она говорила со мной о том, что должно было вызвать подозрения, не будь я ленивым и глупым, и я мог бы понять, о чем она говорит, — он нахмурился. — Тот тяжелый воздух королевства, туман, в котором мы живем… Уверен, Эванта видела все лучше нас. Она знала, что Сюжет меняли. Она знала, что все не так, как должно быть. Потому ушла. Не из страха перед своей судьбой, но чтобы выступить против. Такая она, — он выпрямился с новым выражением лица. — Она не будет ждать, что это сделает кто-то. Она исправляет все сама, — выдохнул он. — Этого всегда хотело ее сердце. Да, — он медленно кивнул, и Пози увидела страх за его глазами. — Думаю, я знаю, куда она пошла.


ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Ночное нападение



Свет и тьма в лесу ходили,

Души выпустить грозили.

Свет и тьма там трепетали,

Пока другого не услыхали.

Свет и тьма — одно лицо,

И душа найдет Место,

Где бой идет у смерти с жизнью.

Деревья изумрудом приведут,

Сердце правды в конце найдут.

— Что за странное стихотворение? — спросила Пози, услышав, как Киран читает его голосом, от которого похолодел лес. Она укуталась в одеяло плотнее и придвинулась к огню.

— Мы давно его слышали. Эванту оно интересовало, — сказал Киран. — А меня пугало.

— Еще бы, — глаза Пози расширились. — Но зачем оно?

— Дело в его смысле. Оно про этот лес, про место в нем. Там никто не был, никто не возвращался, судя по историям. И многие в королевстве о нем не думают, не то, что верят в его существование. Не знаю, как начались слухи об этом месте, или когда, но я не помню, чтобы не знал о них. О нем говорили тихо, ведь мой отец не любит говорить о Дикой земле.

— Как зовется то место? — любопытно спросила Пози.

Киран помрачнел и ответил:

— Уныние.

Пози поежилась от названия.

— И принцессу интересовало это место. Думаешь, она пошла туда?

— Только об этом месте вне королевства мы слышали. И там самое сильное добро и самое опасное зло. Ее восхищала мысль о таком месте. Но все говорили о нем со страхом.

— Но зачем ей туда? Точно не из одного любопытства, да?

Киран криво улыбнулся.

— Да, — сказал он. — Думаю, ты права. Думаю, у нее могла быть другая причина, — Беленус тихо заржал за ними, и Пози ощутила, как с деревьев падают на кожу капли воды, зловеще шурша по листьям. — Если учесть, что ушла она, желая изменить королевство…

— То понятно, зачем она пошла в Уныние, — закончила Пози.

— О? — сказал Киран.

— Да. Что-то про то, что свет и тьма были одними, пока кто-то не попал в то место… — Пози взмахнула рукой. — Она думает, что может пройти в то место, Уныние, и все исправить. Прочитай стихотворение еще раз, — попросила она. Киран так и сделал.

— Да, — сказал Киран, и Пози не понравилось выражение его лица. — Думаю, ты права. Хорошее и злое тут выглядят одним. И разделить их может тот, кто пойдет в то место и… не знаю, что там нужно сделать, — он молчал, склонив темную голову, глядя на руки. Свет огня плясал с тенями на его лице.

Пози вытащила руку из-под одеяла и опустила ладонь на руку Кирана.

— Мы найдем ее, — сказала она увереннее, чем ощущала. — Найдем, — он не ответил, и она добавила. — Ты знаешь, как попасть в Уныние.

— Я там никогда не был, — хмуро сказал Киран. — В стихотворении деревья указывают путь, но я не знаю, о чем это.

— Тут полно изумрудных деревьев, — Пози озиралась. — Или это неудачная подсказка, или такая хитрая, что поймет только гений.

Киран вяло рассмеялся. Он вдруг вскочил на ноги и схватил головешку из огня. Он поднес ее к ближайшим деревьям, светя углями. Он провел пальцем по коре дерева.

— Что это?

— Мох, — сказал он.

— Хорошо… и?

— Не знаю, всегда ли мох растет на определенных сторонах деревьев, но жители деревни в королевстве говорили, что он растет с северной стороны быстрее. Может, это изумруд, и нам нужно идти на север?

— Если так, — Пози тряхнула головой, — то это хитрая подсказка. Я бродила бы сто лет по лесу, пытаясь ее разгадать.

— Я не уверен, что это так, но сейчас есть лишь эта подсказка, — ответил Киран. — И на севере сердце леса, глубже в Дикой земле. Это тоже поддерживает теорию, — он пожал плечами и лег у костра. Пози провела пальцами по спутанным волосам, стараясь не думать, как ей нужно искупаться и почистить зубы.

Вдруг Киран оказался рядом с ней.

— Дай-ка, — сказал он. В его руках был шнурок. Он нежно провел пальцами по ее спутанным волнам, а потом заплел ее волосы. Он перевязал их шнурком, и коса упала на ее спину. Это было сделано быстро. Пози прошептала благодарности, глядя, как он идет к своему одеялу. Он обернулся и улыбнулся ей, и она заставила себя вдохнуть. — Когда Сюжет не изменили, — объяснил Киран, — мы заплетали гривы наших лошадей перед боем».

«Ах, — Пози опустила взгляд, — вот оно что».

* * *

Дождь, что начался раньше и проникал среди высоких ветвей и листьев, теперь стал неприятной моросью, холодной и влажной. Пози укрылась с головой, придвинулась так близко к огню, как могла. Она думала об этом дне, о том, что было сказано и увидено, о холоде дождя, что мешал спать. Но она ошибалась. Она уснула, как только закрыла глаза.

В этом мире, в этой истории, ей снился ее мир. Она видела свой дом, высокий и белый, словно приближалась с улицы. Она видела крыльцо, знакомые ступеньки и дрожащие перила, почтовый ящик, который ее мама сама разрисовала маленькими дроздами. В углу крыльца даже был мангал. И в окне были ее родители, и она думала, что они будут рады ей, ведь ее так долго не было. Но они смотрели без эмоций, пока она не расплакалась, пока ей не захотелось разбить стекло. И где была Лили? Почему ее не видно?

Не было времени на панику. Она не успела зайти дальше. Ее разбудили. Губы Кирана были прижаты к ее уху, он шептал, прижимая холодную рукоять кинжала к руке Пози.

— Вставай, — приказал он. — У нас гость.

* * *

Мир становился четче. Киран поднял ее на ноги, и его слова ударили ее, как холодная вода по спине. Она едва успела уловить шорох меча Кирана, покинувшего ножны, силуэт большого существа в тенях. Оно тут же напало на них, рев взорвался в тишине ночи. Пози увидела тусклую вспышку меча Кирана, но она знал, дрожа от холода ночи, что это не будет как сражение с двумя солдатами до этого. Лес был темным, их костер почти догорел, и зверя почти не было видно. Он заревел, из его пасти вырвались огонь и дым в жутком облаке пыли и искр.

Киран и существо кружили в тенях, а Пози прошла к костру и попыталась оживить его, надеясь, что свет поможет Кирану, надеясь, то существо боится огня, как в книгах. Она торопилась, паникуя, слыша, как меч Кирана ударяется обо что-то, а потом звенит его щит. Огонь разгорелся, и Пози обернулась, сжимая кинжал в потной руке. Она застыла.

Это было чудовище. Голова и шея как у быка, но вдвое больше. Большая шея была напряжена. Спутанные волосы ниспадали вокруг его лица. А лицо. Пози не могла дышать. Она видела жуткое выражение в тех зловещих человеческих глазах, они мерцали и следили за Кираном, желая убить. Передние ноги скорее были лапами, подвижными, бьющими по воздуху с силой и ловкостью. Хвост сзади был не хвостом, а змеей, что была толщиной с Пози, корчилась и извивалась, шипя и высовывая язычок в ярости, стремясь к Кирану.

Чудище опустило голову, покачиваясь, как марионетка. Его глаза сияли, глядя на Кирана с торжеством. Оно играло с ним, и он устал и шатался от тяжелых ударов. Оно толкало его к тьме леса, подальше от поляны и яркого костра. Пози знала, если они уйдут туда, лес проглотит их. Тьма была смертью Кирана.

Пози услышала свой голос.

— На помощь, — это было ее отчаяние. Она видела безликого Автора в голове, которого многие персонажи считали мифом. Если кто и мог им помочь, то разве не тот, кто написал эту историю? Разве он не хотел помочь своим персонажам?

Ветер нарушил спокойствие воздуха. Он дул из темной части леса и несся к ним. Пози смотрела, а чудище нюхало воздух, а потом сжалось, словно ветер был с угрозой. Пози смотрела, как зверь идет к огню. К ней.

Киран напал на него, используя шанс, и Пози знала, что шанс мог быть единственным. Если помог ее крик о помощи, его нужно было использовать. Она не знала, смелой ли была, но теперь в ней было нечто сильнее страха за себя. Страх за Кирана.

Она крепко сжала кинжал, глядя на длинное лезвие, словно прося его сделать то, чего желала. Она пошла к змеиному хвосту монстра. Киран сражался с головой, и она надеялась, что чудище будет отвлечено, пока она не сделает то, что должна.

Киран издал вопль и повернул меч к голове чудища, и Пози напала на существо сзади, вонзила кинжал в основание змеиного хвоста. Удивительно, как просто это было. Клинок словно знал, что делать, резал змею, и она отбросила ее изо всех сил. Повисла тишина, змея извивалась на земле. А потом бычья голова посмотрела на Пози желтыми жуткими глазами, поняла, что случилось, и издала вопль, что пробрал Пози до костей. Зверь повернулся к ней, но тут подоспел Киран. Он возник между Пози и монстром, и его меч погрузился в большую грудь чудища. Земля содрогнулась, когда зверь упал.

Пози смотрела на него, онемев, ощущая лишь потрясение, а потом сильное желание смеяться. Она зажала рот рукой. Но звук вырвался, и она не смеялась, а рыдала от страха, который ощутила только теперь. Киран бросил меч и прижал ее к своей груди. Он увел ее от мертвого чудища, и оно стало бесформенной глыбой за кругом света их костра. Он целовал ее спутанные волосы, убирая их с лица.

— Сядь, — сказал он, ощущая, как Пози дрожит. — Тебе нужно поесть.

Пози побелела. Она видела, как нож режет горло змеи с шипением. Она опустила голову и замотала ею, думая, что ее стошнит.

— Нет, — быстро сдался Киран. — Тогда хотя бы попей, — он протянул флягу и смотрел, как она пила. — Я понимаю, — тихо сказал он, когда она закончила пить, и он сел рядом с ней на твердую землю. — Убивать… ужасно. Но это можно пережить. Я первым убил человека, а не такого бездушного зверя.

Пози посмотрела на него со слезами на лице, ожидая, что он будет дрожать, запинаться, что говорило бы об его ужасе. Но была лишь спокойная печаль в его глазах.

— Я не убивал никого хладнокровно, — сказал он, — но порой битвы необходимы. Войны случаются. Защищать себя и любимых… важнее всего.

— Да, — тихо сказала она. Его жизнь была в другом мире, так сильно отличалась. Но все же… она знала, о чем он. Она знала, откуда его слова, и они были правдой. Может, они не сильно отличались.

Киран посмотрел на чудище, лежащее в далеких тенях.

— Надеюсь… — начал он и замолчал.

— Что?

— Надеюсь, это чудище не было связано с Фалаком. Надеюсь, это столкновение произошло естественным образом.

— О, — выдохнула Пози. Она не подумала об этом.

— Откуда бы оно ни было, — продолжил он, глядя на огонь, — боюсь, чем ближе мы у Унынию, центру Дикой земли, тем опаснее будет. Я надеюсь, что уберегу тебя, Пози.

Огонь озарял его лицо, Пози смотрела на него. Ее сердце пропустило удар, когда она увидела его взгляд, его нежность и печаль. Он погладил ее щеку и криво улыбнулся. На миг она подумала, что он сделает нечто большее — хотела даже — но он убрал руку и неловко провел пальцами по своим черным волосам, отвернувшись от нее.

Пози лежала, укутавшись в одеяло, спиной к костру, и тихо плакала. Не от страха или облегчения, не от шока из-за того, что видела и сделала, а от печали, что сжимала ее. Она знала, что не может остаться в истории, она знала, что придет время возвращаться домой. И теперь ее глаза и сердце плакали из-за того, что придется оставить.


ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Откровения



Комната была темной, и тьма мерцала, как черный бархат. Блестящий каменный стол покрывали аккуратные стопки бумаг и перьев. Фалак сидел рядом на деревянном насесте, король Мелантиус сидел напротив него, скрестив большие руки, выглядя недовольно.

— Ты сказал, что вернешь их в королевство и мой замок за пару дней, Фалак. Где они? Почему так долго?

Фалак бесстрастно смотрел на короля и ответил спокойно:

— Ваше величество, вы знаете, что королевство в хаосе. Грядет война с Дикой землей, это для нас важнее. Ваши сбежавшие дети проблема, да, но они не пострадают там, где они.

— Не пострадают? Что? — взревел Мелантиус, встав со стула и склонившись над столом, с угрозой глядя на Фалака. — За кого ты меня держишь? За дурака? Каждый миг без них заставляет меня терять лиц перед персонажами Сюжета. Я такой слабый правитель, что не могу удержать детей в королевстве?

— Сир, вне замка не знают, что принц и принцесса ушли. Всем сказали, что новая девушка, Олена, пока что принцесса, и все думают, что принц болен и не выходит.

— Это жалкие отговорки, Фалак. Это не в твоем стиле, — ответил король. Я всегда думал, что ты самый хитрый в моем совете, самый мудрый в планах. Но теперь я начинаю сомневаться. Ты знаешь, что ходят слухи, что принц и принцесса пропали. Персонажей учили, что я берегу Сюжет. Что они подумают теперь, когда такое произошло? Кошмар! — он ударил кулаком по столу. — Я этого не потерплю. Бери своих и ищи их. Если они не вернутся в ближайшее время, я сам займусь делами, и, может, тебя будет ждать суд, как обычного персонажа. Одну сову можно легко заменить другой, да? — Мелантиус зло улыбнулся главному советнику.

— Как скажете, сир, — сухо ответил Фалак. Его большие глаза опасно вспыхнули.

— Хорошо, — король отодвинул стул и встал, чтобы уйти. — Скоро, — повторил он. — Я хочу видеть их как можно скорее, — он прошел по большому залу и пропал.

Фалак не двигался еще долго, а потом тихое щелканье сообщило, что прибыл Эгберт, влетел в комнату из высокого окна, открытого ночи.

— И? — тут же спросил он, заняв место, освобожденное королем.

— И, — ответил Фалак, — король спросил, не считаю ли я его дураком. Мой ответ — да.

Эгберт медленно улыбнулся, хотя огляделся, будто боялся, что их подслушивают.

— В чем именно, советник? Боюсь, он во многом может быть дураком.

— Он требует скорее вернуть его детей в замок. I think he means a matter of days.»

— Но это легко можно сделать, — возразил Эгберт.

— Нельзя! — заглушил другую сову Фалак. — Чтобы наш план удался, они должны продолжать. Или ты глуп и не видишь этого? Если они вернуться исполнять Сюжет, наши планы обречены. Так нельзя, — он решительно покачал головой. — Эванта, Киран и эта новая Пози должны быть за Границами и исполнить то, что я им задумал. Я скажу Мелантиусу, что это судьба Сюжета… скажу… то, что позволит этому продолжаться. Порой, — он посмотрел на сову, — я боюсь, что слишком хорошо научил короля. Он начинает верить, что он бережет Сюжет, может менять его. Думаю, он даже верит, что он — Автор этой истории.

— Только ты достаточно силен для этого, — верно сказал Эгберт, взволнованно взъерошив перья.

— Да, только я, — глаза Фалака стали ямами тьмы. — Король думает, что угрожает мне. Мне, — прошипел с отвращением и яростью Фалак. — Мы посмотрим еще, кто победит.

* * *

Утренний свет лился с крыши листьев наверху и усеивал землю. Пози перекатилась и посмотрела на Кирана, лежащего с другой стороны погасшего костра. Его глаза были закрыты, он спал, одеяло на нем сбилось, его рот был чуть приоткрыт, шелковистая прядь упала на лицо. Пози улыбнулась. Как ему было жить с постоянным знанием, что его защитит только он сам? Она ощутила внезапную нежность к нему, желание защитить от будущей боли.

— Вот так пробуждение, — раздался голос Кирана. — Ты словно пытаешься решить все проблемы мира. Не рановато для таких мыслей?

— А тебе снились колкости, раз ты сразу начал с них, проснувшись, — улыбнулась Пози.

Киран, посмеиваясь, встал и засыпал костер. Он вытащил из сумки и отдал Пози булочку и яблоко.

— Поедим в пути, — сказал он, закрепляя седло на Беленусе. И день начался. pain.

* * *

Они ехали, пока солнце не поднялось высоко. Они остановились лишь раз, чтобы размять ноги и поесть немного, наполнить фляги водой из холодного ручья. Пози была сонной от света солнца, ее голова прислонилась к спине Кирана. Она не знала, долго ли спала. Казалось, лишь пару мгновений, и он напрягся и остановил Беленуса. Его рука потянулась к мечу, но он его не вытащил.

Пози открыла рот. Хотя Киран был спиной к ней, он тут же тихо сказал:

— Шшш, — заглушив ее вопрос. Его темные глаза разглядывали тени деревьев, он беззвучно слез и махнул Пози оставаться на месте.

Он пошел, почти не шумя, к большому дереву в стороне. Его корни поднимались из земли, большие и кривые, как у многих деревьев в этом лесу. Он сунул руку в корни, где была насыпь. Раздался крик, и Килан вытащил мужчину из укрытия. Пози сразу увидела, что мужчина без оружия. Он был почти без одежды. Его морщинистое лицо было в земле, полным усталости и страха. Но Киран сжимал его горло и не давал ни шанса.

— Прошу! — услышала Пози свой голос. Она повела Беленуса к ним. — Не вреди ему, Киран! Он безобиден, — ей было жаль мужчину. Он был возраста ее отца.

— Пози, я не хотел его ранить. Лишь спросить, что он тут делает. Персонажи не живут на Дикой земле, насколько я знаю, — он тряхнул мужчину, чтобы он заговорил.

— Ты прав, — сдавленно сказал мужчина. — Я персонаж. Я не должен быть на Дикой земле, но я не собирался отдавать семью Сюжету, что бы ни было за Границами.

— О чем ты? — Киран чуть ослабил хватку.

— Атаки, — продолжил мужчина с диким взглядом. — Шли бои у Границ, король объявил войну с Дикой землей. Для нас тут нет места. Все знаю, если Сюжет начал меняться, скоро разрушится история.

— Да, — Киран странно посмотрел на него, — все это знают, да? И, — он посмотрел на Пози, — король объявил войну.

Она кивнула. Они знали, что до этого дойдет.

— А твоя семья? Где они?

Мужчина побелел, Киран увидел, как он отвел взгляд на место среди корней, откуда его вытащили.

— Ах, — Киран отпустил его. — Пусть выходят. Я не обижу тебя и других врагов Сюжета.

Мужчина потирал шею, потрясенно глядя на Кирана.

— Они не выйдут, — громко сказал он. — Я не могу доверять вам.

— То, что ты еще жив, не доказательство? — улыбнулся Киран. — Ладно. Я понимаю желание защитить их. Много таких в лесу?

Мужчина покачал головой.

— Несколько, наверное. Те, кто прорвался с нами пару дней назад. Теперь Границы охраняют, их не пройти, хотя многие скоро захотят. Все меняется… о, так отличается от давнего. Но многое еще осталось прежним.

— О чем ты? — Киран нахмурился.

— Король и тогда присылал солдат, — вздохнул мужчина. — Давно. Тогда Сюжет начал меняться впервые. Были бои, но войну не объявляли. Власть сменила руки после боев, и Совет кентавров выгнали из королевства на Дикую землю подальше в лес.

— Совет кентавров, — сказали Киран и Пози. Она с удивлением, а он со странным видом.

— Да, — кивнул мужчина. — Многие их не помнят из-за жизни в королевстве. Магия там заставляет забыть о переменах, или почти забыть. Мы вспоминаем за Границами. Магия пропадает, и мы вспоминаем, как было… кем мы были до того, как все пошло не так. С вами так не было теперь, вдали от Сюжета?

Киран открыл рот, закрыл его, и его черные глаза напряженно блестели.

— Да, — сухо признался он. — Я начал вспоминать.

— Мы не могли жить без смысла, — тихо объяснил мужчина. — Мы не могли слушать короля, что изменил Сюжет, включив смерть своей дочери. Это не требовалось, но создавало печаль и тьму, чтобы привлечь читателей.

Лицо Кирана чуть переменилось. Это заметил бы только тот, кто знал его. И Пози заметила.

— Да, — мужчина смотрел на Кирана, словно впервые. — Вы должны это знать, если вы персонажи.

— Да, — кивнула Пози, спешившись и подведя коня к мужчинам. — Но мы еще не слышали того, что вы рассказали. Мы не знали, как жесток король. Вы уверены, что он… хотел бы… жертвовать своей дочерью? — ей не нравилось это говорить, не хотелось слышать ответ, но она должна была, ведь Киран не смог бы спросить.

— Да, — печально кивнул мужчина. — Это правда.

— Откуда такая уверенность?

— Все просто. Я помню, что раньше ее смерть не требовалась. Это поражает — будто проснуться от сна длиною в жизнь. Магия королевства больше не закрывает мне глаза. Когда Совет кентавров выгнали в лес, королевство изменилось до жути. Совы получили слишком много власти. Я теперь это вижу, — злость мелькнула на лице мужчины. — Боюсь, король окажется куклой на троне, и добро в нем пропадет навеки.

Киран резко развернулся и отошел спиной к ним. Пози нервно поглядывала на мужчину, что стоял, словно ждал, что его прогонят. Он хотел, чтобы они ушли. Он хотел вернуться к семье. Он не замечал, что Киран стоял там, и от него исходили волны боли.

Киран повернулся и улыбнулся. Все в Пози сжалось от его улыбки, ведь это была маска, скрывающая осколки.

— Пора что-то делать, — он прижимал ладонь к рукояти меча, готовый биться.

Мужчина печально покачал головой.

— Дикий народ леса собрался за недели в свою армию, но им не сравниться с солдатами короля. Их слишком много, и они обучены сражаться.

— Но армия, о которой я говорю, будет из самих персонажей, что живут в королевстве и видят вещи ясно, как вы, — это привлекло внимание мужчины. Он поднял голову.

— Кто ты? — спросил он. Киран опешил от резкого вопроса. — Я рассказал о себе. Кто ты? — он впился взглядом в Кирана.

— Я друг, — сказал Киран. — Если будешь слушать и смотреть, перемены сильнее, чем те, о которых ты говорил, скоро случатся с Сюжетом, будь уверен. Может, — Киран печально улыбнулся, — ты с семьей сможешь снова жить там однажды.

Они дали мужчине немного еды — хватило бы ему и семье, что скрывалась от них — и пошли дальше. Пози обернулась в седле, они уходили за деревья. Мужчина смотрел им вслед, и за ним Пози увидела две детские головы среди корней, где они прятались. Почему-то при виде светлых растрепанных голов Пози захотелось, чтобы в мирах все стало хорошим.


ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Бой на лугу



Странно, ужасно, но словно стена появилась между Пози и Кираном. Знание, что король предал своего ребенка, стояло между ними так прочно, что другие мысли не пробивали его. Пози не знала, почему так. Она не понимала, при чем тут отношения между ними. Но это все равно повлияло. Она ощущала, как знание трещало в воздухе.

Она подумала о своих родителях. Она ярко вспомнила ночь, что была незадолго до ее падения в книгу. Другую ночь ссоры, другую ночь ненависти, пропитавшей стены дома как болезнь. Она убежала в ванную и взяла помаду матери. С колотящимся сердцем она написала одно слово на зеркале, глядя на отражение своего заплаканного лица.

«Развод», — написала она кроваво-красными буквами. Может, то была кровь, потому что сердце Пози кровоточило Слово было жутким и гадким. Но что-то было приятное в том, что она написала его, встретилась с правдой того, к чему неслась ее жизнь.

И теперь ее сердце болело за Кирана.

Она попыталась заговорить с ним, но не знала, с чего начать.

— Мне жаль, Киран, — сказала она едва слышным шепотом.

— Из-за чего? — он тут же хмуро посмотрел на нее.

— Я… про твоего отца, — пролепетала она.

— О, да, — беспечно сказал он. — Это нас не удивило, да? Не важно, кто его довел до этого решения, его принял он. Если его свергнут за это — если он даже умрет — он это заслужил. Он слабак, а слабые не могут править королевством.

— Но он все еще твой отец, Киран, — сказала Пози, ведь это было неправильно.

— Да, и я не позволю этому мешать мне. Он явно не дал эмоциям помешать принять решение о детях. Нет, наша цель — найти мою сестру, а потом я доберусь до Алвара и поведу армию против короля. Теперь он объявил войну, и мы должны действовать быстро.

Пози понимала, а как иначе? Но часть ее бунтовала против мысли, что Киран пойдет на отца армией, что Киран говорит, что его отец заслужил смерти. Она не знала, почему, ведь Киран говорил правду. Но тревога была в ней, ощущение, что ей плохо от печали. Но что она могла сказать Кирану, чтобы он послушал? Ничего. Она не могла себе объяснить свою тревогу или прогнать ее, так что отвлеклась от этого, стыдясь своего поступка.

* * *

Пози еще не слышала звуков сражения, но тут же узнала их. Среди мокрой прохлады леса стало слышно звон брони, мечей, что эхом отражался от листьев над ними, и странные боевые кличи. Киран остановил Беленуса, конь насторожил уши, высоко держал голову. День быстро угасал. Солнце уже было лишь искрами света в сером тумане, что двигался среди деревьев, погружая лес в призрачное свечение. Пози крепче сжала пояс Кирана, он повел нервного Беленуса на звук. Вскоре конь взбунтовал. Он начал скакать кругами, размахивая хвостом, попадая им по ногам Пози.

Киран спешился и спустил Пози плавным движением. Он притянул к себе голову Беленуса, гладил его уши и тихо шептал. Глаза коня безумно закатывались, и Пози видела, как его шея напряглась, он вырвал голову из хватки Кирана и издал душераздирающий вопль, полный ужаса. Послушный и обученный конь Кирана теперь пугал Пози сильнее звуков боя. Киран привязал Беленуса к дереву, взял Пози за руку и повел к лугу. Сердце Пози билось так сильно, что кровь пульсировала в теле, пока она шла за Кираном в сгустившемся тумане.

Они присели у края деревьев и увидели перед собой простор травы, окруженный деревьями. Пози выглянула из-за кустов, ее глаза расширились, она перестала дышать. Она знала, что это был волшебный мир, сказка с королями, королевами и существами из мифов. Но она не была к этому готова.

На лугу шло сражение. Существа, что боролись, на первый взгляд были похожими. В хаосе и поднимающегося от земли мрачного пара казалось, это бой людей и лошадей. Было видно руки и ноги, грозные лица, мечи били по броне и плоти. Пози пришла в себя и поняла, что лошади были и людьми.

— Кентавры, — выдохнула она.

Киран кивнул и склонился к ней.

— Кентавры и ипотаны. Они давние враги. Так мы с Эвантой слышали. Я давно не видел кентавров. В другом времени. В другой истории.

— Но… ипотаны? Это кто?

— Они стоят на двух ногах, а не четырех, — ответил он. — Не заметила разницы?

Пози увидела. Кентавры стояли на четырех лошадиных ногах, у них было крупное тело коня, торс, голова и руки человека вместо шеи лошади. Но ипотаны были другими. Сначала они показались Пози обычными людьми, а потом она увидела, что у них ноги лошадей, но только две. Они напомнили Пози сатиров, но лишь по строению. Она смотрела, как они убивают, и поняла, что они совсем другие. Мягкие лошадиные уши торчали среди диких кудрей на головах ипотанов, резкий контраст с твердыми телами. Ипотаны были широкими и сильными, и Пози видела, что кентаврам сложно с ними бороться. Но кентавры были сильными, тени играли на их мышцах груди и руках в угасающем свете, но ипотаны были словно из железа, и на одного из них уходило слишком много ударов.

Казалось, они смотрели вечность. Пози смотрела на это, как на сон, словно вся кровь была далеко. Это было на самом деле? Она слышала это и видела, даже ощущала запах крови, пыли и пота людей и зверей. Но ей казалось, что это движется иллюстрация в книге. Она не ощущала страх.

— Почему они ненавидят друг друга? — спросила она у Кирана.

Он пожал плечами и покачал головой.

— Не знаю, — признался он. — Я знаю лишь истории, что слышал много лет. Похоже, у меня есть далекие воспоминания о самих кентаврах, ведь мы теперь знаем, что они были в совете короля. Но ипотаны… я лишь слышал о них. Я не знаю, что у них с кентаврами.

— Думаешь…? — Пози запнулась, думая, что предполагать такое глупо.

Киран с вопросом посмотрел на нее, впервые заглянув в ее лицо.

— О, — он не дал ей продолжить, а словно понял вопрос по лицу. — Не знаю, связано ли это с войной в королевстве, — Пози знала, что он уже подумал об этом, пока они смотрели. — Меня волнует победитель. Кентавры будут врагами моего отца, и я не хочу, чтобы победили ипотаны. Но, какой бы ни была причина их боя, ипотаны известны жестокостью и вспыльчивостью. Я не хочу, чтобы они узнали, что я сын короля.

Тревог лишь добавилось. Они только увидели это место, этот бой, а уже знали, что из-за него многого достигнут или потеряют. Пози вздохнула. Она перевела взгляд на поле боя, немое ошеломление медленно проходило. Ей было тяжело смотреть, как один за другим воины умирают, лежа на холодной земле. Среди диких криков боя раздался голос. По краю боя пошел огромный черный ипотан, прорезая путь в бою большим мечом. Его броня зловеще сияла, он темными глазами смотрел на поле и путь.

— Что он делает? — спросила Пози, дрожа.

— Наверное, это лидер ипотанов, — шепнул Киран, следя за сценой. — Он идет к лидеру кентавров, — он поднял руку и указал на другую сторону поля, где кентавр сражался в гуще боя. Он был большим и сильным, его лошадиная часть была светло-серой. Его волосы ниспадали белыми длинными косами из-под серебряного шлема на широкие плечи. Не было ясно, стар ли он. Его лицо было без возраста, юным. Даже издалека, из гущи боя Пози было видно решимость на его лице. Его решимость была сосредоточена на победе, а в глазах лидера ипотанов была жажда крови, он сбивал всех с пути.

Наконец, противники встретились, и бой замедлился. Все ощущали, что будет. Тишина и зловещее спокойствие окутали луг. Мечи опустились, и лишь шуршала броня о тела. Голос ипотана зазвучал громко, низко и бездушно:

— Отдай луг, и больше никто не умрет сегодня, — потребовал он.

Лидер кентавров опасно застыл, кристальные глаза смотрели на врага. Он заговорил, и его голос напоминал глубокую и быструю реку:

— Мы умрем до последнего, если это нужно, чтобы защитить луг от тебя и того, кто тебя прислал.

— Меня прислал? — ипотан резко рассмеялся. — Думаешь, мной кто-то повелевает? — мышцы на его руках напряглись, он сжал оружие.

— Я не думаю, а знаю, — кентавр зло рыл землю перед собой копытом. — Ты здесь по приказу одного из людей, и ты пересечешь порог Уныния, только если убьешь меня и всех кентавров в лесу.

— Тогда, — ипотан заговорил тихо и опасно, — так мы и сделаем.

Он поднял большой меч над головой, бросился к кентавру с хищным воплем. Но кентавр был слишком быстрым для него, он едва заметно вскинул руку, и меч попал в грудь ипотана. Это произошло так быстро, что рот Пози раскрылся от потрясения.

Воцарилась тишина, кентавры тоже потрясенно смотрели на лидера. А потом, как волны, армия ипотанов начала кричать и убегать. Сначала Пози подумала, что они кричат, чтобы напасть, но поняла, что они кричат от страха и бегут, спасаясь. Похоже, со смертью их лидера пропала их цель.

— Трусы! — закричала она с облегчением.

Армия кентавров издала победный вопль и побежала в деревья за ипотанами. Лидер остался на месте, вытер меч о траву и посмотрел на убитые тела с печалью. Он повернулся к кентавру рядом с собой, мужчине с белыми волосами и широкими сильными плечами, и он повернулся и пошел по полю.

Пози в панике посмотрела на Кирана, понимая, что кентавр идет к ним. Киран не шевелился. Пози смотрела, но его рука не тянулась к мечу, что было странно, ведь угроза была. Он лишь ждал, а потом голос позвал их показаться, и он не мешкал. Он встал и поздоровался.


ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Кентавры



Пози, что удивительно, не боялась, когда Киран взял ее за руку и помог встать. Они вышли из-за кустов, где прятались, на край луга, держась за руки.

— Приветствую, — сказал Киран как король. Если он и боялся, Пози этого не видела.

Кентавр замер. Он рыл землю, повернулся, но не сводил с них взгляда.

— Подойдите, дети, — он развернулся, взмахнув хвостом, и пошел к лидеру.

У них не было выбора. Они пошли по лугу вместе и добрались до лидера кентавров, который смотрел на них, неподвижный, как камень. Его ледяные голубые глаза пронзали их. Но Пози выдерживала взгляд, видела мягкость за льдом, скрытую, но безошибочную. Нет, тут не стоило бояться.

— Я Киран, принц королевства за лесом, и это моя спутница по заданию, Пози.

— Приветствую, дети. Я Факсон, лидер кентавров. Мы вас ждали, — его голос был добрым, звучал как песня. — Автор говорил, что вы придете.

Они были потрясены. Киран сбивчиво сказал:

— А-автор сказал?

— Да, — Факсон склонил голову, и его косы упали вперед. — Вы не знаете о нем?

Киран встревожился и пытался ответить.

— Конечно, знаем, — сказал он. — Но он не говорит с персонажами в королевстве, да и за Границами, где только изгои. История не касается Дикой земли, зачем Автору быть здесь?

— Ах, мы не изгои, принц, — ответил Факсон с печальной улыбкой. — Только в вашем королевстве нас считают такими, но не здесь. И ваша история вместе со словами Автора разнеслась дальше, чем верят ее персонажи. Но вы это знаете, или не пришли бы сюда.

— Мы пришли, — сказал Киран, — найти мою сестру. А не из-за Автора и другого Сюжета.

— Да, — тихо ответил кентавр, — мы знаем принцессу Эванту.

— Вы ее видели? — вырвалось у Пози.

— Два дня назад, — ответил Факсон. — Тут, на этом лугу.

— И… где она теперь? — Киран старался сохранять спокойствие.

— Она вошла в Уныние, — глаза Факсона загадочно вспыхнули.

— Уныние, — жалобно сказал Киран, мысли Пози бурлили.

— Я говорил с ней, — сказал Факсон, Киран вскинул голову. — Но она была решительна, и мои слова не могли ей помешать.

— Вы могли остановить ее, — сказал Киран. — Вы не отдали ипотанам луг, вход в Уныние. Почему ее пропустили туда одну, хоть там опасно?

— Зло нужно останавливать, даже силой, если нужно, но разве мешать чьей-то свободной воле не зло? Не этого хочет Автор, не так бы живем. Сюжет здесь не такой, как в вашем королевстве, юный принц. Сюжет здесь может меняться, его решают выборы персонажей. Он не закреплен, он разный каждый раз, когда открывают книгу или рассказывают историю. Это опасность. И это красота.

— Но пустить в опасность девушку? Одну? Разве это верно? — в голосе Кирана появился гнев, несмотря на спокойствие кентавра.

— Да, принц, — голос Факсона тоже стал тверже, словно ему надоело объяснять что-то естественное тому, кто не хочет понимать. — Даже если там опасно. Она знает об этом, знает, куда пошла. Что-то сильное было в ее разуме… она знала, что должна сделать или попытается сделать. Мы не остановили бы ее.

Киран без слов покачал головой и отошел. Пози сразу пошла за ним, взяла за руку. Она не знала, как или почему, но она была уверена в происходящем.

— Киран, — мягко сказала она. — Факсон прав. Так должно быть, понимаешь? Это как в стихотворении, если мы хотим найти центр и сердце правды, то мы должны сделать это. Эванта пошла туда, пойдем и мы. Думаю, это будет ответом ко всему.

— Ко всему? О чем ты? — спросил Киран, скалясь. Пози невольно вспомнила их первую встречу. Пози сама плохо себя понимала. Это было ощущение, которое было сложно объяснить, но она была в нем уверена.

— Не знаю, — честно ответила она. — Но мне кажется, что все как-то связано. Тебе не хватило лжи и смятения? Не хочет узнать… правду?

— О, я уже знаю, что сделаю, — Киран вырвался из ее хватки. — Ничто не изменит мое решение свергнуть отца и освободить Сюжет от его тирании. — Пози знала, что Киран злится и горюет из-за жестокости отца, и его слова не удивили ее. Но они впились в нее, напоминая предательство, и она затаила дыхание.

Факсон ничего не упустил, прошел к ним и сказал:

— Леди права, принц. Уныние — опасное место, даже злое, но правильные люди могут найти там добро и правду. Может, вы найдете то, что и не искали.

— Не понимаю, — едко парировал Киран, — и мне все равно. Как можно мешать мне желать свергнуть короля? Вас он обидел сильнее всех.

— Те, кто пострадал сильнее всех, лучше всего умеют прощать, дитя. Но это исходит из глубокой и искренней части тебя, это не так просто достичь. Как и всего хорошего.

Киран не смог ответить. Пози смотрела на него, и его лицо чуть переменилось, в глазах стало меньше злости. Они не успели заговорить, как услышали шум с поляны, где кентавры убирали тела и броню. Два кентавра держали пленника-ипотана, который боролся с ними. Они тащили его по полю к Факсону. Факсон стоял, как статуя, его глаза блестели как сталь, пока они вели ипотана к нему.

— Ну, — серьезно сказал он. Ипотан выругался и вырывался, мышцы его были напряжены. Факсон не обратил внимания и просто сказал. — У меня есть к тебе пара вопросов, и тебе лучше отвечать честно.

— А если нет? — яростно сказал ипотан.

— Посмотри, — спокойно ответил Факсон. — Кто тебя послал?

— Ферреолус был нашим лидером. Мы шли за ним. И ты убил его! Ты… грязь… ты…

— Я знаю Ферреолуса, — перебил его Факсон. — Он ничего не делал просто так. Веками кентавры стерегли луг. Почему он решил напасть сейчас и попасть в Уныние?

— Я не спрашиваю! — зло закричал ипотан. — Я доверял лидеру, как и все, кто шел за ним. Нам нужно было только это, и мы шли, куда он посылал нас.

Факсон смотрел на него, словно решал, верить ли. Он кивнул и продолжил:

— Хоть вера слепа, у существ есть свой разум. Что говорит тебе разум о битве сегодня, ипотан?

Ипотан скептически смотрел на Факсона.

— Мы никогда не были в мире. Что отличалось в сражении сегодня?

— Ах, отличалось. Вы напали на луг и стражей. Ферреолус хотел попасть в Уныние. Это нападение было не против кентавров, а намеренным.

— Думаешь, я бы сказал, если бы знал? — рявкнул едко ипотан. — Дурак.

— Хорошо, — кивнул спокойно Факсон. Он махнул кентаврам, и они увели пленника. — Итак, — он повернулся к Кирану и Пози и улыбнулся, — вы точно голодны. Хотите отдохнуть у нас в лагере?

— Нет, — тут же возмутился Киран, — спасибо, но нам нужно в Уныние как можно скорее, чтобы найти мою сестру.

— И вы пойдете как можно скорее, но не сейчас, — сказал Факсон. — Вход в Уныние не открыт постоянно. Придется дождаться.

Киран был потрясен.

— И когда это будет?

— Не переживайте, — Факсон тепло им улыбнулся. — Скоро. В эту полночь.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Боль от слов



— Полагаю, — Факсон посмотрел на Пози и Кирана, пока они шли по лесу, — наш пленник не врал.

— Он ничего не знал? — Пози придерживала юбки, чтобы не отставать. Она не знала, куда они идут. Они с Кираном добрались до входа в Уныние, а теперь уходили с луга во тьму леса. Лес казался другим с кентаврами вокруг них и Факсоном впереди. Он легко шагал и говорил. Лес был не тем, откуда они пришли, это явно был его дом. Он шел уверенно, зная окрестности.

— У него могло быть свое мнение о причине боя, — продолжил кентавр, — но он не знал наверняка. Ипотан оставил солдат в неведении, чтобы они шли слепо, — он тряхнул головой.

Киран догнал кентавра и зашагал рядом с ним.

— А у вас есть мнение о нападении? — с любопытством спросил он.

— Да, хотя это не просто мнение, — ответил Факсон. — Совы — или король, но скорее совы — посылали атаки на нас с тех пор, как мы покинули королевство больше века назад.

— Что? — выдохнула Пози за ними.

— Да, — Факсон печально улыбнулся ей. — Когда Совет сов сверг Совет кентавров, был бунт, и нам запретили снова ступать в королевство. Король сделал нас добычей для персонажей, что столкнутся с нами, — Пози заметила, как Киран скривился, услышав это. — Мы поселились в лесу, мы уж не изгои королевства, а жители Дикой земли. Но этого мало королю и его советникам в последние годы. Они отправляли за нами все, что могли. Сражение, что вы видели, одно из многих за последние месяцы.

— Но ипотаны тоже живут в лесу, да? — спросила Пози. — Они не могут быть частью королевства или быть под управлением короля.

— Да, они не часть королевства. Возможно, Фалак нанял их, чтобы прогнать нас или истребить.

— Но зачем? — спросила Пози, глядя на затылок Кирана. Ей было жаль его, он слышал доказательства жестокости отца, хоть и не признавался в боли.

Кентавр не успел ответить, Киран сказал:

— Разве не ясно? Они ощущают, что кентавры — угроза их власти. Королевство буйствует последние годы. Персонажи начинают понимать то, чего не понимали раньше. Если они узнают — вспомнят — слишком много, то потребуют вернуть кентавров и прогнать сов, — его голос был едким. — Этого хочет не король, а Фалак и его приспешники. Только они боятся возвращения кентавров.

— Думаю, не только они боятся, юный принц, — сказал Факсон, остановившись.

— О чем вы? — голос Кирана был твердым. Его черные волосы упали на глаз, он смотрел на Факсона.

— Мы обсудим это, — ответил Факсон, словно разговор не принял опасный вид. — Но пока нам нужно отдохнуть и поесть.

— Отдохнуть и поесть, — повторил Киран и тряхнул головой. — Хоть столько нужно сделать.

— Да, — кентавр посмотрел на Кирана. — Поэтому и нужно. Не недооценивай это, отдых дает силы продолжать. Не недооценивай то, что дает силы, даже если это мелочи, — он пошел дальше. — До полуночи много часов, хотя они пройдут быстро в разговорах и подготовке.

Пози оторвала взгляд от Кирана и Факсона, моргнула и огляделась. Маленькие деревья и кусты вокруг убрали, их окружали палатки. Они были высокими, почти величественными, из тяжелого яркого материала. Факсон повел их мимо уставших от боя кентавров, которые вернулись в лагерь. Некоторые сидели на земле, сложив под собой ноги, отдыхали и тихо говорили, другие точили мечи и снимали броню.

Факсон привел их к палатке в конце. Она была вдвое больше остальных, ярко-зеленая с серебром и золотом.

— Наша Летняя палатка, — сообщил он, два кентавра открыли ткань, и они вошли. Комната, куда они вошли, была огромной. Вершина палатки была далеко. Стены были украшены серебряными и золотыми знаменами, трепетали от верха до пола. Широкое зеленое знамя, расшитое яркими нитями, висело во главе комнате на платформе. И хотя зал во многом отличался, он напомнил Пози тронный зал короля Мелантиуса. Было ясно, зачем эта комната. Разве кентавры не были раньше советом в том зале? — Заходите, — Факсон прошел их в соседнюю комнатку поменьше, созданную для удобства. Он виновато улыбнулся им. — Кентаврам стулья не нужны, но они постарались сделать комнату удобной для вас. Прошу, будьте как дома, — он приглашающе вытянул руку и смотрел, как они садились на слои одеял на полу. Он попятился и сказал. — Дам вам час отдохнуть, сюда принесут еду, а потом мы встретимся на совете.

Ткань на входе закрылась, Пози устроилась на одеялах. Как давно она не сидела на мягком? Не так давно… но казалось иначе! Она осознавала, что Киран рядом. Она хотела смотреть на него, говорить с ним, но они отдалились. Она не знала, ощущает ли и он это, думает ли об этом. Она не могла определить его настроение или прочитать выражение. Оно было пустым.

Он лег на одеяла и закрыл глаза.

— Что думаешь о кентаврах? Живут в лесу изгоями, все время сражаются. Какая у них цель?

— Киран, — тихо сказала Пози, ощутив то, что ей не понравилось. — Я думала, ты доверился им.

— Мне показалось… что они думают, что это все делает мой отец.

Пози вдохнула.

— Он король, — робко сказала она. — Что бы ни говорили ему совы, король принимает решения.

Киран сел так быстро, что Пози невольно отпрянула. Он впился в нее взглядом и зашипел:

— Теперь и ты его обвиняешь? Фалак послал солдат и существ в лес убить нас, отправил нас в опасные Дикие земли подальше от защиты королевства, — он пронзил ее жутким взглядом. — Я не подумал бы, что ты такая, Пози.

Сперва Пози было больно. Это было как предательство от Кирана, этот отказ понять, особенно когда между ними было столько понимания. А потом пришел гнев. И гнев заговорил:

— Почему нельзя быть мужчиной и признать это, Киран? Признай, что твой отец намеренно сделал это. Он не думает о тебе, Эванте и персонажах королевства. Только о себе. Только о власти. И если Фалак убедил его что-то сделать, то потому что Мелантиус слаб и эгоистичен, и это все время было в нем, — Пози вдохнула, увидела ярость Кирана и продолжила. — Но ты уже все это знаешь. Мне ведь не нужно тебе говорить? Разница между нами лишь в том, что я могу это признать и видеть. А ты все еще прячешься от этого, потому что ты — трус!

Ее голос становился все выше, лицо пылало, она склонилась к Кирану. Ей хотелось схватить его и встряхнуть, бить кулаками, пока он не поймет. Она уже с таким сталкивалась. Она недавно написала ужасное слово на зеркале. Она смотрела на свои слезы, хоть ненавидела их. И ей было больно, это был конец всего, что она знала. Но она смотрела на это.

Киран долго смотрел на нее… очень долго. Гнев Пози угасал, желание кричать умирало, и сердце успокаивалось. Она смотрела на Кирана, видела, как в нем бушуют чувства, он пытался подавить их. Она смотрела с болью и беспомощностью, как эти эмоции отступают за его глазами, уходят далеко, где она не могла найти их. Она подняла руку, словно могла поймать его мысли, не дать им уйти, но опустила ее тяжело на колени. Она знала, что он закрылся от нее, и она понимала, что этого точно не хотела. Его лицо было замкнутым, глаза — пустыми, и он смотрел на нее и заговорил без чувств:

— Я пройдусь. Отдохни, — он встал и оставил Пози одну. Она прижала лицо к ладоням и заплакала.

* * *

Пози проснулась от тихих звуков в комнате. Она открыла глаза и увидела, как кентавр ставит еду на столик в углу. На столе стояли свечи, они нежно сияли на белые стены палатки. Когда кентавр закончил, он повернулся к ней, улыбнулся и поклонился, а потом ушел.

Пози со страхом вспомнила ссору с Кираном. Она посмотрела на одеяла.

«Так должно быть в истории? — спросила она себя. — Все запуталось и без смысла».

Пози немного поела и услышала нежный голос у двери, увидела женскую голову в проеме. За ней вошло каштановое тело лошади. Ее волосы ниспадали рыжеватыми кудрями на плечи, красивое лицо тепло улыбалось Пози. Она сказала:

— Я Карис, жена Факсона, — она указала на дверь. — Пойдешь со мной?

Леди-кентавр повела Пози в маленькую и простую палатку. Там была большая кадка полная теплой и чистой воды, полотенца и одежда аккуратно лежали на полу.

— Спасибо, — выдохнула Пози, Карис улыбнулась и вышла ждать ее снаружи.

Прохладный ветерок весенней ночи проникал в палатку, и Пози быстро помылась. Теплая вода приятно отмывала грязь. Она закончила мыться, вылила воду на голову, потерла кожу головы и распутала волосы. Она в надежде оглядела палатку, но не нашла гребня. Она провела пальцами, придав волосам терпимый вид. Она вытерлась и быстро оделась. Одежда была странной, но подошла. Напоминало халат и платье, ниспадающее до колен, и с поясом на талии. Пози быстро оделась, обула свои сапоги и вышла из палатки.

Карис была там.

— Твое платье постирают. Прости, вещей лучше нет, — она указала на халат Пози, — но нам такое и не нужно, — да, им нужны были только рубашки. Мужчины были только в броне, а на Карис была блузка из шкуры, простая и удобная.

Пози покачала головой. Не важно. Она осмотрела лагерь, пытаясь заметить Кирана среди точек огня в темном лесу. Карис стояла, не двигаясь, и Пози поняла, что ведет себя грубо. Она улыбнулась Карис.

— Спасибо за одежду, еду… за все. Вы… вы сказали, что вы жена Факсона?

— Да, — кивнула Карис.

— Остальные кентавры берут жен в сражения?

— Факсон не брал меня сюда, — улыбнулась Карис. — Мы все тут живем. Кентавры теперь стражи луга. Мы защищаем вход в Уныние от тех, кому не стоит входить. Это задание дал нам Автор, раз мы уже не в Сюжете королевства.

— Откуда вы знаете, что от вас хочет Автор? — спросила с интересом Пози. — Может, Автор не хотел, чтобы вы уходили из королевства, и вы должны быть там?

Карис стиснула зубы и покачала головой.

— Это не случайно, дитя, — ее голос дрожал от эмоций. — Если бы мы думали, что не на месте, что дал нам Автор, если бы усомнились в том, что он пишет историю, а не мы, мы бы пропали. Как иначе?

Они пришли к входу в Летнюю палатку. Карис посмотрела на Пози, хотя казалось, что она заглянула в глубины ее души.

— Сегодня будут приняты великие решения, раз тут вы с принцем, — тихо сказала она и добавила, взяв Пози за руку. — Нужно идти на совет, они готовы начать.


ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Друзья и союзники



Войдя в Летнюю палатку, Пози оказалась в опасной ситуации. У каждого знамени стоял кентавр с прямой спиной. Факсон стоял перед широким знаменем во главе зала, его плечи были расправлены, лицо — мрачное, словно его не радовало задание. Пози и Карис вошли, и Карис тут же прошла на свое место перед одним из знамен среди других кентавров совета. Пози стояла одна.

Факсон кивнул ей и поманил рукой. Пози сглотнула и пошла по комнате, отовсюду на нее смотрели кентавры. Она заметила Кирана в комнате, он стоял у платформы, на которой был Факсон. Она прошла к нему и робко улыбнулась. Киран только моргнул и повернулся к Факсону без слов.

«Не прощена», — мрачно подумала Пози.

— Кентавры совета и стражи луга, — начал Факсон, его голос звенел по палатке. — Мы собрались тут сегодня по разным причинам, нам нужно принять важные решения. С нами два персонажа из королевства, что было нашим домом. Они порвали с королем Мелантиусом и ищут принцессу Эванту, вошедшую в Уныние.

Пози заметила, что многие с пониманием кивали. Это не было новостью.

— Мы должны решить, впускать ли их в Уныние, — продолжил Факсон. — Есть возражения?

Высокий кентавр с длинными белыми косами и короткой бородой кашлянул. Пози узнала его, он привел их к Факсону из укрытия.

— Да, Стонус? — спросил Факсон.

— Мы не можем им доверять, — заявил старший кентавр. Пози казалось, что сердце упало в желудок. Она не ожидала, что кентавры будут против. Она ждала, что Факсон убедит других кентавров доверять им, но он лишь кивнул Стонусу и не спорил.

Тихий голос зазвучал поверх шепота совета, и Пози узнала Карис.

— Простите, Стонус, но я не вижу, чтобы дети были против нас. Они перечили самому королю Мелантиусу, пошли на Дикую землю, рискуя собой.

— Это не доказательство, — Стонус покачал головой. — Многие могут возразить королю. Это не значит, что мы с ними на одной стороне.

— Возможно, — сказала Карис, — стоит дать детям высказать свое мнение.

Тринадцать кентавров посмотрели на Кирана и Пози. Пози заерзала, надеясь, что Киран сможет что-то сказать.

— Друзья, — Киран повернулся к остальным. — Король Мелантиус — мой отец, но он и мой злейший враг, — в комнате вдохнули от этих сильных слов, но только Пози знала, чего они стоили Кирану. Он продолжал. — Я годами смотрел, как менялся Сюжет, становился хуже, и как король и его советники забирали власть себе и все меньше думали об обычных персонажах. Моя сестра, принцесса Эванта, заметила это раньше меня, хоть мне и стыдно это говорить. Я недавно узнал, что сам король изменил Сюжет, чтобы включить жертву моей невинной сестры, чтобы пришло больше читателей, чтобы укрепить свое место на троне. Никто, зная о таком зле, не будет помогать королю. Я не только ушел от него, но и хочу выступить против него.

Шепот стал громче, некоторые кентавры говорили вслух, зло качая головами, хотя Пози их не слышала. Факсон поднял руку для тишины. Он сказал Кирану:

— И как ты хочешь выступить против отца, юный принц?

Киран осмотрел комнату, тревожные глаза кентавров, сглотнул и ответил:

— Мой друг от моего имени сейчас набирает солдат и персонажей для армии, что пойдет по королевству, как только возможно.

Стонус просто сказал:

— Это неправильно.

Лицо Кирана переменилось, Пози снова вспомнила их первую встречу. Он выглядел гордо.

— По какому праву вы это мне говорите? Я жил в королевстве и видел несправедливость.

— У меня есть право, — спокойно сказал Стонус. — Ты забыл, что не так давно мы советовали королю и жили в королевстве. Сам Автор назначил нас в начале, тому месту мы принадлежали. А потом нас выгнали не такие чистые силы.

— Автор? — выпалила Пози, ее сердце дрогнуло. Она не хотела говорить, но не сдержалась.

— Да, — сказал Стонус.

Все смотрели на нее, и она ощущала, как краснеет, но назад пути не было.

— Откуда вы знаете, чего хотел Автор? — смело спросила она.

Ответила Карис:

— Потому что, — нежно сказала она, — он говорит с нами.

Кентавры кивали, их лица смягчились от ее слов.

Факсон сказал:

— Король Мелантиус и Совет сов хотят, чтобы персонажи верили, что Сюжет не меняется, пока они меняют его под себя. Так они удерживают власть. За счет неведения других. Совет кентавров, когда мы правили в королевстве, знал, что Сюжет меняется. Мы знали, что персонажи могут принимать свои решения, создавать свои истории, пока Автор позволяет. Только Автор имеет право управлять большим Сюжетом и двигать персонажей в нем.

— Многие персонажи в моем королевстве говорят, что Автор бросил нас, — заявил Киран, словно бросал вызов.

Но Факсон лишь кивнул и сказал:

— Почти так, хотя все не так просто. Королевство бросило Автора, и Автор бросил королевство.

— Вот так жизнь, — тихо сказала Карис, — быть персонажем, но не иметь силы или открытости разума, чтобы оглядеться и увидеть, что ты не свой Автор. Как больно! Думать, что слабый король пишет слова твоей жизни.

— Это я и пытаюсь сделать, — вдруг сказал Киран. — Мне долго не хватало сил, но теперь мои глаза открыты. Я хочу изменить все, убрать зло из королевства и сделать его таким, каким хотел Автор.

— Все не так просто, — Стонус печально покачал головой.

— Возможно, — упрямо сказал Киран, — но это лучше, чем сидеть в лесу и ничего не делать, — он хотел ужалить кентавров, но они были мудрыми. Факсон лишь пронзил Кирана взглядом, пару мгновений пристально смотрел на него, а потом сказал лицом к другим кентаврам. — Жестокость и война — не путь кентавров. Но мы изменились, как и все. Мы научились сражаться, чтобы защищать жизни.

— И ради общего блага нам стоит сражаться с принцем, — крикнул другой кентавр.

— Возможно, — сказал Факсон. — Посмотрим. Нас стало меньше на Дикой земле. Товарищи, павшие в бою, не вернулись, как в Сюжете, и мы теряем все больше.

Казалось, по спине Пози стекал лед. Она посмотрела на Кирана и увидела, что его глаза расширились от слов Факсона.

— То есть, — медленно сказал Киран, — вне Сюжета персонажи не возвращаются, если умирают?

— Да, принц, — кивнул серьезно Факсон. — Тут не так, как в королевстве. Жертвы делаются здесь, пишутся смерти, но там все не по-настоящему.

Киран молчал, но Пози видела на его лице сомнения, страх и осознание.

Факсон продолжал:

— Совет решит про войну в королевстве в другой раз и про наше место в ней, — он повернулся к кентаврам в комнате. — Теперь мы должны решить, пускать ли этих двоих в Уныние. Отмечу, что я верю, что у принца и этой девушки чистые намерения, и у них есть силы пройти там. А теперь решим.

Пози ждала, затаив дыхание, пока кентавры по очереди отвечали. Все были за то, чтобы впустить их. Было решено. Она должна была радоваться, но ощущала страх.

* * *

— Как с вами говорит Автор? — Пози и Карис шли по краю лагеря после встречи. У них был лишь час до полуночи, когда она с Кираном войдет в Уныние. Факелы и костры сияли в лагере, бросая длинные пляшущие тени к их ногам.

— Он писал мне, — просто ответила Карис. — Он не только знает меня, он такой меня создал, все мои поступки и чувства, и в них я вижу и слышу его, — она покачала головой, ее кудри задрожали. — Война между королевством и Дикой землей не только из-за власти. Это нечто больше. Но многие этого не видят.

— Дело в Авторе, — поняла Пози.

— Да, — сказала Карис. — Король, Фалак, даже твой юный принц не понимают, что, даже если они одолеют друг друга, это не важно, если Автор не с ними. Это не продлится долго, если не он придумал их власть.

— В моем мире, — сказала Пози, — авторы пишут истории, и персонажи поступают, как автор им говорит. У персонажей нет своих разумов и жизней.

— Откуда ты знаешь? — удивила ее Карис. Уголок ее рта игриво приподнялся. — Ты не видишь персонажей, когда книга закрыта. Разве, перечитывая книгу, ты не замечаешь в не то, чего не помнишь после первого раза? Или как истории каждый раз растут и меняются, когда их рассказывают? Перемена — природа всего, — Карис вдруг посерьезнела, остановилась и посмотрела в лицо Пози. — Ты должна знать, — сказала она тихо, словно их могли подслушать, — что Уныние — опасное место.

Сердце Пози дрогнуло, но она кивнула.

— Знаю.

— Оно не выглядит опасным, — продолжила Карис. — И в этом наибольшая опасность. Оно кажется дружелюбным и красивым, но нельзя верить в это. Надеюсь, вы найдете, что ищете.

— Принцессу? — спросила Пози. — И я надеюсь. Киран уверен, что она там.

Карис замешкалась, а потом тихо ответила:

— Да.

Они повернулись, услышав шум в лагере. Юный кентавр примчался к ним, прокричал одно слово и побежал прочь, поднимая копытами пыль:

— Нападение!


ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

В Унынии



Киран и Факсон получили такое предупреждение чуть раньше Пози и Карис. Они тут же приготовились к бою. Факсон повернулся к принцу на миг, когда их предупредили, и сказал:

— Они знают, что вы здесь, — Киран не успел уточнить, не успел подумать. Он выхватил меч и побежал за Факсоном в центр лагеря, где собралось много кентавров. — Солдаты! — закричал Факсон, голос заглушал гул разговоров и звон брони. — Собирайтесь отрядами и готовьтесь к бою, — он указал мечом на Пози и Кирана. — Их нужно уберечь любой ценой, они должны войти в Уныние. Кто защитит их?

— Я, — прозвенел голос, и Стонус вышел из толпы. Факсон хлопнул его по плечу, посмотрел в его глаза и кивнул:

— Я доверяю тебе, друг, — сказал он и повернулся к Пози и Кирану. Он печально улыбнулся. — Стонус защитит вас своей жизнью. Верьте Автору. Слушайте внимательно истинную историю, что была скрыта много лет. Когда вы ее услышите, следуйте за ней, потому что такой ее задумывал Автор, и с ней вы не ошибетесь.

Пози смотрела, а Факсон повернулся к солдатам. Стонус подошел к ним.

— Идемте со мной, — приказал он.

Они пошли за ним из лагеря, прочь от приближающихся врагов, в лес, черный от ночи. Сердце Пози колотилось в груди. Они пробивались по лесу за кентавром, Пози споткнулась о корень и вскрикнула, падая. Киран успел поймать ее. На миг их лица были так близко, что Пози ощущала тепло кожи Кирана, его дыхание на своем лбу. Наверное, это — и то, что она боялась опасности впереди и позади — заставило ее сжать его руку, забыв о ссоре. Он тоже забыл, крепко сжал ее ладонь холодными пальцами.

Стонус замедлился, а потом остановился. Он вскинул руку, чтобы они молчали, поднял голову, напряженно озираясь. Его броня тускло блестела в свете луны, что проникал среди листьев.

— Дверь откроется через пару минут, — сказал он. — Я должен провести вас туда, пока бой не доберется сюда.

— Но где дверь? — спросил вдруг Киран. — Не на лугу?

— На лугу, — ответил Стонус.

— Но мы посреди леса. Мы не успеем дойти до луга за пару минут, — голос Кирана звучал во тьме с паникой.

— Нет, дитя, — ответил спокойно Стонус. — Мы лишь широко обошли лагерь. Край луга близко. Идемте.

Они снова пошли за ним, но медленнее, осторожно, пока деревья не пропали вдруг. Свет луны упал на их лица. Пози охнула, они вышли из леса на луг. Место изменилось. Это уже не было поле боя — и не было обычным лугом. Его заливал жемчужный свет луны, мягкий и тихий. Пози смотрела, как Стонус идет к центру, ожидала, что воздух затрепещет вокруг него, словно он вошел в картину, а не в настоящее место. Он поманил Кирана и Пози.

— Но где? — спросил Киран. — Где дверь?

— Вера, — Стонус с укором посмотрел на Кирана. — Появится не раньше, чем должно.

Пози дрожала и ждала. Она слышала бой вдали. Он мог приближаться.

— Помните, дети мои, — низкий голос Стонуса пронзал тишину вокруг них. — Вы идете в злое и обманчивое место. То, чему вы решите доверять, обманет вас, то, что больно делать, может спасти вас, — он посмотрел на деревья вокруг, и Пози убедилась, что звуки боя звучали очень близко. Почему минуты шли так долго?

Вдруг земля загудела под их ногами. Стонус в волнении топал копытами, глядя на тьму луга на случай беды. Гул стал дрожью, а потом земля треснула, осыпаясь. Пози и Киран смотрели, как из земли поднимаются две колонны, раздвигая почву, возвышаясь над ними. Киран резко повернулся к Стоуну и спешно сказал:

— Я должен знать… почему ваши враги, как ипотаны, хотят войти в Уныние? Что там может получить кто-то со злыми намерениями?

Глаза Стонуса мерцали и потемнели в свете луны, на миг показалось, что он не ответит. Его лицо было маской, а тон — осторожным, и он сказал:

— В Унынии много выходов и входов, это лишь один из многих, — он указал на колонны. — Этот проход может помочь в войне, когда переправляешь армию. И силы, что спят в Унынии, могли бы пригодиться ипотанам в бою, хоть их и опасно пробуждать.

— Почему Факсон не сказал нам? — поразился Киран, его глаза расширились.

Стонус покачал головой.

— Это как-то связано с тем, что вы ищите? С принцессой?

— Связано! — возмутился Киран. — Все с этим связано! Отец воюет с Дикой землей, если вы забыли. Он хочет истребить кентавров, может, убить и меня. Что лучше… — его голос оборвался от злости.

Они притихли, раздался новый звук. Пози едва успела увидеть из-за Стонуса группу ипотанов и солдат, он перекрыл вид и тихо сказал:

— Идите.

— Но… — Пози смотрела на колонны

— Это дверь. Просто идите через колонны, — Стонус взял Пози за плечо, подтолкнул ее к двери, другая рука была на мече. Ипотаны почти прибыли. Она быстро повернулась к Кирану, думая, что они должны пройти вместе, но увидела, что он вытащил меч и стоит спиной к двери, лицом к врагам.

— Киран, нет! — завопила Пози, но он не слушал ее.

— Пози права, — тихо сказал Стонус, Пози его с трудом слышала. — Идите или пропустите шанс. Дверь открыта лишь пару минут.

— Тогда я пропущу это. Я не буду убегать и бросать вас защищать нас, если вы этого просите.

Пози считала, что это Стонус и просил, и она ждала, что кентавр возразит. Но он лишь кивнул, глядя на приближающихся врагов, и вытащил меч. Кентавры не заставляли, и Пози видела, что Стонус принял решение Кирана.

— Но, — Киран повернулся к Пози, — ты не пропустишь дверь из-за меня, а я не дам тебе стоять в опасности. Я последую за тобой, как только смогу, Пози… Клянусь.

Пози не успела обдумать происходящее и его слова. Киран взял ее за плечи, развернул и толкнул в середину колонн. Пози тут же ощутила сопротивление. Она словно двигалась в невидимой паутине. Она оглянулась на Кирана и Стонуса, но видела лишь мутные тени, что двигались. Она будто смотрела через старое стекло. Она слышала звуки боя издалека, приглушенные. Ей казалось, что сверху движутся крылья, но она могла ошибаться. Она решила ждать, зависнув в воздухе, хоть давление было неприятным.

— Я жду тебя, — пыталась крикнуть она Кирану, но ее голос словно сталкивался со стеной, и звука не было. Она упрямо ждала. Она пыталась понять, где чей силуэт. Это был Киран? Его руку ранили? Это Стонус упал на землю или ипотан? Она начала бояться за них, но тут случилось то, что встревожило ее еще сильнее.

Начался гул, как раньше. В этот раз колонны медленно двигались вниз. Пози принялась звать Кирана, но тщетно. Она смотрела в стекло вокруг нее на искаженные фигуры, ужасно волнуясь.

«Прошу, Киран, — отчаянно думала она, — не бросай меня тут одну».

Колонны были уже низко, и Пози увидела бегущую к ним фигуру. Когда фигура оказалась у входа, она скользнула вперед в опускающуюся дверь и к ней. Его замедлила атмосфера, иначе он врезался бы в Пози. Его тело пронзило паутину воздуха вокруг нее, он обвил ее рукой и потянул с собой через сопротивление, пока они не прошли дверь, оказавшись в Унынии.

* * *

Пози огляделась и увидела искаженные тени луга, словно они были в тумане. Но вскоре они потемнели, сопротивление стало сильнее, а потом они вырвались в узкий проход, где сильно пахло землей. Было ужасно темно, они осторожно ощупали, что вокруг. Они поняли, что пахнет землей, потому что комната вырезана в ней.

— Мы под землей, — решил Киран, вытирая руки о штаны.

— Отлично. И как нам что-то видеть? — Пози скривилась в темноте.

— Никак.

— Как тогда идти? Как не упасть куда-то и умереть?

— Мы не знаем, Пози, — голос Кирана отражался от стен вокруг. — Никто не говорил, что будет просто.

— Нет, — ответила Пози, ее плечи опустились, она устала. Хотя они не видели друг друга, Киран словно понял ее мысли, и его рука на миг обняла ее.

— Моя сестра была здесь, — сказал он, выдавив надежду. — Она была тут пару дней назад. Мы близко, Пози. Я знаю. И мы вместе. Я рад этому. Я рад, что не один в этом.

Его слова заполнили Пози теплом, она знала, что они помирились. Неужели они сегодня поссорились, побывали у кентавров и увидели жуткое сражение? Казалось, это было давно.

— Да, — сказала Пози, расправив плечи, качая головой, словно могла отогнать усталость и страх от этого места. — Ты прав, Киран. Мы близко. Должны быть.

Они долго шли вниз по узкому проходу в земле. Они шли медленно, Киран был первым, ощупывал руками каждый дюйм, и они продвигались. Он не хотел теперь рисковать. Они долго пробыли во тьме, и Пози стал мерещиться слабый свет. Когда она различила силуэт Кирана перед собой, она воскликнула.

— Становится светлее, — обрадовалась она.

— Хмм, — сказал Киран. — Наверное.

— Это же хорошо? — сказала Пози, уловив его недовольство.

— Зависит от того, откуда свет, чей он. Нужно быть осторожнее. Никаких слов, даже шепота, пока не будем в безопасности. И оставайся за мной.

Они шли по проходу к свету, звук шагов приглушала влажная земля. Пол становился тверже, проход стал из камня. Свет впереди становился все ярче, и было понятно, что он ведет в комнату. Киран замер и сжал руку Пози, когда они услышали голоса из комнаты впереди.

— Люди… много, судя по звуку, — пораженно сказал Киран. — Что они тут делают?

Они прошли к узкой трещине, что вела в комнату. Пози слышала голоса, они ей что-то напоминали. Звучало как радостный разговор друзей. Звенело стекло, звучал смех, разговоры. Пози слышала такое, когда семья оставалась вместе на Рождество, когда они смеялись над шутками друг друга. Ей стало тепло, она выпрямилась, словно ее влекло в комнату.

Киран сжал ее руку и оттащил к себе.

— Что ты делаешь? — прошипел он на ухо.

— Не слышишь? — улыбнулась Пози. — Не слышишь, как они звучат?

— Да, слышу, — прошептал Киран, глядя на нее. — И мне все равно. Откуда тут счастливое собрание людей, Пози?

Но она могла думать только о чувстве, когда она слушала эти голоса, словно она была дома. Словно укутанная в уют, в безопасность. Словно твердая земля не исчезнет из-под ног.

Киран покачал головой.

— Мы не пойдем туда, пока не поймем, что происходит, — он крепко обхватил ее руку, так крепко, что Пози стряхнула бы его, закричав. Но ее ничто не могло побеспокоить. Кроме того, что они увидели дальше.

Они пришли к бреши в камне и заглянули, и Пози казалось, что она убежит от Кирана в дружелюбное тепло, но вуаль пропала. Ее чувства боролись. То, что слышали уши, и что видели глаза, не совпадало, и она застыла, быстро дыша, сердце колотилось. Рука Кирана стала ее единственной защитой. Она повернулась к нему, увидела на его лице ужас и отвращение, какие испытывала сама.

Комната была залита светом тысячи свечей. Они были на столах и стульях, на восковом мраморном полу. Очаг пылал в конце комнаты. Вокруг в комнате были люди, чьи голоса они слышали, они отдыхали, смеялись, стояли группами и болтали. Людьми они были когда-то. Пози поежилась, разглядывая комнату.

Когда Пози и Киран потом это вспоминали, было сложно представить, хотя они ярко помнили холод и страх от существ, похожих на призраков. То не были привидения, не были скелеты. У них была кожа, но ее не хватало, чтобы прикрыть кости. Она натянулась на скулах и бедрах, на плечах и ребрах. Впадины глазниц были большими и мрачными. Их одежда выглядела так, словно сделана из паутины, и она тянулась за фигурами призрачным облаком, пока они двигались по залу.

— Нет, — прошептала она. — Что это?

— Не знаю, — сказал с трудом Киран. — Нам нужно пройти незаметно. Думаю, мой меч от них не спасет.

— Если мы не можем их трогать, может, и они не могут нас трогать, — понадеялась Пози, но Киран хмыкнул, озираясь.

— Вон, — он указал на дальнюю стену комнаты. — Там похожий проход.

Он был тенью на стене, темной брешью в камне, на которой трепетал свет свечей.

— И… нам бежать туда? — зубы Пози застучали.

Киран фыркнул, но промолчал. Другого варианта не было. Он не сталкивался еще с тем, что не может одолеть его меч.

— Возможно, — сказал он. — Посмотрим, случится ли что-нибудь.

— Что еще? — поразилась Пози. — Мы не будем ждать, чтобы стало хуже. Посмотри, они кажутся счастливыми. Это ведь хорошо, да?

После долгой тишины Киран кивнул.

— Хорошо, — тихо сказал он — Мы побежим.

Сердце Пози дрогнуло, но она прогнала страх. Киран с угрозой посмотрел на нее.

— Я хочу, чтобы ты бежала, словно тебя преследуют кошмары, словно ад хватает за пятки. Не оглядывайся, ничего не трогай, пока не выйдешь.

— А ты? — спокойно спросила Пози, хотя сердце билось так громко, что он мог услышать.

— Не думай обо мне, я за тобой. Думай о двери, не останавливайся, слышишь? Ни за что.

— Хорошо, — она прикусила губу, глядя на свет и тепло комнаты, полной ужаса.

— Готова? — сказал Киран, они встали на проходе. — Вперед, — он подтолкнул ее. На миг Пози показалось, что она застыла, а потом ноги заработали, словно сами ожили. Она тут же захотела обернуться на Кирана, но не осмелилась.

Они не сразу ее заметили. Даже с колотящимся сердцем и удушающим страхом она увидела перемену в комнате. Стало тихо на миг. Голоса пропали, музыка остановилась, звон стекла притих. Только тишина и жуткий холод заполняли комнату. Но Пози бежала, не оглядываясь. Пока не услышала Кирана.

Его голос был ледяным пальцем на ее спине. Ее ноги тут же замедлились, она обернулась, хотя знала, что не стоит. Она не сдержалась. Киран лежал на полу, его меч был в паре футов от него, словно его выбили в бою из его рук. Он странно сжался, как ребенок, его черные волосы скрыли лицо, он обвил себя руками и скулил.

Ни один призрак не был близко, чтобы вредить ему. Они тихо смотрели, а Киран плакал, как от боли или страха. Пози увидела силуэты вокруг себя — сначала слабые, а потом они стали яркими и темными. То были ее худшие страхи, кошмары, которые она не хотела вспоминать. Казалось, ее чувства приняли облик, обрели лица. Беспомощность, гнев и пустота заставили ее охнуть, они стояли и смотрели на нее пустыми глазами, настоящие, как она. Они принялись ходить вокруг нее, приросшей к земле. Она слышала свой голос, словно издалека, она закричала и попыталась прикрыться от того, что сидела. Черные мысли и ужасы окутывали ее, и ее тело словно угасала, и оставался один страх.

Вспышка чего-то мелькнула во тьме ее разума, как белое крыло птицы в ночи. Она ухватилась за это, чтобы увидеть, что это. Там был голос. Мамин? Отца? Кирана? Она не понимала. Любимого человека. Сердце оттаяло, когда она услышала его, и ее тело боролось ради этого.

— Пози, милая, не забудь куртку.

Мама. Она тысячу раз говорила это Пози, но та не знала, зачем сейчас подумала об этом. Но голоса мамы и ее любви к ней хватило. Пози со стоном открыла глаза и посмотрела на комнату, веки слипались. Они пропали. Туман вихрился, блестя пылью, и только это осталось от существ, что влияли на них тьмой. Даже огонь стал горсткой холодного пепла. Пози поднялась и посмотрела на Кирана, тот застонал и перекатился на бок.

— Пози, — слабо сказал он, с трудом сжав ее руку. — Что спасло нас?

— Мама, — голос Пози дрожал. — Я думала о маме, и как… люблю ее.

Киран смахнул слезу со щеки Пози и печально улыбнулся.

— Твоя мама спасла тебя. А меня спасла ты.

— Что? — Пози посмотрела на него.

— Ты. Я думал о тебе в мрачный миг. Это ты вернула меня.


ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Ужасы



Они спали, сжавшись под плащом Кирана, прислоняясь к стене одного из проходов Уныния. Они не спали по очереди, а уснули вместе. Пози понимала, что это не лучшая идея, но они оба ужасно устали, не было сил осторожничать. Пози не помнила, когда они спали последний раз до того, как добрались до луга.

Света не было, нельзя было понять, наступило ли утро. Пози и Киран проснулись несколько часов спустя. Пози ощущала, как тьма Уныния проникает ее. Она открыла глаза, но в ней теперь было что-то еще… что-то новое. Не счастье, нет, ничего такого, но сила этого была такой, что тьма не могла запугать. На миг было сложно представить что-то хуже того, через что они уже прошли, и она ощущала, что они почти нашли принцессу. Она надеялась.

После обсуждений они решили вернуться в комнату, где были прошлой ночью. Если там остались угли, можно было сделать факелы. Сначала Пози была против этого. Она думала, что они снова столкнутся с теми существами. Но Киран сказал ей, что они не смогут идти без света, и он пошел к комнате. Он пришел победоносно через пару минут с факелом, что висел на каменной стене комнаты. Он горел от углей огня из камина. Призрачных существ видно не было.

И они пошли дальше по бесконечным проходам. Несколько раз они приходили к комнатам, и сердце Пози сжималось, но ничего страшнее крысы им не попадалось. И вот Киран нетерпеливо фыркнул и застыл.

— Мы никуда не идем, — напряженно заявил он.

— Никуда?

— Одна пустая комната за другой, и мы не спускаемся и не поднимаемся. Мы даже не знаем, не ходим ли кругами последние два часа.

Пози понимала, что он прав. Они не могли понять направление.

— Думаю, можно сделать как Гензель и Гретель. Хотя не знаю, что нам использовать, у нас хлеба нет.

Киран нахмурился.

— Кто это? Твои друзья?

Пози невольно рассмеялась.

— Нет, — сказала она. — Они… из истории в моем мире.

— Из истории. Очень интересно. Люди в книгах довольно умные, как мне говорили, — он улыбнулся ей.

Пози ответила тем же.

— Они были братом и сестрой, их завели в лес и бросили умирать, но они оставили крошки по пути и нашли путь домой.

— Пф, звучит как сказка, — отмахнулся Киран.

Пози хотела сказать, что и сейчас они были в сказке, но тут произошло столько, что это уже было сложно называть сказкой.

— В любом случае, если бы у нас было, что оставить, мы бы знали, проходили ли здесь.

— Да, — Киран задумался. — Кое-что оставить мы можем.

— Например? — спросила Пози.

— Это, — Киран поднес факел к стене и оставил черный след в виде креста.

Вскоре план сработал. Они прошли по кругу по проходу и свернули в другую сторону. Каждый раз, когда это происходило, они находили новый поворот. Наконец, они пришли в комнату, что отличалась от других. Сначала Пози не понимала, что не так. Тот же пол из земли, те же стены с корнями. А потом увидела маленькую нишу в стене, и что-то тускло сияло во тьме комнаты. Пози пошла по комнате, но Киран схватил ее за руку.

— Что ты делаешь?

— Я что-то вижу.

— Да, как и я. И что? Нельзя просто идти туда. Забыла, что произошло пару часов назад в другом месте?

— Да, ты прав, — вяло сказала Пози. — Но оглядись. Эта комната похожа на тупик. Тут только тот вход, откуда мы пришли.

— Хмф, — ответил Киран. Он выхватил меч и осторожно пошел по комнате к бреши в стене. Пози следовала за ним. Когда они добрались, они увидели столик с золотым кубком на нем, украшенным рубинами, жемчугом и бриллиантами. Он был наполнен красной жидкостью, как вином, и ярко сиял сам по себе.

— Что это? — Пози заглянула через плечо Кирана.

Он покачал головой.

— Не знаю, но я ощущаю магию, — недовольно сказал он. — Не стоит это трогать, — он попятился, толкая Пози за собой.

— Но что еще нам делать? — возразила Пози. — Идти больше некуда. Мы не можем просто покинуть эту комнату и бродить по тем же проходам, что и весь день. Ни одна комната так не отличалась, и в этой нет других дверей. Это что-то означает… да?

Киран закатил глаза.

— И что ты предлагаешь?

— Один из нас должен это выпить, — просто ответила она.

— О, нет, — тут же ответил Киран. — Ни за что.

— Я тоже не рада. Но что еще нам делать? — Пози была в ужасе, когда думала, что нужно будет выпить кроваво-красную жидкость. Что за кошмары она принесет? Но она знала, что другого пути нет. И потому она прогнала страх и пошла по комнате к золотому кубку.

— Нет! — завопил Киран, голос дрогнул от страха. — Пози, нет! — он подбежал к ней и забрал кубок раньше, чем она сделала глоток. — Я это сделаю, вредная упрямица.

— Почему ты?

— Потому что я тебе не позволю. Я должен уберечь тебя, Пози.

От тона Кирана Пози посмотрела на его лицо. Не думая, ощущая трепет волнения, она приподнялась и прижалась к его губам. Она тут же ощутил огонь в своих венах, а потом стала такой слабой, что могла упасть. Киран обвил ее руками так крепко, что она охнула. Она отодвинулась от него, и они безмолвно смотрели друг на друга. Пози видела, что глаза Кирана полны того, что пугало и восхищало ее одновременно. А потом он сжал кубок, поднес ко рту и отклонил голову, чтобы выпить до последней капли.

Сначала Пози подумала, что ничего не будет. А потом они услышали. Комната задрожала вокруг, воздух трепетал, словно плащ-невидимка, и они услышали низкий гул. Пози посмотрела на Кирана, открыла рот, чтобы заговорить, но он начал меняться на ее глазах. Его тело стало размытым, шум становился громче. Откуда-то — наверное, из стен — вылетел сильный порыв ветра, и он сдул Кирана. Пози увидела, как линии его тела и лица рассеиваются на ветру, что дул по всей комнате. Буря обрушилась на комнату. Пози в ужасе раскрыла рот, когда вспыхнула молния, и она ощутила на лице тяжелые капли дождя.

— Киран! — безумно кричала она, дико озираясь в поисках него. Но он пропал, словно его и не было. Она пошла по комнате, заглянула в каждый темный угол, решив проверить все. Ветер выл безжалостно в ее ушах, проникал в голову, дождь так ее промочил, что было тяжело идти по комнате, она пару раз споткнулась. Ее рот составлял отчаянные слова, горло сдавило от подступающего крика.

И она увидела его. Киран стоял в центре комнаты и улыбался ей. Пози с облегчением выдохнула его имя и пошла к нему, но ее сердце сжалось. Рядом с Кираном стоял кто-то еще. Она с трудом верила глазам, она моргнула пару раз, с ресниц капала вода на лицо. Там был другой Киран. Два Кирана стояли рядом друг с другом.

У Пози была подруга, у которой была сестра-близнец, она знала, как искать мелкие различия, которые потом казались очевидными. Но, глядя на двух Киранов, она не видела различий. Они были одинаковыми. А потом она ужаснулась от мысли, а если они и есть одинаковые? А если зелье разделило его на два?

— Киран, — позвала она сквозь ветер. — Что это? Что случилось?

Первый Киран спокойно посмотрел на нее и улыбнулся.

— Это явно сделало проклятое зелье. Понятно, что тебе нужно сделать, Пози.

— И что же? — его выдержка ее поражала.

— Придется выбрать, Пози. Выбери настоящего Кирана. Только так я стану целым.

— Но, — вмешался второй, — если ты ошибешься…

— Если ошибусь? — сглотнула Пози.

— Тогда я буду разделен навеки, — глаза второго Кирана расширились с детским страхом.

— Навеки? — механически повторила Пози.

— Боюсь, он прав, — кивнул первый Киран, недовольно глядя на второго. — Хотя я не знаю, чего мне переживать. Я тебе доверяю, Пози. Полностью, — его черные глаза вспыхнули, он очаровательно улыбнулся ей.

— Да? — почти прокричал второй. — Я — нет.

— Ты мне не доверяешь? — Пози не знала, доверяла ли себе сама. Она хотела зажать уши руками, буря мешала думать. Она ничего не понимала.

Второй Киран посмотрел на нее с вопросом, его темные волосы лежали на плечах, пропитанные дождем.

— Нет, — он запнулся. — Не знаю. Я не доверяю ничему в комнате. А ты?

Пози огляделась, щурясь от бури.

— Нет, — она покачала головой. Она в ужасе посмотрела на двух Киранов. Это был ее выбор, и если она ошибется, навредит Кирану навеки. Он будет половиной человека, если она ошибется? Ее мысли были неуправляемыми, словно в голову все же проник ветер. Она покачала головой, мокрые волосы ударили по щеке. Она хотела кричать, но этого не было бы слышно в шуме вокруг нее.

Закрыв глаза от вспышек молнии и жалящего дождя, Пози пыталась думать. Она пыталась представить другое место. Кирана, каким его знала, а не этих двоих, что были похожи на него, но оба неправильные. Но она не видела его.

«Если я не знаю, кто Киран, то кто знает?» — почти безумно спросила она. Ответ появился в голове. Автор знал. Разве не он написал Кирана?

— Но его здесь нет! — закричала беспомощно Пози.

Оба Кирана с подозрением посмотрели на Пози, но стали размытыми перед ее глазами. Ветер и дождь, молнии и тучи стали угасать, стали тише. Шепот, похожий на прикосновение перышка, пробрался в сознание Пози. Пози ощущала, как ей становится легче, и она услышала слова:

«То, чему ты можешь доверять, тебя обманет. То, что причиняет боль, — спасет».

Она узнала слова, но не помнила, где их слышала. Не важно. Они были там, звучали все четче, несмотря на гром и дождь. Она посчитала бы их загадкой в другой раз. Но она знала, что делать.

— Киран! — выпалила она, словно задерживала дыхание.

— Да? — хором сказали они и посмотрели на нее.

— Вы оба Кираны, но оба не настоящие.

Вспышка мелькнула в глазах первого, но он подавил ее и бодро сказал:

— Это чудесная головоломка, но ты пытаешься найти легкий выход, — его голос ожесточился. — Назови одного, пока мы оба не пропали.

Пози вздрогнула. Они оба пропадут? Если она ошибется, она не увидит больше Кирана? Но она покачала головой и твердо сказала:

— Я не доверяю обоим, но вы и не Кираны. Вы — части его, но один без другого — это не он. Я не могу назвать одного, — ее голос стал неуверенным. — Я должна назвать обоих, — так ведь?

От слов Пози буря усилилась, крича над их головами и кружась.

«О, нет, — подумала Пози, глядя на черные тучи над головой огромными глазами. — Я убила его, убила его…

Первый Киран издал пронзительный крик, перебивший шум бури. Второй заскулил, как от боли, и Пози не знала, то дождь или слезы на его щеках. Но он посмотрел в лицо Пози, он что-то говорил, но она не могла разобрать, а потом они пропали со вспышкой молнии.

Они пропали, и стало тихо. Ветер затих, словно кто-то закрыл окно, черные тучи рассеялись, и стены с полом стали сухими. Словно бури и не было. Но Пози по себе видела, что буря была, она была мокрой с головы до пят, и лужа осталась от нее на полу.

Она скрыла руками лицо, но не могла плакать. Ее словно вывернули, она с трудом могла стоять.

— Пози, — теплая рука легла на ее плечо. Она повернулась, как во сне, и увидела рядом Кирана с улыбкой на губах. Она не говорила его имя. Она ничего не говорила. Она склонилась, прижала голову к его плечу и утомленно выдохнула, словно в ней не осталось эмоций. Он обвил ее руками.


ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Меняя слова



Дверь появилась в одной из каменных стен комнаты. Магия бури, что забрала и вернула Кирана, создала дверь, и они знали, что испытание пройдено, так что пошли туда. Дверь была выше них, ее отмечал золотой силуэт, словно линия была вырезана в камне и заполнена золотой пылью. Дверь не открывалась. Киран прижал к ней ладонь, но ничего не произошло. Пози тоже так сделала. И только с их ладонями дверь начала стонать и трещать от огромного веса, а потом открылась на невидимых петлях.

Пози шагнула к темному порогу, рука Кирана схватила ее за плечо и оттащила. Она посмотрела под ноги и поняла, что перед ней вниз уходит лестница. Еще шаг, и она упала бы на каменные ступени.

— О, нет, — Пози покачала головой. Она так устала. Она не могла еще и спускаться во тьму. Киран кивнул, понимая, но Пози увидела, как он бросил взгляд через плечо. Он не хотел возвращаться в ту комнату, откуда они ушли. Казалось, те его две стороны, что видела Пози, удивили его самого. Может, он не хотел вспоминать такое. Пози попыталась представить, как бы ощущала себя, увидев себя вот так… разделенной пополам, со страхом в одном теле, а упрямством в другом. Но все не было плохим, хорошее, что она знала в Киране, было и в тех двоих, да? Если потерять одного, останешься испорченной оболочкой того, кем был… Пози поежилась, ей было не по себе. — Мы не вернемся туда, — сказала Пози бодрым голосом. — А если дверь закроется, и мы окажемся заперты? Нет, мы можем поспать тут, у лестницы, — они посмотрели на каменный пол. Около трех футов между дверью и ступеньками. Должны поместиться.

Без слов Киран снял плащ и расстелил на полу. Они сели и прислонились к стене. Киран вытащил немного еды из сумки, разделил ее, и они сжались вместе, как беженцы в темном месте. Пози вытащила флягу с водой и долго пила. Она знала, что стоит поберечь запасы, но не могла остановиться. Вода текла по ее горлу так, словно была единственной чистотой в этом темном месте.

Страх от испытания погрузил разум Пози в туман. Она не могла сожалеть об этом, она даже не удивлялась этому. Она знала, что все это важно. И вдруг она задумалась, знал ли Автор, что она была здесь, в этой книге. И если знал, что думал о ней и Киране, об их попытках изменить его историю, переставить слова?

— Думаешь, он одобрит? — спросила она едва слышно.

— Мм? — сонный голос Кирана донесся из полумрака, и она поняла, что он почти уснул.

— О, — она пожала плечами. — Я просто думала об Авторе и о его реакции на то, что мы хотим изменить его историю.

Киран пошевелился рядом с ней и сел ровно.

— Я думал об этом, — тихо признался он. — Но у меня нет ответа. Автор как далекая сказка, не настоящая, — Пози слабо уловила иронию этого. — Мы никогда его не видели и не слышали. Есть лишь истории.

— Но кентавры, — начала Пози. — Они знают, что он настоящий. Они говорят так, будто знают его.

— Да, — медленно кивнул Киран. — Но они не такие, как мы. И они не живут в королевстве. Они уже не должны отвечать моему отцу.

— Это не влияет на существование Автора, — отметила Пози, желая видеть Кирана лучше.

Киран ответил не сразу.

— Если Автор есть, и если он создал эту историю и наш мир, — медленно ответил он, — то он не может одобрять моего отца как короля. Может, Автор хочет, чтобы мы изменили историю, потому что ее нужно изменить, Пози. мы должны верить, что делаем это ради блага, и что мы просто не видим результат целиком, — его голос был спокойным, и Пози вздохнула, опустила голову на его плечо. Она впервые слышала, как Киран говорит об отце без горечи в голосе.

Как далекая сказка. Но Пози начинала верить, что порой реальность была слишком сложной, и прямой путь к правде лежал через сказку.

* * *

Миллион звезд усеивал ночное небо в милях над Пози и Кираном. Утес возвышался над водой, и море бушевало внизу, волны грохотали о камень. Над водой летали крылатые создания, бесшумные тени в свете луны, обрамленной тучами. Десятки сов влетали в едва заметную трещину в утесе, их крылья тихо шуршали, замедляясь и пропадая в камне.

Вход вел в большую пещеру, потолок пропадал во тьме, пол был неровным от стекающей воды. Стены были в каплях, а воздух — прохладным.

— Друзья-советники, — сказал Фалак твердым тоном, голос разнесся по пещере. Все совы сели на выступы камня и притихли. Одиннадцать пар больших и сияющих глаз смотрели на Фалака, его серые перья отражали свет луны, проникающий в трещины. — Мы прибыли сюда, чтобы поговорить о королевстве и решить, что делать теперь, когда война неминуема. Нет времени на формальности, мы должны вернуться в замок до рассвета, чтобы король не искал, — глаза Фалака разглядывали сов. — У кого есть отчет?

Эгберт кашлянул. Он подвинулся ближе, темные перья сливались с пещерой.

— Луг был успешно атакован, главный советник.

— Ах, да, — обрадовался Фалак. — Подробнее.

— Ипотаны проиграли, но на кентавров напали в ту же ночь быстро собравшиеся дезертиры ипотаны с солдатами королевства. Это был успех, — глаза Эгберта сияли.

— Все кентавры убиты или в плену? — голос Фалака был резким.

— Ну, — Эгберт запнулся. — Многие убиты, да. Их лидер в плену, как и его спутница. Он зовет ее женой, но они звери. Что они знают о таком? — Эгберт рассмеялся.

— Звери не должны превосходить себя и забывать, какими глупыми существами являются, — ровно сказал Фалак.

— Да… кхм, это… — Эгберт понял ошибку, его глаза расширились. — Не все звери, глава, — вяло закончил он.

— Хмм, — Фалак взглянул на него и повернулся к остальным. Он заметил маленькую внимательную сову с черными перьями и желтыми глазами. — Квинтус, — голос Фалака ударил по стенам. — Ты следовал за принцем и самозванкой. Где они?

— О, это не проблема, — отозвалась сова. — Они не усложняли мне работу. Они были в лагере кентавров, а потом на него напали.

— Что ты сказал? — голос Фалака стал ужасно тихим.

Квинтус дернул головой нервно и моргнул.

— Да, они там были. Я заметил их во время нападения. Они убегали по лесу с одним из грязных кентавров.

— Убегали от боя? Куда? — резко спросил Фалак.

— Убежали на луг, глава, к двери Уныния. Наверное, вошли, но я не знаю, как.

— Ты не видел, как они вошли?

— Я… вокруг шло сражение. Я не знаю, хотя, скорее всего, вошли…

Фалак цокнул клювом.

— Квинтус, Квинтус, что с тобой делать? Лучший разведчик, как я думал, а не можешь сказать, где два ребенка? Бой или нет, они не могли пропасть.

— Но так и случилось, глава! — возмутился Квинтус. — Я — лучший разведчик, вы это знаете. Я бы не сомневался, не будь это загадкой. А это загадка. Никто не знает точно, где Уныние, или как туда попасть. Только кентавры. Как нам знать, что случилось? Нет, — он покачал головой, — мы можем лишь полагать, что они в Унынии. И даже я не смог за ними последовать.

— Не смог, — согласился Фалак. — Но ты можешь дождаться их возвращения. Они должны вернуться. Если они найдут принцессу Эванту и вернут в королевство, наши планы развалятся. Ты, Квинтус, первым ощутишь тогда мой гнев, — Квинтус смотрел пустыми глазами на Фалака. — Размести стражей у каждого известного выхода из Уныния. Остановите их, не пустите в королевство живыми… всех, — Фалак добавил. — Умереть они должны за Границами.

Заговорил тихий, едва слышный голос за уханьем сов, говорящих между собой:

— Но разве их нужно убивать, главный советник?

Фалак оглянулся на Ноктюрна, белую сову с серыми кончиками крыльев и глазами чернее ночи. Ноктюрн продолжал:

— Если их просто выгнать в Дикую землю или в Неизведанную землю, этого не хватит? Разве мудро начинать правление с убийства?

Совы притихли в предвкушении. Их лидер не терпел сомнений в его решениях.

— Возможно, — ответил Фалак после долгой паузы. Его глаза заблестели, он улыбнулся Ноктюрну. — Ты еще юный. Многого не знаешь. Может, лучше посторожишь пещеру, пока мы проводим собрание? — он спрашивал, но это был приказ. Ноктюрн склонил голову, расправил крылья и улетел. По взгляду Фалака две большие совы полетели за ним.

Фалак улыбнулся остальным.

— Еще есть вопросы?

Ответом была тишина.

— Мы знаем, что измена и убийство в мире Автора — лишь действия, что нужно совершать, чтобы обезопасить персонажей Сюжета, так ведь? — в ответ ухали с согласием. — Мы знаем, что, чтобы свергнуть короля и захватить власть над Сюжетом, нужно так сделать со слабыми. Но мы знаем, он выпрямился на камне и выпятил грудь, — что мы поступаем сильно и правильно… и ради блага! Эпоха сов началась! Долой людей, вперед совы! Смерть королю!

Ему ответили оглушительными криками, хлопаньем крыльев и воплями: «За сов!».

— Смерть в интересах самого короля! — гудел Фалак. — И смерть Автора, живущего лишь в слабых, которые верят в него!

От последних слов крики затихли, словно он произнес что-то запрещенное. Один взгляд лидера, его пылающих глаз, и совы завопили снова, громче прежнего:

— За сов! Долой людей! Смерть королю и Автору!

* * *

На берегу у бушующего моря Ноктюрн застонал, лежа на боку. Сломанное крыло и удар по голове были наградой за сомнения в лидере. Его тело болело от избиений, а сердце — от предательства, в котором он не хотел участвовать.

«Прочь, прочь, — говорил он себе, — пока они не добили», — он знал, что Фалак быстро убьет его.

Он пополз по песку к навесу утеса. Он слышал радостные вопли сверху, и все в нем кипело от гнева. Ему и раньше не хотелось участвовать, а теперь пути назад не было. Не теперь. Не после этого. И он старался не кричать от боли, отталкиваясь и ныряя под камень, торчащий над песком. Он не остановился, а двигался все дальше, пока не перестал видеть свет и слышать шум волн.

«Пока они не уйдут, — устало сказал он себе. — А потом я как-то предупрежу принца, короля, найду Автора…», — мысль дрожала в голове и угасла, тьма укутала его, и он потерял сознание.


ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Любовь и ненависть



Пози резко проснулась, остатки сна цеплялись за разум паутиной. Она словно еще слышала топот копыт и злое хлопанье крыльев, она покачала головой, прочищая ее.

— Плохой сон? — Киран уже не спал, сидел чуть в стороне и смотрел на нее в тусклом свете.

— Да… нет… Плохо помню, — неуверенно ответила она. Было жутко просыпаться в темноте, не знать, какая сейчас часть дня. Она хотела к солнцу, они были под землей всего два дня, как она думала. Может, меньше… или дольше.

— в этом месте полно кошмаров. Они словно в самих стенах, — Киран оглядел комнатку и посмотрел на лестницу, куда они должны были спуститься.

— Это было скорее чувство. Ужасное чувство, — Пози поняла, что ее голос дрожит. Киран быстро придвинулся к ней и коснулся плеча. Она не знала, были они в темноте, или она все еще спала. Она поняла, что они в реальности, в темном месте, и впереди зияла неизвестность. Она уже не верила, что все будет хорошо. Они были в книге. Она повторяла себе это, но без толку. Другой мир — ее мир — теперь казался невероятной историей. Киран, спасение принцессы — это было важно. Слезы катились по ее щекам, и она прижалась лицом к плечу Кирана.

— Ну, ну, милая, — тихо шептал Киран в ее волосы. — Клянусь, ничего с тобой не случится. Я рядом с тобой, а ты рядом со мной, — он нежно взял Пози за плечи и повернул, чтобы она стояла, глядя ему в лицо. — Ты проницательна, и я думал, что ты заметишь. Но, полагаю, придется сказать прямо, — голос Кирана дрожал. — Я люблю тебя, — он склонился и поцеловал ее. Не страстно, как в первый раз. А нежно и неспешно. Пози успела обдумать сладость губ Кирана, его нежность, когда он придерживал ее голову, и его слова, которые она лишь мечтала услышать от него. Тепло растеклось по ее телу. Она пила магию… куталась в нее. Она ощущала, как магия пропитывает ее кости.

— Киран, — выдохнула она, но не могла сказать больше. Ее мысли путались, а потом резко стали четкими. Задолго до этой истории она хотела такую безопасность, знать без сомнений, что ее любят. И это она видела в темных глазах Кирана, а ощущала… страх. О, радость тоже была. Но страх не отступал. И Пози догадывалась, что ничего чудесного в жизни не может происходить без страха потерять их. Но сейчас это было не важно. Она отогнала мысль, прижала ладонь к его уху, провела пальцами по его челюсти, где начинала расти щетина. Она не могла думать, что сказать ему? Как выразить все чувства?

И она прошептала:

— Я люблю тебя, — и поцеловала его снова. Этого было достаточно.

* * *

Король Мелантиус ворвался в спальню со злым ревом. Королева Валанор спокойно оторвала взгляд от вышивки, которую держала длинными белыми пальцами, и вскинула изящную бровь. Не было смысла ругать его, ей нужно было лишь ждать, пока он заговорит. Выражение его лица говорило, что это неизбежно.

— Надоела эта политика! — закричал он. — Эта чертова птица пусть покажет мне результаты, или он будет изгнан к кентаврам!

— Мне не нужно уточнять, кто «чертова птица», потому что ты зовешь его так, только когда он не радует тебя. Что он сделал, величество? — Валанор перевела взгляд на вышивку. Мелантиус прошел возмущенно в центр комнаты. Он стоял рядом с ней и перед большим камином. Его глаза опасно сияли, и Валанор на миг подумала, злится ли он, или перебрал за ужином. Она вздохнула, отложила работу и посмотрела на него. Он упер руки в бока с бушующим видом, напоминая избалованного ребенка, а не короля.

— Он не уважает меня, а должен, — сказал он. — Я говорил ему вернуть детей в королевство любой ценой, но это не сделано.

— Но ты говорил, что Фалак объяснил причины…

— Не достаточно! Причины — лишь выдумки, потому что он знает, что не может вернуть их. И теперь мне нужно послать за ними кого-то, а та зараза Пруни…

— Пози, — исправила королева.

— Да, я так и сказал. И мы потеряли еще два ценных дня!

— Фалак победил кентавров и отвоевал луг Уныния, — напомнила Валанор.

— Да, возможно, но, судя по отчетам, мой сын мог погибнуть в том бою. Повезло, что он сбежал.

— Повезло? — Валанор встала, хмурясь. — Повезло, что Киран сбежал? Ты же хотел, чтобы его поймали? Как его можно считать союзником королевства? Мелантиус, если ты его схватишь, его придется посадить в темницу, хоть на время. Иначе он устроит мятеж.

Король что-то проворчал, глядя на пол.

— Величество, — строго сказала Валанор. — Ты же это понимаешь? Что другого выхода нет? Как и нет других вариантов для роли Эванты в Сюжете?

— Да, — сдался король. Гнев пропал с его лица, появилась странная неуверенность. Валанор заметила это, чуть не скривилась от такой слабости. Но она мило улыбнулась мужу и коснулась его руки холодными пальцами. — Без Сюжета мы ничто, — тихо сказала она. — Если у нас не будет читателей, зачем Сюжет? Персонажи должны слушаться. Они должны выполнять твои приказы. Ты — король. Не Фалак. Не твой сын. Они должны тебя слушаться, иначе их нужно наказывать.

Мелантиус подавленно кивнул, румянец угасал на лице.

— Я хочу… — робко начал он, замолк и покачал головой. Он прошел по комнате, словно уходил. Он прижал ладонь к двери, посмотрел на жену. — Я хочу порой, чтобы все это не требовалось. Сюжет важен, да, но я был королем так долго, Валанор. Слишком долго для власти одного… и дети против меня из-за этого.

Валанор покачала головой и подняла руку, чтобы он замолчал.

— Нет. Они не против тебя. Ты король и их отец. Они запутались, как многие персонажи. Тебе нужно вести их, ты должен это делать. Мы не можем позволять персонажам обращаться к древним мифам об Авторе. Они тогда потеряют веру и послушание тебе, — она посмотрела на короля и медленно сказала. — Ты должен быть беспощадным, если любишь их, если хочешь их спасти, — и она отвернулась.

Король тихо ушел. Валанор села у камина. Она забрала иглу с подлокотника, где оставила ее, хмуро осмотрела комнату и пустоту, где только что был ее муж.

— Дурак, — презрительно прошипела она, качая красивой головой и поднимая вышивку.

* * *

Лестница вела вниз, напоминая открытый рот, готовый проглотить их во тьму. У них были факелы из комнаты за ними, и они держали их перед собой как талисманы от любого зла, что может встретиться на лестнице и за ней. Свободные руки были сжаты. Ладонь Кирана придавала Пози больше уверенности, чем факел. И они с Кираном знали, что это их последний этап в Унынии. Они были близко, она это ощущала, близко к тому, что искали. Но их цель изменилась. Принцесса Эванта была их назначением, но Пози знала, что они должны найти еще много невидимого и неосязаемого. Того, что ускользало из хватки древесной феей или клочком облака.

Они спускались рука об руку. Вскоре они устали. Пози казалось, что они идут вечно, и ноги болели и немели.

— А если это волшебная лестница? — испуганно сказала она. — А если ей нет конца, и мы застряли тут до конца жизней? Ни верха, ни низа?

— Но вершина есть. Мы пришли оттуда, — устало отметил Киран, замирая, чтобы отдохнуть на ступеньке.

— А если мы пойдем туда, и будем снова идти в никуда?

— Пози, — сказал Киран, — такие мысли не помогут. Может, лестница зачарована, как ты говоришь, но чары, возможно, лишь заставляют верить, что конца нет, и вызывают отчаяние. Нужно идти. Но сперва, — он похлопал по камню рядом с собой, — отдохни со мной немного, милая.

«Милая», — Пози невольно улыбнулась и села рядом с Кираном, он обвил рукой ее талию, и она опустила голову на его плечо. Ее веки опустились. Вскоре Киран поднял ее, и они пошли дальше. Лестница стала немного меняться. Рушащиеся ступеньки стали гладкими. А потом гладкие стали мраморными. Пози увидела это и поежилась.

— Киран, — шепнула она. — Думаю, дальше нужно быть осторожными, — она не знала, откуда ее страх. Но она помнила тепло перед комнатой с призраками, она знала, что это место не такое, каким кажется.

Киран словно прочитал ее мысли и кивнул, понимая без слов.

— Я помню слова Стонуса об этом месте, Пози, — тихо сказал он.

Они спускались, и лестница расширялась. Раньше они едва помещались плечом к плечу, а теперь дюжина людей смогла бы идти параллельно. Пози оглянулась — не зная, почему — и застыла. Киран ощутил, как она напряглась, развернулся, потянувшись за мечом. Но с этим он сражаться не мог. За ними была прочная стена, закрывающая ступени, которые они только прошли. Это было странно, но у них не было слов, только страх на ее лице и решимость в темных глазах Кирана. Он убрал меч и пошел дальше. Вернуться теперь не вышло бы.

— Ну, — Пози прогнала страх и попыталась вызвать улыбку Кирана, — мы хоть знаем, что лестница не зачарована так, как мы думали.

Киран улыбнулся, но лишь на миг. Он смотрел вперед, напряженный воин, которого Пози уже хорошо знала.

Лестница закончилась. Пози тут же насторожилась, огляделась. В большой комнате стояла роскошная мебель, мраморный пол покрывали огромные ковры. Высокие стены украшали гобелены с множеством деталей. Маленький фонтан журчал в центре, только этот звук было слышно, кроме стука их сердец.

— Все не то, каким кажется, — отчаянно прошептала Пози. Киран молчал рядом с ней. — Что нам делать? — закончила она.

Киран не успел ответить, звенящий голос сказал:

— А вы как думаете? Вы — почетные гости, посидите с нами немного.

Пози огляделась и увидела женщину, невероятно красивую, сидящую на одном из диванов. Пози могла поклясться, что минуту назад там никого не было. Как только женщина заговорила с ними, Киран изменился рядом с ней. Он ослабил хватку на ее ладони, плечи стали не такими напряженными.

— Идем, Пози, — прошептал он. — Нужно хоть поговорить с ней, чтобы выбраться из комнаты.

Рот Пози раскрылся от потрясения. Она начала возражать, но других вариантов не было. Они не могли все время стоять на пороге.

— Киран… — начала она, желая повторить предупреждение, но он потянул ее к женщине, ждущей их с улыбкой на красивых губах.

— Приветствую, дети, — сказала она, когда они подошли. Ее темные шелковистые волосы волнами ниспадали на диван рядом с ней. — Простите, я не знала, когда вас ждать. Принцесса не была уверена, что вы прибудете.

— Принцесса? — выдохнул Киран с дрожью. — Сестра здесь? Эванта здесь?

— О, да, наша милая Эванта здесь. Такая смелая, прошла по Унынию одна! Мы гордимся ею, — темные глаза женщины блестели.

— О, Пози! — Киран до боли сжал ее ладони. — Она здесь! Мы нашли ее! Я знал, что мы близко.

Женщина просияла, словно они ее забавляли. Но Пози не сводила с нее взгляда.

— Кто вы? — спросила она, не слушая Кирана. — И что значит «мы»?

— О, я не с того начала! Я Серафина, — женщина коснулась тонкой белой ладонью груди. — А это мои сестры, Лимнорея и Адамарис. Мы следили за юной принцессой много недель, да сестры?

Киран и Пози увидели двух красивых женщин на диване за собой. Пози знала со страхом в сердце, что их до этого там точно не было.

— Чт… — начал Киран, но Серафина перебила его смехом, схожим с колокольчиком.

— Мои сестры только пришли от вашей сестры, принц. Хотите услышать об Эванте?

Киран тут же отвлекся.

— Да, конечно, — ответил он. — Но, простите, увидеть ее я хочу больше. Она близко?

— Очень, — сказала Лимнорея. Пози смотрела на женщин, таких красивых. Она знала, что тут что-то не так. Она ощущала это. Но не видела. Она взглянула на Кирана. Он был открыт, доверял им, восхищенно смотрел на сестер по очереди. Пози злилась.

«Опасности забываются, когда женщина красива, — зло подумала она, отогнала свои чувства и попыталась думать о реальности. — Все не так, как выглядит, — повторяла она себе. — Не так… почему я не вижу, как правильно?».

И вдруг она увидела. Она не знала, что это означало, но она увидела первую нить, которая могла распустить вуаль на их глазах.

Пози смотрела на Серафину, на диван. И она увидела, что ее красивые волосы кажутся… мокрыми. Казалось, с кончиков волос капает вода, и на полу была лужица. Пози подняла взгляд, удивленно моргнула. Тело Серафины было мокрым. Ее платье прилипало к плечам, груди и бедрам. Капли воды блестели бриллиантами на ее черных ресницах. Сердце Пози забилось быстрее, дыхание участилось. Она посмотрела на двух других сестер, они тоже были мокрыми. И у Адамарис в волосах словно была водоросль.

— Вы можете поговорить с принцессой, принц Киран. Идите за нами, — спокойно сказала Серафина.

«Куда? И почему она не встает с дивана?» — Пози пыталась разгадать загадку. Она посмотрела на Кирана, он явно ничего не замечал. Вуаль закрывала его глаза. Ах, значит, все в ее руках.

— Так встаньте и отведите нас к ней, — вдруг вмешалась Пози. Ответом была тишина. Киран недовольно посмотрел на нее. — Они не могут! — сказала она ему, заметив вспышку в глазах Серафины. — Видишь? Они не отведут нас. Они лишь говорят о ней.

— О, мы отведем, — опасно спокойно сказала Серафина. Она все еще улыбалась, но напряженно.

— Давайте. Мы долго ждали. Мы долго шли. Встаньте и отведите нас к принцессе Эванте. Прошу, — добавила она, потому что Киран потрясенно смотрел на нее. — О, — она возмутилась, глядя на него. — Не смотри на меня так! Ты даже вежливым со мной не был при первой встрече, но тут ты слюной истекаешь…

Киран грубо схватил Пози за руку и оттащил ближе к фонтану.

— Что ты делаешь? — едко прошептал он. — Хочешь оскорбить тех, кто может отвести нас к моей сестре… из ревности? Что ты творишь, Пози?

— Прошу, Киран, — Пози знала, что важно подобрать верные слова. — Послушай меня хоть миг. Мы знаем, что мы в месте обмана. Это Уныние. Нас уже обманывали не раз. Почему ты так доверяешь этим женщинам? Из-за их красоты? Да?

Киран резко отпустил ее руку и отпрянул на шаг, старое презрение и гордость проступили на его лице и в голосе.

— Потому что они знают, где моя сестра. У меня есть выбор? Красивые или нет, Пози, — он пронзил ее взглядом, — я пришел спасти сестру. И все. Или ты забыла?

— Нет, — Пози прогоняла из голоса гнев и боль. — Я подумала, что ты забыл. Все не такое, каким кажется. Разве мы не договорились? — но Киран не слушал ее. Он отвернулся и прошел к спокойно ждущим сестрам. — Киран, прошу, — молила Пози. — Вспомни слова Стонуса. Ты сказал, что помнишь! — но она говорила с его спиной.

Пози посмотрела на фонтан, собираясь с мыслями. Почему она должна делать это одна? Почему Киран так слеп? Воды кружились быстрее, чем Пози могла ожидать от маленького фонтана, она склонилась и посмотрела туда. Вода была глубокой, синева становилась тьмой внизу. Существо с множеством щупалец проплывало мимо и будто смотрело на нее. Пози задержала дыхание, застыла и смотрела. А потом отвернулась от фонтана и побежала.

Она не сказала ничего Кирану, не было смысла. Она бежала к Серафине, бросилась к ее дивану с безумным инстинктом.

— Пози! — закричал Киран и бросился остановить ее. Но он застыл, добравшись до нее. Пози подняла платье Серафины, и там была нить, что все распустила. Хвост и плавники.

Глаза Кирана расширились от ужаса, но он бросился действовать. Он поднял Пози с пола и толкнул вперед.

— Беги к лестнице, — закричал он, и она послушалась. Серафина яростно кричала.

Пози бежала, пол под ней пропадал, рассеиваясь, словно красивая комната была из облаков. Она добралась до лестницы, задыхаясь, и быстро оглянулась. Киран прыгнул и растянулся рядом с ней. Вода плескалась у края ступеней, и темно-зеленые глубины растянулись на всю комнату, беззвучно лизали стены пещеры. Чары пропали, ковров и гобеленов больше не было, только холодные стены, вода и тьма.


ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Жестокие воспоминания


— О, принц, — позвал голос, похожий на угря, плывущего на глубине. — Вы с никчемной спутницей ужасно ошиблись. Теперь вы не сбежите.

Сияющая мокрая голова Серафины появилась из воды рядом с Кираном и Пози, стоящими на каменной ступени. Кончики сияющих плавников хвоста трепетали за ней, она смотрела на них с весельем. Киран левой рукой крепко сжимал Пози, а в правой он сжимал меч, хотя они видели в темной комнате только лицо Серафины.

«Русалка, — подумала Пози. — Жестокая русалка. Что ей нужно?».

— Я просто ищу сестру, — сильным голосом сказал Киран. — Я не буду вредить вам и вашим сестрам, если отдадите мне принцессу.

Лимнорея и Адамарис появились рядом с сестрой, нежно улыбаясь кроваво-красными губами.

— Как мило, — почти с жалостью сказала Адамарис. Она пожала худыми белыми плечами. — Но ты не можешь нам навредить. Твой отец сделал достаточно…

— Молчать! — крикнула Серафина, ее лицо исказилось. Но ущерб был нанесен.

— Отец? — Киран ухватился за слова Адамарис. — Что мой отец вам сделал? Если ранил или обошелся несправедливо, я могу помочь. Я поклялся, что, когда спасу сестру, поведу армию против него.

«Киран, ты рассказываешь им слишком много и слишком скоро», — Пози думала с трудом, она сжала его руку, прося услышать ее мысли.

Русалки переглянулись, и выражение лица Серафины смягчилось.

— Да, — прошептала она. — Ты можешь нам помочь. Моя сестра права, твой отец сильно навредил нам. Но сперва скажи, почему ты против него? Ты же его сын?

Киран холодно улыбнулся.

— Он тиран, эгоист и несправедлив с теми, о ком должен заботиться.

Серафина кивнула со спокойным видом.

— И мы так думаем, юный принц. Я покажу, как это было, — три красивых лица вдруг пропали под водой, остались три круга ряби после них. Вскоре Пози и Киран увидели сияние на глубине. Оно становилось все ярче, приближалось к поверхности, пока не вырвалось из воды сияющим туманом, что заполнил пещеру и завис над водой. Две фигуры сияли перед ними, созданные этим туманом, и Пози сразу узнала их: король Мелантиус и королева Валанор. Киран медленно вдохнул рядом с ней.

Король и королева не замечали их, зло смотрели друг на друга. Пози ощущала, что этот туман — воспоминание, которое выпустили или воссоздали. Она смотрела, как сцена в тумане разворачивается.

Король и королева казались намного моложе, чем были сейчас, хотя Пози знала, что этого не может быть, ведь они оставались одного вида всю историю. Но король не был таким мрачным, как Пози помнила. И у королевы была открытость и страсть, а не искры горя, что Пози видела в ее глазах не так давно. Краем глаза, она заметила, как Киран мотает головой, пытаясь прогнать наваждение.

— Ты, — кричала королева на мужа, бледная кожа пылала. — Если бы ты переживал за меня или за Сюжет, то изгнал бы их.

— Изгнал! — вопил Мелантиус. — О, Валанор, ты просто злишься. Мы можем забыть, что они сделали, и продолжать Сюжет. Пусть это будет в прошлом, милая. И, — он запнулся, на лице мелькнул стыд, — ты знаешь, что только тебя я люблю.

— Ты забыл, муж, — голос Валанор был между гневом и дикими слезами, — что тут не было прошлого и никогда не будет. Все, что ты сделал… что сделали эти существа… не пропадет из моей памяти. Ни теперь, ни когда-либо.

Король помрачнел, он провел рассеянно рукой по лбу.

— Да, — сказал он, — в Сюжете нет прошлого. Только Сюжет, снова и снова.

Валанор кивнула, словно ребенку, что выучил стихотворение.

— Снова и снова, да, — повторила она. — Бесконечный красивый круг. Мы знаем, кто мы и что делаем. Ни у кого нет вопросов, нет сомнений. Только Сюжет, муж. И кто его потревожит…

— Что тогда? — Мелантиус посмотрел на жену.

— Ну, — она пожала плечами и скрестила длинные тонкие руки на груди, не переживая. Но блеск в ее глазах был опасным. — Ты король. Что будет с тем, кто его нарушит?

Король Мелантиус повернул к ней голову и раскинул руки. Его большое тело притянуло худую королеву к себе. Он обвил ее руками.

— Я ошибался, — он улыбнулся в ее плечо, но его глаза блестели от слез, в них была печаль. — А ты, жена моя, была права. Мы не можем забывать Сюжет.

— Мой король, — она провела длинным пальцем по его челюсти. — Ты всем правишь. Ты правишь тут давно, и ты теперь так силен, что даже Автор тебе не указ. Древняя легенда не может одолеть тебя. Ты — король. Тебе решать, — прошептала она ему на ухо. — И тебе делать решение сильным.

Туман перед Пози и Кираном забурлил, стирая короля и королеву. Пози ощущала, что Киран сжал ее ладонь до боли, но отогнала мысли, ведь перед ними появилась новая сцена.

Яркий пейзаж тянулся перед ними. Сияющее озеро, теплое солнце, высокие и старые деревья вокруг, а за ними — большие белые горы. Она видела эту гору издалека из комнаты принцессы в замке. Она не удивилась тогда, ведь туман Сюжета был в ее голове. Но теперь она охнула от красоты.

На поле вдали были черные точки — ехал отряд на лошадях. Они подъезжали, и Пози увидела на них цвета королевства, то явно были люди короля. Все были с оружием, кроме одного с большим свитком на поясе. Они спешились у озера. Все, что видела Пози, происходило словно за облаком. Она не слышала голоса и плеск воды. Она только видела.

Один из мужчин прошел к воде и позвал. Отряд ждал секунды, минуты. И тут головы и плечи начали появляться в озере: сотня, две сотни и больше мужчин, женщин и детей. Русалки плыли к берегу, где ждали солдаты. Мужчина развернул список и начал читать. Пози видела, как меняются лица русальего народа. Любопытство сменилось удивлением, а потом гневом и слезами. Русалы трясли кулаками и зло кричали. Женщины прижимали к себе детей.

Пози увидела знакомое лицо. Серафина была такой же, красивой, и все же что-то отличалось на ее лице. Пози тут же поняла. Доброта и счастье. Они сияли в ее глазах, хоть солдат объявлял жуткий приговор ее народу.

Она увидела ребенка, что впился в плечо Серафины. Серафина нежно коснулась губами головы малыша. Пози видела, что Серафина улыбалась, слезы текли из ее глаз, ее губы дрожали от сдерживаемых всхлипов.

Сцену закрыл туман. Пози видела вспышки. Русалы поднимали мечи, борясь. Солдаты короля связывали русалий народ веревками. Серафину оторвали от ее рыдающего ребенка, и ее лицо стало мраморным, боль плескалась в темных глазах. Туман словно плакал с ними, ручьи стекали по краям видения.

* * *

После видения они знали, что должны доверять русалкам, трем сестрам. Они поделились с ними болью, и причинил ее король Мелантиус. Но Пози знала, что и королева виновата, и она задумалась, не была ли Валанор связана с решениями короля.

«Думаю, Фалак ее недооценил», — подумала Пози. Что хотел сказать король, говоря что любил только ее? Он мог влюбиться в Серафину или одну из ее сестер? Потому Валанор просила изгнать русалок? Или они как-то серьезно угрожали Сюжету? Пози смотрела на их красивые лица и знала, как легко в них влюбиться мужчине. Киран не устоял.

— Итак, — Серафина криво улыбалась, — вы поможете нам?

— Сделаю все, что в моих силах, — Киран склонил голову. — Поведение короля непростительно, его нужно убрать с трона.

— А Сюжет? — спросила Лимнорея, отбросив светлые шелковистые волосы и глядя краем глаза на Кирана. — Если станешь королем, справишься?

Киран молчал. Пози знала, что он боролся против всего, что знал. Сколько нужно было смелости, чтобы все это бросить! Он жил с Сюжетом намного больше восемнадцати лет. Его детство прошло давным-давно, он знал лишь одну историю. Она знала, что не могла винить его, если он решит следовать ей.

Он решительно кивнул.

— Я справлюсь, где нужно. Я не могу — не буду — принимать жестокие решения, как отец. В Сюжете есть персонажи, но у них должны быть свои голоса.

— А Автор? — тихо спросила Лимнорея. — Какую силу ты дашь ему?

— Силу? — фыркнула Серафина с горечью, не дав Кирану ответить. — У него нет силы. Если была бы, он не дал бы им забрать у меня ребенка. Он давно остановил бы жестокость короля, не дав уничтожить столько жизней и сделать королевство и Дикую землю жалкими. У Автора уже нет силы в Сюжете. А если есть, то он ее не использует, раз такое зло процветает. Только у персонажей есть сила, и мы должны забрать ее. Она будет в руках многих, не одного.

Киран ее внимательно слушал. Пози слышала боль в голосе Серафины, хоть прошло столько времени. Они знала, что Серафине было больно, и она видела только это. Она посмотрела на Кирана, попыталась передать ему свою любовь и верить в его ответ. Он не подвел ее.

— Я не могу ответить на это, пока не узнаю больше. Но я обещаю, что если я буду править, то с добром для всех персонажей в Сюжете и вне его. Больше с вами такое не случится, если я буду королем.

Серафина долго разглядывала его. Она кивнула.

— Тогда я отведу тебя к принцессе, — сказала она и нырнула, ударила хвостом по воде, и отлетели брызги, сияющие, как бриллианты.


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Скаут



Квинтус вздохнул от скуки. Главный советник Фалак вручил ему ужасное задание. Следовать за Ноктюрном было проще всего, это была трата его способностей. Что мог сделать Ноктюрн, что им так интересовался Фалак? Он мог быть предателем, но слабым, он вряд ли навредит.

Квинтус расправил черные крылья и моргнул желтыми глазами.

«Даже почти больно смотреть на Ноктюрна», — он сжался. Тот решительно шагал, прижимая к себе раненое крыло. Голос Ноктюрна доносился до него, он повторял уже два дня:

— Я должен найти его, должен! Должен спросить, что делать, да… — Квинтусу казалось, что Ноктюрн почти сошел с ума.

Но его решимость вызвала искру сомнений в голове Квинтуса, хотя он не спешил признавать это. Куда он шел? Безумный или нет, у него была цель. Он приведет Квинтуса к детям короля, как и подозревал Фалак?

Думая о пропаже детей короля с луга, Квинтус вжал голову и скривился. Он был хорошим разведчиком. Он знал это, лучше него в королевстве не было. Даже король Мелантиус использовал его когда-то для своих целей, когда нужно было подавить изменения Сюжета. Почему дети пропали на его глазах? Никто не знал, что было в том темном месте. Ни один уважающий себя персонаж Сюжета не заходил далеко на Дикую землю, тем более в Уныние. Его даже представить не удавалось. Он знал лишь, что оно делало так, что люди пропадали, как по волшебству.

Магия. Квинтус выпрямился на высокой ветке, стараясь не слушать отчаянный голос Ноктюрна. Он не видел магию близко. Он знал, что Фалак постоянно экспериментировал с ней в тайной комнате в замке. Что-то он делал по приказу короля, что-то — без ведома короля. И все знали, что магия течет в Дикой земле и дальше. Магия точно была ответом.

Он посмотрел на небо в звездах. Луна ярко сияла, завтра будет полной. Лучшее время для магии. Он насторожился, хотел познать неизвестное, смотрел с новым интересом на серебристую точку внизу, на Ноктюрна. Фалак уже явно это понял. Квинтус стал уважать лидера сильнее, но при этом ощущал тревогу, что была близка к страху.


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

На глубину



— Она готова, — вдруг сказала Лимнорея, словно услышала беззвучный зов сестры под водой. Пози в предвкушении застыла. За этим они пришли. Это будет конец их поисков принцессы Эванты. Она смотрела на воду, неподвижную и сияющую, как черное стекло. Ничего не происходило.

— Вот, — Адамарис поманила их рукой. — Нам нужно подготовить вас к визиту к нам домой.

— Простите? — Киран был в смятении. Пози чуть не рассмеялась от его вежливости в этот момент, хотя ей было не по себе.

— Мы не можем принести принцессу сюда, — голубые глаза Лимнореи были большими. — Отсюда вам нет выхода. Выход на другой стороне Уныния. Это за водой.

Пози рассмеялась.

— Но у нас нет плавников и хвостов, — заявила она с недоверием.

Лимнорея мило улыбнулась ей.

— Конечно, милая. Потому мы должны вас приготовить. Вы должны надеть это.

Пози и Киран посмотрели, куда Лимнорея указывала, но у их ног был лишь скользкий мокрый камень. Пальцы русалки подняли что-то с камня, и с ее руки свисала блестящая пленка, заметная только по отблеску света с воды.

— Ни за что, — выпалила Пози и скрестила руки, Киран ухмыльнулся ей.

— Так вы будете быстро двигаться в воде, — спокойно сказала Адамарис. — И, что важнее, сможете дышать. Все не такое, каким кажется.

— Ага, — Пози закатила глаза. — Это я уже начинаю понимать.

— Это волшебна одежда, — голос Адамарис стал обиженным. — Не нужно презирать нашу помощь, юная леди.

— Я не призираю, — виновато сказала Пози. — Я…

— Пози… Мы просто оба устали и ошеломлены путешествием, — Киран улыбнулся русалкам. — Мы принимаем предложение и благодарим. Что нам нужно сделать.

— Только укутаться в одеяние, и оно само все завершит, принц, — Лимнорея подняла руки, и Киран склонился за одеянием. Киран коснулся руки Пози и поманил к себе. Она знала, что он наденет плащ первым, чтобы спасти ее от опасности, что может таиться внутри. Она забрала у него второй плащ раньше, чем он смог остановить ее, смотрела, как пленка разворачивается, мерцая, как жидкость, в ее руках. Не думая, она укутала ею плечи.

Она видела, как Киран замер и хмурился, глядя на нее, пытаясь развернуть свой плащ. Но он не был прежним. Он расплывался перед глазами, словно она видела его через воду. Приятное тепло расплылось от ее плеч к лицу, к ногам. Вдруг легкие стали тяжелыми, словно воздух давил на нее. Она чуть не охнула, вдыхая. Пози в панике посмотрела на сестер-русалок, видела лишь их улыбки. Они хотели так ее убить? Она не могла говорить. Он могла лишь вдыхать изо всех сил, пытаясь наполнить легкие воздухом.

— Ты не научишься быстро, милая, — сказала Адамарис. — Хотя попытки смелые. Ты годами будешь привыкать дышать вне воды. Скорее, прыгай в воду, и все будет хорошо.

Киран оделся, и одеяние словно пропало, стало частью его кожи. Он взял Пози за руку, потянул ее с камня. Они рухнули в холодную черную воду внизу.

Вода должна была заморозить их, не дать двигаться. Пози ощущала прохладу кожей, но она не проникала глубже. Ее тело оставалось приятно теплым, он ощущала плавное сопротивление всем телом. Она посмотрела на себя с любопытством, но не заметила разницы. Она вдохнула, и в рот набралась не вода, а нежный воздух.

— Хорошо, хорошо! — воскликнула Лимнорея, хлопая ладошками, как радостный ребенок. Пози теперь четко ее видела, так ярко, что болели глаза. Красивые глаза Лимнореи сияли как сапфиры, ее волосы расплывались вокруг нее облаком золота. Русалки были красивыми и раньше, а теперь сияли, ведь это был их дом.

Киран отвлек Пози.

— Ведите нас к моей сестре, — он говорил вежливо, но это точно был приказ.

Адамарис склонила сияющую рыжую голову и поплыла.

Пози и Киран ощущали себя естественно под озером. Его тьма стала легкой и ясной, ледяные глубины лишь холодили кожу, они легко рассекали воды, следуя все глубже за русалками.

«Как глубоко мы?» — подумала Пози, пока они плыли. Они с Кираном уже спустились к озеру. Какой вес воды, земли и камня был над их головами! Она поежилась, и вдруг ей показалось, что их ведут в ловушку. Неужели всего два дня назад она спала и ела в лагере кентавров, дышала свежим лесным воздухом, ходила по лесу и говорила с Карис об Авторе? Пози хмуро задумалась, придумал ли Автор это место, это темное и красивое озеро, смотрел ли он, как они с Кираном рвали его историю, меняя слова.

— Вот наш дом, — голос Адамарис прозвенел за ее плечом, она указала пальцем.

Пози увидела впереди большое строение из камней на дне озера, как цепь небольших гор. Они с Кираном переглянулись. Это были не просто камни, это она уже ощутила. Это был дворец, королевство, что скрывалось под обманчивыми камнями. Может, магия в плащах, что покрывали их кожу, позволила Пози и Кирану видеть, как все на самом деле.

Вскоре они плыли через большие двери в камнях, попали во дворец русалок. Пози старалась доверять им. Уже ведь поздно сомневаться? Они были в руках сестер. Они должны были надеяться, что единая цель хорошо связала их.

Последней мыслью Пози перед тем, как тяжелые двери закрылись за ними, был вопрос. Простой, но вызвавший зловещую дрожь в ней. Она вдохнула и сказала:

— Зачем вам троим такой большой дом? Вас изгнали не одних?

Серафина, казалось, появилась из каменных стен дворца. Ее белые руки изящно двигались перед ней, ее бедра и хвост сияли, как водная змея. В ее глазах была печаль, но белые зубы сияли в ее улыбке, как предупреждение.

— Ты права, конечно, — она медленно кивнула. — Но то было давно. Ты узнаешь, что мы не одни, милая.


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Замок русалки



Пози сжала руку Кирана, и это ощущалось странно из-за водной кожи. Киран сказал, его лицо не изменилось:

— Теперь вы отведете меня к сестре. Мы долго ждали.

— Долго? — Серафина смотрела на него темными бездонными глазами. — Ты не знаешь, как быть без кого-то долго. Как давно ты не видел сестру, принц? Прошло пару дней или недель? Даже много лет не сравнить с тем, что я потеряла, сколько я ждала, чтобы подержать своего малыша. Это волшебное озеро держит меня и сестер в плену бесконечной боли. Мы были тут так долго…

— И я пообещал помочь, — спокойно ответил Киран. — Я свергну короля, и я сделаю все, чтобы вернуть вам ребенка, леди.

— Нет, — тихо и с горечью сказала Серафина. — Ты этого не сделаешь. Ты не вернешь ее из мертвых.

Лимнорея тихо всхлипнула. Адамарис подплыла к Серафине и погладила ее волосы, а потом яростно посмотрела на Кирана и Пози.

— Это так, — сухо сказала она. — Дочь моей сестры была выслана из королевства, из Сюжета, и умерла там. Умершие вне Сюжета не возвращаются. Вам не понять боль моей сестры. Она жила века, жизни, зная, что ее дитя не вернуть, что ни король, и его сын не смогут исправить то, что сделали с нами и нашим народом. И мы знаем, мы давно узнали, что если не можешь вернуть потерянное, хотя бы отомсти за тех, кто у тебя это забрал.

— Нет, — голос Пози застревал в горле. Она знала, что до этого дойдет, да? Сердце знало, хоть она это отрицала.

«Не все раны заживают», — подумала Пози, и эта мысль ударила в ней гонгом. Ее глаза горели на грани слез, и она знала, что ее тело дрожит.

Киран осторожно вытащил руку из хватки Пози и спокойно вытащил меч.

— Я не хочу никому вредить, — сказал он с печалью, — но я найду сестру, как вы мне обещали. Я настаиваю, чтобы вы выполнили обещание. Мне жаль, что вы столько потеряли, но вы должны мстить не мне, — его лицо изменилось, он словно затерялся в мыслях и заговорил с собой. — Тот, кто поступает жестоко, не знает, сколько боли будет от этого, все это как лавина в горе. Это ведь закончится только гибелью!

Серафина резко посмотрела на лицо Кирана.

— Да, — ее голос был тихим. — Тебе больнее, чем я думала, принц, — она покачала головой. — Мне будет еще сильнее, но я не могу вернуться. Не буду. Не ясно?

— Вернуться? — Пози заговорила, и ее голос звучал слишком громко в тихом зале. — О чем вы? Что вы с нами сделаете?

— Мы? — слабо улыбнулась Серафина. — Я не буду ничего с вами делать. Вы в моем дворце, принцесса тоже здесь. Найдите ее, если хотите, заберите на поверхность и из Уныния. Но одни. Я с этим закончила. Я сделаю, что должна.

— Серафина, нет! — Лимнорея схватила сестру за руку.

Адамарис тоже была в панике, но лишь посмотрела тревожно на сестру и подплыла туда, где стояли Киран и Пози. Тихо и быстро она сказала им:

— Моя сестра последовала своему пути, и она точно сделает это.

— Что? — спросила в тревоге Пози.

— Не переживай, кроха, — сказала Адамарис. — Вам нужно найти принцессу, пока не поздно.

— Пока не… — Пози залепетала от страха.

— Моя сестра не навредит вам, хоть и говорит о мести. Она решила призвать глубокую магию и покончить со своим пленом раз и навсегда, хотя цену знает только Автор. Она скоро это сделает, — Адамарис оглянулась на серьезную сестру. — Так что скорее ищите Эванту и покидайте это место, потому что наше маленькое королевство будет разрушено, — ее голос был печальным, но Пози заметила, что в нем звучало и облегчение.

— А одежда? — спросил Киран так спокойно, что Пози уставилась на него.

— Они временные, как все волшебное, — кивнула русалка. — Если они рассеются, вы не сможете дышать и оставаться под водой. Вы должны добраться до поверхности раньше.

— Где поверхность? Как покинуть Уныние? — спросил Киран.

Адамарис отвлеклась, Серафина и Лимнорея уплывали из комнаты.

— Когда покинете дворец, — она указала на двери, куда они вошли, — следуйте нужному пути. Никто не покинет Уныние живым, если не знает себя, свою душу. Другого выхода из тьмы, кроме света, нет. Слова не объяснят, — русалка вдруг поцеловала Пози в щеку, ее лицо было открытым. Она сжала ладошкой сильную руку Кирана. — Не вините мою сестру, вы видели, что она… — она прикусила губу и сменила тему. — Помни, принц, во всех есть добро и зло. Тьма и тени зависят от света, и нельзя порой понять, где заканчивается одно и начинается другое. Ни одна душа в мире не отдана полностью тьме, если сама того не захочет.

Дворец словно застонал, Адамарис с тревогой огляделась. Она сказала им с тревогой в изумрудных глазах:

— Идите, — она толкнула их к глубинам дворца. Пози не успела понять, а Адамарис уплыла за сестрами, оставив лишь пену за собой.


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Сквозь воду



Киран не мешкал ни мига, и Пози видела огонь решимости в его темных глазах. Он поплыл к колоннам, за которыми пропали русалки, Пози не отставала. Сестер не было видно. Пози знала, что они их больше не увидят. Она осмотрелась, холод воды ощущался сильнее, давил на нее и проникал в кости. Дворец был темным, полным отчаяния. Как иначе? Его создала Серафина, она жила тут, горюя по ребенку, злясь и желая отомстить врагам. Жуткое место. Она обернулась. Киран смотрел на нее, и она знала, что ее глаза говорят ему больше, чем могут губы. Он кивнул с печалью на лице.

— Да, Пози, я это чувствую. И вижу. Но не время для таких мыслей. Будь сильной. Нужно найти Эванту, — он подплыл к ней и прижал ладонь к подбородку. Он поцеловал ее с силой и быстро, а потом отодвинулся с решительным видом. — Нам нужно разделиться.

— Что? — вскрикнула Пози. — Разделиться?

— Так мы найдем ее быстрее, — он нахмурился. — Но как мы дадим знать друг другу, что нашли ее?

— Разделиться? — повторила Пози. — Только не здесь, прошу! — холодная вода смеялась над ней.

— Ты будешь в безопасности, хоть дворец и жуткий. Тут ничто не навредит твоему телу, — он нахмурился. — Нет времени. Я поплыву туда, а ты — туда. Будь на той стороне, проверь все комнаты и углы. Если не найдешь ее, выплывай из замка и жди у входа. Не задерживайся.

— Я… Киран. я… — Пози сбивалась. — Я не могу…

— Можешь. Должна. Будь храброй, кроха, — он поцеловал ее в лоб, пронзил взглядом и уплыл.

* * *

Пози никогда еще так не боялась. Она поежилась. Тьма и пустота пугали ее больше, чем опасность впереди. Она знала, что должна двигаться, пока холод не сковал ее. И она раздвинула воду руками и поплыла.

Она искала в комнатах. Некоторые были красиво украшены, как и положено в замке. Некоторые были пустыми и в водорослях, маленькие существа с большими глазами смотрели на нее из темных углов, уплывая, когда она приближалась. Ничего опасного… но ей было не по себе, хотелось кричать.

«Еще нет, — отчаянно просила она себя удерживать страх. — Рано».

Дворец стонал, как перед тем, как Адамарис уплыла. Казалось, большое существо воет от боли. Пози знала в глубинах пустых комнат, что печаль была тут слишком долго, и замок был готов выплеснуть ее. Она поняла облегчение на лице Адамарис. Каменные стены дрожали, мебель содрогалась, и искать стало сложнее. Пози плыла по комнатам и коридорам, по балконам с видом на темное дно озера, но не видела никого. Она начала подозревать, что Кирана здесь нет, что он покинул замок и бросил ее. Ей было так одиноко, что появлялись такие мысли. Она была одна в мире, как ей казалось, и она не знала, чем была.

Она не знала, когда заплакала, но всхлипы были ее частью, и она едва замечала их, пока искала в пустоте. Наконец, она добралась до вершины замка, башня уходила вверх. Она знала, что и комната там пуста. С ощущением падения в пустоту она перешагнула порог. Она знала, что одна в этом жутком месте. Пустота заполнила ее, сдавила и пронзила кожу холодом смерти.

* * *

Кирану было больно оставлять Пози, увидев ее детский страх в глазах. Он ощущал, словно чего-то лишился, оставив ее.

«Мы впервые порознь в пути», — отметил он, уплывая от нее. Но желание найти сестру было сильнее всего, и как воин с одной целью он приступил к поискам.

Насколько он понял, методично исследуя замок, он казался нормальным дворцом. Очень похожим на замок его отца. Ему стало тревожно от мысли, что это намеренно. Он не знал, что это означает, но что-то в нем насторожилось от этой мысли.

Первая комната с людьми была такой же, как остальные, украшенной и удобной. И это беспокоило: то были люди, не русалки. Он медленно вплыл в комнату и осторожно посмотрел на них. Никто его не заметил, они были заняты своим. Двое сидели за мраморным столом и играли в шахматы, смеясь и указывая на фигурки, двигая их. Две дамы сидели на диване, одна дремала, другая читала. Мужчина сидел в кресле напротив них и общался с той, что держала книгу. Киран смотрел на них. Почему леди не отрывала взгляда от книги, не обращала на мужчину внимания? И почему мужчина не заметил, что она игнорирует его?

Киран тряхнул головой, словно прочищая, и пошел осторожно мимо них, озираясь. Ничто не изменилось, никто не заметил его и других в комнате. Киран открыл дверь в дальнем конце комнаты, там была схожая сцена. Люди были заняты делом, не замечая остальных. Киран пытался говорить с ними, но без толку. Он даже касался нескольких, и на него пару раз смотрели. Рассеянно посмотрел один мужчина, кивнул другой, слабо улыбнулась женщина, но ничего больше. Он ощущал, как холод проникает под кожу, пока шел по комнатам с разными вариантами занятий у людей.

Но одна комната отличалась. Он ощутил это, открыв дверь. Вместо пустоты он ощутил дрожь в воздухе, чувство, крик. Он ворвался в комнату, пара человек посмотрела на него недовольно, когда дверь с грохотом ударилась об стену, но он не видел. Он разглядывал лица, искал сестру, но не видел ее. Но он точно ощущал это. Его плечи опустились, он сел рядом с женщиной, что покачивала ребенка на руках.

— Конечно! — фыркнула она и отвернулась от него, воркуя со спящим малышом.

Киран склонился и закрыл лицо руками, скрыл от глаз пустоту вокруг.

— Эванта? — громко сказал он. — Эванта, ты здесь, но должна помочь мне! Где ты?

«Здесь, Киран! Здесь!».

Киран вскочил и безумно осмотрел комнату.

— Эванта? — его голос запнулся.

«Здесь», — послышался слабый голос, и он увидел, откуда. Он побежал к темному углу комнаты, где сидела на полу его сестра, обнимая колени, как потерявшийся ребенок, спутанные золотые волосы падали на ее колени и пол вокруг.

— Эванта, Эванта, — всхлипывал Киран, дико сдавливая ее в объятиях. Но она не ответила тем же. Она даже не посмотрела на него. Ее тело было слабым в его руках.

— Вроде я его слышала, — сказала она, качая головой, когда он отпустил ее. — Я думала… но ошиблась. Нет, нет, нет, нет… Киран, почему ты не приходишь за мной? — слезы катились по ее бледному лицу.

Киран отпрянул с ужасом.

— Эванта? — медленно сказал он. — Я здесь. Не слышишь? Не видишь меня?

Принцесса прижала колени к груди и дрожала, фиолетовые глаза смотрели на комнату, и слезы все текли по ее лицу на пол.

«Она так долго плакала, — подумал вдруг Киран, — что уже даже не вытирает слезы».

Мысли запнулись, словно врезались в стену. Он не знал, что делать. Не знал, как помочь ей.

— Пози, — сказал он. — Нужна Пози, — он хотел побежать к ней, а потом повернулся к Эванте. Он не мог ее так тут бросить. Он ощущал, как содрогается замок и фундамент. Времени не было. Он сделал то, что смог придумать. Подхватил сестру, легкую, как цветок, и прижал к себе. — Я не могу пробиться к тебе, Эванта, — выдохнул Киран в ее ухо. — И только ты можешь вернуться ко мне. Но я спасу твое тело из этого ужасного места, — он прижал ее к себе, уткнулся лицом в ее плечо, подавляя боль, что грозила вырваться из него.

Он поднял усталые глаза и посмотрел на сияющую комнату, люди улыбались своим делам. Он медленно покачал головой, горе камнем давило в груди. Он видел, как они ходят во сне. Он поспешил унести сестру отсюда, не оглянувшись.

* * *

Пози была одна. Она не искала, не было сил плыть. Она парила, застыв, как статуя, перед большим окном башни, глядя слепо на голое дно. Желто-зеленая вода вокруг словно дрожала в предвкушении, и Пози видела маленькие волны, бегущие от замка. Волны говорили о гибели. Пози оглядела пустую комнату и стала удивительно спокойной. Пустота и печаль все еще давили на нее, но она не боролась. Было так легко сдаться, тонуть. Было приятно отпустить и не бороться. Она знала, что это конец пути для нее, и она почти рассмеялась. Пасть так близко к цели. Это было трагично… или жалко?

Свет вдруг засиял в скрытой части ее разума, она вспомнила родителей и сестру, словно они были сказочными существами из другого мира. Она знала, что скучала бы, если бы могла что-то ощущать.

Ее глаза заметили, как что-то движется у дна. Человек выплыл из дверей замка и быстро уплывал. Киран? Он все же бросил ее. Мысль была молотом по онемевшему месту. Боль была там, она ждала ее. Он что-то нес… человека! Пози с трудом думала… но это должна быть… принцесса! Он нашел ее.

Пози медленно, словно кто-то другой управлял ее руками, потянулась к засову окна перед собой. Он открылся, и окно распахнулось, едва она надавила на раму из водорослей, и ей не требовалось приглашение. Она забралась на подоконник и собралась прыгать, но ее сердце затрепетало. Не было времени покинуть замок так, как она вошла в него. Это был единственный выход. Может, она погибнет при крушении замка, но она не хотела оставаться здесь.

Она оттолкнулась от подоконника, приняв решение, и тогда вспомнила, что может плыть и не навредит себе этим. Она думала, сбежать из такой пустоты будет сложно, она готовилась к этому, к боли и не только. А было просто, как открыть окно и выйти.

Она сбежала из замка русалок и его ужасного холода, слышала, как он стонет за ней. Она плыла вниз, все ближе к уплывающему Кирану. Она пыталась кричать ему, но одеяние на ней теряло магию, голос не слушался. Она оглянулась. Замок скоро рухнет, наступит конец. Она была близко. Стон и гул резко прекратились, и Пози в жуткой тишине услышала, как Киран зовет ее. Он быстро плыл к ней, но все еще был слишком далеко.

Оглушительный рев ударил Пози по телу и ушам, стены замка рухнули на ее глазах. Ослепительный свет вырвался из башни, откуда она выпрыгнула, и сиял вверх мгновение, как маяк. Рев продолжался, и в нем были ярость и горе, облегчение и умиротворение. Пози зажала уши руками, закрываясь от ужасной силы, но тут она потеряла сознание.

* * *

Было непросто. Пози слышала в себе голос, он звал ее по имени, разгонял пустоту с ней, озарял светом одиночество, убирая его. Голос отца, низкий и спокойный. Он снова и снова называл ее по имени, но она знала, что он так ее будит. Она была такой спокойной, пока голос разносился по телу, что просыпаться не хотелось. Она знала, что должна. У нее были воспоминания о красивом темноволосом и темноглазом принце, которого она любила, и потерявшейся принцессе.

Она проснулась от боли и охнула. Бледный от усталости и страха Киран смотрел на нее, радость озарила его, когда он увидел ее открытые глаза.

— Пози, Пози, — он целовал ее лоб, щеки, веки. — Я чуть с ума не сошел.

Пози огляделась и поняла, что они не ушли. Она лежала на дне озера, куда упала, Киран был с ней. Впереди были руины замка, такие жуткие, что она отвернулась. Она увидела юную и бледную девушку, золотые пряди окружали ее хрупкое тело, лежали рядом с ней. Пози протянула руку и легонько коснулась щеки Эванты.

— Да, — хмуро кивнул Киран. — Она жива, — быстро ответил он на вопрос на лице Пози. — Но что это за жизнь, и как ее разбудить, я не знаю. Нам нужно уходить. Магия почти пропала, и мы умрем, если не всплывем поскорее, — он озирался.

Пози покачала головой, ощущая себя так, словно только проснулась, но ее разум тут же пробудился, и она сказала без колебаний:

— Нужно найти предназначенный путь.

Киран посмотрел на нее и сказал:

— О таком говорила Адамарис. Но что это значит?

Пози сидела и смотрела вперед. Она не думала, все в ней бурлило и работало, как никогда раньше. Она знала, что не зря испытала тот ужин.

— Из той башни… из которой я выплыла, — сказала она. — Выше нее выход.

— Откуда ты знаешь? — спросил Киран, прогоняя недоверие. — И почему нужно всплыть там, а не там?

Пози вспомнила пустоту замка. Он напоминал черную дыру, готовую проглотить ее душу, заставить забыть ее, кто она. Но потом замок рухнул, и свет поднялся из руин. Свет поднялся из того места, где она ждала конец. Нет, она не сомневалась. Сомнения были в ней, но пропали, но описывать все Кирану долго. Им нужно уходить.

— Тебе придется довериться мне, — она выдержала его взгляд. Она знала, что любила его, когда увидела его решение на лице, его доверие. Он кивнул, поднял сестру на руки, готовый следовать за ней.

Пози плыла вперед, часто оглядываясь на Кирана. Вверх, куда указывал луч света. Они плыли, казалось, часами, но то были минуты. Гора под озером становилась стеной с одной стороны от них, и вскоре Пози увидела, что стена окружила их и сужалась. Этот путь был единственным. Они плыли в проходе, других вариантов уже не было.

Но Пози знала, что ее руки и ноги не выдержат больше. Она сильнее ощущала холод воды, ей казалось, что вода сильнее давит на тело. Конечности казались тяжелыми и неуклюжими, дышать стало сложнее. Магия теряла силу. Она в панике оглянулась. Киран тоже страдал, он еще и нес сестру.

— Скорее! — пыталась кричать она, но вода лилась в рот, глаза жалило.

Пози знала, что ничего не может сделать для Кирана. Ему придется спасаться самому. Вместе они только утонут. Она пыталась плыть вверх, голова кружилась, легкие пылали. Ее уже ничто не защищало, ледяная вода сковала тело. Голос зазвучал снова в ее теле и разуме:

— Борись, Пози.

Она боролась. Боролась, пока не закончились силы. Но она нашла еще немного. Ее разум кричал на голос в ней, потому что горло не могло.

«Зачем бороться, если это невозможно?».

— Борись, — гневно приказал голос.

Она вырвалась из воды, вдохнула и чуть не расплакалась от боли, усталости и облегчения. Солнце светило ей в лицо, слепя, она закрыла глаза. Пози выбралась на берег и рухнула, ноги остались в воде. Киран был следом, вытащил сестру на берег и выполз сам, упал рядом с Пози. Она ощутила, как он поцеловал ее в макушку, а потом она уснула на мокрой траве.


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Слова Автора



Холод разбудил Пози. Солнце высушило ее платье и волосы, но ночной воздух окутал ее, и холодная земля была бездушным камнем под ней. Она села, все болело. Она огляделась. Они были на маленькой поляне, окруженной густым лесом, а с четвертой стороны был глубокий пруд, откуда они выплыли пару часов назад. Полная луна висела серебром в небе, больше, чем луна в мире Пози. Поляну заливал белый свет, а в деревьях были темные тени.

Киран был в стороне, пытался развести огонь. Он унес Эванту от воды и укрыл ее своим плащом. Если бы Пози не знала, что там принцесса, она подумала бы, что рядом с Кираном сверток одеял, такой маленький и неподвижный. Киран повернул голову, услышав, что Пози пошевелилась, и поспешил к ней.

— Я проснулся не так давно, — сказал он, — но это место явно зачаровано.

— Что? — ноги Пози дрожали от слабости, она пыталась встать. — Почему?

— Я не могу развести огонь, как бы ни пытался, — тихо сказал он. — И ветер не дует, листья и вода не шевелятся, пока мы здесь. Тут магия.

Пози поежилась и кивнула.

— И что нам делать?

— Думаю, — Киран посмотрел наверху, — тут скоро что-то произойдет. Полная луна, и тогда в старых сказках творится волшебство. Мы можем подождать… пока луна не поднимется выше.

— А потом? — Пози смотрела, как на лице Кирана двигаются тени.

— Посмотрим, — только и сказал он.

— Твоя сестра? — Пози посмотрела на комочек рядом с ними.

— По-прежнему, — ответил Киран, стиснув зубы. Он рассказал Пози, как нашел принцессу, и что он сделал. Он рассказал, что она говорила, а потом глубоко уснула. — Она дышит, порой дрожит, но больше ничего. Она не говорит, не открывает глаза. Но пока она жива, есть надежда. Мы не спасли ее зря, — упрямо сказал Киран.

Пози надеялась, что он прав, хотя при виде принцессы было сложно поверить в это. Она словно уже покинула мир. Ее милое личико было пепельным и каменным. Ни один мускул на лице не двигался, и Пози не знала, как Киран понял, что она дышит — грудь Эванты не вздымалась и не опадала. Она вдруг с трепетом вспомнила, что принцесса уже много раз умирала в этой странной истории ради Сюжета. Она вспомнила слова кентавров — что умершие вне Сюжета не возвращаются. Пози посмотрела на Кирана, стараясь скрыть безнадежность.

Шорох меча Кирана заставил ее обернуться. Он смотрел на край леса, где шевелился маленький силуэт. Сердце Пози забилось быстрее, а потом она увидела, что это сова, жемчужно-белая в свете луны, яркие глаза потускнели. От боли.

— Ноктюрн? — вдруг сказал Киран, выйдя к существу и чуть опустив меч. Пози тоже его узнала. Он пришел в ее комнату в ночь спасения.

— Да, да, это я, принц, — прозвучал уставший голос. — Прошу, не убивайте! Я так далеко прошел! — сова упала пернатой грудой.

Киран и Пози успели подбежать к сове, увидеть раны, а потом большая тень появилась на земле перед ними, такая большая, что на миг перекрыла свет луны. Пози охнула и обернулась, но тень все двигалась. Большая птица неслась к ним, и они упали на землю. Пози увидела острый черный клюв, услышала, как хлопнули большие крылья с шипением воздуха. Киран перекатился и вскочил с мечом перед собой.

Существо пролетело и опустилось в неподвижный пруд воды, вызвав небольшие волны, его большие белые крылья были высоко подняты, замедляя полет. Оно скользнуло по воде, опустив голову на изогнутой белой шее, глаза сияли, как черные бриллианты, глядя на них.

— Лебедь, — выдохнула Пози.

— Этой ночью я лебедь, да, — сказал знакомый голос. Она пошла к темному пруду с колотящимся сердцем. Она не знала, что ощущала, она боялась и не боялась этой птицы. Она ощущала, что часть ее хочет убежать от птицы, но тело хотело подойти.

Киран схватил Пози за запястье, не пустив далеко, и оттащил к себе.

— Нет, — сказал он.

Пози слышала страх в его голосе. Она тряхнула его и прошептала, едва понимая себя:

— Убери меч, Киран. Я знаю, кто это.

Лебедь тряхнул крыльями и поднял красивую голову.

— Да, ты меня знаешь, дитя. Думаю, юный принц должен был узнать того, кто написал его.

— Написал…? — поразился Киран. — Не может быть! Вы не можете быть Автором.

— «А почему нет?» — должен спросить я, — голос лебедя был со смехом. — Но у тебя нет ответа. Почему я не могу быть Автором, что приходит в свою историю, когда хочет? Многие делали так до меня.

— Но я… — голос Кирана дрожал. Пози сжала его холодную руку. — Я не знал, что вы настоящий. Никто не знал. Они думают, вы — миф или легенда, история, в которую никто уже не верит.

«Автор… история в его истории», — подумала Пози.

— Хмм, — черные глаза лебедя потемнели, он заплыл в тень дерева. — Во что веришь ты, принц? Я — миф?

Киран не сводил взгляда с лебедя, но ответа долго не было. Тишина ночи затянулась, и Пози подумала, что он не хочет отвечать. Наконец, он едва слышно шепнул:

— Нет.

Деревья вздохнули, луна засияла ярче.

— Но, — неожиданно продолжил Киран, — хоть я верю вам, я не понимаю, почему вас так долго не было в истории? В вашей истории? Почему вы позволили ей начать гнить и так сильно измениться?

— Помнишь, когда она была написана? — голос лебедя был с надеждой.

— Теперь да, — Киран опустил темную голову. — В королевстве не помнил… Я мало, что там помнил. Но потом это медленно приходило ко мне за дни в Дикой земле. И чем больше я вспоминал о начале истории, тем больше понимал, как она исказилась.

— И твое юное сердце разбивалось все сильнее, да, — прошептал лебедь, выплывая из тени, прекрасный в свете луны. — Кто знает это лучше меня?

Пози уловила шорох и писк. Она обернулась и увидела, что Ноктюрн пришел в себя и потрясенно смотрит на лебедя.

— Я знал! — сова неуверенно подошла к ним. — Я знал, что тут может случиться магия! Я знал, что найду вас здесь!

— Да, совушка, — голос лебедя был теплым. — И каким смелым ты был! Подойди.

Ноктюрн не мешкал, прошел, шатаясь, к берегу, где выбрался из воды лебедь. Он поднял большое крыло, и сова оказалась под ним. Он склонил голову плавным движением, словно хотел шепнуть тайны маленькой птице под его крылом. Пози и Киран стояли как статуи, смотрели. Лебедь поднял крыло, и Ноктюрн вышел оттуда без ран.

Пози охнула, теперь у нее не было сомнений. Только Автор истории имел над ней полную власть. Киран задумчиво смотрел на Ноктюрна, а потом кивнул и взглянул на лебедя.

— Вы не ответили, — сказал Киран. — Мне нужно знать, где вы были так долго, и почему оставили Сюжет и персонажей беспомощными?

Лебедь высоко поднял голову и издал клич, что отразился от воды и ударил по деревьям.

— Мне не нужно отвечать тебе, мальчик, — в голосе был тот же гнев, как и тогда, когда он приказывал ей бороться за жизнь. — Я написал тебя, ты мой, — продолжил он твердо, сверкая глазами. — Но я написал не все, что ты делаешь и думаешь. Я не пишу твои решения. Не потому, что не могу, а потому что не буду. Может, когда ты однажды станешь отцом, принц, ты поймешь, как пустеет сердце, если твой ребенок — пустая игрушка, которую можешь сам двигать. Нет. Приятнее наблюдать, как он старается стать собой, находит границы и решает переступить их сам, видит врага и находит силу бороться с ним.

Лицо Кирана было каменным. Он молчал.

— Я не любил бы своих персонажей, — прошептал Автор, — если бы не дал им жить. Они должны жить, хоть и совершать ошибки.

— Жестокие и фатальные ошибки, Автор, — голос Кирана дрожал, как у ребенка, который старался за гневом скрыть печаль.

— Да, жестокие. И многие умерли. Это цена свободы и выбора, мудрости. И когда ты наберешься своей мудрости, юный принц, ты поймешь, что выбор можно сделать только ради любимых. Другого пути нет. Это закон и история… если это истинная любовь.

— Но это ваши персонажи! Мы ваши персонажи! — воскликнул Киран. — Я… не хочу быть куклой, но… вы не можете помогать нам, когда это нужно? Посмотрите на мою сестру! — закричал он. — Она при смерти из-за того, через что прошла, и это не ее вина. И мой отец, причинивший эти страдания, сидит на троне и не печалится, что потерял нас. Не страдает из-за того, сколько жестокости обрушил на нас.

Пози ощущала слова в воздухе, хотя Автор молчал.

«Откуда ты знаешь, что думает и чувствует твой отец?» — может, это был ее вопрос, а не Автора.

Слезы лились по лицу Кирана, и сердце Пози разбивалось. Он знал, что такое настоящая пустота, как и Пози, как и многие люди во многих мирах. Эта мысль о людях заполнила ее из-за их одиночества и печали. Она плакала, ее сердце горевало, как и у Кирана. Казалось, выливали чашку яда, чтобы она была готова для чего-то нового, хорошего. Она подняла голову и увидела с болью и радостью, что из глаз лебедя капают черные слезы, и на его благородном лице запечатлена печаль.

— Дети мои, — сказал Автор, его черный клюв был кусочком полночи у воды. — Когда-то вы поймете, когда-то узнаете… вы должны учиться сами, падать и побеждать сами. Если я сделаю это за вас, напишу слова, чтобы вы следовали им слепо, то решение будет не от вашего сердца, и вы станете просто персонажами. Если вы можете забыть меня, как сделали многие, то, значит, вы можете и помнить меня.

— О, да, да! — запищал Ноктюрн. Пози вздрогнула, забыв, что он стоит у их ног. — И персонажи помнят, Автор. Они выходят из тумана! Сюжет их больше не держит!

Пози и Киран заинтересованно посмотрели на него.

— Я встречал созданий в лесу, пока искал принца, и они сказали… что слышали у Границы. Что в ваше имя, Автор, там мятежи! — он повернулся к Кирану. — И во имя вас, принц. Люди выступили против короля и просят изменить Сюжет.

— Да, — сказал лебедь. — Сюжет сильно изменится, и Дикая земля с ним.

— Но, — Ноктюрн помрачнел, — многие погибли, выступая против короля.

Киран крепко сжал меч, который все еще держал.

— В этом отец хорош, — процедил он. — В убийствах.

— Но и королева приказывает убивать, — быстро сказал Ноктюрн. — Ваш отец, король, сражается с армией у Границ. Так сказали в лесу. Королева Валанор осталась править замком и пленными.

— Что еще сказал дикий народ, совушка? — спросил нежно Автор, хотя Пози подозревала, что он уже знал.

Сова взъерошила перья в волнении.

— Говорят… что раз персонажи бунтуют, то… — он затих, — слова истории меняются. Меняются. Никто… никто не верил, что такое может быть! — его глаза были огромными от удивления. — Но об этом теперь шепчут всюду. И они зовут вас, юная леди, и вас, принц Киран… Меняющими слово.

— Меняющие слово? — повторила Пози, трепет вдруг пробежал по спине.

— Да, — закивал Ноктюрн. — Они говорят, Сюжет меняется из-за вашего задания.

— Да? — удивился Киран. — Откуда они знают о нашем задании?

— Они не знают, — быстро сказал Ноктюрн. — Но вы покинули королевство, и бедная девочка оказалась поддельной принцессой… так что поползли слухи.

— Это была моя служанка, Олена! — покраснела Пози, вспомнив, что и сама была фальшивой принцессой. — Служанка Эванты, — исправилась она. — Она сбежала?

— О, да! Отец Олены бросил свою роль как персонажа, узнав, что они хотят сделать ее принцессой и… принести в жертву. Он ворвался в замок с несколькими остальными и забрал Олену и всю семью в укрытие на Дикой земле. Все начало быстро меняться, когда вы ушли. Когда Олену спасли, король повел армию к Границам. Пара сражений уже прошла.

— Интересно… — задумчиво сказал Киран и затих. — Ноктюрн, — он быстро повернулся к сове. — Думаю, ты пришел как друг, раз все это рассказываешь.

— О, да! Да. Я покинул Совет сов и пришел предупредить… о, да, я должен предупредить, что задумал Фалак… — но Ноктюрн вдруг посмотрел наверх, словно что-то услышал или увидел. Пози тоже услышала шорох, как от крыльев. Она посмотрела на деревья, куда глядела сова, и увидела черный силуэт, быстро улетевший из виду. — Квинтус, — прошептал с дрожью Ноктюрн, следя за силуэтом. — О, что я наделал? Я привел их к вам! — он был в панике. — Он расскажет Фалаку, где мы!

Киран и Пози переглянулись.

— Не переживай, друг, — сказал Киран сове. — Ты поступил правильно. Ты нашел нас. Ты предупредил о делах короля. Это важно.

— Я не знал, где вы будете, — признался Ноктюрн, — но подумал… что Фалак послал сов сторожить выходы из Уныния. Я помнил этот и немного надеялся. Мы, совы, забываем прошлое не так легко, как люди. Магия королевства не закрывает нам глаза, как вам. Мы знали об этом месте, его магии, еще с написания Сюжета.

— Ты молодец, — сказал лебедь с теплом.

Киран кивнул.

— И Фалак послал тебя охранять этот выход?

Ноктюрн помрачнел.

— Нет, — сказал он. — Меня изгнали из Совета сов. Я усомнился в желании Фалака убить вас.

Убить их. Они знали это.

«И, — подумала Пози, — раны Ноктюрна были подарком на прощание от Фалака».

— Фалак хочет, чтобы нас убили вне Границ? — медленно спросил Киран, по голосу было ясно, что он уже знает ответ.

— Да, — жалобно сказал Ноктюрн. — Он хотел, чтобы вы пропали из Сюжета. Я потому пришел предупредить. Фалак хочет убить вас троих, а еще короля. Он хочет… — сова сглотнула. — Хочет сам стать правителем Сюжета.

Пози взглянула на Кирана, его лицо удивило ее. Там был страх. Такого не было, когда упомянули его смерть, но теперь он подумал о гибели отца.

— Что нам делать? — серьезно спросил он у лебедя, что тихо ждал.

— У вас есть друг, вы нашли сестру, — спокойно сказал лебедь.

— Друг? — спросил Киран.

— Уже забыл, что сделал для вас Алвар?

— Алвар! Нет, я не забыл, — Киран звучал устало.

— Мы встретим его армию как можно скорее, — сказала Пози. Она повернулась к Автору. — Вы же знаете, где они? Или… — она запнулась. — Может, вы сможете перенести нас туда?

— Я могу, — кивнул лебедь, — но не буду. Нет необходимости, а мне нужно в другие места, ведь Дикая земля пробудилась, персонажи вспоминают. Нужно подготовить бой, и Дикому народу нужен сильный лидер. Они жили на окраине Сюжета так долго, что привыкли жить во тьме леса, нужен тот, кто пробудит их смелость. Но не бойтесь, вы безопасно доберетесь до армии Алвара. И я отправлю вам подкрепление.

— Но… — начал Киран.

— Нет, — остановил его Автор. — Время вопросов и слов вышло. Я написал тебя и сделал таким, но потому, что я надеюсь и люблю тебя, я отступлю и посмотрю, из чего ты сделан. Я хочу, чтобы мои персонажи жили, сами принимали решения. Какой Автор этого не хочет? Но пообещайте, — серьезно продолжи он, — что, хотя вы измените слова, вы будете верны изначальному Сюжету, который ты помнишь в глубине души. Королевство нужно восстановить, и тогда оно сможет жить в мире.

Киран тихо кивнул.

«Как просто, — Пози наблюдала за ними. — Как обманчиво проста эта ответственность».

Автор прошел к Эванте, лежащей на траве, накрыл крылом ее маленькое тело, как с Ноктюрном. Он тихо и нежно говорил ей на ухо слова. Пози представила открытую книгу, слова на странице. Слова кружились и менялись, оставляя место для новой части истории, перемены, что посылала рябь, как камень, брошенный в воду. Слова автора могли все изменить.

Принцесса дрогнула и зашептала, Киран поспешил к ней, сжал руку, слезы лились из его глаза.

— Она поспит, — сказал Автор, — но проснется и вернется к тебе.

Лебедь вытянул шею и завопил небу. Вскоре стало видно трех лебедей у луны. Они опустились рядом с Автором и кивнули ему.

— Они отнесут вас, куда нужно, — сказал Автор. — Прощайте, Меняющие слово.

Лебедь полетел, а они даже не успели ничего сказать. Автор таял в облаках и свете луны, поднимаясь все выше, и пропал.


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Шпионы и планы



Квинтус летел быстрой черной тенью в ночи, без устали, его подгонял триумф в венах. Его острое зрение заметило пару раз внизу мышь, но он подавил голод и желание убить. Он не тратил ни мига, ему нужно было передать новости.

Он летел над деревьями Дикой земли к Границе, увидел огоньки, уловил шорох, словно под деревьями спало большое существо. Костры, спали солдаты. Армия не короля. Большая. Он смотрел туда, это важно было передать Фалаку. Он знал, что новости о принце подождут, ему нужно было разведать. Он дождется рассвета, когда солдаты выйдут из палаток. Когда он поймет, сколько их здесь, он пересечет Границы и вернется в королевство.

Квинтус тихо опустился на дерево в центре лагеря, задумчиво посмотрел на угли огней. Может, это была армия Алвара, о котором говорили принц и лебедь.

Тот лебедь. Это другое. Он спешил сделать отчет Фалаку, но что он расскажет? Поверят ли, что лебедь — это Автор? Он не мог рисковать. Он не хотел показаться лидеру дураком, или опозориться перед королем, которого почти не уважал. Он решил, что назовет лишь точные факты, слова, что услышал, и то, что увидел. И все. Он верил, что лидер примет правду холодно, Фалак не будет винить Квинтуса, который лишь передавал новости.

Рассвет тихо подкрался к горизонту, его краски растянулись среди деревьев. Свет слабо прорезал туман, что висел призраком над деревьями. Квинтус увидел большую и полную луну, что тускнела, ее медленно затмевало яркое солнце. Люди постепенно выходили, просыпаясь, тихо говоря. Некоторые начали оживлять костры. Квинтус заметил крупного мужчину, что решительно шел по лагерю, его мышцы выделялись, рыжие волосы сразу бросались в глаза. Он понял, кто это, раньше, чем его позвали:

— Алвар! Сколько еще ждать принца?

Не вызов. Не совсем. Квинтус фыркнул от радости, увидев вопросы солдат Алвару. Что лучше неуверенности в лагере врага? Фалак обрадуется.

Алвар замер и медленно повернулся в заговорившему с ним. Он молчал. Мужчина решил, что это приглашение задать вопрос снова.

— Принц мог уже погибнуть, как и его сестра. Если они так глубоко в Дикой земле, и их не видели три недели, то мы не можем верить, что они вернутся. Существа Дикой земли могли… — он понизил голос и с опаской оглянулся, — убить их… съесть! Или хуже.

— Хуже? — ровно заговорил Алвар. — Мне жаль, что ты считаешь что-то хуже смерти или съедения, — он улыбнулся без юмора и собрался отвернуться.

— Многое хуже, если послушать истории, Алвар, — возмутился солдат. — Дикий народ может… влиять на тело и разум, и смерть покажется даром, — солдаты тихо собрались вокруг них и слушали.

— Дикий народ так делает? — Алвар повернулся с предупреждением в голосе. — Ты о диком народе, что решил сражаться с нами? Который вышел из укрытия, чтобы помочь свергнуть короля, что на них не влияет?

Сомнение мелькнуло на лице мужчины, может, след стыда. Квинтус знал стыд перед лидером, и он узнал его с горечью. Но мужчина открыл рот и продолжил:

— Мы не знаем точно… — начал он.

— Тут я тебя оставлю, мой друг, — Алвар не злился, но голос содержал невысказанную угрозу. И если этого не хватало, то лицо Алвара дополняло. Он шагнул ближе, впившись взглядом в солдата. — Мы не будем обзывать дикий народ, помогающий нам. Ни ты, ни кто-то еще, — он мрачно посмотрел на солдат вокруг. — А ты, — он вонзил палец в грудь мужчины, — будешь ждать моего приказа. Сделай завтрак, — он махнул на костер, его гнев пропал так же быстро, как возник.

Квинтус видел размер армии Алвара. Это даже армией не было. Он обрадовался.

Около двух или трех сотен людей, это не обеспокоит Фалака. Он не знал, сколько дикого народа придет на помощь, и это его беспокоило. Дикий народ оставался в лесу, в изгнании веками, и о них почти не слышали. Квинтус даже не помнил, кто там жил. Но предатель Ноктюрн говорил принцу, что народ Дикой земли говорил об Авторе спустя долгие годы. Они шевелились.

Это его тревожило.

Он увидел достаточно. Он взмахнул черными крыльями и полетел.

* * *

Пози так еще не отдыхала, как в ту ночь. Казалось, на лугу текла жизнь. Она легла на темную землю со мхом, когда Автор оставил их, и не смогла отличить биение сердца земли от своего. Все казалось верным, и вся боль до этого не имела значения. Они с Кираном были вместе и выжили. Они нашли принцессу, и она скоро будет в порядке. Автор пришел к ним, говорил с ними. Ее печали были далекими. Ничто ее не тронуло бы в этом месте этой ночью.

«Завтра, — на миг подумала она, пока глаза слипались. — Я буду переживать завтра».

* * *

Зазвучали рожки, королева Валанор вышла на балкон с видом на Площадь суда. Маленькое место, оно не предназначалось для толпы, что тут собралась. Но в Сюжете не было этой части. Она ощутила горечь. Она прищурилась, глядя на двух существ в цепях внизу. Кентавры. Ей не нравилось даже думать про это слово, и она отказывалась его произносить. «Чудовища» подходило лучше. Бесформенные звери, что проникли в чистый Сюжет. Их изгнали, но они пересекли Границы.

Эти двое были из нескольких выживших в бою в Дикой земле пару недель назад. Они стали группой бойцов и напали на армию у Границы. Королева ощутила кислое недовольство от такого непослушания и неуважения. К счастью, они провалились. Королева чуть не рассмеялась, вспомнив, как просто их было поймать. Один из кентавров посмотрел на нее кристально-голубыми глазами, пронзив ее, как лезвием, белые волосы сияли, словно с вызовом.

Ее смех застрял в горле и пропал.

— В темницу их для казни с остальными.


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Сбежать



В королевстве не было времен года, как сказал Киран. Как, если они застряли во времени? У них было все время нечто среднее между концом зимы и началом весны, и это повторялось с Сюжетом, когда приходил читатель.

Но здесь, на Дикой земле такого не было. Весна расцветала на ветвях буйством жизни, словно хотела доказать себя. Пози проснулась и увидела всюду зелень. Она посмотрела на Кирана, а тот сидел, скрестив ноги, на земле рядом с местом, где спал, обвивая рукой плечи сестры, которая сидела, проснувшись, выглядя хрупкой и маленькой рядом с братом.

Сердце Пози дрогнуло. Она не знала, что ожидать от принцессы, которую они столько искали.

— Но она сестра Кирана, — прошептала она себе, — уже за это я ее полюблю, — она поправила мятое платье, встала и распутала пальцами волосы, подавив стон из-за того, как она должна была выглядеть.

— Пози! — бодро позвал Киран, заметив, что она проснулась. — Иди сюда!

Пози прошла к ним, глядя на лицо принцессы. Она была милой. У нее были нежные и светлые сиреневые глаза, а у Кирана темные и яростные. Ее маленькое бледное лицо с острым подбородком казалось детским, а глаза — огромными на нем. Она была худой, как тростинка, и золотые волосы локонами ниспадали на ее спину и вокруг плеч.

Пози присела в реверансе, как могла, склонилась, и ее тусклые каштановые волосы задели щеки. Ее уши пылали из-за того, как она отличалась от принцессы, и она вдруг поняла, что Киран пристально смотрит на нее. Она встала, глядя на принцессу, избегая взгляда Кирана.

— Принцесса Эванта, — заговорила Пози хриплым шепотом.

— Прошу, — быстро сказала Эванта, шагнув к ней, — не надо! Я так не хочу, милая!

Пози в смятении посмотрела на Кирана.

— Она не хочет, чтобы ты ей кланялась, Пози, — сказал он с улыбкой. — Не после того, что ты перенесла, спасая ее. Я все ей рассказал, пока ты спала.

— Все? — больше Пози ничего не придумала в ответ.

— Ну… — Киран подмигнул ей. — Все, что ей нужно знать.

Пози опустила быстро взгляд, ее лицо покраснело.

— Брат! — возмутилась Эванта, но в голосе бурлил смех. Она прошла к Пози, взяла ее за руку и посерьезнела. — Киран рассказал, как храбро ты искала меня. И что ты отправилась в путь первой! Как мне тебя отблагодарить, милая? Я знаю, что не смогу.

— О, — Пози покачала головой. — Я… — почему она ничего не могла придумать?

Теплая ладошка Эванты на ее руке неожиданно успокоила, и Пози посмотрела на лицо принцессы.

— Я пошла бы на все, чтобы спасти того, кто так близок сердцу Кирана, — сказала Пози, не зная, откуда слова.

Эванта кивнула, ее глаза сияли.

— Он тебя любит. Это ясно, — спокойно сказала она, к удивлению Пози. — Я это подозревала, пока он рассказывал о тебе, но одного его взгляда на тебя хватило, чтобы убедиться.

«Это принцесса, — напомнила себе Пози, — которая говорит и делает так, как никто не осмеливается», — она не должна была так поражаться словам Эванты.

— Но пока мы об этом не будем, — улыбнулась принцесса. — Киран сказал, вы оба говорили с Автором, и нам куда-то нужно?

— Да, — Пози запнулась. — Но разве тебе не нужно отдохнуть немного? Ты через столько прошла!

Эванта опустила взгляд и помрачнела.

— Я видела столько печали, — согласилась она и подняла голову. — Но нужно думать о будущем королевства и Дикой земли. Мы должны идти.

Лебеди, которых оставил Автор, шагнули вперед, словно из леса. Они приблизились, и Пози увидела, какие они большие — во много раз больше лебедей ее мира — и какими сильными выглядят их крылья.

— По одному на каждого, — сказал Киран, гладя шею ближайшего. Он помог Пози и Эванте забраться на лебедей, сел на своего. — И теперь к Алвару и его армии, — решительно сказал Киран.

Лебеди быстро поднялись в небо, и место магии осталось точной под ними, а потом его уже не было видно.

* * *

Король Мелантиус вышел из палатки к отрядам, стоявшим на поле. Он мало спал ночью, он вообще почти не спал. Он, его главный советник и еще два близких советника были за тяжелой тканью его палатки, изучали карты и обсуждали, как лучше защищаться от незнакомого врага и, как говорил Фалак, методов атаки. Они спрашивали, спорили, обсуждали, и он едва понимал уже, что говорит, и прогнал советников из палатки резче, чем хотел. Он был сонным, но что-то во взгляде Фалака, когда он улетал, вызвало у него тревогу. Мелантиус постарался поспать хоть немного, растянувшись в палатке, а потом не думать об этом.

Он подавил зевок и постарался отогнать недовольство, пока шел по лагерю среди солдат, Фалак летел у его плеча.

— Король, — тихо сказал ему Фалак, — нам нужно принять решение насчет того, что мы обсуждали ночью, — Мелантиус на миг закрыл глаза, сдерживая раздражение. Он шел и не отвечал сове. Ему надоело говорить особенно с этой наглой птицей. — Думаю, мы должны ударить раньше врага, — продолжил Фалак.

— Я знаю твои мнения, Фалак, — сухо сказал король, желая отогнать существо от себя. Уголок его рта дрогнул от мысли об этом.

— И? Мы тут уже четыре дня, и мы лишь осматриваем солдат каждое утро, следим за их тренировками и за Границей. Две стычки — все, чем мы смогли показать свою власть.

— И? — зарычал Мелантиус, повернувшись к советнику. Фалак замер, ему пришлось опуститься на землю и стать ниже короля. Мелантиуса это обрадовало, он знал, как филин это ненавидит, даже если выше него король.

Фалак растерянно посмотрел на него и заговорил медленно, словно с ребенком:

— И… все это хорошо, да, сир. Но куда это ведет? К ожиданию, что что-то случится с нами. Мы должны случаться! Мы найдем врага за Границей и уничтожим.

— О, так просто? — Мелантиус пошел к своей палатке, закончив осмотр. — И как мы найдем этого врага? Я не пущу половину людей блуждать по Дикой земле днями в поисках врага, которого может и не быть.

— Он есть, — просто сказал Фалак, раскрыв глаза шире. — И нам нужно лишь выждать, пока вернется мой разведчик. Но нужно напасть на Дикой земле. Победа не поможет, если проигравшие появятся, как только читатель откроет книгу.

— Ясно. Я приму решение, поговорив с твоим разведчиком. А пока продолжим так. Нет! — закричал он, когда Фалак открыл клюв. — Это последнее слово короля. Иди… к своим обязанностям, — он махнул рукой и отвернулся.

«Моя обязанности, — скалился мысленно Фалак, улетая. — Конечно. Следить за ним, чтобы он все не испортил, не разрушил свое жалкое королевство. А если и разрушит? И что такое — еще один день ожидания? Если бой пройдет в Дикой земле, где смерть заберет его и не даст ему вернуться, я буду рад. Иначе… придется взяться за это самому».

Крики донеслись из лагеря, Фалак резко повернулся туда. Он увидел группу солдат, что боролась с тремя кентаврами, закованными в тяжелые цепи.

«Ах, — подумал он, — диверсия с утра».

— Да, да, — он полетел над борьбой. — Подавите их, иначе ответите передо мной.

— Перед тобой? — загудел с сарказмом король Мелантиус. — Думаю, это страшнее, чем отвечать королю.

Фалак замер, не ожидая, что его так поймают, он думал, король ушел в палатку. Но его удивление быстро сменилось гневом от слов короля.

— Хватит летать кругами, спустись и скажи, что это такое! — кричал король. — Я не приказывал вести пленных на поле боя. Лучше постарайся объяснить.

— Король, — Фалак изобразил уважение, хоть кипел внутри. — Я это приказал. Эти звери все равно должны умереть, но мы можем выведать у них планы врага. Может, — он понизил голос, чтобы слышал только король, — они что-то знают о вашем сыне и дочери.

Король застыл, возражение пропало с губ.

— Хорошо, — сказал он. Фалак отвернулся, пряча насмешку, и посмотрел на кентавров.

Они были красивыми, хоть Фалаку и не нравилось это признавать. Большие и сильные, даже женщина. Чтобы сдержать их, Фалак приказал цепи и веревки использовать, как на обычной лошади. Он думал устроить арену в лагере, чтобы солдаты попробовали покататься на звере веселья ради — он знал, кентавры такое ненавидели — но отогнал идею, не желая, чтобы солдаты отвлекались от боя. Он взглянул и отметил лица в синяках и порезах, такие же спины, он приказал не убивать их, мало кормить. Голодный зверь — слабый зверь.

— Итак, — резко сказал он. — Кто из вас скажет о принце и принцессе? Мы не хотим терять время. Их отец хочет найти их, чтобы они не попали в гущу боя.

Большой кентавр, мужчина с белым телом, светлыми косами и голубыми глазами, рыл копытом землю и зло фыркнул:

— Ты, — медленно сказал он, — дурак, если думаешь, что мы поверим твоему лживому языку, сова. И еще глупее, если думаешь, что мы будем тебе отвечать.

Фалак скрыл гнев, умея это хорошо, и только кивнул без эмоций в круглых глазах. Он повернулся к королю.

— Позволите убить женщину, сир, если нам не ответят?

Король Мелантиус рассмеялся, как от забавы.

— Как хочешь! — его плечи были расслаблены, ему нравилась сцена, он не перечил жестокости Фалака к другим.

Женщина-кентавр повернулась, насколько позволяли цепи, и сказала:

— Факсон, не давай этому остановить тебя. Ты знаешь, что должен молчать.

Глаза Факсона потемнели, он смотрел на нее, как в трансе. Он покачал рассеянно головой и лишь тихо сказал ее имя:

— Карис.

— Факсон! — тревожнее повторила она. — Слышишь меня? Пусть убьют меня, если должны… помнишь уговор? Моя жизнь не стоит разрушения Дикой земли. Мы договорились. Топаз тоже, — она кивнула на другого кентавра.

— Это трогательно, как ты хочешь спасти лидера и Дикую землю, леди-конь, — сказал холодно Фалак. — Посмотрим, что сделает твой друг… спасет ли он тебя после твоей милой речи?

Три солдата окружили ее, удерживая, а четвертый прижал меч к ее горлу. Факсон не говорил, лишь смотрел на нее.

— Расскажешь теперь о планах Дикой земли? Где дети? Где армия? Или ты? — он заговорил с третьим кентавром, что тихо стоял рядом.

— Я ничего не скажу, — покачал Топаз темной головой. — И угрожать моей жизни и другим жизням без толку. Факсон хорошо это знает, — его золотые глаза посмотрели на лицо Факсона, словно передавая послание. Факсон ожил.

— Да, — сказал Факсон. — Я не буду говорить с тобой. Что бы ты ни сделал, — он посмотрел на Карис, она храбро кивнула.

Солдат с мечом у ее горла посмотрел на Фалака, и Фалак едва заметно кивнул, позволяя. Он сжал хватку на ней и прижал меч к горлу, готовясь провести им. Он замешкался на миг и умер. Топаз развернулся и ударил задними ногами в грудь солдата. Он отлетел, как безжизненная игрушка, и упал на землю со стуком грудой костей. Его меч вылетел из руки, и Факсон вытянул руку и поймал его.

Солдаты, Фалак и король ошеломленно смотрели на разбитое тело на земле. Тишина длилась лишь миг, а потом воцарился хаос.

— Убить их! — визжал Фалак, король ревел в ярости имя Фалака. С мечом Факсон бросился к группе солдат. Он убил еще троих раньше, чем они поняли, что происходит, а потом ударил по цепям на Карис и Топазе.

— Бегите, — сказал он им, и они послушались и побежали к Границе.

Факсон медленно подошел к королю. Оставшиеся два солдата не защищали короля. Мелантиус подавился, его глаза чуть не вываливались из орбит, он отпрянул от кентавра.

— Если… убьешь меня, выдавил король, — нападет моя армия. Ты не сбежишь.

— Я не боюсь ни тебя, ни всю твою армию, — лицо Факсона сияло гневом. — Я скажу тебе: в подземелье замка несколько моих товарищей-кентавров. Отпусти их.

— Что? — пролепетал король. — Я не могу сделать это сейчас… я здесь… а они… там.

— Отправь гонца, а я посмотрю, — Факсон шагнул к королю, меч был направлен к его горлу.

Король кивнул Фалаку, который смотрел в восторге и ужасе. Фалак махнул одному из солдат, глядящих на сцену, и он забрался на лошадь, чтобы доставить послание.

— Дай ему свое кольцо, — спокойно сказал кентавр.

— К-кольцо? — король накрыл кольцо пальцами, словно защищал.

— Он должен доказать, что это твое послание. Ты это знаешь, король.

— Д-да, конечно, — Мелантиус помрачнел, но отдал кольцо, и гонец ускакал.

— Убивать тебя, — Факсон не сводил с короля взгляда, — я сегодня не буду. Но тебя спасла только наша любовь к твоему сыну. Твоя смерть его опечалит. Но в следующую нашу встречу ты умрешь, — он попятился, развернулся и побежал галопом из лагеря к краю леса, в котором пропали Карис и Топаз.

Несколько солдат, что видели стычку из лагеря, прибежали к окраине.

— Дураки! — верещал Фалак на них, пока они растерянно смотрели на тела товарищей. — Ни на что вы не годитесь! Толку от вас? Вы опоздали!

— Тихо, Фалак, — король тяжело дышал, пока шел к палатке.

— Но, сир! — продолжил Фалак. — Вы не пошлете за ним солдат?

— Нет, — прорычал король. — Нужно быть дураком, чтобы подумать, что я так сделаю после случившегося. Один кентавр в цепях убил троих моих воинов за секунды. Нет, я их не пущу. Юноша! — обратился он к солдату рядом. — Скорее бери коня и догоняй того гонца. Никакого послания отправлять не нужно.

Фалак кивнул.

— Да, хорошая идея, король, — он быстро кивал головой. — Но я все еще не понимаю…

— Довольно, — король Мелантиус медленно оглянулся на главного советника. — Мне не нужно твое одобрение. Мне уже хватило тебя. Можешь вернуться в замок, пока я тебя не вызову, — он отвернулся от совы и вошел в палатку, ткань опустилась перед Фалаком.

— Чт… — начал потрясенно Фалак, глаза округлились. Но он быстро щелкнул клювом и кивнул. Без слов он улетел вверх, а потом направился к королевству. Когда он миновал холм и пропал из виду, он развернулся на запад, а не на юг, где был замок. Он покончил с королем. Больше никаких поклонов и игры в верность. Этому пришел конец, и он мог открыто преследовать свою цель.

— Я не вернусь в замок, пока он не будет моим, — сказал он себе. — Он заплатит, о… он заплатит, — повторял он, пока это стало звучать как заклинание или проклятие.

* * *

Король Мелантиус смотрел в брешь на входе палатки, как улетает Фалак. Он вздохнул, словно бремя сняли с груди. Он не знал, как это произошло, но рядом с этой птицей он ощущал себя не королем, а ребенком. Так он чувствовал себя с женой. Он встряхнулся и провел рукой по лицу.

— Я тут король, — прошептал он. — Мне не нужен советник, не нужна королева, не нужен Автор, чтобы указывать мне, что делать с моим Сюжетом и моим народом.

Он вспомнил ненависть в глазах Фалака, неуважение кентавров, презрение в голосе королевы, предательство детей. Его грудь сдавил страх. Он потерял контроль по пути. Где? Он был в отчаянии. Ответа не было. И он не слушал страх, но и не послушался крупицы мудрости в себе. Он сделал то, что привык.

— В атаку, — громко сказал он, голос ударился о стены палатки и умер. — Если они не слушаются, они будут наказаны, даже если это убьет их. Все же, — он спросил у серебряного кубка на столе перед ним, — я же должен защищать свое королевство от Дикой земли? Мы должны сражаться. Пора, — он ударил кулаком по столу, а потом вызвал воплем солдата. — Армия должна быть готова к рассвету, — закричал он в лицо удивленного мужчины. — Мы найдем жалкую дикую армию и уничтожим, ясно?


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Одиночество



Факсон, Карис и Топаз прибыли в лагерь Алвара к вечеру и нашли Кирана, Эванту и Пози, прибывших на пару часов раньше.

— Говорят, их послал сам Автор! — прошептал один из солдат Факсону, пока вел его к палатке, где отдыхали дети. Кентавр только кивнул.

Встреча была счастливой. Пози опечалилась, узнав, сколько кентавров, которых они встретили, умерли. Она многих не знала. Но их сердца хотели того же, что и она, что и Киран с Эвантой, и было невыносимо жестоко, что они погибли из-за этого. Стонус умер на лугу. Пози помнила, как он не спешил принимать Кирана и Пози, но помог им, довел и дал мудрый совет. Было больно, что он умер за них. Но это показывало важность войны и их победы.

— Печаль естественна, дитя, — Карис коснулась плеча Пози, — пока она в русле. Мы не должны брать ее с собой. Наши друзья знали риск, как и мы, и они были счастливы отдать жизни за Дикую землю и Истинную Историю.

— Истинную Историю? — спросила Пози сквозь слезы, глядя на красивое лицо Карис в синяках.

— Это отличается от Сюжета королевства, боюсь, — сказал Топаз, качая черными кудрями. — Это название дикий народ дал нашему делу. История, в которую нас вписал Автор, а не которую сочинили совет и король.

— Да, — кивнула Пози, слыша в голове слова Автора, обещание Кирана. — Да, — тверже сказала она. Ей хотелось, чтобы победила Истинная История. Но умереть? Она не хотела спрашивать себя сейчас об этом. Она все еще ощущала тягу своего мира, ее удивляло, как быстро она забыла его. Она не знала, вернется ли к семье, если умрет в истории.

Карис провела нежной сильной ладонью по щеке Пози и печально улыбнулась ей.

— Мы надеемся, что до этого не дойдет, дитя.

Она отошла, и тогда Пози поняла, что Карис ответила на ее страх, хоть та не озвучила его.

* * *

Принц и принцесса закрылись с Алваром, Факсоном и Топазом надолго в одной из палаток. Планировали. Пози старалась не обижаться, принцесса вернулась. И чем она поможет в планах боя? Ей пришлось бы участвовать во встрече, но принцесса вернулась, и она снова оказалась на краю. Может, так казалось только ей.

«Принцесса должна была вернуться, это было наше задание! — говорила себе Пози. — И я должна была подготовиться к этому».

Она разглядывала лагерь. Люди и дикий народ прибывали с каждым часом, их армия росла. Она смотрела на дикий народ на краях лагеря. Им было не по себе рядом с людьми, у костров и палаток, у звона мечей и брони. Их тонкие пальцы, волосы как из папоротника, кожа как кора, покрытая мхом, казались ненастоящими в тенях. Нет, они были тут не как дома. Но они были здесь, они хотели бороться за дело, которое поддерживали. Пози знала, что Автор где-то в Дикой земле, пробуждает существ к действиям. Он говорил им, что нужно вызвать смелость. Похоже, пробуждение началось.

Киран и остальные вышли из палатки пару часов спустя, на лес уже опустилась тьма. Пози не поспешила к ним с вопросами. Она сидела у костра и надеялась, что ее лицо не выдает сильное любопытство. Она увидела, как Киран посмотрел на нее и улыбнулся, а потом отвернулся и прошел в лагерь. Она не упустила усталость и напряжение на его лице, и она хотела бы быть храброй, догнать его и все это стереть.

Эванта села у костра рядом с ней. Через пару минут она тихо сказала:

— Решено. Выступаем завтра.

— Так скоро? — Пози не смогла скрыть удивление.

— Похоже, пара солдат заметила сову, следящую за лагерем. Она расскажет королю о нашем размере и расположении. Выбора нет, иначе они на нас вскоре нападут.

— Ясно, — сердце Пози сжалось. Дошло до этого. Должно было.

«Но я хочу больше времени. Больше времени с Кираном. Я не могу пока оставить его. Это разорвет мое сердце», — она знала, что в конце войны, каким бы ни был исход, ее время здесь подойдет к концу. Она невольно всхлипнула. Принцесса обвила тонкой рукой плечи Пози, сжала ее и сказала:

— Понимаю, милая. Может, ты и не думаешь так, но я понимаю.

Пози хотела стряхнуть руку Эванты и накричать. Но не могла, ведь та была такой доброй. Она встала, рука принцессы опустилась.

— Спасибо, — процедила Пози, сдерживая слезы. — Я просто… не могу… — она покачала головой. Зачем заканчивать? Она даже себе это не могла объяснить. Она ушла во тьму леса, прочь от лагеря. Она не любила, чтобы другие видели ее слезы. А их нужно было пролить немало.

* * *

Пози проснулась, замерзнув, во тьме. Она бродила вне лагеря, рыдала, пока глаза не покраснели и опухли, пока лицо не покрылось пятнами. В голову закралось воспоминание, которому было пару лет. То была ночь, и Пози слышала злые голоса родителей снизу. Она отчаянно плакала, воткнувшись лицом в подушку. Пози теперь знала, что пыталась скрыть всхлипы от себя, а не от кого-то в доме.

Та ночь была странной, и, может, что-то злое обрушилось на их дом. Почему-то, когда слезы Пози кончились, она выбралась из постели и пересекла комнату. Она включила маленькую желтую лампу. Ее мама оставила лампу в ее детской, когда она еще была маленькой. Теперь она была на столике, не сочеталась с ее спальней тринадцатилетней. Она прошла к зеркалу. Она склонилась, прижав ладони к столику, ее лицо было в дюймах от зеркала, она смотрела на свое отражение. Темные тени усиливала лампа рядом с ней, ее юные щеки казались впавшими, как у старушки. И в голову пришла мысль:

«Горе может сделать человека ужасным».

Вслух она холодно сказала своему отражению:

— Ненавижу тебя.

И ее слезы прекратились после этого, словно пересох колодец. Она желала в ночи, слушая ссору родителей, слушая с холодом, который не жил долго. Она не была старой, мало видела, чтобы стать черствой. И ее слезы вернулись через пару месяцев. Но она плакала, только когда была одна. Ей не нравилось, чтобы кто-то еще видел, как искажается ее лицо от ужасной печали. И она не смотрела в зеркало после слез, пока не ощущала, что ее лицо стало прежним.

Она сидела под деревом, прислонившись к гладкому стволу, так задумавшись, что лес казался далеким. Она уснула, как изгой, и проснулась в ночи. Она даже не видела оранжевые точки костра лагеря. Было тихо, и мысль с горечью пронзила ее:

«Никто даже не вспомнил меня и не заметил, что я ушла», — она встала, теперь уже злясь, и попыталась что-то разглядеть в тенях. Она думала, что должна бояться, но едва успела пробудить этот страх, когда услышала рядом:

— Если замрешь и помолчишь, будет даже не больно.

Лед сковал вены Пози. Она открыла рот, чтобы закричать, отчаянно надеясь, что кто-то в лагере не спит и услышит ее, но грубая и вонючая рука зажала ее рот, не дав издать ни звука. Она забилась в хватке стальных рук. Мужчина цокнул языком.

— Жаль, — сказал он с насмешливым сожалением. — Я думал, ты умная, раз так сбежала из замка. Но я ошибся. Свяжи ее, Лем.

Их было двое. А то и больше. У нее не было шанса сбежать, если она не может кричать. Крик был ее единственной надеждой. Она яростно боролась, извиваясь, пытаясь выскользнуть из хватки. Но руки мужчины были тисками, она ощущала, как там уже проступают синяки.

— Я просил не двигаться. Я не буду повторять. Тебе повезло, что я уже сказал это раз.

Это было последним, что услышала Пози, и кулак врезался в ее челюсть, боль взорвалась в голове, а за ней пришла тьма, чернее ночи.


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Приготовления



Пыль кружилась у входа в палатку Кирана, Эванта вошла. Она опустилась у койки, где он спал, и нежно посмотрела на него. Не нужно было спешить, она глубоко вдохнула, а он перевернулся и посмотрел на нее. Он сел и тут же увидел, что она принесла.

— Пози, — он забрал у сестры ее плащ. — Эванта? — он вскочил и пошел к выходу из палатки, не дожидаясь ответа.

— Постой, Киран, — окликнула Эванта. — Она пропала, милый.

Киран замер у выхода спиной к сестре. Она слышала его шепот, но не могла разобрать слова, только их горечь.

— Она вернулась, — сказал он, обернувшись.

— Вернулась?

— В свою историю. К своей семье, — его лицо было белым и без эмоций. — Я всегда знал, что так будет.

— Не думаю, — Эванта встала и коснулась его руки. — Люди Алвара уже ищут вокруг лагеря, но там, где нашли ее плащ, были следы борьбы. И ее плащ порван.

— Проклятие, — прошипел Киран, и Эванта не знала, кому он это адресовал. Он стряхнул ее руку и вырвался из палатки.

Алвар ждал его снаружи.

— Принц, — его низкий голос был нежным. Киран пробежал мимо, не замечая его. — Вы ничего не сможете поделать, — окликнул его Алвар.

Что-то в голосе Алвара заставило Кирана замереть. Тревога на его лице сменилась решимостью.

— Это был мой отец.

Молчание Алвара и опущенный взгляд сказали Кирану правду.

— Мы прошли за следами Пози в лес. Следы копыт там с меткой короля. Была борьба, — Алвар запнулся, но продолжил, глядя на Кирана, — и мы нашли кровь на земле.

Киран резко задвигался с бурей на лице. Эванте он на миг напомнил их отца. Киран оглядел лагерь, люди выходили из палаток. Древесный народ скрипел, глядя глазами-желудями и глазами-ягодами на лицо лидера, их волосы-листья шуршали от движений. Кентавры в лагере не уходили далеко от принца, они посмотрели на него.

— Готовьтесь, — с силой крикнул он с болью и гневом на лице. — Мы выступаем через час.

* * *

Мелантиус смотрел на Границы. Деревья покачивались на ветру, как нервные создания. Они зловеще сияли на восходе солнца. Его сын — нет — его враги скоро придут оттуда. Он знал из многих глав своей жизни, из многих повторений Сюжета, что такие мысли плохи перед боем. Он должен был настраивать себя на возможное поражение, но показывать солдатам, что они могли сегодня только победить.

Глупо было доверять сове, бросившей его. Он понял, что винил в этой войне Фалака и Совет сов. И он хотел, чтобы все персонажи так думали. Но что-то шептало в нем, что, будь он сильным королем, добрым отцом, то этого не произошло бы. Но шепот было легко не слушать, и он забыл о нем быстро.

Король знал, что Фалак не вернется. Не было новостей от его разведчика в Дикой земле. И он знал, что об этом сейчас не мог переживать. Бой на носу, и этим утром он приказал воинам готовиться. Если истории о Дикой земле были хоть отчасти правдой, в армии его сына могли быть разные существа.

Его закаленный сражениями разум отогнал чувства к сыну и дочери. Они решили быть против него, они за это заплатят, даже если ужасно.

«И, — подумал Мелантиус, почти улыбаясь, — это будет ужасно».

* * *

Подземелья пахли страхом, смертью и мочой. Королева Валанор скривилась от запаха, но она не собиралась падать в обморок. Она не прижала к носу ароматный платок, как делали многие женщины, и не жалела, что его с собой нет. Ее тревожили вещи важнее.

Страж снял факел со стены и повел ее по неровной лестнице. Свет отбрасывал дикие тени на стены, скрывая и выделяя трещины, бреши и царапины на древнем камне. Жуткий вопрос невольно появился в голове королевы: что страшнее: скрывающие все тени или выделяющий все свет? Она зло встряхнулась из-за таких мыслей и запнулась о край платья. Страж поймал ее, но она раздраженно отмахнулась.

— Мы на месте, Ваше величество, — сказал он. Она не считала, сколько узких коридоров они прошли, сколько раз спускались по лестнице, но Валанор знала, что они глубоко под замком. Они были в самом темном и гадком коридоре. По краям были камеры. Страж прошел шесть пустых клеток, а потом остановился и поднес факел к еще одной.

— Ах, — выдохнула королева, глядя на груду в дальнем углу. — Вот она. Самозванка. Сколько бед она принесла королевству своим появлением! Больше, чем у нас было за тысячу лет. Жаль, мы не поймали с ней мою дочь или моего сына.

— Приказы короля, миледи, — сказал страж.

— Да, да, он зачем-то хотел ее. Может, советник ему намекнул? Ладно. Уверена, объяснение есть.

«Но он не соизволил сообщить жене», — с горечью закончила она.

— Разбудить ее? — спросил рьяно страж.

— Она спит?

— Без сознания, наверное. С ней грубо обошлись, — он улыбнулся.

— Лучше ей быть живой, или те, кто ее убил, тоже умрут.

Улыбка пропала с его лица. Теперь улыбнулась королева.

— Нет, — продолжила она, — не буди ее. Принеси ей еды и воды, и если ей плохо, пусть ее осмотрит лекарь. А теперь уведи меня отсюда.

Королева ушла наверх, и страж вернулся на пост и сказал товарищу:

— Кто бы знал, что у королевы такое доброе сердце? Она грозила убить всех, кто навредит пленнице. Зачем тогда ее держать в темнице, если ей жаль ее? Она даже думала отправить к ней лекаря!

— Дурак, — оскалился другой страж. — Конечно, она хочет жизни девочке не по доброте душевной! У тебя нет мозгов? Девочка нужна ей для церемонии. Они принесут ее в жертву!

* * *

Пози проснулась от жгучей боли и щелканья хлыста. Ее тело болело, голова и челюсть пульсировали от невообразимой боли. Она застонала, и звук вызвал еще больше боли в голове. Она была в темном месте, но, судя по ощущениям, тесном и гадком, судя по запаху.

Она снова услышала хлыст. Эхо, казалось, доносилось из длинного коридора. Она увидела крики и смех. Она надеялась, что бьют не пленных кентавров, но надежда казалась жалкой.

«Я в подземелье, — подумала она, попыталась вспомнить свой мир. Сильно ли он отличался от этого. Она сжала голову и пыталась думать сквозь боль. — У меня была мама. И папа. И сестра», — она отчаянно вспоминала их, на миг их лица всплыли, но быстро угасли. Старый туман вернулся к ее разуму, и она знала, что оказалась в королевстве.

Она хотела плакать, но знала, что так только сильнее заболит голова. И она помнила, что слезы ее сюда и привели. Убежать в лес… чем она думала? Почему Киран не пошел за ней?

— Автор! — сказала она, хоть голова вспыхивала от этого. — Если вы написали эту историю, то вы меня слышите. Я уверена. Я теперь один из ваших персонажей, хотите вы или нет. Так помогите! Можете как-то вывернуть историю к лучшему? Я думала, — ее голос оборвался. — Я думала, вы хотели помочь нам.

Она словно говорила с собой, и она снова подавила желание заплакать.

Она поняла, что может видеть. Немного, но различала силуэты. Она огляделась и увидела, что в камере есть окошко с решеткой, и в него проникает свет. Луна сияла, бросая свет на пыльный пол. Луна была тут, просто скрывалась за облаками. Она смотрела на огромную луну в ночном небе, казалось, на нее оттуда смотрели два глаза. Один подмигнул.

Глаза Пози расширились. Что это было? Автор давал ей шанс этим светом? Она знала, что не может жаловаться. Она должна была все силы бросить на этот шанс. Она посмотрела, куда падал свет. Там ничего не было. Пыль, солома, пятна как от крови, засохшие и почерневшие на неровных камнях. Она прошла к углу, мышцы в теле стонали. Она упрямо не замечала боль, опустилась на колени на холодном полу. Она провела руками по грязи, по полу, пытаясь отыскать знак. Она схватилась за прутья, трясла их и била кулаками.

Луна снова пропала, оставив ее в темноте. Пози ощущала слезы на щеках. Что это было? Ее шанс? Ее тело разочарованно обмякло, она сидела спиной к каменной стене. И тут она ощутила это. Слабое движение, едва заметный шум. Она быстро повернулась и провела ладонями по стене, к которой прислонялась. Да, там осыпался камень. Большой кусок шатался, как зуб во рту великана. Она вонзила пальцы в трещины и потянула. Без толку.

— Борись, — сказал голос, как и когда она плыла в Унынии. Но в этот раз это был ее голос. Автору не нужно было подгонять ее в этот раз. Она тянула камень, царапая ногтями камни вокруг, пока не ощутила теплые ручейки. У нее текла кровь. Но она не остановилась. И большой камень подался с шорохом и упал на пол темницы.

Луна выглянула из-за туч. Пози посмотрела на лицо без глаз.

— Спасибо, — выдохнула она, смогла протиснуться в брешь. Через миг она стояла, задыхаясь, вне темницы.

«Но куда теперь?» — спросила она себя с волнением. Ее принесли сюда, пока она была без сознания. Она не знала, где была.

«Это просто, милая», — сказал знакомый голос. Пози ощутила вокруг себя нежное облако тумана.

— Ты! — радостно воскликнула Пози.

«Да, я, — весело ответил туман. — Я отведу тебя, куда хочешь, но советую идти к башне, где сова исполнил магию, чтобы притянуть тебя сюда. Только так можно вернуться. Уверен. Я был там в день, когда он притянул тебя из твоего мира.

— О, не знаю, — она хотела оказаться как можно скорее рядом с Кираном.

«Это может быть единственный шанс, пока в башне никого нет», — сказал туман.

— Да, хорошо, — сказала Пози. — Ты можешь меня туда отвести. Но, — убежденно добавила она. — Я пока не собираюсь домой.

* * *

Черная пещера звенела от капель ледяной воды. Воздух был влажным. Фалак поежился и пожалел, что привык жить в замке, в своих темных комнатах и с крышей над головой. Он размяк.

— А теперь, — он посмотрел на небольшую группу сов. — Если я подам сигнал, вы поведете свои отряды в бой. Но только если я подам сигнал. Мы не хотим участвовать в войне, если кто-то может биться за нас.

— Да, — захихикала одна сова.

— Нам нужен мертвый король, желательно и королева, принц и принцесса. Но король — главная цель. Мы подождем и увидим, как идет бой между ним и его отпрысками, и если его убьют в бою, для нас одной проблемой меньше.

Ему ответило согласное уханье.

— Но если побеждать будет король, нам придется вступать самим. Вы знаете, что делать, когда я подам сигнал.

Головы закивали.

— Хорошо, — заканчивал Фалак. — В путь. В этот день сна не будет.

Они вылетали по одному из узкой щели пещеры серым ранним утром. Они летели вниз, и из трещин в горе вылетало все больше сов, они затемняли горизонт силуэтами крылатых стрел, летящих к битве.


ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

Бой начинается



Проникнуть в замок было проще, чем думала Пози. Видимо, перемен в Сюжете и грядущей войны хватало, чтобы все шло наперекосяк. В коридорах не было слуг, туман вел ее к башне Фалака. Без еды, уставшая, с болью в теле и голове, она ощущала нервное смятение. Она не знала, что сделает в башне. Туман сказал, что ей нужно было найти способ, как она прибыла, чтобы вернуться в свой мир. Но она не хотела возвращаться. Она едва помнила свой мир, и тут были те, кто ее любил. Она ясно видела лицо Кирана, оно было для нее реальнее, чем ее семья.

«Скорее, милая, — торопил туман. — Там никого нет, но вскоре твое отсутствие в подземелье заметят».

— О, — Пози не подумала об этом. Она добежала до последней лестницы, узнала башню, где была один раз с Фалаком. Это было так давно. Она толкнула тяжелую дверь и осторожно заглянула в большую комнату с высоким потолком.

«Сюда, — звал туман, беззвучно паря по комнате к полкам на дальней стене. — Что-то должно быть где-то здесь».

Пози раскрыла рот, пока шла по комнате. Полки были забиты стеклянными флаконами разных размеров и формы, заполненными жидкостями и газами всевозможных цветов.

«Видишь что-то знакомое?».

— Знакомое? Откуда я знаю? — Пози отчаялась и чуть разозлилась. Как она найдет то, что нужно? Ярлыков не было. Да и они не помогли бы.

«Ты не узнаешь, пока не посмотришь», — строго сказал туман.

— Хорошо, — Пози склонилась к полке, жалея, что не взяла факел со стены. Только лунный свет теперь вел ее, падая из круглого окна сверху. Но лунный свет вывел ее и из подземелья. Она решила доверять, а не жаловаться.

И тут одна из полок сверху привлекла ее внимание. Она была очень высоко, было сложно что-то разглядеть. Но почему-то она смотрела туда. Там был маленький круглый пузырек с голубым паром, что медленно двигался. Она поняла, что ей нужно рассмотреть его. Она посмотрела на выступ полки, поставила туда ногу и поднялась к пузырьку.

«О, нашла, милая?».

Пози в трансе смотрела на бутылочку. Она все видела там, среди завитков голубого тумана. Там бы ее мир. Она видела свой город, свою спальню, своих родителей и сестру. Воспоминания плавали в бутылку, плескались, как живые, готовые затянуть ее в себя. Они грозили одолеть ее, накрыть ее тело волнами, и она поежилась.

— Да, — ответила она с комком в горле, оторвав взгляд от видений. — Нашла.

«Тогда скорее уходим».

— Хорошо, — согласилась Пози. Она взяла ткань со стола, обернула пузырек и сунула в карман меж складок юбки. — Что вы такое? — вдруг спросила Пози, обратившись к туману.

«О чем ты, милая?».

— Вы — какая-то магия? Фалак давал мне зелье, чтобы вы появились.

«О, нет. Зелье не заставило меня появиться. Это ты начала меня слышать. Я всегда был здесь. Можно сказать, что я — дух королевства. Я не хочу за Границы, как и персонажи. И теперь я даже из замка не выхожу».

— Почему?

«Даже не знаю, милая. Я хожу туда, где нужен. И персонажи забыли меня за много лет. Боюсь, они отчаялись, и это мешает им слышать меня. И я застрял в замке. Я привык вести людей к великому, но Фалак сделал меня… теперь я вожу людей по замку».

— Король вас слышит? — спросила Пози.

«Уже нет. Я не говорю с теми, кто не хочет меня слышать. Они все равно меня не услышали бы. Чем дольше они закрываются от моего голоса, тем меньше меня слышат».

— Ясно, — ответила Пози, ощущая непонятную печаль. — Мне жаль.

«О, не стоит, милая, — ответил бодро туман. — Я ощущаю, что грядут перемены».

* * *

Это не было похоже на побег, Пози никого не видела, покидая замок. Словно замок был с привидениями, не было даже стражи, жители заперлись в домах. Она оставила туман, но думала, что сможет понять, куда идти, хоть и в полутьме раннего утра. Она шла по двору, выбралась из земель замка у конюшни, где впервые встретила Кирана. Она ощутила укол от этой мысли, вспомнив его. Ладонь сжала пузырек в платье.

Пози озиралась, пока шла, вскоре покинула земли замка. Ее юбка задевала траву в росе, пока она шла по полю, и она искала в тумане деревья, что были краем Дикой земли.

Солнце поднималось, слабые лучи сжигали туман на полях. Дымка пропала, и Пози увидела, что искала, и не только.

Она увидела Границу и армию короля. Сколько там солдат? Не меньше тысячи. Конечно, в замке никого не было. Все стояли, готовые к бою, лицом к лесу, чего-то ожидая. Они были тихими, как армия статуй, и ее спину покалывало, пока она смотрела на них. На что они смотрят? А потом она поняла.

— Киран! — голос Пози скрежетал, но она едва заметила. Она бежала, быстро дыша от паники. Киран и Алвар на лошадях вышли из леса, как духи. Она знала, что это они. Она узнала худое тело и темные волосы Кирана, то, как он держался и поворачивал голову. Только у Алвара были такие широкие плечи. Это были они. Бой начинался, и она опоздала. — Стойте! — кричала она с холма, понимая, что плачет. Вот так все закончится…?

Знакомый звук — как вопль — раздался сверху, острые когти сжали ее плечи. Ее тело поднялось. Она подняла голову и сквозь слезы увидела огромного лебедя, одного из тех, что Автор вызвал на луг. Он нес ее, словно она была не тяжелее листика. Они летели к битве мимо отрядов короля, над медленно движущейся армией Кирана. Лебедь мягко опустил ее на большую ветку дерева и улетел. Она обвила рукой ствол для равновесия и смотрела сквозь ветви на поле боя. Отсюда все было видно. Она посмотрела вниз и крепче сжала ствол. Она не могла слезть без помощи. Она озиралась, увидела в стороне маленькое озеро, куда впадала река леса. Оно засияло, как бриллианты, в свете солнца, и Пози пришлось отвернуться.

Она смотрела, как во сне, как Киран и Алвар едут впереди армии, и король — впереди своей. Трое мужчин встретились на середине и заговорили. Пози хотела бы видеть лицо Кирана. Она видела Мелантиуса, он был словно из камня.

Вскоре Киран и Алвар отвернулись от короля и поехали к своим. Король посмотрел с яростью в их спины.

«Он похож на ребенка, готового закатить истерику», — подумала Пози и поежилась, ведь у этого человека было так много власти.

Король сделал невероятное, Пози и не думала, что он способен на такое. Киран и Алвар еще не добрались до своих, были спиной к нему, Мелантиус выхватил меч и заорал:

— В атаку! — он повел большого коня вперед, и армия хлынула за ним.

Киран обернулся, Пози увидела удивление на его лице, но он тут же выхватил меч.

— За Истинную Историю! — заревел Алвар, люди и существа армии отозвались на это. Их было больше, чем помнила Пози, и она была рада этому. Их движения сопровождал звон и треск, они шагали к врагам.

Пози смотрела с дерева. Она еще никогда не была так беспомощна. Она словно смотрела пьесу. Если бы она не застряла здесь… Но что она могла? Она видела солдат короля в сияющих доспехах и шлемах — безликую армию — и она знала, что не смогла бы бороться с ними. Киран боролся. И то, что Пози представляла, не было схожим с этим сражением. Ее желудок сжимался, она не могла отвести взгляда. Мечи ударяли по телам, кровь лилась, звучали крики боли.

Она видела бой кентавров с ипотанами, но он отличался от этого. Теперь там были люди, и ее кожа ощущала это. Все нервы в ее теле дрожали. Вернутся ли эти люди к жизни, когда начнется Сюжет? Они сражались на Границе, между Дикой землей и королевством. То на той стороне, то на другой. Кто знал, что с ними станет?

Бой тянулся. Вечный звон металла! Кровь смоется потом с ее глаз? Пару раз Пози тошнило с ветки. Она ощущала, как слезы текут по лицу, но не вытирала их. Они не прекращались.

Она начала видеть перемену в бою, но не ту, на что надеялась. Существа Дикой земли сражались душами, она это видела, но этого не хватало против огромной армии короля. Они проигрывали. Она искала Кирана, увидела усталость на его лице, покрытом грязью и кровью. Ее сердце обрадовалось, что он не ранен, но она поняла, что его мог добить лишь один удар врага. Она не вынесет такой утраты.

Прозвучал рожок. Пози посмотрела, откуда он. Из озера поднялась голова мужчины, а за ней и тело. Он держал серебряный рожок, на его голой спине висел лук и колчан стрел. Русал.

И над водой появились десятки, сотни голов! Русалы и русалки с луками и стрелами. Они не мешкали. На миг Пози испугалась, думая, за кого они. Но увидела, что они целятся в армию короля, не задевают стрелами армию Кирана.

«Спасибо, спасибо», — Пози подумала, что говорит с Автором. Даже среди этой смерти и грядущего поражения оставалась надежда, перемена, которую мог сделать только тот, что написал эту историю.

Стрелы летели на врага убийственными падающими звездами. Армия короля не успела перестроиться и закрыться, многие умерли. Король Мелантиус покраснел, потом побелел, глядя на падающих солдат. На его лице мелькнула паника. Пози видела это даже издалека. Наверное, паника короля приблизила их поражение.

Вопль раздался среди сражения, и кричало столько людей, что даже Пози слышала:

— Граница сломана! Граница сломана!

«Что?» — Пози не понимала. Она смотрела, как падают воины с обеих сторон. Смерть была концом только в Дикой земле. Теперь это касалось и Сюжета. Те, кто умер, больше не появлялись. Она поняла, что это правда, и страх растекся по телу от таких мыслей.

Горло Пози сжалось, она искала Кирана, но не видела его. Она начала в страхе озираться, чтобы слезть с дерева. Ухватиться было не за что. Ствол был гладким до места, где она сидела. Она попыталась оценить высоту. Двенадцать футов? Пятнадцать?

«Делай», — сказала она себе, не дала себе передумать и прыгнула.

Ее словно засосало в вакуум, желудок будто поднялся к ребрам. Ее тело ударилось о землю. Пози услышала треск, ужасная боль пронзила лодыжку, и она без сомнений поняла, что сломала ее. Она услышала крик, наверное, свой, но думала лишь, что нужно найти Кирана.

Она тут же пошла вперед, хромая и подтягивая ногу, направляясь к сражению, что замедлилось. Боль пронзала ногу, заставляя ее вскрикивать при каждом шаге. Но она думала лишь о Киране. Что такое сломанная нога? Люди умирали на ее глазах. Это уже не была книга, ее нельзя было закрыть. Они не вернутся играть роли для читателя. И если Киран среди них… если он… Нет, нельзя так думать.

Пози замерла у сражения и схватилась за ствол дерева. Она разглядывала поле боя. Многие были мертвы или умирали. Многих солдат короля пронзали стрелы или мечи. И воины армии Кирана лежали неподвижно в кровавой траве. Мужчина с корой вместо кожи и мшистыми волосами стонал рядом с ней на краю леса. Пози посмотрела на него, он словно таял в земле. Он посмотрел на Пози глазами-желудями и сказал:

— Он только ослабляет себя, убивая нас. Смерть каждого из нас укрепляет печать на его судьбе, — Пози поняла, что ее лицо исказилось от ужаса, жалости и беспомощности. Она смотрела, а мужчина пропал, и осталось немного мха в траве после него.

Раздался вопль, и кровь Пози похолодела от него:

— Назад! — гудел Алвар поверх хаоса. — Принца схватили!


ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Перемена сердца



Так и было. Пози видела, что три солдата короля на поле боя удерживают принца. Киран отбивался. Он пытался кричать королю, стоявшему неподалеку. Мелантиус не подавал виду, что слышал сына, он махнул солдату, и тот ударил Кирана кулаком в живот. Кира согнулся. Они забрали его меч и щит, связали руки толстой веревкой за его спиной. Мелантиус кивнул, и солдаты направили мечи на Кирана.

— Люди добрые! — загремел голос короля, доносясь до стоящих в стороне Алвара и его армии. — Опустите оружие и сдайтесь, и принц не умрет. Обещайте слушаться меня, своего короля, и вернуться в Сюжет, и я пощажу его.

Алвар опустил плечи, но лицо не выдало поражения.

— Если мы опустим оружие, ты выполнишь обещание, Мелантиус. Иначе ты умрешь.

— О! — король рассмеялся. — Какая наглая угроза от побежденного. И сложно достичь этого, когда ты без оружия и окружен армией, которой вдвое больше.

— Оружие можно поднять за миг, еще миг — и полетит стрела, и этого мне хватит. Если я не смогу сделать это сегодня, другой сделает завтра, уверяю, — голос Алвара был жутко напряжен, он впивался взглядом в короля.

Тревога мелькнула в глазах Мелантиуса, а потом он нахмурился и закричал:

— Бросайте оружие! Я ваш король, слушайтесь!

Тишина, Алвар кивнул, глядя на короля. Люди, дикий народ и другие существа опустили оружие на траву перед собой. Пози заплакала, глядя на лица, ведь они опускали не только оружие.

Армия короля быстро окружила их, толкнула к королю, подальше от оружия, оставшегося на траве.

— Хорошо, — Мелантиус заметно расслабился. Он прищурился, глядя на холм, что вел к замку. Небольшая группа людей ехала верхом. Они приблизились, и Пози увидела стражей замка. Королева Валанор ехала среди них, высокая и напряженная. Солнце сияло на ее белых волосах, светилось и ее лицо.

«Она была бы красивой, как ангел, если бы я не знала всего», — с горечью подумала Пози.

Они пронеслись через толпу, солдаты пропускали их, королева холодно улыбалась им. Король помог ей спешиться.

— Я вижу, ты справился, — тихо сказала она, поправив платье. Король отвернулся от нее.

Пози смотрела из леса. Они были недалеко от нее, но ей нужно было рискнуть и пройти ближе. Она пошла, запинаясь о поврежденную лодыжку, мимо тел на поле. Она старалась не видеть этого, но это было невозможно. Она смотрела на лица тех, кто уже не увидит свою землю. Она подавляла всхлипы.

Она пришла к краю павших армий и пошла мимо солдат короля, окружавших периметр группы. Они едва замечали ее, глядя на короля и его семью. Она отошла, и голос цокнул:

— Э, — рука сжала ее, остановив. — Дальше не ходи, — мужчина смотрел на нее, хмурясь.

«Он узнает меня!» — в панике подумала Пози. Но он лишь покачал головой и недовольно сказал:

— Я не думал, что принц так отчаялся, что в его армии женщины. Позор.

Пози выдохнула, он отвернулся от нее. Она огляделась и поняла, что получила, что хотела. Ей было видно Кирана.

Король и королева посовещались пару минут, королева вскинула руку и сообщила:

— Мы проведем здесь суд и определим вину принца Кирана.

— Суд? — взревел Алвар.

— Да, — королева и глазом не моргнула. — О, может, ты думаешь, что вина так очевидна, что и без суда обойдемся? Хмм, — она сделала вид, что думает. — Пожалуй, ты прав.

— Король поклялся, что принц будет жить, — с гневом продолжил Алвар. — Суд такими, как ты, ведет лишь к одному.

— Да? — королева вскинула брови. — К чему же?

— К смерти, — выпалил Алвар. — Разве не этого вы хотели с самого начала?

— Заткните его, — спокойно сказала королева. — Он уже достаточно навредил и за это заплатит.

Пози не могла увидеть Алвара в толпе. Она слышала борьбу… а потом тишину. Они убили его? Ее сердце трепетало, как крылья птицы в клетке.

И тут что-то защекотало ее ногу. Она опустила взгляд. У ее ноги сидела полевая мышка. Она умно смотрела на нее, и ей казалось, что она уже видела эти глаза. Она склонилась и подняла мышку.

— Спасибо, — пискнула она и забралась на ее плечо. — Времени мало, — продолжила она. — Ты должна быть готова к тому, что будет. У тебя будет лишь миг на действия.

— Готовой к чему? — прошептала она, едва двигая губами.

— Ах, — мышка словно улыбалась. — Не могу сказать. Разве персонаж знает в начале истории, куда придет в конце?

— Но… как мне готовиться? — спросила Пози.

— Готовься ко всему, — выдохнула мышка ей на ухо. — Ко всему.

Автор молнией слетел с ее платья и пропал в высокой траве.

«Да, Автор», — подумала она. Это точно был он, хоть и в другом облике. Пози слабо улыбнулась, у нее была надежда. Киран поймал ее взгляд и тоже улыбнулся. Это ранило ее сердце, ведь он пытался приободрить ее.

Готовиться ко всему? Как? Автор не раскрывал свой план персонажам. Но иначе было бы смешно, да? Персонажи потеряли бы надежду… или осмелели бы. Она должна была действовать, исходя из того, что знала, кем была, а не из-за конца, который мог и измениться от действий. Автор знал конец, персонажи придут к нему, но со временем, делая то, из-за чего переворачивались страницы. Она должна использовать шанс, как было в темнице.

— …смерти, — закончила королева, Пози пришла в себя. Ее сердце дрогнуло от этого слова, она искала в толпе подсказку к тому, что будет. — Вы должны, милорд, — сказала Валанор королю. — До этого умирала без вины наша дочь. Теперь это будет принц, и он это заслужил, выступив против вас.

Она приговорила его к смерти, Алвар был прав. Она пыталась подтолкнуть короля, не давая ему передумать. Но король обещал… и Пози знала, что это не важно. Ему не хватит сил выполнить обещания. Пози смотрела на Мелантиуса, пока он расхаживал перед ними. Его сапоги стучали по земле, меч звенел о броню. Он был задумчив. Пози смотрела на него. Он думал об этом, это его сильно беспокоило. Это был первый намек на хорошее в нем, и сердце Пози ощутило надежду.

Королева Валанор увидела его нерешительность.

— Вы должны… — но она замолкла, когда король медленно перевел на нее тяжелый взгляд.

— Я должен? — прошептал он, глаза королевы расширились. Через миг ее удивление скрыла улыбка, и она прошла к нему и опустила ладонь на его руку. Пози скривилась от скорости перемены. Король ведь видел обман?

— Нет, если не хочешь, конечно, — тихо сказала она, и слышали лишь те, кто был рядом. — Но ты знаешь, как и я, что Сюжету нужна жертва, иначе он не выживет. И не простая жертва. Это написано, Ваше величество.

— Написано? Ты про Автора?

— Нет. Ты автор, муж. Древние законы удерживают Сюжет. Там это написано.

«И кто написал эти законы?» — подумала Пози.

И тут произошло невероятное. Глаза Мелантиуса, пока он смотрел на королеву, изменились. Немного, это не заметил бы тот, кто смотрел бы лишь на внешность. Но Пози заметила. Под поверхностью, в темном тайном месте, было то, что она узнала. То было изменение, что могло спасти Кирану жизнь.

— Да, я король, — медленно сказал он. — Мы следуем Сюжету, потому что так делали всегда. Я не могу винить сына за то, что он хотел… чего-то большего. Да? Королева, мы много раз меняли Сюжет за это время… может, мы забыли.

— Сами решили забыть! — крикнул один из дикого народа в толпе.

Королева старалась скрыть панику и ужас, но Пози видела ее борьбу. Она открыла рот, побелела сильнее, но король остановил ее.

— Сегодня не будет суда. Ни жертвы, ни смерти, — сказал он решительно. — Я тоже виноват. И, думаю, — закончил он тихо, — ты тоже, моя королев.

Поле боя затихло, и Пози ощущала покалывание на спине. Она думала, все застыло от такой перемены в истории, которую сделал тот, от кого это ожидали меньше всего. Они застыли от потрясения. Киран сиял, хоть его волосы спутались, а на лице засохла кровь. Пози знала, что он радовался за отца сильнее, чем за свою жизнь.

Кто-то закричал. Или из людей короля, или из армии принца. Пози подумала, что это начался праздник перемирия. Она ошибалась. Это был крик тревоги, за ним раздались другие. Кто-то кричал, кто-то указывал в небо. Пози посмотрела туда и увидела черную тучу на небе, закрывшую солнце, пульсирующую, как нечто живое.

Нет, это было не облако. Совы. Сотни сов. Они спускались, выпустив смертельные когти.


ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

Победа и поражение



Они направились к королю. Группа сов полетела к нему, нападая, и он оказался на земле, крича.

Пози знала, что у нее есть лишь миг, как и сказал Автор. Только миг, чтобы сделать то, что нужно. Она бросилась к Кирану, забыв о боли в ноге. Она упала на солдата, лежащего в траве. Она тут же вскочила, думая лишь об одном. Она добралась до Кирана, и он был готов.

— Скорее, Пози, — он был напряжен от отчаяния, смотрел, как борется его отец, его было едва видно за совами. — Нож, нож!

Пози безумно озиралась. Она не хотела этого делать, но выбора не было. Она прошла к мертвому солдату неподалеку и вытащила меч из его безжизненной руки. Киран вытянул руки от спины, и она прижала меч к веревке. Она могла его порезать. У Кирана не было терпения.

— Просто держи крепко, — приказал он. А потом провел руками по лезвию. Веревка упала к ногам Пози. Киран быстро вскочил и забрал меч у Пози. — Беги. В лес. Беги, Пози.

Он пропал. Он поднял меч и бросился на сов, что били его отца, размахивая с силой, которая была не из его тела. Пози застыла на миг, глядя на него. А потом осознала его слова и побежала.

Пози пересекла половину поля боя, когда ее сбило на землю. Когти впились в ее спину. Она закричала. Откатившись, она избежала следующей атаки. Она вскочила на ноги, как можно скорее, лодыжка все еще болела, и она ударила кулаком, ведь другого оружия не было. Она попала по голове врага. Сова отдернулась, и Пози побежала.

Она юркнула под укрытие деревьев, скрылась среди папоротников. Она отдышалась, боль в лодыжке стала сильнее. Там, где ее ранили когти, спина горела. Ее тело хотело лечь и уснуть. Но боль волнами накатывала и заставляла тело дрожать.

— Пози! — она услышала свое имя, кто-то выбежал из подлеска. Она выглянула из папоротников.

— Эванта! — позвала она, принцесса нырнула к ней, и они обнялись.

— О, — воскликнула Эванта, когда Пози скривилась. — Пози, у тебя кровь! — сиреневые глаза расширились в тревоге. — Как это случилось? — нежные руки развернули Пози, принцесса потрясенно охнула.

— Пустяки, — сказала Пози, быстро отвернувшись. — Сова напала раньше, чем я успела скрыться. Мы ничего не можем с этим поделать, — она старалась не думать о шрамах, что точно останутся.

— Бедняжка, — сказала Эванта. Рядом с ней Пози ощущала себя ребенком, хоть они были одного возраста. Это раздражало ее до этого, но теперь это радовало со всеми смертями, болью и страхом вокруг. Она взяла принцессу за руку, греясь.

Сражение продолжалось. Крики боя были невыносимыми. Сколько им еще терпеть до конца? Н это было другим… и девушки вскоре заметили это.

Что-то происходило, что не продумал Фалак. Когда король передумал, так сделали и его солдаты, многие из них не хотели ловить принца и убивать его. И против сов теперь бились две армии. Фалак просчитался. Но как бы он увидел это? Как бы знал? Пози сама не ожидала, что так будет.

Это было быстро. Девушки смотрели, держась за руки, а сов отогнали. Пози подумала, убили ли Фалака, или он улетел придумывать новые планы в темном месте. Он был злым с самого начала, и она была слепа и не видела этого. Но он привел ее в эту историю, и она не жалела.

Во всем был жуткий смысл, все выглядело как смятение, и хорошее с плохим парили, смешиваясь и разделяясь. Но все кусочки были перед ее глазами. Пози подозревала, что эта мысль относилась не только к этой ситуации. Может, это касалось всего, что она знала и делала. И если она сможет увидеть эти осколки настоящими, угадает их смысл и порядок, мир изменится, и ничто не будет прежним.

* * *

Киран нашел их чуть позже. Солнце светило высоко в небе. Близился полдень. Пози думала, что это было самое долгое утро для нее. Он пришел в лес, позвал их, и девушки выбежали.

Эванта обняла брата. Они смотрели друг на друга, и мысли были осязаемы без слов. Они победили сильнее, чем ожидали.

— Отец? — спросила Эванта, спокойствие было напускным.

Киран помрачнел.

— Сильно ранен. Его унесли в замок. Вы с Пози тоже должны туда вернуться. Там вы будете в безопасности. Нашу мать не выпустят из ее покоев.

— Солдаты короля согласились на это? — Эванта вскинула брови.

— О, да, — мрачно улыбнулся Киран. — Они теперь наши, сестра. Они могли переметнуться и без решения короля. Не только в Дикой земле был мятеж.

— Хорошо, — кивнула принцесса. Она улыбнулась Пози и отошла к краю деревьев, решив подождать там. Пози смотрела на мох на земле. Пахло влажной землей и зеленой жизнью. Запах страха и крови все еще оставался на ней.

— Не плачь, Пози, — Киран обнял ее и поцеловал волосы. — Все прошло, кроха.

От его слов она зарыдала сильнее. Она обвила его руками и притянула как можно ближе. Ее пальцы впились в его спину, лицо прижалось к груди. Она не могла быть к нему достаточно близко. Ей хотелось, чтобы у них была одна кожа, ничто не успокаивало странную смесь печали и радости рядом с ним.

— Пози, — прошептал он, — когда я узнал, что отец послал за тобой людей… когда я увидел, что ты пропала… я… убил бы его, если бы он попался под руку.

— Нет, Киран, — Пози покачала головой у его груди. — Ты бы так не поступил. Ни за что. Я видела тебя, я знаю тебя… и ты любишь его. Так ведь?

Он кивнул, слезы тихо лились из его глаз.

— О, Киран, — только и смогла сказать она.

Она отодвинулась от него и словно лишилась части тела. Было больнее, чем от сотни когтей, сотни сломанных костей. Как можно было так отчаянно нуждаться в другом человеке? Она не знала, что такое возможно.

— Тебе нужно вернуться в замок, — Киран устало выдохнул. — Пусть проверят твои раны. Отдохни там. Я скоро буду.

— Ты не можешь пойти сейчас? — выдавила она, боясь его оставлять.

— Я должен остаться с людьми и очистить поле боя, — он взял ее за руку и пошел из леса. — Столько всего произошло у этой Границы, Пози, — отдаленно сказал он. — Теперь это не Граница. Она сломана, как и мы. Ничто уже не будет, как прежде.

— Верно, — просто ответила Пози.

Киран остановился, сжал плечи Пози. Он склонился и нежно поцеловал ее. Она таяла от мягкости его губ. Разница между этой нежностью и закаленным воином на поле боя поражала ее. Эта разница была красивой, она любила это в нем.

— Я скоро буду с тобой, любимая, — сказал он, глядя ей в глаза. Он развернулся и ушел.

* * *

Пози проснулась от боли. Она не могла понять, где болит. Казалось, что сразу все тело. Голова гудела, мышцы были напряжены, спина казалась натянутой и затекшей. Она застонала и попыталась перевернуться. Она открыла глаза от солнца, светящего в ее спальню. В спальню?

Это была спальня принцессы Эванты. Казалось, она давно тут не была, хотя прошли недели. Она смотрела на большую комнату с высоким потолком и высокими окнами, на белые стены, большой ковер у камина, где горел огонь. Пози свесила ноги с кровати и попыталась встать. Ее поврежденная лодыжка была перемотана, и хотя было больно, ощущалось уже куда лучше. Она медленно прошла к камину и посмотрела на огонь. Сколько она спала?

«Одиннадцать часов!» — туман опустился к ней и окутал ее плечи.

— Где Киран? — спросила Пози.

«О, он приходил много раз, заглядывал, но не будил. Он поспал пару раз по часу, но в основном ходит по замку, работает и говорит. У него много дел, дорогая. Он теперь король Киран… или будет скоро».

— Король? — Пози ощутила счастье и страх. — О! Его отец умер? — ее сердце забилось быстрее, она знала, что это ранит Кирана и Эванту.

«О, нет. Он ранен. Печален. Но не мертв. Нет, он теперь слышит меня, и не только насчет пути по коридорам. Он слышит, как я рассказываю ему о магии Сюжета. Он слышит, как я шепчу о том, как он может развернуться. Его мысли слышу только я. Все думают, что он без сознания, а я знаю, о чем он думает, пока спит. И он знает, что не может больше быть королем. Он не хочет, да ему и не позволили бы», — туман опустился ниже.

— О ком вы? — спросила Пози.

«О, люди королевства, конечно. Сами персонажи! — туман подпрыгнул и заплясал у головы Пози. — Они хотят, чтобы был коронован Киран. Другого не пустят! И это будет».

— Ого! — сказала Пози. — Столько произошло за это время! Но вы, — сказала она туману, вспомнив, — сказали, что Мелантиус вас теперь слышит? Значит, вы можете покидать замок? И все теперь вас слышат?

«Со временем будут, не сомневаюсь. Я уже все сильнее, я расту. Я не буду громким, я не хочу кричать на людей! Нет. Меня будут слышать, потому что хотят»

— Мы все этого хотим, — вздохнула Пози.

* * *

Киран и Валанор смотрели друг на друга в тишине. Киран видел побежденную женщину, гордость которой мешала признать это, и ее каменное лицо говорило о возмущении и горе. Он сочувствовал ей, даже любил, хоть она и причинила ему столько боли. Он не понимал, откуда в ней столько горечи и несчастья. Ему было жаль, и он хотел, чтобы что-то стерло ее боль.

Бледные глаза Валанор презрительно смотрели на сына, видели лишь мальчишку, что сильно изменился с прошлой их встречи. О, он был тем же снаружи, с длинными темными волосами и темными пронзающими глазами. Но в его глазах теперь была сила, решительность в поведении. Валанор жалела, что его отец не был таким. Она скользила взглядом по принцу, холодно оценивая его. Все семена надежды, что были в ней раньше, шепот любви, были затоптаны и забыты, ее лучшей защитой было это холодное лицо, и это сердце… ничего не ощущало.

— Я прощу тебя, если попросишь, матушка, — сказал тихо и сильно Киран. — И я буду любить, даже если не попросишь.

— Любить? — она не сдержалась и фыркнула. — Какая слабость. Любовь никуда не ведет, сын, кроме разрушения и унижения.

— Это привело тебя туда? — тихо спросил он.

Она едва терпела печаль и сочувствие в этих черных глазах. Она отвернулась от него.

— Ты можешь делать, что хочешь, с любовью или прощением. Я этого не попрошу.

— Хорошо, — сказал Киран. — Я так и сделаю.

Он не ушел, как она ожидала, а прошел к ней, поймал ее длинную красивую руку. Он прижал ее ладонь к щеке, поцеловал, и она не успела возразить.

Дверь за ним закрылась, Валанор прошла к окну и слепо смотрела на зеленые поля весны и почки на деревьях. Ее лицо исказилось, она издала сдавленный звук и сжала грудь, словно удерживая то, что хотело сбежать.


ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Прощение



Большие двери сияли позолотой, каменные полы отражали шаги и голоса к потолкам, каменные стены с узкими окнами давали увидеть королевство. Все было, как помнила Пози с той ночи в замке, когда она кралась по темным коридорам, шпионя за королем и его советниками. То было пару недель назад, но словно в другом времени, и это была новая история.

Прошло два дня с боя, и Пози стало намного лучше, потому что ее все время ждали. Горячие ванны, красивая одежда и уложенные волосы чудесно переменили ее. Ее лодыжка была перевязана, и лекарь давал лекарства от боли.

Но дух ее все еще был истерзан.

«Почему меня забрали сюда? — с горечью думала она. — Почему я прошла всю эту боль и любовь, что так похожи? Какой вывод?» — ее душа ужасно устала.

Она шла с принцем по коридору к покоям короля. Мелантиус был в кровати после боя, только пришел в себя. У него было много глубоких ран. Страж у двери тихо отошел, когда они приблизились, и они вошли в комнату.

Было темно. Шторы скрывали солнце, и только свечи горели в комнате, отбрасывая длинные тени на стены и кровать. По носу Пози ударил резкий запах горящих трав, но она ощущала и запах болезни и боли. Она, казалось, увидела туман у кровати, скрытый в тени.

Лекарь отошел от кровати короля.

— Он проснулся, но легко устает. Не задерживайтесь.

— Нет, — хрипло сказал король лекарю. — Они должны выслушать меня, даже если это будет долго.

— Да, король, — поклонился мужчина и тихо ушел.

Пози сжала руку Кирана, они прошли к королю. Он был сильно перемотан — руки и грудь, наверное, и ноги, хоть их не было видно под одеялами. Его лицо было в ранах, что оставят шрамы на всю жизнь. Непонятен был размах повреждений. Пози не знала, сколько в нем слабости от стыда и сожалений, а сколько от физической боли. Его глаза переменились, он выглядел маленьким под грудой одеял.

— Начну с тебя, дорогая Пози.

Пози вздрогнула. Она не думала, что он знал ее имя.

— Да, да, — он попытался улыбнуться. — Подойди, дитя, и возьми меня за руку.

Пози подошла, робко обхватила его перевязанную ладонь. Она ощущала лишь кожу на кончиках его пальцев, теплую и живую.

— Я сказал бы многое, если бы мог, дитя. Но я не так общителен. Я думаю, если я попрошу тебя простить меня, ты поймешь остальное.

Пози ощутила вспышку гнева. Он просил ее об этом после всего, что случилось? Но она пыталась подавить это, заставила себя мягко сказать:

— Да, я прощаю вас, — ведь прощение было скорее решением, чем чувством, да?

— Благодарю, — искренне сказал король. — Я не заслуживаю этого, дитя. И… — Мелантиус посмотрел уставшими глазами на сына, серьезно стоящего рядом с Пози. — Мы должны поговорить.

Пози знала, что между ними произошло многое, и она знала, что они должны поговорить наедине. Она тихо прошла к двери, закрывая, увидела, как Киран убирает волосы отца с его раненого лица. Это было несправедливо, и она быстро закрыла за собой дверь.

Она ждала в широком коридоре. Окно в нише со шторами было напротив нее, и она выглянула на поля и Границу с Дикой землей. Но Границы больше не было. Киран сказал, что дикий народ и персонажи теперь были едины. Так ли это? Ему как королю нужно будет убедить людей, показать им, что нужно жить в мире вместе.

Глаза слипались от усталости, она прислонила голову к камню за собой. Через миг она полетела крылатым существом над полями и деревнями.

Все пролетало на невероятной скорости, словно воспоминания. Она пыталась понять их, но летела слишком быстро, не могла замедлиться. Она видела существ, нападающих в темном лесу, призрачные лица с пустыми глазами, звон и блеск мечей на поле боя, одиночество, что давило, мешая вдохнуть, терзающие когти, короля, держащего нож у сердца сына с улыбкой, от которой Пози поежилась во сне. Все резко остановилось. Она не успела понять, как снова полетела. Она увидела, как захлопнулась дверь, услышала злой голос, ощутила боль от любви, разбитую пустоту. Она должна была сбежать. Если сны могли убивать, то этот точно убивал ее. Небо вдруг стало стеклом, она влетела в него, хлопала крыльями и пробила с треском.

Она проснулась, но не сбежала. Еще не открыв глаза, она знала, что это реально, что это части ее прошлого и будущего. Столько боли — реки и океаны. Так будет всю жизнь?

«Дорогая, я могу сказать тебе много слов, — туман влетел в окно. — Но ты знаешь ответ. Да и я говорю людям лишь то, что они знают».

— Не я, — зло ответила Пози. — Я не знаю, — она прижалась лбом к окну.

«Только слабые винят других, милая, и только слабые сердца говорят, что у них нет выбора. Учись быть выше боли, которую тебе причиняют другие. Ты не должна быть ее рабом навеки».

— Я пыталась, — сказала Пози в слезах. — Пыталась. Я не знаю, что еще могу сделать.

«О, многое. Ты поднялась, но свободы нет… пока не любишь».

— Я должна любить боль, которую терплю? — удивилась Пози. — Это я не могу.

«Нет, милая, не боль, — терпеливо сказал туман. — Ты должна любить того, кто причиняет боль», — он рассеялся у стекла и улетел с весенним ветром, как беспечное дитя.

Разве не это сейчас делал Киран? Пози видела, как он смотрел на отца, слышала, как он говорил с ней о матери, а они причинили ему боль. Она не имела права не прощать своих родителей, когда видела, как Киран простил своих. И она слышала тайный шепот, знала, что ее родители не хотели причинить ей боль.

Мелантиус и Валанор ошибались, поступали плохо, обманывали и убивали. Их любовь к детям утонула в их хитростях и обманах. Но Кирану было все равно, он ощущал ту любовь, что не требовала ответа. Пози знала, потому что знала его, любила его, читала его лицо, как самую приятную историю.

Но почему она понимала его, а не понимала это странное милосердие? Как он нашел то, что она не смогла?

Дверь комнаты короля открылась, Пози отпрянула от окна, увидела Кирана. Он подошел к ней, но она не дала ему заговорить.

— Почему, Киран? — выпалила она. — Почему ты все еще любишь его? Это… не честно.

— Честно? — он печально улыбнулся. — О, Пози, это милосердие. Если бы все было честно, милосердию не было бы места. Оно не связано со справедливостью.

— Это не просто милосердие. Я его понимаю, но… тут больше. Ты любишь своих родителей, хоть они так тебя ранили. Я ненавидела их за тебя. Почему ты их не ненавидишь? — ее голос оборвался от злости.

Киран смотрел на нее невыносимо долго и сказал:

— Потому что во мне нет места для чего-то такого ядовитого. Это вредит мне. Ты не видишь? Если милосердие не заслужено, то как быть любви?

Пози покачала головой, слезы жгли ее глаза. Она посмотрела на свои ноги, а Киран поймал ее ладони.

— Любой может любить хорошее и правильное, — тихо сказал он. — Это просто. Порой даже пусто. И это не жизнь для меня, Пози, — он склонился к ней. — Как и для тебя, думаю, — он убрал волосы с ее лица и притянул ее к себе. — Нет, — сказал он, глядя в окно. — Мы живем теперь ради великого.

Пози закрыла глаза. Киран любил отца, несмотря на ужасное предательство и жестокость. И это не вредило его, не пропало у него, не стыдило его. Он был от этого смелым и свободным. Пози теперь это понимала, как и его чувства. Это давало ему силу против любой угрозы, любого врага. Это делало его невероятно сильным. Пози словно сжимала в руках незнакомца. Но его слова попали по ней там, где она не ожидала, так глубоко, что то место, наверное, спало с момента ее рождения. Они добрались до ее центра и пробудили это место. И слова Кирана стали бальзамом для ее сердца, тайной, которую она должна была защищать жизнью.

Киран отпустил ее, заглянул в ее глаза.

— Ты скоро должна уйти, Пози, — его слова удивили ее на миг, а потом она кивнула.

— Да, — сказала она, ждала знакомую боль, разбитое сердце. Но этого не было. Она вздохнула, зная, что эти знания, эта тайна дадут ей силы оставить это место, что она так полюбила. Силы было не так много, но достаточно.


ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Прощание



Все персонажи вышли поздравить нового короля, с ними и дикий народ. Жители поражались человеку-дереву, идущему по полю, его тело скрипело, было покрыто сгустками мха, на голове рос папоротник; их удивлял гордый кентавр, промчавшийся по мощеной дороге. Жители думали, что то существа из сказок. Но Пози знала, что они ощущали, она знала, как это — когда сказка оживает на глазах.

Большие длинные столы с серебряными и зелеными скатертями стояли во дворе замка. Сто слуг наняли в деревнях, чтобы помочь с приготовлениями. Все кипело и работало, и Пози старалась помочь, не думая, что ей нужно уходить. Она знала, что оттягивает момент, но говорила себе, что поймет, когда наступит время. Она носила с собой бутылочку, что отнесет ее домой. Она порой касалась ее пальцами в кармане. Ей не нравилось трогать ее, ведь ей придется скоро расстаться с Кираном, но она знала, что так будет. Туман не зря помог ей найти пузырек. Солдаты Кирана уничтожили все в комнате Фалака.

Солнечным днем через два дня после разговора с королем, Пози сидела с Кираном в маленьком саду, одном из тех, что окружали замок. У него были бумага, перо и чернила, он работал над речью, которую произнесет перед праздником.

— Как мне подобрать нужные слова? — он устало поднял голову и потер глаза.

Пози улыбнулась.

— Что? — он улыбнулся в ответ.

— Просто… — начала она. — О, я не знаю… ты говоришь, что не можешь подобрать слова. Ты изменил слова, Киран.

— Да? — серьезно спросил он. — Я не уверен.

— Не уверен? — Пози посмотрела на него. — Киран, они звали нас Меняющими слово. История изменилась, только осмотрись. Конечно, слова теперь другие. Откуда сомнения?

— Но они изменились не из-за меня, — тихо сказал он. — Нет, — он не дал Пози заговорить. — Я был среди многих, кто начал эти перемены. Ты, моя сестра, даже совы и мой отец… мы все это сделали, так и должно быть. И не забывай тех, кто умер, защищая Истинную Историю. Их жертвы изменили слова сильнее всего.

— Да, — медленно сказала Пози. — Ты прав. Мы все это сделали. Мы все были Меняющими слово.

Киран посмотрел на нее, а потом мимо нее, на землю за садом и замком. Он вздохнул.

— Изменились не только слова.

* * *

День праздника пролетел быстро. Тело Пози было там, а разум бежал впереди нее, как на поводке, и все ее силы уходили, чтобы поспевать за ним. День был зеленым и ясным, раскрылся, как цветок на солнце. Пози знала, он будет идеален, и она смотрела, как во сне, как Киран и Эванта исполняют свой долг, встречают народ и радуются с новым королевством.

Киран произнес речь перед едой, пока люди не отвлеклись на угощения и вино. Он встал со своего места на низком балконе с видом на двор и поднял руку. Тишина опустилась покрывалом. Все взрослые, дети, создания Дикой земли посмотрели на нового короля.

Сильный голос Кирана прозвенел на весь двор:

— Не так давно, — сказал он, — мы жили во тьме. Ничто не может поработить человека сильнее его мыслей… отрицания выбора перед ним… его боязни столкнуться с тем, что неправильно. Ни один правитель на земле не сломит сильнее этого. Сюжет говорил нам, что делать, кто мы, как нам жить и даже умирать. Но не теперь. Истинная История теперь сможет начаться. Она знает, кто мы, и как мы будем жить и умрем, так ее написал Автор. Но тут есть разница. Магия королевства больше не удерживает нас. Она не путает и не слепит нас, как раньше. Туман отогнал магию и может жить среди нас, напоминая нам, кем мы были и какими можем стать. Это за нас не может решить король, а Автор не станет. Автор знает, что с нами будет, но он не раскроет этого. Мы были счастливы, так долго не думая об этом. Но когда мы решили убрать вуаль, то обнаружили, что было рядом с нами, все время, всю жизнь. Мы не видели это или забыли. Эта война, эти смерти были ради благородной цели — и мы нашли это, и мы будем помнить то, что было так долго забыто. Это новый мир, мой народ, — Киран посмотрел на толпу, словно мог заглянуть каждому в глаза. — И я скажу честно… теперь поражение будет печальнее, но победа — красивее, а любовь — глубже. И как же интересно не знать, как дальше будет развиваться история, или к каким чудесам она нас приведет! Мы можем жить теперь лишь раз, но как должны. Граница была сломана, а с ней и повторение истории. Читатель может листать страницы тысячу раз, но там будут только воспоминания о нас, ведь мы будем идти вперед. И кто знает? Может, у Истинной Истории есть конец… может, его нет. Может, однажды мы узнаем, что за Дикой землей, посетим Неизведанную землю, и там начнется новая история. Но в ней мы уже не рабы Сюжета. Мы — свободные персонажи, которые были достаточно смелыми, чтобы отогнать тьму и принять свет в каждом из нас, который оставил Автор, написав нас, и это изменило слова и сделало нашу историю такой, какой она всегда должна была выглядеть.

Пози задерживала дыхание. Она выдохнула и посмотрела на персонажей, чьи судьбы переплелись с ее. Она посмотрела на их лица и увидела то, что явно было на ее лице. Они хотели согласиться, верить, и Киран едва успел договорить, как они вскочили и заревели, хлопая, так громко, что Пози думала, что стены замка дрожат. Она невольно улыбалась и плакала, поднимала руки вместе с теми, кто был ей так дорог.

* * *

Пози всегда не любила прощаться. И в этот раз так было. Даже в тысячу раз хуже. Она знала, что прощается навеки. Ее поцеловал Ноктюрн, она погладила его гладкие перья. Она обнималась со слезами с Факсоном и Карис, двумя новыми советниками короля вместе с другими существами, совами, диким народом и персонажами.

Эванта сжала руки Пози, по ее бледному детскому лицу текли слезы. Но за этим видом Пози видела ее силу и зала, что Киран не будет один в трудностях. Пози смотрела на принцессу.

«Из-за нее меня забрали сюда. И теперь я прощаюсь с ней навсегда. Я едва успела узнать ее», — Пози тоже плакала, но слезы были добрыми, а не печальными, как она ожидала. Она обняла девушку и ощущала только утешение и счастье.

— Брат без тебя станет другим, милая, — Эванта провела рукой по кудрям Пози. — И я тоже. Ты спасла меня… хоть не знала меня. Ты рисковала жизнью ради меня, такой долг не оплатить.

— И не нужно. — Пози тряхнула головой. — Ты благодарна… Ты жива. Этого мне хватит, принцесса.

— Да, Пози. И я думаю, мы еще встретимся. Автор знает, что такие провисшие нити нельзя оставлять в истории.

— Пора, — Киран подошел к ней, сжимая поводья своего коня. — Солнце скоро взойдет.

Он забрался в седло, поднял ее к себе и усадил сзади. Она обвила его рукой, и копыта Беленуса застучали по мощеному двору. Она решила обернуться лишь раз, посмотреть на людей и существ, которых полюбила. Если больше, было бы больно. И она посмотрела на них, стоящих перед замком. Луна угасала, водя последними лучами перед ними, провожающими ее и Кирана. Ей не нужно было махать на прощание. Не нужно было кричать слова в последний раз. Страдания и победа были натянуты между ними, написаны в глазах, и это было больше, чем опишешь словами. Они знали, что понимали друг друга. И ощущали все это.

* * *

Пози крепко сжимала Кирана, они неслись галопом по полям королевства. Она ощущала, что уйти можно из одного места — Дикой земли. Она посмотрела, как луна блестит на темных волосах Кирана. Она смотрела, как на лугу в траве кружатся огоньки. Она еще многого не узнала в этом мире. Но, она чуть не рассмеялась, она и в своем мире еще многого не знала.

Ее мир. Она закрыла глаза и прижалась щекой к спине Кирана. Воспоминания заполнили ее голову. Не те, от которых она сжималась и плакала, а те, от которых хотелось вернуться. Она думала о родителях, их лицах и голосах. О знакомом запахе папиного средства после бритья, который она любила вдыхать. Она ощутила нежное прикосновение руки матери к лицу, как было много раз. Лицо Лили возникло перед ней, она мило улыбалась, и Пози захотелось увидеть сестру, коснуться ее убедиться, что она настоящая. Поговорить с ней, человеком, что был ее половинкой. Пози начала подозревать, что стыд и гнев ее были преувеличены, что было не так заслуженно, как она думала. И она начинала верить, что страхи, что ждали ее в ее мире, она уже не будет воспринимать так, как прежде.

Конь Кирана замедлялся, и Пози открыла глаза и огляделась. Они добрались до края леса.

— Киран, — тихо сказала она. — Что за Дикой землей? Лес не может тянуться бесконечно? Там другое место? Или… конец?

— Никто в королевстве не знает, Пози. Мы всегда звали место Неизведанной землей. Но я расскажу тебе, — он заговорил мягко, словно делился тайной. — Я однажды это выясню. Когда королевство будет спокойным, когда страницы нашей истории станут гладкими, как и должны быть, я возьму с собой немного людей и отправлюсь в дальнюю часть Дикой земли. Лес должен где-то кончаться. И мы узнаем, конец ли там всего… или новый мир.

Пози поежилась. Что было за Дикой землей? Может… ее сердце сжалось. Нет, это было невозможно.

Киран повел коня во тьму под деревьями, в густой туман над землей. Они прошли дальше, Киран спешился, обвил ее талию, и она соскользнула с седла. Она смотрела на его лицо, открытое и с печальной кривой улыбкой — сладость была ножом в ее сердце. Это так отличалось от его хитрых улыбок чуть больше месяца назад. Любовь изменила их. Может, в этом и была цель их путешествия.

— Что ж, — Киран посмотрел на нее, волосы и глаза были темнее от теней деревьев. — Солнце вот-вот взойдет, — он сделал паузу и выпалил. — Ты… могла вернуться со мной, Пози. Быть моей королевой. Все тебя полюбят… они уже любят! И я… люблю тебя. Не знаю, что я буду без тебя делать, — он вдруг зазвучал как ребенок, а не сильный воин, каким он был на поле боя. Пози прижала ладони к его лицу. Она смотрела на него, и даже вечности вот так не хватило бы.

— Твоя сестра, — медленно сказала она, — уверена, что мы еще встретимся. Но ты знаешь, что я должна уйти. Я люблю тебя, Киран. Но там те, кого я тоже люблю.

— Да, — он с пониманием кивнул. — Знаю.

«И кто бы знал лучше него?» — печально подумала Пози.

Он склонился для поцелуя, они оба знали, что это последний раз. Пози ощущала, что нужно сдерживать слезы, но она не смогла и ощущала вкус своих слез меж их губ. Она обняла его, ощущая знакомую твердость его мышц, его тепло.

— Иди, — сказал он. И в одном слове были смелость и боль сердца… Он поцеловал ее ладонь так нежно, словно бабочка на миг опустилась туда, и это чуть не заставило ее передумать. Но она отвлеклась от воспоминания, как он поцеловал ее ладонь и просил прощения в лесу, и она вернулась к реальности.

Расправив плечи и судорожно вдохнув, Пози сжала пузырек в кармане. Она отошла от Кирана на пару шагов, ведь не знала, что будет, когда она снимет крышку. Она смотрела на нее и не знала, что делать… ей пить это? Почему она не подумала раньше?

Она зря переживала. Краешек солнца показался над холмом, и его лучи проникли пальцами среди деревьев. Пози знала, время настало. Она посмотрела на Кирана и вдруг ощутила страх. Ее ладонь замерла на бутылочке. Он кивнул и улыбнулся, и она не дала себе передумать и вынула пробку.

Лучи солнца словно летали. Пози поняла, что они сливаются в шар, что пульсировал и сиял… и рос с каждой секундой. Он был слишком ярким, чтобы смотреть прямо, но они с Кираном потрясенно глядели, как он принимает облик.

Это было существо из огня и воды. В сиянии появились темные тени. В пульсирующем свете Пози различила силуэт высокого и гордого существа. Крылья были широкими и сильными. Лицо с глазами… не как у человека? Или наоборот?

— Пора тебе вернуться в свою историю, — сказал знакомый голос.

Пози кивнула, пораженная размером и видом Автора в этот раз.

— Дитя, — голос искрился. — Дай обнять тебя.

Обнять? Пози замерла на миг, смотрела на огонь и тени, что двигались волнами на существе. Она подумала, через что прошла, ужасное и радостное, и поняла, что это не должно ее пугать. Она подошла к Автору, ощущая жар пламени рядом с ним. Он раскрыл огромное крыло, бело-голубое, и она шагнула в тень под ним.

Она словно тонула и дышала. Автор любил писать о том, что загадочно сочеталось, что с трудом сосуществовало. Пози повернулась в его крыле и посмотрела на Кирана в последний раз. Он стоял вдали, одежду и волосы трепал сильный ветер. Она протянула к нему руку, надеясь, что он увидит и поймет все невысказанное между ними. Он не помахал, но прижал левую ладонь к сердцу, и Пози знала, что он показывает, что она всегда останется с ним там.

Это было последним, что она увидела, и поток воды и огня обрушился на ее голову.


ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Измененная



Она проснулась. Сила истории все еще притягивала ее, хоть Автор и поднял ее в ее мир, приказывая, чтобы она боролась, как он делал и раньше.

Глаза не открывались, руки и ноги были тяжелыми. Пози что-то слышала. Что-то знакомое и приятное. Она поняла, не зная, смеяться ей или плакать, что это гул ламп библиотеки. Глаза послушались, она медленно открыла их, увидела желтый свет и ряды полок.

«И я здесь, будто ничего не случилось», — подумала она и ощутила усталость. Мысли мелькали перед глазами, воспоминания терзали ее, и она закрыла глаза от них. Она прижала ладони к лицу и затряслась от беззвучных всхлипов.

— Прости, — донесся тихий голос из-за ее горя. — Прости, но… я могу чем-то помочь?

Пози не знала, что ее слезы увидели. Она подавила их, протерла лицо руками, а потом посмотрела в темные глаза. Ее сердце сжалось, а потом она увидела его. Мальчика из ее школы. Она видела его в коридорах, но никогда не говорила. Она редко говорила с людьми. Он был высоким, худощавым и в круглых очках. В длинных руках он держал такую высокую стопку книг, что Пози боялась, что он сломается от их веса. Он был на пару лет старше, она видела, как он учился и говорил с ребятами старше.

Но какая разница? Она хотела поплакать в тишине, горюя по месту и людях, которых потеряла. Но что-то его взгляде не дало ей заговорить едко. Это была доброта. Он не был просто вежливым, он переживал за нее. И в глубине его глаз за очками она будто видела…

Она вдруг улыбнулась. Он отпрянул и опустил взгляд. Он уже не тревожился, а смущался.

— Прости, что помешал, — он начал разворачиваться.

— Нет! — Пози опустила книгу на стол и вскочила на ноги. — Прошу, не уходи. — Я не… я не смеялась над тобой! Ты это подумал?

— Ну… — он осторожно посмотрел на нее, и она поняла, что угадала.

Она вздохнула.

— Я улыбалась… потому что мне понравилось на тебя смотреть, — ее глаза округлились, когда слова вылетели, и она зажала рот рукой.

Теперь смеялся юноша. Его лицо изменилось, и ямочки с белыми зубами сделали его очаровательным.

— Похоже, ты в порядке, — он посерьезнел. — Я наблюдал, как ты читала… ох, не стоило говорить… но я увидел, как ты читаешь, и ты словно не могла выбраться из книги! Я сам такое испытывал. А потом… что-то стало не так. Ты… — он не знал, как продолжить. — Ну, — сказал он, наконец, — ты была слишком далеко.

— Далеко? — слабо спросила Пози.

Он покачал головой.

— Ничего, — он улыбнулся. — Помочь теперь отнести книги?

— Нет, — быстро сказала Пози. Она вспомнила Кирана, ее сердце сжалось, она ощутила стыд. Разве она может так говорить с юношей и улыбаться, когда оставила только что Кирана, которого так любила? Это казалось предательством. — Но спасибо, — шепнула она.

Он стал увереннее и сказал:

— Я могу проводить тебя домой… но ты явно хочешь побыть одна.

Они пошли вместе по ряду между стеллажами, направляясь к лестнице. Пози молчала, все еще тоскуя.

«Он не виноват, — говорила она себе. — Он не знает, что я прошла и где побывала. И, — она взглянула на него, — он милый. Даже может стать другом», — она знала вдруг, что он не будет судить ее или насмехаться над ней. Ей даже захотелось как-нибудь рассказать ему о книге.

Она редко говорила с мальчиками, особенно незнакомыми. Но этот случай отличался, и она сильно изменилась, ощущала себя старше, мудрее и смелее.

— Может, завтра? — спросила она. — Я тут почти каждый день. Может, увидимся.

— Да, — его глаза сияли. — Хорошо, — он нервно провел длинными пальцами по растрепанным каштановым волосам.

У двери Пози повернулась к нему. Она все сильнее думала о семье и доме.

— Тогда до завтра, — сказала она и повернулась к двойным дверям.

— Этан.

— Что?

— Этан, — повторил юноша. — Так меня зовут.

— О, — Пози покраснела, на них оглянулось несколько человек. — Меня зовут Пози.

— Пози, — кивнул он, ей понравилось, как звучало ее имя его голосом. — До скорого, Пози.

* * *

Деревья были зеленее, и небо ярко сияло синевой. Был еще день, но Пози видела луну в небе, и она была больше, чем когда-либо, упрямо сияла, несмотря на свет солнца, тусклой мраморной белизной. Она вернулась в свой мир, но покинула его не таким. Все успело измениться?

Пози шла по улице удивительно медленно. Ее и Кирана звали Меняющими слово. Чудом было то, что изменились не слова истории… а персонажи. Слова уже менялись вокруг них каждый день. Они пробудились и поняли, что у них есть выбор, и он был у них всегда. Пози не знала, перестанет ли думать об истории, и что тогда будет. Перестанет ли она искать лицо Кирана на каждом углу?

Но теперь у нее был секрет, что вел ее домой, и она хотела и боялась рассказать его и жить с ним.

«Ты не умрешь, если поделишься тем, чего у тебя много», — подумала она. Слова казались такими знакомыми, но она точно их нигде не слышала. Она не собиралась бояться, думать, что пропадет, не ощутив любви, не дав ее. Киран, королевство, Дикая земля, Уныние, даже Фалак, король и королева — они заставили ее увидеть то, что уже было в ней.

«Никто не может открыть глаза, кроме тебя, дитя, — голос был на ветру или из шума шагов… или из биения ее сердца? Она знала голос, как и всегда, и его тепло окутало ее. — Другие могут сиять, но тебе решать, видишь ли ты это».

Она завернула за угол к своему дому.

«Вот и я, — сказала она себе, собирая смелость как доспех. — Я пришла издалека. Они не знают мой секрет, — думала она, ощущая от этого трепет счастья. — Они не знают, но я покажу им, как смогу. Мама, папа, Лили», — ее любовь пульсировала в сердце и венах. Она была ее частью.

Пози прошла по лестнице, по которой спустилась пару часов назад — несколько жизней назад. Она сжала ручку дрожащей рукой, вдохнула и прошла в новый мир.


~ конец ~


home | my bookshelf | | Меняя слово |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 2
Средний рейтинг 1.5 из 5



Оцените эту книгу