Book: Извечные загадки науки глазами дилетанта




ПОЗДНЯКОВ Эльгиз Абдулович


ИЗВЕЧНЫЕ ЗАГАДКИ НАУКИ

глазами дилетанта

Автор - известный ученый, доктор исторических наук, профессор, академик Академии естественных наук РФ. Его перу принадлежат многие труды по теории политики и различным философским проблемам. Среди них: Системны й подход и международныеотношения (1976), Философия политики (1994) Геополитикая(1995), Философия государства и права (1995), Философия культуры (1999), Философия преступления (2001), Философия свободы в (2004) и другие.

В предлагаемой читателю книге ученый выступает в новом качестве, как естествоиспытатель. В ней рассматриваются некоторые важные естественнонаучные проблемы, которые, по мнению автора, до сих пор не имеют адекватного решения. Автор предлагает новое и оригинальное их решение, которое, по его убеждению, дает более точную картину окружающего нас мира природы. Книга написана живо и увлекательно. она, несомненно, будет интересна для всякого современного человека - образованного, любознательного, свободного от научных и прочих предрассудков и предубеждений.


Содержание:


Дилетантизм против науки

(Вместо введения) 5


1. Некоторые соображения относительно

физической природы гравитации 20


2. Праздные мысли о происхождении планет

солнечной системы 28


3. Есть ли решение у теоремы Ферма? 56


4. Основанное на данных науки

и многовековом опыте доказательство

органической природы воды 62

О научной и практической несостоятельности

теории фотосинтеза 75

Вода задает загадки.

Роковая ошибка Лавуазье 115

Азот или «зот»? 146

О механизме кругооборота «вода - воздух» 162

Единство жизни во всех ее формах 167

Проблема самозарождения жизни 174

Надолго ли хватит на Земле воды? 181


5. Изменение климата на земле:

причины и возможные последствия для мира

(альтернативный подход) 187


ДИЛЕТАНТИЗМ ПРОТИВ НАУКИ

(Вместо введения)


Дилетантизм, дилетант... В наше время эти понятия ис-

пользуются обычно в негативном смысле и даже с оттен-

ком пренебрежения. Когда котят о ком-то сказать, что он

не разбирается в вопросах, о которых берется судить,

или же занимается делом, не имея профессиональной под-

готовки, то говорят: «Он же дилетант», и этим вопрос це-

ликом исчерпывается.

Однако так было не всегда. S XVII - ХIХ веках слово

«дилетант», или <любителы>, было еще уважаемым. В те

времена наукой и разными искусствами занимались глав-

ным образом по влечению души, а не в силу профессио-

нальной подготовки. Да и профессиональных заведений,

готовядцик ученых, художников или музъткантов было ма-

ло. Поэтому слово «дилетант», или «любитель», воспри-

нималось буквально и без каких-либо негативных оттен-

ков. Дилетант - это человек, занимающийся искусством

из любви к нему, а не по принуждению, по природной

склонности, а не в силу профессиональной подготовки.

То же скажем и о дилетанте в науке. Хорошо известно, что

все великое и ценное в искусстве и науке было создано

именно такими дилетантами.

Положение стало меняться, начиная с ХIХ и особенно

с ХХ века, когда «любителей» стали постепенно вытеснять

«профессионалы., подготовленные в специальных учеб-

ных заведениях. С той поры слово «дилетант» стало все

больше приобретать негативно-пренебрежительнътй отте-

5


нок, особенно в устах снобов-профессионалов. Любой же

профессионал непременно является одновременно и сно-

бом, в какой бы сфере деятельности он ни работал.

Если в наше время дилетанта еще терпят в искусстве,

да и то с трудом, то в науке н е терпят совершенно. В науке

с ним никто и разговаривать не станет. Я имею в виду, ко-

нечно, науку официальную, организованную в академии,

институты и прочие ученые корпорации, хотя, впрочем,

другой науки, кажется, уже давно не существует.

Почему я пишу об этом? Здесь имеются две причины:

одна частного (личного) свойства, другая - более общая.

Личная состоит в том, что я, как автор, вместе со всеми

своими научными степенями, званиями и трудами, при-

надлежу к тем наукам, которые именуются гуманитарны-

ми, в отличие от наук естественных. В то же время я беру

на себя смелость (или нахальство?) решать (или пытаться

решать) проблемы, относящиеся к сфере наук естествен-

ных и математических, к тому же проблемы достаточно

сложные; берусь, не имея притом ни должного образова-

ния, ни дипломов, подтверждаюцхих мою компетенцию

в соответствующих областях знания. Другими словами, я

выступаю здесь в качестве дилетанта, а тем самым делаюсь

объектом н егати вно-пренебрежительн ого отношения к се-

бе, притом как со стороны гуманитариев, так и со стороны

естественников. В мой адрес любой вправе сказать: «N че-

го он вообще выступает? Ему, что - больше всех надо?»

(это чисто российский вариант); или же что-нибудь вроде:

«д это что за географические новости?» (это уже вариант,

скорее, западноевропейский или американский).

Скажем прямо: в России плохо относятся ко всякой

инициативе вообще и в науке в частности, особенно, если

она исходит от дилетантов и, того хуже, - от соотечест-

венников. На Западе, наоборот: инициатива поощряется,

и, в отличие от России, прежде всего со стороны именно

соотечественников (не потому ли там так много ученых

с мировым именем?). Данное различие имеет свои осно-

вания: на Западе наука развивалась главным образом в

6

русле

свободного творчества, независимо от государст-

ва, и ее культурная традиция переходила, не прерываясь,

из поколения в поколение. В России же, как до револю-

ции, так и после нее, в годы советской власти, так и в на-

ше время наука существовала под эгидой государства,

ученые же рассматривались как чиновники разных науч-

ных департаментов, находящиеся на казенном жалованье.

Тот, кто не принадлежал ни к одному из таких ведомств,

не считался ученым вообще, будь он трижды Ньютоном

или Эйнштейном. Что же касается научной традиции,

то она, как и многие другие аспекты культуры, прерыва-

лась вместе со сменой режимов.

Однако независимо от разных жизненных обстоя-

тельств и их смены может возникнуть общий риторичес-

кий вопрос: а имеет ли кто-либо право вообще вторгаться

в те области знания, в которых не является профессиона-

лом? Не нарушит ли такое вторжение стройного здания

Науки, на страже которого стоит наука официальная?

С точки зрения последней, видимо, нарушит. В самом де-

ле, если всякий будет предлагать свои мнения (а имя та-

ким «всяким» - легион, и среди этих «всяких» не каждый

в здравом уме), то что станет с наукой?

Но здесь имеются все же некоторые нюансы. Если я,

скажем, не имея соответствующей подготовки, навыков,

опыта и знаний начну лезть в дела сапожника, часовщика,

слесаря-сантехника и т.п., делать им замечания, поучать

их, то всякий будет прав, указав мне, чтобы я не лез в то,

в чем не разбираюсь.

Однако между наукой и конкретным ремеслом есть все

же различие. При соответствующей общеобразовательной

подготовке и здравом уме любой человек может иметь

свое суждение относительно каких-то общих научных

проблем с тем же правом, с каким он имеет свое суждение

относительно общих проблем политики. Тем более он мо-

жет его иметь, если проявляет к ним особый интерес

и стремится расширить круг своих познаний, касающихся

интересующего его предмета.

7

Можно назвать таких людей

дилетантами. Однако хорошо известно, что история миро-

вой науки полна примеров, когда именно они, а не профес-

сиональные ученые, делали крупные научные открытия

даже в ХХ столетии. Эйнштейн, Бор, Борн были «любите-

лями», и так называли себя сами. «Любителями» были де-

сятки других ученых, не имевших ни специального обра-

зования, ни званий, ни научных степеней и тем не менее

обогативших науку открытиями, принесшими ей славу.

В этой связи сошлюсь на А.И. Герцена, который, имея

в виду особенности организации российской науки, писал:

«Наука - открытый стол для всех и каждого... Стремление

к истине, к знанию, не исключает никаким образом частно-

го употребления жизни; можно равно быть при этом хими-

ком, медиком, артистом, купцом. Никак нельзя думать,

чтобы специально ученый имел большие права на истину;

он имеет только большие притязания на неё. Отчеro чело-

веку, проводящему жизнь в монотонном и одностороннем

занятии каким-нибудь исключительным предметом, иметь

более ясный взгляд, более глубокую мысль, нежели друго-

му, искусившемуся самыми событиями, встретившемуся

в тысяче разных столкновений с людьми? Напротив, цехо-

вой ученый вне своего предмета ни за что не примется... Он

не нужен во всяком живом вопросе. Он всех менее подозре-

вает великую важность науки; он ее не знает из-за своего

частного предмета, он свой предмет считает наукой». Такие

ученые «бревнами лежат на дороге всякого великого усо-

вершенствования не потому, чтобы не хотели улучшения

науки, а потому, что они только то усовершенствование

признают, которое вытекло с соблюдением их ритуала

и формы или которое они сами обработали. У них метода

одна - анатомическая: для того чтобы понять организм,

они делают аугопсию», т.е. Расчленение'.

8

Таких ученых Герцен относил к категории «цеховых

ученых», т.е. узких специалистов, ученых по званию,

по диплому. Именно они и составляют фундамент офици-

альной науки. «Цеховые ученые», по Герцену, «это - чи-

новники, служащие идее, это - бюрократия науки, ее пис-

цы, столоначальники, регистраторы»'. Они по совмести-

тельству также и ее охранители, стражи; именно они обе-

регают ее от всяких новаций, поскольку те представляют

прямую угрозу их собственному спокойному и благопо-

лучному существованию.

Такое положение вещей, разумеется, не может не по-

рождать застоя. Более того, когда отсутствуют открытые

альтернативы существующим теориям, то в науке начина-

ет господствовать догматизм с его жестко фиксированны-

ми положениями, методами и терминологией, и наука пре-

вращается в подобие церкви или масонской ложи. Она на-

чинает строго придерживаться определенной системы дог-

матов, не признает «ереси» и преследует их доступными

ей средствами, главным образом, непризнанием, замалчи-

ванием, а при определенных условиях - открытым шель-

мованием и преследованием. История науки полна и та-

ких примеров. Сегодня, слава богу, этого уже нет, но надо

заметить, что в науке, как и в других творческих сферах,

заметить, что в науке, как и в других творческих сферах,

открытое преследование часто бывает предпочтительнее

полного замалчивания.

Как бы то ним было, все это входит в противоречие

с действительностью и особенно с принципами демокра-

тии, проникающими ныне во все уголки жизни. Получив

наибольшее развитие в политической и экономической

сферах, они распространились и на многие другие области

человеческих отношений. Однако, как это ни покажется

удивительным, эти принципы почти не коснулись офици-

альной, цеховой науки: она оказалась к ним менее всего

восприимчивой. Создалось парадоксальное положение:

критике нынче подвергается всё и вся, от нее не гаранти-

рованы ни президент, ни правительство, ни тем более от-

рованы ни президент, ни правительство, ни тем более от-

дельные чиновники. Вне критики одна наука. Мы то и де-

ло слышим: «ученые roворят...», «ученые считают...», и все

е Там же, с. 59.

9

с почтительным вниманием слушают всякие благоглупос-

ти, которые частенько изрекают эти самые ученые.

Таксе положение вещей не осталось незамеченным,

и многие видные ученые выступили в защиту свободы на-

уки вплоть до отделения ее от государства (наподобие церк-

ви). Речь, как понятно, идет озападной науке; в России, сла-

ва богу, в этом смысле все в порядке, и если российский уче-

ный чем-то и недоволен, то лишь низкой зарплатой. На пер-

вой волне демократии у нас, правда, было сгоряча создано

несколько свободных, т.е. внебюнджетных академий наук

(к одной из них, кстати, я имею честь принадлежать). Одна-

ко они как-то незаметно завяли, как вянет растение, когда

его не подпитываюгт и не поливают. Главная причина туг ви-

дится в том, что по духу своему эти академии так и остались

все теми же департаментами науки, но только - и это важ-

но! - без денежного содержания. Но если без него еще мо-

жет жить дилетант-одиночка, то научное учреждение, тем

более академия, никогда в жизни.

Что касается стремления ряда западных ученых вывес-

ти большую науку из состояния застоя, оживить в ней дух

свободного творчества, то нельзя здесь не упомянуть аме-

риканского ученого Пола Фейербанда. Не вызывает со-

мнений его утверждение, что развитие науки невозможно

без выработки альтернативных теорий, идущих вразрез

господствующим в науке взглядам. Именно альтернатив-

ные теории, по его мнению, только и способны обогащать

науку и ускорять ее развитие. «й то время, как единство

мнений, -подчеркивает Фейерабенд, -может бытьпри-

годным для церкви, для добровольныхпоследователей ти-

рана или иного великого человека», разнообразие мнений

методологическинеобкодимодлянаукиитемболеедляфи-

лософии» ^.

Соглашаясь в принципе с этим тезисом, нужно в то же

время иметь в виду одно важное обстоятельство: сегодня


' Пол Фейерабенд. Nзбранные труды по методологии на-

уки. М., «Прогресс», 1980, с. 80.

10

вопрос о свободе научных суждений при обрел свою осо-

бенность. Наука на глазах теряет свое качество быть полем

свободного творчества и все заметнее эволюционирует

в сторону разработки различных технологий. Здесь ее осо-

бенность как замкнутого на себе учреждения становится

все очевиднее ввиду самой специфики современных тех-

нологий, имеющих в большинстве случаев закрытый, а то

и просто секретный характер. В этой своей ипостаси наука

становится органической частью государственной струк-

туры. Тем самым она теряет свои качества науки как поля

свободного творчества и превращается в чистую техноло-

гию. В этой же сфере рассчитывать на открытость и свобо-

ду суждений было бы по меньшей мере наивно.

Как бы ни относиться к технологиям, какими бы слож-

ными те ни были, строго говоря, к сфере науки как таковой

они не относятся. Это, скорее, область изобретательства,

подкрепляемая современным инженерным искусством.

Наука же в ее высоком значении призвана заниматься

фундаментальными проблемами исследования природы.

Именно такая наука не может развиваться без свободы

мнений и их столкновения. Но, увы, она нынче практичес-

ки вымерла: она вся в прошлом, и в этом смысле как бы за-

стыла где-то на уровне XIX, а то XVII I или даже XVII ве-

ка, а ее кумирами продолжают оставаться Ньютон, Лавуа-

зье, Дарвин и прочие корифеи из времен, кажущихся нын-

че доисторическими.

N такое положение вещей имеет свои веские причины.

В наше время, когда все покупается и продается, вплоть до

чувств и идей, никто не станет платить за изучение про-

блем, не имеющих непосредственного практического зна-

чения и не дающих немедленной отдачи и прибыли. Госу-

дарство хорошо оплачивает «науку» за создание современ-

ноro оружия, атомных бомб, новейших ракетных устано-

вок и т.п.; фирмы и корпорации щедро платят за достиже-

ния в области генной инженерии, за изобретение новых

упаковок для продуктов, изделий бытовой электротехни-

ки, всяких прокладок, «reфалей» и прочего ультрасовре-

11


менного ширпотреба. Платят, короче, за создание совре-

менных <Франкенштейнов», которые все в большей степе-

ни подчиняют себе человека и одновременно захламляют

и уродуют планету. Когда же дело доходит до объяснения

природных явлений, прежде всего тех, что связаны с угро-

зой существованию жизни или экологии, то оказывается,

что официальная наука в лице своих представителей ниче-

го, кроме банальностей, сказать не может. Мы хорошо по-

мним ее беспомощность в попытках объяснить причину

разрушительного цунами в Юro-Восточной Азии в декаб-

ре 2004 г.

Однако альтернативы официальной науке нет, и она

продолжает пользоваться авторитетом среди неискушен-

ной публики, которая, разинув рот, внимает ее откровени-

ям. Как замечает тот же Фейерабенд, наши оболваненные

прагматические современники склонны верить всему, что

идет под грифом «наука» и предаваться взрывам восторга

по поводу таких событий, как полеты на Луну, открытие

двойной спирали ДНК или создание средств для увеличе-

ния срока жизни человека (можно представить, что станет

с Землей, если жизнь человека будет продлена, к примеру,

до двухсот лет!). Тратятся миллиарды долларов, годы

упорной работы многих высококвалифицированных спе-

циалистов для того, чтобы, как иронизирует Фейерабенд,

«дать возможность нескольким косноязычным и доволь-

но-таки ограниченным современникам совершить неук-

люжий прыжок туда, куда не захотел бы отправиться ни

один человек, находящийся в здравом уме, - в пустой, ли-



шенный воздуха мир раскаленных камней»'.

Сегодня уже и Россия готова затратить многие милли-

арды долларов на снаряжение экспедиции на Марс. Это не

имело бы смысла даже если наше государство было таким

же богатым, как Соединенные Штаты. Когда же оно нище,

как церковная мышь, достойная скромность была бы, ду-

мается, ему больше к лицу. Невольно думаешь: неужели


Там же, с. 497.

12

это делается только ради дешевого престижа, который мо-

жет так дорого обойтись стране? С какой целью, спраши-

вается, лететь на Марс, если без всякой экспедиции ясно

даже и ежу, что там ничего нет, кроме такой же раскален-

ной, безводной пустыни, как и на Луне? Чтобы убедиться

в этом, вовсе не нужно лететь туда, а достаточно посмот-

реть на него в трубу-телескоп - это волшебное устройство,

из которого астрономы, подобно факирам, извлекают свои

фантастические теории о строении Вселенной.

Нельзя пройти и мимо такого опасного факта: совре-

менная официальная наука, сконцентрировавшись на ре-

шении технологических задач, дающих быстрый матери-

альный и престижный эффект, в содружестве с близору-

кой и самодовольной властью делают все, чтобы прибли-

зить гибель всего живого на земле как путем загрязнения

планеты отходами высокотехнологических предприяти й,

так и бездумной растратой ее природных ресурсов, вклю-

чая воду и всю биосферу. Блистая эрудицией на всевоз-

можных международных симпозиумах и конференциях,

казенные ученые на словах выражают беспокойство по

поводу быстрого ухудшения экологической обстановки

на планете и в то же время на практике способствуют при-

ближению экологической катастрофы. Здесь мы видим

нечто вроде нового интернационала, интернационала

в форме своего рода негласного духовного и материально-

го единения власти и науки в масштабах планеты, итогом

которого в конечном счете станет неминуемое превраще-

ние нашей планеты в место, непригодное для жизни. Рас-

ходясь в своих узких национальных интересах, современ-

ные государства в то же время под знаменами глобализа-

ции сходятся в общем движении к этому гибельному ре-

зультату, и каждое из них вносит в него свой посильный

вклад.

В противоположность предшествующим эпохам, наука

конца ХХ и начала ХХI века, говоря словами Фейерабен-

да, «отбросила всякие философские претензии и стала

мощным бизнесом, формирующим мышление его участни-

13


ков. Хорошее вознаграждение, хорошие отношения с бос-

сом и коллегами в своей «ячейке» - вот основные цепи тех

«человеческих муравьев», которые преуспевают в реше-

нии крохотных проблем, но не способны придать смысл

всему тому, что выходит за рамки их компетенции. Гума-

нистические мотивы сведены к минимуму; так обстоит де-

ло с любой формой прогресса, которая выходит за пределы

локальных улучшений»'.

Из сказанного, думается, понятно, что «наука-как-цер-

ковь» даже в условиях демократии не собирается делать

теоретический плюрализм основанием научной деятель-

ности, и вряд ли пойдет на это в обозримом будущем.

Плюрализм мнений для нее столь же опасен, как и мини-

юбка для престарелой жеманницы: все уродства ту же об-

наружатся. Отказ от плюрализма Фейерабенд определил

как «шовинизм» официальной науки. Подобно тому как

политический шовинизм стремится подавить, подмять под

себя или поглотить малые народы, так и научный шови-

низм пытается сделать то же самое с инакомыслием в на-

уке, с научной «ересью». Все, что не входит в признанную

официальной наукой систему взглядов и представлений,

уже по укоренившейся привычке рассматривается как не-

что совершенно неприемлемое, либо просто несуществую-

щее. Критика же официально признанных научных поло-

жений воспринимаются как своего рода криминал.

А, может быть, свобода мнений и впрямь противопока-

зана науке, и только мешает ей в решении стоящих перед

ней ведомственных задач? Если всякий, кому не лень, как

уже говорилось выше, будет «встревать» в науку и предла-

гать ей свои теории, то во что она превратится? Конечно,

для науки как казенного департамента, это грозит больши-

ми неприятностями. Подлинной же науке нечего бояться

никаких «бредовых» идей, тем более, что ее история дает

массу примеров того, как именно «бредовые», на первый

взгляд, идеи оказывались истинными. Свобода критики,


1 Там же, с. 331.

14

свобода выражения мнений есть, как известно, основа вся-

кой демократии, и без такой свободы ее попросту не суще-

ствует. Такая свобода относится прежде всего к сферам

творческой деятельности человека: к искусству и науке.

Она обусловлена самой природой человека, спецификой

познания им окружающего его мира. В чем, кратко, соль

этой специфики?' Как известно, философы-материалисты

утверждают, что процесс познания есть отражение внеш-

неro мира в нашем сознании. Однако все дело в том, что

чувственные образы внешнего мира воспринимаются че-

ловеком не механически, вроде зеркала, а исключительно

сквозь призму устойчивых представлений, выработанных

у него с начала его жизни соответствующей культурной

средой. Ватт почему один и тот же внешний (объективный)

мир совершенно по-разному воспринимается китайцем,

индийцем, европейцем, африканцем, русским и т.д., при-

том по-разному и в разные исторические эпохи. Более то-

го, даже люди одной культуры воспринимают и оценивают

внешний мир различно в зависимости от воспитания, об-

разования, принадлежности к той или иной кон фессии,

особенностей душевных качеств и мышления. N эти раз-

личия нельзя подгрести под одну гребенку, а если и мож-

но, то только насильно и временно. Вот эти различия

в восприятии внешнего мира и служат основой свободы

творчества во всех сферах и, прежде всего, в науке. Без нее

происходит неминуемое окостенение и омертвение науки,

поскольку ее существование и процветание именно как на-

уки зависит не от бюджетных вливаний или всяких гран-

тов, а исключительно от этой свободы.

Вся «хитрость» демократии, однако, в том, что свобода

в ней - товар особенный: все его расхваливают, но никто не

желает его оплачивать. Да, вы можете писать, что угодно,

выдвигать всякие немыслимые теории и гипотезы, пусть да-


' Подробно этот предмет рассмотрен мной в работе «Фило-

софия познания» // Поз дняков Э.А. Философия свободы. М.,

2004.

15


же верные - это ваше личное дело, но платить за них - нет

уж, извольте. Не знаю, как дело обстоит с этим на Западе,

но у нас, в стране бурно развивающейся демократии, все

именно так. В такой ситуации человеку, увлеченному той

или иной идеей, не остается ничего другого, как уповать на

счастливый случай, а еще лучше - на самого себя. Его поло-

жение, правда, имеет и свои выгоды. Главная из них та, что

он не зависит от официального одобрения или неодобрения

своих взглядов. А это уже немало. Но здесь есть один боль-

шой минус: возможность сделать достоянием гласности

свои взгляды практически сводится к нулю. Правда, сегодня

в условиях развития рыночных отношений с их безгранич-

ной свободой предпринимательской деятельности, появи-

лась возможность за умеренную плату публиковать свои

труды. Кстати, на протяжении последних десяти лет я толь-

ко этим и занимаюсь. Конечно, рассчитывать туг на внима-

ние широкой научной и ненаучной общественности не при-

ходится. Исходя из собственного опыта скажу, что дальше

узкого круга родных и близких друзей оно вряд ли распро-

странится. Но, как говорится, на безрыбье и рак - рыба.

Туг по ассоциации вспоминаются слова нашего выдаю-

щегося ученого B.N. Вернадскоro. Он говорил: «Научное

мировоззрение и данные науки должны быть доступны

полнейшей критике всякого, критике, исходящей из прин-

ципов научного исследования, опирающейся на научные

истины... Вся история науки на каждом шагу показывает,

что отдельные личности были более правы в своих ут-

верждениях, чем целые корпорации ученых или сотни

и тысячи исследователей, придерживавшихся господству-

ющих взглядов.

.Истина нередко в большем объеме открыта этим на-

учным еретикам, чем ортодоксальным представителям на-

учной мысли...

Несомненно, и в наше время наиболее истинное, наибо-

лее правильное и глубокое научное мировоззрение кроет-

ся среди каких-нибудь одиноких ученых или небольших

групп исследователей, мнения которых не обращают на-

16


шеro внимания или возбуждают наше неудовольствие или

отрицание»1.

Прекрасно сказано! Однако подобные взгляды, даже

когда они исходят из уст крупных ученых, не в силах поко-

лебать отношения официальной науки к «варягам». Прав-

да, в какой-то мере они могут их вдохновить. В самом де-

ле, разве все депо в признании? Понятно, конечно, что лю-

бой человек, затрачивая свою умственную и душевную

энергию на разработку какой-нибудь теории или гипоте-

зы, желал бы, чтобы эга затрата не прошла вовсе впустую

и бесследно и получила хоть какое-нибудь внимание со

стороны общественности. О художниках, поэтах, музы-

кантах, ученых и говорить не приходится: признание в той

или иной форме всегда для них важно, и оно служит им

стимулом для дальнейшего совершенствования своего

творчества. Да что там говорить о слабом человеке! Даже

бог, творя мир, нуждался в поощрении и признании своих

нелегких трудов. За неимением кого-либо вокруг себя, кто

мог бы похвалить его за проделанную работу, он завершал

каждый свой рабочий день похвалой в собственный адрес,

произнося всякий раз: «Это хорошо!». Прекрасный при-

мер для подражания! Завершать свой рабочий день и, гля-

дя на проделанную работу, говорить самому себе: <сЭото хо-

рошо!» - какой запас оптимизма и энергии можно тем са-

мым сберечь для будущих свершений!

В связи со сказанным отмечу еще один важный момент.

Дело в том, что свобода научного творчества нужна отнщдь

не только для решения каких-то современных и будущих

научных проблем. Ведь и классическая наука, т.е. наука, во-

шедшая в учебники в виде незыблемых правил и законов,

полна вопросов и проблем, которые только кажутся решен-

ными. Их давно никто не касается, но вовсе не потому, что

они решены. Даже наоборот: не касаются именно потому,


^В. И. Верна дский. Научное мировоззрение// Напереломе.

Философия и мировоззрение. Философские дискуссии 20-х

годов. М, <ПолитиздаТ>, 1990, с. 199-200.

17

что они не решены. Точнее будет сказать, они имеют при-

близительное решение, которое молчаливо признается как

окончательное. Хотя все держится кое-как, на подпорках,

на честном слове, но тем не менее держится, и это многих

вполне устраивает. Показать это способен, как это ни пока-

жется кому-нибудь странным, только дилетант, и главным

образом потому, что его ум не отягощен никаким научно-

казенным вздором и сам он не обременен обязательствами

перед тем или иным научным департаментом.

Вскрыть ошибочность таких теорий - отнюдь не само-

цель, хотя и такая задача вполне в русле науки. Главное же

в том, что они содержат ошибки принципиальные. Давая

искаженную картину мира, эти теории препятствуют вы-

работке адекватных практических мер, когда в них возни-

кает необходимость. N жизнь подтверждает это на каждом

шагу. Вот вместо некоторых из них я и предлагаю свои, бо-

лее, на мой взгляд, верные варианты решения соответству-

ющих проблем.

Что же касается всего остального: признания, оценок,

одобрения или неодобрения и т.п., то должен заметить, что

жизнь человеческая так ловко устроена, что независимо от

наших желаний и стараний, все эти вещи имеют на ред-

кость переменчивый и капризный характер. Хорошо изве-

стно, как легко достоинства превращаются в недостатки,

а недостатки - в преимущества; истина - в заблуждение,

добро - в зло, любовь - в ненависть (и наоборот). N это

прекрасно, поскольку всегда сохраняется надежда на пере-

мены к лучшему.

Ктo-нибудь, прочитав данное введение, подумает: а за-

чем оно? не ломится ли автор в открытую дверь? если он

имеет возможность публиковать свои идеи и притом спо-

койно относится к отсутствию внимания к ним со стороны

официальной науки, то зачем эти громкие слова и обвине-

ния в адрес последней? к чему такая эмоциональная защи-

та дилетантизма? ведь очень немногих может убедить ут-

верждение, что науку творят дилетанты, и большинство

всегда будет с почтением относиться к мнениям, исходя-

#о они не решены. Точнее будет сказать, они имеют при-

цхим из величественного здания, на котором золотом на-

чертаны слова: <Акашемия», «Наука»?

Все верно: даже не нахожу слов для возражений.

Но с целью оправдания скажу так: главное достоинство де-

мократии, бремя которой мы недавно взвалили на себя, со-

стоит, на мой взгляд, не в свободных выборах, не в свобо-

де слова, которой при демократии ничуть не больше, чем

при любом другом общественном строе, не в болтливых

и бесплодных парламентах, пекущих, как блины, законы,

которые не исполняются. Скажу больше: из всех приду-

манных человеком форм общественного устройства демo-

кратия является наихудшей, и это доказано как теорией,

так и практикой. Но у демократии есть одно маленькое

преимущество перед другими, и вот оно-то не только оп-

равдывает ее суцхествование, но и примиряет людей с при-

сущими ей пороками. Оно состоит в возможности выпуска

постоянно накапливающегося как у отдельных индивидов,

так и в обществе в цепом «пара», избыток которого может

иначе нанести непоправимый вред.

Можно рассматривать данное введение как одну из

форм выпуска накопившегося пара у отдельно взятого ин-

дивидуума. Я уверен, что для подавляющего большинства

человечества этот факт останется незамеченным. Гарантия

тому состоит в том, что практически незамеченными для

этого большинства остаются события и факты куда более

масшгабноro свойства: землетрясения, чудовищные цуна-

ми, уносяцхие в одно мгновение сотни тысяч жизней; чуть

ли не повседневные техноreнные катастрофы; происходя-

щее на глазах изменение климата и экологического равно-

весия на планете и т.п. Тем не менее практически ничего

в жизни не меняется. Вот где подлинная основа для опти-

мизма, и перед ней меркнут все мелкие проблемы и заботы

дилетантов с их наивной верой, что разум человека спосо-

бен еще что-то изменить в нашем безумном, но, по мнению

некоторых философов, все же лучшем из всех миров.


1. НЕКОТОРЫЕ СООБРАЖЕНИЯ


ОТНОСИТЕЛЬНО ФИЗИЧЕСКОЙ

ПРИРОДЫ ГРАВИТАЦИИ


Предлагаемая в данном разделе гипотеза носит со-

держательный характер, другими словами, она сво-

бодна от математических и прочих формально-логи- i

ческих доказательств. Следовательно, здесь сущест-

вует больший простор свободному диалектическому

мышлению и в целом - творческому воображению.

Известно, что творческое воображение человека

не может остановиться на простой констатации ка-

ких-то фактов и определения свойств вещей. Вопрос:

«что это?» знаменует начальную стадию познания,

проявляющуюся с самого раннего возраста. Вторая

и основная его стадия начинается с вопроса: «почему

это?». Дитя, не успев освоиться с новой игрушкой,

уже пытается заглянуть ей внутрь, чтобы выяснить,1

почему она движется, произносит какие-то звуки

и т.д. Поймав бабочку, стрекозу или муху, ребенок от-

рывает ей крылья или лапки и смотрит с любопытст-

вом, что они будут делать в этой новой для них ситу-

ации.

Тот факт, что камень, подброшенный вверх, непре-

менно упадет на землю, был замечен, надо думать,

на самой заре человеческой цивилизации и на той же

заре признан законом природы. Как глубокомыслен-

но заметил Гегель, для того чтобы убедиться в том,

что сей факт выражает собой некий всеобщий физи-

ческий закон, вовсе не нужно подбрасывать все кам-

ни подряд. Для сообразительного человеческого ума


20

достаточно и одного наблюдения, чтобы подвести

под него все подобные случаи, и это одна из важных

особенностей человеческого мышления, без которого

вообще невозможен процесс познания и сама наука.

Итак, факт постоянного падения камня на землю

при его подбрасывании был зафиксирован и, так ска-

зать, оприходован в копилке человеческих знаний

в качестве закона природы. Но вот почему он падает,

а не уносится в бесконечность или не колышется

плавно в струях эфира, этого человек понять никак

не мог, по крайней мере, в начале своего сознательно-

го бытия. Впрочем, тут я несколько лукавлю, потому

что периода несознательного бытия в истории чело-

века просто не было по той простой причине, что он

изначально принадлежал к виду homo sapiens.

Сначала человек относил падение предметов на

землю на счет какой-то силы притяжения, которой

земля как бы обладает сама по себе, или объяснял

этот феномен просто тем, что камень тяжелый; тяже-

лый же он потому, что быть тяжелым - это свойство

камня. Факт этот, кстати, наглядно показывает, чего

стоит так называемый эмпирический опыт в процес-

се познании. Ведь даже для того, чтобы сделать са-

мый примитивный вывод о том, что земля обладает



какой-то силой притяжения, нужно уже обладать из-

рядной силой воображения и какими-то познаниями.

Брешь в человеческом знании зияла вплоть до

Ньютона, который открыл людям глаза если и не на

природу этого необъяснимого факта, то, по крайней

мере, на его значение и роль не только для Земли,

но и для Вселенной в целом. Сделал он это очень

просто, а именно: открыл закон всемирного тяготе-

ния. Легенда говорит, что открытие произошло не

без помощи обычного яблока, сорвавшегося с дерева

и ударившего гения по голове, пробудив в ней тем са-

мым дополнительную творческую энергию и озаре-

ние. Замечательный факт этот говорит о пользе сиде-

21

ния под фруктовыми деревьями в пору созревания

плодов: вреда от этого нет никакого, а польза может

быть чрезвычайной.

«Закон всемирного тяготения»! Как говорится,

просто, скромно и со вкусом. Нет, чтобы сказать «эм-

пирическое правило, годное для расчета силы и ско-

рости падения предметов на землю», а то сразу же:

«Закон всемирного тяготения». Впрочем, некоторое

преувеличение значимости своих деяний и открытий

относится к слабостям, присущим обычно всем гени-

ям.

Закон этот был изложен Ньютоном в «Началах

натуральной философии» (1687 г.) и описывал взаи-

модействие двух материальных точек. Закон гласит:

две материальные точки, обладающие массами М1

и М2 , притягиваются друг к другу с одинаковой си-

лой, равной произведению их масс, деленному на

квадрат расстояния между ними и умноженному на

некоторую константу G (от лат. gravitas - тяжесть),

значение которой зависит от единиц измерения мас-

сы, силы и расстояния:


F=G(М1*М2)/R2


О физической природе данного явления у Ньюто-

на ни слова. Он без всяких серьезных на то основа-

ний просто утверждал, что две материальные точки

притягиваются друг к другу. Почему притягиваются,

и притягиваются ли вообще, - такой вопрос даже не

ставился. Более того, когда Ньютона попросили объ-

яснить, в чем состоит физическая сущность закона,

тот в ответ гордо ответил своим знаменитым:

"Hypotheses поп fingo", что на простом русском язы-

ке означает: «Я гипотез не сочиняю». А зря он так от-

ветил, потому что его формула есть чистой воды п4-

потеза, выраженная только на языке математики.

Скажу больше: никакого взаимного притяжения ма-

22

териальных точек в природе не существует вообще,

это утверждение станет понятным из последующе-

го изложения.

Отметим в этой связи тот примечательный факт,

что в лабораторных условиях гравитация «по Ньюто-

ну» практически себя никак не обнаруживает, т.е. те-

ла разных масс никак не желают притягиваться друг

к другу. Факт этот объясняют якобы слабой силой

гравитации вообще. Но мы-то хорошо знаем, что для

объяснения чего бы то ни было любая наука всегда

найдет «неопровержимые» доказательства, доводы

и ворох всякого рода сопутствующих обстоятельств,

с помощью которых она способна объяснить любые

отклонения от признанных ею теоретических поло-

жений с целью ее спасения.

Как бы то ни было для объяснения нестыковки

понадобился еще один научный миф. Сам Ньютон

еще при жизни предложил две теоремы, которые слу-

жили дополнительными подпорками к его закону

всемирного тяготения.

Теорема 1: сферическое тело постоянной плотнос-

ти притягивает находящуюся снаружи материаль-

ную точку так, как будто вся масса тела сосредоточе-

на в его центре.

Теорема 2: если материальную точку поместить

внутри однородной сферы, причем в любом месте,

а не только в центре, то она ощутит притяжение этой

сферы, поскольку силы действующие на нее со сто-

роны всех элементарных частей сферы в точности

уравниваются.

Как видим, в теоремах опять ни слова о том, поче-

му эти точки «ощущают» притяжение. Просто ощу-

шают, и все дела. Земля притягивает Луну, и та это

ощущает; Луна, в свою очередь, «ощущает» Землю,

и это взаимное «ощущение» происходит с силой, со-

ответствующей их массам. И никакого объяснения

этому удивительному факту. Именно, отталкиваясь

от него, сначала Ньютон, а потом Декарт, выдвинули

114 погезу, в которую верят и поныне, что приливы

и отливы океанов на Земле вызываются притяжени-

ем Луны. На мой взгляд, этот вывод - чистейшая

фантазия, притом не самая умная. S самом деле,

не покажется ли странным тот факт, что движения

огромных масс воды вызывается притяжением сла-

бой Луны, и в то же время та же сила неспособна вы-

звать движения более легких частиц на Земле. А ведь

если бы Луна и в самом деле обладала той силой при-

тяжения, которую ей приписывают, то при полнолу-

нии на Земле следовало бы ожидать возникновение

туч пыли и всякого мусора, которым в изобилии по-

крыта поверхность Земли, особенно с началом эпохи

научно-технического прогресса. И наоборот: посколь-

ку, согласно имеющимся расчетам, сила притяжения

Земли в шесть раз больше, чем сила притяжения Лу-

ны, то можно было бы ожидать периодические «при-

ливы» и «отливы» огромных пыльных масс на Луне,

коими она сплошь покрыта. Однако, по имеющимся

сведениям, такого явления никто не наблюдал: по-

верхность Луны девственно чиста во всякое время,

что хорошо видно даже невооруженным глазом.

Здесь мы снова сталкиваемся все с той же пред-

взятой практикой научных толкований различных

природных явлений, о которой упоминалось выше.

S приведенных случаях мы видим, что когда тела

в условиях эксперимента отказываются притягивать

к себе другие тела, наука объясняет это слабой силой

гравитации вообще; когда же потребовалось объясне-

ние причины приливов, тому же притяжению наука

приписывает уже какую-то невероятно большую си-

лу, и никого это нисколько не смущает.

Энгельс был прав, когда в «Диалектике природы»

отмечал, что «Ньютоновское притяжение и центро-

бежная сила - пример метафизического мышления:

проблема не решена, а только поставлена, и это пре-

24

подносится как решение»'. В самом деле, Ньютон да-

же не ставил перед собой задачу объяснения феноме-

на притяжения. Находясь в плену механистических

представлений о законах природы и подгоняя все под

них, он оставлял в стороне все, что не согласовыва-

лось с ними.

Уже в конце XIX в. стало очевидным, что теория

Ньютона не стыкуется с наблюдениями. Хотя следу-

ет заметить, что еще английский философ Дж. Берк-

ли, имея в виду теорию Ньютона, указывал на упро-

щенный подход к объяснению природы притяжения.

«Что касается тяготения или взаимного притяже-

ния, - писал он, - то иные (т.е. прежде всего Нью-

тон - Э.Л.) склонны провозглашать его всеобщим

и признавать, что притягивать и быть притягивае-

мыми всяким другим телом есть существенное каче-

ство, присущее всем телам без исключения. Между

тем очевидно, что неподвижные звезды не обнаружи-

вают такого взаимного стремления, и тяготение на-

столько не составляет чего-либо существенного для

тел, что в некоторых случаях, по-видимому, обнару-

живается совершенно противоположное начало...» .

С этим суждением трудно не согласиться.

В законы Ньютона важные поправки внесла об-

щая теория относительности Эйнштейна, но и она,

в конце концов, не смогла удовлетворительно отве-

тить на вопрос, связанный с объяснением гравитации

и ее природой. Однако важным моментом в теории

Эйнштейна было утверждение, что на силу притяже-

ния объекта оказывает воздействие не только отли-

чие его формы от идеального шара, но и характер

вращения: даже тяготение идеального шара будет


* См. О. Энгельс. «Диалектика природы». Заметки и фраг-

менты // Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 522.

2 БерклиДак. D принципах человеческого знания. // Сочи-

нения. М., 2000, с. 185-186.

25

разным в зависимости от того, неподвижен он или

вращается. Другим не менее важным моментом было

то, что гравитационное поле вращающегося тела

в рамках общей теории относительности обнаружи-

вает вихревой компонент, т.е. тело не только притя-

гивает соседние объекты, но и раскручивает их во-

круг себя.

Какие бы, однако, ни делались поправки к сущест-

вующим теориям притяжения, никто пока не может

толком объяснить: а) почему все небесные тела име-

ют сферическую форму, приближающуюся к форме

шара, а не являются просто глыбами произвольной

формы, чемодана, например; б) почему вращающееся

сферическое тело притягивает, а не отталкивает от

себя другие тела, поскольку, как известно, вращаю-

щимся телам свойственна центробежная, а не цент-

ростремительная сила - это показывает любой опыт,

по крайней мере в условиях Земли, и, наконец, в) по-

чему, вопреки этому, казалось бы, очевидному факту,

только вращающимся сферическим телам свойствен-

но притяжение?

Вот на эти три вопроса я и намереваюсь дать от-

вет: на второй и третий - в данном эссе, и на пер-

вый - в следующем, где речь пойдет о происхожде-

нии солнечной системы. Впрочем, второй и третий

вопросы по сути дела составляют один, в который я

их здесь и объединяю.

Итак, первый эмпирический факт, с которым мы

сталкиваемся, состоит в том, что сила притяжения

свойственна только вращающимся сферическим те-

лам. Как понятно, эта сила должна иметь центростре-

мительную направленность, иначе будет не притяже-

ние, а отталкивание. Но этим положениям противо-

стоит другой эмпирический факт, а именно: вращаю-

щиеся сферические тела не только не притягивают

к себе другие тела, а наоборот, отталкивают их вслед-

ствие действия центробежной силы. Никакой цент-

26

ростремительной силы они при вращении не обнару-

живают. Налицо, таким образом, явная нестыковка

и противоречие. Возникает вопрос: каким образом

можно объяснить это очевидное противоречие, и са-

мое главное - при каких условиях вращающееся сфе-

рическое тело обладает центростремительной силой,

а тем самыми «притяжением»?

Чтобы держать исследование в должных рамках,

давайте уточним, о каких, собственно, сферических

телах мы толкуем? О любых или же только о какой-

то их категории? Если мы все тела, имеющие сфери-

ческую форму, будем пытаться подогнать под один

закон, то никогда не выйдем из противоречий и не-

стыковок. Речь здесь будет идти исключительно

о планетах и им подобных небесных телах, а не о би-

льярдных, теннисных и прочих шарах, которые, кро-

ме пыли, ничего к себе не притягивают. Впрочем,

пыль они тоже не притягивают - она просто садится

на них.

Итак, все, что крутится, вертится, вращается

и имеет при этом сферическую форму на Земле, мы

сразу же решительно исключаем из поля своего вни-

мания: они независимо от своей массы ничего не

притягивают, и притягивать не могут в принципе, по-

скольку сами находятся в гравитационном поле Зем-

ли и подчиняются его законам. Коренная ошибка

Ньютона состояла в том, что он всем телам, незави-

симо от их формы и характера движения, приписал

свойство притягивать. Отсюда делается понятным,

почему упавшее на голову Ньютона яблоко навело

его на мысль о законе всемирного тяготения, кото-

рый в итоге оказался лишенным какой-либо объяс-

нительной силы.

Однако мое суждение о6 отсутствии в земных ус-

ловиях сил притяжения (центростремительных сил)

у вращающихся тел не совсем точно. В данном слу-

чае я, конечно, имею в виду не магнитное притяже-

27

ние, а именно притяжение, вызываемое силами вра-

щения. Но о6 зтом немного ниже.

Проблема, следовательно, сводится к ответу на во-

прос: почему силой притяжения (не всемирной, а ис-

ключительно местной!) обладают планеты солнеч-

ной системы? (Почему она у одних больше, а у дру-

гих меньше - вопрос другой, и я на него отвечу ни-

же). К слову, все живое, включая и нас, людей, суще-

ствует на Земле, прежде всего, благодаря именно

этой силе притяжения, или гравитации. Поскольку,

как показали научные опыты и даже простые наблю-

дения, сама масса тел, какой бы огромной она ни бы-

ла, не обладает гравитационной силой, то сам собой

напрашивается вывод, что силой притяжения обла-

дают лишь те вращающиеся тела, в которых действу-

ет центростремительная сила, благодаря которой

предметы как бы притягиваются в направлении

к центру. Без наличия таковой сама масса тел не иг-

рает при зтом никакой роли - кроме пыли, как уже

говорилось, к ней прилипнуть ничего не может. Про-

блема тем самым сужается до вопроса: в каких усло-

виях и почему вращающееся сферическое тело при-

обретает центростремительную силу, которая и есть

сила притяжения? Вот уже при наличии центростре-

мительной силы начинают играть значимую роль как

масса тела, так и скорость его вращения вокруг своей

оси.

Итак, первое исходное положение ддя понимания

физической природы притяжения сводится к ут-

верждению, что центростремительная сила вращаю-

щегося вокруг своей оси тела есть единственная си-

ла, которая способна вызвать феномен притяжения.

Можно было бы, конечно, сослаться на божествен-

ную силу, но характер данного сочинения, как и лич-

ные убеэКдения автора, не позволяют это сделать.

Походя, не могу не заметить, что понятие «масса»,

которым обычно оперируют в физике для объясне-

28

ния многих явлений, в том числе и притяжения, - од-

но из самых туманных, хотя и о других тоже не могу

сказать ничего доброго. Когда я еще учился в школе,

а учился я, в общем, неплохо, особенно в сгарших

классах, то из всех предметов физика была для меня,

мягко говоря, самым нелюбимым предметом. Мой ум

устроен так, что всегда ищет простой и убедительной

ясности в любых вещах, какими бы сложными они ни

были. Когда мне, скажем, говорят, что какая-нибудь

теория слишком сложна для понимания обычного

ума, то я наперед уже уверен в том, что сия теория

либо на девяносто процентов ложна и туман напус-

кается специально, чтобы это скрыть, либо ее автор

косноязычен, плохо владеет языком, а потому и не-

способен просто объяснить сложные вещи. Не могу

в этой связи не привести слова знаменитого фран-

цузского поэта Никола. Буало:


Всё, чт охороиго продумано, вьлражаетсяясно,

И слова для выражения приходятлегко.


Сам я всегда стремлюсь сделать максимально по-

нятным то, о чем пишу, так как считаю, что в против-

ном случае всякое сочинение теряет смысл. Вот по-

чему я не терплю манеру письма многих философов,

вроде тех же Канта или Гегеля, которые, на мой

взгляд, просто не уважали своих потенциальных чи-

тателей.

Возвращаясь к понятию «масса», напомню, что

оно считается одной из главных характеристик все

той же пресловутой материи. Согласно второму зако-

ну Ньютона, она равна отношению действующей на

тело силы к вызываемому ею ускорению. этот за-

кон - одна из иллюстраций к тому, почему я не люб-

лю физику. В нем всё - сплошной туман: материя,

масса, сила, ускорение вместе с их взаимоотношени-

ями. Поэтому я буду употреблять понятие «масса»

29

и обыденном смысле, т.е. как любое тело, имеющее

форму, плотность и все, что можно увидеть и, выра-

жаясь фигурально, пощупать руками. К таким телам,

естественно, относятся и планеты, о которых и будет

идти речь.

После сказанного остается, таким образом, выяс-

нить сущий пустяк, именно: какой вид вращательного

движения обладает центростремительной силой?

Лично мне известен только один вид свободного вра-

цгательного движения, который обладает такой силой,

и этот вид есгь вихревое вращательное движение.

Вы видели когда-нибудь воочию настоящий вихрь

или смерч? Я лично не наблюдал их в натуре,

но имел удовольствие смотреть один американский

документальный фильм, специально посвященный

этому явлению природы. Потрясающе! Огромный

вращающийся столб, мощно затягивающий в орбиту

своего притяжения всё, что попадается на его пути:

людей, животных, машины, строения, деревья, не го-

воря уж о всякой мелочи. Все это липнет к нему

и становится составной частью его могучего тела.

Вот это гравитация так гравитация!

Есть, конечно, примеры поскромнее, помельче, но,

как говорится, из той же оперы: водовороты, боль-

шие и маленькие вихри пыли на улицах, затягиваю-

щие в свою орбиту тот самый мусор, который не спо-

собна притянуть Луна, и т.д. Кстати, гипотеза, пред-

лагаемая здесь, пришла мне в голову, когда, умываясь

над ванной, я наблюдал, как в ее сливное отверстие

устремляется водоворотом вода, притягивая к себе

и унося в своем вращательном движении всякие мел-

кие частицы пыли и т.п.

Самое интересно в этом движении, будь это в ма-

леньком водоворотике в ванной или в огромном

и могучем смерче, то, что в вихревом движении одно-

временно действуют две противоположные силы:

центростремительная и центробежная. В направле-

З0

нии внешней поверхности вихря действует центрост-

ремительная сила, в направлении внутренней - цен-

тробежная. Получается, таким образом, что притяже-

нием обладают сразу обе поверхности вихря: внеш-

няя - благодаря центростремительной силе, и внут-

ренняя - силе центробежной. О том, какое значение

имеет данный факт для нашей темы, я скажу ниже.

«Очень хорошо и даже любопытно, - возможно,

скажет кто-то, - но какое все это имеет отношение

к рассматриваемой проблеме, в которой речь идет

о телах сферической формы, точнее, о планетах.

Смерч и планета - вещи, как это очевидно, разные».

Замечено тонко, и с этим нельзя не согласиться. Но я

и не пытаюсь прямо отождествлять эти вещи, а толь-

ко провожу между ними аналогию.

А, кстати, вы могли бы ответить на простой, в об-

щем-то, вопрос: почему смерч, вихрь, водоворот и т.п.

имеют форму эдакой воронки-трубы, а не сферичес-

кого тела? Впрочем, некоторое указание на сферич-

ность они все же имеют: она просматривается по осе-

вой линии, но полной сферичности, конечно, нет. По-

чему бы это? Есть ли на сей счет какие-нибудь сооб-

ражения? Поскольку ваших ответов я все равно не

слышу, то постараюсь ответить сам. Причина здесь

только одна: это происходит потому, что смерчи на-

ходятся в поле земного притяжения, вследствие чего

образуют в своем вращательном вихревом движении

такую воронку-трубу, а не полное сферическое тело.

А теперь представьте себе, что земное притяжение на

несколько минут перестало действовать, а враща-

тельное вихревое движение какого-нибудь смерча

при этом продолжается - какую в этом случае форму

примет этот самый вихрь? Есть ли здесь предложе-

ния, догадки, соображения?

В начале эссе, если вы помните, упоминалось

о том, что в рамках общей теории относительности

Эйнштейна гравитационному полю вращающегося

31

тела придавался вихревой компонент. Однако эта

плодотворная идея не получила своего логического

развития. Логическое же развитие требовало, по сути

дела, пересмотра существующих гипотез происхож-

дения планет солнечной системы. До этого у Эйн-

штейна, видимо, не дошли руки. Мной же этот во-

прос, как я упоминал, будет рассматриваться в следу-

ющем эссе. Однако какие-то ее положения придется

использовать в самом общем виде здесь, чтобы была

более понятной физическая суть рассматриваемой

проблемы.

Вопрос, таким образом, сводится к следующему:

как и в каких условиях вихревое вращательное дви-

жение может обрести сферическую форму, сохранив

при этом свойственные вихрю центростремительную

и центробежную силы - первую с наружной стороны

тела вихря, и вторую - с внутренней.

Давайте представим себе такую гипотетическую,

даже фантастическую, картину. Вообразим себе ог-

ромный и мощный смерч, захватывающий в орбиту

своего вращения всё, что попадает ему на пути дви-

жения, и образующий из всего этого материала плот-

ную и значительную по толщине оболочку. Предста-

вим себе, что в результате какого-то мощного толчка

или взрыва этот смерч С огромной скоростью выры-

вается за пределы земной атмосферы и, соответст-

венно, земного притяжения, не прекращая притом

своего вращательного вихревого движения вокруг

своей оси. Здесь мы возвращаемся к вопросу, задан-

ному выше: какую форму он в этих условиях при-

Мет?

Я считаю, что есть все основания считать, что

форма эта будет шарообразной, притом приплюсну-

той вдоль вертикальной осевой линии вращения, по-

скольку наибольшее воздействие обеих сил будет по

экваториальной линии тела. Вихревая его структура

при этом сохранится, или, другими словами, внеш-

З2

няя его поверхность будет испытывать действие цен-

тростремительной силы, а внутренняя - центробеж-

ной. Величина этих сил будет, прежде всего, зави-

сеть, как очевидно, от скорости вращения тела во-

круг своей оси. Последняя, в свою очередь, - от силы

первоначального толчка и массы тела, а еще точнее -

от его внешнего и внутреннего диаметров.

Особенности вихревого вращательного движения

подводят к однозначному выводу, что только оно со-

здает условия для одновременного действия центро-

стремительной и центробежной сил и что именно зто

одновременное действие порождает то, что называет-

ся припгязвсекием, или гравитацией. В этом случае,

как уже говорилось выше, сила тяготения действует

как на внешней поверхности вихря, так и внутрен-

ней. Феномен этот замечателен тем, что подводит ес-

тественным образом к выводу, что всем планетам,

не исключая, естественно, и Землю, присуще вихревое

вращательное движение, которое и создает эффект тя-

готения. Более того, из него столь же естественно сле-

дует и предположение о6 общем строении планет,

а именно, что они представляют собой не цельные те-

ла с тяжелыми ядрами внутри, а совсем наоборот, тела

полые, своего рода сферические оболочки, толщина

которых зависит от разных обстоятельств, включая,

прежде всего, общую массу тел и скорость их враще-

ния вокруг своей оси. От этих обстоятельств зависит,

соответственно, и плотность планет.

Как известно, существующие ныне теории внут-

реннего строения Земли в целом предполагают, что

она состоит из земной коры, мантии (верхней и ниж-

ней), некоего переходного слоя и тяжелого ядра.

Предлагаемая здесь гипотеза вносит в эту картинку

существенные поправки. Прежде всего, согласно ей,

никакого ядра - твердого, расплавленного или плас-

тичного, нет и не может быть в принципе, а есть пус-

тота, вернее, разреженное пространство, как зто, ви-

ЗЗ

димо, имеет место в смерчах вообще. Можно допус-

тить, что именно благодаря, так сказать, «разности

потенциалов» обеих сил - центростремительной

и центробежной, - их встречной направленности, все

планеты имеют такой причудливый рельеф, сохра-

няя при этом общую сферическую форму.


Извечные загадки науки глазами дилетанта


Какие выводы еще можно сделать из созерцания

представленной выше схемы-картинки? Один из них

относится к форме Земли - какова она на самом де-

ле? Ньютон теоретически установил сплюснутость

земного шара. Между тем известные французские ас-

трономы и геодезисты Кассини (XVIII в.) оспарива-

ли точку зрения Ньютона и, опираясь на свои эмпи-

рические измерения, утверждали, что Земля эллип-

соидальна и что ее полярная ось длиннее экватори-

альной. Лично я склонясь к взглядам Кассини, по-

скольку они ближе к излагаемой здесь гипотезе

о причинах земной гравитации. Если она вызывается

вихревым вращательным движением, то ему больше

соответствует эллипсоидальная форма. Она же,

на мой взгляд, может служить объяснением наличия

на Земле так называемого магнитного поля.

З4

Многие ломали голову над вопросом, чем обуслов-

ливается существование на Земле так называемого

магнитного поля, заставляющего неизменно откло-

няться магнитную стрелку компаса к Северному по-

люсу в северном полушарии и к Южному - в южном?

Какова природа этого явления, учитывая, что Зем-

ля - это вовсе не кусок магнита. Мне представляется,

что ответ на этот вопрос лежит в плоскости предло-

женной гипотезы. Взглянем еще раз на схему. Враще-

ние Земли раскручивается по экваториальной ее пло-

скости. бгсюда очевидно, что действие как центрост-

ремительных, так и центробежных сил максимальное

именно в экваториальной области, и оно постепенно

слабеет в направлении к полюсам. Тем самым образу-

ется своего родаразкость силовых потекциалов в на-

правлении от экватора к полюсам: от большего - у эк-

ватора, к меньшему - у полюсов. Вот эту разность

и фиксирует магнитная стрелка компаса, которая

стремится занять положение вдоль силового вектора

в естественном направлении от большего к меньшему.

С другой стороны, усиливающееся действие цент-

робежных сил на внутреннюю поверхность оболочки

Земли по мере приближения к экватору как бы «вы -

пирает», или «вспучивает», ее. Думается, именно по

этой причине процессы горообразования и вулкани-

ческая деятельность наиболее интенсивно проходи-

ли и проходят до сих пор в районах, примыкающих

к экваториальному поясу планеты.

Если бы Земля в самом деле имела твердое тяжелое

ядро и приплюснутую по линии полюсов форму (по

Ньютону), то совершенно непонятно и необъяснимо

было бы отсутствие вулканической деятельности

именно на полюсах и примыеающих к ним областях,

где в этом случае она была бы более естественной и

ожидаемой, нежели в регионах, близких к экватори-

альным. Более того, не имели бы вообще никакого ра-

зумноro объяснения земная вулканическая деятель-

носгь и процессы горообразования.

35

Еще одно замечание: как я уже отмечал выше,

по существующим представлениям сила тяготения

на Луне в шесть раз слабее, чем на Земле. За основу

расчетов берется разница масс Земли и Луны, при-

том считается, что масса последней составляет всего

лишь 1/81 массы Земли. Но если исходить из других

критериев, более важных и значимых, а именно из

диаметров и, соответственно, длины окружностей

и скорости вращения вокруг своей оси, то разница

в силе гравитации на Земле и Луне окажется не

в шесть, а во много раз больше. Возможно, что имен-

но благодаря слабой силе тяготения лунная оболочка

очень рыхлая и плотность ее незначительна.

Как бы то ни было, можно, на мой взгляд, с доста-

точным основанием утверждать, что планеты как

сферические тела существуют только благодаря вих-

ревому вращательному движению, которое они полу-

чили в начале своего образования. Если, скажем,

по какой-то причине вращательное движение той же

Земли вокруг своей оси остановится или же замед-

лится, то исчезнет или ослабнет та сила, которая дер-

жит ее как таковую. В этом случае она либо рассып-

лется, как рассыпается смерч после угасания силы,

придавшей ему вихревое движение, либо на ней про-

изойдет катастрофа, которая уничтожит все живое.

Такое Земле, скорее всего, не грозит. Однако она как

физическое тело, находящееся в сфере действия раз-

личных сил Вселенной, не может не испытывать их

влияния. Действие этих сил практически не подле-

жат учету, но они не могут не существовать. Вполне

можно допустить, что происходящие на Земле время

от времени природные катастрофы, вроде той, кото-

рая случилась в декабре 2004 года в Юго-Восточной

Азии, связаны с действием таких сил. В самом деле,

под влиянием неведомых нам внешних сил происхо-

дит, скажем, ничтожное и очень короткое по времени

изменение в скорости вращения Земли вокруг своей

З6

оси, настолько малое, что его неспособны зафиксиро-

вать никакие приборы. В результате в каком-то месте

происходит столь же ничтожное по времени и мас-

штабу смещение земной коры. Скорее всего такое

смещение может случиться в экваториальной облас-

ти Земли на глубинах океанов, где земная оболочка

заметно тоньше, нежели в других местах планеты.

Но вот оно-то как раз и способно вызвать смертонос-

ное цунами, которое накрывает собой огромный ре-

гион. это, конечно, только предположение, хотя и не

совсем лишенное оснований. Кстати, если бы наша

планета и в самом деле представляла собой цельное

тело, то не было бы причин для каких-либо смеще-

ний земной коры.

Мы, конечно, многого не знаем ни о Земле, ни тем

более о Вселенной. Вся наша наука в этом смысле

оказалась практически полным банкротом. Зато она

очень преуспела в том, чтобы превратить Землю в от-

хожее место, и продолжает способствовать этому

с завидным упорством.

На этом, собственно, можно закончить изложение

гипотезы о физической природе тяготения. Я здесь

говорил почти исключительно о физической природе

притяжения в пределах отдельных планет, и практи-

чески не сказал ни слова о природе так называемого

притяжения между самими планетами, с одной сто-

роны, и планетами и Солнцем - с другой, т.е. тем

притяжением, математический закон которого сфор-

мулировал Ньютон. Вот природу этого «притяже-

ния» я постараюсь показать в следующем эссе, где

речь пойдет о происхождении планет солнечной сис-

темы и характере их взаимосвязи в ее пределах.

11. ПРАЗДНЫЕ МЫСЛИ

О ПРОИСХОЖДЕНИИ ПЛАНЕТ

СОЛНЕЧНОЙ СИСТЕМЫ


Возможно кто-то спросит: почему предлагаемые

мысли «праздные» - это звучит даже как-то ненауч-

но? Отвечу: потому что на предложенную тему иных

мыслей просто не может быть в принципе. Не слу-

чайно, вопрос о происхождении небесных тел и,

прежде всего, планет, не вышел из стадии гипотез,

притом гипотез весьма сомнительного свойства. Бо-

лее того: он никогда и не выйдет из нее, поскольку

свидетелей этого процесса не было и быть не могло,

а потому здесь приходится довольствоваться в луч-

шем случае чем-то вроде научной фантастики. Чье

сочинение в этом жанре будет признано более прав-

доподобным, зависит, прежде всего, от положения

автора в научной иерархии, ну и, конечно, - от сча-

стливого случая. Были сочинения Канта, Лапласа,

Джинса, Шмидта и других. Одни фантазии приходи-

ли на смену другим, соответственно, одни герои на-

уки сменяли других, при этом не вытесняя друг дру-

га, а образуя некий почетный ряд, гипотезы же со-

храняли все то же качество досужих догадок. Увы,

ни одной из них никогда не суждено стать полноцен-

ной теорией - таково уж свойство исследуемого

предмета.

Должно быть, думаю, понятно, что в той сфере, где

гипотеза является единственным средством объясне-

ния, появление одной новой гипотезы ничего не при-

бавляет и ничего не убавляет. Доказать справедли-

З8

восгь той или иной гипотезы невозможно в принципе

не только благодаря особенностям сферы исследова-

ния, но и тому, что всегда найдутся вполне убедитель-

ные контрдоводы. И это вполне нормальное положе-

ние вещей в науке. В самом деле, какого бы высокого

мнения о способностях разума человека ни придер-

живаться, он тем не менее все-таки не бог, который,

по идее, знает всё. Правда, в отличие от бога, если че-

ловек и не знает всего, то зато он прекрасным образом

всё может объяснить и доказать.

Но ближе к теме. Любая гипотеза относительно

происхождения солнечной системы, чтобы все-таки

держаться общепризнанных рамок науки, как бы ус-

ловны они ни были, должна отталкиваться от неко-

торых более или менее твердо установленных фак-

тов, которых придерживается часть человечества,

именуемая прогрессивной. К таким фактам отнесем,

прежде всего, следующие:

а) все планеты движутся вокруг Солнца по эллип-

тическим орбитам, близким к круговым;

б) орбиты больших планет, включая и Землю, ле-

жат почти в одной плоскости с плоскостью экватора

Солнца;

в) все без исключения планеты обращаются во-

круг Солнца в одном и том же направлении - против

часовой стрелки. В ту же сторону - и это важно! -

вращается вокруг своей оси и само Солнце. Другими

словами, вращение планет вокруг Солнца происхо-

дит в сторону вращения его самого;

г) все планеты вращаются вокруг своих осей в на-

правлении своего движения, т.е. тоже против часовой

стрелки, или для Земли, - с запада на восток. Прав-

да, есть одно исключение - это дран, который, со-

гласно наблюдениям астрономов, вращается вокруг

своей оси в обратном направлении;

д) спутники планет движутся в плоскостях эква-

торов соответствующих планет, притом близкие

39

к планетам спутники обращаются вокруг них также

против часовой стрелки;

е) расстояние планет от Солнца последовательно

увеличивается от ближайшей к нему планеты Мер-

курий и вплоть до самой отдаленной - Плутона при-

мерно в геометрической прогрессии.

Ограничимся пока этими фактами. Думаю, их

вполне достаточно, чтобы увидеть замечательную

прямо-таки бросающуюся в глаза закономерную

связь планет с Солнцем. Даже самое поверхностное

знакомство с этими фактами не может не порождать

мысли, что Солнце есть, образно говоря, родная мать

всех вращающихся вокруг него планет. Они же, есте-

ственно, - ееродные дети, именно родные, а не какие-

нибудь там побочные или приемные. Образно гово-

ря, они - ее дети, рожденные могучим и жарким чре-

вом Светила.

Я делаю упор на слово «родные», потому что как

в старых, так и новых гипотезах о6 образовании сол-

нечной системы роль Солнца в основном побочна. Од-

ни гипотезы исходили из того, что весь процесс обра-

зования планет происходил путем постепенного сгу-

щения раскаленных газов, медленного их охлаждения

и превращения в огненно-жидкие шары с последую-

щим образованием на их поверхности твердой коры;

другие считали, что все шло путем превращения обла-

ков космической пыли в твердые тела, при котором

одни частицы пыли, более крупные, постепенно при-

тягивали к себе другие, мелкие и т.д., и все это, конеч-

но, происходило на основании ньютоновского закона

всемирного тяготения. Вообще должен заметить, что

эта, простите, «ньютоновщина», как болезнь, поразила

науку, и она никак не может от нее избавиться. А надо

бы! Хотя, как я уже говорил, сейчас к этому потерян

всякий интерес: все кинулись в перспективные и при-

быльные технологии, и никому нет дела не только до

Ньютона, но и до Эйнштейна.

40

Первой из такого рода гипотез, которая вы ступи-

ла с претензией на строго научное объяснение рас-

сматриваемого феномена, была гипотеза И. Канта,

изложенная им (анонимно) в 1755 г. в сочинении под

названием «Всеобщая естественная история и теория

неба, или опыт о6 устройстве и механическом проис-

хождении всего мироздания на основании законов

Ньютона». Уже само название содержит всю ограни-

ченность и механистичность гипотезы. Таковой она

является и на деле, поскольку все объяснения в ней

целиком держатся на законах Ньютона и, соответст-

венно, - механическом действии сил притяжения

и отталкивания, которые сегодня выглядят на ред-

кость примитивными.

Содержательная сторона гипотезы Канта состоит

в предположении, что на месте солнечной системы

некогда существовало неизвестно каким образом

возникшее хаотическое облако из пыли и камней.

Вследствие сил взаимного тяготения (опять же по

Ньютону) в нем начали якобы образовываться сгу-

щения: более крупные частицы облака притягивали

к себе мелкие, увеличиваясь за счет последних. Дви-

жения частиц складывались в более крупные образо-

вания, пока одно из них не становилось господствую-

щим. Сгущения со временем росли, уплотнялись, по-

ка из самого большого и центрального сгущения не

образовалось Солнце, а из других, что поменьше, -

планеты со своими спутниками.

Любопытно кредо Канта, с которым он приступил

к созданию своей теории и которое содержит завид-

ную уверенность как в истинности законов Ньютона,

так и в правоте своих собственных взглядов. «Мне

думается, - пишет он, - здесь можно было бы в неко-

тором смысле сказать без всякой кичливости: дайте

мне материю, и я построю из нее мир, т.е. дайте мне

материю, и я покажу вам, как из нее должен возник-

нуть мир. Ибо, раз дана материя, которая Но природе

41

своей одарена силой притязвсекия, нетрудно опреде-

лить те причины, которые могли содействовать уст-

роению системы мира, рассматриваемой в целом. Из-

вестно, чтб необходимо, чтобы тело приобрело шаро-

образную форму, и чтб требуется для того, чтобы сво-

бодно парящие тела совершали круговое движение

вокруг центра, к которому они притягиваются. Вза-

имное расположение орбит, совпадение направле-

ния, эксцентриситет - все зто может быть объяснено

простейшими механическими причинами, и можно

твердо рассчитывать найти эти причины, так как они

покоятся на самых простых и ясных основаниях»

(курсив мой - Э.Л.).

«Представив мир в состоянии простейшего хао-

са, - продолжает он, - я объяснил великий порядок

природы только силой притяжения и силой отталки-

вания - двумя силами, которые одинаково достовер-

ны, одинаково просты и в месте с тем одинаково пер-

вичны и всеобщи. Обе они заимствованы мною из

философии Ньютона»г.

Не стану подробно разбирать гипотезу Канта - зто

увело бы нас слишком далеко в сroрону, да и такой

разбор просто не интересен ввиду совершенной ее на-

ивности и примитивности. О6 этой гипотезе я бы ска-

зал так: зто - фантазия на тему создания солнечной

системы, вдохновленная фантазиями Ньютона на те-

му всемирного тяготения. Как пример механистично-

го подхода Ньютона к явлениям природы и объясне-

нию движения небесных тел можно привести объяс-

нение им движения Луны вокруг Земли. Если, считал

он, Луна не притягивалась бы Землей, то она двига-

лась бы по инерции прямолинейно и равномерно. Од-

нако притяжение Земли заставляет Луну в кажды й

момент ее движения падать в направлении Земли.


Кант И. Сои. в 6 т., т. 1, с. 126.

Z Там же, с. 131.

42

Согласно взгляду Ньютона, в результате постоянного

сложения двух движений - прямолинейного движе-

ния по инерции и движения падения к центру Земли,

Луна благополучнейшим образом обращается вокруг

Земли по почти круговой орбите. Таким же способом

объяснял он и движение планет вокруг Солнца. Ко-

нечно, наивность подобных взглядов просгительна

ддя эпохи Ньютона, когда положительная наука

практически только начинала свое развитие, но от

крупного мыслителя всегда хщешь чего-то больше.

Кант целиком перенял у Ньютона идею «падения»

планет на Солнце и постоянно применял ее для объ-

яснения их кругового движения. Замечу в этой свя-

зи, что термин «падение» обычно предполагает ука-

зание направления этого падения. По нормам любого

языка, падать можно только вниз, но никак не вверх.

Потому-то Канту ничего не оставалось делать, как

использовать выражение «падать вниз»'. Ему при

этом не приходило в голову, что во Вселенной не су-

ществует ни низа, ни верха. Я уже не говорю о том,

что в представлении философа Солнце представляло

собой нечто вроде огромного костра, выделяющего

небывалой силы жар. Поскольку огонь, по земным

меркам, не может гореть без воздуха, то Кант предпо-

ложил наличие такового и на Солнце. Здесь моему

воображению представляется такая картина: горит

огромный солнечный костер, бог беспрерывно разду-

вает мехами пламя, ангелы же без конца подбрасыва-

ют в него сухие березовые поленья.

Все такого рода теории покоятся на чисто каби-

нетных представлениях, элементарных законах фи-

зики и положений евклидовой геометрии с ее прямо-

линейным движением, которого практически в при-

роде не существует.


См., например, там же, с. 219 и др.

См. там же, с. 220-221.

Вторая известная гипотеза о происхождении пла-

нет солнечной системы была выдвинута в 1796 г.

французским математиком и астрономом Пьером

Лапласом. Согласно ей, Солнце в очень отдаленные

времена имело разреженную протяженную атмосфе-

ру. Его размеры были значительно больше, чем сей-

час, солнечная же атмосфера простиралась вплоть до

Урана - самой отдаленной по существующим тогда

представлениям планеты.

Раскаленная атмосфера этого первичного Солнца,

согласно данной гипотезе, вращалась вместе с ним как

твердое тело, т.е. с одинаковой угловой скоростью, на-

подобие обода вращающегося колеса. Вследствие мед-

ленного постепенного остывания атмосфера первич-

ного Солнца сжималась и под влиянием растущих

центробежных сил от него стали отделяться кольца

горячего газового вещества. Из них-то в процессе сгу-

щения и образовались, по Лапласу, газовые планеты,

впоследствии остывшие до твердого состояния.

Гипотеза Лапласа фантастична не менее, если не

более, чем гипотеза Канта. Разница лишь в том, что

вместо пыли тут появились раскаленные газы. Мо-

жет быть, именно по этой причине обе гипотезы объ-

единили в одну и стали называть теорией Канта-Ла-

пласа. Под этим именем она и заняла прочное и по-

четное место в истории науки.

В 20-е годы прошлого столетия приобрела попу-

лярность гипотеза английского астронома и матема-

тика Д. Джинса. Ее сущность в том, что планеты яко-

бы образовались из раскаленного сгустка вещества,

вырванного из тела Солнца притяжением какой-то

звезды, прошедшей будто бы некогда вблизи нашего

Светила. Вырванный из него звездой вместе «с мя-

сом» кусок устремился было вслед за ней, но притя-

жение родимого Солнца оказалось сильнее, и сгусток

хотя и не вернулся в родное лоно, но все же остался

44

в сфере солнечного влияния. Постепенно он приоб-

рел, по Джинсу, вытянутую сигарообразную форму и,

медленно остывая, разбился, как по заказу, на знако-

мые нам планеты солнечной системы.

В мои школьные годы, помню, на уроках астроно-

мии нам рассказывали об этой гипотезе, как и о гипо-

тезе нашего соотечественника, известного героя-по-

лярника О.Ю. Шмидта. Согласно взглядам послед-

него, планеты образовались опять-таки из какого-то,

в данном случае уже газово-пылевого (кантовско-ла-

пласовского) облака, или роя. Оно якобы некогда ок-

ружало Солнце и вращалось вокруг него и т.д. по зна-

комой уже схеме. Здесь естествен вопрос о том, отку-

да взялось само это облако? Но, как и в других случа-

ях, вопрос этот покрыт если и не облаком пыли,

то довольно густым туманом из разных газов. Как бы

то ни было, главную роль в процессе эволюции этого

облака-роя играли все те же ньютоновские силы при-

тяжения и отталкивания, а также чисто механистиче-

ское предположение о перерастании энергии движе-

ния частиц во время их столкновения в энергию теп-

ловую.

Лично я совершенно не могу себе представить,

чтобы столкновение частиц пыли, какое бы огромное

количество ее ни было и как бы интенсивно они меж-

ду собой ни сталкивались, могло суммарно образо-

вать тепловую энергию Солнца. Кабы это было так,

то нашим ученым следовало бы найти способ исполь-

зования столкновение частиц пыли на Земле. Ее тут

у нас более чем достаточно для получения столь де-

фицитного и дорогого в наше время тепла с целью

обогрева жилищ и для промышленных нужд. В этом

случае многие проблемы энергетики, о которых нын-

че твердят с утра до вечера на всех уровнях власти

и во всех средствах массовой информации, были бы

решены с минимальными затратами.

45

Говоря в целом, все эти гипотезы, по моему разу-

мению, малоинтересны; в них вымысел и полет фан-

тазии странным образом сочетается с самыми эле-

ментарными, если не сказать примитивными, поло-

жениями физики для старших классов средней шко-

лы. Помимо того в них просматривается слишком

большая зависимость от авторитетов: все они так или

иначе, в той или иной форме придерживаются ли-

нии, которая была обозначена сначала все тем же вез-

десущим Ньютоном, затем Кантом, Лапласом и т.д.

И еще: если бы планеты и в самом деле образовались

тем способом, которые были предложены учеными

мужами прошлого, то они, скорее всего, должны бы-

ли бы выглядеть кругленькими и ровными, как тен-

нисные или, на худой конец, футбольные мячи, чего

не наблюдается в реальности. Вот на этой, возможно,

не совсем лестной оценке упомянутых теорий я, по-

жалуй, закончу беглый и очень поверхностный обзор

некоторых гипотез о происхождении солнечной сис-

темы. Он понадобился мне не для вашего просвеще-

ния в рассматриваемой здесь области, а только как

некоторый общий «задник», на фоне которого я со-

бираюсь изложить собственную гипотезу. Он служит

мне также своего рода прикрытием от возможных уп-

реков, что я берусь за выдвижение гипотезы в такой

сложной области, не зная ничего о существовании на

сей счет взглядов мыслителей, имена которых вписа-

ны золотыми буквами в историю науки, в частнос-

ти - астрономии. Правда, это «прикрытие» ни от че-

го прикрыть не может, но все-таки я на всякий слу-

чай прячусь за него, главным образом от специалис-

тов-снобов. Во введении я уже говорил о том, что

снобизм присущ всем сферам специальной человече-

ской деятельности, особенно науке и особенно науке

казенной. В ней он служит одним из действенных

средств самозащиты и сохранения имеющихся прав

и привилегий. Лично я не вижу в этом ничего дурно-

46

го, даже наоборот. Если вы, скажем, новатор, откры-

ватель неведомого или изобретатель невиданного, вы

жаждете немедленного признания, бурных аплодис-

ментов и криков восторга со стороны публики-дуры,

не говоря уже о разных там премиях вплоть до... Нет

уж, - обдерите себе бока и спину, набейте себе синя-

ков и шишек, разбейте головой стоящую перед вами

стену непонимания и равнодушия, умрите, наконец,

в нищете и забвении... Впрочем, что об этом толко-

вать: прочтите лучше книгу «Герои и мученики на-

уки».

Выше я метафорически выразился, что все плане-

ты солнечной системы - дети Солнца. Из краткого

же обзора имеющихся гипотез получается иная кар-

тина, а именно, что они имеют к Солнцу только кос-

венное отношение, вроде дальних родственников,

о которых говорят: «седьмая вода на киселе». И воз-

никли все они, подобно человеку, из пыли и праха,

хотя и в жарких солнечных лучах. Одна только гипо-

теза Джинса связывает планеты с Солнцем, да и у не-

го они родились не нормальным образом, а в резуль-

тате эдакого космического «аборта» или «кесарева

сечения».

Чтобы вернуться в русло здорового нормального

рождения, обратимся еще раз к пунктам, которые я

обозначил в начале. Прочтите их еще раз вниматель-

но, и если вы в здравом уме, то не можете не прийти

к выводу о самом близком (ближе просто не бывает)

родстве планет с Солнцем, родстве, которое может

существовать только между матерью и ее детьми.

Ну а что же сама «мать», или Солнце? Что оно из

себя представляет? И можем ли мы на основании

его некоторых известных физических и биографи-

ческих данных укрепиться в своем предположении

и выводах?

Прежде всего, о размерах Солнца. По расчетам все

тех же умных и наблюдательных астрономов, его ди-

47

аметр оказался равным 1 390 000 тыс. км., или при-

мерно в 109 раз больше диаметра Земли. Эга гигант-

ская «мама» по своей массе во много раз превышает

не только Землю, но и все планеты, вместе взятые.

Об излучаемой Солнцем энергии не приходится и го-

ворить: она настолько огромна, что ее трудно даже

себе представить.

Но вот какая штука: это сияющее всеми лучами

раскаленное светило, дающее нам свет, тепло

и жизнь, не без изъянов, и имеет на своей лучезарной

поверхности темные пятна. Что же они собой пред-

ставляют, и имеют ли они какое-либо отношение

к происхождению планет? Давайте посмотрим. В от-

ношении их было замечено, во-первых, что они непо-

стоянны: то появляются, то исчезают. Во-вторых,

пятна появляются только в области, близкой к эква-

тору Солнца. Число пятен в разные дни бывает так-

же различно: наблюдаются периоды, когда никаких

пятен не появляется, и эти периоды повторяются че-

рез 9- 12 лет, после чего их число начинает быстро

возрастать. Специальные фотографии Солнца пока-

зали, что около пятен поверхность имеет вихревое

строение (NВ!), указывающее на существование воз-

ле них бурных турбулентных движений. Наблюде-

ния также показывают, что в атмосфере Солнца про-

исходит непрерывная циркуляция раскаленных га-

зов, которая, надо думать, сопровождается резкими

сменами давлений в соответствующих областях его

поверхности. Протуберанцы и так называемые флок-

кулы (факелы) свидетельствуют о мощных взрывах

и бурях, постоянно там происходящих.

Не стану подробно излагать имеющиеся данные

наблюдений за Солнцем и его поверхностью - любой

интересующийся ими легко найдет все это в попу-

лярной астрономической литературе. Я выбрал лишь

те моменты, которые, на мой взгляд, представляют

48

интерес для предлагаемой здесь гипотезы о проис-

хождении планет.

Однако прежде чем двигаться дальше, я хотел бы

обратить внимание на один важный момент, кото-

рый, как это ни покажется удивительным, упускает-

ся из виду при описании всего, что относится к ак-

тивности Солнца и образованию планет. Момент же

этот состоит вот в чем. Любой процесс горения, будь

то простой костер, печка или ядерный реактор, ос-

тавляет в результате то, что называется шлаком.

S костре и печи - это зола и угли, которые утилизи-

рует либо сама природа, либо рачительные хозяева

на своем огороде. Шлаки ядерных реакторов утили-

зирует roсударство, и для него эта утилизация пред-

ставляет сложный, неприятный и дорогостоящий

процесс. Поскольку на Солнце тоже идет какой-то

процесс горения, природа которого до сих пор не яс-

на, то, какова бы она ни была, шлаки все равно долж-

ны быть - они не могут не быть! И не просто быть,

а куда-то еще деваться. Учитывая массу Солнца, не-

прерывность и огромную интенсивность процессов

горения, на нем должны постоянно образовываться

огромные массы шлака, которые, конечно, являются

для него обузой и от которых оно, как своего рода

живое существо, наверняка стремится освободиться

доступным ему способом. Способ, судя по всему,

один, а именно: отделываться от шлаков с помощью

колоссальной силы взрывов, вследствие чего они по-

кидают поверхность Солнца, улетая, как говорится,

в безбрежные космические дали.

Думается, что так называемые темные пятна

и есть огромные скопления этих самых шлаков, кото-

рые естественным образом скапливаются именно

вблизи экватора Солнца, т.е. в плоскости его враще-

ния вокруг своей оси, а не на полюсах. Если посмот-

реть на сравнительные размеры планет от самой

49

дальней от Солнца - Плутона и до самой близкой -

Меркурия, то вырисовывается такая картинка:


Извечные загадки науки глазами дилетанта


Получается что-то вроде сигары. Ог Плутона до

Сатурна и Юпитера идет увеличение размера планет;

затем от них до Меркурия, наоборот, - уменьшение.

Надо думать, что зто не случайно, и здесь кроется

своя закон ом ерносгь.

Отметим, прежде всего, что Солнце, как всякий

развивающийся организм, естественно, проходит

в своем развитии разные стадии: от первых юных

и цветущих миллионов лет, через пору зрелости

и возмужалосги, длящуюся опять-таки миллионы

лет, и, наконец, до постепенного старческого угаса-

ния с теми же миллионами лет. Картинка-сигара

в моем воображении рисует такую схему возникно-

вения планет: рождение самых дальних планет (они

же и самые первые по своему появлению на свет бо-

жий) приходится на юный, незрелый еще период раз-

вития Солнца: интенсивность процессов горения

тогда еще не достигла своего пика и потому шлаков

было сравнительно немного. Оно только набирало

силы, взрослело и, так сказать, как следует еще не

раскочегарилось. Потому-то Плутон и Нептун имеют

сравнительно небольшие размеры. дран и особенно

Сатурн и Юпитер - зто уже «дети» взрослого, зрело-

го периода в жизни Солнца, когда оно обладало по-

мимо огромной массы столь же огромной энергией

тела, набравшего полную силу. Процесс горения шел

очень интенсивно, вследствие чего образовывались

50

огромные массы шлаков, и Солнце выбрасывало их,

шутя и не скупясь, то глыбами, вроде Сатурна

и Юпитера, то большими пригоршнями, вроде пояса

малых планет, расположенного между Юпитером

и Марсом.

Последние четыре планеты, начиная с Марса

и кончая Меркурием, приходятся, скорее всего,

на период постепенного старения Солнца. Стареет,

стареет, родимое, никуда не деться. Меркурий - это

вообще недоносок, дитя угасающей детородной си-

лы, энергии и всего, что с этим связано. Настанет

когда-нибудь время и угаснет наше Светило совсем,

и обнимет солнечную систему полный мрак и холод,

и на месте пышной зелени, теплых ласковых морей

и океанов, кипящей жизни раскинутся просторы веч-

ных льдов и вечной мерзлоты. Но спешу успокоить

читателей: на несколько веков солнечного тепла хва-

тит точно. Не хватит воды, энергоресурсов, кое-чего

еще, а тепла хватит, если, конечно, не произойдет ка-

кая-нибудь катастрофа с самим Солнцем.

Итак, в целом вырисовывается такая картина:

по мере образования шлаков они скапливались в эк-

ваториальной части Солнца, мешая нормальному

процессу горения. Могучие солнечные ветры вместе

и бурными движениями огромных кипящих солнеч-

ных масс придавали скоплениям шлаков вихревое

движение. Когда они становились окончательной по-

мехой идущим процессам, они выбрасывались с по-

верхности Солнца мощными взрывами, увлекая вме-

сте с отходами горения и часть самого солнечного те-

ла. Можно предположить, что всякий мощный вы-

брос солнечных шлаков и образование новой планеты

сопровождался серьезным потрясением всей солнеч-

ной системы и эхом отзывался на всех существующих

планетах. Возможно, библейская легенда о всемир-

ном потопе, а также легенда о Фаэтоне, сыне бога

солнца Гелиосе, не сумевшем справиться с отцовской

51

колесницей солнца, что вызвало страшные пожары на

Земле, связаны именно с такими процессами.

Сказанное хорошо объясняет, во-первых, тот

факт, что орбиты планет лежат в одной плоскости

с плоскостью экватора Солнца, и, во-вторых, что все

планеты обращаются вокруг него в том же направле-

нии, в каком оно вращается вокруг своей оси; в-тре-

тьих, что все планеты вращаются вокруг своей оси

тоже в том же направлении; в-четвертых, что все они

имеют сферическую форму, вызванную начальной

вихревой природой их движения. Наконец, из всего

сказанного сам собой вытекает вывод и о том, что

физико-химический состав всех планет должен быть

в принципе идентичен благодаря единому источнику

происхождения.

Обращение планет вокруг Солнца обязано не ка-

кой-то абстрактно-мистической силе притяжения,

действующей сама по себе как некий присущий всем

телам атрибут, а тем, что начальный толчок, выбро-

сивший их в пустоту Вселенной, исходил от тела, ко-

торое само вращается по законам вихревого движе-

ния. Удаление же планет от Солнца и скорость их

вращения вокруг него обязаны в каждом конкретном

случае, во-первых, силе взрыва и, во-вторых, массам

выбрасываемых взрывом шлаков. Достигнув в пол-

ном соответствии с этими условиями максимума

удаления от Солнца, планеты двигались уже по инер-

ции по круговым вихревым орбитам, благо, что ника-

кие силы трения и т.п. не мешали этому движению.

Здесь отмечу, походя, тот факт, что во Вселенной

в принципе не может быть иных форм движения,

кроме круговых и вращательных. Прямолинейное

движение существует только в воображении челове-

ка и в учебниках физики, да и то лишь применитель-

но к весьма ограниченным пространствам.

Итак, мы имеем следующую картину: раскален-

ная, тянущая за собой длинный сверкающий хвост

52

пламени, кружащаяся в вихревом движении масса,

оторвавшись в результате взрыва от Солнца, начина-

ет свою собственную жизнь. Всё в ней еще долгое

время продолжает бурлить, кипеть, плавиться, взры-

ваться. Всякая планета на самом начальном этапе

своего появления на свет представляет собой ма-

ленькое Солнце со многими присущими ему процес-

сами. Но отличает ее от Солнца главным образом то,

что она не обладает собственным самогенерирую-

щимся источником энергии, а потому, попыхтев, по-

горев, покипятившись должное время, начинает по-

степенно остывать и покрываться корой, как остыва-

ет извергающаяся из вулканов лава. Не забудем, что

всякая оторвавшаяся от Солнца масса представляет

собой лишь шлак, с некоторой примесью собственно-

го солнечного вещества. По крайней мере, именно

солнечное происхождение планет объясняет проис-

ходящие до сих пор на Земле землетрясения и извер-

жения вулканов. Ему же, надо полагать, обязан и спе-

цифический рельеф всех планет, включая и нашу

Землю.

Если согласиться с тем, что в самом начале само-

стоятельного существования планет на них какое-то

время продолжали идти бурные реакции и процессы

горения, сходные с солнечными, то нельзя исклю-

чить, что следствием этого процесса были взрывы,

хотя и меньшей силы, чем на Солнце, но вполне до-

статочные, чтобы их следствием стали так называе-

мые спутники планет. Ясно одно, что спутники не

могут быть порождениями самого Солнца. Если бы

это было так, они двигались бы по самостоятельным

орбитам, как и сами планеты или как астероиды и ко-

меты. Обращение спутников вокруг соответствую-

щих планет свидетельствует о том, что они возникли

из тела самих планет, скорее всего, на самом началь-

ном этапе их существования. В этом смысле их обра-

зование подобно образованию самих планет.

Поскольку все планеты и их спутники ведут свою

родословную из одного корня, коим является Солн-

це, то, как уже отмечалось выше, их состав в принци-

пе должен быть идентичен. Это, в свою очередь, озна-

чает, что жизнь могла зародиться на любой из них.

Для этого требуется лишь наличие воды и воздуш-

ной атмосферы. Для образования той и другой каж-

дая планета имеет все необходимое с точки зрения

химического состава. Но чтобы эта возможность мог-

ла превратиться в действительность, требуется, как

минимум, совокупность следующих условий: а) соот-

ветствующей силы притяжения, которая, в свою оче-

редь, зависит от скорости вращения планеты вокруг

своей оси, равно как и ее диаметра, б) от должного

количества посгупаемой на планету солнечной энер-

гии и в) от времени обращения вокруг Солнца. Зем-

ле, судя по всему, в этом смысле сильно повезло:

у нее получилось оптимальное сочетание означен-

ных условий. Вполне допустимо, что отдаленные

планеты до Марса включительно в далекие времена

своей молодости и зрелого периода имели условия

для жизни. В те отдаленные времена они ведь были

поближе к Солнцу, поскольку оно было значительно

больше и обладало, соответственно, и большей энер-

гией. Если это так, то далекие планеты являют собой

как бы картину будущего Земли: смотри, мол, на нас,

Земля, - «были когда-то и мы рысаками». Наоборот,

планеты, находящиеся ближе к Солнцу - Венера

и Меркурий - являют в этом смысле прошлое Зем-

ли - этап, который она в своем развитии давно уже

прошла.

Впрочем, так это было или нет, всезнающие астро-

номы и математики могут легко рассчитать по своим

таблицам и формулам. Мне делать это нет никакого

желания главным образом из-за большого предубеж-

дения ко всякого рода математическим расчетам, ко-

торые, к какой бы области ни относились, кроме вре-

54

да (в конечном счете) ничего человечеству не прино-

сят. Кроме того, с помощью математических расче-

тов, как хорошо известно, можно доказать все, что

угодно. Я удивляюсь, почему до сих пор никто из вы-

дающихся математиков не удосужился неопровер-

жимо доказать с помощью соответствующих расче-

тов бытие бога. Правда, Спиноза в своей «Этике»

предпринял такую попытку, но она оказалась лишь

жалкой пародией на математические методы.

Вот, собственно, и все, что я хотел сказать по заяв-

ленной в заголовке теме. Добавить к сказанному мне

больше нечего.

111. ЕСТЬ ЛИ РЕШЕНИЕ

У ТЕОРЕМЫ ФЕРМА?


кДесятерица характе-

резует космос как полное

тождество заложенного

внутри него первообраза и

материальной телесности

космоса».

А.Ф. Лосем


Вот уже три с половиной столетия умы многих ма-

тематиков заняты решением теоремы Ферма'. Время

от времени появляются сообщения о том, что теорема

решена, затем они опровергаются, и остается неяс-

ным, так это или нет. Более того, появляются сомне-

ния относительно ее разрешимости вообще. В самом

деле, если столько времени лучшие умы не могли ее

решить, то сомнения естественны.

Я - не математик; я историк по образованию, хотя

и с некоторой склонностью к философским обобщени-

ям. Вот эта склонность часто направляет мое внимание

на предметы, которые прямо не относятся к сфере мо-

ей профессиональной деятельности, как это имеет ме-

сто и в данном случае. Хотя, надо сказать, что я не сов-

сем чужд математике. Мало того, что математика была

моим любимым предметом в школе, я имею еще одно

специальное образование, прямо связанное с матема-

тикой. В молодые годы я был офицером-артиллерис-

том, а как известно, артиллерийская наука целиком

зиждется на математике. Недаром в училище мы изу-

чали высшую математику, включая дифференциаль-

ное и интегральное исчисление. Но это так, к слову.


1 Пьер Ферма (1601-65), франц. математик, один из созда-

телей аналитич. геометрии и теории чисел.

56

Теорема Ферма, признаюсь честно, никогда не

вызывала у меня интереса. Со школьной скамьи я

помню только общие разговоры о существовании

таковой: о теореме говорили с некоторым придыха-

нием как о чем-то необыкновенном, чуть ли вообще

недоступном для человеческого ума. Привлекла же

она мое внимание совсем недавно, притом совер-

шенно случайно. Я смотрел по телевизору какой-то

фильм; один из его героев произнес мечтательно,

что вот хорошо бы решить теорему Ферма, полу-

чить за это Нобелевскую премию, ну и все такое

прочее. Насчет Нобелевской премии герой, кажет-

ся, несколько преувеличил: насколько мне извест-

но, по некоторым, до конца невыясненным, хотя

и принципиальным, соображениям, имевшимся

у создателя этой премии, математики были исклю-

чены из числа номинантов.

Как бы то ни было, слова героя фильма разбудили

во мне минутное любопытство, и я решил посмот-

реть, что представляет из себя эта знаменитая теоре-

ма. Недолго думая, я полез в энциклопедию и обна-

ружил в ней следующее краткое, но вполне исчерпы-

вающее объяснение ее сути. Вот оно:

«Теорема Ферма - утверждение теории чисел, со-

гласно которому уравнение хn + уn = zn при n>2 не

имеет положительных решений. Справедливость те-

оремы Ферма доказана для ряда показателей п,

но в общем виде остается недоказанной».

Вот и все. Правда, к сказанному энциклопедия

присовокупляет, что в общем виде доказательство те-

оремы было представлено в 1995 г. английским мате-

матиком Э. цайлзом, но само доказательство, к сожа-

лению, не приводится. Впрочем, может быть, это да-

же и лучше - по крайней мере нет никакого давле-

ния со стороны других точек зрения.

57

Итак, отметим, прежде всего, что теорема прямо

утверждает, что при п>2 уравнение не имеет положи-

тельных решений. Другими словами, общий ответ

Ферма дал, но только не привел доказательств верно-

сти этого ответа для всех случаев п>2. Второе, что

бросилось мне в глаза как дилетанту, - это какая-то

внешняя легковесность теоремы. По сравнению с ней

бином Ньютона выглядит эдаким грандиозным мате-

матическим храмом. Я даже подумал, что Ферма туг

хитрил: он знал ответ; допускаю даже, что прежде

чем получить его, он сам изрядно помучился и, поняв

в конце концов простоту ответа, решил посмеяться

над всеми будущими математиками, задав им свою

головоломку. Здесь он не ошибся: 350 лет математи-

ки разных школ и направлений усердно демонстри-

ровали свое профессиональное бессилие.

Должен сразу же заметить, что теорема Ферма, ес-

ли ее, на мой дилетантский взгляд, квалифицировать

по заслугам, вовсе не теорема: она именно математи-

ческая головоломка, своего рода загадка для любо-

знательных умов. Она, на мой взгляд, требует для

своего решения не каких-то необыкновенных мате-

матических познаний со всем их сложным аппара-

том, а внимания и логического мышления. В принци-

пе, ей место в какой-нибудь популярной книге, вроде

«Занимательной математики» Перельмана.

Еще одно соображение: думается, что сам факт, что

теорема так долго не была решена, говорит о том, что

за нее брались именно математики-профессионалы -

их профессионализм скорее всего и служил здесь

главной помехой в разгадке теоремы. Такое в науке,

да и не только в ней, случается довольно-таки часто.

Это первое. Затем, мне кажется (хотя я могу

и ошибаться), что при разгадке головоломки Ферма

главное внимание концентрировалось на решении


58

теоремы при значениях п>2, тогда как ее решение —

и это будет показано ниже — содержится именно при

значении n=2.

Я тоже начал с того же конца. Промучившись два-

три вечера, возводя в разные степени разные значе-

ния «х» и «у», я скоро понял, что этот путь совершен-

но бесперспективен: можно потратить на него всю

жизнь и ничего не добиться. Тогда я вернулся к урав-

нению при значении n=2. Еще со школьной скамьи

в моей памяти сохранился самый простой его вари-

ант: (32 + 42 = 52), или (9 + 16 = 25). Я стал размыш-

лять над этим уравнением и довольно быстро обна-

ружил, что оно имеет свое закономерное продолже-

ние.

Давайте рассмотрим особенность уравнений при

n=2. Начнем с наименьших показателей «х» и «у»,

при к-рых рассматриваемое уравнение справедливо:

(32+42=52) или: (9 + 16 = 25);


Продлим этот ряд дальше, каждый раз удваивая

значения х, у и z:

(62 + 82 = 102 ), или: (36 + 64 = 100);

(122 + 162 = 202), или: (144 + 256 = 400);

(242 + 322 = 402), или: (576 + 1024 = 1600) и т.д.

Другими словами, в случае n=2 просматривается

совершенно четкая закономерность, в рамках кото-

рой данный ряд уравнений может быть продлен до

бесконечности. Главным условием для этого являет-

ся то, чтобы сумма х, у и z была всегда кратной 12,

что достигается путем последовательного удвоения

предыдущих показателей х, у, z.

Вот в этой закономерности, собственно, и содер-

жится, по моему разумению, решение предложенной

Ферма головоломки.

Но продолжим. Итак, после того как обнаружи-

лась закономерность в повторении положительного


59

решения уравнения при п=2, все сразу встало на свои

места, и осталось только сделать окончательный вы-

вод, который, на мой взгляд (опять-таки дилетант-

ский), и содержит искомое решение теоремы Ферма

в общем виде.

Вывод же этот заключается в следующем: в беско-

нечном ряду положительных чисел первые десять

цифр от единицы до десяти содержат в себе в прин-

ципе все свойства всего ряда, поскольку весь после-

дующий ряд чисел представляет собой многократное

повторение «десятерицы». Это же, в свою очередь,

означает, что если уравнение имеет положительное

решение в пределах первых десяти чисел, то его по-

ложительное решение должно закономерно и после-

довательно повторяться в последующих рядах. И на-

оборот: если уравнение не находит своего положи-

тельного решения в этик пределах, то оно не может

иметь такого решения и во всем ряду чисел.

Отсюда естественным образом вытекает оконча-

тельный вывод: поскольку предложенное Фермаурав-

нение при п >2 не находит своего пол ожит ельногоре-

шения в пределах первых десяти цифр числового ряда,

то оно не имеет, и не может иметь такого решения

и в пределах всего ряда простых чисел.

Сам же факт, что уравнение при п>2 не имеет по-

ложительного решения в пределах первой «десятки»,

легко подтверждается эмпирически.

Вот, собственно, и все доказательство. Лично мне

странным здесь представляется то, что с XVII века,

т.е. со времени жизни П. Ферма, эта логическая зада-

ча не была решена. Как я уже упоминал выше,

по имеющимся сведениям, это было сделано англий-

ским математиком Э. Уайлзом. Однако, каким имен-

но образом она была решена им, мне лично неизвест-

но. Каким бы, однако, ни было его решение, мне

60

представляется, что соображения, представленные

выше, доказывают или, если вам больше нравится,

показывают, почему уравнение (хn + уn = zn) при n>2

не имеет и не может в принципе иметь положитель-

ных решений. Но ведь это как раз и есть тот ответ, ко-

торый требовалось получить.

1V. ОСНОВАННОЕ НА ДАННЫХ НАУКИ

И МНОГОВЕКОВОМ ОПЫТЕ

ДОКАЗАТЕЛЬСТВО ОРГАНИЧЕСКОЙ

ПРИРОДЫ ВОДЫ


Предлагаемое читателю исследование было напи-

сано в своем первом варианте более тридцати лет на-

зад. Оно долго лежал среди кип ненужных и старых

бумаг. Я почти забыл о нем, вернее, память о его су-

ществовании жила где-то в отдаленном уголке мозга

как один из необычных эпизодов в моей жизни. Бы-

ло время, когда эта работа казалась мне чрезвычайно

важной, и я думал, что если человечество не узнает

немедленно о содержании рукописи, то погибнет во

мраке невежества и неведения. Наивные чувства

каждого первооткрывателя! Они были быстро ох-

лаждены почти полным равнодушием со стороны

тех, от кого я, как автор, ожидал не только наиболь-

шей заинтересованности, но и рукоплесканий. Мне

понятны эти чувства: будь я на их месте, я бы, скорее

всего, поступил точно так же. В самом деле, какой-то

гуманитарий или, другими словами, дилетант, осме-

ливается влезать в совершенно чужую сферу со сво-

ими «открытиями» - как тут не возмутиться?

Бог с ним, со всем этим. Дело давнее, и не сюит

много о нем говорить. Но почему же я снова не только

вспомнил о своем сочинении, но и решил его вторично

опубликовать? Да, забыл сказать, что первая его пуб-

ликация была в 1992 году, и тираж ее составил всего

двести экземпляров, из которых, разошлось, по-моему,

не более пятидесяти. Почему в 1992 году? Эго были

первые годы так называемой перестройки, когда вдруг

62

стало возможным сравнительно свободно высказывать

свои мысли как в сфере политики и идеологии, так

и науки в целом, и, не испрашивая «высочайшего соиз-

воления», писать и печатать всякую крамолу, в том

числе научную. Ну, а разве заявить, что простая вода,

о которой всем всё известно со школьной скамьи и зна-

менитая формула которой Н20 была такой же аксио-

мой, как и «2 х 2 = 4», что эта формула ошибочна и что

на самом деле вода есть органическое вещество, что

воздух есть лишь иное состояние все той же воды (чет-

вертое после жидкости, пара и льда) - разве все это не

крамола! В старые добрые времена за такие штучки

можно было угодить и на костер. Однако сегодня, сла-

ва богу, можно писать и заявлять о вещах покпетце,

не опасаясь всех этих «египетских казней». Но не толь-

ко и не столько по этой причине. В жизни есть вещи,

за которые люди шли на костер, на пытки, и славная

история человечества дает тому массу примеров. Дело

здесь не только в том, что прошедшие годы не поколе-

бали моего убеждения и веры в правоту своих догадок

и предположений, равно как и тех средств, с помощью

которых я пытался доказать их истинность. Дело еще

и в том - и для меня это кажется более важным, - что

происходят заметные изменения в климате планеты,

которые естественным образом вызывают беспокойст-

во не только ученых, но и многих людей, поскольку

они непосредственным образом затрагивают все сторо-

ны его жизнедеятельности. В последнем эссе я специ-

ально останавливаюсь на этой проблеме. Однако сразу

же хотелось бы предупредить читателя, что не ознако-

мившись с данной частью работы и главными ее выво-

дами, невозможно будет не только понять подлинных

причин изменения климата на Земле, но и осознать ре-

альных его последствий для планеты и жизни всего

живого на ней.

От предыдущих двух эссе данное сочинение отли-

чается своей манерой изложения. Оно, если можно

так сказать, более академично, его стиль ближе к тра-

диционно принятому в научных трудах. Это связано

отчасти с той эпохой, в которой оно писалось, отчас-

ти же с самим материалом. В те времена всякие воль-

ности не только порицались, но и просто не допуска-

лись. И это хорошо, так как заставляло писателей

всех рангов и направлений заботиться как о внешней

чистоте своих сочинений, или, другими словами,

о чистоте языка, так и о толковом изложении самого

материала. Я старался по мере возможности сохра-

нять этот стиль, так как считаю, что для такого рода

научных сочинений он подходит наилучшим обра-

зом. Помимо того я стремился к максимально боль-

шему использованию эмпирического материала, по-

черпнутого мной из трудов разных ученых. Это силь-

но загромоздило мой труд, но придало мне уверенно-

сти в том, что меня не обвинят в верхоглядстве и не-

компетентности, короче, в дилетантизме, который

так раздражает официальную науку. Правда, в дан-

ном издании в целях экономии места я несколько со-

кратил эту эмпирическую часть, однако, это, на мой

взгляд, не отразилось на доказательности приводи-

мых доводов.


Для начала хотелось бы очень кратко рассказать

о том, как все это случилось, откуда вообще у меня,

у человека, закончившего гуманитарный институт

и не имевшего никакого отношения ко всем рассмат-

риваемым здесь проблемам, появились подобные

идеи?

Представьте себе такую вполне мирную и обыден-

ную картину: вы едете в электричке на дачу, смотри-

те в окно; за окном прекрасный солнечный день, си-

нее небо, по которому бегут легкие облачка; мелька-

ют летние пейзажи, настроение самое безмятежное.

64

И вдруг, совершенно неожиданно вам в голову при-

ходит странная, в общем-то, для образованного чело-

века мысль. Глядя на раскинувшийся над всей плане-

той голубой воздушный океан, вы вдруг задаетесь

вопросом: откуда он взялся, каков его источник? Ес-

ли он в течение многих миллионов лет замечательно

постоянен, если в течение тех же лет он является ис-

точником жизни всего сущего на Земле, от мельчай-

шей одноклеточной амебы до огромных млекопитаю-

щих, то должен же быть - не может не быть! - такой

же постоянный и адекватный ему источник его по-

полнения? В самом деле, ведь воздух постоянно рас-

ходуется на всякие непрерывно происходящие на

Земле процессы горения, дыхания, не считая научно-

технического прогресса, жадно его поглощающего,

а потому он требует постоянного пополнения, иначе

жизнь вместе с прогрессом могла бы очень быстро

остановиться. Что же это за источник?

Вот такие вопросы и мысли возникли однахщы ле-

том в моей голове. Недолгие размышления дилетан-

та совершенно естественно указывали только на

один такой источник, который также существует

миллионы лет и также служит средой обитания все-

го сущего на земле. И не только средой обитания, но,

как и первый, - основой жизни, необходимым усло-

вием ее существования и продолжения.

Вы, читатель уже догадываетесь, куда я клоню

и что имею в виду. Какая же иная мысль может прий-

ти в голову? - ведь она так же проста, как истина (ес-

ли она есть). Таким резервуаром, таким постоянным

источником пополнения атмосферы воздуха может,

конечно, служить только другой океан, океан вод-

ный, не уступающий первому ни по объему, ни по за-

нимаемому месту в нашей земной жизни. Уже в пер-

вом приближении делается естественным, простым

и логичным допущение, что тот и другой неразрывно

связаны друг с другом, тот и другой являются видо-

65

изменениями одного и того же вещества, его моди-

фикациями; и вместе оба океана - воздушный и вод-

ный (атмосфера и гидросфера) - творят третий оке-

ан - океан биосферы, или, другими словами, живую

жизнь во всем ее многообразии.

Но если принять это предположение в качестве

отправной точки, то не остается ничего иного, как

удариться в полную крамолу и утверждать, что и во-

да и воздух являются органическими соединениями.

Вся интрига здесь в том, что так оно на самом деле

и есть, и все предлагаемое исследование служит до-

казательством данного факта. Здесь можно воочию

и лишний раз убедиться в преимуществах дилетанта

перед специалистом: дилетант может позволить себе

то, что специалисту никогда в голову не придет, по-

скольку его голова забита заученными формулами,

определениями и почерпнутыми из обучения в ин-

ституте непреложными «истинами», вроде 2 х 2 = 4

и формула воды Н20.

А ведь если подумать, то и в самом деле, было бы

противно всякой логике полагать, что вода, составля-

ющая до 90 % веса живых организмов, и даже более,

сама в то же время не является органическим вещест-

вом. Вот такие мысли роились в моей голове трид-

цать лет тому назад в солнечный летний день.

Однако за всеми этими рассуждениями скрыва-

лась большая трудность. Прекрасные догадки, озаре-

ния и вдохновения упирались в нерушимый гранит

науки и ее давно отработанные формулы, и как бы я

ни был в то время невежествен в этой области, осно-

вополагающие вещи, заученные мной в школе, я все

же помнил, и они, естественно, не могли не смущать

мой ум. Но минутная догадка, если хотите, даже оза-

рение, была настолько захватывающей, настолько ес-

тественно правдоподобной, что, презрев все, я пус-

тился во все тяжкие, засел за всякие книги, результа-

том чего и явился данный труд.

66

Давайте вспомним в самых общих чертах, о чем

нам говорит официальная наука относительно гид-

росферы, атмосферы, биосферы и характера их взаи-

мосвязи. Все эти вещи хорошо известны почти каж-

дому, прошедшему, как минимум, курс школьных на-

ук. Гидросфере соответствует понятие о химическом

составе воды, выраженному в классической формуле

Н20; атмосфере - нынешние представления о том,

что она состоит главным образом из смеси трех газов:

азота (около 79%), кислорода (около 21%), углекис-

лого газа (около 0,03%) и менее одного процента

инертных газов; наконец, биосфере, точнее, ее расти-

тельной части, - теория фотосинтеза.

Допускаю, что кое у кого может вызвать недоуме-

ние, почему с биосферой я связываю теорию фото-

синтеза, о которой, возможно, многие даже и не слы-

шали. Тому есть свои веские основания, и о них более

подробно будет сказано ниже, в первой части работы.

Здесь же кратко напомню, что теория фотосинтеза

говорит нам, что растения всю свою органическую

массу черпают не из земли, не из воды, а из воздуха,

притом из самой ничтожной его части - углекислого

газа, составляющего 0,03 % воздушной атмосферы.

Если добавить к сказанному, что в соответствии с те-

орией фотосинтеза, единственным источником сво-

бодного кислорода атмосферы - этого абсолютно не-

обходимого элемента для поддержания жизни как

животного, так и растительного мира, являются те же

растения, якобы выделяющие кислород в процессе

фотосинтеза, то становится понятна роль теории фо-

тосинтеза в объяснении не только основных жизнен-

ных процессов у растений, но и всего живого мира

в целом.

Упомянутые представления о трех рассматривае-

мых сферах - гидросфере, атмосфере и биосфере -

67

давно уже представляются бесспорными фундамен-

тальными положениями науки. Они приобрели, мож-

но сказать, аксиоматический характер, и набрасывать

на них даже самую слабую тень сомнения представ-

ляется в некотором роде даже неприличным.

В самом деле, если рассматривать эти «аксиомы»

в отдельности, то каждая из них выглядит как доста-

точно фундаментальное положение науки, обосно-

ванное теоретически, подтвержденное, казалось бы,

опытом и освященное временем и авторитетом мно-

гих выдающихся ученых. Но если попытаться соеди-

нить их вместе так, чтобы они могли адекватно отра-

зить тот реальный мир, который представлен озна-

ченными тремя сферами в их неразрывном единстве,

взаимосвязи, взаимозависимости и взаимообуслов-

ленности, то быстро приходишь к убеждению, что

эти «аксиомы» совершенно не соединяются в такое

единство, что собранные вместе, они представляют

лишь некий конгломерат малосвязанных понятий,

теорий, суждений, представлений, лишенных того

общего знаменателя, который был бы способен объе-

динить их в одну единую органически связанную си-

стему. Более того, обнаруживается, что они просто

несоизмеримы одна с другой подобно тому, как быва-

ют несоизмеримыми величины в математике. А ведь

по самому простому предварительному размышле-

нию, они, по идее, должны быть не только соизмери-

мы, но и составлять вместе органическое единство.

На деле же оказывается, что если бытующие в науке

взгляды и впрямь являются верными отражениями

существующего физического мира, то мир этот дол-

жен был бы представлять совершеннейший хаос

и неразбериху. Но все говорит о том, что он совсем не

таков, каким выглядит в свете означенных теорий.

Он являет собой - и это вполне очевидно - замеча-

тельную гармонию, в которой всё друг с другом проч-

но сцеплено, в котором все одно из другого вытекает.

68

Существующие же в науке «аксиомы» просто невоз-

можно, не греша против истины и не прибегая к вся-

кого рода натяжкам и уловкам, связать какими-то ра-

зумными причинно-следственными отношениями

и создать из них единую картину мира.

Действительно, что, к примеру, общего между хи-

мическим составом воды и химическим составом

воздуха? Что общего между тем и другим, с одной

стороны, и органическим растительным и животным

миром - с другой? Ничего. Органический мир - это

мир углеродных соединений наряду с органическими

азотными соединениями. Ни вода, ни воздух по су-

ществующим представлениям не содержат таких со-

единений в виде постоянных компонентов. Если ис-

ходить из признанного химического состава воды,

то ее отношение к биосфере представляется не толь-

ко случайным, но и враждебным: она в этом виде

олицетворяет, скорее, не жизнь, а смерть. Еще более

случайной и ничем не подкрепленной выглядит

связь гидросферы с атмосферой: каждая из них суще-

ствует как бы сама по себе без необходимой и законо-

мерной связи с другой.

При господствующих ныне представлениях мы не

в состоянии составить для себя полной и обоснован-

ной картины происхождения и развития гидросфе-

ры, атмосферы и живого мира на земле: все распада-

ется и не склеивается, все вертится в каком-то пороч-

ном кругу, заставляя задаваться такими глубокомыс-

ленными вопросами, как: что возникло сначала - ку-

рица или яйцо, или в нашем случае: что возникло

прежде - биосфера или атмосфера, если известно,

что биосфера не может существовать без кислорода,

а ее единственным источником, согласно существую-

щим научным представлениям, является сама же би-

осфера, точнее ее растительная часть.

Нет поэтому ничего удивительного в том, что на-

ука вынуждена на каждом шагу сталкиваться со

69

многими несуразностями и противоречиями, кото-

рые были созданы ею же самой. Не осмеливаясь или

не желая по разным причинам пересмотреть многие

основы, на которых она держится, она часто вынуж-

дена прибегать для сведения концов с концами

к различным искусственным дополнительным пост-

роениям, которые, не решая вопроса принципиаль-

но, как правило, еще более его усложняют, а подчас

и просто запутывают. О некоторых из них речь пой-

дет впереди.

Из сказанного следуют два вывода:

1) либо нужно признать, что гидросфера, атмо-

сфера и биосфера представляют случайную и не свя-

занную необходимыми причинно-следственными от-

ношениями совокупность разных по своей сущности

сфер, и что всякая попытка свести их в единую орга-

нически связанную систему взаимозависимости яв-

ляется произвольной, либо

2) они все-таки образуют такую органическую си-

сreму, в которой каждая из сфер не может в принци-

пе существовать без двух других, но тогда придется

признать, что существующие в отношении них «ак-

сиоматические» понятия и представления являются

совершенно ошибочными.

Признать, что три сферы не связаны между собой

причинно-следственными отношениями, что каждая

из них существует независимо от других, значит,

признать отсутствие всякой закономерности в разви-

тии земной природы, признать, что она развивается

благодаря случайностям, необъяснимым катаклиз-

мам, что в основе ее развития лежат неупорядочен-

ные стихийные силы, что такие кардинальные вопро-

сы, как происхождение жизни и ее сущность факти-

чески неразрешимы, и мы не можем сказать ничего

путного о том, каково будущее жизни на Земле.

Но с другой сторон, согласиться с тем, что при-

знанные представления о воде, воздухе и живой

70

жизни являются в основе своей ошибочными - зна-

чит, поставить под сомнение все то, что наука нако-

пила в этой области в течение сотен лет, поставить

под сомнение саму основу, на которой стоят и разви-

ваются многие отрасли науки вплоть до настоящего

времени.

Трудно однозначно ответить на эти вопросы. Ис-

тина, как говорится, всегда конкретна. Но все же, ес-

ли говорить в самом общем плане, то очевидно, что

одна из главных целей науки, без которой она, собст-

венно, перестает быть таковой, есть постоянные по-

иски основополагающих причин всего сущего, по-

стоянное совершенствование, развитие, углубление,

корректировка имеющихся знаний, приведение их

в более полное соответствие с реальной действи-

тельностью. Эти поиски невозможны без выдвиже-

ния новых положений, новых гипотез, какими бы бе-

зумными или ошибочными они ни казались сначала.

Вся история науки, собственно, и состоит в непре-

кращающейся ревизии выработанных ею же поло-

жений и устоев. Но если даже взять крайний случай

и представить, что предлагаемый новый взгляд на

вещи ничем не подтверждается и оказывается в ко-

нечном счете ложным, то от этого наука никак не мо-

жет пострадать. Наоборот, ее аксиомы прибавят

только в своей силе, подтвердив лишний раз свою

истинность. Если же обнаружится, что новые гипо-

тезы верны, то и в этом случае наука также только

выиграет.

Оггалкиваясь от этого, я выдвигаю предположе-

ние, или гипотезу, что вода (гидросфера), воздух (ат-

мосфера) и живой мир (биосфера) суть выражения

одного единого начала, модификации одного элемен-

та, который входит главной составной частью во все

три сферы и который объединяет их в единую систе-

му неразрывных причинно-следственных отноше-

ний. Показать, что такой элемент существует и дать

71

его формулу - составляет главную задачу данного

труда. Для доказательства этого предположения я не

обращаюсь к каким-то новым, неведомым прежде

данным, а беру за основу те же самые научные факты

и данные, из которых исходят и существующие науч-

ные представления и теории. Я только показываю,

что факты эти либо неправильно толковались, либо

просто подroнялись под господствовавшие в науке

мнения и взгляды.

Здесь нужно ясно себе представлять, что эти науч-

ные мнения и взгляды сами суть не более как предпо-

ложения (гипотезы), сделанные в свое время отдель-

ными учеными. Они считались верными, так как отве-

чали в известной мере определенным опытным дан-

ным и общим взглядам на мир в ту или иную эпоху,

но в то же время фактически не соответствовали дей-

ствительному положению вещей. Такое в науке случа-

ется сплошь и рядом. Но если существующие пред-

ставления мы рассматриваем лишь в качестве правдо-

подобных допущений, а не в качестве окончательных

истин, то мы вправе подвергнугь их сомнению и в слу-

чае, если удастся убедительно показать их противоре-

чивость, несоответствие логике и реальности, заме-

нить на другие, более отвечающие той и другой.

Читатель, естественно, может заинтересоваться,

а каким, собственно, образом автор собирается дока-

зать свою правоту? Сразу же скажу, что в этой работе

он не найдет описания каких-то новых сногсшиба-

тельных и чудесных экспериментов, с помощью кото-

рых автору удалось неопровержимо доказать вер-

ность своих взглядов. Не найдет он их потому, что

в этом нет никакой необходимости. Эмпирическое ес-

тествознание накопило такую необъятную массу по-

ложительного материала, что для его «переварива-

ния», обобщения и переосмысления хватит многих

поколений ученых. Помимо того, я, как автор, исхо-

дил из твердого убеждения, основанного на изучении

72

истории науки, что нет и не может быть в принципе

того, что в свое время называли "experimentum сги-

cis", то есть «решающим экспериментом», который

одним разом мог бы подтвердить или отвергнуть пра-

воту того или иного научного положения. Разумеет-

ся, без эксперимента наука, и особенно наука естест-

венная, немыслима. Но в то же время очевиден и тот

факт, что эксперимент как средство доказательства

сам ограничен и относителен. Ни при каких обстоя-

тельствах нельзя быть уверенным в том, что тот или

иной эксперимент проведен с соблюдением всех нуж-

ных условий, со всей требуемой чистотой, при пол-

ном отсутствии воздействия побочных факторов,

способных исказить результаты эксперимента. Исто-

рия развития науки достаточно убедительно свиде-

тельствует, что многие казавшиеся непоколебимыми

теории, которые были затем отвергнуты наукой как

ошибочные, в свое время строились на основании, ка-

залось бы, неопровержимых опытных данных. К тому

же любой исследователь, как правило, подходит

к опыту с уже готовой концепцией и ждет от опыта ее

подтверждения, и, что греха таить, часто подгоняет

опыт под требуемый вывод.

Вот почему в данном исследовании предпочтение

отдается логическому методу, но, разумеется, на ос-

нове того эмпирического материала, который накоп-

лен наукой в данной сфере и который мне удалось

обнаружить. Последнее обстоятельство важно, ибо я

не могу заверить читателя в том, что нашел все, что

сделано наукой в этой области. Это невозможно

практически, так как пришлось бы перелопатить все,

что написано учеными за всю историю науки, и это

не нужно в плане теоретическом.

В поисках эмпирического материала я постоянно

обращался к истории науки, которая полна удиви-

тельных фактов и метаморфоз. В самом деле, читая

тот или иной современный учебник, нельзя не восхи-

титься стройностью общей картины научных дости-

жений, незыблемостью тех устоев, на которых наука

покоится. Но картина удивительным образом меня-

ется, когда обращаешь взоры непосредственно к тру-

дам тех, кто творил эту науку. Тогда только убежда-

ешься в универсальности положения, что в науке нет

аксиом, а есть лишь требующие доказательства тео-

ремы, гипотезы, предположения. Причем в отличие

от учебников, в оригинальных трудах ученых эти ги-

потезы и предположения вовсе не выглядят такими

незыблемыми и окончательными, какими они стано-

вятся в учебниках: каждое из них представляет по-

иск, сомнения, упорную борьбу с материалом.

Огсюда, кстати, тот, казалось бы, парадоксальный

факт, что теории, созданные учеными прошлого, за-

частую держатся в сознании людей крепче всего, так

как во время их появления не было возможности

проверить их достоверность, и они принимались

и утверждались в сознании людей главным образом

благодаря авторитету соответствующего ученого.

Как писал в этой связи известный физик XIX века

В. Грове, «Никакая теория не может быть менее зре-

лой, ни одна не представляет более шансов неверно-

сти, чем та, которая сложилась под первым впечатле-

нием, произведенным новым открытием; и хотя вре-

мя возвышает авторитет тех, которые ее составили,

но время никогда не может дать этим знаменитым,

но уже умершим людям, возможность разобрать

и исправить собственные ошибочные взгляды. Это

дается только последующими открытиями. Чтобы

верно оценить значение авторитета, мы должны рас-

сматривать его в связи с теми средствами, которые он

имел для приобретения сведений»'.

И тут поистине неоценимое значение имеет изуче-

ние истории отдельных открытий, анализ оригиналь-

1 У. Соотношениефизицеоких сил. Спб., 1865, с. 3-4.

74

ных трудов крупных ученых, которые могут дать на-

иболее приближенную к действительности картину

процесса создания той или иной теории или откры-

тия во всей его противоречивости и тем самым под-

вести к неожиданным находкам и выводам.

Любая научная теория без всякого исключения

есгь более или менее правдоподобная гипотеза. Аб-

солютная истина стоит вне науки. Предлагаемая точ-

каЗрения тоже, естественно, гипотетична и, как тако-

вая, имеет право как на существование, так и на кри-

тику. Она научна в той же мере, в какой научны все

существующие гипотезы и теории, поскольку опира-

ется на факты, добытые наукой и признанные ею как

верные, а также на общую логику всякого научного

исследования. Данную гипотезу отличает главным

образом принципиально иная интерпретация этих

фактов, что и дало возможносгь прийти к качествен-

ным иным выводам и результатам.

Насколько предлагаемая здесь гипотеза убеди-

тельна и адекватна, вы узнаете только пройдя вместе

с автором весь путь от начала до конца, т.е. взяв на

себя труд прочитать предлагаемое исследование. Как

автор, я могу обещать только одно: труд этот будет не

только не напрасен, но полезен и, как надеюсь, даже

увлекателен, по крайней мере, для тех, кого не пугает

работа мысли, кто желает немного отвлечься от мер-

зостей нынешней жизни с ее мелочными заботами

и скудными запросами и окунуться в мир захватыва-

ющей научной гипотезы.


О НАУЧНОЙ И ПРАКТИЧЕСКОЙ

НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ ТЕОРИИ ФОТОСИНТЕЗА


Начнем разгадку тайны трех сфер с биосферы.

Выбор именно биосферы в качестве начального эта-

па исследования связан с тем, что именно здесь,

75

на мой взгляд, представления человека о физических

основах жизни наиболее шатки и противоречивы.

Думается, что без прояснения до конца вопроса о той

роли, которую якобы играют зеленые растения в по-

полнении атмосферы кислородом, нельзя сделать ни

одного шага дальше в решении остальных задач. На-

сколько удачен и оправдан такой вариант решения

«уравнения с тремя неизвестными» - будет видно

в конце. Прежде чем продолжить изложение, хоте-

лось бы принести свои извинения искушенному чи-

тателю за использование в качестве аргументации

очевидных и хорошо известных ему положений

и фактов, но без них многое может показаться вовсе

непонятным читателю неискушенному.

Теория фотосинтеза, а именно о ней пойдет тут

речь, существует уже что-то около 150 лет. Однако,

хотя она и считается одним из фундаментальных

направлений науки, исследующей жизнь растений

в ее основных проявлениях, редко можно встретить

относительно еще какой-нибудь естественной тео-

рии столько противоречивых, часто просто несо-

вместимых суждений и положений, сколько их име-

ется в теории фотосинтеза. Факт уже сам по себе

примечательный. С первых же шагов ее появления

она стала предметом многочисленных и нескончае-

мых до сих пор споров и разногласий. Сегодня, ка-

жется, никто не сомневается в ее истинности в це-

лом, и дело вроде бы за малым - за окончательным

уточнением отдельных не согласующихся вопросов

и деталей теории. Однако при более близком зна-

комстве с этими «деталями» они оказываются на-

столько важного свойства, что становится совер-

шенно очевидно, что вопрос о доказательности и на-

учной обоснованности теории фотосинтеза вовсе не

устарел. Другое дело, что сегодня, судя по всему, ни-

кому нет дела до того, истинна она или нет, и есть ли

вообще такая теория.

76

Тем не менее, для тех немногих, которые знакомы

с этой теорией не понаслышке, известно, что в отно-

шении самого механизма фотосинтеза существует

больше предположений, чем реальных и твердо уста-

новленных фактов. Время не только не сократило

числа противоречивых гипотез и толкований, но на-

оборот, увеличило их. До сих пор отсутствует единое

мнение относительно химической стороны процесса

фотосинтеза, нет убедительного объяснения связи

двух противоположных и взаимоисключающих про-

цессов, а именно дыхания и фотосинтеза; не находит

своего объяснения отсутствие прямой связи между

увеличением растением своей биомассы и интенсив-

ностью фотосинтеза, хотя теоретически тут должна

быть совершенно очевидная прямая связь, а именно:

чем интенсивнее проходит процесс фотосинтеза, тем,

по идее, растение должно интенсивнее набирать

свою массу. Но, увы, на деле такого соответствия не

существует.

Все эти вещи слишком важны, а потому отсутст-

вие адекватного их объяснения не может не подво-

дить к вопросу: а верен ли сам подход к предмету ис-

следования? Если до сих пор, отталкиваясь от тео-

рии, мы не можем более или менее ясно представить

себе течение основных процессов, происходящих при

фотосинтезе и показать их ясную и недвусмыслен-

ную связь с другими жизненными явлениями в рас-

тении, то чего стоит такая, простите, теория? Верна

ли сама главная идея, что растения создают основ-

ную свою массу за счет усваиваемого из воздуха уг-

лерода и отдают туда взамен весь содержащийся

в нем кислород?

Постановка вопроса, конечно, чисто риторичес-

кая: всякий согласится, что предпочтительнее иметь

хорошую и отвечающую действительности теорию,

нежели наоборот. Однако не надо забывать, что речь

идет не просто о свободном и непредвзятом сравне-

77

нии двух теорий, из которых каждый волен выбрать

себе любую, а о том, что одна из них, а именно та, что

господствует в физиологии растений, совершенно

ложно трактует процессы, от которых напрямую за-

висят многообразные жизненные процессы на земле.

Ее истинность в целом не оспаривается по разным

причинам. Нельзя при это не учитывать такого могу-

чего фактора, что за теорией фотосинтеза стоят инте-

ресы не только отдельных ученых, но и целых науч-

ных учреждений, она стала не просто теорией, а це-

лым мировоззрением. А когда затрагиваются миро-

воззренческие вопросы, то, как показывает история,

официальная наука не остановится ни перед чем,

чтобы подавить оппонентов. Тем более, что в данном

случае ей противостоит никому неизвестный диле-

тант-одиночки. Думается, понятно, каков тут может

быть исход дискуссии, случись таковая.

К поставленным выше вопросам я вернусь позже,

когда будет рассмотрена в основных чертах сущность

теории фотосинтеза и содержащихся в ней противо-

речий. Однако прежде чем переходить к такому раз-

бору, кратко остановлюсь на одном принципиально

важном моменте, который в качестве одного из глав-

ных методологических положений положен в основу

аргументации. Речь идет о принципе единства основ-

ных жизненных процессов в растительном и живот-

ном мире. Согласно нему, все жизненные основные

процессы в животном и растительном мире в основе

своей тохщесгвенны. К таким процессам относятся,

прежде всего, дыхание как окислительно-восстанови-

тельный процесс, затем питание как процесс усвое-

ния и переработки необходимых питательных ве-

ществ; процесс выделения из организма вредных для

него продуктов дыхания и распада; затем реакция жи-

вых организмов на условия среды и адаптация к ним.

Хотя жизнь предстает в огромном разнообразии

своих форм от одноклеточных, или протисгов, до вы-

78

сокоорганизованных растении и животных, прису-

щие всем им процессы жизнедеятельности в своей

сущности остаются тождественными. Если следовать

этому принципу - а не делать этого нет никаких ос-

нований, - то можно с полным правом уже априорно

не принимать в качестве истинной любую теорию,

которая, признавая существование какого-либо жиз-

ненно важного процесса у растений, отрицала бы на-

личие такового же у животных, и наоборот. Другими

словами, этот принцип не признает в качестве науч-

ного дуалистический подход к рассмотрению живой

природы и, напротив, берет за основу ее исследова-

ния подход монистический.

Монистический подход к биосфере есть не что

иное, как последовательное утверждение единства

основных жизненных процессов у растений и живот-

ных. Можно было бы согласиться, скажем, с утверж-

дением, что листья растений ассимилируют углекис-

лоту воздуха и превращают ее в сложные органичес-

кие соединения (белки, сахар, крахмал, клетчатку

и т.д.), как это следует из теории фотосинтеза,

но только при одновременном признании существо-

вания подобного же процесса у животных, т.е. что

и животные способны усваивать углекислоту возду-

ха и синтезировать ее в сложные органические соеди-

нения, которые служили бы для них питанием.

Однако тут нужно остановиться на миг, чтобы пе-

ревести дыхание, так как, боюсь, подобная постанов-

ка вопроса своей очевидной абсурдностью не может

не вызвать негативной реакции даже у неискушен-

ных в науке людей. И тем не менее, подобная точка

зрения не только не кажется противоестественной,

но, более того, является господствующей и признает-

ся истинной в отношении растений - этой важней-

шей (количественно и качественно) части живого

мира, т.е. биосферы. Между тем, растениям присущи

те же жизненные функции, что и животным. Как

79

и животные, они не могут существовать без кислоро-

да, они также при дыхании выделяют углекислый

газ; в атмосфере с повышенным содержанием угле-

кислоты они не расцветают, как это можно было бы

ожидать на основании теории фотосинтеза, а чахнут

и гибнут, как и животные. Растения «угорахф> от

угарного газа, отравляются ядовитыми веществами,

короче, ведут себя так же, как и всякие другие нор-

мальные живые существа.

Разумеется, я не собираюсь строить свою аргумен-

тацию только на парадоксальных противопоставлени-

ях и сопоставлениях животного и растительного ми-

ров, хотя такое сопоставление не только правомерно,

но и поучительно, так как речь идет не о двух принци-

пиально различных, а, наоборот, о принципиально

сходных сферах жизни. Однако в данном случае я

прибегаю к аналогии только с целью еще раз подчерк-

нуть основной принцип в подходе к исследуемой про-

блеме - принцип единства основных жизненных про-

цессов в животном и растительном царствах.

Принцип этот отнюдь не нов. Трудно найти серь-

езную работу по общей физиологии, где бы он не

провозглашался в качестве основы исследования.

Широко известный французский физиолог XIX века

Клод Бернар, подчеркивал, что общая физиология не

может согласиться с дуалистическим подходом к жи-

вотным и растениям и существованием двух отдель-

ных физиологии - растительной и животной, писал:

«Есть только один способ жизни, одна физиология

для всех живых существ. И эта общая физиология

приводит к заключению, что существует жизненное

единство в обоих царствах»'.

Тем не менее, как это ни покажется странным, все

рассуждения о единстве животного и растительного

1 Бернар К. Курс обшей физиологии. Жизненные явления

общие животным и растениям. Спб., 1878, с. 123-124.

80

миров туг же уступают место откровенному дуализ-

му, как только речь заходит о фотосинтезе - этом не-

понятном исключении, свойственном будто бы рас-

тениям и совсем не свойственном животным.

На заре создания теории фотосинтеза, дуализм

проявлялся в открытой и грубой форме, сводящейся

в общем к следующим рассуждениям: растения син-

тезируют органические соединения из воздуха, тогда

как животные их окисляют и разрушают; животные

поглощают кислород и выделяют углекислоту, расте-

ния, наоборот, выделяют кислород и поглощают уг-

лекислоту; животные сжигают углеродные соедине-

ния, растения создают их. К внешней среде они нахо-

дятся, таким образом, в обратных отношениях, а вме-

сте образуют как бы своего рода гармонию, уравнове-

шивая и взаимно дополняя друг друга.

Однако дуализм в такой прямолинейной и прими-

тивной форме вынужден был отступать под воздей-

ствием новых открытий в области физиологии. Было

точно установлено, что растения дышат так же, как

и животные, поглощая кислород и выделяя углекис-

лоту. Тем самым дуализму в важнейшем жизненном

отправлении - дыхании, пришлось уступить место

монизму. Позже было установлено, что животные,

подобно растениям, также способны синтезировать

сложные органические соединения. В клетках ки-

шечника позвоночных животных происходят слож-

ные биохимические процессы дальнейшего превра-

щения всасываемых веществ, а именно синтез жиров,

фосфорирование углеводов, превращение моносаха.-

ридов в гликоген и т.д.

Однако, несмотря на ряд серьезных открытий,

подтверждающих принцип единства, дуализм не ис-

чез. И тому были не просто мировоззренческие при-

чины, но причины сугубо научные, связанные с од-

нажды сделанными ошибочными открытиями и не-

способностью их преодолеть. Теория фотосинтеза

81

прекрасный и убедительный тому пример. Ее можно

назвать уродливым отпрыском ранее допущенных

ошибок, притом ошибок вне самой сферы физиоло-

гии растений, но тем не менее оказавших на нее роко-

вое негативное воздействие.

Главнейшим проявлением единого для животных

и растений способа жизни является дыхание. Пока

организм дышит, он живет; пока живет, он дышит.

Согласно существующим взглядам, в процессе дыха-

ния организм поглощает кислород и выделяет угле-

кислоту как отработанный продукт дыхательной де-

ятельности клеток, ненужный и вредный для орга-

низма. Но по теории фотосинтеза у растений проис-

ходит прямо противоположный процесс. Здесь наука

утверждает, что растение, наоборот, поглощает угле-

кислоту, и выделяет кислород. Странный, казалось

бы, парадокс, но на нем держится вся теория фото-

синтеза. Растению тем самым приписываются какие-

то уродливые, противоестественные, не присущие ни

одному живому существу функции. Одно уже это

должно было бы насторожить и повнимательнее при-

смотреться к основам теории фотосинтеза. Но науку

в данном случае будто бы поразила какая-то слепота,

в коей она пребывает, между прочим, по сию пору.

Мы не сможем, однако, должным образом отве-

тить ни на один из недоуменных вопросов, связан-

ных с теорией фотосинтеза, если не рассмотрим, хотя

бы кратко, историю возникновения и утверждения

теории фотосинтеза, ту почву на которой она возник-

ла и основные стороны процесса фотосинтеза в связи

с другими жизненными отправлениями растения -

дыханием, транспирацией, корневым питанием и др.

И все это, разумеется, надлежит сделать в связи с не-

которыми общими законами физики, химии и зако-

82

нами взаимодействия растений с окружающей средой.

Прошу читателя набраться в этой связи немного

терпения, и обещаю, что оно будет вознаграждено.

Также прошу принять во внимание тех, кого уже уто-

мило предварительное кружение вокруг теории фо-

тосинтеза, что ее критика вовсе не самоцель. Бог бы

с ней, мало ли в мире всяких странных теорий, кото-

рые содержат несуразности и тем не менее живут

и благоденствуют. Дело в том, что теория фотосинте-

за оказалась важнейшим звеном в целой цепи оши-

бок, относящихся к нашим представлениям о воде,

воздухе и жизни вообще. Не рассмотрев ее именно

в этой связи, мы не сможем двинуться ни на шаг

дальше. Тут, как говорил поэт, «ее не обойти, ее не

объехать: единственный способ - взорвать».


***


Какие же научные и жизненные обстоятельства

способствовали появлению, развитию и утверхще-

нию этой странной во многих отношениях теории

и заставили, вопреки всякой нормальной логике, по-

верить в нее как единственно верную? Ведь, как вы,

должно быть, понимаете, она возникла не на пустом

месте и не без причины. Вопрос о причинах ее воз-

никновения имеет поистине огромное и принципи-

альное значение, ибо именно в этом процессе ее со-

здания, становления и развития во многом содержит-

ся ответ на многие претензии к данной теории.

Возникновение каждой теории имеет свои исто-

рические и познавательные корни. Каждая теория

строится не на пустом месте, а исходит из существу-

ющих научных представлений и убеждений. Поэто-

му, если эти представления оказываются ложными,

ошибочными, то они влекут за собой длинную цепь

ошибочных теорий и концепций в данной и смежных

областях науки. Но беда в том, что о6 основаниях той

или иной теории со временем обычно забывают;

к ним редко обращаются, считая их само собой разу-

меющимися, а все встречающиеся на пути теории не-

доразумения и нестыковки относят на счет случай-

ностей и частных погрешностей. Зги основания, ос-

вященные временем и авторитетом больших ученых

прошлого, уже не пересматриваются, не меняются,

не исправляются; на них надсграиваются новые эта-

жи, ставятся временные подпорки, которые со време-

нем сами превращаются в постоянные, и так все по-

тихоньку движется, пока не произойдет что-то не-

предвиденное.

Нет, я не имею намерения заранее навести тень на

теорию фотосинтеза. Она - и это я постараюсь пока-

зать дальше - сама есть жертва роковых обстоя-

тельств в науке; она - дитя великой ошибки, великой

как в смысле ее масштабов, так и в смысле ее вели-

чия. Одна ошибка повлекла за собой целую цепь дру-

гих ошибок, но поскольку эта первоначальная ошиб-

ка была принята за истину, то все строящиеся на ней

последующие теории в разных областях знания вы-

нуждены были каким-то образом изворачиваться

и приспосабливать свои взгляды к ней, идя невольно

на подлог. Это трагедия науки - другого слова не

подберешь.


Суть же дела, кратко, такова: до возникновения

молекулярной теории существовало признаваемое

большинством ученых, как, собственно, и простыми

земледельцами, естественное убеждение, подкрепля-

емое ежедневными наблюдениями и всем опытом,

что растение живет и развивается благодаря, прежде

всего, наличию в почве влаги и питательного вещест-

ва гумуса. О роли влаги в жизни растений и живого

84

мира существовал основанный на тысячелетнем че-

ловеческом опыте взгляд, выраженный знаменитым

Фалесом из Милета в утверждении, что основой все-

го сущего на земле является вода.

Первым ученым, количественно показавшим зна-

чение воды для жизнедеятельности растений был

голландский естествоиспытатель Ван- Гельмонт

(1577-1644). Прошу читателя внимательно отнес-

тись к его опытам, поскольку они очень важны для

рассматриваемой проблемы.

Желая установить, за счет чего создается вещест-

во растения, Ван-Гельмонт посадил в глиняный со-

суд с почвой, ивовую ветвь и регулярно в течение пя-

ти лет поливал ее дохщевой и дистиллированной во-

дой. Через пять лет растение и почва были взвешены

им отдельно. Оказалось, что ива за это время приба-

вила в весе около 75 кг (без учета веса листьев, поте-

рянных ивой за четыре осени), в то же время почва

потеряла всего 57 грамм. Вывод напрашивался сам

собой: растительная масса ивы была создана исклю-

чительно за счет воды, регулярно вносившейся в со-

суд при поливке. К такому естественному выводу

и пришел Ван-Гельмонт.

Этот взгляд держался более ста лет, пока в 1784 г.

известный французский химик Лавуазье не обнару-

жил в результате своих опытов, что вода состоит все-

го из двух простых элементов: водорода и кислорода.

Открытие это сыграло поистине колоссальную, и,

как мы увидим дальше, драматическую, если не ска-

зать роковую роль не только для химии, но и всех

смежных и родственных наук, включая физиологию

растений. Можно считать, что именно с этого момен-

та были заложены реальные предпосылки для после-

дующего развития теории фотосинтеза. Обычно

в литературе по истории фотосинтеза этот момент не

упоминается вовсе. Пишут о разных ученых, сыграв-

ших непосредственную роль в развитии этой теории,

85

но нигде ни слова об открытии Лавуазье, хотя все

упирается именно в его злополучное открытие. Оно

настолько ошеломило ученый мир, что он без каких-

либо возражений и критики принял его, и оно стало

не только общепризнанным, но и отправной точкой

для всех последующих исследований. Именно этот

факт и сыграл решающее значение в создание теории

фотосинтеза.

В самом деле, если бы не формула воды Лавуазье

Н20,то какой, собственно, был бы резон отказывать-

ся от выводов Ван-Гельмонта? Чтобы убедиться

в этом окончательно, достаточно посмотреть, из чего

состоит растительное вещество растения. По данным

КА. Тимирязева, в ста весовых частях сухого расти-

тельноro вещества содержится:


углерода - 45%

водорода — 6,5%

азота - 1,5%

кислорода - 42%

золы - 5%*.


Из таблицы видно, что почти половина всего со-

става растительного вещества приходится на углерод.

Возникает вопрос: откуда растение берет такое коли-

чество углерода? Исходя из результатов опытов Ван-

Гельмонта, углерод следовало бы искать в воде.

Но формула воды, открытая Лавуазье, раз и навсегда

отрезала путь поиска источника углерода в воде: она,

увы, его не содержала. Это прекрасный и полный дра-

увы, его не содержала. Это прекрасный и полный дра-

матизма пример того, как одно ошибочное открытие

(да, да ошибочное, и задача данного исследования не

только показать, но и доказать это) заблокировало

единственно правильный путь для ряда наук, и пове-

ло их кривыми дорогами, ведущими неведомо куда.


1 См. Тимирязев К.А. Жизнь растения. М., 1949, с. 50.


.

86

Но оставалась, правда, почва, как еще один воз-

можный источник поступления углерода. Но опыты

Ван-Гельмонта, как и аналогичные опыты других

ученых отвергли этот источник. Тимирязев пишет

в этой связи: «В самом деле, если бы растение извле-

кало свой углерод исключительно или главным обра-

зом из органического вещества почвы, то почва, по-

крытая расгительносгью, продукты которой так или

иначе удаляются, должна бы со временем становить-

ся беднее перегноем, но ежедневный опыт удит, что

наоборот, почва под полем, лугом или лесом стано-

вится богаче перегноем. очевидно, что растение

в итоге не только не извлекает из почвы, но даже вно-

сит в нее органическое вещество, во всяком случае,

главный источник углерода растения находится не

в почве»'.

Что это именно так, было доказано многими опы-

тами ученых: растения для наглядности вы ращива-

лись в прокаленном кварцевом песке, лишенном да-

же малейшего содержания органических веществ, ко-

торое могло бы быть использовано растением для пи-

тания. Растения при этом поливались исключитель-

но дистиллированной водой и слабым раствором ми-

неральных солей. И несмотря на подвергнутую «пыт-

ку», растения прибавляли в весе, развивались, цвели,

давали плоды и семена. Из этого делался вывод, что

растения способны синтезировать органические ве-

щества из неорганических.

однако эти опыты не снимали главного вопроса:

откуда растения берут углерод, если в воде, как пока-

зал Лавуазье, его нет, в почве его содержание ни-

чтожно, и притом, что самое главное, растения спо-

собны развиваться в почве, вовсе лишенной углерод-

ных соединений? Силою роковых обстоятельств уче-

ные вынуждены были обратить свои взоры на един-


Там же, с. 117.

87

сгвенно оставшуюся среду, откуда растение могло бы

еще черпать углерод для своего питания. В самом де-

ле: если не в почве, если не в воде, то остается один

только воздух. Но если из воздуха, то значит, только

посредством листьев. Так замкнулась цепь. Всей ло-

гикой развития науки, логикой научных открытий,

в истинность которых все свято верили, исследова-

ния ученых-физиологов объективно и жестко детер-

минированно были направлены только в одном един-

ственном направлении - в направлении развития

противоестественной теории воздушного питания

растений путем ассимиляции листьями углекислоты

воздуха и синтезирования ее в сложные органичес-

кие соединения.


***


В развитии этих взглядов серьезным побудитель-

ным мотивом послужили опыты и наблюдения, про-

веденные рядом ученых. В 1771 г. английский химик

Дж. Присели обнаружил, что зеленые растения спо-

собны якобы «исправлять» испорченный животны-

ми воздух и делать его вновь пригодным для дыха-

ния. Примечательным здесь было то обстоятельство,

что многократные попытки ученого получить анало-

пачные результаты в опытах на крупных, активно

растущих растениях окончились неудачей: во всех

таких опытах растения, подобно животным «порти-

ли» воздух.

Причины неудовлетворительных результатов

опытов Пристли и недостаточной убедительности

его выводов были выявлены голландским естество-

испытателем Ингенгаузом. Тот обнаружил (1779),

что способность растений «исправлять» воздух непо-

средственно связана с воздействием солнечного све-

та. этой способностью обладают зеленые растения,

которые реализуют ее лишь на солнечном свету;

88

в темноте же они ведут себя точно так же как осталь-

ные части растений, то есть загрязняют воздух своим

дыханием.

Позже Сенебье (1782) и Соссюр (1767-1845), по-

казали, что растение на свету усваивает углерод из

углекислоты воздуха с выделением в равном объеме

кислорода. Трудами этих ученых теория фотосинтеза

обрела свой общий и в принципе завершенный вид.

В своих основных чертах она сохраняется и поныне.

Черты эти сводятся к следующему:

а) растения поглощают углекислоту и выделяют

кислород в равном объеме;

б) этот процесс происходит только на солнечном

свету;

в) он характерен лишь для зеленых частей расте-

ния, то есть частей, содержащих хлорофилл;

г) процесс выделения кислорода происходит толь-

ко при наличии в воздухе углекислоты: чем ее боль-

ше, тем больше выделяется кислорода.

Можно все сказать про теорию фотосинтеза, кроме

одного, а именно, что она разумна. Не случайны по-

этому были ожесточенные наладки на нее как сторо-

ны теоретиков, так и практиков. С точки зрения про-

croro здравого смысла и повседневного опыта, теория

воздушного углеродного питания растений казалась

не только несостоятельной, но и попросту абсурдной.

Практики из многовекового опыта прекрасно знали:

чтобы собрать хороший урожай, растению нужны

тепло, влага и удобрение. Правильное сочетание и че-

редование этих трех элементов неизменно давало ус-

тойчивые и обильные урожаи. И опыт никогда не

подводил практиков. Что же касается содержания уг-

лекислоты в воздухе, то об этом просто никто и ни-

когда не думал, пока ученые не обнаружили странный

факт, что растения не только способны поглощать

при некоторых условиях углекислоту, но и создают

именно из нее всю свою растительную массу.


89

Из практики хорошо известно, что при соблюде-

нии агрохимических правил повышение продуктив-

ности возделываемых культур имеет самые широкие

пределы, хотя при этом содержание углекислоты

в воздухе не увеличивается совершенно. Если крите-

рием справедливости всякой теории является в ко

нечном счете практика, то у теории фотосинтеза за

все время ее существования отношения с этим крите-

рием оставляли желать много лучшего. Если строго

следовать теории, нужно были бы ставить урожай-

ность всех культур в прямую зависимость от содер-

жания углекислоты в атмосфере согласно правилу:

чем ее больше, тем, стало быть, урожайность должна

быть выше. И наоборот, чтобы повысить урожай-

ность, нужна большая насыщенность атмосферы уг-

лекислотой. Но, увы, нигде, никогда и никем эта за-

висимость не была подтверждена. Наоборот, всегда

и везде подтверждался факт вредного влияния повы-

шенного содержания углекислоты в атмосфере на все

живые существа, не исключая и растения.

Из многих опытных данных, которые я не приво-

жу ради экономии места, можно сделать выводы

о крайней противоречивости и неубедительности

большинства положений теории фотосинтеза, сами

которые выводились из сомнительных по своей до-

стоверности опытов. Действительно, если растение

и в самом деле создавало бы всю свою растительную

массу и питательные вещества исключительно за

счет ассимилируемой им углекислоты воздуха, то со-

вершенно непонятно, почему оно плохо переносит

даже небольшое повышение ее концентрации, поче-

му оно может расти в атмосфере, вообще лишенной

углекислоты и почему, наконец, растения бурно уве-

личивают свою растительную массу от внесения

в почву даже небольшого количества азотных удоб-

рений при сохраняющемся неизменным содержании

углекислоты в атмосфере?

90

Теория фотосинтеза, таким образом, за все свое

более чем стопятидесятилетнее существование не

продвинула агрохимию ни на один шаг вперед, и все

успехи сельского хозяйства в выращивании богатых

урожаев были достигнуты помимо нее.

Другим серьезным аргументом против теории

служил и такой факт, как весьма низкое содержание

углекислоты в воздухе. По крайней мере, по мнению

многих ученых, оно совершенно неспособно было бы

обеспечить жизнедеятельность растений, если исхо-

дить из теории фотосинтеза. Другим доводом против

служил факт постоянства содержания кислорода

в атмосфере и несоответствие объемного содержания

последнего содержанию углекислоты, хотя, как ут-

верхщает теория, при фотосинтезе образуется коли-

чество кислорода, равное в объемном отношении ко-

личеству поглощенного растениями из воздуха угле-

кислого газа. Иными словами, сколько растениями

поглощается углекислоты, ровно столько же выделя-

ется кислорода. Поскольку в воздухе содержится

примерно 0,03% углекислого газа, то при газообмене

в процессе фотосинтеза должно высвободиться такое

же количество кислорода, да и то лишь в том случае,

если растения поглотят весь атмосферный углекис-

лый газ. Но воздух ведь содержит 21% кислорода, т.е.

его объем в 700 раз превышает объем содержащейся

в нем углекислоты. Откуда же берется такой избыток

кислорода? Ведь кислород расходуется постоянно

и в больших количествах. Он - главный агент бес-

численного числа окислительных процессов, проис-

ходящих на земле. Известны тысячи реакций, проте-

кающих при его участии в живой и неживой природе.

Процессы дыхания животных и растений, процессы

горения и разложения, которые происходят на земле

непрерывно в течение многих миллионов лет, - все

зто требует огромного количества кислорода.

Без кислорода нет жизни. Однако, несмотря на боль-

91

шое число процессов, при которых происходит свя-

зывание кислорода, его количество в атмосфере оста-

ется поразительно постоянным. Более того, если

процентное содержание углекислоты еще как-то ва-

рьируется в зависимости от различных обстоя-

тельств (больше ее в промышленных районах, горо-

дах, меньше в сельских районах, вдали от заводов

и фабрик, совсем мало ее в горных районах), то со-

держание кислорода практически постоянно и не за-

висит ни от каких условий, будь это в районах с бога-

той растительностью, в пустынях, над просторами

океанов. Даже на высотах до 70-80 км не обнаружено

нарушения процентного содержания кислорода и со-

отношения между содержанием последнего и азота -

21 % и 79% соответственно.

Такое постоянство состава воздух и содержащих-

ся в нем азота и кислорода не может не вести к впол-

не естественному предположению о существования

на земле столь же постоянного источника их попол-

нения, притом в неизменном соотношении. Но мож-

но ли рассматривать в качестве такого постоянного

и неизменного источника процесс фотосинтеза?

Здравый смысл, как бы скептически к нему ни отно-

ситься, просто вопиет против этого. Ведь установле-

но, что интенсивность процесса фотосинтеза значи-

тельно колеблется в зависимости от очень многих

случайных и закономерных процессов: от содержа-

ния в воздухе углекислоты, от освещенности и его

интенсивности, от смены дня и ночи, от сезонности

и т.д. Но значит, от тех же причин должно зависеть

и меняться в равной мере и содержание кислорода

и воздухе.

Сюда же отнесем и значительные сезонные коле-

бания в фотосинтезе, которые должны были бы за-

метно воздействовать на содержание кислорода и уг-

лекислоты в атмосфере. В течение полугода почти

вся растительность северного полушария практичес-

92

ки выключалась бы из процесса фотосинтеза. С на-

ступлением осени и зимы и вплоть до мая месяца ис-

чезает зеленый покров земли, деревья сбрасывают

листья - этот орган фотосинтеза, и природа замира-

ет. Данное обстоятельство, если следовать теории

фотосинтеза, должно было бы значительно повысить

в этих районах содержание в воздухе углекислоты

и в то же время сильно сократить содержание кисло-

рода. Если суммировать сказанное, то мы вправе бы-

ли бы ожидать значительных скачков и перепадов

в объемном содержании как кислорода, так и угле-

кислоты в атмосфере, что, в свою очередь, не могло

бы не отразиться на жизнедеятельности животного

и растительного миров. Но ничего подобного не про-

исходит, и состав атмосферы всегда и в любое время

остается сравнительно постоянным.

Давайте, однако, предположим, что процесс фото-

синтеза и деятельность различных микроорганиз-

мов, которая, согласно существующим понятиям,

есть источник свободного азота воздуха, и в самом

деле давали бы нам постоянно и с математической

точностью содержащиеся в атмосфере 79% азота

и 21% кислорода (хотя такое предположение само

фантастично). Поскольку в настоящее время атмо-

сферный воздух рассматривается как механическая

смесь газов, то из этого следует, что в атмосфере по-

стоянно должен происходить процесс смешения этих

газов. Принимая во внимание постоянство состава

воздуха в любой точке земного шара, этот процесс

должен быть близким к идеальному. Известно, одна-

ко, что силы, вызывающие перемещение воздушных

масс по земному шару, столь же непостоянны и кал-

ризны, сколь и погода; они подвержены многочис-

ленным сезонными годовым колебаниям, влиянию

различных внешних причин, которые сами непосто-

янны и изменчивы (например, колебания в солнеч-

ной активности, изменения в земной коре и проч.).

93

К этому нельзя не прибавить и те причины, которые

упоминались в связи с процессом фотосинтеза - не-

равномерное распределение растительности по зем-

ному шару, сезонные перерывы в ее жизнедеятельно-

сти, колебания в содержании углекислоты в атмо-

сфере и т.д. Но все перечисленные факторы как раз

говорят об отсутствии на земле такого идеального

механизма смешения газов атмосферы. Если бы ат-

мосфера действительно состояла из смеси газов,

то их распределение по земному шару носило бы со-

вершенно случайный, переменчивый характер, и это

непременно было бы зарегистрировано различными

приборами, да и самими животными, для которых не

могли бы пройти незамеченными серьезные перепа-

ды в содержании кислорода и углекислоты.

Круг сомнений, однако, далеко не ограничивается

вышеизложенным: в него включается, помимо кис-

лорода, и другой главный составной элемент атмо-

сферы - азот. В отношении него мы вправе задать тот

же вопрос: каков источник его постоянного содержа-

ния в атмосфере (79%) и его пополнения? Может

быть, в данном случае, в отличие от кислорода, нам

удастся найти большее соответствие? Увы, его, к со-

жалению, нет применительно и к азоту. Трудно, если

вообще возможно, оставаясь на почве разума и дейст-

вительности, согласиться с существующим представ-

лением, что 4\5 объема атмосферы обязано своим су-

ществованием деятельности некоторых видов мик-

роорганизмов типа гнилостных бактерий. А ведь

именно так объясняет наука источник пополнения

атмосферы азотом. Во-первых, сам этот источник

крайне непостоянен в своем функционировании,

и он не в состоянии обеспечить такую точность

в обеспечении атмосферы одной из ее составных час-

тей, как бы нас ни уверяли в обратном. Во-вторых,

нелепость этого утверждения видна из того, что в то

94

время как вся мощная растительность земного шара,

как наземная, так и подводная, дает, согласно теории

фотосинтеза, 21 % кислорода, тогда как некоторые

виды микроорганизмов обеспечивают ее 79% азота.

Далее, если взять те же процессы гниения и разложе-

ния, то их основными продуктами являются опять-

таки углекислота и аммиак, а не азот. Но если угле-

кислого газа содержится в атмосфере всего лишь

0,03%, то содержание в ней аммиака настолько ни-

чтожно, что нет даже смысла приводить эти данные.

Количественные сопоставления не дают, таким обра-

зом, никаких оснований считать обоснованным су-

ществующий взгляд на источник основных частей

атмосферы, а именно: кислорода и азота.

Все эти сомнения вовсе не новы: они тянутся

с XIX века. Главное возражение против теории воз

душного питания растений основывалось на том, что

содержание углекислоты в воздухе слишком ничтож-

но, чтобы обеспечить растительный мир необходи-

мым для него питанием. Сегодня также не существу-

ет аргументов, которые могли бы доказать, что весь

органический мир, мир растительный и животный

как настоящего времени, так и прошлого, насчитыва-

ющий миллионы лет, ежегодно снимаемые по всей

земле урожаи различных культур, огромные залежи

каменного и бурого угля, торфа, нефти, обязано сво-

им существованием этим жалким 0,03% углекислого

газа. Но именно такое маловероятное предположе-

ние лежит в основе теории фотосинтеза. Я не стану

здесь подробно останавливаться на всех ее несураз-

ностях и противоречиях - их слишком много.

Для неспециалистов все это малоинтересно, для спе-

циалистов - не ново. Но все же на некоторые момен-

ты я обращу внимание. Кому они не интересны, те

могут их пропустить, не потеряв, собственно, ничего

в главном.

95

Итак, отмечу, что фотосинтез по своей сути не

только противоположен процессу дыхания,

но и противоречит ряду фундаментальных положе-

ний физики. Не может не возникнуть тут правомер-

ный вопрос: на каких законах физики основан

в этом случае весь процесс фотосинтеза? Для его

выяснения обратимся непосредственно к разъясне-

ниям, которые дает в этой связи сама теория. Так,

например, известный физиолог проф. Рубин пишет

в своей книге (просим читателя внимательно отнес-

тись к нижеследующему свидетельству): «углекис-

лый газ является важнейшим материальным субст-

ратом фотосинтеза. Обычное содержание С02 в воз-

духе колеблется от 0,02% до 0,03%. При нормальном

давлении и нуле градусов это составляет 0,589 мг.

С02 в 1 л. воздуха. Поскольку из 1 л. ассимилиро-

ванной С02 образуется 0,682 г. глюкозы, то для об-

разования 1 г. глюкозы нужно затратить количество

С02, содержащееся в 2500 л. воздуха. Для образова-

ния же килограмма сахара растению необходимо

переработать» около 2,5 млн.л. (500 кубометров),

полностью освободив последний от содержащего

в нем углекислого газа. При крайне низком содержа-

нии углекислоты в воздухе, растениям, можно ска-

зать, приходится в буквальном смысле 'вылавли-

вать» ее посредством имеющихся у них различных

приспособлений. К их числу относятся преэКде все-

го устьица, являющиеся основным путем проникно-

вения С02 внутрь листа»1.

Нарисованная картина просто поразительна! Не

растения, а форменные насосы. С какой же интенсив-

ностью должно работать растение в качестве такого

насоса, чтобы пропустить через устьица листьев 2500


1 Рубин Б.А. Физиопопля растений. Ч. 1., М.,1954, с.236. 96

. 96

л воздуха и в итоге получить всего лишь 1 грамм са-

хара? Удивительно здесь то, что эта малоправдопо

добная и не соответствующая даже простым наблю-

дениям за миром растений картина выдается в каче-

стве истинной, и что в нее верят десятки, а то и сотни

умных ученых мужей. Приводимые цифры красноре-

чивее всех иных доводов говорят против теории фо-

тосинтеза. Здесь мы лишний раз видим, что, за какую

сторону теории фотосинтеза ни возьмись, везде

сплошные натяжки, забвение основных физических

законов, будто они ее не касаются вовсе, подтасовки

и все прочее в том же духе. И все это благодаря одной

единственной причине, а именно так называемому

открытию Лавуазье, согласно которому вода состоит

из водорода и кислорода и которому все легко пове-

рили, и свято верят до сих пор.

Я уже отмечал, что растения дышат так же, как

и все животные. Дыхание осуществляется благода-

ря, прежде всего, теплообмену и газообмену живого

организма с окружающей его средой, которые про-

ходят самопроизвольно. Самопроизвольные про-

цессы не могут происходить одновременно в двух

направлениях: от большего к меньшему и от мень-

шего к большему - такое противоречит общеприз-

нанным законам физики. Признание же теорией

фотосинтеза одновременного существования двух

противоположных и противоречащих один другому

процессов газообмена при дыхании и при фотосин-

тезе представляет именно такое противоестествен-

ное явление.

Известный французский физиолог Ж. Буссенго,

хотя и внес свой вклад в разработку теории фотосин-

теза, любил, между прочим, повторять, что во всех

проводимых опытах над растениями необходимо

спрашивать мнение самих растений. Однако опыты

по фотосинтезу напоминают скорее не мирную дру-

жескую беседу с ними, а форменный допрос под пыт-

97

кои, вследствие которого растения вынуждены «при-

знаваться» в деяниях, никакого отношения к ним не

имеющих. В самом деле, главной особенностью всех

этих опытов было то, что они делались в условиях

искусственных, весьма сильно отличающихся от тех,

в которых растение находится обычно. Поэтому оно

и не могло давать «правдивых показаний», а давало

те, которые выбивались из него принудительно.

Прежде всего, это относится к повышенному содер-

жанию углекислоты в среде, в которой обычно про-

водились опыты, и, наоборот, к пониженному содер-

жанию в ней кислорода. В таких ненормальных усло-

виях «нормальным» оказывалось то, что растение

вынуждено было поглощать ненужную ему углекис-

лоту и выделять при этом замещаемый ею кислород.


***


Помимо сказанного остается еще один важный во-

прос, требующий ответа: почему растения в условиях

повышенной концентрации углекислоты во время

опытов над ними выделяют все-таки кислород. Ведь

именно на этом факте строится главный вывод тео-

рии фотосинтеза, что зеленые растения являются

якобы единственным источником всего кислорода

атмосферы. Здесь необходимо отметить тот факт, что

во время опытов над растениями такое выделение

кислорода начинается исключительно на солнечном

свету и моментально прекращается при переносе

растения в слабо освещенное место. Этот момент

очень важен. Почему так происходит? На этот во-

прос мы не сможем ответить, исходя лишь из законов

диффузии. Ответ нужно искать уже в области физи-

ологии. С этой целью обратимся к одному весьма

важному обстоятельству.


98

Итак, теория говорит нам, что процесс фотосинте-

за происходит только при солнечном освещении

и только в зеленых частях растений, то есть в листь-

ях, и что он связан непосредственно с красящим пиг-

ментом растений - хлорофиллом. Какова же во всем

этом роль хлорофилла?

По теории, именно хлорофилл связывает всю вса-

сываемую растением углекислоту, именно в нем про-

исходит процесс синтеза углекислоты и воды в слож-

ные органические соединения, и происходит выделе-

ние кислорода. Но это по теории. Поскольку, как мы

уже могли убедиться, эта теория, мягко говоря,

не совсем адекватна, то возникает необходимость

дать более точное объяснение роли хлорофилла

в жизни растений. С этой целью обратимся непо-

средственно к хлорофиллу и посмотрим, что он из се-

бя представляет.

Не стану рассматривать тут все его замечательные

химические и физические свойства. Для нас важны

некоторые его особенности и свойства, роднящие его

с другими подобными же веществами в живом мире,

что позволяет прибегнуть к аргументированной ана-

логии. Обратимся, прежде всего, к тому важному об-

стоятельству, что по своей химической природе хло-

рофилл очень близок к пигменту крови гемоглобину,

выполняющему дыхательную функцию как перенос-

чик кислорода и частично углекислоты. Данный мо-

мент хотелось бы подчеркнуть особо.

Близость строения и химического родства крася-

щего вещества крови и зеленого пигмента листьев

была экспериментально доказана рядом ученых. Бы-

ла установлена не только общность пигментной час-

ти хлорофилла и гемоглобина, но и общность более

сложной структуры, включая белковую часть. Эти

открытия сыграли выдающуюся роль в подтвержде-

99

нии принципа единства живой природы. Дополни-

тельное подтверждение они нашли в фактах обнару-

жения гемоглобина у ряда растений, например,

в корневых клубеньках бобовых растений, и наобо-

рот, хлорофилла - у многих животных. Таксе сходст-

во должно, казалось бы, само собой наталкивать на

мысль о сходстве выполняемых ими функций. Но,

к сожалению, не был сделан еще один шат в направ-

лении признания единства животного и раститель-

ного миров. Этот шат, по моему мнению, должен был

заключаться в последовательном доведении до конца

доказательства сходства и даже тождественности

функций гемоглобина и хлорофилла. Если в живот-

ном мире наиболее распространенным дыхательным

пигментом является гемоглобин, то, по аналогии,

в растительном мире таковым является хлорофилл.

В этой связи беру на себя смелость утверждать, что

хлорофилл выполняет не приписываемую ему функ-

цию фотосинтеза, а дыхательную функцию растений

плюс функцию теплообмена, то есть прямо противо-

положную той, которую ему отводит теория фотосин-

теза. Но есть ли этому иные подтверждения, помимо

химического родства гемоглобина и хлорофилла? Для

ответа на этот вопрос еще раз обратимся к отношению

между хлорофиллом, кислородом и углекислотой.

Примечательным обстоятельством тут является

то, что такое же отношение можно видеть и в случае

гемоглобина крови. В процессе дыхания гемоглобин

(НЬ), присоединяя к себе кислород, превращается

в так называемый оксигемоглобин - нестойкое со-

единение с кислородом:


Нb + О2 = НbО2


В 1892 г. ученик Сеченова Б.Ф. Вериго впервые

пришел к выводу, что углекислота способствует вы-

теснению кислорода из оксигемоглобина. Позже Бор

100

(1904) окончательно подтвердил этот вывод, полу-

чивший название «эффекта Бора-Вериго». Проф. Ру-

бинштейн отмечает в этой связи, что при избытке уг-

лекислоты оксигемоглобин легче отдает связанный

им кислород даже при одном и том же парциальном

давлении последнего в окружающей среде'. Было

также показано - и этот факт весьма важен для на-

ших рассуждений, - что кислород, химически свя-

занный с кровью, освобождается гораздо легче при

повышении температуры.

Если теперь обратиться к опытам по так называе-

мому фотосинтезу и вспомнить, при каких условиях

происходит взаимодействие между хлорофиллом,

кислородом и углекислым газом, то нетрудно убе-

диться в том, что при этом имели место процессы,

полностью покрываемые «эффектом Бора-Вериго».

Исходя из факта близкого родства хлорофилла и ге-

моглобина, можно с достаточным основанием ут-

верхщать, что во всех опытах по фотосинтезу повы-

шенная концентрация углекислоты, как и в случаях

с гемоглобином, так сказать, провоцировала вытесне-

ние кислорода из оксихлорофилла, то есть хлоро-

филла, насыщенного кислородом. Поскольку этот

процесс особенно усиленно проходит на солнечном

свету, то и здесь мы видим аналогию с гемоглобином

крови, из которого кислород освобождается гораздо

легче при повышении температуры. Таким образом,

механизм выделения кислорода и поглощения угле-

кислоты листьями растений, принятого за фотосин-

тез, объясняется иными причинами, а именно: 1) по-

вышенной концентрацией углекислоты в среде, спо-

собствующей ускорению процесса диссоциации ок-

сихлорофилла, и 2) повышением температуры листь-

ев вследствие действия солнечной радиации. Дан-

ный фактор также действует в направлении ускоре-

РубинштейндЛ. Обшая физиология. М, 1947, с. 272.

101

ния процесса диссоциации оксихлорофилла. В этом

объяснении вполне согласуются законы физики

и физиологии, не только не противореча, но, напро-

тив, дополняя друг друга.

Все вместе взятое подводит к неожиданному вы-

воду, что все опыты по фотосинтезу на самом деле

прекрасно подтверждают тот факт, что хлорофилл

в действительности является агентом не фотосинте-

за, а дыхания растений. Доказательством тому слу-

жит не только его весьма близкое сходство по хими-

ческому составу и структуре с гемоглобином, но и то,

что он подчиняется тем же закономерностям, что

и последний.


***


На этом в общем можно было бы и закончить и без

того затянувшуюся критику теории фотосинтеза. Ду-

мается, что уже из сказанного должно быть вполне

ясно, что она не согласуется с рядом важных физиче-

ских и физиологических принципов. Химического

аспекта процесса фотосинтеза не стану здесь касать-

ся вовсе: эта область и поныне полна противоречи-

вых гипотез, теорий, утверждений и предположений,

разбираться в которых нет никакой необходимости,

ибо ничего в принципе не проясняя, они многое

только еще больше запутывают и затемняют.

Однако, даже рискуя утомить читателя и ослабить

его интерес к дальнейшему чтению, считаю все же

необходимым хотя бы кратко сопоставить фотосин-

тез с другими физиологическими процессами в рас-

тениях: дыханием, транспирацией, передвижением

питательных веществ и деятельностью корневой сис-

темы, чтобы окончательно подтвердить факт, что

растение в своей жизнедеятельности совершенно не

зависит от процессов, которые ему приписывает тео-

рия фотосинтеза.

102

О дыхании растений и его несовместимости с про-

цессом фотосинтеза достаточно было сказано выше.

Перейдем поэтому к вопросу о корневом питании

растений. Тот факт, что органом питания и перера-

ботки питательных веществ растений является кор-

невая система, может быть доказан на основании од-

них лишь общих физиологических принципов

и принципов единства жизненных процессов. Если

же обратиться к многовековой человеческой практи-

ке, то она рассеивает последние сомнения на этот

счет. Однако вопреки всему этому, вопреки опыту,

вопреки всякому здравому смыслу, вследствие раз-

вития теории фотосинтеза в качестве органа питания

были признаны листья, а корневой системе отводи-

лась второстепенная роль - роль поглотителя влаги

и минеральных веществ. Тем самым навечно закреп-

лялся дуализм во взглядах на питание самого расте-

ния, а также растений в целом в противопоставлении

животному миру. Поэтому, как это ни парадоксально,

приходится прибегать к доказательству сам оочевид-

ного факта, что питание растений, синтез ими орга-

нических веществ происходит исключительно через

корневую систему и в корневой системе.

Я не стану здесь выдвигать каких-то новых теорий

или гипотез. Постараюсь лишь кратко обобщить те

данные, которые накопила физиологическая наука

в отношении роли корневой системы как органа пи-

тания и переработки питательных веществ. Пробле-

ма эта представляет интерес исключительно в связи

с главной темой - критикой теории фотосинтеза

и доказательством ее несостоятельности, потому

и направим основное внимание на вопрос о возмож-

ности синтеза органических веществ корневой систе-

мой растений.

Такая возможность была показана и доказана мно-

гими учеными-физиологами. Они, в частности, про-

делали ряд опытов по исследованию пасоки расте-

iаз

ний. Если, к примеру, перерезать стебель растения

у самой поверхности почвы, то через некоторое вре-

мя из места разреза начинает вытекать жидкость. Яв-

ление это получило название «плача растений», а вы-

текающая жидкость - сока плача или пасоки.

Д.А. Сабинин установил, что сок пасоки может под-

держиваться в неизменном объеме на протяжении

нескольких часов. Объем воды, поглощаемый корня-

ми при плаче из наружного раствора, примерно ра-

вен объему пасоки, выделяемому при этом процессе.

Отсюда естественный вывод, что при плаче устанав-

ливается ток жидкости, идущей из корневой системы

вверх. Странно здесь то, что это естественное движе-

ние пасоки снизу вверх нужно было специально до-

казывать. Доказывать же надо было потому, что со-

гласно теории фотосинтеза, движение должно идти

в обратном порядке, т.е. сверху вниз, от листьев

к корням, что, как сами понимаете, совершенно про-

тивоестественно.

Исследования, проведенные над составом пасо-

кой, показали, что она богата органическими соеди-

нениями. Ряд ученых при анализе пасоки, подавае-

мой корневой системой растений, обнаружили в ней

органические кислоты, аминокислоты, белок и дру-

гие органические вещества.

«Поглощаемые вещества - писал, к примеру, изве-

стный советский физиолог И.И. Колосов, - попадая

в клетки корней, включаются в совершаемый в них

обмен и претерпевают сложные превращения. В про-

цессе этого обмена поглощаемые вещества образуют

легко подвижные, лабильные соединения с органиче-

скими веществами, включаются в синтез новых орга-

нических соединений, таких как амиды, аминокисло-

ты, липоиды и нуклепротеиды, часть из которых идет

на новообразование и собственный рост корней, а ос-

новное их количество передается к основным очагам

потребления питательных веществ в надземные орга-

104

ны растения. Около одной трети, а зачастую и до 50%

от общего количества азота, подаваемого с пасокой

в надземные части растения находится в виде орга-

нических соединений, образуемых на пути его дви-

жения в корневой системе» .

Примеров, иллюстрирующих роль корневой сис-

темы в синтезе сложных органических соединений,

можно привести массу, и все они доказывают ее ис-

ключительную роль в этом процессе. Поэтому с пол-

ным основанием можно констатировать, что именно

в корневой системе растений происходит синтез

сложных органических соединений, а вовсе не в лис-

тьях, как должно было бы происходить по теории фо-

тосинтеза. Этот естественный во всех отношениях

вывод снова наталкивается на проклятый вопрос»:

откуда в корнях растения берутся органические ве-

щества, если единственным источником таковых, со-

гласно теории, является углекислота воздуха, якобы

<<всасываемая» листьями и там превращаемая в орга-

нические соединения?

И тут вновь, в который уже раз мы становимся

свидетелями образования всякого рода искусствен-

ных надстроек с целью согласовать упрямые факты

с не менее упрямой теорией. На сей раз, в полном

соответствии с вывернутой логикой теории фото-

синтеза, выдвигается предположение, что органиче-

ские соединения, синтезированные из углекислоты

в листьях, следуют будто бы сверку вниз в корне-

вую систему, где и происходит новый синтез спус-

тившихся с высоты органических соединений с ми-

неральными веществами, всосанными через корни.

Затем все это заново вместе с пасокой поднимается

наверх к листьям.


* Кол о с о в ММ. П огло т итегьн а я деяте гьн о сть корн евы х си -

стем растений. М., 1962, с. 120.

105

Да, человеческая фантазия, в самом деле, не имеет

предела. Растению приписывается тем самым какая-

то чудовищно трудоемкая работа по непрерывному

перемещению органических веществ сверху вниз

и снизу вверх, чтобы обеспечить нормальный рост,

а заодно доказать правоту поборников теории фото-

синтеза. Если даже признать правоту этой точки зре-

ния, то возникает вопрос: откуда растение берет та-

кое количество свободной энергии, чтобы обеспе-

чить все эти бесконечные передвижения веществ?

Но такой вопрос даже не ставится, и растение выгля-

дит вроде своеобразного самогенерирующегося пер-

петуум-мобиле.

Практика и опыт и здесь никак не согласуются

с предположениями сторонников фотосинтеза. Взять

тот же процесс плача растений; он может продол-

жаться много часов, не теряя своей интенсивности,

и при этом пасока неизменно остается богатой орга-

ническими соединениями. Это имело место и в том

случае, когда растения во время проведения опытов

вообще были лишены своей надземной части вместе

с листьями.

Однако все дело в том, что многие предположе-

ния, на которых строится теория фотосинтеза, выте-

кают не из опыта, не из законов физики или химии,

а из вынужденной необходимости подгонять факты

к сложившимся взглядам в отношении химического

состава воды и атмосферы.


***


Чтобы сделать картину более полной, рассмотрим

важнейший для жизни растений процесс поглоще-

ния и испарения воды. Общая потребность растений

в воде, ее количество, которое расходуется ими

в процессе жизнедеятельности, огромны. Расход во-

ды растением сильно колеблется в зависимости от

1о6

различных условий жизни растительного организма.

В среднем, для большинства культурных растений

среднего пояса принимается, что для образования

около 3 гр. сухих веществ ими расходуется кило-

грамм воды. Следовательно, на построение химичес-

ких компонентов растение использует около 0,3%

пропускаемой через себя воды. Остальные 99,7%

идут на поддержание механизма испарения,

или транспирацию.

Интенсивность этого процесса у растений исклю-

чительно велика. В этом отношении они представля-

ют собой в буквальном смысле мощные насосы, пере-

качивающие воду. В ночные часы интенсивность ес-

тественно снижается, днем, и особенно в жаркое вре-

мя, значительно увеличивается. В целом же, этот

процесс не прекращается ни на мгновение, пока рас-

тение нормально функционирует. Это и понятно, так

как от него зависит вся жизнедеятельность растения.

Остановимся несколько подробнее на этом важ-

ном явлении. В растении идет постоянный ток воды

снизу вверх, большая часть которой испаряется. Ка-

ким образом он происходит, какие физические или

иные явления обусловливают непрерывное поднятие

воды на значительную высоту, достигающую у неко-

торых пород древесных растений десятков метров?

Думается, что каждому, в общем, понятно, что в рас-

тениях в данном случае совершается вынужденная

работа; вынужденная в том смысле, что, во-первых,

происходит непрерывное поднятие воды с более низ-

кого уровня на более высокий уровень и, во-вторых,

испарение воды. Вынужденные процессы, согласно

второму началу термодинамики, не могут иметь мес-

та без затраты определенного количества энергии,

поступающей извне.

Само растение не вырабатывает излишка энергии,

который мог бы обеспечить работу по подъему воды

и превращению ее в пар. При окислительных процес-

107

сах, происходящих в растениях, высвобождается

лишь самое ничтожное количество энергии, едва хва-

таемое для осуществления работы по обмену ве-

ществ, росry, движению протоплазмы клеток и т.д.

Таким источником энергии, следовательно, может

быть только источник внешний.

Механизм передвижения воды обеспечивается так

называемым нижним концевым двигателем, или кор-

невым давлением, с помощью которого вода засасы-

вается из почвы, и верхним концевым двигателем,

каковым является транспирация, или испарение во-

ды с поверхности листьев. Однако давление, разви-

ваемое нижним концевым двигателем, весьма неве-

лико. Основным двигателем, обеспечивающим не-

прерывное восходящее движение воды по растению,

является верхний концевой двигатель. Н.А. Макси-

мов (1958) считал, например, что величина сосущей

силы в листьях древесных пород может достигать 10-

15 атмосфер.

Каков же источник внешней энергии, поддержи-

вающий эту сосущую силу и обеспечивающий работу

по передвижению воды в растении и парообразова-

нию? Разумеется, солнечная энергия и свет. Даже на

рассеянном свету транспирация возрастает на 30-

40%, прямой же свет увеличивает испарение в не-

сколько раз. И что особенно важно, более богатые

хлорофиллом листья отличаются и более интенсив-

ной транспирацией1.

Американский физиолог Х.Л. Пенман (1968) пи-

шет, что исследователи установили, что скорость

транспирации растений при достаточно обильном

снабжении поля водой определяется главным обра-

зом атмосферными условиями, растительные же

и почвенные факторы играют лишь второстепенную

роль. Пенман возражает против мнения роща иссле-


` См. Рубин БЛ. Цит. произв., с. 112-113.

108

и

дователеи, рассматривающих транспирацию как яв-

ление чисто биологическое. На его взгляд, более ес-

тественно считать за отправную точку исследования

тот очевидный факт, что путем транспирации осуще-

ствляется связь растения с окружающей его физиче-

ской средой'.

Из сказанного ясно одно, а именно, что работа

верхнего концевого двигателя обеспечивается за счет

притока внешней энергии в виде лучистой энергии

солнца. Именно в этом, а не в чем-то другом состоит,

прежде всего, роль солнечной энергии для жизнедея-

тельности растений! При транспирации вода перехо-

дит из жидкого состояния в газообразное. Для этого

изменения фазового состояния воды необходимо за-

тратить энергию, равную теплоте парообразования

(при обычной температуре воздуха примерно 590

кал/г). Вот почему совершенно необходимым усло-

вием транспирации является приток внешней энер-

гии к испаряющей поверхности.

Итак, постоянное испарение влаги с листьев обес-

печивает непрерывное движение восходящего тока

воды в растении. Благодаря главным образом про-

цессу транспирации, корневая система засасывает

воду из почвы, и происходит ее движение вверх. На-

ходящаяся в проводящих сосудах растения вода ока-

зывается как бы подвешенной в виде тончайших ни-

тей между клетками испаряющей поверхности

и клетками корневых волосков, и тем самым обеспе-

чивается непрерывность ее движения вверх.

Но все это - общие положения. Известно, что во-

да испаряется с различных поверхностей с разной

степенью интенсивности: более энергично с темных

и менее - с поверхностей светлых. Испарение и его

интенсивность зависит также от атмосферных усло-

вий - температуры, влажности, давления. Каким об-


1 Пенмач ХЛ. Растение и влага. Л., 1968, с. 50.


109

разом, и в силу каких законов происходит испарение

влаги с листьев? Если для сравнения обратиться

к теплокровным животным, то здесь испарение жид-

кости из легких и потовых желез обеспечивается су-

ществованием разности температур между организ-

мом и внешней средой.

Объяснение данного явления вытекает из второго

начала термодинамики. Согласно ему тепло перехо-

дит только от теплого тела к холодному, но обратно -

от холодного к теплому, оно само собой, без затраты

дополнительной внешней энергии, перейти не мо-

жет. Иными словами, движение тепла происходит са-

мопроизвольно только в направлении градиента по-

нижения температуры.

Если взять растение, то его активная жизнедея-

тельность проходит в среде, температура которой,

как правило, выше температуры самого растения.

При таком тепловом балансе с внешней средой рас-

тение не могло бы осуществлять транспирацию вла-

ги, а следовательно, обеспечивать ее постоянное дви-

жение из почвы в растение. бгсюда ясно, что расте-

ние должно обладать каким-то органом, регулирую-

щим теплообмен между ним и внешней средой.

На основании многочисленных наблюдений за про-

цессом жизнедеятельности растений, таким органом

следует признать его листья.

Туг именно и предстает в своем подлинном значе-

нии роль темнозеленой окраски листьев. Зеленая

пигментация служит наилучшим, выработанным са-

мой природой средством аккумуляции листьями рас-

тений солнечной и световой энергии для превраще-

ния ее в энергию парообразования, а через это -

в энергию движения тока воды снизу вверх. С этой

точки зрения становится понятным приводимый вы-

ше факт, что более богатые хлорофиллом темнозеле-

ные листья растений способны и более интенсивно

испарять влагу со своей поверхности. Зеленые лис-

110

тья, аккумулируя световую и солнечную энергию, со-

здают ту необходимую разность температур между

своей испаряющей поверхностью и окружающей сре-

дой, которая и служит движущей силой испаряю-

щейся влаги. Но вместе с тем регулируется и общий

теплообмен растения: усиленная транспирация не

позволяет листьям перегреваться в жаркие солнеч-

ные дни.

В этом смысле зеленая пигментация растений по

своей физиологической функции ничем не отличает-

ся от пигментации животных, также выполняющей

физиологическую роль регулирования теплообмена

организма с внешней средой. Зеленый цвет растений

можно вполне определить как их «зеленый загар».

В самом деле, если, к примеру, выставить зтиолиро-

ванные, то есть бесцветные, выращенные в темноте

листья растения, на свет, то они быстро начинают зе-

ленеть, или, иными словами, покрываться «зеленым

загаром», готовясь тем самым к выполнению своей

теплообменной функции. Аналогично этому, кожа

человека покрывается темной пигментацией («заго-

рает») на солнечном свету, оставаясь белой, будучи

защищенной. Для человека постоянная темная пиг-

ментация характерна лишь для районов с высокой

температурой окружающей среды и высокой влажно-

стью, где при отсутствии такой пигментации тепло-

обмен с окружающей средой был бы весьма затруд-

нен, если вообще возможен. Для растений же как ор-

ганизмов, обладающих, как правило, температурой

более низкой, чем температура окружающей среды,

зеленая (или для некоторых видов растений иная)

пигментация необходима в любых условиях, ибо

только она обеспечивает возможность теплообмена

растения с окружающей средой, обеспечивает акку-

муляцию необходимой энергии для действия верхне-

го концевого двигателя, для подъема влаги вверх и ее

испарения.

111

В связи с рассматриваемой проблемой питания

растений бегло затронем вопрос об азотном питании

растений. Он аналогичен проблеме углеродного пи-

тания. Хорошо известен факт, что растения не могут

развиваться нормально без потребления азота и, бо-

лее того, что они сами образуют азотосодержащие

органические вещества. Но здесь встает все тот же

вопрос: откуда они берут азот, если в воде его нет,

а в почве его содержание настолько ничтожно, что

никак не могло бы покрыть потребности раститель-

ного мира в этом веществе (животные, как мы знаем,

потребляют необходимый им азот исключительно из

растений).

Многочисленные опыты показали, что растения

не способны усваивать азот воздуха. Факт сам по се-

бе в высшей степени примечательный, должный, ка-

залось 6ы, сильно озадачить сторонников теории фо-

тосинтеза. Действительно, если растения могут, со-

гласно теории фотосинтеза, улавливать из воздуха

необходимый им углерод путем ассимиляции содер-

жащейся в атмосфере в самом ничтожном количест-

ве углекислоты, то почему они не способны тем же

путем улавливать не менее необходимый для их жиз-

недеятельности азот, тем более, что та же атмосфера

содержит его неизмеримо больше чем углекислоты

(79% против 0,03%). Но не станем больше задавать

в адрес теории фотосинтеза трудных вопросов: уже

достаточно и тех, которые были заданы и на которые

она не сумела дать хоть сколько-нибудь убедитель-

ного ответа. В этом к тому же нет никакой необходи-

мости. Для наших целей вполне достаточно и пере-

численных выше данных, касающихся теории фото-

синтеза. Можно было бы привести их еще больше,

однако, дело от этого принципиально не меняется.

Что же касается азотного питания растений, то тут

112

вообще отсутствует какое-либо единое мнение отно-

сительно его источника.

жжж


Ну что ж, пришло время подвести некоторые об-

щие итоги и дать возможность читателю немного пе-

редохнуть и переварить прочитанное. Чтобы не по-

вторять всего, что уже сказано выше, еще раз под-

черкну главную мысль: теория фотосинтеза в целом,

говоря словами нашего классика, целиком построена

«на песце». Ее основания весьма шатки и рушатся

всякий раз, как только собираешься на них опереть-

ся. Надеюсь, мне удалось показать, что она противо-

речит принципу единства жизненных процессов рас-

тений и животных, противоречит важным физиоло-

гическим и физическим законам, неспособна объяс-

нить генетики растительного и животного мира в их

единстве и совершенно не укладывается в рамки вза-

имозависимости трех сфер: гидросферы, атмосферы

и биосферы.

Я вполне допускаю, что, ознакомившись с изло-

женными выше утверждениями и критикой в адрес

теории фотосинтеза, какой-нибудь проницательный

читатель может сказать: «Предположим, вся ваша

критика верна и теория фотосинтеза и впрямь проти-

воречит многим физическим и физиологическим за-

конам. Мы охотно соглашаемся с автором в основ-

ных его посылках и критике, но при всем том нельзя

не признать, что эта теория существует уже более по-

лутора столетий, за ней стоят имена широко извест-

ных ученых и она остается пока что единственной,

способной хоть как-то объяснить проблему углерод-

ного питания растений. Ведь теория фотосинтеза

возникла не просто так, а как ответ на вопрос, откуда

растение берет углерод, из которого оно строит свою

растительную массу и который входит в состав крах-

113

малов, Сахаров, кислот, жиров, смол и т.д., составля-

ющими богатство растительного мира? Было показа-

но очевидными опытами, что растение не могут брать

его из почвы, не могут также извлекать из воды, ко-

торая, согласно своей химической формуле, его не

содержит. Так что, воздух остался единственной сре-

дой, где только и оставалось искать источник углеро-

да. Его поиски там были обусловлены вовсе не при-

хотливыми фантазиями ученых, а были жестко де-

терминированы научными открытиями. И, в конце

концов, углерод был обнаружен там в виде углекис-

лоты. Пусть ее мало, пусть весь процесс ее ассимиля-

ции противоречив, даже противоестествен, но пока

только теория фотосинтеза дает хоть какое-то объяс-

нение происхождению углеродных соединений рас-

тений».

Так, или примерно так, мог бы сказать проница-

тельный читатель, и был бы глубоко прав. Действи-

тельно, вся критика теории фотосинтеза выглядела

бы смешной и претенциозной, если в итоге пришлось

бы беспомощно развести руками, признав, что мы не

располагаем никакими иными данными об источни-

ке углерода растений и никакой своей теории, кото-

рая могла бы служить альтернативой теории фото-

синтеза.

Но вспомним здесь еще раз опыты Ван-Гельмонта,

Соссюра и других физиологов. Суть их сводилась

к тому, что растение, существуя лишь за счет дистил-

лированной воды с небольшой примесью минераль-

ных солей, значительно прибавляло в весе, хорошо

развивалось, давало цветы и плоды, то есть, иными

словами, весьма энергично увеличивало свое угле-

родное содержание. Как мы помним, Ван-Гельмонт

отнес увеличение веса растения исключительно за

счет воды. Но после открытия Лавуазье, показавше-

го, что вода состоит из водорода и кислорода и не со-

держит в себе никакого углерода, она, как его источ-

114

ник, полностью отпала. Вот что значит угверэКдение

авторитета!

S данной ситуации любой был бы поставлен перед

жесткой альтернативой: либо признать теорию угле-

родного питания растений из воздуха верной, и тогда

прекратить бесплодную критику теории фотосинте-

за, либо... либо признать, что Лавуазье допустил

ошибку в определении химического состава воды.

Мне здесь по странной ассоциации вспомнилось, что

Лавуазье во время Французской революции XVIII в.

был генеральным откупщиком (интендантом), и за

какие-то деяния был арестован, судим, приговорен

к смерти и гильотинирован. Во время суда, пытаясь

как-то спасти себя, Лавуазье заявил судьям, что он

знаменитый химик. В ответ он услышал не менее

знаменитую фразу: «революции химики не нужны».

А ведь и, правда, не нужны: революции нужны не хи-

мики Лавуазье, а врачи Гильотзны с их универсаль-

ным средством от всех болезней души и тела.


ВОДА ЗАДАЕТ ЗАГАДКИ

РОКОВАЯ ОШИБКА ЛАВУАЗЬЕ


Итак, мы поставлены перед дилеммой: либо при-

знать теорию фотосинтеза верной - против чего го-

ворят проведенный выше критический анализ, а так-

же здравый смысл и практика, - либо не остается ни-

чего другого, как серьезно усомниться в истинности

существующей химической формулы воды. Подобно

тому, как в свое время появление теории фотосинте-

за было жестко детерминировано всем ходом разви-

тия науки и ее открытий, так и сейчас дальнейшее

наше продвижение вперед жестко детерминировано

сделанными выводами. S данной ситуации нельзя ни

повернуть назад ни уклониться в сторону; остается

одно - идти вперед.

115

Признаться, эта «присказка» носит роль некоего

литературного приема: она вызвана выбранной по-

следовательностью изложения материала и его ло-

гикой. В действительности же, сомнение, вернее,

уверенность в ошибочности химической формулы

воды - это главная предпосылка затеянного иссле-

дования. В самом деле, нельзя же было прямо начи-

нать с утверждения, что формула воды неверна -

кто бы поверил в это на слово? Пришлось поэтому

начинать с теории фотосинтеза, критика которой

подвела с необходимостью к сформулированной

выше альтернативе. Предпринятый критический

анализ дает отправную точку, отталкиваясь от кото-

рой можно прийти к искомому результату. Методо-

логическая его ценность состоит, думается, в том,

что если выше мной не был допущен серьезный ло-

гический или фактологический просчет, то это дает

веское основание для утверждения, что сегодняш-

ние представления о химическом составе воды не

соответствуют реальному положению вещей или,

попросту, ошибочны.

Легко, конечно, на словах утверждать, что форму-

ла воды ошибочна, а, значит, ошибочно одно из са-

мых фундаментальных представлений, на котором

зиждется чуть ли не вся химия. Поставить под со-

мнение нынешние представления о химическом со-

ставе воды, выраженной формулой Н20 и ставшей

по сути дела аксиоматичной, - значит поставить под

сомнение представления современного поколения

ученых-естествоиспытателей не только о многих

процессах, которые стали для них привычными,

но и обо всем мире природы. Такие перемены в выс-

шей степени болезненны. История науки полна дра-

матическими фактами, связанными с ними. Ей также

хорошо известно сопротивление клана ученых мно-

гим новшествам. Осознавая все это, я, тем не менее,

беру на себя смелость продолжить начатый путь.

116

Собственно, другого выбора просто нет: сказавши

«А», приходится говорить и «Б».

Впрочем, у меня нет абсолютно никакой уверен-

ности, что нынешняя попытка привлечь внимание

к фатальной научной ошибке, не окончится тем же,

чем она окончилась 10 лет тому назад, т.е. ничем. Че-

ловеческий ум консервативен, он не любит новаций,

и этому есть свои веские оправдания. Во введении я

уже говорил, что человек сам конструирует, или, вер-

нее, творит образ окружающего его мира, опираясь

при этом на свои далеко не совершенные чувствен-

ные восприятия и столь же несовершенные представ-

ления. И здесь ни у кого не может быть монополии

на обладание единственно верной картиной мира.

Более того, я считаю, что даже наличие одного серь-

езного факта, ставящего под сомнение всякую быту-

ющую теорию, служит достаточным основанием для

ее полного пересмотра. Вооруженные этой уверенно-

стью, продолжим наше исследование.


жж•


Как и в случае с теорией фотосинтеза, останемся

верными выбранному методу, и для начала заглянем

в историю и полюбопытствуем, когда, при каких об-

стоятельствах и каким образом появилась на свет

знаменитая формула воды. Каковы те основания,

на которых она зиждется? Так ли, в конце концов,

они прочны, как это считается? Прежде чем ответить

на эти вопросы, обратимся к самой воде как физиче-

ской реальности.

Вода покрывает около 3/4 поверхности земного

шара. Кстати, вот вам еще одна из загадок природы.

Каков источник воды, почему в морях и океанах вода

соленая, а в реках и озерах - пресная? Еще древние

мудрецы пытались дать ответ на эти вопросы, в том

117

числе и Аристотель, но, увы, ясности на сей счет нет

и поныне. Надо бы как-нибудь этим заняться.

Но продолжим. Вода - основа всего органическо-

го мира, основа всего живого. Общепризнанна точка

зрения, что самажизнь могла зародиться только в во-

де. Существование белковых тел, без которых немыс-

лима жизнь, неотделимо от водной среды. Какой бы

живой организм мы ни взяли, около 2/3 его состав-

ляет вода. Содержание воды в живых клетках дости-

гает обычно 70-80%, но нередко превышает и 90%.

Исходя только из этих фактов, очевидно, что во-

да - первое и непременное условие существования

живого организма, живой клетки. Без воды нет и не

может быть обмена веществ в клетках, без нее невоз-

можно осуществление каких-либо биологических

реакций. Понимание великого значения воды для

всей жизни на земле красной нитью проходит через

всю историю философии и науки. Диоген Аполлон-

ский рассматривал воздух как источник жизни, а во-

ду - как сгущенный воздух. То же самое считал

и Аристотель. В своей «Метеорологике» он неодно-

кратно говорит о превращении воды в воздух и воз-

духа в воду как об обычном процессе. Для древних

мыслителей этот процесс был вполне естествен.

Аристотель так описывает его: окружающая землю

влага «под воздействием солнечных лучей ...превра-

щается в пар и поднимается вверх. Но когда тепло,

поднимающее влагу, покинуло ее... тогда охлажден-

ный пар снова сгущается и от убывания тепла, и от

высоты, а из воздуха образуется вода. Образовавша-

яся вода вновь устремляется на землю. Ведь испаре-

ние воды - это пар, сгущение воздуха в воду - обла-

ко, а туман - остаток от сгущения воздуха в воду»

(Гл. 9, 346 b, 25-30).

Замечательное определение воды дал Плиний

Старший. «Вода, - писал он, - элемент, господствую-

щий над всеми другими. Воды поглощаются земля-

118

ми, Они убивают пламя, поднимаются на высоты,

проникают в воздух, который дает нам жизнь... Что

может быть чудеснее вод, разлитых в небесах! ...Упа-

дая вновь на землю, они дают жизнь всем растениям:

дивное свойство, если принять во внимание, что для

того, чтобы оживить семена и дать силу деревьям

и растениям, вода поднимается в небеса и оттуда

приносит растительности дыхание жизни. Итак, при-

знаем же, что все свойства земли - результат благо-

деяния, дарованного ей водой».

Прекрасные слова, точно характеризующие значе-

ние воды и жизни на земле! Жаль, что их поэтичес-

кие достоинства и философская глубина не могут

служить в качестве доказательства для науки.

Посмотрим на свойства воды с точки зрения со-

временных представлений о живом. Действительно,

жизнь невозможна без воды - этого никто отрицать

не может. В то же время, нет ничего более нежизнен-

ноro, чем существующая формула воды Н20.

Жизнь - это мир органических соединений, непре-

менным компонентом которых является углеводо-

родная группа СН2, входящая в органические соеди-

нения в различных вариантах и комбинациях. Возь-

мем ли мы такие органические кислоты, как уксус-

ная, щавелевая, муравьиная, яблочная, лимонная,

широко встречающиеся в природе; возьмем ли клет-

чатку, представляющую строительный материал рас-

тительных клеток, крахмал, сахар, жиры, смолы, на-

конец, белки, повсюду мы увидим, что в их состав не-

пременным компонентом входит группа СН2. Нет ни

единого органического вещества, входящего в состав

живых организмов, которое не содержало бы этой

группы. Она составляет как бы основу, ту главную

ячейку, на которой строятся более сложные цепи ор-

ганических соединений. Но в то же время, ни одно из

органических веществ, их образование и существова-

ние, немыслимо без воды. Сама же вода - вещество


119

неорганическое, поскольку ее формула не содержит

углеводородной группы СН2, характерной для всех

органических соединений. Более того: химически

она им как бы противостоит как нечто чуждое. Одно

только это обстоятельство не может не насторажи-

вать и не наводить на некоторые мысли.

Сопоставляя химический состав органических со-

единений и воды, нельзя отделаться от мысли, что

признаваемая химическая их противоположность,

даже несовмесгность стоит в полном противоречии

со всей логикой вещей, если даже она согласуется

с имеющимися данными науки. Не зная формулы во-

ды, но зная только перечисленные выше ее особенно-

сти и свойства, неразрывную связь со всем живым,

можно было бы с полным основанием, притом совер-

шенно а priori сделать вывод, что вода является ве-

ществом органическим. К такому именно выводу

и приходили ученые и философы до открытия фор-

мулы воды. И действительно, разве не может вызвать

сомнение тот факт, что вещество, составляющее ос-

нову органического мира, само является неорганиче-

ским; что вещество, являющееся основой жизни, са-

мо, по химическому своему составу, нежизненно.


***


Предположим теперь, что высказанные сомнения

основательны, что нынешняя формула воды в самом

деле ошибочна и вода есть соединение органическое.

Зададимся тогда вопросом: какой могла бы прибли-

зительно быть формула воды, чтобы отвечать пред-

положению, что она есть вещество органическое

и в то же время согласовывалась с установленными

опытными данными?

Выше говорилось, что непременным компонентом

всех органических соединений является углеводо-

родная группа СН2. Она представляет собой как бы

120

ту первоначальную элементарную ячейку, из которой

строится весь мир органических соединений. Теперь,

если предположить, что вода есть органическое ве-

щество, добавив к этому тог непреложный факт, что

она есть основа существования всего живого, то име-

ются все основания считать, что в качестве главного

своего компонента вода должна содержать именно

эту элементарную группу СН2. Вторым бесспорным

элементов, входящим в состав воды, является, есте-

ственно, кислород. Суммируя все, в первом прибли-

жении изобразим предполагаемую формулу воды

так:


CH2O


Однако научное предположение может быть взято

за основу дальнейшего рассмотрения, если оно не

только согласуется с выводами некоей логической

схемы, но и соответствует убедительным опытным

данным. Поэтому главный вопрос состоит в том, со-

гласуется ли предложенная формула воды с данны-

ми опытов?

Первое возражение, которое может возникнуть

в связи с этой формулой, будет, скорее всего, связано

с ее молекулярным весом. Молекулярный вес воды

в ее нынешней химической формуле определен эм-

пирически. Как в таком случае согласовать его с мо-

лекулярным весом предлагаемой формулы, который

отличается от прежнего в большую сторону на атом-

ный вес углерода, равный 12?

Здесь мы сталкиваемся с первой аномалией воды.

Она, как и все остальные *аномалии» воды (а их не-

мало, и на некоторых из них я остановлюсь ниже),

требовала от науки дополнительных построений,

чтобы согласовать ее с признанной формулой Н20.

Начну с того, что молекулярный вес воды в соот-

ветствии с существующей формулой оказался в ре-

121

зультате эмпирических измерений более высоким,

чем это следовало бы ожидать. Было поэтому выдви-

нуто предположение, что вода наряду с простыми

молекулами Н20 содержит молекулы более слож-

ные, состав которых может быть выражен общей

формулой (Н20)х, где «х» некоторое целое число.

Выход, как всегда, был найден, что лишний раз гово-

рит о том, что в науке доказать можно все, что угод-

но - было бы желание и повод.

Если же исходить из предлагаемой формулы воды

СН20, то более высокий ее молекулярный вес по

сравнению с формулой Н20 вполне естествен вслед-

ствие добавления углерода, и не требует никаких до-

полнительных предположений и построений.

Но все это, так сказать, для разминки. Чтобы

представить себе ясно всю картину противоречий,

связанных с существующей формулой воды, обра-

тимся вновь к истории науки, на сей раз - к истории

определения химического состава воды и ее форму-

лы. Там именно обнаружатся удивительные вещи,

в том числе те зерна истины, которые, то ли по нео-

сторожности, то ли небрежению, были выброшены

вместе с плевелами.


** *


Прежде чем обратиться к прошлому, скажу не-

сколько слов относительно одного метода исследова-

ния, получившего довольно широкое распростране-

ние в различных областях знания. Я имею в виду так

называемый метод «черного ящика». Его роль чисто

эвристическая. Суть метода заключается в следую-

щем: представим, что перед нами находится черный

ящик, который нельзя вскрыть, а тем самым и опре-

делить, что находится внутри него. Но в распоряже-

нии исследователя имеется целый набор возможнос-

тей воздействовать на ящик (обычно говорят, что

122

ящик имеет различные входы). Через эти входы мож-

но воздействовать на него с помощью физических,

химических или любых иных средств. В ответ чер-

ный ящик каким-то образом реагирует, и это прояв-

ляется в виде некоторой информации, получаемой на

его выходах. Задача состоит в том, чтобы, манипули-

руя по своему желанию с входами, воздействуя на

них различными способами и проводя любые наблю-

дения над выходами, пытаться определить, что со-

держится внутри ящика, или по каким законам он

действует.

Здесь важно подчеркнуть, что практически не су-

ществует предела способам и методам исследования

черного ящика. Сколькими бы способами или мето-

дами мы ни испытывали его, всегда найдутся другие,

по крайней мере, мыслимые, способы дальнейшего

исследования. Этот метод хорошо выражает идею от-

носительности человеческого знания. Но главное его

достоинство, как метода эврисгическоro, в том, что

он как бы снимает (или должен снимать) психологи-

ческий барьер перед кажущейся незыблемостью мно-

гих научных понятий и представлений, который ме-

шает их переоценке в свете новых предположений

или данных.


Теперь с помощью метода черного ящика взгля-

нем на интересующую нас проблему. В нашем случае

вопрос можно поставить так: какими средствами

и методами исследовалась природа воды в прошлом,

и что дало основание для того, чтобы из информа-

ции, даваемой нашим «черным ящиком-водой», бы-

ла получена существующая ныне формула, как окон-

чательная и единственно верная? Можно уже зара-

нее и с уверенностью сказать, что способы, которыми

воздействовали на воду в те далекие времена для вы-

123

яснения ее химического состава, не только не были

исчерпывающими, но и в принципе не могли дать ре-

зультат, который можно было бы рассматривать как

окончательный и верный. Это дает основание для то-

го, чтобы предпринять более строгую ревизию прове-

денных опытов и их результатов.

Для удобства и большей наглядности продолжим

исследование с рассмотрения некоторых так называ-

емых «аномалий» воды. Это облегчит продвижение

вперед, поскольку они помогут приоткрыть ту завесу,

за которой, как думается, скрывается подлинная

сущность исследуемого вещества. Я не случайно

ставлю слово «аномалии» в кавычки, так как вода ве-

дет себя «аномально» только в том случае, когда ее

рассматривают под углом зрения нынешней ее фор-

мулы Н20. Дело удивительным образом меняется,

если принять предлагаемую здесь формулу воды

СН20, и тогда то, что казалось аномальным, делается

совершенно естественным.

Одной из таких «аномалий» признается темпера-

тура кипения воды. Всем очень хорошо известно, что

вода кипит при температуре +100° С выше ноля.

Но мало кто знает, что, если отталкиваться от ее ны-

нешней формулы, она должна была бы кипеть не при

ста градусах выше ноля, а при 70-80 градусах ниже

ноля, то есть на 180 градусов ниже той температуры,

при которой она кипит в действительности. Замер-

зать же она должна не при 0°, а при 90-100° опять-

таки ниже ноля. Вот что пишут по этому поводу

в своей книге «Вода - зеркало науки» ее авторы

К. Девис и Дж. Дэй: «Химическая формула воды -

Н20; каждая ее молекула состоит из двух атомов во-

дорода и одного атома кислорода, поэтому по своему

молекулярному строению вода подобна веществам,

химические формулы которых Н2Те (Те - теллур),

Н2Sе (е - селен) и Н2S (S - сера). Казалось бы,

можно ожидать, что Н2Те, самое тяжелое из этих че-

124

тырех веществ, должно иметь самую высокую точку

кипения (и замерзания), а Н20, наиболее легкое из

них - самую низкую точку кипения. Действительно,

Н2Те (мол. вес 129) кипит при -4 и замерзает при -51;

Н2Sе (мол. вес 80) кипит при -42 и замерзает при -64;

Н2S (мол. вес 34) кипит при -61 и замерзает при -82.

Но когда дело доходит до воды, обладающей молеку-

лярным весом 18, происходит нечто поразительное

и выходящее из общего ряда данной закономерности.

Согласно ей, воде следовало бы замерзать примерно

при -90 и кипеть при -70 градусах, но вместо того она,

как хорошо известно, замерзает при 0 и закипает при

+100. Таким образом, вода, если следовать форму-

ле Н20, совершенно выпадает из установленной за-

кономерности.

Но давайте теперь предположим, что выдвинутая

здесь формула воды СН20 верна; предположим так-

же, что нам неизвестна температура ее кипения и нет

возможности измерить ее эмпирически. Но зато мы

располагаем данными о температуре кипения ряда

веществ, которые по своему химическому составу

близки к предложенной формуле воды. Задача в этом

случае довольно проста: путем несложной экстрапо-

ляции определить приблизительную точку кипения

вещества, формула которого С Н 20 .

Возьмем для сравнения температуры кипения не-

которых органических веществ, наиболее близких по

своему химическому составу данной формуле:


Муравьиная кислота (СН202) +100,8

Уксусная кислота (С2Н402) +118,5

Метиловый спирт (СНЗОН) +64,7

Этиловый спирт (С2Н5ОН) +78,3

Азотная кислота (HNO3) +86,0


1девис К. иДэйДж. Вода -зеркало науки. Л., 1964, с. 15-16. 125

. 125

Азотная кислота взята здесь вовсе не случайно,

хотя она, опять-таки согласно существующим воз-

зрениям, относится к неорганическим веществам.

О том, какое она имеет отношение к данному рощу,

будет рассмотрено ниже.

Если сопоставить предложенную формулу воды

СН20 с органическими веществами, приведенными

в таблице, то она ближе всего подходит к формуле

муравьиной кислоты. На этом основании, пользуясь

методом «черного ящика», можно было бы с большой

степенью надежности предположить, что температу-

ра кипения воды при заданной ее формуле СН20

должна быть близкой к +100, что вполне соответст-

вует температуре кипения воды, определенной эмпи-

рически. Наш «черный ящик» выдал в этом случае

вполне правдивую информацию.

С другой стороны, сама формула муравьиной кис-

лоты и ее температура кипения, наиболее близко

приближающиеся по своему значению к выдвинутой

здесь формуле воды, служат дополнительным под-

тверждением основательности предположения о том,

что вода есть вещество органическое.

Таким образом, и в данном случае «аномальная»

температура кипения воды, которая до сих пор не пе-

рестает озадачивать химиков, перестает быть ано-

мальной и становится вполне естественной и соот-

ветствующей более точному химическому ее составу.

Такие совпадения можно отнести за счет случай-

ности только в том случае, если данная «аномалия»

являлась бы единственной в своем роде. Но когда

она сопровождается целым рядом других «анома-

лий», которым нет адекватного объяснения, то слу-

чайность становится закономерностью и требует сво-

его соответствующего объяснения.

Рассмотрим в этой связи еще одну «аномалию»

воды. Речь пойдет о необычной, по мнению ученых-

126

физиологов, скорости проникновения воды в живые

клетки организма, которая также стоит в явном про-

тиворечии с ее нынешней химической формулой.

Еще в 1895 и 1897 гг. английский ученый Овертон

установил некоторые эмпирические зависимости

между скоростью проникновения различных ве-

ществ в клетку и химической их структурой. Эти за-

висимости кратко сводятся к следующему: способ-

ность проникать в клетку возрастает с удлинением

углеводородной цепи, с увеличением числа метило-

вых, этиловых и фенильных групп, и наоборот: она

быстро падает при введении гидроксильных, кар-

боксильных и аминных групп. Сами углеводороды

крайне быстро проникают в клетку. Овертон показал

это для самых различных углеводородов - предель-

ных, непредельных, циклических и др. Вода же

представляет резкое исключение из данного прави-

ла: не относясь, по существующим взглядам, к веще-

ствам органическим, она вопреки установленному

эмпирическому правилу очень быстро проникает

в живые клетки, хотя, если исходить из ее нынешней

химической формулы, она не должна обладать такой

способностью. Эта «аномалия» воды не объяснена

до сих пор. Вряд ли она может быть объяснена, пока

придерживаются формулы Н20. Если же признать

верной формулу воды СН20, то данная «аномалия»

попросту исчезает, и то, что казалось аномальным,

становится естественным и закономерным, посколь-

ку вода в таком случае признается за органическое

вещество, содержащее углеводородную группу

СН2`.


1 Я здесь рассматриваю только те аномалии воды, которые,

на мой взгляд, имеют прямое отношение к данному исследова-

нию. Вообше же таких «аномалий» насчитывается гораздо

больше.

127

Вернемся, однако, к истории открытия формулы

воды. Как уже говорилось, впервые химический со-

став воды был определен французским химиком Ла-

вуазье в 1784 году. Лавуазье вместе с военным инже-

нером Минье, прогоняя пары воды над раскаленным

листом железа, обнаружил, что вода разлагается, вы-

деляя при этом водород и кислород. Да, конечно,

для своего времени, для эпохи «упорядочения ве-

щей», эти выводы имели большое значение. В самом

деле, ведь до этого открытия вода считалась совер-

шенно однородным веществом. Нельзя, однако,

не отметить и другого: открытие это сыграло и свою

вполне очевидную отрицательную роль, так как на-

долго отвлекло внимание других ученых от поисков

в этой области и утвердило в умах многих поколений

непогрешимость данного вывода, освященного к то-

му же авторитетом ученого.

Что же касается самого опыта, то даже при самом

непредвзятом к нему отношении, нельзя не видеть,

что условия, при которых он проводился, были на-

столько несовершенны, настолько «грязны», что не

может быть сомнения в том, что какие-то важные по-

бочные процессы непременно должны были ускольз-

нуть из поля внимания исследователей, и они-таки

ускользнули. -

Чего стоит одно только наличие железа, над ко-

торым пропускались пары воды. Оно способно вне-

сти такие моменты в опыт, которые даже трудно

учесть наперед. Лавуазье с партнером зафиксирова-

ли в своем опыте то, что было наиболее очевидным:

выделение двух газов - водорода и кислорода, а что

было сверх того, на это они и вовсе не обратили вни-

мание, скорее всего по той причине, что это «сверх

того» не было столь очевидным, как выделение двух

газов.

128

Поскольку до этого открытия общим мнением,

господствовавшим в науке, было мнение, что вода яв-

ляется однородным веществом, факт открытия ее не-

однородного состава можно назвать революцион-

ным. Чего еще можно было требовать от первооткры-

вателей! К тому же очевидность результатов опыта

была слишком подкупающей. Но хорошо известно,

что в науке слишком большая очевидность результа-

тов опыта всегда должна быть поводом для сомнения

и более тщательного исследования и проверки.

Однако, как бы то ни было, старый взгляд на воду

был отброшен и заменен новым представлением о во-

де как соединении двух элементов - водорода и кис-

лорода, которое быстро утвердилось в науке. Этому

способствовало в значительной мере развитие элект-

рохимии. Рядом ученых (Никольсон, Кавендиш

и др.) был проведен опыт по электрохимическому

разложению воды. Замечу сразу же, что подобное оп-

ределение данного процесса совершенно ошибочно.

Однако, поскольку слово «разложение» утвердилось

в научной литературе, я буду его применять, имея

при этом в виду электролиз воды как сложный окис-

лительно-восстановительный процесс, но отнюдь не

как простое разложение воды на составляющие эле-

менты.

Итак, при разложении, т.е. электролизе воды вы-

делялись водород и кислород, что, казалось бы,

внешним образом подтверждало вывод Лавуазье.

Однако при этом «черный ящик» стал неожиданно

выдавать дополнительную информацию, которой

прехСде не было. В процессе электролиза обнаружи-

лось два странных явления: во-первых, обе состав-

ные части воды выделялись не вместе, а отдельно

друг от друга - кислород у одного электрода, водо-

род - у другого; во-вторых, наблюдалось образова-

ние кислоты у кислородного полюса и щелочи у во-

дородного. Это «странное» разложение воды озада-

129

чило ученых; притом их больше беспокоила вторая

«странность», т.е. появление кислоты и щелочи. Од-

нако, как зто будет показано ниже, обе «странности»

совершенно неразрывно связаны друг с другом, и од-

на не существует без другой.

То обстоятельство, что при пропускании через во-

ду электрического тока выделялись водород и кисло-

род, вполне устраивало ученых, ибо как бы под-

тверждало ставшее уже господствующим мнение

о составе воды. Вопрос же о том, каким образом эти

составные части выделялись, при каких сопутствую-

щих обстоятельствах, хотя и занимал ученых того

времени, но все же не в такой степени: их внимание

было направлено главным образом на вторую

«странность», ибо она наводила тень сомнения на от-

крытую формулу воды. Неизбежно встал вопрос

о том, что является причиной образования кислоты

и щелочи при электролизе воды.


За решение этой загадки взялся выдающийся анг-

лийский химик Гемфри Дзви (1778-1829). Дэви ря-

дом опытов, казалось бы, подтвердил предполагае-

мый всеми учеными того времени факт, что образо-

вание кислоты и щелочи при электролизе воды - яв-

ление случай ное, не связанное с самой водой, состо-

ящей, как зто и было определено Лавуазье, из водо-

рода и кислорода. однако давайте все же присмот-

римся к тому, каким образом Дзви удалось зто «дока-

зать», поскольку в этих, казалось бы, внешне безуко-

ризненных опытах, далеко не все так безукоризнен-

но, как зто представлялось самому Дзви и многим

другим ученым. Я намереваюсь показать тут, что во-

да в опытах Дзви подверглась, так сказать, «допросу

под пыткой». Но, как хорошо известно, в таких слу-

чаях получают те ответы, которых домогаются -

130

и зто справедливо не только в отношении опытов над

людьми, но и над животными, растениями и даже

предметами неодушевленными. Выше зто было отца-

сги показано на примере некоторых опытов над рас-

тениями.

Обратимся к самому Дзви, который описывает

свои опыты с присущей ученым того времени обсто-

ятельностью'.

Дзви проделал многочисленные опыты по «разло-

жению» электричеством тщательно очищенной воды

в различных сосудах: агатовых, стеклянных, сделан-

ных из плавикового шпата, сернокислого барита

и т.п., чтобы максимально уменьшить влияние мате-

риала сосудов на результаты опытов. Во всех без ис-

ключения опытах при электролизе воды он получал

у анода сильную кислоту, у катода щелочь. Он связы-

вал зто с тем, что чистая вода отчасти все же разлага-

ла материал сосудов, что и явилось причиной образо-

вания кислоты и щелочи. Важным, однако, следстви-

ем опытов было то, что количество образующихся

у электродов кислоты и щелочи стояло в прямой за-

висимости от продолжительности опытов, а именно:

чем продолжительнее они были, тем больше образо-

вывалось кислоты и щелочи и тем сильнее была их

концентрация.

В опытах Дзви по электролизу различных раство-

ров солей получалась аналогичная картина: у анода

шло образование кислоты с выделением кислорода,

у катода - образование щелочи с выделением водо-

рода или чистого аммиака. Сами эти процессы долж-

ны были бы подтолкнуть по аналогии к выводам от-

носительно общих закономерности, относящихся

к процессу электролиза. Ведь хорошо известно, что

при электролизе различных веществ у электродов

См. Дэви Г. О некоторых химических действиях электри-

чества. М.-Л., 1933.

131

происходят окислительно-восстановительные про-

цессы, но отнюдь не простое разложение веществ.

Более того, только при наличии окислительно-вос-

становительного процесса может идти и сам электро-

лиз. При этом реакция окисления происходит у од-

ного электрода, а реакция восстановления у другого.

Поэтому было бы самой грубой ошибкой рассматри-

вать электролиз как простой процесс разложения ве-

ществ на составляющие их элементы, будь то вода,

соль или кислота. Окисление у одного полюса проис-

ходит при одновременном восстановлении у другого,

и наоборот. Зги положения суть святая святых элек-

трохимических процессов, полностью согласующих-

ся со вторым началом термодинамики. действитель-

но, если мы возьмем приведенные выше примеры

с электролизом солей, то легко видеть, что у анода

происходила реакция восстановления с выделением

кислорода (продуктом этой реакции, скапливаю-

щимся у анода, во всех случаях выступала какая-ни-

будь кислота). ц катода происходила реакция окис-

ления с выделением водорода или металла (продук-

том этой реакции, скапливающимся у катода, всегда

была какая-нибудь щелочь).

Естественно, казалось бы, распространить ту же

закономерность и на воду: вода как химическое веще-

ство, обладающее во многих отношениях кислотными

свойствами, в принципе не может служить в данном

случае исключением и просто разваливаться, подобно

какой-нибудь механической смеси, на составляющие

его части там, где все остальные вещества претерпева-

ют сложные окислительно-восстановительные про-

цессы. Поэтому уже априорно можно было бы ожи-

дать при электролизе воды образования кислоты

и щелочи у соответствующих электродов. Вопрос

только в том - какой кислоты и какой щелочи?

Но именно эта совершенно очевидная вещь отвер-

галась. Мысль о ней не допускалась или ею попросту

132

пренебрегали. Притом делали зто не какие-то диле-

танты, а профессионалы высокого класса. Для них,

сдается, каким-то символом веры, своего рода «свя-

щенной коровой» стал факт, что вода состоит из двух

элементов - водорода и кислорода, и они направляли

все свои недюжинные способности именно на под-

тверэКдение данного факта, но отнюдь не на проверку

его истинности. То, что оба газа выделялись при эле-

ктролизе, хотя и у разных электродов, как бы под-

тверждало эту веру, даже вопреки всем законам элек-

тролиза и термодинамики. При этом никого нисколь-

ко не смущало, что вода вот так легко может разде-

ляться на составные части, будто два склеенных кус-

ка дерева, опущенных в воду.

Однако вновь обратимся к опытам Дзви, и, преж-

де всего, к тем из них, которыми, как ему казалось,

окончательно <устранялисы> всякие сомнения отно-

сительно состава воды. Для того чтобы избежать вся-

ких побочных влияний, Дзви провел ряд опытов в зо-

лотых сосудах с хорошо очищенной водой. На протя-

жении четырнадцати часов, в течение которых про-

должался опыт, количество кислоты в анодном сосу-

де постоянно возрастало. Дзви обнаружил, что она

по своим свойствам ничем не отличалась от азотной

кислоты (на зто я обращаю специальное внимание),

которая точно таким же образом образовывалась

в опытах, проводимых им прежде в стеклянных сосу-

дах. В катодном же сосуде образовывалась летучая

щелочь, количество которой скоро доходило до опре-

деленного предела. Она обнаруживала свойство ам-

миака (на зто я снова обращаю внимание, так как ам-

миак также является азотосодержащим веществом,

формула которого NH3).

Дэви повторил свой опыт и продолжал его без пе-

рерыва трое суток. К концу этого времени, как он сам

свидетельствует, вода в сосудах была разложена

и выпарилась больше чем на половину своего перво-

133

начального объема. В результате, в анодном сосуде

образовалась сильная азотная кислота, количество

же щелочи оставалось примерно на том же уровне,

как и в предыдущем опыте. Дэви посчитал, что по-

следнее было связано с ее постоянным испарением.

Не видя каких-либо явных источников появле-

ния в опытах азота, Дэви предположил, что образо-

вание азотной кислоты было обязано соединению

водорода и кислорода в момент их выделения с азо-

том воздуха, растворенным в воде. Для подтвержде-

ния своей догадки, он проделал тот же опыт под ко-

локолом воздушного насоса, из которого он выкачал

воздух (как он пишет сам: осталась лишь 1/64 его

первоначального объема). В итоге получились сле-

дующие обнадеживающие для него результаты: в ка-

тодном сосуде вода вовсе не обнаруживала присут-

ствия щелочи, в анодном сосуде лакмусовая бумаж-

ка слабо окрасилась в красный цвет, что свидетель-

ствовало об образовании там небольшого количест-

ва кислоты. Казалось, его догадка подтверждалась.

Чтобы уже окончательно убедиться в своей правоте,

Дэви еще раз повторил свой опыт под колоколом,

но теперь уже в атмосфере чистого водорода.

При этом для большей чистоты опыта он дважды на-

полнял колокол водородом, чтобы удалить всякие

остатки воздуха. Итоги опыта превзошли все ожида-

ния: ни в одном из сосудов не было обнаружено да-

же следов щелочи и кислоты. Зги опыты не остави-

ли у Дэви никаких сомнений в том, что образование

кислоты и щелочи у электродов - явление случай-

ное и не связано с химическим составом воды, а обя-

зано лишь присутствию воздуха, в котором, как изве-

стно, содержится азот. Они убедили не только Дэви,

но и многие поколения химиков после него. После

этих опытов было уже как бы неприлично возвра-

щаться вновь к вопросу о химическом составе воды -

всем все стало ясно.

134

Такой крупный химик как В. Оствальд, оценивая

значение опытов дэви, писал, что они подтвердили

пот факт, что вода состоит только из кислорода и во-

дорода, и действием электричества разлагается

именно на эти элементы, и что появление кислоты

и щелочи случайно. Тем самым, как отмечал Ост-

вальд, эти опыты лишили почвы всевозможные гипо-

тезы насует источника этих веществ и показали, что

гальванизм не создает никаких новых веществ,

а только разлагает существующие, доставляя их

к тому или иному полюсу (курсив мой - Э.Л.)`.

Поразительный вывод, если принять во внимание,

что сделан он не дилетантом, а ученым-химиком

с именем! Если реакции окисления-восстановления,

от которых гальванизм неотделим, тождественны

процессам простого разложения веществ на состав-

ляющие их элементы, то Оствальд прав. Но вряд ли

хоть один химик в здравом уме согласится с подоб-

ным наивным даже для времени Оствальда определе-

нием существа реакции окисления-восстановления.

В этой связи приглядимся к опытам дэви повни-

мательнее: действительно ли в них все было так безу-

коризненно чисто и хорошо? В самом ли деле они да-

ют основания для тех выводов, которые были сдела-

ны дэви и другими? Рассмотрим опыт дэви по элек-

тролизу воды под колоколом воздушного насоса. По-

чему в этом опыте образовалось лишь небольшое ко-

личество кислоты в анодном сосуде и не было вовсе

обнаружено щелочи в сосуде катодном? действи-

тельно ли, как думал дэви, это было связано с отсут-

ствием воздуха, выкачанного из-под колокола? От-

уасти да, но совершенно в другом смысле, нежели он

предполагал. Начать с того, что дэви допустил серь-

езную ошибку в своем первоначальном предположе-

нии, что причиной образования кислоты и щелочи


1 Ост вал ьд В. Испория электрохимии. С. 80.

135

являлся азот воздуха. Образование кислоты и щело-

чи к азоту воздуха никакого отношения иметь не

могло по той простой причине, что азот в обычных

условиях химически не активен, не растворяется

в воде и не вступает в реакции ни с кислородом,

ни с водородом. Один этот факт должен был бы на-

толкнуть на поиски иных источников образования

кислоты и щелочи. Позже, правда, высказывалось

предположение, что образование кислоты и щелочи

в опытах было, возможно, вызвано присутствием

в воздухе некоторого количества аммонийных солей.

этим объяснением и удовлетворились. Однако вряд

ли можно всерьез принимать данное объяснение, так

как, во-первых, оно было сделано постфактум и, во-

вторых, даже если бы какое-то количество таких со-

лей и впрямь присутствовало, то оно настолько

должно было быть мало, что не могло оказывать по-

стоянного и закономерного образования кислоты

в щелочи в каждом опыте, количество которых стоя-

ло, как говорилось, лишь в прямой зависимости от

продолжительности проводимых опытов.

Главное, однако, не в этом, а в том, что именно

происходило в опытах под колоколом и почему, в от-

личие от обычных условий, там образовалось лишь

небольшое количество кислоты и вовсе не было ще-

лочи. Рассмотрим, прежде всего, возможное влияние

на результаты • опыта сильно разреженной атмосфе-

ры. Известно, что в разреженной атмосфере происхо-

дит быстрое выделение из жидкостей растворенных

в ней газов и значительно ускоряется процесс ее ис-

парения, причем последний вначале затрагивает бо-

лее летучие вещества, а затем вещества менее лету-

чие. Естественно предположить, что в опытах Дэви

в сильно разреженной атмосфере начался, прежде

всего, процесс выделения из раствора летучей щело-

чи, которая отчасти поэтому и не была обнаружена

в катодном сосуде. Затем, поскольку температура ки-

136

пения азотной кислоты ниже температуры кипения

воды, стала также частично испаряться и азотная

кислота, образующаяся в анодном сосуде.

этим, однако, побочные влияния на ход опыта не

ограничивались. Поскольку при электролизе воды

выделяются кислород и водород, причем объем вы-

деляющегося водорода в семь раз превышает объем

кислорода, ЭТИ газы, и, прежде всего, водород, не мог-

ли не оказывать своего влияния на ход опыта. Если

в обычных условиях, т.е. не под колоколом, как ам-

миак, так и водород, образующиеся во время опыта,

улетучивались и не влияли на исход опыта, то под

колоколом ЭТИ вещества собирались в замкнутом

пространстве. Аммиак мог при этом частично всту-

пать в реакцию с образующейся азотной кислотой,

нейтрализуя какую-то ее часть. Помимо того, и это,

может быть, самое главное, водород как сильный вос-

становитель, собираясь в значительном количестве

под колоколом, несомненно оказывал воздействие на

весь ход реакции, давая те результаты, которые и бы-

ли зафиксированы Дзви как окончательные.

Чтобы не выглядеть здесь голословными, проил-

люстрирую восстановительное действие водорода.

Если, скажем, взять два электрода, один из которых

представляет полированную серебряную пластинку,

а другой - обычную швейную иглу, поместить их под

колокол, и в сильно разреженном воздухе пропус-

кать электрический ток так, чтобы электрический

разряд переходил с кончика иглы на полированную

пластинку, то напротив кончика иглы пластинка за-

метно изменится - она окислится и потускнеет, и тем

больше, чем дольше будет пропускаться электричес-

кий ток. Если же после этого воздух заменить разре-

женным водородом, то при всех прочих равных и не-

изменных условиях, дальнейшее пропускание тока

приведет к тому, что окись на пластинке будет посте-

пенно сходить, и полировка по большей части вос-

137

становится, что хорошо иллюстрирует восстанавли-

вающие свойства водорода.

Второй пример из области живой природы. Клод

Бернар приводит такой опыт: он смешивал один объ-

ем воздуха с двумя объемами водорода и помещал

в эту атмосферу семена. При всех прочих благопри-

ятных условиях (влага, тепло и проч.) прорастания

семян не происходило, хотя напряжение кислорода

при этом было вполне достаточным для жизнедея-

тельности'. Очевидно, что негативный результат был

обязан опять-таки действию водорода, оказывавшего

сильное восстанавливающее действие, препятствуя

течению окислительно-восстановительного процес-

са, а вместе с ним и образованию его необходимых

продуктов - кислоты и щелочи.

И, наконец, последнее: из физической химии хо-

рошо известно, что азотная кислота является легко

восстанавливающимся веществом. Она, например,

восстанавливается водородом до свободного азота:

2NO3 + 12Н + 1Oе -> N2 + 6H2O


Эго свойство азотной кислоты специально ис-

пользуется в некоторых гальванических элементах

для предотвращения поляризации. В этих случаях

азотную кислоту добавляют в катодное отделение,

где выделяется водород.

Не нужно, думается, обладать особой проница-

тельностью, чтобы видеть, что аналогичные процес-

сы происходили и под колоколом в опытах Дэви.

Когда он во втором опыте заменил воздух водородом,

то тем самым создал там мощную восстановитель-

ную среду, действие которой не преминуло сказаться

на результатах: в анодном сосуде естественно не бы-

ло (и не могло быть) обнаружено кислоты, в катод-


1 Бернар Клод. Курс общей физиологии. С. бб.

138

ном - щелочи. Все было естественно и закономерно.

Но факт остается фактом: опыты Дэви убедили всех

окончательно, что вода состоит из двух простых эле-

ментов - водорода и кислорода.

При боле внимательном взгляде опыты Дэви

убеждают совершенно в другом, а именно, что ему

удааосьли аь создатьусловия, при которых во время

электролиза воды не образовывались ни кислота,

нищелочь, которыенеизменнообразуютсявнормаль-

ных, естественныхусловиях.

Однако предположим, что вода действительно со-

стоит из водорода и кислорода. Тогда естественно

было бы предполагать, что, коль скоро вода с такой

легкостью разлагается на свои составные части, она

должна столь же легко образовываться в результате

их синтеза. Ничего подобного, однако, не происхо-

дит. Как известно, смесь двух газов в пропорции

один к двум (один объем кислорода и два объема во-

дорода) дает так называемый гремучий газ, но от-

нюдь не воду. Попытки образования воды из водоро-

да и кислорода имели успех только в присутствии ка-

тализатора (кстати, в роли катализатора может при

этом выступать и железо, то самое железо, над кото-

рым Лавуазье пропускал пары воды и извлекал свои

исторические выводы). Какую физическую или хи-

мическую роль играет присутствие в опытах катали-

затора - никто не знает до сих пор; поэтому не ста-

нем пускаться в бессодержательные рассуждения по

этому поводу.

Приведенные выше факты свидетельствуют

о многом, и, главное, о том, что существующая фор-

мула воды Н20 может держаться только на искусст-

венных подпорках и ставшей уже привычной вере

в ее истинность. Ни ее анализ, ни синтез не под-

тверждают того химического состава, который ей

приписывается. Можно сказать, что большинство

опытов по его определению было направлено не

139

столько на объективные поиски, сколько на подгонку

их результатов к уже имеющемуся выводу, который

стал поистине символом веры. «Черный ящик» давал

в основном ту информацию, которую от него ожида-

ли и которую часто заведомо предопределяли на-

правленным действием на его входы.


Итак, множество фактов биологического, химиче-

ского и физического свойства не дает оснований при-

знать существующую формулу воды верной. Против

нее говорят не только эмпирические факты, но и тео-

ретические положения и, преэКде всего, те, которые

вытекают из таких фундаментальных положений, ка-

ковыми являются начала термодинамики. Именно

с ними совершенно не согласуется взгляд на электро-

лиз воды как на процесс простого разложения воды.

S термодинамике принято делить все происходя-

щие процессы на обратимые и необратимые. Ни один

из происходящих в природе процессов не является

обратимым. Я это специально подчеркиваю, так как

он имеет прямое отношение к электролизу воды. Ес-

ли бы вода и в самом деле так просто разлагалась на

свои составляющие части, то этот процесс следовало

бы признать обратимым. Но это стояло бы в вопию-

щем противоречии обоим началам термодинамики.

Для лучшего понимания хода рассуждений, начнем

с первого ее начала, которое утверждает невозмож-

ность возникновения или уничтожения энергии. Тем

самым оно отрицает возможность перпетуум-моби-

ле, то есть вечного двигателя. При этом имеется в ви-

ду перпетуум-мобиле первого рода, то есть такая ма-

шина, которая, повторяя произвольное число раз

один и тот же процесс, была бы способна произво-

дить работу в количестве большем, чем потребляе-

мая этой машиной энергия. Рассмотрим под углом

140

зрения первого начала так называемое электрохими-

ческое разложение воды.

Вспомним в этой связи приведенное выше суэКде-

ние Оствальда о том, что гальванизм не создает ни-

каких новых веществ, а только разлагает существую-

щие. В одном небольшом исследовании о воде та же

мысль выражена буквально так: «Сколько бы време-

ни ни пропускали ток (через воду - Э.Л.), все время

будут выделяться только эти два газа (водород

и кислород - Э.Л.) и больше ничего. Через некото-

рое довольно продолжительное время воды совсем

не останется и вместо нее получится значительное

количество кислорода и вдвое большее количество

водорода».

Можно дать стопроцентную гарантию, что ни ав-

тор этих строк, равно как и никто другой не имел сча-

стья наблюдать описанную картину полного, без вся-

кого остатка или образования дополнительных ве-

ществ «разложения» воды, потому что такая картина

попросту невозможна. Если бы она была возможна,

то, значит, ошибочны как первый, так и второй зако-

ны термодинамики, и они бы требовали решительно-

го пересмотра. С точки зрения первого начала термо-

динамики этот процесс внешне как бы не противоре-

чит закону сохранения энергии: электрическая энер-

гия целиком переходит в работу по разложению во-

ды, или, иными словами, одна форма движения пере-

ходит в другую и при этом не происходит ни уничто-

жения энергии, ни ее возникновения. Однако проис-

ходит нечто другое, что не может не настораживать:

если признать, что такой процесс возможен, то надо

признать, что возможен двигатель со 100% к.п.д.,

то есгь тот самый перпетуум-мобиле, в котором вся

энергия целиком переходит в работу. Это же означа-

ло бы признание данного процесса полностью обра-


1 Браун Эмиля. История воды. Спб., 1897, с. 137.

141

тимым, что невозможно практически, и недопустимо

с точки зрения второго начала термодинамики.

Согласно одной из формулировок второго начала

термодинамики, некомпенсированный переход энер-

гии в работу невозможен. Другими словами, невозмо-

жен процесс, имеющий единственным своим резуль-

татом превращение энергии в работу. Это начало го-

ворит, таким образом, о невозможности обратимых

процессов в системах, в которых происходит преоб-

разование энергии в работу. Применительно к наше-

му предмету, он говорит о невозможности перехода

электрической энергии в работу по простому разло-

жению воды. При такого рода процессах, наряду

с уменьшением энергии энергоотдающего тела долж-

ны непременно происходить изменения термодина-

мического состояния других привлекаемых к учас-

тию в процессе тел или веществ. Это изменение

в термодинамике носит название компенсации пре-

вращения энергии в работу. Без такой компенсации,

повторяю, процесс превращения теплоты или друго-

го вида энергии в работу невозможен.

Отсюда следует, что только часть заимствованной

у знергоисточника энергии превращается в работу,

другая же часть, или так называемая некомпенсиро-

ванная энергия, отходит в случае, например, тепло-

вых машин к холодильнику. Если всю теплоту, полу-

чаемую из теплоисгочника, обозначить через Q, а не-

компенсированную теплоту через Q', то работа


A=Q-Q' и кпд = Q-Q'/Q


Формула эта может означать только одно: у любой

тепловой машины к.п.д. всегда меньше единицы.

Известный уже нам Оствальд предложил такую

формулировку второго начала термодинамики: пер-

142

петуум-мобиле второго рода невозможен. Под таким

перпетуум-мобиле второго рода имеется в виду теп-

ловой двигатель, который, повторяя произвольное

число раз один и тот же процесс, был бы способен це-

ликом превращать в работу все тепло, получаемое им

от какого-либо тела или тел, играющих роль источ-

ников тепла, не нуждаясь тем самым в отводе не пре-

вращенной в работу части теплоты. Другими слова-

ми, невозможно создание такой машины, к.п.д. кото-

рой равнялся бы единице (или 100%). Но при так на-

зываемом «разложении» воды как раз и подразуме-

вается возможность такой машины, поскольку здесь,

если следовать бытующим представлениям, вся энер-

гия целиком уходит ка работу по разложению воды.

Жаль, что сам Оствальд не применил собственную

формулировку к хорошо известному ему процессу

электролиза воды, тогда, возможно, он усомнился бы

в его общепринятой трактовке.

Всеобщность, универсальность процессов термо-

динамики, подчинение природных энергетических

процессов второму началу основательно доказано

наукой. Иное дело, что его применению порой меша-

ли и мешают утвердившиеся представления класси-

ческой термодинамики, исследующей преимущест-

венно обратимые процессы. Электричество, как фор-

ма движения, или энергии, по характеру своего под-

чинению второму началу термодинамики ничем

в принципе не отличается от теплоты. Как и в случае

с теплотой, движение электричества связано по

меньшей мере с двумя телами: одно из которых отда-

ет энергию, и другое его получает (разность темпера-

тур, в одном случае; разность потенциалов - в дру-

гом). Как и в случае с теплотой, тут также невозмо-

жен перпетуум-мобиле второго рода, то есть невоз-

можен такой механизм, который, повторяя произ-

вольное число раз один и тот же процесс, был бы спо-

собен целиком превращать в работу все количество

143

электричества, получаемое от какого-либо источника

электричества, не нуэКдаясь при этом в стоке не пре-

вращенной в работу энергии.

Посмотрим теперь с точки зрения всех этих поло-

жений на электролиз воды. Согласно существующим

взглядам на электролиз воды, поступающая от источ-

ника тока электроэнергия целиком превращается

в работу по ее разложению. S системе при этом не об-

разуется никаких иных веществ, нет места и другим

энергетическим процессам, например, выделению

тепла. 3го значит, что некомпенсированная часть

электроэнергии равна нулю, а весь процесс, следова-

тельно, носит обратимый характер. Но это невозмож-

но. Если бы это было так, мы стали бы счастливыми

свидетелями создания перпетуум-мобиле второго

рода. Все это с необходимостью вы нуждает нас при-

знать, что электролиз воды, как и электролиз всех ос-

тальных веществ, есть процесс необратимый, а зна-

чит, должна существовать некомпенсированная

часть электроэнергии, и она непременно должна

в чем-то проявиться: либо преобразоваться в другой

вид энергии, например, теплоту, либо в энергию ка-

ких-то химических превращений. Однако при элект-

ролизе выделения избытка тепла не наблюдается,

но зато он всегда сопровоэКдается химическими пре-

вращениями в злектролизерах. Вот эти химические

превращения и есть не что иное, как результат дейст-

вия второго начала термодинамики. При электроли-

зе воды происходит не просто работа по разложению

воды, а сложный электрохимический окислителько-

восстаковителькый процесс, одним из результатов

которого является выделение кислорода и водорода

у разных электродов, а другим - образование около

них кислоты и щелочи. Какой из этих результатов

более важный, сказать трудно; очевидно лишь то, что

один не может иметь места без одновременного появ-

144

ления другого, или, другими словами, процесс выде- ления кислорода и водорода невозможен без одно-

ления кислорода и водорода невозможен без одно-

временного и параллельно идущего процесса образо-

вания кислоты и щелочи.

Суммируя, можно сказать: невозможен такой про-

цесс электролиза воды, при котором единственным

результатом было бы превращение электрической

энергии вработу по полномуразложению воды. И на-

оборот, образование новых химических веществ

у электродов свидетельствует, что происходит нор-

мальный, отвечающий всем началам термодинамики

процесс электролиза.

Если бы при электролизе воды происходило толь-

ко разложение воды, а тем самым вся электрическая

энергия преобразовывалась в работу, процесс носил

бы полностью обратимый характер. В таком случае,

обратный процесс синтеза воды из кислорода и водо-

рода должен был бы целиком вы свобождать без вся-

рода должен был бы целиком вы свобождать без вся-

кой затраты энергии извне полученное при электро-

лизе количество электричества с образованием

в итоге воды. Но мы знаем, что этот синтез невозмо-

жен сам по себе, а то, что называют синтезом воды,

происходит при затрате значительного количества

жен сам по себе, а то, что называют синтезом воды,

происходит при затрате значительного количества

происходит при затрате значительного количества

внешней энергии и к тому же в присутствии катали-

заторов.


Все изложенное в данном разделе относительно

воды подводят к выводу, что ни эмпирические иссле-

дования, ни теоретические положения не дают осно-

дования, ни теоретические положения не дают осно-

ваний считать существующую формулу воду Н20

верной. Напротив, все они свидетельствуют против

нее. На этом можно было бы и закончить критичес-

кий разбор существующих представлений о химиче-

ском составе воды и тех истоков, из которых они воз-

- 145

никли. Более соответствующим действительности

является предположение, что вода есть органическое

вещество и что ее примерную формулу, как уже гово-

рилось, можно представить в виде СН20.

***


В этом пункте, с учетом всего сказанного выше,

все тот же виртуальный проницательный читатель

вправе спросить: «Если признать верность предлага-

емой здесь формулы, то каким образом можно тогда

согласовать ее с тем фактом, что при электролизе во-

ды образуются содержащие азот вещества - азотная

кислота и аммиак? Ведь вода, даже в новой ее форму-

ле, азота не содержит?» Вопрос, как говорится, «на

засыпку». Но именно к этой важной и интересной

проблеме я и собираюсь перейти.


азот или «зот» ?


Итак, перед нами возникла новая, не менее, если

не более, сложная загадка: какая связь между пред-

положением о воде как веществе органическом, со-

держащем углеводородную группу СН2, и всей моей

критикой опытов Дэви и других ученых, показавших,

что побочным результатом электролиза воды являет-

ся азотная кислота и аммиак? Ведь оба эти вещества

мало того, что неорганические, но и азотсодержащие,

и нет ли туг коренного противоречия во всей системе

выдвинутых аргументов, сводящего все сделанные

предположения к нулю?

При таких обстоятельствах перед исследователем

опять встает все та же альтернатива: либо признать, что

вся сисreма его доказательств привела к абсурду, и он

не в состоянии выпутаться из нагроможденных им про-

тиворечий, либо, если он убежден в правоте своих

146

взглядов, сделать следующий решительный, а, может

быть, и решающий шаг в доведении начатого до конца.

Первый путь неприемлем, а потому я беру на себя

смелость выдвинуть следующее, вполне естествен-

ное в данной ситуации и в принятой мной системе

координат предположение: азота, как такового, как

одного из однородньлххимическихэлементов, входя-

щих в таблицу Менделеева, вообще не существует

в природе; то, что принимается за азот есть на са-

мом делеуглеводороднаягруппа СН2.

Допускаю, что в этом пункте какой-нибудь орто-

докс, не выдержав, воскликнет: «Ну, знаете, это уже

слишком!». Что делать? Когда приходится распуты-

вать сложный клубок ошибок, к которым все при-

выкли и, более того, принимают их за истину, то при

распутывании этого клубка разочарования и даже

легкие нервные потрясения неизбежны.

Итак, мы уже знаем, что выдвинуть предположе-

ние и доказать его - вещи разные. Данное предполо-

жение легко укладывается в систему логических до-

казательств, но показать его правоту в системе дока-

зательств эмпирических - гораздо сложнее. Разуме-

ется, я не располагаю, да и не могу располагать пря-

мыми доказательствами того, что это предположение

верно, хотя, замечу, таковых не существует и относи-

тельно того, что азот есть именно тот самый азот, ко-

торый вошел в таблицу Менделеева в качестве эле-

ментарного вещества. Последнее утешает и вдохнов-

ляет. Однако имеется немало косвенных доказа-

тельств правоты сделанного здесь предположения.

Они могут легко превратиться в прямые: ведь многое

зависит от того, как на них посмотреть - с недовери-

ем или доброжелательно и заинтересованно. Ничего

не поделаешь: в естественных науках, как и в общест-

венных, такие вещи играют не меньшую, если не

большую, роль.

147

Итак, я выдвигаю гипотезу, что азот есть не что

иное, как углеводородная группа СН2. Вспомним еще

раз, какую роль играет эта группа в органическом

мире. Все углеводородные соединения, входящие со-

ставными элементами в любой живой организм, либо

в продукты, получаемые от переработки различных

животных и растительных организмов, как-то: орга-

нические кислоты, спирты, дубильные вещества,

эфиры, смолы, крахмал, жиры, сахара, белки - все

они непременно содержат в своем составе в том или

ином сочетании эту группу СН2.

Но откуда берется сама эта группа? Что является

ее источником? Существует ли эта группа в природе

самостоятельно и если да, то в каком виде? Если на

первые два вопроса в принятой здесь сисгеме взгля-

дов уже можно ответить утвердительно, зная форму-

лу воды СН20, то последний вопрос представляет

пока что загадку. Загадка усложняется тем обстоя-

тельством, что современная химическая наука ут-

верх дает, что вещества с формулой СН2 в свободном

виде в природе не существует вообще. Да, говорят

нам, оно входит необходимым составным элементом

во все органические соединения, но, увы, его самого

как отдельного элемента в природе не существует.

Как говорится, странно, но факт. Последуем, однако,

в данном случае принципу английского химика Бой-

ля, который писал: «Я привык рассматривать мнения

как монеты. Когда мне в руки попадает монета, я об-

ращаю гораздо меньше внимания на имеющуюся на

ней надпись, чем на то, из какого металла она сдела-

на. Мне совершенно безразлично, вычеканена ли она

много лет или столетий назад, или она только вчера

оставила монетный двор. Столь же мало я обращаю

внимания на то, прошла ли она до меня через много

или мало рук, если только на своем пробирном камне

я убедился, настоящая она или фальшивая, достойна

ли она быть в обращении или нет. Если после тцщ-

148

тельного исследования я нахожу, что она хороша,

то тот факт, что она долгое время и многими прини-

малась за фальшивую, не заставит меня отвергнуть

ее. Если же я нахожу, что она фальшивая, то ни изоб-

ражение и подпись монарха, ни возраст ее, ни число

рук, через которые она прошла, не заставят меня при-

нять ее, и отрицательный результат от одной пробы,

которой я сам подверг ее, будет иметь для меня го-

раздо большее значение, уем все те обманчивые ве-

щи, которые я только что назвал и которые доказыва-

ли бы, что она фальшивая»`.

Попробуем и мы на своем .опробирном камне» ис-

пытать, в самом ли деле верно утверждение, что

в природе не существует вещества СН2 в свободном

виде. Оно уже наперед не может не вызывать боль-

шого сомнения, поскольку группа СН2 слишком рас-

пространена в органиуеском мире, часто образуя

весьма длинные цепи молекул различных органиуес-

ких веществ.

Для лучшего понимания сказанного обратимся

к следующему любопытному обстоятельству. В орга-

нической химии углеводороды классифицируют

в соответствии с двумя так называемыми гомологи-

ческими рядами: предельными углеводородами и не-

предельными. Гомологическим рядом называют та-

кой ряд органиуеских соединений, все члены которо-

го обладают сходными химическими свойствами

и сходным строением, причем каждый последующий

член ряда отличается от предыдущего именно на

группу СН2- На последнее обстоятельство обращаю

особое внимание.

Формулы рассматриваемых рядов углеводородов

в порядке возрастающего числа атомов углерода в их

молекулах выглядят так:


Цит. по: Рамсей-Оствалвд. Изисroрии химии. Спб.,1909,

с. 66.

149

Предельные углеводорды:

СН4, С2Н6, С3Н8, С4Н10 и т.д.

метан этан пропан бутан


Непредельные углеводороды:

С2Н4 С3Н6, С4Н8 и т.д.

этилен пропилен бутилен


В ряду непредельных углеводородов сразу же бро-

сается в глаза явная аномалия, а именно: отсутствует

первый член, соответствующий метану предельного

ряда. Во всем же остальном принцип, согласно кото-

рому каждый последующий член ряда образуется

прибавлением к предыдущему группы СН2, сохраня-

ется для обоих рядов.

Все вещества обоих рядов существуют в природе,

но в природе, как нам говорят ученые, по неизвестным

причинам, отсутствует сама разность, то есть группа

СН2, которую по аналогии с метаном предельного ряда

можно было бы назвать «метиленом». По каким же

причинам не было обнаружено это соединение? В дан-

ном случае их может быть две. Первая причина: груп-

па С Н z действительно не существует в природе; вторая

причина: она существует, но ее свойства таковы, что ее

весьма трудно определить. Что группы СН2 нет в при-

роде в качестве самостоятельного вещества, в это не-

возможно поверить; против такого предположения

восстаетразум и интуиция. Однако, надо заметить, что

данное вещество не очень-то искали. Его объявили не-

существующим, исходя главным образом из теорети-

ческих соображений. Объясняется это следующим об-

разом: углерод есть четырехвалентный элемент. Каж-

дый атом углерода имеет четыре единицы валентнос-

ти, за счет которых он может присоединять к себе дру-

гие атомы или атомные группы. Водород же однова-

лентен. Следовательно, атом углерода может присое-

150

ИЗВЕЧНЫЕ ЗАГАДКИ НАУКИ


динить к себе четыре атома водорода. В этом случае

все его валентные связи становятся насыщенными до

предела. Исходя из этого, метан - первый член пре-

дельного ряда, схематически можно изобразить так:


Н

|

Н-С-Н

|

Н


У непредельных углеводородов в молекулах, со-

гласно теории, имеются двойные или тройные связи

между атомами углерода. К примеру, этилен схема-

тически выглядит так:


Н Н

| |

С= С

| |

Н Н


Таким образом, и тут все валентные связи углеро-

да оказываются при деле, что и обеспечивает, соглас-

но теории, возможность его самостоятельного суще-

ствования.

Другое дело группа СН2. Если представить его

в свободном состоянии, то это выглядело бы, соглас-

но тем же существующим представлениям, так:


Н

C

|

Н


Такая картина не укладывается в рамки теории,

поскольку углерод в этом случае сохраняет две сво-

бодные незаполненные валентные связи, а это уже не

укладывается в теорию, и потому группе решительно

отказано в самостоятельном существовании.


151

Но это в теории. Мы уже убедились в том, что те-

ория далеко не всегда дает адекватную картину дей-

ствительности. Но попробуем вопреки теории сде-

лать предположение, что такое соединение не только

возможно, но и возможно именно как соединение

весьма прочное и устойчивое в химическом отноше-

нии. Это может иметь место либо вследствие симме-

трии молекулы, либо потому, что молекула СН2 су-

ществует в сдвоенном, строенном и проч. состоянии

(допускается же теорией существование молекул во-

ды в множественной связи), либо как бесконечно за-

мкнутая цепь из произвольного числа групп). Имеет-

ся же окись углерода СО, где углерод двухвалентен;

допускается же существование окиси азота 1V0, где,

вопреки теории, азот двухвалентен. Принимая же во

внимание широкое распространение группы СН2

в органических соединениях, а также принципиаль-

ную возможность ее существования в свободном со-

стоянии, можно считать, что она действительно су-

ществует именно в таком состоянии.

Но предположим, что эта группа в самом деле су-

ществует в природе. Тогда естественно признать, что

она не обнаружена потому, что обладает такими свой-

ствами, которые весьма затрудняют ее обнаружение.

Если это так, то с известной долей уверенности уже

априорно можно попробовать определить ее основ-

ные физические свойства. Надо полагать, что это ве-

щество должно, скорее всего, представлять собой газ,

который бесцветен, не имеет запаха, химически неак-

тивен, в воде нерастворим, то есть, иными словами,

обладает такими свойствами, которые делают его

практически незаметным и трудно определимым.

В этой связи посмотрим, какими свойствами обла-

дает азот. Кстати, ученым, установившим, что воздух

состоит из смеси двух газов - азота и кислорода, был

все тот же Лавуазье. Так вот, чистый азот - это бес-

цветный газ, не имеющий запаха, мало растворим

152

в воде, в химическом отношении весьма инертен.

При обычной температуре он почти неспособен всту-

пать в соединения (уже по этим причинам совершен-

но несостоятельны были предположения Дэви, что

в его опытах по «разложению» воды образование

азотной кислоты было якобы обязано азоту воздуха).

Азот не поддерживает дыхания, за что и получил

свое название - «нежизненный» (от греч. а - отрица-

тельная частица и оо - живой).

Как мы видим, свойства азота весьма близки к пред-

полагаемым свойствам группы СН2 Для сравнения

возьмем еще первый член roмологическоro ряда пре-

дельных углеводородов метан - СН4, наиболее близ-

кий по составу к группе СН2. Так вот, метан - легкий

горючий газ, не имеющий запаха и почти нераствори-

мый в воде. При обычных условиях метан реагирует

только с фтором и хлором. Как видно из свойств мета-

на, он во многих отношениях похож и на азот и на СН2.

бгличаясь от этой группы на два атома водорода, он

приобретает большую легкость и roрючесть.

На основании вышеприведенных фактов, можно

сделать следующий предварительный вывод: то, что

на самом деле является молекулярной группой СН2,

было в свое время ошибочно принято за элементар-

ный газ, который в соответствии со своими свойства-

ми был наречен «азотом».

В самом деле, разве нельзя допустить, что ученый,

первый обнаруживший группу СН2 и не зная ее хи-

мического состава, столкнувшись с тем, что она хи-

мически инертна, нереактивна, не разлагается на со-

ставные элементы, не поддерживает жизни, бесцвет-

на, без запаха, пришел к естественному в тех услови-

ях выводу, что данное вещество однородно по соста-

ву (признавали же долгое время воду за однородное

вещество!). Другими словами, азот дал о себе лишь

тот минимум информации, который был обусловлен

средствами воздействия на него и задачами исследо-

153

вателей. Все, что позже не укладывалось в однажды

определенные представления, относилось, как и во

многих других аналогичных случаях, к «аномалиям»

азота. Сразу замечу, что эти «аномалии» азота прояв-

ляют удивительное совпадение со свойствами и хи-

мической структурой не какого-нибудь вещества,

но именно группы СН2. Поэтому, как и в случае с во-

дой, можно предположить, что эти совпадения носят

отнюдь не случайный характер, что в них имеется оп-

ределенная закономерность, проливающая свет на

истинную природу азота.

Мнение об элементарном строении азота утверди-

лось отнюдь не сразу.. Напротив, немало сил было за-

трачено на попытки разложить его. Кстати, герой из-

вестной повести Бальзака «В поисках абсолюта» был

занят именно проблемой разложения азота. Лишь

после того, как все такие попытки потерпели неуда-

чу, было признано, что азот есть, наряду с кислоро-

дом и водородом, элементарный газ.

Что же касается аномалий азота, то еще известный

химик Либих приводил в своей книге несколько

опытов Фарадея, в которых последний обнаружил

в ряде случаев аномальное появление аммиака. Фа-

радей наблюдал, что растительная клетчатка, льняное

полотно, щавелево-кислый калий и многие другие,

не содержащие азота органические вещества,

при прокаливании с гидратом окиси калия, натрия

или извести, которые также не содержат азота, выде-

ляют аммиак - вещество азотосодержащее. Органи-

ческие вещества при прокаливании без щелочей не

давали реакции на аммиак; при прокаливании же со

щелочами происходило образование аммиака. Мож-

но было бы здесь усмотреть, как и в опытах Дэви с во-

дой, действие азота воздуха, но Фарадей повторил

эти опыты в атмосфере чистого водорода. В этом слу-

чав также, когда присутствие азота было совершенно

исключено, аммиак не преминул образоваться.

154

Другой не менее интересный опыт заключался

в следующем: небольшое количество калия и цинка

было прокалено вместе. Одна часть смеси была поме-

щена в склянку, которую тотчас же закрыли; другая

часть была растворена в воде, прозрачный раствор

выпарен досуха и оставлен на сутки. По истечении

некоторого времени в первой порции были обнару-

жены лишь сомнительные следы аммиака; в другой

же порции, которая была растворена в воде, присут-

ствие аммиака обнаруживалось без труда. Либих за-

ключает: «Следовательно, имелась какая-то неизве-

стная причина, вызывавшая образование аммиака, -

это был вывод, к которому Фарадей пришел на осно-

вании своих опытов» .

Итак, откуда в опытах мог появиться азот - вот

в чем главный вопрос? Взглянем на них глазами

предложенной здесь гипотезы. В опытах Фарадея об-

разование аммиака было связано в первом случае

с органическими веществами, содержащими в своем

составе группу СН2; во втором же случае - с водой,

которая согласно предложенной гипотезе, содержит

ту же группу. Поскольку, по моему убеждению, азот

и группа СН2 - одно и то же вещество, то неизвест-

ная причина, вызвавшая якобы аномальное образо-

вание аммиака в опытах с органическими вещества-

ми и водой, перестает быть таковой. В том и другом

случае, аммиак получался вследствие воздействия

различных щелочей на органические соединения, со-

держащие группу СН2.


***


Обратимся теперь к эпохе менее отдаленной от

нас по времени, - к эпохе становления атомной фи-

зики, эпохе открытия элементарных частиц и к одно-

' Либих Ю. Химия н приложении к земледелию и физиоло-

гии. М.-Л., 1936, о. 146-147.

155

му из основоположников атомной физики Резерфор-

ду с его опытами по изучению действия альфа-час-

тиц. Резерфорд испытывал действие альфа-частиц,

излучаемых эманацией радия в различных средах.

Его опыт сводился, в общем, к следующему. В стек-

лянную или кварцевую трубку помещался радий, яв-

лявшийся источником излучения альфа-частиц.

Трубка могла заполняться любым газом. На опреде-

ленном расстоянии от источника излучения ставил-

ся экран из сернистого цинка, причем он располагал-

ся дальше расстояния максимального пробега альфа-

частиц, которые не достигали его. Проделывая свои

опыты в атмосфере водорода, Резерфорд заметил,

что прохождение альфа-частиц через водород вызы-

вает многочисленные слабые искрения на экране

(сцинцилляции). Для исследования причин данного

явления, Резерфорд предпринял серию аналогичных

опытов в различных газовых средах. Когда аппарат

заполнялся сухим кислородом или углекислым та-

зом, то число искрений сильно уменьшалось. Из это-

го Резерфорд сделал вывод, что искрения экрана свя-

заны с наличием в атмосфере водорода. Совершенно

неожиданный эффект был получен им, когда в аппа-

рат был введен сухой воздух. Вместо предполагаемо-

го уменьшения числа искрений на основании того,

что воздух водорода не содержит, а состоит, как изве-

стно, из кислорода и азота, их число, наоборот, уве-

личилось. Данное обстоятельство весьма озадачило

Резерфорда, поскольку опрокидывало сделанный им

прежде вывод о связи искрений экрана с наличием

водорода. Поскольку аномальный эффект наблюдал-

ся в воздухе, а не в кислороде или углекислом газе,

то, естественно, он был отнесен на счет азота.

Для подтверждения этого предположения, аппарат

был заполнен химически чистым сухим азотом. Чис-

ло искрений возросло еще больше по сравнением

с их числом в воздухе. Этот эффект Резерфорд так

156

и назвал: «аномалией азота». Но самое интересное,

он обнаружил, что атомы с большим пробегом, воз-

никающие при пропускании через азот альфа-час-

тиц, как по величине пробега, так и по яркости воз-

буждаемых ими искрений, чрезвычайно похожи на

атомы водорода, и более того, они являлись, по его

мнению, ничем иным как именно атомами водорода.

Возникает естественный вопрос: откуда мог взять-

ся водород в химически чистом азоте? Резерфорд

прямо пишет, что результаты опытов дают весьма

сильное доказательство того, что частицы, освобож-

даемые из азота альфа-частицами суть атомы водоро-

да'. Перед ученым встала непростая задача объяс-

нить аномальное поведение азота. Естественно, что

при этом он исходил из существующих представле-

ний об азоте как химическом элементе, но не как мо-

лекуле, состоящей из атомов различных элементов,

в том числе и водорода. Резерфорду не оставалось

ничего иного, как предположить, что вследствие гро-

мадных сил, развиваемых при столкновении альфа-

частиц с атомами азота, последний распадается, ос-

вобождая водородный атом, образующий, по его мне-

нию, составную часть ядра атома азота. Этим объяс-

нением удовлетворились, и оно было принято как

окончательное, вследствие отсутствия каких-либо

иных рациональных объяснений.

Однако данное объяснение не может не вызывать

ряд возражений и сомнений. Почему только азот

подвергся такому разрушительному действию аль-

фа-частиц, но не атомы других испытываемых газов?

Почему энергии альфа-частиц было достаточно для

разрушения такого прочного образования, каким

считается атом азота и недостаточно для разрушения

других? Вместе с тем, если исходить из предположе-


' Резерфорд Э. Строение атома и искуссчвеиное разложе-

ние элементов. М.-Пр., 1923, с. 95.

157

ния, что азот есть не что иное, как молекулярная

группа СН2, то легко находится объяснение появле-

нию водорода: энергии альфа-частиц вполне, види-

мо, было достаточно для разрыва молекулярной свя-

зи между атомом углерода и атомами водорода в со-

единении СН2, что и служило причиной повышенно-

ro искрения на экране при проведении опытов в воз-

духе и в атмосфере чистого азота.

С другой стороны, опыт Резерфорда можно впол-

не рассматривать как еще одно подтверждение пред-

положения, что азот есть вещество органическое, со-

стоящее из атома углерода и двух атомов водорода.

Что касается последнего, а именно представления об

азоте как молекуле, состоящей из соединения угле-

рода и водорода, то об этом косвенно свидетельству-

ет еще одна, притом очень важная для нашей гипоте-

зы «аномалия» азота.

Дело вот в чем: атомные веса легких атомов выра-

жаются формулами или 4п или 4п+3, где п - целое

число. Например, атомные веса кислорода и углеро-

да выражаются формулой 4п. Атомный вес кислоро-

да равен 1б, то есть здесь п=4 (4 х 4 = 1б); атомный

вес углерода равен 12, здесь п=3 (4 х 3 = 12). Таким

элементам как фтор, фосфор и др. отвечает формула

4п+3. Атомный вес фтора, например, равен 19; следо-

вательно, принимая п=4, получим (4 х 4) + 3 = 19)

И Т.Д.

И вновь единственным элементом, не пожелав-

шим подчиниться этим формулам, был, разумеется,

азот, атомный вес которого уже особо приходилось

выражать персональной формулой 4п+2. В самом де-

ле, поскольку атомный вес азота равен 14, то иной

формулы к нему применить просто нельзя. Однако

и в данном случае, если рассматривать азот как груп-

пу СН2, то есть не как элемент, а как молекулу, состо-

ящую из двух атомов, то становится ясным, почему

158

н не подчиняется той закономерности, которая свя-

зывает все другие элементы. И вот тут-то вступает

в действие еще одно весьма важное обстоятельство.

Дело в том, что молекулярный вес группы СН2, как

и атомный вес того, что называется азотом, равен 14

(атомный вес углерода 12 + атомные веса двух ато-

мов водорода 1+1, в сумме = 14). Совпадение атомно-

го веса азота и молекулярного веса группы СН2 мож-

но, конечно, снова принять за случайность. Но не

слишком ли много таких случайностей? Если каждая

случайность так или иначе отражает какую-то зако-

номерность, то совпадающие и повторяющиеся слу-

чайности выражают уже саму закономерность. Рас-

смотренные здесь «аномалии» воды и азота, взятые

сами по себе, мало что говорят и остаются непонят-

ными и рационально необъяснимыми отклонениями.

Взятые же в своей системной совокупности, а также

в связи с общей идеей их непременной взаимозави-

симости, они отражают уже вполне определенную за-

кономерность, которая служит подтверждением вы-

двинутых предположений о природе воды и азота.

Главное же, на что хотелось бы обратить внимание,

что все рассмотренные выше «аномалии» исчезают

как по мановению волшебной палочки при допуще-

нии, что вода есть органическое соединение, включа-

ющее группу СН2. Азот, в свою очередь, есть не что

иное как сама эта группа. В этом случае все разом

становится на свои места без всяких натяжек и до-

полнительных искусственных построений. Находят

свое естественное и закономерное объяснение такие

«аномалии», как температура кипения воды, ско-

рость ее проникновения в живые клетки, образова-

ние азотной кислоты и аммиака при электролизе во-

ды, атомный вес азота, его поведение при облучении

альфа-частицами, образование аммиака из органиче-

ских соединений и воды и т.д.

159

В результате проведенного исследования так на-

зываемых аномалий воды и азота, анализа их чудес-

ных и не столь чудесных метаморфоз, равно как и ко-

роткого путешествия в историю возникновения

представлений об их химическом составе и строении,

нельзя не прийти к естественному выводу, что быту-

ющие представления о воде и азоте не соответствуют

их подлинному облику и содержанию. На этом осно-

вании я считаю, что выдвинутая мной гипотеза о том,

что вода и азот являются веществами органическими

и что их химический состав определяется, соответст-

венно, формулами СН20 и СН2, в гораздо большей

мере отвечает действительности, нежели существую-

щие взгляды на них.

Из этих двух формул следует не только то, что во-

да и азот вещества органические, но - и это самое

главное, - что химический состав воды и химический

состав воздуха тождественны: тот и другой состоят

из углеводородной группы СН2 и кислорода,

но только в разных структурных модификациях.

Но тем самым прежде оборванные нити единства

жизни, единства всех трех сфер - гидросферы, атмо-

сферы и биосферы - связываются прочными и нераз-

рывными нитями в систему взаимозависимости яв-

лений органического мира, опирающуюся, как на

фундамент, на общее для- всех трех сфер вещество -

СН2, как бы его при этом ни назвать.

В самом деле, если верна гипотеза, что вода есть

органическое вещество, что состав воздуха и воды

идентичен (как тут не вспомнить еще раз Аристоте-

ля и других древних мудрецов!), если то и другое -

лишь модификации одного и того же вещества, тог-

да можно считать решенной задачу как об устойчи-

вом и постоянном источнике пополнения атмосфе-

ры, так и об углеродном питании растений, а зна-

16Q

чит - и о жизни на земле вообще. В этом случае, три

означенных сферы - уже не конгломерат случайных

и малосвязанных друг с другом образований,

но в полном смысле единая органическая система

в неразделимой взаимосвязи и взаимозависимости

всех ее компонентов.

Под конец данного раздела еще одно маленькое

замечание. Могут заметить, что если автор прав

в своих предположениях, то это, видимо, можно лег-

ко доказать в любой лаборатории практически, т.е.

опытным путем. Чего, казалось бы, проще! Однако,

если бы это было и на самом деле так просто, то не

нужно было бы так подробно описывать здесь те

многочисленные блуждания, которыми шла челове-

ческая мысль, чтобы в конечном итоге окончатель-

но запутаться. И это не только в рассматриваемом

здесь вопросе, а повсюду. Я уже молчу о той облас-

ти, которой занимаюсь профессионально - полити-

ке и философии. Да, разумеется, я как автор, думал

о возможности того самого experimentum crucis,

то есть решающего эксперимента, с помощью кото-

рого можно было бы раз навсегда поставить все точ-

ки над i. Но такого эксперимента не может быть

в принципе. О любом опыте всегда можно сказать,

что в нем не соблюдены все условия, что он «гря-

зен», что не учтено влияние разных побочных фак-

торов и т.д. и т.п. Вот почему представляется, что

только путем логико-теоретического сопоставления

многочисленных обстоятельств, различных факто-

ров и данных, равно как их философско-теоретиче-

ского осмысления можно прийти к каким-то адек-

ватным выводам. Однако и в этом случае нет ника-

ких гарантий тому, что в каком-то звене не допуще-

на ошибка. Но ведь если бояться ошибиться, то не

следует браться за науку вообще, где, выражаясь

словами поэта, на грамм добычи - тысячи тонн сло-

весной руды.

161

О МЕХАНИЗМЕ КРУГООБОРОТА

«ВОДА - ВОЗДУХ»


В связи со сказанным возникает потребность по-

смотреть свежим взглядом на один важный вопрос,

а именно: каким образом происходит преобразование

гидросферы в атмосферу, или - превращение воды

в воздух и наоборот. Думается, что этот процесс ни-

чем в принципе не отличается от парообразования.

Он также полностью основан на энергетических пре-

вращениях, или, иными словами, подчинен действию

первого и второго начал термодинамики. Солнечная

энергия есть тот источник свободной энергии, кото-

рый преобразует воду в газообразное состояние,

или в воздух, путем ее испарения. Процесс испаре-

ния, или превращения воды в газообразное состоя-

ние, есть процесс эндотермический, идущий при по-

глощении водой энергии извне. В природе источни-

ком этой энергии является Солнце. В результате

притока солнечной энергии, структура молекулы

жидкой воды преобразуется в структуру молекулы

воды-газа и затем - воздуха. Наоборот, отток энер-

гии превращает структуру молекулы жидкой воды

в структуру твердой воды - в лед. Таким образом,

энергетические изменения в структурном состоянии

одного и того же вещества - воды, дают в итоге три

различные модификации одного и того же вещества

СН20 - жидкость, газ (в виде пара и воздуха) и лед.

При одинаковом химическом составе они имеют раз-

ные физические свойства.

Атмосфера в своем постоянном объеме представ-

ляет как бы среду, насыщенную паром-воздухом, ис-

паряющимся с поверхности водоемов, главным обра-

зом - океанов и морей. Испарение воды происходит

постоянно, и его интенсивность зависит от солнеч-

ной радиации, подводящей к поверхности воды из-

быток энергии, являющейся движущей силой пре-

162

вращения воды в пари в воздух. Вследствие этого

постоянно идущего процесса, время от времени про-

исходит то, что можно назвать перенасыщенностью

атмосферы. При определенных условиях среды из-

бытки испаряющейся воды конденсируют и возвра-

щаются на землю в виде осадков. Этот процесс носит

уже экзотермический характер: конденсируясь, воз-

дух (или пар) высвобохщает полученную им ранее

энергию и одновременно благодаря этому преобразу-

ется в иное агрегатное состояние, то есть в воду или

в лед (снег).

Проиллюстрировать (но не доказать!) данный

процесс можно на следующей простой модели. Возь-

мем пробирку, доверху наполненную водой, наденем

на нее легко растягивающийся баллон так, чтобы

внутри не осталось воздуха (лучше сделать это под

водой) и хорошо закрепим баллон на пробирке. Нач-

нем затем нагревать пробирку на огне до кипения во-

ды. При этом будет наблюдаться следующая картина:

пары кипящей воды наполнят баллон и расширят его

до определенных пределов, соответствующих внеш-

нему атмосферному давлению и упругости баллона.

Данная система будет находиться в состоянии неко-

торой стабильности, пока источник внешней энергии

(огонь) будет продолжать работу по парообразова-

нию. В баллоне будет создан определенный объем

насыщенного газа-воздуха; весь же излишек образу-

ющегося пара, который не в' состоянии уже преодо-

леть внешнее атмосферное давление и сопротивле-

ние оболочки баллона к дальнейшему расширению,

будет конденсировать с внутренних стенок баллона

вновь в пробирку, и так без конца, пока будут сохра-

няться заданные условия. Эта модель в принципе

адекватно отражает, на мой взгляд, реальную систе-

му вода-воздух-солнечная энергия, только в другом,

естественно, температурном режиме и в иных мас-

штабах. Солнце нагревает воду, вода испаряется, пре-

163

вращаясь в газ-воздух, и заполняет им пространство

атмосферы до тех пределов, которые определяются

силой земного притяжения, а также силой сцепления

молекул воздуха, все более растягивающегося вверх,

подобно пружине, по мере ослабления земного при-

тяжения. В результате, создается насыщенная та-

зом-воздухом среда. Избыточное же количество ис-

паряющейся воды, как уже было сказано, конденси-

рует вновь в воду и в форме соответствующих осад-

ков возвращается на землю. И так постоянно за вы-

четом тех безвозвратных потерь воды и воздуха, о ко-

торых говорилось выше. Отсюда очевидно, что миро-

вой океан есть главный источник воздушной атмо-

сферы. Исчезни он, и никакого воздуха на Земле уже

не будет, как нет его, скажем, на Марсе или Луне. От-

сюда так же понятно, что по мере высыхания мирово-

го океана - а процесс этот неумолимо идет, - будет

пропорционально уменьшаться и объем атмосферы,

пока в каком-то отдаленном будущем не наступит ес-

тественный конец тому и другому, а следовательно,

и жизни.

Несколько слов о таком свойстве воздуха как уп-

ругость. Когда говорят об упругости воздуха,

то обычно имеется в виду его хорошо известная спо-

собность сжиматься подобно пружине - отсюда его

использование в различных пневматических приспо-

соблениях и механизмах. Но вследствие ошибочных

представлений о его составе и структуре, упускается

из виду другая его способность, которая неотрывна

от способности сжиматься, а именно: способность

растягиваться подобно пружине. Когда, скажем, воз-

дух выкачивается из какого-либо замкнутого прост-

ранства, то вопреки существующему мнению, проис-

ходит не образование пустоты, или вакуума, а проис-

ходит процесс, обратный сжатию воздуха, то есть

растягивание его молекулярных связей. Затрачивае-

мая при этом внешняя энергия превращается в кине-

164

тическую энергию растянутых, подобно пружине,

молекулярных связей воздуха, стремящихся занять

прежнее положение. Энергия этих растянутых свя-

зей может достигать колоссальной силы, по крайней

мере, не меньшей, чем при его сжатии. Каждый, ви-

димо, помнит из школьных учебников знаменитые

опыты Герике с соединенными полушариями, из ко-

торых выкачан воздух. Сила растянутых молекуляр-

ных связей, стремящихся восстановить свое первона-

чальное положение, была настолько велика, что две

упряжки лошадей не могли растащить полушария.

Подобного рода опыты дали ученым прошлого осно-

вание для вывода о том, что природа не любит пусто-

ты. Думается, что оно не имеет никакой научной цен-

ности, ибо понятие «пустота» само есть пустое,

и ровным счетом ни о чем не говорит. Не может

в данном случае спасти положение и объяснение рас-

сматриваемого явления силой внешнего атмосфер-

ного давления. Давление атмосферы, как и давление

воды, на размещенные в них тела действуют во всех

направлениях равномерно, а посему эти тела факти-

чески не испытывают и не ощущают его. Если бы это

было не так, то атмосфера придавила бы своей тяже-

стью все тела к земле, не дав им возможности дви-

гаться. Однако ни камень, лежащий на дороге,

ни крыша дома, ни животное, ни легкая пушинка,

ни летящий в небе воздушный шарик не чувствуют

на себе никакого давления воздуха. И если тот же

шарик, долетев до определенных высот, разрывается,

то вовсе не от внешнего давления, а от давления рас-

тягивающихся молекулярных связей воздуха внутри

него в соответствии с их растяжением в атмосфере на

больших высотах.

В опытах с полушариями Герике, и вообще с раз-

реженным воздухом, как, скажем, в не менее извест-

ных опытах Торичелли, действуют не сила давления

внешней атмосферы на «пустоту», а энергия растя-

165

нутых как пружина молекулярных связей воздуха.

Особенно наглядно это можно видеть во всех ртут-

ных барометрах. Пространство между ртутью

и верхним концом стеклянного сосуда содержит во-

все не пустоту («торичеллеву»), а «пружинку» рас-

тянутых молекулярных связей воздуха. Именно по

этой причине ртуть так легко реагирует на малей-

шие колебания внешнего атмосферного давления.

Именно поэтому ртуть вообще держится в сосуде

в соответствующем положении - ее держит там

в определенном равновесии сила молекулярного

сцепления растянутого, как пружина, воздуха рас-

положенного в пространстве меэКду ртутью и стен-

ками сосуда.

И последнее. Как из факта постоянства состава

воздуха, так и предположения о том, что воздух есть

иное агрегатное состояние воды, следует важный вы-

вод, вполне согласующийся с этими двумя обстоя-

тельствами, а именно: атмосфера представляет собой

не простую физическую смесь двух газов: кислорода

и азота (или группы СН2). Кислород и азот находят-

ся в воздухе в определенной устойчивой (по крайней

мере, в физическом отношении) связи, определяемой

молекулярным притяжением этих двух частей.

Не возьмусь судить здесь о природе этих связей,

но убежден в их существовании, прежде всего, на ос-

новании предположения, что воздух есть лишь одна

из модификаций воды. Если бы воздух состоял из

простой смеси газов, он не обладал бы способностью

ни сжиматься, ни растягиваться подобно пружине.

Эга «пружина» есть свойство молекулярных связей

вещества под названием «воздух», формула которого

СНZО.

И еще одна маленькая деталь. Думаю, многие об-

ращали внимание на то, какие красивые узоры обра-

зует зимой на стеклах окон конденсирующая на них

влага. Она всегда образует причудливые раститель-

166

ные орнаменты, похожие на папоротники и т.п. Пред-

ставляется, что это не случайно: кристаллы водяных

паров как бы наглядно демонстрируют нам свою ор-

ганическую природу. То же самое мы видим в формах

снежинок.


ЕДИНСТВО ЖИЗНИ В© ВСЕХ ЕЕ ФОРМАХ


Если выдвинутая здесь гипотеза о составе воды

и воздуха верна, то в этом случае встает задача опре-

деления системы научных понятий, которая адекват-

но и однозначно отражала бы реальную действитель-

ность в соответствии с принятой гипотезой.

С позиций предложенной гипотезы, всемирный

океан, включающий все водные резервуары и источ-

ники на земле есть та единственная кладовая, кото-

рая постоянно снабжает атмосферу в неизменном от-

ношении и объеме двумя ее составными частями -

азотом (или что то же самое - углеводородной груп-

пой СН2) и кислородом. Водный океан, таким обра-

зом, дает жизнь океану воздушному. Вода есть един-

ственный источник существования атмосферы и его

необходимое условие. Именно этим важнейшим об-

стоятельством, по моему мнению, определяется то

удивительное постоянство состава атмосферы в лю-

бой точке земного шара, независимо от климатичес-

ких условий, времени года, богатства или бедности

растительного мира и прочих эмпирических причин.

Но тот же океан питает и третью рассматриваемую

сферу - биосферу. Только благодаря тому обсгоя-

тельсгву, что вода является веществом органичес-

ким, что она есть источник атмосферы, возможна

жизнь на Земле вообще, возможно существование

органического мира прошлого, настоящего и будуще-

го. В этой связи на память приходят слова философа

Фалеса из «Фауста» Гёте:

167

Прекрасная истина в сер дцепроншсла:

Живое из влаги возникло.

Вней жизни таятся источники вечно...

Твориэкокеан, о, творибесконечно!

Когда бне давал ты клубящихся туч,

Когда бне дарил за ключом ты нам ключ,

Когда бы теченье ты рек не направил,

Обил ьньсм Нот оком ихвод не доставил, -

Что были бы горы и долы, - весь свет ?

Ты жизнь им даешь: без тебя ее нет!


В этих словах - вся удивительная, сложная и про-

стая одновременно, премудрость жизни. Для нас она

приобретает особый смысл в свете сделанных здесь

предположений. По моему глубокому убеэКдению,

жизнь в целом, жизнь как природный феномен, не мо-

жет зависеть от случайных и непостоянных величин

и обстоятельств. В ее основе должны лежать устойчи-

вые и неизменные элементы и условия. На Земле та-

ким элементом является вода, дающая воздух, пред-

ставляющая ту субстанцию, без которой немыслима

жизнь, которая создает, творит жизнь, создает и тво-

рит ее не только как среда, но и как вещество, из кото-

рого строятся в конечном счете все элементы живого

организма, начиная от простейшей клетки и кончая

высокоорганизованными существами.

Но коли это так, то тем самым окончательно реша-

ется вопрос о6 углеродном питании растений. Угле-

род поступает в растения в виде уже готового органи-

ческого соединения, каковым является вода.

При участии различных минеральных солей она син-

тезируется в корневой системе растений в сложные

органические соединения и затем вместе с пасокой

поступает во все их части. То же относится, в общем,

и к азоту, или группе СН2, имеющей также своим

главным источником воду.

168

Теперь рассмотрим представленную гипотезу

сквозь призму некоторых теоретических принципов,

которые издавна служили мерилом адекватности тех

или иных идей. В науке существует так называемый

принцип простоты. Теория или гипотеза, при всех

прочих равных условиях, считается тем достовернее,

чем меньшее количество независимых допущений

она использует для объяснения одного и того же кру-

га явлений по сравнению с другими теориями. Если

применить этот принцип к предлагаемой гипотезе,

то она вполне ему соответствует, ибо прибегает толь-

ко к одному независимому постулату - химическому

составу воды, который связывает все рассматривае-

мые элементы в единую органическую систему,

из которого выводится все остальное. При существу-

ющих же ныне взглядах, каждый элемент системы,

напротив, требует отдельного и особого объяснения

его существования и функционирования вне органи-

ческой связи с другими: вода - это Н20; воздух -

смесь азота и кислорода; углеродное питание расте-

ний происходит за счет атмосферной углекислоты;

источником кислорода воздуха является фотосинтез

растений; источником азота воздуха - микроорганиз-

мы. В общем, все вкривь и вкось, и никакой связи.

Рассмотрим предлагаемую гипотезу и с другой

стороны. Если теория адекватно отражает действи-

тельность, она должна однозначно, не прибегая к до-

полнительным искусственным допущениям и пост-

роениям, решить три вопроса, касающиеся предмета

исследования - его прошлое, настоящее и будущее

в их тесной взаимосвязи и взаимозависимости.

Если взглянуть на существующие представления

о происхождении жизни на земле, то совершенно

очевидно, что они совершенно не отвечают данному

требованию. Ныне считается уже общим местом

идея, что жизнь зародилась в воде. Но ни одна теория

не показывает с достаточной ясностью, какую роль

169

при этом играла сама вода. В лучшем случае, ей отво-

дится роль некоего «бульона», в котором «варились»

попавшие в нее невесгь откуда готовые полуфабри-

каты жизни в виде белков и проч. Представляется,

что такой подход ошибочен в принципе, ошибочен

как в содержательном, так и методологическом

смыслах. Вряд ли вопрос о происхоэКдении жизни

может быть решен вне самой прямой и непосредст-

венной связи с ее первейшей и субстанциональной

основой - водой. Никакие допущения о зарохСдении

основных субстратов жизни вне воды проблемы ре-

шить не могут. Вода - не просто среда, в которой за-

родилась жизнь, - она ее единственный источник

и основа. Более того: вода -это сама жизнь, притом

не в переносном, метафорическом смысле, а в самом

прямом, буквальном.

другая не менее важная методологическая ошиб-

ка, допускаемая при рассмотрении происхождения

жизни и логически связанная с существующим пред-

ставлением о составе воды, - это несистемный взгляд

на связь гидросферы, атмосферы и биосферы. То, что

эти три сферы составляют единую органическую сис-

тему, доказывать не надо - факт этот подтверждается

всей жизнью нашей планеты в ее общих и частных

проявлениях. Если такое единство признается,

то в основе его должно лежать, прежде всего, матери-

альное единство системы, или, иными словами, един-

ство ее химического и физического состава. Гидро-

сфера, атмосфера и биосфера могли возникнуть и су-

ществовать только одковремекко, без какого-либо

временного разрыва, ибо они связаны друг с другом

прочными причинно-следственными и сущностными

отношениями. Гидросфера и атмосфера взаимообус-

ловливают друг друга прямо и непосредственно, и обе

вместе служат основой третьей сферы - биосферы.

В рамках выдвинутых предположений, воздух

и вода суть два различных агрегатных состояния од-

170

ноro и того же вещества, которое условно можно на-

звать углеводородной кислотой СН20, - она же вода.

При этом гидросфера есть источник атмосферы; ат-

мосфера, в свою очередь, есть непременное условие

существования гидросферы, поскольку природный

круговорот последней не мог бы происходить без су-

ществующей атмосферы.

В основе же нынешних представлений о проис-

хождении жизни на Земле отсутствует эта прямая

связь между двумя сферами: вода существует сама по

себе, воздух сам по себе; никакой органической связи

между ними нет, происхождение их рассматривается

совершенно обособленно и никак не связано друг

с другом. Согласно этим взглядам, вода возникла го-

раздо раньше, чем возникла атмосфера. Атмосфера

же, по предположениям, возникла биогенным путем,

то есть благодаря фотосинтезу растений лишь после

возникновения жизни на земле. В этом именно пунк-

те данные представления неизбежно попадают в по-

рочный круг, из которого не могут выбраться и по

сию пору. И самое удивительное здесь то, что с этой

несуразицей все спокойно мирятся. В самом деле,

фотосинтез, в результате которого якобы образовал-

ся кислород атмосферы, есть, согласно теории, функ-

ция только высокоорганизованных растений. Но тог-

да не может не возникнуть вопрос: каким образом са-

ми эти растения могли эволюционировать до такого

высокого уровня развития при отсутствии совершен-

но необходимого для их же существования кислоро-

да? Уже неоднократно подчеркивалось, что непре-

ложным признаком жизнедеятельности всех без ис-

ключения живых организмов является процесс дыха-

ния. Процесс же дыхания невозможен без кислорода.

Но если исходить из существующих ныне теорий, ут-

верхщающих, что весь молекулярный кислород атмо-

сферы образовался путем фотосинтеза растений,

то никакой связной картины не получается. В самом

171

деле: ведь растения, чтобы, согласно теории фото-

синтеза, выделять достаточное количество кислоро-

да, сами должны быть на достаточно высокой ступе-

ни развития. Но коли это так, то совершенно непо-

нятно, как они могли существовать тысячи и десятки

тысяч лет без кислорода до той поры, пока стали спо-

собны выделять его сами? Ответа на этот вопрос не

существует, да и не может существовать, если исхо-

дить из бытующих взглядов. Нынешние теории про-

исхождения жизни из той породы, где неизбежен во-

прос: что возникло раньше: яйцо или курица?

Проблема, однако, не ограничивается одними рас-

тениями. Если следовать существующим представле-

ниям, то животный мир произошел на более поздней

ступени развития, когда растения смогли уже доста-

точно насытить атмосферу кислородом. Но такая

точка зрения стоит в вопиющем противоречии не

только с монистическим взглядом на жизнь,

но и просто со здравым смыслом. В этом случае при-

шлось бы признать не только принципиальную раз-

ницу между растениями и животными, но встать во-

обще на абсурдную точку зрения, что растения могли

развиваться без животного мира отдельно. Еще ни-

кому не удалось показать существование какой-либо

принципиальной разницы между теми и другими.

Граница между растениями и животными настолько

условна и искусственна, что настаивать на ней, зна-

чит выступать против очевидного, значит быть сто-

ронником дуализма в его самой вульгарной и прими-

тивной форме.

Даже если абстрагироваться от периода первона-

чального зарождения жизни, когда вряд ли сущест-

вовало какое-либо различие между тем, что мы назы-

ваем животными и растениями, то и сегодняшний

живой мир дает сотни примеров, когда о тех или

иных видах нельзя с определенностью сказать, при-

надлежат ли они к растениям или животным (соглас-

172

но опять-таки классификации ученых, а не самой

природы, у которой они все ее живые дети). Я уже не

говорю о том, что большинство растений вообще не

могло бы размножаться без животных. Вот почему,

в частности, есть все основания отвергнуть идею об

опережающем развитии растительного мира по срав-

нения с миром животных как не только совершенно

ненаучную, но и лишенную всякого здравого смысла.

С точки зрения биологии, такое различие искусст-

венно и неправомерно. Развитие могло идти только

в едином русле эволюции всего живого мира. Если

и различать между растительными животным миром

(признавая притом такое различие вполне услов-

ным), то и тогда совершенно очевидно, что расти-

тельный мир в такой же мере не мог развиваться в от-

сутствии мира животного, в какой тот не мог сущест-

вовать без растительного. Каждый из них по отноше-

нию друг к другу представляет абсолютно необходи-

мую среду существования. В свою очередь, развитие

всего живого мира в его единстве могло происходить

в силу единства той внешней среды, в которой они

развивались.

Если бы это было не так, если бы гидросфера и ат-

мосфера принципиально отличались одна от другой

по своему химическому составу, как это следует из

существующих воззрений, то как можно было бы

объяснить то обстоятельство, что животный и расти-

тельный мир, обитающий как в водной, так и в воз-

душной средах, един в своих основных жизненных

процессах? Ведь и в самом деле поразительным фак-

том является то, что несмотря на различия водной

и воздушной сред, несмотря на различия в строении

органов дыхания водных и наземных животных, воз-

душное дыхание в принципе остается водным и со-

храняет все его основные черты.

Нынешние представления о составе воды и возду-

ха не дают адекватного объяснения такого рода фак-

173

там. Но уже можно было бы, нисколько не греша про-

тив истины, наперед утверждать, что единство жиз-

ненных процессов водных и земных животных и рас-

тений объясняется только родством двух сфер - гид-

росферы и атмосферы. Этим можно, без всяких натя-

жек, объяснить и эволюцию животного и раститель-

ного мира, и факт постепенного приспособления вод-

ных животных к условиям существования в воздуш-

ной среде. Только этим можно объяснить существо-

вание в животном мире многих видов земноводных,

чувствующих себя одинаково комфортно как в од-

ной, так и в другой среде. Все эти факты дают осно-

вание для утверждения, что предпосылка единства

животного и растительного мира, предпосылка един-

ства жизненных процессов животных и растений,

обитающих как в воде, так и на суше, лежит не в аб-

страктной декларации единства, а в конкретном

единстве тех двух сред (водной и воздушной), в кото-

рых они обитают.

Прежде чем быт ь единьсм в от правлении основных

жизненных процессов, живоймир должен быть един

в своемпроисхождекии иразвитии. Он не может быть

единым в своем происхоэКдении и развитии без един-

ства той среды, или сред, в которых эти процессы

происходят, то есть без общности состава гидросфе-

ры и атмосферы. Эта же общность определяется не

одним только химическим составом, но и тем, что обе

сферы представляют как бы две модификации, два

видоизменения, два агрегатных состояния одной

и той же субстанции.


ПРОБЛЕМА САМОЗАРОЖДЕНИЯ ЖИЗНИ


Вопрос о единстве жизни тесно связан с другой

важной проблемой - так называемым самозароэКде-

нием жизни. Возникла ли жизнь в каких-то особых

174

условиях однахщы, а затем уже эволюционировала

до нынешних форм, или же возникновение жизни, ее

самозарождение есть процесс постоянный, происхо-

дящий и поныне в обычных нормальных земных ус-

ловиях?

Хотя споры по этому вопросу давно уже смолкли,

но в недалеком прошлом они носили весьма ожесто-

ченный характер, особенно в XIX веке в борьбе меж-

ду так называемыми виталистами и антивиталиста-

ми. В итоге этой борьбы виталисты, или сторонники

самозарождения, потерпели поражение. Помимо со-

вершенно ошибочных представлений о составе воды

и ее прямом родстве с атмосферой, немалую роль

в том сыграли опыты Пастера и его последователей,

после которых восторжествовало мнение, что самоза-

рождение жизни невозможно, и все живое происхо-

дит только от живого. К сожалению, в данном случае

вместе с водой был «выплеснут и ребенок». Усилия

антивиталисгов в конечном итоге сконцентрирова-

лись не на конструктивном рассмотрении проблемы

как таковой, а на том, чтобы любыми способами нане-

сти поражение своим идейным противникам. Все

опыты, проводившиеся ими, уже заранее строились

в предположении абсурдности самой мысли о воз-

можности самозарождения жизни. Как и в случае

с водой, усилия многих ученых того времени были

направлены на подтверждение уже существующего

мнения, но не на всестороннее и плодотворное иссле-

дование проблемы. Но эта, надо полагать, было и не-

возможно по причине господствовавших взглядов на

базовые вещи. Представления о воде как веществе не-

органическом не давали сколько-нибудь прочных ос-

нований для решения проблемы. Все опыты, которые

давали положительные результаты, дезавуировались

на том основании, что они якобы не были достаточно

чисты и что при их проведении отсутствовали надеж-

ные гарантии от проникновения бактерий воздуха

175

(этот случай, кстати, дает нам еще один аргумент про-

тив возможности experimentum crucis).

Что касается опытов с дистиллированной и про-

кипяченой водой, содержащейся притом в гермети-

чески закрытых сосудах, то они и не могли дать поло-

жительных результатов, ибо сама вода ничего не со-

здает из самой себя, без каких-то дополнительных

веществ или иных соединений. Ведь очевидно, что

только в присутствии минеральных солей, при опре-

деленной температуре, при наличии свободного до-

ступа кислорода атмосферы в ней могут происходить

окислительно-восстановительные процессы, являю-

щиеся важнейшим признаком всякого проявления

жизни. Хорошо известно, что способность растений,

а также простых живых организмов к ассимиляции

необходимых им солей из растворов зависит от их

соотношения: они не могут жить в растворе лишь од-

ной соли. В таком однородном растворе они ассими-

лируют и перерабатывают соль только очень корот-

кое время. Положение существенным образом меня-

ется, когда в растворе имеется еще какая-нибудь

соль. В этом случае каждая из них выступает по от-

ношению к другой как бы в роли катализатора. бг-

сюда уже ясно, что для нормального течения процес-

са жизнедеятельности нужно сочетание ряда ве-

ществ. Но то же самое необходимо и для первона-

чального зарождения жизни.

В мои молодые годы господствующий взгляд на

эту проблему был связан с теорией академика Опа-

рина. Я уже не помню ее деталей, нов целом она опи-

ралась на признание каких-то чрезвычайно сложных

и исключительных условий и процессов, при кото-

рых якобы могла зародиться впервые жизнь на Зем-

ле. Уже по одной этой. причине она была антивита-

листской, т.е. не признавала самозарождения жизни.

В то же время она была совершенно ошибочна, по-

скольку признавала необходимость каких-то особых,

176

отличающихся от нормальных, условий для зарожде-

ния жизни.

Со своей стороны и в рамках выдвинутой гипоте-

зы, я убежден в противоположном, а именно, что

процессы самозарождения жизни происходят посто-

янно, и не только в прошлом, но и сейчас. Они не ос-

танавливаются ни на мгновение, поскольку эти про-

цессы составляют естественную и совершенно необ-

ходимую основу и базу для поддержания уже суще-

ствующей жизни, без которой она просто бы прекра-

тилась. В этом утверждении я исхожу из следующих

положений: во-первых, из выдвинутого здесь пред-

положения о том, что материальной основой зарож-

дения жизни является вода как вещество органичес-

кое. Без признания этого факта все рассуждения о са-

мозарождении жизни моryт носить исключительно

спекулятивный характер. Во-вторых, из того общеиз-

вестноro факта, что жизнь возможна только в очень

узких температурных пределах, колеблющихся при-

мерно в границах от +5 С как нижнего предела,

до +50° С, как предела верхнего. Белок - эта основа

жизни, свертывается уже при 50° выше нуля. Точка

кипения воды является гибельной для всех живых

существ, так как при этой, и даже более низких тем-

пературах воды, не может уже происходить никакого

обмена веществ - вода начинает превращаться в пар.

Отсюда естественный вывод, что и сама гидросфера

могла возникнуть и существовать именно как тако-

вая также в достаточно узких температурных преде-

лах, не отличающихся от существующих ныне.

Но тем самым не могли отличаться от ныне сущест-

вующих и условия появления первых живых орга-

низмов. Они не могли отличаться, потому что, как

представляется, совершенным абсурдом было бы

рассматривать условия зарождения жизни иными,

нежели условия ее существования и функционирова-

ния. Зародившаяся в какой-то момент жизнь должна

177

была продолжать жить, но делать это она могла толь-

ко в тех же условиях, в которых зародилась, т.е. усло-

виях, нормальных для жизни.

Это, казалось бы, совершенно естественное пред-

положение не кажется, однако, многим естествен-

ным. И по сию пору условия зарождения жизни от-

рываются от условий ее существования. Такой отрыв

имеет, конечно, свои гносеологические и методоло-

гические корни. В самом деле, если каждый компо-

нент системы жизни на земле (гидросферу, атмосфе-

ру, животный мир, растительный мир) рассматри-

вать отдельно, вне его органической взаимозависи-

мости и взаимообусловленности с остальными, как

это имеет место в современной науке, то для соедине-

ния всех разрозненных представлений неизбежно

приходится разрывать во времени и пространстве ус-

ловия образования этих компонентов от условий их

существования.

Здесь, однако, есть и другая сторона вопроса.

Жизнь, взятая в единстве своего прошлого, настояще-

го и будущего, видится как беспрерывная и неразрыв-

ная цепь от самых низших одноклеточных организмов

до высших высокоорганизованных растений и живот-

ных со многими промежуточными звеньями между

этими двумя крайними полюсами. Если эволюцион-

ная теория имеет какой-то смысл, то нельзя тогда не

признать, что каждое последующее звено в этой цепи

жизни существует, как бы опираясь на предыдущие

звенья, образуя своего рода цепь их взаимозависимос-

ти по вертикали. Помимо того, существует взаимоза-

висимость и по горизонтали, то есть взаимозависи-

мость одних видов растений и животных от других,

существующих с ними в одно время и в одном прост-

ранстве. Хорошо известны бедственные последствия

естественного или искусственного удаления какого-

либо элемента из этой системы взаимозависимости.

Природа путем долгого развития сбалансировала

178

связь этих элементов между собой. Истребление,

к примеру, одного вида животных может привести

к непомерному разрастанию другого; уничтожение то-

" го или иного вида растения - к гибели целых отрядов

животных или растений, зависящих от первого и т.п.

Природе требуется обычно весьма длительное время,

чтобы вновь восстановить и сбалансировать наруше-

ния экологического равновесия.

Вся эта длинная цепь жизни как генетически, так

и функционально опирается в конечном итоге на са-

мое низшее свое звено. цдаление этого звена, его

уничтожение, вырождение, отсутствие его постоянно-

го и расширенного воспроизводства, привело бы, надо

думать, к цепной реакции, которая могла бы привести

к гибели всей цепи жизни вплоть до ее высших звень-

ев вследствие упомянутой тесной их взаимозависимо-

сти. Но само это низшее звено способно, как думается,

существовать как таковое только за счет постоянного,

ежечасного, ежесекундного самозарождения жизни,

постоянного превращения «неживого» в живое.

К слову сказать, сам прославившийся создатель

эволюционной теории Дарвин, противореча собст-

венному же учению, относился к идее самозарожде-

ния весьма скептически. Он в частности писал: «Ча-

сто говорят, что сейчас существуют все условия, ка-

кие только могли существовать для первого произве-

дения живого организма. Но если бы мы могли пред-

ставить себе, что в маленьком теплом водоеме, содер-

жащем всякие аммиаки и фосфористые соли, свет,

тепло, электричество и т.д., образуется химическим

путем смесь протеина, готовая для еще более слож-

ных изменений, то в настоящее время такое вещество

будет моментально истреблено или поглощено, чего

не произошло бы до того, как образовались живые

существа»1.


Цит. по Туреев ТТf. Дарвинизм и его знацение. М., с. 289.

179

Данное суждение я бы отнес к разряду плоских, ес-

ли не сказать легкомысленных. Впрочем, все теорети-

ческие выкладки этого естествоиспытателя относятся

к тому же разряду плоских, и вполне в русле рассуж-

дений создателя эволюционной теории. Он был хоро-

шим естествоиспытателем-практиком, но совершен-

но никудышным теоретиком.

На его выводы можно возразить так: в том-то и со-

стоит великая жизненная «роль» постоянно самоза-

рождаюцхихся простейших организмов, чтобы быть ис-

требляемыми и поглощаемыми более высокоорганизо-

ванными звеньями для поддержания как их существо-

вания, так и существования всех последующих звень-

ев. Хотя сразу же замечу, что процесс самозарождения

происходит вовсе не ради того, чтобы обеспечить чье-

то существование - никакой телеологической цели

здесь нет и быть не может. Процесс самозарождения

идет 'просто вследствие того, что на земле существуют

для этого объективно благоприятные условия, как

и для существования жизни вообще, Да, эти образую-

щиеся первоэлементы жизни не могут развиться в бо-

лее высокую материю, но не потому что они истребля-

ются другими существами, а потому что они составля-

ют такой же самостоятельный и необходимый ряд су-

ществ, как и все остальные. Как и другие, они ни во что

не эволюционируют, а представляют собой самостоя-

тельный элемент всеобщего жизненного ряда. Однако

данный факт только лишний раз подчеркивает ту вы-

дающуюся роль, которую играет постоянный процесс

самозарождения жизни: благодаря ему способна суще-

ствовать вся остальная длинная цепь жизни. Исходя

из изложенного, я рассматриваю процесс постоянного

самозарождения жизни не только как реально сущест-

вующий, но и как основу, как фундамент, на котором

прочно держится все здание жизни на Земле.

Так, на мой взгляд, обстоит дело с прошлым и на-

стоящим системы трех сфер. Попробуем заглянуть

теперь в ее будущее.

НАДОЛГО Л И ХВАТИТ НА ЗЕМЛЕ ВОДЫ?


Будущее Земли- это, прежде всего, будущее воды.

Иными словами, будущее биосферы и атмосферы

полностью зависит от состояния и изменений в гид-

росфере. И здесь следует, видимо, иметь в виду сле-

дующие обстоятельства. С момента образования на

Земле гидросферы и по настоящее время идет мед-

ленный, но неумолимый процесс уменьшения коли-

чества воды на земном шаре. О6 этом свидетельству-

ют огромные пространства суши, некогда покрытые

водой, а ныне представляющие безводные пустыни;

об этом также говорит идущий на наших глазах про-

цесс исчезновения малых рек, обмеления многих

крупных рек и пересыхание водоемов. Проблема

пресной воды стала сейчас крайне острой для многих

районов мира, включая и те, которые не относятся

к пустынным или засушливым. Она обостряется бук-

вально на наших глазах, чему в немалой степени спо-

собствует быстро набирающий темпы научно-техни-

ческий прогресс, сопровождающийся увеличением

потребления воды как на промышленные, так и бы-

тоны е нужды.

На земном шаре происходят, таким образом, по-

стоянные безвозвратные потери воды. Они обуслов-

ливаются следующими причинами. Вода идет, во-

первых, на непрерывное пополнение атмосферы (тут

я исхожу, естественно, из собственной гипотезы, что

источником атмосферы является гидросфера). Ог-

ромное количество атмосферного кислорода постоян-

но расходуется на многочисленные и все возрастаю-

щие реакции окисления, процессы горения и дыха-

ния, промышленные нужды и проч., при которых кис-

лород химически связывается и выбывает тем самым

из кругооборота вода-воздух-вода. Помимо того,

верхние слои атмосферы, подвергаясь непрерывно

бомбардировке космическими лучами, разрушаются,

181

что увеличивает безвозвратные потери. Во-вторых,

органическая жизнь, то есть жизнь растений и живот-

ных также постоянно связывает огромные количества

воды, превращая ее в различные органические соеди-

нения, которые таким путем навсегда исключают

большое количество воды из кругооборота. Живые

организмы растений и животных прошлого и настоя-

щего, клетчатка, из которой они состоят, белки, жиры,

сахара, ежегодно снимаемые урожаи различных куль-

тур, торф, нефть, уголь и т.п. - все это в конечном

итоге продукты преобразования воды, сами которые

уже никогда не превратятся в воду снова. Иными сло-

вами, весь органический мир прошлого и настоящего,

во всех его проявлениях есть не что иное, как химиче-

ски связанная и преобразованная вода.

Процесс уменьшения количества воды на земном

шаре идет, конечно, медленно, хотя ныне он стал не

только заметен, но и набирает скорость в связи с по-

стоянно возрастающими потребностями промыш-

ленности и совершенно безалаберным, бездумным

отношением к имеющимся запасам пресной воды со

стороны человека. Реки и водоемы загрязняются, ме-

леют, просто исчезают, осушаются болота, вырубают-

ся леса - эти хранители влаги.

Думаю, что при нынешних темпах расходования

воды через два-три столетия, а может быть, и раньше,

ее быстро растущий дефицит представит реальную

угрозу для продолжения жизни на земле. Возможно,

как уже говорилось выше, планеты, отстоящие от

Солнца дальше Земли - Марс, Юпитер, Сатурн - да-

ют нам в этом отношении картину будущего Земли.

Можно вполне допустить, что «каналы» на Марсе яв-

ляются, быть может, теми грозными напоминаниями

о прошлом планеты, когда ее водные ресурсы подхо-

дили к концу и обитатели планеты строили системы

каналов, чтобы как-то спасти быстро исчезающие за-

пасы воды.

182

При выдвинутой здесь гипотезе о составе воды

тривиальная истина, что вода есть основа жизни,

приобретает особое звучание. В этом случае она

представляет не только составную часть всех живых

организмов, не только ту внутреннюю среду, которая

обеспечивает их жизнедеятельность; она представля-

ет и среду внешнюю, то есть воздух, атмосферу, явля-

ющуюся иным ее агрегатным состоянием. Вода, как

теперь понятно, есть также и главный источник стро-

ительного материала для растений, источник углево-

дорода, из которого создается весь живой мир. Вот

почему всякие изменения с количеством или качест-

вом воды на Земле будут немедленно отражаться на

всей органической жизни планеты.

И еще один важный момент. Вода и воздух явля-

ются регуляторами температурного режима на Зем-

ле. Вместе они образуют своего рода защитный слой,

предохраняющий Землю как от перегрева, так и пе-

реохлаждения. В далекие времена, когда большая

часть ее поверхности была покрыта водами океанов,

на ней, скорее всего, действовал естественный парни-

ковый эффект, который заметно сглаживал разность

температур между экваториальной частью Земли

и ее полюсами. Совсем не случайно в северных райо-

нах водились мамонты. По мере же высыхания океа-

нов этот эффект все больше слабел, пока не исчез

совсем вместе с тем животным миром, который ему

сопутствовал. Начался обратный процесс, связанный

с уменьшением влажности атмосферы и, соответст-

венно - постепенным повышением температуры

в экваториальных и прилегающих к экватору регио-

нах планеты и, наоборот, ее прогрессивным пониже-

нием в направлении к полюсам. Многие ученые свя-

зывают некоторое потепление с развитием на Земле

так называемого парникового эффекта, обязанного

якобы увеличивающемуся содержанию в атмосфере

углекислоты. Это, конечно, чистая фантазия, не име-

183

ющая оснований в действительности. Парниковый

эффект возникает при высокой влажности и одно-

временно - высокой температуре и отсутствие

аэрации. На Земле и поныне есть отдельные места,

где действует этот «эффект» - главным образом

в тропических и субтропических регионах, но на

больших ее пространствах наблюдается все же воз-

растающая засушливость. Температура на Земле

и в самом деле имеет определенную тенденцию к из-

менению, но оно нисколько не связано с так называ-

емым парниковым эффектом. Как повышение, так

и понижение температуры в соответствующих регио-

нах обязано другим процессам, а именно: постепен-

ному истощению и ослаблению защитного слоя Зем-

ли, т.е. гидросферы, атмосферы и биосферы. Процесс

этот необратим, и он будет неумолимо продолжаться

и впредь со всеми вытекающими из него последстви-

ями. Частично в его развитии повинны колебания

в солнечной активности, но главные его причины ле-

жат здесь, на Земле. S свою очередь и сам человек

способствует его ускорению своей варварской, без-

думной деятельностью по уничтожению и загрязне-

нию вод, лесов, болот. Неоценимый вклад вносит

в него, как отмечалось, научно-технический про-

гресс, который, С одной стороны, быстро выедает бо-

гатства Земли, а с другой - засоряет ее вредными для

нее и человека отходами. Транжиря и проедая эти бо-

гатства, человек с энтузиазмом, достойным лучшего

применения, рубит сук, на котором сидит.

В своих философских произведениях я выдвигал

предположение о том, что человек имеет внеземное

происхождение. Земля для него вроде мачехи, и его

разрушительная работа на ней как бы косвенно под-

тверждает это. Эгоизм его настолько велик, что он не

в состоянии остановиться, пока, видимо, не искоре-

нит всего, к чему прикасаются его руки, влекут при-

сущие ему жадность, приобретательсгво и страсть

184

к наживе. Он вырубает леса, уничтожает животный

мир, притом часто ради забавы; опусгошает кладо-

вые земли, вычерпывая оттуда все, что только мож-

но. Если все будет продолжаться в том же темпе, не-

далеко то время, когда Земля станет похожа на Марс

или луну. Судя по всему, единственно на этом на-

правлении человек действует в унисон с природой,

ускоряя процесс превращения Земли в безжизнен-

ную пустыню.

ж**


Итак, наш путь подошел к финалу, и он оказался

длиннее, нежели предполагалось в начале. Как часто

случается, сложность подлежащей рассмотрению

проблемы обнаруживается в ее истинном и полном

масштабе лишь тогда, когда сделаны первые шаги.

Вот почему желание ограничить исследование лишь

самыми общими и принципиально важными пробле-

мами не могло осуществиться в полную меру.

Нынешние представления о гидросфере, атмо-

сфере и биосфере создавались в течение многих сто-

летий. Они менялись по мере накопления человече-

ством новых знаний, по мере создания новых более

совершенных и эффективных методов исследова-

ния. Эта единая эволюционная линия проходит че-

рез всю историю развития науки. Она служит хоро-

шей иллюстрацией присущей всем без исключения

наукам тенденции развития: от самого общего пред-

ставления о мире к частному, и вновь от частного

к общему как синтезу многих определений. Пред-

ставляется, что необходимость такого синтеза назре-

ла уже давно, и предлагаемое исследование - один

из его вариантов.

Разумеется, выдвинутую здесь гипотезу не все вос-

примут с пониманием и доверием. И это естествен-

но - ведь люди с большим трудом расстаются с при-

185

вычными представлениями. Выше я упоминал, что

первый вариант данного исследования я опубликовал

более десяти лет назад: результат - нулевой. Но, как

говорится, пока гром не грянет, мужик не перекрес-

тится. А ведь гром этот уже начинает погромыхивать.

Правда, за суетой жизни многие этого не замечают.

Как бы то ни было, я не оставляю надехщу, что

благосклонный читатель отнесется с должным вни-

манием и пониманием к рассмотренным проблемам

и новому видению сущности трех сфер, единую осно-

ву которых составляет вода как органическое веще-

ство СН2о.

V. ИЗМЕНЕНИЕ КЛИМАТА НА ЗЕМЛЕ:

причины и возможные последствия

для мира

(альтернативным подход)'


Предварить данный раздел хотелось бы следующим за-

мечанием: глубинная сущность процессов, связанных с из-

менением климата на Земле, коренные причиньа, лежащие

в его основе, а также реальные перспективьаразвития этих

процессов лучше будут понятны тем, кто взял на себя

труд ознакомиться с предыдущим материалом, обьясняю-

щим истинную природу воды и ее органическую связь с зем-

ной атмосферой и биосферой.


Сегодня много говорится и пишется об изменении

климата на нашей планете, связанным прежде всего с

глобальным потеплением. Если верить прогнозам

ученых, то через десяток-другой лет вследствие гло-

бального потепления Землю постигнет ужасная ката-

строфа. В общем, страсти натнетаются в духе знаме-

нитых американских фильмов-катастроф.

Действительно, в последние десятилетия наблю-

даются определенные сдвиги в температурном режи-

ме Земли. Этот вывод основан на самых простых эм-

пирических наблюдениях. Однако из них делаются

совсем непростые теоретические выводы, касающие-

ся существования человечества во всех многочислен-

ных и разнообразных аспектах его жизнедеятельнос-

Вариант этой статьи опубликован в журнале «Мировая эко-

номика и международные отношения» («МЭиМО»), Т 4,2005.

187

ти. В этой связи прежде всего возникает вопрос: ка-

ковы глубинные причины данного явления; носят ли

они временный, конъюнктурный характер или же

они вызваны существенными изменениями в тех ес-

тественных процессах, которые регулируют темпера-

турный режим на Земле? Какова во всем этом роль

хозяйственно-экономической деятельности людей?

Думается, что сами вопросы указывают на значи-

мость данной проблемы для оценки возможных тен-

денций развития мировых политических и экономи-

ческих отношений в глобальном аспекте, притом на

большую длительность. В самом деле, всякие суще-

ственные изменения в окружающей человека при-

родной среде не могут не оказывать воздействия на

все стороны его деятельности, и не в последнюю, ес-

ли не в первую, очередь на деятельность экономиче-

скую и в целом на международные отношения. В дан-

ном случае речь идет не о каком-то частном явлении,

а о явлении глобальном, которое в случае своего раз-

вития в негативном для планеты направлении может

привести к таким последствиям, по сравнению с ко-

торыми все сегодняшние самые острые проблемы по-

кажутся детскими.

Итак, от верных ответов на эти вопросы во многом

зависят и те меры, которые может принять человек

для того, чтобы если и не остановить этот процесс,

то, по крайней мере, не способствовать его ускоре-

нию, а тем самым сокращению срока существования

жизни на Земле. Сразу же надо заметить, что совсем

остановить его невозможно, так как он имеет естест-

венную составляющую, которая совершенно не зави-

сит от деятельности человека. Но есть та его часть,

которая прямо зависит от нее, и вот здесь-то во влас-

ти человека принять меры, способные притормозить

эту опасную для жизни на Земле тенденцию. Но что-

бы знать, каковы они, нужно, как минимум, пони-

мать причины данного явления. Автор предлагает

188

здесь собственную их интерпретацию и оценку, кото-

рая решительным образом расходится с господству-

ющими на сей счет мнениями.

При самом общем взгляде на проблему делаются

вполне очевидными два обстоятельства, а именно:

изменение температурного режима планеты стоит в

прямой зависимости от двух условий: во-первых, от

солнечной радиации - этого единственного источни-

ка тепла на Земле, и, во-вторых, от состояния земной

атмосферы. Атмосфера представляет собой, с одной

стороны, защитный слой от излишней солнечной ра-

диации, а тем самым и от перегрева планеты, с другой

- своего рода «одеяло», сохраняющее полученное

тепло. Но дело в том, что само состояние атмосферы

зависит непосредственно от состояния гидросферы,

которая суммарно включает океаны, моря, реки, озе-

ра и прочие материковые водоемы. В этом «уравне-

нии» солнечную радиацию можно принять за отно-

сительно постоянную величину вследствие ее очень

медленного изменения. Отсюда ясно, что причину

происходящих изменений земного климата следует

искать исключительно в состоянии атмосферы и, со-

ответственно, - гидросферы Земли, и в тех измене-

ниях, которые в них происходят.

Для начала следует сказать несколько слов о том,

как объясняет процесс потепления современная на-

ука. Большинство ученых, судя по всему, сходится во

мнении, что причиной глобального потепления на

планете является так называемый «парниковый эф-

фект», вызванный чрезмерным количеством угле-

кислого газа в атмосфере, который выбрасывается в

нее промышленными предприятиями вследствие

сжигания ими нефти, угля и гага. Думается, однако,

что этот взгляд, мягко говоря, неадекватен. Для рас-

сматриваемого случая ошибка опасна тем, что уводит

от подлинных причин потепления, которые оказыва-

ются вне поля внимания ученых и практиков. Но тем

189

самым отвлекается внимание и от разработки тех

мер, которые могли бы оказаться более адекватными

для замедления процесса потепления, скорость раз-

вития которого в противном случае может через ка-

кое-то, сравнительно недалекое время принять фор-

му геометрической прогрессии.

В соответствии с существующей гипотезой сред-

ство замедления процесса потепления видится в ог-

раничении выброса промышленными предприятия-

ми углекислого газа в атмосферу. Именно на реализа-

цию этой меры и направлен известный Киотский

протокол. Слов нет: ограничение выброса углекисло-

го газа в любом случае благоприятно скажется на чи-

стоте атмосферы, но оно не только не решит пробле-

мы, но, главное, направит внимание в неверном на-

правлении и вместо пользы может принести вред.


***


Начнем с банального, в общем, утверждения, что

будущее жизни на Земле в природно-физическом ас-

пекте полностью зависит от состояния гидросферы и

изменений в ней. И здесь важно иметь в виду следу-

ющее обстоятельство. С момента образования на

Земле гидросферы и по настоящее время идет мед-

ленный, но неумолимый процесс уменьшения коли-

чества воды на земном шаре. Об этом свидетельству-

ют огромные пространства суши, некогда покрытые

водой, а ныне представляющие безводные пустыни.

Еще древние философы Анаксагор, Анаксимандр и

Демокрит отмечали факт высыхания морей. Помимо

морей, притом уже на наших глазах, идет высыхание

и даже исчезновение малых рек, обмеление многих

больших рек и крупных водоемов. Лучший тому при-

мер - Аральское море, быстрый процесс высыхания

которого вызвал серьезные политические, экономи-

ческие и социальные проблемы в регионе. О таких

190

регионах как, например, Ближний Восток не приходится и говорить. Хорошо известно, что в ряду основных причин обострения межгосударственных противоречий в этом регионе, и прежде всего, между арабскими государствами и Израилем, стоит критическое сокращение водных ресурсов и связанная с ним проблема контроля над ними в бассейнах рек Иордан, Литани, Нил и др. Вполне вероятно, что в недалеком будущем с подобными ситуациями миру придется сталкиваться чаще, поскольку дефицит пресной воды начинает приобретать острый характер

и для многих других районов мира, включая и те, ко-

торые не относятся к пустынным или засушливым.

Он увеличивается буквально на глазах, чему в нема-

лой степени способствует быстро набирающий тем-

пы научно-технический прогресс, урбанизация, а

также рост населения. Все это сопровождается уве-

личением потребления воды как на промышленные,

так и бытовые нужды. В свою очередь, это ведет к не-

уклонному росту ее невосполнимых потерь.

О росте засушливости нашей планеты свидетель-

ствуют многие исторические факты. Фигурально вы-

ражаясь, со времен библейского Ноя вплоть до XIX

века человеческая цивилизация постепенно спуска-

лась с гор, на которых она спасалась от воды, в под-

сыхающие долины. В тех же местах, где плоскогорья

быстро высыхали, население устремлялось в более

низменные и влажные земли. Известный российский

теоретик анархизма, он же геолог и географ П.А.

Кропоткин выдвинул в свое время гипотезу, что ве-

ликое переселение народов в первые века новой эры

было обязано факту быстрого высыхания рек и озер

на азиатских плоскогорьях, что вынудило жившие

там народы к массовому их передвижению на Запад.

Была ли главной причиной переселения именно эта,

сказать трудно, но то, что она могла быть одной из

важных причин, - вполне вероятно. Возьмем другой

191

пример: во времена завоевания испанскими конквис-

тадорами Южной Америки (начало XVI в.) цивили-

зации существовали в гористом и сухом Перу и в гор-

ной местности на территории нынешней Мексики.

Уже давно причины исчезновение этих великих ци-

вилизаций волнует умы ученых, но пока никакой бо-

лее или менее правдоподобной гипотезы не было вы-

двинуто. Думается, и в данном случае причина лежа-

ла в сравнительно быстром высыхании горных райо-

нов, где селились эти цивилизации. Недостаток воды

для нормального жизнеобеспечения вынудило их ос-

тавить эти районы навсегда и рассеяться по прост-

ранствам материка.

В других районах мира мы видим аналогичную

картину. В Древней Греции обработка земли нача-

лась в гористой Аркадии гораздо раньше, чем в туч-

ной,. но очень влажной низменной Беотии. Египет-

ская цивилизация возникла в верхних частях Нила, и

первой ее столицей были Фивы (ХХII-ХХ вв. до

н.э.), и только начиная примерно с VIII в. до н.э. она

распространяется на нижнюю плодородную дельту

Нила.

В Англии с незапамятных времен использова-

лись холмистые земли п-ва Корнуолла ввиду своей

сухости, и там почти каждый холм несет следы

древних поселений. Во времена первых норманн-

ских королей южный Ланкашир был сплошь по-

крыт болотами, в которых едва не увязло победо-

носное войско Вильгельма Завоевателя. Ог этих бо-

лот давно уже не осталось и следа. В Галлии времен

Юлия Цезаря племена галлов жили главным обра-

зом по склонам Альпийских гор; там же обнаружи-

ваются и остатки древней цивилизации во Фран-

ции. В Скандинавии, как и в Шотландии, следы

древних поселений также найдены на возвышеннос-

тях. Перечень аналогичных примеров можно, при

желании, продолжить и дальше.

192

О той же самой тенденции свидетельствуют и бо-

ее поздние факты. Сравнительно недавно, по исто-

ическим меркам, колонизация Северной Америки

роходила по той же схеме. Так, самые плодородные

емли Пенсильвании долгое время считались совер-

енно неудобными из-за сырого и болотистого воз-

уха. В Нью-Джерси из-за высокой влажности долин

вакерам пришлось основывать первые поселения на

алоплодородных, но зато сухих песчаных холмах.

х потомки оставили эти места только тогда, когда

м удалось вырубить леса, покрывавшие низины, и

сушить их. Такая же примерно картина была в дру-

их штатах. В Огайо, например, еще в начале XIX ве-к

а тощие, но сухие земли холмов стоили во много разд

ороже тучных долин и речных берегов, на которых

з-за высокой влажности никто не хотел селиться.

Все это говорит о том, что в прежние времена на- ш

а планета была настолько увлажнена, что вынуж-

ала человека искать места своего обитания где-ни- б

удь повыше и, соответственно, - посуше. Однако

а последние два-три столетия картина существенно

зменилась: человек давно спустился с гор и холмов в

долины, которые отчасти из-за естественных при-

ин, а еще больше благодаря присущим человеку на-

тойчивости и упорству, обезвожены, притом сверх

сякой меры. Этот факт знаменателен в том отноше-

ии, что прямо связывает рост засушливости плане-

ы именно с хозяйственной деятельностью человека,

аучно-техническим прогрессом и урбанизацией.

сли для заметной убыли водных ресурсов естест-

енным путем понадобились тысячелетия, то с уче-

ом активной деятельности человека - всего лишь

вести-триста лет. И эти темпы все более ускоряют- с

я, одновременно ускоряется и процесс изменения

лимата Земли.

На земном шаре происходят, таким образом, по-

тоянные некомпенсируемые потери воды. Прежде

193

всего вода расходуется в процессе непрерывного ее

кругооборота: гидросфера-атмосфера-биосфера.

Важнейшим фактором постоянной убыли водных ре-

сурсов планеты является органическая жизнь, то

есть жизнь растений и животных. Она постоянно

связывает свободную воду, превращая ее в различ-

ные органические соединения, которые таким путем

навсегда исключают большие ее массы из кругообо-

рота. Живые организмы, все виды растений и живот-

ных прошлого и настоящего, клетчатка, из которой

они состоят, белки, жиры, сахара, ежегодно снимае-

мые урожаи различных культур, торф, нефть, уголь и

т.п. - все это в конечном итоге продукты преобразо-

вания воды, сами которые уже никогда не превратят-

ся в воду снова. Можно сказать, что в аспекте рассма-

триваемой проблемы весь органический мир про-

шлого и настоящего, во всех его формах и проявле-

ниях, есть не что иное, как химически связанная и

преобразованная вода.

Естественный процесс уменьшения количества

воды идет, конечно, медленно. И если ныне он стал

заметен, то во многом уже благодаря деятельности

человека, а именно прогрессивно возрастающим не-

восполнимым расходам воды на нухщы промышлен-

ности и совершенно безалаберным, можно даже ска-

зать, преступным отношением к имеющимся запасам

пресной воды. Реки и водоемы загрязняются, меле-

ют, просто исчезают, осушаются болота, вырубаются

леса - эти хранители влаги. Принцип «после нас -

хоть потоп», а применительно к рассматриваемой

проблеме: «после нас - хоть безводная пустыня»,

стал сегодня, судя по всему, руководящим для на-

правления деятельности человека. И то, что он не

осознает опасных последствий своей деятельности,

ничуть его не оправдывает. Здесь действует тот же

принцип, что и в праве: незнание законов не может

служить оправданием правонарушения. Однако нуж-

194

но иметь в виду, что когда мы употребляем отвлечен-

ное понятие <человею> и возлагаем на него ответст-

венность за безобразное отношение к природе и ее бо-

гатствам, то мы, конечно, лукавим. Вина лежит не

просто на человеке, а на человеке общественно орга-

низованном, т.е. на государстве и, соответственно, -

на власти. Для нее же, судя по всему, гораздо удобнее

считать, что все беды происходят от избытка угле-

кислоты в атмосфере, тем более, что эти выводы под-

тверждает официальная наука. Поэтому проще под-

писать Киотский протокол, от которого Земле ни

тепло, ни холодно.


***


Для лучшего понимания проблемы следует иметь

в виду следующее: пересыхание планеты имеет абсо-

лютный характер. это означает, что выбывающая из

естесгвенноro кругооборота вода уже не восполняет-

ся. При этом пересыхание океанических областей и

материковых идет разными темпами. В материковых

областях этот процесс развивается гораздо быстрее

не только вследствие очевидных физических при-

чин, но и во многом благодаря хозяйственной, вер-

нее, бесхозяйственной, деятельности человека, ре-

зультатом которой является загрязнение, обмеление

и просто исчезновение многих рек, болот и водоемов,

а вместе с тем и общий рост засушливости. Вследст-

вие этого происходят серьезные нарушения естест-

венноro баланса температур и давлений атмосферы

между различными частями поверхности планеты, и

это становится уже заметным.

Помимо негативного воздействия на температур-

ный режим планеты нынешние темпы бесконтроль-

ного расходования воды могут привести к тому, что

через два-три столетия, а возможно и гораздо рань-

ше, ее быстро растущий дефицит представит реаль-

195

ную угрозу для продолжения жизни на земле. Впол-

не возможно, что планеты, отстоящие от Солнца

дальше Земли - Марс, Юпитер, Сатурн - дают нам

в этом отношении картину будущего Земли, а знаме-

нитые «каналы» на Марсе являются грозными знака-

ми, напоминающими о прошлом планеты, когда ее

водные ресурсы подходили к концу и обитатели пла-

неты, если таковые существовали, строили системы

каналов, чтобы как-то сохранить быстро исчезающие

запасы воды. Можно верить в это или не верить, но

как бы то ни было, если на Земле дело пойдет и даль-

ше так, как сейчас, недалеко то время, когда на смену

нефтепроводам придут строго охраняемые магист-

ральные водопроводы, и баррель пресной воды будет

стоить много дороже барреля нефти. Вот тогда-то са-

мыми богатыми странами окажутся те, которые су-

меют ,сохранить достаточные водные запасы. В пол-

ную силу начнут действовать законы геополитики, и

главным ее объектом станут уже территории с вод-

ными ресурсами. Острые международные конфлик-

ты будут возникать не из-за контроля над углеводо-

родным сырьем, как это происходит сейчас, а из-за

запасов пресной воды. Так что пора уже задумывать-

ся, как минимум, о промышленном опреснении мор-

ской воды и, как максимум, - куда бежать с быстро

обезвоживающейся планеты. Но ведь все население

страны не переселишь на другие планеты, так что ра-

но или поздно, скорее рано, придется наводить поря-

док в сфере использования водных ресурсов и их ох-

раны, пока для этого есть еще время и возможности.

В связи со сказанным нужно иметь в виду и следу-

ющее. Нынешнее повышение температуры плане-

ты - это лишь промежуточный этап общего измене-

ния климата на ней, связанный с обезвоживанием

главным образом материковых пространств. Когда

же дойдет очередь до океанов и морей и начнется за-

метное их высыхание, наступит новый этап в измене-

196

нии климата Земли. Особенность этого этапа будет

в том, что в связи с уменьшением регулирующей

функции океанов и морей начнется естественное

в этом случае чередование высоких дневных темпе-

ратур с низкими ночными, как это происходит в пус-

тынях. Другими словами, Земля вступит в период

своего угасания как живая планета. Правда, можно

утешать себя мыслью, что до этого еще далеко.


**ж


Вполне тривиальная истина, что вода и жизнь на

земле - вещи неразделимые, начинает приобретать

сегодня иное звучание, содержащее прямую угрозу

этой жизни. В рассматриваемом аспекте вода - это

не только составная часть всех живых организмов, не

только внутренняя среда, обеспечивающая их жизне-

деятельность; она представляет и ту внешнюю среду,

которая вместе с атмосферой образует механизм, ре-

гулирующий температурный режим на Земле и ста-

бильность климата в целом. Более того: гидросфера

есть основа атмосферы. Другими словами, атмосфера

не может существовать без гидросферы, и любые се-

рьезные нарушения в последней неминуемо ведут к

столь же серьезным нарушениям в первой. На эту ор-

ганическую связь двух сфер хотелось бы обратить

особое внимание по той причине, что, судя по всему,

ее определяющее значение для жизни на Земле мно-

гими еще не осознается, и не осознается, прежде все-

го, наукой, которая в этом вопросе живет еще пред-

ставлениями двухсотлетней давности. Именно из ор-

ганической связи этих двух сфер можно только пра-

вильно понять суть механизма регулирования земно-

го температурного баланса. Как хорошо известно,

тепловые коэффициенты океанов и морей и вообще

водных поверхностей, с одной стороны, и суши - с

другой, существенно отличаются друг от друга, что

197

создает заметную разность давлений и температур

между соответствующими пространствами планеты.

В свою очередь, эта «разность потенциалов» вызыва-

ет постоянные передвижения больших воздушных

масс вместе с водяными парами по всему пространст-

ву планеты, вследствие чего происходят изменения в

погоде. Эта разность в то же время служит причиной

и определенного выравнивания температур, предот-

вращающее перегревания одних районов и переох-

лаждение других выше или ниже установившихся ес-

тественным образом пределов, которые оставались

практически постоянными на протяжении веков. Вот

почему изменения в водных ресурсах на Земле в сто-

рону их сокращения, которые стали особенно замет-

ными за последние два века и которые ведут к расту-

щей «разности потенциалов» температур и давлений

между океаническими и материковыми пространст-

вами, прямо влияют на изменение температурного

режима планеты и соответственно - на изменение

климата. Признаки этих изменений многочисленны:

это прежде всего глобальное потепление и прямо

связанные с ним все более часто повторяющиеся ано-

мальные сдвиги в ранее стабильных климатических

условиях различных регионов, равно как и увеличе-

ние числа и силы таких грозных явлений природы,

как засухи, ураганы, смерчи, тайфуны и т.п. В самом

деле, вследствие истощения внутренних водоемов,

которые всегда играли важную роль в механизме ре-

гулирования атмосферного давления и теплового ба-

ланса между различными регионами Земли, матери-

ки делаются все более открытыми и все менее защи-

щенными, притом как от жарких и сухих южных вет-

ров, так и от несущих влагу океанических ветров и

холодных дыханий полюсов. Одновременно они ста-

новятся и менее защищенными от солнечной радиа-

ции. Другими словами, границы между различными

климатическими поясами становятся все более жест-

198

кими, без плавных переходов, которые прежде обес-

печивал природный механизм регулирования тепло-

вого баланса.


В этой связи хотелось бы затронуть еще одну про-

блему. Речь идет о6 угрозе нового всемирного пото-

па, должном якобы, по некоторым прогнозам, про-

изойти вследствие таяния арктических льдов в бли-

жайшие двадцать-двадцать пять лет. При этом рису-

ются самые ужасные его последствия для планеты.

Возможен ли в самом деле такой потоп? Думается,

что времена всемирных потопов, о6 одном из кото-

рых повествует Библия, давно миновали. Для их по-

вторения на нашей планете осталось маловато воды.

Процесс таяния льдов и в самом деле идет, но он

идет, во-первых, не с такой интенсивностью, чтобы в

двадцать лет наполнить мировой океан до уровня,

когда он начнет затоплять земли. Будь это в самом

деле так, уже сегодня мы стали бы свидетелями на-

ступления океана на материки. однако этого не толь-

ко не происходит, но не наблюдается даже каких-ли-

бо заслуживающих внимания и тревоги признаков

такого наступления. Во-вторых, таяние льдов - это

не замкнутый в себе и ничем некомпенсируемый

процесс. Он идет в рамках общего сокращения вод-

ных ресурсов на планете, о котором говорилось вы-

ше, - здесь все тесно взаимосвязано. Проще говоря,

тают льды, но одновременно вследствие повышения

температуры происходит и более интенсивный про-

цесс испарения влаги с поверхности океанов, часть

которой при этом вообще выбывает из кругооборота

по причинам, изложенным выше. И какой из этих

процессов идет с опережающей скоростью, сказать с

желаемой точностью трудно, но, думается, они пока

что взаимно компенсируются. Как бы то ни было,

199

чтобы произошел всемирный потоп, нужно всем

льдам растаять чуть ли не в одночасье. В целом же,

общая тенденция развивается в направлении посте-

пенного сокращения водных ресурсов планеты и од-

новременно - роста засушливости. Думается, что су-

ществует гораздо больше оснований для таких ожи-

даний, нежели ожиданий скорого всемирного потопа.


$ **


Выше отмечалось, что гидросфера и атмосфера

образуют вместе своего рода регулирующий меха-

низм, предохраняющий Землю как от перегрева, так

и переохлаждения. В далеком прошлом, когда боль-

шая часть ее поверхности была покрыта водами оке-

анов, суша изобиловала реками, озерами и прочими

водоемами, а солнечная радиация была более интен-

сивной, на ней имелись все условия для образования

естественного парникового эффекта, который в еще

большей степени, чем теперь, сглаживал разность

температур между экваториальной частью Земли и

ее полюсами. Именно этому парниковому эффекту и

была обязана своеобразная флора и фауна, о которой

можно судить по ископаемым. Совсем не случайно в

северных районах водились мамонты, а в более юж-

ных огромные ящеры. По мере же высыхания океа-

нов и внутренних водоемов этот эффект все больше

слабел, пока не исчез вовсе вместе с тем животным

миром, который ему сопутствовал. Начался обрат-

ный процесс, связанный с уменьшением влажности

атмосферы, а тем самым уменьшением ее защитной

функции от солнечной радиации, постепенным по-

вышением температуры и ростом засушливости. Ес-

ли прежде из-за постепенного прекращения действия

естественного парникового эффекта вымирали ма-

монты и ящеры, то сегодня вследствие начавшегося

процесса повышения температуры планеты и роста

200

засушливости даже в средних широтах стали исче-

зать простые лягушки. А ведь лягушка - лучший ин-

дикатор нормальной увлажненности. В некоторых

же регионах это полезное земноводное уже попало в

«Красную книгу». Этот, казалось бы, не столь уж зна-

чительный факт на фоне первостепенных междуна-

родных проблем, вроде борьбы с терроризмом, на са-

мом деле куда важнее и тревожнее их, поскольку це-

на вызвавшим его причинам неизмеримо дороже, и

оценивается она в жизнь всего человечества.

В этой связи еще несколько слов о так называе-

мом парниковом эффекте, с которым многие ученые

связывают процесс потепления и который обязан

якобы увеличивающемуся содержанию в атмосфере

углекислого газа. Эта гипотеза, думается, не имеет

серьезных оснований в действительности. Парнико-

вый (оранжерейный) эффект, и это знает каждый

дачник, имеющий парник, возникает при наличии

двух обязательных условий: высокой влажности и

одновременно - высокой температуре. Содержание

углекислого газа в воздухе имеет при этом в лучшем

случае второстепенное значение, если вообще имеет.

Здесь нужно учитывать и тот важный фактор, что ат-

мосфера земли постоянно аэрируется вследствие пе-

редвижения воздушных масс, что не позволяет угле-

кислоте застаиваться. К этому нужно добавить и то,

что углекислый газ хорошо растворяется в воде и

уносится из атмосферы вместе с осадками. Вот поче-

му уровень содержания углекислого газа в атмосфе-

ре, даже с учетом деятельности всей мировой промы-

шленности, не превышает долей процента. Что каса-

ется тенденции к повышению температуры и засуш-

ливости, то это, как говорилось, обязано, совершенно

другим процессам, а именно: постепенному истоще-

нию и ослаблению защитного механизма Земли в ви-

де системы трех сфер (гидросферы, атмосферы и би-

осферы), являющейся регулятором ее температурно-

201

го режима. Думается, понятно, что серьезные нару-

шения в водных ресурсах Земли, неизбежно ведут к

столь же серьезным нарушениям в других частях

этой системы и, соответственно, в температурном ба-

лансе планеты.

Процесс изменения температурного режима на

Земле необратим, и он будет, хотя и медленно, про-

должаться и впредь со всеми вытекающими из него

негативными последствиями для жизни. Первично

он обязан солнечной активности, но вот причины его

ускорения лежат во многом здесь, на Земле, и преж-

де всего, в деятельности человека. Он с энтузиазмом,

достойным лучшего применения, рубит сук, на кото-

ром сидит. Он уже не в состоянии остановиться, по-

ка, видимо, не искоренит всего, к чему прикасаются

его руки, к чему влечет стремление к наживе, как и

ничем необъяснимая беспечность и преступное рав-

нодушие к окружающему его миру природы, одним

словом, он не упускает ни одной возможность для на-

рушения созданного природой температурного ба-

ланса на Земле. Если все будет продолжаться в том

же темпе, недалеко то время, когда Земля уподобит-

ся Марсу с его ледяными шапками на полюсах и вы-

жженной пустыней между ними.

ж ж ж


Итак, кратко подытожим сказанное: факт повы-

шения температуры на Земле, взятый сам по себе, бе-

зотносительно к деятельности человека, - это есте-

ственный процесс, связанный прежде всего с посте-

пенным обезвоживанием планеты вследствие сол-

нечной активности. Однако быстрое ускорение этого

процесса в последнее столетие обязано исключитель-

но масштабной хозяйственной деятельности челове-

ка, которая ведет, с одной стороны, к постоянно уве-

личивающимся невосполнимым расходам воды на

202

промышленные, сельскохозяйственные и бытовые

нужды, с другой - к загрязнению планеты промыш-

ленными и бытовыми отходами, фактически уничто-

жающими местные водные ресурсы. Тот и другой

процесс вместе имеют результатом серьезное нару-

шение естественного механизма регулирования теп-

лового режима планеты. Именно вследствие неу-

клонного сокращения водных ресурсов планеты идет

столь же неуклонное изменение ее температурного

режима со всеми вытекающими из этого последстви-

ями. Что же касается углекислого газа, то его роль в

указанных процессах весьма незначительна. Нали-

чие углекислоты в атмосфере, как уже отмечалось,

непостоянно, изменчиво, оно меняется в зависимос-

ти как от сезонных факторов, так и от интенсивности

его выбросов вследствие хозяйственной деятельнос-

ти человека. По одной этой причине он не может иг-

рать роли постоянного фактора и тем самым опреде-

лять устойчивую тенденцию к изменению климата

на Земле. Вот почему ни Киотский протокол, ника-

кие иные меры того же свойства не спасут положе-

ния. Даже если завтра все промышленные предприя-

тия на планете будут оборудованы самыми совер-

шенными и надежными средствами защиты от вы-

броса в атмосферу вредных веществ, ничего сущест-

венного не произойдет, так как изменение климата

зависит от других, притом весьма стабильных и не

подверженных случайным изменениям, причин, круг

которых в общих чертах очерчен выше.

Конечно, возможности человека здесь ограничены:

он может устранить причины изменения теплового ба-

ланса на Земле, которые непосредственно связаны

лишь с его жизнедеятельностью, и не более того.

Прежде всего это относится к сохранению водных ре-

сурсов. Но и это уже немало, конечно, при условии, что

будут приниматься реальные и действенные меры в

данном направлении. Пока же проблема носит по пре-

203

имуществу отвлеченно экологический характер: она

волнует лишь горстку ученых, тщетно взывающих к

разуму человека, и энтузиастов из лагеря так называе-

мых «зеленых», озабоченных главным образом перио-

дическим эпатажем общественного мнения своими эк-

зальтированными действиями. Изменений в этом на-

правлении можно ждать только тогда, когда проблема

приобретет острый политический характер и станет

приоритетной, по крайней мере, для большинства го-

сударств. N здесь государства либо сумеют объединить

свои усилия в разработке мер по сохранению водных

ресурсов Земли, либо... О другом «либо» не хочется да-

же говорить - это путь в никуда, который может за-

кончиться форменным людоедством. Чтобы этого не

случилось, мир уже сегодня должен действовать в над-

лежащих направлениях. Конечно, над законами есте-

ственной необходимости мы не властны. Не властны

мы и над прошлым; прошедшее предоставляет наста

лишь факты, которые, однако, при наличии соответст-

вующей воли, можно использовать для исправления

будущего. За грехи прошлых поколений мы ответст-

венны лишь настолько, насколько продолжаем эти гре-

хи и пользуемся ими, не стараясь исправить их послед-

ствий. В то же время мы в определенной мере властны

над будущим, так как наши сегодняшние действия,

будь то созидательные или разрушительные, создают

тот материал, из которого организуется содержание

жизни будущих поколений. Каждое поколение ответ-

ственно перед потомством за то лишь, что оно могло и

должно было сделать, но не сделало. В нашем случае

мы несем ответственность за то, чтобы, как минимум,

не оставить будущим поколениям захламленную, опу-

стошенную и обезвоженную землю. N здесь мало од-

них слов и увещаний: здесь требуется конкретная сис-

тема правовых и организационных мер.

Из сказанного, думается, совершенно очевидно,

что проблемы, вызываемые потеплением климата на

204

Земле и связанным с ним сокращением водных ре-

сурсов, уже по определению относятся к категории

глобальных, требующих глобального к себе отноше-

ния. Но, к сожалению, как это нередко бывает, чело-

век начинает всерьез думать о том, как уберечься от

беды лишь тогда, когда она громко постучится в его

ворота. Вот когда, образно говоря, бутылка простой

чистой воды станет дороже бутылки лучшего фран-

цузскоro коньяка (а это время, думается, не за гора-

ми), тогда, возможно, он пробудится от эйфории, вы-

званной ребяческой верой в неисчерпаемость при-

родных богатств Земле, включая воду, и начнет при-

нимать какие-то меры. Не было бы только слишком

поздно!



home | my bookshelf | | Извечные загадки науки глазами дилетанта |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения



Оцените эту книгу