Book: Близнецы поневоле. Дилогия



Близнецы поневоле. Дилогия

Алекс Майнер

Близнецы поневоле

Дилогия

Часть 1

Близнецы поневоле

Пролог

Духота неимоверная, а только июль. Для моих легких вообще труба. Хотя и слякоть не лучше. Быстрее бы уже вечер. Достаю бутылку пива, включаю ноут. Только интернет и спасает, а что еще делать старому пенсионеру — ни жены, ни детей. Так уж сложилось, трижды был женат, а на старости лет некому стакан воды подать. Зато никто мозг не выносит. Вон старый друг Джерри только у меня и есть, носом тыкается, гулять хочет. Погоди, рано еще.

Открываю Ютуб, тычу наугад по ссылкам, что-нибудь да понравится. Криминальная хроника, бандиты, воры в законе, маньяки. Вот этот, Чикатило хотя-бы. Я про него фильм смотрел уже. Оказывается, я как раз в то время учился в Новочеркасске, когда он там орудовал. Мог стать жертвой. Впрочем нет, не мог, он же одиночек выбирал а мы всегда ходили, как минимум, вдвоем.

Вот даже адрес его указан, где же эта улица там… нет, не помню такой. Жаль, нельзя в прошлое письмо написать. Этому следователю Иссе Костоеву. Или себе написать — что делать, сколько ошибок в жизни можно было избежать.

— Джерри! Да что такое? А… время уже. Ладно, сейчас идем.

Вот если-бы не собака, и на улицу не выходил. А так, каждый вечер прогулка обязательная, хочешь, не хочешь. Сейчас лето, хоть одеваться не надо, обулся и все. Вот только пятый этаж для моих 70 лет уже тяжело. Мало легкие, еще и колени больные, без палки никуда. Сколько собираюсь обменяться на первый и все тяну. Спускаться еще ладно, а назад на каждом этаже отдыхаю.

На улице уже хорошо, сумерки, тянет прохладой. Выходим в парк, отпускаю Джерри с поводка. Далеко не убежит, пусть резвится. Иду, вспоминая этот парк 40 лет назад. Карусели, аттракционы, танцевальная площадка. Сейчас только дорожки и остались. Безлюдно. Впереди вон только группа парней, что-то выясняют между собой. Вернутся назад от греха подальше? Да, похоже, им до меня дела нет, четверо насели на одного, уже кулаки в ход пошли. Останавливаюсь, неприятная ситуация. А что я могу сделать? Ого! Парня свалили на землю и стали метелить ногами. Причем с такой силой, что ясно — могут забить до смерти. Где же Джерри, черт побери?

— Эй парни вы что? Офонарели, убьёте же!

— Дед, вали нахер отсюда!

Не, так дело не пойдет. Палка у меня дубовая, с тяжелым набалдашником. Вот им и заезжаю одному. Не совсем удачно, вскользь по плечу. Но достаточно, чтобы внимание переключилось на меня. Сначала получаю сильный удар в живот, выбивший воздух из легких. Пока пытаюсь судорожно вдохнуть, в руке у второго что-то блеснуло, острая боль обожгла правый бок. Ноги сразу подкосились, падаю на колени, зажимая рану пальцами. Бесполезно, густая липкая кровь просачивается как сквозь песок. Слышу лай — Джерри, наконец-то. Внушительный азиат, съедающий половину моей пенсии, им будет не по нраву. Сквозь звон в ушах слышу крики, рычание. Ощущение времени теряется, кажется, я лежу.

— Эй дед, ты как? — где-то вдалеке слышится голос. С трудом открываю глаза. Парень, похоже тот, которого били. Отвечать не хочется — сил нет. Но надо.

— Джерри. Собака. Забери. — выдавливаю слова — мне все.

— Постой! Блин, да пожалуй ты прав. За собаку не волнуйся. И еще… Я тоже тебе помогу. Если бы не ты, меня точно убили. Скажи, если ты смог бы вернуться в прошлое, в какой год бы хотел? Ответь!

Что он хочет? Боль уже отпускала, сознание отключалось. Если бы он не тряс меня, я бы уже уснул, отстань ради бога. В прошлое? Надо ответить и спать.

— Восемь… де. сят второй.

1

— Мальчик, уступил бы место. Эй, спишь, что-ли?

Меня кто-то трясет за плечо. Открываю глаза, где это я? Сижу на сидении в автобусе, а нет — трамвай. У нас нет в городе трамваев! И женщина пристала, кого она мальчиком обозвала? Я старше ее лет на 20. Место хочет? Пусть, все равно нужно выйти разобраться. Как- то подозрительно легко поднимаюсь. С удивлением смотрю на свои ноги. Но это же НЕ МОИ НОГИ! И руки… худые, тонкие. И вообще… Я в парке был, раненый! И вечер был, а сейчас солнце светит вовсю. Я что, память потерял? А тело?

Ошарашенный, протискиваюсь в выходу. Женщина, усевшаяся на мое место, кричит вслед.

— Сумку свою забыл! — и мне передают небольшую коричневую сумку. Точно не мою, да таких сейчас и не бывает! Молча беру и выпрыгиваю на остановке. Выпрыгиваю! Смотрю по сторонам, что-то знакомое, но не могу вспомнить. На трамвае цифра 2 и все, никаких надписей. Потом опять на себя… подросток, и по виду и по ощущениям. Что за… Может в сумке посмотреть, вдруг что прояснится? Раскрываю: полотенце, трусы, майка, книга Майн Рида, пакет с документами. Достаю последнее — аттестат, свидетельство о рождении, комсомольский билет. Открываю аттестат — мой, лежал такой точно дома в серванте. И свидетельство тоже. Вот комсомольский билет тоже мой, но его у меня давно уже нет, даже не помню куда делся. И тут в голову бьет: — В какой год ты бы хотел?

Осматриваюсь еще раз вокруг. Точно, если пойти в ту сторону, через несколько домов будет техникум. Улица Революции. В 82 году в это время, если сейчас конец июля, я приехал поступать. Я что, в прошлом? В своем теле? Бред. А как тогда объяснить? Давай что-то делать. Беру сумку и иду в сторону техникума. Вот и он. Останавливаюсь. Зайти? И что дальше? Иду вперед по улице, на углу газетный киоск. Подхожу, смотрю газеты. Правда, Труд, Комсомольская правда, журнал Работница. Дата 28 июля 1982 г. Все сходится. Теперь бы еще на себя полностью посмотреть. Где только? Вспоминаю, в техникуме в холле были зеркальные колонны. Иду назад, открываю массивную дверь, точно — память не подвела. Стою перед колонной, любуюсь. Какой же я сопляк тут! Волосы густые рыжие, я и забыл, как они выглядели. Взгляд… хм… взгляд пожалуй остался прежний. Тогда я был растерянным пацаном, впервые самостоятельно уехавшим из дома. Сейчас, правда, тоже еще растерянный, но уже прихожу в себя. Нужно решать что делать. Стоит ли поступать сюда или в другое место? Если нет, то ехать домой. Домой? Я увижу маму и отца? Ничего не решив, отхожу от колонны, смотрю вверх по лестнице и замираю: по ступенькам спускается паренек, копия того, которого я только что видел в зеркале. Лицо, одежда, даже сумка в руках такая же. Наши взгляды встречаются, в его вижу удивление, точнее сказать, недоумение. Но он молча проходит мимо и выходит на улицу. Только тогда мои ноги отклеиваются от пола и я бегу следом.

Выскочив из дверей, вижу его спину. Куда это он? Наверно в общежитие, заселяться. Что делать??? Иду следом. Уже у дверей общаги, так ничего не решив, окликаю.

— Вадик!

Парень поворачивается, в глазах вопрос и все то же недоумение.

— Ты Вадим? Кольцов?

— Да. А что?

Действительно что? Что ему (в смысле себе) говорить, чтобы он (то есть прошлый я), не посчитал меня ненормальным и не удрал. Ощущения еще те, мандраж бьет, волнуюсь как пацан. Хотя я и есть сейчас пацан!

— Разговор есть, давай присядем — Показываю на лавочки неподалеку.

Он молча идет. Любопытно же, что происходит.

— Тебе ничего не кажется странным? — начинаю контакт.

— Есть немного. Одежда у тебя такая же, как у меня. И сумка.

— И все?

— Ну, похож немного.

— Немного?? — вскакиваю я — пойдем.

Беру его за руку и тащу обратно в техникум. Идет, не упирается. Заходим, становимся перед зеркалом. Я улыбаюсь, он стоит без эмоций, побледнел только.

— Глянь, близнецы, прикольно! — удивляются проходящие мимо девчонки.

— Ты кто? — наконец прорезался голос у моей копии. Или оригинала, как посмотреть.

— Не здесь. Идем, где людей нет.

Рассказал ему все. С какого я года, как попал сюда. Вижу, не верит. Достаю документы, даю ему, полистав, он достает точно такие. Вместе сличаем — идентичные до последней точки. Молчит, переваривает. Да, я его понимаю, сам бы не поверил. Но чтобы я себя не смог убедить! Беру его за руку и заворачиваю рукав на рубашке. Есть! Две крупных родинки, одна над другой. Заворачиваю у себя, показываю такие точно.

— Еще там есть — указываю на пах — поверь на слово, не снимать же тут брюки. Недостаточно? Вот тут шрам, пощупай на голове, когда ты, в смысле я, в общем оба мы, с дерева упали. Или тебе рассказать, кто из девчонок в школе нравился? Ирка Звонникова. Об этом ведь никто не знает. И шифр, которым ты дневник писал, заменяя первые буквы алфавита последними. Что еще? Да спроси сам что хочешь, о чем кроме тебя никто не знает.

— Подожди, дай в себя прийти! А ну, зубы покажи?

С готовностью демонстрирую пломбу в переднем зубе, поставленную, насколько помню, накануне. Придя немного в себя, Вадик начинает засыпать вопросами — имена одноклассников, учителей, клички собак, котов, и прочие мелочи. Кота я не вспомнил, остальное ответил. Добил его, рассказав, где находится тайник, в котором он хранил ценные вещи (в его понимании). Вижу все — клиент готов.

— И что теперь делать? — Спрашивает.

Если бы я знал! И до его появления не совсем понятно было, а теперь совсем. Но решать мне, я все — таки старше.

— Ты уже получил в общагу направление?

— Да, завтра экзамен первый. Может, ты тоже сдашь сюда документы, скажем близнецы? Сегодня последний день принимают.

— Близнецы. С одинаковыми именами. Скажем у родителей такое чувство юмора? И документы нам напечатали с одинаковыми номерами. Хотя… есть идея!

Достаю аттестат, рассматриваю внимательно. Когда-то занимался подделкой документов, было дело. Буквы растянуты, должно получиться. Цвет чернил только подобрать похожий.

— Вот смотри. Сюда после В, вот эту галочку вытягиваем, получится буква л. И в конце дописать ир. И буду я Владимир. Или ты, если хочешь. Хотя нет, тебе не стоит. А как у тебя с почерком? — и тут же смеюсь — дурацкий вопрос! — Вот только в комсомольском билете не получится — там на украинском. А по-украински Владимир — Володимир. Ну и ладно, скажу не комсомолец. Потом вступлю. Или не буду вообще.

— Как это? — удивляется Вадик? — нельзя же, потом в партию не примут.

— Можно. Потом объясню. Тебе многое предстоит узнать. Но в один техникум пока не получится. Номера одинаковые документов. Сделаем так, поступаю в любой другой, тут их 11 еще. Осенью стукнет 16 — получим паспорта. Потом я перевожусь к тебе или ты ко мне. Академическая справка будет уже на новое имя. Директора, думаю, уломаем, придем вдвоем, скажем — поссорились, пошли в разные, теперь вот помирились — примите, пожалуйста.

— А домой ты поедешь? — тихо спросил Вадька.

Действительно, вдвоем ехать нельзя. Вадика убедить было нетрудно, а родителей проблематично. И финансовый вопрос возникает, на одну стипендию не прожить.

— Будем решать проблемы по мере их появления. Вместе нас все равно увидят, да уже видели. Так что говорим, что мы братья.

— А кем еще мы можем быть? — засмеялся Вадик — не сестры же. Знаешь, я рад, что ты появился. А то совсем один здесь. Как мне тебя называть?

— Давай Вовкой и зови, надо привыкать сразу. И я тоже рад, что так получилось. Вместе мы такого натворим! С моими знаниями о будущем. Эх, знал бы заранее, я бы подготовился, события заучил, номера «Спортлото» выигрышные. Но и так неплохо.

— А ты не пропадешь? Так же, как появился?

— Надеюсь нет, там я, похоже, умер, так что пропадать некуда.

— А если я не поступлю? — встревожился Вадим.

— Поступишь. Но расслабляться не надо. Какой экзамен завтра? Диктант?

— Да.

— Могу я пойти вместо тебя. С грамотностью у меня получше будет. А вот математику уже подзабыл, наверное, тебе за меня придется сдавать. Значит так, идешь в общагу устраиваться. Кстати, там даги будут с тобой жить, нормальные пацаны.

— Кто?

— Дагестанцы. Но они не поступят. А Ванька Ивлев тоже там будет, поступит, с ним потом вместе учиться будешь. Короче иди, я свои дела устрою и вечером приду. Комнату я знаю. Ты помелькай перед дежурной, чтобы запомнила.

Проводив Вадика до общежития, отправился устраивать себя. Порылся по карманам — 30 рублей с мелочью. Негусто. Надо что-то думать за финансы. Купил в киоске несколько ручек с разными чернилами, уединился на скамеечке в парке и занялся криминальным творчеством — подделкой документов. Полчаса трудов и я стал Владимир Сергеевич. Готово, теперь куда поступать? Времени не остается думать, да и ночевать где-то надо. Где-то рядом было пара техникумов. Первым попался автотранспортный. А какая разница, все равно переводится потом. Документы прошли без проблем, никто пристально не всматривался. Просто никому в голову не могло прийти, что кому-то понадобится их подделывать. Как оказалось, с моим аттестатом почти отличника прием без экзаменов. Это меня озадачило — на время экзаменов дают общежитие, а кто без — едут домой до начала занятий. Хотел уж было пойти в другой, но тут же нашел выход. Буду с Вадиком ночевать, вахтера пройти не проблема, а на одной койке поместимся, мы худые. Главное, вдвоем на входе не мелькать.

Довольный собой иду за Вадимом. И сталкиваюсь с ним на улице. Он с компанией идет к трамвайной остановке. Да, помню, мы пошли с городом знакомиться, потом в кино. Увидев меня, Ванька, Керим и Мага пооткрывали рты. Мы смеясь обнялись — блин, я уже соскучиться успел! Еще бы — кто не мечтал иметь друга или брата, который тебя понимает с полуслова. А в нашем случае, так вообще без слов должны. Конфликты могут конечно быть, из-за разницы в возрасте, надеюсь он будет меня слушаться. Я то, послушным мальчиком был! Парни смотрели, ждали объяснений. А что не видно — близнецы мы!

— Володя — протянул руку Ваньке, потом остальным. — мы с братаном тут не сошлись во взглядах куда поступать. Он пошел в геологоразведочный, а я в автотранспортный.

— А я подумал, что в глазах двоится! — рассмеялся Ваня. И остальные тоже.

— А я уже поступил — сообщаю Вадику — с моими оценками без экзаменов. Только сам домой не поеду, поделишься койкой?

Вадик не успевает ответить, Керим сообщает, что еще три койки свободных. Точно, как я мог забыть! Комната на 6 человек. Еще один появится завтра, а одна койка так пустая и оставалась.

— Я с городом уже познакомился — (еще бы, четыре года жил) — так что покажу вам.

Возражений нет, идем все вместе. Покупаем пирожки, такие вкусные, 4 копейки штука! Едем в центр и я веду всех в музей. А что, мы его несколько раз посещали, интересно. Музей истории донского казачества. Хотя казаки мудаки еще те, вот найти бы тут будущего атамана Козицына да придушить его. Грабежами только и занимались во время конфликта на Донбассе. Но пока до этого далеко, мы бродим по залам, рассматриваем старинное и не очень оружие. Потом идем в кино — кинотеатр Комсомолец. Фильм «Бриллиантовая рука» — скажите, надоел? Вот и парни так сначала говорили. Но я то, помню, как мы его смотрели, к концу фильма животы болели от смеха. Когда весь зал ржет, трудно удержаться! После фильма показал недорогое кафе, с каждого за ужин получилось меньше рубля. Довольные, вечером возвращаемся в общежитие. Я остаюсь пока на улице, захожу минут через 20, когда народа много уже туда-сюда прошло. Дежурная равнодушно скользнула по мне взглядом и снова уткнулась в телевизор. Поднимаюсь в знакомую комнату. Опять обнимаемся с Вадькой! Он тоже явно по мне скучает! Нет, я к нему больше как к сыну отношусь, он бестолковый, учить его и учить. Садимся играть в карты. Когда наигрались, предлагаю организовать чаепитие.

— А чай где? В магазин идти? — это Ванька — и сахара нет. И чайника. Ничего нет.

— Тоже мне проблема! Вадик, пошли!

Заходим в первую от нас комнату. Четверо пацанов, тоже поступать. Смотрят на нас, улыбаются, прикольно же, одинаковые до последней нитки.

— Парни, мы чай готовим. У нас есть вода. Помогите чем можете.

От них уходим с стаканом, чайной ложечкой и пачкой печенья. Во второй комнате девчонки постарше. Пока экзамены, все на одном этаже, потом поделят.

— Девочки здравствуйте! У нас чаепитие, приходите в гости. Только чая нет. И сахара.

В результате через полчаса у нас было еще три вида печенья и баночка меда. Правда и народа прибавилось — пришло несколько гостей. Чайника только никто не принес. Вариант сходить к дежурной я отмел.

— Мы геологи или нет? Должны находить выход в любой ситуации! Мне нужна трехлитровая банка и кусок электрического кабеля.

Искомое находится быстро. Ломаю пополам чайную ложку, перекладываю между двумя половинками спичками, сматываю нитками. Подсоединяю кабель и в воду. Зачищенные концы в розетку. Коллектив смотрит с открытыми ртами. Дети, что возьмешь! Через 20 минут вода в банке кипит.

Уже лежа в кровати, подвожу мысленно итоги дня. С учебой вопрос решен, с документами пока тоже. Жилье будет. Проблема остается одна — деньги. На стипендию не прожить — 30 рублей в месяц — это на одноразовое питание и все. А одежда, тетради, кино, да мало ли всяких мелочей нужных. Родители конечно Вадику будут давать, но не так уж много, ему одному внатяг. Вариантов немного — искать работу или воровать. Воровать я не умею, поймают сразу. А на работу никто не возьмет, у меня даже паспорта нет. Надо подумать, что я умею из того, что пригодится сейчас. Компьютеры отбрасываем, их еще лет 20 в продаже не будет. Строительные специальности пока в сторону, торговые туда же. Выращивание овощей, цветов? Земли нет и на это время нужно. Коноплю выращивать? Опять-таки, негде, да и если начну сбытом заниматься, повяжут быстро. Иностранные языки? Английский знаю, довольно неплохо, в том числе технический. И китайский, больше разговорный, но могу и читать. Переводы могу делать, будет ли спрос? Ну, хоть какая-то мысль. На этом засыпаю.



Утром Вадик с ребятами ушли на экзамен, а я остался строить планы на будущее. Мысль пойти мне на диктант вместо него отбросил, я то поступил тогда, зачем вмешиваться, вдруг пойдет не так. В моем техникуме нужно было явиться на занятия 1 сентября, а в этом, (Вадима), сразу после экзаменов, кто поступил, ехали в совхоз на работы. Итак, было 2 варианта. Первый — мне ехать в совхоз, а Вадику домой. Второй — Вадик в совхоз, я домой. Поразмыслив выбрал второй. Вадику нужно привыкать к новой жизни, ничего ему там не угрожает, так что пусть едет, работает. Определившись с ближайшим месяцем, стал думать о дальней перспективе. Осенью умрет Брежнев, через три года к власти придет Горбачев, дальше развал Союза. Могу ли я этому помешать? И нужно ли мешать? Нет, ничего я сделать не смогу. Никто не станет меня слушать, да и нет у меня выхода на таких людей. Остается извлекать личную выгоду из своих знаний о событиях. А вмешаюсь только после 2000 года. Пока готовиться, искать связи. Я помнил немало фамилий тех, кто имел вес в будущем. Вот пока они никто неплохо бы с ними завязать знакомства. Только, как их искать — интернета нет.

Вернулись парни с экзамена. Завтра будут результаты, а послезавтра второй — математика. Поступило предложение пойти в кино, поддержали единогласно. Быстро собрались и вперед. Эх, как хорошо то! Ничего не болит, полон энергии, сил. И впереди еще столько всего.

Так пролетели три дня. Вывесили списки поступивших, как и ожидалось, Вадик был принят. И отправился на борьбу за урожай. Насколько помню, мы лук там убирали. Никаких наставлений ему делать не стал, все там будет хорошо. Сам же отправился домой.


Жили мы в селе на границе Украины с Россией. В это время — символической границе. Полтора часа автобусом и вот я на родине. Вышел на повороте, пройти полкилометра и дом. Сердце буквально выпрыгивает из груди, я же не пять дней назад, как Вадик, уехал. Не доходя до дома, встречаю Иру. Ту самую, о которой Вадику говорил. Она мне нравилась, но завязать с ней отношения я так и не решился. А потом через много лет, на встрече выпускников, она мне призналась, что тоже была неравнодушна ко мне. Но и она и я были несвободны и что-то менять было поздно. Увидев ее подумал — вот шанс изменить будущее. Только вопрос, шанс для меня или для Вадика? Если для него, то все равно только с моей помощью, у него точно не хватит смелости даже прикоснуться к ней. Отложил решение на потом.

— Привет Ириша! Куда торопишься?

— Привет! Не тороплюсь, просто с магазина иду. А ты? Поступил?

— Поступил. Теперь я городской! Вот только за тобой скучать буду.

— С чего бы это? Раньше за тобой такого не замечалось.

— Так раньше я тебя каждый день видел. А вот уехал, чувствую, чего-то не хватает. Тебя вот встретил, сразу понял. Может, хоть фото подаришь?

— Ну не знаю, не знаю, надо подумать.

— Вот подумай, а я вечером зайду, узнаю что надумала?

— Ну… заходи.

— Тогда до вечера!

Так, один вопрос решен. Двигаемся дальше. Вот и дом родной. Даже руки дрожат, так волнуюсь! Открываю калитку, навстречу радостно бросается Болтик, карликовый пинчер. Узнал! Интересно, а если бы мы с Вадиком вдвоем зашли? Как бы он реагировал? Не успеваю додумать эту мысль, выходит мама. Какая же она молодая и красивая! Бросаюсь навстречу, обнимаю и так застываю.

— Соскучился? — мама явно удивлена, раньше я такими нежностями не отличался. — Не поступил?

— Поступил — с трудом отрываюсь от нее — через месяц на занятия.

— Жалко. Я уж надеялась, что в 9 класс пойдешь. Голодный?

— Да! Как зверь!

— Сам разогреешь? Там борщ и котлеты. А мне на работу надо бежать.

Пообедав хожу по дому, двору, вспоминая каждую мелочь. Как будто и не прошло больше чем полстолетия! Все такое знакомое, такое родное. Дерево, на котором я любил сидеть, скворечник, сделанный мной в пятом классе, колодец, самый глубокий в селе. Налюбовавшись на все, отправился навестить своего друга — Валерку. Учиться дальше он не захотел, решил посвятить себя сельскому хозяйству. Но чем конкретно будет заниматься, еще не решил, поэтому, в основном, бездельничал. Вот и сейчас я застал его за ремонтом рыболовной сетки.

— А, студент пришел! — приветствовал меня Валера.

— Здоров, колхозник! — не остался я в долгу. — Рассказывай, что произошло за время моего отсутствия.

Он рассказывал местные новости, а я смотрел на него и думал — вот кому в жизни менять ничего не нужно. Попадется нормальная жена, нарожают кучу детишек, хозяйство, всего достаточно. В моей помощи он точно не нуждался. Нет, потом мы с ним будем встречаться, я кумом его буду, если ничего не изменится. Но никаких катаклизмов на его пути не ожидалось.

— На рыбалку завтра идем? — прервал я его рассказ.

— Да хоть сегодня! — рыбак он был заядлый, уговаривать не нужно было.

— Сегодня поздно, да и планы на вечер.

— Что за планы?

— По бабам пойду.

— Ну не хочешь говорить, не надо — В то, что скромный Вадик пойдет по бабам, поверить он не мог.

Поболтав еще полчасика и договорившись о времени выхода на рыбалку, я вернулся домой. Как раз отец вернулся с работы. Ему на шею я кидаться не стал, еще плохо станет от удивления, поздоровался, спросил как самочувствие. Рассказал об экзаменах, о новых друзьях.

Вечером вернулась мама. Мы сидели вместе ужинали, я любовался ими. Разве мог я мечтать о таком? За что мне такое счастье? И я должен не просто жить в свое удовольствие, а помогать тем, кому смогу. Нужно вспоминать о крупных авариях, катастрофах и предупреждать. Беслан, Норд-Ост. Жаль, не помню точных дат. В Норд-Осте мюзикл какой-то был. Постараюсь вспомнить. А вот американцев про 11 сентября не буду предупреждать. Ибо нефиг на Россию наезжать.

Вспомнил про Ирку. Пора. Пришел к ее дому, сел на лавочку, жду. Выйдет или нет? Или позвать? Подожду пока. Мимо проходили односельчане, с любопытством на меня поглядывая. Прежний я сгорел бы тут от смущения, а сейчас меня это даже забавляло. Минут через двадцать скрипнула калитка. Выходит. Короткая юбочка, кофточка, босоножки. Интересно, где она ее взяла? Юбочку в смысле, в деревне если в такой, в эти годы, кто пройдет, сразу будет подвергнут жесткому осуждению.

— Давно ждешь?

— Всю жизнь!

— Какой- то ты не такой. Вот что город с людьми делает, на три дня уехал уже не узнать.

— Это плохо? — блин, может правда я слишком форсирую?

— Может и хорошо. Мне привыкнуть просто надо. К тебе новому.

Знала бы ты насколько права, думаю я. Только потом Вадик приедет и опять к прежнему привыкать. Нужно его поднатаскать. Но сбавлю обороты. И начал расспрашивать о всякой ерунде, кто куда поступил, кто остался в школе, чем она занимается дома. Вот так трепались, без всяких попыток физического контакта. Еще три недели — успею. Пока ее не позвала мама.

— Ира! Первый час ночи! А ну спать!

— Ой, правда, время сколько! Я пойду? — судя по голосу уходить ей не хотелось.

— Только если пообещаешь завтра опять встретиться.

— Раз ты так просишь, ладно.


Вот так я и провел три недели. Рыбалка, помощь дома по хозяйству, встречи с Ирой. К концу третьей недели мы с ней встречались не только вечером, а и днем ходили купаться на речку или просто бродили в окрестностях. Держась по-пионерски за руки. Но при встрече и расставании я уже целовал ее в щечку. А в последний вечер, перед отъездом поцеловал в губы. Она этого явно не ожидала, вздрогнула, но сопротивляться не стала. Эх, бедный Вадик, трудно тебе теперь будет!

Уезжать мне пришлось за неделю до занятий. Так как Вадик с совхоза должен был в это время вернуться. Куда ему деваться? Вот, вот. Пришлось придумать, что нужно ехать занять место в общежитии и отвезти часть продуктов, чтобы потом меньше тянуть. Так что я набрал полмешка овощей (картошки, лука, морковки) и героически поволок их к автобусу. И думаете, я буду стесняться? Ха-Ха!

Приехав в Новочеркасск, запихнул мешок в камеру хранения и отправился решать вопрос с жильем. Неожиданно с этим возникла проблема. В обоих общежитиях меня наотрез отказались поселить без направления с кадров. А в кадрах до 30- го не работали. И вот сижу грустный в парке на лавочке и ломаю голову. В кармане 20 рублей. В гостиницу без паспорта не пустят. Ночевать на вокзале? Неделю? Подумал о знакомых в городе, но все знакомые меня еще не знают. Труба… Вдруг удар по голове! Мячиком! Ошарашенный поворачиваю голову — два белобрысых мальчишки лет шести, виновато на меня смотрят.

— Дядя мы не хотели!

Присматриваюсь, да они близнецы! Одеты в разное только.

— Ладно, пацаны. Во что играете?

— В футбол!

— А почему одни тут?

— Мы не одни, папа билеты покупает!

Недалеко были карусели. И одна касса, в которую стояла очередь.

Достаю из под лавочки мяч, бросаю им. Не ожидавший броска, мальчишка инстинктивно отбивает мяч и он опять летит ко мне.

— Да ты можешь вратарем быть — шучу.

Разметили место между деревьями, типа ворота. В общем, заигрался я с ними. Подходит папа.

— Вы себе тут воспитателя уже нашли? Извини, я видел, как тебя мячом стукнули, этих бандитов надо было к дереву привязать.

— Да что вы! Такие славные мальчишки у вас.

— Пойдем с нами на карусели кататься! — вцепились славные мальчишки в меня.

— Может, правда с ними пойдешь? — с надеждой спрашивает отец — я билет взял себе, но лучше бы на лавочке посидел.

— Пойду, почему нет.

Потом была комната смеха, колесо обозрения. Потом в кафе меня угощали мороженым. И Максим (отец детей) спросил кто я — студент? Я рассказал, что только поступил, но приехал раньше времени и теперь не знаю где ночевать. Максим не успел рот открыть, мальчишки уже радостно кричали, чтобы я шел к ним и что мы вместе будем играть.

— Да цыть вы! Не дадут слово сказать. Ну а что, если ты не боишься, что вот эти с тебя скальп снимут, давай к нам. Места у меня хватит.

Естественно, отказываться я не стал. Но перед этим достал свои документы и положил перед Максимом.

— Вот. Проверьте сначала. А то мало ли кем я могу оказаться.

— Кем же? Беглым преступником? — рассмеялся Максим. Но документы все же посмотрел. Причем очень внимательно. Я даже заволновался, что заметит подделку. Но обошлось.

Жили они в частном доме. Уютный дворик, беседка, овчарка в вольере. Я сказал, что могу спать в беседке, пацаны закричали, что я буду спать с ними. Максим успокоил всех, отвел и показал мне небольшую комнату.

— Вот здесь располагайся. Сколько нужно столько и живи. И еще одно — он помолчал немного — не спрашивай про мать при детях. И не при детях не спрашивай.

— А как вы с ними сами? Или тоже нельзя спрашивать?

— Утром в садик, когда садик выходной, соседка следит за ними. У меня выходные редко, работа такая. Выкручиваемся. Вот завтра воскресенье, а у меня поездка в Ростов. Может, посидишь с ними?

— Да не вопрос. Только мне нужно будет брата сходить встретить, могу их с собой взять, тут недалеко.

— У тебя брат тут?

— Да. Близнец.

— Надо же! — удивился Максим — какое совпадение. Если надо, можешь и брата приводить. Поместитесь.

— Нет, он домой поедет. Спасибо.

Когда вышли из комнаты, мальчишки уже ждали меня со своими игрушками. Звали их Артем и Антон. Играя с ними, подумал — а если бы я назвал другой год? К примеру 72. И появился бы на глаза мамы второй шестилетний Вадик. Это было бы что-то!

— Антошка, Тёма! Купаться и спать! Замучили гостя.

— Вова, с нами купаться! — сразу потребовали мальцы.

— Купаться нет, а помыть вас могу. Можно? — вопросительно посмотрел на Максима.

— Ну ты сам напросился, я не виноват — хохотнул тот.

Действительно, непонятно было, кто кого купал. В итоге я был мокрее их. Пришлось, передав их Максиму укладывать, стирать одежду, все равно мокрая.

— Ну как — спросил он когда я закончил — сколько выдержишь?

— Да я сам еще ребенок. Мне нравится с ними возиться.

— Так может тебя взять няней работать? А что, жилье, питание и на карманные расходы.

— Я подумаю. — не поверил, что он всерьез это предлагает.


Утром, зевая, выхожу из своей комнаты и замираю с открытым ртом. Максим стоит одетый в форму капитана милиции. Вот это номер!

— Вы в милиции работаете?

— Да, я следователь. Не передумал еще с детьми сидеть? Не поздно соседку позвать.

— Не передумал. Мне это за развлечение.

— Тогда вот ключи от дома и калитки. Завтрак на столе, на обед суп разогреешь, ужин я вернусь, приготовлю. Мальчики уже завтракают. Они рано просыпаются.

После завтрака взял ребятню крепко за руки и пошел встречать автобус, в котором приедет из совхоза Вадик. Время я точно не помнил, а место запомнилось. И вот сидим, ждем. Дети на удивление ведут себя спокойно. Еще бы, я им рассказываю под видом сказки фильм Аватар! Подъезжает автобус, выходит Вадик, видит меня, подходит и…

— Эт-то ччто? — заикаясь, выдавливает он — тоже от-оттуда? — и неопределенно крутит рукой.

— Ты о чем? — не понял я.

— Дети, эт-то т-тоже мы?

Меня сгибает приступ смеха. Это ж надо такое вообразить! Ну да мальчишки светленькие с рыжеватым оттенком. Но совсем не похожи на меня в детстве.

— Нет, успокойся — сквозь смех объясняю — это я няней устроился работать.

— Ты так больше не пугай. А то заикой останусь. Что я еще мог подумать, увидев тебя с детьми.

Дети смотрят на нас восторженными глазами. Еще бы, любимая игрушка во втором экземпляре!

— Ладно, проехали. Слушай инструкции. Ты вчера уехал из дома, повез сюда продукты.

— Какие продукты?

— Не перебивай. Мешок картошки, лука.

— Мешок???!

— А что, чем мы будем питаться, по-твоему? Дальше, особо ни с кем я там не общался, с Валеркой пару раз на рыбалку ходил и все. Вечером часов в восемь идешь к Ирке.

— Что?!

— Что слышишь. Приходишь, садишься на лавочку, ждешь, пока выйдет. Выходит, встаешь, если никого нет, подходишь и целуешь. Понял?

Кивает. Весьма неуверенно. Эх, горе ты мое!

— Покажи давай, как будешь целовать.

— Как показать?

— Ну, меня поцелуй. Или лучше вот Антона. Кто из вас Антон?

— Я! — хором отвечают мальчишки.

— Любого целуй.

— Может не надо?

— Ты что, ребенка не можешь поцеловать?

— Могу.

Наклоняется и тыкается губами малому чуть ниже глаза. Я закатываю глаза. Господи, какой же он… я… блин, хороший мальчик.

— Пацаны, а ну покажите ему, как целовать надо — командую.

Тех дважды просить не надо, виснут у него на шее и обслюнявливают все лицо, пока он красный как рак не вырывается.

— Ладно, приедешь домой, на подушке потренируешься. В крайнем случае, забинтуешь горло, скажешь, мороженого переел, целоваться нельзя и говорить больно. Но лучше если поцелуешь. И лучше в губы. Она то этого будет ждать.

— Да?

— А чем я по-твоему занимался? Для тебя старался. Или ты не хочешь с ней? Могу себе забрать.

— Хочу.

— Вот и слушай что говорят. Веди себя с ней естественно, как со мной. Не вздумай только, если целоваться осмелишься, руки распускать. Нет, за плечи обнять, это даже нужно, а за грудь или в трусы даже не думай. По неопытности получишь по морде, будет моральная травма. Я тебя потом потренирую, когда время будет.

— На ком потренируешь? — с опаской глядя на детей, спросил Вадик.

— Не на них, не бойся. Теоретически. Все давай, на автобус опоздаешь. Не подведи меня там!

— Домой пацаны! — ловлю за руки воспитанников.

Максим вернулся поздно. Ужин я приготовил, не ожидая его. Для меня это не проблема. Благо продуктов полный холодильник. Сделал овощное рагу. Специй не жалел. Мальчишкам понравилось, тарелки вылизали. И для собаки кашу сварил с костями.

— Извини, я задержался. Как ребята себя вели?

— Отлично! Ужинать будете? Я приготовил.

— Не откажусь. Ты прям находка для меня.

Пока он ел, я думал. Это ж надо, к менту в дом попасть. А если что заподозрит? Следователь все-таки. И тут меня как током ударило. Чикатило! Он в это время может кого-то убивает. Я же могу помочь поймать его раньше, спасти несколько человек, детей. Да там счет на десятки идет. Только как это сделать? Правду сказать я не могу, исключено.

— А правда, что в городе маньяк объявился? — осторожно спрашиваю Максима.

Тот перестал есть.

— Какой маньяк?

— Ну я слышал, что детей и женщин в лесопосадках находили убитых.

Максим откладывает вилку, достает сигареты, закуривает.

— Бывали случаи. Но то, что это маньяк, с чего ты взял?

Черт, что же придумать? Макс вроде неплохой человек, не будет же он меня пытать, в конце концов. Эх, была не была!

— Максим, вы Иссу Костоева знаете?

Тот пораженно смотрит на меня.

— Это мой друг. Мы учились вместе. А ты откуда о нем слышал?



— Пообещайте, что не будете спрашивать, откуда у меня информация. Я не смогу ответить.

— Обещать не буду, и спрашивать буду. А отвечать или нет уже твое дело.

— Ладно, пусть хотя бы так. Я знаю что Исса, ведет дело о маньяке, на счету которого несколько десятков убийств. И так получилось, что я знаю кто этот маньяк. Понятно, что просто на слово мне не поверят, но вы можете проверить этого человека, проследить за ним и убедитесь.

— Если ты скажешь все, возможно его быстрее возьмут?

— Нет, это не ускорит дело. Наоборот, если я расскажу, откуда я знаю, мне не поверят и он будет убивать еще несколько лет.

— Хорошо. Ты знаешь его фамилию?

— Да. И адрес. Хотя с адресом я не уверен. Но фамилия редкая, найти будет нетрудно. Андрей Чикатило. Работает в школе, кажется. Или в конторе какой-то экспедитором. А в школе раньше работал.

— Действительно редкая. Мне нужно позвонить.

Максим зашел в свою комнату, оказывается, там был телефонный аппарат. Потов вышел и спросил.

— Уложишь детей сам? Мне нужно отъехать.

— Да, конечно.

Когда он вернулся, я не слышал. Просто утром опять я проснулся последний. Причем, дети уже были одеты. И почему-то заплаканные. Как оказалось, они не хотели в садик, а просили оставить дома со мной. Ну и получили нагоняй. О вчерашнем разговоре Максим не вспоминал.

— Побудешь еще у нас?

— Да, мне до 31 некуда идти.

— Заберешь тогда детей из садика. А то я могу не успеть.

Мы повели Антона с Тёмой в садик, Максим представил меня воспитательнице и сказал, что я буду забирать детей. Потом я съездил на вокзал забрал свой мешок. Будет мой вклад в питание, не люблю я нахлебником быть.

Шли дни, я привязался к детям, они ко мне. Готовил теперь и обеды и ужин. Дети сказали, что вкуснее, чем отец, Максим подтвердил. О Чикатило он молчал, я тоже не решался спросить. 31 августа проснувшись, лежу, размышляю. Нужно переселяться в общагу. Предложений остаться тут не поступало, если не считать шутки про няню. Так что собираю свое ничего и вперед. За завтраком так и сказал. Пора, мол, мне. Максим молчит, дети уронили ложки.

— А мы? — это Тёма. Я научился их различать.

— Буду вас навещать по выходным.

— Давай вечером поговорим — обозвался Максим — в общежитие сходи, место займи, а там посмотрим. Хорошо?

— Ладно, вечером буду.

С общежитием вопрос решился быстро. Стандартное здание, комнаты на четверых, все как и в прежнем технаре. Познакомился с соседями и отправился искать Вадика. Он должен был уже приехать. Пошел прямо в общежитие, я знал, в какую комнату его поселят. Так и есть, слышу его голос в открытую дверь. Места делят. Очкарик Колька с Геленджика, длинный Костя с Краснодара, шустрый Мишка с Одессы и Вадим. Захожу, Колька увидел меня первым — протирает очки, смотрит еще раз.

— Или у меня в глазах двоится или это Вадика братан — все поворачиваются, глаза как в японских мультфильмах. Вадик что, никому не говорил? Похоже на то.

— Знакомьтесь, мой брат Володя — Вадик довольно улыбается.

— Так ты тоже с нами учиться будешь? — интересуется Костя.

— Пока нет. Возможно позже. Вадим, ты устроился? Можем пообщаться?

Спускаемся вниз (комната на 4 этаже), на первом есть зал с теликом, сейчас пустой. Там и устраиваемся.

— Ну рассказывай. Что дома, как успехи с Иркой.

— Дома нормально. С Иркой… тоже.

— Что тоже? Целовались?

— Ага! — рожа довольная, значит не врет.

— Молодец. Ничего не заподозрила?

— Один раз прокололся, на речку пришли, я говорю — идем тут есть место классное. Привожу, а она — так мы тут уже были! Ты что, говорит, многих сюда водишь, что не помнишь. Еле отмазался.

— Не было времени детально тебе рассказывать, где были, о чем говорили. Выкрутился и ладно. Я в общаге недалеко буду жить, покажу потом.

— А где те дети, что с тобой были? Ты правда няней работал? Нянем!

— Нет, меня приютили просто, пока в общагу не вселился.

— А когда ты мне расскажешь, что там, в будущем будет?

— Успеем. В ближайшие лет 5 больших изменений не будет. Брежнев только скоро умрет. Да и если все что будет расскажу, ты не поверишь. Я бы сам не поверил, если-бы не знал. Например, поверишь, что я где-нибудь в лесу могу с устройства размером в наручные часы, позвонить любому человеку в мире. Без проводов. Или послать ему фото. Снятое этим же устройством. Или видео.

— Это правда будет?

— Да, и очень скоро. Но это ерунда по сравнению с политикой. Поверишь, что Украина будет воевать с Россией?

— Ну ты загнул! Ха-ха-ха. Юморист!.

— Если бы… Так что буду тебя информировать по мере необходимости. Пока ни в каких наставлениях ты не нуждаешься, все как я помню, шло нормально, с бабами тебе только нужно чуть научиться себя вести и все. Вот как вместе поселимся, займемся.

— А у нас близнецы в группе есть.

— Знаю, Вита и Эля. Нормальные девчонки. Но мне лично другая нравилась — Аня Долгова. Хотя и староста Женя тоже хорошенькая. Короче, обживайся, привыкай, я буду навещать. Паспорта получим, тогда вместе будем.

— А как ты без денег? Давай я поделюсь, мне дома дали.

— За меня не переживай, я выкручусь. С моим жизненным опытом я должен миллиардером стать. Мы должны.

Обнял Вадика на прощание, вышел на улицу. Ну и куда дальше? Пойду, приготовлю прощальный ужин. Хорошо мне с ними было. В магазине случайно повезло — покупаю килограмм мяса — целых два рубля, дорого блин. Беру еще торт, гулять так гулять.

С ужином провозился до вечера, чуть не опоздал в садик. Запыхался, но пришел вовремя, не люблю опаздывать. Пацаны непривычно спокойные, не носятся по всей дороге, уцепились за руки идут молчат.

— Что с вами? Что-то натворили?

— Неа… мы не хотим, чтобы ты уходил…

— Я никуда и не ухожу. Я же просто гостил у вас, а теперь мне учиться надо. А вас буду часто навещать.

Не помогло. Идут сопят. Подходим, у ворот машина. Гости? Зайдя во двор, вижу в беседке Максима с другим мужчиной, явно не славянской внешности. Дети его походу знают, полезли обниматься. Здороваюсь.

Мужчина тянет руку.

— Исса.

Ясно. Зря я пришел, сейчас меня допрашивать будут. Менты они всегда менты. Спрашиваю.

— Ужинать будете? Я плов приготовил.

— Настоящий плов? — оживляется Исса — конечно будем. Я голоден как волк.

Едим молча. Плов удался, мне не нужно даже спрашивать, вон близнецы тарелки вылизывают.

— Добавки не предлагаю, для торта место нужно оставить.

— Что за праздник сегодня? — интересуется Максим.

— У меня начало занятий. Ну и прощальный ужин типа.

— Мы тебе так надоели? Хочешь от нас сбежать?

— Нет, конечно. Вы от меня так просто не избавитесь, я часто приходить буду — отшучиваюсь, а на душе скребет.

— Мальчики, идите порезвитесь, утрясите место для торта — командует Максим — нам поговорить нужно.

Те послушно уходят. Предельное внимание!

Начинает Исса.

— Вадим, мы задержали Чикатило, в его виновности сомнений нет. Но он пока не признается. Ты действительно не можешь ничего сообщить, что поможет его прижать?

Я молчу. Сначала не понял даже, что не так. Потом как молотком по голове — Вадим? Он назвал меня Вадимом? Что это значит? Тихо говорю.

— Я Володя.

Максим откашливается.

— Понимаешь, когда ты дал мне документы я заметил, что имя исправлено. Запросил данные, есть Вадим Кольцов в данном селе, в данной школе. И никогда не было Владимира.

Молчу. Вариантов пока нет. Игру они ведут. Сказать мне им нечего, правде не поверят, соврать ничего не придумаю. Молчание затянулось. Ладно, сейчас сочиню им сказку, самую тупую какую смогу.

— У меня правда есть брат — близнец. Дети видели, да и вы можете проверить. Тот самый Вадим, о котором вы делали запрос. Мама, когда рожала, не знала что у нее двойня. Ей делали кесарево. От нее утаили о втором ребенке и отдали его, то есть меня другой женщине, знакомой главврача. Я не знал ничего до этого года. Весной я заболел и мне надо было делать переливание крови. Оказалось что у мамы кровь четвертой группы, у меня первая. Такое невозможно. Когда я выписался, настоял и мне рассказали. Я встретился с Вадимом и рассказал ему. Потом я ушел из дома, и решил вернуть себе настоящую фамилию. А имя оставил. Документы взял у Вадима после того, как он в техникуме оформил их. А он потом заявит, что потерял.

— Кому другому может такая версия и прокатила — улыбнулся Исса — а я таких сказочников за свою жизнь наслушался, что тебе до них как до Луны.

— Володя или Вадим, давай определимся — вступил Максим — кем бы ты ни был, у нас нет оснований тебя задерживать. В розыске с такими приметами никого нет. Так что остается только подделка документов. Но на это мы можем закрыть глаза — ты помог задержать опасного преступника. Тем более, я наблюдал за тобой целую неделю — ты хороший парень. Я людей чувствую. А мальчишки мои тоже к плохому человеку так бы не привязались. И ты можешь просто встать и уйти. Но мне не хотелось бы с тобой, потом встречаться в другом месте — когда тебя возьмут за попытку получить паспорт по поддельным документам или ты окажешься в розыске.

— Хорошо, я расскажу вам все, но не сейчас. Вы дадите мне время?

— Главное, чтобы для тебя не было поздно. Не вздумай с тем свидетельством пробовать паспорт получить.

— А вы можете сделать паспорт?

— Не, посмотрите какой наглец — засмеялся Исса — а ствол тебе не нужен?

Максим даже не улыбнулся.

— Вот когда все расскажешь, тогда и за паспорт поговорим. А пока… сам понимаешь, я не могу доверять тебе детей, если ты не доверяешь мне.

— Я доверяю, но есть причина, почему пока не могу рассказать. Спасибо Вам за помощь. Я вернусь, обещаю. Могу я с детьми сейчас проститься?

— Я тебя не гоню. Мы же чай еще не пили. Можешь сегодня тут ночевать. А дальше уже решай.

2

Я сидел в парке, там же где познакомился с близнецами и размышлял. Место удобное для размышлений, в прошлый раз проблему удалось решить. То, что мне придется довериться Максиму, я решил еще при разговоре. Выбора не было, без документов не обойтись, а кроме него я не знал, кто мне сможет помочь. Выдумывать правдоподобную легенду — не вариант. Они менты, все могут проверить. Придется сказать правду. Проблема в том, что они не поверят именно в правду. Это Вадику легко было доказать. Чикатило вот не доказательство. Стоп. Давай вспоминай, что еще знаешь. Из событий в этом году только смерть Брежнева. Это конечно аргумент если назову точную дату, но до этого еще почти три месяца. Была «банда амазонок» но это вообще после 2000 года. Так, а «санитары»? Кажется в это время. Переодевались во врачей, грабили и убивали людей. Именно в Ростове. Но что я помню про них? Руководил какой-то абхазец, барыга. Платил наркотой исполнителям. Ну уже что-то. Еще помню маньяка одного — Оноприенко. С Украины. Но когда он начал? Может сейчас еще примерный семьянин.

С другой стороны, они уже проверили и убедились, что есть один Вадик Кольцов. Нигде не найдут упоминания о близнеце. А я вот он. Причем идентичный, до последней царапинки. Загадка.

В автотранспортном учиться мне не понравилось. Во-первых, отсутствие девочек. Во-вторых, изучаемые предметы. И в-третьих, коллектив. Возможно, сказывался мой биологический возраст, мои сокурсники казались мне совсем детьми. И я проводил все свободное время с Вадиком и его одногрупниками. Тоже в принципе почти дети, но знакомые и как бы близкие. Что было хорошего, так это моя память. Как оказалось, я легко вспомнил математику и физику. Да и любые другие предметы тоже. Стоило мне увидеть или услышать то, что когда-то изучал, как сразу вспоминал это в совершенстве. Я и раньше не жаловался на память, но не до такой степени. Так что это явный побочный эффект от переноса в прошлое. В том числе и события. Стоило услышать какую-то известную фамилию — актера, певца, политика и я вспоминал, что с ним будет. Название страны — и в памяти всплывали президенты, революции, теракты. Завёл тетрадку и стал записывать всё что вспомню.


Приближался ноябрь и день рождения. Тянуть время было некуда, я сел за разработку плана. 6 ноября звоню Максиму. С общежития, тут телефон на вахте. Спрашиваю, могу ли я еще надеяться на его хорошее отношение, если все расскажу. И прошу пригласить Иссу для разговора. Так как Максим все равно с ним поделится, не будем растягивать. А если я смогу их убедить, то и для них и для нас с Вадимом это будет только на пользу. С их связями и с моими знаниями много чего можно натворить. Он обещает перезвонить. Через час меня зовут к телефону, дежурит сегодня баба Валя, вредная до невозможности. Еще не было случая, чтобы она кого-то позвала к телефону. Видимо Максим представился по форме, она смотрит на меня с подозрением.

— Приходи к 18.00, будем ждать — коротко информирует Максим.

Иду за Вадиком. Без него план не сработает. И с ним трудно будет, а без него и начинать нечего.

Прихожу, дверь в комнату закрыта, неужели в кино смылись? А нет, слышны голоса. Стучу, затихли.

— Вадик блин, вы что там, групповым сексом занимаетесь? — кричу в замочную скважину.

Открывают, у них пьянка. На столе почти пустая бутылка Кавказа (местное вино), под столом еще две полных.

— Вован ты вовремя, давай с нами накатишь! — Это Коля, уже хороший, да все уже хорошие.

— Не пацаны, некогда. Вадим собирайся мы уходим. Хотя — вино сейчас не то, что в будущем, никакой химии. Кавказ бормотуха еще та, но по крайней мере не отравлюсь. Беру бутылку, наливаю стакан до краев, залпом выпиваю. Для успокоения нервов хватит, разобрать не должно.

— Во, это по-нашему! — довольны парни — не, мы вас не отпустим.

— Надо мужики. Судьба решается. Если вернемся, я выставляюсь, гудеть до утра будем!

— А че, можете не вернуться? — Мишка одессит — Так мы с вами, всех порвем!

— Будьте на связи, будут проблемы, маякнем. Вадик! Ты скоро?

— Я готов — Вадика слегка разобрало. Ничего, у него роль статиста.

Вытаскиваю его на улицу, пока дойдем, протрезвеет. Он вообще-то в курсе дела. У нас секретов нет!

Вот и дом Макса. Открываю калитку, заходим, навстречу летят близнецы. Вадик идет впереди, они огибают его и виснут на мне. Вот как они так сходу различили? А я хотел, чтобы Макс и Иссой головы поломали, ху из ху. А шкеты бац — и обломали. Макс выходит на порог, сегодня прохладно, в беседке не посидишь уже.

— Варвары, отпустите парня, успеете еще поиздеваться! — пытается оторвать от меня мальчишек. Бесполезно. Так с ними и заходим. Исса уже здесь. Сразу беру разговор в свои руки.

— Товарищи следователи! Прошу вас активировать все ваши профессиональные навыки. Они вам понадобятся. Тёма, Тоха, сядьте, пожалуйста, вот тут и потерпите несколько минут. Мы начинаем представление.

Люблю театральные эффекты. Мы с Вадиком начинаем показывать стриптиз. Только без музыки. То есть разделись до трусов. Точнее плавок, плавки одинаковые — специально купил.

— Максим, ты сможешь своих близнецов различить? Не по поведению, а по телу?

— Конечно, могу.

— Вот попробуйте найти у нас хоть одно отличие.

Они очень старались. Даже дети приняли участие. Но все родинки, шрамы, прожилки, линии на ладонях были идентичными. Когда взгляд Иссы задержался на плавках, я снял и их. И Вадима заставил. Чуть выше лобка у нас родинка, специфической формы.

— Впечатляюще — подвел итог Максим — ждем продолжения.

— У вас есть чем снять отпечатки пальцев?

Максим чуть подумал, принес банку чернил и бумагу. Через 10 минут они вдвоем сидели, сравнивали отпечатки.

— Если бы я сам их не снимал, сказал бы что это невозможно. Давай не томи, колись, что за фокусы? — Исса явно был возбужден.

— Мальчики, покажите Вадиму вашу железную дорогу? — присутствия Вадима больше не требовалось, а детей нужно было убрать. Нехотя те пошли.

— Вы убедились, что мы абсолютно неразличимы. У вас есть хоть какая-то версия, как это может быть?

— Если исключить что ты робот, выращенный в лаборатории то нет — опять Исса.

— Это хорошо, что вы уже склоняетесь к фантастике. Потому, что правда еще круче. А теперь слушайте свои ощущения, на предмет того вру я вам или нет.

И рассказал все в деталях до момента встречи с Вадиком. Лица как у настоящих следователей были непроницаемые. Попыток прервать меня тоже не было. Потом я объяснил, почему оказался тогда в парке. И под конец выложил перед ними два экземпляра идентичных документов. Включая неисправленный комсомольский билет.

— Что скажешь Макс? — первым заговорил Исса.

— Даже не знаю. Я в затруднении. По ощущениям, он не врет. По содержанию — бред. Сказал бы, у него съехала крыша, но разумного объяснения всему этому тогда не вижу. Розыгрыш? Смысл? Да и технически сложно. Даже для иностранной разведки. Тело не подделаешь. А ты что думаешь?

— Я думаю, что та версия, что он рассказал в августе, выглядит намного убедительней. Но, к сожалению, она многое не объясняет. Это все или еще есть доказательства?

— У меня остаются только знания будущих событий. Первое вы сможете проверить очень скоро. 10 ноября умрет Брежнев. Генсеком станет Андропов.

— Значит точно иностранная разведка. Брежнева убьют? — нельзя было понять шутит Максим или серьезно.

— Нет, от болезни. Андропова тоже иностранная разведка поставит?

— Знаешь Исса, несмотря на всю фантастичность, я склонен ему поверить — задумчиво произнес Максим — мне он сразу показался совсем не шестнадцатилетним, а взрослым. Не говорят так подростки. Хотя с мальчишками наоборот, играл как их ровесник.

— Не будем торопиться с выводами, примем это за рабочую версию. К психиатру, например все равно сходишь. Ему этого рассказывать, конечно, не нужно, просто пусть даст справку что ты вменяем. И подождем 10-го. Что-то еще знаешь, что произойдет?

— Да, 16 ноября самолет разобьется. Где и какой не помню, но точно. Запомнил, потому что на мой день рождения. И в декабре в Ростове еще один, число не помню. Еще я хотел сказать про банду «санитаров».

— Что?! — встрепенулся Исса — а вот про это по подробней!

— Я мало помню о них. Точнее, мало знаю. Организатор какой-то наркодилер, платит исполнителям наркотой, те переодеваются во врачей и грабят квартиры. Должны ограбить или уже ограбили какую-то скупщицу краденного, фамилию не помню.

— Слепакова — подсказал Исса.

— Точно. А организатор абхазец, помню его отец — директор рынка, только где не знаю. Вот у этой скупщицы вы должны найти записи, через которые выйдете на него. Там врачей еще много в деле. Больше ничего не знаю.

— Представляешь Макс — повернулся к тому Исса — буквально вчера меня подключили к этому делу. Их ведут уже два года. Попробую по этим зацепкам пройтись. Ладно, рассказывай, что там в будущем нас ждет. Коммунизм когда построим?

— Нет, не буду я ничего рассказывать.

— Это еще почему?

— Только когда вы убедитесь на 100 процентов, что я не вру. Будущее настолько отличается от того что вы ждете, что вы мне сейчас точно не поверите.

— Настолько все плохо?

— Нет, значительно хуже. Но что-то мы совместно может и изменим. Вот Чикатило еще восемь лет был бы на свободе. И человек 30 теперь останутся живы.

Мы беседовали еще около часа. Менты выдвигали разные версии, сами же их опровергали. В конце концов, пришли в заключению, что моя — самая правдоподобная. Но пока полностью поверить они не могут, подождем подтверждения событий. На этом и порешили. Выходим из комнаты — пора спасать Вадика. К моему удивлению, они мирно сидят на ковре. Вадик что-то рисует на большом ватмане. Не помню я у себя художественных способностей! Подхожу ближе — все в порядке, рисунком тут и не пахнет. Какие- то закорючки, линии, квадраты.

— Мы рисуем план поиска сокровищ — информирует Тёма.

— А меня в долю возьмете?

— Конечно, ты будешь стоять на шухере! — это Антошка.

— А мы? — подключился Максим.

— А вы… — задумались ребята.

— Займетесь сбытом — подсказал Вадик.

Обратно мы с Вадиком шли в хорошем настроении. Пусть и не полностью поверили, но прогресс есть. Довел его до общаги, моя чуть дальше. Коллеги его, думаю, сейчас уже в отключке — три бутылки по 0.8 на троих…

Вот и 10 ноября. После обеда стали вывешивать траурные флаги. Я в дате не сомневался, но вздохнул с облегчением, мало ли что. Вот самолет теперь еще… Спасти их, не зная даже город, где случится авария, не представляется возможным. А может можно спасти СССР? С помощью Макса и Иссы устранить Горбачева, пока он не стал генсеком. А кто тогда придет на смену Черненко? Может еще хуже будет.


Стали ходить с Вадиком на тренировку. Нашел в городе секцию тхэквондо. Плохо что она платная, 20 рублей в месяц как бы и не много, но когда их нет… На первый месяц со стипендии заплатим а потом что-то придумаю. Переводами с английского немного подрабатываю в техникуме, нужно расширять клиентуру. А то и одеть толком нечего. Вадик частично поделился одеждой, но уже скоро зима, а теплых вещей у него самого мало. Да и на еду не хватает, перебиваюсь как придется. Секонд-хенда сейчас еще нет, в комиссионках цены как на новое. Написал от руки объявления — Переводы: английский и китайский — пойду расклеивать. Китайский — сомневаюсь, чтобы кому понадобился, для солидности написал. Телефон указал Тимура, одногруппника, он местный, у них дома аппарат есть. На выходе из общежития меня останавливает вахтерша.

— Тебе звонили, просили перезвонить. Вот номер я записала.

Номер незнакомый. Набираю. Оказывается Максим.

— Привет, я с работы. Ты не занят вечером? Нас задерживают, не знаю на сколько, сможешь детей забрать и посидеть пока приду?

— Без проблем.

Что, Макс стал доверять? Пока не подтвердилось, ни разу не просил. Да я не обижаюсь — сам на его месте так поступил бы. Быстро расклеил объявления по столбам и в садик. Сегодня новая воспитательница, меня не знает, только после того как дети повисли на мне, согласилась отдать их. Молодец, бдительная. Идем домой, с двух сторон слушаю новости из жизни близнецов. Одна из них меня останавливает.

— Что ты сказал, Тёма? Повтори!

— Ты придешь к нам на день рождения во вторник?

Эти сорванцы умудрились родиться в один со мной день! Сообщаю им об этом. Новая порция восторга! Надо подарок им приготовить. Где деньги брать?

Максим приходит поздно. Я уложил детей и смотрел телевизор.

— Извини, задержался — Максим в форме, нечасто он ее надевает — начальство перестраховывается, сидит на работе допоздна и нас держит. Оставайся ночевать, поздно уже.

— Максим, оказывается у нас с близнецами день рождения в один день!

— Здорово! Приходи вместе и отметим. С Вадимом конечно.

— Иссу пригласишь?

— Его и приглашать не надо, сам приедет. Он же крестный.

Утром перед занятиями подходит Тимур.

— Тебе двое звонили по объявлениям, вот номера.

— Спасибо, как вовремя!

После учебы созваниваюсь. Одна девушка из НПИ (политехнический институт), второй мужской голос спросил как у меня с техническим английским. Получив заверения что отлично, продиктовал адрес, попросил не задерживаться. Деньги нужны, иду сразу. Квартира в центре, поднимаюсь по лестнице, звоню. Открывает толстый лысый мужик. Смотрит вопросительно.

— Я звонил. Переводчик.

— Ты переводчик? Сколько тебе лет?

— Это имеет значение? Вам работа нужна — я ее сделаю.

— Ну проходи.

Оказалось, он привез из-за границы ребенку, как он выразился, компьютер. Но разобраться, как им пользоваться, не смог ни он, ни приглашенные друзья. Вот и хотел перевести инструкцию. Ребенок — упитанный пацан лет 12, присутствовал. Комната была завалена игрушками — машинки, роботы, конструкторы.

Компьютером эту игровую приставку назвать мог только он. Мне не нужно было даже смотреть инструкцию, чтобы объяснить, как ею пользоваться. Но с меня же перевод хотят. А это стоит дороже. Я попросил бумагу и за 15 минут переписал инструкцию на русский. И только потом предложил включить и показать процесс. Ребенок оказался понятливый, я так понял, что инструкцию читать никто не будет. Мы с ним сыграли даже одну игру.

— Сколько я должен? — спрашивает довольный мужик. А я смотрю на классный конструктор в большой коробке, такие появились в Союзе только в 90-е.

— Где вы купили такой?

— Из Японии привез. Зря тащил, он один раз открыл и стоит теперь второй год.

— Я бы взял в счет оплаты… — и замолчал, понимая, что стоит он дороже, чем я могу оценить свои услуги. Мужик чуть поколебался, потом потянулся за коробкой.

— Забирай, все равно только пыль собирает. Но если что с компьютером, буду тебя звать.

Ура! Подарок близнецам есть. Один на двоих, правда. Они к технике тянутся.

До вторника сделал еще три перевода, заработал целых 20 рублей. И Вадик домой съездил, дали денег на день рождения, отмечать есть чем. К Максиму с пустыми руками не пойдешь. Мы же тоже именинники — должны выставиться. На занятия решил забить, утром звоню Максиму.

— Доброе утро. Приглашение на день рождение еще в силе?

— Шутишь? Естественно, ждем обязательно.

— Тогда я приду раньше, займусь подготовкой, не возражаешь?

— Вообще отлично, а то я хотел заехать полуфабрикатов набрать. Ключи на старом месте, холодильник забитый, занимайся. Я постараюсь не задерживаться. Мясо есть, не вздумай покупать.

Иду, перехватываю Вадима по пути в техникум.

— С днем рождения братишка. Куда собрался, какая учеба, пошли со мной.

Идем покупаем шарики, хлопушки, фольги, конфеты, дождик. Будем делать праздник. Потом на базар — фрукты и овощи. И домой к Максу. Вадику поручил художественное оформление, сам проследовал на кухню. Что мы тут имеем? Свинина, курица, печенка, грибы, картошка. Даже майонез есть — жуткий дефицит. Значит курицу запечем в духовке, делаем шашлык, мангал я видел в кладовке. Салаты, пюре. Сладкого ничего нет. Надеюсь, Максим догадается торт купить. Мариную мясо, готовлю салаты. Надо мальчишек пораньше забрать из садика. Как у Вадика там дела?

— Из меня уже весь воздух вышел — жалуется Вадька. Конечно, 48 шариков надуть! По количеству лет прожитых всеми именинниками (не считая мои в прошлой жизни) Дождики развешаны, даю указания по встрече и иду в садик. Они уже одетые — как будто знали, что раньше приду. Расцеловал их, воспитательница смотрит на меня с удивлением.

— Люблю я их! — объясняю.

— Мы тоже тебя! — кричат они.

Сегодня холодно, идем быстро. Открываю дверь, пропускаю их первыми и… Гремит музыка, хлопают хлопушки, блестит мишура, шарик блин лопнул! Вадик обнимает пацанов, я достаю завернутый в целлофан конструктор.

— Мальчишки, с днюхой вас! Растите большими и здоровыми. Держитесь друг за друга — вместе вы сила!

— У нас тоже подарок для вас! — кричат малые, бегут в свою комнату. Интересно, что они приготовили. Вау! Вот зачем они выжигатель просили у Макса. Изобразили нас с Вадиком на доске, покрыли лаком. И что удивительно, похоже получилось. Без помощи Максима не обошлось.

Пока дети заняты подарком, продолжаю готовку. Курицу в духовку, Вадика разжигать мангал. Звоню Максиму узнать, когда придет и напомнить за торт. Говорят уже ушел. А вот и он. Нет, это оказывается Исса. Вручает выбежавшим малым набор — сабли с ножнами и щиты. Он что, с ума сошел?! Да они тут всё и всех покрошат! Но поздно, викинги уже вышли на тропу войны.

Потом Исса поздравляет нас. Пожимает руки.

— Вы я слышал, тхеквондо занимаетесь? Тогда вам пригодится. — И достает два кимоно. Еще бы не пригодилось, а то мы одни, как дураки, в спортивных.

— Новости смотрели? — спрашивает Исса.

— Нет, а что там?

— Под Иваново военный самолет разбился. Ан-12. Семь человек погибло.

Я молчу. Ну не знал я где!

Двери открываются, входит Максим. С тортом.

— Я как всегда последний. Своих я утром поздравил, теперь вас. Где наши уши!

Ой, больно же! Хорошо надрав нам уши, Макс достает со шкафа два больших свертка. Тоже одежда? Точно, две теплых куртки с капюшоном. Обратил внимание, в чем я хожу. Но это же дорого, не так много он зарабатывает, чтобы малознакомым парням такие подарки дарить. Даже не знаю что сказать, Вадик тоже растерян.

— Спасибо Максим, но ты же наверно всю зарплату на нас угрохал, как так можно!

— За мою зарплату не переживай! Я там видел, мангал прогорает.

Ойкнув, Вадим помчался во двор. Я тоже вспомнил про курицу в духовке. Успел! Не сгорела! Даже еще чуть недопеклась. Но запах уже… ммм… желудок сворачивается! Исса берет на себя шашлык, я сервирую стол. Максим достает шампанское и бутылку коньяка. Ого! Нам тоже наливать будут? Вино то мы в общаге регулярно употребляем. Да и я… взрослый… А Вадику тоже не страшно — алкоголиком не станет. Иммунитет у нас. Всегда мог остановиться вовремя. И тяги к спиртному не возникало.

С гостиной периодически раздаются хлопки. Шариков все меньше… хорошо, что только шарики. Пора забирать оружие и усаживать за стол.

— А ну-ка, виновники! — строго начинаю я, глаза ребят расширяются — торжества, разоружаемся, мыть руки и за стол!

Как раз и шашлычок подоспел. Рассаживаемся и пошло застолье. Тосты, пожелания. Мы с Вадиком ограничились шампанским, а менты налегли на коньячок. Малым вскоре сидеть спокойно надоело и их отпустили с условием, играть в мирные игры. Пока было тихо, значит занялись конструктором.

— Сегодня серьезные разговоры вести не будем — начал издалека Максим — праздник все-таки. Но вот меня гложет любопытство по поводу перемен в руководстве нашей области. Володя, может случайно помнишь, что-нибудь о кадровых чистках после смерти Брежнева?

— То есть сомнений по моему поводу у вас уже нет?

— Не то чтобы совсем не было, но как бы это выразиться… больше внутреннее сопротивление нереальности происходящему. Не так просто принять это.

— Я понимаю. А об Андропове я читал уже после, через много времени. Так что о нем кое-что помню, а о кадрах его времени не очень, практически ничего. Чистки были и значительные, особенно на Украине, велась борьба с коррупцией. Но фамилий не помню, точнее и не знал. Будет указ о борьбе с тунеядством, я помню, как в кинотеатрах днем проводили проверки, останавливают фильм, включают свет и у каждого выясняют — почему не на работе или учебе. Но он скоро умрет. Весной 84-го.

— Так быстро?

— Да, он болен, почечная недостаточность. Из больницы не вылазит. Потом узнают, что часто по улицам возили манекен, похожий на него, а он в это время лежал в клинике. Я даже стих его запомнил — он писал стихи!

Лежу в больнице. Весь измучен,

Минутой каждой дорожа.

Да, понимаешь в жизни лучше,

Коль жопой сядешь на ежа.

— И кто будет следующий? — спрашивает Исса.

— Черненко. Тоже недолго, чуть меньше года. А вот после него будет протеже Андропова Горбачев. Он заслуживает рассказа подробней. Но не сейчас, не хочу портить праздник. А налейте мне коньячка! — я резко закруглил тему.

— А не рано? — засмеялся Исса, но взялся за бутылку и стал разливать.

— Да я старше вас! — возмущаюсь — к тому же вот придет Горбачев к власти, введет сухой закон, будете с закрытыми окнами, втихаря пить, если достанете. Максим, я у тебя гитару в комнате видел…

— Умеешь играть? — удивился Вадик. Да я помню, сколько хотел научиться, а все не получалось. Было уже лет 30, когда познакомился с одним гитаристом от бога, сколько я ему коньяка споил, пока он меня учил…

— Да, Вадька, не переживай, научу.

Максим принес гитару. Прошел по струнам — настроена. Голос у меня не громкий, только для спокойных песен.

Песен еще ненаписанных, сколько,

Скажи кукушка, пропой

В городе мне жить или на выселках,

Камнем лежать или гореть звездой

Звездой…

Песня понравилась, Исса попросил слова записать. Он оказывается, тоже играет. Да я мог бы карьеру сделать как поэт-песенник, только плагиат не мой удел. А спеть — пожалуйста. Как вам это понравится:

В Афганистане, в «Черном тюльпане»,

С водкой в стакане мы молча плывем над землей

В отпуск бессрочный, рваные в клочья,

К русским зарницам везем ребятишек домой.

После этой песни Исса молча наполнил рюмки. Сам выпил и вышел во двор.

— У него племянник погиб в Афгане — сказал Максим.

Ночевать остались у Макса. Не отпустил он нас, так как в ход пошла вторая бутылка и меня изрядно разобрало. Возраст возрастом, а молодой организм оказывается важнее.

Утром проснулся рано, голова даже не болит. Выхожу, Максим варит кофе.

— Доброе утро. Как самочувствие? — приветствует он меня.

— Замечательно! А вот настроение не очень.

— Что так?

— Проблема есть — беру быка за рога — шестнадцать исполнилось, без паспорта не обойтись. Вот думаю к криминалу податься на поклон, пусть ксивы выправят. Не подскажешь кого?

— Ты и сам нехило подделываешь.

— Ну ты же просек подделку!

— До конца не был уверен, когда на запрос ответили, тогда убедился. Ладно, нечего на меня давить, что-то придумаю. Для тебя важно, чтобы осталась твоя фамилия?

— Я же учусь под ней, не хотелось бы год терять. Да и с Вадимом расставаться я не собираюсь, а как мы будем под разными?

— Но ты понимаешь, что в случае любой проверки сразу выяснится, что не было близнецов. Нельзя внести исправления на месте рождения, в школе. Или в армии или на работе всплывет.

— Не будет проверок. В политику я не пойду, в органы тоже. Постараюсь быть незаметным. Да и скоро Украина будет заграница, просто так запрос не отправишь.

— То есть как заграница? — оторопел Макс.

— Вот так. Советского Союза не будет. Вообще такие времена наступят, что будет не до проверок.

— Нет, тебя точно ЦРУ подослало. А теперь меня хотите повязать на фальшивых документах.

— Нужен ты ЦРУ. Кстати по шпионам. Твою мать! Как я раньше не подумал!

— Ты что ругаешься?

— Понимаешь Максим, я помню фамилии предателей, которые работают на вражеские разведки или перебегут к ним. И до сих пор ничего не сделал, чтобы их выкрыть. Хотя с ГРУ связываться это не со следаками. Им в руки попадать не хочу. Давай ты подскажи, как им передать информацию.

— А мне с ГРУ связываться хочется. Потом поговорим, пора будить детей. Да, кстати, мое предложение по поводу няни еще в силе. Подумай на досуге.

Досугом оказалась скучная пара по технологии металлов. Под монотонный голос преподавателя думалось хорошо. Предложение Максима было конечно очень заманчиво, решало вопрос вечной нехватки финансов. Ну а Вадик? Если спросить, Максим скорее всего скажет, живите вдвоем, но для него это будет напрягом. Или нет? Не хочется хорошего человека обременять.

— Кольцов! Спишь? — голос преподавателя сменил тональность — Может, ты нам расскажешь, из каких минералов делают железо?

— Гематит, формула Fe2O3, магнетит — FeFe2O4, лимонит — FeOOH — отчеканил я — в меньших количествах пирит. Производится в мартеновских печах. Чугун — в доменных.

Я же геолог! Такое не забывается. Препод не сразу пришел в себя. Мы то еще не проходили эту тему, он только начал рассказывать. С учебой у меня проблем нет, вот только один предмет меня выводит из себя — обществоведение. Как тогда не любил, так и сейчас ненавижу.

Сегодня второй день отмечаем день рождения. Теперь с ребятами в общаге. У Вадика естественно. Здесь поскромнее, с нас выпивка — с ребят закуска. Затарились вином (рано еще водку пить) и к вечеру начали сабантуй. В разгаре веселья кто- то ломится в дверь. Точнее ломились и раньше, в общаге это обычное дело, но в этот раз стучат ногами и сильно. Мишка открывает, вваливается Роберт, здоровенный второкурсник с соседней комнаты. Насколько помню с той жизни, он терроризировал первокурсников невероятно, через год его посадят за многочисленные факты вымогательств, побои.

— Вы че, припухли, сколько я должен стучать? — подходит к столу, садится, наливает в стакан вино.

Во мне закипает злость.

— Тебя кажется, никто не приглашал — и сплевываю в сторону.

— Ты че, ох…л? — глаза Роберта навыкате.

Он поднимается, идет ко мне, не успеваю среагировать, как лечу в угол от прямого в челюсть. Поднимаясь, вижу, как в другой угол летит Вадик. Остальные пока в оцепенении. Медленно иду к столу, держась за челюсть, Роберт с усмешкой наблюдает. Ничего, не в таких переделках бывал! Резко хватаю со стола стакан с томатным соком и швыряю ему в лицо и сразу бью ногой в пах. Стакан он отбивает рукой (ну и реакция!), но сок выплескивается по всему лицу, удар тоже проходит четко. В довершение из-за моей спины выныривает Вадик и на голову согнувшегося Роберта обрушивается табурет. Нокаут! Вадик норовит врезать еще ногой, я не даю. Кажется он в отключке, не хватало, чтобы сдох. Наклоняюсь, кажется, дышит.

— Пацаны, воды — Колька подает графин, лью прямо из него на голову Роберту. Шевелится. Вдвоем с Мишкой поднимаем и сажаем на стул. Роберт очумело крутит головой, прикладывает руку к затылку.

— Ну вы парни даете — с трудом выговаривает он — так меня никто не пи… л!

— Ты устал — говорю ему — тебе бы пойти лечь.

Он кивает головой.

— Да, пойду я — поднимается и пошатываясь выходит.

Коллектив еще в шоке, надо разруливать. Блин, а челюсть болит…

— Вадик, ты как? В норме? Что у нас еще бухать осталось? Пойдемте к бабам, что мы как голубые закрылись тут.

Девчонки живут этажом ниже. Вваливаемся без спроса в одну из комнат, впрочем, нам рады. Через 10 минут сидеть уже негде, девок вдвое больше чем нас.

— Вот теперь мы вас отличим! У Вадика синяк слева, а у тебя справа! — шутит Ира Линева, бойкая худенькая девчушка.

— Ты лучше тонального крема дай. Мы в город пойдем нормальных девчонок искать, а то тут одни язвы, нет, чтобы пожалеть! — отвечаю.

— Иди я пожалею! — Рыженькая Таня постоянно ко мне пристает. И к Вадику тоже. Тогда я на нее внимания не обращал, а сейчас меня на всех хватит.

— Да ты только обещаешь, а сама потом в кусты — завожу её.

— Кто в кусты? — возмущается — это ты боишься меня!

— Я боюсь? А ну пойдем! — поднимаюсь и тяну её за руку, пока не опомнилась. Идет. Выходим в коридор, веду за руку на наш этаж. Уже перед дверью притормаживает.

— Ладно, верю, что не боишься, пойдем назад?

— Заходи, посмотришь, как мы живем — открываю ключом дверь, пропускаю ее и замыкаю снова на ключ. Не включая свет, беру за плечи, разворачиваю к себе и впиваюсь в губы. Отвечает, причем умело. Начинаю раздевать, никакого сопротивления — даже неинтересно. Или нимфоманка?

Минут через 40 возвращаемся. Никто не подкалывает, ничего не спрашивают. Наливают по штрафной за пропуск. Праздник продолжается!


На следующий день после занятий захожу опять к Вадику в общагу. Нужно обсудить предложение Макса. Выходим с ним в безлюдное место — кухню. На мужском этаже, в отличие от женского, здесь всегда малолюдно.

— Вадька, Макс мне предлагает жить у них. Смотреть за детьми, по хозяйству помогать. Вот не знаю соглашаться или нет.

— Конечно, соглашаться! Денег у меня не хочешь брать, голодаешь вечно. Чего тут думать?

— Думаешь? А ты?

— А что я, мне тут нравится. Будем в гости ходить.

На кухню заходит Роберт. Я напрягаюсь, стараясь незаметно оглянуться вокруг на предмет ударных предметов. Вадик — тот открыто смотрит на огнетушитель на стене. Роберт протягивает руку.

— Здоров пацаны. Расслабьтесь, все нормально. У меня претензий нет, а если кто вас тронет, скажите мне, разберусь. Не, ну вы звери, башка до сих пор болит.

— Извини, так получилось — пожимаю плечами.

— Зато все уже в курсе. Так и говорят — с вами лучше не связываться.

— Роберт, ты идешь? — заглядывает в дверь кент Роберта Муслим.

— Да, идем. Давайте пацаны, если че надо, обращайтесь.

Вот так бывает. Ну уж лучше мы сами свои проблемы решать будем.

— Ладно, братишка, пойду, на тренировку вечером не забудь.


Живу у Максима уже неделю. Стараюсь быть полезным, загружаю себя по максимуму. Готовка, уборка, стирка. Как домохозяйка. До этого соседка многое делала, Максим ей платил. Иногда заходит, недовольства потерей заработка вроде не выражает. Вот принесла пирожков, испекла. Живет одна, тоже к детям привыкла.

— Эх, такой мужчина Максим и так не повезло с женой — вздыхает Анна Павловна.

Так, Максим говорил, чтобы у него не спрашивал и у детей. За остальных речи не было.

— Анна Павловна, а что с его женой случилось?

— Да ничего не случилось, жива, здорова. Застал Максим её с любовником, выгнал из дому. Живет сейчас с тем хахалем.

— Давно? И что она, не хочет детей видеть?

— Год скоро. Сначала ходила, потом когда в положении стала, Максим запретил. Наверно родила уже.

— Странно, что дети за нее не вспоминают.

— Обиделись. Максим сказал, что к чужому дяде ушла. Вот кто ж белое с цветным вместе стирает? Давай я заберу, дома постираю. Ты и так молодец, все делаешь. Как девочка. Не обижайся это я не в обиду, наоборот. Если не справляешься, говори, я помогу. И денег мне не надо, мне пенсии хватает. А ты ж учишься еще, когда все успевать.

— Спасибо Анна Павловна, если надо, буду говорить. И вы не стесняйтесь, если по дому что надо сделать: прибить, отремонтировать.

Действительно, иногда было трудно. К тому же, по переводам клиентуры прибавлялось, появились постоянные клиенты. Телефон теперь есть заказы принимать. Приходилось работать ночами, не высыпался постоянно. Деньги небольшие, но и 50 рублей в месяц в моем положении существенно.


Начался декабрь. Исса не появлялся, загружен был работой. С Максимом мы много беседовали вечерами, я рассказал ему многое из того, что произойдет в будущем. В результате, он стал верить мне меньше, но я не переживал, ближайшие годы убедят. В один из дней он, придя с работы, положил передо мной красную книжечку — Паспорт гражданина СССР.

— Не спрашивай, чего мне это стоило. Надеюсь, до глубокой проверки не дойдет. Обычную, он выдержит. Так что тебе нельзя попадать в поле зрения КГБ, ГРУ, ну и популярной личностью становиться тоже не рекомендую. Певцом там или актером. Чтобы ни у кого не возникло желания ехать на твою родину, брать интервью у земляков близнецов.

— Спасибо Максим, я твой должник.

— По поводу долгов, ты почему свои деньги на продукты тратишь?

— Почему свои? Ты же даешь.

— Я что, цен не знаю? Ты тратишь больше, чем я даю.

— Да иногда сладостей возьму, мальцов побаловать. И не надо на меня наезжать, хочу и трачу!

— Наезжать? Что у тебя за сленг?

— Лет через пяток это будет очень популярное слово. Рэкетиры, коммерсанты, бандиты, наезды, стрелки.

— Стрелки?

— Бандитские разборки. Я бы на твоем месте подумал сейчас о смене специализации.

— И на какую же?

— Адвоката, например. Или юрисконсульта. Следователь будет не очень престижная профессия и мало оплачиваемая. Без зарплаты месяцами будешь, а у тебя дети. А паспорт обмыть надо! — закончил я на веселой ноте.

— Смотри, сопьёшься так.

— Если сравнивать, сколько пили тогда, ну как Вадик с парнями сейчас, то я вообще трезвенник.

— Тогда иди, отмечай. Ночевать не ждать?

— Как получится.

Отношу сделанные переводы, получаю 10 рублей. Как раз хватит обмыть. Иду в общагу к Вадику, по пути беру 4 бутылки вина. Закуски не беру, Вадик вчера приехал из дому, еды привез. Пока иду, размышляю. Вот я казалось бы, по возрасту старый человек, а веду себя как подросток. Выпивки, драки, девчонки. И главное, нравится. Наверное, потому что раньше не понимал в этом возрасте, какая ответственность быть взрослым. Содержать семью, зарабатывать деньги. А сейчас пользуюсь возможностью быть беззаботным. Третий раз мне этого не дадут.

Застаю Вадика в грустном состоянии. Начинаю допрашивать.

— Что случилось? Дома что?

— Не, все нормально.

— Я же вижу, ты не такой какой-то. Колись, давай. С Иркой поссорились?

Молчит. Значит угадал.

— Вадик, ты мне кто? Ты больше чем брат. Какие у нас могут быть секреты друг от друга?

— Ну, не то чтобы поссорились. Так, как-то… — мнется Вадик.

— Не дает? — догадываюсь я.

Кивает. Да, надо комплексы ломать у парня.

— Забей. Если она тебе нравится, успеешь еще. Лишь бы другой не опередил. А у тебя тут девчонок столько, а ты не пользуешься возможностью. Вот Танька тебе как?

— Вроде ничего.

— Вот и не тушуйся. Сейчас сабантуйчик организуем, девочек пригласим. Поухаживай за ней, сядь рядом, чем угостить, что подать, музыку сейчас найдем, танцы, приглашай только её. Если она не против — почувствуешь, тогда тяни где можно хотя бы целоваться, а после уже я вам на полчаса комнату устрою свободную. О, я вижу ты гитару привез?

Гитара была у Вадика давно, научиться только, не было возможности. Научу, вдвоем будем играть.

Ребята все ездили домой на выходные, продуктов было море. Быстренько накрыли стол, отправили Мишку звать девочек. Через 5 минут привел: Таня, Ира, Лера и Ксюша. Лера это Валерия, немного полненькая, но симпатичная девочка. У Ксюши проблемы со зрением, без очков почти не видит, но когда снимает, выглядит так трогательно, так и хочется поцеловать. Решаю, буду опекать сегодня Ксюшу. Рассаживаемся.

— А что за повод? — Ира еще не привыкла пить без повода.

— Как? Вы еще не знаете? — вскакиваю я — Я достаю из широких штанин…

— Нет, только не здесь! — смеется Таня.

— Извращенка! Читайте! Завидуйте! Я гражданин Советского Союза!

— Поздравляем! Наливай! Ура! Браво! — все кричат одновременно, чокаемся, пьем, смеемся, наливаем по новой.

После третьей включаем магнитофон, который я одолжил у Роберта (а что, заслуженным уважением нужно пользоваться). Только медленной музыки нет. Поглядываю на Вадика, от Тани не отходит, та, кажется, не возражает.

— А кто на гитаре играет? — Ира заметила инструмент.

— Вы хотите песен? Их есть у меня! — беру гитару, подстраиваю. Что бы исполнить? Не будем смущать неокрепшие умы незнакомыми им вещами. Привычное и романтичное, мы же геологи!

Ребята надо верить в чудеса

Когда-нибудь весенним утром ранним

Над океаном алые взметнутся паруса

И скрипка пропоет над океаном!

Потом не удержался и спел пару песен Цоя. «Звезда по имени солнце» и «Восьмиклассница» Получил заслуженные аплодисменты.

— А на улице снег валит, пойдемте в снежки играть! — выглядываю в окно.

— Точно, пойдемте! — поддержали девчонки.

Подмигиваю Вадику, приобнимаю Ксюшу и по пути шепчу ей какой-то бред на ушко. Вываливаемся толпой на улицу, луна, фонари, серебристый снег, красота! Вадика с Таней не видно — молодец! Наверное, целый час бесимся как школьники, бросаемся снежками, валим друг друга в сугробы, орем песни. Пока из общаги не выходит воспитатель и не делает нам выговор. Я поглядываю на окно на четвертом этаже. Вот свет загорелся, можно. На входе вахтерша кричит:

— Кольцов! К телефону!

Подхожу, Максим.

— Ты еще в состоянии ходить? У нас гость, ждем тебя.

Прощаюсь с ребятами, эх с Ксюхой не успел ничего. Гость быстрее всего Исса, он с командировки должен был вернуться.

Я не ошибся, действительно Костоев приехал. Сидят, коньяк попивают, а на меня еще Макс наезжал! Поздоровался, Исса сразу к делу.

— Ты говорил Максиму о предателях. У меня есть контакт в ГРУ, могу забросить им информацию.

Я сразу протрезвел. Доверие, доверием, а личная безопасность важнее.

— Уверен, что не потребуют сдать источник информации?

— Уверен. Мой друг там работает в отделе внутренней безопасности, так что ловить шпионов и предателей его прямая обязанность. Вот и пусть себе приписывает заслуги, а как он это сделает — его проблема.

— Звучит обнадеживающе. Ладно, диктую. Олег Калугин — генерал КГБ, сейчас кажется еще полковник, Владимир Ткаченко из ГРУ, работает на МОССАД, Геннадий Вареник — разведчик, в 87 году растратит 7 тысяч долларов и сдастся германской разведке, самый гнилой — Дмитрий Поляков из ГРУ, работает на американцев 20 лет, сдал уйму разведчиков. Олег Гордиевский тоже около 10 лет работает на британскую разведку. Это те, кого помню. Есть еще несколько фамилий, но они сейчас еще или вообще не на службе или честно работают, а предадут лет через 10–15. Так что у них есть шанс. Увидят как этих разоблачат, расстреляют, возможно и не будет предательства. Да, и еще одно событие случится в следующем году, осенью. Пассажирский самолет Боинг из Южной Кореи с пассажирами умышленно нарушит границу СССР. Его собьют, погибнет более 200 пассажиров. Я не знаю, как об этом предупредить… например, как о готовящейся провокации. Хотя решение сбить может и в этом случае будет. Особых последствий это не вызовет. У меня все.

— Все записал. Надеюсь, их смогут прижать. Уже то, что кто-то знает эти фамилии, будет аргументом для их проверки. Ведь если я правильно понимаю, они работают под прикрытием.

— Точно. Как разведчиков их знает узкий круг лиц.

— Хорошо с этим все. А теперь поведай нам про будущее. Считай, мы тебе верим полностью.

Все я им не стал рассказывать. Слишком тяжело для восприятия. Хватило до 2000 года истории. Сидят, переваривают. Первым опомнился Максим.

— Допустим все это правда. Мы же можем попытаться что-то изменить?

— Проблема ведь не в одном человеке, Горбачеве или Ельцине. Устранив их, её не решить. В стране критическая масса чиновников, которые имеют власть и деньги, но не имеют возможности жить красиво, как на западе. Поэтому, они поддержат любого, кто им это предложит. Почти никто не пытался остановить развал СССР. Жалкое ГКЧП не в счет. Все радостно кинулись грабить ставшее бесхозным народное добро. Готовы вы стать перед этой жадной, обезумевшей толпой? Через это надо пройти, это прививка на будущее. К тому же вы не знаете того, что будет после 2000 года. Как вам известно, я из 2036 года. К тому времени Россия вышла на одну из лидирующих позиций в мире. По всем показателям. Если сейчас что-то менять, неизвестно чем окончится в будущем. У каждой страны идут взлеты и падения, этого не избежать. Расслабились — получили по морде, сжали булки, собрались — забрали свое.

— Хорошо, пока прервемся. Нужно это переварить — резюмировал Максим — да и время уже позднее.

3

Приближается Новый год. Вчера Максим притащил елку и сегодня я не пошел на занятия, а детвора в садик. Будем заниматься украшением. С утра сходили на рынок и по магазинам, набрали игрушек, гирлянд, мишуры. Я установил елку и стали наряжать. Слышу, у дома остановилась машина. Кто бы это мог быть? Заходят Максим, Исса и незнакомый мужик с военной выправкой. Ох, не нравится мне это.

— Володя знакомься, Виктор. Мой друг, о котором я говорил.

— Ты еще, кажется, говорил, что он не будет интересоваться твоими контактами.

— За Виктора я ручаюсь. Дальше него это никуда не уйдет.

— Владимир — вступает в разговор Виктор — это и в твоих интересах. Обладая такими знаниями как у тебя, можно добиться многого, но для этого нужна мощная поддержка. И мы можем тебе её оказать. Сотрудничество и на благо государства и в личных интересах.

— Возможно вы правы, но вопрос в другом. Вы все меня воспринимаете мальчиком, как я выгляжу. Но ведь это не так. И я хочу, чтобы со мной советовались, прежде чем решать, кого посвятить в курс дела, а не за моей спиной. Не скажу, что я умнее вас всех, но опыта и знаний у меня точно поболее вашего.

Я еще немного на них поотрывался, но сделанного не изменишь, успокоился, сели пить чай. Близнецов отправили играть во двор.

— Так что вы хотели? — спрашиваю Виктора.

— У меня есть некоторые предложения, но раз такой разговор, может сначала ты расскажешь, как видишь свое будущее?

— У меня есть план, но я не готов его вам озвучить. Прежде, давайте определимся с нашими взаимоотношениями. Будем ли мы работать группой или просто помогать друг другу. Если совместно, тогда выбираем старшего, ставим цели, распределяем обязанности. Если нет, тогда я готов давать вам информацию взамен на поддержку.

— И чего мы сможем добиться, какую цель, например, ты считаешь достижимой?

— Любую. Ограничение — ваша фантазия. Самое дорогое в будущем мире — информация. Если вы сможете убедить ЦРУ, что я знаю события на 50 лет вперед, они заплатят вам даже не миллионы, смело просите миллиард. Как вам такая сумма? Готовы продать меня за столько?

— Предложение заманчивое — улыбнулся Виктор — но лучше мы заработаем по миллиарду каждый с твоей помощью. Это не слишком большая фантазия?

— Если сильно захотите, сможете. Но есть побочные нюансы. Период первичного накопления будет очень опасен, будет много желающих вас убить, ограбить, посадить. Большие деньги создают большие проблемы. Можно быть счастливым, имея небольшой домик, семью, детей, доход чтобы хватало на необходимое. И можно быть несчастным, имея миллиарды, заводы, дворцы, пароходы.

— Да я и на небольшой домик согласен — засмеялся Исса — Группой, конечно, мы больше сможем сделать. И кого ты видишь старшим?

— Это уж вы сами решайте. Свою кандидатуру не предлагаю, я генератор. Предлагаю идеи, основываясь на своем опыте и знаниях, а вы обсуждаете и внедряете в жизнь.

— И что сейчас уже можно делать? Изменения начнутся, как ты говорил, только в 90-х.

— Вести подготовку. Налаживать связи с нужными людьми. Я приготовлю список всех, кто будет в будущем влиятельными людьми. Вы их найдете и пока они в большинстве никто, завязываем знакомства и взаимовыгодное сотрудничество. Нужны будут деньги, но заработать можно будет только в начале 90-х. Причем относительно честным трудом. Нужны только связи в банковской сфере. Берем кредиты, сколько дадут, под залог всего что есть. При наличии связей брать можно под залог товара, который будет закуплен за эти деньги. При той бешеной инфляции, которая будет, миллион рублей взятый сегодня, через полгода превращается в миллиард, главное не держать деньги в руках, только в товаре. А какой товар будет пользоваться спросом и где его брать, я тоже знаю. И это только один из многих вариантов заработка. А одним из первых дефицитов будет водка и сигареты.

— Работу по списку я беру на себя — вызвался Виктор — мне это легко.

— Можешь искать первым Путина Владимира. Сейчас он в Ленинграде в контрразведке КГБ. Но скоро уедет в ГДР. Только ради бога, не пытаться никак изменить его судьбу. Только знакомство.

— Я вот о чём еще думаю — Исса — если ты попал сюда из будущего, возможно, еще есть. Даже наверняка есть. И если каждый будет что-то менять, натворить могут таких дел.

— Возможно. Если будут отклонения от того будущего что я помню значит кто-то влияет. Обращайте внимание на ненормальности, предсказателей, экстрасенсов. Я буду следить, вдруг появятся песни или книги какие-то раньше времени.

Обсуждали мы еще долго. Пока я не заметил, что уже темнеет, а близнецы еще на улице. Выхожу — снеговика лепят, причем кто из них снеговик непонятно. Еле затянул в дом.


После Нового года начались каникулы. Я перевелся в геологоразведочный, проблем не возникло, отпустили легко. Приняли тоже, стоило нам с Вадиком зайти к директору, он даже до конца не выслушав, подписал заявление. Теперь мы в одной группе. Вадик поехал домой на время каникул В институтах еще идут сдачи семестров и я завален заказами на переводы. Вот сижу пока близнецы в садике, тружусь. Вдруг звонок. Максим с работы звонит. Он недавно получил повышение, стал зам. начальника. И звание майора.

— Ты кажется, хвастался, что китайский знаешь?

— Немного знаю.

— Приезжай в отделение, для тебя работа.

Трамваем еду до отделения. Интересно, что там такое? Максим ждет у входа.

— Долго добираешься, дело такое, сняли с поезда китайца, без документов, по-русски говорит плохо, ничего не поймем. В Ростов позвонили, попросили переводчика, говорят — разбирайтесь сами.

Заходим в кабинет. Действительно китаец.

— Ни хао ма. Нин куй син? — привет, как ты, как тебя зовут.

— Ни хао! Во ши Ли. — привет, меня зовут Ли.

Дальше для упрощения буду писать только перевод.

— Кто ты, что делаешь здесь?

— Я учусь в Ростове. Ехал с Москвы. В поезде у меня украли деньги и документы.

Объясняю ситуацию Максиму. Тот чешет в затылке.

— Навязали его на мою голову. Теперь запрос посылать, пока проверят, будет в обезьяннике сидеть.

— За что? Его обокрали и его же сажать?

— А куда он пойдет без документов? И без денег.

— Жалко же. Пусть у нас переночует, место есть в гостиной на диване.

— Если бы было жалко, ты бы такого не предложил. Представляю, что с ним дети сделают. Или ты специально, хочешь отдохнуть?

Я смущенно отвел глаза. Ну, была такая мысль. Мне нужно переводы делать, китаец бы занял на какое-то время мальчишек. Максим раздраженно мерил ногами кабинет.

— И до понедельника уже ответов не получу. Забирай его, отвечаешь головой, если сбежит.

Обратно еду уже с китайцем. Ли Шин, как оказалось, на первом курсе университета, русский знает пока слабо. Удивляюсь, как он учится, не зная языка? Оказалось он знает английский. Ха! Максим английский хоть и плохо, но знает, не догадался спросить. Заезжаем в садик, мальчишки, увидев китайца, открыли рты.

— Это Ли. Он поживет у нас пару дней. Он из Китая.

— Китай? Это далеко? А он по-русски говорит? Он заблудился? А Ли это имя или фамилия? — со скоростью 20 вопросов в минуту меня допрашивали до дома.

Покормив Ли я сам сначала с ним пообщался, освежил знания китайского, а потом уже отдал на съедение мальчишкам. Занимался переводами, но время от времени поглядывал, не замучили еще до смерти? К моему удивлению справлялся он с ними неплохо и даже разговаривали и как то понимали друг друга. Складывал им из тетрадных листов разные фигуры — птиц, цветы, драконов. Пробыл у нас Ли два дня, много рассказывал о своей родине, семье, он жил в Шанхае. Записал я его адрес в Ростове и в Шанхае, решил поддерживать контакт, может пригодиться в будущем. В понедельник Максим сам отвез его в Ростов, быстрее, чем ждать ответа.

Каникулы закончились, утром захожу за Вадиком, оказывается он еще не приехал. В результате на первой паре на меня никто не реагирует, считая, что я — это он. О переводе никто не знает еще. И в журнал меня почему-то не внесли. Ладно, ему прогула не будет зато. Появляется он в середине второй пары, не мог до перемены дождаться, блин.

— Римма Исаевна, у меня автобус опоздал, извините — историчка, старая еврейка, ярая коммунистка, одна из самых строгих преподавателей, машет рукой, типа садись. Спустя несколько секунд в голове что-то срабатывает, и она поворачивается ко мне. Немая пауза. Потом я поднимаюсь.

— Меня зовут Владимир Кольцов, мы братья, я с этого семестра перевелся с другого техникума.

— А раньше сказать не мог? Я уж думала все, галлюцинации, на пенсию пора.

По классу пронесся шумок:

— Давно пора!

— Да, да, помечтайте — с юмором у неё в порядке.

Вадик садится рядом.

— Ты чего прогульщик? Не нагулялся? — шепчу.

— Простудился, вчера еще температура была. У меня больничный даже есть.

— С Иркой на морозе долго сидел наверно?

— Братики, давно не виделись? — прерывает разговор голос исторички — Хотите поговорить? Давай Владимир, выходи, узнаем, чему тебя учили. Развитие СССР в 50–60 годах.

И что мне ей рассказать? Что Хрущев был мудак? Или наоборот гений, кукурузы насажал, туфлями постучал. Начинаю осторожно со смерти Сталина, подробно, как долго боялись войти в кабинет, что он пролежал несколько часов, прежде чем вызвали Берию, подозрения в сторону Берии. Вижу, что многое она слышит впервые. В то время, кроме официальных версий, трудно было найти информацию. Но не прерывает, явно заинтересована. Перешел к избранию Хрущева, потом к съезду, на котором Хрущев выступил с разоблачением культа Сталина. Начал намекать, что погорячился он, нанес урон имиджу страны. Вижу ей нравится, да она сталинистка! Ну и понеслась, покритиковал сам указ о культе, Хрущева обосрал с ног до головы. Рассказал о тысячах выпущенных уголовниках, Карибском кризисе. О целине упомянул вскользь, подумал, что рассказывать о том, что в результате освоения целины нанесен ощутимый вред сельскому хозяйству будет преждевременно. В аудитории тишина мертвая, хотя на её уроках всегда тихо было. Остановился, когда начал рассказывать о смене Хрущева на Брежнева, это уже другое десятилетие.

— Увлекательно — резюмировала Римма Исаевна — многое конечно неподтверждённое фактами. Откуда у тебя информация? В учебниках нет такого.

Сказать ей — с интернета? Все равно, что от инопланетян. Что же выдумать?

— Мой дядя работал журналистом в одной крупной газете. Имел доступ к закрытым архивам. Кое-что мне рассказывал.

— Садись, ставлю отлично. Хотя не следует отзываться о государственных деятелях слишком… критично.

Думаю, пятерка за год мне гарантирована.

На перемене нас обступили, большинство меня знало, те, кто жили в общежитии, остальные слышали. Теперь сравнивали и удивлялись схожести. Вырвавшись из окружения, расспрашиваю Вадика.

— Теперь рассказывай, где умудрился простудиться.

— Да сам не понимаю, вирус подцепил где-то.

— С Иркой как?

— Да пошла она — Вадик махнул рукой — строит из себя.

— А ты чего хочешь? Тебе тут мало девок? Знаешь же принцип — трахать одних, а жениться на других. Вот и пользуйся здесь возможностями, а она пусть девочкой пока побудет.

— Трахать?

— Это выражение пока не в ходу, скоро появится. А вообще думай сам, я ее после школы один раз встретил и все, так что особо не в курсе, что она из себя представляет. Пойдем, время уже.

На третьей паре повторилась та же немая сцена. Молоденькая химичка насколько помню, выделяла меня, почему-то считала, что я лучше всех знаю химию. Даже в городской олимпиаде участвовал. А тут сразу два меня! Ей быстро объяснили, поулыбалась, хорошо, не стала проверять мои знания. Они, в смысле знания, несколько улучшились, но однобоко. В области взрывчатых веществ, например. Даже из тех реактивов, что в лаборатории я смог бы собрать небольшую бомбочку. Чтобы техникум разнести не хватит, но этаж снесет точно.

На следующий день я порадовал англичанку. С грамматикой у меня могут быть небольшие затруднения, но с разговорным не хуже чем у нее. Мне показалось даже, что лучше. Я так пожалуй и на повышенную стипендию заработаю. Целых 37 рублей! Если бы не обществоведение… В целом вливание в учебный процесс прошло успешно.

Для Виктора я составил список, в который вошло почти 400 человек. С указанием места, где примерно искать и сферу будущей деятельности. Политики, журналисты, администраторы. По его просьбе написал и всех кого вспомнил из зарубежных деятелей. Президенты, премьер-министры, Папы римские и т. д. Список событий как он просил, писать отказался — напишу, во мне потребность совсем отпадет. Доверие, доверием, а страховка не помешает. На 83-й год ничего существенного кроме сбитого Боинга не вспомнил. Так что пока можно расслабиться и отдыхать. Учеба дается легко, иногда за Вадика отвечаю. Не зря мы одинаковую одежду приобрели. Романы заводить не спешу, хотя девочки у нас в группе неплохие, выбор есть.

Время летит незаметно, загружен постоянно, но это не напрягает, наоборот, в удовольствие. Когда есть сила, энергия, которые, не ценил раньше, теперь пользуюсь на всю катушку. Учеба, тренировки, работа по дому, переводы. В кино, правда, как в те годы редко хожу. Но ведь все эти фильмы я видел. Зато на концерты в Ростов ездим регулярно. Джанни Моранди, Машина Времени, Круиз, Земляне. И на девочек времени не хватает, но это пока. Вот заканчивается первый курс и поедем на практику на Кавказ, можно будет развлечься. Пока сдача экзаменов, сложностей не возникает. Сегодня сдаем последний — физику. Помню, трудно пришлось, многие по несколько раз заходили. Я на четверку тогда вытянул, жалко не помню вопросы. Но с памятью сейчас значительно лучше, бегло пролистал учебник и все отложилось. С утра с Вадиком на приусадебном участке трудимся, земли немного, как раз на зелень и цветы. Лук, петрушку я раньше посадил, сейчас цветы сажаем. Соседка пришла, предложила было помощь, отказались. Лучше уж без советов обойдемся. Немного вьющихся — колокольчики, лианы. Фиалки, петуния, гвоздика турецкая. Розы были, их только окопали и удобрили. Полили, побелили клумбы — красота! Обед и только потом часа в четыре пошли на экзамен. Вадик все рвался раньше, но зачем, если он будет длиться до 8 вечера. Как раз уставший преподаватель, уже не так придираться будет. Пришли свежие, довольные, а однокурсники замученные, некоторые с утра раза по три уже заходили. Пришлось часик в очереди подождать, захожу первый. Взял билет… ничего сложного. На пятерку могу не вытянуть, теорию знаю, а в задачке можно запутаться.

— Разрешите без подготовки? — вдруг в таком случае поднимет балл.

— А задачу?

— При Вас сразу решу — по крайней мере, надеюсь.

— Ладно, давай.

Первые два отвечаю без заминки, все по учебнику дословно. Не дослушав до конца, предлагает перейти дальше. Приступаю к задаче, уже помедленней, слежу за её реакцией, в одном случае заподозрив, по выражению лица, неладное, быстро исправляюсь. Без блеска, медленно, но зато правильно решаю до конца.

— Ну… немного заминка была у тебя… ладно, раз без подготовки ставлю пять.

На это и рассчитывал. Выхожу, отходим с Вадиком в сторону и меняемся рубашками. Как раз подошла его очередь. Захожу опять. Беру билет, физичка уставшая, даже и не обращает внимания. Можно было и рубашки не менять. На этот раз иду готовиться — Вадик похуже физику знает. То же самое, с задачей вожусь долго, кажется, получилось. Иду отвечать, стараюсь говорить с заминками, чтобы не спалиться. В итоге получаю четыре. Выхожу, показываю Вадику и всем четыре пальца. Он доволен, на большее сам бы не сдал. Все, учеба закончена. Через неделю на практику. Вадик едет домой на это время, я дальше по хозяйству. Провожаю его на автобус и домой, детей Максим уже забрал. Иду задумавшись.

— Эй! Закурить есть? — оборачиваюсь, сзади трое парней, чуть постарше меня. Вот еще не хватало, на тхеквондо успехи есть, конечно, но их трое и здоровые, не справлюсь. Хотя чего я паникую раньше времени.

— Нет, не курю.

— Здоровье бережешь?

— Типа того. Спортсмен.

— Шахматист — прикалывается самый здоровый, похоже, уже после армии.

— Не… бегаю быстро.

— Догоним! Ты у Ивановича живешь? Родственник?

— Да — я их первый раз вижу, а меня оказывается, знают. Когда с детьми идешь не до рассматривания по сторонам, уследить бы за ними.

— Так а чё дома сидишь, на дискач не ходишь, по бабам? Заглядывай, я в 17 доме живу если чё.

— ОК, как-нибудь загляну. Я Володя — И правда не мешает с местными контакт наладить.

— Борис. Давай, не теряйся.

Парни идут дальше, я захожу во двор. А у нас гости — Максим в беседке с женщиной. Первый раз привел кого-то, неужто жениться собрался? А что, молодой еще, 32 года всего.

— Знакомься, моя сестра Вика. А это Володя, я как раз за тебя рассказывал.

За сестру разок был разговор, младше года на четыре, живет в Таганроге. Симпатичная.

— А я уж думал, подругу привел. Вот никак, Вика, твой брат не хочет с женщинами дело иметь.

— А зачем ему женщина, он в твоем лице такое сокровище нашел. Как рассказывает, и готовишь и убираешь и за детьми смотришь. Не хочешь ко мне переехать? Я зарплату платить буду.

— А муж ревновать будет?

— Какой муж, не помню, уже как он выглядел.

— Тогда я подумаю.

— Так, хватит кадры переманивать — вмешивается Максим. — Как экзамен?

— Пять! И за Вадика четыре.

— Жулики. Пусть сам учится.

— Не пригодится физика в будущем. Нет смысла париться. По другим предметам пусть учит.

Максим предостерегающе поводит глазами на Вику. Показывает, что ей лишнее знать не нужно.

— Давай садись ужинать, Вика вина домашнего привезла, попробуешь.

— А не рано ему вино? — Вика меня совсем за ребенка считает.

— Работать значит не рано, а вино рано? Мне семнадцать уже… скоро.

— Можно, он парень серьёзный, не сопьется — заступился за меня Максим.

За ужином в разговоре выяснилось, что Вика работает бухгалтером в Таганрогском порту. Сейчас ведется интенсивное строительство — Морвокзал, склады. Надеются, что скоро начнутся международные перевозки. Перспективное место, возможно пригодится в будущем. Нужно как-то её продвинуть, хотя бы до главбуха. Потом с Максом обсудим. Вика заехала проездом из Москвы на один день, утром домой.

— Максим, я через неделю на практику уезжаю, недели на три.

— Отдохнешь от нас, мне даже неудобно, что так тебя эксплуатирую. Тебе нужно что-нибудь? Из одежды, снаряжения? Деньги?

— Всё за государственный счет, зачем мне деньги. Кормить будут, проезд бесплатный. С одеждой… лето уже, трусы, майка есть и хорошо. Кроссовки куплю только, на них у меня хватит.

— Я завтра в Ростов еду, Вику проводить и по делам. Поехали со мной, пройдем по рынку, магазинам. К Иссе зайдем.

— А дети? Вернемся поздно наверно.

— Анну Павловну попросим забрать.

И вот мы в Ростове. Посадили Викторию на автобус, часик я подождал, пока Максим решит служебные вопросы и пошли по магазинам, я купил кроссовки. Максим купил мне еще джинсы, несмотря на моё сопротивление. Ещё приобрели рюкзак и всякой мелочи, типа крема от комаров, фонарик, мини аптечку. Потом зашли к Иссе, точнее он нас встретил на машине и привез к себе.

Он жил на съемной квартире, в Ростове он был временно, скоро уезжал в Москву. В настоящее время был следователем по особо важным делам Генеральной прокуратуры СССР.

— А где вы учились вместе? — поинтересовался я — По возрасту как-бы разные.

— Курсы повышения квалификации в Москве — пояснил Максим.

Обсудили вопрос, как помочь Вике продвинутся по служебной лестнице. Исса пообещал сделать по своим каналам. Потом я опять рассказывал о ближайшем будущем.

— Буквально лет через пять начнется кооперативное движение. Сначала различное мелкое производство и мелкая торговля, потом когда начнется так называемая приватизация, то и крупное. С мелким связываться смысла нет, а к крупному нужно подготовится, подумать какой объект или несколько, можно взять под свой контроль. Многие по разным схемам приватизировались буквально даром. Нефть, конечно, самый лакомый кусочек, но боюсь, нам не по зубам будет. Хотя мой ровесник Абрамович, практически с ноля начиная, сколотил приличный капитал, в том числе и от нефти урвал. Если найдем контакт с Ельциным, Березовским, то в принципе ничего невозможного нет.

— Нам как гос. служащим вероятно нельзя будет заниматься этим? — интересуется Максим.

— Официально нет, но все обходили это разными путями. Регистрировали на жен, детей, тёщ, прочую родню или доверенных лиц. Так что это не проблема.

— С Виктором недавно общался, он работает по списку, практически всех нашел, определиться только, кому с кем контакт устанавливать. Вот с практики вернешься, соберемся, разработаем план действий. — Исса разливает вино. Так я точно скоро сопьюсь — потом я уезжаю в Москву, встречаться уже реже будем.

— Еще лет 10–12 пока мобильная связь появиться, тогда легче общаться будет. А там и интернет, совсем сказка. Кстати мобильные операторы тоже весьма солидные деньги грести будут.

Засиделись допоздна. Домой вернулись дети уже спали.


И вот, наконец, едем на практику. Автобусом до Лабинска, дальше Курджиново, Карачаево-Черкессия. И уже нашим автобусом на территорию заповедника, где находится учебная база. Красота! Горы, чистейший воздух, кристальная горная вода. Не зря горцы долго живут. Практика самая простейшая — ходим или ездим по разным местам, слушаем что рассказывают, показывают. Никаких отчетов, зачетов, экзаменов. Фактически отдых. Сразу показываю Вадику на ближнюю гору.

— Не вздумай на неё лезть, будешь разочарован.

Потом подумал, что то же самое нам говорил Бурцев (один из руководителей практики). А мы с Колькой все равно полезли. И я чуть не сорвался тогда со скалы. А на самом верху, когда мы туда добрались, паслась отара овец. А снизу горка такая привлекательная. Пришлось рассказать со всеми подробностями.

Вместо всех постельных принадлежностей получили огромные спальные мешки, напоминающие по виду матрацы. Парни, как и тогда, хотели идти требовать остальное — одеяла, простыни. Пришлось показать им, как в этом спят. Потом повёл в знакомое мне место на реке, где можно помыться. Вода правда ледяная, но насколько помню, никто не болел. К вечеру стали появляться «местные», парни из поселка узнавшие о нашем приезде. До поселка было добрых 10 км и тем не менее, каждый вечер десяток, другой, разновозрастных сексуально-озабоченных самцов проделывали долгий путь. И надо сказать не напрасно, с нами была еще две группы. Одна из них старше на курс состояла почти из одних девочек. И большинство из них были не прочь развлечься. У нас же, из-за наших девчонок, с ними были стычки, один раз чуть не переросшие в поножовщину.

Из развлечений был только вечерний костер с песнями под гитару, да игры в карты уже в комнатах. На костер ходили не все, кто-то предпочитал общение по парочкам. Я уже решил приударить за Аней, возникли некоторые осложнения в виде Тани. Вадик, окрыленный легким успехом, переключился на Аленку, высокую блондинку с неплохим бюстом, а Таня решила достать меня. Меня немного удивил выбор Вадима — Алена была симпатичная девочка, но я никогда в то время даже не думал о ней как о потенциальной подружке. Получается, я его постепенно меняю? Иначе как объяснить различие вкусов? Ладно, мы остановились на помехе в виде Тани… А если…

Я отвел в сторону Кольку.

— Колёк, у тебя же сейчас никого? Я заметил, Танька на тебя стала заглядываться. Почему бы тебе с ней не замутить.

— Да потом не отвяжется. И мне вообще-то другая нравится.

— С другой успеешь, а тут надо отдыхать, тра… тить время зря нечего (чуть не сказал трахаться, так можно спалиться с неупотребляемыми словами). Танюху долго уговаривать не придется, а другую пока раскрутишь на секс и практика кончится. И она не навязчивая, вон Вадик погулял и бросил и ничего. Ну дело твое конечно, я просто советую.

Совет, похоже, упал на благодатную почву, уже на костре я заметил, как Коля трется возле Тани, оттуда шли уже за ручки. Всё, я свободен. Ани на костре не было, захожу в их комнату.

— Девочки, иголку с нитками не одолжите? — другой предлог в голову не пришел, их оказалось пять человек там.

— Какие нитки надо? Что зашивать будешь? — Алена, интересно она поняла, кто из нас зашел?

— Черные, спальник немного порван — сам кошусь на Аню, она с другой девочкой разбираются с каким-то вязанием. Нашла время, блин. Ладно, другой момент подвернется.


Утро, поспать бы еще, но мочевой пузырь категорически возражает. Вылезаю из теплого спальника, пацаны дрыхнут, с головами укутавшись. С утра в горах холодно, намного холоднее, чем в наших степях. А, блин, вот еще чего я рано проснулся, дежурство по столовой. Но зато и Аня дежурит, удачно совпало. Сделав дела в туалете беру полотенце, пасту с щеткой иду умываться. Аня со Светой идут уже от умывальников.

— Доброе утро девочки!

— Давай быстрее. Печку топить кто будет? — подгоняет меня Света, Аня просто приветливо улыбнулась.

В столовую прихожу раньше, чем они. Тут Ирина Николаевна, руководитель практики. Странно, но в техникуме её я не видел. Ни тогда, ни сейчас. Даже не знаю, что она преподает.

— Доброе утро!

— Доброе. Девочки где?

— Должны подойти, по крайней мере, умывались раньше меня. Пока носики напудрят. Что готовим на завтрак?

— Оладьи и какао. Растапливай печь пока.

Дрова рубать не надо, огромная поленница сложена за столовой, хватит на несколько лет. Набрал щепы, хвороста. Тяга хорошая, никаких проблем. Накидал поленьев и пошёл по воду, питьевая в баках, а для посуды и умываться носим с реки. Но и в реке вода кристально чистая, можно спокойно пить. Возвращаюсь с двумя ведрами, в столовой уже витает, вызывающий спазм в желудке, запах.

— Девочки, а дегустировать, помощь не нужна?

— Мы и сами справимся! — Света явно любительница мучного, комплекция колобка.

— Бери, вон лежат первые неудачные — показывает Ирина. — Аня, достань сметану. Мужиков кормить хорошо надо, а потом уже с них работу требовать… или еще чего.

— Ирина, Вы просто чудо, завидую Вашему мужу — интересно как отреагирует на вольность с отсутствием отчества?

— Я и сама ему завидую, такая я хорошая! — вольность воспринята естественно. И сама она ничего, стройная, симпатичная. Ребенок с ней только, а то можно было бы… Это я фантазирую, слишком уж молодо для неё я выгляжу. Ребенку лет 10, ей значит под 30, хотя на вид максимум 25.

Девочки шустро раскладывают готовые оладьи по тарелкам, какао тоже закипает. Подтягиваются первые практиканты, девочки, пацаны как обычно, пока проснутся. Моя функция пока выполнена, посуду мыть не заставляют. Вот позже картошку чистить помогу. Хотя… Вижу, Света еще уминает завтрак, а Аня уже взялась за грязные тарелки.

— Давай помогу — быстренько подруливаю к ней.

— Бери кружки тогда мой — соглашается она.

Пару минут работаем молча. Я не скрывая взгляд, рассматриваю её.

— Ты на кружки смотри, а не на меня — не выдерживает Аня — На мне что-то нарисовано?

— Нет, просто нравишься. Приятно смотреть — у неё вспыхивает румянец.

— Тебе Таня, по-моему, нравилась. Разнообразие ищешь?

— Таня с Вадиком была, это ты нас перепутала. Мне ты всегда нравилась. С самого начала.

Молчит. Но на лице легкая, смущенная улыбка. Подходит Света, наелась, наконец.

— О, вы и без меня справляетесь. Я пойду столы тогда мыть — догадливая, счастливого пути.

Аня моя землячка, с Украины. Завожу разговор про её город, я там бывал. Начало положено, к вечеру попробую форсировать отношения. Возражений как бы нет.

Дежурные освобождаются от выезда на полевую практику. Я с водителем съездил за продуктами в Курджиново, вернулись через пару часов. Девочки к моему приезду уже начали заниматься обедом. Когда занят, время летит быстро, помог чистить картошку, опять печка, вода, унести закопать мусор, особо некогда и поговорить. Я уже не скрываю от других заинтересованность к Ане, кручусь возле неё, ношу кастрюли вместо неё, подаю инструмент. Когда ходил по воду сорвал несколько голубых цветов, не знаю, как называются.

— Самой красивой девочке в этом заповеднике! — достаю из-за спины букетик. Аня вспыхивает.

— А ты не перепутал? Может я самая красивая? — смеется Света.

— Светик, ты прекрасна, спору нет. Третье место по праву твоё.

— Как третье? А второе тогда чьё?

— Ирочки Николаевны! Я сегодня в окружении самых, самых!

— Ты прям Казанова. — Ирину таким не возьмешь. — А брат тоже такой бабник?

— Я бабник? Да я не знаю даже за какое место у вас браться! Брат тот да! Гуляка еще тот — Прости Вадик! Так надо!

После обеда тарелок больше, моем уже втроем. Потом пару часов отдых, с ужином тоже проблем не возникает. Закончив дежурство, спрашиваю Аню.

— На костер вечером идёшь?

— Не знаю пока, может пойду.

— Так я зайду тогда? Вместе пойдем.

— Заходи.

Как всегда к вечеру подтягиваются местные, это не сегодня случайно потасовка будет? Не помню точно. Ну до серьезных столкновений тогда не дошло, не думаю что будет сейчас иначе. Каждый вечер с Вадиком уходим дальше от лагеря, делаем разминку, спарринг. Нельзя форму терять, только получаться начало. Он где-то опять с Аленой, иду искать. Только подхожу к домику девочек за домом шум, крики, бегу туда. На полянке свалка, Вадик, Колька и пятеро местных пацанов, один правда уже валяется на земле. Сходу оценив обстановку ударом в печень вырубаю самого здорового. Плевать что сзади, не до джентльменских манер. С остальными уже справляемся быстро, кровь, сопли, выбитые зубы. Кольке тоже успели под глаз зарядить. Вот блин, это уже пошло не по сценарию. И я виноват. Развратил двойника, вместо того чтобы как положено валятся у себя в домике, резаться в карты, он по бабам шляется. Вот и нарвался. И боюсь, этим не кончится.

— Что произошло? — допрашиваю Вадика после того как смыли с себя улики в виде крови. Чужой.

— Мы с Кольком заходим, а они там вдвоем сидят, к девчонкам пристают. Послали их подальше. А они вернулись с подкреплением, говорят, пошли — выйдем. Дальше ты видел.

— Ясно. На завтра, значит, ждем матч-реванш.

Тренировка на сегодня отменяется. Потренировались уже. Остальные пацаны подтянулись, оказывается, еще был один конфликт. Нас всего десяток, другие группы гидрогеологов — там парней нет.

— Угрожали завтра прийти, разобраться — Мишка, инициатор второй сегодняшней драки.

— Ничего, прорвемся — успокаиваю народ — Завтра вечером держимся вместе, готовность номер один. А сегодня не полезут больше.

Иду за Аней. Она тоже в курсе происшедшего, видели из окон, прибежали тоже, к окончанию.

— Идем на костер?

— А эти опять не пристанут? — опасается девочка.

— Сегодня уже не должны. Не бойся, в обиду не дам.

Костер уже горит, Леша Бурцев с неизменной гитарой. Второкурсницы вспоминают прошлогодний поход на ледник. В этом планируется поход в пещеры. В моем варианте мы туда не попали, а хотелось. Не дали нам ключ, оказалось, установили решетку чтобы кто-попало не лазил. Надо подсказать Бурцеву захватить бутылку водки, как пойдем. Водка — универсальный ключ. Через час Леша откладывает гитару.

— Горло болит уже, отдохну чуть.

— У нас есть гитаристы тоже — влезает Танька. Вот кто её просил.

— Да? Так пусть исполнят, покажут что умеют.

Вадик отказывается, с его уровнем рано перед публикой выступать. Ладно, что бы подобрать, не слишком палевного?

На лесной полосе я на корточки сел и завыл на луну

И на несколько верст разодрала мороз песня волка.

Понравилось. На вопрос Бурцева честно ответил — автор Розенбаум. Лет через 20, правда, только напишет. И продолжил «волчью» тему его же песней.

Одинокий волк это круто!

Но это так сынок тяжело

Ты владеешь миром, как- будто

И не стоишь в нем ничего.

И на закуску уже знакомую нашим «Кукушку». Бурцев, понятное дело, услышал впервые, попросил слова записать. Гитару отдал, голос у меня надолго не рассчитан, пою редко, некогда. Присел опять к Ане, обнял за плечи. А чуть позже предложил пойти, погулять. Далеко не пошли, темно, страшно. Зверей не должно быть, но можно легко и заблудится. До утра потом мерзни. Так что устроились на бревнышке за столовой. Немного пошептались и я перешел к поцелуям. А что тянуть, время не резиновое. Целоваться Аня не умела, но обучалась быстро. Руки распускать первый день не стал — потерпим денек, другой. Расстались после полуночи, проводил до домика, поцеловал на прощанье.

Опять холодное утро. Пока нагреет солнце воздух, одеваемся тепло. Парни с утра озаботились подготовкой к столкновению. Изготавливают нунчаки. Всё как в тот раз. Только тогда стычки были меньше и до серьёзных разборок не дошло, а сейчас они без ответа вчерашнее не оставят. Нунчаки ерунда, если нет опыта ими пользоваться, только мешать будут. Но ничего не говорю — пусть делают, придаст уверенности в себе. Я с Вадиком и Колька подобной ерундой не страдаем, Колька предложил выстрогать дубинки (как тогда было).

— Хочешь, делай, нам не надо. Не факт что успеешь ею воспользоваться. В свалке заберут и тебе же достанется.

Воскресенье, сегодня выезда нет на практику. Бездельничаем, парни решили пойти на рыбалку. Я зная, что ловить тут нечего (по крайней мере нам), их не отговариваю. Пусть расслабляются. Предлагаю Ане пойти позагорать на полянку. После недолгого колебания соглашается. Беру в столовой широкий плащ, как раз вдвоем поместимся если расстелить. Фляжку воды, газету — прикрыть голову. Полянка недалеко и пока никем не занята. Раздеваемся. Аня в узеньком голубом купальнике. В смысле купальный комплект — плавки и бюстгальтер. Достает крем.

— Намажешь спину?

— С удовольствием! — растираю крем по худенькой спине. Кости выпирают, немного поправиться не мешало бы ей. Ну это дело наживное.

Валяемся часа три, переворачиваясь с бока на бок. Рассказываем про свое детство, школу, увлечения. Потом немного поласкались, добрался на этот раз до груди. Маленькая, как я люблю! Потом идем обедать, после обеда режемся в карты с рыбаками-неудачниками. Ближе к ужину начинают по двое-трое появляться местные. Сегодня их заметно больше. После ужина назначаем военный совет в нашей комнате.

Старший у нас Арно, парень с параллельной группы (поступившие после 10 класса), у него только небольшая проблема в виде отсутствия левой руки. Её заменяет пластмассовый протез. Решаем держаться весь вечер вместе, хотя бы в пределах видимости. Пускаем по кругу выставленную Арно бутылку коньяка. На 10 человек достается по 50 грамм. Да, коньяк сейчас настоящий, не то что в будущем — крашеный спирт. Вот обзаведусь жильем и закопаю в огороде ящик коньяка, лет через 20 ему цены не будет.

На воскресном костре народу больше, весь день бездельничали, теперь потянуло на развлечения. В обычные дни ходит небольшая группа романтиков. Сегодня даже местные подошли, но стоят отдельно, чуть в стороне. Что интересно, в лагере почти никого нет, домики не замыкаются и никто не переживает. У нас просто нечего красть, деньги, часы носим с собой, одежда у большинства такая, что никто не позарится. Не помню случая, чтобы у кого-то, что-нибудь пропало.

Стою с Аней позади, так удобней её обнимать. Сегодня начали фантазировать о будущем. Не знаю как вышли на эту тему, подошел когда Марина (из гидрашек, так называем гидрогеологов) рассказывала про роботов, которых якобы изобрели в Японии и которые делают всю домашнюю работу. Потом плавно перешли на связь, утверждали, что описанные фантастами видеофоны будут уже совсем скоро. Ну и само собой про летающие тарелки, инопланетян, бермудский треугольник. Вадик с другой стороны полянки поглядывал на меня, как я реагирую. Рассказать о чём-то под видом фантастики? О мобильном телефоне или интернете? Нет, лучше не надо, даже лет через 20 кто-нибудь может вспомнить и поразиться такой осведомленности на это время. Далее как обычно перешли к музыке. Репертуар неизменный — Высоцкий, Машина времени, Воскресенье. Охрипнув, Бурцев поискал меня глазами.

— Ну удиви нас и сегодня чем-нибудь.

Не собирался я петь, настроение не то, но раз просят… Для начала исполнил песню Галича «Облака» в обработке Ногано. Потом действительно удивил Агатой Кристи — после первого относительно спокойного куплета «Сказочной тайги», второй вызвал легкий шок.

«А ночью по лесу идет сатана

И собирает свежие души

Новую кровь получила зима

И тебя она получит!

И тебя она получит!»

И закончил «Так хочется жить» группы Рождество. Хватит, хорошего понемногу. На вопрос Бурцева, откуда я беру песни, отшутился — во сне приснились. Тушим остатки костра и группами возвращаемся в лагерь, парни организованно идут вместе, я с Аней чуть поотстав. На площадке перед столовой путь перерезают выходящие с разных сторон местные. Хорошо, что только молодняк, крутившихся тут же с вечера парней постарше не видно. Завязывается словесная баталия, Арно предлагает решить вопрос один на один. Заводила тушуется и переводит стрелки на другого, очевидно более опытного «бойца», тот с готовностью выходит в круг. Нет, так не пойдет, Арно с одной рукой трудно будет. Говорю Ане — Стой здесь! — и протискиваюсь вперед.

— Стоп парни! Началось вчера с моим участием, мне и заканчивать — отпихиваю вылезшего Вадика обратно в строй. Черкес или кто он там, не возражает, я на вид слабее Арно. Возражать пытается Арно, шепчу ему — Я справлюсь — снимаю куртку, отдаю Вадику.

Боец, похоже, правда опытный. Как минимум в драках. Ходим по кругу, он делает несколько раз резкие имитации атак, провоцирует меня на первый удар. Не дождавшись, делает уже настоящий бросок, уклоняюсь уходом влево. Но по скорости он меня явно превосходит, практически на лету меняет траекторию и кулак свистит у скулы, слегка задев ухо. Выброшенный мной удар попадет в пустоту — он уже отпрыгнул. По движениям похож на боксера, отрабатывали мы на секции как менять тактику боя в зависимости от стиля противника. Блоки ставить ему я не успею, буду контратаковать. Но тут угадав направление очередного броска, перехватываю удачно руку и бросаю его через бедро. Ловкий гад, успевает второй рукой схватить за воротник рубашки и лечу вместе с ним. Тут в круг врываются Бурцев и Михаил Иванович (водитель), растаскивают нас.

— Вы что, охренели? Быстро все по комнатам, а вас (на местных) через пять минут, чтобы я не видел или завтра с участковым будете объясняться.

Народ нехотя рассеивается. Посовещавшись, расходимся и мы, довожу Аню до её домика, целую и иду с ожидавшим меня Вадиком спать. Окончилось почти так как и в той жизни, тогда Бурцев вмешался чуть раньше, драка даже не началась. Больше ничего не должно быть.

Наутро перед завтраком собирается линейка. Драку вспоминают вскользь, основное внимание девочкам — гидрогеологам, которых пьяных Бурцев вытаскивал по кустам практически голых. Вволю поиздевавшись над красными, как пионерские галстуки, любительницами развлечений отпускает нас завтракать.

Сегодня едем к карьеру, после небольшой лекции нас отправляют искать яшму, утверждая, что её тут навалом. Отлично помню, что никто ничего не нашел, поэтому устраиваюсь с Аней за кустиками и лениво наблюдаем за поисками коллег. Она порывалась правда тоже искать, убедил, сказав, что тут 20 лет проводят практику, за это время всё, что можно уже нашли. Аня девочка умная, согласилась. Чем дальше, тем больше я о ней задумываюсь. Сначала были чисто интимные планы. В ходе общения возникает уже не сексуальная, а душевная привязанность. Аня кроме того что умная, еще и добрая, рассудительная. Я ей, кажется, тоже нравлюсь. Помню её фото в интернете в 50 лет — мне тогда она показалась красивей, чем в юности. Почему бы не подумать о серьезных отношениях?

Своей будущей спутнице жизни мне придется рассказать если не всё, то хоть часть правды. Иначе как объяснить невозможность представить её родителям? Во-первых, они будут называть меня Вадиком и ничего не знать о Володе, во-вторых, как потом Вадик жену представит? Обманывать и сочинять что-то я не хочу. Так что нужно полное взаимное доверие. Спешить с рассказом, конечно, не буду, не раньше, чем буду уверен, что это на всю жизнь. Пока кое в чем приходится вводить её в заблуждение. Например, она поинтересовалась, откуда я знаю китайский. И почему Вадик его не знает. Сочинил историю о соседе-китайце и о том как я сломал ногу и маясь бездельем попросил того обучить языку. Ничего более правдоподобного в голову не пришло. Но Аня не усомнилась, смысла обманывать, как бы не было. Разве что я окажусь китайским шпионом. Зря я, пожалуй, засветил это знание, как бы КГБ не заинтересовалось. Знатоков китайского по пальцам пересчитать в Союзе можно, а выучить, находясь до 16 лет в глухой деревне, практически нереально. Уберу из объявлений, если еще не поздно.

Неделя пролетела быстро, познакомился ближе с Толиком, тем парнем, с которым дрались. Оказался, правда, боксер. Выпили мировую, договорились, что наших девочек не трогают, достаточно им и гидрашек, готовых на всё. С Аней полная идиллия, ходим как жених и невеста под ручку везде. Грудь её уже в полном моем распоряжении, ниже пока не пускает. Я сильно не тороплю, девочке 15 лет еще, через месяц только 16 исполнится. Хотя в нашей группе многие уже не девственницы. В воскресенье перед отъездом ходили в горы к пещерам. Перед походом сказал Бурцеву о том, что вход закрыт на решетку. Мне типа местные сказали. Но он понадеялся на свой дар убеждения, в результате ключ нам не дали. Но и так никто не жалел, хоть устали, а впечатлений новых уйма. Одна ночевка 20 человек в тесной избушке чего стоит. По трое в одном спальнике. В мой, кроме Ани пришлось взять Свету, хорошо мы с Аней худые. Во вторник выехали домой. Теперь на следующий год практика тут же. Привезли нас в Ростов, оттуда все разъехались сами по домам. Вадика проводил, Аню проводил и в Новочеркасск. Хорошо, что познакомился с Максимом. Где бы я сейчас месяц почти кантовался?

Максим с порога огорошил.

— Едешь на море с мальчишками. Путевку мне дали, а отпуск нет. А детям море не помешает, и тебе тоже.

Я не нашелся даже что сказать. Море я особо не люблю, бесцельное времяпровождение утомляет. Но ради детей потерплю.

— Когда ехать?

— Завтра.

— А как же наше запланированное совещание?

— Исса уже уехал. Позже встречу организуем, время терпит пока. Тебе нужно что-нибудь купить?

— Нет, всё есть. У мальчишек плавок нет.

— Уже купил. Плавки, шорты, кепки, футболки, сандалии. Аптечку собрал.

Вот так, не успела моя задница отойти от долгого сидения в автобусе, как уже располагаюсь в купе поезда следующего в Адлер. Наши три места, четвертое занимает девушка лет 18. Пока я распихиваю вещи и знакомлюсь с Наташей, близнецы исчезают. Только что носились по проходу, уже нету. Надеюсь, с движущегося поезда никуда не денутся. Отправляюсь на поиски, нахожу в последнем купе, там едет семья с ребенком — девочка лет 8. Женихи блин, уже угощаются конфетами. Потом мотаются по вагону уже втроем. Периодически мелькают в открытой двери купе, пока мы общаемся с Наташей. Она живет в Адлере, учится в Ростове на 2 курсе университета.

— Слушай, мне тут ребята вина бутылку сунули с собой. Может, выпьем? — достает «Совиньон».

— Так нечестно, это я должен был предложить! Правда, у меня нет.

— Ничего, будешь должен. В Адлере увидимся.

Вино хоть и сухое, но эффект есть. Пересел к ней поближе, слово за слово, посмотреть линии на ладошке, невзначай погладить коленку, контакт установился легко. Вопрос в одном. КАК? Близнецов без надзора не оставишь. Только когда уснут… а хочется сейчас. Как говорится — куй железо не отходя от кассы. Наташа посмеивается на мои страдания. Она как бы не против, но думай сам, если хочешь. Да легко! Иду к родителям девочки.

— Вы бы не могли за моими присмотреть минуток 20, пока я в вагон-ресторан схожу?

— Да конечно, иди мы посмотрим — мама полна благожелательности.

Вот так они будут даже под большим надзором, чем со мной. Запираемся в купе и за дело. Горячая девочка оказалась, приходилось зажимать ей рот, чтобы из соседнего купе не прибежали. Управились по-быстрому, за полчаса. Достал большую гроздь винограда (в дорогу брал), понёс в подарок.

— Спасибо, дальше я сам с ними воевать буду.

— Ничего обращайся если нужно, нам не трудно.

На каком-то полустанке бабки продают всякую снедь. Вижу у одной бутылки с домашним вином.

— Бабушка, а продегустировать можно?

— Если купишь, пробуй. Вино хорошее, дед для себя делал, а пить уже нельзя.

Вино и правда неплохое. Беру пару бутылок. Хорошо Максим не видит, кому он детей доверил. У другой бабушки беру еще пирожков. Наташа округляет глаза.

— А не много будет?

— Сколько выпьем. Остальное потом, увидимся если.

Зову детвору, усаживаю обедать. Пока домашнюю снедь, курица, овощи. Девчонку они тоже притащили, пусть, аппетит лучше будет. Потом, наверное, к ним пойдут есть. Мы с Наташей потихоньку цедим вино, закусывая пирожками. До вечера одну бутылку приговорили. Опьянения как бы нет, так, легкая эйфория. Пацаны за ужином уже клюют носиками. Набегались. В 9 вечера укладываю спать. Небывало рано для них. Хотел положить внизу, нет, требуют наверх. Сразу поотключались. Теперь можно и нам развлечься, не спеша на этот раз. Наташа сначала засомневалась, вдруг проснутся? Я для наглядности взял руку Тёмы, приподнял немного, отпустил. Только кошки и дети так спать умеют — полностью расслабившись. Расслабились и мы… по другому. Опять пришлось рот закрывать, сочувствую её будущим соседям в квартире.

Утром были на месте. Сам отдых описывать не буду, ничего интересного не происходило. Валяние в песке, набивание брюха. Наташа не появилась, я впрочем и не ожидал. В поезде для неё был просто случайный секс, о котором никто не узнает. А появляться на людях с мальчишкой младше себя, причем знакомые могут увидеть. Одиноких ровесниц в пределах видимости не было, да и смысла не было — уединиться не получится. Попался в книжном киоске русско-польский разговорник. За три дня выучил весь. Жаль ни одного поляка поблизости, проверить акцент не на ком. Так я могу со своей памятью полиглотом стать. Решено — по приезду ищу литературу на всех языках, какие найду. Раз мне дано такое, надо использовать на всю.

Если б не мальчишки я 10 дней не выдержал. Они не давали скучать. Сначала учил плавать, потом потребовали маски и ласты. Деньгами Максим снабдил, тратил не скромничая. Мороженное, креветки, кукуруза, кино. Максиму звонил пару раз. Проблематично звонить, нужно идти на переговорный, заказывать, ждать. В номерах нет телефонов, не дошел еще сервис. И кондиционеров нет. Зато отдельный номер с двумя кроватями. Пришлось заплатить за подушку, один раз пока ходил в душ, разбойники устроили бой подушками. Возвращаюсь — перья по всей комнате. Лишил их в наказание на следующий день мороженого — сам нагло ел у них на глазах. Возвращаемся тоже поездом. Попутчица на этот раз была пожилая женщина, всю дорогу рассказывала про своих детей и внуков. Меня это не напрягало, даже местами было интересно. В Ростове встречает Максим.

— Загорели то как! — обнимает мальчишек — А ты похудел, заездили тебя?

— Что ты! Классно отдохнули. Жаль тебе не удалось поехать.

Оставшиеся три недели каникул уделил образованию. Выяснил, что есть в городской библиотеке по языкам. Оказалось немного. Английский, немецкий и французский. Всё. Занялся немецким, немного знал раньше, учить было совсем легко. Французский мне почему-то не нравится, а когда мне что-то не нравится — заставлять себя я не буду.

Время идет так медленно. Хочется заняться серьезными делами. С другой стороны понимаю — третьего раза не будет, молодость самое замечательное время.

4

Август небывало жаркий. Завтра приедет Вадик и едем в колхоз на уборку. Пока готовлю близнецов к школе, Максим решил с 7 лет отдать. Хожу с ними покупаем одежду, школьные принадлежности. Максу некогда, весь в делах. Вот идем, загруженные сумками, портфелями. Странно, машина Макса возле дома, в такое время никогда не приезжал. А вот и он…

— Что-то случилось?

— Можно и так сказать. Давай в беседку, поговорим.

Устраиваемся в беседке, снимаю пропотевшую майку, холодный квас, хорошо!

— Володя, мне звонил Исса. Появилась возможность перевести меня в Ленинград, в следственном управлении свободна должность. Обещает потом сделать начальником управления. Вот решил с тобой посоветоваться.

— Соглашаться однозначно — не раздумывая говорю я — Там возможностей больше будет. И попробуешь потом с Путиным найти контакт, когда он у Собчака станет работать.

— А ты? Давай переведешься тоже, там техникумы есть. С Вадиком вместе конечно.

Я задумался. Мне труднее будет в финансовом плане, если Макс уедет. Квартиру снимать дорого. И к мальчишкам привязался, кто за ними смотреть будет? С другой стороны нужно Вадику обосновать перед родителями переезд в Ленинград, что будет не так просто. Бросать его не хочу.

— Когда ехать?

— Если подтверждаю согласие, приказ завтра будет. Так что хоть сейчас. Квартиру дают служебную, дом можно пока сдать или ты будешь жить, если останешься.

— До начала учебы не успеем перевестись, давай семестр тут доучусь, потом посмотрим. На зимние каникулы приеду, решим. Пока тебе придется няню нанимать. А дом… если доверяешь буду жить и искать покупателя. Назад уже вряд-ли вернешься, зачем он тебе.

На том и порешили. Начались сборы, пока самое необходимое, что можно увезти в сумках, остальное отправлю контейнером. Мальчишки сначала обрадовались переезду, потом расстроились, что я не поеду с ними. Пообещал на Новый год быть обязательно. Пришлось на пару дней отпроситься от колхоза, пока отправлю переселенцев. И вот все формальности улажены, проводил на поезд ставших уже почти семьей друзей. Сдал дом под присмотр Анны Павловны и отправился в колхоз под названием Веселый. Точнее так назывался поселок. Добраться было не так и просто, сначала до паромной переправы, дальше попутными, еще пешком километра три. Как раз к ужину успел.

Чем было замечательно, так это то, что лагерь располагался рядом со ставом, чистым, удобным для купания. Работали до обеда, в основном уборка помидор, потом расслаблялись, кто как может. Ночевать вместо душных бараков с комарами, я планировал на находящихся недалеко стогах сена. С Аней разумеется. В те годы мы там ночевали сначала вдвоем с Колькой, потом пригласили двух девочек-гидрашек. Аня, Анечка… вот еще одна причина, почему я не поехал сразу в Питер. Её туда тоже не потащишь. Вот за полгода и определюсь. Как оказалось Колька с Вадиком уже стога заняли с девчонками. Нет, места там хватит и на 20 человек, если просто спать. А для интимных отношений уже тесновато.

Но пока до интима дело не дошло, а целоваться при всех мы не стесняемся. Сначала ставлю Вадика в известность о возможных переменах. Тот задумывается.

— Даже не знаю, далеко ведь. Хотя интересно было бы в Ленинграде пожить. Родители наверно не отпустят.

— Родителей я беру на себя, главное ты определись. И я тоже еще подумаю. Собирай деньги, перед Новым годом сессию сдадим досрочно и махнем к Максиму. Осмотримся, определимся. Геологами всё равно не будем работать, так что на кого учиться роли не играет. Это потом в институт уже будем думать, на какую специальность идти. Быстрее всего заочно. Да кстати, тут недалеко бахча, пойдем за арбузами сходим?

— В смысле воровать арбузы?

— Там собаки, сразу штаны порвут. Заработаем. Им грузчики нужны. Пошли, вечером угостим девчонок.

Недалеко по местным понятиям километра три. Взяли с собой Кольку, выбрались к бахче как положено, из посадки. Собаки сразу помчались к нам, но так как мы спокойно шли им навстречу, сопроводили нас к будке сторожей.

— Мужики, работники нужны?

— Машину видите? Идите, помогайте грузить.

— А что по расчету?

— Сколько унесете всё ваше.

— Устраивает.

Машина немаленькая, «КАМАЗ» с наращёнными бортами. Но мы не одни, десяток пацанов поменьше, видимо с деревни, уже работает. Вадик с Колькой лезет наверх, я остаюсь внизу. Кидаем снизу арбузы, те кто вверху аккуратно укладывают. Как ни странно никто не роняет, ни одного не разбили. Полчаса работы и машина полная. Затариваемся арбузами, каждый берет по три огромных, килограмм по 7–8 арбуза. Сторожа усыкаются со смеха, глядя как мы тащим их мимо них. Ничего, всё продумано. Сразу за посадкой начинается оросительная система, большие, бетонные арыки. Опускаем арбузы в воду и спокойно идем рядом, вода доставляет их почти до лагеря. Прячем их недалеко от наших стогов, после ужина займемся. Отправляемся на став, смыть пот. В принципе жить можно, 6 часов отработали и развлекайся сколько хочешь. Каждый вечер дискотека. Под магнитофон. Depeche Mode, Joy, Bad Boys Blue, Sandra, Fancy. Далеко еще до репа, брейк-данса. Большинство лениво топчется на месте, слегка помахивая руками. Парных танцев никто не танцует. Кроме меня с Аней, разумеется. Мы и быстрые танцуем вдвоем, не спеша, не в ритм. Пофиг. Глядя на нас пара парней из механиков приглашают тоже девочек. Кстати приходит много деревенских девчонок, потому что у нас больше мужского населения лагеря — механики, бурильщики. Местные парни не рискуют, да и смысла нет, симпатичные девочки заняты, а страшные кому нужны? Заканчивается дискотека перед отбоем, в 22.00. Берем из нашего вагончика (нас поселили в душный металлический вагончик) одеяла, покрывала, встречаем девчонок с аналогичным грузом и идем к нашему лежбищу. Скирда сена высокая, не так просто забраться. Сначала парни подсаживают меня, потом я опускаю скрученную простынь и поднимаю всех по очереди. Ночи теплые, звездные. Лежим попарно в разных углах. Я с Аней под одним одеялом. Долго ласкаемся, мои руки бродят по всей верхней половине тела, попытки продвинуться ниже жестко пресекаются. Ладно, попробуем по-другому. Ныряю с головой под одеяло, упругая, задорно торчащая грудь в моем распоряжении, немного поласкав её язычком начинаю опускаться ниже. Не сразу поняв мои коварные планы, Аня пытается остановить, только когда я добираюсь до трусиков. Но поздно, пропустив узенькую полоску ткани, целую бедра, а пальчики снизу проникают к заветной щелочке. Аня вздрагивает, но молчит, слишком близко остальные. От них тоже слышны только шорохи и слабый шепот. Оставаясь внизу потихоньку стаскиваю трусики до колен, потом чуть поднимаюсь, целую выше лобка, сбоку, наконец и саму киску. Слышу вверху слабый писк. Для начала хватит, дальше поработаем пальчиком. Нужно намекнуть, чтобы побрила, волосы хоть и мягкие, но без них лучше. А возбудилась сразу, такая мокренькая стала. Возвращаюсь наверх, к губам, оставив внизу работать пальчик. Возражений уже нет, как бы делай что хочешь, а я что-то засомневался. Совесть что-ли? Я как-никак уже вторую жизнь живу, а девочке 16 лет только. Буду я с ней дальше, неизвестно. С другой стороны не самый худший для неё способ лишиться девственности, другие то по пьянке, то с таким же девственником. Или того хуже насилие. А Анечка и не разговаривает уже, вся прям горит, даже поцарапала меня немного. И это еще контакта не было! Похоже, с экстазом у неё проблем не будет, можно и так довести. Но я тоже хочу! Продолжая ласкать, второй рукой стаскиваю с себя плавки. Если ей будет очень больно, соседи по стогу услышат, надеюсь, спасать не прибегут.

— Ты согласна? — решил всё-таки спросить. В ответ тишина, только сильнее прижалась. Вопросов больше нет, устраиваюсь сверху и потихоньку начинаю продвижение. Вот и преграда, шепчу: — Держись зайчонок — и толчком сметаю препятствие. Короткий вскрик, вырвался и затих. Соседи тоже притихли.

— Всё в порядке — говорю вполголоса.

— Шампанское пить будем? — интересуется Алена.

— Обязательно. Но не сейчас, спите, давайте — и продолжаю начатое дело. Несмотря на боль у Ани возбуждение тоже не прошло. Но сейчас лучше её сильно не мучить, заживет — наверстаем. Ускоряю темп и быстро достигаю пика, скатываюсь на бок и орошаю сено. Возвращаюсь к Аниным губам.

— Поздравляю зайка, теперь ты по-настоящему взрослая)).

— Я тебя убью — шепчет она, а сама улыбается.

Одеяло вот только стирать теперь нужно от крови.

Про Ленинград пока решил не говорить Ане. Расстроится, а я еще сам точно не решил. Если я опять буду с мальчишками, Максим никогда не женится, а детям мать нужна. А если предложить Ане жить со мной… надо обдумать эту мысль. Наверное, не согласится. А родители если её приедут навестить, вообще обоих убьют. А если мои, то есть наши с Вадиком решат навестить, тоже будет проблема.

Бурцев тоже в лагере со своей группой гидрогеологов, по вечерам традиционный костер, беседы, песни. Я стараюсь не исполнять новых песен, один раз не удержался, спел песню Слепакова про мать.

«Я сегодня Кать увидел твою мать

Я не дам теперь себя окольцевать

Ты должна меня понять, я не вправе рисковать

Я ж не мог предугадать такую мать!»

Покотом лежали все, под настроение пошла еще пара его песен. Ничего, пока он напишет лет 25 пройдет. Со сцены исполнять не собираюсь, не запомнят.

Странно, раньше в молодости время казалось так долго тянется, а сейчас я готов в два раза продлить всё, чем занимаюсь. Несмотря на знания будущего, впереди ждут нелегкие годы. Спасать социализм нечего даже пытаться, а в 90-е годы опасность на каждом шагу будет подстерегать.

Итак, лето кончилось. Второй курс, учеба, Вадик живет теперь со мной, Аня на квартире с девчонками, но я надеюсь, что она часто будет у меня гостить и ночевать. Закономерно опять встал финансовый вопрос. Раньше на правах няньки питался в основном за счет Максима, теперь кроме питания нужно и коммунальные услуги платить. А еще одеться хоть иногда, девушку мороженым угостить, письменные принадлежности и тд. Еще и к Новому году на поездку собрать. Переводы пока никому не нужны, к концу года только спрос будет. Где заработать в это время шестнадцатилетнему пацану? Пытаюсь вспомнить книги о попаданцах — чем они промышляли в таких случаях. Клады я не знаю, где находились, шить джинсы не умею, да и попадусь на фарцовке. Всё что связано с торговлей сейчас рискованно. Могу ремонтировать ламповые телевизоры, даже Вадик немного умеет, но с клиентами проблематично. Могу электрику на дому ремонтировать или проводить — кто мне доверит сейчас такое. Да… печалька. Может группу создать и играть на свадьбах и мероприятиях? Инструмент дорого стоит, занимать не хочется.

Решил всё-таки взять квартирантов. Точнее не так, пригласить Кольку и Ваню жить я и так планировал, но деньги с них брать не собирался. Деваться некуда, скажу, пусть дают по 25 рублей (столько в среднем квартира стоит с каждого), но деньги будут идти на совместное питание, за вычетом коммунальных расходов.

На следующий день сделал им предложение. Восприняли с восторгом, они жили вчетвером в флигеле 3 на 4 метра с удобствами на улице. А тут отдельная комната на двоих, ванная, туалет в доме, кухня, и еще и без надзора хозяйки. Сразу после занятий притащили вещи. Совместно составили график дежурства по кухне и уборке дома. Классно что все некурящие. Дом четырехкомнатный, в одной я с Вадиком, во второй они, третья гостиная, четвертая на случай гостей. Или подруг.

Учеба проблем не вызывает, всё легко вспоминается, что не знал — запоминается. Иногда меняемся с Вадиком одеждой и именами, никто не отличит. Даже Аня пока не заговоришь с ней. Вадик с Аленкой разбежались, теперь ходит, присматривается с кем замутить. Бабник блин, я таким не был.

Приближаются холода. Если с зимней одеждой пока нормально, то обувь вторую зиму не переживет. А покупать не за что. Ничего не придумав иду на разведку на товарную базу. На проходной пообщался с вахтером и тот указал на расположившихся недалеко группу мужиков. Подхожу — газетка, бутылка, закуска. Всё как положено грузчикам. Восемь человек разного возраста.

— Здорово мужики! Приятного аппетита.

— И ты не скучай. Что надо? — ответил один, видимо старший.

— Работу ищу, вот заглянул сюда, вдруг что обломится.

— Не рано работать? Родители есть?

— Есть, а толку. Бухают, им не до меня. Степуха вот только на квартиру, а жрать что-то надо — бью на жалость, сначала хотел сказать что детдомовский, но передумал. Спросят, а я не в курсе, где тут даже детдом.

— Ну х.з. — засомневался старшой — Тут и здоровые мужики не все выдерживают.

— Я выносливый. И не претендую на такую же оплату как вы, сколько сочтете нужным.

— Ладно, посиди пока пообедаем.

Присаживаюсь в сторонке, минут через 15 бригада сворачивает остатки еды, идем к складам. Железнодорожный вагон с ящиками нужно выгрузить и уложить на склад. Ящики не тяжелые — какие-то макаронные изделия, крупы. Стараюсь не отставать от всех, спустя какое-то время понимаю, что оборачиваюсь быстрее, чем они.

— Не рви так жопу — бросает бригадир — вагон большой, быстро сдохнешь.

Чуть замедляю темп, вхожу в общий ритм. Через час работы ящики кажутся уже не такими легкими, а еще и половину не выгрузили. Каждые полчаса короткий перекур. Закончили через три часа. Бригадир пошел получать оплату, ждем, рассевшись внутри склада. Возвращается быстро, несет с собой неполный ящик водки. Начинает почему-то с меня.

— Мы в день за два вагона получаем червонец и бутылку на рыло. Тебе водяра не нужна? Тогда держи десятку. Завтра муку будем таскать — не приходи. Сорвешь спину еще. В четверг если хочешь, подруливай.

— Спасибо Кузьмич. Приду. Пока мужики.

Нормально, руки правда с непривычки ноют. Раз пять схожу — на обувь заработаю. В субботу можно и на весь день. И по переводам клиенты уже начали появляться, выживу. А сейчас на тренировку, остальные мышцы размять.


У нас в группе появился кубинец. Пользуясь своей улучшенной памятью начал учить с ним разговорный испанский. Через месяц уже болтаю довольно сносно. Подумываю о других языках — итальянский, арабский. С арабами правда тут проблематично, итальянский даже по песням выучить можно. Конец года, заказами на переводы заваливают, пришлось поднять чуть расценки. На разгрузку вагонов ходил еще несколько раз, даже Вадик пару раз со мной поработал. На зимнюю обувь и одежду хватило, теперь на поездку в Ленинград заработать нужно. Сегодня с последней пары — английского отпросился, завтра у нас с Вадиком день рождения, готовлюсь. Закупил овощи, посолил селедку, мясо еще нужно достать. Купить проблематично, только на рынке и только рано утром. Только собрался заняться переводами, возвращаются с занятий Колька с Ваней.

— Вова, там родители ваши приехали, Вадик просил предупредить — говорит Ванька.

Офигеть! Если они с классной встретились это будет что-то.

— И где они?

— Должны сюда прийти. С классной хотели поговорить, Вадик отмазался как-то.

— Так парни, я ухожу, а вы обо мне ни слова. Представьте, что не существую. Так надо, потом объясню. Скажите Вадику, когда проводит их пусть за мной придет. Надеюсь, ночевать не останутся.

— Куда придет?

— Как куда? К Ане конечно, куда я еще могу пойти.

Быстро убираю лишние вещи в спальне, топаю на квартиру, где живет Аня с девчонками. Теперь придется парням какую-то версию придумывать. Они и так удивляются, что мы вместе домой не ездим. Покупаю по пути торт — не люблю с пустыми руками в гости ходить. Анька тем более худая слишком — пусть поправляется. Девчонки живут вчетвером, тесновато, но весело. Что-то даже слишком весело, метров за 30 от флигеля слышу у них шум. Попадаю на светопреставление — сорвали кран и пытаются остановить воду какими-то тряпками. Все четверо мокрые, майки прилипли к телу, всё выделяется. Прикольно наблюдать! Меня даже не сразу заметили. Только когда я закрутил вентиль подачи воды находящийся чуть дальше.

— И блондинок нет среди вас, странно. Или вы так купаетесь? Открыть опять?

— Отремонтируй лучше — Алена мокрее всех. И грудь больше всех у неё.

— Не смотри! — наконец доходит до одной, Ирка и Таня прикрываясь, убегают переодеваться. Аня не торопится, ей меня стеснятся нечего. Алена тоже не смущается, только когда Аня вонзила в неё свой взгляд не спеша ушла.

— А что за праздник? День рождения завтра вроде?

— Соскучился. Нельзя?

— Можно. Воду делай. Ключи у хозяйки есть.

Вот даже не сомневается, что я всё умею. С их хозяйкой я уже знаком, телевизор ремонтировал. Так что я у неё в почете. Вентиль нашелся запасной, поменять дело трех минут. Обедать с девчонками не стал, пока дома готовил — наелся. Подождал, пока они поели, тогда уж вместе принялись за торт.

— А ты почему нас не приглашаешь на день рождения? — интересуется Алена.

— А мы никого лично не зовём. Кто уважает сам придет — мы всем будем рады. — На самом деле так и решили. Отношения в группе были разные, приглашать всех не хотелось. Парни придут, даже если не позовем, а девчонки пусть думают — ждут их или нет.

— Ну мы то не забудем. Надеюсь, не сомневаешься в нашем уважении? — Танька такое мероприятие точно не пропустит. Интересно как это Аня не вспомнила ни разу, что я уединялся тогда в общаге с Таней. Ровно год назад.

Стук в дверь, Вадим пришел. Спрашиваю взглядом — как? Физиономия довольная, значит порядок. Задерживаться не стали, быстро распрощались с девками и домой.

— Рассказывай, чего приезжали?

— Продуктов привезли ко дню рождения, кабана как раз зарезали. Сало, мясо. Сметаны, картошки. Короче нам только спиртным затариться и мы готовы. Еле успел от классной их увести, вот был бы номер. Представляю если она начала бы рассказывать про нас двоих. Хорошо, пацаны молчали.

— Парней я предупредил. Ладно, с этим пронесло. На завтра, мне так кажется, народу много будет. Берем водки больше и пива канистру.

— Бабам тоже водку? — Возражает Вадик — Давай лучше канистру вина возьмем, у Юльки с Ленкой хозяйка на винзаводе работает, по дешевке может подогнать.

— Вот ты и займись этим. На учебу не идем завтра, нам простят прогул.

Утром первым делом звоню Максиму. Точнее близнецам, поздравляем друг друга. Мальчишки требуют, чтобы мы к ним приезжали быстрее, не нравится им няня. Третья кстати за полгода.

Потом, отправив Вадика за алкоголем, приступаю к готовке. Главное всего побольше — орава большая, даже если всё не съедят (что сомнительно), останется нам, не пропадет. Ведро мясного салата, бутерброды, сельдь. С шашлыком решил не заморачиваться — наделал отбивных кучу. Вадим вернулся загруженный как ослик, надо спрятать половину иначе завтра на занятия никто не попадет. Напряг и его, нарезками, чисткой.

Гости начали появляться, когда мы уже падали с ног. Ничего не хотелось, только упасть и поспать. Но увы… нужно принимать поздравления. По двое, по четверо явилась почти вся группа и несколько человек с других. Больше тридцати человек, большинство девочек. На подарок не заморачиваясь собрали деньги — вручили конверт с 97 рублями. Немало по нынешним временам — как раз на поездку в Ленинград хватит.

Началось всё как положено, торжественно. Тосты, пожелания, музыка, танцы. Я как самый взрослый и хозяин жилья пил чисто символически. Кто еще будет следить за порядком. Но обошлось без эксцессов, не рассчитавшие свои силы были аккуратно уложены на заготовленные матрацы. Даже с соблюдением деления на половую принадлежность. Более крепкие ближе к 12 ночи стали понемногу разбредаться по домам. Аню с её соседками сам проводил — хорошо, что недалеко. Вернувшись, изучаю обстановку — человек 10 в отключке, на ногах несколько парочек по укромным местам и за столом самые крепкие парни продолжают накачиваться спиртным. А где Вадик?

— Вадима не видели? — опрашиваю среди вменяемых.

— Он Юлю пошел провожать — доложил Коля. После меня самый трезвый.

Да, сомневаюсь, что вернется. Раз всё спокойно могу и расслабиться. Присоединяюсь к компании за столом, меня уже никто не перепьет.

Утром глаза открываются с трудом, башка трещит. Чем там вчера кончилось? Помню, оставались мы с Костей, остальные все отрубились. Помню я еще ходил, проверял газ, воду, свет. Потом не помню. Тут помню, там не помню. А учиться то надо идти. Встаю, сначала сам бреюсь, умываюсь, потом уже начинаю расталкивать народ. Один, два, шесть… одиннадцать человек. Казалось больше было, кто-то утром, наверное, слинял. Главное все живы. Всё, событие пережили.


К Новому году успели сдать досрочно все зачеты. Кроме одного — на минералогии Вадька засыпался. Не смог опознать 7 из 10 минералов. Я угадал 8, именно большую часть угадал, а не определил. Четверки мне хватит. И что теперь, ехать одному? Аня от поездки отказалась, да и на мой возможный перевод отреагировала спокойно. Похоже она к нашим отношениям не так серьезно как я относится. Подхожу на следующий день к преподавателю минералоги, она же и заведующая курсом.

— Розалия Марковна, дайте, пожалуйста, еще одну попытку.

— Хочешь сказать, за ночь выучил то, что за 4 месяца не смог? Ты кстати кто, Вадим или Владимир?

— Вадим — У меня больше шансов сдать.

— Сдавать будете оба одновременно, различить вас нереально — опытная, блин, не проведешь.

— Розалия Марковна, у нас все предметы сданы кроме вашего, разрешите пересдать в следующем семестре. Клянусь, теорию за каникулы наизусть выучить. — Я и так наизусть знал, но на практике это помогало мало.

— А куда вы так торопитесь? — заинтересовало заведующую.

— Нас пригласили в гости в город — герой Ленинград. Когда еще такая возможность будет.

— Ленинград говоришь — Задумалась Розалия — Ладно, уговорил. Только у меня будет поручение, передашь моим друзьям в Ленинграде посылочку. Перед отъездом подойдешь.

— Спасибо Розалия Марковна!

На самолет уже нет билетов, пришлось ехать поездом. Успеваем впритык — 31-го к вечеру прибытие. В купе, к нашему разочарованию, с нами оказалась не пара сексапильных девушек, а пара пенсионеров. Муж и жена лет под 70.

— Вот таким я был Вадька, когда это случилось со мной — тихо говорю, чтобы они не услышали.

Дед оказался компанейским. Несмотря на возражения бабки, выставил на стол трехлитровую банку вина, сало, курицу и предложил нам разделить трапезу. Отказываться естественно не стали, у нас кроме купленных пирожков ничего с собой не было. А когда я поинтересовался, воевал ли Федор Кузьмич (так его звали), то наше застолье растянулось до отбоя. Рассказывать он умел, возможно не всё из повествования происходило с ним, но весьма увлекательно, такое в кино не покажут. Слушатели мы были хорошие, дед даже пригласил нас заходить в гости, если будем жить в Ленинграде.

К вечеру следующего дня прибываем, уже темнеет. Так можем и опоздать к Новому году, пока найдем. Только выхожу из вагона, меня чуть не сбивают с ног, Антошка и Тёма виснут с двух сторон. Я звонил Максиму перед выездом, но не ждал, что будут встречать. Наобнимавшись, грузимся в машину, ехать оказалось недалеко, наконец мы на твердом полу, под ногами ничего не стучит, не качается.

Квартира оказалась двухкомнатной, правда с большим холлом и кухней. Ну и где он предлагает нам жить?

— Вы насовсем приехали? — Антошка оккупировал меня, а Артём — Вадика.

— Пока в гости. Вдруг нам здесь не понравится?

— Понравится! Мы даже баловаться не будем! Да, Тём?

— Да! Ну может чуть-чуть — оставил лазейку Тёмка.

— Да кстати — подключился Максим — Вот посмотрите, я список техникумов приготовил. Выбор большой. Примут в любой, договоримся.

Да, давление с первого часа. Просматриваю список.

— Слышь, Вадька. В кулинарный техникум не хочешь?

— А зачем, ты готовить умеешь, научишь.

— Тогда в техникум культуры. Клоунами будем. Автодорожный, строительный, спортивный, что-то ничего не привлекает. Нужно такое чтобы меньше учиться. Вот, торговый. Товаровед, например.

— Торговать? Фу! — скривился Вадик.

— Что фу? Погоди немного, скоро вся страна будет один большой рынок. А тебя я обязательно заставлю поработать продавцом — это самая лучшая тренировка для умения работать с людьми. Убедить человека купить именно твой товар, успокоить недовольного клиента, а от наездов отбиваться! Налоговая, мусора, пожарники, санстанция — все хотят тебя поиметь. После такой школы везде сможешь выжить!

— Работать ладно, а учиться не хочу — упрямится Вадим — Давай лучше в спортивный, что это такое кстати?

— Техникум физической культуры. Тренеров для школ, турбаз, ДЮСШ и тд. готовит. В принципе можно подумать. Но там могут и не взять сразу почти на третий курс.

— Возьмут — уверяет Макс — Если их вежливо попросят, а просить будут те, кто надо.

— Давайте к Новому году готовиться, потом дела. Вадик, ты подарки куда дел?

— Сейчас!

Машинки для пацанов всегда в радость. Правда сильно не отвлекли, всё равно от нас не отходят. Быстро накрыли стол, пора провожать старый год, 22.00 уже. Максим достает коньяк, мы еще от дедового вина не отошли…

После встречи Нового, 1984 года мальчишек отправили спать, сами все-таки заговорили о делах.

— Вот объясни, Максим, зачем мы тебе нужны? Родители нас не потянут тут, сами много не заработаем. Значит, придется тебе нас частично содержать. Думаешь, нам хочется сидеть у тебя на шее?

— По поводу шеи… Я няне плачу 100 рублей в месяц. Считай эти деньги ваши. Но дело не в деньгах ведь. Вы для меня члены семьи, а для мальчиков как старшие братья. Сейчас я вам помогу, потом вы меня не забудете. Володя ты представляешь, как можно использовать вашу схожесть в сочетании с твоим знанием будущего? Вот представь, например, генсека, или кто там будет — президент? Так вот президент, который появляется неожиданно в разных местах, всё знает, ни один кадр ничего скрыть не может из своих дел…

— Ну ты Максим загнул, президент…

— А что? Сам же говорил, нет ничего невозможного, нужно только поставить цель.

— А еще говорят — цель оправдывает средства. Так вот, я не считаю что стать президентом нереально. Но для этого нужно перешагнуть через столько и стольких… Я этого не стану делать, а Вадик тем более.

— Президента я как пример привел. Можно что-то проще.

— Мы от темы отклонились. Об этом потолкуем вместе с остальными, когда там они приедут?

— Пятого. Исса на пару дней, Виктор на вечер только.

— Вот тогда и обсудим стратегию. Пока я еще не определился, нужно ли мне… нам тут жить. Смысл какой? То, что ты о семье говоришь, я не спорю — сам соскучился. Но ты еще молодой мужик, тебе баба нужна, а мальчишкам мать. А если мы тут два года под ногами будем путаться, ты и не почешешься насчет этого.

— Не прав ты — Максим наполнил рюмки, тема болезненная для него — С вами или без вас, никого больше в дом я не приведу. И ни одной бабе больше не поверю никогда.

— Не зарекайся — хотя частично я с ним и согласен — В жизни бывают такие повороты, что и представить не можешь.

— Других причин мешающих вам нет? С женщинами я твердо заявляю — нет. Финансовый вопрос пусть вас не тревожит. В будущем рассчитаетесь если уж на то пошло. Что еще?

— Еще? Меня такой вопрос тревожит. Если сюда ехать, то и планы на дальнейшую жизнь связывать с этим регионом. А я конкретно про Ленинград, допустим, ничего не знаю. Кроме того что Собчак мэром будет. Больше ни людей, ни событий. А в своем регионе я мог бы многого добиться пользуясь знаниям.

— Вот извини Володя, хоть ты и говоришь что самый старший из нас, но мыслишь как то узко, регионально. А нужно в общесоюзном масштабе. Сам же списки готовил за кем наблюдать.

— Честно? Боюсь. Что бизнес, что политика — это такая грязь, потом не отмоешься. И светиться нам особо нельзя — сам же понимаешь, биография у нас…

— Это да. Но можно держаться в тени, а свои люди будут делать то, что нужно.

— Короче, я понял, пока не выработаем стратегию дальнейших действий, ничего не решим. Ждем приезда компаньонов. Наливай!

Исса с Виктором приехали вместе. Москвичи оба. По-быстрому перекусив, усаживаемся за круглый стол. Первым слово берет Виктор.

— Во-первых, поздравьте меня, я теперь подполковник и начальник отдела. Благодаря твоей информации Володя о шпионах. Причем в основном за то, что утерли нос КГБ, сами знаете у нас негласное соперничество. Теперь по делу. Все люди по списку установлены. Перечислять всех или кого-то конкретно?

— Владимир Путин, Борис Ельцин, Березовский, Абрамович, Руцкой, Лебедь — конкретизирую я.

— Путин работает тут, в Ленинграде, в следственном отделении КГБ. Максим ты по работе с ним не сталкивался?

— Не приходилось.

— Борис Ельцин первый секретарь Свердловского обкома КПСС, Борис Березовский — в Москве, зав. лабораторией в Институте проблем управления.

— Есть такой институт? — удивился я.

— Да, при Академии наук СССР. Александр Руцкой сейчас в группе советских войск в ГДР. Александр Лебедь обучается в Военной Академии им. Фрунзе. Роман Абрамович — на первом курсе Ухтинского индустриального института.

— Максим — Путин твоя задача. Скоро его в ГДР отправят, хорошо было бы с ним завести знакомство до этого. Исса, с Березовским найдешь контакт? — спрашиваю я.

— Да, не проблема. А с Лебедем пусть Виктор лучше.

— По списку потом еще поработаем, посмотрим с кем сейчас можно сойтись. А Собчак кстати где?

— С Собчаком я встречался — обрадовал Максим — Он декан в университете. Толковый мужик. Вот вы с Вадимом пойдете к нему учиться.

— Ну не будем загадывать. Виктор, никаких подозрительных движений не заметил, в смысле попаданцев кроме меня?

— Нет. Что весьма странно. Судя по тому, как ты попал, минимум один человек обладает возможностью переправлять людей в прошлое. Значит должны быть еще. И не только в нашем времени и в более раннем. Например, в годы войны. А никаких сведений в наших органах нет о подобных случаях. А ты не замечал ничего отклоняющегося от событий?

— Я и не мог заметить, кроме Боинга в прошлом году ничего не помню. В этом скоро Андропов умрет, в феврале. На это никто повлиять не сможет. Если будут покушения или убийства кого-то из списка значит я не один. Или движ какой возле них.

— Движ? — поднял брови Исса.

— Это сленг будущего — в данном случае, имею в виду, нездоровую суету возле разрабатываемых объектов. Попавшие сюда будут стремиться к одному из двух вариантов — или изменить ход событий или воспользоваться знаниями для личных целей.

— Ты менять историю не хочешь, я правильно понимаю? Предлагаешь использовать знания для личного обогащения? — По тону Иссы непонятно осуждает он или одобряет.

— Не совсем так. Я хочу менять, но основательно подготовившись. Вы мне неоднократно предлагали заняться спасением Советского Союза. Как? Нужно иметь доступ и влияние на главных людей у власти. Просто пойти и рассказать, что нас ждет? Кому? Андропову поздно, Черненко? Громыко? Горбачеву? Даже если поверят, вы знаете, что они сделают? Я не знаю, и не уверен, что не будет еще хуже. У вас есть такой человек, у которого есть возможность взять власть? Вот. А один неверный ход и всё — история пошла по другому пути, другие лица, другие события. О которых я НИЧЕГО не знаю. Только о мировых некоторых и то не факт что и они не изменятся.

— Но должен быть какой-то выход. Армия, например, возьмет в свои руки власть — предлагает Виктор.

— Взрослый человек, офицер, а такой бред несешь. Ладно, Вадик бы предложил. Ты представляешь себе возможность военного переворота в Союзе? Нас всех на стадии подготовки повяжут. Тебе ли на твоей службе не знать. Твой начальник тебя лично расстреляет. А если не дай бог удачно пройдет, страна всё равно развалится и виноваты мы будем.

— То есть шансов для СССР нет? — уточняет Исса.

— Абсолютно. Его мог бы спасти приход к власти диктатора. Такого как Сталин. Но не думаю, что вам понравилось бы жить в такой стране. Если вместо Горбачева был бы кто жестче, процесс только затянулся бы. Экономический кризис уже в разгаре, цены на нефть падают. Прилавки постепенно пустеют. Недовольство народа растет. Политический кризис тоже на подходе. Стоило Горбачеву ослабить вожжи — и процесс распада пошел. Сразу начались националистические движения, в каждой республике были уверены что они кормят весь Союз. Финансировать соц. страны уже нечем, а как только им урезали паек и дали чуть больше свободы так русские для них сразу стали враги. Поляки в первую очередь. Война в Афгане тоже популярности не добавляет. Но вернемся к нашим баранам, еще про одного персонажа поведайте Виктор. Анатолий Чубайс где?

— В Ленинграде. Не так давно защитил диссертацию. Мутный тип по отзывам.

— Этот как ты выразился «мутный тип» в будущем председатель комитета по управлению государственным имуществом. Иными словами, он будет решать, кому и что распродавать и по какой цене. И по слухам он один из приведших к власти Путина. Следите за ним, лет через 5 он возглавит тут группу…, не помню название, каких-то реформаторов. Там будет молодежь, выпускники экономических вузов. Мне нужно будет как-то туда попасть.

— Надеешься урвать кусок пирога при разделе? — иронично спрашивает Исса.

— И это тоже. Для начала заинтересовать его, несколько вовремя данных «предсказаний», видение ситуации в том ключе, в котором будут развиваться события. Он не из тех, кто упустит такие кадры. Если бы в нашей команде был толковый экономист послали его. А так… я не лучшая фигура, мне нельзя становиться слишком заметным для общественности. Нам нужно расширять свою группу, присматривайте пока надежных людей. С началом правления Горбачева ослабнет роль КГБ, сможем создавать любые общественные организации, в дальнейшем партии. Вот и готовим ядро для партии и связи, чтобы её не задавили и поддерживали. Внедряем своих людей в различные структуры и создаем материальную базу. А я буду в роли «серого кардинала», незаметного для общества.

— Давай пока не поздно менять твою легенду — предлагает Виктор — Подберем документы, я найду нормальный вариант. Повзрослеешь, изменишься, кому-то если и покажешься похожим — не страшно. А Вадим будет двойником.

— Настолько чистые документы не найдешь, двойником мне тогда становиться. Если иметь амбиции вплоть до президентских… Хотя ты прав. Подбирай документы, а кто из нас под ними будет жить, мы с Вадиком решим. Быстрее всего поочередно по мере необходимости. Публичным может быть только Кольцов — его подлинность смогут подтвердить очевидцы. Только время учебы в Новочеркасске исключить из официальной биографии, докопаются, конечно, но не столь страшно. Если подняться высоко, то проверки уже не страшны. Только тебе Виктор нужно главой ФСБ становиться.

— Главой чего?

— Федеральная служба безопасности. Переименуют КГБ так.

— Я не против. Давай, делай. Хотя из нашей структуры в КГБ никогда не переходили.

— Теперь хочу услышать ваше мнение. Исса?

— Мне непонятны некоторые моменты. Первое — создание партии. Я член КПСС, мне что, выходить из партии? Какая программа будущей партии, цели? И я так понимаю, желающих создать партии будет немало? Какая моя роль в будущей организации? Ты вот распределил, Виктор глава ФСБ, ты серый кардинал, Максим — глава налоговой. Второе — как ты собираешься создавать материальную базу. Из каких ресурсов. Есть еще вопросы, но пока на эти ответь.

— Отвечаю в порядке поступления, из КПСС можно не выходить, коммунисты долгое время будут пользоваться поддержкой населения. Если сможешь занять высокое положение в их организации хорошо, нет — тогда выйдешь. Программу будем составлять вместе. Цель — на выборах набрать достаточно голосов, войти в состав парламента, принимать участие в управлении страной. Партий действительно будет немало, но я в отличие от остальных знаком с предвыборными технологиями. Могу на одном этом сделать карьеру — приводить партии к успеху. Роль…, если будем выбирать главу нашей организации — я за тебя. В правительстве — генеральный прокурор, как тебе? Материальную базу будем создавать вместе. Можно даже с нуля, для этого и нужны все эти связи. Вариантов масса. Самый простой — финансовая пирамида. Описывать не буду, это не для нас. Мы заработаем на гиперинфляции и курсах валют не прилагая усилий. И на оптовой торговле. Потом скупаем ваучеры и разумно их используем. Деталями сейчас не буду забивать вам головы.

— Я пока не дам ответ, принимаю ли я в этом участие — Иссу явно что-то не устраивало — Мне нужно обдумать. Но за сохранность тайны я отвечаю. Надеюсь орг. выводов не будет?

— Киллера нанимать не будем, если кому и расскажешь, всё равно не поверят. Дураком себя выставлять не захочешь — Я на самом деле так думал — Но мне лично жаль, если тебя с нами не будет. Максим, ты что скажешь?

— Я в деле. Вопросы есть, но разберемся по ходу пьесы. Надеюсь, что ты тут жить будешь.

— Я тоже за — поддержал Виктор — И по людям… есть у меня на примете трое ребят толковых.

— Людей подбирайте, но обо мне никто кроме нас знать не должен — не ленюсь предупреждать повторно — Вадик тоже за я думаю?

— Да — коротко отвечает Вадька. С некоторой задержкой… Нужно с ним поговорить — что-то ему не нравится.

— Тогда подводим итог. Распределяем людей из списка, кто кому ближе. Заводим знакомства. Года через три начнется перестройка, начнем и мы активные действия. Собираем надежных людей в команду. Раз в квартал встречаемся — обсуждаем дела. А теперь я отдельно с Иссой и Виктором хочу поговорить, у меня для них есть информация по их профилю.

Иссе рассказал о нескольких всплывших в памяти маняках и бандитах, в том числе будущих. Также о будущем хлопковом деле Рашидова. Пусть на нем дивидендов наберет. Для Виктора вспомнил тоже парочку будущих перебежчиков и добавил в списки для поисков Шойгу, Зюганова, Явлинского и Немцова. Пригодится возможно.

На следующий день идем с Вадиком погулять, наведаться в пару техникумов.

— Вадик, я так понимаю, ты вчера хотел спросить о своей роли в деле?

— Правильно понимаешь. Но я решил, что наши дела мы и без свидетелей обсудить можем.

— Не можем, а должны без свидетелей. По настоящему доверять мы можем только друг другу. Я не говорю, что всех подозревать надо, но готовым быть нужно ко всему. Взять, например, Виктора, гарантии, что он один в курсе — нет. Я почти уверен, что они играют свою партию. Поэтому я даю только дозировано информацию, о событиях ближайших месяцев и все. В делах — никакого криминала с которым нас могли бы прижать. И свои действия будущие описываю весьма обтекаемо.

— А если на самом деле ГРУ начнет свою игру, устранит, например, несколько человек из твоего списка? Или просто заставят тебя всё рассказать, что знаешь?

— Там же не идиоты. Изменив события, потеряют возможность знать их заранее и влиять на них. А в наглую на меня наехать… могут, но рискованно. Упрусь я рогом, что они силой потрошить будут? Скополомин колоть? Так я быстро загнусь, а информации у меня столько, что часами рассказывать надо. И еще знать нужно, что спрашивать. Кроме того если там дела обстоят так как я думаю, то наверх не стали докладывать, иначе бы уже команда «Фас» была. Значит хотят использовать в своих целях.

— И что делать?

— Решать проблемы по мере поступления. Пойдут на контакт — буду торговаться. По этой причине я и тебе не всё рассказываю, чтобы не ставить под удар. Меньше знаешь, безопаснее для тебя. А теперь давай о твоей роли. Я как ты сам понимаешь, знаю, на что ты способен, а что тебе лучше не делать. Но я не хочу держать тебя как мальчика на побегушках, сделай то, сходи туда. Ты хорошо будешь делать только то, что тебе нравится. Вот и нужно выбрать для тебя направление, которым будешь углубленно заниматься. У самого есть сейчас мысли?

— Я думал, может в юридический пойти?

— У нас два юриста есть уже. Кроме того из тебя юрист не выйдет, там нужно язык подвешенный, а ты нескоро еще научишься им пользоваться. У тебя память отличная и к языкам способности. Мгимо конечно нам не по силам. Но языки будем вместе учить. С английского начнем. Дальше… интернет, компьютеры, связь — по мере появления будешь сразу вникать. Это твое. Еще важный момент — СМИ.

— Что за СМИ?

— Средства массовой информации. На свой телеканал мы не потянем, по крайне мере сначала, а вот газету вполне по силам. Писать статьи в газеты и журналы начнешь уже сейчас, создашь имя. Потом свою газету выпускать будем.

— Да, я думал даже журналистом военным стать.

— Хорошо что не стал. Военным в смысле. А журналистом просто — слишком мелко для нас будет. Короче, для начала направление деятельности тебе определили — связь, информация, общение с прессой. Общению я немного поучу позже. Теперь деликатный вопрос…

— Говори, не стесняйся — улыбается Вадик.

— Вопрос об использовании фамилии. С одной стороны оба мы Кольцовы. С другой — я пришелец и прав больше у тебя. Если мы оставим всё как есть сейчас, в будущем это вызовет проблемы. Нельзя легализовать наше положение братьев-близнецов. Значит или отказываться от планируемых действий или кое-что менять.

— Отказываться я не хочу. Ты говори что придумал, плохого для меня ты не сделаешь. Я поддержу любое твое решение. Это ведь все равно, что я сам решил, так ведь?

— Ну вот и предложи сам. А я скажу, совпадает или нет наше мышление — озадачиваю двойника.

— Да я думал тоже. А если родителей поставить в известность? И они подтвердят, потом что были близнецы?

— Отпадает. Школа не подтвердит, соседи и т. д. — Отметаю вариант.

— Тогда одному, как Виктор предлагает, изменить фамилию. А при необходимости будем меняться местами.

— Это возможно. Но тогда нельзя чтобы нас видели вместе. То есть учиться и жить вместе мы не сможем. И иметь общих знакомых нельзя.

— Я так не хочу… Не… я сдаюсь, говори ты — загрустил Вадим.

— У меня думаешь фантазия бурнее? Есть одна мысль. Изменить внешность. Нет, не пластическая операция — прическу, одежду, можно какой-то природный краситель для волос. Чтобы мы были похожи, но могли назваться хотя бы двоюродными братьями. Тогда жить можно будет вместе, но учиться все равно лучше в разных местах. И не мелькать в будущем на публике вместе. А дальше по обстоятельствам. Не взлетим высоко — расслабимся. А если взлетим… готов ли ты будешь стать Володей, вместо Вадима?

— Если надо стану. Главное мы вместе будем и жизнь ждет нас интересная.

— Ладно, братишка… Давай так привыкать называть друг друга.

— А мне давно хотелось так назвать тебя.

— Вот и отлично. Смотри! Парикмахерская. Пойду ка я постригусь. Посмотрим результат потом.

Волосы были длинные, не до плеч, но ушей не видно. Парикмахер молодая девушка, смешливая такая.

— Как стричь будем юноша? — улыбается приветливо. Я задумываюсь. Потом оборачиваюсь в зал, где сидит Вадик.

— Братан! Иди сюда! — тот подходит.

— Мы хотим разыграть кое-кого — обращаюсь к парикмахерше — как можно сделать, чтобы мы были не похожи?

Она задумывается, осматривая поочередно обоих.

— На какое время изменить нужно?

— На длительное.

— Тогда одному короткая стрижка, а другому очки одеть.

— А если покрасить?

— Вы же не девочки. Краску заметно, кроме того если красить в темный — светлые брови будут контрастировать. А осветлять постоянно — волосы сожжешь, лысый быстро станешь.

— А хной или другими природными красками?

— У вас и так волосы цвета хны. Большой разницы не будет.

— Тогда стригите.

После парикмахерской заходим в оптику. Но очков без диоптрий нет. Вадик напоминает мне, что у него легкая близорукость. Без рецепта тоже не дают. Ладно, это не горит. Покупаем пока солнечные.

Демонстрируем Максиму себя. Тот критично оглядев, заявляет.

— Для непрофессионального взгляда сойдет. Что похожи видно, но за двоюродных можно выдать. Одному еще обувь на платформе, чтобы рост разный был. В техникумах были?

Мы и забыли за них. Виновато пожимаю плечами.

— Сходим завтра. Подумать еще нужно. Ты лучше скажи, что Исса заднюю включил?

— Кхе… ну… как бы сказать — засмущался Макс.

— Да так как есть и говори.

— Тут два момента. Первое, он боится, что наши действия пойдут вразрез с законодательством, особенно в плане создания материальной базы. А он, скажем так — честный мент. А второе, никак не привыкнет, что тебе на самом деле не 17 лет. Пацану подчиняться… И еще одно — он замолчал.

— Говори уж раз начал!

— Он поделился со мной некоторыми сомнениями. Боится, что зря Виктора вовлек. Когда речь шла только о предателях это одно. А сейчас разговор уже о взятии власти в стране.

— Жаль он со мной откровенно не поговорил. За Виктора я тоже думал, вероятность высокая, что он не сам действует. Но вам боятся нечего, никакого криминала у нас не будет. Все в рамках закона. Вы просто еще не понимаете, то, что сейчас кажется немыслимым, скоро будет самое обычное дело. Многопартийность, валюта, бизнес. Так что если раньше меня с Иссой увидишься, объясни ему это во-первых. А во-вторых скажи, что непорядочно сдав друзей в органы самому уходить в тень. Пусть уж до конца теперь с нами.

— Ну это не факт, пока только предположение.

— Предположение, а он уже зассал. А если факт то, что тогда сделает?

— Поговорим. И еще одно… это и мой вопрос тоже. Всё что ты говоришь, общие фразы, контур. А конкретики нет, как что будет делаться. Нам не доверяешь?

— Лично тебе доверяю. За остальных — сам понимаешь, только что об этом говорили. Что именно тебе конкретизировать?

— Да многое непонятно. Например, как без криминала и с нуля можно заработать так много, что хватит на финансирование своей партии.

— Да масса вариантов. Например, создается посредническая фирма, арендуем солидное помещение. Заключаем договора с строительными организациями и начинаем рекламу продажи жилья в рассрочку. Первый взнос 50 %, остаток на 5 лет к примеру. Жилье строить будут те же 5 лет. Строителям оплачиваем постепенно по мере строительства, а свободные деньги за это время прокручиваем в других схемах. Плюс свой процент. И это абсолютно честный вариант. А будет масса случаев, когда деньги люди платят — на машины, квартиры, фирма закрывается и концов не найдешь.

— Да, весело будет в будущем. Особенно следователям. Так что вы решили, в конце концов, остаетесь здесь? — Максим уже теряет терпение.

— Да. Я посмотрел по списку, многие из нужных людей или в Москве или Ленинграде. Даже с одним из них контакт получится найти — полдела сделано. Но с Путиным в первую очередь. Он при Собчаке насколько знаю, имел отношение к приватизации. А в Питере есть немало интересных объектов.

— Не знаю, как к нему подступиться. Я даже не слышал о нем тут. В здании у них бывал, но не будешь ведь спрашивать — где здесь Путин?

— Придумаем что-то. Найди его домашний адрес, думаю это не трудно. Завтра за билетами пойдем, едем забирать с техникума документы. С поступлением в любой поможешь?

— Да, не проблема.

— Тогда пока не будем голову ломать, в какой поступать.

— А как же минералогия моя не сданная? — озадачился Вадик.

— Нафик она тебе? Не будет такого предмета у нас больше. Максим, мне нужно переделать документы.

— В смысле?

— Место рождения другое указать. Реально?

— Это к Виктору лучше. Да и стоит ли, это тогда и свидетельство о рождении новое нужно. А школа?

— Логично. Тогда пусть делает на другую фамилию пакет документов. Интересно, успеет за пару недель, чтобы под новой поступить здесь? А старый тоже оставим паспорт. И неплохо было бы еще один сделать на Вадима дубликат. — Меня понесло.

— Ага, а потом со всеми этими паспортами пойдешь Путина вербовать — остудил Макс — Виктору звонок я сделаю, попрошу, чтобы пока обратно будете ехать, сделал. Заедете в Москву заберете. По телефону особо детали не обсудишь.

— Да, а что обсуждать. Желательно имя пусть Владимир оставит, привык я уже к нему.

Утром отправляемся за билетами, если повезет то на самолет, нет — на поезд. В дверях Вадик, идущий первым, вдруг замер.

— Ты что там, привидение увидел? — выглядываю через его плечо. Мимо нас наверх идет девушка, в белой шубке, шапочке, как снегурочка.

— Вадик, челюсть подбери — громко, чтобы услышала. Сверху слышно сдавленный смешок — Ну красивая, ну и что? Куплю я тебе такую же шубку. — Сверху уже смех. Потом она спотыкается и раздается не совсем цензурное выражение. Смеемся уже мы. Даже Максим подошел узнать, что случилось.

— Это Даша, над нами квартира — обрадовал нас.

— Тогда точно переезжаем! — Вадик нашел очередной объект.

Нам повезло, на самолет билеты были на завтра. Теперь только одна проблема осталась — убедить родителей.

5

Вадик решил, что сам справиться с этой задачей. Я в принципе и не сомневался, родители особо меня не ограничивали. Так что он поехал домой, а я занялся остальными делами. Дом передал под присмотр соседки, квартиранты остались на её усмотрение — если что не так, выгонит. Выписаться с паспортного, справки с техникума, снятся со всех видов учета, военкомат. Интересно, Виктор настолько чистые документы сделает, что нигде вопросов не возникнет? И не станут ли искать пропавшего Владимира Кольцова? Или нам сыграть с Вадиком вдвоем за троих? Интересная мысль…

Аня расстроилась, но не так уж сильно. Обещала писать, я тоже. Да, с женщинами я всегда спешил с выводами. Ничего не изменилось.

Всё заняло четыре дня. Вернулся Вадик с согласием родителей и финансовой помощью. Попрощались с ребятами и в путь. На этот раз поездом следующим через Москву, там Виктор должен передать документы. С попутчиками на этот раз совсем не пофартило — две пожилые тетки. Пришлось всю дорогу валяться на полке, но занялись делом — учебой английского. Через некоторое время одна из тёток начала возмущаться — мешаем мы им, видите ли, общаться. Я так понял, их раздражал не так сам разговор, как невозможность его понять. Ответил им тоже на английском.

— Excuse me! Coupe and ours too. So, go to the cunt.

Они, к счастью для нас, не поняли, но больше не доставали. Решили видимо, что мы иностранцы. В Москве они вышли, мы тоже выбрались из вагона, но Виктора не было. Странно, мне он казался пунктуальным. Хотя он ведь работает, могли услать куда-то. Разочарованные, возвращаемся в купе — а вот и он! Сидит, как ни в чем не бывало.

— Ну у тебя и шутки! Сейчас уже отправление!

— Здравствуйте, во-первых. А во-вторых, у меня билеты на эти места.

— Ты с нами поедешь?

— До первой остановки. Но билеты до Ленинграда, так что если проводник захочет кого подсадить — посылайте подальше. Держи — изучай. — И протянул мне сверток с документами.

Что мы имеем? Волошин Владимир Семенович. Родился 12 декабря 1966 года. Паспорт, свидетельство о рождении, комсомольский билет, академическая справка со строительного техникума, приписное удостоверение, аттестат о восьмилетнем образовании. И краткая биография. Всё учтено.

— А с хозяином документов что сделали? Он существовал на самом деле? — Вид у многих бумаг очень уж потрепанный.

— Он погиб, машина сбила. Не волнуйся, мы не причастны. Просто выбрали из списка погибших и умерших наиболее подходящего. Сирота, воспитывался в интернате. По инстанциям выписывать уже наши ходили. Факт смерти не зафиксирован.

— И для кого документы они знают?

— У нас вопросов не задают. Я дал команду — они исполнили. Можешь спокойно регистрироваться во всех службах. Изучи только досконально. Оба изучите. У меня к тебе пара вопросов, по службе.

— Спрашивай.

— Ты слышал о полете в космос экипажа с индийским космонавтом? Он нормально пройдет?

— Слышал, был такой — Подождал пока всплывет в памяти, не дождался — Дату не помню, ничего как-бы особого не говорили. Как обычно, взлетели, дня три — четыре полетали и назад.

— Хорошо. Что ты знаешь об олимпиаде в Лос-Анджелесе?

— Не много. Советский Союз откажется участвовать, соц. страны тоже. Одна какая-то из соц. стран поедет… Или Румыния или Югославия.

— И еще. Выборы в США кто выиграет? И если помнишь в Никарагуа?

— В США — Рейган. А Никарагуа… секунду… Даниэль Ортего. Да, еще информация — в этом году убьют Индиру Ганди. Дату не знаю, кто тоже. После неё премьером будет Раджив Ганди.

— Спасибо, это серьезная информация — задумался Виктор — Пока всё. Удачи ребята, скоро увидимся.

До Ленинграда действительно оставались одни. Прибыли почти ночью, но теперь дорогу знаем, не страшно. Нас ждали с нетерпением, Максим накрыл шикарный стол.

— С новосельем ребята! Нас ждут великие дела! — звякнули бокалы. Но меру знает, бутылка десертного вина на троих — почти ничего. Расположились мы в одной комнате с близнецами. Неудобно, а что поделаешь, поставили ширму, хорошо комнаты большие.

Утром пришло время определяться с местом учебы.

— Давай в одно место — заныл Вадик — я очки одену, за близнецов не примут.

— Уговорил. Но ты тогда будешь Волошин.

— Согласен! Куда пойдем?

— Давай в спортивный. Там никаких спец. предметов. А с физической подготовкой у нас нормально.

— Замечательно! — поддержал Макс — поехали, я завезу по пути и с директором пообщаюсь.

Убеждение директора заняло у него ровно пять минут, потом пригласили нас. Директор — лысый колобок, совсем не спортивный, улыбаясь, осмотрел нас.

— Ты глянь, как братья похожи!

— Мы и так братья, двоюродные — поспешил сообщить Вадик. Точнее теперь Владимир.

— Так, один геолог, другой строитель. А как у вас со спортом?

— Черный пояс по тхеквондо — докладываю я. Не уточняя, что всего лишь первый дан.

— Тхеквондо? Хм… Ну ладно. Что-то решим. Идите, оформляйтесь.

Как оказалось со спец. предметами я ошибся. Нам предстояло выучить и сдать задолженность по биологии, анатомии, психологии, спортивной медицине. Думаю, справимся, предметы интересные. Представились классному руководителю группы, Олег Борисович, он же тренер и преподаватель. Доложили тоже о тхеквондо.

— К сожалению, этот вид спорта у нас в программу не входит. Приходите ко мне на дзюдо, посмотрю на вас, потом решим.

Профком, комсомол, военкомат, прописка. За день управились со всем. Вечером проводим ежедневное совещание.

— Максим, ты адрес достал Путина? Времени мало, за год надо с ним встретиться.

— Родители живут в Басковом переулке 12. А о нем данных нет, засекретили. Возможно с ними живет.

— Не думаю, читал за этот адрес, там коммуналка была. Быстрее всего они там только прописаны. Поищи по жене — Людмила Путина, девичья — Шкребнева.

— Хорошо. Ребята, при ЛГУ есть курсы для поступающих, в следующем году вам надо будет туда записаться, будет возможность без экзаменов поступить.

— Доживем, тогда и будем думать. Ты бы сам на заочное пошел, на экономический. Не помешает.

В группе оказалось немало девушек, мы даже не ожидали. А парни, дав некоторое время для адаптации, начали провоцировать на конфликт, устанавливать иерархию. По росту многие нас превосходили. У первого не выдержали нервы у Вадика. Когда очередной раз Генка Маринин как-бы случайно смахнул со стола его тетради — потребовал:

— Поднял и извинился!

— Ха! Может тебе и шнурки погладить? — оскалился Генка.

Слово за слово и отправляемся все в закуток между столовой и спортзалом, где проходят разборки. Я в боевой готовности, кто знает, бой один на один, но Генкин друг Юра может себя неадекватно повести. Стали в позицию, вопреки ожиданиям Гена без обычного разогрева словами, сразу делает бросок вперед с прямым ударом правой. Боксер похоже. Вадика реакция не подвела — уход влево вниз, круговой удар стопой в печень. Аут! Мне приходилось пропускать такой удар, после него шансов нет. Разочарованные парни окружили Генку, давая советы по приходу в себя. В основном бесполезные, впрочем, он быстро оклемался. Думаю, Вадик смягчил удар — сильным можно нанести серьезную травму. Задираться никто не стал, протянутую Вадиком руку Генка нехотя пожал. Возвращаемся в класс. Теперь моя очередь, кто интересно нарвется? Хотя на вид все парни крепкие, могу и я нарваться. До конца занятий всё мирно, только после последней пары нас окликают. Андрей Морских (он же староста), Генка и еще три человека.

— Парни, вчера на дискотеке наших обидели — Ромку и Игоря. Мы все идем сегодня разбираться. Вы с нами? — спрашивает Андрей.

— Куда и во сколько? — уточняю я. Отказываться нельзя, не поймут. Узнав место, обещаем прийти.

Вечером, дождавшись Максима с работы, отправляемся к месту сбора. Два десятка парней кучкуются в проходном дворе под аркой. По кругу ходит пара бутылок какой-то жидкости. Когда суют мне её в руки делаю символический глоток — брр… ну и гадость, самогон голимый. Ждем минут 10, подходят еще трое, выдвигаемся к Дворцу Культуры. По пути Андрей инструктирует:

— Держимся рядом, как только найдем их — предлагаем выйти. Откажутся — мочим на месте и быстро делаем ноги, пока мусоров нет.

Вход стоит 50 копеек, верхнюю одежду сдаем в гардероб. Попробуй быстро слинять потом, пока куртку заберешь и ласты скрутят. Но в куртке в зал не пустят. Музыка гремит со второго этажа, поднимаемся по ступенькам, зал битком набит молодежью. От 13 лет до 20. Идем, клином рассекая толпу через весь зал. Впереди меня Гена плечом толкает зазевавшегося паренька. Тот падает под ноги танцующим, быстро вскакивает, что-то кричит, но за музыкой не слышно. Я аккуратно отодвигаю в сторонку пару девчонок. Добираемся в угол, где стоит аппаратура. Колонки, стробоскоп, шары, парень в очках изображает из себя ди-джея, хотя кроме пары магнитофонов и микрофона ничего не наблюдаю. Парни крутят головами по сторонам, похоже, пока нет обидчиков. Включили медленную композицию, толпа поредела, большинство прижалось к стенкам. Многие просто стояли компаниями в центре — ждали быструю музыку. Танцующих пар совсем мало. И тут… мой взгляд зависает на группе девчонок в десяти шагах от нас. Точнее на одной из них — кудрявая блондиночка в мини юбочке. Оцениваю обстановку — пока спокойно. И решительно направляюсь к выбранной цели. Говорить что-то бесполезно — стоим практически под колонками, останавливаюсь перед ней и улыбаясь протягиваю руку. Она делает удивленное выражение лица, смотрит в зал, потом нерешительно выходит вперед. Охватываю за талию, видимо слишком резко, она слегка напрягается, потом кладет руки на плечи. Постепенно увожу дальше от орущих динамиков, когда в ушах давление звука снижается, чуть прижимаюсь ближе и начинаю разговор.

— Я Володя, а тебя как зовут?

— Оксана!

— Ксюша? Круто! В школе учишься?

— Да, в десятом.

— Будем дружить Ксюша?

— У меня есть парень!

— Он не будет возражать, я с ним поговорю!

Она смеется, собираюсь отвесить ей какой-нибудь комплимент, но тут замечаю оживление в месте дислокации наших. Серьезное оживление.

— Прости зая, мне пора — мчусь к эпицентру. Музыка заткнулась, сразу стали слышны крики, мат, визги девчонок. Главное не перепутать, с нами несколько парней с других групп, которых я не знаю. Ага, вот на Игоря насели трое, в прыжке глушу одного сверху по голове, второго ладонью в ухо, третий получает от Игоря нокаут. Куда дальше? Вижу Вадика, он у стенки успешно отбивается, а вот Юру двое теснят. Рывок, один поворачивается, бросается на меня. Уход вправо вниз, подсечка и толчок в улетающую спину, чтобы ощутимее приложился о бетонный пол. Убеждаюсь, что живой, шевелится, хоть бы не покалечить никого. На меня обратили внимание, кинулись сразу трое. Одного встречаю круговым толчком ноги в грудь, заодно он сметает второго, а третьего перехватывает Гена. Оглядываюсь — наши уже в большинстве, добивают соперников по двое, трое. Даже неинтересно, не успел и разогреться.

— Уходим! — командует Андрей. Не сразу, но парни направляются к выходу. Теперь и расталкивать не надо — проход сразу широкий. Нахожу Вадика.

— Ты как? Живой?

— Да, норма!

Спускаемся вниз. Не успеваем добраться до гардероба, во входную дверь влетает наряд милиции. Человек с десять, наверное. Наши, успевшие получить одежду рвут напролом, одного мента сбивают с ног. Кого-то из парней скручивает трое. Оставшиеся без одежды, бросаются врассыпную — кто назад в зал, большинство через окно в гардероб. В гардеробе крики, треск бьющегося стекла.

— Стой спокойно! — Прижимаю Вадика к перилам и делаем вид, что мы вообще не при делах. Менты уволокли троих и блокируют гардероб. Оставаться нельзя и уйти не получится.

— Есть идея — тащу Вадика обратно в зал. Музыку пока не включают, пострадавшие нас пока не заметили, направляюсь к Ксюше с подружками.

— Поможешь нам выйти? — Не сразу, но кивает. — Для Вадика возьми подругу.

Спускаемся вниз попарно — я под ручку с Ксюшой, Вадик с другой девочкой. Суматоха уже улеглась, но четверо милиционеров дежурит у гардероба. Спокойно подходим, даем жетоны гардеробщице.

— Кто такие, раньше я вас не видел — пристально смотрит сержант.

— Мы недавно переехали, теперь часто будете видеть — небрежно отвечаю.

— Где учитесь? — настойчивый гад, а я как назло понятия не имею какие тут номера школ. Техникум называть нельзя.

— В 16-й дядь Юра — неожиданно выручает Оксана — Со мной в одном классе.

Вопросов больше нет, но провожает хмурым взглядом до выхода.

— Вот из-за вас пришлось соврать — Ксюшка на улице отстраняется.

— Готов компенсировать ущерб — пользуюсь возможностью — Давай завтра сходим куда-нибудь. В кино, театр, музей, цирк.

— Боюсь Боря будет против — притворно вздыхает девушка — Если ты куда и пойдешь, то только в больницу. Хотя за испорченный отдых и нужно тебя оштрафовать. Даже не знаю что делать!

— Предлагаю проводить тебя домой, за это время придумаешь наказание — У Вадика, похоже проблем не возникло, помахав мне рукой рванули с подружкой к подъехавшему автобусу.

— Да я рядом живу — указывает на соседний дом.

— Тогда хотя бы в подъезд, в таком виде на морозе простудишь… кое-что — указываю на почти голые ноги. Ничего не ответив поворачивается и идет к дому, пристраиваюсь следом. Заходим, в подъезде темно, свет горит только на втором этаже.

— Я пойду? — спрашивает Ксюша, оставаясь на месте. В темноте только глаза видно. Блестят как у кошки.

— Мы же не договорились, о компенсации — беру её холодные ладошки, слегка прижимаюсь.

— Ну я подумаю…

— То есть ты согласна обсудить это на следующей встрече? Допустим завтра?

— Нет! Завтра я не могу. Может быть в субботу…

— Договорились. В субботу в шесть вечера. Какой номер квартиры?

— Внизу подождешь. Если выйду. Всё, я пошла.

— Хорошо, до встречи — быстро целую в щечку.

— Ты! Блин… — вырывает ладони из моих рук, стучит мне по груди. Несильно, как зайчик по барабану. Но не уходит, прижимаю уже сильнее и целую в губы. Немного потрепыхавшись, успокаивается и начинает отвечать. Через пару минут резко вырывается и бежит наверх.

— В субботу! В шесть! — кричу следом.

Добираюсь домой, Вадика еще нет. Близнецы спят, Максим зовет на кухню.

— Узнал сегодня за Путина. Неделю назад уехал в Москву, учеба какая-то. Говорят надолго, жена тут осталась.

— Жаль. Всё я не могу помнить. Особенно если не знал. Будем с Собчаком и Чубайсом наводить мосты. Потом через них уже на Путина выйдем. Но это на тебе, мне не по возрасту с ними пока.

— У меня заместитель, Коля Суворов, неплохой парень. Думаю привлечь в нашу группу.

— Пригласи домой, пока так пообщаемся.

Вадик явился к 12. Довольный как слон.

— Что, ночевать не оставили? — интересуюсь.

— Мы в подъезде сидели… болтали, целовались. Кстати за Оксану сказала, что у неё парень крутой из мореходки. Так что осторожнее.

— Ага, Боря. Ничего, отобьюсь. Ты же поможешь?

— Не вопрос. Да, видел Ромку, оказывается, сегодня не с теми дрались. Те не пришли, это местным школьникам не понравилось что-то. А те из моряков как раз, откуда твой Боря.

— Это хорошо, значит парни подпишутся если Боря не сам разбираться будет, а захочет кентов привлечь.

Утром в технаре нас встретили уже более приветливо. Стали интересоваться, чем занимались.

— Тхеквондо? Даже не слышал! — удивился Генка — Это как карате?

— Не совсем. Но тоже восточное. А тут кроме дзюдо какие секции?

— Волейбол, баскетбол, плаванье, шахматы. Я на бокс хожу в ДЮСШ. — Угадал я, что он боксер.

Сегодня как раз тренировка по дзюдо, кимоно захватили с собой. Олег Борисович после разминки предложил показать бой в тхеквондо. Изобразили с Вадиком бесконтактный поединок, оказалось впечатляюще. Даже аплодисменты были.

— До конца обучения вам нужно иметь не менее КМС по любому виду спорта, чтобы могли вести секцию — объясняет тренер — Тхеквондо я не знаю, где в городе есть, да и в список оно не входит. Так что или дзюдо или с мячом любую дисциплину. Заниматься можете всем, чем хотите, но один разряд дотянуть до кандидата.

— Хорошо, дзюдо будем заниматься, а потом определимся. — С мячом мне кроме футбола ничего не нравится.


А тхеквондо тоже бросать не будем, думаю в Ленинграде найдется хоть одна секция.

Возвращаемся домой, на подходе к подъезду вижу впереди белую шубку. Толкаю Вадика.

— Глянь, твоя снегурочка идет.

— Быстрее! Знакомься давай, я не могу! — Ускоряем шаг, подходим к двери одновременно. Придаю Вадику толчком ускорение, чтобы открыл дверь.

— Привет Даша! — спокойно здороваюсь, словно сто лет живем в одном доме.

— Привет Вадик и…? — Таким же тоном отвечает соседка, проходя в придерживаемую Вадимом дверь.

— Володя. Как в школе, много двоек нахватала?

— Мальчик! Я в университете учусь! — Выглядит совсем девочкой, а оказывается старше нас. Ничего, не страшно. Не старше меня это точно!

— Ах простите мадам! Приношу свои глубочайшие извинения!

— Мадемуазель! Сударь вы невежа!

— Увы, да. Но нам гусарам простительно. Зато вот мой брат скромный воспитанный юноша. Видите, как он робеет в вашем присутствии. Хочет пригласить вас в кино и стесняется — Вадик действительно покраснел. Как-то она не так на него воздействует.

— Да? Ну… если он наберется смелости, возможно я и соглашусь — После этих слов толкаю Вадика в бок — действуй дескать. Мы стоим уже на нашей площадке, Вадим открывает рот, но так и не выдавливает ни звука. Глядя на него мы с Дашей начинаем давиться от смеха. Вадик еще гуще краснеет, даже глаза начинают подозрительно увлажняться, рывком открывает дверь и скрывается в квартире.

— Даша! Вот что мне теперь с братишкой делать? Влюбился по уши. Ты виновата, так что тебе и отвечать.

— Чем это я виновата? — изумляется Даша.

— Как чем? Тем, что такая красивая!

К комплиментам ей видимо не привыкать, но чуть порозовела.

— И что же мне теперь делать? — спрашивает с раскаянием в голосе.

— Давай в субботу сходим куда-нибудь. Я со своей девушкой, а ты с Вадиком.

— А если он опять убежит?

— Я проведу с ним воспитательную работу, не убежит.

— А куда пойдем?

— Не знаю. Куда тут можно пойти, какие места считаются крутыми?

— В субботу концерт будет, группа Круиз, но билетов уже не достать.

— Билеты моя проблема. Пойдем на концерт.

Вадим надутый сидит с книжкой по биологии. Сажусь рядом, обнимаю за плечи.

— Братан! Не парся, всё на мази! В субботу идем на концерт, я с Оксаной ты с Дашей.

— Правда? — оживляется — Классно, а билеты где возьмем?

— Попросим Макса достать. Ему не должны отказать, а то с проверкой заявится.

Максим пришел не в настроении.

— Морской порт сейчас отрабатываем, столько накопали. Директору лет на десять хватит.

— Так, а тебе чего печалится? — недоумеваю я — Если я правильно понимаю, за вскрытие хищений положено поощрение какое-то.

— Не всё так однозначно. Директор ставленник министра транспорта. По слухам даже родственник. А министр транспорта ставленник Андропова. Уже начались звонки, намеки. Скоро угрозы пойдут.

— Сегодня какое число? Андропову неделя осталась, он уже лежит. А вообще-то возьми деньги и закрой глаза. Скоро все так грабить будут страну, в кошмарном сне не приснится.

— Так не предлагают. Нагло так себя ведут.

— Тяни время, через неделю по-другому заговорят.

Билеты Максим достал. В субботу в шесть вечера жду в подъезде. Концерт на 8, успеем. Блин, какая квартира все-таки? Спускается мальчик с санками.

— Малой, ты знаешь Оксану? Моего возраста, беленькая такая. — Пацан недоверчиво смотрит на меня и молчит.

— Ты немой?

— Нет. Знаю. Это моя сестра.

— Да? Замечательно. Она дома?

— Дома.

— Какая квартира?

— Тринадцатая.

Пятый этаж, поднимаюсь, звоню. Открывает Оксана, смотрит на меня, хлопая глазами.

— Ой! Я забыла! Хотя я и не обещала точно!

— Здравствуй, во-первых. Во-вторых, у тебя час на сборы — концерт в восемь.

— Какой концерт?

— «Круиз». Где у тебя кухня? Я сам кофе сделаю, ты пока собирайся.

Прохожу мимо обалдевшей девушки на кухню. Наблюдаю там копию Ксюши, только постарше. Лет так 35, обалденная женщина. Стройная, местами упругая, голубые глаза на фоне белых волос. Вопросительно смотрит на меня.

— Здравствуйте, Ксюше некогда знакомить, она собирается. Меня Володя зовут.

— Лидия… Петровна. Куда собирается, надеюсь не в ЗАГС? — ироничная улыбка, интерес. Поладим.

— Пока всего лишь на концерт. Жаль она не познакомила нас раньше, знал бы, что у неё такая классная мама взял и на вас билет. Простите за нескромный вопрос — вы замужем?

— То есть если с Оксаной не сладится, на меня переключишься?

— У меня есть для вас кандидатура постарше. Красивый, умный, большой начальник. — Оглядываюсь, Оксана стоит офонаревшая, слушает диалог. — Ксюша! Собирайся, опаздываем!

— Ты глянь, какой шустрый! Дочку охмурил, мне жениха нашел. У нас еще бабушка есть, для неё у тебя тоже кто-то припасен? — веселится Лидия Петровна.

— Бабушке лет 55? Думаю не проблема, решим — Сохраняю серьезную физиономию.

Попили с ней кофе, ответил на вопросы о своем происхождении. Рабоче-крестьянские корни, на первый взгляд, её не смутили. Впрочем, как выяснилось, она тоже не из интеллигенции, работает инженером по ТБ в порту. В том самом, который Максим сейчас инспектирует… возможно, она его там даже видела. Но выяснять не стал, всему свое время. Тем более Ксюха, наконец, готова, критично осматриваю.

— У тебя тоньше колготок нет? Там мороз 20 градусов! Мне твое здоровье дорого, тебе еще детей мне рожать — Ксюше от возмущения перехватило горло, зато мама меня поддержала.

— Вот и я то же самое постоянно говорю! Или одевай шерстяные, или я вместо тебя пойду на концерт! — Как ни странно я против такого варианта и не возражал бы. Оксана недовольно бурча удалилась переодеваться.

На концерт мы успели. Вадик с Дашей уже ждали нас. С Вадиком я провел работу, не зря, стоят под ручку. Концерт в спорткомплексе, места нам Максим достал крутые — в пятом ряду. Не скажу, чтобы Круиз мне нравился, но он сейчас один из популярных. Репертуар я их знал, даже тот который еще не сочинили. Впрочем, будущего у них не было, а могли бы. Поглядываю на девчонок во время концерта — особо не в восторге, явно больше попса нравится. Ну и ладно, опускаю руку на коленочку Оксаны… не дергается. Вот только зачем я настаивал на шерстяных колготках? После концерта естественно провожаю домой, в подъезде пытаюсь поцеловать — встречаю сопротивление. Вот уж эти бабы — без прелюдии никак не могут! Пришлось полчаса убалтывать, зато в разговоре выяснил, что Боря ей давно надоел, только не знает, как отделаться. Потом, когда губы стали болеть передал её из рук в руки маме и домой.

Дома сюрприз — Виктор. Был в командировке и заехал к нам. Естественно ко мне с кучей вопросов, фамилии, события. Особо много не даю ему информации — особенно о событиях после перестройки.

— Виктор, совсем забыл еще о одном персонаже — Артем Тарасов. К сожалению, не могу сказать где он сейчас, а фамилия распространенная. По отчеству кажется Михайлович, возможно в Москве, возможно, работает в какой-то комсомольской организации. Возраст чуть больше 30. По таким данным сейчас найти нереально, но года через 3 он должен засветиться. Станет первым официальным миллионером в СССР. Для всех тогда был шок, когда он с зарплаты в 3 миллиона рублей заплатил взносы в КПСС около 90 тысяч. Это при том, что зарплата у рабочих была в районе 200 рублей.

— И как он их заработал? — чуть ли не одновременно спросили Виктор и Максим.

— Посреднические операции. Как раз открыли границы и торговля шла практически без таможенных налогов. Тут скупал по дешевке все что можно, переправлял в Европу, а оттуда то, что здесь было в новинку. Но больше компьютерная техника. Сначала получал 2–3 цены с продажи потом 300–500 % с ввезенного товара. И это все оптом.

— И так мог каждый делать?

— Теоретически да. Открывай фирму и занимайся, чем хочешь. Если есть деловые качества. Но недолго, как только появились богатые люди — сразу появились те, кто на них захотел поживиться. Рекет, вымогательство, разбой. Плюс государственный рекет. Статистики у меня нет, но счет идет на тысячи тех, кого просто убили, а тупо забрали всё еще у большего числа. Так что бизнесменом быть очень рискованно, если не прогоришь и разбогатеешь тогда или заберут или убьют.

— И как же ты собираешься зарабатывать в таких условиях? — осведомился Виктор.

— Нужна «крыша». Одному, даже группе, не выжить. Варианта три, первый под руку воров в законе. Отстегивать им придется процентов 20. Недостатки — сотрудничество с криминалом, если бизнес успешный могут поднять плату или просто забрать всё. Второй вариант — под крышей силовых структур. Прокуратура, ОМОН, КГБ. Недостатки — они берут больше, до 50 %. И в случае если им команда будет сверху — кинут не задумываясь. Третий вариант — своя защита. Охранная фирма, надежные люди. Недостаток — органы будут доить по полной. Вот по этой причине я и ищу выходы на нужных людей, которые будут в верхах. Чтобы при необходимости замолвили слово. И для этого же нужна партия, которая в случае необходимости поднимет шум, о давлении на её членов.

— Но я тоже в силовой структуре? Я тоже могу получается «крышевать»? — Максим.

— Не совсем. Ты больше к карающим органам, чем к силовым относишься. Следователям платят сам знаешь за что, и сейчас и в будущем. Так что тебе или в прокуратуру или в налоговую службу нужно перебираться. Для налоговой желательно экономическое образование, я тебе и советую на заочное пойти. Даже то, что учишься, будет аргументом для занятия должности.

Нашли, наконец, секцию тхеквондо, даже недалеко ездить. Тренер натуральный кореец — Ван Хо. В группе в основном студенты, несколько девушек, в том числе дочь Хо с труднопроизносимым именем Хйун. Мы зовем её Юна. Ей лет 15, но уверен — нас с Вадимом уложит за пару минут. Видимо с детства занимается. Есть пара чеченов, с одним из них, Альви, у меня отношения сложные — чем то я ему не понравился. А тренер постоянно ставит с ним в спарринг, тот пользуется тем, что опытнее, в результате я всё время в синяках. Но я не жалуюсь — всё, что нас не убивает, делает сильнее. Вадику против Юны еще труднее.

Вчера умер Андропов, сегодня уже объявили — новый генсек Черненко. Всё идет по старому, скоро начнем и мы действовать. От армии будем косить, нечего там делать. Я свое отслужил, Вадику оно тоже ни к чему. Долги по предметам сдали, с учебой нормально — мы тут сравнительно с другими умники. Пока можно и расслабится, погулять. Ксюшу теперь в подъезде не жду — сразу поднимаюсь в квартиру. Пока она собирается, общаюсь с мамой. Идея познакомить их с Максом пока не нашла поддержки, но я не отчаиваюсь. Время работает на нас! Борю я так и не увидел, Ксюха его отшила раньше, чем мы встретились. Сегодня идем на дискотеку, рискованно конечно, можно и нарваться. Но блондинке это объяснять… проще уступить. Подходя к ДК вижу наших парней — Генку, Андрея, Димку. Это есть хорошо! Подходим к ним.

— Привет! Что сегодня, ожидаются разборки?

— Как получится — пожимает плечами Андрей — Пока спокойно. Чехи вон только что-то не поделили.

Кивает головой в сторону, у прохода собралось человек 12 нерусских, видимо чеченцев как сказал Андрюха. Шумно что-то выясняют на своем языке. Ну и фиг с ними. Я уже потянул было Оксану к входу… блин, знакомая куртка у того пацана.

— Постой тут минутку — говорю Ксюхе и приближаюсь немного к месту конфликта. Точно, Альви. И похоже он в меньшинстве. Наезжают в основном на парня, возле которого стоит Альви, еще один рядом, остальные что-то от них хотят. Не знаю даже как поступить, просто уйти воспитание не позволяет. И влезать глупо, даже драки нет. Хотя руками жестикулируют опасно. Постою пока, понаблюдаю. Мне этот чурка малосимпатичен, но всё же знакомый. Надеюсь, разговорами и закончится.

— Что, знаешь кого? — Генка подошел.

— Да, вон тот в синей куртке. Занимаемся вместе.

— И что? Думаешь вписаться? Дохрена их и здоровые лбы.

— Не знаю. Если убивать будут, придется. Но вы не лезьте, вы не при делах. Может обойдется.

— Вряд-ли. Видишь, вон тот в рукаве что-то прячет. Нож быстрее всего. — Генка оглянулся, махнул рукой парням — Скажу Димке, пусть смотается, там Игорь с Олегом еще, позовет.

Ситуация тем временем обострилась. Ведущий разговор явно провоцировал на драку, но сосед Альви пока уклонялся. Пара толчков, пара замахов, их прижали к стене. Трое против девяти — вот суки! И резко все сразу бросились, замелькали кулаки. Черт! Вот нахрен оно мне нужно? Медленно двигаюсь ближе, оглядываясь по сторонам в поисках подручных средств. Ничего, урна и та бетонная. Пока держатся, один вон отлетел хорошо. А этот сука правда с ножом. Черт! Черт! Всё, пошел! Ускоряясь, пролетаю оставшиеся метров пять и в полёте бью сзади ногой в голову чечена с ножом. Восстановив равновесие, успеваю, прежде чем они опомнились, опять ногой врезать еще одному в лицо. Дальше трое сразу переключаются на меня, все выше меня намного и массивней. Но и медленней, отскакиваю назад, выводя их на себя. Потом рывок вперед, вниз, подсечка, одного сбиваю и пропускаю удар ногой в живот. Хорошо на вдохе, больно, но не вырубили. А вот в челюсть еще больнее! Попадаю несколько раз с незначительным эффектом и пропускаю еще пару хороших прилётов. Но вот одного из моих соперников уложили сзади, парни всё-таки вмешались. Хорошо, а то у меня в глазах уже туман. И шатает. Очередной удар валит меня в снег. Хорошо лежать, но надо вставать, странно, что не добивают. Поднимаюсь, одним глазом изучаю обстановку. Народу явно прибавилось, похоже, нас еще кто-то поддержал. Чеченов уже капитально месят, как бы не убили. Наконец пошло на спад, один еще пытается отмахиваться, но вот и его уложили и прошлись ногами по ребрам. Подхожу к Альви, вид у него… не лучше чем у меня.

— Зачем ты полез? — встречает он меня вопросом — Жить надоело? Это Тагира парни, он полгорода держит. Теперь и нам и вам хреново будет.

— Ну что будет еще неизвестно. А сейчас на вас с ножом кидались, могло и не быть больше ничего для тебя. — Проверяю зубы, вроде все целые. Губы только разбиты. Подлетает Ксюшка, начинает вытирать кровь.

— Кто это? — к Альви подошли двое его напарников.

— Да так, вместе тренируемся — нехотя отвечает тот.

— Спасибо. Я брат Альви, Руслан — подал руку старший. На вид вообще не пострадал, хорошо отбивался.

— Да не за что. Вадим — представляюсь по-разному, чем запутанней тем лучше.

— Если будут проблемы — дашь знать. Разберемся.

Подходит Генка, тоже целый. Мне одному досталось?

— Бурсаки подписались, у них к чехам претензии имеются — сообщает он. — Ты как? Живой?

Машу рукой, цепляю Ксюху и домой. Хватит, погуляли.

Максим, увидев меня, лишается дара речи. А Вадик, зараза такая, у Дашки торчит, а может и лежит… А я ищу приключения на свою ж.

— И что это было? — прорезался голос у Макса.

— Поскользнулся, упал… на кулак. И так три раза. Ничего такого, что стоит внимания милиции.

— А всё-таки?

— Знакомого били, с большим численным перевесом. Не мог не вмешаться. Кстати, ты по своему ведомству не слышал о Тагире? Чеченский мафиози какой-то.

— Тагир? Есть один вор в законе, чечен кажется.

— Авторитет? Хм, чеченцы опасные товарищи. Не самое удачное приключение — Задумался я. Лучше с ними дружить, но сомневаюсь, чтобы после такого это получилось.

— Вова?! — примчались близнецы и тоже офигели от моего вида.

— Спокойно бандерлоги, это боевая маска.

Бандерлоги захотели меня лечить. Притащили зеленку и бинты. Убедил их заменить на йод и перекись и разрешил поиздеваться над собой. Впрочем, обошлись нежно. Явился Вадик, с расспросами сразу.

— Теперь вас не перепутают — шутит Максим — С недельку будешь светить.

— А я сейчас Вадиму поставлю тоже, чтобы одинаковые были — Вадик на всякий случай отходит подальше.

Наутро смотрю в зеркало, да уж… детей пугать только. Прогулять денек?

— Схожу к Даше — говорю Вадиму — Пусть загримирует хоть немного.

Даша, открыв двери, ойкает, некоторое время соображает кто из нас пришел. Потом, сделав правильный вывод, смотрит вопросительно.

— Привет. Можешь немного затонировать, припудрить?

— Не знаю — задумчиво осматривает мою физиономию — Если много наложить будешь как клоун. Давай попробуем.

Проходим в комнату, усаживаюсь в кресло. Даша раскладывает несколько коробок грима, крем, пудру, карандаши. Приступает к творчеству. Первый раз вижу её не в шубке. Хорошая фигурка, маечка в обтяжку, голая полоска на животе, непроизвольно зашевелился дружок внизу. Надо будет с Вадимом поменяться на денек подружками, потом, когда опять станем одинаковые. Даша моей реакции не замечает, увлеченно творит.

— Ну вот, всё что смогла, сделала — минут через 20 заканчивает процедуру. Подхожу к зеркалу. Да… вид как у лица нетрадиционной ориентации.

— С тебя девочка симпатичная получится — смеется Даша.

— Да легко! Шубку одолжишь?

— Нет! Не твой размер. Всё, мне пора бежать.

— Спасибо зайка! — быстро целую в щечку. Она слегка краснеет, похоже только сейчас сообразила что слишком легко одета. Соски торчат сквозь майку как кнопки. Провожает меня до дверей.

В техникуме вопросов не возникло, все были в курсе события. На третью пару, английский, я не остался, нечего там делать. Домашних работ много, стирка, уборка на сегодня. Надо отрабатывать жилье и питание.

Макс вернулся рано, у него график вообще свободный.

— Что с портом, разобрались? — интересуюсь.

— В процессе. Как ты и говорил, после смерти Андропова сразу по-другому заговорили. Предлагают 20 тысяч за закрытие дела.

— Рублей? Хотя чего же еще, доллары пока не в ходу. И что думаешь?

— Пока не решил. Если брать — половину отдавать начальству, вторую половину тоже делить между всеми. Нас пятеро. Какой смысл за две тысячи рисковать.

— Правильно! Говори 100 тысяч или сажай.

— Где они столько возьмут?

— Да они миллионы крутят в порту, у них подушки набиты деньгами. Ни копейки меньше. Начальству двадцатки за глаза хватит, своим по пятерке дашь. Ты же старший — рискуешь больше.

— Им проще тогда напрямую моему начальству полтинник занести.

— Не получится. Дадут тебе команду закрыть дело — стукнешь в Москву, Иссу подключишь — не замнут. Их посадят, ты станешь начальником. Генсек только сменился, чистка по любому будет, побоятся без тебя решать вопрос. Так и объясни директору. А лучше просто посади, тебе плюс в личном деле, а сто тысяч скоро не деньги будут. Хотя для старта не помешали бы.

Пусть думает. Это первый раз о работе со мной поделился, раньше уклонялся от разговоров. Явно ведь не на одну зарплату живет. Сколько там у него оклад? 200–300 рублей? На питание в месяц рублей 200 тратим, одежду близнецам только успевай покупать, игрушки тоже не жалеет. Порядка 500 рублей в месяц улетает.

На следующий день идем на тренировку. Косметику не стал наводить — пот смоет все равно. Тренер посмотрел на меня, на Альви. Ничего не сказал, после разминки поставил опять нас в пару. Работаем без энтузиазма, ребра болят. Стараюсь бить больше по ногам, Альви тоже по корпусу не работает. Передышка.

— Руслан хочет с тобой поговорить — сообщает Альви — Тагир собирался со всеми разбираться, но Руслан на себя всё взял. Сказал, что его ребята все были, ему и отвечать. Короче, надо тебе в курсе быть если спросят.

— А что не поделили то? Или секрет?

— Да ерунда, семейное дело. — Явно не хочет говорить, ну и ладно.

— Когда?

— После тренировки. Он встретит на машине.

Руслан ждет нас на обычной шестерке. Впрочем иномарок сейчас и не встретишь, а Волги не всем по карману. Вадима беру с собой — пусть привыкает к контактам. Заехали в небольшое уютное кафе, там и беседуем.

— Альви говорит, вы даже не разговаривали до этого. Зачем полез тогда в драку? — пристально смотрит на меня Руслан.

— Не нравится, когда нечестно дерутся. Вас трое — их девять. Еще и с ножами. И что я тренеру потом скажу? Альви прирезали, а я стоял, смотрел?

— Обычно русские в наши дела не вмешиваются. Тагир еще не успокоился, хотя я и сказал что все мои знакомые, но может натравить своих отморозков на пацанов.

— Так, а свои дела вы уладили? — удивляюсь я. После такой драки и никаких последствий?

— Тагир не в курсе был, это его подручный Мага хотел Альви втянуть… ну неважно куда. Я с ним пообщался, он не понял, привел своих на разборку. Дальше ты видел. С Тагиром я уладил вопрос, вот только то, что русские его парней избили, ему не нравится. Короче, тебя они отдельно засекли. Ты же первый был. Тагир хочет тебя видеть.

— А я оттуда вернусь? — Страха как бы нет, но и желания лезть в пасть тигру не испытываю.

— Оттуда в любом случае вернешься. Потом, всё может быть. Скажешь что с Альви друзья, поэтому и полез в драку, когда увидел. Остальных не знаешь — инструктирует Руслан.

— Расскажите мне тогда хотя бы про «друга». А то я ничего про него не знаю, если спросят.

— Что ты хочешь знать?

— Где живет, чем занимается, девушка есть или нет.

— У нас квартира, заедем, покажем. Живем вдвоем там. Я учусь в институте, Альви в вечерней школе. Отец у нас директор мясокомбината в Грозном. Девушки у него нет. Всё?

— Что они могут еще спросить, чтобы проверить? Что Тагир знает о Альви?

— Он его и не видел. Не думаю, что станет расспрашивать. Так что не переживай. Лучше о себе расскажи, Альви тоже с тобой пойдет.

Я задумался. Играть Волошина или Кольцова? Не думаю, что станут проверять, время еще не то. Хотя на секции я Вадимом представлялся.

— Вадим Кольцов, приехал месяц назад из Новочеркасска. Учусь в техникуме физической культуры. Что еще? — Руслан вопросительно кивнул на Вадика — Это мой двоюродный брат. Вместе учимся. Живем у дяди.

— А похожи как близнецы! — замечает Альви — У вас даже родинки одинаковые.

Вот же наблюдательный, зараза! А что поделать, в душевой стеснительность изображать не станешь.

— Да, нас иногда даже путают — Подтверждаю очевидное.

— Ладно, сейчас заедем к нам, потом отвезу вас домой. Тагир потом скажет когда к нему. Если с кем столкнешься до этого, не тушуйся, веди себя наглей. Говори, все вопросы ко мне. — Руслан мне нравится, хотя у кавказцев есть это качество — когда им нужно могут прикинуться друзьями. А потом за всё расчет попросят.

Квартира была скромная, одна комната, телевизор, холодильник, минимум мебели. Но одеваются хорошо — явно не с фабрики «Большевичка». И питаются неплохо, дома накрыли стол, достали коньяк армянский, икра, буженина.

— Ты же обещал домой отвезти? — напоминаю Руслану, видя, что и себе наливает.

— На такси отвезу, не переживай — А чего мне переживать, нам два квартала всего идти. Потом скажу.

6

Воскресенье, можно отоспаться. Хотя бы попытаться. Антошка слышу, уже бродит по квартире, как-бы делает вид, что не шумит, но то там стукнет, то воду откроет. Понятно, что скучно, странно только что Тёмка, наоборот соня — не разбудишь до обеда. Пришлось вставать, заняться завтраком. Долго не думал — сварил манную кашу. Её все едят, не вредничают. Максима нет, уехал вчера в Москву.

— А куда мы пойдем сегодня? — интересуется Антон.

— Куда? Надо подумать… Где мы еще не были? Кунсткамера где-то должна быть, говорят интересно — Мелькнула мысль: узнать как добраться в интернете. Увы… Хотя был бы интернет, можно и посмотреть там не выходя из дому.

Наконец все проснулись, позавтракали. Мальчишек озадачил мойкой посуды, Вадик собрался за Дашей — звать присоединится к прогулке. Звонок в дверь. Альви.

— Поехали. Тагир через час ждет.

— Да? Может послать его?

— Не советую. Я конечно вступлюсь за тебя, должник все-таки, но вместе тогда похоронят — спокойно замечает Альви.

— Да я понимаю, это так, мысли вслух. Ну что ребята, гуляйте сегодня без меня.

— Давай договоримся, где встретится потом, ты же не на весь день — предлагает Вадик.

— Когда уже блин мобилки появятся — Опять вслух выражаю мысли.

— Кто появится? — Альви не только глазастый.

— На западе изобрели такие телефоны, что можно носить с собой — объясняю ему — Спутниковая связь. Но пока очень дорогая, со временем подешевеет, будем все с собой носить. Лет через 10 думаю.

Одеваюсь, выходим. Машины с Русланом нет, я думал, он повезет. Вопросительно смотрю на Альви.

— На метро поедем. Руслан занят.

На метро так на метро. По пути еще расспрашиваю Альви, под предлогом возможного опроса насколько мы друзья. О семье, детстве, планах на будущее. Тот вопреки ожиданию разговорился, странно, но сегодня в настроении. Как-будто не на правилку едем. Не понравимся этому «законнику» — Альви могут и не тронуть, единоверец как-никак. А меня запросто потом подстерегут, пику в бок и до свидания.

Приехали к моему удивлению к спортзалу. По воскресеньям с утра качаются? Или у них тут сауна? Оказалось боксерская секция. На входе Альви переговорил со стоящим на стрёме чеченом, тот указал направление. Заходим в довольно неплохо, для этого времени, оборудованный зал. Ринг, груши, тренажеры. На ринге два молодых пацана метелят друг друга. Стоим у входа — ждем, пока обратят на нас внимание. После хорошего апперкота один не смог продолжать бой, пока зрители обмениваются впечатлениями к нам подходит высокий парень, русский.

— Пришли? Вон Тагир сидит, топайте. Он сегодня добрый, может и жить останетесь — Скалится. Спасибо, утешил.

У стены на обычной лавке сидят несколько человек, другие стоят полукругом. Протискиваемся в круг, похоже вот этот — коренастый чеченец неопределенного возраста, короткая стрижка, легкая щетина. Чем-то похож на Джейсона Стэтхэма. Все умолкли, уставились на нас.

— Здравствуйте! — прерываю молчание.

— Ассалам алейкум! — это уже Альви.

— Ва алейкум салам! — отвечают несколько голосов.

— Обзовись, кто ты есть — смотрит на меня Тагир. Понятно, Альви и так видно.

— Зовут Вадим. Студент — коротко сообщаю, хватит с них, не биографию им рассказывать.

— Что же ты, Студент, нехорошо поступаешь? Люди тебя не трогали, знать тебя не знают, а ты бить их кинулся. — Голос то, какой, ласковый блин. Щас расплачусь!

— Когда друга убивают, не время знакомиться. Помню, бабка говорила — если в дверь ломятся, сначала стреляй, а потом фамилию спрашивай — Переиначиваю анекдот. Раздаются приглушенные смешки, но быстро утихают.

— Ты наших обычаев не знаешь, зачем вмешиваться. Ничего с твоим другом не случилось бы, поучили и все. А из-за тебя и ему больше достанется теперь — заговорил другой, накачанный тип с уймой татуировок.

— Боюсь показаться невежливым, но спрошу. У вас есть обычай вдевятером с ножами нападать на троих безоружных, один из которых пацан? — Не собираюсь перед ними изображать раскаянье, прогнусь — поставят на колени.

— Борзый ты я вижу — опять вступил Тагир — Мне не в масть вообще с тобой общаться, но так и быть растолкую кое-что еще. Руслана ты знаешь? Так вот, он нагрубил старшему, отказался подчиниться. В таких случаях можем и так наказать. Брат за брата обязан был вступиться, к Альви претензий нет, а ты совсем не по теме влез.

Я открываю рот возразить, но мне не дают сказать.

— Харош базарить! — поднимает руку Тагир — Решаем просто, Масхад имеет к тебе претензию.

Вперед выходит смутно знакомый здоровый амбал. Точно, его я первым ударом свалил. Но это было сзади и неожиданно, иначе хрен бы я его уложил.

— У тебя есть выбор — продолжает Тагир — Или сейчас решаете вопрос на ринге или станешь его должником, он тогда сам скажет, как расплатишься.

— Я выйду на ринг за него — Альви делает шаг вперед. Вот уж чего мне не надо!

— Нет! Я готов — тоже выдвигаюсь — Но раз меня вызывают, по правилам выбор оружия за мной?

— Оружия?! — мне удалось удивить Тагира — И какое оружие ты предлагаешь?

— Предлагаю бой на ножах. А до крови или насмерть сами решайте — В зале мертвая тишина. А что, у меня выбора нет. На кулаках я с ним не справлюсь — покалечит. С ножом есть шанс, занимался когда-то рукопашным боем.

— Ну что, решай Масхад, принимаешь условия? — Татуированный обращается к моему противнику.

— Принимаю. Раз сам хочет — зарэжу — Улыбке Кинг-конг позавидует.

— Резать не надо. До крови — недовольно обрезает Тагир. Свидетелей слишком много, не те времена еще, чтобы в открытую резать. Хорошо, а то я тоже не смогу прирезать насмерть эту тушу. С другой стороны, кто знает, как получится.

С ножами вопроса не возникает, быстро находится два примерно одинаковых, сантиметров 10 лезвие. Выходим на ринг, Масхад раздевается до пояса, остается в спортивных брюках и кроссовках. Я к подобному не готовился, недолго думая снимаю всё кроме плавок и ботинок. В узких джинсах долго не попрыгаешь, а ботинки с усиленной подошвой — если попаду, мало не покажется. Кто-то засмеялся при виде меня, но нашлись и одобрительные возгласы. Жаль смысла не понял. Ха! Даже ставки начали ставить! Какой курс интересно? Улыбаюсь Альви и делаю знак — поставь на меня. Тот стоит бледный, переживает.

Отмашки на начало не дают пока, совещаются, спорят. Масхад расхаживает по рингу, демонстрирует мускулы. Я легкими движениями разогреваю мышцы, демонстрировать ничего им не собираюсь. Наконец определились, татуированный выходит вперед.

— Бой идет до первого ранения. Царапины не считаются. Или пока один из вас не сдастся. Кто сдается — бросает нож и становится на колени. Никаких ограничений нет, делайте всё, что умеете. Начали! — Кто-то кричит — Падай на колени, Студент, пока не поздно!

Масхад сразу движется ко мне, чуть пригнувшись и широко расставив плечи, нож в правой руке слегка отставлен назад. Не дожидаясь пока он приблизится, с бедра швыряю нож, острие четко входит в правый бок по самую рукоятку. Сказали — нет ограничений, значит нет. Запрета на метание ножа не было. Сказали бы насмерть — воткнул в горло. Возможно. Масхад стоит, ошарашенно уставившись на рукоятку, торчащую из него, из зала доносятся несколько нецензурных выражений демонстрирующих степень удивления.

— Бля сука! — выдавливает из себя Масхад, ноги у него подкашиваются, оседает, бросив свой нож и ухватившись за воткнутый. На колени и падает, можно считать сдался. Слабый он что-то, там и зацепить ничего не должно было, кишку какую-то максимум.

— Всё честно? Мы в расчете? — поворачиваюсь к судьям. Все молчат, косясь на Тагира. Тот нехотя кивает головой. Иду одеваться, подскакивает Альви.

— Молодец! Всё четко — шепчет на ухо — Я думал песец тебе. Теперь ты ничего никому не должен.

Одевшись, подхожу к Тагиру.

— Мы можем идти?

— На кого учишься Студент? — взгляд тяжелый, глаза не отвожу — смотрю в переносицу.

— В спортивном техникуме. Физруком буду.

— У меня хочешь поработать? Филки будут, бабы, тачка.

— Спасибо за предложение. Не смогу, не люблю насилие.

— Ты всё-таки подумай. Надумаешь — приходи. — и отворачивается давая понять, что аудиенция закончена. Нам же лучше, делаю морду кирпичём и двигаю к выходу, Альви за мной. Выходим, сопровождаемые взглядами — злыми, удивленными, одобрительными. Уже на улице появляется слабость в коленах и нервная дрожь.

— Слушай, пойдем, выпьем где-нибудь? — предлагаю Альви. Его, вижу, тоже трусит.

— Поехали к нам — сразу говорит он. Я киваю, идем снова на метро.

— Масхад тот постоянно с ножом ходит. Видел, как он обрадовался, когда ты за ножи сказал? — разговорился дорогой Альви — Я думаю всё, хана тебе! Он тоже метать может, но не так как ты. Как ты чётко всадил, без замаха! Научишь?

— Да не вопрос! Слушай, я не пойму немного, кто он, Тагир. Смотрящий или кто? Зачем ему бойцы? И что от тебя хотели? — Мне действительно было непонятно, времена рекетиров и банд еще не настали, а тут готовые боевики.

— Он общак собирает по этому району. И наших поддерживает, в смысле чеченцев. Разборки всякие бывают, вот и тренируются. А от меня… Вахиду, тому что в татуировках весь, нужен мальчик на побегушках. Если бы не Руслан, я не смог бы отказаться.

— А у вас с Русланом есть еще друзья, родственники здесь?

— Брат двоюродный, ты видел, с нами дрался. Еще двое летом приедут. И наш младший тоже через год. Руслан жениться собирается как институт закончит, если в Питере останется то родня жены сюда переберется, их несколько человек будет.

Добравшись до квартиры устроили пьянку. В холодильнике стояло полторы бутылки коньяка, хватило нам на пару часов. Потом я позвал Альви к нам. Помню, была в холодильнике водка…

Когда к вечеру возвратились Вадик с мальчишками мы уже были более чем хорошие. Распевали вдвоем чеченские и украинские песни. Причем я чеченские, а Альви — украинские. Потом я собрался вести Альви знакомить с девушкой из нашей группы, хорошо Вадим пресёк эти поползновения. Налил нам остаток водки, мы выпили и дальше ничего не помню.


Как-то быстро время летит. Не успеваю я насладиться молодостью. Вот уже 1986 год встретили, еще немного и заканчиваем техникум. Вадик поехал на каникулы домой, я как обычно на хозяйстве. Мальчишки теперь школьники, прибавилось забот. Не, Макс всё-таки хитрый — я ему и за домохозяйку и за гувернера и за учителя. Надо требовать прибавку к зарплате, он на работе доходов левых имеет неплохо. Новую девятку приобрел, квартиру обменяли на трехкомнатную. И в институт пошел всё-таки на заочное, на экономиста. Сегодня Виктор звонил, к вечеру ждем в гости, вот я и задумался. В апреле Чернобыльская АЭС взорвется, каким образом это предотвратить? Пока я никому не говорил о предстоящем взрыве. Или пусть идёт всё как было? Повлияет или нет на ход событий, если взрыва не будет? Насколько помню, никаких больших кадровых чисток не было.

Размышления прервал Альви. Он у нас теперь частый гость, ночевать даже порой остается. В институт провалился на экзаменах, устроился работать на автостоянке. Я даже рад, что он не поступил — вместе в этом году пойдем учиться.

— Собирайся! — с порога заявляет — У Руслана сын родился, зовет отмечать.

Руслан в прошлом году женился. Альви у нас и ночует часто, чтобы молодым меньше мешать.

— Вау! Хорошо, сейчас пацаны придут со школы, озадачу их, чтобы не баловались и пойдем. Слушай, а что у вас принято дарить в таких случаях?

— Пока ничего, сейчас собираем просто рождение отметить, через неделю будет имянаречение, тогда можно дарить, кто сколько захочет. Барана положено в жертву приносить… не знаю где мы сейчас возьмем его.

— А как у вас называется когда… блин, не знаю как сказать. Ну вот христианином считаются после крещения, а мусульманином? После обрезания?

— Нет, конечно! — засмеялся Альви — Дети считаются мусульманами от рождения, без всяких обрядов.

Жили мы по-прежнему недалеко друг от друга, пешком минут десять. Так что, встретив близнецов, покормил их и дал задание, чтобы не скучали, ободрать обои в комнате. Ремонт мы делать собрались. И отправились к молодому папаше. Кроме нас было еще восемь человек, все родственники. Один я русский и один я не родственник. Однако со всеми ладил замечательно. Я даже чеченский язык с Альви выучил, не в совершенстве, но общался довольно сносно. Если раньше в моем присутствии они вынужденно переходили на русский, сейчас такой необходимости не было. Знание языков сильно улучшает отношения. За это время в копилку изученных добавились еще несколько языков, по которым смог найти литературу. Разговорную практику отрабатываю с иностранными студентами и по радио. Итого на сегодня владею восьмью языками: английский, немецкий, испанский, итальянский, польский, китайский, финский, чеченский. Не могу заставить себя выучить французский — не нравится он мне и всё! Ах да, эсперанто еще, если можно назвать это языком. В планах арабский, японский и хинди. Годам к 30 надеюсь, выучу все существующие.

Компания уже отмечала, Руслан заметно «навеселе». Я поздравил и занял место за столом. Процесс ничем не отличался от христианских праздников — наливай и пей, тосты только успевай говорить. Я больше налегал на закуску — мне еще дома общаться с гостем. Но всё равно изрядно захмелел. Отказывать хозяину трудно — обидится. Получил приглашение через неделю на официальное имянаречение и к вечеру откланялся. Дома уже все собрались и тоже за столом. Сухой закон, а спиртного море. Виктор не с пустыми руками приехал, явно хочет меня споить, чтобы больше информации выведать. А тут такой подарок — я уже наполовину готов. В связи с этим пить отказался, налегаю на кофе.

— Виктор, есть несколько событий в этом году, специфических — начинаю пророчества — Проблема в том, что орденов на этом не заработаешь, а вопросы возникнут если вмешиваться. И не вмешаться нельзя — слишком уж серьезно. Короче, я рассказываю, а ты думай, как предотвратить.

— Хорошо, давай — Виктор устроился поудобней, остальные тоже включили внимание.

— Первое. 26 апреля на четвертом энергоблоке Чернобыльской АЭС будет ставиться эксперимент по разгону реактора. В результате произойдет взрыв с разрушением реактора, выброс и загрязнение большой территории. Одна из крупнейших аварий в атомной энергетике, десятки жертв и тысячи пострадавших. Какие будут предложения?

— Детали эксперимента? Фамилии известны кто проводил? Точное время? — уточняет Виктор.

— В ночь с 25 на 26-е. Проводился дежурной сменой, фамилий не помню. Детали? Я читал, но… это если бы специалист задавал вопросы, возможно, что-то и было понятно. Ты вообще принцип действия атомного реактора знаешь?

— В общих чертах да.

— Суть в том, что проводившие эксперимент весьма слабо представляли его последствия. При попытке разгона реактор вышел из под контроля, сначала паром сорвало крышку кажется.

— Ладно, время есть, что-то придумаю. В крайнем случае КГБ — никам бросим дезу о готовящейся диверсии, не до экспериментов будет. Что еще?

— В конце лета или начале осени затонет круизный лайнер «Адмирал Нахимов» Причем в акватории порта, произойдет столкновение с баржей или грузовым танкером. Погибнет около 500 человек. И еще, есть подводная лодка К-219.

— Знаю — кивает Виктор — Что с ней?

— Утонет. Вместе с ракетами. Экипаж спасут. Дату не помню, осенью.

— Займемся. А что с политикой?

— А что с политикой? Горбачев успешно продолжит разваливать Союз. СЩА начнет наезжать на Ливию. В Казахстане будут студенческие волнения. Самолеты будут падать часто, но конкретики не скажу. Начнется вывод войск из Афгана.

— Кто чемпионат мира выиграет? — интересуется Максим.

— Хочешь поставить? Неинтересно ведь смотреть будет!

— Точно! Не надо говорить. А поставить можно, я подскажу тебе, где принимают ставки, дам деньги, пойдешь, поставишь.

Обсудили еще Горбачева, Рассказал им о будущем сокращении ядерного вооружения, сокращении армии. Раньше когда о будущем рассказывал — с трудом верили, сейчас уже не сомневаются. И всё равно пока дозировано выдаю информацию. Для мозга советского человека может оказаться передоз. Вадиму рассказываю больше, ему можно. Определились с ним — один поступает в университет, второй работает. Но будем меняться по мере необходимости. Так что фактически учиться будем оба.

Сегодня Артемка мне поставил шах и мат. Сидим с ним, математику помогаю ему решать. С трудом она у них идет, но Антон упрямый — будет сам хоть до утра думать, а Артём предпочитает послушать объяснения. Вот пытаюсь донести до разума, как правильно складывать двухзначные цифры, когда он спрашивает:

— Вова, а ты расскажешь нам о будущем?

Я замер. Интересно, какое будущее имеется в виду. То, которое предположительно может быть или то в котором я жил? Никогда ведь при них ничего не обсуждали, подслушивать они не любители.

— Что ты имеешь в виду? — Спрашиваю осторожно.

— Ну ты уже жил раньше? Был взрослым, потом вернулся назад — спокойно объясняет.

— Это с чего такие выводы?

— Мы же не маленькие, догадываемся. Тогда вы раздевались, показывали что одинаковые, так ведь не бывает. И домой вы вместе не ездите, письма пишут из дому только Вадику. Ты знаешь очень много, а Вадик нет. У близнецов так не бывает — перечисляет Тёмка. Антон тоже забросил учебник, весь внимание.

— И из этого ты сделал вывод, что я из будущего?

— Ну не только — он смутился — Тетрадь у тебя на столе, я случайно посмотрел…

Мда… В тетради я записывал будущие события которые всплывали в памяти. Потом вдруг забуду. Обвинять его не в чем — запрета не было заходить в комнату. Книги я разрешал любые брать, если заинтересовались записями, сам виноват, что не убрал.

— С кем-то делились открытием?

— Ты что! — в один голос возмутились пацаны — Мы понимаем, что это тайна!

В принципе ничего страшного не случилось. Рассказать им всё равно пришлось бы, только думал, это произойдет позже. Если кому и проболтаются, никто не поверит.

— И что бы вы хотели знать о будущем?

— Всё! Какие машины будут, одежда, дома. Всё бесплатно? Болезней не будет? — наперебой задают вопросы.

— Вы что, фантастики начитались? Размечтались, бесплатно, болезней не будет. Будут, конечно, интересные вещи, электроника сильно прогрессирует, связь, за границу будет легче поехать. Всё что пожелаешь можно достать, но всё стоит денег и немалых. А чтобы заработать деньги — нужно трудиться и учиться. Чем вы сейчас и займетесь. А я обещаю, как будет свободное время, отвечу на ваши вопросы.

Учиться приходится и нам с Вадиком. Решили поступать всё — таки на юридический факультет. Я вспомнил, что Путин его закончил, а Медведев и сейчас учится — на 4 или 5 курсе. А потом преподавать будет как раз на юридическом. И Собчак декан. Так что готовимся к вступительным. Вадик будет сдавать сочинение по русскому, а я историю. Максим обещал замолвить слово перед Собчаком, но надеюсь и так получится. Учиться будет в основном Вадик, я буду иногда его замещать. Нет у нас возможности обоим учиться. Финансовой. А вторая причина — у меня времени на учебу не будет, перестройка уже началась. Так что, буду работать по специальности и раскручивать бизнес направление. И Вадика. Альви поступает на физический факультет. Не в смысле физика, а физическая культура. Должен поступить — готовиться я ему помогаю. В целом всё идёт по плану. На личном фронте только, как и в той жизни — пока тишина. С Оксаной иногда встречаюсь, больше по привычке. Никаких чувств, я лучше бы с её мамой роман завёл. Но увы, для неё я пацан. Вадик наоборот — с Дашей у них полная идиллия. Боюсь, как бы детей не настругали раньше времени.

Исса за два года один раз только приезжал. До сих пор не определился, с нами он или нет. Но с Березовским контакт наладил, уверяет чуть ли не друзья. Виктор тоже обзавелся связями с нужными людьми. Из моих ровесников разве что Абрамович, но он сейчас в армии. Армия тоже еще под вопросом — служить я второй раз не собираюсь, Вадику тоже там делать нечего. Но как от неё отмазываться еще не решил.

Весь конец апреля как на иголках — Чернобыль. Фактически свалил на Виктора вопрос, а теперь переживаю. 26 апреля проснулся в 5 утра и сижу перед телевизором. Пока всё спокойно, насколько помню, тогда в это время в новостях уже было сообщение. Заходит, потягиваясь Максим.

— Что вскочил так рано?

— Взрыв на Чернобыльской АЭС. Был. В мое время.

— А… Виктор обещал ведь заняться.

— Да, но всё равно тревожно. И кроме того, это будет первое изменение хода событий. Серьезное изменение, которое может повлиять на другие процессы.

— Чем оно может повлиять? — удивляется Макс — Никакие исторические персонажи там не задействованы? Будущие президенты, премьеры?

— Мало ли какие параллели могут протянуться. И большие финансовые расходы. Советский Союз и так на ладан дышит, а тут миллионы на ветер. Горбачев после Чернобыля вёл переговоры с Японией о продаже Курильских островов. Говорят, речь шла о 8 миллиардах долларов. Смешная сумма, равносильно продаже Аляски в свое время. Но по каким-то причинам не состоялась сделка. И для Украины в будущем тоже важно, электроэнергию закупать не придется у России, расходов меньше.

Сидим вместе, ждём, пьем кофе. В начале восьмого Максим отправился на службу. Мальчишек провожаю в школу, пока, несмотря на субботу учебный день. А у нас с Вадиком с понедельника практика, причем в разных местах. Вадик поедет в пригородный интернат, а я в санаторий для моряков. Что я там буду делать, не представляю, если Вадику еще можно что-то с детьми организовать, то отдыхающих моряков заставить делать хотя бы зарядку — нереально. И это на две недели, а потом выпускные экзамены и диплом.

В 9 посмотрел очередной выпуск новостей, ничего. Выключаю телик.

— Чем займемся братан? — обращаюсь к задумавшемуся Вадиму — О чем загрустил?

— А давай мы поменяемся? — предлагает он — Ты в интернат, а я в санаторий?

— Что так? С детьми легче, чем с взрослыми. Хотя, смотря какие там дети…

— В санаторий Даша на выходные приедет, а в интернат…

— Она тебе не надоела? Отдохнул бы. Да мне в принципе без разницы, поеду в интернат.

В понедельник даю последние наставления близнецам и отправляюсь на вокзал. Три часа электричкой и на месте. Можно и домой ездить… часов восемь на дорогу получается. В три ночи вставать, нет уж, пусть тут жилье дают. Спрашиваю прохожих дорогу, оказывается рядом с вокзалом. Четырехэтажное здание интерната, столовая, спортзал. Интересно, что в спортзале из инвентаря есть. Захожу, на входе никого, что меня удивляет. В моем представлении интернат нечто среднее между обычной школой и зоной. Без свободного выхода, а тут даже дежурной нет. Торможу пробегающего пацана, узнаю, где найти директора. Поднимаюсь на второй этаж, ага, вот табличка «Директор». Стучу.

— Разрешите? Я по направлению, на практику. Волошин Владимир.

— Заходи. Игорь Николаевич. Присядь, я сейчас — Директор, лысый толстячок, заполняет какие-то бланки. Через пару минут отодвигает их и берет мое направление.

— Опять практикант. Когда уже постоянного пришлют? Вот скажи мне, куда вы деваетесь после выпуска? Чем тут плохо?

— Пока ничего не могу сказать, посмотрим. Возможно и хорошо. Я не в курсе как распределяют.

— Я заявку каждый год отправляю, распределяют, а сюда не доезжают.

— А что, у вас совсем нет физрука? — удивляюсь я — А как уроки физкультуры?

— В школе есть, она отдельно, вместе с домашними детьми наши учатся. А нам положен по штату свой, и спортзал есть, мячи, снаряды, всё есть, а заниматься с детьми некому — Горячится толстяк.

— Большинство в армию уходит сразу после распределения — Выдвигаю предположение.

— Пойдешь к нам — отмажу от армии. У меня местный военком кум. Зарплатой не обижу, питание бесплатное — Продолжает агитировать директор. С армией, кстати, предложение актуальное.

— Я подумаю. Да и вы Игорь Николаевич не торопитесь, вдруг я алкоголик, бабник и клептоман. Вот в конце практики и поговорим. С жильем мне как вопрос решить?

— Да здесь и живи, в чём проблема. Комнату выделим, койка, тумбочка есть. Питаться в столовой со всеми будешь, чайник дадим, если вечером захочешь перекусить. Заодно и подежуришь. Заработаешь больше.

Запрягать так по полной. Ничего, огляжусь, видно будет, могу и послать.

— А дети тут какие? Интернат обычный? Не «спец»?

— Разные, большинство с детдома, есть с проблемных семей. От 8 до 17 лет. Вот на майские праздники их занять чем-то, соревнования какие-то организуй.

— Не вопрос. Призы будут? — соглашаюсь.

— Грамоты напишем — предлагает директор. Понятно, с призами проблема.

— Хорошо, вопросов пока нет, кто мне проведет экскурсию? Комнату показать, спортзал. Да всё показать, чтобы ориентировался.

— А это сейчас! — Директор выглядывает в коридор — Ника! Иди сюда!

В кабинет протискивается худенькая девочка лет 15, с короткой стрижкой под мальчика. Если бы не юбка точно за мальчишку принял.

— Вот Ника, это Владимир… как тебя по отчеству?

— Семенович.

— Как Высоцкий. Так вот, Владимир Семенович, ваш физрук. Покажи ему комнату, где Андрей Иванович жил, потом спортзал и всё остальное. Понятно?

— Да — Девочка с любопытством уставилась на меня. Изучает, не смущаясь, как скульптуру.

— Пойдем — пропускаю её вперед и направляемся на экскурсию. До комнаты идем молча, поднимаемся на третий этаж, открывает угловую комнату. Действительно, стул, кровать, тумбочка и всё. Спартански. Оставляю сумку с вещами. Замка в двери нет.

— А на этаже что?

— Спальни девочек, мальчики на четвертом. На втором кабинеты разные, директор, воспитатели. На первом столовая, прачка.

— Ясно, пошли в спортзал. Ника это Вероника?

— Нет, это полное имя. А вы к нам надолго?

По пути в спортзал еле успевал отвечать на вопросы, потом сам стал узнавать, какой график у них, чем занимаются кроме учебы. Добрались до спортзала. Никого нет, всё открыто.

— А у вас что, ничего не замыкается?

— Нет. А зачем? — удивляется Ника — У себя красть никто не будет, а чужих здесь нет.

— Да, прям коммунизм. А есть дедовщина? Точнее… как это назвать… Старшие к младшим как относятся?

— Хорошо относятся. Ну подзатыльник иногда могут отвесить, для поддержки уважения. А так, зря не обижают. Бывают у пацанов драки иногда, как без этого.

— А сейчас где все?

— В школе, где же еще.

— А ты? Прогуливаешь?

— Нет, у нас физкультура, а я освобождена.

— Болеешь? — осматриваю, на вид здоровый ребенок.

— Нет — краснеет Ника — Сегодня только освобождена.

Понятно, критические дни. Оглядываю спортзал, брусья, канаты, турник. Обычный набор.

— А мячей не вижу?

— Они в кладовке закрыты — поясняет Ника.

— Значит что-то всё- таки замыкается!

— Мальчишки на футбол все мячи вытаскают, если не закрывать.

— Это да — соглашаюсь — Футбол дело такое.

После показывает мне столовую, библиотеку, туалеты, душевые.

— Всё? Тебе, наверное, пора на уроки, физкультура давно прошла уже — напоминаю девочке.

— А я скажу, что вас знакомила с интернатом. Английский сейчас, а там училка такая жаба — кривится Ника.

— Не любишь английский? Зря. Я с тобой позанимался бы им, да за две недели толку не будет. Иди давай, нельзя прогуливать.

Отправив Нику, иду снова к директору.

— Игорь Николаевич, ознакомился, всё понятно. Теперь с детьми еще познакомлюсь. Такое понятие как утренняя зарядка здесь не практикуется?

— Вот на постоянку как придешь работать, так и займешься — бурчит он — Пока отдыхай, после обеда представлю воспитателям, детям. А вечером расскажу, в чем дежурство заключается.

— Я пока пройдусь, городок погляжу.

— Обед в час! — кричит вслед директор.

Бреду изучаю окрестности. Ничего интересного, магазины, кафе, почта. Рынок пустой, понедельник. Хотя пара прилавков заполнены — молочка, фрукты. Клубника, сто лет не ел. Подхожу ближе, два мальчишки близнеца стоят за прилавком, маленькие корзиночки с клубникой, из свежей коры самоделки.

— Сами плетёте? — киваю на корзинки.

— Не, дедушка. Мы лыко только готовим. Купи клубнику, вкусная!

— Почём?

— Рубль корзинка.

В корзинке грамм 200. В общем-то недорого. Но с ведра уже полтинник набегает, столько за день и шахтер не зарабатывает. Рядом на развес по 1.50 за килограмм. Правда и корзинку сплести, труд затрачивается.

— Ладно, держите спекулянты — достаю помятый рубль — А почему не в школе?

— Мы во вторую смену учимся — привычно отвечает один, похоже врёт. Ну это дело родителей.

Прошел еще по центральной улице, повернул назад. Незаметно прикончил всю клубнику, смотрю на корзинку — выкинуть жалко и не нужна как-бы. Захожу на обратном пути опять на рынок.

— Держите парни тару назад — ставлю корзинку на прилавок.

— Зачем? — испугались мальчишки — Целая ведь.

— Да не нужна она мне. Не бойтесь, деньги за неё я не прошу назад — успокоил торгашей.

— Спасибо! Заходи завтра, мы за полцены продадим! — Вот ведь, им лет по 14, а мне тыкают. Но я не осаживаю их, пусть, успею еще с именем — отчеством пожить.

Хотя и не спешил, возвращаюсь, еще и 12 нет. Чем же заняться? Я тут со скуки подохну. Зашел в комнату, переоделся в спортивный костюм. Мне положено — спецодежда такая! Заглянуть в библиотеку? По пути перехватывает пышная дама в возрасте.

— Ты физрук? Пойдем, знакомиться — Затаскивает в кабинет, типа учительской. Осматриваюсь — один мужик с пропитой физиономией и две женщины. Одна лет 40, в очках, остроносая, а вот вторая очень даже ничего! Невысокая, симпатичная брюнеточка, чуть старше меня.

— Меня Володя зовут — представляюсь.

— Инна Макаровна, заместитель директора — поймавшая меня дама.

— Олег — протягивает руку мужик — Завхоз.

— Наташа — очкастая. Для Наташи ты уже старая!

— Рита — дошла очередь до брюнетки.

— Очень приятно! — Заверяю я — А как у вас тут, проставляться положено?

Я с собой захватил на всякий случай бутылку. Олег резко оживился, но с опаской покосился на заместителя.

— Ну в общем-то нет, но в виде исключения… — задумалось начальство — Вот 1 мая и выставишься, заодно и праздник отметим — нашла выход. Завхоз опять скис.

Вскоре отправились на обед. Стол для нас стоял отдельно, но еда была такая же, как у детей. Суп, каша с мясом, компот. Вполне съедобно. Детвора ела тихо, косились заинтересованно на меня. За одним столом заметил Нику — думаю, уже всем рассказала кто я. Некоторая детвора была ростом выше меня — выпускники видимо.

Набив брюхо зашёл, наконец, в библиотеку. За столиком совсем молоденькая девчушка.

— Привет. Я физрук, на практику к вам.

— Здравствуйте, я знаю. Меня Лена зовут.

— Ты из воспитанниц?

— Я в прошлом году выпустилась. Вот библиотекарем осталась работать и учусь на заочном.

— Молодец! Я посмотрю, что у вас есть?

Библиотека оказалась неплохой, но почти всё я читал. Неожиданно нашёл учебник французского. Вот не хотел его учить, а тут как подстава. Интересно, за две недели выучу?

Поболтал еще немного с Леной, взял учебник и отправился поваляться, пока тихий час. Потом самоподготовка, в смысле уроки делают, а потом буду знакомиться.

Неожиданно увлекся, чего спрашивается, не хотел учить? Произношение позже отработаю, а с переводом ничего сложного. Чем больше языков знаешь, тем легче каждый последующий. Опомнился, когда в двери постучали, смотрю на часы — 6 вечера. Вот это зачитался!

Открываю, Рита.

— Сейчас линейка будет, пойдем.

— Я готов! А ты кто, воспитатель?

— Методист. А вообще да, воспитатель. В прошлом году институт закончила, вот попала сюда — вздохнула. Понятно, городок скучный, женихов мало.

— А что, пригород Питера, плохо что-ли?

— Вот поживешь, увидишь.

— А ты и ночью дежуришь?

— Так теперь у нас практикант бессменный дежурный — улыбается ехидно.

— Нет! Не согласная я! — возмущаюсь — Меня сначала опытный наставник должен с процессом ознакомить!

— Вот Наталья и ознакомит! Она холостая и ты ей понравился.

Спускаемся на первый этаж, в актовый зал, тут собрались отрядами все воспитанники. Директор толкает речь. Оказывается, одна из девочек заняла первое место на олимпиаде по математике. Ух ты какие умные тут дети! Потом одного отругали за грубость учителю. В конце представил меня.

— У нас пополнение. Знакомьтесь, Владимир Семенович, руководитель по физической подготовке. На праздники будем проводить соревнования, какие сейчас нам расскажет — И приглашающе повёл рукой. Вот ведь гад, откуда я знаю какие, еще ничего не планировал.

— Здравствуйте ребята — выхожу вперед — Я к вам ненадолго, на две недели. А если понравится, возможно и останусь дальше. В группах есть старосты? Или как у вас называются.

— Да, старосты — подтверждает директор.

— Выберите по два человека от группы, мальчика и девочку, кто будет отвечать за спорт. И после ужина соберемся… Где тут можно собраться? — поворачиваюсь к директору.

— В Ленинской комнате можно.

— Вот. После ужина собираемся в Ленинской комнате, обсудим программу соревнований. Обдумайте пока варианты и предлагайте через тех, кого выберете.

Прямо перед собой вижу знакомых близнецов. Ага, попались, во вторую смену они учатся! Вижу, они явно встревожены. Да не собираюсь я вас закладывать, молодцы ребята, выживаете, как можете.

Распустив линейку, директор берет меня за рукав.

— Давай я тебе расскажу о дежурстве.

— Вы действительно меня на две недели хотите запрячь на дежурство?

— Тебе нужна хорошая отметка по практике? Вот! Толку от тебя другого не будет, проведешь 2 мая и 9 соревнования, остальное время свободен. В 10 вечера замкнул все двери, проверил все ли на месте и можешь спать. Чутко и с открытой дверью. В 7 утра прошел, разбудил всех, проконтролировал, чтобы ушли в школу. И можешь до вечера бездельничать. Какие проблемы — звонишь мне. Ничего сложного. Что тебя смущает?

— Вот это и смущает, всё так просто по описанию.

— Так на самом деле и есть. Только не води девок и не пей на дежурстве.

— Да, по поводу девок… Старшие я смотрю вполне созревшие, с ними проблем не будет? В том плане, что парней из постелей девочек вытаскивать не придется?

— Твоя задача чтобы все были на месте. Проверять каждый час, кто куда залез, не нужно. Если захотят — всё равно не уследишь. Так что если по согласию, фиг с ними, пусть балуются. Ты только с девчонками осторожно, не ведись — потерпи. Нельзя с учениками, так ведь?

— Да, правильно. За это не беспокойтесь.

А я думал, на выходные домой буду ездить. Оказывается мне и выходные не положено. Утешает что зарплату пообещал закрыть с ночными как за целый месяц. Но я могу поехать в 8 утра в Питер и обратно тогда к 8 нужно. Нет… ради 4 часов нечего дергаться. Тем более телефон есть, могу звонить. Кстати, как там Вадик? Набираю 09 и прошу номер санатория «Балтика». Узнав номер, связываюсь с дежурной по санаторию и вскоре братишка у аппарата.

— Ну ты как устроился? — интересуюсь.

— Да как, дежурить буду по санаторию через день, вот и вся практика. Из спортивного тут только шашки и шахматы. А, еще теннис. Так что для отчетности проведу чемпионат по игре в Чапая!

— У меня аналогично. Только ты через день, а я каждую ночь дежурю. Так что с тебя бутылка — за тебя ведь я тут.

— Без базара! Кстати, приезжай сюда, мы же недалеко.

— Видно будет. Ладно, звони если что.

За ужином я из воспитателей один. Остальные только обедают. На ужин молочная каша, булка с маслом, какао. Не густо. И чайник мне не дали, хотя и чая всё равно нет. Завтра пойду, скуплюсь, с таким ужином голодным всю ночь буду. Выходя сталкиваюсь со знакомыми близнецами, ждут меня.

— Владимир Семёнович, мы это… Извините, мы не знали.

— За что извинить?

— Что деньги взяли с вас. Мы учителям носим редиску, зелень, сейчас клубнику, они нас отпускают с уроков. И сюда носим, все знают. Со своих денег не берем. Мы завтра отдадим, у нас сейчас нет.

— Так парни, ничего отдавать не надо. Лучше смотайтесь в магазин, я деньги дам, купите мне чай и печенья. Сделаете? А то мне некогда.

— Да, конечно! — обрадовались пацаны.

Захожу в Ленинскую комнату, народу… Явно больше чем по два от группы, ничего пусть. Встали, воспитанные, не привык я еще.

— Вольно! Располагайтесь, кто где может, будем советоваться. Значит так, у нас по плану 2 и 9 мая спортивные состязания. Определимся с видами спорта, чтобы могли участвовать как можно больше, желательно все. С вашей стороны есть предложения?

Предложения были, большинство кричало — Футбол! Уловил редкие — Теннис, шахматы, прыжки, плаванье и велосипед! Интересно, где тут бассейн?? И велосипедов я не видел.

— Понятно. Тихо! Давайте рассуждать логически. Футбольный матч занимает 90 минут плюс перерыв, если по кубковой системе, то минимум 7–8 игр. За день не управимся. Кроме того разный возраст, неравные шансы получаются. Поэтому, предлагаю собрать 2 команды и провести одну игру. Это на 9 мая. Потом обсудим детали. А на второе мая будем делать веселые игры. Бег в мешках, переноска воды ложками, эстафеты. Легкие и простые, чтобы шансы были даже у первоклашек. Я завтра посмотрю инвентарь, что есть, что достать. С вас списки участников. Я считал, в группах по 12–15 человек. Давайте так, записываете всех желающих, а потом на каждую эстафету будете отбирать нужное количество. Но с учетом чтобы все приняли участие, хотя бы в одном виде. Завтра встречаемся в 5 вечера в спортзале. С собой списки участников. Вопросы?

— Форма какая? — девочка с бантиком, класс так 7–8.

— Обычная спортивная. У вас есть? Но желательно каждой группе иметь свой цвет. Ленту или бандану одинаковую.

— Что такое бандана? — спросили сразу трое. Странно, я думал это слово уже в ходу.

— Это косынка, повязанная как у пиратов. Классно смотрится, сейчас входит в моду. Да, еще всем придумать название и девиз. Например — Зубастики, Дикие кролики, Бешеные ёжики.

С ёжиков посмеялись, но не сильно. На этом закончили.

Прихожу в комнату, через минуту прибегают и близнецы с покупками. Чай и овсяное печенье.

— Спасибо парни. Приходите через часик будем пить чай. Только чайник найду.

— Мы принесем! — Походу они всё что закажу, достанут. Наркотики, проститутку, оружие.

Час я потратил на разминку на спортплощадке. В окнах заметил любопытные физиономии, пусть смотрят. С завтрашнего дня по утрам буду разминаться, жаль спарринг-партнера нет. Может кто-нибудь из старших захочет характер проявить?

Иду в душ, подойдя, понял, что не знаю где мужской. А голоса слышно из обоих. Стою, прислушиваюсь, где девочки. Со стороны идиотски выглядит, но не вваливаться же к голым девчонкам. Вроде определился, но захожу осторожно. Угадал, слава богу! Душевая большая, на 6 кранов, моются трое мальчишек.

— Вода горячая всё время есть?

— Нет, только вечером — просвещают меня. Хреново, утром придется холодной водой обмываться.

Пацаны поглядывают на меня. Не культурист, но мышцы в нужных местах выделяются.

— А чем вы занимались сейчас на площадке — спрашивает один.

— Просто разминался. Вообще занимаюсь Тхеквондо.

— Что это?

— Восточное единоборство.

— А у нас будете вести секцию?

— Если только приеду работать сюда. Сейчас смысла нет, за две недели ничему не научишь.

У комнаты уже ждут с чайником. Четко по времени, они мне всё больше нравятся.

— Заходите. Вы представьтесь хоть.

— Денис, Дима.

Смотрю внимательно, ищу различия. У Димы небольшой шрамик на шее, в остальном идентичные.

Пока закипает чайник, расспрашиваю. Откуда ягоды, почему здесь живут. Оказывается у них только дед, родители погибли. У деда большое хозяйство, теплица. Вот они и помогают и продают урожай. Деньги отдают деду, он выделяет им на карманные расходы, на одежду. Денис более разговорчивый, Дима серьёзный.

— Какие планы на будущее? Учиться думаете дальше?

— Сначала в армию. Может, в военное училище пойдем. В институт не по карману — рассуждает Денис.

Надо будет помочь ребятам. Не ленивые, толк будет.

— Кто у вас лидер из парней? — узнаю расстановку сил.

— Егор из десятого. Он нормальный, младших не дает обижать — уверяет Денис.

Закончили чаепитие, отправил мальчишек, смотрю на часы — почти 9 вечера. Часик есть позаниматься французским. Радиоприемник нужно еще, поймаю французскую волну, буду произношение отрабатывать. Только взялся за книгу, стучат. Открываю — Ника.

— Вы обещали английским со мной позаниматься.

— Я обещал? Всего лишь сказал, что мог бы, но времени мало. Если так уж хочешь, то не сейчас. Неприлично юной леди находиться одной с мужчиной. Так что завтра во время самоподготовки. Идет?

— Идёт — разочарованно протянула Ника, повернулась и пошла, неумело виляя попой. Вот засранка!

В 22.00 иду, замыкаю двери и по комнатам проверять наличие. Начал с мальчиков. Захожу в первую и соображаю — я понятия не имею, сколько их должно быть. По количеству кроватей? Попробую так. В первой же спальне одна кровать аккуратно застелена.

— А здесь кто спит? — указываю на неё.

— Юрка, его забрали родители — почти хором отвечают. Младшие, лет по 10, уже в кроватях лежат.

В остальных числу кроватей все соответствовали. Только старшие еще и не думали ложиться. Не стал на этом заострять внимание — мне сказали, чтобы на месте все были и все. А там, пусть хоть совсем не спят. Пожелал всем спокойной ночи и на третий этаж к девочкам. Там тоже все были в комплекте, только в отличии от парней забрасывали меня вопросами. Старшие в последней спальне стали просить сказку рассказать. Здоровые кобылы, а сказку.

— Вам какую, страшную чтобы не заснули?

— Нет, про любовь!

— Тогда точно не заснете. Ладно, короткую только — Задумываюсь ненадолго. Сказки им поздно… так, фильм «Красотка» вышел в 90-х, можно рассказывать. Слушают не дыша, приходится поглядывать — не уснули часом. Уложился минут за 30.

— Еще! — Ни одна не уснула. Следующий раз почитаю им «Капитал» Маркса.

— Хорошего понемногу! Спокойной ночи девочки.

Всё? Можно спать? Неспокойно как-то. Поднимаюсь на четвертый — тихо. Ладно, отбой. Оставляю, как сказано, двери открытой, непривычно. Надеюсь, никто в постель не залезет.

7

Просыпаюсь в шесть утра, лежу вспоминая. Ага, я на дежурстве. Надеюсь, все живы. Вскакиваю и на разминку, до семи как раз успеваю. Пробежка, растяжка, комплекс упражнений. Всё, пора будить народ. Для этого есть звонок, нажимаю кнопку, а после иду, дублирую её. К девочкам не захожу — только стучу в двери и кричу «Подъем!», к мальчикам заглядываю и стаскиваю одеяла. Пробежавшись по этажам — мчусь в душ. Холодный. Взбодряет, энергии море! Теперь выгнать всех в столовую, потом они в школу и я свободен. Школа рядом, минут пять ходьбы. Теперь уже захожу и к девочкам, всех отправил — дойдут до школы или нет, не мои проблемы. Взял ключи, отправился ревизировать спортинвентарь. Расстроился, три волейбольных мяча, четыре баскетбольных, ни одного футбольного, гири 2 — по 24 кг! Кто их таскать будет? Как с таким убожеством что-то организовывать? Иду разбираться к директору. У него в кабинете Макаровна.

— Володя, хорошо, что зашёл — обрадовалась она — Как у тебя с талантами? Спеть, станцевать?

— Могу макраме вязать и хохломой расписывать. Я вообще-то по другому профилю. Игорь Николаевич, с тем, что есть в спортзале можем провести соревнования только среди воспитателей.

— Значит выбирай такие где не нужен инвентарь — пожимает он плечами.

— Так не интересно. Финансы какие-нибудь есть у вас? Нужен хотя бы один футбольный мяч, воздушные шарики для украшения, мешки, резиновая лента, еще кое-какая мелочь. И на призы.

— Какие финансы? — машет директор руками — Я живых денег в руках не держал ни разу.

— Хреново — задумываюсь я — А шефствует кто над интернатом? Есть тут такое?

— Ремонтно-механический завод, только я их ни разу не видел.

— Понятно. Пишите мне бумагу с печатью, что я ваш зам. по культмассовой работе. Поеду выбивать средства. У вас машина есть? Выделите для солидности?

— Думаешь получится? Ладно, рискни. Только без конфликтов — соглашается директор — Машины нет, есть автобус.

— Автобус еще лучше!

— Володя, всё-таки по самодеятельности — останавливает меня Макаровна — Первого концерт в ДК, мы и школа выступаем. Мало у нас номеров, хоть стихи можешь рассказать?

— Я подумаю — обещаю — Гитару найдите, тогда поговорим.

— Найдем! И еще, если что выбьешь, подумай и про первое и девятое. Ни украшений, ни на стол нечего поставить детям.

— А завхоз у вас нахрена? — возмущаюсь — Ладно, что-то придумаю.

На стареньком «пазике» едем на завод. На проходной нагло махнув бумагой с печатью и студенческим билетом, не останавливаясь пру в администрацию. Слегка призадумался — в профком? партком? А нафиг, деньги только директор дать может!

— У себя? — спрашиваю мимоходом у секретарши.

— Да. Стой! Куда? — поздно, я уже открываю двери.

Директор, упитанный мужик с тройным подбородком вопросительно поднимает на меня голову.

— Здравствуйте — киваю ему, беру стул, подхожу с ним ближе, сажусь напротив — У вас проблемы.

— А? Что? — мужик непонимающе хлопает глазами — Ты кто?!

— Вы в курсе, что являетесь шефской организацией для местного интерната?

— Да? А, ну да, являемся — С трудом вспоминает он.

— Я заместитель директора интерната. Вот документ. Нас предупредили, что на праздники будет большая комиссия из Москвы. Будут проверять всё, в том числе и как оказывают помощь шефы. Выводы будут делать на самом верху — театрально поднимаю голову и смотрю на потолок, директор автоматически тоже сначала поднимает, потом спохватывается.

— Так, а проблема в чём? — искренне недоумевает он.

— Проблема в том, что за все годы вы ни разу не появлялись на подшефном участке и не оказывали никакой помощи. А я так подозреваю, что средства на это выделялись, хотя бы по линии профкома. И если мы пожалуемся, начнется расследование…

Директор задумался. Видимо пытался сообразить, выделялись средства или нет. Честно говоря, я понятия не имел, как это работает, но подозревал, что возможность списать средства на шефскую работу тут не упустили.

— Гм. Ну мы обсудим эту проблему — наконец выдавил он — Соберем актив и решим.

— Увы, времени на обсуждения у вас нет. Если сегодня не будет средств, мы не сможем найти с вами компромисса — С искренним сожалением заверяю его.

— Каких средств? Какого компромисса? — Он пока не может понять, что мне нужно.

— Финансовые средства, которые вы выделите как шефскую помощь. Завтра последний день перед праздником, позже мы не успеем закупить спортинвентарь и украсить помещения. Иными словами — даете деньги, мы подтверждаем, что вы каждый месяц к нам ходите, носите конфеты и поете детям колыбельные. Нет — тогда дети плачут и жалуются, что они никогда не видели так ожидаемых шефов. Причем средства наличные, безналичные до праздников не дойдут.

— И сколько нужно… средств? — Противник близок к капитуляции.

— Я думаю, пять тысяч рублей могут спасти… положение — Чуть было не ляпнул — «отца русской демократии».

— Сколько??? — Пожалуй, я переборщил, не знаю финансовые возможности завода.

— Мы можем и в этом вопросе найти компромисс. Я вижу, у вас спортзал есть — Подхожу к окну — Если вы поделитесь спортинвентарем, тогда сумму можно и уменьшить.

— Я сейчас вызову председателя профкома и мы решим вопрос — Директор уже пришел в себя — Аня! Предложи товарищу кофе.

Сижу в приемной, попиваю кофе, нагло рассматриваю ножки секретарши. Мимо пронесся сначала один мужик в очках, потом толстая особа — явно главбух, потом еще пара пузатых граждан. Разворошил муравейник. Вот сейчас выяснится, что они ничего не украли под видом шефской помощи и меня пошлют подальше. Прошло минут сорок. Народ по одному проследовал в обратном направлении — все красные и злые. Значит, всё-таки украли!

— Заходите — выглядывает директор.

Прохожу, присаживаюсь. Директор меряет шагами кабинет. Потом останавливается около меня.

— Мы выделим вам… финансовую помощь. Три тысячи. Но вы должны будете подтвердить, что мы были у вас 12 раз, за два года.

Делаю вид, что думаю.

— А спортинвентарь?

— У нас только мячи есть. Футбольные и волейбольные. Штанги детям не нужны?

— Давайте мячи. От штанги я тоже не откажусь. И маты — в интернате маты в ужасном состоянии — И еще… второго мая от вас команда 12 человек молодёжи, для участия в соревнованиях.

В спортзал меня, к сожалению, не пустили, боялись, еще что-нибудь заберу. Погрузили в автобус десяток мат, восемь мячей и штангу. Потом вручили деньги и глядя в сторону директор попросил по ведомости их не проводить, только напомнил про 12 раз. Это вообще замечательно, я и не рассчитывал, что всё так легко получится. Может еще какой завод посетить? Вдохновлённый успехом, заехал в горисполком. Главы города на месте не оказалось, иду в партком. Увы, мои жалобы на печальную жизнь голодных и грустных детей там успеха не имели. Мне напомнили о том, что всем выделяют наборы конфет к праздникам. Намёки на высокую комиссию тоже не сильно испугали — меня переадресовали в горком комсомола, где выделили кучу наглядной агитации. Флаги, портреты вождей, плакаты. Незаметно, укрыв плакатом, уволок кассетный магнитофон. Проведем его сразу как подарок, пусть докажут, что не дарили.

По возвращению докладываю о результате поездки. Офигевший директор смотрит на пачку денег.

— Тратить мы их можем только на нематериальные вещи — предупреждаю я — По документам их нет. Мне рублей 50 нужно на организацию соревнования — воздушные, теннисные шарики, веревку, мешки. И предлагаю приобрести всем участникам футболки и кепки. Будет и как подарок и вид совсем другой. А то видел я их костюмы спортивные. В тысячи полторы уложимся. На остальные предлагаю разнообразить меню на праздники — фрукты, сладости.

— У нас крыша течёт, ремонтировать надо — спохватывается директор.

— Я на праздники доставал средства. Пусть завхоз чешется, где взять на крышу! — Возмущаюсь, потом успокаиваюсь — Найду позже и на крышу.

— Ты просто обязан сюда приехать работать! — Директор готов стать на колени — От армии отмажу, зарплата будет максимально возможная!

— И квартиру дадите?

— Квартиру? В течение года, как молодому специалисту выбью! — Обещать можно что угодно.

Устраиваюсь в Ленинской комнате, составляю план соревнований. Ох, как не хватает интернета! Так… эстафеты… возьмем стулья отсюда, стаканы из столовой, мешки куплю. Забрасывание теннисных шариков в корзину, переноска воды стаканами из одной емкости в другую, бег в мешках, конкурсы на сообразительность, на скорость, ловкость. Понемногу набралось даже слишком, есть из чего выбирать. А как угадать с размером футболок? С этим вопросом обратился с Макаровне.

— Тоже мне проблема — фыркает та — Списки тебе составят, берешь Наталью, она всех знает, кто какого роста. Едете с ней и покупаете.

Два дня в суматохе. Освободил от занятий своих спортивных представителей, вместе готовим спортзал. Украшаем, рисуем дорожки, протягиваем ограждения. Съездили с Натальей, скупились всем необходимым. Продукты закупали без меня, не хватало еще и этим мне заниматься.

Утро первого мая. Как обычно в шесть бегу разминаться, следом слышу движение. Оборачиваюсь — мальчишка, кажется с седьмого класса, не знаю, как зовут. В майке, спортивных трусах, бежит следом. Ничего не говорю, он тоже — молча пытается повторять всё то же что и я. Получается плохо, но старается. Так же молча возвращаемся. Бужу всех по графику, в школу не идти, зато на городскую демонстрацию. И в душ, мальчишка уже там, разделся, стоит, под холодную воду залезть не решается. Показываю пример, следом слышу визг — решился!

— Можно я буду с вами заниматься? — подал голос он, когда я уже выходил.

— Занимайся, вреда не будет. Но приемам учить не стану, не успею. Зовут как?

— Кирилл.

После демонстрации сразу в ДК. Зал набит родителями, школьниками. Выступления чередуются, школа — интернат. От школы и учителя выступают, у нас как я понял с талантами похуже. Пришлось мне спеть целых три песни, хотя планировал одну. С неизвестными публике рисковать не стал, спел «На безымянной высоте», «Он вчера не вернулся из боя» и «На братских могилах». Хлопали хорошо, особенно наши старались. Познакомился с физруком и директором школы, договорились на 9 провести футбольный матч, школа — интернат. Так будет интереснее.

Потом обед. У детей столы хоть похожи на праздничные, мы же сегодня уединились в комнате воспитателей. Я выставил обещанную бутылку, еще две директор принес. Кроме тех, кого я уже называл, в штате оказалось еще шесть человек, всего 12. Многие совмещали несколько профессий, электрик, сантехник и охранник, например в одном лице. Три бутылки оказалось много — Рита, Лена и Аня (медсестра) не пили. Я чисто символически растягивал сто грамм. Вскоре незаметно выскользнул следом за Ритой.

— Постой! Может тебя проводить?

— Меня есть кому провожать! — улыбается она — Проводи Лену лучше, она с тебя глаз не сводит.

— Лена маленькая еще. Правда, куда ты торопишься?

— Меня ждут, извини — Ну и ладно, я не сильно и расстроился. Пойду французский учить.

Долго учить не пришлось, стучат.

— Открыто! — заходит Лена.

— Меня послали узнать, куда ты пропал — А смущается больше, чем малолетки в спальнях. Те специально поджидают, чтобы встретить меня полураздетыми. Понятно, зачем тебя послали — директор использует все способы оставить меня тут.

— Проходи, присаживайся. Клубнику будешь? Мальчишки принесли.

— Спасибо, они и мне приносят. Как с французским?

Разговорились. Умная девочка, без тараканов в голове. Живет в комнате в общежитии, квартиру обещают, но учитывая будущее — не дождется. Подумал…

— А давай в кино сходим? Есть тут кинотеатр где-то?

— Да, есть. Недалеко совсем — обрадовалась она. Правда что-ли запала на меня?

До семи я свободен, можем гулять. Сходили в кино, потом в кафе — мороженного поели. Проводил домой и на работу. Наталья ждет смену, слегка поддатая.

— Всё спокойно? — интересуюсь.

— Да. Старшие мальчики могут спиртное принести, если шуметь не будут — не обращай внимания.

— У вас тут я вижу нравы свободные. Хочешь, пей, хочешь — размножайся.

— У нас негласный договор, всё должно быть в пределах этих стен. Мирно и тихо. Лучше чем они где-то пойдут, напьются, подерутся. И у них и у нас проблемы.

— Хорошо, я вас понял. Будет всё тихо. Если что закопаю в пределах территории — Уверяю я.

Всё действительно спокойно, заметно, что парни выпили, но ведут себя терпимо. Сказку на ночь теперь требуют все — пришлось установить очередность. Рассказываю Гарри Поттера и Властелина колец. Читал не все, больше по фильмам помню, частично придумываю сам. Сегодня сказка затянулась — укладываюсь спать почти в 12. Только закрыл глаза — слышу, кто-то скребется в двери. Пришлось вставать. Девочка из выпускного класса, развитая не по годам, можно сказать — женщина. В одной ночнушке.

— Чего тебе?

— Может вам скучно? — Протяжно, голосом опытной проститутки начинает она.

— Брысь спать пока по заднице не надавал!

Да уж, раздолье для педофилов тут. Сами напрашиваются. И находят, наверное, приключения на свою ж.

Утро как обычно, пробежка. Кирилл следом, посмотрим, насколько его хватит. Дал звонок, проверять не иду. Сегодня торопиться некуда, а кто в столовую не успеет — его проблемы. Спортивный праздник с 11. С активом проверяем готовность, а вот и шефы прибыли. 9 человек, отлично! Провожу им политинформацию.

— Парни… и девушки! (из 9 две девушки). Вы тут не для спортивных побед, а развлечься и повеселить детей. Поэтому вы выигрывать ничего не должны! Валяйте дурака, роняйте мячи, разливайте воду. Но так, чтобы выглядело естественно. Пусть только в конце поймут, что вы разыграли. Последнюю эстафету, например, сыграете вполную. Оценивать вас всё — равно не будем. Понимаю, это труднее, чем просто изображать клоунов, но постарайтесь. С меня пиво!

— Пиво это хорошо! — парню явно притворяться не придется, после вчерашнего праздника еще не отошел.

Приехал Вадик и Даша. Даша привезла из дома наши кимоно, покажем с Вадиком представление.

Стал собираться народ. Приглашаю команды в раздевалку, начиная с младших. Когда первая группа заходит, закрываю дверь и достаю футболки и кепки. Уже с подписанными фамилиями.

— Разбираем и переодеваемся! Подходи по одному. СТОП!.. А ладно, ничего — это я отреагировал на то, что девочки стали менять футболки прямо при мальчиках. В 8 лет там разницы никакой, а вот старших нужно разделять. У Натальи глаз — алмаз! Всем подходит размер идеально!

Вторая группа заходит уже с горящими глазами. Не часто обновки им дают. Футболки брали каждой группе разного цвета, пришлось поездить по нескольким точкам. С кепками похуже — ассортимент никакой, всего три цвета одного фасона. Начиная с третьеклассников, сначала переодеваются мальчики. Когда они выходят вместе со мной — тогда девочки. Как раз к 11 все готовы. В жюри директор, зам, две мамы приехавшие навестить детей. Объявляю о начале соревнований. Сначала простые эстафеты с передачей мяча, с прыжками, кувырками. Потом сложнее — с двумя стаканами воды в руках. Потом художественный конкурс.

— От каждой группы один человек. Который лучше всех рисует — приглашаю я. Потом объясняю правила. Каждому на ухо шепчу, что тот должен нарисовать. Потом ему завязывают глаза и он на доске мелом рисует заданное. Как только его команда угадала, что изображено, время останавливаем. Получилось смешно, похоже нарисовал только один, другой проявил сообразительность и на рисунке собаки написал — ГАВ. Остальные угадывали только перебором всех существующих животных. Шефы отличились — парень рисовать правда умел, на заданного мышонка нарисовал сначала мышеловку.

Еще несколько конкурсов и завершающая длинная эстафета — с препятствиями в виде стульев, с завязанными шнурками, задом наперед и прочими сложностями. Шефы постарались — эффектно падали, обзывали своих отстающих (цензурно), роняли предметы, у одного даже стянули спортивные брюки (хорошо трусы под ними были). И при этом пришли первыми. Победителями объявили 9 класс. Выпускники не очень рвались к победе — несолидно им.

Дальше провели индивидуальные конкурсы среди желающих. На отжимания, подтягивания, прыжки с места. Кирилл молодец — занял второе место, подтянувшись 18 раз. Первый, десятиклассник остановился на 40, хотя мог продолжать. Потом выходим мы с Вадиком, ставлю на стыренном у комсомольцев магнитофоне «Танец с саблями» Хачатуряна и показываем бесконтактный бой. Музыка чуть-чуть не в ритм (лучше не нашел ничего) и без подготовки, но мне кажется получилось неплохо. Хлопали долго и глаза горят у пацанов. Будут теперь требовать учить. Точно, окружают — надо бежать!

— Владимир Семенович, а когда еще будут соревнования? А почему только участникам футболки? А вы нас научите, так как вы? Оставайтесь у нас пожалуйста! А вы близнецы?

Никогда раньше с детьми не работал. Может это мое призвание? Увы, с таким призванием с голоду можно сдохнуть будет. Но интересно! Вадик вижу, завидует моей популярности, мог быть на моем месте. Шепчу на ухо ему.

— Давай меняться? Останешься тут, а я в санаторий с Дашей.

Он всерьёз задумался, ненадолго.

— Не… Другой раз как-нибудь.

С трудом выпроваживаю народ из спортзала, убирать завтра будем. Потом приглашаю шефов в каптерку, угощаю обещанным пивом. Приглашаю их на 9-е, поболеть за наших на футболе.

Время обеда, идем в кафе. Зову с нами Лену, демонстративно, на глазах Риты, шепчу той на ушко. Рите пофиг, а Макаровна смотрит неодобрительно. Вадик привез обещанную бутылку, вот как только… в кафе нельзя. Сухой закон в стране. Но удача сопутствует, подходит заведующая. Оказывается её племянник у нас в интернате и она была на соревнованиях. На мой намёк на спиртное пересаживает нас в уголок, дальше от любопытных глаз.

— Вы же спортсмены! — Лене не нравится что мы «употребляем».

— Красное вино полезно для организма. В умеренных дозах. — убеждает Вадик — Вот если ты с нами выпьешь то как раз на всех получится умеренная доза. А если мы сами — уже перебор. Не дашь нам пострадать?

К моему удивлению она соглашается. Боится, что я пострадаю.

После обеда провожаем Вадика с Дашей. Не спеша возвращаемся назад.

— Не хочешь вместе со мной подежурить? — предлагаю как-бы в шутку.

— Хочу — После недолгого молчания соглашается Лена.

Не ожидал. Теперь не скажешь что пошутил. Плохо, на серьёзные отношения с ней я пока не настроен, а она явно втрескалась. Уеду, будет мучиться. Девочка хорошая, не хотелось бы её обижать.

— А не боишься, что болтать потом будут? — Делаю попытку.

— Было бы о чем. Болтать уже будут всё — равно.

Понимая, что сказки рассказывать сегодня будет некогда, после ужина предлагаю желающим собраться в Ленинской комнате на литературный кружок. Желающих оказалось больше чем мест, пришлось переместиться в актовый зал. Думал, расскажу что-нибудь новенькое для них. Но мальчишки притащили гитару, неожиданно получился музыкальный вечер. Сначала они показали свои таланты, потом я исполнил несколько песен. Кино и Любе. Дальше предложил спеть хором — Синяя птица, Поворот. Расходились довольные, чувствую это станет обычаем.

Отбой, обхожу желая спокойной ночи. Сказок никто не просит — видели, что Лена осталась. Ника хмурая даже не повернулась ко мне. Вообразила себе что-то.

Пьем чай, рассказываем друг о друге. О детстве, школе. Когда наступила пауза, притягиваю её к себе. Пора хотя бы целоваться начать, а то до утра не управимся. Целоваться она не умеет, значит быстрее всего еще и девочка. Но на всё согласна, нечего тянуть резину. Тушу свет и перехожу к активным действиям.

Кровать узкая, вдвоем спать неудобно. Завтра пойду завхоза трясти, пусть меняет.

А она правда девочка была.


Практика пролетела и не заметил. И уезжать не хочется. Сегодня вот в футбол с школой сыграем. Вечером небольшой концерт организуем. Еще два дня и домой. По утрам со мной уже пятеро пацанов бегает, приходится следить, чтобы ничего себе не сломали и не растянули. На вечерние посиделки почти все приходят. Втянулся, стали любимчики среди ребят появляться. Так что я уже почти дозрел на согласие здесь работать. Если директор на все мои условия согласится — так тому и быть.

Товарищеский матч состоится на поле школы. Не скажешь даже что «в гостях», наши в ней же и учатся. Так что на самом деле игра между «домашними» и интернатовскими. Команду готовил всю неделю — отбор, тренировки. Тренер с меня футбольный не особо, для любительского уровня сойдет. Проехал еще по предприятиям города, с меньшим успехом, чем к шефам, но насобирал на обувь команде и форму. Заодно и шифер нашел. Кто перекрывать будет, пусть уж сами решают.

Опять демонстрация. День Победы. Я не пошел и команду отмазал. С трудом, но доказал директору — три часа брожения по площади утомят ребят, а им играть. Лучше разминку проведем за это время. Вот и разминаемся, отрабатываем удары по воротам. Смотрю на часы — время.

— Всё ребята. Закругляемся. Все в душ, потом переодеваемся и выдвигаемся.

— Зачем в душ? — Удивляется Игорь, капитан команды — Мы и не вспотели особо.

— А ты понюхай под мышками у себя. Или лучше у Олега. Вам новую форму одевать, будете приятно пахнуть… хотя бы минут 20. И бодрее будете.

Пока моются, вооружился утюгом, проглаживаю форму. Специально в Ленинград ездил за ней. Прибегает Лена.

— Стадион уже полный. Народу! Вы скоро?

— Начало в 12, вот по графику и будем. Медсестра там?

— Со мной пришла, соберет сумку сейчас.

— Хорошо. Помогай, давай гладь, а я раздавать буду.

Ровно к 12 выходим на поле. С судьей вопрос решили просто — пригласили из ДЮСШ. Школьный оркестр сбацал что-то похожее на гимн и начали! Команды по силе примерно одинаковые. И стимул один — доказать превосходство. Так что борьба равная. Школьники начали резвее, первую половину тайма сидели на наших воротах и на двадцатой минуте закатили гол. К концу стали уставать, наши наоборот нарастили темп, но до перерыва счет не изменился. Перерыв, подхожу к ребятам.

— Вот теперь парни выкладывайтесь на всю. У них сил уже не осталось, сами видите. Так что минут десять после отдыха будут атаковать, потом уйдут в защиту. Выматывайте на контратаках, а потом добивайте.

Так и получилось. С началом второго тайма школьники бросились вперед, но сил надолго не хватило. Наши оказались более выносливые, вскоре наш вратарь скучал, а их наоборот был в напряжении. В середине тайма счет сравняли, под конец забили еще два мяча. Обошлось даже без травм. В интернат наших победителей несли в буквальном смысле на руках.

10 мая, последний день. Завтра домой. Обсуждаю с директором условия.

— Игорь Николаевич, можете считать, я уже дал согласие вернуться сюда на работу. Есть только некоторые требования с моей стороны, причем даже не обсуждаемые.

— С квартирой вопрос решим, обещаю в течении… — начинает директор. Перебиваю.

— Забудьте за квартиру. Это я сам решу. Первое время поживу в той же комнате или в общежитии. Неважно.

— Тогда что?

— Первое. Свободный график работы. Если мне нужно уехать на неделю — уезжаю на неделю. Нужно — работаю без выходных месяц. Второе. Вы видели моего брата? Иногда он будет меня замещать, знать об этом будете только вы.

— А это зачем?

— Это моё условие. На работе это не отразится, вы даже не заметите замены. Учимся мы вместе, так что с педагогической стороны всё законно.

— Ну, допустим. Что еще?

— Я буду вести секцию тхеквондо в спортзале, но для всех детей, не только для наших. Группу мне не прикрепляйте — не потяну. Армия — это за вами.

— От армии железно получишь отсрочку — Директор сияет.

— Ещё серьезный вопрос. У меня есть два… воспитанника, близнеца. Им по 10 лет. Отцу заниматься с ними некогда, так что быстрее всего будут со мной тут.

— Совсем не вопрос. Напишет заявление отец и все.

— Остальные вопросы будем решать по мере поступления. Пишите заявку с моей фамилией, я отвезу.

Вечером обрадовал ребят — с осени начнут работать секции. Кроме тхеквондо нужно будет и что-то попроще, для девочек. Типа фитнеса. И с мячом — волейбол, футбол.

Лена тоже обрадовалась моему решению. Но и расстроенная, что завтра уеду. Хорошая девочка, неизбалованная. И тёщи главное нет. Вот возьму и женюсь!

— Не грусти! — утешаю её — Диплом защищаю и буду навещать приезжать. И тебя и ребят.

Утро, воскресенье. Электричка в семь, сегодня без разминки. Рита пришла пораньше приняла дежурство, собрал сумку выхожу в коридор — Вау! Полно детворы. Полуодетые, раздетые. Проводить встали, даже без звонка.

— Мы будем ждать! Обязательно приезжайте!

Что-то в глазах защипало, быстренько прощаюсь и на вокзал. Успокаиваюсь только в вагоне. Уезжать всегда грустно, но я ведь вернусь!


Защита диплома — это просто громкое название. Никому то, что мы пишем не нужно, главное соблюсти правила. Чистая формальность. Так что в конце июня на руках у нас с Вадиком были документы о средне-специальном образовании. Я получил распределение по заявке, мной же и привезенной. Вадик взял направление в ДЮСШ, если в университет провалится — пойдет тренером. Усиленно готовимся к экзаменам. Вадик строчит сочинения, я их читаю и оцениваю. За историю не волнуюсь — память пока не подводит. Французский вот шлифую произношение. Заказали с Вадимом загранпаспорта — скоро понадобятся. Вадим чувствует неловкость, что он один учиться будет.

— Давай вдвоем поступать? Выкрутимся как-нибудь — Упрашивает меня.

— Нет, Вадька. Я потом возможно на заочном. И то не уверен. Не понадобится мне высшее образование. Тебя вот выучим, будешь большим начальником.

Максим не сразу, но согласился, что близнецам со мной будет лучше. Учитывая что он только ночевать приходит и то не всегда. Они обрадовались, что теперь смогут заниматься на секции — дома для этого времени не было. Хотелось пока лето свозить их на юг, но это после экзаменов.

В конце мая сделал ставки в подпольном тотализаторе. Ходили вместе с Альви, убедил его тоже поставить на Аргентину. Курс был 1 к 5, так что мои пять тысяч превратились в 25 тысяч рублей. Деньги впрочем, ссудил Максим, так что большую часть отдам ему. Сегодня с Альви идем забирать выигрыш. Подхожу к его дому, уже ждут — Альви, Руслан, Мага, Рашид. Хорошо, пусть попробуют не отдать! Альви тоже 5 тысяч ставил. Пока это еще деньги.

— Ты прям Нострадамус! — приветствует меня Руслан — Так чётко угадать! А я Альви чуть не прибил, когда он всё поставил на один результат.

— У меня есть чуйка, ни разу еще не подводила. Так что прислушивайтесь к моим советам, не пожалеете.

Я помнил, что в этом году появится новый чемпион — Майк Тайсон. Но пока упоминаний о нём не было, нужно не прозевать. До следующего чемпионата по футболу четыре года, а кроме бокса я больше не помню ничего, на что поставить можно. Итак, приезжаем на точку, нас попытались не пустить всех пятерых. Попытка оказалась неудачной, охранник у них один и совсем не Илья Муромец. Если и была у них мысль зажать выплату, мы об этом не узнали. Но смотрели внимательно, запоминают. Следующий раз могут и не принять ставку. Ничего в городе не одни они. Получаю 25 пачек десятирублевыми купюрами, укладываю в дипломат. Альви аналогично. Вежливо благодарим и прощаемся.

— Едем в ресторан, отметить? — предлагает Руслан на улице.

— Я пас! Вечером еду в интернат к своим.

— Они уже твои? Быстро привязываешься! Почему в городе не остался, нашли бы тебе хорошее место — Руслан работает снабженцем, связей имеет много.

— Мне там нравится, спокойно. А дело везде можно организовать. Альви, не поступишь — возьму охранником к нам, со временем городок будем контролировать.

— Хорошо брат! Договорились — смеется Альви. Настроение у всех хорошее, еще бы — сразу столько привалило!

— Да, Руслан, у меня есть одна идея. Если я организую производство мебели — сбыт организуешь?

— Не вопрос! Мебель сейчас дефицит, улетит мигом!

— А можешь станки достать… и инструмент. Желательно в счет будущей мебели? — наглею я.

— Займусь, потом дам знать — Да, удачно я тогда в драку влез.

Меня довозят до дома, Альви даже до двери провожает для надежности. Наши все дома, выкладываю на стол пачки.

— Надо было больше ставить — Сожалеет Макс.

— Больше могли не взять. Хотя мог поставить в нескольких точках. Как делим?

— Меня устроит десять, остальные ваши — Не жадничает Максим.

— Хорошо — Не спорю я — Нам по пять с Вадиком, а пять на мальчишек потратим.

— Ты что, Жигули им купить хочешь?

— На Жигули не хватит, тысяч 8 стоят. Они синтезатор хотят. И электрогитару можно. Так что еще и мало будет.

— Синтезатор? — удивляется Макс.

— Отец блин называется! Они на гитаре уже играют. Голоса хорошие и слух есть. Темка даже стихи пробует писать. Пусть учатся — если не исполнителями, то композиторами могут стать. А потом продюсерами.

— Тогда забирай еще пять, покупай что нужно — Максим выглядит виновато.

— Пока не нужно, еще не приценивался. Им пока навороченный не нужно, научатся тогда профессиональный купим. Я их возьму с собой сейчас? Пусть знакомятся.

Едем вчетвером, Вадик тоже. Так как будет иногда замещать меня, нужно тоже ознакомиться с местом и в лицо знать всех. Ну хотя бы некоторых. Заскочили в гастроном, набрал сладостей. По пути попался еще ювелирный. Решил Лену порадовать, ничего ведь ей не дарил. Выбрал комплект — серьги с колечком. Чуть не опоздали на электричку, на ходу запрыгнули.

Нас увидели из окон на подходе, выбегают встречать, человек 15. И растерялись… мы с Вадиком специально оделись одинаково, если сфотографировать и сами не отличим где кто. Не стал их мучить, признался.

— Хватайте сумки, тащите в столовую. Там гостинцы на всех — командую. Сумки утащили, остальные готовы и нас на руках отнести. Артем с Антоном смотрят хмуро на прижавшихся ко мне ребят — ревнуют.

— Знакомьтесь, это мои племянники. Артём и Антон. Где кто сам не пойму (их тоже одели одинаково). Будут тоже у нас жить. Так что не обижать, а то головы оторву.

О том, что близнецы сами могут головы поотрывать, молчу. В школу уже два раза вызывали за драки, причем мне ходить пришлось. Максу некогда. Мальчишек мигом уводят ознакамливать с местностью, а мы с Вадиком идем к директору. Там как раз совещание, все собрались.

— Ты уже на работу? — обрадовался директор. Только не поймет к кому из нас обращаться.

— Пока в гости. Дайте отдохнуть, к первому сентября приеду.

Директор отводит в сторону.

— Оформляйся и езжай куда хочешь, отдыхай. Зарплата будет идти, половина тебе — половина на нужды интерната — Вот жучара! Хотя у него работа такая, выкручивайся как можешь.

— Да без проблем. Договорились. Сразу к вам еще дело. Я видел мастерские стоят захламленные, сто лет не используются.

— Хочешь и по труду с ребятами работать?

— Ну… нечто в этом роде. Пока занятий нет займите пацанов, очистите помещения, наведите порядок там. Потом завезут станки, организуем мебельный цех.

— Не знаю — засомневался директор — Кто нам разрешит?

— Все продуманно. Скоро разрешат кооперативное движение, инфа сто процентов. Я беру помещения в аренду, оформляю на работу ребят из старших групп. С 16 лет уже можно. Разумеется мастер взрослый будет. Интернат будет иметь деньги с аренды, выпускники специальность и работу, а мы с вами дополнительный заработок.

— А если не разрешат в аренду сдавать? — продолжает сомневаться Игорь Николаевич.

— Все вопросы я беру на себя. Детали потом обсудим.

Всё, с этим уладил. Подхожу к Ленке, что то она грустная. Выходим с ней в коридор.

— Что-то случилось? Почему такая печальная?

— Ничего. Тебе показалось.

— Колись давай, я же вижу что-то произошло.

— У нас будет ребенок — выпаливает она.

Я не сразу врубился. Когда вокруг куча детей, о каком ребенке идет речь? Стою, пытаюсь сообразить. Лена загрустила еще больше, видимо моя реакция её огорчила.

— Подожди! Ты хочешь сказать у тебя будет ребенок? В смысле мой ребенок? — наконец дошло.

— А чей же еще!

Вот сюрпрайз! Раздумываю недолго. Хватаю за руку, тащу обратно в кабинет.

— Минутку внимания! — вывожу Лену на середину. В кармане пытаюсь на ощупь отделить колечко от сережек, получилось. Становлюсь на одно колено и достаю кольцо — Лена! Я тебя люблю и прошу стать моей женой!

Лена прижимает руки к вспыхнувшим щекам.

— Да говори что-нибудь! — Не выдерживает Макаровна.

— Да! Я согласна!

Объятия, аплодисменты, занавес.


Сочинение Вадик написал на отлично. Точнее было не сочинение, а изложение. Теперь мне сдать историю нужно. Захожу один из первых. Вопросы легкие, быстро набросал, что отвечать и прошусь первым на ответ. Экзаменатор — худая, высокая женщина в очках. Первые два пункта прошли без замечаний, а по третьему вопросу возник спор. Разошлись мы с ней во мнениях о происхождении варягов, основателей Киевской Руси. Я настаивал на скандинавском происхождении Рюрика с братьями, а историчка утверждала, что они выходцы из хазарских племен. Я ссылался на Карамзина, она придерживалась теории Филиппа Эверса. Компромисса мы с ней не достигли, я уж было загрустил — всё, думаю, завалит. Неожиданно она ставит пять! Говорит — только из желания доказать мне позже на лекциях мою неправоту. Но я думаю еще и потому, что немногие вообще знают кто такой Эверс, а я знал о его версии. Придется Вадику проштудировать историю Древней Руси.

Выхожу, показываю ему растопыренную ладонь. Довольный!

— Я всё что мог, сделал. Теперь ты учись, студент. Я сейчас за Ленкой, завтра подадим заявление в ЗАГС.

— Это самое — смущенно начинает Вадик — Мы с Дашей тоже.

— Что тоже? Жениться решили? Нафига оно тебе нужно, ты сначала отучись!

— А тебе зачем? Есть значит причина..

— Блин, всё-таки заделал беби! Вот пойдешь работать тогда, обеспечивать семью. Жить то где будете?

— Че ты ругаешься, так получилось. Не делать же аборт — оправдывается Вадим — У неё есть квартира, бабушка оставила.

— Я вам дам аборт! Рожайте. Прокормлю.

— Даша свадьбу хочет — голос виноватый.

— Да и Ленка тоже — вздыхаю — Слушай, а если родители захотят на твою свадьбу приехать?

— Не… Мы съездим перед свадьбой.

— Тогда завтра встречаемся в 10 у ЗАГСа, чтобы вместе записаться.

Подходит грустный Альви. Даже не спрашиваю, понятно, не сдал.

— Не расстраивайся брат — утешаю его — Зачем оно тебе вообще нужно? Я вот не собираюсь учиться и ничего.

— Отец хочет, чтобы поступил. Я и сам уже думаю, что не нужно. В армию заберут только, больше не будут ждать.

— Купим тебе какой захочешь диплом, совсем не проблема. А армия… Я тебе предлагал к нам в интернат на работу? Директор от армии отмажет. Едем сейчас, договоримся.

— Я к брату заеду, если он не против, то я согласен. Да, он просил передать — оборудование через месяц будет.

— Замечательно! Вот и будешь заниматься сбытом. Генеральный менеджер — как тебе должность?

Руслан согласился отпустить Альви. Выбора не было, военкому уже кучу денег скормили. В интернате его быстро оформили охранником, мы втроем (с директором) наведались к военкому. Тот как военный был краток:

— Пока вы работаете в интернате, даю отсрочку. Увольняетесь — на следующий день в армию.

Нас это устроило. Отпрашиваю Ленку в отпуск на две недели. Поедем на море. Утром стоим у ЗАГСа, ждем Вадика с Дашей. Являются почти в 11, хмурые.

— Что, передумали?

— Нет. На минутку — Вадик отводит меня в сторону.

— Поссорились. Она спросила, почему мы едем к родителям, а вы с Леной нет. Я ничего толком не придумал, она обиделась, что я скрываю от неё. Вот как ей сказать, что о тебе при них не нужно вспоминать?

— Братишка, успокойся. Расскажем им все. Тем, кого любишь нужно всегда говорить правду. Да и не боюсь я уже ничего особо. Время такое наступает, что такой бред будет идти с экранов и газет. Экстрасенсы, целители, секты, НЛО. Можно что угодно говорить, в дурдом уже не отправят.

Подходим к девчонкам. Они уже переговорили, Ленка тоже озадаченная.

— Девочки! Идём, подаем заявления, потом где-нибудь устроимся и мы ответим на все ваши вопросы. Вплоть до самых интимных! — предлагаю я.

Из ЗАГСа девочки выходят еще больше ошарашенные. Во-первых, они только узнали, что у нас разные фамилии. И во-вторых, я сказал, что возьму фамилию жены. Идем в ближайшее кафе, устраиваемся в уголку. Заказываем кофе и я начинаю рассказ.

— Всё что услышите, сначала вам покажется фантастикой. Ничего не спрашивайте, пока не дослушаете до конца — Излагаю им подробно всё происшедшее. Наблюдаю на лицах гамму чувств — недоверие, раздражение, изумление, задумчивость. Закончив прошу высказываться.

— Это розыгрыш? — с надеждой спрашивает Ленка.

— Даша, когда поедет, убедится, что родители ничего не знают о втором. Сейчас пойдем к Максиму, он подтвердит мои слова. И близнецы тоже, они хоть и маленькие — сами до этого додумались!

— А Максим значит, сразу поверил? — скептически ухмыляется Даша.

— Не сразу. У него было четыре года для этого. Все происходящие события я сообщал заранее. Авиакатастрофы, смерти генсеков, даже имена предателей. Есть такая служба ГРУ — вы о ней даже не слышали. Так вот, я им сообщил информацию о тех, кто работает на другие разведки. И даже тех, кто собирается изменить.

— И когда ты собирался мне это рассказать? — голос у Лены напряженный.

— Не в первый день знакомства естественно. Но до свадьбы точно. Между близкими, тайн не должно быть.

— Так вы не близнецы… — задумалась Даша — фактически вы один человек.

— Нет. Только телом. Мыслим мы по-разному. Человек меняет свои взгляды, пристрастия в течение жизни. Я намного опытней и циничней Вадика.

— Тебя получается, на самом деле тоже Вадик зовут. А фамилию зачем меняешь? — вспомнила Лена.

— Фамилия, имя, для меня роли не играет. Пусть Вадик продолжает род. А меняю в целях конспирации. Паспорт, сами понимаете, у меня не настоящий.

— А я думаю, как вы такие похожие, совершенно нет различий. Только в разговоре иногда — Даша похоже приняла историю. Ей легче — Вадик то настоящий. — Я Вадику тату сделаю в укромном месте, чтобы не вздумали меняться!

— Никаких тату! Мы стараемся, чтобы были идентичными, зубы три раза в день чистим, чтобы сберечь. Если у кого шрам появится — второй тоже сделает.

— Не будем мы вами меняться, ты что Даша! — возмущается Вадик. Надо сказать довольно правдоподобно. Буквально вчера мы обсуждали с ним этот вопрос. И оба не исключили в будущем такую возможность.

— Я всё — равно угадаю. Даже из сотни близнецов — тихо говорит Лена. Да, стоит поверить. И не проверять.

— Вот интересно, в том твоем будущем, ведь было по-другому. Мы не встретились, другая судьба, другие семьи — размышляет Даша.

— В этом будет лучше — заверяю я — Гарантирую, будешь купаться как скумбрия в масле!

— Какая скумбрия?! Консервированная? Сам купайся!

— Ладно, девочки, всё утрясли, вопросов нет? Вы едете к родителям, мы через три дня на море, там встречаемся. Договоримся где.

— Несправедливо — обиженно говорит Ленка — У них получается, родители с обеих сторон есть, а у нас с тобой совсем нет.

— Зато у нас есть вот такой замечательный братик с невесткой! И два мальчишки сорванца, которые не дадут спокойно отдыхать. И радуйся, что у тебя нет злой свекрови, а у меня соответственно — тещи.

Атмосфера потихоньку нормализовалась, не сразу, но поверили в такую фантастическую историю. Я, например бы, не поверил на их месте.

— Девчонки, считайте это свадебное путешествие. Потом будет некогда. Даша, ты академический будешь брать?

— Нет! Пусть Вадик берет и сидит с ребенком!

— Я так понимаю, родите вы почти одновременно — Я не спрашиваю, а рассуждаю — Что-нибудь придумаем.

Отдыхать поехали в Ялту. Без путевок, на автовокзале, куда мы приехали, я долго обходил предлагающих жилье. Все расхваливали, обещали семизвездочные апартаменты. В конце концов остановился на женщине предлагающей отдельный домик, других жильцов не было. И до моря близко. На следующий день встретил Вадика с Дашей и на 10 дней погрузились в нирвану. Спокойствие, интернета нет, мобильных тоже еще нет. Лежи в песке, попивай пиво. Тренируем английский с Вадиком, я ему рассказываю, что нас ждет в ближайшее время и что мы должны делать. Артем тоже больше валяется и сочиняет тексты для песен, Антон резвится за всех — достает не только нас, но и всех окружающих.

— Скажите кто-нибудь рифму к слову цветы — просит Тёма.

— Шуты, мечты, и ты, понты — перечисляем мы с Вадиком. Минут через пять поэт выдает текст на обсуждение.

«Я замер и глазам своим не верю

Навстречу из воды выходишь ты

Ты — та, что снилась долгими ночами

Ты — эталон небесной красоты

Твой взгляд пронзил меня острей кинжала

Ты улыбнулась — расцвели цветы

Но подошел к тебе высокий парень

Обнял и обломал мои мечты»

— Классно! — похвалила Даша.

— Это песня? — интересуюсь я — Если попса, нужен припев. Текст и смысл вообще роли не играет, ритмичная бессмыслица даже лучше. Например, дурацкое «мальчик хочет в тамбов» быстро застряёт в памяти слушателей. Так и сюда подобрать по смыслу что-то трагичное «Я сражен я умираю. Я убит я погибаю». Под удачную музыку пойдет любая чушь.

— Правда чушь? — расстроено произносит Тёмка.

— Что ты хочешь сказать слушателю этим стихотворением? Что ты увидел красивую девушку, но она занята, ты из-за этого страдаешь. Никого это не зацепит, не расстроит, никто тебя не пожалеет. Банальная ситуация, с каждым бывало, через пять минут увидишь другую, свободную и всё пройдет. Полюбить могут песни, которые цепляют душу, слушаешь и думаешь — это обо мне, со мной такое было. Или — я такая как поется в этой песне.

— И как такое написать? Представить, что со мной что-то случилось?

— Немногие могут писать о том, чего не испытывали. Например, Высоцкий. Он писал о шахтерах, альпинистах, спортсменах, летчиках, про войну. И так писал, что никто не сомневался — он был в горах, воевал, летал. Для твоего возраста не так уж плохо — ритм есть, смысл есть. Добавить чувств и правильно выбирать тему и всё получиться. Дерзай!

— Для его возраста не неплохо, а гениально! — вмешивается Вадим — Сравните у Пушкина «Передо мной явилась ты». Почти одинаково, а Пушкину было лет 25–30.

Когда очередной раз возвращаемся с Вадимом, нагруженные пивом, кукурузой, мороженным — видим троих аборигенов, нерусской внешности, пристающих к нашим девчонкам. Вадик даже заулыбался — давно не разминались.

— Аллё, бродяги, вы чё, рамсы попутали? — с трудом удерживаю Вадима — Делайте ноги, пока я его держу.

К огорчению Вадима они даже не огрызнулись. Молча ушли. Вадик обиделся, что я не дал потренироваться, лёг на живот в песок, мальчишки быстро закопали его полностью кроме головы.

Вечерами устраивали концерты под гитару. У Даши оказался неплохой голос, Лена тоже подпевала. Мальчишкам я дал несколько песен из позднего «Ласкового мая», они их разучили и сражали публику. Подсуну потом Разину запись, пока этих песен не написали. Нет, авторство приписывать себе не буду, пусть будет неизвестный автор. Вдруг настоящий найдется — ко мне претензий не будет, услышал где-то, а где не помню.

8

Отдых закончился вовремя, когда я начал от него уставать. Мыслями я уже в интернате, открываю мебельное производство, завожу связи в городке. Назад летим самолетом, всех ждут дела. И к свадьбе готовиться нужно.

У Максима гость — Исса. Давно его не видел.

— У меня серьезные перемены — сообщает он — Ухожу на пенсию. И теперь могу участвовать в любых ваших авантюрах — больше не госслужащий.

— Авантюр не будет. Всё законно, продуманно и открыто. Как у тебя с Березовским?

— Замечательно. Нормальный мужик, часто встречаемся.

— Отлично. Потом заинтригуем его информацией, сообщишь ему о некоторых событиях, которые произойдут. Но никаких совместных дел с ним не вздумай иметь. Он хищник, один из многих кто будет грабить страну без зазрения совести. И закончит он плохо.

— А зачем тогда он тебе нужен — удивляется Максим.

— Связи. В том числе и с Ельциным. Возможно, он и не понадобится, время покажет.

Собираю вещи, пришло время менять местожительства. Пока устроимся в общежитии, позже снимем дом или квартиру.

— Мы с тобой! — близнецы вопросительно смотрят на Максима.

— А что, со мной не хотите побыть, пока занятия не начались? — Максим явно недоволен.

— Па, ну там ребята, там весело. Давай и ты туда переедешь?

— Да, только это мне и остается. Ладно уж. Но суббота и воскресенье вы здесь!

По пути заскакиваю к Руслану, вовремя, застаю его у дома садящимся в машину.

— Володя, хорошо, что зашел! Оборудование через три дня привезут, готовь место.

— Место готово. Руслан, а ты можешь синтезатор достать, можно б/у, но в хорошем состоянии.

— Что такое синтезатор?

— Музыкальный инструмент. Ямаха или Кассио. Есть и другие фирмы я в них особо не разбираюсь. И хорошие колонки под него.

— Узнаю, я с филармонией работал. Короче, в субботу ждите.

В интернате всё спокойно, мастерские расчистили, побелили. Завтра отправлюсь по предприятиям искать лесоматериалы для мебели — доску, ДСП, фанеру. Но и деньги нужны — фурнитуру покупать. Своих нет, от выигрыша осталось только на свадьбу. Будем думать.

Утро суббота. В 6 утра бужу близнецов и на разминку. Они сами напросились, так что упрашивать не нужно. Тихонько сказал «Подъем!» и побежал. Поленятся вставать — тренироваться не будут. Они пока с нами в одной комнате, с сентября будут в интернате со всеми. Интернат рядом с общежитием, тренируемся на спортплощадке. Кирилл, еще два парня и одна девочка тоже с нами. Для тех, кто будет на секции, утренняя разминка не обязательна, но такое упорство следует поощрять — буду уделять больше внимания. Вот свадьбу через неделю как переживу, так и начну работать по полной.

Руслан, как и обещал, приехал рано, после завтрака. Камаз, груженный станками и лесоматериалом.

— Строгальный, пилорама, насадки разные, шуруповерты, електролобзики — перечисляет Руслан — И доски куб. И вот, иди сюда — Водитель передает тщательно упакованный большой коробок.

— Что это?

— Синтезатор просил? В филармонии списали, почти новый, в отличном состоянии. Станки, кстати тоже с мебельной фабрики списанные. Но за них деньги подождут, а за синтезатор нужно отдать.

— Сколько?

— Три тысячи. Профессиональный «Korg» И колонки в придачу.

— Игорь Николаевич — обращаюсь к директору — Забыл обговорить вопрос. Думаю организовать музыкальную группу. Инструмент приобретаем на мои деньги, точнее деньги моих ребят, так что он их собственность. Поэтому Антон руководитель группы, а Артем — композитор и солист. И отбирать ребят они будут.

— А от меня что требуется? — Директор уже не удивляется моим задумкам.

— Помещение. И музыкальный руководитель.

Выгрузили Камаз. Теперь только работай. Специалист — мебельщик есть уже, вчера с ним рисовали эскизы мебели. Шкафы-купе, тумбочки, уголки, столы. С диванами пока подождём.

— Артём, Антон, собирайтесь, Руслан отвезет к отцу. Обещали по субботам быть — командую близнецам.

— Что?! Как домой???? — Шокированы они — Мы инструмент еще не испытали!

— Домой! Я завтра приеду, пойдем гитару покупать. По хорошему три нужно — ритм, соло, бас. Но денег пока на одну. Микрофоны, усилители, столько еще всего надо!

С трудом усадил их в машину. Максим и так недоволен. Озадачил электрика подключением станков и уединяюсь с директором для беседы.

— Игорь Николаевич, давайте проясним ситуацию. Пока мебель делаем нелегально, идет она в счет оборудования. Небольшую часть буду просить деньгами для закупки материала. В следующем году оформляем кооператив на меня или Лену. Но большая часть прибыли будет идти для нужд интерната. А позже когда уеду отсюда, передам вам или вашему человеку. Так что прошу принимать более активное участие в этом производстве.

— Каким образом? Я совершенно в производстве мебели не разбираюсь!

— Потребление электроэнергии увеличится — подумайте, как это закамуфлировать. Бухгалтеру вы доверяете своему? Доходы официально будут идти от аренды помещения, остальные неофициально, вот и пусть крутится, чтобы вас вместе с ней не посадили. Ограничить допуск посторонних в интернат, охрана должна стоять круглосуточно и никого не пускать. С ребятами я поговорю сам, чтобы лишнего не болтали.

Умолчал я о том, что доходы будут не очень и большими. После выплаты зарплат, налогов, закупки материалов оставаться будет немного. А показывать я собираюсь хорошую прибыль — нужно же мне доказать, что первый миллион я заработал честно! А зарабатывать будем в другом месте.

Воскресенье, утро. Собираемся с Леной в Ленинград, готовиться к свадьбе. Платье, костюм, кольца. Ужас! Ленка у соседки, там зеркало большое — прихорашивается. Так и опоздать можем… а вот она наконец.

— По телевизору сейчас передали — на Чернобыльской атомной станции взрыв был ночью — сообщает она. Я чуть не сел мимо стула. Да… предотвратил, называется. На три месяца позже, но всё же рвануло. А если последствия будут еще хуже? Тогда я в этом буду виноват.

— Что ты так реагируешь? — удивляется Лена — Ты же знал, что это будет? Или нет?

— Это должно было быть 26 апреля. Мне казалось, я сделал всё, чтобы взрыва не было. Оказалось не всё. Который раз убеждаюсь, хочешь сделать хорошо — делай сам.

— Ты не можешь спасти весь мир. Пусть всё идет своим чередом, вдруг сделаешь еще хуже.

— Об этом я думал. Первое, что я сделал, попав в прошлое — сообщил о маньяке, убивавшем детей. Благодаря мне около 20 человек остались живы. Возможно кто-то из них вырастет плохим человеком. А возможно судьба исправляет моё вмешательство и все они погибли по-другому. Пока я не замечаю никаких отклонений от хода истории. Но нам пора, электричка через 15 минут.

Максим был в курсе, более того, оказывается, звонил Виктор.

— Для него это тоже шок. Дело в том, что эксперимент не проводился, причину взрыва выясняют еще. Или ошибка оператора или техническая неисправность. Но взрыв сильный, реактор полностью разрушен, выброс значительный. Смена погибла, сейчас пожарники работают.

— Плохо. Очень плохо. Если и подлодка затонет, я тогда совсем ни о чём не буду предупреждать. Ладно, Макс, давай о наших делах. Синтезатор обошелся в три тысячи, теперь гитару нужно. Ты обещал добавить.

— Да, конечно. Бери сколько нужно.

— Если есть свободные я займу у тебя на фурнитуру. В течение месяца начнем мебель делать.

— Будет хорошая мебель и покупателей найду, у нас на стенки очередь на год. И на телевизоры.

— Телевизоры завезем из Германии. Или в следующем году или в 88-м. Скоро дефицита не будет. Кроме дефицита денег.

Приходит Вадик, ночевал у Даши. С новостями.

— У тренера нашего проблемы. Депортируют его в Корею.

— За что? Нужно попробовать решить вопрос!

— Просрочил с документами, говорит поздно. Юна остается, у неё гражданство есть. Мать её русская была. Только в институт она не поступила, теперь не знает что делать. Секцию вести ей самой не дадут.

— Заедем к ним, поговорим.

Поход по магазинам меня вымотал. С гитарой проблем не было, купили быстро и отправил мальчишек с ней на такси домой. А мы вчетвером, молодожены отправились за одеждой. Нам с Вадиком с трудом, но подобрали костюмы, а девочкам пришлось заказывать. Также забронировали ресторан. Удалось уговорить невест ограничиться отмечанием в ресторане. Это мы как-то перенесем.

Потом с Вадиком едем к тренеру. Он уже на чемоданах. Недолго думая предлагаю Юне тоже в интернат, помощником тренера, то есть меня. Скоро всех там соберу, детям места не останется.

Понедельник потратил на поиски фурнитуры для мебели (ручки, навесы, декор, ножки) к вечеру возвращаюсь в интернат. Ленка осталась у Даши — первая примерка завтра. У входа встречают встревоженные ребята.

— Кирьку менты вчера забрали! За драку! — сообщают мне. Вот еще не хватало, иду к директору выяснять.

— Что случилось, Игорь Николаевич? Зачем отдали пацана?

— Хреновые дела. Родченков Кирилл увидел как Мальченко Игорь толкнул девочку, нашу, из интерната. Тот старше и сильнее, но не ожидал нападения. Кирилл ударил его, он отлетел и ударился головой о стенку кирпичную. Сознание потерял, сегодня только очнулся, голова разбита, челюсть сломана. Игорь сын первого секретаря горкома, а Кирилл полный сирота. Так что у Кирилла все шансы попасть в колонию.

— Какую колонию, ему сколько лет?

— Четырнадцать только исполнилось. Как раз. Я пытался говорить с Мальченко, бесполезно.

— Расскажите мне о нём, что знаете.

Потом поговорил с ребятами — свидетелями происшедшего, сходил в больницу. К Игорю меня не пустили, но заверили что состояние хорошее. Иду к секретарю домой — время уже девятый час вечера. Дверь открыл сам хозяин, я представился, попросил уделить десять минут. Скривился, пустил в квартиру, проходим на кухню.

— Андрей Ильич, ситуация неприятная, но нужно её решать — начинаю я.

— Что тут решать — Перебивает он — Изолировать таких нужно от общества.

— Давайте рассмотрим все стороны дела. Ваш сын пробегая мимо девочек сильно толкает Марину — десятилетнюю воспитанницу интерната. Она падает, разбивает колено. Я допускаю, что толчок мог быть неумышленным и действия Кирилла являются недопустимыми. Несмотря на то, что он действовал на эмоциях, он заслуживает наказания.

— Совершенно согласен! Пусть даже мой сын виноват, он не имел права нападать и бить его.

— Я рад, что мы с вами мыслим одинаково — Психологию я учил дважды, и в той и в этой жизни — Следуем дальше. Наказать его следует, но в этом вопросе нужно соблюдать осторожность. Допустим, его отправят в колонию. Но вы же знаете интернатовских ребят, как они стоят друг за друга. Они сочтут, что он пострадал несправедливо по вине вашего сына и начнут мстить. Не подумайте, что я угрожаю, меня в первую очередь волнует, что проблемы будут у меня и руководства интерната. Я не смогу их остановить. И вы не сможете его охранять, не будет же он сидеть дома круглосуточно.

— И что ты предлагаешь? Простить его? Нет, я лучше сына в Ленинград отправлю доучиваться. В суворовское определю.

— Это не выход. У вас еще есть дети, могут и на них отыграться. Прощать не нужно, он будет жестко ограничен в передвижениях. Только школа и интернат. Я лично буду контролировать его.

— У тебя там их больше сотни, когда тебе его контролировать. Надо будет, всех в колонию отправим. Не боюсь я вашего хулиганья. Всё, разговор окончен!

Вот же мудак! Ладно, поговорим по-другому.

— Еще минуту. Нам пятно на репутации интерната не нужно, поэтому я не позволю просто так его упрятать за решетку. Если местный судья примет такое решение — приглашу ребят из Ленинградской прокуратуры. Есть там знакомые. Будет разбирательство, с освещением в прессе. А журналисты сейчас любят выискивать жареное! Хорошая статья — сын первого секретаря избивает детдомовскую девочку, а заступившегося за неё несовершеннолетнего ребенка отец упрятывает за решетку!

— Значит так? — наливается яростью хозяин — Вы все там бандиты, директор ваш тоже! Иди отсюда!

Думаю остынет, подумает и не станет рисковать карьерой. В крайнем случае, Максима подключу — сделает звонок в местную прокуратуру. Хорошего намека будет достаточно.

Утром звонят из милиции, приглашают директора и меня. Неужто заяву накатал, что я ему угрожал? Встречают вежливо, женщина — капитан милиции.

— Здравствуйте Марина, чем порадуете? — Директор с ней хорошо знаком. Не первый раз попадают наши.

— Скажите спасибо Мальченко, не стал писать заявление. Пойдет как обычное хулиганство, поставим на учет. Но Мальченко требует, чтобы физрук — вы молодой человек, написал личное поручительство. И чтобы Кирилл извинился перед его сыном.

— Можно было бы и послать его вместе с требованиями… ну да ладно. Диктуйте — соглашаюсь я — А по поводу извинений… Кирилл извинится после того, как тот извинится перед девочкой.

Через полчаса идем обратно уже с Кириллом. Директор всю дорогу вправляет ему мозги, заодно пояснив, что у меня будут проблемы, если он опять провинится. Я молчу — на его месте сам бы так поступил. Захотят подставить, ничего не сделаешь — будем выкручиваться.

— Я всё понял — Кирилл выглядит бодрым — Владимир Семёнович, я не подведу!

— Не ссы Кирюха, прорвемся! — Директор скривился, недовольный моим не педагогическим поведением — Тебя хоть кормили там?

— Да, дежурные там нормальные, подкармливают.

— Хорошо. Давай договоримся, пока из интерната ни шагу. В спортзале ремонт нужно делать, вот Игорь Николаевич еще человек пять подберет и будете работать. А в сентябре посмотрим.

— Да, Игорь Николаевич, совсем вылетело с головы — вспоминаю я о Юне — У нас есть еще вакансии? Одну девочку нужно устроить, моим помощником. Она круче меня по тхеквондо.

— Практически нет, только в ущерб зарплаты кому-то. Но и ей смогу платить только 120 рублей.

— Устроит и полставки. Можете мою урезать. Не критично, я выкручусь.

До конца недели было всё готово к работе по мебели. Мебельщика — Юрия Ивановича, оформили мастером производственного обучения. Четверо парней и две девушки из бывших выпускников стали первыми учениками. Потом начнем обучать десятиклассников. Завтра начнут работу, а мне пора, невеста ждет. На свадьбу приглашаю только директора, медсестра Аня уже приглашена в качестве дружки. С остальными отметим отдельно в воскресенье.

У меня дружком естественно Альви, у Вадима — Генка. Утро субботы, одеваемся с Вадимом. Становимся перед зеркалом… мда… я пожалуй не отличу где кто.

— Нам может бейджики повесить?

— Кого повесить? — не понял Вадик.

— Таблички с именами. Невесты путать будут.

— Пусть. Их проблемы. Слушай… я тут подумал. Наши дети — если сделать ДНК анализ окажется что у них один отец. Точнее два отца у каждого. Точнее… ну ты понял!

— Меньше думай об этом. Мозги сломаешь. Пусть родятся сначала. Где дружки, через час в ЗАГСе нужно быть!

Дружки явились вместе и слегка под градусом. Разминались. Невесты этажом выше идём забирать. По обычаю родственники перекрыли проход, требуют выкуп. Сторговались)) Невесты увидев нас, слегка растерялись, мы стоим — не подсказываем. Лена первая решилась и угадала — действительно как обещала. Выношу из подъезда на руках, пушинка. Откуда столько машин? Народу с полсотни на собиралось, Дашиных человек 20, остальные наши.

Во Дворце бракосочетаний мы произвели фурор. Если бы и невесты близнецами были… Подтверждаем, соглашаемся, расписываемся, целуемся. Всё, слава богу! Теперь и фамилия у меня другая — Королёв. Хорошо время еще советское — невесты про венчание не заикаются. Едем по местным обычаям к Медному всаднику, потом цветы к вечному огню и в ресторан. Поздравления, подарки, всё по сценарию. Руслан откопал классного ведущего, музыканты ресторанные. У Даши отец оказывается профессор медицины — хирург. Вся семья врачи, только Даша не захотела — учится на экономиста.

На следующий день разделяемся. Вадик остается отмечать с Дашиными однокурсниками, а мы с Леной в интернат. Юну берем с собой, близнецы разумеется тоже напросились. Нас приятно удивили — встретили на вокзале с цветами, в столовой украсили зал. На 1 мая было скромнее. Я заранее покупал продукты, чтобы и детям разнообразили стол сегодня. Ребята устроили концерт, оказывается, готовились. Вот почему Тёмка с Антоном рвались сюда, конспираторы! Душевно посидели, попели, потанцевали. Мне понравилось больше чем в ресторане, Лене тоже. Вот и всё, беззаботная молодость закончилась. Наступают суровые трудовые будни.


Начало сентября, начало занятий. Сделали первую мебель — два шкафа, тумбочки, 2 кухонных уголка. На шкаф-купе пока не найду направляющие, думаю быстрее будет заказать на заводе у шефов. Не успел сообщить Руслану, как на всю мебель нашлись покупатели. В основном персонал и их родственники. Трудно в городе с мебелью, с техникой, с транспортом. Да и с продуктами всё хуже. Сигареты и водка только на черном рынке. Возникла дилемма — продавать или отдать Руслану в счет долга? Комплектующих мало, для следующей партии нужно закупать, а денег нет. Но и цену своим неудобно заламывать большую. Всё же решаю продавать на месте. Выплачу авансом зарплаты, докуплю фурнитуры, а следующую партию уже Руслану.

Открыли набор в секции. Желающих много, в первый день на тхеквондо пришло 107 человек. Большинство наших, человек 40 домашних детей. Никому не отказываем, через 3–4 тренировки сами отсеются большинство. Оказались и желающие заниматься ребята постарше, от 20 и выше. Обсудили с директором, сделали платную секцию для взрослых. Официально они платят за пользование помещением. 10 рублей в месяц — сумма небольшая. Набралось 32 человека, все парни. Поставил им тренером Юну. Получил удовольствие от их физиономий, причем дважды. Первый раз, когда представил её, второй, когда она предложила им сбить её с ног. Попробовало человек 10, остальные передумали глядя на валяющихся вокруг здоровых качков. Альви пока будет заниматься с детьми тхеквондо, а я фитнес для девочек и футбол. Хотя на фитнес тоже есть желающие постарше. Дальше будет больше, пока мало кто знает, что это такое.

Сняли с Леной квартиру, недорого — 50 рублей в месяц. Близнецы живут в интернате, спортом заниматься передумали — ушли в музыку. Набралась группа 7 человек. Музрука нам не дали, посовещавшись с директором, отправили их в городскую музыкальную школу. Но ходят неохотно, неинтересно им там.

Сегодня очередное занятие по тхеквондо, на улице дождик, проводим в спортзале. Все втроем — Альви, Юна и я. Пришло уже поменьше — около 50. Но постоянно приходят новые, вот и сегодня подходит паренек, просит записать. Замечаю непонятное напряжение среди наших, что не так?

— Справку от медсестры, три тренировки занимаешься, если на четвертую приходишь тогда записываем. Как фамилия?

— Мальченко. Игорь.

Ага, вот ты какой, северный олень! Отказать, оснований как бы нет, но и принимать не хочется, могут стычки возникнуть. Хотя смелый мальчик раз сюда пришел.

— Игорь, есть одно небольшое препятствие. Я приму тебя только после того, как ты извинишься перед одной маленькой девочкой.

— Я извинюсь! Я правда нечаянно тогда! — голос слишком спокойный, даже не волнуется. Это мне уже не очень нравится.

— Вот и договорились. Справка и извинения и занимайся — заканчиваю с ним и приступаем к разминке.

За неделю сделали еще партию мебели, теперь звоню Руслану. Он не откладывая приезжает грузовиком. Придирчиво осматривает нашу продукцию. Остается доволен.

— Не хуже фабричной. Давай еще. Если бы и диваны делал, вообще классно было!

— На диваны ткань нужна, швея, машинка, поролон. Пока нет финансов. Да, ты хоть процентов 30 деньгами отдашь, а остальные в счет долга?

— Хорошо, только оборот увеличивай. А швейную машинку и ткань тоже могу достать авансом.

— После Нового года, когда за станки рассчитаемся. Я с тобой поеду, мне загранпаспорт получать.

Вадик получил раньше, мне пришлось заказывать на новую фамилию. Сразу после получения прошу Максима сделать нам визы в ФРГ. Пока с этим еще сложно. Хочу съездить в Мюнхен на Октоберфест, заодно подготовить почву для бизнеса. В идеале — найти компаньона для создания совместной фирмы. Максим сказал что подключит Виктора, иначе не получится.

В университет вместо Вадика так ни разу и не сходил. Некогда, но он и сам молодец, справляется. Учится, контакты налаживает. Говорит, с Собчаком пару раз спорили на лекциях. Вот дал ему задание отпроситься на неделю для поездки. С заданием справился, правда не так как нужно. Я думал, он убедит руководство в пользе поездки для его развития как будущего юриста. А он тупо пообещал привезти сувениры и немецкого пива. Но сработало! Вот валюты только нет, не за что пиво покупать, снова к Руслану обращаться.

Руслан не подвёл, достал 5 тысяч марок. И рубли не взял взамен — сказал это его вклад в будущую фирму. Я его посвятил в свои планы, а куда без него. Готовый оптовый покупатель. Мне кажется, он всё способен достать и продать, даже сейчас. Но должником лучше не быть — доверять никому нельзя.

Еду в электричке, загруженный мелочевкой для мебели (саморезы, скобы, навесы). Пора уже подумать о своём транспорте, так руки поотрываю. Хорошо на вокзале ребята встретят. Но вернусь с Германии — куплю машину.

Фитнес на время передам Юне, а футбол — Альви. Он, кстати лучше меня в футболе разбирается. Захожу на секцию тхеквондо, идёт разминка.

— Как наш новичок? — спрашиваю Альви о Мальченко.

— Старается, с ребятами тоже нормально ладит. Еще одна девочка просится, вон она сидит.

На лавочке наблюдает за разминкой незнакомая девочка лет 14, в спортивной форме. Стрижка короткая, я заметил её раньше, но думал, что мальчик сидит. К ней подходит Кирилл, за руку тянет ко мне.

— Семёнович — просит он — Возьми Алису в секцию.

Некоторым ребятам неформально разрешаю обращаться на «ты».

— А у неё что, языка нет? Ты откуда вообще?

— Есть — отзывается она — Примите, пожалуйста! Я с интерната, в четверг приехала только.

— А в чём проблема то? — Спрашиваю Альви. Он и сам мог принять.

— Медсестра не подписывает ей справку — Альви явно знает, но не хочет говорить, в чём дело.

— Ты болеешь? — Девочка на вид вполне здоровая.

— Нет. Я здорова. Она придирается!

— Ладно, я узнаю у неё, тогда решим, что с тобой делать.

Не откладывая иду в медпункт. Ира собирается домой, притормаживаю её.

— Расскажи мне, что там с Алисой. Новенькая, просила у тебя справку на занятия.

— С психикой у неё проблемы. Агрессивное поведение. Она сбежала с другого интерната, бродяжничала, потом в реабилитационном центре была. Дралась там с другими детьми, с воспитателями конфликтовала. Куда ей еще драться учиться?

— Да тут у каждого второго такое поведение. И я не драться учу, а защищаться и избегать драк. У неё что, диагноз из психушки есть?

— Да вот почитай заключение психиатра из реабилитационного центра.

— Так, что тут… Эмоциональная неустойчивость, немотивированная агрессия, импульсивность. Паталогии мозга нет. Вот видишь, Ирина, паталогии нет, а поведение нам исправлять, педагогам. Кто знает, что ей пришлось пережить.

— Ну не знаю. Под твою ответственность, если что — я предупреждала! Зачем оно тебе нужно?

— Таких нужно чем-то занять, интересным им, тогда и поведение изменится. Хочет заниматься — будет стимул для самосовершенствования.

Возвращаюсь назад, зову Алису в кабинет.

— С медсестрой я договорился. Теперь с тобой. Характеристика у тебя не очень. Драться любишь?

— Нет. Не люблю — смотрит в пол.

— Это хорошо. Тогда мы с тобой поладим. Потому что, за драки из секции отчисляем. Понятно? Учёба тоже должна быть на уровне. Шрам откуда?

У левого уха заживший небольшой шрам. Девочка симпатичная, парней будет сводить с ума. Взгляд только колючий, но это надеюсь, пройдет. Протягиваю руку коснуться шрама, проверить насколько глубокий, но Алиса резко отстраняется.

— Что ты зайка? Не бойся, никто тебя не обидит.

— Меня Алиса зовут! А шрам… упала — Зло отвечает, с надрывом. Да, нелегко ей пришлось в прошлом.

— Хорошо зайка Алиса! Иди, занимайся, не падай только больше.

Ну что же, всё идет по плану. Производство запущено, секции работают, пополнение семьи в феврале ожидаем. Могу поехать, пивка попить, баварского. Указания розданы, заказы от любимой супруги запомнены (в основном детские вещи). С визой вопрос решился. Я так думаю Виктор нас как сотрудников ГРУ представил, даже собеседования не было.

Летим самолетом. Таможни прошли на удивление быстро, что нашу, что немецкую. Вещей нет, что нас досматривать — одна сумка на двоих с трусами и носками. Прямого рейса на Мюнхен не было, дальше добираемся поездом. Аналог нашей электрички, только в разы комфортней. Мягкие сидения, столики как в самолете, просторно, чистый воздух. Иностранцев практически не видно, темнокожих или арабов ни одного не встретили пока. Хотя они уже есть, но ведут себя незаметно. Вылетали ночью, поэтому в Мюнхен попадаем утром. Спрашиваю дорогу у полицейского, тот объясняет и интересуется кто мы такие. Акцент непонятный. Удивляется, что русские так чисто говорят на немецком. Оказывается к центральной площади, где состоится открытие фестиваля всего 10 минут пешком. К тому же почти все туда направляются, удобных мест для наблюдения не осталось. Но мы же русские! Не особо церемонясь, протискиваемся среди дисциплинированных немцев поближе к центру. Около часа ожидания и появляются конные повозки с бочками пива, каждая представляет свою пивоварню. Вымпелы, украшенные лошади, национальные костюмы, также следует несколько оркестров, каждый играет свою национальную мелодию. Народ пока трезвый, изредка приветствуют криками появление новой повозки. Первые приехавшие уже размещаются в установленных заранее шатрах, ставят столы, лавки, разгружают бочки. К полудню всё готово, гремят залпы из пушки. 12 выстрелов. Мэр города торжественно вбивает кран в первую бочку, фестиваль открыт! Толпа рассредоточивается. Мне казалось, что попасть в шатер будет сложно, столько народа — будут очереди. Но к удивлению добравшись до ближайшего шатра, видим свободные места. Много женщин и детей, для которых другие развлечения. Вижу большое колесо обозрения, лавки с сувенирами, мороженное, соки. Больше похоже на большую ярмарку. Садимся на свежеструганные деревянные лавки, длинные столы человек на 10. Кручу головой, непонятно ждать официантку или самим идти за пивом? Ага, вот и они. Мимо проносится две худые немочки в фартушках и чепчиках. Одна несёт в каждой руке по шесть кружек. Офигеть! И кружки явно не поллитровые, не меньше литра. Вот так вот 12 литров запросто! У второй поднос с тарелочками. Пока разинув рты мы засматриваемся на них к нам подлетает такая же.

— Какое пиво господа? — Все дальнейшие диалоги подразумеваются на немецком языке.

— А какое есть красавица? — Насчет красавицы я конечно загнул, типичная лошадиная морда.

— В этом шатре пиво пивоварни Пауляйнер, сорта Шпатен, Цур Братвурст, Вильдштубн, Фольксзангерцельт — начала перечислять она.

— Давай какое из них темное. И закуску, что там есть, колбаски, отбивные. Мы голодные фройляйн. — Вот как, оказывается в каждом шатре разное пиво? А их больше 10, ничего, за неделю все обойдем.

Буквально через пять минут перед нами стоят литровые кружки и гора мяса. Колбаски, запеченный окорок неизвестного животного, судя по размерам индюка, зелень. Ну, приступим!

Литра для этого мяса оказалось мало, добавили еще по кружечке. Вот это настоящее пиво! Не та моча, что у нас продается сейчас и не та химия, которая будет в будущем. Вокруг народ веселится, соревнуется, а у нас кожа на животах натянулась и стала закрывать глаза. Еще бы, всю ночь не спали. Приносят счет — 45 марок, немного, я думал, в сотню не впишемся.

— Пойдём братан, развеемся — С трудом поднимаемся из-за стола.

— Надо гостиницу искать — Зевая, говорит Вадик.

Спрашиваю ближайшего немца, где можно найти ночлег. Тот смеётся, в городе ничего не найдем точно. Говорит за городом палаточный городок, там можно недорого разместиться. Типа нашего Казантипа, только не музыкальный.

— Давай тогда Вадька побродим еще тут, посмотрим, а потом уже за город. Только пива хватит, а то заночуем в их вытрезвителе.

— А что, это вариант! — смеется Вадим — И бесплатно!

— Помечтай, наверное дороже чем в гостинице.

Идем, заглядывая на прилавки с сувенирами, аттракционы. Сувенирами закупимся в последний день. Мимо проходит четверка поддатых здоровых немчиков, лет так по 25. Один задевает Вадика плечом, тот чуть не падает — расслабился. Фриц ехидно произносит фразу, которую я не понял, какой-то диалект. Но смысл оскорбительный. Вадик тоже не понял, но отреагировал сразу.

— Дебилы фашистские, мало мой дед вас в 45 пиз. ил! — Всё разумеется на немецком. Ругаться я его научил, на нашу голову. Четверка резко разворачивается, намерения явно не дружественные. Кажется, наше желание заночевать в полиции может исполниться.

— Бля, Вадим, мы не дома! Мы их порвем — срок получим, они нас — в больницу попадем. А полиции тут слоняется много.

— Так что, будем фашистам жопу лизать? — насупился братик. Вот откуда такая агрессия, я такой не был. Хотя после двух литров крепкого пива…

— Ну что русские свиньи, становитесь на колени, тогда живы останетесь — по разговору уловили нашу национальную принадлежность. Нет, после такого заявления и я завелся. Но заметив намечающуюся драку, появились пара полицейских. Остановились, ждут развития.

— Вызываю тебя на дуэль! — громко кричу, тыча пальцем в рожу немцу. Тот даже отшатнулся.

— Дуэль?! На чем? — полицию они тоже заметили.

— На кулаках. Бой без правил, проигрывает первый коснувшийся земли, чем либо, кроме ног.

— Так нечестно — возмущается Вадик — Он меня толкнул!

— Тихо! Я придумал, мне и драться. Имею я право за брата вступиться?

Между тем вокруг нас освободился участок метров пять в окружности. Народ ждет бесплатное представление, слышу, кто-то говорит, что это запланировано. Полиция тоже не вмешивается, кажется, ничего пока не нарушаем. Немчик доволен, он выше меня на голову и кулаки как два моих, рассчитывает на легкую победу. Я снимаю куртку, расстегиваю рубашку. В джинсах неудобно, но их снимать не буду. Немец тоже оголяется до пояса, культурист похоже сука! Демонстрирует мышцы, слышны аплодисменты.

— Проигравший приносит извинения и угощает пивом! — громко объявляю народу. Кричат — Давайте уже, начинайте! Какой-то тип в национальном костюме предлагает себя в качестве арбитра.

Выходим в круг, арбитр дает отмашку. Места маловато, фриц, подняв кулаки в боксерской стойке идет на меня. Стою, улыбаясь с опущенными руками, народ недоумевает. У фрица тоже в глазах удивление, но думать некогда — делает рывок вперед с выбросом правой. Ныряю влево — вниз, оказываюсь у него за спиной. Отвешиваю смачный пендаль и отпрыгиваю. Смех, возгласы удивления. Здоровый, но медлительный, могу завалить его легко. Но так просто он не отделается. Развернувшись, красный от злости бросается уже резче. Делаю сальто через него, он успевает развернуться. Не, так я быстрее устану. На очередную атаку не уклоняюсь, блокирую руку, провожу левой удар в солнечное сплетение и только тогда ныряю назад и опять пендель. Народ уже откровенно ржет. Кенты дают фрицу советы, в основном бестолковые. Удар на него впечатления не произвел — пресс накачанный, да я и не сильно бил. Но вперед не рвется — ждет моих действий. Закладываю руки за спину и иду на него, он пятится. Непонятное всегда страшно, но я просто дурачусь. Как только он решается на удар, отпрыгиваю назад. Улыбка не успела появиться полностью у него на лице, как я взлетаю (для этого и отходил) и ногой бью в это самое лицо. Получился толчок, бить побоялся — можно шею свернуть. Отлетает на пару метров, чудом устояв на ногах. На лице изумление — что это было? Не давая опомниться, взлетаю в воздух снова, он закрывает лицо кулаками и получает удар в живот. Теперь уже полновесный и ногой. Дыхание сбито, ориентация нарушена. Простая подсечка и клиент готов — задницей устроился на брусчатке. Крики «Браво», аплодисменты теперь уже мне. Протягиваю руку противнику, отворачивается, встает сам.

— Как насчет извинений? — спрашиваю громко. А то уклонится. Про пиво молчу, не очень и хочется с ними пить.

Он под нос бормочет что-то, с трудом можно понять что извиняется. Подходят его друзья, отряхивают, с интересом смотрят на нас. Рады, что им драться не пришлось.

— Извинения приняты! — Так же громко объявляю, цепляю Вадика и на ходу одеваясь протискиваюсь через толпу.

— Эй! Русские! Погодите, а пиво? — немцы догоняют нас метров через 100.

— Я думал, вы зажали — пожимаю плечом.

— Уговор дело чести! — возмущается блондин, чистый ариец — Идемте мы угощаем!

Самое интересное, качка правда звали Фриц. Блондин Курт, еще двое Зигфрид и Пауль. Все приехали с Дюссельдорфа. Вестфальский диалект я и не разобрал. Они разместились как раз в том палаточном городке, так что с ними вместе мы в него и попали уже под вечер и весьма хорошо накачанные. Вообще почти все встречные, кроме детей, были под хорошим градусом, а говорят еще — русские больше всех пьют! Разместились в их же палатке, она была на 20 мест. Вокруг освещенный огнями по-прежнему кипел праздник — пива продавалось тут не меньше, народ был пьянее. Земляки вестфальцев, после рассказа о нашем знакомстве, захотели увидеть как Фриц получил люлей. Не поверили. Вадик пообещал повторить завтра — Фриц уже был в отключке. Счастливый — спокойно будет спать, не зная о повторе шоу. Мы недолго тоже задержались на ногах, вскоре пришел долгожданный сон.

Утро тяжелое, последняя кружка была лишней. И предпоследняя тоже. Находим место, где привести себя в порядок. Умывшись и почистив зубы, смотрим в зеркало. Ну, по крайней мере, выглядим всё равно одинаково. Но праздник продолжается, вперед!

Сегодня день шествия в национальных костюмах. Этакий карнавал. В шатрах по-прежнему море пива. Пока добрались сюда слегка проголодались, а пиво приносят даже не спрашивая. Так что по литру приняли, как-бы стало легче. Но сегодня фсё! Только культурные развлечения. Колесо обозрения, например. Громадное, весь Мюнхен видно сверху, голова даже закружилась. А что там за девушки в белых костюмах? Спускаемся быстрее, сверху плохо видно. Не… лучше бы вверху остались, девушки страшные как и большинство немок. Наверное поэтому немцы много и пьют. Конкурс на скоростное поедание колбасок. Нет, мы не участвуем, просто наблюдаем. Проигравшие платят, и за победителя в том числе. А вот в метании дротиков можно и поучаствовать, с ножами у меня получается неплохо. Увы, занял второе место, а за второе приз не положен. Но меня хвалят, хлопают по плечу. Чемпион оказывается тут бессменный, а я совсем чуть-чуть отстал. Прослонялись почти весь день, к вечеру проголодались. Вот в центральном шатре не были, чем тут угощают? Пиво на вкус почти одинаковое, но вкусное! Попросили зелени к мясу побольше, наворачиваем. Сосед — толстячок в очках, с бородкой, начал засыпать. Я вовремя убрал тарелку перед ним — уткнулся в стол.

— Давай на воздух вытащим, там оклемается может — предлагаю Вадику — Интеллигентный вроде мужик, жалко если полиция заберет.

Вытаскиваем под руки с шатра. Блин, прислонить некуда, лавочек нет. А его ноги не держат. Лучше бы оставили там, куда его девать теперь?

— Давай в карманах посмотрим, может с гостиницы опознавательное что или местный по паспорту — предлагает Вадик.

— Да ну, по карманам шарить неудобно, подумают грабим.

Растираю ему уши, читал, помогает. Действительно очнулся, не врубится где он.

— Ты где живешь? — пытаюсь выяснить — Сам дойти сможешь?

— Там! — Неопределенно машет рукой. Потом уставился на меня — Ты не немец!

— Да, я китаец. Показывай куда вести, а то бросим!

С трудом выясняем направление. Вот нахрена он мне понадобился, тут таких на каждом шагу валяется. Но быстро подбирают. Хорошо немного пришел в себя, почти самостоятельно двигается.

— Ты не китаец! — возвращается к теме — Ты русский!

— Ты глянь! Пьяный, а уловил! Наверное с контрразведки — говорю Вадику на русском.

— Я нет котрразведка. Я есть профессор математики — тоже на русском выдает немец.

— Врешь! А ну докажи теорему Ферма!

— Её доказал Фальсинг. Могу написать решение — профессор зашарил по карманам, достал мел.

— Э, нет! Мы верим! Куда дальше?

— Через 10 лет докажет Эндрю Уайлс — вполголоса говорю Вадиму — Жаль я не помню, а то Нобелевскую премию получил бы за неё.

— Уайлс? Этот выскочка? — услышал профессор — Он вообще в математике не разбирается!

Жил он от центра далеко, пока добрались, он почти протрезвел. Я даже предложил ему самому дальше двигаться, но он сказал, что уже близко и он должен отблагодарить. Нужна нам его благодарность, а вот ноги гудят — отдохнуть не мешает. Тем более обратно дорогу не найдем, такси брать придется. Хорошо жены у него не оказалось, еще не хватало семейных разборок. Действительно математик, куча книг, дипломы.

— Я есть профессор Мюнхенского университета, факультет математики и статистики. Моя бабушка русская, я немного говорить русский.

— Круто! А мы, точнее вот он — будущий юрист. Студент Ленинградского университета.

Профессор достал шнапс. Попытки отказаться пресёк, обижусь мол. И какая нация правда более пьющая? Вадика тошнило — последние колбаски были слишком жирные. Пить он отказался наотрез, пришлось мне за двоих отдуваться. Еды у профессора как у настоящего холостяка почти не было, Вадик что-то раздобыл в холодильнике и как самый трезвый готовил нам бутерброды в духовке. Потом мы послали его за пивом. Пошли вразнос.

Пиво было лишним. Это я уже утром подумал, вставая опять с больной головой.

— Кофе будешь? — заглядывает Вадик.

— Гад ты братишка! На троих бы меньше досталось, легче было.

— Это месть что не дал мне с Фрицем разобраться.

— Ладно, ладно. А профессор где? Как его хоть зовут, не могу вспомнить?

— В ванной. Питер Крамер. Вы вчера совместное предприятие открывали, тоже не помнишь?

— Чего? Какое нафик предприятие? — в памяти провал.

— Этот, как его… социологический центр. Исследовательский.

— Центр социологических исследований? Хм. А что, в этом что-то есть. Я о нём думал раньше, но если он будет международный, да еще с немецким профессором в руководстве! Нет, не зря мы его подобрали!

Профессор, как и я ничего не помнил, пришлось объяснять идею с ноля.

— У нас наступает другое время. Расцвет демократии. Скоро начнутся выборы в парламент, в городские структуры. Причем не формальные, а настоящие. С борьбой компроматов, агитацией. И социологические центры будут весьма востребованы. Заказчики — партии и частные лица, будут платить, чтобы их имя или партия появились в рейтинге. А за лишние пару процентов платить еще больше. А международному центру доверия будет намного больше, соответственно и доходы выше.

Питер быстро въехал в тему. Предложил в состав еще друга из Кембриджа, для солидности. И сразу надумал открывать его в Мюнхене. Привлекать своих студентов для работы. Филиал в Питере откроем когда разрешат у нас такие предприятия. Хотя, если не коммерческий можно и сейчас. Выборы в 89 будут? Нормально, успеваем. В директора нашего профессора с именем. Прокатаем на городских опросах, создадим узнаваемость, потом филиал в Москве и сеть по стране. Фактически в городе достаточно одного человека, который нанимает студентов на время опросов. И компьютерный центр для обработки результатов. Когда они уже будут только, компьютеры. То что сейчас есть компьютером язык не поворачивается назвать — устройства на перфокартах.

В палаточный городок мы больше не попали — Питер предложил жить у него. Через три дня от праздника стали уставать.

— Достаточно? Едем в Бонн? Ищем будущих поставщиков и покупателей — предлагаю Вадиму.

— А тут разве нет производителей? Зачем именно в столицу?

— Здесь в основном филиалы фирм, основное руководство всегда в центре.

Молодость в данном случае помеха. В некоторых фирмах даже не стали разговаривать. Зато в тех где снизошли до разговора быстро смог завоевать расположение. А что, денег не просит, платить будет наличными, не торгуясь, партии большие. То же самое по поставкам в Германию. Их интересует в основном сырье. Металлопрокат, алюминий, медь, редкие минералы. Икру и золото обещать не стал, рискованное занятие. Насобирал адресов, телефонов. Начало положено. Нашел в мебельном магазине комплект для дверей шкафа-купе, сначала хотел купить пару десятков. Вовремя одумался — по одному образцу у нас сделают сколько нужно и дешевле.

Оставшиеся пару дней ходили по магазинам, выполняли заказы родственников. Ну и для нас, памперсы, детские вещи, детское мыло, крема, масло. Поездка удалась. Обратно таможенники, особенно наши, шмонали по полной. Обиделись, что не к чему приклепаться, ни сигарет, ни порножурналов. Только детские вещи, немного косметики, пара микрофонов. Пропустили. Здравствуй Родина!

9

В Питере не задерживаюсь, сразу домой. Максим обижается.

— Мне что, тоже к вам переселяться? Детей уже не вижу месяцами, ты и дня побыть не хочешь.

— А что, хорошая мысль! Вот выборы будут, протянем тебя в горсовет. В Ленинграде трудно будет, а там запросто. Потом прокурором города сделаем.

— Ты обещал министром юстиции России.

— Сделаем! Ты же молодой еще!

Не заходя домой сразу в интернат, Лена все равно на работе. Сразу тащат в разные стороны, всем что-то нужно, но сначала в библиотеку.

— Здравствуй милая моя, ты меня дождалась?

— Конечно, все в окошко выглядывала, слёзы лила! Как немочки?

— Страшные, как моя жизнь! Ты как, не пора в отпуск?

— Не раньше января! Тебя директор заждался, не может без тебя!

Директор «обрадовал».

— К нам комиссия едет. Хотят переквалифицировать наш интернат в спортивный.

— Нахрена оно нам надо? Срочно всем детям выдать сопливчики, пусть ходят слюни пускают. Лучше в недоразвитый пусть запишут — меньше спрос.

— Обещают финансирование увеличить и штат.

— Ага, аж два раза. Отчетов больше, иметь будут тоже больше, а денег фиг дождетесь. Думайте сами, а меня если начнут напрягать — сбегу.

— Я тебе сбегу! И надо станки спрятать на время комиссии, хламом закидать. Мебель вывезти готовую, а остальное пусть — мастерские работают.

— Сделаем. Больше ничего?

— Да, там твоя любимица провинилась, мальчика избила.

— Какая еще любимица???

— Новенькая, Алиса. Ты же её в секцию взял. Романа Мишина.

— Романа? Он года на три старше! Причина была наверно?

— Не признаются. Вот разберись. Или я её в специнтернат переведу. Учителям грубит, с детьми не ладит. Ты её дело читал?

— Нет, а что там страшного?

— Она так и не призналась, откуда сбежала. Говорит, память потеряла. Врачи сказали врет, физически здорова хотя какой-то шок перенесла.

— Вы же педагоги, вам в таком и разбираться.

— Вот со мной на контакт не идёт. Попробуй ты с ней поговорить.

Сначала навещаю мебельщиков. Работа кипит, хотя уже вечер. Еще партию забрал Руслан, комплектующие почти кончились. Нужен управляющий, заниматься поставками.

Как раз время занятий, иду в спортзал. Альви проводит спарринги, Алиса сидит в уголку. Занятие прерывается, народ собирается возле меня. С жалобами, просьбами, похвастать успехами.

— После ужина поговорим ребята! На посиделках расскажу о поездке — Отходим с Альви в сторону — Что там с Алисой за конфликт?

— Она ненормальная! Мне пацаны рассказали, она шла мимо Ромки, он её по попе слегка то ли шлепнул, то ли погладил. Она на него кинулась, прокусила шею ему. Всё в крови! Дети ей бойкот объявили, я от занятий отстранил.

— А почему тут сидит если отстранил?

— Попробуй выгнать! Я её боюсь! Дикая кошка!

А что я могу? Пусть отправляют в «спец»? Жалко, сбежит, будет бродяжничать. Воровать, проституцией зарабатывать. Неужто я не в состоянии найти к ней подход? Ребенок ведь еще. Зову Кирилла.

— Ты кажется с Алисой дружишь?

— Поссорились. После истории с Романом, хотел ей объяснить, что она не права, так она меня послала.

— Друзей всегда защищать надо, даже если поссорились и если они не правы.

— А я и так за неё заступаюсь… только все против неё сейчас. Ты поможешь ей?

— Попробую. Иди, занимайся.

До конца занятий наблюдаю за ребятами, подсказываю, краем глаза наблюдаю за Алисой. Подойдет или нет? Занятие окончилось, ребята потянулись в раздевалку. Сидит. Вот же упрямая девчонка! А я бы подошел на её месте? Такой же упрямый был!

— Алиска! Ходь сюды — встрепенулась, подходит. Смотрит с вызовом — буду кусаться если что!

— Ну что, юная партизанка в тылу врага. Поговорим? — пожимает плечами, типа всё равно. Рисуешься, девочка, видно, что плохо тебе. Еще чуть и сбежишь, наверное.

Садимся на лавочку, специально сел впритык к ней, касаюсь плечом. Не отстраняется. Глядишь и приручу.

— Рассказывай. Почему обещания не держишь, говорила, драться не буду.

— Я не дралась.

— Да? То есть нужно было оговорить, что никого не загрызешь, задушишь, утопишь? Если бы он умер тебе все равно?

— Нечего руки распускать!

— У тебя неадекватная реакция! Могла бы по морде дать, никто и слова против не сказал. Я бы еще добавил ему.

— Если меня касаются, у меня крышу сносит. Я тогда как бот действую на автопилоте.

— Если я тебя сейчас обниму, тоже укусишь? — Молчит, уставилась в пол. Обнимаю за плечи, терпит, зубы сжала — Давай определимся, ты хочешь остаться тут, в смысле в интернате или нет? Потому что вопрос стоит о переводе в другое заведение.

— Мне все равно!

— Ну если тебе все равно, мне тогда нет смысла за тебя подписываться. Отправят в закрытое учреждение, там другими методами будут воспитывать. Я не пугаю — информирую. Или другой выход для тебя — слинять, пока не отправили. Будешь по вокзалам да подвалам скитаться, дыркой торговать. Так что, решай.

— Если на секции заниматься разрешите я останусь — Ну она и наглая. Может просто дура, нечего с ней возиться? И сленг нехарактерный — крышу сносит, так уже говорят?

— Зайка Алиса, условия не ты ставишь. Я могу попросить директора дать тебе шанс. И с ребятами улажу, чтобы бойкот сняли. Но только если ты дашь мне слово — больше никаких конфликтов. Ни с кем. А на секции — если будешь хорошо учиться. Хотя бы без двоек.

— Пусть меня не трогают, я первая ни к кому не лезу!

— А что такое бот? — Внезапно дошло до меня сказанное ею. Сердце даже сбой дало — разве было такое понятие до компьютерных игр?

— А… это… типа копия… неуправляемая… — подбирает слова Алиса.

— Где ты такое услышала?

— Не знаю, я же память потеряла.

— Может ты и другие слова слышала — лузер, лайк, вангер, лейм, селфи?

У Алисы глаза как у анимешной японки — круглые, синие. Слышала…

— Вы… как… я… — её трясет.

— Успокойся. В каком году ты родилась? По-настоящему? — Кажется, отыскал попаданку, еще одну, а то уж сомневался — никаких признаков.

— Ддве тысячи ссемнадцатом — стуча зубами выговаривает девочка. — А в… в… вы?

— А сколько тебе было там лет? Из какого года ты попала сюда? — Удивляюсь я. Получается, она до своего рождения переместилась. И не в себя прошлую. Прижимаю к себе, глажу по голове — никак не успокаивается.

— Из две тыщи тридцатого. Лет? Столько же, я такая как была тут очутилась. Я сначала говорила, что я из будущего, а меня в психушку отправили. Потом я притворилась, что просто не помню ничего и когда стали во двор выпускать убежала. А потом полиция в другом городе уже задержала.

— Ладно, слушай, время ужинать. Потом я обещал ребятам вечерний костер (условное название наших культурных посиделок). А потом пойдешь ночевать к нам домой, там всё и расскажешь. Ну и я расскажу.

— А отпустят? Потом не будут говорить то вы… что мы…

— Дежурной скажу и все. Нравы еще не такие распущенные, как в будущем, никто ничего придумывать не станет. Да и жена ведь дома. Она в курсе — предупреждаю следующий вопрос.

Идем с ней из спортзала, она вцепилась мне в руку, не хочет отпускать.

— Всё зайка, давай в столовую. Да не бойся, я тебя теперь никуда не отдам. Всё будет хорошо — успокаиваю девочку.

Быстренько домой, перекусить, предупредить Ленку, что приведу гостью. Та не сильно и удивилась — говорит, слышала от неё несколько непонятных выражений. Беру фотографии, сделанные в Германии, иду на «костер». Алиса ждет у двери, на нервах. Теперь то, чего нервничать?

— Пойдем, с тебя и начнем. Но ты извинишься перед Ромкой. Хорошо?

— За что? А он извинится?

— За превышение пределов самообороны. А он… Если совесть есть, тоже извинится.

Ого! Сегодня аншлаг! Похоже, все пришли. Протискиваюсь в центр, тащу Алису за руку.

— Здравствуйте ребята! Я рад, что снова с вами! Давайте начнем с разбора происшествий, а потом я расскажу о загнивающем капитализме. Алиса! Скажи пару слов — выдвигаю её вперед.

— Я… Рома приношу свои извинения, я была неправа — Голову не опускает, держится хорошо, несмотря на устремленные взгляды всего зала. Роман встает, он в отличие от неё смущен.

— Ладно, я тоже виноват. Проехали — соглашается он. В зале недовольство — Извинений мало!

— Ну пусть он меня укусит! — предлагает Алиса. Смех немного разряжает обстановку.

— Лучше давай поцелую — Рома, несмотря на смущение не растерялся.

— Потом разберетесь с вариантами — Вмешиваюсь пока не пошли предложения покруче — Я считаю вина обоюдная. Роман уже наказан, а с Алисой я еще проведу сегодня профилактическую беседу. Прошу всех отнестись к ней с пониманием, есть некоторые обстоятельства, которые объясняют её поведение. Пока я не могу их открыть. Теперь к другим вопросам. На фитнес стало ходить мало народа, закрывать секцию?

— Не надо! Мы к Юне не хотим ходить, она нас замучила! — Ника. Подросла, совсем взрослая. Уже не ревнует меня, смирилась.

— Это я мало нагрузки даю. Ладно, посмотрим дальше. Антон, что ты за группу говорил?

— Нам барабаны надо! С одним пионерским, что это за группа, стыдно!

— Согласен, ударные нужно. Постараюсь к Новому году придумать что-нибудь. Микрофоны я привез классные. Постепенно всё приобретем. Важного больше ничего? Тогда развешивайте уши — буду впечатлять. Фотки передавайте по рядам, смотрите, пока рассказываю.

Рассказ затянулся, пока пришла Макаровна. Она сегодня дежурит.

— Вы на часы смотрели? Десять вечера!

Отпрашиваю Алису. Макаровне не очень это понравилось, но возражать не стала. Антону с Тёмкой, которые тоже хотели ко мне, объяснил — Алиса с моего времени, ей нужно помогать. Артём сказал, что он подозревал это. Молчать мальчишки будут, обо мне никому не проговорились.

— Твоя фамилия хоть не Селезнёва? — Спрашиваю Алису по дороге домой.

— Нет, настоящая — Пальченко. А при чём тут Селезнёва?

— Фильм был такой — Гостья из будущего. Там героиню звали Алиса Селезнёва. Не видела?

— Нет. Старый наверное.

— Недавно вышел. В этом времени. Ты вообще что умеешь? Какие у тебя есть знания полезные для… прошлого? Чем занималась, что нравилось?

— Музыкой. На фортепиано училась три года. Сочиняю немного, пытаюсь. На гимнастику ходила с шести лет до двенадцати. Сайт свой делали с друзьями. Больше ничего такого.

— Понятно. Особенностей не замечала никаких за собой? У меня, например, память стала как у компьютера, легко всё наизусть запоминаю.

— Да? Не обращала внимания, помню всё что было, а лучше или нет… Реакция у меня стала быстрее, сдерживаюсь чтобы мышцы не порвать. Я и на секцию поэтому пошла.

Пришли домой, сели чаевничать, втроем. Естественно возник вопрос — как произошло перемещение.

— Я с музыки шла — Алиса отставила чашку, видно что не хочется об этом вспоминать — С машины позвали, попросили на карте показать дорогу, говорят навигатор сломался. Я как дура и подошла. Мужчина просто такой… интеллигентный, в очках. Голову сунула в окно, ну и все… Второй выскочил, затащили в машину. За город приехали, какая-то дача. Их четверо. Заставили выпить водки, раздели и… Сначала по очереди, потом по двое, пока не отключилась.

— В каком городе ты жила? — Лена решила отвлечь от тяжелых воспоминаний.

— Тверь. Очнулась в парке. Голая. Ничего не пойму, ощупываю себя — всё целое, ничего не болит. Холодно, апрель был. Думаю, как домой идти в таком виде? Босиком, лужи, грязь. Вышла на дорожку, два мальчишки мелкие навстречу. Увидели меня, развернулись и бежать. Потом ведут милиционера. Тот куртку мне дал укрыться, потом видит что я босиком — на руки и потащил к машине. Рассказала, что со мной было, они только про навигатор переспросили и марку машины. Сказала что Хонда, они так на меня посмотрели… Адрес называю свой — говорят, нет такой улицы у нас. Я и спрашиваю, какой это город. Говорят — Калинин. А где это, спрашиваю, я в Твери живу. Дайте мне телефон, домой позвонить. Привезли в отделение, потом в психушку. До меня к тому времени уже дошло где я.

— Я так понимаю, сейчас даже родители твои не родились. Дедушки с бабушками моего возраста примерно должны быть. Так что на родственников рассчитывать нечего.

— А вы меня назад вернуть сможете?

— Нет зая, я понятия не имею, как эта система работает. Причем мое сознание попало в дубликат моего же юного тела, а твое с телом перенеслось. Кто и как это делает, боюсь, мы никогда не узнаем.

— Жаль. Здесь так… скучно и одиноко.

— Скучно не будет, обещаю. И друзей, думаю, тоже найдешь. Займешься музыкой, с синтезатором справишься, спортом. Если хочешь, можем тебя удочерить.

Проговорили с ней до 2 ночи, потом еще не мог уснуть. Размышлял. Раз уж мы — два попаданца столкнулись, значит, еще есть по любому. И никаких отклонений кроме моей попытки с Чернобылем. Странно это, очень. Всё больше склоняюсь к популярной версии мира — компьютерной матрице. У меня вот рестарт произошел, с созданным ботом. Алиса как сюда вписывается пока непонятно. Ну и ладно — будем жить играя!

Обещанная комиссия явилась только 16 ноября. Как раз на день рождения. Правда в моем паспорте стоит другая дата рождения, но об этом знают только в отделе кадров. Жду Вадика в гости, отмечать у нас решили, а тут ходи с ними, показывай спортивные успехи. Предварительно медсестра треть детей освободила от физкультуры, не пришлось даже химичить — болезней у детворы хватает. Остальные результаты показывали неплохие, но рекордов не ставили. В итоге проверяющие уехали задумавшись, обещали о выводах сообщить позже. Довольный иду домой, гости уже собрались. Народу набралось… места мало! Вадик с Дашей, Альви, Руслан, Максим, Аня, Антон с Тёмой, Алиса, Юна. Вадик отводит в сторону, присоединился Максим.

— Меня в КГБ вызывали в университете. Расспрашивали о поездке, о тебе. Интересовались, как визу получили, сколько кому платили.

— Так и сказал бы что Максу отстегнули штуку зелени! Чё то они мутят, без них визу не дали бы, почему после, а не до поездки вызвали?

— Там сейчас изменилась система выдачи виз — объясняет Максим — Есть база данных лиц, которым выезд закрыт, остальных могут проверить, только если подозрение вызывает. А после… им нужно убедиться, что не завербовали. Глубокой проверки не будет, им не до этого. Ходят слухи о реорганизации. Что это за девочка у нас в компании?

— А, вы же не знаете еще! Представьте себе, моя коллега по попаданию. Прибыла с 2030 года. Потом расскажу детали. Вадик, а что Даша хмурая? Со здоровьем что-то?

— Ой, ну её! — машет рукой Вадим — Родители её собрались отмечать мой день рождения, в гости позвали. Обиделись, что не к ним поехали, ну и она за компанию.

— Ясно. Пойдемте, подарки вон начинают вручать.

Близнецы с Алисой (она стала в группе руководителем) сочинили нам песню. Стихи Артёма, музыка Антона, Алиса солистка.

Ваш день рожденья

Лучший праздник для меня

Для настроенья

Исполню песню эту я

Мы все вас любим

Вы наши лучшие друзья

Без вас на свете

Прожить не можем мы и дня

А мы все в складчину подарили близнецам ударную установку. Классная, все по очереди попробовали. Пацаны вообще в восторге, Антон забил место барабанщика.

— Ну парни инструмент весь ваш. Скоро будете по свадьбам и кабакам капусту рубить. Алиса шлягеров много знает офигенных. Потом и на телевидение продвинем.

После нескольких тостов Максим зовет покурить меня с Русланом.

— Вы бы с мебелью притормозили. Сейчас цеховиков пачками пакуют. С мебелью правда никого, никто не додумался делать, а с одеждой полно. Кассеты еще, пластинки. Ну и сигареты, водка тоже. Одни сбыт запчастей с автозавода наладили.

— А мы только с долгом рассчитались — вздыхаю я — Думал, начнем зарабатывать теперь.

— Да не ссыте — Руслан полон оптимизма — Главное тут не реализуй, а я развожу прямо по домам клиентам. Накладные настоящие с фабрики есть.

— Многие тут в курсе, дойдет до органов по любому — настаивает Максим.

— Рискнем, будем работать только ночью. Ночью даже с ордером сюда никто не придет, а днем рабочих не будет. Мебели много не будем складировать, пусть докажут что это не уроки труда — Решаю я — Да, ребята, 22 ноября бой Тайсона, нужно ставки делать. Готовьте капусту.

Закруглились к 8 вечера, мне на дежурство, остальным домой добираться. Забираю музыкантов, веселые, с песнями в путь. Чего так темно в интернате? Электричество отключили? Чертыхаясь заходим в темный коридор. Вспыхивает свет!

— Сюрприз! — оглушающий рев в сотню глоток.

— С Днем Рождения! — Хлопают хлопушки, бенгальские огни. Хорошо пиротехники нет пока, а то бы спалили нафик здание.

В актовом зале навешали шариков, гирлянду где-то достали. Вот черти! Устроили концерт для меня. Близнецов тоже не забыли, подарили им крутые кепки (интересно, где стянули?). Девчонки танец исполнили, очень уж несовременный, чуть ли не стриптиз. Откуда? Смотрю на Алису — твоя работа? Делает удивленную мордочку, не виноватая я!

— Всё ребята! Пора закругляться — ближе к 10 вечера закрываю представление — Спасибо вам всем! Я вас тоже всех очень люблю!

Старшеклассники остались. Егор чуть смущаясь спрашивает.

— Семеныч, мы это…, стол там накрыли. Хотим с тобой посидеть, отметить.

— А завтра нас директор всех накроет? Ладно уж, малышей уложу, посидим чуть.

Обхожу комнаты, подсчитываю поголовье. В одной количество не сходится — двое лишних. Причем чужих. Денис выступает вперед.

— Владимир Семенович, им ночевать негде. Можно у нас?

— А раньше где ночевали?

— В подвале, там замок повесили. Они давно на улице живут — наперебой стали просить мальчишки.

— И где вы предлагаете их положить? С вами? Давно на улице, значит и вши и прочая живность есть. На улицу я вас не выгоню, но и тут не оставлю. Денис — веди их в душевую. Дима — соберите им комплект чистого белья. Трусы, майки. От них воняет как от бомжей. Исполнять!

В остальных комнатах комплект. Иду в хозблок, беру пару простыней, полотенца, машинку для стрижки. Пацаны еще раздеваются. Худые — ребра обтянутые шкурой.

— Денис вы их кормили хоть?

— Да, конечно. С ужина принесли все по чуть.

— Конспираторы хреновы! Стой, куда пошел! Давай сюда — смотрю голову первому пацану. Кажется чисто, обойдемся без стрижки. В остальных местах и волос нет еще.

— Одежду в топку. Белье принесут сейчас, а завтра найду остальное.

— Не надо в топку! — возражает один, беленький пацанчик.

— Ты хочешь сохранить эти лохмотья? Они тебе дороги как память? Топай блин мойся! Пожалуй, я вас сам отскребать от грязи буду.

— Семеныч! Что это за перцы? — Егор не дождавшись пришел за мной.

— О, ты вовремя! Бери второго, вон мочалка, сделай, чтобы блестел.

Егор нехотя стал тереть мальчишку, потом увлекся, тот даже орать стал. После мойки второй тоже оказался почти блондином. Отвел их в изолятор, завтра разберемся, что с ними делать. Спать уже хочу, но ребят надо уважить. Ого, стол накрыли шикарный по нынешним временам. Егор и Костя в мебельном как ученики немного получают, наверное, всю зарплату вложили. И коньяк, знают мои предпочтения.

— Ребята, время уже позднее, долго не засиживаемся. Директору я сам скажу, не шифруйтесь завтра. Надеюсь на сегодня все сюрпризы? В кровать мне никого там не подсунули? — Смеются — Даже не думайте! Двери на табуретку и до утра не выйду!

Просидели часа три, политика, планы на будущее, музыка, спорт. Наконец выдвигаюсь в дежурку. Ника следом — проводить.

— Ты опять? Не провоцируй на рукоприкладство!

Ника быстрым движением прислоняется, целует в губы и убегает. Еще и смеется паршивка! Всё, длинный день выдался, отбой.


Приближается Новый год. Культмассовую работу почему-то тоже на меня взвалили. Вот и организовываю праздник теперь. Воспитателей озадачил подготовкой номеров, а сам по инстанциям выбиваю финансы. С ними всё хуже и хуже, шефы наличными не дают, выпрашиваю всё, что только получится. Елку завод привёз, горком продуктов немного выделил, комсомол только Деда Мороза пообещал со снегурочкой. Хорошо хоть музыканты свои теперь, подготовили целую концертную программу. Алиса без зазрения совести пустила в ход все хиты 2000 — ых. Я и кинооператора пригласил с местного телевидения, пусть заснимет — потом пленку попробую на Ленинградском ТВ пропихнуть.

Финансов вечно не хватает. На машину так и не собрал. На Тайсона ставки принимали 1 к 1,5, так что много срубить не получилось, пять тысяч только прибыли, из них всего 800 рублей мои. Руслан зато по моей подсказке поставил почти 50 тысяч. Предлагал мне долю, я отказался. Деньги портят отношения.

— Володя! — Игорь Николаевич совсем обленился, из кабинета не выходит. — Звонил директор школы, просит нашу группу на новогодний вечер. Надо пойти навстречу.

— А когда у них вечер? Ребята не откажутся, но пусть под наш график подстраиваются, мы переносить из-за них не будем. Да, Игорь Николаевич, хочу по одному вопросу поговорить.

— Говори.

— Выборы будут в местные советы скоро. Давайте вас выдвинем в депутаты?

— Как выдвинем? Кого назначат те и будут.

— Не, то время кончается. Выдвигать имеют право трудовые коллективы, вот мы от интерната и школы выдвинем вас. А избирательную компанию я организую на уровне.

— А зачем мне это нужно — Говорю же, обленился!

— Будете защищать наши интересы в горкоме. А там глядишь, и на мэра города выдвинем!

— Давай тебя выдвинем, у тебя это лучше получится.

— Я молодой слишком, пенсионеры не будут голосовать. А вас все знают, уважают, совсем нетрудно будет. А я потом буду вашим доверенным лицом и вместе разберемся с любыми вопросами.

Уломал. Если пройдет нормально, потом Вадик к Собчаку подкатит перед выборами в 89-м, порекомендует в избирательный штаб. Кого бы еще…, директора завода, пожалуй, тоже в депутаты сосватать. Рабочие проголосуют, плюс мы агитацию развернем. А он за нашего кандидата голосовать порекомендует своим. Нужно захватывать власть потихоньку. Городок небольшой, но перспективные объекты есть. Завод тот же, сортировочная станция, а складов вообще немеряно. Швейная фабрика небольшая, пищевой комбинат. Для начала хватит.

— Семенович! К телефону! — прибегает Денис. Или Дима, так и не могу их различить. Звонит Вадим.

— Братан! Сможешь приехать вечером? Мы тут с доцентом одним в кафе идем. Дима Медведев зовут.

— Вау! Не Вадик, не могу. Работы завал, давай сам пока справляйся. Расскажи ему про нашу поездку, о социологическом центре. Заинтересуй, а потом меня познакомишь.

— Жалко, ладно. Как Лена?

— Замечательно. А твоя? Я всё думаю, как мы умудрились почти в один день заделать?

— На праздники майские постарались!

Теперь в спортзал, девчонки там тренируются. Группа спортивного танца, готовим номера на новогодний вечер. Боюсь как бы втык потом не получил за репертуар — «Танцуй Россия» Глюкозы, «Новогодняя» Дискотеки Аварии. «Арам зам зам» их же. Алиса и тут успевает. Еще бы пару таких попаданцев — мы бы тут натворили! Ага, Макаровна сидит, наблюдает.

— Ну как вам? — подсаживаюсь рядом.

— Да вот не знаю… Юбки слишком короткие. Нагнутся — трусы будет видно!

— Всё продумано, те которые в юбках не нагибаются. И юбки узкие — не задерутся. Я же просил шорты купить, было бы лучше.

— За что я их куплю? И песня вот эта… пьяного деда мороза, не очень как-то — Вот только думал о этом! Это я еще текст переделал, убрал явную пошлятину.

— Всё максимально приближенно к реальности. Дети знают, что Дед Мороз слегка поддатый.

— Ладно, чужих не будет, пусть. Но если что — ты отвечаешь!

Утро 30 декабря, встаю рано, в 4 утра приехал Руслан за последней партией мебели в этом году. Две фуры затарили, постарались ребята. Имеем 2800 рублей… Выдать зарплату — 900 рублей, аренда — 300 рублей, на материалы 1000. Итого 600 рублей — 300 мне, 300 директору. Это за неделю работы. За предыдущий месяц вся прибыль шла на интернат, себе ничего не брали. В основном ушла на обувь ребятам и немного на улучшение питания. Вот из аренды новогодние призы закупить нужно, игрушки, сладости. Это Наталья займется. Мне последние приготовления к вечеру. Сегодня вечер в школе, завтра у нас. На школьный приглашены многие наши. Директора не нарадуются — отношения улучшились. Раньше драки постоянно были, а с тех пор как на секциях стали заниматься вместе — всё спокойно. Отношения в спортзале выясняют.

Завтракаю дома и в школу. С директором поговорить о будущих выборах. На пороге школы сталкиваюсь с Алисой. Злой.

— Мы не будем выступать! Пошли они! — ошарашивает меня.

— Тихо! Что случилось?

— Их репертуар наш не устраивает! Завуч программу только что принесла, мы вообще такое не играли. Всякие детские песенки, это бред!

— Спокойно. Веди, разберемся — беру её за руку, разворачиваю назад.

Завуч, худая, энергичная женщина, слишком правильная на мой взгляд. Рассказывает нашим мальчишкам, как она представляет сюжет вечера. Те пытаются изображать внимание, но в глазах паника.

— Зинаида Петровна! Можно вас на минутку? — прерываю её повествование. Отходим в сторону.

— Давайте искать компромиссное решение — предлагаю я — Играть то, что они не разучивали — они не смогут. Давайте выбирать из того, что умеют, подходящие композиции.

Репертуар их я знал — сам немало песен переделывал для них. Так что набросал список возможных для исполнения. Пришлось еще и озвучивать, так как большую часть она слышать и не могла. Потратили почти час, пока набралось пара десятков устраивающих её песен. Деваться ей тоже было некуда — время поджимает. Разобравшись с этим, спешу к директору.

Андрей, совсем молодой директор школы. 28 лет всего, в прошлом году назначили. Уже успел с городским руководством поссориться. Так что идею о выборах воспринял на ура. Задействуем и школьников в агитации.

— Понимаешь, от них никакой помощи — горячится он — А мы должны парки окрестные убирать, тротуары в километре от школы все чистить. Транспорт никогда не выпросишь для поездок. Нужно весь состав менять там!

— Андрей, всё в наших руках. Родителей подключим, которые имеют вес, пусть тоже агитируют на своей работе. Действовать нужно сейчас, политика правительства идет к тому, то школы на самоокупаемости скоро будут. Пока есть возможность, выжимаем что можно.

Вечером собираемся с Леной на школьный вечер. Желания особо нет, но там наши ребята, проследить, чтобы не обидели. Учителя имеются в виду. Звонок в двери, Лена пошла открывать. Слышу голос Вадика.

— С Наступающим! Вы нас не ждали? — судя по голосу на отмечался хорошо. Выхожу в коридор — вот это сюрприз! С Вадиком рядом Дима Медведев, тоже заметно под градусом.

— Дима попросил меня познакомить с братом! Вот мы и приехали! — объясняет Вадик.

— Заходите, раз приехали — Жму руки. — Лена, сходишь сама? Их туда не стоит тащить, видишь какие они уже. Присмотришь там за музыкантами нашими?

— Да, конечно. Сейчас вам на стол накрою и пойду.

— Сами разберемся. Погоди, я ребят вызову, проводят — Нам поставили телефон. В основном чтобы на работу вызывать в любое время. Звоню в интернат, прошу подойти Дениса с Димкой. Скользко на улице, пусть проводят.

Устраиваемся на кухне, набросал на стол закусить, достал коньяк. Наливаю себе больше.

— Мне нужно вас догнать, чтобы на одной волне быть — объясняю собутыльникам.

— Да мне уже хватит как-бы — отказывается Дима.

— По одной за знакомство, а дальше по желанию.

Дима сразу завел разговор о нашем социологическом центре. Предложил свою кандидатуру для руководства.

— А что, студентов я обеспечу, правовые вопросы решу. Идеальный кандидат для вас.

— Это да, но есть один нюанс — Охлаждаю его пыл — Если нет других амбиций, тогда без проблем. Я не против. Но эта должность тупик карьерного роста. Представь, что в будущем сам захочешь баллотироваться в депутаты или другое руководство. Кто поверит результатам, если кандидат сам же и руководит этими исследованиями. Лучше чтобы никто не знал, кто финансирует исследования, кому принадлежит центр. Директор должен быть нейтральной фигурой, лучше ученым. Математиком или социологом.

— Об этом я не подумал — загрустил будущий президент — А я рассчитывал на дополнительный заработок, на зарплату доцента не сильно протянешь.

— А с этим могу помочь. Я в этом году открою несколько фирм. Планирую, по крайней мере. Охранное агентство, мебельный цех, фитнесс клуб. Нужен будет юрист. Зарплату обещаю хорошую.

Дальше разговор пошел о политике, перестройке, Горбачеве. В целом видение ситуации у него было правильное, мне пришлось совсем немножко направлять его выводы в нужную сторону. Лена вернулась к 12 ночи, мы даже не допили коньяк. Перешли на кофе, я уже подвел Диму к мысли, что он может стать главой СССР. О том, что СССР скоро прекратит существование, говорить не стоит, сейчас покажется бредом. Поговорили о Собчаке, предложил Диме намекнуть тому, о варианте баллотироваться в будущем в мэры Ленинграда.

— Мы организуем ему такую избирательную кампанию — у других кандидатов не будет ни одного шанса. А он потом уже нам поможет.

В 4 утра проводил на электричку. Еще поспать часика три успею.

— Братка, теперь до февраля не приеду, пока Даша не родит — Вадик выспался пока мы с Димой болтали — Приезжай ты, если сможешь.

— Посмотрим. Счастливого Нового года ребята! Увидимся.

Поспать удалось до восьми, будят. Новые гости — Максим с Виктором приехали.

— Чай, кофе?

— Какой чай! Давай покрепче, Новый год провожать — Максим.

— Да пожалуйста, только без меня. Мне с детьми еще общаться.

— Кстати о детях, мои хоть живы еще? Месяц не видел! — жалуется Макс — Давай закругляйся здесь, перебирайтесь в Питер.

— Боюсь они и без меня тут останутся. Они здесь звезды, у девчонок успехом пользуются. Вчера в школе выступали, сегодня у нас вечер.

— Ты еще не в запасе? — спрашиваю ГРУшника — А то работа есть для тебя.

— Рано еще! А то за работа?

— В охранное агентство нужен спец. Тренировать, обучать. Чтобы и этикет знал и боевые приемы.

— Найдем. Есть у меня друзья отставники, от скуки маются. Когда нужно будет?

— Примерно май — июнь. Не помню, когда указ будет о кооперативах.

— Ну к маю возможно и я без работы останусь — преувеличенно весело выдает Виктор.

— Что так? На пенсию еще рано?

— Благодаря твоему Чернобылю. Не, я тебя не обвиняю — сам виноват, расслабился.

— Рассказывай — хмурюсь я.

— Наливай сначала!

Устроились за столом, налил гостям недопитый коньяк, себе кофе.

— Суть дела такова — начал Виктор — Я как вы знаете после удачного раскрытия шпионов поднялся по карьерной лестнице. Сейчас начальник отдела, какого неважно. Могу позволить себе не докладывать о своих источниках информации. Мог, до Чернобыля. Я доложил о поступившей информации о готовящейся на АЭС диверсии. По моей версии должны были завербовать работника станции. Были приняты меры — запрещены все эксперименты и внедрены наши люди. Тот эксперимент, который в твое время привел к взрыву не проводился. Но взрыв произошел и что самое хреновое — есть большие основания предполагать диверсию. Расследование идет до сих пор, я разумеется от него отстранен. Естественно от меня потребовали всю информацию. К моему счастью недавно погиб один из моих западных агентов, вот на него я и перевел стрелки. Но если возникнут хоть малейшие подозрения в мой адрес, ко мне применят другие методы. А отставка мне светит очень сильно, как к провалившему дело. В лучшем случае ссылка на периферию.

— Если будут спрашивать «серьезно», то расскажешь все — резюмирую я.

— Разумеется. Спрашивать у нас умеют. Надеюсь до этого не дойдет. Но… Не думаешь над вариантом переждать за рубежом?

— Исключено. Да и тебе тогда хана. Раскроют — будем играть по их правилам. Договориться всегда можно. Ладно ребята, мне пора работать. Давайте я вас отведу в музыкалку, посмотрите, как репетируют. К обеду освобожусь — можно и отмечать начинать.

Музыканты встретили их без энтузиазма. Близнецы постеснялись проявлять чувства при чужих, да и репетировать при посторонних не любят. Поэтому вскоре забрал гостей с собой, в спортзале репетировали танцы. Всё шло хорошо, в принципе можно и расслабиться. Тем более коллектив уже собирается отмечать…

Да, со следующего года начнутся совсем другие дела. Не думаю, что будет легче, но надеюсь так же интересно.

Часть 2

Близнецы 2

1

— Давай позвоним!

— Вадик блин! Двадцать минут назад звонили! Они нас посылать скоро начнут — успокаиваю Вадима — Думаешь, я не волнуюсь?

Сидим у Макса в квартире, отвезли Лену и Дашу в роддом и ждем. Максим на работе, с нами близнецы и Алиса. Пытаются нас отвлечь — показывают новые композиции. Узнаю знакомые мотивы, но молодцы всё-таки. Алиса не просто копирует известные ей шлягеры, а переделывают их под это время. Иногда настолько, что от оригинала почти ничего не остается.

Вчера вышло постановление Совета Министров «О создании кооперативов». Старт дан, можно официально регистрировать мебельный цех. Это даст возможность расширить производство, устанавливать свои цены. Руслан неплохо на посредничестве наварился за это время, но я не в претензии — других вариантов не было. Теперь нужно с ним нормально договориться, чтобы не обиделся. Он еще пригодится. Еще значимое событие — Пленум ЦК КПСС о проведении альтернативных выборов. Директор интерната теперь допытывается — откуда я знал?

— Нет, я звоню! — Не выдерживает Вадик, хватает трубку. Не отвечают долго, мне кажется, он сейчас перегрызет провод — Алло! Да это я опять! Что? Правда?! Обе? Приехать можно? Спасибо!!

— Ну! — Еле дождался я, пока он положит трубку.

— Родили, почти одновременно. Всё отлично! Сказали утром приезжайте. — Сияет Вадик.

Кто родится, мы знали заранее, у Вадима мальчик, у меня девочка. Теперь можем и отметить событие. Как раз Макс вернулся с работы. А завтра с цветами в роддом.

Ради такого случая нашлась бутылка шампанского. Налили даже мальчишкам, ничего я в 10 лет и коньяк уже пробовал. Потом, уже расслабившись, смогли и о делах поговорить.

— Как у тебя с литературным творчеством? — Интересуюсь у Вадима — С «Вечерним Ленинградом» еще сотрудничаешь?

Год назад Вадик (с моей помощью) написал статью на злободневную тему. О перестройке. Напечатали, понравилась, попросили еще. Дальше он писал сам, я только обрисовывал контуры.

— Да, вот пишу на тему кооперативов. Думаю, как сделать интересным материал.

— Пиши в виде предсказания. Что будет дальше — ты знаешь, отметь проблему безопасности, что найдутся нехорошие люди, которые захотят обидеть кооператоров. Порекомендуй опыт зарубежных стран, где есть частные охранные фирмы. Может, хоть чуть ускорим их создание.

— А что, вчерашнее постановление не разрешает? — спрашивает Максим — Я еще с ним не ознакомился.

— Нет, конечно. Речь идет только о кооперативах, то есть объединениях групп лиц. Иначе говоря — артелях. Мне придется создавать артель из всех работающих в цехе и никак иначе. И пока только по выпуску товаров народного потребления и услуг. Охранные услуги под это дело не попадают.

— В смысле? И прибыль на всех делить? — делает круглые глаза Вадим.

— Порядок распределения прибыли на усмотрение членов артели. То есть на мое, поскольку оборудование принадлежит мне. Летом должны и индивидуальное предпринимательство разрешить. Скоро налоговая служба будет создаваться, Максим — тебе туда нужно!

— Думаю, желающих будет немало, но я попробую.

— Да, этот чертов кружок… ну где Чубайс. Ты ходил?

— Нет еще.

— Надо! Вадим не экономист, его не примут. Ты хоть и на втором курсе, но на такой должности! Будут в рот заглядывать. А ты всего лишь с Чубайсом познакомься поближе, можешь в гости пригласить. Прибежит с радостью, пока ты для него значимый человек.

— А где гарантия, что он, когда взлетит, захочет со мной или тобой общаться? — скептически улыбается Макс.

— Я буду периодически выдавать ему «предсказания», которые всегда будут сбываться. А на его будущей должности в таких предсказаниях он очень будет нуждаться. Дружба или благодарность среди таких людей явление редкое. Только «ценность», как источника информации, связей, возможностей.

— Печально. И обязательно с такими людьми нужно общаться? — морщится Алиса.

— А мы чем- то отличаемся? — вздыхаю я — С большинством знакомимся с точно такими целями. Будут не они так другие страну грабить, этих я хотя бы знаю. Хотя Дима Медведев мне понравился, можно было бы и дружить. Как думаешь Вадим?

— Да, он нормальный. И как препод тоже. Может мне его кумом взять? Ты кого возьмешь, Альви?

— Интересная мысль)). Это о Медведеве. А я не думал еще, Альви нельзя — он мусульманин.

— Мои тоже не крещенные — вспоминает Максим — Заодно с вашими покрестить, что-ли? Вы и крестными будете.

Близнецы растеряно хлопают длинными ресницами. Не знают чего ожидать от непонятного им процесса.

Бурно обсуждаем возникшую тему. Алиса оказалась тоже некрещенной, но наотрез отказалась от соответствующего предложения. Наконец договорились подождать, пока девочки наши выйдут из роддома. А то обидятся, что без них решения принимали.

Утром торчим под роддомом, в палату нас не пустили — только передачу приняли. Вот и стоим как в анекдоте, кричим, Вадик уже охрип. Мимо проходящая медсестричка ехидно советует.

— А вы попробуйте с другой стороны. В палатах все на улицу окна.

Что-то действительно у нас головы плохо соображают — вчера отмечали долго. С другой стороны усилия сразу увенчались успехом, на крики появилось множество голов. Потом лишние отсеялись и наблюдаем своих красавиц. Второй этаж, видно хорошо, только не слышно. Знаками просим показать детей, нам демонстрируют укутанные свертки. Ну хоть что-то.

— Слушай! А вдруг их перепутают? — Возникает мысль у Вадима — Они же на нас похожи, значит одинаковые!

Начинаем всерьез обсуждать этот вопрос, я предлагаю объяснить девчонкам, чтобы повесили ленточки или фломастером их наметили. Потом до меня доходит и я начинаю дико ржать. Вадик в недоумении смотрит.

— Ты что? Крыша съехала от радости?

— Вадька ты блин даешь! — Выговариваю, задыхаясь от смеха — Они разнополые!

Вадика тоже скручивает, девочки в окно смотрят встревоженно. Даша крутит пальцем у виска, дескать поехали. Потом они исчезают и в окне появляется фигура врача. Сеанс окончен.

— Пойдем в универ — Предлагает Вадим — Медведев консультировался с Собчаком, говорит социологический центр можно и сейчас открыть. Только как некоммерческую организацию. Вот уточнишь у него.

— Да это я и сам знаю. Как общественную организацию, но с этим столько возни. И потом в ней столько будет заморочек. Лучше подождать. А Медведева пошли на пиво лучше вытянем!

— Где ты сейчас пиво найдешь?

— Руслан подсказал один бар, он туда поставляет. А Дима где, в общаге? Каникулы ведь.

— Не, он же местный. У меня телефон есть домашний, сейчас узнаю.

Через час сидим в небольшом подвальном баре «Парус». Достаточно было сказать, что я по рекомендации Руслана и мы за лучшим столиком. У нас единственных скатерть. Пиво всё-равно никакое, даже если не сравнивать с баварским. Дима на пиво не сильно налегает, он вообще парень серьезный, типичный «ботан».

— Собчак обещал в аспирантуре оставить — делится он планами — Не знаю, удастся или нет.

— Получится, даже не сомневайся — Киваю я — Я немного предсказатель. Ты вот точно знаю, далеко пойдешь. И Собчак тоже, так что держись его. Через два года выборы будут в Горсовет, такой шанс упускать ему нельзя. А мы поможем, вот летом опыта наберемся на местных выборах. Есть у меня несколько идей. Кстати как у вас с художественной самодеятельностью в универе?

— Да я как то не интересовался, я больше по спорту. Что-то есть вроде.

— Через годик начнем готовить агитбригаду. Нужно присматривать народ, кто поет, танцует или просто язык хорошо подвешен. Ты гиревым занимаешься? Тоже можно демонстрировать.

— Откуда ты знаешь? — Удивляется Дима — Я не говорил. Ты не из КГБ?

— КГБ так не делает. Они в лоб предлагают сотрудничать. А втемную тебя работать какой смысл, ты никаких государственных секретов не знаешь.

— И выражаешься тоже, как то… Профессиональный жаргон, как у ментов или разведчиков, наши люди так не говорят!

— Точно! Я американский шпион! — Умный парень, раскусил в два счета — Димон, я куплю у тебя план пожарных выходов универа! И схему бомбоубежища!

— Сколько заплатишь?

— Могу шкаф-купе подогнать!

— Как подогнать? Куда?

— Отстаешь от молодежи уже Димочка. Подогнать — значит что-то достать дефицитное.

— Да за шкаф я еще и схему туалетов принесу! — наконец развеселился Медведев.

— В туалете ты смонтируешь камеру с микрофоном и будем записывать. В женском.

— А можешь достать? — одновременно спросили Вадик и Дима.

— Ну вы извращенцы! За деньги всё можно.

Постепенно увёл от скользкой темы о моей принадлежности. Потрепались на вольные темы — бабах, кино, музыке. Засиделись до вечера, уже собрались выходить, когда в бар зашла группа хачей. Заметил пару знакомых лиц — Тагира отморозки. Масхад, которого я ножом проткнул, в том числе. После того случая я с ними не сталкивался. Как бы незаметно уйти? Боятся, не боюсь, но и лишний раз конфликтовать не хочется.

— Кого я вижу! Студент! — Заметил сука всё-таки. Масхад, подходит, но смотрит на Вадика.

— Здравствуй дорогой! Как живот, зажил? — спокойно обзываюсь я. Чечен крутит головой.

— Вай! Да вас двое! Или у меня двоится?

— Нас вообще-то больше, это здесь двое — добавляю тумана. Пусть поломает голову.

— А что без баб? Или вы друг дружку долбите? — заржал Масхад, следом двое подошедших с ним. Провоцирует сука. Их шестеро, все здоровые лоси, шансов у нас мало. На Диму особо рассчитывать нечего, но нельзя же просто утереться и уйти!

— Нет, мы только что твою маму отдолбили. Отдохнем — сестру твою трахнем — Опередил меня Вадик. Вот это он зря — за такое нас только убивать будут. Я еще додумывал эту мысль, а бокал уже летел навстречу Масхаду, рванувшему на Вадима. Хорошо так в переносицу впечатался, слава богу, что пластиковых пока нету. Стул тоже с железными ножками, удачно остановил второго, думаю, перелом ребер гарантирован. Флегматик Дима довольно резво перевернул стол и вооружился своим стулом. Выход нам перекрыли, но никто из нас и не собирался драпать. Масхад с залитым кровью лицом пошатывается, но стоит на ногах. Один не скрываясь, достает солидный тесак, таким кабанов колоть только. Вадик с соседнего столика хватает бутылку из-под лимонада, разбивает о стенку — розочка в руках. Дима разломал стул и вооружился двумя ножками. Мне только под руку ничего не попалось, не успеваю. Они кинулись сразу все, места мало, тесно. Не успел увернуться — вскользь, но ощутимо прошло по скуле кулаком, зато мой удар в кадык вырубил гарантированно одного. Замечаю краем глаза улетающего в угол Диму, где Вадик? В последний момент вижу нож, стремящийся к моему горлу. Это ты падла зря, дикий крик перекрыл остальной шум. Знаю, когда локоть ломается больно. Что-то нас больше стало, еще чеченов добавилось? Нет, кто-то за нас вписался! Наконец вижу Вадика, он согнулся, два чеха перед ним. Бросаюсь на выручку, одновременно еще парень. Пробиваю сзади в печень, чечен скручивается, лицо у него тоже в крови, щека разорвана — не иначе розочкой. Вдвоем урабатываем второго, бросаюсь к Вадику.

— Братка, что? Живой? — Вадим прислонился к стенке, бледный, держится за живот.

— Ножом сука — шипит он. Задираю ему свитер, по центру глубокий порез, в районе желудка, крови почти не видно. Бросаю взгляд по сторонам, похоже всё, противник весь лежит, двое причем в отключке.

— Держись братка, сейчас! — Скорую ждать долго, быстрее отвезти в больницу.

— Они на машине приехали, я видел! — Дима, к удивлению невредимый, пинает ногой лежащего Масхада и лезет к нему в карман — Вот! — в руке у него ключи.

Вытаскиваем вдвоем Вадима на улицу. Ага, Волга! Хорошо живут уроды. Усаживаем Вадима назад, прыгаю за руль. Только бы гаишники не сели на хвост — на чужой машине, без прав и после пива. Дима подсказывает дорогу — район мне незнаком. Домчались минут за 10. В больнице я уже приготовился кому-нибудь врезать, чтобы шевелились быстрее — знаю, как там неторопливо в приемных отделениях работают. К счастью не понадобилось, хирург, едва взглянув, коротко сказал — в операционную.

— Тебя тоже нужно посмотреть — обращается ко мне симпатичная медсестричка.

— А что я? — удивляюсь, ощупываю лицо руками. Кровь? Странно… Наверное кулак с кастетом был, попал бы точнее — хана.

Обработали мне морду лица антисептиками, попросил позвонить. Нужно действовать, чтобы у ментов наша версия событий была. И за кабак разбитый я платить не собираюсь. Звоню Максиму, потом Руслану. Потом вспоминаю что отец Даши хирург, звоню ему. Обещает сразу приехать. Дима тоже кому-то звонит. Через час операция еще идет, а вокруг нас постепенно скапливается народ. Милиция явилась раньше всех, с ходу начали нас прессовать. Вовремя появился Максим, отогнал их своим удостоверением.

— Ложимся и мы в больницу — на ухо шепчет Дима — Сейчас парни подходили, те, что нам помогли, они с универа. Сказали из тех — троих тоже увезли в больницу. Нужно и нам зафиксировать побольше повреждений — кто меньше пострадал тех виновными и назначат.

— Логично — Иду договариваться с приехавшим отцом Даши. Он личность тут известная, через 20 минут мы уже в палате. Ждем, пока привезут Вадика с операции. А вот и Руслан с новостями.

— У Муслима перелом шейного позвонка, долго не протянет, остальные выживут. Но и одного достаточно, если менты не закроют — подстерегут и прирежут. Тагир сейчас на зоне, рулит там Вахид. Он не такой отмороженный, но за своих мстить будет. Иначе нельзя. Лучше вам уехать на время.

— Никуда уезжать не нужно — Заходит Максим — С Вахидом свести можешь?

— Да, могу.

— Организуй встречу. Если он не полный идиот, решим вопрос.

Да уж, попили пива. На возможность договорится надежды мало, но и уезжать не вариант. Хуже всего, что Диму подставили. Родственники будут мстить до конца, кровная месть святое дело.

— Макс, ты можешь сделать, чтобы Дима не фигурировал в протоколах?

— Попробую, тогда его домой отправляем, будут спрашивать — говори, незнакомые ребята помогли.

— Да я не боюсь этих чеченов — Запротестовал Димон.

— Мы тоже не боимся, дело в другом — Объясняю я — Аспирантура под вопросом, если будешь замешан в этом.

С трудом выпроводив Диму, обсуждаем дальше.

— Макс, как думаешь, смогут списать труп на «случайных помощников»? Или мне придется брать на себя? Вадика однозначно нужно чистым вытаскивать.

— Не спеши. Пока можно показания не давать вообще, из больницы тебя не заберут — я с врачами поговорю. Напишут тебе сотрясение мозга, говори, что ничего не помнишь. Руслан, ты там с барменом знаком? Даст он нужные показания?

— Сейчас съезжу, поговорю. Но он жить тоже хочет, уверен — он уже сказал, что ничего не видел.

— Пусть хотя бы так, лишь бы не сказал, что наши первые начали.

Руслан уехал. Не нравится мне его выражение лица. О чем и сообщаю Максиму.

— Думаешь, против тебя будет играть?

— Стоит ожидать. Если нейтральную позицию займет и то хорошо. Я ему деловой знакомый, пусть и хороший, а они земляки. Это для них выше.

А вот и Вадима привозят. Пока в отключке.

— Жить будет — Успокаивает Дашин отец — Желудок зашивали, чистить много пришлось.

— Вам охрану не помешало бы поставить — Задумчиво смотрит на меня Максим.

— Лучше ствол мне достань, хотя бы травматический.

— Тогда точно сядешь и я с тобой. Газовый может достану.

— Херня это газовый. Не боись — отобьюсь если что. Этаж четвертый, с окон не достанут, а одну дверь я удержу. Внаглую в отделение толпой не полезут, максимум двое. Но это маловероятно, а жаль. Тогда вопросов бы не было кто агрессор. Может спровоцировать?

— Хватит бля, напровоцировались уже! — вскипает Макс — Пойду с зав. отделением говорить.

Милицию в этот вечер к нам не пустили. Вадик пришел в себя ближе к полуночи. Хорошо, живы — это главное. Остальное все решаемо.

С утра началось опять движение. Первым, еще до завтрака примчался Альви.

— Парни! Как вы? Я с вами, пусть меня тоже положат сюда — охранять буду!

— Уверен? А как же земляки? Руслан что сказал?

— Руслан с Вахидом встречался, тот говорит никаких договоров, валить всех буду. Так что я теперь от вас никуда. Насрать мне на таких земляков, да и кровных среди нет. Руслан с нами, не сомневайся, наша семья друзей не предает.

— Ладно, не горячись — я прижимаю Альви легонько к себе — Мы тоже не пальцем деланые, нас так просто не возьмешь! Посиди пока с Вадиком, я позвоню схожу в роддом.

На пороге сталкиваюсь с Максимом.

— Куда собрался?

— Девкам звонить.

— Я заезжал, сказал вы по делу уехали на пару дней. Пусть пока не волнуются. Есть хорошая новость — выжил тот, с переломом позвонка. Загипсовали, походит с «воротничком» полгода. Остальных закроем, на ножах их отпечатки — нанесение тяжких телесных плюс холодное оружие. Альви, что там Руслан?

— Вахид сказал никаких встреч — Опережаю я — Макс, да и нет смысла с ним общаться. Для них обмануть «неверного» святое дело, а убить вообще отпущение всех грехов. Альви, к тебе это не относится!

— Ладно, найдут его ребята и так, отправим к Тагиру в помощь на лесосплав. Может вам все-таки на время уехать?

— Не собираюсь я ни от кого прятаться. Да и ерунда это все. Скоро начнутся такие «веселые времена», стрелять каждый день будут. Альви, хватит тебе с детворой возиться. Возвращайся в город, открываем секцию восточных единоборств. А на базе секции делаем охранное агентство, пока неофициальное. Сопровождать грузы, доставка денег, охрана. Клиентов тот же Руслан будет направлять, потом и официально откроемся.

— У меня корочек нет, как я открою?

— Тренировать ты можешь, твой дан соответствует мастеру спорта. Открою на себя, ты помощником будешь числиться. А Агентство уже на тебя оформим, там образование не важно.

Стук в дверь, заглядывает незнакомое лицо. Легко читается — мент.

— Следователь Величко. Мне опросить нужно… потерпевших.

Смотрю на Максима, детали еще не обсуждали. Тот кивает.

— Слушай, Андрей, кажется тебя? Давай в кабинете заведующего подожди, Володя сейчас подойдет, а Вадим пока не в состоянии отвечать.

Дождавшись пока закроется двери, начинает инструктировать.

— Вы сидели вдвоем, свидетели видели, скажешь третий подсел, назвался Олегом. Раньше вы его не видели и ничего не знаешь о нем. Зашли чеченцы, тоже незнакомые, потребовали, чтобы им стол освободили. Вы отказались, они полезли драться. Вот вкратце так, детализировать особо не будут. Да ребята в курсе что нужно писать, ты только поддакивай.

Так и получилось, следователь пару раз поправил, когда я отклонился от легенды, подписал и свободен. Возвращаюсь в палату, там новые гости — Алиса.

— Ты что, меня решил одну оставить? — с ходу наехала она — Я сама этот мир не изменю!

— Не кипешуй, всё нормально — Делаю ей выразительные глаза, не все тут в курсе. Альви, например — И вообще, ты на занятиях должна быть.

— Чему мне там учиться, они проходят то, что я еще в… — Вовремя заткнулась — И тренер вот уехал, кто учить будет?

— Да я с тобой в спарринг уже боюсь становиться — Альви не шутит, технику Алиса перекрывает скоростью реакции.

— Алиса, Альви уже не вернется, Юна будет пока тренировать, ну и я немного. А твоя задача сопровождать Лену, пока разборки не закончатся.

— Хорошо, так я могу и на уроки не ходить? — Алиса явно довольна.

— Пока да, с школой я улажу.

— Володя, ты всерьёз? Девчонку ставишь охранять жену с ребенком? Я организую охрану — недоумевает Макс.

— Она с парой твоих охранников легко справится. Но дело не в этом, явная охрана не нужна. Увидят сопровождающих — подготовятся, оружие применят. А так рядом никого, девчонка, от которой ничего не ожидают. Да и я ведь буду недалеко.

Не убедил, но возражений не последовало. Теперь Альви отправить.

— Я пока отсюда никуда, давай ищи помещение для секции. Можно на окраине, рассчитывай на долгосрочную аренду. С документами Максим поможет, инвентарь… придумаем… Блин, а что я торможу, узнай у Юны, где они всё складировали, когда отец уехал. И если тот зал не сдали… ну ты понял. А через три дня девчонок выписывают из роддома, я к ним, а у Вадика дежурство организуем.

— Да я завтра встану уже — Подал голос раненый.

— Недели две в лучшем случае пролежишь, я узнавал — Остудил его Максим — Но тут лежат из милиции пара ребят, переведем их в эту палату, оружие им разрешат.

— Диме надо позвонить, чтобы глупостей не наделал в панике. Вадим, номер помнишь?

— Я в универ заеду, там характеристику на Вадима взять, повидаюсь и с Медведевым — успокоил Макс.

Работой всех загрузил, разогнал, можно отдохнуть. Предстоят бессонные ночи с ребенком…наверное.

Руслан заглянул через три дня, перед выпиской, я уже в роддом собрался ехать.

— Есть новости, с Вахидом виделся, предлагает уладить конфликт. Его парней прессовать стали да и его в розыск подали, вот и пошел на попятную.

Я на мгновение задумался. Правда, только на мгновение.

— Руслан, ты ему веришь? Я лично нет, о чем можно договориться, если его слово ничего не стоит. Мне аллахом клясться он не будет, сегодня пообещает, а завтра перо в бок в толпе воткнет.

— Володя, ты преувеличиваешь роль веры для нас. Но я с тобой согласен, на его слово и я не положусь.

— Ты на машине? К роддому подкинешь?

— И от роддома тоже, о чем речь!

Попрощались с грустным Вадимом, ему еще вставать не разрешили. В палате лежали еще два мента, одному разрешили табельное оружие. Надеюсь до переодевания в врачей дело не дойдет. На всякий случай предупредил — обращать внимание, если зайдет незнакомая медсестра или доктор.

Приехали вовремя, уже целая толпа ждала у роддома. Родители Даши, Максим с близнецами, подруги с института. Сначала нам вынесли два свертка, потом уже вышли девочки. Где чей — непонятно, одного взял я, второго Юрий Иванович (отец Даши), дома разберемся. Объятия, поцелуи. Даша потребовала сначала заехать в больницу — убедиться, что любимый жив. Удовлетворили её просьбу, потом домой, к Максу, там уже накрыт стол. Отмечали недолго, чисто символически. Состав неполный — Вадика нет, Альви, Алисы. Позже устроим сабантуй. Распеленали свертки, полюбовались на произведение нашим с Вадиком рук (или не рук…) Имена выбраны были давно — Александра и Егор. Имена выбрали девчонки, с нашей стороны возражений не было. Действительно похожи, не как близнецы, но сходство несомненное.

Завтра Алиса приезжает сюда, будет с Леной, а я в интернет. Поработать нужно и начинать предвыборную кампанию. Отправить директора регистрироваться, подготовить и напечатать листовки. Статьи в газеты, палатки установить с агитационными материалами. Сложностей не будет, его и так выберут, но нужно потренироваться.

Утром заглянул сначала к Вадику, тот не выдержал — встал. Отлично, недельку и домой.

— Блин, Вадим, теперь мы уже не похожи! Мне тоже нужно шрам сделать.

— Подожди, может и сделают еще, только нарисуй заранее куда — Раз шутит, значит здоров уже!

— За Дашу не волнуйся, родители её в санатории каком-то в вип-номере устроили, никто не знает где. И я не найду если что. Так что она в безопасности. Выздоравливай быстрее, нас ждут великие дела!

Еду в электричке снова. Когда уже на машину заработаю, денег вечно не хватает. Сейчас в кармане 20 рублей последних. Это тот, который будущее знает! Руслан ничего не знает и деньги чемоданами пакует. Так что тут не знания, а хватка больше решает.

По приезду новые проблемы:

— Мебельный нужно срочно убирать — огорошил директор — Меня предупредили, будет комиссия, кто-то стукнул. Нельзя нам сдавать помещения в аренду.

Недолго думая еду на завод к шефам, у них там с работой плохо. Как я и думал, место для цеха нашлось, даже машину и рабочих для перевозки выпросил. К вечеру управились, всё перевезли, завтра установим, подключим, а послезавтра надо работу начинать. Документы только оформить. И начинать мягкую мебель делать. Место есть, рабочие есть, спрос большой — только зарабатывай. Директора завода тоже напряг, точнее профком — выдвинуть кандидатом в горисполком. Мало 2 человека… кого бы еще… А если директора школы? Молодой ну и что, школьники уважают, значит родители проголосуют. С утра на следующий день иду в школу, долго уговаривать не пришлось, быстро собрали собрание коллектива, составили протокол о выдвижении. Всё, процесс пошел. Теперь вопрос где взять денег на наглядную агитацию? У кого больше возможностей списать средства? Правильно, у директора завода! А школьники и интернатовцы обеспечат распространение. Выпросил две тысячи, сразу в типографию с фотографиями кандидатов, заказал листовки. На газеты не хватает, придется с мебели выделить. Вспомнил о палатках, таких конструкций как помню, еще не производят, недолго думая отправляюсь опять на завод, рисую чертеж — каркас сварят, чем обтянуть найдем, пять штук для маленького городка хватит, еще и на Питер потом пойдут.

В такой беготне проходит неделя. Вадика выписывают, но еще на больничном, забираю его к себе. Пусть участвует, учится. В выборах мера Ленинграда он будет активность проявлять, я в стороне останусь. Моя цель его как можно выше продвинуть. Ну а я могу при случае его подменять))). Листовки напечатаны, газеты тоже. В первое же воскресенье выпускаем на улицы детвору. Пять палаток на перекрестках с материалами, десяток человек на рынок — раздавать листовки, десять человек клеить по городу. Мы с Вадиком с понедельника пойдем по конторам и предприятиям. Составили программу развития города, якобы от кандидатов, на самом деле чисто моя импровизация. Все то, что хотят слышать люди — чистый город, горячая вода, борьба с преступностью. Как интрига — реформа жилищно — коммунальных служб. Но основной упор делаем на то, что власть нужно менять. Те, кто годами управляет городом, ничего для него не делают.

В понедельник побывали в двух школах, железнодорожном депо и автопарке. Вторник — узел связи, горгаз, банк, техникум. К вечеру заглянули даже в церковь! Провел работу с батюшкой, как представитель кандидата пообещал содействие в решении церковных проблем. Прихожан агитировать тот не обещал, но ближайшее окружение думаю, проголосует правильно. В среду утром выходим, по плану у нас водоканал, милиция и пожарники. Из стоящей на обочине Волги навстречу нам выходят четверо внушительных граждан в пиджаках.

— Можно вас на минутку? — обращается один из них.

Так, так. КГБ или отцы города недовольны? Или и то и другое сразу?

— Что вы хотите? — спрашиваю спокойно. Вадик тоже не подает виду, это мы можем — хладнокровие врожденное.

— Поговорить. Проедем с нами.

— Вы может, представитесь для начала? — наглые граждане, но и мы не дети. Жаль Вадик после операции еще не оклемался.

Удостоверение, предъявленное мне, гласит, что обладатель его является майором Комитета государственной безопасности Ворониным Михаилом Сергеевичем. О чем я вслух зачитываю, чтобы Вадим запомнил тоже.

— А повод для беседы? Вы нас в чем то подозреваете? С кем из нас вы хотите говорить?

— Королев Владимир Семенович? Вы зарегистрированы как доверенное лицо кандидата в депутаты. По этому вопросу мы и хотим поговорить. — пока общаются вежливо, надеюсь бить не будут. А то за них много дадут…

— Хорошо, где вы предлагаете беседовать?

— Проедем с нами, тут недалеко — указывает на машину майор.

— Вадим, давай сам тогда по графику, я найду тебя — смотрю выразительно, думаю, догадается Максиму звякнуть. Мало ли что у них на уме. Тот понятливо кивает.

Поехали и правда недалеко, заехали за железнодорожное депо, майор предложил пройтись с ним. Почему не в контору? Руководство не в курсе? Частная инициатива?

— Так вот, Володя — Начал ласково змеюка — Не против, что я на ты? Речь пойдет о твоей чрезмерной активности. Никто не против, что ты поддерживаешь вашего кандидата, против него никто ничего не имеет. Но ты чуть ли не весь состав хочешь свой провести. Так дела не делаются. Давай договоримся — директор ваш проходит, остальные снимают свои кандидатуры.

— А если не договоримся? — Чем пугать будете, господа? Надеюсь, глубоко не копали.

— Будут проблемы. И у тебя и у остальных. Например, с твоим мебельным производством, там столько нарушений — хоть сейчас закрывай. Штрафы замучаешься платить. Да и другие способы есть. Пара заявлений от сознательных граждан, что ты сутенерством занимаешься, девочек несовершеннолетних им предлагал, фиг отмажешься.

— Так, это кнут, а где пряник? — Пытаюсь прояснить все детали — Если договоримся, что тогда?

— Тогда тебя никто не трогает, занимайся своими делами. При случае могу и помочь, если потребность возникнет.

Понятно, ничего на меня у них нет, чисто на понт берут. Но до выборов три месяца, нагадить могут немало. Пока потянуть время, активные военные действия лучше в конце начинать.

— Мне нужно обдумать, да и с кандидатами поговорить. Так что дайте мне время.

— Думай, только недолго. И без глупостей. А с кандидатами поговорят и без тебя. Подвезти тебя?

— Нет, спасибо, мне недалеко.

Пусть Вадик пока сам агитацию проводит, я к кандидатам, пока их не запугали. На завод ближе, отправляюсь туда. У директора как раз закончилось совещание, обрисовываю ему ситуацию.

— Чего-то подобного я и ожидал — спокойно говорит он — Воронин замначальника КГБ местного, он зять Жилина, председателя горисполкома. У них там сейчас семейный подряд — кум, сват, шурин. Так просто не сдадутся.

— Они просто не знают, что их еще ожидает. Компромат я собираю, в нужный момент задействуем.

— Я тебе могу подкинуть еще информации. Так что, будем бороться?

— Естественно! У меня просьба, чтобы меня по мебели не прижали — пусть ваш бухгалтер проверит по документам моим всё. И инженер по ТБ тоже, чтобы ни пожарники ни санстанция, никто не придрался.

С директором школы состоялся аналогичный разговор. Сдаваться он тоже не собирался, обсудили вопросы безопасности, план действий. И отправился искать Вадика. По времени водоканал должен уже посетить, иду к ментам. Сталкиваюсь с ним в дверях райотдела.

— Ты уже на свободе? — приветствует он меня.

— А как ты думал? Пока сказали гуляй! Но если за дело повяжут, пойдешь ты вместо меня — я тебя быстрее вытащу. Максу звонил?

— Да, предупредил. В милиции народу мало, все заняты, начальник недоволен. Наверное предупредили его сверху.

— Фиг с ним, пошли дальше. С начальником пожарной я виделся, вроде нормальный мужик. Слушай, ты как с редактором «Вечернего Ленинграда», общался?

— Ну да, статьи отношу ему. Серьезный такой, не старый еще.

— Что не старый хорошо, попробуем ему статейку о наших градоначальниках пропихнуть. Материал я тебе дам, ближе к маю напечатаем. В газете не получится — так закажем в типографии. Я завтра в Питер, узнать как у Альви дела, а то скоро нам самим охрана понадобится.

— Я тоже! Мне Дашу навестить нужно.

Утром перед отъездом собираю активистов на инструктаж.

— Так ребята. Палатки пока не ставим, потеплеет- тогда. Разносите оставшиеся листовки. Будьте осторожны. По одному не ходить, в конфликты не вступать. С милицией или другими органами не спорить, желательно и не общаться. В машины не садиться, на предложения пройти поговорить отвечаете — только в присутствии учителя. Если что — просто убегайте. И всех остальных предупредите — возможны провокации. Что-то подозрительное — сразу говорите мне или директору.

В Ленинград доехали на попутной машине. Вадим сразу к Даше, я соответственно тоже к жене с дочкой. Они из дома не выходят, за покупками ходит Алиса. Убеждаюсь что у них все в порядке, дальше найти Альви. Когда уже мобильная связь будет, столько времени теряется. Дома его нет, нахожу в спортзале.

— Заканчиваем с залом, вечером начнем запись на занятия. Никому и не говорил еще, а желающие уже заглядывают. Всех берем?

— Берем всех, слабаки отсеются быстро. Только не моложе 18 лет.

— А крайний возраст?

— Не ограничиваем. Хотят себя испытать — пусть платят. Но у нас не фитнес-клуб, нагрузка полная, кто не выдерживает — до свидания. Надо в «Вечерку» объявление кинуть. Дня за три набрать и закрыть пока прием. Большую толпу собирать не будем. Я тогда завтра вечером загляну. Где Руслана найти скажи?

— Обычно к 8 вечера дома, а так не застанешь, мотается по делам.

Тогда к Руслану вечером, пока Диму навестить. В универ захватил студенческий Вадика на всякий случай. Был я тут пару раз, когда поступал Вадим и все. Планировалось, что и я буду временами вместо него учиться, но время внесло свои коррективы. Так, где же здесь его искать? Периодически здороваются, откуда столько знакомых у Вадика? Первый курс всего. Отвечаю, куда денешься.

— Вадька! Потеряшка, где пропадал? — девчонка подлетела, чмокнула в щеку. Вот блин, изображаю радость.

— Болею, знаешь ведь — надеюсь, что знает.

— Иди сюда! — затаскивает за угол, прижимает к стенке, лезет целоваться. Ну Вадик гад! И ни слова главное, что у него тут распутные особи стаями бродят. Я бы чаще тут бывал. Целоваться так целоваться! Прижал её тоже, руку на попку, а что, я же не изменяю — это всё Вадик! Реагирует как будто так и положено, значит поцелуями у них дело не ограничивалось. Девочка в моем вкусе — худенькая брюнетка с короткой стрижкой. Ну вкусы у нас понятно одинаковые.

— Вечером увидимся? — спрашивает тем временем она.

— Увы, я через часик уезжаю. Потерпи зая, скоро появлюсь — Мелькнула мысль затащить её куда-нибудь, одумался. Даже не знаю как зовут — спалюсь.

— Позвонишь тогда. Сейчас куда?

— Медведева Диму ищу, не знаешь где он сейчас?

— Расписание посмотри — А то я не смотрел. Знать бы еще в какой он группе. И её не спросишь, должен знать как-бы.

— Кольцов! Вот ты и попался! — А это блин кто еще?? Мужик в очках, декан или препад.

— Я на больничном! Зашел в библиотеку, учебники взять — оправдываюсь, словно виноват. Девчонка быстро испарилась, видимо мужик серьезный.

— Ходишь, значит здоровый! Ты к немцам ездил, немецкий знаешь? — допытывается очкастый. И что сказать, я то знаю, а Вадик на уровне «Хенде хох» и «нихт шиссен».

— На уровне школьной программы.

— А как ты там общался? Короче, к нам по обмену едут из ГДР студенты, а мы готовим группу к ним. Думал тебя включить, толком никто с нашего курса не говорит.

— А когда ехать и на сколько? — заинтересовался я. Может оказаться полезной поездка.

— В апреле, на месяц. Так знаешь или нет язык?

— Разговаривать могу в пределах бытовых тем. Учиться там не нужно будет?

— Несколько лекций посетить придется, можно и на английском говорить. С английским как?

— С английским замечательно!

— Тогда включаю тебя в группу. Выздоравливай, там и спортивную подготовку показать нужно будет. Лучших отбираем — цени!

Послонялся еще немного, поспрашивал, понял, что долго буду искать. Попробую номер его узнать, созвонится, пока домой. Макс уже вернулся, рано сегодня.

— На свободе? А я уже собирался выручать ехать.

— Пока да, но угрожали. Ты можешь телефон домашний пробить? Медведевых. Адрес тоже не знаю.

— Медведевых много. Вадик что, не знает?

— Вадик знает, но где он есть… В каком-то ведомственном санатории. — Мог и бы спросить адрес когда расставались, не сообразил.

— Вот санаторий найти легче будет. Да и номер тестя его у меня есть, он же знает.

— Вот что бы я без тебя делал! У меня же тоже есть! — искренне восхищаюсь я.

— Сидел бы за подделку документов без меня. Или еще за что-нибудь.

Через пять минут я уже разговаривал с Вадиком. Узнал номер Димы и рассказал о предложении поездки. Как оказалось, это и правда был декан. Про девчонку при Ленке не стал говорить, мужские секреты)). Потом позвонил Диме, договорились на завтра в спортзале встретиться.

— У меня просьба — подошла Алиса — Я хочу в Тверь съездить.

— Зачем? Тебя еще и в проекте там нет. Маме твоей сколько, какого она года?

— Девяносто четвертого, еще не родилась. Да она и не оттуда, это отец из Твери. Он тоже девяносто четвертого. И я не знаю, где они жили тогда, то есть сейчас. Просто хочу посмотреть на город. Тянет.

— Я понимаю. Съездим вместе, только давай летом. Хорошо? А завтра давай в интернат. Нужно готовить концертную программу под выборы. Мальчишки уже начали, но без тебя сама понимаешь, не потянут. Разучите несколько современных шлягеров, новые не всегда сразу воспринимаются. И кого-нибудь на разговорный жанр подготовишь. Я сам напишу пару текстов сатирических. Вспомню Мишу Задорнова.

— Только учиться не буду — скривилась Алиса — Скучно мне на уроках.

— Не учись, я договорюсь — экстерном сдашь.

Жду Димона у спортзала, после того случая в баре не виделись. А вот и он, такой же серьезный.

— А Вадик куда пропал? — интересуется он — В больницу пришел на той неделе, а его уже нет.

— Был у меня, сейчас с Дашей. Скоро вернется. Но там поездка готовится в ГДР, кажется его включили. Ты не едешь?

— С нашего курса не берут, у нас выпускные экзамены. Готовлюсь. Ну показывай, что тут у вас!

В спортзале разминается десятка три парней, от 16 до 30 лет. Один совсем малой, на вид и 14 нет. Спрашиваю Альви.

— А это что за детский сад? Договаривались вроде детей не брать.

— Он чемпион Ленинграда по дзюдо. В своем весе конечно. Но с тренером конфликт вышел, а тот в авторитете и другие не хотят брать.

— После дзюдо переучивать труднее. Ладно, пусть походит, форму чтобы не терять. Может вернется потом в дзюдо. Остальные вижу крепкие парни. Это всё вчера записались?

— Вчера и сегодня. Маловато, думаю половина отсеется.

— А штанги нет у вас — разочаровано вздыхает Дима — Я думал штанги, гири есть, можно ходить заниматься.

— Есть, почему нету? — Альви показывает на каптерку — Там складировано. Раньше тут до нас культуристы занимались. Кое-что осталось.

— Так вы мне уголок выделите? — просиял Димон — А я могу если что массаж делать.

— Да не вопрос — пожимаю плечами — Занимайся. А массажистку мы лучше девушку пригласим. Оно как то спокойней будет. Альви, а душ работает?

— Естественно. Всё как положено. Руслана нашел вчера?

— Ну да, договорились с мая начнем охранные услуги оказывать. Он коммерсам будет предлагать, так что присмотри несколько ребят, поговори. А я найду по рукопашному бою спеца еще. Будут у нас универсалы на все случаи жизни. Да, я вижу кавказцев человек 8. Твои земляки все?

— Не все. Двое с Дагестана, один азейбарджанец, один армянин. Остальные мои — перечислил Альви.

— Армянин кто? Вон тот толстый? Не люблю я их, хитрожопые слишком.

— Да мне он тоже не очень, пусть пока. Деньги платит, старается. Дел у нас с ним не будет, чего переживать — Логично замечает Альви — Ты будешь заниматься?

— Да, сейчас переоденусь. У некоторых морды слишком самодовольные, нужно показать кто тут старшие.

Переоделся, разминаюсь вместе со всеми. Про морды я преувеличил, на первый взгляд никто не пытался показать своей крутости. Но все равно нужно продемонстрировать.

— Ну что парни — Предлагаю после разминки — Покажите, кто что может. Кто сможет сбить меня с ног — занимается год бесплатно!

Желающие нашлись. Сначала. Укладываю отдыхать поочередно четверых, остальные заменжевались.

— Давайте по двое — упрощаю им задачу — Но полгода каждому тогда.

Еще четверо потирают ушибленные места. Больше желающих нет. По трое предлагать не рискнул — ребята крепкие. И так достаточно показал.

— А можно я? — подал голос малой.

— Почему нет, давай — соглашаюсь. Настраиваюсь всерьез — недооценивать нельзя любого противника. У мальчишки оказалась неплохая реакция, быстрый, чуть не поймал меня на подсечку. Но к ударам оказался не готов, да и веса мало — отправляю в недолгий полет толчком ноги в грудь.

— Бороться с тобой я бы не рискнул — резюмирую — Хотя у меня КМС по дзюдо. Молодец. Как зовут?

— Евдоким — нехотя произносит пацан. Дразнили что-ли в школе?

— Классное имя, главное редкое. Во! Альви я придумал! Будет он спарринг-партнером для Алисы!

— Ну да, интересно будет посмотреть — соглашается тот.

Потом проводим с Альви небольшой поединок. Он по-прежнему сильнее меня. Я и занимаюсь меньше — не всегда успеваю.

Вечером Максим приносит новость — чеченцев отпустили, дело переквалифицируют как обычную драку.

— Из Москвы команда поступила — поясняет Макс — Видимо лапа у них там хорошая. Или отстегнули капусты. Ножи заставили убрать из дела.

— Так что, могут еще и нас виновными назначить?

— Не должны. Максимум — заставят в кабак штраф заплатить. Вот такое у нас правосудие! Добили бы вы их там, списали на разборки между собой. А теперь вот что от них ждать?

— Достань мне ствол. Для самообороны.

— А автомат не хочешь? Поодиночке не ходите, особенно вечером, Лену отправь куда-нибудь пока. Давай в Таганрог к сестре моей?

— Подождем пока развития событий.

Вадик с Дашей появились только перед 8 марта. Отвожу Вадима в сторонку.

— Ну что, Казанова, шантажировать тебя буду. Стоило мне появиться в универе бабы одна за другой на шею вешаются. И в брюки лезут!

— Светка? Она только могла, не сочиняй. Так сводил бы её куда-нибудь.

— И меня толкаешь на измену? Вот Дашке расскажу! Ладно, есть новость. Тебя записали в группу для поездки в ГДР. Поеду естественно я, а ты в интернате будешь вместо меня работать.

— Я и сам не против к немцам поехать!

— Язык не знаешь, а взяли только потому, что я сказал — можешь говорить. И я не отдыхать еду, а связи налаживать. Скоро Германия объединится, может кого найду энергичного, для совместного бизнеса.

— Ладно, езжай. Мне теперь придется немецкий учить, подставил меня! Так что с тебя штраф — мне подарок на завтра не за что Дашке купить.

— А у меня думаешь есть деньги? Придется у Руслана просить в счет будущей мебели. Мне Ленке дарить, Алисе, да и Даше тоже нужно.

— Точно… еще и Светке и… — задумался Вадик.

— Не, на блядей сам ищи! Хорошо, идем к Руслану и по магазинам.

Утро 8 марта, квартира постепенно наполняется народом. Сначала Вадик с Дашей (ребенка оставили родителям). Даше я подарил серебряный браслетик. Лене раньше, как проснулись, надел сережки с сапфиром. Она девочка золотом не избалованная, кольцо перед свадьбой было её первое украшение. Откуда у интернатовских деньги на золото? Максим ограничился цветами. Потом появился Руслан с женой, тоже с подарками — преподнес девкам несколько пачек импортных колгот. Стол готовлю сегодня я — с Максима кулинар никакой, помогает салаты только резать. Курочку в духовку, мясной пирог испек еще вчера, десяток салатов. Руслан принес соленых хариусов, красной икры (с Дальнего востока пришел товар). Стол накрыт — молодежи нет еще. Женщины пока прихорашиваются, мы на кухне втихаря разминаемся бренди. Ага, кто-то явился! Близнецы, Алиса, еще и с ухажером. Хорошо хоть свой — Кирилл. Смущается, не знает, как воспримем.

— Молодец что приехал — Подбадриваю парня — Надеюсь, отпросился у директора?

— Да… Алиса отпросила…

— Она может! Алиса! Девочка моя! Пойдем, подарок примеряешь.

Долго выбирал, что ей купить, к украшениям она равнодушна, косметикой не пользуется. Остановился на одежде, ассортимент у неё был небольшой. У меня не всегда были лишние деньги, чтобы ей покупать, да и она неловко себя чувствовала, когда без повода давали деньги или вещи. С выбором одежды тоже сначала не пошло — платья она не носила, брюки без примерки не купишь. И тут в комиссионном отделе вижу шикарное кимоно. Именно не спортивное, а выходное и размер её. И цена небольшая — мало кто в это время рискнет такое одеть. Честно говоря, немного был не уверен, но больше выбрать было нечего. Однако увидев её реакцию, вздохнул с облегчением — у неё перехватило дыхание.

— Класс! Я померяю?

— Разумеется. Вот тут еще Лена тебе купила подарок, я не смотрел — На самом деле и это купил я. Попросил продавщицу подобрать нижнее белье, показал примерно такую девочку. Комбинацию, трусы, носки, футболки. Выхожу, пусть меряет.

Как раз последний гость пришел — Альви. И тоже не сам — с незнакомой девушкой. Чеченкой, значит намерения серьезные — у них просто так в гости не пойдут со случайной. Красивая, показываю ему незаметно большой палец вверх. А молчал, Руслан тот вижу в курсе.

— Ну наконец все! Давайте за стол — приглашает на правах хозяина Максим.

Рассаживаемся, нет Алисы, пресекаю попытки пойти за ней. Появляется в нужный момент — все сидят и внимание на неё. Немая пауза, потом аплодисменты. Даже я подготовленный не ожидал, что так классно будет смотреться. Не знаю как Ленка, а Даша точно себе захочет подобное. У Кирилла даже рот открыт! Усаживаю смущенную Алису рядом с ним.

— Дорогие девочки! Первый тост за вас! Любимых, самых красивых, нежных, милых, непредсказуемых, неповторимых!

Веселье в разгаре. Мы с Леной периодически отлучаемся, контролируем наследницу. У нас родителей нет — некому оставить. Обращаю внимание, что близнецы хмурые, игнорируют друг друга. Спрашиваю Алису, что с ними?

— Влюбились оба в одну девчонку. А она сучка еще и провоцирует обоих. Я с ней поговорю, объясню как она не права.

— Ты про Женьку? — Замечал, что они неравнодушны к этой малолетней блондинке — Лучше не надо, знаю, как ты поговоришь — она потом заикаться будет. Я с ними лучше проведу беседу.

Не откладывая зазываю мальчишек в свободную комнату.

— Вы что парни, как ни стыдно! — сходу наезжаю — Из-за бабы ссорится последнее дело. Ладно, там у постороннего отбить девчонку — это допустимо. Но с другом или братом такие вопросы решать нужно благородно и быстро. Женщин много, а брат один.

— Мы не ссорились — возражает Артем — Просто…не знаем, как поступить.

— Вот мы с Вадиком Дашу одновременно увидели. Мне она тоже понравилась, но увидел, что Вадим на неё залип и всё. Для меня она стала подругой брата. Словно подарок брату сделал. Для близнецов это самое трудное — вкусы одинаковые, одинаковые девочки нравятся. Так что решайте, кто вам дороже — родной брат или посторонняя девчонка?

Минута молчания. Поглядывают друг на друга, шевелят извилинами.

— Мне брат дороже — первый решился Антон — Дарю тебе её. А ты мне подарок тоже сделай — я хочу песню «Ветер» исполнять на вечере сегодня.

Артем сделал кислое лицо. Песню написал он, сегодня премьера. Но если честно поет Антошка лучше.

— У вас в роду евреев не было? — Интересуюсь у Антона — Когда что-то взамен требуешь это не подарок, а обмен. Или продажа.

— Пусть поет — Решает Тёма — А с Женькой будем оба дружить, пусть сама выберет.

— Благородно, но глупо — Констатирую я — Она будет специально вас дразнить, для неё это прикольно. А потом выберет кого-то другого. Так что, Темка, подарили — пользуйся. Когда женщина бесхозная она себя неправильно ведет.

— Женщина! — прыснул Антон. Потом оба рассмеялись. Вот и хорошо, думаю выводы сделали.

Вскоре молодежь стала собираться. Вечером в интернате праздничный концерт, естественно наши музыканты стержень программы. А мы продолжаем праздновать.

2

Март подходит к концу. Поездка в ГДР сорвалась, все из-за незаконченного следствия по драке. Закрывать его не торопятся, видимо кому-то нужно держать чеченцев на крючке. Так что в ГДР я не побываю — скоро её не станет. Ну и ладно — тут работы тоже хватает. Мебельное производство расширил. Теперь делаем и мягкую и корпусную мебель. Уходит на ура, часть в магазины, часть Руслан реализует. Наконец стали появляться деньги в кармане. Но это слезы — нужно стартовый капитал увеличивать, скоро он понадобится. Посовещавшись, решил начинать принимать заказы по охране. Пока неофициально. Обсуждаем с Альви и Русланом детали.

— Смотри Руслан, киоски охранять мы не будем, для этого сторожа есть. Сопроводить товар, деньги перевезти, машину. Или личная охрана. Стоит дорого. Лучше пусть будет один заказ в месяц за 1000, чем десять по сто рублей. Со временем я уверен спрос будет и немалый, так пусть привыкают, что у нас дорого и надежно.

— Правильно — соглашается Руслан — Кто захочет экономить, потом пожалеет. Но примерные цены озвучь.

— Десять процентов от стоимости груза плюс дорожные расходы. Личная охрана — сто рублей в час. На длительный срок делаем скидки.

— Десять человек я отобрал, для начала хватит — Альви передает список.

— Более чем. Мы с тобой тоже участвуем. В мае один отставник- спецназовец приедет, будет подготовкой заниматься. Как раз к тому времени надеюсь, прибыль пойдет, чтобы на зарплату хватало. А позже зарегистрируем и на оружие разрешение сделаем. Так что ребят отбирать нужно служивших в армии и психически устойчивых.

— И с правами — Подсказывает Руслан — Заказы на перегон машин точно будут.

— С машинами на начальном этапе связываемся, потом лучше не браться. Когда они валом пойдут из-за границы, то слишком рискованное это занятие будет. Дорого клиенту обойдется, если посылать три — четыре человека с оружием на тачку.

Всё обговорив отправляемся с Альви в спортзал на тренировку. Идем спокойно, никого не трогаем, навстречу четверо курсантов. Идут по всему тротуару, сворачивать не собираются, мне лишние конфликты не нужны — слегка ушел в сторону дороги. Альви уходить не захотел, столкнулся плечом с высоким, мускулистым военным. Причем тот, неожиданно для себя отлетел от невзрачного на вид парня.

— Ты че, оборзел, сука черножопая? — На лице непередаваемые эмоции, но драться не бросается. Народа много на улице.

— Это ты петушара оборзел — Не остался в долгу Альви.

Курсант огляделся по сторонам, нет ли патруля. Просто так явно не разойдемся, нужно что-то делать.

— Если у вас претензии давайте разберемся, только не здесь — предлагаю я — У нас рядом спортивный зал, там без свидетелей решим вопрос.

Курсанты переглянулись, агрессивный кивнул. Молча идем, они за нами. В спортзале пока мало ребят, человек десять. Один из курсантов презрительно скривился.

— А, так вот чего вы сюда нас звали.

— Не ссы салага, всё по честняку. Один на один, голыми руками. Любой из вас или поочередно — ставлю условия.

— Вагнер, давай, объясни политику партии — Ожидаемо выставили забияку. Пока они с Альви готовились, снимали верхнюю одежду, подхожу ближе к остальным курсантам. Что-то у меня щелкнуло в голове при этом имени.

— Он что, немец?

— Да нет, русский — Поясняет один под смех остальных — он ариец! Поклонник третьего рейха!

— А его случайно не Дмитрий Уткин зовут? — Нет, такие совпадения не бывают!

Три удивленных взгляда.

— Да, а откуда ты знаешь?

Охренеть! Будущий основатель ЧВК «Вагнера». Не самая лучшая у меня о нем информация. Причастность к убийствам командиров ополчения на Донбассе, участие в рейдерских захватах, исчезновение людей служивших в его группе. При покровителе в Газпроме всё было дозволено. И исчез потом при невыясненных обстоятельствах. Быстрее всего сделал пластику и слинял за бугор. Подхожу к Альви, шепчу на ухо.

— Не покалечь его, он мне еще нужен. — Тот согласно кивает головой.

— Внимание! — объявляю я — Бой без правил, завершается, когда один из бойцов не сможет продолжать. Прошу!

Вышли в круг, Вагнер видимо уже прочувствовал обстановку и начал осторожно. Обманными выпадами прощупывает противника. Стойка не боксерская, но явно чем- то занимается. Быстрее всего рукопашный бой. Альви тоже не торопится — с незнакомым бойцом можно нарваться. Отступает, демонстрирует нерешительность.

— Да не играйся с ним, опоздаем на построение — торопят курсанты товарища.

— Альви, осторожно, он левша! — Включаюсь я в игру. Хотя по виду у Вагнера и правда ударная левая, но для Альви это без разницы. Пусть думают, что он боится.

Вагнер «дозрел», рывок…, недолгий полет, громкое приземление. Да… разочаровал он меня, его и Евдоким сейчас поймал бы. Вскакивает быстро, видно, что больно, но идет опять вперед. Лицо почему-то довольное, с чего бы? Видимо решил по броску, что тут секция самбо или дзюдо. Сейчас он будет разочарован. Это еще что??? Альви делает «колесо» вбок, слабая попытка удара ногой, Вагнер легко уклоняется. Сальто назад. Дурачится, блин. Но цели достигает, вывел из себя.

— Ты драться будешь или только прыгать как обезьяна? — зло спрашивает Вагнер.

— Да боюсь, опять упадешь, сломаешь что-нибудь — веселится Альви — Ладно, иди ко мне, дорогой!

Опускает руки, ждет. Противник возможность не упускает, осторожнее, чем первый раз приближается и… пропускает прямой в нос. Подсечка и удар ногой в бок. Не тхэквондо, а уличная драка! Скорость просто у Альви в два раза выше. Лежачего не добивает, ждет. Тот поднимается уже медленнее, лицо залито кровью. Курсанты обеспокоенно переговариваются. Теперь уже Альви атакует, Вагнер успевает поднять руки, но это ему не помогает. Вот это уже тхэквондо — круговой удар ногой в ухо и через секунду второй ногой в грудь. Черт, головой сильно об пол приложился — маты у нас отсутствуют. Шевелится, слава богу!

— Баро! — командую я — Закончили!

Пока Вагнера усаживают на лавочку, иду мочу полотенце.

— Приложи, кровь остановить — даю ему — Извини, но у тебя шансов не было. Сам нарвался, будет уроком — нельзя незнакомых людей оскорблять. Да и знакомых тоже.

— Ладно, еще сочтемся — слабо отвечает, не пришел еще в себя.

— Да это всегда пожалуйста — не возражаю ему — Приходите когда будет желание, нам «куклы» нужны.

— Это что, каратэ? — спрашивает один из курсантов.

— Тхэквондо. Корейское боевое искусство. Хотите заниматься, приходите. Тридцать рублей в месяц.

— Кто нас отпустит? Да и денег лишних нет.

Проводив «гостей» начинаем тренировку. У меня раз в неделю только получается сюда выбраться. В интернате тоже разминаюсь, но там кроме Юны, партнеров равных нет. Хотя тут тоже только Альви, но у многих прогресс хороший. С двумя уже могу не справиться.

Когда закончили, прошу остаться по списку составленному Альви. Евдоким тоже подходит ко мне.

— А Алиса почему не приходит? — Один раз привел её сюда, поставили их в спарринг. Евдоким сначала её уложил, но потом она его так избила! Мне его даже жалко было.

— Синяки зажили? Хочешь завтра поехали со мной, увидишь её. Да там и другие соперники твоего возраста есть. Хотя тебе в школу..

— На пару дней отпустят! Правда, можно? — обрадовался парень.

— От родителей записку принесешь, что не возражают. А то обвинят меня в похищении — Зря я его позвал, еще с Кириллом подерутся за девку.

Подхожу к оставшемуся десятку. Парни 20–25 лет, большинство работает в порту.

— Ребята, для вас есть предложение. Мы создаем охранное агентство, набираем крепких парней на работу. Оплата высокая, пока заявок мало можно будет совмещать с основной работой.

— А что охранять? И высокая — это сколько? — посыпались вопросы.

— Охрана и сопровождение грузов, личная охрана, перегон автомобилей. Возможно охрана мероприятий. А по зарплате, вот сколько ты в порту получаешь? Триста в месяц? А сможешь за день триста. Риск есть конечно, в дальнейшем с оружием будем работать.

Согласились все. Я другого и не ожидал, сам бы не отказался на их месте.

Рано утром отправляюсь в интернат, на вокзале ждет Евдоким.

— Записка от родителей есть?

Дает, почерк женский, взрослый.

— Ладно, едем. Что с дзюдо, так и не нашел тренера?

— В Питере нет, в Москву приглашают в спортивный интернат. Не хочу, да и родители не отпустят.

— Я мог бы тебя выставить на соревнования, только начинать придется с местных отборочных. И кроме тебя некого, у нас дзюдо не пошло, предпочли на тхэквондо заниматься.

— А тхэквондо олимпийский вид спорта? — заинтересовался Евдоким.

— Пока еще нет. Планируют включить, но когда неизвестно — Я помню что в 2000 году, а как скажешь?

— Жаль. Я на олимпиаду хочу — вздыхает малой.

— Тогда только в Москву. Хотя… — Я задумался. Вспомнил одного «дзюдоиста». Если с Собчаком контакт наладим, выйдем на Путина. В сборную возможно и удастся его провести. Это рассчитывать если на 1992 год. Вопрос в том, смогу ли я его подготовить на должном уровне? Однозначно не смогу. А жаль, хотелось бы тоже побывать на олимпиаде.

— Ладно, не унывай. Поищем тебе тренера. Еще время есть.

В интернате как всегда встречают с неприятностями. Вчера избили двух ребят разносящих агитационные материалы. Не прошло и часа как директора вызвали в ГОРОНО и начали наезд. Вовлечение детей в агитацию, подверг их опасности. Предложили снять кандидатуру или не исключили возможность увольнения с должности. Вот сидит теперь, задумался.

— Жил спокойно, так нет, ты взбаламутил. Оно мне надо было? — Ага, а как ты хотел? Сахарную косточку без драки чтобы отдали?

— Спокойно, ничего неожиданного нет. Будут давить и дальше. Лучше всего вам сейчас пойти в отпуск. Предвыборный положен. Пока в отпуске — не уволят. А после выборов другой разговор будет. Ребят привлекать больше не будем, в мае я студентов попрошу помочь, палатки развернем. Главное что по рейтингу вы на первом месте — Нужно успокоить кандидата, чтобы глупостей не наделал.

— По какому рейтингу?

— Городскому. Я с народом ходил, общался, за вас больше всего голосов будет. А за неделю перед выборами напечатаем в Ленинградской газете исследование рейтингового центра с нужными цифрами. Хотел я позже его открыть, да вижу не обойтись. Вадик статью напишет — выборы тема актуальная.

Убедил и почти успокоил. Теперь выяснить, кто организовал нападение на ребят.


Потеплело, в интернате никого не найдешь. И Евдоким тоже куда-то исчез, надеюсь его не похитили. Естественно нахожу в музыкалке, с Алисой. Вижу, она не очень довольна его приездом.

— Как продвигается работа? Не забывайте и к майским праздникам программу готовить. Точнее совместить, будем к 9 мая концерты организовывать, заодно и за кандидатов агитировать.

— Ну мы играть будем, а агитировать уж вы сами — Да, Алиса не в настроении.

— А я о чем? Ваша задача привлечь народ. А мы потом по ушам ему поездим. На тренировку ходишь? А то у Кима зажили синяки, пора обновить.

— Без меня найдется кому обновить.

— С тобой все понятно, пошли Ким, посмотришь спортзал наш.

В спортзале нахожу пострадавших. Трое мальчишек 14 лет, у одного только фингал видно. Как оказалось, нападавших они не знают — не местные. Пятеро парней 17–18 лет.

— Давайте так ребята, если кого из них заметите, проследите куда пойдет. Нам заказчика нужно выявить. Материалы для распространения закончились, так что пока отдыхайте.

— Мент вчера приходил, участковый. Расспрашивал. Тут везде шарился — докладывает Кирилл.

— Что? Почему мне сразу не сказали? И директор не слова — возмущаюсь я — Показывайте, где он ходил.

Идем по маршруту. Раздевалка, кладовка, что ему тут нужно было?

— Так пацаны. Осмотреть каждую щель. Представьте, что тут спрятаны деньги.

Через десять минут Олег приносит небольшой пакет, завернутый в газету. Осторожно разворачиваю. Чего и следовало ожидать — конопля.

— Продолжайте искать, мог не один подбросить. Где он еще был? По всему маршруту пройдите, задействуйте всех. Я у директора. На вход двоих на шухер, скоро должны появится.

Захожу в кабинет, разворачиваю на столе пакет. У директора легкий шок.

— Это зачем?

— Это гарантированное увольнение для вас. Почему разрешаете кому попало ходить на территории? Так и оружие подбросят.

— Михалыч что-ли? Не мог он! Я его десять лет знаю!

— Плохо значит знаете. Топорно работают, я бы на их месте прижал кого-нибудь из-наших. Подкупил или припугнул, по-тихому закладку сделали и никто не подумает искать. Странно что утром сразу не пришли, возможно, ждали пока я приеду.

— И что теперь делать? С этим?

— Вы курить не будете? Я тоже. В котельной сейчас сожгу. Готовьтесь, скоро придут с обыском. Думаю целенаправленно, в спортзал.

Задумываюсь. Прижать мента не удастся. Показания детей против почетного работника милиции ничего не стоят. Выловить его и на диктофон заставить признаться? Это только в дешевых детективах такое бывает.

— Езжайте срочно подписывайте заявление на отпуск. А то еще какую гадость придумают. Я смотаюсь на квартиру, могли туда подбросить — для КГБ это несложно.

Мчусь, сжигаю компромат, звоню Максу освещаю ситуацию.

— Квартиру проверь в первую очередь. Если в интернате найдут, доказать принадлежность не смогут. Если отпечатки каким-то образом не появятся — дает он указания — Без ордера посылай всех подальше.

Подробно инструктирует как себя вести. Теперь быстро на квартиру, пока тихо. Тщательно осматриваю замки, пыль на входе. Не думаю, что такие уж профессионалы в этом захолустье. Хорошо у нас мебели и вещей мало. Быстро проверяю шкафы, ванную, туалет. Нигде ничего. Если хорошо заныкали, то не найду. Будем надеяться что чисто. Возвращаюсь назад, одновременно со мной у входа тормозит Уазик, следом Волга.

— Гражданин Королев? — окликают меня — Подойдите.

Лица все незнакомые, семь человек, все в гражданском.

— Отдел борьбы с оборотом наркотических средств, капитан Зайченко — Представляется старший. Открывает папку. Меня внезапно разбирает смех, вспомнил песню Трофима.

Наутро граждане в коротких пиджаках

Мне предъявили государственные ксивы

И я с манжетами стальными на руках

Годков на пять простился с вольною Россией.

Да, нервы сдают. Капитан недоуменно смотрит на меня. Смотри, мне глубоко фиолетово, что ты думаешь.

— К нам поступила информация, что вы распространяете среди подростков наркотики. Вот ордер на производство обыска по месту работы. Ознакомьтесь.

Вот как, все-таки под меня решили копать. КГБ-шник сука! Тщательно изучаю документ. Подпись, печать прокуратуры, все как положено. Тем временем остальные уже нашли понятых — двух женщин, пенсионерок.

— Хорошо — возвращаю ордер — Какие наши действия?

— Мы должны обследовать ваше место работы. Пройдемте?

— Минутку — начинаю обламывать их — В ордере указано четыре фамилии. А вас семь. Прошу лишних удалиться.

Переглядываются. Особо не нервничают, уверены в результате.

— Пойдут четверо, остальные в машине будут ждать — Отвечает капитан, словно так и планировалось.

— Вы должны мне вручить копию постановления — продолжаю блистать знаниями. Достает козел, предусмотрел. Вручает под роспись. Информирует понятых об их обязанностях. Предлагает мне добровольно выдать запрещенные к хранению вещи. Пока все как положено.

— Перед началом обыска прошу всех предъявить содержимое карманов — Ошарашиваю ментов.

— Что за бред? — Ага, капитан начал нервничать!

— В случае отказа это будет отражено в протоколе. Понятые, прошу внимания! Возможна попытка подбросить что-нибудь.

— Ладно! — с угрозой в голосе произносит капитан. Начинает выкладывать из карманов на капот, жестом предлагает то же самое остальным. На следующее требование — задрать штанины и показать носки, цвет лица у него приобретает свекольный оттенок. Но не спорит. К сожалению, у них ничего не оказалось, хотя на такую удачу я и не рассчитывал.

— Еще вы не сказали понятым, что во время проведения обыска все лица должны находиться в одном помещении. — На этом мои знания кончаются. Всё что мог, сделал.

Далее следуем в спортзал. Начинают с раздевалки, потом зал. Не торопятся, создают антураж. Вот и добрались до кладовой, именно тут за батареей отопления был пакет. Вот один вдоль стены добрался до неё, засовывает руку за неё, долго шарит. Капитан искоса поглядывает на него. Что, облом? Ага, достал фонарик, светит. Думает, закатился. Но на лице эмоций никаких, спокойно последовал дальше. Квартира в ордере не указана, уже хорошо. Что-то в шкафу долго ищет, ребята там проверяли?

Капитан молча заполняет протокол. Остальные просто стоят, поняли, искать бессмысленно.

— Распишитесь — Дает мне, потом понятым. Всё правильно записано, претензий не имею. Молча провожаю к выходу. Хоть бы извинились. Даже до свидания не сказали.

— Капитан, никогда ты не будешь майором — пропел я ему вполголоса в спину. Услышал, вон как напрягся. Ничего, память у меня хорошая. Не забуду.

— Ничего не нашли? — окружают меня ребята.

— Если бы нашли, то меня тут не оставили. Вовремя ты Кирька про мента вспомнил.

— Мы его подкараулим, разберемся — Обещает Игорь, из выпускного класса.

— Только попробуйте! Мы первые подозреваемые будем. Пусть живет, пока, придет время — сочтемся. Хорошо, что одна закладка была.

— Не одна — тихо говорит Кирилл.

— В смысле?

— В шкафу нашли еще. Хотели заныкать, кто не спрашивай, мы уже разобрались.

— Ясно. Куда дели?

— В сортир спустили. Честно.

— Ладно. Не расслабляйтесь, могут повторить. Или что новое придумать. Подкупить кого-то из наших. Девчонок уболтать, чтобы наговорили.

— Нет! Наши не поведутся! — Наперебой уверяют. Коллектив действительно дружный, но сто процентов гарантии я бы не дал.

Вечером на тренировке Евдоким показывает класс. Пацанов укладывает в два счета. Алиса не выдержала, вышла против него. Теперь бой почти на равных — Евдоким время зря не терял, за месяц хорошо продвинулся. Похоже, он и напросился сюда отомстить за прошлое унижение, а я подумал… Но рано, еще ему заниматься и заниматься. Пропускает пару хороших ударов, на третьем я останавливаю бой за явным преимуществом. Оба недовольны, хотят продолжать. С трудом успокаиваю.

— У нас тренировка, а не соревнование. В конце мая проведем турнир, готовьтесь.

9 мая проводим концерт на городской площади. Наша и школьная самодеятельность. Нелегко было добиться разрешения на него, пришлось подключить горком комсомола Ленинграда. Там совершенно не поняли, почему нам не разрешают такое благородное дело как концерт для ветеранов. Вставили фитиль местным властям. Скрепя сердце разрешение нам дали. Но предупредили — никакой агитации за кандидатов. Плевать я хотел на их запреты, во время концерта раздадим листовки с программой кандидатов, да и сами они выступят — поздравят ветеранов. Председатель горисполкома тоже пожелал выступить, примазаться к славе. Причем потребовал слово первым. Лошара!

Начинаем в 10 утра, люди еще подходят. Деревянная сцена изготовлена нами в мебельном цеху, собрана уже тут, на месте. Председатель читает по бумажке заготовленную речь, микрофон фонит, мало что можно понять. Закончив свое невразумительное поздравление, получает жиденькие аплодисменты. Поднимаюсь на сцену я. Ребята настраивают микрофон, теперь слышимость отличная.

— Дорогие друзья! Земляки! Уважаемые ветераны Великой Отечественной войны! Коллектив интерната и средней школы № 2 поздравляет вас с праздником великой Победы! Мы подготовили для вас небольшую концертную программу. Для ветеранов и инвалидов сейчас поставят стулья. И скоро подъедет полевая кухня с солдатской кашей! Участники войны будут накормлены бесплатно! Это подарок от ремонтно-механического завода.

Директора выступят чуть позже, когда народа соберется больше. Стулья привезли из школы, расставляют перед сценой. Кроме каши была у меня мысль наливать ветеранам фронтовые 100 грамм, но увы — в разгаре борьба с алкоголизмом. Права вести торговлю на площади также получить не удалось, а можно было подзаработать. Пока ребята развлекают народ музыкой.

— Владимир Семенович! — С боков подходят двое — Разрешите на минутку, поговорить.

Иду с ними, поговорим. Ребята всё видели, кому звонить знают если что. В машине уже знакомое лицо, сажусь рядом на заднее сидение. Никуда не едем, водитель вышел, стоят в стороне.

— Договор наш значит, не хочешь соблюдать? — Это у майора вместо здравствуйте.

— Разве мы о чём то договорились? Не припоминаю.

— Зря. Думаешь, если тебя никто не трогает, то я о тебе забыл?

— А обыск это тоже «не трогают»? — Подозрительно хорошее у него настроение. Какой-то туз в рукаве.

— К обыску я отношения не имею, есть и другие заинтересованные лица. Ладно, не будем тянуть кота за причандалы, взгляни вот на это. Знаешь его? — Протягивает мне фотографию, пацан, лет 15, ни разу не знакомый. На обороте надпись — Юле на память.

— Первый раз вижу.

— Да? Странно. А эту? — Теперь женщина, постарше, также незнакомая. А видимо должен знать, просто так он бы их не показывал. Слишком злорадное выражение лица.

— И эту не знаю.

— Как же так? Это Кошкина Татьяна Викторовна. И теперь не узнал? — Я уже все понял. Разбирался в биографии Волошина, эти люди имеют к нему отношение. Хрен выкрутишься. Надежда только на то, что он еще хочет договориться, иначе разговаривали бы не в машине, а в камере.

— А у Вас нет таких знакомых, которых вы не хотите видеть? — Делаю слабый ход, других пока нет — Эти люди для меня умерли.

— Вот как? Допустим, я могу поверить, что директор интерната тебя так достала, что не хочешь её видеть. Но себя то, за что так? Изменился так сильно, сам себя не узнаешь?

Раздобыл гад фото Волошина. В паспортном фото заменили на мое, в интернате дело изъяли. Нашел какую-то Юлю, расспрашивал, она показала фото. И все. Не отвертишься, очной ставки с этой Кошкиной моя физиономия не выдержит. Варианты действия? Майор не дает долго раздумывать.

— Молчишь? Вот так шпионы и попадаются. Будешь колоться или поедем оформлять?

— Огласите все варианты, пожалуйста — Все козыри у него, могу только играть в партизана. ГРУ меня не знает (или знает?), Максим тоже может пострадать. Сбежать? Не знаю его физической подготовки, но вырубить, возможно, смогу. Возможно, даже смогу удрать. А дальше?

— Вариант у тебя один. Рассказываешь всё, а я подумаю, что с тобой делать.

— Рассказать я ничего не могу. Если вы внимательно все проверяли, то в курсе, что все документы оформлены законным образом. Не мог я купить всех — в паспортном, военкомате, интернате. Выводы сами сделаете? — Подталкиваю к мысли, что за мной стоит организация. К сожалению, на ГРУ я не тяну по возрасту, а что я не отношусь к их ведомству — он уже пробил.

— Да, этот аспект меня несколько смущает. Но есть средства развязать тебе язык. Узнаю, тогда и выводы сделаю — Не ведется, да я особо и не надеялся.

— Если я до сих пор не в камере, значит, есть другие варианты? — Пытаюсь изменить ход разговора.

— Не торгуйся. Расскажешь, возможно и появятся варианты — Не торопится, доволен. Уверен, что никуда я не денусь. Лихорадочно просчитываю возможные действия. Их немного, первый — уйти в бега. Документы мне сделают другие, в провинции затаюсь. Пострадают Вадик, Максим, ломаются все планы. Отпадает. Второй — молчать. Даже применив скополамин — ничего не добьются, тому, что услышат — не поверят. Опять- таки, возьмутся за Вадима — не мог он быть не в курсе кто я. Третий — сказать ему правду и убедить в этом. Дальше всё зависит от его поведения, захочет он использовать это в личных целях или доложит по команде. В последнем случае последствия будут хуже, чем в первых вариантах. Больше ничего на ум не приходит.

— У меня действительно нет выбора. Но есть некоторые нюансы. О том, что я с вами сейчас беседую, уже знают. Назовем их условно Икс. Если я не вернусь — Икс предпримет меры по устранению источников утечки информации. То есть меня, Вас и других. Вы ведь знаете, как работают ваши коллеги-соперники? Я имею ввиду не ЦРУ, надеюсь, вы понимаете, что на иностранного шпиона я не тяну — Смотрю на него в упор. Намёк на ГРУ более чем толстый.

— Если ты из ГРУ, в чем я сомневаюсь, то меня еще и по службе продвинут за твое раскрытие. Хочешь меня запугать?

— Нет. Я предлагаю Вам представить себя на моем месте. Если я попадаю к вам — у вас призрачная возможность продвижения по служебной лестнице, у меня ничего — я труп. Вывод какой?

— Сотрудничать. Рассказываешь мне все и будем договариваться.

— Вывод неправильный! — С этими словами бью ребром ладони по сонной артерии. Неудобно, да и не левша я. Но от этого удара зависит будущее. Повезло, попал как надо, вырубил надежно. Его коллеги сюда не смотрят, предварительно убедился. Быстро проверяю карманы, достаю пистолет. Табельный «ПМ». Отлично. Патроны? Есть! Снимаю с предохранителя, втыкаю ему в бок, легкими похлопываниями привожу в чувство.

— Очнулся? Дергаться не советую, мне терять нечего, а простреленную печень тебе не заменят. Теперь слушай мое предложение. Предлагаю сотрудничать с ГРУ. Тебе обеспечат карьерное продвижение и финансовую поддержку. А на мне ты кроме геморроя ничего не заработаешь. Живым я не дамся, за самодеятельность и возможные потери сошлют на Камчатку. Даже если сейчас доложишь — это тебя не спасет. Да и информации у нас на тебя и твоего тестя достаточно, мне не разрешают пока её использовать. Если не дурак — соображай!

— Ты сотрудник ГРУ? Не верю. Если даже так, зачем я им — Рассуждает почти логично.

— Мне плевать веришь или нет. Если согласишься — разговаривать с тобой будут другие, они предъявят доказательства. И зачем тоже объяснят. Сейчас мы с тобой спокойно выходим из машины, прощаемся и я иду назад на площадь. Попытаешься задержать — открываю стрельбу. Тебя не трону — завалю твоих сотрудников, достаточно будет для конца твоей карьеры.

— Оружие верни — Да майор, вид у тебя уже не такой самодовольный. Хмурый, растерянный.

— Ждешь здесь, пистолет тебя принесут. Решишь меня еще раз задержать, трижды подумай. Всё происшедшее в глазах твоего начальства будет выглядеть очень некрасиво. А мой труп тебе также карьеры не сделает. Времени на размышление у тебя сутки, дальше будут приняты меры. Я в интернате, надумаешь — приходи. Выходим!

Прячу пистолет во внутренний карман и быстро открываю дверку. Майор чуть замешкался, выходит медленно. Надеюсь, он не фанатик, грудью кидаться на ствол. Стрелять то я не стану, блефую, но убедительно. Сам поверил!

— Руку протяни — шиплю сквозь зубы. Протягивает. Если что, опять левой буду вырубать. Нет, отпускает. Теперь уйти. Поворачиваюсь, стараюсь быть максимально естественным. Жаль, на затылке глаз нет. Адреналин зашкаливает, в висках стучит. С трудом сдерживаю шаг, по спине потекла струйка холодного пота. Вот и угол дома, слышу сзади голоса. Спокойные, стоят на месте. Заворачиваю за угол, непроизвольно оборачиваюсь. Теперь ускоряюсь, почти бегом домчался до площади. Там Алиса устроила караоке-конкурс, необычное развлечение для этого времени. Нахожу Кирилла, отзываю в сторону.

— Тебе задание. Идешь к котельной, там стоит Волга. Возле неё Воронин, знаешь его? — Кирилл кивает. Достаю носовой платок, прикрывая полой пиджака, заворачиваю пистолет — Отдашь ему вот это.

Теперь быстро думай, что бы я сделал на его месте? Соглашаться на предложение? Очень не хочется, пряник призрачный, могут просто убрать и всё. Доложить начальству? Тоже страшно, непонятно чем может закончиться. Взять в заложники семью, Вадика? Были бы бандиты, так и поступили. Но для него это точно конец. Итак, 50 на 50. Повлиять я не могу, остается ждать. Ленка в санатории, Вадик с утра на демонстрации в Питере, потом приедет сюда. На площади меня брать точно не будут, в интернате тоже. Если блеф не сработал, сопротивляться не буду. Сдаюсь и торгуюсь в обмен на неприкосновенность остальных. Других возможностей не вижу.

Концертная программа длинная, хорошо готовились. И каша готова, угощают всех бесплатно, накормив сначала ветеранов.

— Владимир Семенович, вас директор зовет, они возле кухни — Ника, подросла за год, совсем взрослая девушка на вид. Подхожу, почти весь коллектив, соорудили импровизированный стол, из-под полы разливают водку. Да могу и выпить, война закончилась, ход за противником. Пара стопок чуть снимают напряжение. Потом вижу в толпе Вадика, ищет меня. Ребята направляют его к нам, перехватываю на полпути, отвожу в сторону и обрисовываю ситуацию.

— Главное не бойся ничего, брат, в худшем случае буду давать им информацию, взамен — что выторгую. Но в первую очередь ты и семья.

Думаю, что за мной наблюдают. Пытаюсь казаться спокойным, общаюсь, улыбаюсь. Пусть враг нервничает. Завершается праздник почти в 4 вечера, собираем, грузим инструменты, разбираем сцену. Так убили время до ужина. Сегодня я еще и дежурю. После ужина как обычно собираемся в актовом зале на посиделки. Я сегодня не в голосе, к счастью без меня артистов хватает. Засиделись допоздна, отбой на час сдвинули. Старшеклассники ожидаемо просят разрешения посидеть, отметить. Запрещать бессмысленно — втихаря напьются. Приходится возглавить мероприятие. Сидим с Вадиком в окружении молодежи, вспоминаем наши праздники в Новочеркасске. Такие же по возрасту были — 16 лет. И бухали не по-детски. Некоторым плохо было. Мы вот хоть присмотрим, спать уложим.

Уложить последних удалось в третьем часу ночи. Да, денек сегодня выдался нелегкий.

Утром разминка по графику. Из пацанов мало у кого воли хватило на ранние занятия, Кирилл, Антон и Игорь постоянные мои спутники. Близнецы спортом переболели, для них музыка важнее. Алиса тоже поспать любит. И Вадик обленился. А я в любую погоду в 6 утра вскочил и побежал. По опыту знаю — один раз позволишь себе слабость и всё. Сила воли должна подкрепляться привычкой. Спал плохо, несколько раз обходил интернат. На душе тяжесть ожидания. Завтрак не лезет — выпил только чай. Выпроводил всех в школу, Вадик остался — уехать и маяться там неопределенностью слишком трудно. К тому же у него сессия — готовится к экзаменам. Сели с ним заниматься английским. Мог бы и я за него сходить, но слишком рискованно — у него произношение совсем другое, заметят.

Часам к 11 слышим звонок на входе. После обыска установили и стали запирать и днем, чтобы посторонние не смогли попасть. Выхожу из библиотеки, где занимаемся, прислушиваюсь. Да, меня спрашивают. Немного колотит, иду к двери. Воронин. Чуть отлегло — пришел один. Хороший знак.

— Поговорить надо — Опять не здоровается. И я не буду, приглашающе указываю рукой — мол, следуйте за мной. Веду в спортзал, там сейчас никого.

— Я вижу, вы приняли правильное решение — Делаю предположение, учитывая его плохое настроение.

— Ничего я еще не принял — Резко отвечает, злится. Это хорошо!

— Михаил Сергеевич, я вам не враг, со мной всегда договориться можно. Могу предложить альтернативу к обоюдной выгоде — Я не против компромисса, так как не факт что ГРУ нужен он как агент. Пойдет ли Виктор на контакт с ним под большим вопросом.

— Вчера вот не смогли договориться, а я предлагал — оживился майор.

— Вчера Вы меня хотели раком поставить и поиметь. Где в этом моя выгода?

— Что ты предлагаешь?

— Взаимовыгодное сотрудничество. У меня найдется для Вас ценная информация. Взамен — содействие в некоторых вопросах — Настроение понемногу улучшается, чем позже — тем сложнее ему будет сдать меня начальству.

— Какого рода информация? Хотелось бы конкретики.

— Информация о политических и финансовых событиях до того как они произойдут. Без указания источников естественно.

— И какая мне будет польза от этого?

— Умный человек найдет, как извлечь пользу. Информация — самое дорогое, что есть в этом мире.

— Хотелось бы пощупать товар — Не уступает, дорого хочет себя продать.

— Я ведь Вам договор кровью подписывать не предлагаю. Заключим устное мирное соглашение о ненападении и все. Иногда буду подбрасывать Вам инфу, просто так, рассчитывая на поддержку, если мне понадобится. Если договоримся, могу и сейчас кое-что сообщить интересное.

— Ты понимаешь, что мне будет, если станет известно о твоем фальшивом паспорте и что я всё знал?

— Вероятность этого почти нулевая. Сами убедились, глубоко копать нужно. А вот если «моим» станет известно, тогда боюсь, будущего у нас обоих не будет — Задолбал он ныть!

— Быть бы уверенным, что ты всё — таки не шпион — Уже сдаваясь, бормочет Воронин.

— И что я в этой дыре шпионю? И Вы никаких государственных секретов не знаете, чтобы мне продать.

— Зачем тебе протаскивать троих кандидатов в горисполком? Планируешь власть в городе взять?

— Председателем твой тесть останется все равно, чего переживаешь? — Не рассказывать же ему что это тренировка выборной кампании.

— Шатохин не пройдет — это его кум, Богатов — крестный моей жены. Да и с другими людьми пока найдет общий язык.

— Мы вот нашли? И он найдет. Ты о себе думай, будешь со мной дружить — не пожалеешь — Уже можно и на ты.

Попил он у меня еще крови, опять попытался пробить мою принадлежность, что я тут делаю. Препирались около часа. Но я его дожал! Заключили джентльменское соглашение — он меня не трогает, я снабжаю его информацией.

— Для укрепления наших отношений сразу дам наводку. Через пару месяцев начнется дефицит сахара. Как закупить пару вагонов и где спрятать, думаю, найдешь? То же самое сигареты. Это так, мелочь. Если выборы у нас пройдут без эксцессов, тогда скажу, кто через два года станет главой Ленинграда. Сможешь заранее найти к нему подход.

А может, и не скажу. К тому времени ты уже точно меня не сдашь. Посмотрим, насколько от тебя польза будет, размышляю, провожая его на выход. Это мне сильно повезло, что он сразу не доложил наверх. А потом зассал, начальство за самодеятельность по головке не погладит.

Иду, успокаиваю Вадика.

— Расслабляться не надо, не исключаю вариант, что это всё игра. Не вяжется у меня его поведение с тем, что я слышал о КГБ. Слишком легко сдался. Не верю, замышляет что-то. Могут и организовать мне несчастный случай.

— А если его грохнуть? — Вполне серьезно спрашивает Вадим.

— Ты сможешь? Я лично нет. В бою, в драке, если вопрос стоит он или я — возможно. К тому же убийство майора КГБ это не алкаша Васю замочить. Привлекут все силы для раскрытия, я под подозрением в первую очередь. Не кипешуй, братан, нам пару лет продержаться, дальше такое начнется! Езжай давай в универ, пусть на завтра присылают студентов как договаривались.

Не так давно имел продолжительную беседу с Собчаком. Мудак он еще тот конечно, как и его дочка в будущем, но как трамплин не использовать его будет глупо. Так вот, договорились — он выделяет студентов для агитации (бесплатно, разумеется), я с Вадимом организую ему предвыборную кампанию на главу Ленинграда. И должность для Вадима после универа само собой.

А с Чубайсом получился облом. Максим сходил на этот кружок «младореформаторов», познакомился. Но тот бред, что там несли выдержать не смог. Слово за слово, послал их всех на… Мне осталось только предложить подловить на чем-нибудь Чубайса и закрыть. Раз уж так получилось. Вот с Березовским Исса скентовался, не знаю только насколько эта змея может пригодится. По хорошему, всех бы их удавить, по тихому, пока они никто. Но свято место пусто не бывает, вылезут другие, не лучше. Этих я хотя бы знаю.

Звонок от Руслана.

— Хороший заказ есть, брат! Сопроводить одного барыгу, в Москву и назад. На сутки два человека.

— Расценки знает? Пятьдесят рублей час за одного, это 2400 за двоих. Что он такое везет????

— Тебе не всё равно, бабки платит. Не бойся, с наркотой он не связан — Руслан знает, что мне предлагать, а что нет.

Поднял было трубку позвонить Альви, передумал. Телефон не исключено на прослушке.

— Вадик, погоди соберусь. Еду с тобой. У тебя когда экзамен?

— В четверг.

— Отлично! Завтра приедешь сюда, сыграешь меня. А я пока в Москву смотаюсь, денег заработаю, заодно проведаю кое-кого.

Заказов на охрану у нас уже было несколько, но мелочь. Это первый крупный. Поедем с Альви для надежности. Если все пройдет хорошо клиент еще не раз обратится и другим посоветует.

По пути пытаюсь проверяться, есть ли слежка. Если профессиональная могу и не заметить. По приезду в Ленинград беру такси и к Лене в санаторий. Поглядываю назад — чисто. Дай бог, чтобы мои подозрения не оправдались.

— Ты меня совсем забросил! — жалуется жена. Несправедливо кстати.

— Я бы тебя сейчас вообще за границу отправил, на годик другой. Для безопасности. Жаль к родителям нельзя. Как доча? Спать не дает?

— Спокойная, здоровенькая. Тьфу, тьфу! Ты куда-то собираешься?

— В Москву по работе. Тебе что привезти?

— Наручники. Чтобы я тебя пристегнула и никуда не ездил.

Дальше взяв у Руслана адрес еду к клиенту, оговорить условия. Клиент оказывается, как мне сообщил Руслан, ювелир. Работает неофициально. Частный дом, с домофоном — редкость для этого времени. Называюсь, открывает полненький коротышка, типичный еврей. Примерно так я и представлял себе его. Назвался Ипполитом Адамовичем. Такое сочетание не встречал!

— Руслан рекомендовал мне вас как профессионалов — Внимательно меня рассматривает. Молодость смущает или отсутствие накачанной мускулатуры?

— Не сомневайтесь. Но сразу предупреждаю, если в Вас стрелять будут, собой закрывать не стану. И с милицией также не связываюсь.

— Что Вы молодой человек! — Машет руками Адамович — Только дорожных грабителей и хулиганов опасаюсь. Туда заказ везу, обратно материалы для работы.

— Если станете постоянным клиентом, будет скидка — Обещаю я. Цены скоро полезут вверх, была скидка или нет — не поймешь.

— Примерно раз в месяц я езжу, не всегда много везу. Если товара на 500 рублей, глупо платить пять тысяч за охрану.

— Мы можем организовать перевозку товара без вашего присутствия, это обойдется дешевле. Но об этом позже. Скажите, в Москве мы с Вами постоянно должны быть?

— Сопровождаете до места, потом через 5–6 часов обратно. Да, неплохо эти часы вычесть из общей суммы?

— Оплатите только время когда мы с Вами. Если едем поездом, все равно больше суток получится — Хорошо складывается, а то пришлось бы еще брать парня.

Договорившись о деталях, двигаю дальше. К Альви, предупредить о поездке, потом к Максиму. Узнаю, как связаться с Иссой в Москве, на Виктора только через него выйти можно. Телефон для связи есть, но звонить сейчас я не рискую. С домашнего или служебного засечь элементарно, а с автомата в другой город не позвонишь. Не дожили еще до мобильной связи.

Едем «Красной Стрелой». Отправление в 23.59, в Москве будем 7.30 утра. Ровно в 23.00 мы с Альви у калитки Ипполита Адамовича. Такси уже ожидает. Ювелир выходит с небольшим саквояжиком, больше похожим на женский ридикюль. Я как положено охраннику открываю дверку машины клиенту. Альви садится впереди, я назад. До вокзала доехали минут за двадцать, состав уже подан, без задержек отправляемся в вагон. Сейчас охрану не изображаем, чтобы не привлекать внимания. Просто я иду рядом, Альви на пару шагов сзади, контролирует. Адамович выкупил купе полностью, соседа не будет. Делим с Альви ночь пополам — я дежурю до 4 утра потом он. На обратном пути наоборот. Прихватил в дорогу книгу на финском языке — буду изучать.

Ночь прошла спокойно, только один раз кто-то подергал ручку двери. Я насторожился, выходить проверять не стал — возможно, выманивают. Но шаги отдалились и больше никто не тревожил. Я увлекся чтением, даже пересидел свое время — разбудил Альви почти в пять утра. Но он на меня не обиделся за задержку. Проваливаюсь в сон моментально, так же моментально меня будят — приехали. Словно и не спал. Берем такси, едем долго, почти час. Обычный жилой 9-этажный дом, на входе консьерж.

— Жду вас к 15.00 — Расстаемся с ювелиром внизу. Отлично, шесть часов есть. Только Альви с собой не стоит таскать. Как ему сказать, чтобы не обиделся?

— Я сестру хочу навестить, ты со мной? — Облегчает мне задачу Альви.

— Нет, у меня тоже есть дело. Давай тогда в 15.00 тут и встретимся.

Прыгаю в метро, там проще обрубить хвост, если он есть. Пропускаю два поезда, в третий сажусь и выпрыгиваю назад перед закрытием дверей. Потом перехожу на другое направление. Никого подозрительного не выявил. Теоретически могут повесить незаметно на меня микродатчик и отслеживать на расстоянии. Переодеться я не захватил. На выходе звоню Иссе. Не называя имени, прошу его позвонить общему знакомому и узнать о возможности встречи. Перезваниваю через 10 минут, Исса называет адрес, куда мне подойти. Еще пару раз проверяюсь по пути, чисто. Подхожу к высотке — 14 этажей. Что здесь, явочная квартира? Двери открывает симпатичная женщина в домашнем халате.

— А… я к Виктору — чуть растерялся я.

— Витя! К тебе! — Виктор выходит в майке и спортивных. Так он тут живет? А я изображаю из себя суперагента, хвосты рубаю!

— Привет, проходи. Ты проездом или по делу?

— И то и другое. У тебя тут безопасно? — Я никак не смирюсь с такой беспечностью. Хотя с другой стороны он приезжал в Питер несколько раз, давно могли зафиксировать.

— В смысле? За тобой что, следят?

— Вполне возможно. Я спросил можно ли тут разговаривать.

— Прослушки нет — Рассмеялся Виктор — Обижаешь, забыл где я работаю?

Отказываюсь от завтрака, пьем чай на кухне. Коротко излагаю происшедшее. Виктор реагирует спокойно.

— Мог не переживать, звонок мне — я решил бы всё. Хоть мы и конкуренты, но навстречу идем в некоторых вопросах. Я могу тебя оформить внештатным агентом и при необходимости вмешаюсь.

— Нет, спасибо — Я делаю большие глаза — Знаю я вашу контору. Рубль вход — два выход. Бывших не бывает и так далее.

— Откуда знаешь?

— Читал вашего перебежчика — Резуна. Описывает, какие у вас порядки. Что не так — в крематорий.

— Меньше всякую дрянь читать надо было. К предателям, разумеется, отношение соответственное, а честным служакам бояться нечего. Я вот скоро спокойно уйду на пенсию. Успокойся, не хочешь сотрудником — не надо. Будут проблемы, Максим позвонит, разберусь.

— А вербовать смысл был КГБ — шника?

— Для нас да, для тебя нет. Это не мой регион, работать с ним другие станут. А они с него всё вытрясут о тебе. Оно тебе нужно? Я лучше на него досье приготовлю и тебе передам, при необходимости надавишь. Так что не бойся ничего. Расскажи лучше, что нам ждать в ближайшее время.

— Погоди сек, еще вопрос. Можешь пробить одного человечка? — Захотелось выяснить, что из себя представляет наш ювелир.

— Что за человек?

— Подпольный ювелир. Знаю адрес и анкетные данные.

— Ты думаешь это так быстро? У КГБ он точно засвечен, если не особо прячется, значит, работает на них. Давай данные, но на это несколько дней уйдет.

— Да я не тороплю. А по событиям, дай подумать. О! Есть офигительная информация? — Меня почему-то пробило на смех.

— Давай, я тоже посмеюсь.

— 28 мая, на день пограничника, немецкий пацан, на самолете, пролетит от границы до Москвы и посадит самолет на Красной площади. Матиас Руст его зовут. Самолет модель не помню, небольшой совсем. Лететь через Финляндию будет. Вот думайте, что с ним делать.

— Да, действительно смешно — Задумался Виктор — А что было у вас после этого?

— Соколова уволили, ПВО почистили конкретно, а Руста отпустили через некоторое время. Если доложишь, решать не ты будешь, но думаю, сбивать не станут. Заставят приземлиться раньше. Больше ничего серьезного не помню в этом году. А нет! Помню! Вот это нужно обязательно предотвратить!

— Что там еще?

— В Запорожье начнут выпускать автомобиль Таврия! Не позорьте страну, закройте этот завод!

— Ладно, шутник. Но пока ничего не предвещает развала СССР, как ты рассказывал. Или как, всё будет настолько быстро?

— Да, типа того. Писец подкрался незаметно. Перестройка, свобода, выборы. А потом резко все республики захотят самостоятельности. Небольшой толчок в виде неудачного путча.

— И ты по — прежнему уверен, что не нужно вмешиваться?

— Обсуждали уже. Нет смысла силой удерживать, не сейчас так через несколько лет прорвет нарыв. Да и нереально что-то изменить мирным путем. А переворот в 91 попытались, сразу все и рухнуло. Пусть уж идет все по графику, вмешаться нужно чуть попозже — Чуть приоткрываю карты.

— И когда это позже наступит?

— В 21 веке. Нас ждет большая война, которой следует избежать. Ты правда собираешься на пенсию?

— Через 5лет, если генералом не стану. А ломпасы мне не светят.

— Через 5? В 92-м? — Я подсчитываю — Кто знает, если ты будешь держаться около Ельцина в августе 91 — го, можешь стать и министром обороны. Надо подумать над этим вопросом.

Время пролетело быстро, опаздывать нельзя к клиенту. Виктор предложил отвезти, я отказался. За два часа успею добраться.

Однако чуть не опоздал, прибежал к подъезду без пяти три. Альви на месте. Ждем там где расстались — около консьержа. Вот и Адамович, спускается на лифте. Довольный.

Обратно едем обычным поездом, опять все купе наше. Поужинали в вагоне-ресторане, спать рано, разговорил Адамовича по его профилю. Попросил провести ликбез — как отличать подделки. Золото, камни. Немного я знаю, геолог все таки, но у ювелиров свои тонкости.

— Иногда бывают такие подделки, что на глаз и опытный ювелир не отличит. Если есть азотная кислота, капельку капнули — золото останется без изменений, позолота побелеет. Я могу и на звук — Роняет кольцо на ободок столика — Слышите звук? Как хрусталь звенит, это настоящее золото. Дома можете просто в уксус бросить — потемнело, выбрасывайте. В условиях мастерской естественно я использую пробирный камень, эталонные иглы, хлористое золото, но для домашней проверки достаточно и вышесказанного. А натуральные камни, во-первых всегда холодные, они обладают меньшей теплопроводностью, чем стекло. Попробовали языком — теплое, скорее всего, стекло. Алмаз, думаю в курсе, порежьте им стекло. Рубин — если он крупный и чистый подделка 100 процентов, в природе таких почти нет и стоить он будет немыслимых денег. А мелкие рубины подделывают редко, невыгодно. Сапфир без реактивов не отличите. Янтарь нагрейте немного, запахнет смолой, хотя может быть прессованный янтарь, но такой нагретый липнет к рукам. Жемчуг пробуйте на зуб — вкус морского песка. Или поцарапайте — на настоящем царапина легко стирается пальцем.

— А вот это посмотрите — Альви снял с шеи кулон.

— Аквамарин, очень хороший. Вкрапления симметричные, на свет меняет цветовую гамму — Приложил камень к веку — Нагревается долго.

Попросив проверить закрыта ли дверь Антонович открывает свой саквояж, порывшись в нем достает небольшой мешочек. Развязывает, высыпает горстку мелких темно-красных камешков.

— Можно? — Получив разрешение, беру, кручу в пальцах. Как зернышки граната — Гранат?

— Он самый. Проверяется легко — магнитом, поэтому практически не подделывается. Очень ходовой камень и не слишком дорогой.

— А дорогие?

— Изумруд, рубин, сапфир. Есть разновидность граната — голубой, он дороже обычного. Красный берилл очень дорогой, но его практически невозможно купить, я например не держал в руках. Александрит — стоит до 10 тысяч долларов за карат. Голубой турмалин, аналогично. Самый дорогой, разумеется, алмаз. Есть разновидность — красный алмаз, существует в штучных экземплярах, на аукционах цена стартует с миллиона долларов за карат!

Разговор затянулся за полночь. А дальше уже спать не имело смысла — через два часа прибываем. Расслабились, даже забыл что на работе. Вот и Питер. Не спеша выходим с вокзала и… Оказывается, существует такая проблема как нехватка такси! Пришлось ожидать минут тридцать. Мимо слоняются небритые граждане в помятой одежде. Да, неуютно себя бы в одиночестве чувствовал Антонович. Пока едем производим расчет, тщательно высчитав общее время — 21 час 30 минут. Итого 2150 рублей. Моя зарплата в интернате за год.

Максима будить не хочу, возвращаюсь на вокзал. Как раз электричка. К пяти утра добрался, домой или в интернат? А что дома делать, через час на разминку уже. Будем будить Вадика. Звонить в дверь пришлось долго, минут 15. Открывает заспанный.

— Это ты так дежуришь?

— А что, всё спокойно. Ты что так рано приперся?

— Соскучился — Проходим в комнату дежурного. Сразу улавливаю посторонний запах. Так, пахнет бабой и сексом!

— Вадим! Ты офигел?

— Что?

— Кого ты тут трахал? Старше 16 никого блин нет, на зону захотел? Колись, кто из девочек был?

— Почему сразу девочек? — Отпирается Вадик.

— Мальчик?!!!

— Ты что, дурак? Я о том, что она уже не девочка была.

— КТО?

— Ника — Нехотя признается Вадим.

— Вот сучка! Со мной не получилось, так к тебе подобралась! Или… Она не знает кто из нас?

— Знает.

— И говоришь, не девочка была? Хорошо, хоть она болтать не будет. Но убил бы обоих вас!

3

Выборы прошли на ура. Все три наши кандидаты набрали больше всех голосов, естественно прошли. Мест всего 12. Но это было легко, избиратель пока наивный, верит всему. Я теперь доверенное лицо депутата. Оно мне, правда, не нужно, собираюсь перебираться в Питер. Разворачивать там деятельность. Охранное агентство уже набирает обороты, жаль пока официально нельзя зарегистрировать. Мебельный продам, майор высказывал желание приобрести. На жену оформит.

Вчера позвонил Максим, сказал срочный разговор, пришлось рано утром ехать. Застаю его за сбором чемодана.

— Далеко собрался?

— В командировку. В Узбекистан, по хлопковому делу дополнительную группу создали, меня включили.

— Стоп! Дай подумать — Усаживаюсь в кресло, вспоминаю, что я знаю об этом — Ты с Гдляном будешь работать?

— Нет, Янис Ловникс с Латвии.

— Тогда все складывается замечательно! Слушай и запоминай. Гдлян работает на имидж, выбивают признания не заботясь о законности, через два года за это он попадет под следствие. Как раз ваша группа будет этому способствовать. Так что работайте с максимальной дотошностью в деталях. Всё в рамках закона. А через два года вернешься как раз под выборы, выдвинем в депутаты. Репутацию ты себе создашь к этому времени.

— Как через два года? — Макс падает в кресло рядом — Мне сказали на пару месяцев!

— Два года точно. И не рвись назад раньше, в твоих интересах там себя проявить.

— А близнецы? Я тебе, конечно, доверяю, но два года! И даже не попрощаюсь с ними!

— С собой не возьмешь, так что вариантов нет. Не сможешь вырваться — мы летом навестим тебя. Устроим гастроли группы, я как раз думаю над этим.

— Если будут проблемы я вот записал номер Игорь Бортников, мой зам, он в курсе — обращайся.

Проводив Макса отправляюсь в институт. Иначе Вадика не выловишь. Он сдает экзамен — зарубежная литература. Жду около аудитории. Выходит слегка вспотевший.

— Сдал?

— Сдал. Чуть не завалил Дурак наш.

— Почему дурак? — Прозвучало как кличка.

— Фамилия у него Дуров.

— А зовут как?

— Валерий Семенович.

— Точно, сходится — Я довольный, память работает отлично — У него сын есть, сейчас маленький еще. А в будущем станет долларовым миллиардером, основателем крупнейшей социальной сети.

— Так, а если нам основать раньше?

— Таких вариантов масса. Но я не хочу воровством заниматься. Вот акции приобретать будем нужные. В свое время я немного занимался биржевой торговлей, помню, кто обанкротится, кто взлетит. На одном этом миллиарды можно сделать. И заметь — никакого пиратства. Так что, идем отмечать успешную сдачу?

— Сейчас Димон подойдет и пойдем. Только не так как прошлый раз!

У Медведева вопрос с аспирантурой решился положительно, осталось дипломную работу завершить. Всё идет по плану, мое знакомство не оказало влияния на его жизнь. Пока, по крайней мере. А вот и он.

— Как результаты? Есть чем похвастать? — Димон жалел, что не было времени самому попрактиковаться в проведении выборов.

— Все три прошли без проблем. В Ленинграде будет труднее, но я уверен справимся. Два года у нас на подготовку. Неплохо бы еще кандидатуры подготовить по другим районам.

— Это с Анатолием Александровичем обсуждать будем. Он меня ждет как раз дома, я обещал завезти бумаги. Давайте со мной?

— А удобно? Нас не приглашал как бы — Засомневался я.

— Он спрашивал вчера как у тебя успехи, сам и расскажешь.

Собчак жил в обычной трехкомнатной квартире. Переобуваемся в тапочки, из-за двери выглядывает любопытная мордочка. Девочка лет шести. Заходя спрашиваю её.

— Какая ты красивая! Как такое чудо зовут?

— Ксюша! — Засмущалось чудо.

Блин, а я думал это внучка! Правда угадал, чудить в будущем будет не по детски. Взяться за её воспитание? Нафик, пусть чудит! Карманная оппозиция тоже нужна.

— Поздравляю, Дима рассказал все кандидаты прошли — Заходит в комнату Собчак.

— Вот и вы пройдете, главное уверенность.

— Не знаю, как коллеги отнесутся к этому. Выдвигать коллектив должен?

— Да, собрание определенной группы лиц. Предприятие, учебное заведение и так далее. Не волнуйтесь, за вас подпишутся!

Пока особо обсуждать нечего, попили чайку и отправились отмечать сдачу экзамена. Завтра вернется Ленка с дочкой, начнется строгая семейная жизнь!

С утра взялся наводить порядок к приезду жены, пропылесосил, протер пыль, задумался о приготовлении обеда. Звонок телефона.

— Хорошо, что застал! — Альви — Посоветоваться нужно.

— Рассказывай.

— Пришли с рынка торговцы, их чеченцы достали. Хотят нашу охрану нанять. Что думаешь?

— Чеченцы? Те самые? Ты готов с ними воевать? Так просто они не отдадут лакомый кусочек.

— Постоянный доход нам бы не помешал. Мы не всех охранять будем, там человек восемь.

— Что ты им сказал?

— Зайдут после обеда.

— Я приеду сам с ними потолкую.

Заехал в магазин, закупил продуктов, потом в офис. Торговцы уже ждут. Два армяна и три русских.

— Говорил восемь? — Спрашиваю Альви.

— Три женщины еще, они тряпками торгуют — Ответил молодой армянин.

— Сколько с вас чечены дерут?

— По разному, с кого тысяча, с кого три в месяц.

— Со всего рынка или только с вас?

— С половины точно.

— Понятно. И что вы хотите, чтобы мы сделали?

— Разобрались с ними. В милицию пошли, там говорят — доказательств нет. Вот если изобьют и будут свидетели. Или убьют.

— Сколько вы готовы заплатить нам? — Дело откровенно дохлое, ввязываться в такие разборки я не собираюсь.

— Ну, тысяч десять можем — Второй армянин, постарше. Видел я его, цветами торгует.

— То есть за десять тысяч рублей мы должны вас охранять, пока не произойдет стычка с чеченцами. Далее конфликт и длительные разборки с ними с риском для жизни.

— А что же нам делать? — Это уже русский, мужик в возрасте.

— Что делать? У вас два варианта. Или платить им или закрыть торговлю. Есть третий — заказать у нас охрану всего рынка. Но это при согласовании с администрацией рынка и согласии всех торгующих на рынке платить за охрану. Сколько у вас всего торговцев?

— Если не считать бабушек и государственных точек то около 250 — прикинул армянин.

— Вот рублей 200 в месяц с каждого.

Задумавшиеся коммерсанты покинули помещение.

— Получается мы зассали? — Алви до сих пор жалеет, что его не было с нами в баре.

— Мы не Робин Гуды за всех обиженных заступаться. Дальше будет еще хуже, скоро начнут стрелять. Если эти армяшки в состоянии платить три тысячи в месяц, значит, имеют не меньше десяти. А хотят, чтобы их за копейки защищали. Без драки никто нам их не уступит. Точнее, думаю, до драки и не дойдет, нас с тобой будут конкретно валить. Если речь пойдет о нашем имуществе или родных тогда без вопросов идем на всё.

— Так, а если они согласятся на охрану всего рынка?

— Очень маловероятно. Берут не со всех, они сами сказали с половины. И с остальных намного меньше. Они знают, сколько взять, чтобы человек не бросил дело. Так что большинство не захочет платить. 200 рублей у многих половина прибыли. Но вдруг согласятся — за 50 тысяч в месяц можно и вступить в драку. Ладно, мне пора жену встречать. Завтра на тренировку зайду.

Ленка приехала на такси, так что встречал дома. Приготовил украинский борщ, картошку с мясом запеченную в духовке, салатик. Вино и цветы присутствуют также.

— Мда, тебя там что, не кормили? — рассматриваю жену после объятий — У нас блокада сорок лет как кончилась.

— Я специально похудела! Знаю, что тебе стройные нравятся, чтобы не засматривался на других.

— Стройные, а не дистрофики! Ребенка хоть есть чем кормить? Молоко не кончилось? А ну давай я еще мою зайку рассмотрю. Ей стройной быть пока не нужно.

Ребенок был в меру упитанный, претензий у меня не возникло.

— Максим на пару лет уехал в командировку — Информирую Ленку — На тебе теперь и воспитание близнецов. Я переберусь сюда, их там оставлять не стоит. И Алиса, скорее всего, тоже сюда переедет.

— А как же музыка? Они без неё не смогут.

— А что музыка? Инструмент принадлежит им, всё куплено за деньги Макса и мои. Найдем для них студию, пусть занимаются.

— А ты чем заниматься будешь?

— Не бойся, без работы не останусь. Охранную фирму развивать будем. Скоро посреднические операции разрешат, можно оптовую базу открыть будет. А вообще жду открытия границы, тогда и пойдет работа.

Планировал задержаться в Питере на недельку, но через два дня звонит Алиса.

— Приезжай, тут полный пипец!

— А конкретнее? — Судя по голосу пипец немаленький.

— У нас новый директор! И музрука тот притащил с собой, а она начала права качать. Забрала ключи от музыкалки, командует, что нам играть. Всякую хрень!

— Ясно, завтра буду. Скажи мальчишкам, пусть собираются домой, насовсем.

— А я?

— С тобой сложнее, над тобой опекунство нужно оформлять. Что-нибудь придумаю.

Звоню Руслану, прошу на завтра машину. Инструмента немало, да и свои вещи забрать с квартиры. Немного подумав, отправляюсь в поликлинику, где за полтинник приобретаю больничный. Мало ли, а то по статье за прогулы уволят. Особо меня это не расстроит, официально работать больше не собираюсь, но лишние конфликты не нужны.

Руслан не подвел, в 7 утра подъехал УАЗ таблетка. Нормально, как раз все влезут. Сначала заезжаю в горисполком, рассчитываю, что Николаевича застану. Удачно, встречаю у дверей, только пришел.

— А вот и мой помощник! — Приветствует он — В курсе, что меня председателем горисполкома выбрали?

— Поздравляю. Так вот почему директора нового прислали.

— Да он нормальный мужик, у нас работал воспитателем раньше. Поладишь — Успокаивает Николаевич.

— Нет, я всё. Увольняюсь. Буду в Питере заниматься. Заодно могу ваши интересы представлять, что достать, выбить. Ребят тоже не забуду, по мере возможности буду поддерживать. На работу устроить, учебу. Вот думаю несколько человек выпускников забрать в охранную фирму.

— Раз решил уговаривать не буду. Сейчас позвоню чтобы Боря тебя не задерживал.

— Заодно с музруком вопрос решите. Растолкуйте им, что инструмент личный.

— Хорошо. Жаль, конечно, что у нас теперь не будет такой группы.

— Обещаю по праздникам выступления. Если пригласите, конечно.

Новый директор, предупрежденный звонком, встретил меня спокойно.

— Мне тут ребята о тебе все уши прожужжали, а ты уходишь. Может на полставки хоть останешься?

— Нет. До осени большинство ребят по домам, за это время найдете физрука. Максимум что могу — пару дней в неделю вести секцию. Это с сентября. Юна поступает в институт, так что на неё тоже не рассчитывайте.

— Кого еще забираешь?

— Близнецов своих разумеется. И нужно решить вопрос с Алисой. Разрешите её забрать, оформлением опекунства займусь немедленно.

— Раз Игорь Николаевич просил, придется уступить. Зачем мне только музрук теперь, если ты и инструмент и артистов забираешь.

— Пусть хор организует. И танцевальную группу создать можно, желающие есть.

Расстроенный музрук даже не вышел, передала ключ. Загрузили свое имущество, оставил свои координаты Егору, пригласил его и еще пять человек к себе на работу. Забрасывать интернат не буду, еще кадры подрастают.

— Так ты будешь моим папой? — С невинным видом спрашивает Алиса. Мы уже выгрузились, пытаемся разместить все имущество в квартире.

— Ага. Буду ремнем пороть, если слушать не станешь.

— Папочка, мне надеть нечего. Дай денежек — Освоилась девочка, раньше было проблемой ей что-то подарить или так дать.

— Дочечка, денежки заработать нужно.

— А где тут плохие девочки зарабатывают? На Невском?

— Ты там конкуренции не составишь. Худая, злая и в обносках интернатовских. Возле собора побираться только — Это для нас привычное дело, так подкалывать.

— Хорошо, завтра пойду к собору. А в охранное агентство меня не возьмешь?

— Нет, пока маленькая. Юна вот подойдет, если захочет. На тебя у меня другие планы. Точнее… Мысль есть, обдумать нужно.

— Так давай вместе обдумаем — Предлагает Алиса.

— Насколько я помню, в следующем году будет раскручен «Ласковый май». Группа такая уже есть, в интернате тоже. Разин должен или в конце этого или в следующем году их перетащить в Москву. Вот думаю, перехватить инициативу или не стоит.

— Предлагаешь ту группу сюда привезти? А мы что, хуже играем?

— Вы лучше. Я думаю вашу группу раскрутить как первую подростковую в этом времени. Репертуар неплохой, с таким могу попытаться на местное телевидение протолкнуть. Радио вообще не проблема.

— Так в чем проблема? — Алиса уже загорелась.

— Это потребует определенных усилий и финансов. Хотя пока заняться больше нечем. Вопрос еще в том, нужно ли это вам. Конкретно тебе и мальчишкам. Ты хочешь дальнейшую жизнь связать с шоу-бизнесом?

— Даже не знаю. Я только пришла в себя от всего, что со мной случилось. До сих пор остается надежда, что вернусь обратно. Только она все слабее и слабее. А это время я плохо знаю, история была не самый любимый предмет. Я даже не слышала про «Ласковый май». Ты думаешь получиться у нас стать популярными?

— Легко. После стольких лет цензуры сейчас всё на ура пойдет. Но там много нюансов, о которых я мало знаю. Никогда ведь таким не занимался. Кому за что отстегнуть, кого послать и так далее. Возможно, проще продать вас специалисту в этой области.

— Не надо! Ты сам сможешь! Мы вместе сможем! Я буду послушная — Алиса повисла на шее у меня.

— Так, так — Заходит в комнату Лена — Совращаешь малолеток?

— Кто кого совращает, еще вопрос. Они там, в будущем все такие. Без комплексов. Вот одевать говорит нечего. Сходишь с ней по магазинам?

— Мне тоже нечего одевать. Похудела, всё висит.

Выворачиваю карманы, 600 рублей набралось.

— Вот, сильно не пошикуете, но на летнюю одежду, надеюсь, хватит. Позже еще подкину.

— А куда теперь работать пойдешь? — Интересуется жена.

— От работы кони дохнут, в курсе? Работать на меня другие будут. Хотя тренером пойду осенью куда-нибудь, но это для души.

— Ты же в интернат обещал ездить тренировать? — Напомнила Алиса.

— В интернате буду и тут тоже. Нужно толковых ребят отбирать для себя на будущее. Так девочки и мальчики, сами разберете имущество? Мне с Русланом нужно пообщаться.

Не успел уйти — звонит Альви.

— Привет. Ювелир опять заказал сопровождение. Ты поедешь?

— На когда? Завтра? Сек. Дай подумать… Нет, подбери себе кого-нибудь толкового. С расчетом чтобы потом и без тебя ездили.

— Хорошо. Ты тогда завтра в офисе посиди. А то клиенты стали частенько заходить.

— Посижу. Где Руслан сейчас не знаешь?

— На обед должен домой приехать.

Руслана действительно застаю дома. От обеда отказываюсь, соглашаюсь только на чай, чтобы не сидеть за пустым столом.

— У меня к тебе несколько вопросов. Первый по мебели. Я завязываю с производством, выхлоп с него небольшой — нет смысла время терять.

— Станки могу забрать, есть кому продать. Дороже чем ты брал уйдут.

— Нет, я продам всё в комплексе. Пусть потеряю в цене, но там ребята работают. Я им обещал, что без работы не останутся. Хочешь, ты забирай, руководи если есть время. Нет — у меня есть покупатель.

— Я подумаю, не торопись пока. А второй вопрос?

— Второй по работе здесь. Думаю начинать оптом заниматься, скоро с заграницей работать разрешат. Пока начну по мелочи. Мне нужно склад арендовать. Недорого и чтобы железная дорога подходила.

— Найду — Обещает Руслан — А чем именно займешься?

— Пока продуктами, потом электроникой. Хочешь в долю?

— Почему нет, интуиция у тебя хорошо работает. Твои советы всегда мне прибыль приносили.

— Хорошо. Тогда условия простые — работаем только вдвоем, прибыль поровну. Я занимаюсь поставками, ты сбытом. Для начала нужно затариться сахаром, мукой, сигаретами. Я с продажи мебельного деньги пущу на закупку, с тебя тоже половина.

— А водка? У меня пара киосков есть, еще думаю открыть несколько. Водку беру небольшими партиями, а если вагон будет выгоднее.

— Киоски? Для них лучше спирт взять и бодяжить. Не хочется с этим связываться, если только для начала. Ты присматривай магазины какие выкупить в будущем, есть точная информация — готовится грандиозная распродажа. Магазины, заводы, порты и так далее. Несколько лет есть в запасе, но почву готовить нужно заранее. Как твои земляки, не беспокоят?

— Нет, мы пока не пересекаемся. Киоск один правда на их территории стоит, но не трогают. Знают, так просто не разойдемся, у меня уже двенадцать человек тут родственников и друзей столько же. Это не считая тебя. Ты с Альви десятка стоите — Отвешивает комплимент.

— Не преувеличивай. Когда стрелять начнут другие расклады пойдут. Подтягивай еще по возможности земляков. На наших ребят из охранной фирмы тоже можешь рассчитывать. Два десятка точно есть. Ладно, пока все. Решай быстрее с мебельным, сам понимаешь, время — деньги.

Прощаюсь с Русланом, теперь Вадика навестить. Что-то я еще упустил, была какая-то мысль. Ах да, группа. Нужно их приписать к какой-то организации. Такой чтобы и вопросов не было и доить не стали. Для универа они молодые слишком, школа не вариант. А если к МВД? Обдумав отметаю идею. Крупный завод или порт у которых есть самодеятельность подошли бы. Комсомол не рассматриваю, слишком давить будут. Да и жадные они. Нужно еще подумать, чтобы к ближайшему празднику дать ребятам возможность выступить на сцене в Питере. Желательно с трансляцией по местному ТВ. Какой у нас праздник ближайший? День флота, 29 июля. Точно, такую дату нельзя упустить. И репертуар соответствующий подготовить.

За размышлениями не заметил, как добрался до квартиры Вадима. На звонок никто не открывает. Блин, когда уже мобильная связь будет! Оставляю записку, приглашаю на завтра к нам — отметить переезд. На сегодня всё, домой. Займемся не откладывая музыкой, тексты готовить.

Вспоминаем с Алисой песни о море и моряках. Из детского репертуара ничего на ум не приходит.

— Есть несколько песен Розенбаума, но они не для группы. Еще «Любе» — Там за туманами. Тоже взрослая песня. Можем, конечно, попробовать как звучит. Ты ничего не вспомнила?

— Нет. Давай сами напишем? — Предлагает Алиса.

— Хит трудно написать, а нам нужно, чтобы запомнили группу. Стоп! «Морячка» Газманова, думаю, подойдет.

— Что за морячка?

— Не помню, когда он её напишет, пока не слышно. Авторство присваивать не будем, мало ли. Но это сто процентный хит. И для подросткового исполнения подходит. Только форму морскую пошить. Давай дальше думать.

— Сначала о выступлении бы договориться. А то подготовим, пошьем, а исполнять негде будет.

— Не переживай, займусь на этой неделе. Что с составом, бас-гитара и ритм с интерната ребята?

— А кто же еще? И солист еще один, Лешка Зайцев.

Звонок телефона. Максим.

— Привет. Как вы там? Переехали?

— Да, сегодня вот только. Слушай, как раз думало тебе. У тебя директор порта на крючке еще?

— Есть немного. Хочешь с ним поработать?

— Именно. А то такая корова и не доенная стоит. Можешь ему позвонить, что я завтра зайду? Скажи, я представляю твои интересы.

— Позвоню. Что там мальчишки?

— Сами расскажут. Тёма, Антон! Отец звонит!

Отдаю близнецам трубку. Идея с портом возникла стихийно. Но прежде чем идти к директору нужно обмозговать. А то ведь нюансов ихних я не знаю. А кто знает? Мама Оксаны. Хм. Интересно как меня там встретят, с Ксюхой расстались мирно, потом пару раз сталкивались. Да что думать, увижу.

— Я отлучусь по делу. Консультация нужна, вспомнил одного человека.

— Я с тобой! — Вызвалась Алиса.

— Ну… Пойдем, если хочешь.

Купил по пути цветы и бутылку вина. Подумал о двух букетах и… Нет, Ксюха обойдется. А то решит что опять хочу с ней замутить.

— К любовнице? — Иронично спрашивает Алиса.

— А что, думаешь я с тобой пойду к любовнице?

— А что, идеальное прикрытие. Я тебя не сдам, посижу на кухне. И Лена не заподозрит.

— Логично. Я подумаю над таким вариантом. Но сейчас правда по делу.

Оксаны дома не оказалось, а Лидия Петровна встретила благосклонно. Похоже, она скучала сама и нашему приходу заметно обрадовалась.

— Цветы, вино! Неужто свататься пришел? Наконец-то! А к кому?

— Я бы Вас выбрал, но увы. Уже женат. У меня чисто деловой визит.

— Ах как жаль! Так, а это жена? Почему не знакомишь?

— Это моя дочь Алиса. Приемная, естественно. Для жены она еще не выросла, не смотрите что выше меня — Алиса действительно была уже на пару сантиметров выше.

— Хорошо устроился, сразу взрослую дочь заимел! Ладно, проходите, деловые.

После второй рюмки перехожу к делу.

— Насколько помню Вы инженер по ТБ?

— Когда это было! Зам. директора по производственным вопросам.

— Вообще отлично! Меня интересует такой вопрос, как приобретение оптом в порту товара. В основном продовольственной группы.

— Но порт не торгует, все грузы распределяет Минторг, кроме частных.

— Я в курсе. Но есть ведь схемы обхода — Смотрю вопросительно на Лидию Петровну — Например, испорченный товар, брак, бой.

Мне Максим описывал, как проворачивают махинации в порту, так что я просто хотел урвать из этого свой кусок.

— Есть брак, но его списывает комиссия с обязательным присутствием представителя Минторга.

— Лидия Петровна, давайте откровенно. У меня есть на вашего директора определенное влияние. Не буду вдаваться в подробности, но он пойдет мне навстречу. Прежде чем беседовать с ним, хотелось бы быть более осведомленным. Вам ведь не помешает дополнительный доход?

Лидия задумчиво крутит бокал в руке. Судя по обстановке и одежде, заметно изменившихся с момента моего последнего визита, доходы у неё выросли. И явно не из зарплаты. Поскольку следов мужчины в доме по — прежнему нет, значит, имеет левые доходы.

— Предлагаешь мне стать осведомителем? — Тон нейтральный, понять отношение её к предложению пока нельзя.

— Точнее будет сказать консультантом. Я договорюсь и без вас, просто по старому знакомству хотел оказать Вам услугу. Мог бы ведь с любым кладовщиком договориться, но лучше я Вам платить буду.

— И что конкретно ты хочешь знать?

— Сейчас интересует какие объемы реально списать не привлекая внимания. И по каким ценам уходит товар. В соотношении к отпускным ценам. Постоянные пути сбыта или каждый раз по-разному. Я сэкономлю в переговорах с директором — больше смогу Вас отблагодарить.

— Даже не знаю что сказать — Лидия Петровна колебалась — Я тебя почти не знаю, был бы ты моим зятем…

— Увы, не сложилось. Но кстати я не оставляю надежды свести Вас с моим… «опекуном». Вы его знаете, он проводил у вас проверку. Максим.

— Да, я помню. Интересный мужчина. И он до сих пор не женат? — Клюнула рыбка, вопрос задан небрежным тоном, но интерес не скроешь.

— Там трагическая история. Жена изменила, он с тех пор к женщинам относится с недоверием. К тому же у него двое сыновей. Но их воспитанием я занимаюсь. Он в командировке, как вернется — организуем совместную встречу.

— Ладно, убедил. Только не подумай, что я страдаю от мужского невнимания! — Сдалась Лидия Петровна.

— Это могли бы и не говорить, разве такая женщина может не привлекать внимания!

Дальше пошел уже деловой разговор. Она оказалась в курсе всех махинаций руководства, но её к пирогу не допускали. Поэтому она и решилась на работу со мной. Так что, через час у меня было материала столько, что и без рекомендации Макса директора заломаю.

— Если директор упрется, его посадим, а Вы на его место — пообещал ей напоследок.

На следующий день в порт не пошел — в охранном агентстве сидеть обещал. Алиса опять просилась со мной, но отправил её с мальчишками отнести документы в школу. До осени тянуть нечего. До обеда бездельничал, ни одного клиента. Думал уж закрывать, но после двух часов сразу три подряд. Заказы мелкие правда. Один продает машину, просит сопровождающего при передаче денег. Второй сопроводить дочку в институт в Москву. Третья женщина с необычной для нас просьбой — проследить за мужем.

— Вы наверное ошиблись, мы не детективное, а охранное агентство — Улыбаюсь ей.

— Так нет у нас детективных! А вы профессионалы, сможете. Сколько скажите, заплачу.

Подумал, можно Алису привлечь. Согласился, оговорили условия. Недельная слежка, фотофиксация встреч с женщинами если таковые будут, контроль перемещений. Стоимость определил с учетом транспортных расходов. Есть у нас один парень с авто, вот их с Алисой и отправим на задание.

Больше до вечера ничего, возвращаюсь домой. Информирую Алису о задании.

— Ой, а я пообещала в школе выступление группы на выпускном!

— Да? А детальней.

— Директору документы показываю, там в характеристиках у нас написано о занятиях музыкой. Он и заинтересовался, спрашивает, что умеем. А у них в школе нет совсем группы. Только пианино в музыкальном классе. Вот и предложил на выпускном сыграть.

— А репертуара хватит? Я так понимаю на выпускном вечере? Это на всю ночь.

— Хватит. Они под магнитофон собирались проводить, сколько сможем поиграем а дальше сами. Только нужно инструмент отвезти будет. А как же тогда с заданием?

— Евдокима отправлю. Потом освободишься — заменишь. Одного человека нельзя долго, примелькается, заметит слежку. Выпускной послезавтра?

— Ну да. Нужно ребят из интерната отпросить еще. И потом переночевать у нас можно им будет? Нам бы порепетировать успеть еще.

— Не переживай, всё сделаем — Обещаю ей.

Так, значит на завтра планирую так — с утра в порт, потом в интернат, потом тренировка. И машину у Руслана попросить. Нет, это не дело, нужно купить транспорт. Так что узнаю у Руслана, что он решил с мебельным, если нет — срочно продавать.

После ужина совместно сочиняем песню. Комбинируем с Алисой мелодии подходящие под нашу аппаратуру, на них уже подбираем слова. Через час начинают стучать в стенку соседи. Да, нужна студия. Надеюсь, в школе выделят помещение, пообщаюсь с директором.

Среди ночи звонок, смотрю на часы — три утра.

— Вас из больницы беспокоят. К нам поступил больной, дал Ваш номер для контакта. Мараев Альви, знаете такого?

— Знаю. Что с ним?

— Ножевое ранение. Операцию делают сейчас.

Узнаю адрес больницы и вызываю такси. Потом звоню Руслану, он не в курсе еще.

— Отмени такси, я заеду за тобой — кратко отвечает и бросает трубку.

Так, кто с ним был — я не знаю, не спросил. Набираю номер ювелира — не отвечает. Хреново. Алиса проснулась.

— Альви ранили, я в больницу. Больше ничего не знаю, на всякий случай быть настороже. Из дома никому не выходить. Как прояснится, сразу позвоню.

В больницу примчались быстро, операцию уже заканчивали. Вскоре вышел хирург, спросил родственников.

— Задета печень немного, но угрозы жизни нет. Повезло парню, что вовремя доставили.

— Кто доставил, как случилось, не знаете?

— Скорую милиция вызвала, ранен в поезде был. Больше ничего не известно. Через часа три придет в себя спросите.

Руслан сунул врачу сто рублей, тот спокойно убрал их в карман халата.

— Едем к ювелиру? Пока не очнется тут делать нечего — Предлагает Руслан.

— Нет, езжай один. Я лучше поохраняю его. Пока ситуация не прояснится.

Руслан уехал, я сижу в палате у кровати. Жду. Что еще остается? Хоть бы пейджеры появились, и то легче будет! Открывается дверь, я напрягся. Ух ты, неожиданный гость, Ипполит Адамович!

— Володя! Ты тут! А я отвез товар домой и сразу сюда. Как он?

— Говорят, жить будет. Расскажите, что случилось?

— На подъезде к Питеру решил я в туалет сходить, пока санитарная зона не началась. Альви сопровождать пошел, а Дима в коридоре стоять остался. Дальше со слов Димы, я не видел. Двое зашли с тамбура, один сразу ножом ударил. Альви все равно его достал в горло рукой, второй стал в туалет ломиться, но тут Дима подоспел. Один сбежал, а тот, которого Альви ударил, не успел. Проводник сообщил бригадиру, передали на станцию, нас уже ждала скорая и милиция. Я отпросился, пообещал утром в отделение заехать. Не представляю, что бы со мной было, если бы не ребята! За операцию нужно заплатить? Или лекарства нужны?

— Медицина у нас пока бесплатная. Вы ничего не должны — он выполнял свою работу. Просто следующий раз потребуется более серьезное сопровождение. Не догадываетесь, откуда наводка была? Или хотите сказать случайность? — Пристально смотрю на него.

— Случайность исключена, за мной охотились. Есть мысль одна, но я её проверю по своим каналам.

— Дома нападения не боитесь? — Неплохо было бы постоянный пост ему предложить.

— Дом под охраной милиции. Чуть что — кнопку нажать только. За десять минут приезжают — проверено.

Ювелир расплатился за поездку, положил сверху 500 рублей. Я не стал отказываться — на лечение пойдет не меньше, хоть и бесплатная медицина. До приезда Руслана успел уйти, иначе тот так просто бы не отпустил. О чём он и сказал когда приехал.

— Я бы с него вытряс, кто это сделал! Ничего, найду один хрен!

— Они исполнители. С милицией нужно договариваться, пусть нам отдадут того типа, с помощью паяльника и утюга мы с него имя заказчика вытянем — Предлагаю вариант.

— А точно! Я поехал! Жди тут — Руслан опять умчался.

Альви пришел в себя к девяти утра. Я успел позвонить ребятам, работающим в агентстве, чтобы меня сменили. Вскоре пришел Артур, один из самых способных наших учеников. Он уже отслужил в армии, в десанте, владеет рукопашным боем. Следом за ним примчался и Дима, который ездил с Альви. Потом явился Евдоким, которому выдал задание на слежку. Пока без авто, с машиной завтра Игорь будет.

— Меня только отпустили из отделения, тонну бумаги исписал — Жалуется Дима.

— Ты не вздумал там написать, что охранял по найму? — Ребята все в курсе, что работаем неофициально и что нужно говорить.

— Что я не понимаю? Написал, познакомились в купе, увидел что напали и вмешался — Немного обиделся Дима.

— По пути до вокзала слежки не заметили?

— Народу везде много и машин. Если и была — не поймешь. Знаешь, что меня удивило? Из тамбура там не видно, что в вагоне происходит. Мы вместе из купе вышли, никого не было. А они с тамбура вышли так, словно знали уже, что ювелир в сортире. Один мимо Альви проходит, а второй из-за спины его сразу ножом. Но Альви красавчик, после такого ранения и смог одним ударом вырубить эту суку. Как он там?

— Врач сказал — жить будет. Менты не сказали, кто это был?

— Нет. С меня подписку взяли о невыезде. Спрашивается почему?

— Не переживай, разберемся.

Вышла медсестра, сказала что можно по одному только к больному. Захожу, Альви очнулся, выглядит неплохо, не скажешь, что операцию делали.

— Привет братишка, как самочувствие?

— Спасибо хреново. Подловили как пацана, а еще других учу.

— Не переживай, благодаря тебе одного взяли. Не каждый так сможет. А вообще бронежилетами нужно запасаться. Могут ведь и стрелять. Клиент зато доволен, кипятком писает — говорит без вас ему жопа была бы. Следующий раз будет за четверых платить.

— Летал бы мудак самолетом, спокойней было бы — Альви морщится, наркоз отходит — начинает болеть.

— Досмотра боится, кто знает, что он там возит в саквояже. Ладно, мне нужно идти. Ребята тут с тобой побудут на всякий случай. И Руслан должен скоро примчаться. Я вечером заскочу еще.

С Русланом сталкиваюсь на выходе.

— Очнулся твой братишка, нормально. Как у тебя успехи?

— Глухо. Не отдали. Но кто он узнал. Андрей Камаев, кличка Ржавый, московский, бывший боксер, сидел за грабеж. На кого работает неизвестно.

— И Максима нет, помог бы разведать. Попробую в Москву позвонить одному знакомому, может что подскажет по нему. Слушай, пока не забыл, на завтра машину можешь выделить на утро? Буквально на полчаса. И еще, что за мебельный не надумал?

— А сколько хочешь за него? Давай на обмен, есть хорошая четверка, почти новая. Будешь с транспортом — Предлагает Руслан.

— Машина конечно не помешала бы, но что тогда в товар вкладывать. В долг никто не даст — Засомневался я.

— Придумаем что-то, не переживай.

— Мне и права нужны. Лучше отучусь за лето, сдам, тогда и машину возьму.

— Да сделаю я тебе права. Водить можешь?

— Могу. Ты и мертвого уговоришь, давай тогда после обеда посмотрим машину.

Мчусь в порт. Выбиваюсь из графика, еще в интернат. Эх, надо было сразу машину забирать у Руслана. А права? Ладно, не нужно горячится, всё успею.

В порту в контору без пропуска не пройдешь. Вызываю Лидию Петровну, она проводит до приемной. Называю себя секретарше.

— Доложите, скажите — следователь ему звонил за меня.

Принимает директор сразу. Длинный, худой. Не старый еще, лет по 40. Взгляд напряженный, не знает чего ожидать.

— Алексей Аркадьевич, давайте сразу изложу цель визита. Я близкий родственник Максима, планирую заниматься оптовой торговлей. Надеюсь на взаимовыгодное сотрудничество с Вами. Меня интересует в первую очередь продовольственная группа.

— Я бы рад Вам помочь, но ведь мы не имеем возможности торговать — Ожидаемо отзывается директор.

— Я в курсе. Максим мне обрисовал схемы, как вы это делаете. Даже знаю чуть больше чем он, например, о Вашем сотрудничестве с Михеевым, директором рынка.

Аркадьевич слегка побледнел. О Михееве мне рассказала Лидия.

— У Вас недостоверная информация, это всё наговоры. Но давайте уточним, что конкретно Вас интересует, возможно, что-то придумаем — Ага, попробуй не придумать, поедешь в Магадан.

— Конкретно? Например, вы ожидаете корабль с кубинским сахаром. Тонн 60 я бы взял. Михееву вы отдаете по 400, я готов заплатить по 450 за тонну.

Директор достал платочек. Вспотел бедный.

— Такой объем мы не сможем списать. Тонн 10 максимум. И по цене, с чего Вы взяли такую сумму?

— Можно для начала и десять. Корабль не один ведь, еще будут. А цена точная. Что не так, я ведь больше предлагаю? Еще меня интересует мука, водка, спирт, крупы, фрукты. Да можете предлагать что угодно. Главное поймите, в отличие от Ваших махинаций с Михеевым, наше сотрудничество будет прикрывать следственное управление.

— Даже не знаю что сказать. Михеев иногда берет списанный товар, а чтобы хороший списать, нужно с инспектором от Минторга договариваться. И с капитаном корабля.

— Вот и смотрите, чем больше партия, тем крупнее сумма которую Вы будете делить между ними и собой. Зачем Вам дробить между Михеевым, Бариновым, Копейкиной и прочими. Чем больше вовлечено — тем больше риск. Не один так другой сгорит и Вас потянет.

Сопротивляться возможности у него не было. Пришлось потратить еще больше часа на детали, торговлю о ценах. В итоге договорились со следующей недели о начале работы. В понедельник теперь срочно патент получать предпринимателя. Склад Руслан уже подобрал, недалеко от порта, можем начинать. Хотя мне и делать больше ничего не нужно — сбыт организует Руслан, а о поставках я уже договорился. С транспортом только решить, грузовик нужен, пока в аренду.

Теперь к Руслану смотреть машину. Приезжаю в договоренное место. Четверка действительно в неплохом состоянии, почти новая. Выпускать то их начали три года назад. Пожалуй, стоит больше чем мебельное оборудование. Но если Руслана такой обмен устраивает я тем более не против. Едем к нотариусу, делаем доверенность. День так быстро пролетает, уже начало четвертого.

— Руслан, последняя просьба на сегодня. Пока прав у меня нет, давай в интернат вдвоем смотаемся, электричкой не успею. Заодно в мебельный заедем, передам хозяйство. Потом ко мне, обмоем сделку.

— Поехали, заскочим только в одно место по пути — Соглашается Руслан.

4

Добрались к семи вечера, мебельный еще работал. Долго не задерживались, поставил коллектив в известность о новом владельце и всё. Для ребят особо ничего не меняется, расценки определены. Наоборот работы прибавится — Руслан хочет увеличить объем. Дальше в интернат, директора естественно уже нет, дежурит Макаровна. Против того чтобы отпустить музыкантов она ничего не имеет, но для порядка звоним директору. Он немного недоволен, но я подтверждаю свои обязательства по ведению секции и организации праздничных мероприятий. После этого получаем разрешение. Забираю троих мальчишек, ночевать будут у нас. С утра в школу чтобы успели порепетировать. Домой доехали почти к одиннадцати ночи. Переносим обмывание на завтра. Машину ставим под окном. Руслану пять минут до дома пройти.

— Блин, до школы недалеко, рискну завтра сам отвезти аппаратуру. Надеюсь, на Гаи не нарвусь.

— Сфотографируйся завтра, сделаю я тебе права — Обещает Руслан.

Пока прощался с Русланом, музыканты уже репетировать собрались.

— Вы что, охренели? Хотите чтобы соседи ментов вызвали?

— Да мы тихо, новую песню им покажем и все — Алиса хоть и самая старшая из них, но порой ведет себя как ребенок.

— Утром отвезу пораньше, там и репетируйте. Иди на кухню лучше, ребят покормить нужно — Детдомовцы всегда голодные, от домашней еды не откажутся никогда.

Пока едят думаю как разместить, кроватей лишних нет.

— Алиса, давай к тебе одного подселим? Антон с Тёмкой вместе лягут, двое на Антона кровать, а одного некуда.

— А алименты потом мне кто платить будет?

— Лешке 12 лет, если что, за совращение малолетнего сядешь. Так что валетиком ляжите.

— Давай тогда лучше Тимку, он старше, за него меньше дадут.

Тимка неожиданно стал сопротивляться. Покраснел, засмущался. Переиграли, с Алисой положили Антошку. Так безопасней будет.

Утром выяснилось, что бензина мало осталось. А нужно не меньше двух ходок сделать до школы, а потом назад еще забирать вечером. Заправка не очень далеко, но там пост рядом. Ладно, будем рисковать. Пока ребята завтракают еду заправляться. На посту никого, наверное тоже завтрак, хорошо. Теперь можно и грузиться. Аппаратура влезла вся, мальчишек отправили пешком — им места не хватило. С учетом объезда они до школы добрались раньше нас с Алисой. Спортзал еще закрыт, отправляю Алису искать ключи, выгружаем всё к дверям.

— Всё парни, мне некогда, разбирайтесь дальше сами. Вечером буду — Подумав, решаю — наглеть так уж до конца. И поехал на машине в больницу к Альви. Руслан у него.

— О, я вижу ты уже встал! Значит жить будешь — Приветствую Альви, сидящего на койке.

— Ага, скоро на зоне буду жить, менты приходили, говорят — меня военкомат в розыск подал.

— А нафига ты выписался с городка, я вот там и числюсь. А теперь Алису удочерю, двое детей — в армию не возьмут. Так что ищи вдову с двумя детьми срочно!

— Да сказал я — улажу вопрос — Вмешался Руслан.

— Да Альви, хочешь прикол? Мы уже и как детективное агентство работаем. Одна баба за мужем слежку заказала.

— Нормально! Да пофиг, главное чтобы работа была у пацанов. Ладно, я уже в норме, можете пост снимать сам если что справлюсь.

— Тогда мы поедем склад смотреть. После обеда привезем тебе что-нибудь вкусного.

Оставляю машину у больницы, едем на девятке Руслана. Осматриваем склад, вместительный. Грузчики не проблема, крутятся неподалеку.

— Кладовщик нужен толковый. Есть кто на примете? — Интересуюсь я.

— Да, двоюродный брат справится. Чужих лучше не привлекать — Хорошо, надеюсь у них не принято у родственников воровать.

— В понедельник три тонны муки нужно забрать из порта. Деньги отдадим после реализации. Накладные только нужны левые, вдруг остановят гаишники. Сахар в среду прибывает, к субботе нам сделают тонн десять. Вот рассчитывай, кому сплавить всё это — Рассказываю Руслану.

— Если цену сделаем чуть ниже оптовой, уйдет мигом. Хотя сахар можно и придержать.

— Не надо держать, через неделю еще корабль из Кубы ждут.

Мне в принципе и делать тут особо нечего. Присутствовать при погрузке, сверить вес, сдать кладовщику. Дальше Руслан распределит по точкам. Прибыль с учетом всех расходов процентов 50. На двоих. Долго этим заниматься не буду, со временем спалят. Можно будет даже Максиму заработать на этом очередное звание. Когда мы с Русланом зачистим хвосты, разумеется. Жаль я не знаю истории по Питеру. За порт при приватизации очевидно драка будет, вот к этому моменту нужно и закруглиться.

Дальше собрался найти Вадима. Должен быть дома, но не факт. Звоню с ближайшего автомата, не отвечает. Зато дозвонился Медведеву, пригласил на новоселье. У него же и узнал, что Вадик в универе, какой-то семинар. Ладно, сам придет, что я за ним бегать буду. Лучше поработаю в агентстве, вдруг какой клиент забредет.

Клиентов увы не было, к вечеру появился Евдоким с отчетом.

— Пришлось два раза такси брать, иначе не уследил бы. Встречался только с мужиками, заезжал по одному адресу, вот он, какая квартира не смог установить. Но был там минут десять, не больше. Потом домой, вижу машину в гараж загнал, думаю сегодня больше не должен никуда — Доложил устно и предоставил запись передвижений. Старается пацан.

— Хорошо. Завтра Игорь приедет, последите на машине денек. А послезавтра Алиса тебя сменит.

— А что, я с ней вдвоем не могу?

— Нужно менять, чтобы не примелькались. Увидит раз, другой, заподозрит. Ты лучше иди учиться на права, машина есть, будешь штатным водителем. Как раз к совершеннолетию сможешь ездить.

— А что, пойду! Место за мной!

Собрался уходить, звонок от Ипполита Адамовича.

— Володя? Хорошо, что застал! Вот весь день думал, боюсь я теперь. Решил в мастерскую охрану у вас заказать. Вы же сделаете хорошую цену как постоянному клиенту?

— Естественно! Но, тем не менее, постоянная охрана это дорогое удовольствие. Вы имеете ввиду рабочее время? — Неплохо будет если договоримся, ребята без дела маются.

— Да, дневное время. Ко мне заказчиков много приходит, многие по звонку — я их совершенно не знаю.

— Одного человека хватит?

— А сколько вы возьмете с меня за одного и за двоих?

Так, надо подумать. Зарплаты растут, но 400 рублей на заводе или в порту это очень хорошая зарплата. Так что за 50 рублей любой согласится отдежурить день. Плюс 50 за риск плюс наша прибыль.

— Триста рублей в день — один человек, два — пятьсот. Но за месяц скидка, итого 12 тысяч за месяц — Начинаю с суммы завышенной, с евреями иначе не договоришься.

— То есть я должен выбирать между разорением и смертью от страха? Побойся бога, Володя, я буду мальчиков и кормить и поить, давай 5 тысяч за двоих. По-моему, замечательная сумма?

В итоге столковались за 8 тысяч. Интересный товарищ, сколько же он имеет, если готов столько платить? Такую курочку упускать нельзя!

Забрал машину, навестил еще раз Альви, рассказал новости. Домой, перекусил слегка и в школу. На подходе к спортзалу слышно музыку — работают ребята! На входе курят парни выпускники и родители. На меня покосились, никто не остановил. Музыканты расположились в углу, дальше накрыты столы, по центру место для танцев.

— Вы к кому? — На меня наконец обратили внимание. Представительная дама, кажется завуч, слегка поддатая.

— Я коммерческий агент музыкальной группы. Вот этой — Киваю на ребят — Время пользования истекло. Продлевать будете?

Похоже она ничего не поняла. Растеряно хлопает глазами.

— Так это наши ребята, у нас учатся.

— Вы уверены? Не все ваши, а я отвечаю за всех как руководитель группы и опекун. А вы извините кто?

— Что за проблемы Людочка? — А это уже директор. Его я знаю, забирал близнецов из этой же школы. Но он меня не запомнил, пришлось представиться.

— А, да, да! Я понял. Давайте с Вами поближе познакомимся, я надеюсь будем сотрудничать. Я слышал вы можете и спортивную секцию вести? Слушай, давай на ты? Давай присядем, выпьем — Отвечать я не успевал, директор основательно был «подшофе». Но выпить отказываться не стал, машину не брал — инструмент завтра перевезу. Подошел только сначала к музыкантам узнать, в каком они состоянии.

— Не устали? Домой не пора?

— Нет!!! — В один голос отвечают. Дорвались.

— Ты споешь что-нибудь? — Спрашивает Алиса.

— Возможно позже. Когда все пьяные будут и не поймут ничего. Хотя и так уже вижу большинство нагрузилось. Вас хоть не напоили.

— Мне предлагали шампанское, я сказала что у меня злой отец, не разрешает.

На подходе к столу, где сидит директор, наблюдаю морскую форму рядом с ним. Ниче се! Адмирал! Вот это я удачно зашел! Через минуту директор меня знакомил с отцом выпускницы, адмиралом Морозовым.

— И как Вам мои воспитанники? Понравилось, как играют? — Приступаю сразу к делу.

— Здорово! Давай пацанов в нахимовское училище устрою?

— А Вы командир нахимовского?

— Нет, я начальник штаба ВМФ.

— Замечательно! Знаете, у нас есть классные песни про моряков. И ребята горят желанием исполнить их на день ВМФ. Вот только незнаем пока где.

— Как где? Во Дворце Культуры Моряков. Там всё руководство будет. Я сам вас найду, готовьтесь.

Ну вот, как всё удачно решилось. Потом на местное радио пробьемся. Теперь можно и мне спеть, сначала горло только промочу.

Домой вернулись в два часа ночи. Дальше без нас пусть веселятся, большинство уже хорошо «подогрелись», нечего там детям делать. Я бы раньше их забрал — адмирал не отпускал. А когда я пару песен на морскую тематику исполнил — «Там за туманами» и «По первому сроку», так вообще на брудершафт пришлось с ним пить. Алиса тоже умудрилась шампанского нализаться, не сильно, но заметно. Завтра втык сделаю, точнее уже сегодня, но когда проснусь. Ребята до сих пор возбужденные, еле уложил. Всё, спать.

Долго поспать не дали, в пять утра расплакалась малая, в шесть звонок в дверь. Чертыхаясь, иду открывать. Неожиданный гость — Виктор.

— О, привет. Что без звонка, меня могло не быть дома — По лицу Виктора замечаю — чем-то недоволен.

— Да поздно собрался ехать, думал уже спите. Чаем угостишь?

— Проходи, конечно. Только не шуми, ребята спят. Вчера на выпускном играли, поздно пришли. Что-то случилось?

— Случилось. Знаешь её? — Выкладывает на кухонный стол фото…… Алисы.

— Знаю. Спит в соседней комнате. А что? — Догадок никаких.

— И кто она?

— В смысле? Девушка, а кто еще? — Тут до меня доходит, о том, что и она из будущего Виктору я не говорил. Не потому что хотел скрыть, просто не пришло в голову.

— Просто девушка?

— Не просто. Такая же как я. Почти — Вот, теперь обидится, узнал каким-то образом о ней.

— А почему я об этом узнаю не от тебя?

— Сахара сколько? — Наливаю чай, размышляя как объяснить — Ты не кипятись, я не потому не сказал, что хотел скрыть. Сначала не было возможности, а потом просто не вспомнил. Я сам порой забываю, что она не из этого времени. Но как ты на неё вышел?

— Один человек у меня мониторит различные странные случаи. В том числе и по психиатрическим больницам. Я ему дал команду — обо всех кто заявляет, что они из будущего сообщать сразу мне. До сих пор были только настоящие сумасшедшие. А она сбежала, её не успели проверить. И вот только вчера мне сообщили, где она всплыла. И что я вижу! А теперь объясни мне, как может произойти такое совпадение?

— Да я сам поражаюсь. Не иначе как кто-то этим управляет. Или нас больше чем я думаю. Но больше никаких зацепок не выявили?

— Пока давай я буду спрашивать. А то у нас какое-то неравноценное партнерство получается. Она точно из будущего?

— Точно. Но в отличие от меня перенеслась в своем возрасте. Соответственно почти ничего не умеет и мало что знает из нынешней истории. Поэтому я и не вспомнил о ней при встрече с тобой. О ней и Исса ничего не знает, я с ним и не виделся с тех пор. А по поводу неравноценного сотрудничества не преувеличивай. Одной информации о шпионах за глаза хватит. Скажу честно, я предполагал возможность того, что ты сообщил обо мне выше, но про Алису я не сказал не по этой причине. Правда, даже не подумал, что тебе это может быть полезно.

— Ладно — Виктор немного помолчал, потом продолжил — Тогда и я честно. О тебе знает еще один человек. Мой начальник, полковник ГРУ, фамилию не скажу. Не мог я его не поставить в известность, не было возможности по-другому объяснить информацию о шпионах. Меня самого к стенке поставили бы, если начал что-то выдумывать. Но дальше это не ушло. Как сказал полковник — нас за такой бред сразу спишут. А если вдруг поверят — то тем более. Так что помогал я тебе, с его ведома. А сейчас он хочет с тобой встретиться.

— Вот как? То есть твоя откровенность запланированная — Резюмирую я — Ну что же, могло быть и хуже. И когда встречаемся? Едем в Москву?

— Нет. Он будет на днях тут, тогда тебя найдут. Просто чтобы ты был готов. Тогда и я поговорю с тобой, сейчас некогда. Ничего срочного ведь нет?

— Пока нет. Да, хотел одного человека пробить, но пожалуй уголовники не твой профиль — Вспомнил о задержанном налетчике.

— Интересно кто заказал нападение на вашего ювелира? — Усмехается Виктор — Не мой действительно, но краем уха слыхал кое-что. Пусть поставщиков поменяет, иначе следующий раз будет серьезнее.

— Спасибо. Я так и думал, что без них не обошлось.

Проводив Виктора спать уже не пытаюсь, занялся завтраком на всю шайку. Лена сама встала, остальных бужу в девять.

— Сначала перевозим инструменты, потом вы парни на электричку, надеюсь в состоянии сами добраться? — Знакомлю за завтраком с планом на день — Мы с Алисой в агентство, примешь дежурство по клиенту. Потом я оформлять патент. И к Альви заедем сначала.

— А репетировать ко Дню Флота когда будем? — Первым проснулся Артем, остальные сонно кивают.

— Хороший вопрос. На этой неделе займусь поиском студии для вас, со следующей начнете. И подумать надо, не лучше ли будет перевести в город и остальных. Каждый день не наездитесь.

— Всех усыновишь? — Алиса тоже вялая еще.

— Не, на такой подвиг я не готов. Тут недалеко интернат есть, правда спортивный. Попробую договориться.

Итак работа закрутилась. Все при деле, Альви вскоре выписали. Вадик успешно сдал экзамены, перешел на второй курс. На время каникул пристроил и его в охрану, пусть сам зарабатывает, не всё ж мне его семью кормить. Так мы не договаривались! Студию нашли, ребята занимаются. Торговля тоже пошла, денежки капают. Главное не жадничать и вовремя спрыгнуть потом. Месяц пролетел быстро. Адмирал не обманул, нас включили в программу концерта, целых четыре песни. Главное телевидение будет. Две песни слямзили у Газманова — «Морячка» и «Балтийский берег», одна известная уже сейчас — «Бескозырка». «Там за туманами» адмирал лично попросил исполнять, придется мне принять участие. На всякий случай еще пару песен подготовим, вдруг на бис попросят. Одну Алиса вспомнила, я её даже не слышал. Только переделать немного пришлось применительно к этому времени. Потребовали фонограмы песен для проверки, завтра отдам. Удивительно, что никакой репетиции перед концертом в самом Дворце не будет. Спросили только, что нам нужно будет из реквизита. Нас даже указали в афишах — ВИА «Юнга». Название ребята сами придумали, мне не очень, но возражать не стал.

Максу пообещал в августе приехать с близнецами в Ташкент. Я там ни разу не был, самому интересно побывать.

Сегодня с утра Вадик стал нас с Альви убеждать поступать на заочное отделение в институт. Обидно, наверное, что он один мучается над конспектами.

— Не знаю как тебе, Альви, а мне это не надо — Отказываюсь я — Нужен будет диплом, куплю.

— А мне купить нельзя? — Возмущается Вадим — Еще четыре года тратить на это!

— Нельзя! У тебя другие задачи, всё должно быть настоящим.

— Ладно. Слушай, братка, мы на каникулах собираемся к моим родителям поехать. В смысле к нашим родителям — Быстро исправился — А то они, если не поедем, сюда приедут. Это ведь нежелательно, да?

— Когда-нибудь приедут все равно. Так тебе денег нужно на поездку?

— Ну Даше дают родители — Мнется Вадик. Постоянно смущается, когда даю ему деньги.

— Сейчас с финансами нормально, не переживай. Пару тысяч, думаю, тебе хватит? На подарки, на дорогу.

— А почему нежелательно чтобы сюда приезжали? — Удивляется Альви. Уже не раз с ним прокалываемся, забываем, что он не посвящен.

— Это семейные дела, извини — Ничего другого не пришло на ум.

— Ладно. Слушай, мне Алису твою нужно опять. Снова слежку заказали, мы точно в детективное агентство превращаемся.

— Не, пока не может, концерт через неделю. Задействуй Евдокима пока.

— Да за бабой слежку заказали, удобней было бы Алисе. И меньше внимания привлекает и в сортир следом зайти, например.

— Так а Юна у нас без дела, экзамены сдала, пусть на жизнь зарабатывает — Вспоминаю о ней, потерялась где-то.

— Точно, попробую найти её — Соглашается Альви.

Звонок, клиент, наверное. Альви берет трубку.

— Вот только о тебе вспоминали. Даю — Передает мне трубку — Алиса.

— Что случилось?

— Ты ругаться не будешь?

— Буду. Что натворили?

— У нас синтезатор сгорел. Мы не виноваты, он бракованный был, постоянно выделывался!

— Ну молодцы… И что предлагаешь? Новый покупать? — Деньги есть, но им применение и получше нашлось бы.

— А на чем на концерте играть?

— Балалайки и гармонь куплю и играйте. Ладно, я понял, буду думать — Синтезатор действительно глючил, так что ругать не за что. А вот где новый брать? В магазинах сомневаюсь, чтобы нормальное что нашлось. Если Руслан не найдет — поеду к адмиралу, пусть админресурс задействует.

Отправился домой за деньгами. Дома неожиданно оказывается Виктор. Лена обедом угощает.

— Привет. Что, полковник приехал?

— Не, пока нет. Позже. Вы вот в Ташкент через Москву поедете?

— Туда хочу поездом, а назад… Стоп! Это Лена сказала что поедем?

— Я не говорила! — Возражает Ленка.

— По телефону меньше болтать нужно — Довольно скалится Виктор — Их группа на контроле, постоянно все разговоры слушают.

Я лихорадочно вспоминаю, что говорил Максу по поводу порта. Кроме просьбы позвонить директору как бы ничего, но могут и взяться проверить.

— Да шучу я, успокойся. Мне Максим сказал, я вчера с ним разговаривал — Сжалился Виктор.

— Ну ты гад! А я уже сухари сушить собрался!

— А с этим не откладывай! Рано или поздно сядешь! Ладно, я по делу к тебе. Тут будем говорить?

— Да, Лена в курсе всего — Она знает даже больше чем он.

— Что ты знаешь о договоре о сокращении ядерных ракет. Будет ли он подписан, какие последствия. Короче всё что знаешь.

— Так… Дай подумать. Подписан будет, точную дату не скажу, в конце года должны. Там, насколько помню, будет сначала вопрос о ракетах Англии и Франции. Но потом СССР согласится их не учитывать. И предложит нулевой вариант — ликвидация всех ракет средней и малой дальности. Американцы, ранее предлагавшие полное сокращение только ракет средней дальности сначала растеряются и попытаются пойти на попятный, но потом согласятся. Ну и начнут ликвидировать. К 1991 году закончат. А через три года будет и сокращение армии на 500 тысяч. Последствия… Напряженность на какое-то время будет снята, риск начала ядерной войны снизится. В целом все только положительное. Особенно с учетом грядущего развала СССР.

— И США точно будет соблюдать этот договор?

— Да, точное количество не помню, около тысячи с каждой стороны ракет уничтожат. Под контролем наблюдателей. Пока еще договоры будут соблюдать. Это позже правила игры изменятся. Но ты к тому времени уже на пенсии будешь.

— До неё еще дожить надо. О том, что будет в 2000-х не хочешь поведать?

— Всему свое время. Не нужно пока этим голову забивать. Слушай, у тебя всё? А то мне нужно искать синтезатор. У моих концерт на носу, а они синтезатор спалили.

— Помочь?

— А можешь — Обрадовался я — Было бы неплохо!

Виктор уселся на телефон. Минут через десять спрашивает:

— Есть Roland за 2 тысячи и Yamaha за 9 тысяч. Что возьмешь?

— Посмотреть бы на оба. Что там за модель за 9? Охренеть, у меня столько и нету. А в долг дадут?

— Записывай адрес и езжай, смотри. Договоришься, может и в долг дадут.

Беру Алису и Антона и едем искать указанный адрес. Частный дом, двухэтажный кирпичный особнячок, очень даже крутой по этому времени. Хозяин представился Михаилом, судя по одежде, явно имеет отношение к флоту. Быстрее всего отставник. Пригласил в дом.

— Знаете ребята, я с незнакомыми обычно вот так дел не имею, но за вас попросили те, кому не отказывают. Вас интересует только синтезатор?

— А что еще есть? — Сразу вскинулась Алиса.

— Эй, остынь! У нас и на синтезатор внатяжку денег — Успокаиваю её — Давайте посмотрим пока то что вы говорили. Roland и Yamaha.

Михаил занес сначала одну, потом вторую коробку. Заводская упаковка, даже не распечатана. Что, и на таможне не вскрывали? Контробанда?

— Можно открыть? — Михаил сам распечатывает одну, потом вторую коробку. По виду ребят понимаю — нужно договариваться о рассрочке. Без Ямахи они не уйдут.

— Речь шла о 9 тысячах? Это окончательная цена? — Начинаю прощупывать почву.

— Немного могу подвинуться. Если за 9, то еще пару микрофонов могу дать. И колонки есть хорошие. За отдельную плату разумеется. И усилитель.

— Я всё возьму, но не сразу. Проблема в том, что с собой только половина суммы, остальные к концу недели наскребу. А у нас концерт в Дворце Моряков на праздник. Могу машину в залог оставить — Предлагаю, рассчитывая, что откажется, без машины трудно.

— Концерт? У вас такая серьезная группа? Насколько знаю, там звезды выступают — Удивляется Михаил.

— Нас адмирал Морозов лично пригласил, мы с ним знакомы немного.

— Так это от него мне звонили?

— Нет, другое ведомство. Я к нему собирался в крайнем случае обратится — Раскрывать все связи пока не стоит.

— Ладно, расписку напишешь на недостающую сумму. Если что, кому претензию предъявить знаю — Принял решение продавец.

— Тогда давайте и обещанные микрофоны — Берет быка за рога Алиса — И усилитель.

— Э нет, усилитель за отдельную плату. Штука сверху или три с колонками.

— Пока ограничимся синтезатором, на вас не напасешься — Охлаждаю артистов.

Пишу расписку на четыре тысячи, заодно интересуюсь дальнейшим сотрудничеством.

— Я торговлей занимаюсь, если что интересное будет — могу брать, даже оптовые партии.

Михаил немного задумывается, решает насколько можно мне доверять.

— Если под заказ только. Говори, что конкретно интересует.

— Да всё что угодно, вопрос в цене. Электроника, часы, косметика. Не спрашиваю какие у вас каналы, но могу войти в долю для расширения поставок. Прикрытие обеспечу. Подумайте.

Обещал подумать. Мне это не особо важно, скоро всё это легально ввозить разрешат.

И вот день ВМФ. Загружаемся с утра и на место. Как оказалось прибыли мы самые первые, концерт то вечером. Но тем не менее куда нас разместить не сразу решили. Оно и понятно, я посмотрел программу концерта — Лещенко, Кобзон, Леонтьев, Винокур, Долина. Распорядитель скривился глядя на выгружаемую нами аппаратуру.

— Возьмите гитары и ударные и всё. Акустика наша, подключать ничего не нужно, запись приготовили?

— Мы вживую будем, никакой фонограммы — Категорически заявляю я.

— Испортить нам концерт хотите? У нас все звезды под фонограмму выступают, а вам вживую подавай. Минусовка есть?

— Нет, мы не делали.

— И что мне с вами делать? Сейчас поговорю, но лучше вас отправить домой.

— Адмирал Морозов лично нас пригласил, я думаю, ему не понравится наше отсутствие — Спокойно предупреждаю в спину уходящего администратора. Тот чуть замедлил ход, но удалился ничего не сказав.

Минут через двадцать появился его помощник, провел нас в выделенную каморку. Я так думаю там хранили раньше инвентарь для уборки.

— Ваше выступление после Винокура, пока он выступает — вы подключаете вашу аппаратуру. Наш техник поможет. Но это будет часов в 8 вечера, пока можете погулять. Вот ключ, замыкайте.

Ребята пошли гулять по Дворцу, я пока смотался к Альви, в агентство. Вовремя, как раз интересный заказчик приехал. Отправляет жену с тещей на море и хочет, чтобы их оберегали от неприятностей. Оплачивает путевку в пансионате плюс нашу ставку.

— Ну и соответственно мне полный отчет, чем занималась жена. Теща та хрен с ней, пусть что хочет делает — Добавляет клиент.

Подписав договор и проводив клиента обсуждаем с Альви, кого послать.

— Баба видимо молодая, раз он так боится за неё — Предполагаю я — Так что можно и зарплату не платить тому кто поедет. А что, путевка бесплатная, проезд оплачен, еще и баба свободная!

— Странно, что он не подумал о таком развитии событий или считает что она на охранника не клюнет? — Удивляется Альви — Послать могу Курбана, он общий язык и с тещей найдет.

Больше посетителей не было, пока не наступили лихие 90-е. Даже коммерсантов не сильно достают. Всё в развитии.

К шести вечера возвращаюсь во Дворец. Концерт начинается в семь, первые зрители уже подходят. По пути к нашей конуре в коридоре сталкиваюсь с Лещенко. Здороваюсь, он в недоумении посмотрел на меня, удостоил кивком головы.

— Ну как вы тут, настроение боевое? — Вижу, что ребята устали ожидать столько времени. Зря так рано приперлись — Вы обедали?

— Пирожки днем ели — Отвечает Антон.

— Пошли в буфет пока народа мало. Нам еще два часа загорать.

Несмотря на сухой закон в буфете полно спиртного. Дорогого даже по ресторанным меркам. Решили поправить финансовое положение. Мы обходимся без алкоголя — салаты, бутерброды, сок. Подкрепившись, идем переодеваться — морскую форму взяли напрокат в клубе юного моряка. Несмотря на опыт публичных выступлений, вижу — у ребят мандраж. Перед такой публикой со сцены еще не выступали, полный зал высших офицеров.

— Нам бояться совершенно нечего. Денег нам не платят за выступление, контрактов заключать никто не будет. Как выступим, так и будет. Но я уверен — всем понравится, вот увидите.

— Готовьтесь, сейчас пойдет ансамблю песни и пляски, потом закрываем занавес — выступает Винокур, а вы готовитесь — Заглядывает помощник распорядителя.

Перетаскиваем инструментарий ближе к сцене. Лещенко с Винокуром стоят, разговаривают у прохода. Артем, загруженный проводами не заметив наступает Винокуру на ногу.

— Ё-маё! Мальчик! Смотри куда идешь! Мои мозоли!

— Извините, я вас не заметил — Хмуро отвечает Артём.

— Вот так Володя, чуть зазеваешься — молодежь сразу ноги оттопчет — Философски замечает Лещенко.

Со сцены мимо нас проносятся бравые морячки из ансамбля песни и пляски. Винокур прихрамывая отправляется веселить публику.

— Так это вы «Юнги»? — Интересуется Лещенко — Передо мной, на разогреве.

— Да. Вы успеете в буфет еще сходить, нас не скоро отпустят — Алиса, по-моему, даже не знает кто такой Лещенко. Тот скептически ухмыляется.

— Что стоите? У вас десять минут на подготовку! — Выскакиваем на сцену, усилители и колонки их — нам только подключится. Успеваем впритык, слышим аплодисменты Винокуру, ведущая, убедившись, что мы готовы выходит за занавес.

— А теперь вас поздравляет с праздником ваша смена — юные музыканты из ансамбля «Юнга» Поприветствуем их!

Занавес поднимают. Я пока спрятался сбоку, первые песни без меня. Переждав жидкие аплодисменты, ребята начинают. Сначала детская артековская «Бескозырка» Звук отличный, голос у Тёмки тоже не дрожит. Смотрю в щель на зал, улыбаются. Хорошо. Дальше будут песни неожиданные для детской группы. Последние аккорды — аплодисменты не хуже чем Винокуру. Следующая — «Балтийский берег». Солист опять Артём, в припев вступает Алиса. Прикольно конечно слышать из уст 12 летнего пацана — «вспомню первую любовь». Но песня хорошая, надеюсь, Газманов её не услышит и всё-таки напишет. Мы не будем к нему претензий предъявлять. Хлопают еще сильней, понравилось! Теперь и мой выход. Алиса объявляет:

— «Там за туманами», солирует руководитель группы Владимир Королёв.

Я не сразу справляюсь с нервной дрожью, хорошо на голосе не сказывается. Не, артист из меня никакой. Такую песню еще могу, а высокие ноты не вытяну.

— И мы вернемся, мы конечно доплывем,

И улыбнемся и детей к груди прижмём.

Там за туманами, мокрыми, рваными,

Там за туманами песню допоем.

Пришлось заменить слово «пьяными», в разгар антиалкогольной кампании неправильно поймут.

Хлопать начинают не сразу, зато потом долго не умолкают. В первом ряду, где сидят высшие чины, вижу адмирала Морозова. Что-то мне кричит, но не разберу в шуме. Просит повторить, похоже. Но не будем пока нарушать регламент. Объявляю «Морячку» Алиса для неё сделала аранжировку, добавила больше ритма, песня стала еще более заводной. По реакции зала понятно, придется петь еще. Вау! Артёму даже выносят цветы! Три букета. Предназначались кому-то из «великих» Пока не умолкая хлопают, спрашиваю взглядом распорядителя — Что? Тот машет рукой — пойте. А внеплановые песни мы не согласовывали. Видимо не ожидали, что нас попросят на бис. Так что можем петь что угодно. Теперь солирует Алиса.

— На заре ты уйдешь в штормовой океан

И тебя не достать больше взглядом

Но ты помни и верь, навсегда, на века

На всю жизнь я с тобой буду рядом.

Грустная песня о не вернувшихся моряках. Я опять наблюдаю в щель занавеса. Некоторые жены офицеров размазывают тушь по морде лица. Оператор, вижу, снимает их крупным планом. На эту песню можем и заявку подать как свою. После переделки она практически стала другой, а в 2025 году о ней уже и не вспомнят.

— Ну вы даете! — Сбоку подкрался Лещенко — Всё или еще будете? Может мне правда в буфет сходить?

— Если попросят, то еще одну исполним Лев Валерьянович. Извините, что задерживаем.

— Да я ничего. Песни кто пишет вам? Новые песни и чтобы все так пошли — это талант нужен.

— Песни? Есть у нас таланты. Организуете совместное с нами выступление на ЦТ, я для вас такой шлягер сделаю! Подумайте.

Тем временем по моему сигналу уже исполняется последняя на сегодня песня.

— Ребята надо верить в чудеса!

Когда-нибудь весенним утром ранним

Над океаном алые взметнутся паруса,

И скрипка пропоёт над океаном.

Раскланиваться выхожу тоже, тащат еще цветы. Наконец закрыли занавес. Дальше ведущий развлекает зрителей анекдотами, пока мы быстренько утаскиваем инструмент. Группа сопровождения Лещенко стоит уже, они даже не подключают гитары. Полная фанера!

— Оставь координаты у администратора, подумаю над твоим предложением — На прощание говорит Лещенко. За сценой меня тормозит незнакомый тип, лохматый и небритый. Напоминает позднего Шнура, но тот пока еще школьник.

— Слушай, я музрук в Дворце. Вы не теряйтесь, может, что совместное придумаем.

Возбужденных ребят запихиваю в такси, моя машина забита аппаратурой. Алиса только помещается со мной.

— Ну что, дебют, мне кажется, удался. Выпросить теперь пленку у телевизионщиков, будем вас раскручивать. Твоя задача — новые песни. О детской любви, подростковых страданиях, немного патриотических можно. Но не о партии и Ленине, а о русских. Пусть они будут казаться националистическими, ничего страшного.

— А что тот мужик хотел? Ну что за нами выступал?

— Тот мужик одна из современных звезд. Хоть немного обращай внимание на современную музыку. Так вот, я ему закинул удочку — если организует показ по центральному телевиденью, сделаем для него шлягер. У него с репертуаром сейчас не очень, вдруг согласится. Давай заедем к Руслану, пригласим их с Альви. Спать вас один хрен не уложишь — будем отмечать событие. Вадику от них позвоним.

5

Отправляемся в большое путешествие. Грузимся в поезд Москва — Ташкент. Перед этим заехали в Калинин (будущую Тверь), Алиса издали посмотрела на свою бабушку. Правда бабушка оказалась моложе её, лет 12. Алиса расстроилась, не знаю, что она ожидала увидеть. И город оказался совершенно незнакомый. Дальше в Москве у меня состоялась встреча с начальником Виктора, полковником ГРУ. Нормальный мужик, не пытался на меня давить. Мне так показалось, он до сих пор не верит в мою историю, а считает меня хорошим предсказателем. Пусть, мне так даже лучше. Договорились, что я предупреждаю их обо всех событиях на год вперед, а мне за это оказывается помощь доступная их ведомству.

Едем вчетвером, я, Алиса, близнецы. Как раз купе заняли. Проводница молоденькая, студентка, нужно будет уделить ей внимание. А что, близнецы меня не сдадут, Алиса тем более. Как все нормальные пассажиры — как только тронулись, приступаем к еде. Но мы действительно весь день ничего почти не ели, а уже время ужинать. Да и скоропортящиеся продукты использовать нужно. Танечка (проводница) принесла чай, я пригласил её к нам позже на концерт. Парни гитару взяли с собой, репетировать будут в дороге. Новые песни сочинять и музыку. Артём сказал, если деньги закончатся — пойдет по вагонам петь, зарабатывать.

Алиса перед отъездом устроила сюрприз. Евдоким пригласил её на концерт в ДК, раздобыл даже билеты во второй ряд. На что другое (кино например) она не согласилась бы, а послушать новую рок группу сразу побежала. И во время перерыва вылезла на сцену и предложила другую аранжировку песни, которую они исполняли. Они даже выслушали и дали наиграть её вариант. Сказали что неплохо, но их лучше. Предложили заходить к ним на репетиции, вдруг что полезное подскажет. Я как раз был загружен делами, сообщила она мне об этом только через две недели.

— А сейчас Витя предлагает поехать с ним в Алма-Ату, обещает роль в фильме. Он уже в одном снялся, я правда не смотрела — Завершила этим Алиса свой рассказ.

— Ты актрисой хочешь стать? Догадываюсь, чем расплачиваться будешь за роль. И как фильм называется? Может, вспомню.

— Тот, что будет, не знаю, а снялся в «Ассе».

На пару минут впадаю в ступор.

— Витя? Цой?

— Ну да. Слышал?

— Ну ты даешь! Только не вздумай сказать ему, что в 30-х годах молодежь про него забыла. А фильм «Игла» будет сниматься. Неплохой, но для тебя там роли не найдется, если только в массовке. Так что нечего тебе там делать. А с ним, если будешь поддерживать контакт, не забудь предупредить перед 15 августа 1990 года, чтобы за руль не садился.

Алиса не слишком расстроилась, кино её совсем не интересует. К 2030 году фильмы в обычном понимании почти прекратили снимать, компьютерные симуляторы с эффектом присутствия вытеснили с рынка все остальные развлечения. Сам пробовал, вполне реалистично, можно играть, путешествовать, общаться почти как вживую. Присутствуют и тактильные ощущения и запахи. Виртуальный секс так вообще стал угрозой вытеснения реального.

— Можно к вам? — Танечка пришла — Вы песни обещали. До следующей остановки два часа.

— Заходи, конечно! Сейчас Алиса вернется и начнем — Подвигаюсь, предлагая устроиться рядом.

Таня учится в педагогическом, будет преподавателем литературы. Ненавязчиво выясняю, что парня у неё нет, дядя работает в Министерстве путей сообщения, устроил на этот маршрут на время каникул.

Алиса возвращается с туалета.

— Я там одному слегка заехала — Сообщает она — Прохожу мимо, а он меня за задницу схватил. Ну я ему по яйцам и врезала коленом. Из соседнего купе кажется.

— Они там вчетвером, как сели сразу пить начали — Информирует Таня — Ко мне тоже приставали.

— Разберемся? — С надеждой в голосе спрашивает Алиса.

— Если бухают, то скоро сами придут отношения выяснять. Тогда и поговорим, они будут нападавшей стороной, а не мы. Иначе вдруг покалечишь кого, отвечать придется. Давай Антоха, доставай инструмент.

— А мы с тобой коллеги Танечка — Пока ребята настраиваются, занимаюсь проводницей — Я физруком работал в интернате. Если будет распределение в спец. заведения сразу соглашайся, там условия лучше. И доплата за вредность и с жильем льготы. А дети везде одинаковые, только в обычной школе еще и с родителями дело иметь придется.

То, что пока она окончит институт, многое изменится, говорить ей не стал. Будет период, когда о зарплате только мечтать можно.

Выступаем все по кругу. Таня тоже попросила гитару, довольно неплохой голос. Двери в купе мы не закрываем, вскоре в проходе столпились зрители. В основном дети. А вот и соседи объявились. В дверях нарисовался парень лет 25, крепкого сложения, заметно под градусом.

— Слышь, земеля, выйди базар есть.

— Я с бухими не базарю. Проспишься, приходи — Понятно, что так просто дело не закончится, я пока не решил, что с ними делать. Если сильно наглеть станут, то сдать ментам на ближайшей станции. Сколько там до неё, два часа? Антиалкогольный указ действует, за пьянство в общественных местах минимум 15 суток получат.

— Чё, ссышь? Ну мы не гордые, сами зайдем — Проходит в купе, за ним появляется еще такой же, сзади маячат остальные.

— А ну мотайте в свое купе, а то милицию вызову — Вскочила Танечка.

— Хрен с вами, пошли, поговорим — В купе без травм трудно обойтись, слишком тесно, да и нам потом тут порядок наводить. Алису, дернувшуюся следом, рукой усаживаю обратно.

Проходим в тамбур, пара подростков курильщиков мигом исчезают.

— Короче слушай сюда — Начинает тот же парень — Твоя телка приборзела, копытами размахалась. Если хочешь доехать до Ташкента целый и невредимый давай решать. Предлагаю — пусть приходит к нам и просит прощения. Сама, без тебя.

— А мы её простим! Каждый, по два раза! — С идиотским смехом добавляет второй, чуть моложе, похоже, меньший брат.

— Я вас услышал. Теперь слушайте вы, если сможете. Если я к вам её пущу, а она сама рвется, кстати, то купе придется тогда ремонтировать, а вас долго лечить. Это если выживете. У меня нет желания отмазывать её от зоны из-за вас, так что это не вариант. Предлагаю вам два решения: или вы закрываетесь в купе и сидите тихо как мышки или я укладываю вас в штабель и сдаю милиции на ближайшей станции.

— Да ты гонишь, я щас… — молодой рванулся вперед, но сзади его дернул в сторону самый старший из них, мужик лет под 35 молчавший до этого. Единственный, от которого возможна какая-то опасность.

— Остынь Зяба. Нам далеко еще ехать, проблемы не нужны. А на месте посмотрим — Попытался пробить меня взглядом, на что я изобразил полное безразличие.

— Можешь идти. Пока что — Великодушно разрешил он. Задеть меня таким трудно, оттолкнув плечом четвертого участника, возвращаюсь в вагон. Посмотрим на их дальнейшее поведение, если что возвратимся к плану А.

Мои, вместе с Танечкой, тусуются в коридоре. Алиса удерживает Таню, чтобы не вмешивалась.

— Что? Врачей или ментов вызываем? — Лениво — безразличным тоном спрашивает Тёмка.

— Пока нет. Клиент не созрел. Продолжаем концерт.

Танечка занялась обслуживанием пассажиров. Нужно же ей копеечку заработать на чае хотя бы. Большинство, правда, уже готовились ко сну. Командую своим тоже укладываться, а сам присоединяюсь к проводнице, под предлогом защиты от пьяных хулиганов. Через непродолжительное время у нас уже полное взаимопонимание. Только кроме поцелуев и тисканья коленок ничего мне не позволила. Ладно, нам еще долго ехать. Остановка в Рязани, вагон полный, никто не сходит — не садится. Выпускаем пассажиров на прогулку. Из соседнего купе никто не выполз — отключились. Стоянка недолго, вскоре трогаемся. Теперь через три часа следующая. Предлагаю Тане поспать, обещаю присмотреть за порядком. А там глядишь к утру она и посговорчивее будет. Она не ломается, дает мне ключи на всякий случай. Оставляю двери своего купе открытыми, включаю светильник над полкой. Взял с собой книгу на турецком, язык я уже изучил, закреплять буду.

— Что, не дает? — Шепчет Алиса.

— Цыц, малолетка. Как ты могла подумать, что я семейный человек могу изменить своей жене.

Алиса фыркает от смеха. Зараза малая.

На двух станциях с незапоминающимся названием сам открываю двери вагона. На первой со мной выходит Алиса, на второй пара мужиков покурить. Время 5 утра, пора будить Таню, скоро начнут интересоваться чаем.

— Что, уже пора? — Сонно бормочет она. Но взглянув на часы резко вскакивает — Ничего себе, ты почему так поздно будишь?

— Успокойся, все нормально, я контролирую обстановку — И закрываю рот поцелуем. Потом еще одним, потом… Она больше и не сопротивляется, чувствует себя должницей.

Сделав свое дело и передав ей смену, отправляюсь спать с чистой совестью. Изменой я это не считаю, тут я солидарен с молодежью 2030-х. Секс и любовь могут быть как вместе так и отдельно. Алиса вот поймёт. Она меня иногда пытается провоцировать. Не потому что правда этого хочет, а из озорства. И без малейшего сомнения пошла бы на это, но тут уж я пасс. Контакты могут быть только с совершеннолетними и теми, с кем потом это не отразится на отношениях.

Будят меня только на обед. Уже доехали до Волги, Сызрань. У бабушек купили вареной картошки, овощи и холодный квас. Алиса показывает стихи, написанные пока я спал.

Москва — Ташкент.

В ушах стучат колеса в такт.

В окно нам светит одинокая звезда.

В твоих объятьях мир застыл на краткий миг.

Он существует только лишь для нас двоих.


— Что-то напоминает — Комментирую я — Нечто типа «поезд мчит меня в сибирские морозы».

— Не слышала. Тогда уж — «поезд мчится в азиатскую жару».

Еще не Азия, но жара и тут неслабая. Окно открыто и ночью. Станции редко, холодным не запасешься. Поход в вагон ресторан не обрадовал — пива холодненького тоже нет. Таня обещает в Куйбышеве достать, там есть поставщик у проводников. Соседи сидят тихо, поздним утром только чай попросили. А вот и Куйбышев. Стоянка сорок минут, отправляемся затариться продуктами. Выбор небольшой, цены космические. Да, самолетом с учетом таких расходов не только быстрее, но и дешевле получится. Возвращаемся вовремя — Таня зовет затащить ящики с пивом. Даже холодное пока. Один из четырех ящиков сразу отношу в свое купе. Возвращаюсь с деньгами.

— По шестьдесят копеек. Двенадцать рублей — Чуть замявшись, говорит Танечка.

— Ты же брала его по 60. Нечего на мне доход терять. Почем продавать будешь?

— По рублю.

— С ума сошла? Ради тридцатки рисковать? Погоди — Отправляюсь по пассажирам. Первыми навещаю соседей. Те настороженно уставились на меня.

— Есть пиво у проводника. По два рубля, будете брать? Только не меньше ящика.

Симпатии у них ко мне не возникло, но ящик забрали. Остальное тоже мигом разошлось. Отдаю Тане 160 рублей вместе с моими.

— Если так зарабатывать, то и учиться не нужно — вздыхает она.

— Ты даже не представляешь насколько ты права. Подумай, нужен ли тебе этот диплом.

Близнецы уже допивают по бутылке.

— Э, вы что? Кто вам разрешил пиво пить?

— Жарко ведь! А ты холодного ничего больше не купил! Куда вам на двоих столько? — Наперебой оправдываются мальчишки.

— По одной и всё! Ещё буянить начнете, как эти их соседнего купе.

Вечером снова концерт. Я, больше для Алисы, исполнил пару песен из «Кино». Когда Цой будет репетировать, подскажет, чтобы меньше мучился. Зрителей прибавилось, проход перекрыли полностью.

Вот так и ехали трое суток. Пили, пели, ели. Помогал Танечке, спекулировали вином, еще пивом. И вот к пяти вечера добрались до места. Максим встречает у вагона. Прямо на перрон подогнал микроавтобус, похоже тут они в авторитете. Объятия, поцелуи. Замечаю кислые рожи недавних соседей, то, что нас менты встречают за километр видно. Тем лучше, пусть живут спокойно.

— Куда едем? — Интересуюсь у Макса после отъезда.

— В гостиницу, куда же еще! А ты обещал, что с гастролями приедете. Где барабаны, пианино?

— А ты на что? Обеспечь инструментом, мы стадион соберем! Как с работой, домой еще не скоро?

— Не знаю, работы дофига еще. Ты ничего больше не вспомнил?

— Нет, кроме того что рассказал ничего. Да и могут быть расхождения, моё вмешательство уже заметно. Твоей фамилии я то не помню в прибалтийской группе.

— Если бы не ты я и в Ленинград возможно не попал. Кто знает, как с пацанами справлялся бы сам. Как они, слушаются? Возраст уже не маленький, переходный.

— Замечательные мальчишки! Никаких проблем с ними, учатся хорошо, не дерутся, не курят, не пьют, по бабам не…, то есть это еще рано.

Посматриваю в окно на окрестности. Первый раз тут. Интересная архитектура, совсем не видно вездесущих хрущёвок, Дома украшены орнаментом, интересные вычурные балконы, разнообразные плетения решеток. Каких-то старинных зданий в азиатском стиле не видно, но дух Азии ощущается. Ташкент после землетрясения 1966 года был полностью перестроен, вот и результат. Просторный, непохожий на другие город. Зелени не очень много, но это я только часть города вижу. Движение на дороге тоже не очень интенсивное, а по идее сейчас час пик — с работы все едут. Людей тоже как для столицы на улице не очень много. Но одеты более пёстро, чем в Ленинграде. Больше ярких цветов.

Подъезжаем. О, первый работающий фонтан, который тут увидел! Гостиница «Ташкент», не сразу поймешь, сколько этажей, четыре… нет пять. Мальчишек Макс забрал к себе в номер, его сосед как раз поехал домой в отпуск, а нам с Алисой выделили двухкомнатный люкс. Спальня, гостиная, ванная, кондиционер, всё как положено. Даже холодильник предварительно затарен фруктами и вином. Сразу в душ, за трое суток провонялся весь. Не успел…, теперь ждать пока Алиса отмоется. Дегустирую пока вино. Не плохое, но чего-то не хватает. Крепости, пожалуй. Совсем слабенькое. Включил телик. Пять программ, не так уж плохо. Две из них местные, вот как раз национальный танец. Интересно, а тут гейши есть? В смысле путаны? Блин, что это меня потянуло налево так? Мог бы и в Ленинграде гулять, сколько влезет, так за все время после женитьбы ни с кем, ни разу. А тут типа вырвался на свободу. Надо завязывать с этим.

— Ванная свободна. Что пьём? — Алиса заходит в халате. Где она его взяла, тут и халаты в услуги входят? Встаю, слегка повело. Не такое уж и слабое вино оказывается!

— Тебе рано еще такое пить. Так пепси в холодильнике есть.

— Да, да. Иди, давай — Вот уж кто меня совершенно не слушается в отличие от близнецов. Зря её удочерил. Раздочерю нафик!

Халат в ванной действительно есть и на меня. Не восточный, обычный советский. Сойдёт. Возвращаюсь посвежевший, в комнате с Алисой Максим.

— Отмылся? Поехали ужинать. Попробуете настоящий плов, я до того как попал сюда думал всё ел, а тут совсем другой вкус.

— Макс, а позвонить отсюда можно? Как там мои узнать.

— Можно, заказываешь разговор, ждешь. Только в Ленинграде уже ночь, не забывай про часовые пояса.

— Точно. Тогда утром.

Едем обычным автобусом, недалеко, две остановки всего. Уже сумерки, людей стало на улице больше. Понятно, жара спала, по выползали. Чуть в стороне от дороги кафе, или скорее чайхана. Под развесистым деревом, неизвестной мне породы, расставлены столики. Все заняты, но Максима тут знают — нам выносят и ставят отдельный и даже застилают его скатертью. Пожилой узбек в халате и тюбетейке ставит на стол графин с рубиновой жидкостью, фрукты, с