Book: Тайная стража



Тайная стража

Василий Сахаров

Тайная стража

ПРОЛОГ

Сопровождая колонну освобожденных рабов и ценный груз, сводная рота имперской пехоты двигалась по широкому лесному тракту. В авангарде взвод легкой пехоты. В центре взвод арбалетчиков. За ними почти четыре сотни крайне изможденных оборванных людей и взвод тяжелой пехоты. Далее несколько повозок с трофеями и всадники, два армейских мага, командир роты — старый вояка лейтенант Ирай Кайто, и пятерка паладинов, которых возглавлял молодой Айнур Ройхо. В арьергарде еще один взвод легких пехотинцев и несколько всадников.

Яркий солнечный день, погода просто замечательная. Уже не жарко и пока еще не холодно. До крепости Кевайра-он-Каладан, главной базы имперского экспедиционного корпуса на материке Лесокрай, оставалось несколько часов пути и ничто не предвещало проблем. Однако Айнура Ройхо терзало беспокойство. И будь он обычным человеком, наверняка бы решил, что причина в тоске по родным краям. Но молодой Ройхо являлся потомственным воином и дворянином империи Оствер, а помимо того был паладином полубога Иллира Анхо. Поэтому в его жизни не было места случайностям, а значит, беспокойство имело под собой весьма серьезную первопричину. Что-то должно случиться или рядом враги, которых он и другие паладины пока не видели, и скоро придется вступить в бой.

Не показывая нервозности и не торопя лошадь, словно любуясь осенним лесом, Айнур начал оглядываться. Он искал опасность и одновременно прокручивал в голове исторические события и моменты своей жизни, которые привели его на эльфийский материк Лесокрай…

Все началось задолго до рождения Айнура, тысячи лет назад, когда вспыхнула очередная затяжная война на истощение между двумя самыми сильными богами этого мира, создателем эльфов-дари Финголиэри и покровительницей людей Кама-Нио. И если на первом этапе борьбы небожители сражались только между собой, вскоре они стали посылать в бой созданий, которым покровительствовали, и это породило вражду людей и эльфов.

Одно поколение сменялось другим, а война никак не прекращалась. Она только утихала на время, чтобы противоборствующие стороны могли восстановить потери, а потом разгоралась с новой силой. И так было до тех пор, пока не появился новый бог, точнее, хорошо забытый старый, который не видел разницы между Кама-Нио и Финголиэри.

Неназываемый, такое прозвище носил новый небожитель, как и все сверхсущества дольнего мира, нуждался в особой энергетике, которая имелась у смертных. Ему требовались молитвы и жертвоприношения. И для того, чтобы их получить, он отправлял в мир живых своих эмиссаров, которые переманивали на его сторону разумных существ и строили в честь Неназываемого храмы.

Увлеченные враждой, Финголиэри и Кама-Нио, а так же их божественные союзники ниже рангом, долгое время не замечали угрозу. А когда спохватились, было поздно. Неназываемый закрепился на территориях, которые они считали своими, и обрел массу последователей. Из пяти королевств эльфов-дари четыре отреклись от Финголиэри, а в государствах людей от Кама-Нио и ее союзников отошли миллионы верующих.

Чтобы остановить Неназываемого божественные покровители людей и эльфов заключили перемирие. Однако враг их переиграл. Неназываемый успел накопить необходимые для ведения полноценной войны резервы, а затем сильно потрепал Финголиэри и убил Кама-Нио. Правда и сам при этом погиб, а мир живых оказался частично отрезан от пространства богов. Но последователи Неназываемого среди эльфов и людей остались.

На какое-то неопределенное время, на год или целый век, смертные оказались предоставлены сами себе. Для них война продолжалась, и последнее королевство преданных своему создателю эльфов вот-вот могло пасть перед натиском предателей. И казалось, что спасения нет, но на помощь «верным» дари пришли «верные» люди.

Империя Оствер и племена северных нанхасов отправили к берегам эльфийского материка Лесокрай экспедиционные корпуса и флотилии. Они прибыли в королевство Майдин, которое сдерживало изменников только за счет фанатизма и боевых навыков рейнов, паладинов Финголиэри, и без долгих проволочек вступили в бой. Корпус героя Восточных войн имперского генерала Юлия Фарра вторгся во враждебное королевство Яснир, сходу захватил мощнейшую крепость Кевайра-он-Каладан и сжег крупный портовый город Эмий-ок-Расса. Люди смогли склонить чашу весов на свою сторону и среди тех, кто отличился в этой войне, был советник при штабе экспедиционного корпуса паладин Айнур Ройхо. Не просто еще один дворянин, офицер и воин с внедренными кмитами, а человек, отмеченный самим Иллиром Анхо, и младший брат императорского фаворита графа Уркварта Ройхо. Честь, жажда подвигов и желание показать свою самостоятельность перед братом, постоянно гнали его вперед. Поэтому Айнур всегда находился в гуще событий и на острие атаки, не трусил и не пасовал в трудные моменты, но при этом проявлял завидное хладнокровие, благоразумие и выдержку. Подобное поведение не могло остаться незамеченным и генерал Фарр, старый опытный вояка, сделал его своим доверенным человеком.

Тем временем эльфов Майдина и рейнов успехи людей после первых побед уже не радовали, ибо они уничтожали их сородичей, освобождали рабов и проводили в отношении враждебных ушастых настоящий геноцид. Имперцы, которые воевали на территории Яснира, и северяне, которые опустошали побережье королевства Ромайн, не щадили никого, ни женщин, ни детей. По самым скромным прикидкам за несколько месяцев погибло свыше ста тысяч ушастых и это привело к тому, что эльфы стали вести между собой тайные переговоры. Они собирались прекратить войну и атаковать пришельцев из-за океана, нанести одновременный удар и уничтожить корпус Юлия Фарра, а потом объединить остатки военно-морских сил и отогнать нанхасов.

«Неблагодарные ублюдки», – узнав об этом, сказал генерал Фарр, который предполагал, что события могут развиваться подобным образом, и стал готовиться к войне на два фронта. Во все отдаленные гарнизоны имперцев с приказами отправились паладины Иллира Анхо.

Если эльфы выступят, произойдет это через пару недель. Так считала разведка корпуса, которая опиралась на полученные от пленных сведения. Следовательно, имперцы и северяне успеют подготовиться, закрепиться на отвоеванных рубежах и умыть ушастых кровью. Ну а когда прижмет, основные силы корпуса генерала Фарра, координируя действия с нанхасами, покинут крепость Кевайра-он-Каладан и прорвутся к океану, погрузятся на корабли и покинут Лесокрай. В конце концов, свою миссию они выполнили. Люди навели на эльфов ужас, показали свою силу, сожгли вражеские эскадры и заставили последователей Неназываемого перейти от наступления к обороне. Оставалась самая малость, еще на три-четыре месяца отвлечь эльфов, приковать их к занятым остверами крепостям и городам, и гарантировать императору не вмешательство дари в события, которые будут происходить в государствах людей.

Что же касательно молодого Ройхо, в сопровождении пяти собратьев он помчался в отдаленный замок Тио-тар-Скай, где не так давно находилась мастерская по производству магических артефактов для армии Яснира, а сейчас расположилась гарнизонная рота лейтенанта Ирая Кайто. Всего-то дел — доставить имперским магам захваченные у эльфов артефакты, усилить имперскую пехоту, поджечь деревянный замок и добраться до основной базы корпуса. В этом не было ничего сложного. Однако возникла проблема. Ирай Кайто категорически отказался бросить на произвол судьбы освобожденных рабов, а паладины, посчитав, что времени в запасе достаточно, не стали с ним спорить. И, видимо, это было ошибкой. Вместо четырех дней, которые отводились на передислокацию роты, потрачено семь. Вчерашние вынужденные союзники, эльфы Майдина, наверняка, заметили, как люди стягивают свои подразделения в кулак и, чтобы не допустить соединения отставших имперцев с основными силами, могли ударить по роте Ирая Кайто раньше. Всех одним махом уничтожить не смогут. Но хотя бы одно подразделения истребят. А заодно вернут захваченные имперцами артефакты и ценные магические ингредиенты из мастерской…

– Айнур, — рядом с Ройхо появился его собрат-паладин барон Алан Штах.

— Да, – Айнур посмотрел на него.

— Слева от дороги большой дуб. За ним эльфийские лучники.

Ройхо покосился в сторону приметного ориентира и, действительно, заметил вражеских стрелков, которые прятались в зеленке. Что-что, а лучники могли доставить отряду немало проблем. Касательно эльфов есть немало стереотипов. Например, что дари проживают исключительно в лесу. Но это давно в прошлом и подавляющее большинство остроухого народа сосредоточено в каменных и деревянных поселениях на равнинах или океанском побережье. Говорят, что они бессмертны и не имеют души. Только и это досужие домыслы. Много болтают про их дивную красоту и чарующий голос. Однако, сталкиваясь с эльфийскими мужчинами и женщинами, Айнур никакой особой красоты не видел, а их голоса были самыми обычными. И только в одном он был согласен с болтунами – лучники у эльфов превосходные и стреляют они гораздо лучше людей.

– Вижу, — сквозь зубы процедил Айнур.

– И что делать, если они нападут? – поинтересовался Штах.

— Сражаться.

– Это понятно. Какова тактика?

– Зависит от того, сколько их прячется в лесу, и как они станут действовать. В любом случае мы, паладины, сбиваемся в клубок и бьемся вместе.

– Освобожденных рабов прикрывать не станем?

– Нет.

— А повозки с трофеями и артефактами?

-- Действуем по инструкции. При невозможности защитить или доставить в пункт назначения – уничтожение. Используй магические гранаты. Армейским магам скажи, чтобы при взрыве прикрыли вас защитным полем. Это мой приказ.

– Вот это я и хотел от тебя услышать.

Молча, Айнур кивнул и Штах натянул поводья своего коня. Барон отстал, чтобы передать слова Ройхо другим паладинам, а он продолжал наблюдать за лесом.

Вскоре эльфы перестали прятаться. Они появились не только слева от дороги, но и справа. С каждой минутой их становилось все больше. Униформа одинаковая – светло-зеленые куртки и остроконечные шляпы с приметными синими перьями птицы фарей. Подобные опознавательные знаки Ройхо уже встречал, и они принадлежали регулярным воинским формированиям армии Майдина. То есть союзникам. Пока еще союзникам. Или уже нет?

Имперские солдаты, заметив эльфийских воинов, плотнее сбили ряды, а вчерашние рабы заметались из стороны в сторону и в их глазах Айнур видел страх. Большинство из них родились в неволе и видели в дари жестоких хозяев, которые без сомнений и колебаний готовы убивать, наказывать, калечить и отправлять на жертвенные алтари людей. Они привыкли подчиняться и бояться. Поэтому в случае битвы рассчитывать на них нельзя. Паладин это понимал и в очередной раз пожалел, что уступил лейтенанту Кайто и не бросил рабов.

«Одни проблемы от них, – отвернувшись от освобожденных людей, подумал Ройхо. – Ну, дали мы им волю. А какая с этого польза? Ее нет. И когда Кайто, выслужившийся из рядовых в офицеры бывалый воин, говорит о человечности, он лукавит. А как же рабы, которые находятся в империи, где один человек угнетает другого? А как же невольники, которые находятся под властью эльфов в союзном Майдине? Нет. Если освобождать людей, то всех разом и без исключения. Хотя по мне, подобный порядок вещей установлен богами и природой. Следовательно, именно он является наиболее разумным и правильным. Слабые и глупые в самом низу, они не имеют никаких прав, а только обязанности. Сильные и умные, такие как мы, потомственные имперские дворяне, наверху и наша обязанность в свою очередь подчиняться императору или богам. Ведь, в самом деле, нельзя сравнивать какого-то пахаря, который ничего не умеет и не обладает никакими талантами, и меня, воина и чародея. Да и вообще, кто важнее для выживания человечества, трудяги, которых миллионы, или вожди и воители, инженеры и поэты, философы и строители? Впрочем, долой ненужные сейчас мысли… Долой… Сосредоточься на том, что вокруг, Айнур…»

Сопровождая колонну имперцев, дари перестали скрываться и продолжали движение вдоль лесных опушек, а спустя четверть часа перегородили дорогу. На тракт вышли три эльфа, один впереди, а двое за его спиной. Передовой дари, видимо, старший командир, поднял вверх правую ладонь и воины имперского авангарда остановились.

Лейтенант Кайто выехал на обочину и помчался разговаривать с эльфийскими делегатами. А Ройхо посмотрел на своих паладинов, которые рассредоточились вдоль повозок с грузом, отметил, что они приготовили сумки с магическими энергокапсулами, и последовал за имперским офицером.

Айнур догнал Кайто, когда он обратился к эльфам:

– Кто вы?

– Тиго-асван-Маэль, – презрительно скривившись, ответил эльф-переговорщик, – командующий отрядом «Эдин».

– Лейтенант Кайто, командир 6-й сводной роты 12-го полка имперской линейной пехоты, – представился оствер. – Что вам нужно?

Эльф, длинноволосый блондин в расшитом серебряными узорами зеленом плаще, горделиво приподнял узкий подбородок и ответил:

– Я имею приказ потребовать от вас выдачи всех наших рабов и захваченных людьми амулетов из замка Тио-тар-Скай.

– Этого не будет, – лейтенант покачал головой. – Рабы и магические предметы взяты в бою.

– Вы взяли их у наших соплеменников-дари! – повысил голос Тиго-асван-Маэль.

– У ваших и наших врагов, – сохраняя спокойствие, парировал Кайто

Айнур в разговор не вступал, а готовился к бою. Эльф-переговорщик тянул время, для него это было предельно ясно. Он просто заговаривал имперскому офицеру зубы, а его воины занимали позиции вдоль дороги и выбирали мишени. Однако самое главное – здесь были не только лучники отряда «Эдин», по численности равного батальону, но и рейны. Двое прикрывали Тиго-асван-Маэля, именно они стояли за его спиной и Ройхо столкнулся с ними взглядом, а еще несколько, наверняка, возглавляли стрелков. Ошибки нет. Это были именно рейны, только у них могут быть черные глаза без зрачков, а еще от них шла энергетика чужого бога, которую паладин Иллира Анхо почуял.

«Плохо дело, – промелькнула в голове Айнура мысль. – Хочешь или нет, придется сражаться и лучше ударить первым. Так хоть какие-то шансы на спасение будут».

– К бою! – вынимая из ножен верный ирут, подарок старшего брата, воскликнул Ройхо и поднял лошадь на дыбы.

Кайто, который хотел разойтись с эльфами миром, посмотрел на паладина. Наверное, лейтенант собирался остановить Айнура, но было поздно. Тиго-асван-Маэль, выхватив спрятанный под плащом кинжал, ударил имперского офицера клинком в зазор между шлемом и броней, не промазал и вскрыл ему горло.

Захрипев, Кайто повалился на пыльную дорогу, а Ройхо направил лошадь на его убийцу и копыта животного обрушились на грудь эльфа.

Эльфийский командующий, прижимая к груди ладони, покатился по дороге. Рейны бросились его прикрывать, и перевес был на их стороне. Два паладина против одного. Однако у Ройхо имелось преимущество, четыре кмита с заклятьями, еще один, наверное, самый дорогой подарок старшего родича, и он, мысленно, потянулся к ним.

Кмиты отозвались на зов носителя и Айнур засмеялся. «Палящий луч» – прожигающее практически любой обычный доспех фокусированное заклятье в виде светового копья. «Новый рассвет» – защита против нежити. «Огненная капель» – пригоршня концентрированного магического пламени в виде зерен. Ну и, конечно, «Черная петля» – заклятье, пожирающее любую органику в зоне своего действия, если владельцу хватит сил его удержать под контролем.

Думать было некогда, и Айнур применил «Огненную капель». Он отпустил поводья лошади и спрыгнул наземь, повернулся лицом к врагам, моментально перегнал энергетику заклятья в левую ладонь и кинул его в рейнов. Комки огня упали на эльфов, и обоих охватило жадное пламя, которое пожирало все: плоть, одежду, волосы, и даже плавило металл.

Размахивая руками и вопя от дикой боли, охваченные магическим пламенем, которое не смогли сдержать эльфийские защитные талисманы, паладины Финголиэри, бросились в сторону спасительной лесной зелени, но не добежали. Один горелый обрубок рухнул на обочине, другой уже возле деревьев. А Ройхо одним прыжком настиг пытающегося подняться Тиго-асван-Маэля, и обрушил на его голову меч. Имперская сталь прорубила череп вражеского командующего, и только после этого паладин оглянулся назад.

На дороге воцарился хаос. Вражеские лучники осыпали имперскую колонну стрелами, а рейны попытались отбить фургоны с трофеями. И если вражеские стрелки преуспели, вспугнули толпу рабов, которые ворвались в строй имперских пехотинцев и расстроили их ряды, рейны своей цели не достигли. Они столкнулись с паладинами Иллира Анхо, которые без колебаний подорвали фургоны с дорогостоящими трофеями, а затем вовремя отскочили в сторону под прикрытие созданного двумя армейскими магами защитного барьера. Эльфы подобного не ожидали и попали под взрывы, их осыпало осколками, кто получил раны, а кого-то контузило. И не успели они придти в себя, как имперские паладины перешли в контратаку. Завязался ближний бой и он, судя по всему, несмотря на численное превосходство противника и вражеских стрелков, пока шел на равных. Айнур этого не видел, дым от взорванных повозок закрыл от него часть дороги, но он чувствовал боевую злость собратьев, заклятья армейских чародеев и растерянность рейнов.



«Необходимо прорываться в лес, на открытом пространстве нас всех перестреляют», – клинком одну за другой отбивая две вражеские стрелы, принял решение Ройхо и помчался к имперским пехотинцам авангарда.

Айнур вломился в строй солдат, которые, прикрываясь щитами, застыли на месте и лицом к лицу столкнулся с пожилым крепким сержантом.

– Доклад! – обратился к сержанту паладин.

– Господин, – подчиняясь командному голосу, бывалый воин по привычке вытянулся по стойке «смирно», – офицеры убиты, лучники их первыми выбивали. Во взводе авангарда в строю девятнадцать воинов. Доложил сержант Край.

– Беру командование на себя.

– Есть! – в голосе сержанта, который избавлялся от тяжкого груза ответственности, слышалось явное облегчение.

– Сигнальщик где?

– Тонкир! – Край позвал сигнальщика и рядом с ним появился юный воин с мечом в левой руке и горном в правой.

– Общий приказ! Труби немедленную атаку! Движение вправо! Прорываемся в лес!

Сигнальщик, спрятавшись от продолжавших лететь из чащобы стрел за щитами товарищей, опустился на левое колено, приложил к губам горн и стал отдавать звуковые команды.

Звонкий голос горна был услышан всеми пережившими первые минуты сражения имперцами. Одна команда. Другая. Третья. Атака! Право! Немедленно! Солдаты, паладины, чародеи и кавалеристы подчинились приказам. После чего, без промедления покидая дорогу, бегом направились в лес, а освобожденные рабы оказались предоставлены сами себе, и произошло разделение. Слабые духом остались на месте и готовились принять наказание от хозяев, а наиболее сильные, у кого хватило силы воли на принятие простого решения, последовали за имперцами.

Подхватив с земли щит убитого солдата, Айнур поднял его над головой. Воины прикрыли его со всех сторон и построили некое подобие «черепахи». После чего паладин отдал команду:

– Вперед! В атаку!

Полтора десятка солдат авангарда, а за ними рабы, легкой трусцой побежали к лесу. Там будет бой. Еще минута и остверские мечи начнут пить эльфийскую кровь. Но перед этим, повинуясь внутреннему душевному порыву, Айнур Ройхо мысленно обратился к Иллиру Анхо:

«Мой бог! Услышь меня! Эльфы нарушили наш договор и ударили империи в спину!»

Он не ожидал, что полубог, который благодаря своим последователям собирался со временем стать полноценным богом, его услышит. Однако паладин получил ответ:

«Я все знаю, Айнур, и уже прибыл на Лесокрай. Эльфы напали раньше, чем предсказывала разведка, но мы были готовы и они везде получают достойный отпор. Прорывайся к Кевайра-он-Каладану и береги людей. Я буду присматривать за тобой».

Мысленная связь с Иллиром Анхо оборвалась и Айнур, испытывая необычайный душевный подъем, завопил:

– Оствер!!!

– Оствер! – недружно поддержали его солдаты, невольно ускорили бег и спустя несколько секунд ворвались на опушку леса, где столкнулись с эльфами.

Глава 1


Империя Оствер. Грасс-Анхо. 19.12.1407.


Император Марк Анхо стоял на одном из многочисленных дворцовых балконов и смотрел на столицу, которая приходила в себя после очередного кровавого передела власти в государстве, а я, граф Уркварт Ройхо, его советник и друг, находился рядом и ожидал распоряжений. Он молчал, и торопить его не стоило. Марку было о чем подумать, а я, как ни странно, никуда не спешил и не торопился.

Как так? Неужели у графа Ройхо, который вечно занят и постоянно куда-то спешит, нет никаких дел?

Дел и забот, конечно, хватало. Однако минувшая ночь заставила не только императора, но и меня провести некоторую переоценку ценностей. Марк едва не погиб и за малым не потерял своего единственного сына-наследника, а моя непредусмотрительность поставила на грань уничтожения семью Ройхо. Это не могло остаться без последствий. Значит, предстояло сделать выводы и рано утром, когда все закончилось, и уцелевшие заговорщики разбежались, погибли или отправились в тюрьму, я посмотрел на восходящее солнце и подумал что жизнь, здоровье и благополучие близких людей важнее любых интриг, заговоров и политики. Главное — семья. Если жена, дети, любовница, братья и сестры, живы-здоровы, остальное приложится и не стоит никуда торопиться, ибо сделать быстро не значит сделать хорошо и качественно. Поэтому всему свой срок и пора научиться терпению, нужно радоваться каждому новому дню и не пытаться одним махом изменить мир, ибо последствия могут быть непредсказуемыми…

– Знаешь что, Уркварт? — наконец-то, прервал молчание император.

– Что? — я сделал шаг вперед и встал рядом с ним.

— А ведь я первый абсолютный монарх империи за очень долгое время.

– Это бесспорно, — согласился я с ним.

– И сейчас, когда надо мной нет опеки со стороны великого герцога Канима и канцлера Руге, я должен укрепить власть императора и сделать все возможное, чтобы мои потомки вновь не стали заложниками влиятельных дворян, магических школ, религиозных культов или чиновников. Понимаешь, к чему я клоню?

– Да. Необходимо вернуть систему управления государства к тем стандартам, которые были при первых императорах. Полный контроль, прогнозирование стратегии развития империи на годы вперед, решение проблем на ранней стадии и уничтожение любых угроз еще в зародыше.

— Ты улавливаешь ход моих мыслей моментально, друг.

«Конечно, улавливаю, – подумал я. – Ведь именно мне пришлось внушать тебе подобные мысли, которые ты теперь считаешь своими. Хотя, вру. Моя заслуга в том, что Марк заметно изменился и повзрослел, конечно, имеется. Однако основным толкачом послужил Иллир Анхо, далекий предок нашего императора и полубог».

— Так вот, Уркварт, – продолжил Марк. – Верных людей вокруг меня хватает, но знающих, что на самом деле происходит в мире и государстве, очень мало. А людей, которых я могу назвать друзьями и которым полностью доверяю, можно пересчитать по пальцам одной руки. Поэтому к тебе отношение особое, и ты получаешь новое назначение.

«Началось в колхозе утро», – с легкой тоской подумал я, невесело усмехнулся и сказал:

– Готов выполнить любой приказ императора.

— Возглавишь «цветные» роты и на их основе восстановишь Имперскую Тайную Стражу. Сможешь?

Ну и что я мог ответить? Конечно же, я согласился и принял новое назначение.

-- Смогу. Когда принимать командование?

– Немедленно.

– Какие будут указания?

– Сначала восстанови подразделения. Даю две недели, больше не могу. Потом поговорим о целях и задачах. Но одна в приоритете – найди беглого канцлера.

– Сделаю все, что в моих силах. Кстати, замена ему уже есть?

– Новым канцлером станет князь Юлий Янгер.

– А комендантом столицы?

– Граф Алекс Валиор.

– Отряд телохранителей императора останется под моим командованием?

– Нет.

– И кто меня сменит?

– Хаген Тракайер. Как считаешь, он справится?

– Обязательно.

– Это хорошо, что ты одобрил смену.

– Я могу использовать для пополнения «цветных» рот воинов Отряда Телохранителей?

– Да, но только тех, кто тебе действительно необходим. Еще вопросы есть?

– Прямо сейчас нет.

– В таком случае ступай, Уркварт. Сделай, что приказано, и стань не только моим щитом, но и карающим мечом, который обрушится на всех врагов нашего государства еще до того, как они вытащат клинки из ножен.

– Слушаюсь, мой император.

Кивнув Марку, я собрался покинуть балкон, но он меня задержал:

– Есть еще один момент, Уркварт, который необходимо сразу обозначить. Я хочу, чтобы ты не смешивал личное и служебное.

– В смысле? – вот тут я его не понял.

– Я говорю про наши отношения с моим предком Иллиром. Ведь ты его ученик?

– Да, он делится со мной знаниями и опытом. Мы, как ни крути, служим одной богине. Разве в этом есть что-то плохое и существуют основания ему не доверять?

– Ни в коей мере. Однако мы с тобой люди и обязаны учитывать, что Иллир давно уже не человек. Следовательно, он мыслит иными категориями и для него на первом месте воскрешение Улле Ракойны. Неизвестно, к чему это приведет. Поэтому ты и твои подчиненные должны ставить служение империи выше авторитета Иллира. И то же самое касается ламий. У северных ведьм свои интересы, а мы обязаны заботиться об империи. Значит, твоя любовная связь с ламией Отири никоим образом не повлияет на стратегию возрожденной Имперской Тайной Стражи.

Теперь все встало на свои места, и я с Марком согласился. Действительно, Иллир нам союзник, мы его ценим и уважаем, а иногда, посещая храм, боготворим. Но вчера, когда нас могли прикончить и когда мы рассчитывали на его помощь, Иллира рядом с нами не оказалось. Он отправился на Лесокрай. Зачем и почему? С полубога ответа не потребуешь. И все, что нам известно после ночного сеанса связи с генералом Фарром, завесу тайны не приоткрыло. Да, когда подлые эльфы напали на войска экспедиционного корпуса, Иллир появился в крепости Кевайра-он-Каладан, помог отбить первый пробный натиск ушастых предателей, собрал своих паладинов и вместе с ними скрылся в лесах. Вот и как ему после этого доверять? Да и насчет ламий Марк, конечно же, прав. Интересы у империи и северных ведьм разные.

– Я тебя услышал, мой император, – сказал я. – Дружба дружбой и почтение Иллиру Анхо оказывать необходимо, но мы обязаны рассчитывать только на свои силы. Сначала империя – потом все остальное.

– Верно.

Император отвернулся и продолжил смотреть на городские улицы центральных кварталов, где тысячи рабочих отмывали от крови и копоти стены и дороги, латали поврежденные здания или разбирали на кирпичи разрушенные дома. Аудиенция окончена, можно уходить и, покинув императорские покои, я увидел своего младшего брата Трори. Он меня поджидал, и я сразу дал ему поручение, как можно скорее, отыскать Атли Рокая, Дина Осколье, Хорта Амарау и Марюса Черенгу. Всех немедленно отправлять к башне Ан-Анхо.

Трори помчался выполнять поручение, а я направился в сторону не так давно восстановленной башни Ан-Анхо. Именно там находился штаб «цветных» гвардейских рот: Черной, Синей и Красной. А рядом с башней новые конюшни, склады и офицерские казармы, куда стекались все уцелевшие в минувшей ночной битве воины этих подразделений.

Башня Ан-Анхо сооружение древнее и, можно сказать, сакральное. Когда-то, будучи рядовым гвардейцем Черной свиты в чине корнета, я стоял здесь на карауле, обнаружил древний клад и нелегально проник внутрь, чтобы вытащить его за пределы дворцового комплекса и присвоить. Что было, то было. А попутно я собирал информацию по истории башни и знал, что она построена на фундаменте древнего храма канувшей в небытие Империи Ишими-Бар поверх глубочайших подземных сооружений. Святилище называлось Память Павших, и в его подвалах «старые имперцы» высекали на камнях гербы погибших семей, кланов и родов, а так же имена своих героев. При первом императоре остверов, конечно же, речь про Иллира Анхо, здесь обосновались тайные стражники, а позже, сразу после роспуска ИТС и до их полного уничтожения, находились штабы «цветных» рот.

Кстати, насчет Имперской Тайной Стражи. Если верить древним преданиям, историческим хроникам и попавшим в мои руки документам той эпохи, ИТС была настолько серьезной структурой, что ее боялись не только враги, но и друзья. Тайные стражники империи опутали своими сетями половину мира, и государь остверов получал самую достоверную информацию о том, что происходит в его стране и заграницей. При таком раскладе врагов и недоброжелателей у Имперской Тайной Стражи хватало. И как только императорская династия дала слабину, остверские феодалы потребовали распустить ИТС, что тогдашний Анхо и сделал. Но при этом самые лучшие шпионы и аналитики, диверсанты и убийцы, вошли в «цветные» роты и продолжали делать то, что умели лучше всего. Красная Свита отвечала за внешнюю разведку. Синяя за внутригосударственную. А Черная, прообраз ГРУ, взяла на себя военную и курирование спецобъектов. Вот только врагам империи и этого было мало. Они продолжали интриговать против «цветных» рот. По этой причине подразделениям год за годом урезали финансирование и полномочия, а со временем было утрачено доверие императора и произошло то, что всегда в подобных случаях происходит. Династия Анхо лишилась полной власти над империей, а «цветные» роты были уничтожены. И то, что сейчас от этих подразделений осталось, не более чем осколки былой мощи и блеска, жалкий современный новодел, на основе которого мне предстояло создать ИТС. Задача, скажем прямо, не из простых.

Первое, что я сделал, оказавшись в башне Ан-Анхо, приказал построить личный состав гвардейских рот и устроил смотр. Воины, все как один дворяне, выпускники имперских военных лицеев и офицеры, построились на плацу перед башней. И, глядя на неровный строй оборванных, израненных и грязных имперских гвардейцев, элиту наших вооруженных сил, я хотел ругаться матом. А как иначе, если после неудачной авантюры канцлера и ночных сражений в ротах оставалось от пятнадцати до тридцати процентов личного состава. Если быть более точным, в Красной свите двадцать человек, в Синей двадцать семь, а в Черной тридцать пять. Помимо того семь человек в госпитале, шесть в командировках и отпусках, трое дезертировали вместе с канцлером, пятеро, включая командира Черной свиты полковника Гедмина Сида, в тюрьме, и двое пропали без вести. А мне, кровь из носу, необходимо за две недели пополнить каждую роту до штатной численности в сто двадцать воинов и приступить к выполнению поставленных Марком задач: к развертыванию шпионских сетей, поискам врагов императора и постепенному преобразованию «цветных» рот в полноценную структуру имперской госбезопасности.

«Да уж… – прохаживаясь вдоль строя, мысленно протянул я, – тоска-а-а…»

Впрочем, не все так плохо, как могло быть. Для пополнения рот я мог набирать выпускников имперских военных лицеев и вытаскивать из тюрьмы людей «Имперского союза», которые в большинстве своем преданы Марку Анхо и последовали за канцлером, выполняя приказы начальников. А помимо того у меня имелась собственная Тайная стража, магическая школа «Данце-Фар», военный лицей «Вагенрой», под руководством шевалье Элиаса Крайчарда, и тренировочная база по подготовке шпионов на острове Урафа невдалеке от Данце. С финансовыми средствами, думаю, после экспроприации имущества мятежников, проблем не возникнет, и конечный результат будет именно таким, какой необходим императору и лично мне. В конце концов, патриотизм никто не отменяет, но про себя тоже не стоит забывать, и если есть доступ к секретной информации, я собирался использовать ее не только в интересах государства, но и семьи Ройхо.

– Господа, – остановившись в центре плаца, я обратился к гвардейцам, – ночь прошла, а вы до сих пор живы, и это хороший повод для радости. Однако многие наши товарищи погибли, а некоторые запятнали себя клеймом измены, и наш государь оказался перед выбором – распустить «цветные» роты или провести в их отношении реформу. Вы знаете, кто я. Я такой же имперский дворянин, как и вы, который добился всего самостоятельно, верной службой нашему государю и благодаря полученным в военном лицее навыкам. Я граф Уркварт Ройхо из первого набора Черной свиты и советник императора. Я не забыл, с чего начиналась моя карьера, и потому сказал свое слово о судьбе «цветных» рот. Марк Анхо выслушал своего воина и принял решение дать верным гвардейцам, которые неоднократно прикрывали его на поле боя, шанс на исправление ошибок, дабы они принесли пользу империи и вернули «цветным» ротам доброе имя. Отныне я ваш командующий, с этого момента возглавляю все три роты, и прямо сейчас назначу командиров подразделений взамен погибших или арестованных полковников.

Оглянувшись, я увидел Трори и офицеров Отряда Телохранителей, которых поручил отыскать. Я собирался устроить товарищам сюрприз. Приятный или нет, как посмотреть. А чего? Император озадачил меня, а я отыграюсь на них.

Сделав знак офицерам приблизиться, я дождался, когда они окажутся рядом, снова повернулся лицом к строю и продолжил:

– Командиром отдельной гвардейской роты Черная свита назначается лейтенант Атли Рокай. Командиром отдельной гвардейской роты Синяя свита назначается лейтенант Хорт Амарау. Командиром отдельной гвардейской роты Красная свита назначается лейтенант Марюс Черенга. Моим заместителем назначается лейтенант Дин Осколье.

Несмотря на привитую в военных лицеях дисциплину, воины «цветных» рот зашевелились и зашушукались. Слишком неожиданным было то, что сейчас происходило. Следовало сразу показать, кто хозяин положения, и я отдал команду:

– Смирно!

Строй замер, и плац погрузился в тишину. После чего я обернулся к офицерам Отряда Телохранителей, которые в один момент стали командирами подразделений на капитанских-майорских должностях:

– Господа, принимайте командование ротами. Знакомьтесь с личным составом и делами. Увольнений в ближайшее время не будет. Всех воинов, кто находится в командировках и отпусках, немедленно отозвать в расположение рот. Вечером жду вас в бывшем кабинете полковника Сида на совещание. Там и обсудим все вопросы, которые у вас возникнут. Выполняйте приказ.



Амарау, Черенга и Рокай, сами не так давно бывшие бойцами «цветных» рот, отправились к воинам. Рядом со мной остался только Осколье и невдалеке Трори, который наблюдал за нами. Я ждал, что скажет Дин, и он, усмехнувшись, высказался:

– Уркварт, а ведь ты нас подставил. Жили себе спокойно, господа гвардейцы, гуляли и веселились, выполняли поручения императора, сражались и дрались на дуэлях. А теперь, выходит, на каждого хомут накинули…

Я тоже усмехнулся и хлопнул его по плечу:

– Ладно тебе, не гунди. Ведь ты знал, что если не погибнешь, рано или поздно пойдешь на повышение.

– Но не такое же!

– Другого для тебя нет, так что смирись и тяни службу – это приказ императора.

– Ага, – он кивнул и спросил: – Чем хоть придется заниматься?

– По дороге расскажу, пойдем.

Взмахом руки я подозвал Трори и направился в сторону конюшни, а Дин, пристроившись рядом, поинтересовался:

– И куда мы сейчас направляемся?

– В императорскую тюрьму, дружище. В самые глубокие и страшные камеры на нижних уровнях, в которых томятся враги империи, еретики и наиболее опасные преступники.

– А зачем?

– Будем набирать сотрудников для нашей структуры.

– А какой структуры, позволь полюбопытствовать?

– Имперской Тайной Стражи.

Осколье не выдержал и, поминая демонов, которые сношаются в неестественных позах, громко выругался, а я покосился на него и кивнул:

– Полностью тебя поддерживаю, дружище. Но ничего изменить не могу, да и не собираюсь. Император сказал – надо сделать. Мы сделаем.


***


Тюрьмы в империи остверов редкость. В них просто нет смысла. Воры, бандиты, разбойники, мошенники, убийцы и прочие люди, от которых всякое здоровое общество должно избавляться, конечно, имелись. Но их никто не пытался перевоспитывать и судебная система, несмотря на весь бюрократизм, работала быстро.

Допустим, поймали шайку «романтиков с большой дороги», то есть разбойников, и сразу при помощи магов или жрецов подвергли преступников череде допросов. Потом проходило заседание суда: городского, храмового, военного или феодального. На ком много крови, того казнили или отдавали в одну из чародейских школ на опыты. Кто не успел запачкаться, отправлялся в рабские бараки, в каменоломни или на галеры. Поэтому тюрьмы, как таковые, не нужны.

Однако есть исключения из общих правил. И столичная тюрьма «Сабхарша» именно такое исключение. Как и многие здания в центральной части Грасс-Анхо, она построена на фундаменте древних зданий Ишими-Бар. И место непростое, а полностью лишенная доступа к магическим энергопотокам и блокирующая любые виды талисманов или амулетов «мертвая зона», то есть она идеально подходила для заключения под стражу чародеев и потомственных дворян. А помимо них в столичной тюрьме содержали людей, которых по тем или иным причинам не стоило казнить. Вдруг они еще пригодятся? Например, дадут дополнительные показания к тому, что уже наболтали при магическом допросе, а еще они могут быть использованы для обмена с иностранным государством, за них просили родственники или у заключенных имелся какой-то особый талант. Ну и само собой сюда доставили всех, кто, так или иначе, был близок к канцлеру Руге и участвовал в неудачном мятеже против императора. Пройдет день-другой, они посидят в темных каменных мешках и подумают о бренности бытия. После чего будут отправлены к дознавателям, расскажут все, о чем знали или только догадывались, а затем состоится суд и Марк Анхо подпишет приговоры. Кому смерть и отправка на спецобъект «Ульбар», а кому рабский ошейник, и воля императора будет исполнена. Но до этого момента я еще мог с ними пообщаться и повлиять на их судьбу. Приказ из канцелярии императора, наверняка, уже был доставлен начальнику тюрьмы, и я собирался использовать предоставленный шанс пополнить ряды ИТС сотрудниками. Пусть подневольными, но влиятельными.

Снаружи тюрьма «Сабхарша» выглядела непрезентабельно и совсем не страшно. Окруженное старым двухметровым кирпичным забором двухэтажное здание из серых каменных блоков. Но стоило нам пройти ворота и оказаться на территории тюрьмы как в груди появилось чувство пустоты, словно из наших тел вынули часть внутренностей. Крайне неприятное ощущение и объяснялось оно просто. Мы имперские аристократы из старых родов и через свою кровь с детства имели связь с магическими энергопотоками. А теперь эту связь обрубили и даже кмиты перестали отзываться на зов. Хотя мне все-таки было легче, чем Осколье и Трори. Они настоящие остверы, плоть от плоти этого мира, а я только наполовину, два сознания слитые воедино в одном теле, имперский аристократ Уркварт Ройхо и землянин Алексей Киреев, который вырос и возмужал на планете, где магия не более чем сказка.

Итак, наша троица, я, Дин Осколье и Трори, оказалась в тюрьме. Приказ об особых полномочиях графа Ройхо и разрешении допуска к узникам «Сабхаршы» уже был доставлен и нас встретил лично начальник местной тюрьмы Диехо Сар-Вентес. Между прочим, потомственный тюремщик, седьмой представитель своей семьи на этой должности. Я не знал об этом человеке ничего и никогда ранее его не встречал. Поэтому ожидал, что увижу громилу с лицом изверга и садиста, который получает от своей работы удовольствие. Однако Диехо Сар-Вентес оказался невысоким толстячком с добродушным румяным лицом в потертом камзоле. Надень на него белый фартук и слегка обсыпь мукой, наверняка, примешь за пекаря. И это меня покоробило. Не может начальник главной императорской тюрьмы так выглядеть. Наверняка, добродушный вид Сар-Вентеса лживая маскировка, а значит, необходимо взять его на заметку и при первом удобном случае проследить всю его биографию, узнать, чем он живет и дышит, что скрывает и не ведет ли тайную жизнь. Но это потом, а пока не до него.

Сар-Вентес поприветствовал нежданных гостей и посмотрел на кольцо с гербом императора, которое подтверждало мои полномочия. Затем он провел нас в тюремную канцелярию на втором этаже тюрьмы и присел за стол. Мы расположились напротив и он спросил:

– Перейдем к делу или выпьете вина, господа офицеры?

– К делу, – ответил я.

– Как скажете. Кто именно из наших «постояльцев» вас интересует, и где вы с ними желаете пообщаться?

– Для начала нам необходимы списки всех заключенных, которые были доставлены к вам по делу о заговоре против императора. Мы назовем фамилии после просмотра документов. А насчет места общения, какие есть предложения?

– Разговор может проходить непосредственно в камере, в комнате дознания в присутствии палача или без оного, в этом кабине, а так же во внутреннем дворе. Все на ваше усмотрение.

– Будем проводить в двух местах. Здесь и в комнате дознания без палача. Время ограничено, отработаем двумя потоками.

– Сделаем.

Сказав это, начальник тюрьмы достал из ящика стола папку с бумагами и передал мне, а затем поднялся и направился к выходу:

– Не буду мешать, господа. Отдам распоряжение подготовить помещение для беседы.

Сар-Вентес оставил нас. Мы с Дином сразу ознакомились с документами, а Трори, явно скучая, расположился возле окна. Мне его отстраненность не понравилась, но замечаний я брату пока делать не стал и занялся делом.

Общее число арестантов, за минувшую ночь определенных в «Сабхаршу», почти двести человек. Люди, как правило, заметные: офицеры гвардии, речной пехоты и городской стражи, чиновники, чародеи и влиятельные столичные дворяне. Практически все из «Имперского союза», организации безусловно патриотичной, но находившейся под руководством канцлера Руге. Так что людей, которые бы могли представлять для ИТС интерес, хватало. Вот только нас всего двое, Трори наблюдатель и он не в счет. Поэтому из списков выбрали шесть человек: командира Черной свиты полковника Гедмина Сида, секретаря императора капитана Эрлинга Бохау, секретаря канцлера Оми Эптоха, архимага школы «Алго» Иринго Ютана, начальника особого отдела императорской гвардии полковника Саманила Рогха и заместителя начальника городской стражи Грасс-Анхо полковника Виктора Лерза.

Я решил, что буду говорить с Ютаном, Эптохом и Сидом, а Дин отправится в комнату допросов и займется остальными. Только мы распределили арестантов, которые в обмен на сотрудничество и содействие в поимке канцлера, могли получить относительную свободу и шанс на искупление грехов, вернулся начальник тюрьмы и сообщил, что все готово.

Осколье и Сар-Вентес отправились в подземелья, а я получил краткую передышку и окликнул брата:

– Трори.

– Чего? – он резко обернулся и посмотрел на меня.

– Что там за окном?

– Внутренний двор тюрьмы, стражники ровняют брусчатку.

– Это интересней, чем наше задание?

Он пожал плечами:

– Все равно я ничего не решаю.

– Это пока не решаешь. Смотри и учись, наблюдай и делай анализ всего, что вокруг происходит. В конце концов, ты Ройхо.

– Младший Ройхо… – он усмехнулся.

– Но это не значит, что ты слабее или глупее меня и Айнура. Во время боев в столице ты проявил себя достойно и сам император приказал тебя отметить.

– Не врешь? – в его взгляде появился блеск.

Конечно, ничего подобного Марк Анхо не говорил. Однако я хотел растормошить родственника, который просто обязан раскрыть свой потенциал. И потому подтвердил:

– Он так и сказал – надо отметить того молодого дворянина, который по столичным подземельям так хорошо бродит. Фамилию не называл, но понятно же, что речь о тебе.

– И что теперь, я медаль получу?

– Наверное. Однако медаль не главная награда.

– Будет что-то еще?

– Да. Я хочу назначить тебя командиром подразделения, которое будет заниматься обследованием столичных подземелий, составлять их карты и вести поиск тайников, схронов и скрытых помещений. Не от случая к случаю, как раньше, а на постоянной основе, с выслугой лет и жалованьем. Сможешь командовать людьми?

– Постараюсь оправдать доверие. Только у меня будет условие.

– Говори.

– Есть женщина…

– Вдовушка с Ясеневой улицы в Данце?

– Она самая.

– И что?

– Хочу перевезти ее в столицу.

– Прикипел?

– Да.

– Я согласен.

– Тогда и я не против выполнять твои поручения.

– Вот и хорошо, договорились. Можешь уже сегодня ночью отправляться вместе со мной на Данце, а пока делай, что сказано, смотри, наблюдай и думай.

– Я все понял, Уркварт.

– Надеюсь, что это так, брат.

Ввели первого арестанта, архимага школы «Алго» Иринго Ютана, который вступил в сговор с канцлером и способствовал беспорядкам в моей вотчине на острове Данце, а затем едва не убил мою жену и ламию. Мощный чародей – спора нет, иначе бы он не смог стать главным в одной из самых сильных магических школ империи. Но как человек – полное гавно. Никакого другого определения я не нашел. Моральный урод и скотина, которая привыкла переступать через людей, предавать и строить интриги. По-хорошему стоило бы оставить его в тюрьме, пусть гниет здесь и мучается, пока не сдохнет. Вот только в его голове было много знаний и секретов, которыми я хотел завладеть.

Иринго Ютан, конечно же, попробовал меня запугать и грозил тем, что за него встанет вся школа «Алго», сотни дипломированных чародеев и тысячи учеников по всей империи и в войсках. Однако я объяснил ему, что вакантное место архимага «Алго» уже занято его конкурентами, а он не в том положении, чтобы кого-то пугать или торговаться. И если он не примет мои условия, поделиться секретами, присягнуть на верность и перейти под постоянный надзор моих чародеев в школу «Данце-Фар», через пару дней его отправят на объект «Ульбар», где из архимага сделают полного идиота и Ютан станет магическим связистом.

Кто такие магические связисты, бывший архимаг, разумеется, знал. Поэтому ломался недолго и принял все мои условия. После чего вернулся в камеру, откуда его заберут в ближайшие дни, допросят и переправят на Данце.

Следующим привели Оми Эптоха, обычного имперского дворянина без особых талантов, кроме одного. Он был превосходным администратором, который тянул на себе всю легальную переписку канцлера Руге. Эптох в мятеже не участвовал, но, конечно, был в курсе того, что происходило. Вот и попал под горячую руку, когда канцлер сбежал. И с ним договориться оказалось проще простого, поскольку Эптох моментально согласился на все: на магическое сканирование чародеями школы «Гарджи-Тустур», на переход в мое подчинение и выдачу секретов канцлера.

Самого сложного арестанта, полковника Гедмина Сида, я оставил напоследок и ожидал, что с ним придется повозиться. Упрямый, черт, и сам по себе сложный человек. Это мне хорошо известно, ибо было время, когда я находился в его подчинении, а когда стал советником императора, он увидел во мне конкурента и мы часто спорили. Однако с ним проблем тоже не возникло, и причина простая – полковник Сид, этот стальной человечище, ветеран нескольких военных кампаний и бывший командир Черной свиты, сломался. Ему объяснили, что канцлер предатель, а вместе с ним он, и для полковника это оказалось таким ударом, что в тюрьме Сид пытался разбить голову об стены. А встретившись со мной, Сид принял условия сотрудничества и попросил отвести его обратно в камеру.

С арестантами, которых выбрал, разобрался за полтора часа. Осколье еще был занят и я подумал, что можно ему помочь. Но тут сработало чутье. Оформилась интересная мысль, и я вызвал начальника тюрьмы, от которого потребовал списки ВСЕХ заключенных, чтобы понять, кто еще томится в недрах Сабхаша. А главное – нет ли среди них людей, которых спрятал от мира изменник Руге?

Сан-Вентес спорить не стал и документы предоставил. Я с ними ознакомился и сам себя похвалил – чутье снова меня не подвело. Были в тюрьме люди, которых посадил канцлер Руге, не много и не мало, за пять лет шесть человек. Все осуждены столичным судом, который находился под полным контролем «Имперского Союза», все обвинялись в убийстве и все приговоры помимо канцлера подписаны одним судьей, неким мэтром Игнатом Слиром из Белого города. Странно? Более чем. Тем более что имена осужденных мне ни о чем не говорили. Обычные люди и, тем не менее, ими заинтересовался канцлер, который их не убил, а отправил гнить в тюрьме.

Следующий шаг – беседа с заключенными, которые меня заинтересовали. Но в этом вопросе начальник тюрьмы пойти навстречу не пожелал и потребовал соответствующего разрешения. Он в своем праве и я не настаивал, однако снова напомнил себе, что с биографией Сан-Вентеса стоит ознакомиться и тянуть с этим не надо.

Нашу беседу прервал Дин Осколье. Он уговорил двух полковников, Саманила Рогха и Виктора Лерза, сотрудничать с нами. А вот с капитаном Эрлингом Бохау вышла осечка, упертый оказался. Да и демоны с ним, пускай отправляется в «Ульбар», туда ему и дорога.

Наконец, уже вечером, мы покинули тюрьму. Связь с энергопотоками восстановилась, и Дин заулыбался, а я услышал мысленный зов Отири:

«Уркварт, где ты? Отзовись! Уркварт! Что случилось?!»

«Слышу тебя, любимая, – ответил я. – Нахожусь в столице».

«Я потеряла с тобой связь и забеспокоилась. Хотела уже отправляться в Грасс-Анхо. В чем причина?»

«Потом объясню. Как у вас дела?»

«Выловили последних мятежников, в Данце восстановлен порядок».

«Хорошо».

«Когда мы тебя увидим?»

«Буду в Данце после полуночи».

«Ждем».

Ламия замолчала и, вдохнув напоенный городскими нечистотами воздух, который по сравнению с тюремным казался свежим морским бризом, я снова направился к дворцовому комплексу. День еще не окончен и предстояло провести совет командиров «цветных» рот.

Глава 2


Лесокрай. Лес Сарма. 20.12.1407.


— Айнур!!! – перекрывая шум боя, голос Алана Штаха разнесся по лесу. — Выручай!!!

Отмахнувшись клинком от очередного противника, Айнур Ройхо отскочил в сторону и попробовал определить, где находится Штах. Однако свалка из эльфов и людей, которая образовалась на лесной поляне, не дала ему это сделать.

Снова, не давая паладину сосредоточиться, чтобы отыскать собрата, на Ройхо насел рейн. Он двигался быстро, гораздо быстрее любого другого эльфа, и в его руках было копье. Рейн взмахнул им и Айнур с трудом уклонился, избежал ранения и, сделал то, о чем раньше даже подумать не мог. Паладин отступил и побежал, обогнул старый могучий дуб и, прижавшись к стволу, замер…

Вот уже третий день остатки имперской сводной роты покойного лейтенанта Кайто и паладины Иллира Анхо бежали, а если быть более точным, устало брели по враждебному лесу Сарма. И все это время рядом находились эльфы, которые не спешили принимать прямой бой, а словно играли с людьми. Удар и отскок! Укус и спрятались! Они убивали пару остверов или ранили, а затем наблюдали за людьми из леса и смеялись. При этом, что характерно, эльфы не давали имперцам двигаться в сторону крепости Кевайра-он-Каладан, словно загоняя остверов в ловушку, и отжимали их в противоположном направлении.

Раз за разом, пытаясь пробиться на соединение с главными имперскими силами, уцелевшие остверы искали обходные пути. Однако в лесу Сарма, в котором согласно древним легендам зародилась эльфийская раса, они были в гостях, а вражеские лучники и рейны находились у себя дома. А когда эльфы все-таки решили закончить игру и навалились на отряд со всех сторон, измотанные имперцы уже растратили силы, не смогли оказать достойного сопротивления и даже Айнур Ройхо, опустошив кмиты, до сих пор не восполнил потерю…

– Не уйдешь! — настырный рейн обнаружил паладина и, выскочив из-за дерева, метнул в него копье.

Айнур устал, не столько физически, сколько морально, и на миг у него мелькнула мысль, что все можно закончить — надо лишь подставиться под копье. Но слабость была мимолетной и, уклонившись от копья, которое вонзилось в дуб, паладин присел, быстро перекатился по чахлой траве и, оказавшись рядом с врагом, снизу вверх ткнул в рейна мечом.

Черный клинок из метеоритного металла не подвел Айнура. Он легко рассек прикрытую одеждой кольчугу рейна, вошел в его тело и распотрошил внутренности.

Умирающий эльф посмотрел на торчащий из его живота меч и на своем родном певучем языке прошептал нечто неразборчивое. Это прозвучало, как предсмертное недоумение, и лицо Ройхо исказила злая гримаса. Он достал врага. Снова пересилил рейна и выиграл честно, без применения магии, один на один.

Паладин, не отпуская рукоять клинка, поднялся и потянул оружие на себя. После чего стремительно теряющий жизненные силы рейн опустился на колени.

Победа! Пока не появились остальные эльфы, врага следовало добить, и паладин это сделал. Он ударил рейна в голову и развалил его череп на две неровные половины. Мозги эльфа расплескались по траве и его тело, мелко вздрагивая, распласталось по земле.

Теперь, получив кратковременную передышку, Айнур мог сосредоточиться и определить местонахождение других паладинов. Один собрат, Сигварт Стонья, погиб еще в первый день, во время боя на дороге. Вчера эльфийские лучники расстреляли отставшего Чета Яширо и не привычных к физическим нагрузкам долгих пеших походов чародеев, которых он прикрывал. Сегодня утром в отряде оставалось три паладина: Айнур Ройхо, Алан Штах и Бран Эржи. И если судьба рядовых имперских воинов паладина особо не заботила, бросить собратьев он не мог.

Айнур закрыл глаза, просканировал поле боя и досадливо поморщился. Эржи был убит, он находился в ста метрах от него, и тело имперского аристократа стремительно пропитывалось эманациями смерти. А вот Штах, хоть и был ранен, еще держался. И, определив его местонахождение, Ройхо решительным шагом, проламываясь через кустарник, напрямую двинулся к нему.

Впереди хрипы человека, радостные вопли эльфов и звон стали. Айнур выбрался из зарослей на узкую тропинку и обнаружил Штаха. Барон стоял на одном колене и коротким армейским кортом отмахивался от тройки наседающих эльфов, не рейнов, но судя по знакам отличия офицеров, и положение паладина казалось безнадежным. Один за другим, чередуясь, эльфы атаковали его с разных сторон и постоянно убыстрялись. А раненый в плечо и левую ногу оствер уже с трудом поспевал за ними, но не сдавался.

Увлеченные смертельной игрой эльфы не сразу заметили паладина, и это было ошибкой. Айнур атаковал их с тыла и действовал без колебаний.

Первого эльфа паладин поразил в спину, прыгнул на противника и черный клинок прорубил позвоночник.

Второй вражеский офицер, прежде, чем умер, успел обернуться. Однако паладин не щадил себя. Айнур выкладывался по полной, двигался быстрее эльфа и рассек ему лицо.

А вот с третьим ушастым противником Ройхо пришлось биться всерьез. И будь на месте эльфийского офицера рейн, скорее всего, оствер бы проиграл. Но, обменявшись с противником парой ударов, Айнур понял, что даже несмотря на усталость, он сильнее врага. Это придало паладину уверенности и, в очередной раз ускорившись, человек вонзил клинок в бок эльфа.

Схватка одного против троих много времени не заняла. Айнур справился с эльфами за минуту и как только последний противник был убит, он подскочил к Алану Штаху.

– Ты все же пришел, Айнур… — прохрипел Штах, опираясь на меч и поднимаясь.

– Иначе и быть не могло, – паладин приблизился к собрату и поддержал его. — Сейчас я попробую тебя подлечить, у меня в запасе есть пара склянок с целебными зельями.

– В поясной сумке? – уточнил раненый.

— Да.

– Ну и где она?

Айнур посмотрел на свой пояс и обнаружил, что небольшой поясной сумки, в которой хранились зелья, нет.

– Плохо дело, – Ройхо покачал головой, – во время схватки с рейном потерялась.

— Не важно… -- прошептал Штах. – Все равно я бы не успел восстановиться… Так что уходи, Айнур... Наши воины почти все мертвы… Жаль… Мы не смогли вывести их из окружения… Теперь моя очередь... Но ты обязан выжить... Беги, Айнур… И когда увидишь Иллира Анхо, скажи нашему богу… Скажи ему, что мы бились до конца…

Ройхо мог возразить Штаху и заверить, что вытащит его при любом раскладе. Однако он понимал, что собрат-паладин прав. Даже у крепкого выносливого одиночки шансов выжить в чужом лесу, который переполнен вражескими воинами и чародеями, не много, а с раненым на спине их практически нет.

– Прощай, Алан, – сказал Ройхо и направился вглубь леса.

– Удачи, Айнур… – уже в спину прошептал ему Штах. – Я попытаюсь задержать эльфов, насколько смогу…

Паладин, испытывая чувство вины за то, что оставил на смерть собрата и простых воинов, стал удаляться от поля боя и двигался не на север, в сторону Кевайр-он-Каладана, а на юг. С каждой пройденной сотней метров его шаг становился тверже и уверенней. Силы постепенно возвращались к нему, а кмиты наполнялись энергией.

«Где же ты, мой бог и наставник? – посылая мысленный зов Иллиру Анхо, подумал Айнур. – Ты обещал присматривать за мной и другими паладинами, а затем пропал. Почему ты не отвечаешь?»

Айнур надеялся, что снова, как во время прорыва с дороги в лес, услышит послание полубога. Однако ответа не было. Только еле ощутимое покалывание в левом виске, словно кто-то пытался с ним связаться и не получалось. Хотя так могло проявиться одно из последствий усталости и не более того.

Тем временем за полчаса движения по лесу Айнур удалился от поля боя примерно на три километра и почувствовал смерть Штаха. Сердце кольнуло и снова забилось в прежнем ритме, а перед мысленным взором паладина возникло окровавленное лицо Штаха.

«Еще один товарищ погиб», – тяжко вздохнул Ройхо и ускорился. Он торопился удалиться как можно дальше и хотел найти ручей, чтобы пройти по воде и запутать следы. Но эльфы уже были рядом и смерть Штаха, который попытался отвлечь врагов, не помогла Айнуру отыграть драгоценное время. Его все-таки обнаружили и настигли.

Ройхо вышел на очередную лесную поляну и замер. На открытом пространстве, словно поджидая его, стоял пожилой черноглазый жрец в пятнистом серо-зеленом комбинезоне лесного рейнджера и без оружия. На груди массивная серебряная цепь, в которой вместо продолговатых звеньев амулеты, а лоб стянут зеленой повязкой. Людям трудно определить, сколько эльфу лет, для них они почти все на одно лицо. Однако этот, если судить по седым волосам и легкой полноте, что свойственно ушастому народу только с приближением глубокой старости, явно, прожил не одну сотню лет.

Айнур хотел отступить, но заметил, что справа и слева окружен вражескими стрелками. Бежать смысла не было. Оставалось одно – сразиться с эльфами и умереть с честью.

– Иди сюда, паладин, – на чистом остверском языке с акцентом столичного жителя, обратился старый жрец к Ройхо. – Ты уже не сбежишь, но можешь еще немного пожить, если согласишься со мной поговорить.

«Необходимо выиграть время, – решил Айнур. – Через несколько минут кмиты наполнятся энергией и тогда я смогу подороже продать жизнь, а при удаче даже вырваться из очередной эльфийской засады и еще немного побегать по лесным чащобам».

– Можно и поговорить, – через силу усмехнувшись, сказал Ройхо, вышел на поляну и замер в двух метрах от старого эльфа.

Паладин спиной чувствовал нацеленные в себя стрелы и был уверен, что любое резкое движение станет для вражеских лучников сигналом нашпиговать тело человека сталью. Поэтому, собрав в кулак волю, он продолжал держать марку и не показывал эльфам слабость.

– А ты сильный воин, – продолжая беседу, сказал эльф. – Такой молодой, а уже паладин нового имперского культа, командир группы, чародей, и за минувшие дни убил четырех рейнов, не считая десятка обычных солдат. А еще у тебя меч из метеоритного железа, который способен поразить даже бога. Все это не могло меня не заинтересовать, и я хочу знать, кто ты, юноша?

– Айнур Ройхо, второй сын Квентина Ройхо, дворянин империи и выпускник военного лицея «Аглай». А кто ты?

– Лир.

– И все? – удивился Айнур. – Никаких приставок «асван», «тон», «киэн» или «тосс»?

– Да, просто Лир, ибо верховному жрецу Финголиэри никаких приставок не нужно. Он среди эльфов один такой.

– Выходит, ты важная птица, Лир. И мне не верится, что верховный жрец всей эльфийской расы находится не в столице, не в храме возле алтаря своему богу, а в лесу.

– Глупец! – на лице эльфа появилась презрительная гримаса. – Этот лес и есть мой священный храм, истинное святилище нашего прародителя, а ты, червяк, бегаешь по нему и отравляешь чистый воздух своим зловонным дыханием. Поэтому ты обязательно умрешь, но перед этим ответишь на несколько вопросов.

«Терпи, – напомнил себе паладин. – Дай кмитам перезарядиться».

– Сила на твоей стороне, спрашивай, – Айнур крепче стиснул клинок верного ирута. – Однако, если хочешь получить честные прямые ответы, я выдвигаю условие.

Эльф удивленно приподнял левую бровь:

– Какое?

– Подари мне достойную смерть.

– И что в твоем понимании «достойная смерть», червяк?

– В бою. Лицом к лицу с врагом. Я не хочу, чтобы меня, словно мишень, расстреляли твои лучники или убили чародеи.

– Что же, это не сложно и вполне приемлемо. Молодые рейны рвутся в бой и, наверняка, найдутся те, кто пожелает скрестить с тобой в поединке клинки.

– Хорошо. Теперь можешь задавать свои вопросы. Хотя я не знаю никаких военных секретов.

– Секреты твоих генералов мне ни к чему, я человек божий, не от мира сего, и потому меня интересует другое. Так что начнем, пожалуй, с самого главного вопроса. Иллир Анхо, действительно, вернулся в наш мир во плоти?

Все, что касалось Иллира Анхо, являлось секретом. Даже в империи о его возвращении в мир людей, за исключением паладинов и жрецов, знали очень немногие и, появляясь среди смертных, полубог всегда использовал маску северного шамана. Поэтому Айнур, несмотря на данное обещание, собирался солгать. Но неожиданно он услышал в голове голос Иллира:

«Скажи ему все, что он захочет узнать. Говори, Айнур, я разрешаю».

Послание не могло быть подделкой или внушением эльфов, в этом Айнур был уверен, и он подчинился.

– Да, Иллир Анхо среди людей.

Лир кивнул:

– Не соврал, молодец. Я чувствую ложь и если бы ты попробовал юлить, уже был бы мертв. Неплохое начало, продолжаем. Где артефакт-байтил, в котором спрятана суть вашей богини Улле Ракойны?

– Я не знаю.

– Но догадываешься?

– Где-то на севере, скорее всего, в землях нанхасов.

– Сколько у Иллира храмов?

– Пока один, возле имперской столицы, и строятся новые святилища.

– А сколько жрецов и паладинов?

– Культ постоянно расширяется и это мне неизвестно.

– Иллир Анхо сейчас на Лесокрае?

– Он мне не докладывает.

– А он может находиться в крепости Кевайра-он-Каладан?

– Вполне.

Эльф задумался, и на его лице проступили глубокие морщины. Однако пауза была недолгой и Лир снова заговорил:

– К сожалению, червяк, ты не знаешь того, что интересует меня более всего. Но ты был честен, и я сдержу свое слово – дам тебе смерть воина. Жаль, я ее не увижу.

«Задержи его», – снова в голове Айнура возникло послание Иллира.

– Вы не в состоянии держать свои клятвы, и я тебе не верю, – с презрением сказал Айнур. – Как только ты уйдешь, твои псы набросятся на меня толпой или нанесут предательский удар в спину.

– Да как ты смеешь!? – возмутился верховный жрец. – Так и быть, я пожертвую своим бесценным временем и останусь до конца поединка, чтобы увидеть твою смерть. Я сказал – бой будет честным, и мое слово закон.

– Ну-ну, посмотрим, – Айнур сделал два шага назад, чтобы лучники не решили, будто он собирается атаковать старика, и выхватил черный клинок. – Где твои рейны? Зови их и я покромсаю каждого, кого ты выставишь.

Верховный жрец эльфов, смерив Айнура высокомерным взглядом, отступил к кромке леса и взмахнул рукой. Моментально рядом с ним появились рейны, шестерка воителей с мечами и кинжалами в легкой кожаной броне. Лир указал им на оствера и что-то негромко сказал. Рейны дружно засмеялись, и один из них направился к человеку.

Эльфийский воин не представлялся и не делал вызова на дуэль. Видимо, расценил, что здесь и сейчас формальности ни к чему. Он просто достал меч, который по длине не уступал остверскому ируту, принял боевую стойку и левой рукой дал Ройхо знак приблизиться.

«Больше времени не выиграть, – совершенно спокойно подумал Айнур. – Иллир снова пропал, не откликается, а кмиты до сих пор не боеспособны. Я предоставлен сам себе и придется сражаться».

Черный ирут легко выпорхнул из ножен и паладин имперского культа начал сближение с противником, наверняка, гораздо более опытным, чем рейны с которыми Ройхо уже сталкивался, ибо он из свиты верховного жреца.

Эльф не стал ждать человека на одном месте. Он тоже начал движение и спустя несколько секунд служители двух враждующих богов скрестили клинки.

Первый удар нанес Айнур. Он попытался достать эльфа длинным выпадом в лицо, но неудачно. Рейн отбил удар оствера, а затем сам контратаковал и теперь уже Ройхо парировал выпад врага.

Зазвенела сталь. Пробный размен ударами окончился ничем, но зато противники оценили один другого и пришли к логичному выводу, что драться придется всерьез. Тем более что имперский клинок из метеоритного металла, явно, был лучше эльфийского, на котором сразу появилась зазубрина.

Передышка была мимолетной. Вновь мечники сошлись в центре поляны и Айнур временно отдал инициативу врагу. Эльф воспринял это как слабость и усилил натиск. Раз за разом, пытаясь наносить обманные удары и кружась вокруг имперца, эльф наскакивал на него, но Айнур на провокации не поддавался. Он отбивал хитрые выпады точными экономными ударами и продолжал тянуть время. Еще немного. Нужно выстоять самую малость. А потом что-то случится, либо появится Иллир, либо откликнется один из кмитов. Ройхо верил в это, но ничего не происходило.

Шла вторая или третья минута поединка и ни один из мечников до сих пор не был ранен. Жреца это стало утомлять, и он выкрикнул:

– Руай! Хватит играть! Прикончи его уже!

Повинуясь священнослужителю, эльф еще больше ускорился и усилил мощь атак. Он попытался задавить человека грубой силой, раз уж не вышло превозмочь мастерством. Однако Айнур ждал, что так будет, и когда клинки поединщиков скрестились, напрягся и поднял своим ирутом вражеский меч над головой. В этот момент человек и эльф сблизились, оказались лицом к лицу и Ройхо ударил противника кулаком левой руки.

Прикрытый кожаной перчаткой кулак соприкоснулся с лицом эльфа. И хотя удар нельзя было назвать сильным, поскольку он пришелся вскользь, Айнур разбил врагу нос, и из него потекла красная кровь, точно такая же, как у любого человека.

Эльф отскочил от человека и свободной рукой попытался остановить кровь, а паладин бросился за ним и, наверняка бы зарубил врага, но вмешался жрец. Он резко вскинул вверх ладонь и Айнур почувствовал, что уперся в невидимую преграду, а его фамильный оберег, украшенный защитными рунами серебряный браслет на руке, заметно нагрелся.

– Я же говорил, что эльфы слабаки и не могут сражаться честно! – отступая, воскликнул оствер. – Вы предатели и мерзавцы!

– Это ты сражаешься без чести! – вместо жреца Айнуру ответил противник, который уже остановил кровь. – Если в ходу клинки, то с самого начала и до конца! Никаких подлых приемов!

– Ублюдок, ты просто не можешь меня победить и потому выдумываешь правила на ходу! – стараясь разозлить врага, оствер плюнул ему под ноги. – Поединок есть поединок, кто в живых остался, тот и прав! Так всегда было и так всегда будет!

– Ошибка богов и природы, я убью тебя! – эльф, действительно, разозлился и снова бросился на имперца.

Опять зазвенели клинки. Эльф наседал все яростней и Айнур подозревал, что ему помогает жрец, который подпитывал своего поединщика магией. Вот только разобраться с этим или как-то остановить жуликов он не мог. Паладин двигался по течению и в ответ на ускорение эльфа, напрягая последние силы, тоже ускорялся и ждал удобного момента для одного-единственного удара. Он держался и надеялся, что враг допустит ошибку, и когда эльф в очередной раз оказался перед ним сделал единственное, на что в этот момент был способен, плюнул ему в лицо.

Слюна человека попала врагу в глаза и он, не ожидая ничего подобного, всего на краткое мгновение, растерялся. Другого шанса могло не быть, и Айнур им воспользовался. Схватив свободной рукой клинок вражеского меча и, надеясь, что зазубренное лезвие не рассечет перчатку, он отбросил оружие эльфа в сторону и метнулся вперед.

– Ха! – на выдохе Айнур вогнал черный меч в грудь врага, весом своего тела навалился на рукоять и протолкнул клинок еще глубже в тело ненавистного эльфа.

Вражеский поединщик погиб моментально и, словно специально, откликнулся один из кмитов в теле паладина. Это было самое мощное, по мнению Айнура, заклятье в его арсенале, любимая не только им, но и старшим братом «Черная петля». Пусть слабая и не набравшая всей мощи, однако, готовая к применению в любой момент и послушная воле хозяина.

Увидев смерть рейна, верховный жрец эльфов перестал играть в благородство и нарушил свое слово. Он указал на оствера пальцем и отдал телохранителям приказ:

– Покромсайте его на куски!

На ходу выстроившись в линию, в атаку бросилась тройка рейнов. Даже при помощи магии Айнур не смог бы остановить всех и, не пытаясь вынуть верный ирут из тела убитого противника, он метнул навстречу новым врагам «Черную петлю».

Надежное староимперское заклятье не подвело. Оно рухнуло на рейнов и хотя в зону действия «Черной петли» попал всего один эльф, паладин был доволен и потянул на себя невидимый силовой жгут.

– Бум-м!!! – уничтожив рейна, схлопнулась пожравшая органику магическая петля и на траву вместе с пылью посыпались его вещи: одежда, оружие, склянки с целебными зельями и парочка амулетов, которые не смогли защитить владельца.

Перед Айнуром оставались еще два противника, и это не считая многочисленных лучников в лесу, верховного жреца Лира и рейнов-охранников. Сопротивление было бесполезно. Хоть ты наизнанку извернись и стань великим древним героем – все равно смерть. Однако оствер, несмотря ни на что, продолжал сражаться. Он выхватил кинжал и бросился на ближайшего рейна. Вражеский клинок блеснул на солнце и начал опускаться на голову человека, а Ройхо не успевал вонзить в него сталь. Истекали последние секунды жизни Айнура, он был готов умереть, и в этот, может быть, самый драматический момент его недолгой жизни, появился Иллир Анхо и вместе с ним были паладины из крепости Кевайра-он-Каладан.

В рейнов, которые намеревались выполнить приказ жреца и зарубить Айнура, вонзились арбалетные болты. Ближайший к Айнуру эльф от мощного удара в бок отлетел в сторону. А черный клинок имперца, в свою очередь, распорол пустоту. После чего Айнур споткнулся об труп эльфа и упал.

Спустя секунду Ройхо поднялся и обнаружил, что вокруг поляны идет бой. Эльфийские лучники, которые прятались в дебрях, столкнулись с идущими вдоль кромки леса паладинами и некоторые пытались выбежать на поляну. Видимо, они считали, что здесь смогут спастись. Но паладины Иллира Анхо, наверняка, приняв перед боем порцию магических снадобий, действовали гораздо быстрее, поэтому успевали среагировать раньше. Люди уничтожали ушастых врагов без жалости, и это было не самым интересным, поскольку главные события происходили с верховным жрецом Лиром. Его охранники уже были убиты, в теле каждого торчало по парочке арбалетных болтов, а сам жрец, повернувшись лицом к лесу, выставил перед собой раскрытые ладони и что-то быстро шептал.Конечно же, он призывал на помощь силу своего бога или активировал один из многочисленных талисманов. Однако он опоздал. В воздухе над ним возникли три магические сети, и они по очереди рухнули на жреца.

Первая сеть сгорела в полуметре над Лиром, вспыхнула ярким синим пламенем и стала пеплом.

Вторая уже обволокла тело эльфа, но продержалась недолго. Она распалась на куски и развалилась.

А вот третья сеть пленила жреца надежно, укутала старого эльфа в плотный непроницаемый кокон, наподобие паучьего, и застыла.

Все произошло быстро. Айнур не успел перевести дух и восстановить дыхание, а сражение уже закончилось. А затем из леса вышел Иллир Анхо собственной персоной в истинном облике, высокий широкоплечий остверский дворянин средних лет в черном камзоле и заправленных в сапоги брюках с мечом на поясе. Он прошел мимо кокона, который продолжал стоять на поляне, словно врытый в землю деревянный столб, и приблизился к Ройхо.

– Здравствуй, Айнур, – окинув измотанного паладина пристальным взглядом, сказал Иллир.

– Приветствую тебя, повелитель, – выдохнул юноша и опустился на левое колено.

– Поднимись, – велел полубог. – Мы не в храме.

Айнур снова поднялся, посмотрел на Иллира и их взгляды встретились. Полубог посчитал необходимым поделиться с верным последователем частью информации и послал Айнуру мыслеблок о событиях последних дней. Это легло на душу юноши тяжким грузом, и он, переосмыслив все, что увидел и узнал, опустил голову.

– Осуждаешь меня? – спросил Иллир.

– Кто я такой, чтобы осуждать или одобрять высшее существо, – не поднимая взгляда, ответил Айнур. – Просто я не все понимаю.

– И что тебе не ясно?

– По какой-то причине ты решил захватить верховного жреца эльфов, и моя группа оказалась наживкой. Но причем здесь рота Кайто и сотни погибших людей, солдаты, чародеи и освобожденные рабы?

– Ты знаешь ответ, Айнур. Иногда, ради достижения цели и сохранения армии, полководцы жертвуют отдельными отрядами. Так и в этом случае. Я пожертвовал отрядом Кайто и паладинами ради всего человечества. Не больше и не меньше. Правда, все вышло случайно. Кайто сам подставился, а эльфы атаковали раньше намеченного срока, и я только воспользовался ситуацией, отследил путь вашего отряда и подготовился к атаке. Лир не мог не заинтересоваться моими последователями, особенно тобой, и попался в ловушку. Он покинул свое укрытие, проявил любопытство, и оказался под ударом.

– Это ясно, господин. Однако почему нельзя было захватить Лира раньше?

– Он слишком хорошо спрятался. Да и не было раньше нужды в его пленении.

– А теперь, значит, причина есть?

– Да.

– Какая?

– Об этом ты узнаешь через несколько дней. При условии, что снова выживешь. Пойдем, Айнур, нам нужно идти.

Иллир Анхо усмехнулся и, отвернувшись от паладина, направился к кокону, а Ройхо, вытащив из тела мертвого рейна черный клинок, обтер его об одежду врага и последовал за ним.

Паладины выходили из леса. Они приветствовали собрата Айнура, словно героя, и поделились с ним целебными зельями, которые юноша сразу принял. Вскоре силы вернулись к нему, и он встал рядом с собратьями. После чего паладины Иллира Анхо, во главе со своим беспокойным господином, подхватив кокон с телом пленного верховного жреца, снова скрылись в лесу.

Глава 3


Империя Оствер. Данце. 21.12.1407.


Глубокая ночь. Обняв спящую ламию, утомленный любовной игрой, я смотрел в потолок и никак не мог заснуть. Устал так, словно трое суток без передышки таскал на себе камни, а сон все равно не шел. Видимо, сказывалось нервное напряжение последних дней, и в голове крутились беспокойные мысли. Хотя чего говорить о днях? Вся моя жизнь в «мире меча и магии» сплошное напряжение.

Лишь только я оказался в теле юного имперского аристократа, которого отравили, как потерял всю семью. Пусть не родную, но за короткий срок Ройхо стали своими. Тем более что духи древнего рода никогда не отказывали мне в поддержке, а в мире Кама-Нио это бесценно. Точно так же как и «старая кровь», которая открывает доступ к магии, позволяет избежать многих болезней и дает долгий срок жизни. Поэтому я должен был отомстить за смерть старших родичей и шаг за шагом шел к этой цели.

Военный лицей «Крестич», война и обретение кмитов, служба в Черной свите императора, накопление средств, сговор с семейством Канимов, столичные интриги и поход на север против герцога Грига. Так я стал полноправным имперским графом, освободил братьев и сестер, начал восстановление родового замка и снова пришлось воевать. Вампиры и северные кочевники, нежить и нечисть, шпионы и убийцы — верный клинок поразил немало врагов, как лично моих, так и имперских. Меня стали замечать и опасаться. Против меня плели заговоры и подставляли. Но я выстоял, а каждое действие противников порождало мое противодействие, заставляло двигаться дальше и становиться еще сильнее. Все было не напрасно и как закономерный итог – граф Уркварт Ройхо один из богатейших дворян империи, советник государя и ученик полубога Иллира Анхо. Ну и помимо того практически самовластный правитель немалой части северных земель и островов Ваирского моря, носитель четырех староимперских кмитов и чародей, любовник ламии и паладин Улле Ракойны, а два дня назад встал у истоков возрождения Имперской Тайной Стражи.

По-хорошему, если все здраво взвесить и рассудить, самое время остановиться и хотя бы на несколько лет отстраниться от большого мира, чтобы навести порядок в своей вотчине, окрепнуть и на практике применить приобретенные за годы странствий знания. Однако в ход пошла простая формула — чем сильнее ты становишься, тем больше людей попадают от тебя в зависимость, а ты попадаешь в зависимость от вышестоящих. В моем случае вышестоящие – это император, его великий предок Иллир Анхо и в какой-то мере жрицы богини Кама-Нио (Улле Ракойны), которая вроде бы умерла, но не до конца и дело ее живет. Следовательно, даже если я попрошу разрешения уйти в отставку, случится маленькое чудо и мне это позволят, покой не будет долговечным. Я это прекрасно понимал и заставил себя прогнать любые мысли о покое. После чего сосредоточился на текущих делах и начал с наименее, как мне казалось, значимых.

Есть такой человек, эмигрант из республики Васлай профессор Дориан Матернир. Умнейший человек, можно сказать, что гений. Его прислал ко мне Иллир Анхо, и я получил фанатика науки, который возглавил разработку и производство пороха, спичек, спирта и пенициллина. Причем, по настоянию Иллира Анхо, на первом месте — порох. Матернир смог в сжатые сроки развернуть производство и на складах уже имеется пара тонн взрывчатого порошка, который дожидается, когда его применят. А произойдет это сразу, как только полубог вернется с Лесокрая, и я догадываюсь, где будет устроен большой бум-м-м!!! Наверняка, целью Иллира Анхо станет Фертенская дамба в Коцке, одно из чудес света мира Кама-Нио, такое же, как пирамиды на Земле. Дамба под защитой великих чар, которые даже полубогу не рассеять, и он решил применить порох, взорвать его в ключевой точке и затопить столицу вражеского государства. Жестоко? Конечно. Но это действие выведет из войны против нас республику Коцка. После чего секрет пороха будет раскрыт, маги, как имперские, так и чужаки, вспомнят, что его можно подрывать дистанционно, и проект придется закрыть. Ну а профессор Матернир займется другими направлениями развития научного прогресса, которые принесут графству Ройхо немалую прибыль. Насчет спичек не уверен, ибо многим неодаренным проще использовать огниво, а спирт и пенициллин, наверняка, обеспечат постоянный приток золота в мою казну.

Кстати, насчет казны. Несмотря на огромные затраты, которые несет графство, деньги в казне имелись и был постоянный приток средств. Во-первых, от Ваирского Финансового Общества (ВФО), которое давало краткосрочные кредиты жителям Ваирских островов, купцам, ремесленникам и пиратам. Во-вторых, от налогов на торговлю и портовых пошлин. В-третьих, от различных островных производств, которые принадлежали непосредственно мне, как феодалу: рыбные промыслы, верфи, ремесленные артели и сельскохозяйственные общины. В-пятых, тайный золотой рудник в горах Аста-Малаш. В-шестых, объект «Ульбар», который поставлял империи магических связистов и немалое количество артефактов. В-шестых, доход от магической школы «Данце-Фар», которая производила чародейские зелья, лечила больных и оказывала содействие капитанам кораблей в погодной магии. А в-седьмых есть отряд Бора Богуча, который продолжал вскрывать и опустошать староимперские тайники. Все в совокупности собиралось в одном месте, в казначействе города Данце, и отсюда распределялось на развитие новых производств, субсидии переселенцам, закупку вооружения и припасов, ремонт городских зданий и кораблей, а так же жалованье чиновникам, строителям, воинам сухопутных бригад и морякам.

Однако самое главное достижение последних лет в графстве Ройхо — создание стойкой и надежной системы управления. Я долго к этому шел, немало пролил пота и поистрепал нервы, но добился своего. Есть я или нет, нахожусь на острове Данце или на несколько месяцев отправился на войну или в столицу, а система управления продолжала работать. Городские чиновники, во главе которых стояли кеметские старейшины, собирали налоги, проводили судебные заседания, решали земельные споры и всегда строго следовали поступающим от меня указаниям. Маги школы «Данце-Фар» занимались своими делами, а городская стража обеспечивала безопасность жителей не только в городе, но и в деревнях, которые находились под контролем баронов. Так что каждый трудился на благо себя любимого, но и про меня не забывал, соблюдал законы и отламывал мою долю от своего пирога. А если кто-то зарывался, злоупотреблял властью или запускал загребущую лапу в казну графа, а такое случалось, рядом с ним моментально возникали тайные стражники Балы Керна. И если он чего-то не видел или по каким-то причинам не хотел видеть, помимо него за хозяйством присматривала другая тайная структура, которую возглавлял Юрэ Сховек. Поэтому воровство и неоправданное насилие в отношении обычных людей постепенно сходило на нет, ибо злить меня желающих с каждым месяцем становилось все меньше.

Что касательно вооруженных сил, без ложной скромности скажу, что мое феодальное ополчение по уровню подготовки и профессионализму не уступит лучшим полкам регулярной армии. Это доказали неоднократные боевые столкновения с северными кочевниками, сражения на Восточном фронте и битвы с мятежниками. Поэтому, если завтра империя распадется, допустим этот ужасный вариант развития событий, армия и флот Ройхо смогут отбить натиск практически любого противника. А если разговор о цифрах, в настоящий момент под моим стягом три бригады: «Ройхо» (ветераны Восточного фронта), Северная (охрана родовых материковых земель графства и пограничья) и Ваирская (расквартирована на архипелаге и держит под контролем пиратов). А помимо этого имеется особое подразделение охраны объекта «Ульбар», элитный наемный батальон в городе Аста-Гот, несколько диверсионных групп под командованием Керна и Сховека, поисковая группа Бора Богуча и, конечно же, флот: эскадра Влада Фиэра и союзные вольные капитаны семьи Лютвир. Общая численность вооруженных сил четырнадцать тысяч хорошо вооруженных воинов с серьезными запасами боевых и целебных магических артефактов. Не у каждого герцога в империи столько солдат, без учета чародеев. Так что за свои тылы я спокоен и сокращать армию не собирался. Наоборот, если представится возможность, она будет увеличена. Ведь я не зря упомянул распад государства, ибо предпосылки к этому имеются.

Война на несколько фронтов утомила империю, разорила крестьян и серьезно подорвала экономику. В провинциях вспыхивают голодные бунты и мятежи, а количество готовых сражаться воинов, магов и жрецов, постоянно уменьшается. Да, имеются победы и несомненные успехи. Император, наконец-то, сконцентрировал в своих руках всю власть, есть поддержка Иллира Анхо и мы вывели из войны половину противников. После нападения на столицу республики Васлай она в нейтралитете и даже готова оказывать нам помощь вспомогательными подразделениями на Восточном фронте. Теократия Шаир-Каш разбита и разграблена, а степняки с материка Анвер собирают наемные отряды и отправляются сражаться против врагов империи. На материке Лесокрай наш экспедиционный корпус и нанхасы с ламиями, так что эльфы не скоро смогут собраться с силами, дабы послать к имперским берегам очередной флот вторжения. Но, помимо всех вышеперечисленных противников, которые ушли в нейтралитет или стали союзниками, есть и другие. Республики Коцка и Кауш на Эранге, Ассир, Ассилк, Арзум и Цегед на Мистире, а за их спинами, не принимая прямого участия в сражениях, мощь краснокожего народа манкари. Всех этих врагов нельзя недооценивать и самое сложное положение у нашего государства сложилось на Мистире. Слишком сильны враждебные империи королевства и если они предпримут общее наступление, наша оборона посыплется, а резервов практически нет. Но даже не это самая главная опасность. Нет-нет. Основная проблема в том, что после гибели Кама-Нио наш мир частично потерял связь с миром богов. И когда она восстановится, а рано или поздно это произойдет, мы хлебнем горя.

Как я это вижу и понимаю? Боги получают от смертных существ особые энергии, за счет которых становятся сильнее и продляют собственное существование. Ради получения этих энергий они вступают в альянсы и сражаются. Неожиданно канал связи с миром живых, одним из многих миров, приходит в негодность и нити контроля за перераспределением жизненно важного ресурса теряются. А когда он будет восстановлен начнутся разборки. Как пример, самые сильные боги нашего мира после смерти Кама-Нио: бог эльфов Финголиэри, бог манкари Сиву-уш, а так же человеческие Самур Пахарь и Ярин Воин; не считая сотен более слабых. Они обнаружат, что часть их храмов разграблена и разрушена, а некоторые просто пришли в упадок и лишились почитателей. Наверняка, все это богов не обрадует и в лице Иллира Анхо, с их точки зрения наглого выскочки, они увидят если не врага, то, как минимум, конкурента и соперника. После чего начнется очередной передел сфер влияния и война между людьми, эльфами и манкари, выйдет на новый виток. И я более чем уверен, что когда станет совсем туго, когда Иллир Анхо окажется перед выбором – сражаться за свои святилища и людей или продолжать обеспечивать безопасность любимой богини до ее воскрешения, он колебаться не станет. К гадалке не ходи — полубог спрячется в тайном убежище, а мы, его соратники и последователи, окажемся одни перед разгневанными богами, которые при помощи верных жрецов, паладинов и простых почитателей, сотрут нас в порошок.

Невеселое будущее и, может быть, я слишком сильно себя накручивал, плохо думал про Иллира Анхо и переоценивал возможности богов, однако к подобному развитию событий следовало подготовиться заранее. Не только накопить ресурсы, но и быть готовым к развалу древней империи и падению династии Анхо психологически. И неважно, случится это на самом деле или я ошибался. Как бы ни сложилось, а я буду готов, подобно Иллиру Анхо оттянусь на север и займу круговую оборону. Насколько долго? Не знаю. По крайней мере, до тех пор, пока через жрецов не сговорюсь с вернувшимися богами о перемирии или не найду нового божественного покровителя…

«Прекрати, – одернул я себя. – Ничего еще не случилось, а ты уже мечешься и рвешь душу. Так нельзя».

— Да, так нельзя, – под нос прошептал я себе и решил, раз уж не спится, отправиться в рабочий кабинет и уделить немного времени работе по восстановлению «цветных» рот, но не вышло.

Ламия открыла глаза, посмотрела на меня и я спросил:

– Ты услышала мое бормотанье и проснулась?

— Нет, – она улыбнулась и от этой улыбки по душе прокатилась теплая волна.

– Тогда в чем дело?

– Бала Керн отирается возле спальни и не решается постучать, сопит и колеблется.

Я просканировал примыкающие к спальне помещения и, действительно, обнаружил перед дверью начальника моих тайных стражников Балу Керна. Угрозы нет. Однако он был обеспокоен.

– Придется выйти? — я посмотрел на ламию.

-- Да, – она кивнула и повернулась на другой бок. – Иди, любимый, а я еще немного поваляюсь в теплой постели.

«Раньше она бы меня одного ни за что не отпустила и обязательно постаралась пристроиться за спиной», – отметил я, а затем покинул кровать, накинул халат и приоткрыл дверь.

– Тебе чего? – обратился я к Керну.

– Господин граф, – облегченно выдохнул Бала, – к вам гости.

– Какие гости посреди ночи?

– Тайные, – Керн развел руками.

– Настолько важные, что ты решил меня побеспокоить?

– Так точно.

– Кто?

– Анат Каир и его сын Рагнар.

Вот так сюрприз. Кого не ожидал в ближайшее время увидеть, так это главного шпиона семьи Канимов и его сына, который возглавлял отряды диверсантов самой могущественной феодальной семьи в империи. Если они лично прибыли в Данце, да еще ночью, значит, повод, в самом деле, серьезный.

– Где они?

– В зале малого совета.

– Отправляйся к ним и скажи, что я спущусь через пять минут.

– Слушаюсь.

Бала Керн отправился к ночным гостям, а я быстро оделся и, пытаясь угадать причину неожиданного визита, направился за ним.

«Жало Канимов», барон Анат Каир, выглядел точно так же, как и при нашей первой встрече, которая произошла около семи лет назад. Среднего роста брюнет с цепким взглядом волка в темно-коричневом полукафтане и такого же цвета брюках, которые заправлены в мягкие кавалерийские полусапожки с твердым носом. А вот его сын выглядел неважно. Синий камзол в еле заметных мелких капельках крови, волосы обгорели, а лоб перевязан бинтом.

– Уркварт, ты обязан нам помочь! – сразу заявил старший Каир, как только я оказался в малом зале совета.

Тяжело вздохнув, я покачал головой:

– Для начала, здравствуйте, барон. Честно говоря, после того, что между нами было, я не ожидал увидеть вас у себя в гостях и хочу сразу обозначить свою позицию – Ройхо вам ничем не обязаны. Что было хорошего – осталось в прошлом. Что есть плохого – пока не забыто. Хотя, как ни странно, я рад вас видеть. Особенно Рагнара.

Кивнув младшему Каиру, я присел во главе стола, за которым собирал командиров дружин и чиновников, а затем указал барону на свободное кресло:

– Присаживайтесь, барон. В ногах правды нет, а разговор у нас, насколько я понимаю, намечается серьезный.

Анат Каир человек крайне сдержанный и скрытный, но в этот момент он приоткрылся и я почувствовал, что в его душе бушует ураган. Он куда-то рвался и хотел что-то сделать. Однако не мог, пока я не дам ему какой-то очень важный ответ.

Сжав кулаки, и снова спрятав свои эмоции, барон кивнул:

– Ты прав, Уркварт, разговор будет серьезный.

Каир присел на указанное место. Рагнар расположился рядом. А Бала Керн и пара его лучших воинов в ливреях слуг застыли за спинами гостей возле стены.

– Итак, с чего начнем? – поинтересовался я.

Рагнар посмотрел на отца и попросил:

– Отец, разреши я?

Вместе с Рагнаром мы прошли не через одну битву. По этой причине, в отличие от старшего Каира, я ему более-менее доверял. Значит, к его словам отнесусь с большим доверием. Анат это понимал и, молча, кивнул. После чего Рагнар начал рассказ:

– Уркварт, у нас беда. Великий герцог Ферро Каним погиб от руки убийц – ты про это знаешь. В некогда могучей имперской семье начался разлад, и наследники приступили к дележке наследства. Мы с отцом, как и другие верные слуги великого герцога, не вмешивались. Да и не могли, ибо не уберегли прежнего великого герцога и утратили доверие семьи. Для себя решили – кто станет новым правителем, тому и присягнем. Однако вчера в полдень произошло то, чего никто не ожидал. Старшие сыновья великого герцога собрались на очередной совет в старом родовом замке Ир-Канимэ. Именно там они намеревались принять окончательное решение о разделе наследства и определить, кому и что достанется. Тихо и мирно, без ссор и склок, не показывая, что в семье разлад. Но вместо переговоров произошла бойня. Подробностей до сих пор не знаем, нас не было в Ир-Канимэ. Кто-то кого-то оскорбил, один схватился за меч, другой позвал телохранителей, а третий применил боевой артефакт. Завязалась драка и все старшие сыновья Ферро Канима погибли, а замок частично разрушен и сгорел. Все трупы превратились в обгорелые головешки и чтобы досконально разобраться, что же на самом деле произошло, придется просить о помощи жрецов Сигманта Теневика.

У Рагнара пересохло в горле, и он прервался. Я дал знак тайному стражнику, и боец моментально поставил на стол кувшинчик с легким белым вином и бокал.

Младший Каир утолил жажду и продолжил:

– Когда мы с отцом прибыли, а произошло это уже вечером, все законные наследники великого герцога были мертвы, а их телохранители и дружинники продолжали драться. Мне пришлось вмешаться, останавливать бой, и я сам едва не погиб. Но, в конце концов, порядок был восстановлен, пожар потушен, начался разбор завалов и тут отец услышал зов духов семьи Каним. Он шел из святилища и…

– Дальше я, – прервал сына Анат Каир, который снова потерял над собой контроль и его эмоции выплеснулись наружу: – Уркварт, ты не хуже меня знаешь, что связь с дольним миром частично утеряна, и духи предков крайне редко общаются с живыми. Тем более я Каир, а не Каним, и никак не ожидал, что услышу зов. Подобное в истории нашей семьи, которая служит великим герцогам уже десятый век, происходило всего два раза. Поэтому сначала я решил, что это какой-то морок, обман, ловушка. Только зов был таким сильным и настойчивым, что я не выдержал и спустился в семейное святилище Канимов, зажег молитвенную свечу и услышал послание предков.

– Вот как? – заинтересовался я. – И что сказали предки семьи Каним главному шпиону?

– К сожаленью, немногое, – Каир покачал головой. – Всего несколько слов: «Ступай к Ройхо, найди Гая».

– Да, действительно, информации немного.

– Герцог Гай Куэхо-Кавейр, младший сын Ферро Канима, после трагической гибели старших братьев становится единственным законным наследником великого герцога. Три недели назад его отряд, в котором, между прочим, находились твои следопыты, пропал в северных пустошах, а посланные за ними разведчики сообщили, что он разбит кочевниками. Тело Гая нигде не обнаружили. Герцог пропал. Однако вероятность, что он до сих пор жив и находится в плену, весьма высока, а послание предков это подтверждает.

– И вы хотите, чтобы я его нашел?

– Да. И чем скорее это произойдет, тем лучше. Не только для семьи Каним, но и для империи. Ты, как советник Марка Анхо, не можешь этого не понимать. Идет война, какой наше государство давно не видела, и великий герцог Каним выставил для обороны империи приличное войско. Не менее шестидесяти тысяч наших воинов сражаются на всех фронтах и если бастарды великого герцога, а вслед за ними наиболее амбициозные аристократы начнут делить территории, войска будут вынуждены вернуться домой.

– Не надо объяснять прописные истины, господин барон, – я остановил Каира. – Но хотелось бы знать, в чем моя выгода?

– Ты меркантильный человек, Уркварт, – старший Каир изобразил обиду. – А ведь Гай считал тебя другом.

– А как иначе, господин барон? – я развел руками. – Было время, когда мы с вами плодотворно сотрудничали, а в этом году Канимы едва не лишили меня графства и твои шпионы не давали мне житья. Я про это не забыл и понимаю, что в данный момент от меня зависит целостность семьи Каним. И если я возьмусь за освобождение Гая Куэхо-Кавейр, при условии, что он жив, мне необходимо извлечь из этого все, что возможно.

– Ладно, – смирился барон, – говори, что тебе нужно. Деньги? Территории? Артефакты? Люди?

Я задумался. Если потребовать от Каира золото, он расплатится, поскольку имел доступ к тайным счетам великого герцога, и можно рассчитывать на пару миллионов полновесных монет. С территориями тоже понятно, поскольку к моим владениям примыкает герцогство Куэхо-Кавейр, бывшее герцогство Григ, и можно присоединить его к феоду Ройхо, а затем самому с одобрения императора объявить себя герцогом. С артефактами тоже интересный расклад, поскольку в запасниках Канимов немало таких древних вещиц, какие и для самого Иллира Анхо будут представлять ценность. Да и люди, которых мне на севере не хватает, пригодились бы. НО! Все это не так необходимо, как кажется. И, хорошо обдумав свои запросы, я их озвучил:

– Я хочу получить всю агентуру Тайной Стражи Канимов и весь твой архив с компроматом на элиту империи.

Старый интриган Каир, услышав такое, от неожиданности раскрыл рот и я подумал, что сейчас его хватит сердечный удар. Однако обошлось, он оклемался и спросил:

– Ты понимаешь, что требуешь, Уркварт?

– Понимаю. Это дело всей твоей жизни и я хочу забрать плоды твоего труда. Не обрезки досье, а все полностью и только оригиналы.

– А взамен ты гарантируешь освобождение и возвращение Гая?

– Я не бог, господин барон. На севере, помимо ваших разведчиков, есть и мои люди, и они сообщали, что Гай жив и смогли определить его местонахождение. Вот только освободить его нелегко и гарантий в таком рискованном деле никто не даст. Ради спасения Гая мне придется пожертвовать своими лучшими людьми, а я этого не люблю.

Выхода у Каира не было. Либо он отдает, что я потребовал, либо великое герцогство Каним ждут большие потрясения с непредсказуемыми последствиями, и барон не сможет выполнить волю умерших. Поэтому он смирился, опустил голову и сказал:

– Я согласен.

– Когда я получу архив и списки агентуры?

– Хоть завтра, но ты ничего не получишь, пока я не увижу Гая. Сколько времени тебе понадобится, чтобы его освободить?

– Минимум, неделя.

– Значит, через неделю мы снова тебя навестим, – Анат Каир поднялся и Рагнар последовал его примеру. – Честь имею!

Каиры покинули зал и, проверив, не оставили ли они после себя какой-нибудь сюрприз вроде взрывающегося или следящего артефакта, я пальцем поманил Керна.

– Господин? – тайный стражник замер возле стола.

– Кто у нас сейчас на севере?

– По-прежнему, отряд лейтенанта Лиго.

– Связь с ним есть?

– Да, через золотой рудник.

– Немедленно отправь Лиго приказ доставить Гая Куэхо-Кавейр на остров Данце. Действовать по плану «Спасение», лошадей не жалеть. Ойкерену от меня огромный привет.

– Есть!

Не задавая дополнительных вопросов, которые у него, наверняка, имелись, Керн отправился выполнять указание, а я остался один и подтянул к себе кувшинчик с вином. Машинально провел над ними ладонью и просканировал. Не отравлено – уже хорошо. А затем налил себе вина, залпом опустошил кубок и улыбнулся. Я молодец. Мог организовать убийство Гая Куэхо-Кавейр, но оставил ему жизнь, сговорился с Ойкереном и сейчас герцог в плену у «океанских ястребов». А уже завтра отряд лейтенанта Лиго «освободит» его из плена диких северян и помчит к морю. Там уже будет ждать галера и при попутном ветре, который обеспечат погодные маги, она быстро доставит будущего великого герцога Канима на Данце.

А дальше? Конечно же, произойдет размен. Каир отдаст, что я потребовал, и хитрить не станет, а взамен получит Гая. На ближайшее время, занятый усмирением бастардов и дворян он погрязнет во внутренним проблемах, а его шпионская сеть в это самое время, как и компромат, будут использованы в интересах Имперской Тайной Стражи. Ведь, как на ситуацию ни посмотри, а с чего-то надо начинать. И, что немаловажно, лучше сразу отделить свою агентуру от имперской. Это так, на всякий случай, а то жизнь по-всякому может сложиться – сегодня я в милости у императора, а завтра, кто знает, могут дать под зад коленом и придется начинать все с самого начала.

«Нельзя везде видеть подвох, а иначе можно стать параноиком и тронуться умом, – подумал я. – Надо освежиться и подышать свежим воздухом».

Я выпил еще кубок вина и решил выйти на крышу, где имелась смотровая площадка. Однако ночь оказалась богата на сюрпризы, и очередной поджидал меня за поворотом.

В коридоре, рядом с покоями сестер, перешептывания и смешки, звуки поцелуев и снова шепот. Я подумал, что это служанки милуются с охранниками. Но, присмотревшись, обнаружил Джани и Наири, которые обнимали лейтенанта Кетиля Анхеле, и, судя по всему, он только что покинул их общую спальню.

Совершенно неожиданно в груди стал закипать гнев. Причем меня не беспокоило, что сестры крутят шуры-муры с молодым и красивым дворянином, который храбро сражался в рядах бригады «Ройхо» на Восточном фронте с республиканцами и демонами. В конце концов, предпосылки к этому имелись еще полгода назад, и я неоднократно замечал, как сестры, прелестные юные близняшки, строят ему глазки. Меня задело другое, что любовные отношения зашли уже достаточно далеко, а я об этом ни сном ни духом. Где тайные стражники? Где охрана? Где служанки? Почему мне до сих пор никто не доложил? Мерзавцы и дармоеды!

«Спокойно, Уркварт, – смиряя гнев, одернул я себя. – Ты не можешь держать все под контролем, как бы тебе этого ни хотелось. Просто сделай, что должен и воспользуйся ситуацией в свою пользу. В конце концов, давно собирался пристроить сестер, а Кетиль неплохой вариант. Не идеальный, конечно, ибо беден, словно церковная мышь, и не так знатен, как герцог Гай Куэхо-Кавейр. Но он в доску свой и перспективный».

– Кхе-кхе! – взяв себя в руки и успокоившись, я громко кашлянул и вышел в коридор.

Девушки вскрикнули, а Кетиль, как и полагается благородному воину, заслонил их собой.

– Ну и что здесь происходит? – строгим голосом спросил я. – Разврат в моем доме устроили?

– Господин граф, я все объясню, – Анхеле сделал шаг вперед.

– Уркварт! Не надо! – ко мне метнулась Джани.

– Мы его любим! – за сестрой последовала Наири.

Близняшки повисли у меня на груди и, захлебываясь слезами, стали рассказывать о своих чувствах к лейтенанту, а Кетиль, виновато опустив голову, молчал.

– Отставить слезы! – спустя пару минут, сказал я и отстранил от себя сестер. – Вы в спальню! Лейтенант, за мной!

Появились служанки, которые находились неподалеку и, услышав шум, выскочили в коридор. Сестер увели в спальню, а мы с Анхеле для серьезного мужского разговора отправились в мой кабинет.

Глава 4


Лесокрай. Лес Сарма. 25.12.1407.


Семнадцать паладинов Иллира Анхо, закутавшись в плащи, стояли перед своим наставником и богом. А родоначальник императорской династии, вглядываясь в лица воинов, старался запечатлеть их в своей памяти и подбирал слова, которые скажет перед очередной битвой. Еще одной на его длинном жизненном пути и последней для некоторых паладинов, а может быть, что и для всех.

— Верные сыны империи, – начал Иллир. — Вы лучшие воины нашей расы и сейчас от успеха этой операции зависит будущее человечества. Об этом вы уже слышали от меня и раньше, но не знали, куда именно мы идем, и в чем заключается конечная цель рискованного похода. И это не от того, что я кому-то не доверял. А потому, что во враждебном эльфийском лесу даже у деревьев имеются уши.

– Там, — Иллир указал на заросшую лесом гору в нескольких милях от стоянки паладинов, — находится одно из легендарных эльфийских Древ Жизни. Именно в этом месте первые ушастые переселенцы, которых привел в мир Кама-Нио наш заклятый враг Финголиэри, рожали и воспитывали свое потомство. Именно здесь находились их первые святилища. И именно здесь Финголиэри оставил тайник на случай своего поражения и смерти в мире богов. Нам необходимо завладеть этим кладом, и мы это сделаем, чего бы это ни стоило. Вы готовы!?

– Да-а-а!!! — дружно ответили паладины.

– Я не знаю, кто будет нам противостоять, но уверен, что Древо Жизни охраняется. Поэтому не торопитесь, бейтесь тройками и пятерками, следите за мной и двигайтесь следом. Вы услышали меня!?

– Да-а-а!!! — повторили воины.

– Вперед! Благословляю вас на подвиг во имя человечества! Я догоню!

По узкой звериной тропе, вытянувшись в линию, паладины направились к горе, а Иллир позвал Ройхо:

– Айнур, задержись.

Ройхо отстал от собратьев и подошел к Анхо:

— Что прикажешь, господин?

– Тащи сюда жреца.

Ройхо метнулся к ближайшему дереву и выкатил под ноги Иллира кокон с пленным верховным жрецом. В магической ловушке, которая затвердела, подобно камню, имелось только одно отверстие и оно предназначалось для головы эльфа. За все дни плена из кокона его не вытаскивали, а естественные надобности организма оправлялись. Поэтому от верховного жреца, некогда такого надменного, шел стойкий запах дерьма и мочи. Он давно уже растерял свою гордость, Иллир Анхо сломал его, и Лир взмолился:

– Убейте меня! Я не хочу жить! Убейте!

– Ты, в самом деле, хочешь умереть? – Иллир присел перед коконом на корточки и всмотрелся в лицо старого эльфа.

— Хочу, -- подтвердил пленник. – Слишком велик мой позор.

– Это можно устроить. Но сначала ты еще раз ответишь на мои вопросы.

– Я уже все сказал и больше добавить нечего.

– И все-таки я спрошу. Кто еще знает о местонахождении Древа Жизни?

– Мой ученик, которого я готовил себе на смену, несколько старших рейнов и король Майдина, а больше никто.

– Ты уверен?

– Может и в других королевствах народа дари есть знающие, но мне об этом неизвестно.

– Ближайшие поселения твоего народа далеко?

– Три дня пути и сюда никто не ходит, запретная часть леса.

– Сколько раз ты бывал в тайнике Финголиэри?

– Два. Первый раз, когда стал верховным жрецом. Второй сто пять лет назад, когда для ритуала потребовался сок Древа Жизни.

– Что в тайнике?

– Не знаю.

– Где он?

– Под корнями дерева. Там коридоры, словно лабиринт, и есть полость, которая закрыта силовым магическим полем.

– И ты не пытался войти?

– Я не сумасшедший, чтобы нарушать волю создателя.

– Кто охраняет Древо Жизни?

– Мне неизвестно.

– Но охрана есть?

– Конечно.

– Как определил?

– Взгляды из темноты и ощущение опасности. За мной наблюдали, но я мог быть в этом месте, имел на это право, и меня не трогали.

– Есть какой-то пропуск, кольцо или что-то еще?

– Нет.

– А твои амулеты?

– Я сам их сделал.

Не так давно эльф допрашивал Айнура, а теперь он сам оказался на его месте, и паладину не стоило жалеть непримиримого врага. Но, тем не менее, вид сломленного старика, который пропитался собственным дерьмом и уже начал заживо гнить, невольно, вызывал жалость, и Ройхо отвернулся.

Паладин осмотрелся. Вечнозеленый лес Сарма, который, несмотря на зиму, не терял листву, под напором холодных северных ветров скрипел сучьями. Этот шум, при определенных навыках в природной магии можно было даже разложить на вполне осмысленные слова и предложения, но ничего доброго человек в них не услышит. Лес не любил людей и хотел, чтобы они как можно скорее его покинули.

– Айнур, уходим, – завершив очередной допрос, обратился к паладину Иллир.

Ройхо направился к тропе, а полубог легким движением руки вызвал магический пресс и обрушил его на кокон.

– Шлеп-п! – магия превратила эльфа вместе с его оковами в лепешку и, оставив на вмятом грунте пятно из каменной крошки, костей и крови, заклинание рассеялось.

Иллир Анхо двинулся вслед за Айнуром и сказал:

– Я чувствую, что ты чем-то обеспокоен, паладин.

– Это так, господин, – не стал отрицать очевидный факт юноша. – Моя душа для тебя, словно открытая книга. И, заглянув в нее, ты сразу поймешь, что меня гнетет.

– Копаться в чужих головах и душах, пусть это даже мои последователи, удовольствия мало. Твой старший брат, окажись он рядом, подтвердил бы мои слова. Поэтому проще общаться живыми словами. Так что же тебя гнетет?

– Господин, ты можешь наказать меня за наглость, но я скажу, как есть. Я все равно не понимаю, зачем мы идем к Дереву Жизни и в чем смысл всей этой операции. Конечно, в тайнике бога Финголиэри немало интересных и дорогих артефактов. Но называть разграбление чужого тайника делом спасения человечества, по моему глубокому убеждению, слишком пафосно.

Иллир усмехнулся:

– Определенно, Айнур, ты не похож на других паладинов и в этом вы с Урквартом похожи. Нестандартные и, порой, видите то, чего другие не замечают. За это Улле Ракойна и отметила Уркварта, а я положил глаз на тебя и пока своим выбором доволен.

– Так ты пояснишь, что на самом деле происходит?

– Пожалуй, что да. Но сначала вопрос – в чем моя основная цель в этом мире, по твоему мнению?

– Стать сильным и подняться на следующий уровень, дабы иные небожители, когда они вновь получат доступ в наш мир, не смогли тебя победить и признали за равного.

– Хороший ответ, однако, неверный. Моя главная цель – сохранение байтила с душой и разумом моей богини, с ее последующим воскрешением, а только затем личное возвышение.

– И причем здесь тайник создателя эльфов?

– Финголиэри существо древнее и старше Кама-Нио. Он мудрый и хитрый, понимает, что при всей своей силе не бессмертен. Поэтому, когда наш враг привел в этот мир первых эльфов, он создал тайник с артефактами, которые смогут оживить его после гибели в пространстве богов.

– И мы идем за ними?

– Да. Именно они наша главная цель. Я хочу понять, как он собирался себя оживлять, при помощи чего и на каких принципах. И если я это пойму, богиня воскреснет раньше, чем вернутся другие небожители, и она защитит не только лично себя, но и всех людей. Вот потому я и сказал, что этот поход важен для судьбы всего человечества.

– Господин, позволь тебе напомнить, что при восстановлении полноценной связи с дольним миром, вернутся не только боги эльфов и манкари, но и человеческие. Например, Верш Моряк, Ярин Воин, Самур Пахарь…

– Они не смогут противостоять Финголиэри или Сиву-ушу, – прервал паладина Иллир. – Не тот уровень.

– Но почему все произошло так неожиданно и мы не подготовились к походу заранее?

– А чего тянуть, Айнур? Я в долгой подготовке нужды не видел. Узнал, что необходимо, обмозговал и отправился на Лесокрай. Потом мне понадобился верховный жрец эльфов, и судьба сама послала его в наши руки. Он подставился, и я узнал местонахождение тайника. А если ты хочешь спросить, почему я взял в рейд вас, хотя легко мог пробежаться к Дереву Жизни сам, то и это не секрет. Схрон Финголиэри, наверняка, прикрыт серьезными чарами, и чтобы его открыть, мне придется сосредоточиться и потратить какое-то время. В этот момент я буду уязвим и вы, паладины, прикроете мою спину.

– Благодарю за откровенность, господин, – Айнур, который расценил беседу с Иллиром, как знак особого расположения, кивнул. – Я этого не забуду.

Иллир не стал продолжать беседу. Полубог и его паладин присоединились к отряду и, молча, приближались к цели.

Легендарное Дерево Жизни эльфов открылось взору людей неожиданно. Они шли по звериной тропе, которая закончилась на берегу ручья у водопоя. По стволу упавшего дерева Иллир и паладины перебрались через водную преграду, прорубили в густом колючем терновнике дорожку и оказались на окраине леса. Дальше у подножия безымянной горы находилась райская долина, в центре которой стояло великолепное белоснежное дерево-великан, не менее семидесяти метров в высоту, с красными прожилками по стволу. Зрелище незабываемое и паладинам казалось, что можно любоваться этой красотой вечно, и что в этом любовании есть какая-то особая завораживающая магия, которая принадлежит только Дереву Жизни. Однако голос Иллира заставил воинов очнуться и вернуться в реальность:

– Пятерка Тергера в авангард. Тройка Локара на левый фланг. Тройка Мирта на правый. Скарк прикрываешь. Остальные со мной. Пошли!

Рассредоточившись, отряд двинулся к Дереву Жизни и если издалека оно казалось прекрасным, то с приближением к нему впечатление менялось на противоположное. Красные прожилки на исполинском стволе стали напоминать вздувшиеся кровавые вены. Белоснежный цвет дерева поменялся на цвет грязного снега. Трава, такая зеленая возле леса, пожухла. Но самое главное – от Дерева Жизни стали распространяться злые эманации. Невидимые ментальные волны, сначала слабые, а затем более мощные, накатывались на паладинов, и в них была явная угроза. Дерево не хотело, чтобы люди приближались. Оно пыталось их отогнать и паладины занервничали. Озираясь, они держали оружие наготове и машинально сбавили скорость.

«Прочь! Вы умрете! Спасайтесь! Бегите!» – слышалось паладинам в шорохе травы и дуновении ветра.

– Нас не запугать! – с усмешкой, громко сказал Иллир Анхо.

Временно чары Дерева перестали давить на людей, и полубог отдал новые приказы:

– Принять эликсиры! Любой, кого встретите, будь это призрак или демон, эльф или морок в облике родной матери – враг! Убивайте всех, а когда станет совсем туго, используйте амулеты жрецов и молите меня о помощи! Моя сила с вами и вы выстоите! За Анхо и империю! За Оствер!

Кто-то из паладинов повторил традиционные боевые имперские кличи, но большинство промолчало. Зато чародейские эликсиры приняли все.

Воины торопливо опустошали склянки и бросали их в траву. На лицах паладинов появились улыбки, и они сами рвались вступить в бой. Их движения стали более резкими, а шаги широкими и уверенными. А вскоре, когда эликсир бодрости, по сути своей магический допинг, полностью пропитал их тела, паладины перешли на легкий бег трусцой, быстро добрались до выпирающих из земли огромных корневищ Дерева Жизни и здесь встретили местных охранников.

Стражниками святого для эльфов места и тайника Финголиэри, мог оказаться кто угодно. Живые мертвецы или заключившие с богом договор существа дольнего мира, боевые монстры или прирученные лесные твари, вампиры или ограниченные в свободе семьи оборотней, големы или привезенные из иных миров смертоносные техномагические механизмы. Однако первым рубежом обороны Дерева Жизни оказались призраки эльфийских воинов. Не обычные, не чета тем, каких можно встретить на кладбищах или в древних склепах, а прирожденные воины, паладины своего бога, которые даже после смерти не отправились в мир мертвых, а остались караулить тайник Финголиэри. Но это были всего лишь призраки и осверские дворяне, которые стали паладинами Иллира Анхо, знали, как с ними нужно сражаться, а главное – имели для такого боя все необходимое.

Бестелесных духов-охранников было много, больше трехсот. Группами, словно боевые отряды, они вылетали из-под корневищ гигантского древа и, совсем не опасаясь солнечного света, сразу бросались в атаку. Призраки чувствовали живых, которые не являлись их сородичами, и они испытывали ужасный голод. Духи хотели выпить жизненную силу людей, и для этого достаточно было к ним прикоснуться. Вот только ничего не вышло. Каждый паладин, помимо собственных оберегов, имел еще талисман жреца, и призраки, будто натолкнувшись на стену, замерли перед живыми.

Паладины, спокойно и размеренно, сомкнув ряды, стали делать свою работу. Зачарованными мечами, от прикосновения которых бестелесные враги рассеивались, они прорубали в толпе призраков широкие просеки и двигались дальше. Воины очищали путь своему богу, а Иллир Анхо не торопился показывать силу. Не время, пока еще не пришел его черед, и все это прекрасно понимали.

Когда призраков осталось два десятка, словно по команде, они резко отпрянули от людей и втянулись в узкие щели под выпирающими из грунта корнями Дерева Жизни. Первый пробный натиск был отбит и один из паладинов, корнет Стром Аплер, расслабился. Он увидел что-то в стороне, покинул строй и поплатился за это. Земля под его ногами неожиданно разошлась и он, не успев закричать, скрылся из вида собратьев.

Айнур подбежал к провалу, заглянул в него и обнаружил мертвого Аплера. Он пролетел несколько метров и упал на ржавые стальные колья, которые пробили его молодое тело сразу в нескольких местах. Паладин погиб моментально, сомнений в этом не было. Но бросать погибшего товарища в ловушке не хотелось, и Айнур посмотрел на Иллира.

Полубог понял паладина без слов и, молча, вынув из сумки зажигательный амулет, активировал его и бросил в яму. Жадное пламя испепелило тело человека, а затем обрушило стены, и ловушка стала могилой бравого корнета.

Взмахнув рукой, Иллир отдал приказ двигаться дальше. Отряд, пробравшись между корней, подошел вплотную к стволу и люди обнаружили вход в подземелья, о котором говорил верховный жрец эльфов. Наверняка, здесь начиналась новая линия обороны, но ничего подозрительного паладины не обнаружили. Просто облицованный каменными плитами темный проход в огромном дереве.

Ожидая новых приказов, Айнур снова посмотрел на Иллира и полубог выдвинулся в авангард. Он встал на входе и вытянул раскрытые ладони. После чего удовлетворенно кивнул и стал быстро водить руками на уровне груди.

Сначала ничего не происходило. Иллир делал пассы, явно, творил какую-то волшбу, а спустя несколько секунд между ладонями полубога появился светло-синий шар, в глубине которого находилось исторгающее небольшие молнии ядрышко.

– Лови! – Иллир бросил магический шар в коридор и он, рассыпая электрические заряды, медленно поплыл по коридору.

К кому обращался полубог, никто из паладинов не понял, но вопросов ему не задавали, а просто наблюдали за тем, что происходило дальше.

Синий шар влетел в коридор и, выплевывая сотни молний, скрылся в темноте. А стены после его полета покрывались черным пеплом и, прежде, чем сотворенный Иллиром шар скрылся в глубинах подземелья, воины увидели, как разряжаются древние ловушки. С потолка градом посыпались дротики, а из пола вылезали сотни пил и острейшие лезвия. Все это могло стать причиной гибели людей, но магия полубога обезвредила их и освободила проход.

– Ухр-ха-а!!! – из подземелья донесся наполненный болью и яростью звериный вопль.

Заклятье Иллира зацепило неведомого врага и ладони паладинов, которые не боялись спрятавшегося в лабиринте противника, но представляли его мощь, еще крепче стиснули рукояти мечей и кинжалов.

– Бегом! – отдал команду полубог. – За мной! Не отставать!

Иллир ворвался в коридор и побежал, а паладины, перепрыгивая через застывшие в полу пилы и лезвия, конечно же, один за другим, последовали за ним.

Воины бежали по лабиринту, который ничем не освещался. Не было фонарей и свечей, магических светильников или бойниц наружу. Но, тем не менее, они все видели, и это было странно. Их должна окружать непроглядная тьма. И в то же время вокруг царил приятный сумрак, который был сродни вечернему. Очередная загадка Дерева Жизни, и не более того, ибо разбираться в этом странном феномене никто не собирался. На это не было ни времени, ни сил, ни желания.

Коридор и резкий поворот. Спуск и второй коридор. Лестница, спуск и опять коридор. Все вокруг покрыто гарью и копотью. Паладины шли по следам заклятья и, наконец, оказавшись в просторном зале, увидели того, кто попал под магический удар Иллира. На полу валялась огромная змея с мордой клыкастого зверя, помесь анаконды, льва и медведя. И этот отвратительный монстр, скорее всего, продукт мутаций, еще жил. Его тело было разорвано и в нем зияли глубокие раны, но передний сегмент, пятиметровая часть змеиного туловища и голова, хрипя и выплевывая кровь, попытался атаковать паладинов.

В этот раз Иллир опять остался в стороне. Определяя свое местоположение, он искал проход дальше, а сомнительная честь добить монстра была предоставлена воинам.

Паладины набросились на мутанта и обрушили на него клинки. Одни атаковали, а другие отвлекали. Зачарованная имперская сталь кромсала туловище монстра и врубалась в крепкий череп. Воины действовали быстро и слаженно, понимая друг друга без слов. Поэтому вскоре странный подземный зверь издох окончательно.

– Сюда! – властный голос Иллира заставил паладинов пошевеливаться, и отряд снова двинулся по подземному лабиринту.

Коридоры сменялись лестницами и залами. Иллир вел своих последователей долго, не менее получаса, и когда до цели оставалось совсем немного появились новые стражи. Откуда-то из глубины раздался дикий хохот, от которого даже у бывалых остверских воинов застыла в жилах кровь, и полубог отдал новый приказ:

– Тергер, возглавишь отряд! Держи проход в следующий коридор, сколько сможешь! Ройхо, за мной!

Капитан Аурелий Тергер, в прошлом капитан штурмовой роты Маирского горного корпуса под командованием генерала Мурманса, приподнял меч и ответил:

– Слушаюсь, господин! Враг не пройдет!

Иллир направился к тайнику, а Ройхо, хоть он и не хотел покидать собратьев, подчинился приказу и прикрывал спину полубога.

Анхо и паладин вошли в очередной, уже неизвестно какой по счету коридор, и через несколько метров, свернув в тупик, оказались перед серебристой металлической дверью, которая, помимо замка, имела еще и магический щит. Это даже Айнур почувствовал, а присмотревшись, он увидел, что воздух перед дверью подрагивает, словно при жарком летнем мареве.

Не оборачиваясь, Иллир щелкнул пальцами, и паладин воспринял это как знак встать на стражу. Юноша обернулся и стал ждать появления врага или врагов, а полубог, что-то быстро нашептывая себе под нос, приступил к снятию защитных чар.

Вскоре на входе в коридор завязался бой. Хохот и рычание неизвестных врагов приближались к заслону паладинов, а затем зазвенели клинки и раздались боевые выкрики остверов. Собратья рубились с врагами, которых, если судить по звукам, было не менее десяти, а молодой Ройхо не мог им помочь и не смел покинуть господина, даже чтобы увидеть, с кем именно бьются паладины.

Прошла минута, а за ней другая. Томительное ожидание с каждой секундой становилось все более невыносимым, но Айнур продолжал оставаться на месте и прислушивался к звукам схватки, которую паладины, судя по всему, проигрывали.

Сначала пропал голос одного воина. Потом предсмертный хрип врага и почти такой же хрип человека. Еще один голос смолк. Несколько взрывов магических гранат, которые в замкнутом пространстве неизбежно калечили не только чужих, но и своих, подвывание раненых противников и стоны людей. Схватка шла не на жизнь, а на смерть, и паладины выполняли приказ. Они не отступали и держали оборону до тех пор, пока не падали замертво.

На исходе пятой минуты, Иллир снял магическое прикрытие тайника. Раздался громкий звон, который можно сравнить со звуком разбившейся хрустальной люстры, и полубог ударил ногой в металлическую дверь.

Древние запоры и замки не выдержали. Поднимая пыльное облако, дверь сошла с петель и влетела внутрь помещения. Путь свободен и Анхо вошел в тайник эльфийского бога. Ройхо остался один и шум в коридоре к этому моменту стих. Значит, бой окончен. Айнур мысленно огладил кмиты, которые были его секретным козырем, и тут появились враги.

Никогда ранее, ни в реальной жизни, ни в книгах, паладин не видел монстров, с которыми ему пришлось столкнуться. Однако их образ, по какой-то неведомой причине, казался ему знакомым и внушал первобытный страх.

Это были обтянутые сухой бледной кожей человекоподобные костяки. Морды вытянутые, с выпирающими белыми клыками. Глаза раскосые, а уши сильно вытянуты к низу, как если бы их специально оттягивали грузилом. Череп прикрыт длинными жесткими волосами черного цвета. Одежды на монстрах не было. Гениталии закрыты густым мехом. Ноги обращены коленями не вперед, а назад. И руки… Их было две пары и если верхняя пара, напоминая лапы обезьян, бугрилась мышцами, то нижняя представляла из себя частично покрытые кольчужной сеткой костяные клинки.

Врагов оказалось трое. Видимо, передовая группа. Они издавали противные смешки и, покачиваясь из стороны в сторону, словно пьяные, не торопясь, приближались к Айнуру, который не мог не заметить, что их тела забрызганы кровью, а на нижних костяных руках висят ошметки мяса и кишки.

Полагаться на помощь Иллира паладин не стал, он занят, а иначе бы встал рядом с ним. Следовало принимать бой в одиночку и, прежде, чем враги приблизились, Айнур применил «Палящий луч».

Кмит ответил владельцу и световое копье, вырвавшись из его левой ладони, ударило ближайшего монстра и прожгло его насквозь.

К сожалению, заклятье было недолговечным и Айнур смог удержать его всего несколько секунд. Но за это время, дернув рукой, паладин рассек тело врага напополам, и луч успел соприкоснуться со следующим противником, который лишился части плеча.

Один враг был уничтожен, а второй получил серьезное ранение. Начало отличное и паладин, подумав, что перед ним нежить, успел применить кмит «Новый рассвет».

Яркий солнечный свет, который мог уничтожить практически любую нежить, кроме высокоранговой, заполнил собой подземелье и враги, закрывая лица, закричали от боли.

Айнур успел зажмуриться и все равно магический свет пробился сквозь веки. А когда он рассеялся, и паладин вновь открыл глаза, ему пришлось снова привыкать к сумраку.

– Демоны вас побери… – проморгавшись, прошептал Айнур, когда увидел, что «Новый рассвет», хоть и ослепил врагов, но никак не повредил. – Я просчитался…

Паладин мысленно потянулся к кмиту с «Огненной капелью», но враги уже успели прийти в себя и атаковали его раньше, чем юноша успел активировать заклятье. Монстры набросились на Ройхо одновременно и двигались очень быстро. Настолько, что Айнур едва увернулся.

Руки-клинки просвистели над головой паладина, когда он присел. Они оцарапали облицовку коридора, и на Ройхо посыпалась каменная крошка.

Перекатом Айнур ушел в сторону и сделал это вовремя. Второй монстр упал на то место, где он только что находился, и, не обнаружив человека, зарычал.

Еще один перекат. Паладин откатился практически к двери в тайник и выставил перед собой клинок, который столкнулся с костяными мечами врага. Метеоритный металл в очередной раз не подвел Айнура. Ирут оказался крепче костей и монстр, получив ранение, отскочил от человека.

Тем временем, на подмогу монстрам прибыли сородичи. Еще не менее трех врагов скопились в коридоре, но из-за тесноты они не могли пройти. Перевес, явно, на стороне стражей подземелья, и все, что Айнур мог, дать Иллиру еще минуту, максимум, полторы.

Опять паладин потянулся к «Огненной капели» и снова не успел ее применить. Враги атаковали его одновременно и уже полученные ранения никак не повлияли на их скорость и мощь атак. Юноша с трудом отбил натиск и чтобы не погибнуть сделал два шага назад, оказался в тайнике эльфийского бога и во что-то уперся.

Оказалось, преградой был Иллир. Он усмехнулся и паладин услышал:

– Выжил все-таки. Хорошо.

Сказав это, Иллир отодвинул воина в сторону, прикрыл его от монстров и рассмеялся:

– Ха-ха! Хортеи! Старые знакомые! А я думал, что вас уже давно всех перебили! Получайте!

Ладони полубога исторгли облако зеленой пыли, которая прокатилась по коридору и на глазах ошарашенного Айнура монстры стали разлагаться на куски. От одного отвалились руки, у другого сразу голова, а третий буквально переломился пополам.

Вскоре все закончилось. Превратившись в куски разлагающегося мяса и костей, хортеи погибли, а Иллир и Айнур вернулись в зал, где произошел последний бой мужественных паладинов.

Мертвые тела людей и монстров валялись повсюду. Взгляд Айнура скользнул по ним и его едва не стошнило. Однако он сдержался, а потом увидел, что Иллир раскидывает гору мертвецов и вытаскивает наружу тело капитана Тергера.

Полубог приложил к горлу паладина пальцы, удовлетворенно кивнул и сказал:

– Будет жить. Три рубленых раны, сломанная нога и внутренние повреждения органов. Но он еще дышит.

– Дать ему целебное зелье? – предложил Айнур.

– Не поможет, – Иллир качнул головой. – Тут профессионал нужен, слишком серьезные повреждения. Даже я не такой хороший лекарь, чтобы его по частям собрать.

– И как быть?

– Закинь его себе на плечо.

Айнур выполнил приказ, как можно осторожнее уложил собрата на плечо и поднял.

– Попробую открыть телепорт, хоть и рискованно его здесь применять, но должно получиться, – произнес Иллир и взмахнул рукой.

Перед полубогом возник круг телепорта, который никак не мог стабилизироваться и постоянно вздрагивал. Иллир подтолкнув в него Айнура, и выкрикнул:

– Шевелись! Трудно удержать!

Паладин вбежал в круг. Иллир встал рядом и через мгновение они вышли в храме Анхо невдалеке от столицы.

Телепорт захлопнулся и полубог, вытерев с лица пот, качнул головой:

– Снова по краю проскочили. Еще бы секунда и конец всем троим.

– Что с Тергером? – спросил Айнур.

– Здесь рядом жрец-целитель. Неси Тергера к нему, и оставайся в храме. О том, где были, и что ты видел, никому не слова. Даже жрецам и родному брату. Когда понадобишься, я тебя призову.

– Слушаюсь, господин, – юноша кивнул и понес едва живого собрата к жрецам.

Глава 5


Империя Оствер. Грасс-Анхо. 02.01.1408.


Подперев подбородок рукой, в окружении папок с документами я сидел за столом, который раньше принадлежал командиру Черной свиты полковнику Гедмину Сиду и наблюдал за Отири. Ламия, как обычно, когда мы находились в имперской столице, была в образе очаровательной жрицы Катрин Дегарьен и, поджав под себя ноги, она расположилась на ковре в центре кабинета и копалась в моей походной сумке. Ведьма перебирала содержимое, оставляла все необходимое, а все лишнее, по ее мнению, отправляла в дальний угол для дальнейшей сортировки. Словно заботливая жена, собирающая в дальнюю дорогу мужа. Ассоциация нормальная. Вот только сумка необычная. Впрочем, как и содержимое.

С виду это кожаная сумка с одной длинной брезентовой лямкой и петлями для ношения на поясе или привязки к седлу. Ну и сколько в нее поместится груза по весу? Полтора-два килограмма. Но это только кажется, так как на деле в нее можно упаковать минимум десять тонн. Невозможно? Еще как возможно, ибо сумка крайне сложный магический артефакт, который сотворен по утерянной древней технологии и ранее она принадлежала демону-дракониду Лаишш-карау. Внутри нее закапсулированное пространство, по сути, свой маленький параллельный статичный мирок, и артефакт использует принцип замкнутого контура, то есть не рассеивает заключенную в себе магическую энергетику и не выдает местонахождение хозяина. Для меня, несмотря на нежелание использовать зачарованные предметы и недоверие к подобным вещицам, это очень важно. И с тех пор, как Отири подарила мне трофейную сумку, она всегда со мной.

Что тут сказать? Подобные сумки, насколько известно, в пределах империи, помимо Иллира Анхо и меня, есть только у двух человек. Первая у одного из богатейших купцов империи, заместителя главы Торгово-Промышленной Палаты, господина Чета Ирбаха. Вторая у верховного жреца религиозного культа Самура Пахаря преподобного Миша Ловитры. И эти предметы, при здравом рассуждении, не имеют цены. Хотя, если верить слухам, когда Чет Ирбах нуждался в деньгах, он заложил свой артефакт в банк ТПП и определил его цену в два с половиной миллиона иллиров. Следовательно, если кто-то узнает, что я ношу при себе сумку подобной ценности, для врагов и обычных грабителей, когда они надумают в очередной раз убить и ограбить графа Уркварта Ройхо, это станет дополнительным стимулом для нападения.

Впрочем, плевать на опасность. Если захотят убить, а прикончить меня желают многие, нападут в любом случае. Для меня главное — удобство. И за последние несколько месяцев я скинул в магическую сумку столько ценного барахла, что всего не упомнить. Как ни крути, необходим порядок, а разбирать трофеи некогда. Но, наконец, этим занялась ламия, и мне нравилось за ней наблюдать. Поэтому, временно забросив дела, которых хватает, я смотрел на любимую ведьму и наслаждался драгоценными минутами покоя.

Ламия распределяла содержимое сумки исходя из своих соображений о том, что мне может пригодиться, а что нет.

Почти все продукты, которые я случайно или специально брал с собой, она выбросила и оставила лишь печенье, хлеб, круг козьего сыра и несколько яблок – с этим я согласен, таскать несколько килограмм копченого мяса и три пакета с бутербродами ни к чему. Тем более что я про них забыл, и они просто занимают внутреннее пространство.

Зачарованные трофейные кинжалы, перстни и браслеты, парочка мечей и пять артефактов различного назначения тоже отправились в общую кучу лишнего груза — снова согласен, оружие и артефакты не мои, неизвестно, какие на них наложены дополнительные заклятья, и я давно собирался передать их магам.

Запасную одежду ламия оставила. Чистые отглаженные камзолы, брюки, рубашки, две шляпы и три плаща, а так же запасная пара сапог, при дворе императора могут понадобиться в любой момент. Хотя, как у командира «цветных» гвардейских рот, у меня появились свои покои в башне Ан-Анхо и гардероб можно хранить здесь. Но с другой стороны я человек беспокойный и уже через полчаса могу сорваться с места, чтобы оказаться за тысячу миль от столицы. Так что комплекты сменной одежды просто необходимы.

А вот насчет книг я хотел с Отири поспорить, но не стал. Из своих личных библиотек в Данце и замке Ройхо, я брал труды по истории и магии, которые на досуге собирался прочитать. Однако, где он досуг? Его нет. Совсем нет. Никакого. А походная библиотека тем временем постоянно увеличивалось. То в доме сбежавшего графа Руге парочка книг приглянулась, то в императорскую библиотеку забрел и что-то понравилось. В одном месте пару томов тиснул, в другом еще пять к рукам прилипли. И в итоге сумка стала хранилищем для полусотни древних фолиантов, половина из которых стоила вполне приличных денег, а некоторые вообще сохранились в единственном экземпляре. А раз читать некогда, придется признать, что ведьма права и лучше всего оставить библиотеку в башне Ан-Анхо или отправить ее в Данце…

Прерывая наше уединение, в дверь постучали. Чужаков рядом не было и Отири, которая раньше меня поняла, кто нас потревожил, осталась на месте.

– Входи, — сказал я и, на всякий случай, просто по привычке, потянулся к кмитам и удостоверился, что они боеготовы.

В кабинет вошел Дин Осколье, и по его серому от усталости лицу можно было понять, что минувшей ночью он не спал.

Дин с порога собирался разразиться какой-то гневной речью, возможно, даже с применением ненормативной лексики, так популярной среди воинов-фронтовиков. Он уже открыл рот, но, увидев Отири, выдохнул, успокоился и собрался с мыслями, а затем, отвесив ведьме учтивый поклон, сказал:

— Доброго дня, уважаемая жрица. Вы, как всегда, прекрасны.

– Здравствуйте, Дин, — самым невинным голоском ответила Отири и, быстро поднявшись, подхватила сумку и покинула кабинет.

Ведьма, которая при помощи своих навыков и следящих заклятий все равно слышала, что происходит в помещении, перестала быть помехой для мужского разговора. Теперь Дин мог выражать свои мысли без фильтров. Но он уже перегорел и, присев за стол напротив меня, выдохнул:

– Как же я устал…

Мне было известно, чем именно заместитель занимался минувшей ночью. Однако я решил его поддеть и поинтересовался:

– С фрейлинами императрицы, наверное, веселился?

— Издеваешься? – Дин осуждающе покачал головой. – По твоему приказу молодое пополнение принимал. Вот пришел доложить о проделанной работе, а у тебя здесь боевая подруга.

Пожав плечами, я усмехнулся:

— Начальнику можно.

– В утробе демона я видал всех начальников, – пробурчал Осколье. – Никакой личной жизни, одни проблемы и заботы.

– Ладно, не бухти, — доставая из стола графинчик с превосходным иркайским вином и пару кубков, сказал я. -- Давай доклад.

Дин дождался, пока я налью вино. Затем он взял кубок, сделал глоток и оценил качество напитка, а только потом перешел к делу:

– Для восполнения потерь в гвардейских офицерских ротах я затребовал триста пятьдесят дворян. С запасом, чтобы имелся выбор. Сотню из фронтовиков, кого мы знаем и с кем пересекались. Еще сотню из резерва разгромленного «Имперского Союза». А остальные молодняк из военных лицеев. За минувшие пять дней к нам прибыло семьдесят человек, и мы отобрали из них пятьдесят три. Вчера вечером пришла маршевая колонна из выпускников военных лицеев. Сразу сто тридцать четыре человека.

– Какие именно лицеи?

– «Скройден», «Аглай» и «Крестич». Остальные пришлют своих выпускников в ближайшие два-три дня.

– И как молодняк?

– Знаешь, несмотря на ускоренное обучение, качество подготовки неплохое. Конечно, парням еще надо учиться, избавляться от аристократических замашек проявлять благородство на поле боя и набираться опыта, но это дело наживное. Из всех выпускников я отсеял только двадцать семь человек.

– По каким причинам?

– Природная глупость, слабое здоровье или родственные связи с изменниками.

– Пришли мне их дела, сам посмотрю, кто такие.

– Не доверяешь? – Дин нахмурился.

– Доверяю. Но не хочу молодым офицерам судьбу ломать. Не сгодились для «цветной» роты, возможно, сгодятся для другого. Сам понимаешь, нам не только воевать придется. Махать мечом в империи пока есть кому. А мы, если ты подзабыл, собираемся возрождать Имперскую Тайную Стражу. Так что людьми не разбрасывайся.

– Да, понял уже, понял, – Осколье одним махом допил вино и задал вопрос: – Кстати, а ты чем сегодня занимался?

Я ткнул указательным пальцем вверх и весомо произнес:

– Размышлял.

– Интересно о чем? – он усмехнулся.

– Посмотри, – я толкнул в его сторону папку с документами.

Осколье ознакомился с бумагами быстро и улыбка с его лица сползла. После чего он положил папку обратно на стол и задумался. Ага! Есть над чем подумать, ибо в папке находилась переработанная мной подробная роспись структуры Имперской Тайной Стражи. И что же это такое? По сути, система тотального контроля, частично дублирующая управленческий аппарат государства.

Имперская Тайная Стража, любимое детище Иллира Анхо, состояла из обозначенных рунами управлений, в которые входили отделы и боевые отряды. И если рассматривать структуру кратко, не останавливаясь подробно на каждом отделе, она простая и действенная:

Управление «Орс» – подбор личного состава для ИТС, административно-хозяйственная деятельность, финансовый отдел, служба внутренней безопасности, охрана секретных объектов и тюрьма.

Управление «Тар» – служба имперской безопасности. Контроль за чиновниками, судьями и городской стражей во всех крупных населенных пунктах империи, сотрудничество с криминальными элементами и внедрение агентов в среду профессиональных воров с профилактикой преступлений. Контроль за этническими и расовыми миграциями в пределах государства с предотвращением столкновений на межнациональной почве. Контроль над вопросами ассимиляции инородцев. Контроль за наукой и магией, искусством и религиозными культами, воспитанием молодежи и социальными изменениями в обществе. А так же контроль за промышленностью, торговлей, финансами и дорогами. Но самое главное – аналитика всего, что происходит в империи.

Управление «Сар» – непосредственно внутренняя имперская тайная стража, которая прикрывается управлением «Тар» и в своей работе больше опирается на силовые методы. Это включает в себя борьбу с идеологическими противниками империи, контрразведку, уничтожение диверсантов и саботажников. А так же борьбу с враждебными империи религиозными культами и сектами, реакционными и оппозиционными движениями, устранение мятежников и курирование пограничной службы.

Управление «Фир» – служба внешней разведки. Работа за пределами империи: наблюдение за соседями, создание шпионских агентурных сетей, сбор секретных сведений с последующим анализом и проведение диверсий на территории вероятного противника, устранение враждебно настроенных правителей, политиков и чиновников.

Управление «Гер» – силовая поддержка. Отделов нет. Вместо них отряды ликвидаторов, диверсантов и боевых магов…

– Уркварт, – вновь заговорил Осколье, – как же мы такое дело потянем?

– Постепенно.

– Но за счет чего?

– Для начала есть три элитных офицерских роты, агентура «Имперского союза», шпионская сеть Каира и поддержка государя. Никто не требует немедленного результата «вынь и положь». Сначала один отдел сформируем. Потом другой. А попутно проводим работу, чтобы император не подумал, будто мы дармоеды. Сейчас закладываем основу, а окончательно ИТС оформится за пару лет, и дальше будет только развиваться.

– Какой должна быть численность ИТС?

– В идеале две-три тысячи штатных сотрудников и втрое больше внештатников.

– Предварительно, десять тысяч человек?

– Да.

– А финансы? Думаешь, империя потянет такую тайную структуру, с учетом того, что затраты ожидаются огромные?

– Понимаю, о чем ты. Сотрудникам ИТС, магам и воинам надо платить жалованье. И не просто жалованье, а достойное. Эликсиры и оружие, магические связисты и артефакты, одежда и пропитание, строительство секретных объектов и тренировки бойцов, содержание агентуры и покупка информации. Все это потребует золота. Но я считаю, что мы сами будем обеспечивать себя финансами.

– Как? За счет чего?

– За счет противников.

– Не понимаю, – Дин развел руками.

– Объясняю, слушай внимательно. Воров разбили. А где их общак? Казнокрада выявили. А где его казна? Врага империи обезвредили. А что с его владениями, домами и богатствами? Все это может пойти на содержание ИТС. И я уже не говорю, что можно добывать золото в сопредельных государствах.

– При помощи грабежа и шантажа? – уточнил Осколье.

– Так точно.

– Грязное это дело.

– Но необходимое. И если не мы станем щитом и мечом империи, кому еще государь может довериться?

Дин снова приложился к кубку, выпил и, посмотрев на меня, кивнул:

– Я все понимаю и пойду до конца.

– Хорошо. Еще вопросы есть?

– Имеются. С какого перепуга Анат Каир передал тебе свой архив и сдал агентурную сеть?

– Я вернул ему Гая Куэхо-Кавейр.

Осколье знал, где находился молодой герцог из рода Каним, и спросил:

– И как все прошло? Проблемы были?

– Только одна. Гай не хотел покидать нанхасов. Он пробыл среди «океанских ястребов» всего-ничего, но ему так среди северян понравилось, что юношу пришлось выкрадывать. А потом будущему главе клана Каним долго объясняли, почему он обязан вернуться в империю. В итоге все уладилось, но интерес Гая к северянам не пропал и он, наверняка, попытается договориться с ними о дружбе.

– А нам это надо?

– Не знаю. Посмотрим, как будет развиваться ситуация. В любом случае голову этим не забивай – проблема моя и я ее решу.

– А что…

Заместитель собрался задать очередной вопрос. Однако пришлось прерваться. Прибыл посланец от Тракайера и сообщил, что в покоях императора появился Иллир Анхо, а с ним мой брат Айнур. Самое время нам встретиться, пока Иллир опять не пропал. И, собрав документы, которые император должен подписать, вместе с ведьмой я незамедлительно отправился во дворец.

В покои императора нас впустили не сразу. Марк Анхо и его великий предок общались без посторонних, и пришлось ждать. Но я об этом не жалел, ибо смог пообщаться с Айнуром.

С тех пор, как мы расстались, минуло несколько месяцев. Срок, в общем-то, небольшой. Однако за это время произошло много событий, которые на нас повлияли. Со мной все понятно – интриги, заговоры и борьба за власть. А брат Айнур оказался на войне. На своей первой настоящей войне, которая его изменила. И если раньше я видел перед собой мечтающего о славе и подвигах юного аристократа, теперь он стал закаленным воином, который не только убивал врагов, но и пережил смерть друзей. В его глазах была стальная воля и непреклонная решимость уничтожить любого противника, который окажется на пути. Мне это понравилось, и я отнесся к нему не как к младшему брату, а словно к равному по статусу и положению сородичу из клана Ройхо.

Конечно же, меня интересовало, что происходит на эльфийском материке, и в каких сражениях он участвовал, какой опыт получил и что думает о наших ушастых недругах. Вот только Айнур на контакт не шел, словно его что-то сдерживало. Он был немногословен и на вопросы отвечал односложно. Видимо, Иллир Анхо отдал паладину приказ держать язык за зубами, дабы не сболтнул лишнего. И оживился Айнур только при упоминании сестер, которые в самом скором времени выйдут замуж за красавчика Анхеле и сменят фамилию. Брат стал задавать уточняющие вопросы и если бы у нас в запасе имелось хотя бы полчаса, я бы заставил его проговориться о похождениях Иллира на материке Лесокрай. Да не вышло. Дверь в личные покои открылась и адъютант императора, воин из отряда телохранителей, пригласил меня, ламию, Айнура и Тракайера, пройти внутрь.

Иллир и Марк находились в Синей гостиной, уютной комнате в недрах императорских покоев, и расположились на диванчиках один напротив другого. Причем, судя по их лицам и движениям, перед нашим приходом они о чем-то спорили. Но при нас старались выглядеть спокойно и уверенно.

Император взмахнул рукой, мол, не надо церемоний и приветствий, здесь все свои. После чего указал на два свободных диванчика между ним и полубогом.

Мы присели. Молчим. Ждем, что скажут Анхо. И начал Иллир, который покосился на меня и спросил:

– Как успехи, ученик?

Я кивнул и ответил:

– Возрождаю Имперскую Тайную Стражу, учитель.

– Не об этом речь. Знания, которые я тебе передал, осваиваешь?

– Да, учитель. Хотя времени постоянно не хватает.

Он еле заметно, краешком губ, усмехнулся:

– Это извечная проблема. Могу дать пару советов, как растянуть день и увеличить работоспособность, но это потом. Сейчас переходим к делу.

Иллир посмотрел на своего потомка, и слово взял Марк:

– Пока мы были заняты подавлением мятежа канцлера Руге и прочими внутренними проблемами, наше положение на фронтах осложнилось. Несмотря на вывод из войны Васлая, республики Коцка и Кауш, получая подкрепления от манкари, продолжают сражаться и вскоре перейдут в решительное наступление. Остановить их мы остановим, пусть даже ценой больших потерь, но атака произойдет одновременно с натиском врагов на материке Мистир. Времени в запасе немного, максимум, десять дней. Необходимо нанести превентивный удар и есть предложение сосредоточиться на Коцке. Операция в три этапа. Первый – проникновение в республику диверсионного отряда и подрыв Фертенской дамбы. Второй – вторжение в Коцку экспедиционного корпуса из Васлая. Третий – захват республиканских провинций, блокирование армейских соединений на Восточном фронте и установление на занятых территориях нашей власти.

– Мой император, – я пожал плечами, – а причем здесь мы?

– Притом, что именно ты производитель пороха, который будет использован для подрыва Фертенской дамбы, и твои воины, офицеры «цветных» гвардейских рот, войдут в состав диверсионного отряда. Кроме того, Отири должна передать своим сестрам на севере наш план, дабы они подтолкнули свежеиспеченного короля Васлая и вождей нанхасов к решительным действиям.

Мне не хотелось возражать императору, тем более в присутствии полубога. Что-то внутри шептало: «Не надо, заткнись и выполняй приказы». Вот только я все равно не удержался:

– Государь, с порохом ясно. Связь с ламиями тоже в порядке вещей. Однако зачем использовать в диверсионном отряде гвардейцев, когда есть паладины? Возглавит операцию, насколько я понимаю, лично великий Иллир, а простые воины понадобятся в качестве прикрытия. И у него такое прикрытие имеется. Это паладины, которые знают, кто он и каковы его силы, а гвардейские роты обескровлены и до конца не укомплектованы личным составом.

Краем глаза, я заметил, что при упоминании паладинов Айнур помрачнел, а Иллир поморщился. Непорядок. Во владениях эльфов произошло нечто плохое, о чем я не знаю. Наверное, зря я сказал, что думаю. Впрочем, отступать уже поздно и я сказал правду, которую попытаюсь отстоять.

Снова в разговор вмешался Иллир. Он мог просто отдать приказ, но решил прояснить свою позицию, и это дорогого стоило:

– Уркварт, Фертенская дамба очень важна для Коцки, и мало того, что она прикрыта магией, там еще и серьезная охрана, не только воины, но и парочка демонов. Мои паладины, конечно, примут участие в этой рискованной операции, как и я сам. Однако у нас были потери, и их осталось мало, а допускать к тайне посторонних опасно.

– И сколько воинов потребуется?

– Тридцать самых лучших. Кроме того в отряде будут две пятерки паладинов и несколько чародеев.

– Учитель, при всем моем уважении, я считаю, что гвардия должна остаться в казармах. А вместо своих воинов предлагаю других людей, не менее подготовленных.

– Наемников?

– Нет.

– Кого?

– Тех, кого не жалко.

– Говори яснее, Уркварт. Я хоть и полубог, проблем у меня столько, что нет времени и желания разгадывать твои загадки.

– В столичной тюрьме до сих пор находятся прямо или косвенно замешанные в заговоре канцлера Руге члены «Имперского союза». Часть уже отправили на объект «Ульбар», где из них сделают магических связистов. Однако из провинций доставили новых. Среди них есть чародеи и воины. Полсотни бойцов, которые готовы искупить вину кровью, набрать легко, а возглавит это подразделение полковник Гедмин Сид. И даже если все они погибнут, империя ничего не потеряет, ибо она их уже списала.

– Штрафная рота, значит? – Иллир усмехнулся.

– Да, учитель.

– Ты ручаешься, что они будут сражаться?

– Беру ответственность на себя.

Иллир посмотрел на Марка, и государь моргнул, он согласился. После чего полубог снова обратился ко мне:

– Через двенадцать часов отряд под командованием полковника Сида должен прибыть в полевой лагерь «Скарин» за городом.

– Будет исполнено.

– Порох доставишь туда же. Срок тот же – двенадцать часов.

– Сделаю.

– В таком случае давайте перейдем к деталям.

Кто-то может сказать, что планирование диверсионной операции совсем не то, чем должны заниматься император и полубог – уровень не тот и для этого есть Генштаб. Однако имелась пара нюансов, которые следовало учитывать. Уничтожение Фертенской дамбы подорвет экономическую мощь не самого слабого государства в нашем мире и приведет к его капитуляции. Но какой ценой? Погибнут сотни тысяч людей, в большинстве своем обычные мирные люди, крестьяне и горожане. Здесь хвалиться нечем и все участники операции, кто выживет, до конца своих дней будут об этом молчать. Они не расскажут, что имперский полубог Иллир Анхо лично уничтожал охрану дамбы и руководил закладкой пороховых мин. А империя от подобного теракта дистанцируется и виновниками объявят демонов. Тех самых демонов, которые не так давно служили Неназываемому, а после его гибели остались в нашем мире и стали осваиваться. Их трупы будут подброшены республиканцам и улики станут свидетельством злого умысла жрецов Неназываемого и злокозненных демонов против людского рода. Что, в свою очередь, вызовет праведный гнев народных масс. И пока республиканцы будут драться между собой, наши союзники, васлайские королевские войска и отряды нанхасов, вторгнутся в Коцку с севера, а имперские армии нанесут удары на Восточном фронте.

Жестоко, коварно и мерзко? С точки зрения пострадавших, если они узнают правду, конечно. А с имперской стороны сплошные плюсы, сбережение ресурсов и сохранение жизней воинов, которые после освобождения наших исконных территорий могут быть переброшены на другой фронт. Таков суровый расчет…

Глава 6


Империя Оствер. Грасс-Анхо. 06.01.1408.


Иллир Анхо обещал поделиться знаниями, как экономить время, и сделал это. Хотя не совсем так, как мне думалось. Я решил, что полубог научит меня растягивать минуты в часы. Вот было бы интересно овладеть подобной техникой, которая может пригодиться не только в мирной жизни, но и на войне. Однако я ошибался.

В военном лагере «Скарин», где собирался диверсионный отряд полубога, я получил очередной блок информации с прямой загрузкой в мозг и моментально его освоил.

Секрет оказался прост — древняя методика «Тень» по разделению сознания и созданию двойника-невидимки, который находился невдалеке от хозяина и мог заниматься чем угодно, от слежки за окружающими и охраны, до обработки документов и чтения книг. После чего, выполнив поставленную задачу, он сливался с родным телом и передавал накопленные за период относительной свободы знания в голову, то есть в основной носитель. Все хорошо и замечательно. С этого момента я мог увеличить свою работоспособность. Но всегда есть подвох и здесь он тоже имелся. Если сильная бестелесная тварь дольнего мира, например, неупокоенный дух чародея, атакует двойника-призрака и сожрет Тень, хозяин будет серьезно болеть, и обязан пройти длительный курс восстановления энергетических каналов. Бывали случаи, некоторые слабые люди, применяя методику раздвоения сознания и попав под удар голодного духа, даже умирали, а кое-кто оказывался под контролем давно умершего существа и превращался в послушную марионетку. Впрочем, если развивать двойника, он сам по себе становился серьезной боевой единицей и уже не Тень, а призраки могли стать его жертвами. Поэтому на начальном этапе создавать двойника рекомендовалось в защищенных местах, в храмах или прикрытых артефактами местах, вроде моего кабинета в башне Ан-Анхо.

Тем временем, пока я осваивал полученные знания и осуществлял опыты по созданию двойника, Иллир Анхо проводил последний инструктаж диверсантов. С паладинами все просто – полубог мог общаться с ними напрямую, и они знали, кто поведет их в бой и что требуется делать. Но помимо них были штрафники под командованием полковника Гедмина Сида, тридцать четыре отличных бойца из «Имперского союза», которые по собственной глупости или простой случайности оказались втянуты в мятеж канцлера Руге. Почти все они смертники. Если назад в империю вернется хотя бы несколько человек, это будет большой удачей. Однако, прежде, чем умереть, геройски погибнуть в бою и тем самым искупить свою вину перед государем, воинам предстояло выполнить поставленную задачу. Вот Иллир и объяснял, с кем придется сражаться, а штрафники смотрели на него и не понимали, с какой стати операцией руководит дикий северный шаман.

Впрочем, с Иллиром никто не спорил. Штрафники смирились со своей участью, подтянули ремни доспехов, проверили оружие и приняли зелья. А затем полубог открыл телепорт, который перебросит отряд и повозки с порохом в Коцку, в укромное место в десяти милях от Фертенской дамбы.

Портал открылся штатно, помех не было, и в него вошли паладины. За ними въехали десять тяжелогруженых фургонов. Далее двинулись штрафники. И только потом Иллир Анхо, который обернулся, приветственно махнул мне рукой и крикнул:

— Уркварт, когда вернемся, у нас будет серьезный разговор.

– Да, учитель, — отозвался я, но мои слова пришлись в пустоту, потому что телепорт закрылся…

С этого момента в лагере «Скарин» меня ничто не держало, и я вернулся в столицу. Дела-дела, их было много, и одно из главных направлений — поиск беглого канцлера Тайрэ Руге и его подельников-вампиров. Где они? Сколько их? Какую очередную подлость от них надо ожидать? Вопросы пока без ответов, а император требовал результатов. А что я могу? Команду подчиненным шпионам, как моим, так и бывшим агентам Аната Каира, отдал и сформировал временную рабочую следственно-аналитическую группу, которая возьмется за поиск беглеца. На этом пока все – дальше, как пойдет.

Оказавшись в своем кабинете, в котором без гостившей в храме Улле Ракойны ламии было пусто, я снова повторил трюк с созданием двойника-Тени и все получилось. Невидимка занялся разбором документов, и было интересно наблюдать за тем, как папки на столе перемещаются сами по себе и открываются, а листы бумаги переворачиваются и шуршат. Но, сколько ни смотри, самому тоже надо трудиться и я провел очередной совет с командирами рот и Осколье.

Пока я отсутствовал, «цветные» роты были полностью укомплектованы, получили обмундирование и лошадей, вооружение и запас магических снадобий. Пока все по плану и на следующем этапе переформирования гвардейских подразделений в секретную службу из личного состава будут отбираться дворяне, которые встанут во главе отделов Имперской Тайной Стражи. А уже они в свою очередь начнут работу по расширению организации и одновременно с этим пройдут дополнительное обучение на тренировочной базе в пределах владений Ройхо. И все бы ничего, но возник вопрос финансирования. Я свои деньги на содержание тайных стражников и гвардии тратить не собирался. Люблю родину и воевал за нее, а своя рубаха, как говорится, ближе к телу. Ну а в имперском казначействе мне ответили, что средства будут отпускаться только на три гвардейские роты и ни о каких дополнительных расходах они знать не знают и соответствующих указаний не получали.

Хочется или нет, а пришлось идти во дворец, чтобы лично увидеть нашего государя.

Император находился в саду, и он был не один, а со своей беременной любовницей Элен Кенике. Эта парочка, обнявшись, расположилась под старым раскидистым дубом и о чем-то шепталась. Но, заметив мое появление, Марк поцеловал Элен в щеку и покинул насиженное теплое местечко рядом с любимой женщиной.

— Что-то случилось? – спросил император.– Ты обнаружил, где прячется Руге?

— Никак нет, – я помотал головой. – Канцлера найти не так легко. Непростой человек, и поиск беглеца может растянуться на несколько месяцев без гарантии, что мы его отыщем.

Марк хотел немедленного результата, я это прекрасно понимал, и мой ответ его совсем не обрадовал. Однако он сдержал готовый вырваться гнев, заставил себя успокоиться и кивнул:

— Понимаю, что Руге отыскать тяжело, но ты уж постарайся.

– Сделаю все, что в моих силах и даже больше. А пока, государь, надо решить пару вопросов.

– А это не потерпит? – он с тоской оглянулся на Элен.

– Я могу прийти позже, если на то ваша воля, только проблемы необходимо устранять сразу.

Он тяжело вздохнул:

— Чего уж там… Давай, выкладывай, раз пришел…

-- Государь, для развития Имперской Тайной Стражи необходимы финансы.

– Сколько?

– Для начала, на первые три-четыре месяца, два миллиона иллиров.

– Ты ошалел?! – от удивления и неожиданности император развел руками и его глаза расширились.

– Государь, все расходы обоснованы, и я готов прямо сейчас предоставить выкладки наших финансистов.

Я хотел протянуть Марку папку с документами, но он ее не принял:

– Не надо. Оставишь моему секретарю, потом посмотрю. Если ты говоришь, что нужны деньги, значит, они пойдут именно на развитие ИТС. Тебе верю, да и сам прекрасно понимаю, что в развитие секретной службы необходимо постоянно вливать миллионы золотых. Вот только денег нет.

– Ну как же так, ваше величество? Мы, конечно, воюем. Поэтому большая часть государственных расходов идет на армию. Однако нам сильно помогли северные ведьмы, всего полгода назад выделили двадцать миллионов иллиров безвозмездной помощи. И после разгрома «Имперского союза» государство завладело казной этой организации, пусть даже канцлер успел что-то спрятать и перепродать. А помимо того произведена конфискация владений, которые ранее принадлежали заговорщикам. Земли, дома и замки стоят денег, и я хотел бы получить средства именно с этого. Причем дотация должна быть тайной, в обход государственной казны, иначе у чиновников возникнет резонный вопрос – на что будут потрачены миллионы иллиров. А если они ответят на этот вопрос, появятся другие, более серьезные.

Император помолчал, а затем прояснил ситуацию:

– Ты прав, Уркварт. В наследство от «Имперского союза» казне кое-что досталось, и ведьмы помогли, и реквизиции были. Только ты упускаешь один важный момент – у государства накопились огромнейшие долги перед частными банками великих дворянских домов, жрецами, чародеями и Торгово-Промышленной Палатой. День ото дня задолженность только возрастает, и чтобы успокоить кредиторов я был вынужден отдать деньги, конфискованное имущество и владения, в их распоряжение.

– Кому именно?

– Вару Виглицу. Он главный кредитор и возврат долгов завязан на нем.

– Значит, денег я не получу?

– Получишь, но сумма будет более скромной.

– Сколько и когда?

– Триста тысяч. Завтра. Доставит Тракайер.

– Я понял, государь. Попытаюсь обойтись тем, что есть.

– Хорошо. Переходи к следующему вопросу.

Марк снова покосился на любовницу, которая продолжала его терпеливо ждать, и я продолжил:

– Мне нужна тюрьма.

Император уточнил:

– Вообще или какая-то конкретная?

– Столичная.

– И зачем?

Я едва не ответил вопросом на вопрос: «Ты что, тупой? Конечно же, для содержания под стражей преступников». Но, разумеется, я этого не сказал и выразился более мягко:

– Если мы секретная служба, тюрьма нам просто необходима. Можно построить новую, где-нибудь за пределами столицы, в заброшенных каменоломнях или рудниках. Однако лучше «Сабхаршы» ничего не придумать и не сделать. А чтобы не вызывать подозрений со стороны дворянства, чиновников и других заинтересованных сторон, официально тюрьма, как и раньше, будет подчиняться канцелярии императора.

– Это можно устроить.

В очередной раз Марк обратил свой взор на Элен и я решил, что пора уходить. А то ведь дружба-дружбой, но служба-службой и передо мной император. Пусть он моложе, Марк все равно мой государь и от его расположения, доверия и готовности прислушиваться к начальнику ИТС, зависит очень многое. Хм! Возможно, даже судьба всей империи. Хотя государство долгое время обходилось без серьезной секретной структуры безопасности и ничего, до сих не распалось.

Я откланялся и вернулся в башню Ан-Анхо, опять создал Тень, с головой погрузился в бумаги и стал искать способ обеспечить финансовое благополучие ИТС. Пусть не совсем честными методами и совсем не благородными, но проблему следовало решить, и первые наметки появились уже через несколько часов. Как раз к тому моменту, когда из имперской канцелярии доставили тайный приказ о передаче под мой контроль тюрьмы «Сабхарша».

«Без бумажки – ты букашка, а с бумажкой – человек» – говорят в народе и в этих словах есть определенный смысл. Цивилизованное общество, такое как империя остверов, с многовековыми культурными пластами и древними законами, зависимо от разного рода документов, которые регулируют его жизнь. И эти самые бумажки, порой, способны ограничить даже власть абсолютного монарха, вынужденного поступать по правилам и соблюдать внешние приличия.

Все это я усвоил еще будучи кадетом военного лицея «Крестич» и с тех самых пор количество документов с гербовыми печатями в моих сундуках постоянно увеличивалось. Приказы и указы, допуски и пропуски, наградные листы и персональные императорские пожалования. За каждым документом что-то полезное и нужное: освобождение от налогов и бесплатный транзит грузов через телепорты, подтверждение прав на владение территориями и разрешение проходить на секретные объекты государства без досмотра. А теперь я стал хозяином столичной тюрьмы, пусть и временно, пока остаюсь на своей должности. И это совсем не мелочь, потому что «Сабхарша» закрытый мир, в котором творились такие вещи, о которых никто даже не подозревал, и мне предстояло взять его под свой контроль.

С того момента, как столичная тюрьма была построена, она всегда находилась в управлении канцелярии императора. И если при первых государях из династии Анхо во дворце точно знали, кто и за что отбывает наказание в «Сабхарше», сейчас подобной информацией в полном объеме не обладал никто. Вот такой парадокс, который имеет очень простое объяснение. Власть императоров с каждым поколением слабела, и они выпускали нити управления страной из своих рук. Целые провинции передавались на откуп аристократам, магам и купцам. А тут какая-то тюрьма. И с учетом того, что благородные остверы брезговали касаться тюремной темы, за последние триста лет полная ревизия «Сабхарши» проводилась всего четыре раза. Да и то, чисто формально. Приедет из дворца какой-нибудь провинившийся граф или барон, выпьет с начальником тюрьмы вина, в лучшем случае бегло просмотрит дела арестантов, примет жалобы и вернется обратно с докладом, что все в порядке. А остальным придворным до нее не было никакого дела.

Я обо всем этом знал. И только по той причине, что лично посетил столичную тюрьму и не получил от Диехо Сар-Вентеса то, что просил. Это меня задело, и я отдал команду собрать о наглеце всю информацию, какую только возможно. Занимались этим бывшие шпионы Канимов, и предоставленный ими материал заставлял задуматься, а затем порождал вопросы.

Например:

Жалованье господина Сар-Вентеса, потомственного начальника тюрьмы, двадцать семь иллиров в месяц. По столичным меркам это довольно скромно и никто не видел его на сборищах аристократов. Но при этом он имел большой дом в центре столицы, вклады золотом в нескольких банках, виллу на южном побережье и титул «домашнего» барона в небольшом графстве Сихаро со всеми положенными привилегиями, землями, замком, податными деревушками и крестьянами. И отсюда вопрос – откуда у Сар-Вентеса деньги?

В общем-то, не самый сложный секрет и агенты выяснили, что Сар-Вентесы разбогатели еще в то время, когда первый представитель этой семьи занял должность начальника тюрьмы, а произошло это триста двадцать лет назад. Однако откуда у него появились деньги история и налоговые имперские декларации умалчивали. А потом, несмотря на расширение семьи, в которой рождались преимущественно девочки, коим полагалось приличное приданое, Сар-Вентесы становились только богаче. Значит, есть у потомственных начальников «Сабхарши» какой-то доход и, судя по всему, он связан с арестантами.

Типовая ситуация – попадает в тюрьму некий аристократ, жрец-еретик или чародей, который разгневал императора, великих герцогов, архимага или верховного жреца. Со временем о нем все забывают, но на воле у него остаются родственники и друзья. Они хотят, чтобы близкий человек имел хорошее питание, иногда смотрел на солнце и читал книги. А еще они желали, чтобы арестант делился с ними секретами и знаниями. И к кому они в таком случае обращались? Наверняка, к начальнику тюрьмы или к его подчиненным, которые, как и Сар-Вентесы, были потомственными служаками в «Сабхарше». А поскольку услуги подобного рода должны оплачиваться, доход господина Диехо и его предшественников, мог быть весьма солидным.

Ну, ничего, теперь все изменится. Синекура семьи Сар-Вентес заканчивается и доходы от тюрьмы пойдут в казну Имперской Тайной Стражи. А вот что делать с самим начальником «Сабхарши» я пока не определился. Встретимся, обсудим передачу полномочий, и многое будет зависеть от его поведения, готовности делиться неправедно накопленными богатствами и сотрудничать…

А дело уже к вечеру. На столицу опускались сумерки и вскоре окончательно стемнеет. Самое время отдохнуть, и, может быть, развлечься, посетить какое-нибудь модное светское мероприятие или театр. Однако, несмотря на тяжелый трудовой день, желания тратить драгоценное время на гулянки не было. И, решив безотлагательно посетить «Сабхаршу», я вызвал Дина Осколье.

Заместитель появился моментально и, вопросительно кивнув, поинтересовался:

– Что делать, кого убить?

– Убивать никого не надо. По крайней мере, прямо сейчас. Прикажи подготовить коляску на выезд и десять конных воинов Черной свиты, желательно, ветеранов.

– Куда-то отправляешься?

– В тюрьму.

– Опять?

– Да.

– А мне что делать?

Посмотрев на Дина, я отметил, что вид у него потрепанный, а лицо серое от усталости, так что если кому и требуется отдых, то именно ему:

– Тебе выходной на сутки. Вместо себя оставь кого-то из ротных командиров. На службу завтра к вечеру. Как раз Иллир вернется, и появятся новости.

Осколье расплылся в улыбке:

– Есть!

Спустя десять минут, покинув дворцовый комплекс, в сопровождении гвардейцев, я ехал по улицам столицы и смотрел по сторонам. Шум и гам огромного мегаполиса, его постоянное движение и суета, отвлекли меня от забот. Но невдалеке от храма Улле Ракойны я увидел ламию в образе молоденькой жрицы. После чего благодушный настрой сбился, и мысли снова перескочили на службу.

Я приказал остановиться. Под взглядами досужих зевак, никого не стесняясь, Отири запрыгнула в коляску и чмокнула меня в губы.

– Привет, любимый, – улыбнувшись, сказала она.

– Здравствуй, лапушка, – ответил я, тоже улыбнулся и взмахнул рукой.

Окруженная всадниками коляска покатила дальше по улице, и я спросил ламию:

– Чем сегодня занималась?

– Обеспечивала связь жриц с моими сестрами.

– Что-то серьезное?

– Более чем, – ламия прижалась ко мне и перешла на мыслеречь: – «Наши сестры на материке Лесокрай узнали, чем именно занимался Иллир на землях эльфов. И это нас сильно встревожило».

«Интересно, – я тоже перешел на мысленный обмен: – Поделишься?»

«Конечно, ведь ты мой избранник и паладин Кама-Нио. Даже смерть богини не может этого отменить. Поэтому все, что известно мне, будет известно тебе».

«Я понимаю. Просто попытался пошутить. Так в чем там дело?»

«Иллир разграбил схрон Финголиэри, завладел его тайнами и, нам кажется, он задумал оживить богиню».

«И чего тревожиться? Для вас, точнее, для всех нас, это благо».

«Не все так просто, Уркварт. Методики Финголиэри предусматривают кровавые жертвы. Они дадут огромную энергетику, которая вольется в байтил Кама-Нио, заставит ее очнуться и начать процесс оживления. Но богиня недаром называется Доброй Матерью. Она всегда была против подобного и строго карала тех, кто проливал кровь во имя богов. Ведь кровь и страдания меняют богов. Энергетика и сила людей – конечно, необходимы для их существования. Однако это отравленная энергетика и порченая сила. И если данный обряд произойдет, а Иллир Анхо может на это решиться, богиня никогда не станет прежней, и вместо Доброй Матери все мы получим очередную Повелительницу Смерти или Чумную Леди».

«Ну и что решили жрицы и ламии?»

«Они ожидают возвращения Иллира, и полубогу будет задан прямой вопрос – что он собирается делать с наследием Финголиэри».

«А если он не отступится и попытается пролить кровь жертв?»

Ламия помрачнела:

«Нам придется объявить ему войну и сделать все возможное, чтобы отбить байтил».

«Этого нам еще не хватало».

«Да уж, ничего хорошего. Но таково решение старших ламий и жриц Улле Ракойны»…

Я собирался сказать Отири, что решение северных ведьм и жриц империи мне не указ, и в случае войны между ними и учителем, моя хата с края. Однако коляска замерла перед тюрьмой, и я подумал, что не все, о чем думаю, стоит говорить ламии. Поэтому хорошо, что обмен мнениями прервался.

Покинув коляску, я подал Отири руку и она, не понимая, зачем мы сюда приехали, просто последовала за мной. Как обычная любящая женщина, которая доверяет своему мужчине.

Под ручку с прекрасной юной жрицей, я приблизился к офицерам Черной свиты. Они уже построились и ждали распоряжений. Бравые имперские воины, аристократия государства, ее элита, ветераны и по жизни суровые люди. При виде Отири, словно по команде, они глупо заулыбались, и мне пришлось их одернуть.

– Смирно! – выдал я самым строгим тоном, на какой был способен.

Воины вытянулись, и я провел краткий инструктаж:

– Гвардейцы! Мы прибыли для внеплановой проверки столичной тюрьмы. Есть информация, что в «Сабхарше» злоупотребляют доверием императора и нарушены правила внутренней службы. Нас здесь не ожидают и нашему появлению не обрадуются. Так что всем быть начеку. Если кто-то из местных охранников попытается бузить – сломайте ему руку или ногу. В случае вооруженного сопротивления – разрешаю убивать. Магия в этом месте бесполезна и придется полагаться исключительно на собственные силы, навыки и умения. Вопросы?

Тишина. Вопросов не было, и мы с ламией первыми направились к главному тюремному входу.

Пока я наставлял гвардейцев, охранники успели вызвать начальника. Он, судя по всему, уже собирался покинуть тюрьму, дабы отправиться в свой уютный дом, к жене и детям. Ан не вышло.

– Приветствую вас, господин граф и госпожа жрица, – выдавливая из себя слова и стараясь улыбаться, поприветствовал нас Сан-Вентрес, когда мы прошли КПП. – Насколько я понимаю, вы все-таки добыли разрешение на встречу с арестантами, которые определены к нам беглым канцлером? Могли бы предупредить заранее, и я бы их подготовил…

Не утруждая себя приветствиями, я протянул Сан-Вентресу документ с печатью императора:

– Читайте.

Начальник тюрьмы развернул свиток и прочитал его. Прервался и встряхнул головой. Он не понял, что происходит, и прочитал документ повторно. Все верно – печать императора настоящая. Но суть приказа… Как это возможно, чтобы многовековой покой тюрьмы был нарушен? Эти мысли легко читались на его лице, и я был уверен, что он попытается мне возразить.

– Господин граф, – руки Сан-Вентреса, когда он возвращал мне свиток, подрагивали. – Я должен получить подтверждение приказа в канцелярии императора.

– Вы ставите под сомнение волю государя? – я положил затянутую в перчатку ладонь на рукоять верного черного ирута.

– Нет-нет, но слишком нестандартная ситуация.

– Понимаю. И, тем не менее, приказ есть и он подлинный. Вы можете послать во дворец гонца, и он получит подтверждение. А дела тюрьмы я приму сейчас. Ведите в кабинет, господин Сан-Вентрес.

Я припер потомственного начальника тюрьмы к стенке, и вариантов развития событий для него было немного, всего два. Он мог подчиниться и мог попытаться оказать сопротивление. Я хотел, чтобы он кинулся в драку и был готов к тому, чтобы ударить его ногой в живот, сбить с ног и славно отпинать. Однако Сан-Вентрес оказался умнее. Его взгляд скользнул по равнодушным лицам прирожденных убийц за моей спиной, и он покорился.

– Воля ваша, господин граф, – еле слышно сказал он, понурился и повернулся ко мне спиной: – Я готов предоставить полный отчет и отчитаться за все, что происходило в стенах «Сабхарши» за последние семнадцать лет.

Глава 7


Империя Оствер. Грасс-Анхо. 09.01.1408.


В кабинет вошел брат Айнур, и поприветствовал меня. Я ответил и пригласил его присесть.

Брат разместился в кресле напротив, вынул из кармана продолговатый синий кристалл размером с большой палец на руке и по столешнице щелчком отправил его в мою сторону.

— Что это? – поймав кристалл и моментально просканировав его на опасность, спросил я.

— Артефакт. Господин приказал передать тебе.

– И как им воспользоваться? Для чего он?

— Господин сказал, что ты разберешься.

— Ладно. Это все?

– Нет. Послезавтра в полдень ты и Отири должны прибыть в наше святилище на общий сход. Соберутся все, кто служит Кама-Нио. Это не приглашение, а приказ.

— Кого еще позвали?

– Жриц Улле Ракойны, императора, ламий и жреца Алая Грача, который служит Сигманту Теневику.

Я уже понимал, о чем на этом сходе будет разговор, но все-таки спросил:

– Какова повестка схода?

Айнур равнодушно пожал плечами:

— Господин не сообщал, а я не интересовался.

Отметив отстраненность родственника, я задал новый вопрос:

– Ты в порядке?

На губах брата появилась печальная улыбка, и он покачал головой:

– В том-то и дело, Уркварт, что не в порядке. Но я это переживу и не стану тебя отвлекать. Приказ и посылку передал — можно двигаться дальше.

Он попытался встать, чтобы уйти. Однако я его задержал:

– Погоди, не торопись.

– Что-то еще? – он вопросительно кивнул.

– Да, брат. Мы давно не говорили с тобой один на один, откровенно, как мужчины рода Ройхо. А это делать необходимо и сейчас, когда рядом нет ламии и твоего бога, самое время. Расскажи, что тебя гнетет, а я, как старший брат, может быть, смогу дать совет или чем-то помочь. Не пойми меня превратно — я не собираюсь лезть к тебе в душу. Однако мы с тобой одной крови и обязаны поддерживать своих.

Он немного помолчал, а затем согласился со мной:

-- Ты прав, Уркварт. Мне необходимо выговориться и поделиться проблемами, а пообщаться, как ни странно, не с кем. Давай, поговорим.

Пока Айнур собирался с мыслями, я налил ему и себе вина. Приподняв кубки, кивнули один другому и, молча, выпили. Ароматный напиток согрел внутренности и помог расслабиться. Пришло временное умиротворение, и только после этого брат объяснил причину своего душевного дискомфорта.

– Уркварт, я не на своем месте. Осознаю, что быть паладином легендарного Иллира Анхо – великая честь. Но я хотел совершенно другой жизни. Мой путь – быть офицером императорской армии, вести за собой солдат и сражаться с такими же, как и я, воинами, только под другими гербами и знаменами. Я приземленный человек, хоть и дворянин, а паладины, сопровождая своего бога или выполняя его приказы, сами становятся частью сверхсущества и невольно разделяют с ним груз ответственности за судьбу мира, за народы и страны. А я к этому не готов. Слишком тяжела эта ноша и непомерно много тайн вошло в мою жизнь. И я бы хотел уйти в сторону, а не могу, потому что дал клятву служить Иллиру добровольно, и назад пути нет. Вот в чем проблема, брат, и я не в состоянии ничего изменить.

Айнур замолчал и, подлив ему вина, я кивнул и сказал:

– Понимаю тебя, брат.

– Разве? – он саркастически усмехнулся.

– Само собой, ведь я, как и ты, паладин. Однако, в отличие от тебя, меня на эту стезю направили, и я не имел выбора, приносить клятву на верность богине или нет. Как и ты, я тоже мучился вопросами. Почему выбор сверхсущества пал именно на меня? Ради чего я должен менять свой образ жизни и поступаться собственными интересами? Достоин или нет нести тяжкое бремя чужих секретов и разделять с другими служителями Кама-Нио ответственность? Признаюсь, что мне тоже было тоскливо, и я не спал ночами, много размышлял и долго терзался душевными муками. Однако, как видишь, брат, я это пережил и приспособился, научился извлекать из статуса паладина пользу и даже удовольствие.

– Считаешь, что время меня излечит?

– Конечно. Но помимо фактора времени есть иные.

– Какие?

– Ты забыл, что я говорил тебе после освобождения из плена в замке Григов.

– Ну, тогда ты много чего говорил, Уркварт. Напомни свои слова.

– Чтобы не потеряться в огромном мире, чтобы не прогнуться под него и внешние обстоятельства, необходима точка опоры…

Теперь Айнур вспомнил нашу давнюю беседу, прервал меня и продолжил:

– …И для нас такая точка опоры – семья.

– Верно, брат. Семья самое главное и неважно, чем мы занимаемся, где находимся и чьи приказы выполняем. Все это никак не может повлиять на тот факт, что мы из семьи Ройхо и за нами сотни поколений воинов, ученых, чародеев, писателей, странников, философов и чиновников. Это не может не сказываться на нас. Поэтому все наши поступки и деяния обязаны приносить пользу для клана. Пусть маленького, но он есть, а ты его часть. И по большому счету, глубоко начхать, чего именно желают боги или императоры, благополучие семьи Ройхо для меня и тебя должно являться приоритетом. Ты меня услышал?

– Да, Уркварт. Только это звучит, как ересь.

– Пусть. Пока мы говорим об этом без свидетелей, можно быть честным. Я от своих слов не отказываюсь, и буду служить богине Кама-Нио до тех пор, пока эта служба не подставит под угрозу клан Ройхо. Такова моя позиция и сейчас я хочу услышать твое слово. Ты со мной?

Айнур, словно молодой студент перед суровым учителем, шмыгнул носом и ответил:

– Разумеется.

– Слово истинного Ройхо, – я снова поднял кубок с вином.

Мы опять выпили и разговор продолжился.

– Твое мнение для меня дорого, – сказал Айнур. – Мне стало легче, но я никак не могу взять в толк, чем именно, как паладин Иллира Анхо, могу помогать семье.

– Развивайся, Айнур, и становись сильнее. Учись и смотри по сторонам. Выполняй приказы Иллира и выживай даже там, где это невозможно. Все это касается тебя, как последователя нового имперского бога. А как Ройхо у тебя есть обязательство оставить после себя потомство – это минимум того, что ты можешь сделать. Поэтому я, как глава семьи, настаиваю, чтобы ты женился.

– Мне вроде бы рано, не готов к этому и на примете никого нет… – замялся он.

– Невесту тебе найдем. Не проблема. Красивую, терпеливую и в меру наивную, чтобы без долгих колебаний стала супругой такого беспокойного человека. Если ты согласен, через пару-тройку дней поедем свататься.

– Все это неожиданно… Да и жить моей будущей жене негде…

– А вот насчет этого заморачиваться вообще не стоит. На Данце есть несколько весьма приличных замков вблизи города. Специально для тебя и Трори оставлял. Будете там жить, когда пожелаете. Ну и, само собой, замок Ройхо на материке и семейный дом в Данце, всегда ваши, так же, как и мои.

Айнур махнул рукой:

– Была не была. Согласен на женитьбу по твоему выбору.

– Уверен?

– Пойду у тебя на поводу, брат.

– Договорились.

Далее беседа перескочила на иные темы. Мы обсудили предстоящую свадьбу Анхеле, который женится на наших сестрах, и решили, что Айнур, раз ему все равно, может отпраздновать свое бракосочетание вместе с ними. А затем он рассказал о бое за Фертенскую дамбу…

Переход через телепорт прошел без помех. Диверсионный отряд выдвинулся к цели и первый пост охраны, который прикрывал дорогу к Фертенской дамбе, остверы сняли без шума. Республиканские солдаты, три десятка мужиков из запасного полка, не ожидали нападения и когда увидели приближающийся обоз с большими бочками, решили, что везут очередной груз строительных материалов. Расслабились в глубоком тылу – так бывает, и расплатились за это жизнями. Паладины Иллира Анхо обошли их по флангу, одновременно атаковали со всех сторон и перебили меньше, чем за минуту.

Начало было положено. Однако впереди находились еще два поста. Причем на одном из них дежурили бывшие наемники Неназываемого, замаскированные под жрецов демоны, и сопровождающие Иллира имперцы, паладины и освобожденные из тюрьмы штрафники, об этом знали. Сопротивление ожидалось серьезное, даже полубогу придется напрячься, и легкой победе никто не радовался.

Впрочем, следующий блокпост снова дался имперцам без особого труда. Иллир пустил перед отрядом облако ядовитого газа, думаю, заклятье «Зеленого дыхания», и республиканцы, получив отравление, не смогли оказать достойного сопротивления. А вот на третьем посту, последнем перед дамбой, диверсантам пришлось повозиться. Охрана состояла из лучших воинов, ветеранов Восточной кампании, и с ними, помимо нескольких чародеев, оказались демоны. Причем не два, как доносила разведка, а три.

Республиканцы и остверы, обменявшись выстрелами из арбалетов, пошли на сближение и схватились за мечи. Иллир взял на себя демонов, паладины сцепились с чародеями, а штрафники с обычными воинами. И если люди своих противников одолели довольно быстро, полубогу пришлось тяжко. Врагов было больше, и Айнур мимоходом обронил, что после рейда по эльфийским лесам Иллир до сих пор полностью не восстановился. Так что ему пришлось отступать и паладины, несмотря на запрет, уже хотели вмешаться в схватку, но произошло то, чего никто не ожидал. Один из демонов, бараноголовый монстр, атаковал сотоварища, вонзил самому здоровому дракониду в спину зачарованный клинок и прикончил его, а второго уже прибил Иллир.

Позже выяснилось, что бараноголовым демоном оказался старый знакомец Юма Абжар, которого я в свое время завербовал, а Иллир принял на службу. А тогда, по словам брата, разбираться в деталях никто не стал. Абжар исчез и полубог начал руководить закладкой порохового заряда.

Грубо говоря, Фертенская дамба представляла из себя перемычку между двумя скалистыми хребтами. Она удерживала всю воду, которая шла с горных ледников и собиралась в огромном искусственном озере. Центром этого сооружения являлась магическая комната с мощными артефактами, и приблизиться к ней даже Иллиру оказалось не под силу. Однако, как уже было сказано, он решил пойти иным путем и в шахту над артефактным помещением одну за другой спустили бочки с порохом. После чего их соединили простейшим огнепроводным шнуром, Иллир поджег фитиль и дал команду на отход.

Имперские диверсанты, не оставляя свидетелей, отступили. Пороховые бочки взорвались и уничтожили магическую сердцевину дамбы. Как следствие – произошел прорыв и миллионы тонн воды, сметая все на своем пути, устремились на густонаселенную равнину.

А потом был долгий отход. В течение двух дней, иногда сталкиваясь с вражескими егерями, диверсанты уходили прочь от разрушенной дамбы, и полубог никак не мог применить свой телепорт. Очень уж сильным оказалось возмущение магических энергопотоков после подрыва артефактной комнаты. Но, наконец, спокойное место было найдено и остверы вернулись домой, где подсчитали потери, которые оказались меньше расчетных. В «двухсотых» – два паладина и тринадцать штрафников, а «трехсотые», кто выжил, уже под присмотром жрецов-целителей и вскоре вернутся в строй. Кстати, полковник Сид выжил и, возможно, он станет новым паладином Иллира. А мне-то что? Я не знал, как к этому относиться, ибо у меня к Сиду устойчивая антипатия, хотя понимал, что человек он неплохой и хороший служака. Поэтому решил не вмешиваться и оставить бывшего командира Черной свиты на волю учителя. Как он решит, так пусть и будет…

С братом мы общались около двух часов и он, восстановив душевное равновесие, довольный итогами нашей беседы отправился в храм Улле Ракойны. Ну а мне предстояло вернуться к делам. Вот только желания возиться с бумагами не было и я, размышляя о судьбе Айнура, чувствовал, что виноват перед ним. Почему? Хотя бы потому, что мог еще до посвящения в паладины поговорить с учителем и избавить родственника от служения. А еще по той причине, что заверил его, будто вскоре он привыкнет быть воином бога. Однако я не сказал, что мы на разных уровнях и нас нельзя сравнивать. Кама-Нио мертва, пусть даже временно, и ее влияние на мою скромную особу временно исчезло. Она не ломает мою судьбу и не подстраивает под собственные стандарты. Отсюда мой комфорт и заметные изменения в поведении ламии, которая несколько утратила свой фанатизм и перестала ходить за мной круглые сутки. А Иллир жив и продолжает наращивать могущество, обрастать последователями и новыми святилищами. Следовательно, брату придется тяжелей, и совсем не факт, что он примет свою судьбу и останется ею доволен.

Еще немного побездельничав, я определился с выбором невесты для Айнура. Есть такая старая семья, род баронов Маа-Вир. Как и Ройхо, они из северян и пришли на юг в одно время с нашими предками. Но последнее время их преследовали неудачи и они обеднели. Люди достойные и гордые, в клане больше сотни человек и немало девиц на выданье. А поскольку идет война и имперская молодежь, самые лучшие ее представители, погибает на фронтах, с достойными женихами возникла проблема. Настолько серьезная, что вскоре ее придется решать на государственном уровне. И если я намекну главе рода Маа-Вир, старому барону Эрчи, что мы можем породниться, он с радостью согласится и предоставит на выбор от пяти до восьми внучек. Так что все должны остаться довольны. Семейство Маа-Вир избавится от одной девахи, породнится с влиятельным кланом и обретет в моем лице «своего человека» при дворе императора. Айнур получит жену, которая родит ему детей. А я смогу привлекать бедных дворян из дружественного семейства к своим операциям и проектам. Не чужие люди, в конце концов, а родственники, и отношение к ним будет особое.

«Решено, сегодня же отправлю барону Эрчи записку», – подумал я и вернулся к делам.

Протянув в сторону пустого кресла слева от меня руку, я поманил призрачного двойника, который во время моего перерыва продолжал трудиться и был занят изучением архивов беглого канцлера Руге.

Тень приблизилась и, потеряв зыбкие человеческие очертания, трансформировалось в облако, а затем втянулась в мое тело. В мозг поступила новая информация, и я ее проанализировал.

Итак, что на этот раз двойник выудил из бумаг канцлера? Не больше и не меньше, как расклады о текущем положении дел в империи, сводки о происшествиях, донесения секретных агентов, предупреждения о возможных угрозах и рекомендации по их нейтрализации:

«В провинции Серхай герцог Иоганн Алиерц организовал банду разбойников, которые нападают на склады императорской армии и купеческие караваны. Все награбленное доставляется на базу отряда «лесных братьев» в замок Иргаш, а потом сбывается через подставных лиц или возвращается купцам за выкуп. Численность банды – 30-40 мечей. Командир подразделения – вассал герцога Алиерца, дезертир 4-го пехотного полка корнет Юнарий.

Рекомендация: выслать для ликвидации разбойников группу воинов, атаковать замок Иргаш и сжечь его, казну передать в распоряжение «Имперского союза» на текущие траты. Герцогу намекнуть, что он зарвался, а нападение на замок Иргаш объявить налетом отряда Юнария, который имел давние претензии к Алиерцу».

«В городе Венгард возникло революционное движение «белых повязок». Лидер движения некий Ольбрехт провозглашает равенство людей и объединяет вокруг себя безработных шахтеров с закрытых в прошлом году рудников. Готовятся погромы против состоятельных жителей Венгарда и всех остверов, кто имеет магические способности. Городская стража и магистрат бездействуют. Установить связь революционеров с иностранными спецслужбами не удалось, но в распоряжении Ольбрехта имеются довольно крупные финансовые средства, а лидер движения обучен приемам шпионажа и диверсионной работы. Все это в совокупности может служить подтверждением того, что он агент иностранной разведки.

Рекомендация: необходимо усилить городскую стражу Венгарда проверенными людьми и подавить революционное движение в зародыше. Ольбрехта захватить и допросить с пристрастием».

«Командир 33-го кавалерийского полка императорской армии барон Ланье Чирро состоит в любовной связи с пленной эльфийкой, которая была захвачена им после разгрома вражеского экспедиционного корпуса. Согласно пункта 6 закона о чистоте крови от 804-го года это является преступлением перед империей и человеческой расой.

Рекомендация: барон Чирро давний противник «Имперского союза» и его следует примерно наказать, изобличить в позорном преступлении и подвергнуть пыткам. Все имущество барона должно быть конфисковано в пользу государства. Земли его семьи трогать не рекомендуется».

«В заброшенном храме на мысе Мирча на берегу Керийского океана, провинция Марван, отмечены странные события. Каждые три дня над святилищем, которое посвящено неизвестному божеству, ровно в полночь появляются три столба света.

Рекомендация: выслать в храм группу исследователей под прикрытием опытных воинов и чародеев»…

Сотни событий умещались в одном четком докладе, и практически на каждое сообщение следовало отреагировать. Однако кому это нужно? Кто возьмет на себя ответственность и начнет искоренять зло, снаряжать дорогостоящие исследовательские экспедиции и проводить хитроумные интриги? Раньше этим занимался канцлер, и он справлялся. А новому канцлеру не до того, иных проблем хватает. Следовательно, разгребать имперские проблемы придется именно мне. А время, между прочим, упущено. Доклад месячной давности и за этот срок ничего не сделано. Наоборот, подобных сообщений накопилось еще больше. Но даже обработать их некому, ибо аналитики канцлера скрылись одновременно с ним.

– Блин! – я хлопнул ладонью по столу и начал размышлять о том, как создать группу быстрого реагирования, которая возьмется за самые срочные дела, и в этот момент в дверь кабинета постучали.

Это был дежурный офицер и вместе с ним магический связист. Видимо, случилось нечто срочное, раз гвардеец меня побеспокоил, и я сказал:

– Войдите!

– Господин граф, – открывая дверь, сообщил дежурный, – на связи какой-то Бала Керн, говорит, он ваш вассал и у него неотложное дело.

– Заведи связиста и подожди снаружи.

– Слушаюсь.

Спустя несколько секунд я обратился к магическому связисту, лишенному разума благородному человеку, который после вмешательства чародеев стал биомеханическим инструментом:

– Бала, я слушаю тебя.

Болван открыл рот и произнес голосом Керна:

– Приветствую вас, господин граф.

– Здравствуй. Давай сразу к делу. Что-то случилось?

– Шестерка профессиональных убийц с арбалетами и приличным запасом магических гранат прибыла на остров Данце. Группа сняла дом невдалеке от телепорта, затаилась и ожидает, когда вы поедете по определенному маршруту. Себя они никак не обозначают и считают, что их никто не заметит. Но вы же знаете – мы начеку, особенно после последних событий. Город, как и весь остров, под наблюдением моих агентов, не менее профессиональных, чем убийцы, и мы их обнаружили практически сразу.

– Добро. Когда собираетесь брать убийц?

– Можем прямо сегодня, но лучше не торопиться.

– Хочешь понаблюдать за ними и разобраться, кто заказчик?

– Да.

– Если это не будет угрожать моим близким и чиновникам Данце, наблюдай. Это все?

– Никак нет. Тут ваш дядюшка появился и желает с вами встретиться.

Дядюшка? Я не сразу понял, о чем говорит Керн. Ах, да! Дядюшка Ангус Койн, чародей школы «Торнадо». После полученных во время службы на Восточном фронте ранений, он вылечился и затихарился в замке Ройхо. Маг искал наследие моего далекого предка Руфуса, но не преуспел, ибо схрон уже давно вскрыт и все его содержимое, что касалось магических разработок, отправилось на объект «Ульбар». А теперь Койн сам ищет встречи. Зачем и для чего? Хорошо это или плохо?

– Что ему нужно? – спросил я.

– Не говорит.

– Он знает, чем я сейчас занимаюсь?

– Нет.

– Отправь его ко мне в столицу.

– Есть.

– Отбой связи.

– Отбой.

Магический связист заткнулся, и я велел его увести. После чего мысли снова сбились и я опять взял паузу, чтобы поразмышлять над темами, которые далеки от интересов Имперской Тайной Стражи.

Итак, дядя Ангус, искатель моих фамильных секретов, выбрался из медвежьего угла и желает встретиться. О чем он собирается разговаривать не ясно, но известно, что тайник Руфуса Ройхо чародей не обнаружил, а иначе бы люди, которые отвечают за безопасность родового замка, об этом доложили.

Ну и демоны с ним, с дядей. Мысль о другом, а точнее, о магии, артефактах, собственном благополучии и оживлении богини Кама-Нио, паладином которой я являюсь.

Все чародеи нашего мира используют для магических действий энергетические потоки дольнего мира. А потоки эти подобны рекам, ручьям и озерам. Одни могут быть чистыми и их воду можно пить без опасения подхватить дизентерию или отравление, а другие грязные и с ними необходимо быть осторожным. Поэтому чародеи имеют ограничения по работе с подобными энергетиками и перед использованием частично меняют их свойства, дабы не стать мутантами, не лишиться способностей или просто не умереть.

Разумеется, подобное положение дел магов не устраивало, ибо на преобразование энергетик тратилось время. И не было в истории такого чародея, который бы ни задумывался о решении этой проблемы. Мой предок Руфус Ройхо исключением не был. Он тоже пытался решить сию трудную задачу и у него все получилось. Руфус создал артефактный фильтр-преобразователь, который мог работать с любым энергопотоком, моментально очищал силу и отдавал владельцу. За счет чего быстродействие моего предка возросло на порядок и там, где другой чародей его уровня применял одно заклятье, он успевал использовать несколько и не опасался последствий.

Руфус совершил роковую ошибку. Он не смог утаить секрет и поплатился за это жизнью, а семья Ройхо потеряла былой вес и влияние при дворе. К счастью, это в прошлом, хотя ошибки великого предка я учитываю, и когда тайник Руфуса был обнаружен, разбором исследований занялся преданный мне Эри Верек. По схемам Руфуса молодой чародей смог собрать артефакт и применить его. После чего возник резонный вопрос – что дальше?

Вариантов немного. Если быть точным – основных всего три. Первый – отдать секрет всему миру, сначала имперским магам, а потом уже чужакам, которые до него все равно доберутся. Второй – оставить секрет себя, артефакты делать в ограниченном количестве и следить, чтобы они не были потеряны или украдены. Третий – вступить в сговор с одной-двумя имперскими магическими школами, монополизировать производство магических фильтров и иметь с этого постоянный доход. Я остановился на втором варианте и про секреты Руфуса Ройхо даже Иллиру Анхо не сообщал. А тем временем, может быть стоит с ним поделиться?

Вот об этом я и задумался. Его цель – оживить богиню и на сходе, который вскоре состоится в его храме, речь пойдет именно об этом. Вероятно, Иллир будет настаивать на пролитии жертвенной крови, которая заставит пробудиться сущность его любимой богини, а ламии и жрицы встанут в оппозицию, ибо пролитая кровь, по их мнению, изменит Кама-Нио. Все как с энергопотоками дольнего мира, только наоборот. Обычно магическая энергия идет к людям, а теперь от них. Но сути это не меняет – энергетика отравлена. И в этом случае я могу решить спор в пользу Иллира. Предложу преобразователь, который очистит посмертную энергию жертв от эманаций смерти и страданий. Этот довод прижмет жриц к стене и они, наверняка, после длительного спора, согласятся с полубогом и начнут подготовку к обряду.

Однако я пока с этим решением не определился, ибо граф Ройхо, несмотря на свое паладинство, не такой фанатичный последователь Кама-Нио, как другие участники будущего схода, и мне ожившая богиня в мире людей не нужна. По крайней мере, в ближайшее время. А то знаем мы этих небожителей. Только дай волю, и сразу начинают подстраивать людей под себя – пример Айнура перед глазами. Следовательно, наилучший для меня путь – встать в сторонке и понаблюдать за тем, что будет происходить. А кровь… Ее пролить никогда не поздно, если не будет иного выхода.

«Так и поступлю», – с усмешкой подумал я и, прогнав прочь лишние мысли, вновь высвободил Тень и продолжил разгребать бумажную гору.

Глава 8


Хребет Аста-Малаш. 11.01.1408.


Жрицы Улле Ракойны и ламии пели. Два десятка женщин в темно-зеленых хитонах и кажущиеся юными девчонками северные ведьмы в кожаных доспехах, взявшись за руки, стояли вокруг украшенного старыми, почти забытыми, письменами и рунами беломраморного метрового монолита и их голоса звучали в унисон:

«Слава тебе Улле Ракойна — наша Мать!

Ты даешь нам радость материнства и наполняешь наши души любовью.

Дочери твои приветствуют тебя, подательница Жизни и Владычица Природных Сил.

Мы помним тебя и не забыли о той, кто из плоти своей в муках исторгла нас в мир Яви.

И днем и ночью мы чувствуем негасимый свет твоей души и биение материнского сердца…»

Слова древнего гимна звучали под сводами небольшого храма, который был построен Иллиром Анхо в недоступных обычным смертным затерянной долине в центре горного хребта Аста-Малаш, и душа полубога наполнялась покоем. Он находился возле стены и рядом с ним были его паладины, а так же Уркварт Ройхо, император Марк и Алай Грач, жрец Сигманта Теневика. Все они впали в легкий транс, и на их лицах царило умиротворение.

Иллир пригласил всех, кто был заинтересован в оживлении Кама-Нио, и Алая Грача как представителя нейтральной стороны, в свое святилище, а уже оттуда переправил в потайной храм. Пусть жрицы и ламии своими глазами увидят байтил, который хранил сущность их богини. Вдруг, это изменит их решение воспротивиться проведению кровавых обрядов? Однако он просчитался. Женщины не уступили и продолжали стоять на своем. В честь Кама-Нио, она же Улле Ракойна, кровь литься не будет. Таков древний завет. И если сначала Иллир пытался с ними спорить, убеждал женщин и даже угрожал, когда они запели вечерний гимн, полубог понял, что все это бесполезно. Кажущиеся слабыми женщины, на самом деле, духовно гораздо сильнее его и он против них не пойдет.

А жрицы и ламии, тем временем, продолжали петь:

«Мы видим тебя, сидящую на своем прекрасном троне меж двух солнц.

Одно из которых Красное Солнце – податель чувств и тепла,

А другое Черное Солнце — источник мудрости и знаний.

И оба светила подвластны тебе так же, как и все живое, сотворенное тобой в мире Яви.

Мы всегда ощущаем твою заботу, любовь и ласку, наша Вечная Мать.

Мы знаем истину, а потому преданы тебе и чтим нашу богиню превыше всех других богов.

И в момент, когда день уже не день, но и ночь еще не ночь, дочери твои взывают к тебе.

Молитвой нашей мы открываем Врата между мирами Яви и Нави, и молим тебя о милости,

Взгляни на нас Добрая Мать и возрадуйся за дочерей своих,

Одари нас своей улыбкой, в грезах своих разгляди наши лица и благослови дочерей.

И пусть умножится в нашем мире Добро, и станет меньше Зла.

Ты мертва, но ты жива, Добрая Мать, ибо нельзя убить ту, кто и есть сама жизнь.

Прими нашу молитву, напитай свой дух силой, воспрянь и в свой срок вернись к нам.

Слава тебе, Улле Ракойна – наша Мать!»

Женщины замолчали, а отзвуки их совместного гимна еще некоторое время витали под сводами храма. Но самое главное — идущая от сердец общая молитва преобразовалась в энергию, которая устремилась к байтилу и впиталась в камень. Все, кто в этот момент, находился в храме, имели особые способности к восприятию подобных энергетик и, конечно же, они это видели. И пусть сил, какие они подарили спящей богине, относительно мало. Это только часть, поскольку от всех святилищ Улле Ракойны в империи остверов и алтарей северных племен, в самом скором времени Кама-Нио получит гораздо больше. Важно другое. В этом месте собрались самые сильные последовательницы богини и среди них жена Алая Грача верховная жрица Кэрри Ириф, которая, поклонившись байтилу, повернулась к Иллиру Анхо и от лица других женщин продолжила прерванные вечерней молитвой переговоры.

— Итак, великий Иллир, паладин Кама-Нио, ты услышал наше мнение и каким будет твой окончательный ответ? – спросила госпожа Ириф.

Ламии и жрицы за ее спиной заметно напряглись, и родоначальник династии Анхо понял, что если продолжит с ними спор, возможно, придется сражаться. И пусть он сильнее всех женщин, которые собрались в храме, вместе взятых, на их стороне выступит Уркварт, который не сможет бросить свою Отири, и Алай Грач. В культе Кама-Нио начнется раскол, и последствия будут самыми печальными

Впрочем, полубог обострять конфликт не собирался и обратился сразу ко всем жрицам и ламиям:

— Я паладин и возлюбленный Кама-Нио. Именно мне она доверилась и на моих плечах лежит груз ответственности за ее сохранение и последующее восстановление. Я мог бы провести кровавые обряды по методикам Финголиэри самостоятельно, не советуясь ни с кем. Однако, как видите, я уважаю ваше мнение и ценю его. Поэтому пригласил вас для принятия коллегиального решения и ваши доводы меня убедили. Никаких кровавых жертв в честь Кама-Нио не будет. Все останется, как прежде, только молитвы.

Госпожа Ириф облегченно выдохнула и потребовала подтверждения:

– Поклянись!

– Даю слово! — повысив голос, ответил Иллир и приложил правую ладонь к груди в районе сердца.

– Благодарим тебя, великий Иллир, – Кэрри Ириф поклонилась полубогу.

— Благодарим, – вторили ей остальные женщины.

Иллир щелкнул пальцами. На выходе из храма сформировался телепорт и он сказал:

– Ступайте с миром.

Ламии и жрицы, без споров, покинули святилище. Хотя каждая, испытывая священный трепет, была готова остаться в этом месте на всю оставшуюся жизнь и посвятить свои дни охране байтила, молитвам и подготовке к возвращению богини. Но хранителем являлся Иллир Анхо и он решал, кто и сколько времени может находиться в храме.

Женщины покинули святилище и телепорт схлопнулся. В храме остались только мужчины и полубог, молча, взмахнув рукой, направился к выходу, а остальные последовали за ним.

Возле культового места стояла небольшая избушка, скромное жилище Иллира, который привык вести аскетический образ жизни. Полубог пригласил Уркварта, Алая и Марка в гости и вскоре, расположившись за грубым столом, они пили горячий взвар и беседовали. Ну как беседовали? Иллир общался с Алаем, а Марк и Уркварт являлись молчаливыми свидетелями.

– Великий Иллир, – жрец слегка кивнул полубогу, — я безмерно благодарен за оказанное доверие. Не думал, что вы решитесь допустить меня в святая святых и приобщить к тайне. Я подобного не забуду.

-- На это есть причины, – обхватив горячую кружку ладонями, отозвался Иллир. – Во-первых, ты супруг Кэрри Ириф, и все равно, так или иначе, в курсе всего, что происходит в культе Улле Ракойны. Во-вторых, ты помог мне с созданием байтила и никому об этом не проболтался. В-третьих, твой повелитель Сигмант Теневик всегда в нейтралитете и не вмешивается в войны между другими богами. А в-четвертых, ты знаешь о смерти и возрождении богов, больше меня и я нуждаюсь в твоих советах.

– Я готов оказать любую посильную помощь и поделиться знаниями, – Грач не колебался ни секунды.

– В таком случае, расскажи, какие еще есть способы оживить богиню раньше, чем она самостоятельно очнется. Разумеется, речь не идет о кровавых жертвоприношениях, раз уж я дал слово, что этого не будет.

Алай помедлил, собрался с мыслями и ответил:

– Наверняка, подобных методик немало. Но я знаю только две.

– Говори, – глаза полубога заблестели.

– Если верить хроникам нашего культа, а не доверять им оснований нет, много сотен лет назад, когда только начиналась война между Кама-Нио и другими богами, некоторые сверхсущества, опасаясь смерти в дольнем мире, создавали запасы силы в мирах людей. По их воле жрецы строили накопители энергии, которая стекалась в них от последователей культа, и пряталась под храмами. Но кто именно этим занимался и где находится накопленная сила неизвестно. Но одно могу сказать точно – эта энергия нейтральна и может быть использована любым богом, который до нее доберется.

– Интересно, – Иллир почесал затылок и уточнил: – То есть, если я обнаружу такой накопитель и передам энергию с него в байтил Кама-Нио, побочных эффектов не будет?

– Нет, – жрец покачал головой.

– Это смахивает на воровство.

– Или на захват трофеев, – добавил жрец. – С какой точки зрения посмотреть.

– Верно, – согласился полубог. – А вторая методика?

– Можно использовать энергию космоса.

– Каким образом?

– Вычислить, куда упадет крупный метеорит и вовремя расположить рядом с ним байтил. Энергия космоса не из нашего мира и не имеет никакого отношения к пространству богов. Она нейтральна и ее много. Оказавшись на поверхности планеты, такая энергия начнет быстро рассеиваться и сама по большей части впитается в байтил, где преобразуется в живительную силу восстановления.

– И что, кто-то уже подобную методику применял?

Грач развел руками:

– Не знаю. В нашем мире, на памяти жрецов Сигманта, ничего подобного не было. Эта теория, которая подтверждена расчетами, но насколько они верны, неизвестно. Да и вычислить появление крупного метеорита, который упадет на землю в определенном месте, практически невозможно. Слишком серьезные расчеты придется делать. Не говоря уже про астрономов, которые этим займутся и будут обладать точными знаниями о движении космических тел нашей вселенной.

– Я благодарен тебе, Грач, – Иллир протянул жрецу руку. – Если я смогу оказать ответную услугу, обращайся.

Жрец пожал ладонь полубога и ничего не сказал в ответ. Видимо, жест легендарного героя древности, который при должной удаче сам может стать полноценным богом без приставки «полу», его растрогал или озадачил.

Иллир получил, что хотел, и был доволен. Пусть даже изначально он собирался во имя своей возлюбленной богини пустить под нож десятки тысяч рабов, а в процессе отступил.

Отпустив руку жреца, Иллир обратился к Марку и Уркварту:

– Мне потребуется и ваша помощь, молодые люди. Понимаете, что от вас нужно?

Император и начальник его секретной службы переглянулись. Марк, передавая инициативу Уркварту, кивнул и граф ответил:

– Нам все ясно, учитель. Необходимо искать в древних книгах и свитках все упоминания о воскрешении богов, а заодно вести поиск хранилищ силы, которые могут находиться в распоряжении жрецов других культов.

– Да.

Разговор был окончен и, обменявшись с гостями несколькими фразами, Иллир, давая понять, что им пора покинуть тайное место, снова создал телепорт.

Обошлись без долгих прощаний. Люди вернулись в святилище полубога возле имперской столицы и отправились в Грасс-Анхо. А Иллир Анхо, в окружении верных паладинов, еще несколько часов находился в опустевшем храме, смотрел на байтил и размышлял о том, что ему предстоит сделать и куда необходимо приложить усилия, дабы получить нужный результат.

Глава 9


Империя Оствер. Грасс-Анхо. 01.02.1408.


Начинался новый день. Я был завален делами и совершенно не заметил, как пролетел ишир (январь) и наступил месяц нара (февраль). Пришла пора подвести промежуточные итоги своей деятельности, хорошенько отдохнуть и погулять на общей свадьбе моих родичей, сестер, которые выходили замуж за Кетиля Анхеле, и брата, избравшего спутницу жизни из семьи Маа-Вир.

Сначала о делах и результатах, которыми я справедливо мог гордиться.

Шаг за шагом, порой, ошибаясь, я двигался к намеченной цели — созданию полноценной Имперской Тайной Стражи, и за минувший месяц сформировал костяк управлений. Без отделов и спецотрядов, конечно. Но всему свой черед, доберемся и до этого.

Управление «Орс» возглавил бывший мятежник полковник Саманил Рогх, который смог доказать свою непричастность к замыслам беглого канцлера и преданность императору. А его правой рукой и контролером за всеми действиями полковника стал неприметный молодой человек Широ Скацци, один из лучших агентов Балы Керна, который прошел переподготовку на островной тренировочной базе Ваирского архипелага и проявил аналитический склад ума.

Управление «Тар» взял Марюс Черенга и в его распоряжение был отправлен бывший заместитель начальника городской стражи Грасс-Анхо полковник Виктор Лерза.

Управление «Сар» принял Хорт Амарау.

Управление «Фир», конечно же, по традиции, перешло под контроль Черной свиты, а начальником я назначил Атли Рокая.

Все командиры отдельных гвардейских «цветных» рот при этом продолжали командовать своими подразделениями, то есть совмещали две должности и получали двойное жалованье.

Управление «Гер» досталось моему другу и вассалу Вирану Альере, которого я вызвал с острова Данце.

А помимо пяти основных управлений, хорошо все обдумав, я принял решение создать шестое под названием «Шир», которому предстояло заниматься исключительно делами чародеев и жрецов. Направление нужное и важное. Абы кого поставить начальником такого управления нельзя, но я кандидатуру нашел быстро и руководителем «Шира» стал мой дядя Ангус Койн, четвертый по силе чародей в школе «Торнадо» и самый перспективный ученик архимага Асима Вишнера.

Дядя сам виноват. Сидел бы в глуши, и я бы про него не вспомнил. Но он, так и не обнаружив схрон Руфуса Ройхо, решил провести несколько самостоятельных опытов. А это дело дорогостоящее и тогда родственник отправился ко мне, просить денег и поддержки. Однако я финансами делиться не стал, хотя мог бы, а «сделал ему предложение, от которого он не смог отказаться» – все по заветам незабвенного литературного мафиозо дона Вито Корлеоне.

Хочешь лабораторию, дядя? Нужны редкие ингредиенты и артефакты? Нуждаешься в помощниках-ассистентах? Не проблема. Принимай должность и все это у тебя появится. Будешь служить и делать, что прикажут. А в свободное время занимайся, чем угодно и проводи любые опыты.

Надо сказать — Ангус Койн не обрадовался. Он хотел все и сразу, а вместо этого придется снова служить. Но лучшего варианта у него не было, и он согласился. После чего взялся за работу и настолько в нее погрузился, что совершенно забыл о лабораторных экспериментах. На подобное у него совершенно не оставалось сил и времени, а мне это и нужно.

Кроме того у нас накопился материал о положении дел в стране и заграницей. Агентурная сеть Аната Каира, которую мы постепенно замыкали на себя, поставляла ценные сведения. Шпионы «Имперского союза», кто не скрылся, и разведчики Балы Керна, тоже работали. Все это поступало в наш аналитический отдел, который был укомплектован на скорую руку из тех людей, кто находился на расстоянии вытянутой руки, обрабатывалось и отправлялось на мой стол. После чего я делал выжимку, оставлял самое главное и передавал Хагену Тракайеру, а он в свою очередь выбирал удобный момент и подсовывал доклад императору.

Схема, конечно, неудобная и в будущем хотелось бы, чтобы я имел прямой доступ к государю и лично сообщал обо всех наших успехах, провалах и намерениях. Однако сейчас при дворе все нестабильно, происходят перемещения придворных и гвардейских офицеров, а император большую часть своего драгоценного времени тратил на общение с любовницей. И тут ничего не изменить. Он абсолютный монарх под прикрытием полубога, чей культ стремительно расширяется. И если на Марка кто-то может повлиять, то это Иллир. Вот только где он? После схода в тайном храме легендарный основатель династии Анхо снова исчез и даже брат Айнур, который по случаю предстоящей женитьбы получил месячный отпуск, не знал, где его господин. А может, следовал приказу и хранил тайну, что тоже исключать нельзя.

О чем бы еще стоило упомянуть? Пожалуй, о положении дел в империи и у соседей. Так сказать, краткий обзор, дабы понимать, в каких условиях и какой среде приходится существовать и трудиться.

Империя остверов стоит, но качается и трещит по швам. Война на несколько фронтов, непомерные налоги, произвол чиновников, феодалов и торгово-промышленного олигархата в отношении простолюдинов, разрыв устойчивых связей с дольним миром, постоянные мятежи и бунты, происки вражеских агентов и получившие свободу демонические союзники Неназываемого. Все эти факторы стремились разрушить огромнейшее государство и если в ближайшее время, шесть-семь месяцев, мы не одержим ряд решительных побед и не обеспечим внутри империи хотя бы относительный порядок, нам конец. Игнорировать восстания крестьян в центральных провинциях уже не получится и придется отвлекать на их подавление не только дружины феодалов и наемные батальоны, но и регулярные войска. Это в свою очередь ослабит наши позиции на фронтах и враги нас сметут. Они бы уже нас смяли и подавили. Однако Иллир вовремя совершил диверсию в Коцке и разрушил Фертенскую дамбу. Как и предполагалось, после такого бедствия, в котором обвинили жрецов Неназываемого и демонов, республика оказалась не способна продолжать войну. В Коцке воцарился хаос и вражеские армии, бросая хорошо укрепленные позиции и склады с оружием, припасами и зимним обмундированием, отступили. А имперские войска и наши союзники из Васлая моментально этим воспользовались. Остверы вернули утерянные в прошлогодних сражениях территории и перебросили высвободившиеся полки против Республики Кауш. Ну а васлайцы и поддержавшие их нанхасы отжали у соседей пару северных провинций, ограбили всех местных богатеев и экспроприировали земли, поместья, рудники и шахты, за счет чего улучшили экономическое благосостояние короля и порадовали собственный народ.

В общем, на материке Эранга все относительно неплохо. На Анвере после разгрома самозваного Короля Юга, его союзников-эльфов и Теократии Шаир-Каш, с учетом того, что степные племена стали нашими союзниками, пока тоже терпимо. А вот на третьем человеческом материке нашего мира, я говорю про Мистир, все очень и очень плохо. Коалиция четырех государств: Ассир, Ассилк, Цегед и Арзум; получая постоянную подпитку от краснокожих манкари с Кафарты, все-таки перешла в наступление и войска остверов, неся постоянные потери, отступали.

Разумеется, очищенный от коррупционеров имперский Генштаб делал все возможное, чтобы остановить врага. Через стационарные телепорты и морем в распоряжение двух великих герцогов, Ульрика Варны и Туира Кайяса, перебрасывались полки Резервной армии, наемники, добровольцы, штрафники и даже ополчение. Потоком идут обозы с припасами, чародеи формируют сводные отряды из недоучившихся сопляков, а имперские религиозные культы, особенно Бойры Целительницы и Ярина Воина, шлют на фронт своих последователей. Но всего этого мало и только воинский талант Ульрика Варны, который возглавляет Цегедо-Арзумский фронт, не дает противнику на несколько кусков рассечь имперские территории на Мистире, чтобы по частям разбить упрямых остверов. И положение уже настолько критическое, что Генштаб просит о помощи нанхасов, которые продолжают грабить приморские города эльфов, и собирается в ближайшее время вернуть в империю экспедиционные силы генерала Фарра. Наши стратеги давно бы его вернули, но это личный проект императора, а Марк Анхо не желает, чтобы эльфы получили передышку. Хм! Смысл в этом есть. Пока Фарр сражается на землях ушастых врагов, им не до нас. И они ведут войну на своей территории, вместо того, чтобы вести ее на нашей.

Перед самим собой можно быть честным. Если бы государь отдал приказ передать Имперскую Тайную Стражу другому человеку и отправляться на фронт, я бы не колебался, собрал бы бригаду «Ройхо» и поспешил на Мистир. А причина такой готовности простая. Я устал от бумажной волокиты и постоянных совещаний, а привычный к выбросам адреналина организм требовал драки, риска и пролитой вражеской крови, настолько липкой, что когда в нее наступаешь сапогом, она чавкает под подошвой. Вот потому я и рвался в драку, которая мне, как начальнику ИТС и командиру отдельных гвардейских рот, просто не по чину. А еще я понимал, что заменить меня по большому счету некем. Знаю, что я не идеален, не самый хитрый интриган, не самый мощный чародей, не великий стратег и далеко не всезнайка. Однако, окажись на моем месте другой дворянин из приближенных к императору людей, его результаты оказались бы гораздо скромнее моих и это факт.

Впрочем, драка все равно будет. Я еду на свадьбу, а как говорили на родине Лехи Киреева – какая свадьба без драки… Вот и у нас она состоится. Правда, не с гостями, а с киллерами, которые по-прежнему находятся в Данце и терпеливо ожидают моего возвращения из столицы. Причем они уже не одни, а с заказчиком или связным. И это не абы кто, какой-то паршивый барон с окраины империи, а Сим Ойса, личный агент канцлера Руге. Такой вот непростой связник, хотя люди Керна докладывали, что он погиб во время неудачной попытки захватить мою супругу Каисс и убить ламию. Однако выжил, мерзавец. И, может быть, это к лучшему. Вдруг, он знает, где искать беглого канцлера.

Ойса уже третьи сутки находится в доме с убийцами, и я решил, что должен взять его лично, без привлечения боевиков. Только я и ламия. Вдвоем справимся, и я лично задам Симу интересующие меня вопросы. А если начнет упираться, передам его Отири, и он все равно расскажет правду, но перед этим тысячу раз проклянет тот мерзопакостный день, когда мать-шлюха родила его на свет…

— Ты готов?

В кабинет вошла ламия, которая, как всегда, была великолепна и обворожительна, юная красотка в традиционном зеленом одеянии жрицы Улле Ракойны. Сама невинность. И никто из посторонних, кто не знает, что это всего лишь привычная маска, одна из многих, никогда не скажет, будто она профессиональный воин и убийца.

— Конечно, – я поднялся из-за стола, приблизился к Отири, прижал ее к себе и поцеловал в губы.

Она прильнула ко мне, и некоторое время мы простояли без движения. Но следовало спешить и, отстранившись, девушка придирчиво осмотрела меня. А чего смотреть? Я такой же, как всегда и одет, как обычно — рыцарь в черном с черным ирутом в ножнах, хитрый отморозок на службе Его Императорского Величества.

– Может тебе не стоит вмешиваться в захват убийц? – спросила Отири.

— И пропустить все веселье? – я усмехнулся. – Нет уж, гулять, так гулять. Сначала драка — потом торжественная церемония, поцелуи молодоженов и пирушка. Я уже настроился и ничего менять не собираюсь.

– Ну как скажешь, – она встала слева и положила ладонь на мой локоть. – Пойдем?

– Да, пора, — согласился я, и мы направились к поджидающей нас коляске, дабы через четверть часа оказаться возле столичного телепорта и переправиться на остров Данце…


***


Империя Оствер. Данце. 01.02.1408.


По мнению Балы Керна, план киллеров был прост и незатейлив. Они знали, что рано или поздно, граф Уркварт Ройхо вернется на свой остров. В конце концов, не может глава семьи пропустить такое знаменательное событие, как свадьбу сестер и брата. Поэтому возле телепорта они поставили наблюдателя, которые вовремя предупредит наемных душегубов о моем появлении. На подготовку будет пять-шесть минут, для опытных людей этого более чем достаточно, и когда коляска появится под окнами двухэтажного дома, который раньше принадлежал пиратскому вожаку Парчаму по кличке Одноухий, они атакуют. Со второго этажа сбрасываются магические гранаты, а после подрыва выходит группа на первом этаже и добивает меня из арбалетов.

И все могло бы получиться. Вот только они кое-что не учитывали. Со мной ламия, которая быстро создаст вокруг нас защитный магический купол, а я на порядок сильнее и быстрее, чем они. Но самое главное -- мы не собирались подставляться под удар, а решили бить на опережение. По этой причине, как только сопровождаемая гвардейскими офицерами коляска выехала из телепорта и оказалась в Данце, мы с Отири на ходу немедленно ее покинули и оказались на мостовой.

Коляска медленно двинулась дальше по улице. И любой, кто за ней наблюдал, видел отлично сделанную иллюзию. Граф Уркварт Ройхо и его любовница-жрица, мило беседуя и ничего не подозревая, с улыбками и смешками, вот-вот угодят в ловушку.

Прикрытые пологом невидимости, мы с Отири обменялись взглядами и улыбнулись. После чего ламия посмотрела в сторону узкого проулка и тихо спросила:

– Видишь?

– Да, – ответил я и направился туда.

Наблюдатель команды киллеров находился здесь. Вихрастый юноша наблюдал за всеми, кто покидал телепорт и, как только увидел нашу процессию, бросился бежать. Пока коляска и всадники будут огибать улицу, чтобы выехать на другую, он предупредит друзей-подельников.

Конечно же, мы двинулись за ним и он нас не заметил. Парень бежал напрямую через проходные дворы и узкие проулки. Он не оглядывался, а даже если бы оглянулся, ничего бы не заметил. Слишком хорошо мы спрятались, не всякий демон разглядит, а наблюдатель обычный человек без магических способностей и поисковых амулетов.

Вскоре парень вбежал в дом покойного Парчама. Дверь черного хода за его спиной захлопнулась, и мы направились к ближайшему окну. Здесь я опустился на колено, и Отири встала на мое плечо. Я поднялся и принял устойчивое положение, а лицо ламии оказалось на уровне окна и она, рассмотрев, что в помещении пусто, достала кинжал и двумя точными ударами сбила оконные петли и сняла стекольную раму.

Путь свободен. Отири передала мне раму, и первая проникла в здание, а я, подпрыгнув, зацепился за оконный проем, подтянулся и последовал за ведьмой.

Мы оказались в жилой комнате. Судя по спертому запаху и застарелому перегару, по разбросанным грязным вещам и оружию, двум мечам, нескольким кинжалам и магическим гранатам, которые ждали хозяина, здесь проживал мужчина. Он должен был войти в помещение, чтобы вооружиться и подготовиться к бою. Так что нам оставалось его дождаться и обезвредить, а затем пройтись по дому, убить всех, кто окажет сопротивление и захватить пару пленников, одним из которых станет Сим Ойса.

Жилец появился через минуту. В комнату влетел крепкий широкоплечий блондин и бросился к столу, на котором лежали магические гранаты. Однако он успел сделать всего два шага. Ламия закрыла за его спиной дверь, а я встретил мужика ударом кулака в горло.

Хруст хрящей и всхлипы убийцы прозвучали негромко. Он начал оседать на пол и, подхватив его, я осторожно опустил неудачника и, без колебаний и внутреннего волнения, действуя машинально, вынул из ножен кинжал и перерезал ему глотку.

«Очень уж спокойно я стал убивать», – промелькнула у меня мысль и, обтерев клинок об одежду убитого, я вышел из комнаты.

Полог невидимости по-прежнему нас прикрывал. План дома известен. Пройдем по коридору и окажемся в зале, окна которого выходят на улицу. Наверняка, для последнего инструктажа перед акцией киллеры будут собираться именно здесь. Так считал Керн, который, кстати, был против того, чтобы я рисковал своей жизнью. И он не ошибся. На входе в зал мы услышали голоса и среди них знакомый. Сим Ойса раздавал приказы, и я прислушался к его словам.

– Вользгра готовьте! – с волнением выкрикнул лучший агент беглого канцлера: – Скорее, мать вашу! Он готов?! Почему эта тварь не открывает глаза?!

– Сейчас! – ответил ему молодой женский голос. – Он уже активирован! Все в порядке, господин Ойса, не извольте беспокоиться!

– Отлично, мальчики и девочки! – интонации Сима стали бодрее. – Сделаете все, как договаривались, и будете купаться в золоте! Я сказал и за обещание отвечаю! Вы свое получите сполна! Только не подведите! А где Андрош, куда он запропастился?

В зале шум: звяканье металла и звук натягиваемой арбалетной тетивы, сопение людей и шаги. Я не знал, кто такой Вользгра или что это, Керн об этом ничего не сообщал. Впрочем, нам с ламией на это плевать и, снова обменявшись взглядами, мы вошли в зал.

Одного киллера, наверное, Андроша, мы уже прикончили. Оставалась пятерка опытных профессионалов, с ними Ойса и девчонка-шатенка, а так же наблюдатель из местных, обычный наемник, которого в расчет не брали, поскольку он оставался на первом этаже дома. Все, кого предстояло обезвредить, были здесь. Однако, имелся фактор, который нашим планом не предусматривался.

Помимо людей в зале находился боевой монстр-мутант, одна из редких моделей для выполнения спецопераций из лабораторий магической школы «Трансформ». Ростом под два метра, телосложение плотное. Вместо кожи крепкая чешуйчатая броня, которая по прочности может превосходить стальные латы. Руки длиннее, чем у человека, и вместо пальцев острейшие когти. А голова… Можно сказать, что ее не было. Небольшой бугор на широких плечах и в центре него единственный раскосый глаз. Из одежды только набедренная повязка. Очень дорогая биомагическая сборка, сильная и быстрая, практически не подверженная воздействию магии и совершенно лишенная собственных мозгов. Это не те монстры, которых выпускают на поле боя, в гущу сражения, чтобы они проломили боевые порядки противника и уничтожили вражеских чародеев. Тут работа не серийная, а индивидуальный заказ. И как подобный монстр оказался на моем острове, совершенно непонятно.

«Ну, Керн, не уследил, – подумал я, – ты мне за это ответишь».

– К бою! – закричал один из убийц, худощавый седой боец в кожанке и ткнул в нашу сторону указательным пальцем.

Полог невидимости рассеялся. Видимо, причина была в мутанте, который самим своим присутствием на определенной площади рассеивал магию. Хотя у кого-то из убийц мог находиться серьезный артефакт защиты. Все это неважно. Нам пришлось принять бой в тех условиях, которые есть, и первой ударила ламия.

Ведьма, на ходу выхватив из-под жреческого платья два клинка, метнулась к седому убийце, и сталь пронзила его грудь.

Убийца захрипел и стал заваливаться на спину, а ламия, словно кошка, вцепилась в его тело, рухнула вместе с ним, перекатилась к следующему противнику и клинки снизу вверх вонзились в его пах.

Все происходило стремительно. Обычный человек даже не смог бы разглядеть движения Отири. Но убийцы и Ойса не были простаками. Они кое-что умели и очнулись быстро. Сразу двое мужчин попытались атаковать ламию и, решив, что пришел мой черед развлекаться, я вступил с ними в схватку.

Двое против одного. Клинок на клинки. Бой в замкнутом пространстве. Раньше, три-четыре года назад, киллеры имели бы шанс меня завались. Однако давно в прошлом те времена и схватка была недолгой. Мой клинок отбил нож противника, а рука перехватила его кисть и вывернула ее. Болевой прием заставил киллера сдвинуться с места, и он подставился под сталь подельника. Кинжал убийцы распорол живот товарища и на краткий миг он растерялся. Киллер не мог понять, каким образом ранил подельника, и пока он не опомнился, я толкнул тело раненого на противника, и рукоятью кинжала ударил его в лоб.

Еще минус два. Я даже не успел разогреться. А Отири за это время прирезала третьего убийцу. Оставался Ойса, а за ним мутант и симпатичная шатенка, видимо, мастер контроля за монстром.

– Убей! – Ойса отдал приказ мутанту и спрятался за его спиной.

Монстр метнулся ко мне, и он оказался очень ловким. Он двигался плавно и грациозно. От него веяло смертью, и самым простым для меня было применить кмиты. Да вот беда – связь с кмитами, которая казалась прочной и нерушимой, стала слабой. Я их чувствовал, а применить не мог. Бежать? Мы не успевали, монстр догонит. Сражаться? Даже вдвоем с Отири шансы одолеть его невелики. Поэтому я выкрикнул:

– Отири, хватай девчонку!

Ламия не стала спорить, не время и не место, хотя я почувствовал ее недовольство. Моя любимая ведьма, оттолкнувшись ногами от стены, совершила ловкий прыжок, избежала встречи с когтями чудовища, а затем побежала за Ойсой и девчонкой, которые попытались скрыться. Я остался один на один с боевым мутантом и метнул в него кинжал.

Клинок, просвистев по воздуху, был отбит монстром в сторону, а я успел выхватить черный ирут из метеоритного железа, и встретил им выпад когтей.

Обычно мой меч рубил все и вся. Броня и дерево, кости и мясо. Черному клинку без разницы. Но не в этот раз. Он смог оцарапать монстра, слегка порезал его, и все. У него даже кровь не выступила, а я едва удержал меч и был вынужден отступить к двери.

Удар! Удар! И еще один! Мутант наступал без колебаний и сомнений. Только вперед. Выполнить приказ. А я мог лишь отбиваться, встречать атаки клинком, уклоняться и снова отступать. Шаг за шагом, уступая монстру, я пятился в свободный угол и, наконец, он меня почти зажал. Следующий натиск я мог не сдержать и, доверившись чутью, присел. Когти пролетели над моей головой в паре сантиметров, и я сделал выпад мечом. Неудобно, конечно, и сила удара не та, какая необходимо. Однако я хотел пропороть ему брюхо, понадеялся, что там броня не такая прочная, как на груди, и не просчитался. В этот раз верный клинок просек набедренную повязку и прорубил чешую, вскрыл тело монстра, и он, издав яростный рев, пнул меня коленом.

В последний момент я снова прикрылся мечом и спиной ударился об стену. Из раны внизу живота у монстра вываливались дурно пахнущие кишки, и сочилась смешанная с кровью слизь. Но он еще был силен и мог меня прикончить.

«Дурак! – подумал я о самом себе. – Взрослый человек, а мозгов, словно у курицы в одной лапе. Адреналина не хватало? Получи, сколько влезет, только дерьмом не обделайся. Какого, спрашивается, демона, я полез в ловушку? Нет уж, хватит. В следующий раз сто раз подумаю, надо мне самому клинком махать или проще перепоручить это подчиненным».

Монстр вновь замахнулся. Его когти зависли надо мной и, не желая сдаваться, я приготовился отбить очередной натиск. И в этот момент мутант замер без движения.

Я покосился в сторону дальнего выхода из зала. Там стояла Отири, а рядом с ней испуганная шатенка и в руках у нее я заметил серебряный свисток.

Стараясь не показывать слабость и, надеясь, что от нервного напряжения у меня не дрожат ноги, я вдоль стены обошел боевого монстра, приблизился к ведьме и спросил:

– Чего так долго?

– Ойса жить хотел и быстро бегал, – ответила ламия.

– Он жив?

– В коридоре валяется.

– Хорошо.

Я присел на ближайший стул, устало откинулся на спинку и услышал с первого этажа топот множества ног. Это были агенты Керна, которые уже поняли, что операция пошла не так, как задумано, и спешили на помощь своему поильцу и кормильцу, то есть мне.

Глава 10


Империя Оствер. Грасс-Анхо. 06.02.1408.


Свадьба была веселая и богатая, а иначе никак. Сам граф Уркварт Ройхо, фаворит императора и герой Восточного фронта, гроза непокорных ваирских пиратов и лютых северных кочевников, выдает замуж сестер и женит брата. Поэтому гулял весь остров Данце от главного города до самых отдаленных деревень, которые прислали на свадьбу свои делегации, привезли скромные подарки и увезли обратно возы с продуктами и вином.

В течение двух дней улицы Данце были переполнены людьми. Циркачи и артисты, как местные, так и приглашенные из столицы, развлекали почтенных горожан, рыбаков, строителей, воинов и давших мне клятву на верность морских разбойников. Наверное, со времен основания города здесь не видели подобных торжеств и это событие, вне всякого сомнения, в памяти жителей острова и гостей останется надолго.

Ну а я все это время находился рядом с молодоженами, отбросил прочь все мысли о службе, заговорах и убийцах, веселился, пил вино и в кои-то веки общался с законной супругой Каисс урожденной Дайирин. А то ведь раньше не до этого было. Опосредованное влияние богини Кама-Нио, паладином которой нежданно-негаданно стал ее муж, оказывалось и на нее. Так что мотивация Каисс в определенный момент поменялась, и она собиралась добровольно уступить меня ламии, а сама хотела удалиться в один из монастырей Улле Ракойны. А теперь-то что? Богини нет, а я сидел за праздничным столом рядом с женой, которая вспомнила, что у нас давно не было физической близости и мне стоило бы навестить ее спальню.

Вот и как на это реагировать? С одной стороны Каисс весьма привлекательная женщина в самом соку и законная супруга. А с другой Отири, любимая и желанная ведьма. Начинаешь оказывать знаки внимания одной, а вторая уже тут как тут, кидает гневно-ревнивые взгляды. И если поначалу меня это даже забавляло, можно сказать, тешило самолюбие, к концу праздника, который прерывался брачной ночью молодоженов и продолжился на следующее утро, подобное поведение красавиц стало утомлять. А когда праздники закончились, пришлось серьезно с ними поговорить и обсудить ситуацию без обиняков, четко и спокойно расставив все приоритеты.

Главное было озвучено — я люблю Отири и от этого не отступлюсь. Однако Каисс тоже не чужая, мать моего наследника, и я не собираюсь ее как-то обижать или ограничивать. Пусть делает все, что душе угодно, но любовника быть не должно, ибо это позор. И если ей понадобится мужчина, я разделю с ней ложе. Хоть и не по любви, зато по закону.

Надо сказать, что подобный расклад женщин не устроил. Отири не собиралась мириться с моим намерением заниматься сексом с женой, а Каисс возмутилась тем, что она оказалась в положении, когда должна о чем-то просить. Но поделать со мной красавицы ничего не могли и, в конце концов, восстановив мир в семье Ройхо, они смогли найти общий язык. В столице я с Отири, а на острове с Каисс. Каждая живет своим домом и делает вид, что не замечает соперницу.

В общем, могло быть хуже, а так какое-никакое относительное спокойствие. И как только закончились праздники, я еще раз поздравил молодоженов, обговорил с Айнуром и Кетилем их дальнейшие планы, а затем передал каждому по пятьдесят тысяч иллиров золотом на обзаведение хозяйством. Все! Свой долг перед семьей я исполнил. После чего вернулся в столицу.

Первыми людьми, которые встретили меня в Грасс-Анхо, оказались новоявленные родственники из клана Маа-Вир. Старый барон Эрчи и его единственный выживший в череде кровавых битв сын Ирха поджидали меня возле родового особняка Ройхо. Они хотели помощи. Если говорить конкретно, имели желание получить мою протекцию для трудоустройства младших членов клана на престижные военные и гражданские должности в столице. Я этого ждал, пусть и не так скоро, и сообщил барону, чтобы присылал свою молодежь прямиком ко мне в императорский дворцовый комплекс в башню Ан-Анхо.

Сказать, что старый Эрчи был доволен, значит, не сказать ничего. Улыбка не сходила с лица главы клана, и я его понимал. Наконец-то, удача улыбнулась семье Маа-Вир. Вот только барон считал, что его внуки и правнуки станут приближенными императора или займут чиновничьи должности в столичном управлении, а я собирался определить их в «цветные» гвардейские роты с присвоением чина корнет, если у кого-то до сих пор не было воинского звания, и прогнать через тренировочный центр. Пусть пройдут обучение и покажут себя в делах, а только потом уже мы подумаем на какую должность при дворе императора их пристроить. В любом случае, отношение к ним особое. За каждым присмотрят и гонять молодых Маа-Вир станут гораздо сильнее, чем других кадетов. Все-таки родственники, и на них я возлагал определенные надежды.

Представители семьи Маа-Вир покинули меня, и я отправился в башню Ан-Анхо, принял доклады начальников управлений, которые были заняты исключительно развертыванием своих отделов, и посетил императора. Вдруг, появились новые ЦУ (ценные указания) или августейшая особа имеет намерения поделиться с верным слугой своими мыслями?

К сожалению или к счастью, Марк Анхо меня не принял, а настаивать на немедленной встрече я не решился и собрался вернуться в свое логово, но был остановлен Хагеном Тракайером. Старый товарищ и бывший подчиненный, а ныне командир отряда императорских телохранителей, был обеспокоен и я, приняв его приглашение посидеть в пустой офицерской казарме и распить кувшинчик домашнего вина, отдал должное хорошему напитку и сразу перешел к делу.

– Итак, Хаген, — поинтересовался я, – что тебя беспокоит?

Как и я, он потомственный воин. Поэтому юлить и ходить вокруг да около не стал:

— Меня беспокоит император.

— А что не так?

– Он слишком много времени проводит рядом с любовницей.

Я пожал плечами:

— Первая любовь и ожидание рождения первенца от любимой женщины. Это кого угодно может изменить. А Марк, хоть и государь, но живой человек со всеми положенными слабостями и недостатками. Тем более сейчас страна под присмотром Иллира Анхо и нет непосредственной угрозы для жизни представителей императорской фамилии. Вот он и расслабился.

– Согласен с тобой, Уркварт, – Хаген поморщился и покачал головой. — Я сам был влюблен и знаю, что это за безумие и как «высокое чувство» способно преображать людей. Однако мне это не нравится. Мы с тобой имеем право на слабости и нерешительность, а Марк император и люди ожидают от него поступков, реформ и каких-то решительных действий, дабы окончить проклятую войну на несколько фронтов. А вместо этого он гуляет под ручку с беременной подругой, чья репутация, к слову, не так безупречна, как бы хотелось.

Следовало одернуть Хагена, пока он не наболтал лишнего, и я это сделал:

– Ты кто такой, чтобы осуждать и критиковать императора? – я подпустил в голос жести и легкую угрозу, а затем опустил кубок на стол и сделал это так, чтобы вино из него расплескалось по столу. — Следи за словами, Хаген Тракайер, и не забывай, что перед тобой не только верный друг, но и начальник секретной службы империи.

Тракайер напрягся, однако не уступил и ответил:

– А я начальник императорской охраны, Уркварт Ройхо. Не ты один думаешь о благе государства и безопасности империи. Я тоже обязан об этом беспокоиться, и делюсь своими мыслями только с тобой.

– Хорошо, если так, – я кивнул. – Только будь осторожен. Мы говорим откровенно, можем себе это позволить. Но если твои слова выйдут за пределы этой комнаты, а затем в виде доноса окажутся на моем столе, я буду вынужден принять меры. Ты понимаешь это?

— Понимаю, и обиды нет. Дружба дружбой, а служба службой.

-- Ладно, – я снова взял кубок с вином, – выкладывай, что надумал.

Хаген хитро прищурил левый глаз, усмехнулся и поведал, что у него на уме.

По мнению Тракайера, император обязан выйти из состояния покоя и заняться государственными делами, а иначе вскоре, несмотря на протекцию божественного предка, все пойдет в разнос. И с этим я был согласен. А оживить Марка и заставить его выбраться из объятий любовницы может только угроза. Поэтому начальник императорских телохранителей предлагал начальнику императорских шпионов устроить на государя покушение. Разумеется, фиктивное. Но резонансное. То есть, я создаю группу убийц и составляю реальный план покушения. Затем при помощи Хагена сам этих убийц уничтожаю и предоставляю Марку Анхо доказательства того, что злодеи могли до него добраться и убить. Причем убить они собирались не только императора, но и его ребенка, законную супругу и беременную любовницу. После чего, осознавая угрозу дорогим людям, Марк просто обязан засуетиться. Ну а мы с Тракайером в этом случае, конечно же, герои империи и вообще классные ребята, которые достойны только одного – награды и благодарности.

Сначала задумка друга показалась мне бредовой. Неужели вместо реальной работы я должен заниматься подставами и очковтирательством? Однако, чем больше я слушал Хагена, тем больше убеждался в его правоте. Инфантильность императора не может не влиять на положение дел в стране, а мне, кровь из носу, необходимо доказать полезность. Скоро закончится второй месяц, как я стал начальником ИТС, а результатов моих трудов не видно. Где раскрытые покушения и заговоры? Где аресты взяточников и коррупционеров? Где выловленные в лесах и городах криминальные элементы, все эти «воры в законе», «благородные разбойники» и прочие «джентльмены удачи»? Где выявленные шпионы иностранных разведок и диверсанты? Где взятые с поличным еретики, сектанты, запрещенные оккультисты, нелегальные демонологи и пророки враждебных богов? Всего этого нет, и причина для оправданий у меня имелась – Имперская Тайная Стража еще не сформирована, поэтому текущие проблемы решаем не мы, а городская стража, тайные агенты феодалов, инквизиторы имперских религиозных культов и чародеи-охотники магических школ. Вот только кому нужны мои оправдания, когда император решит излить на кого-нибудь свой гнев… Так что прав Тракайер – нужно что-то делать и ликвидация злокозненных убийц не самый плохой вариант.

Обговорив некоторые мелкие детали, мы с Хагеном ударили по рукам и решили, что встретимся через пару дней, дабы обговорить подробности «покушения» на императора. И когда я, направляясь к башне Ан-Анхо, шел по одному из дворцовых парков, в моей голове сложилась схема дальнейших действий.

В одном из глубоких подвалов на острове Данце сидит Сим Ойса, из которого выбили всю имеющуюся информацию, и он сообщил, что покушение на меня его частная инициатива, а где находится беглый канцлер, агент не знал и даже не догадывался. Рядом с ним находится уцелевший убийца, подранок из группы Сима, и он бесполезен, поскольку тоже не располагает никакой по-настоящему ценной информацией. А в другом подвале под надзором чародеев томится обученная управлению монстрами рыжая девчонка, отбракованная магами школы «Трансформ» ученица из разбитого на Восточном фронте наемного отряда, и с нею дорогостоящий боевой мутант. Вот уже готовая группа, о которой никто, кроме верных вассалов семьи Ройхо не знает, и которую мне совершенно не жаль использовать в своих меркантильных целях. Жертвы готовы. Теперь можно влить в эту группу несколько отморозков из криминального мира Грасс-Анхо, подвести к ним парочку агентов иностранных разведок, слава богам такие в зоне нашего внимания имелись, и вызываем спецназ. Пусть не спецназ, а офицеров гвардии, суть от этого не меняется – они умрут, а мы с Тракайером поднимем шумиху, результаты которой скажутся на поступках императора.

Ничего сложного. Я нашел, кого можно подставить, и был этим доволен. Все равно никого из тех, кто покушался на мою жизнь, я отпускать не собирался, а вассалы помогут организовать липовое нападение на столичный дворец. Но, добравшись до башни Ан-Анхо, я узнал, что в столице нарисовались настоящие киллеры-диверсанты, которых послали убить императора. И это очень серьезные ребята, элитная рота особого назначения из Королевства Ассир с говорящим названием «Кровосток».

Десять месяцев назад, когда я еще занимал должность Тракайера, в империю прибыло тайное посольство оппозиционеров из Ассира. Возглавил делегацию влиятельный аристократ маркиз Доротей, а его помощником был барон Себастьян Баго.

Ассиры хотели предупредить нашего императора о том, что король Унеч Первый давно уже не человек. Настоящего короля, вероятнее всего, схарчил демон, который занял его место и заставлял ассиров сражаться против остверов. Следовательно, они не изменники, а борцы за правое дело и их намерения по уничтожению занявшего престол Морандидов чудовища ничто иное, как благое деяние, можно сказать, Святой поход. Поэтому империя должна оказать им поддержку.

Намерения замечательные и Марк Анхо, узнав об этом, наверняка, распорядился бы оказать маркизу Доротею всемерную поддержку. Однако прямого выхода на императора зарубежные оппозиционеры не имели и сначала заявились к канцлеру Руге, который отдал приказ их уничтожить.

По воле случая, я спас единственного уцелевшего члена посольства барона Баго. А затем снабдил его деньгами и помощниками, которые помогли ему вернуться на территорию Ассира и затаиться в одной из королевских провинций. Он хоть и не Доротей, фигура рангом ниже, но тоже мог нам пригодиться. Занимались этим Осколье и Рокай. Воины прогулялись по вражеской территории и вернулись обратно. Однако связи с агентами ассирской оппозиции у них остались и пока я пил вино с Тракайером, перемывал косточки императору и планировал покушение на августейшую особу, Осколье получил информацию о появлении в нашей столице крупного вражеского отряда.

Сообщение принес один из надежных агентов барона Баго и сомневаться в ее достоверности повода не было, так как Осколье моментально сориентировался и, не дожидаясь командирских приказов, все проверил. Информация подтвердилась, и общая схема событий выглядела следующим образом:

Монстр в образе человека на королевском троне Морандидов, изменяя законы Ассира, легализовал вампиров и прочую нечисть. Он провел чистки среди наиболее знатных и влиятельных ассиров, подавил оппозицию и в несколько раз увеличил численность регулярной армии. Кроме того, как республики на материке Эранга и соседние с Ассиром королевства, он заручился поддержкой эльфов-дари и краснокожих манкари. После чего заставил ассиров схлестнуться с остверами. Вот только блицкрига не вышло. Империя еще имела внутренние резервы для отражения внешней агрессии и война затянулась. Количество жертв с обеих сторон постоянно возрастало, и копилась усталость народа. Но если империя в последнее время смогла одержать ряд очень важных побед, которые повлияли на обстановку в стране и оттянули массовые протесты граждан против войны, в Ассире положение дел хуже. Недобитые аристократы и чиновники уже в открытую говорили, что король не настоящий, и уступки вампирам настоящее предательство человеческой расы. А королевские войска, неся постоянные потери, хоть и продвигались вглубь имперских территорий, все равно проигрывали, поскольку в их тылу разгорался пожар партизанской войны.

Король-демон решил пойти на крайние меры. Он казнил всех противников режима, до кого смог добраться, и послал в империю несколько крупных диверсионных подразделений. К нашему стыду, я говорю про все охранные структуры государства, пробраться на имперскую территорию они смогли без особых проблем. Под видом купцов, пользуясь каналами контрабандистов, диверсанты высадились в одном из портов на побережье океана, и разбились на отряды. Полнейший бардак. Две недели назад в империю проникли почти три сотни врагов, а мы об этом ни сном ни духом. Но, сколько ни ругайся, этого не изменить и нужно работать по устранению непосредственной угрозы. А нашим главным противником в столице империи станет рота особого назначения «Кровосток».

Как я уже отметил, это элитное подразделение армии Ассира. Штатная численность – 128 воинов, включая двух чародеев и подготовленных по специальной программе офицеров. И зная историю «кровостоков» их нельзя не уважать. Именно эти воины взяли мощную имперскую крепость Сторваль. Именно они при помощи всего одного усиленного пехотного батальона разгромили 6-й пехотный полк имперской армии в Маирских горах. Именно «кровостоки» целый месяц бегали по тылам нашей Юго-Восточной армии, вырезали имперских офицеров, поджигали склады и отвлекли на себя полк конных егерей, который в итоге все равно их упустил. Ну а теперь они в Грасс-Анхо, снова используя личину купцов и подкупленных имперских чиновников, легко прошли сквозь имперские охранные периметры, и вместе с ними к нам в гости пожаловало несколько вампиров. Не какой-то там глупый молодняк, а клыкастые твари, чей возраст перевалил за двести лет. Даже днем с ними трудно сражаться, если у них есть защитные амулеты от солнечного света, которые, наверняка, предоставили им ассирские маги, а ночью сложность увеличивается в пять раз.

Цель диверсантов – император и его семья. Расположились они компактно на трех постоялых дворах в районе Сигинзо возле реки Ушмай. Оттягивать атаку на императорский дворец диверсанты не станут. Вероятнее всего, нападение произойдет уже этой ночью. А до наступления темноты осталось всего-ничего, пара часов. И какой из этого можно сделать вывод? Необходимо уничтожить диверсантов до того, как они покинут постоялые дворы. Времени на слежку и основательную подготовку к проведению операции нет, а привлекать городскую стражу или обычных гвардейцев не стоит, ибо не ясно, кто помогает врагам и как быстро они получат предупреждение о нападении. Действовать придется немедленно, с теми силами, которые есть в моем распоряжении. Поэтому я поступил так, как этого требовала ситуация – поднял по тревоге «цветные» роты и послал срочное сообщение Тракайеру.

Спустя девять минут офицеры Синей, Черной и Красной свит в полной боевой экипировке, но без брони, в большинстве не успевший пролить кровь молодняк, и штатные сотрудники ИТС, среди которых находились брат Трори и Ангус Койн с несколькими чародеями, построились на плацу. За исключением караула башни Ан-Анхо всего – 317 человек. Не так уж много, ибо многие воины в разгоне по поручениям начальников управлений. И, поставив перед гвардейцами боевую задачу, я приказал двигаться по городу в конном строю разными маршрутами. Схождение в районе Сигинзо на площади Серебряных рыб. Атака по моей команде. Каждая рота берет на себя один постоялый двор и держит в резерве взвод для оказания помощи соседям или подкрепления собственной атаки в случае необходимости. Действовать жестко. На возможные потери среди мирного населения, которое неизбежно окажется на поле боя, внимания не обращать. Слишком многое на кону. Не много и не мало, а жизнь императора. Закидывать постоялые дворы гранатами и боеприпасов не жалеть. Пусть враги сгорят, а кто выскочит, того брать на меч или в плен, при условии, что ассир не представляет угрозу.

Воины, покидая плац, побежали к конюшне, а Трори и Ангус Койн подошли ко мне. После чего дядя спросил:

– А нам, что делать?

– Чародеи со мной, – ответил я. – Через десять минут будьте готовы к выдвижению. Отправляемся на повозках вслед за Черной свитой.

Дядя, молча, кивком подтвердил получение приказа и, на ходу что-то бормоча, направился к своим подчиненным, которые перебирали содержимое своих сумок. И я уже собрался встретить Хагена, который приближался к башне Ан-Анхо, когда услышал голос Трори:

– Брат, ты кое о чем позабыл.

– И о чем же? – я посмотрел на него.

– Под районом Сигинзо есть подземелья, старые шахты и каменоломня. Через сеть подземных ходов они связаны с центральными городскими катакомбами.

– Думаешь, враги про них знают и воспользуются этим?

– Обязательно.

– Перекрыть этот путь сможешь?

– Да.

– И тебе нужны люди?

– Само собой.

– Сколько?

– Хотя бы десять человек. Еще пять со мной.

– Мало.

– Нет, в самый раз. Там есть такие узкие места, что проход удержат два-три хороших воина. А большой отряд только толкаться будет, и мы потеряем время.

– Ага. А откуда у тебя люди?

Брат улыбнулся:

– Ты разрешил свою команду набирать, и я обратился к Линцу, который на тебя в столице работает. Он помог отыскать любителей бродить по подземным тоннелям. А у меня критерии отбора простые – лишь бы крыс не боялись, а остальному научу.

– Ладно. Об этом еще поговорим. А людей получишь.

Я посмотрел на Хагена, который уже был рядом и, оглядываясь вокруг, не понимал, чем вызвана такая суета.

– Уркварт, а чего это в твоем хозяйстве происходит? – поинтересовался он.

– Бог услышал наши молитвы и дал шанс отличиться перед императором, а заодно вырвать его из состояния покоя.

Хаген негромко рассмеялся и уточнил:

– Какой именно бог? Не Иллир Анхо, случаем?

– Не до шуток, друг. Дело серьезное.

– Говори, что происходит.

Объяснения много времени не заняли. Все просто и предельно понятно – есть враг, и он должен быть уничтожен за определенный промежуток времени. У меня свободных воинов нет, а Хаген может выделить бойцов для Трори и они перекроют подземелья. Но самому Тракайеру покидать дворец не стоит. Пусть останется рядом с Марком, удвоит караулы и расскажет императору о том, что происходит в районе Сигинзо. Главное – нагнать побольше жути и преподнести ситуацию с нужной нам стороны.

Тракайер заверил меня, что наши договоренности в силе. После чего вместе с Трори быстрым шагом пошел к главному дворцовому комплексу, а я с чародеями последовал за гвардейцами. И хотя в голове крутилась мысль, что не так давно я обещал себе не ввязываться в опасные схватки, сейчас мне снова хотелось ринуться в бой и окропить столичные мостовые красной кровью элитных вражеских воинов. А еще перед битвой в душе царила легкая пустота, словно чего-то не хватает. И, осмотревшись, я понял, что нет ламии. Видимо, она снова находилась в храме Улле Ракойны. Но, может быть, это и к лучшему. Она не станет рисковать, а я, не оглядываясь на нее, могу быть спокоен, что любимая в безопасности.

Глава 11


Империя Оствер. Грасс-Анхо. 06.02.1408.


Окс Кадавер, разменявший вторую сотню лет вампир, смотрел в грубо сработанное зеркало и не видел собственного отражения. Одежда есть, а головы, тела, рук и ног, нет. В этом не было ничего странного — общеизвестный факт, что вампиры в зеркалах не отражаются. Но это касалось далеко не всех кровососов. На определенной стадии развития особо сильные вампиры сами по себе избавлялись от такого эффекта, и никто не знал, в чем причина. И когда Кадаверу казалось, что уровень его знаний и умений вырос, что он уже перешагнул на более высокий уровень, Окс всегда вставал перед зеркалом и надеялся увидеть в нем хотя бы контуры тела и лица.

Очередной провал опыта с зеркалом Кадавера ничуть не расстроил. Слишком мало времени, по меркам «королей ночи» прошло с тех пор, как он стал вампиром, и его сила, по сравнению с настоящими Древними, была невелика. Но сегодняшняя ночь должна многое изменить, и Окс надеялся, что именно ему улыбнется удача и он станет первым, кто выпьет кровь императора остверов. А кровь венценосной особы, которая имеет благословение богов и не разбавлена с простолюдинами, наверняка, обеспечит ему рывок на следующий уровень.

Взгляд вампира скользнул по просторному винному подвалу, который стал временным убежищем для кровососов из отряда ассирских диверсантов. Он на мгновение замирал на лицах сородичей и двигался дальше, а в голове Кадавера мелькали мысли с краткими характеристиками на своих подельников…

«Лойк ту Крир, сто девяносто семь лет, красивый бледный аристократ с точеными чертами лица, длинноволосый блондин в темно-красном камзоле с фамильными гербами на рукавах. Происходит из старого рода Крир, который служит кровавым богам и добывает для них живительную силу через охоту на людей. Для него «выпить человека» не трудно. Но делает он это не ради кормежки, а совершая жертвоприношение. Себе оставляет малую долю от живительных сил жертвы, а большую часть отправляет богу. Зачем он решил принять участие в охоте на императора остверов? Подобные вопросы вампиры один другому не задавали, ибо это не принято. Однако у Кадавера имелась догадка, что семья Крир чем-то очень сильно обязана демону Клорху, который поглотил короля ассиров Унеча Первого и занял его престол»…

«Гурберт Стихор, двести сорок один год, русоволосый здоровяк с избыточным весом в легкой кожаной броне, которая едва сходилась на его тучном теле. Как и Кадавер, он происходил из «независимых» вампиров, то есть стал бессмертным кровососом не по благословению какого-то бога, а после укуса Древнего, который не признавал над собой ничьей власти. Некогда Гурберт был бароном. За обещание бессмертия отдал своих подданных вампиру герцогу Киттеро и долгое время находился в его свите. Разумеется, до тех пор, пока не смог порвать свою связь с Древним и не сбежал. Он обычный вампир, быстрый и опытный, хитрый и ловкий. Но по-настоящему сильным стал относительно недавно, несколько лет назад, когда герцог Киттеро, который прожил полторы тысячи лет и вот-вот мог стать полноценным демоном, погиб. Часть его опыта и силы каким-то образом передались Гурберту, и среди вампиров отряда диверсантов он был, наверное, самым могучим. А войти в ударную группу диверсантов он согласился по той же самой причине, что и Кадавер. Гурберт собирался испить крови Марка Анхо и стать еще более могучим. Поэтому Окс рассматривал его как своего основного конкурента»…

«Гизайя, двести семнадцать лет, коротко стриженная «под мальчика» низкорослая скуластая брюнетка в темном плаще. Фамилии нет. Зато есть прозвища: Кровавая сука, Змея, Предательница, Трехликая и Неугомонная. В отличие от остальных вампиров Гизайя стала вампиром самостоятельно. В бытность свою человеком она считалась лучшей охотницей на нежить королевства Цегед и, чувствуя приближение старости, поняла, что никому не нужна. Охранная структура, которая зарабатывала на ее умении уничтожать вампиров, оживших мертвецов и злокозненных духов, отказалась от Гизайи. Женщину-охотницу, умелую воительницу и чародейку, просто выбросили на помойку, словно отработанный материал, и это ее настолько разозлило, что Гизайя отловила Древнего вампира, кого именно, никто не знал, и заставила его обратить себя. Ну а затем она пустилась во все тяжкие, убивала охотников и простых людей, а иногда и вампиров. Поэтому ее, конечно же, не любили. Хотя правильнее будет сказать – ненавидели лютой ненавистью. Но поймать Гизайю и как-то наказать за два века никто так и не сумел, ни люди, ни вампиры. А когда власть в Ассире захватил демон, она появилась при его королевском дворе и стала штатным палачом, охотником за непокорными и верной стражницей. Для нее поход к ассирам очередное приключение, которое скрасит ее унылое бытие, и не более того»…

«Ну и последний вампир сводного отряда, пятый, уродливый карлик Бикмурча Сахрат, двести двадцать три года. Его ради смеха обратил Древний вампир Хольстон. Кстати, «кровный отец» Кадавера. Сделано это было, когда Древний перепил сдобренной наркотиками крови. А когда Хольстон пришел в себя и здраво оценил ситуацию, считая, что цирковой карлик, даже будучи вампиром, не выживет, он его прогнал. Вот только Бикмурча не погиб. Его не смогли настигнуть охотники за вампирами и жрецы. Он уцелел, окреп и в один самый обычный день полсотни лет назад подкараулил Хольстона, подставил ему жертву с порченной кровью и убил. А когда свита Древнего хотела порвать уродца на куски, на пути собратьев встал Кадавер. Он объяснил им, что карлик имел право на месть, а Хольстона уже не вернуть и вместо того, чтобы горевать, надо радоваться. Наконец-то, свитские Древнего вампира получили полную свободу и могут поступать, как им заблагорассудится. И хотя Бикмурча не поблагодарил Кадавера за спасение, Окс был уверен, что карлик ничего не позабыл и еще сможет ему пригодиться. А в опасный рейд он отправился после посулов Клорха поделиться знаниями о трансформации своего уродливого тельца, которое можно сделать прекрасным и крепким»…

Каждый вампир имел в предстоящей операции свое особое назначение. Одни прикрывают и усиливают отряд прорыва, а другие отвлекают противника ложными нападениями и поджогами. Но в конце операции, на завершающей фазе, все встретятся в одном месте — возле покоев императора Марка Анхо. И дальше, кому повезет. Кто первым ухватит императора, тот его кровь и выпьет…

– Тревога!!! — прерывая покой кровососов, в подвал заглянул один из ассирских диверсантов. — Остверы окружают! К бою!

Окс Кадавер сориентировался раньше других вампиров и, мысленно активировав артефакт подавления солнечного света, покинул подвал и оказался в жилах помещениях постоялого двора «Дядюшка Григор».

Наверху царила суета. Рядовые ассиры роты «Кровосток» быстро вооружались и выбегали во внутренний двор, а офицеры и чародеи, собравшись в круг, решали, что делать дальше.

Вампир подскочил к офицерам и прислушался к их разговору.

– Нас предали! — заявил командир роты полковник Бай Сконнье. – Но мы покажем остверам, кто такие «кровостоки». Сейчас пойдем на прорыв. Пробиваем кольцо окружения и выходим в город. Убиваем всех, кого встретим на пути, и поджигаем дома…

– А кто нас предал!? — прерывая командира, воскликнул один из штатных армейских магов. – Наверное, это те, кто обещал обеспечить нам проход во дворец императора!

– Не важно! — полковник Сконнье заставил чародея заткнуться. – Сейчас некогда гадать! Лучше подумай, чем будешь остверов убивать! Против нас не какие-то городские стражники и не солдаты пехотного полка! Это офицерская гвардия!

Люди не обращали на вампира никакого внимания и не пытались отдавать ему приказы. Все равно это бесполезно. Кровососы, особенно такие как Кадавер, которые пережили первый век, всегда думают только о себе. Они индивидуалисты и с трудом переносят подчинение более сильным вампирам. А люди… Что люди? Это всего лишь пища. Поэтому вампиры, не только Окс, а вся группа, при срыве плана проникновения в императорский дворец, оказались предоставлены сами себе.

«Видимо, добраться до яремной вены императора остверов в ближайшее время не получится, – подумал Окс, и моментально определился со своими дальнейшими намерениями: – Придется спасаться самостоятельно».

Кадавер поднялся на второй этаж и посмотрел в окно. Площадь перед постоялым двором была забита воинами в черных, синих и красных плащах. Небольшие группы гвардейцев уже подступали к ограде, а за их спинами вампир разглядел отряд чародеев. Причем имперцев становилось все больше. Они подходили с разных сторон, и пробиться через них, по мнению Окса, было нереально. Ночью он бы обязательно попытался проскользнуть через толпы врагов, а днем даже ассирский амулет подавления света не поможет.

– Что делать? — сам себе под нос прошептал вампир и подумал, что лучший вариант на некоторое время затаиться в подвале и выскочить из него в самый разгар битвы между остверами и ассирами.

В этот момент во двор постоялого двора, где ассиры сбивались в единый строй и готовились к прорыву, полетели магические гранаты. Дорогостоящие одноразовые артефакты на поле боя использовались довольно редко. Слишком накладно и далеко не всем по карману. Но речь шла о гвардии императора и остверы боеприпасов не жалели. Они обрушили на врагов даже не десятки, а сотни магических гранат, и когда они начали взрываться, позабыв про гордость и спесь, Окс Кадавер упал на пол и прикрыл голову руками.

Оконная рама вылетела, вместе со стеклом разбилась на мелкие части и они разлетелись по комнате. Постоялый двор, крепкое каменное строение, которое простояло десятки лет и могло простоять еще сотню, вздрогнуло и по стенам пошли трещины. Со двора пахнуло гарью, кровью, человеческим дерьмом и палеными волосами. Это были запахи смерти, так хорошо знакомые Кадаверу, и на мгновение ему стало страшно. Он понял, что сегодня может умереть, его существование будет прервано и «не мертвое» тело развеется прахом.

-- А-а-а-а!!! – в отчаянии прохрипел вампир и, подобно удаву, извиваясь, пополз к лестнице и по ней скатился вниз.

На первом этаже было пусто. Ни ассиров, ни вампиров, ни обслуживающего персонала. Деревянная обшивка внутри постоялого двора тлела и вот-вот должна была загореться.

Сквозь выбитый ударной волной дверной проем Окс посмотрел во двор и обнаружил двух вампиров. Лойк ту Крир и Гизайя, прячась в дыму, крались вдоль поваленной ограды и пытались скрыться. Рядом с ними находились немногие уцелевшие ассиры, в основном офицеры и один из магов. Они были контужены и мало что соображали. Ассиры, покачиваясь из стороны в сторону, стояли на заваленном трупами и обломками дворе, ждали остверов и готовились умереть.

А остверы, тем временем, не замедлили появиться. Из дыма вышли воины с обнаженными клинками и арбалетами. Они шли бок о бок и практически сразу заметили вампиров. После чего в кровососов полетели гранаты и арбалетные болты, а с улицы молнии и огнешары имперских чародеев, которые продолжали прятаться за воинами.

Крир и Гизайя попытались отступить. Они двигались быстро, гораздо быстрее обычных людей. Но их противниками оказалась элита остверов, гвардейские офицеры, которые заранее приняли магические зелья убыстрения реакции и силы. Поэтому вампиров не пропустили. Их встретили клинками, моментально окружили и стали рубить на части.

Кадавер слышал яростный рев Крира и злобный предсмертный хохот Гизайи. Однако помогать им он не собирался и побежал обратно к подвалу, где его ожидал неприятный сюрприз. Люк был закрыт изнутри. Кто-то уже спрятался в подземелье, и впускать Окса не собирался.

Наконец, постоялый двор загорелся. Жадное пламя стало пожирать первый этаж. Огонь стремительно приближался к Кадаверу и отрезал ему путь наружу. Ради спасения следовало что-то сделать и Окс, ударив кулаками в люк, завопил:

– Сахрат! Это я! Открой!

Надежда, что карлик услышит Кадавера, была мизерная. Но, как ни странно, люк отодвинулся в сторону и Окс разглядел внизу не карлика, а Стихора.

Окс шмыгнул вниз. Люк за ним закрылся и Кадавер, оглядевшись, обнаружил карлика. Сахрат лежал возле винных бочек, которые прикрывали стену, и его шея была сломана.

– Это ты его? – Окс посмотрел на Стихора.

– Да, – Гурберт усмехнулся.

– А за что?

– Он в одиночку сбежать хотел. Хитрый крысеныш знал, что из подвала есть выход в подземелья и никому не сказал. Я его подловил и прикончил.

– А меня зачем впустил?

– Вдвоем бежать веселее. – Стихор указал на дальнюю бочку. – Пойдем, пока нас здесь не привалило.

Вампиры подошли к бочке, за которой находился темный узкий лаз, и один за другим поползли в подземелье.

Вскоре, оказавшись в каменной штольне, они смогли подняться во весь рост и побежали. Вампиры не знали схемы подземелья и куда они их выведут. Просто два беглеца чувствовали еле заметное дуновение свежего воздуха и мчались к спасительному выходу. Однако убежали они не далеко. В узком коридоре дорогу им перекрыли остверы, с виду самые обычные воины без магической поддержки. Отступать нельзя – только вперед, и кровососы попытались атаковать людей.

Стихор метнул в противников «Облако праха», одно из любимых заклятий ныне покойного герцога Киттеро, а Кадавер использовал «Туман слепоты». Построенные на магии крови, которая присуща истинным вампирам, надежные заклятья должны были пробить кровососам дорогу. Вот только не пробили. Яркий свет, который был сродни солнечному, вспыхнул в рядах остверов и рассеял не до конца сформированные заклятья. А затем один из имперцев, совсем еще юнец, выскочив навстречу вампирам, без сомнений и колебаний, ударил Стихора черным клинком и рассек его тело пополам.

Гурберт погиб моментально, а Окс снова попытался сбежать и не поверил тому, что происходило дальше. Человек оказался быстрее вампира. Он смог настичь бегущего кровососа и на ходу, легко и непринужденно, что говорило о хорошей выучке и большой практике, метнул в беглеца «Силовую плеть», которая сбила его с ног и спеленала.

– Трори! – к неимоверно быстрому имперцу подбежали воины. – Добей кровососа!

– Нет, – юноша покачал головой. – Уркварту нужен язык. Вампир подойдет.

«Еще не все потеряно», – промелькнула в голове вампира мысль, а затем юноша ударил его по голове сапогом. После чего кровосос потерял сознание и правый нижний клык.

Глава 12


Империя Оствер. Грасс-Анхо. 07.03.1408.


Операция по нейтрализации вражеской диверсионной группы прошла настолько удачно, что я был удивлен. А меня, между прочим, после всего, что произошло со мной в мире Кама-Нио удивить крайне сложно. Однако факт остается фактом — элитные диверсанты Ассира, лучшие вражеские воины, и вместе с ними пятерка вампиров, были уничтожены всего за двенадцать минут. А наши потери при этом составили шесть убитых и полтора десятка раненых. Правда, пострадали три десятка некомбатантов, в основном обслуга постоялых дворов, которые стали полем боя. Хотя так уж повелось, что настроенные на войну люди не вносят их в свои потери и оставляют за рамками докладов, рапортов и списков. Поэтому проблемы горожан нас не касались, и этими погибшими занималась городская стража.

Самое главное – поставленные цели достигнуты. Враг потерпел поражение. Мы захватили в плен пять ассиров и одного вампира, а император, рядом с которым находился Тракайер, получил необходимый толчок и вернулся к делам государства. После чего в нашем государстве стали происходить некоторые события, о которых следует упомянуть.

Во-первых, император принял решение отозвать с материка Лесокрай экспедиционный корпус генерала Фарра. Хватит тиранить эльфов, пусть они получат краткосрочную передышку, а Фарр и его воины при поддержке нанхасов должны высадиться на территории Ассира и пройтись по тылам противника. Они принесут смерть на вражеские земли и, если удача окажется на их стороне, возможно, смогут захватить столицу ассиров.

Во-вторых, имперские послы заключили мирный договор с республикой Коцка и войска Восточного фронта начали готовиться к наступлению на республику Кауш. На помощь Иллира, к сожалению, в деле ведения войны пока рассчитывать не приходится, поскольку он по-прежнему занят поисками древних секретов по оживлению богов. Но армия для окончательного удара по восточным республиканцам собирается весьма внушительная, а ее командиром назначен один из самых талантливых и перспективных полководцев империи молодой генерал граф Йорген Весс. Так что в успешном результате наступления сомневаться не приходится.

В-третьих, по приказу Марка Анхо сформированы летучие отряды ликвидаторов, которые взяли на себя охоту за вражескими шпионами и диверсантами. Они напрямую подчиняются канцелярии императора и решают многочисленные текущие проблемы, которые накопились после бегства канцлера, но со временем, как только ИТС начнет работать в полную силу, все эти отряды перейдут под мое командование и усилят управления секретной службы.

В-четвертых, несмотря на тяжелое экономическое положение государства, принято решение снизить налоговое бремя на крестьян и мелких торговцев до предвоенного уровня. А нехватку средств покрывать за счет добровольно-принудительного единовременного «патриотического взноса», который предоставят религиозные культы. Почему именно они? Да потому, что чем они слабее, тем сильнее новый бог имперского пантеона Иллир Анхо. Кстати, полубог тоже обещал финансовую помощь и для продолжения войны империи золота хватит.

Это основные изменения, которые были вызваны активизацией императора. А что касательно меня, то я продолжал создавать Имперскую Тайную Стражу. Хотя сил на это тратил уже гораздо меньше. Тут ведь как? Нужно вовремя дать правильный и в меру сильный посыл подчиненным, заинтересовать их и обозначить конкретные вполне достижимые цели. А после этого за руководителем, в данном случае за мной, остаются функции контроля, координация общих действий и корректировка текущих задач. И пока начальники управлений впахивали, я осваивал полученные от учителя знания, тренировался или находился в тюрьме. Да-да, все верно. Немалую часть своего времени я проводил в «Сабхарше» и объясню почему.

После того как император подарил мне, точнее ИТС, столичную тюрьму, я провел быструю ревизию и убедился, что Диехо Сар-Вентес, как и его предшественники, злоупотреблял своим служебным положением. Он вымогал у заключенных деньги и принимал подношения от их родственников, неоднократно нарушал устав внутренней службы и разрешал сидельцам вести переписку с внешним миром. С этим понятно — он кормился с должности. И по законам империи его можно было лишить дворянства и казнить, а имущество господина Диехо в этом случае подлежало конфискации. Однако, пообщавшись с начальником тюрьмы подольше, я пришел к логичному выводу, что заменить этого мерзавца некем. Сар-Вентес хоть и вымогатель, но службу знает, как говорится – прохавал ее «от» и «до». А помимо этого, понимая, что власть сменилась и как прежде уже ничего не будет, он сам, добровольно и без принуждения, пожелал передать на нужды Имперской Тайной Стражи денежный взнос в размере ста сорока тысяч иллиров. Вот такие дела. Император, повелитель миллионов людей, дает ИТС триста тысяч, а начальник тюрьмы, букашечка неприметная, «домашний» барон с окраины государства, сто сорок тысяч. А когда я немного попинал его ногами, сумма возросла до ста восьмидесяти тысяч.

Деньги я, разумеется, взял, ибо секретная служба расширяется, и расходы возрастают, а полученная от императора сумма уже израсходована. И это только первая ласточка. Сколько еще таких сар-вентесов в нашей столице? Не сотни, а тысячи. Все они считают свое положение незыблемым и думают, что связи и знакомства уберегут их от появления ревизоров с особыми полномочиями. Но они ошибаются. Сколь веревочке не виться, а конец один. В самое ближайшее время управление «Тар» закончит формирование ревизионно-экономического отдела. После чего начнется его работа, которая будет опираться на документы из архивов Аната Каира и наработки Тайной стражи семьи Ройхо. И, как следствие этого, понесут заслуженное наказание сотни чиновников и взяткодателей, а казна ИТС наполнится тяжелыми золотыми монетами с профилями императоров разных эпох.

Впрочем, все это на будущее и возвращаюсь к тому, что я делал в тюрьме. Как уже было отмечено, «Сабхарша» место необычное, другой такой тюрьмы на территории империи нет. И арестанты, как правило, люди тоже нестандартные, а значит, интересные.

Например, «крестники канцлера», то есть люди, которые получили пожизненный срок с подачи Тайрэ Руге. Кто они? В чем их истинная провинность перед канцлером? Какие тайны и секреты они хранят? В свете того, что мы никак не могли отыскать беглого канцлера, вопросы важные и требующие скорейших ответов. Поэтому с ними работали следователи ИТС, которые выяснили, что все пять арестантов являются членами одной исследовательской группы: археологи, инженер, строитель и рейнджер. Их собрали десять лет назад, хорошо заплатили и поставили задачу — провести раскопки нескольких древних замков. Они это сделали, особых открытий не совершили и собрались разойтись, но почуяли неладное. Люди канцлера явно готовились их ликвидировать или лишить свободы и, не дожидаясь, пока с ними полностью расплатятся, исследователи разбежались и попытались спрятаться. Но неудачно. Исследователей настигали одного за другим. Вот только не убивали, а прятали в тюрьму, как если бы их услуги и знания еще могли пригодиться Тайрэ Руге.

Или другой арестант, самый талантливый ученик магической школы «Гарджи-Тустур» за всю ее историю. Звали его Мирчо Сабатей, он осваивал учебную программу на лету и его так холили, что парень зазнался и начал проводить собственные эксперименты над человеческим разумом. До поры до времени на это закрывали глаза, но когда Мирчо ради новых знаний во время опыта угробил своих сокурсников, в один момент погрузив в пучину безумия сразу трех молодых магов, вот тут им занялись всерьез и выяснили, что в его теле уже давно живет некая кровожадная сущность дольнего мира. Изгнать вселенца не получилось даже у самых опытных чародеев школы «Гарджи-Тустур» и его упрятали в тюрьму, которая не имела доступа к магическим энергопотокам. И вроде бы сделали это временно, пока чародеи не найдут способа решить проблему. Однако началась война и про Мирчо позабыли. А вселенец в его теле, тем временем приобрел хобби. Он стал писать женские любовные романы и за двенадцать лет под псевдонимом Марианны оск Локентайр написал сорок восемь штук, а начальник тюрьмы через посредника продавал тексты столичным издателям. И, что интересно, чтиво было настолько занятным, что книги пользовались спросом. Да чего уж там… Я сам их просматривал, когда в бытность свою гвардейским офицером Черной свиты гостил в доме Кристины Ивэр и отдыхал с ее девочками. Так что могу сказать — романы понравились, хотя обычно меня от подобной дешевой писанины про любовь, страдания и прочую розовую мишуру, просто тошнило.

А вот еще один забавный заключенный – герцог Иртан Аркворт собственной персоной. Был богат и знаменит, красив и популярен среди светских дам, превосходно владел мечом и ни в чем себе не отказывал. В общем, типичный представитель имперской знати, которому завидовали провинциалы. И все бы ничего, живи и радуйся. Но однажды он увлекся наукой и стал мастерить некий прибор, который по его утверждению откроет проход в иные миры. Герцог потратил на это лучшие годы своей жизни и все состояние, залез в долги и объявил, что в самом скором времени представит чудо-машину общественности. Однако ему не поверили и на Аркворта насели кредиторы. Они потребовали предъявить механизм и доказать, что он будет работать, а у герцога сдали нервы и в припадке ярости Аркворт зарубил несколько человек. После чего семья от него отреклась, аристократа отправили в «Сабхаршу», а чудо-машину никто так и не нашел. То ли плохо искали, то ли это никому не нужно. А поскольку я не только Уркварт Ройхо, но и Алексей Киреев, меня это заинтересовало. Я лично посетил герцога и сделал ему предложение — машина и все научные наработки в обмен на свободу. И хотя я прекрасно понимал, что герцог, скорее всего, обычный сумасшедший, мне захотелось увидеть его аппарат. Вот только Аркворт пока упирался и на контакт не шел. Жаль. Но это его выбор, а я никуда не торопился. Пусть герцог еще годик-другой посидит в камере, а потом мы снова пообщаемся. И, возможно, с нами будет ламия, которая умеет задавать правильные вопросы и получать предельно честные ответы.

Такие сидельцы в столичной тюрьме. Однако самый интересный персонаж попался мне на глаза только спустя месяц после уничтожения вражеских диверсантов. В этот день, быстро уладив все свои дела по службе и до вечера расставшись с Отири, я некоторое время позанимался практической магией и освоил одно заклятье из арсенала Иллира Анхо. А после полудня, хорошенько перекусив, отправился в «Сабхаршу», где собирался пообщаться с пленным вампиром по имени Ойш Кадавер, которого захватил мой братец Трори.

Все как обычно, когда нет напряга. Я прибыл в тюрьму, принял доклад Сар-Вентеса и, в сопровождении двух офицеров Черной свиты, отправился на нижние уровни. Начальник тюрьмы держался позади. В коридорах царила тишина, и неожиданно я услышал бормотанье. Кто-то разговаривал. Звук шел из ближайшей камеры, и я приказал ее открыть.

Сар-Вентес, звякая ключами, моментально доложил, что в камере номер 397 содержится безумный пророк Иеремия Самат, которого определили в тюрьму девять лет назад по приговору общецерковного собора с участием жрецов Самура Пахаря, Ярина Воина, Бойры Целительницы, Улле Ракойны и Верша Моряка. За этот срок состоянием арестанта никто не интересовался, и нареканий к нему нет, самый обычный идиот, спокойный и дурной.

Идиот он или нет, с выводами торопиться не следовало. Но ясно, что далеко не всякого пророка, истинного или шарлатана, судит общецерковный собор, а потом оставляет ему жизнь. Обычно все проще. Поймали ересиарха или мошенника, допросили и казнили. Если настроение у жрецов религиозного трибунала хорошее – тогда просто отрубали голову. Хотя чаще они применяли четвертование и сожжение на костре.

Железная дверь скрипнула плохо смазанными петлями и открылась. Вслед за начальником тюрьмы я вошел в полутемную камеру и увидел безумного пророка.

Как должен выглядеть пророк, если следовать стереотипам? Высокий седой косматый старик в грязной хламиде, с посохом в руках и диким взглядом. Наверное, так. Но Иеремия Самат под это описание не подходил. По виду, он мой ровесник, не старше тридцати лет. Волосы совсем не седые, а русые. Одет в обычную длинную тюремную робу серого цвета, которая была перепоясана бечевкой, что, между прочим, противоречило тюремным правилам. А вот взгляд… Хм! Взгляд, действительно, был диким и безумным. Глаза пророка казались совершенно белыми, и я не мог разглядеть зрачков. Он стоял в центре помещения, между нами и топчаном, а его правая ладонь, в тот момент, когда мы вошли, тянулась вверх, и пророк нас не видел. Сознание Иеремии была далеко от тюремной камеры, странствовало в лабиринтах разума, и ему казалось, что сейчас он выступает перед огромной толпой, которая внимает его проповеди.

Я прислушался к словам пророка, который говорил уверенно и чеканил каждое слово:

– Люди! Я принес вас слово истинных богов, о которых вы давно позабыли, но они помнят о вас! Внемлите мне! Не смейте бояться. Никогда и ничего. Вставайте и идите! Храните целостность души и пробивайте свою дорогу! Сражайтесь с демонами за Правду и Волю! Разум и опыт Предков укажут вам Путь. А Честь и Совесть станут мерилом праведности ваших дел! И многие скажут, что вы ошибаетесь, что идете не той дорогой, а начатое вами дело приведет к беде, хаосу и пролитию крови. Они скажут, что вы безумны, только бы не признавать вашу правоту. Ради того, чтобы ничего не делать, оправдать свою трусость и сберечь материальные блага, слабые люди готовы сказать, что угодно, и предать вас…

Краткая пауза. Невидящий нас взор Иеремии, по-прежнему не замечая нас, скользнул по тюремной камере, и он продолжил:

— Равнодушие, корысть и страх за свою шкуру – вот главные бичи племени людского. Это так и человек всегда останется человеком, со всеми его слабостями и достоинствами. Но огненная душа не умрет. Смерти подвержена только плоть, бренная оболочка. И когда огненная душа героя, который пожертвовал жизнью ради великой и праведной цели, следуя своему предназначению, воспарит над миром, она пройдет очищение, обретет иную плоть и встанет в ряды Избранных возле трона истинных богов. И когда настанет последний час мира, когда горы обрушатся, реки потекут кровью и ядом, а волны морей и океанов обрушатся на сушу, Избранные вернутся в мир людей. И настанет Час Страшного Суда. И каждому воздастся по делам его. И не будет спасения тем, кто продал Душу, совершал преступления, предавал других людей, разменял свою суть на деньги и земные блага. И когда от криков миллиардов людей, которые будут молить о спасении, вздрогнет Мироздание, именно Избранные, чьи души неистребимы, станут карающим мечом Высших, очистят миры и заселят ее вновь. Так сказано и так будет. Внемлите мне, люди. И возрадуйтесь, ибо у вас еще есть шанс, дабы изменить свою жизнь и судьбу…

Из того, что говорил пророк, я понял очень мало. Какие-то истинные боги, какое-то спасение души и перерождение, предсказание апокалипсиса и Страшного Суда. Все это общие слова, чтобы запутать людей. И, по большому счету, проповедь пророка не представляла для меня никакого интереса. Поэтому я собрался покинуть камеру и уже начал поворачиваться к двери, когда Иеремия вернулся в нашу реальность, ткнул в меня пальцем и завопил:

– Я знаю тебя! Знаю!

От его резкого крика у меня по спине пробежали мурашки, и на миг стало не по себе. Но вида я не показал, равнодушно пожал плечами и пренебрежительно махнул в его сторону рукой, мол, мели Емеля, твоя неделя, болтай, чего хочешь. И тут пророк меня удивил.

— Я знаю тебя, – понизив голос до полушепота, вновь повторил он и добавил: – Алексей Киреев.

Стоп! Я замер, и ладонь опустилась на рукоять ирута, после чего, посмотрев на пророка, отдал команду Сар-Вентесу и гвардейцам:

– Выйдите. Ждать за дверью. Без приказа не входить.

Начальник тюрьмы и черносвитники оставили меня наедине с пророком, и я уточнил у него:

– Как ты меня назвал?

Глупо улыбаясь, Иеремия ответил:

— Алексей Киреев.

-- И ты знаешь откуда я?

– Не-а-а… – он покачал головой.

– А откуда у тебя эта информация?

Иеремия прикоснулся рукой к голове:

– Само приходит. И я не понимаю как и по чьей воле. Не хочу этого, а видения и знания все равно идут.

– Давно это у тебя?

– Сколько себя помню, с самого раннего детства.

Я отметил, что взгляд пророка прояснился. Белизна ушла и его глаза стали самыми обычными, цвет в полутьме не разобрать, но, скорее всего, они карие.

«Кто же ты такой, пророк Иеремия? – подумал я. – Какие секреты скрываешь и что видишь? Ты меня заинтересовал, а значит, я в твоей камере задержусь».

Еще раз окинув пророка пристальным взглядом и не увидев ничего нового, я прошел мимо него, присел на топчан и продолжил разговор:

– Итак, господин пророк, подведем предварительный итог. Ты знаешь мое второе имя. Ты получаешь знания и видения, но не понимаешь кто именно их тебе присылает и каким образом это происходит. А еще тебя отправили в тюрьму по приговору общецерковного собора. Верно?

– Ага, – он кивнул. – Только меня не приговорили. Я сам сюда попросился и жрецы сочли, что «Сабхарша» именно то место, где мне следует находиться.

– Сам? А зачем?

– Мне казалось, что здесь видения не будут меня донимать. Покоя хотел.

– Но не получил.

– Да. Из моей затеи ничего не вышло. Видения не магия, как мы ее понимаем, и они от энергопотоков не зависят.

– Тогда по какой причине ты не пишешь просьбу о переводе в другое место, например, в какой-нибудь храм?

– Здесь спокойно и в большом мире нет ничего, ради чего стоило бы возвращаться. Да и жрецы не будут рады моему возвращению. Когда на меня накатывают видения, я говорю о богах, которых называю истинными, но это не имперские боги. Они вообще неизвестны нашему миру.

– А что это за боги, как их зовут и где они обитают?

– Сие мне неведомо.

– А если я предложу тебе покинуть тюрьму?

– Воля ваша, но я бы не хотел. Здесь от меня никому нет беспокойства и неприятностей.

– Ладно. Оставим эту тему пока. Расскажи, что еще ты знаешь обо мне?

Продолжая стоять в центре камеры, он наморщил лоб, словно что-то вспоминая, а затем сказал:

– Ты Алексей Киреев и одновременно с этим граф Уркварт Ройхо. Ты паладин Улле Ракойны и я видел твою смерть.

«Вот же, сука, – пронеслась у меня мысль. – Смерть он мою видел. Падла. Охренел, пророк, мать твою».

В одной рыбацкой деревушке на острове Данце я слышал историю, что если убить того, кто предсказал тебе смерть, пророчество не сбудется. И тут я подумал, что если прикончить Иеремию, пока он не рассказал, как, где и когда погибнет Уркварт Ройхо, ничего не произойдет. Но сразу себя одернул. В конце концов, все мы смерты. Даже боги. А узнать, что видел пророк, крайне интересно. И, в очередной раз, заставив себя успокоиться, я подпер подбородок рукой, и задал Иеремии вопрос, который он ждал:

– И когда я погибну?

– Мне неведомо, – снова сослался на незнание пророк.

– А при каких обстоятельствах?

– Это произойдет, когда орды Белогривых вторгнутся в империю и сожгут Грасс-Анхо. Ты возглавишь войско северных провинций и эльфийское ополчение, поразишь вражеского вождя и произойдет взрыв, который на несколько миль вокруг уничтожит все живое.

Услышав это, я просто не знал, как реагировать. Смеяться или плакать? Принимать слова безумца на веру или дать ему в морду? Какие Белогривые? Откуда? Зачем? Когда? А что случилось с моими родными? Что с ламией? Почему эльфы снова стали нашими союзниками? Куда при таком раскладе подевался наш новоявленный имперский бог Иллир Анхо и где был, точнее, будет находиться в это самое время император Марк?

Вопросы, вопросы и опять вопросы. Ответ на один вопрос порождал сотни новых, и в моей голове был полнейший бардак. Общение с пророком всего за несколько минут выбило меня из колеи. И знаете, как я поступил? Молча, покинул тюремную камеру, в сопровождении Сар-Вентеса и охранников вышел на тюремный двор, а потом достал из своей сумки фляжку с крепким вином и сделал пару жадных глотков.

Алкоголь обжег внутренности и согрел. Я прогулялся по тюремному двору, восстановил душевное равновесие и, решив относиться к словам пророка так, словно он сказочник и фантазер, который, возможно, видит альтернативный вариант нашего будущего, велел Сар-Вентесу принести пачку бумаги, карандаши и чернила. А когда он выполнил приказ, я вернулся в камеру пророка и спросил его:

– Читать-писать умеешь?

– Да, – отозвался он, продолжая оставаться на том самом месте, где я его оставил.

– А рисовать?

– Немного.

– Уже хорошо. Сейчас садишься и записываешь на бумагу все, что видел в своих видениях касательно нашей империи, а заодно нарисуй этих самых Белогривых. Сначала пиши кратко – мне нужна выжимка, самая суть, а рисунки могут быть схематическими. Времени тебе два часа. Как понял?

– Хорошо понял. Только стола нет и стульев. А еще мне бы свечи не помешали.

– Все будет.

Спустя десять минут, получив стол, стул, свечи и кувшин с чистой водой, пророк приступил к выполнению поставленной задачи. Ну а я отправился к вампиру Кадаверу.

Вопросов к кровососу имелось много и среди них, кто такой кровавый бог Шамми, которому поклоняются вампиры. Однако я никак не мог сосредоточиться и мысленно постоянно возвращался к пророку, так что общение с Кадавером вышло скомканным и малоинформативным.

Наконец, истекли назначенные мной два часа. Я снова посетил тюремную камеру номер 397 и получил несколько исписанных ровным убористым почерком листов, а так же три рисунка.

Пророки люди непростые, особенно те, кого называют безумными, и многого от них ожидать не стоит. Тут помню, а вот тут не помню. Это видел, а вот это в тумане. Но общую картину того, что ожидает империю и лично меня в будущем, по версии пророка Иеремии, я себе представил.

Судя по всему, в ближайшее десятилетие, в то самое время, когда я все еще буду молод, красив и богат, энергопотоки дольнего мира восстановят прямую связь с миром Кама-Нио. Боги, которые потеряли здесь своих последователей, задумают навести порядок и произойдет вторжение из другого мира. Будут открыты огромные порталы и к нам в гости пожалуют карательные армии враждебных богов, а одно войско, вернее, орда, будет укомплектована орками, которых Иеремия называл Белогривые. А так-то самые обычные орки, если верить грубой картинке. Звериная морда и мощное тело, а вместо волос львиная грива белого цвета.

Конечно же, всем коренным обитателям мира Кама-Нио придется сражаться с агрессорами. И первыми под удар пришельцев попадут эльфы, которые предали своего бога Финголиэри и понесут за это заслуженное наказание. Одновременно с ними достанется краснокожим манкари. А дальше дойдет до людей, которые примут на своих территориях беглых ушастых и недобитых краснокожих.

Что в это время будет делать император Марк и как отметится на полях сражений Иллир Анхо, пророк не знал. А меня в своих видениях он видел целых два раза. Сначала во время какой-то морской битвы на палубе корабля, а затем в предсмертный час в решающем сражении с орками. И если сначала я воспринимал видения пророка скептически, чем дольше я над ними размышлял, тем больше укреплялся мыслями, что подобное вполне может произойти. И не факт, что я погибну, ибо есть способы защитить себя от взрыва, так что с определением моей смерти пророк поторопился. Но то, что после восстановления энергопотоков наш мир окажется под ударом вполне допустимая реальность завтрашнего дня, ибо вражеские боги все помнят и ничего прощать не собираются, ни нам, ни предателям, которые переметнулись на сторону Неназываемого.

В конце концов, сам для себя я решил, что отбрасывать видения Иеремии как бредовые, не стоит. По крайней мере, пока. Время в запасе имелось, и бегать по улицам с криками «Люди, спасайтесь!» рано. А вот попросить совета у старших товарищей, например, у Иллира Анхо, конечно же, можно. Поэтому, покинув тюрьму, я отправился не во дворец и не домой, а в святилище родоначальника имперской династии.

Глава 13


Империя Оствер. Данце. 09.03.1408.


Мне повезло. Иллир Анхо находился в своем святилище, и учитель смог уделить ученику полчаса своего драгоценного времени. Но, как ни странно, когда я сообщил о пророчестве Иеремии, он отнесся к этому совершенно равнодушно и, пожав плечами, сказал:

— Пророк, с которым ты встретился, далеко не единственный в империи. И далеко не самый результативный. В каждом религиозном культе есть люди, которые прозревают будущее. Но имеется проблема – никто из них не видит полной картины. Поэтому пророков бывает интересно послушать, очень уж складно они рассказывают о будущем, а вот доверять им и полагаться на их слова нельзя. Хотя бы по той причине, что дар «провидца» люди получают от богов, а они в свою очередь посылают пророкам видения, которые им выгодны. А в случае с Иеремией мы вообще не знаем, кто его покровители и чего они хотят. Понимаешь, о чем я толкую?

Услышав такое, я еще раз хорошо все обдумал и решил, что Иллир, конечно же, прав. Боги только кажутся всемогущими, но их сила имеет ограничения и они обязаны следовать определенным правилам. По этой причине, где сверхсущества, которых люди считают богами, не могут оказать на смертных прямое воздействие, там применяются различные уловки. Например, через пророков внушается некая позиция и последователи сверхсущества, а вслед за ними другие люди, начинают менять реальность в пользу этих богов. Так что спорить с Иллиром я не стал. Кто он, а кто я? Мы на разных уровнях и мне его не переубедить. Проще было с ним согласиться, и я это сделал. После чего мы обговорили текущее положение дел в империи и расстались.

Иллир продолжал искать способы безопасно и максимально быстро оживить свою возлюбленную. Все остальное для него на втором плане, и помогать империи одержать победу над врагами в ближайшее время он не собирался. Ну а я вернулся на службу и, хотя Иллир убедил меня не обращать внимания на пророчества Иеремии, где-то в глубине души затаилась уверенность, что безумец прав. Есть в его словах смысл. Определенно. И чтобы там ни говорил божественный учитель, мне следовало идти своим особым путем и готовиться к грядущим неприятностям. А выражаться это будет в укреплении собственного могущества, экономической автономии северных территорий от центральных и южных провинций государства, в формировании новых военизированных соединений и строительстве боевых кораблей. И даже если Иеремия самый обычный фантазер, можно сказать агент влияния неизвестных богов, и вторжения орков в мир Кама-Нио не произойдет, укрепление позиций семьи Ройхо на севере пойдет мне только на пользу.

Решение было принято, вектор развития определен и, удостоверившись, что Имперская Тайная Стража продолжает расширяться согласно плана, я отправился в свою вотчину. Сначала хотел устроить большую ревизию и проехать по всем владениям, начиная с объекта «Ульбар» в горах Аста-Малаш и замка Ройхо, до всех островов архипелага Ташин-Йох и города Аста-Гот. Но время… Я не мог позволить себе надолго отлучаться из столицы. Поэтому ограничился поездкой в Данце, где заранее приказал собраться всем более-менее крупным вассалам, за исключением Вирана Альеры. То есть кеметским старейшинам-управленцам, наместникам городов, командирам воинских подразделений, вольным пиратским капитанам, вожакам оборотней и трем самым сильным чародеям магической школы «Данце-Фар».

Учитывая мою репутацию и зная, как граф Ройхо поступает с ослушниками, опоздавших не было. Общего сбора я устраивать не стал, а расположился в одном из кабинетов бывшего здания Совета Капитанов и начал по одному вызывать на ковер проводников моей воли.

Все происходило быстро и четко. Вызывался чиновник или офицер, аристократ или вождь. Он входил в кабинет и делал доклад о том, чего добился за минувший год, какие у него проблемы и планы. А пока он говорил, я изучал его досье, которое было составлено людьми Балы Керна и постоянно дополнялось. Грешки и слабости водились за каждым: воровство и мошенничество, убийства и похищения людей, аферы и протекционизм. Пусть даже какая-то мелочевка, вроде поклонения чужым богам и прием подарков, который можно истолковать, как взятку, любовницы и карточные долги. Не бывает идеальных и кристально честных людей. Просто не существует. Чем дольше я жил, тем более ясно это понимал. А самое главное — был вынужден с этим мириться, ибо сам не идеален и другого человеческого материала у меня не имелось. И, зная слабости своих вассалов, чиновников, вольных пиратов и гордых вождей, я давал им понять, что мне все известно, а затем назначал наказание. Кому штраф, кому простое внушение и «последнее китайское предупреждение». А когда человек доходил до нужной кондиции ему отдавались новые приказы.

В среднем, на каждого посетителя, которого я принял в тот день, тратилось двадцать минут. Начал я рано утром, а закончил поздно ночью. И, что характерно, совершенно не устал. Я держался бодрячком. Мозг работал, словно компьютер. И моя Тень, которая в течение дня находилась рядом и помогала с документами, послушно соединилась с телом. После чего, выйдя на балкон, я присел в удобное кресло, скинул сапоги и вытянул ноги.

Вот оно блаженство. В кои-то веки я совершенно один и рядом никого. Нет ламии, которая по уговору с Каисс осталась в столице. Нет Керна, который в это самое время следил за покинувшими мой кабинет людьми. Нет Иллира Анхо и его потомка императора Марка. Нет Айнура и Трори, каждый из которых, наверняка, в этот самый час находился рядом со своей женщиной. Поэтому никто на меня не давил и не пытался втянуть в очередную проблему. Однако, вместо того, чтобы использовать эту передышку для отдыха, я продолжал размышлять о делах графства, которое побольше многих герцогств и даже королевств, подводил общий итог минувшего дня и думал о том, что произойдет дальше.

Когда я вернул родовые владения, мне было трудно. Верных людей мало, да и те наемники, перспективы паршивые, в казне пусто и на все графство всего несколько бедных деревень. А сейчас в моих владениях проживает без малого полмиллиона человек и треть из них беженцы из объятых войной, голодом, болезнями и мятежами имперских провинций. В казне, несмотря на большие расходы, четыре миллиона иллиров и столько же вложено в Ваирское Финансовое Общество. В постоянных расходах: жалованье военным и чиновникам, строителям и корабелам, выплата пенсий инвалидам и ветеранам Восточной кампании, шпионаж и обеспечение внутренней безопасности графства, а так же спонсирование научно-технических и магических проектов. В постоянных доходах: прибыль от деятельности ВФО, от торговли и производства оружия, от налоговых сборов и корабельных верфей, от продажи магических связистов и артефактов производства школы «Данце-Фар», от поиска кладов, который ведется группой Бора Богуча, от тайного золотого рудника в горах Аста-Малаш и поставок продовольствия в центральные провинции империи.

Кроме того, стоит упомянуть о новых производствах. Это пенициллин, порох, бумага, спички и спирт. Долгое время у меня никак не выходило продвинуть данные проекты. Попытки были, а толку мало, ибо я не мог отыскать достаточно грамотного ученого, который бы понял, чего именно я хочу. Но, наконец, такой человек отыскался. Иллир Анхо отдал мне беглого васлайского профессора Дориана Матернира и дело пошло. Ученый оказался фанатиком науки и постоянно стремился к чему-то новому, лично для себя ничего не требовал и взялся за реализацию проектов, посвятив этому жизнь. Так что с порохом разобрались быстро и результаты уже имелись. А теперь он занят продвижением остальных проектов и в самое ближайшее время граф Ройхо, точнее, мои торговые представители, предоставят империи новые товары, которые, конечно же, будут пользоваться спросом. А значит, в казну потечет еще один ручеек из золотых монет.

Что касательно вооруженных сил – это моя гордость. Есть три бригады: одна экспедиционная — «Ройхо» и две территориальные — Ваирская и Северная. В каждой по три тысячи воинов и желающих служить знаменитому и, что немаловажно, богатому графу Уркварту Ройхо много. Только отдай приказ о наборе новых воинов и за сутки численность бригад будет увеличена вдвое. Сам по себе этот факт говорит о многом. А помимо бригад есть наемный батальон в Аста-Готе, городская стража Данце, Кайнена, Соммера и Свярда, охранная рота объекта «Ульбар», два взвода ликвидаторов под командованием Керна, несколько отдельных боевых групп, стаи оборотней и отряд чародеев. Плюс к этому военная флотилия Владимира Фиэра, которая за счет постройки новых кораблей и захвата пиратских увеличилась до четырнадцати вымпелов, и объединенный флот вольных пиратов под командованием братьев Лютвиров. Так что силушка у меня имелась. Вот только расходовать ее я не собирался. Император намекал, что, будучи имперским патриотом, я мог бы отправить на фронт одну из своих бригад. Однако с меня войны хватит, а своих людей я берег и бросать их в пекло фронта не собирался. По крайней мере, в ближайшее время.

Таковы расклады на данный момент. И вроде бы все хорошо, можно успокоиться и почивать на лаврах, служить императору и руководить секретной службой. Однако, как я уже отметил, мне не дает покоя пророчество Иеремии и необходимо двигаться дальше.

Прием беженцев, которые желают перебраться в северные районы империи, будет продолжаться. Но контроль за перемещениями людей должен быть усилен. Демоны их знает, кто спрячется среди крестьян и ремесленников. Шпионы, наверняка, будут. И люди Керна их периодически вылавливают. А если сектанты или вампиры? Так что безопасность следует усилить.

Имперский олигарх Пертэ Церель, мой компаньон по Ваирскому Финансовому Обществу, предлагает пару выгодных проектов, которые стимулируют нашу экономику, и я намерен встретиться с ним в столице. Чем больше денег перед смутой накопим, тем лучше.

Армию и флот увеличивать пока не стоит, слишком накладно. Однако о создании подготовленного мобилизационного резерва придется позаботиться заранее. По этой причине наместники городов графства Ройхо получили указание с целью популяризации службы в войсках каждые три месяца проводить среди молодежи военно-спортивные мероприятия. При этом самых сильных и крепких парней награждать, а затем определять в береговую стражу, которая будет охранять острова с моря, и ловить контрабандистов. Сейчас наш мобилизационный резерв примерно десять тысяч, а нужно гораздо больше. Так что помимо береговой стражи со временем создадим военно-патриотическую юношескую организацию и за пару-тройку лет подготовим хотя бы двадцать пять тысяч будущих солдат. Это не считая обычного ополчения, которое в случае серьезной войны идет на смазку для вражеских клинков.

Ну и, само собой, нельзя забывать про чародеев. Школа «Данце-Фар» самая молодая в империи и старые магические сообщества ее до сих пор не признали. А это мешает расширению, ведь маги должны искать новых учеников. По сути «Данце-Фар» вне закона и это проблема. Еще одна из тех, которые придется решать. И действовать нужно не силой, не указами императора, не давлением, а через дипломатов, путем подкупа и шантажа. А поможет мне в этом бывший архимаг школы «Алго» господин Ютан…

В общем, все проблемы, какие есть, вполне решаемы. Это не могло не радовать, и я улыбнулся. После чего посмотрел на спящий город, покинул балкон и отправился в гости к законной супруге. Секса сегодня может и не будет, а поговорить один на один нужно. Не чужые люди, в конце концов, общего ребенка имеем и в развитии нашего хозяйства она заинтересована никак не меньше меня.

Глава 14


Империя Оствер. Грасс-Анхо. 12.05.1408.


— Нашел!!! – радостный вопль начальника аналитического отдела управления «Сар» капитана Ульрика Цуаринга разнесся над плацем перед башней Ан-Анхо и вспугнул сидевших на ближайших деревьях птиц.

С трудом сдержав готовый вырваться гнев, я обернулся и посмотрел на аналитика, моложавого офицера гвардии, который, словно мальчишка, бегом приближался ко мне и размахивал зажатой в правой руке папкой с бумагами.

«Детский сад, — наблюдая за капитаном, подумал я. – Вот чему ты радуешься?»

По моему мнению, для радости и веселья не время и не место. Два месяца назад я прибыл с острова Данце и снова приступил к служебным обязанностям. Планов в голове было превеликое множество и я считал, что со дня на день Имперская Тайная Стража приступит к реальной работе, станет приносить пользу государству и докажет императору свою незаменимость. Однако одна неделя сменялась другой, а мы никак не могли начать.

Причины разные. Слабая подготовка сотрудников и рыхлость отделов, которые комплектовались совершенно разными по менталитету людьми. Нежелание смежных структур, например таких, как Особый Отдел Гвардии и Министерство Финансов, делиться полномочиями и наработками. Скрытый саботаж снабженцев, недостаточная техно-магическая материальная база, дефицит финансирования, нехватка административного пространства и многое другое. Все эти мелочи, словно подсыпанный в сложный механизм песок, не давали нам сдвинуться с места и тормозили.

Конечно же, меня, как главу ИТС, это не могло не задевать. И, что немаловажно, наш провал происходил на фоне военных успехов имперской армии на Восточном фронте. Молодой и амбициозный генерал Йорген Весс, собрав в кулак лучшие регулярные полки и феодальные дружины, обрушился на республику Кауш и в двух битвах наголову разгромил вражеские войска. После чего имперские воины, сметая с пути все преграды и захватывая крепости противника, взяли под контроль перевалы через хребет Агней и вторглись на вражескую территорию. Ежедневные победные реляции делали императора счастливым, и он начинал давить на других верных генералов. Где победы? Где успехи? Почему они не могут воевать так, как это делает Весс? А они начинали оправдываться. И когда императору надоедало слушать военачальников, он обращался с вопросами ко мне. По какой такой причине ИТС не смогла предотвратить мятеж в провинции Салавир? Как так вышло, что два ассирских диверсионных отряда уничтожили имперских наместников и скрылись? Где этот неуловимый изменник-канцлер? И почему, несмотря на мои обещания начать натиск на коррупционеров, мздоимцев и воров, ревизионно-экономический отдел ИТС бездействует?

В итоге уже я начинал оправдываться. И если сначала мои доводы встречали у императора понимание, дальше становилось сложнее. Он требовал результат, а я его не давал и продолжал просить денег, людей, дополнительного времени и административные здания в центре столице. А поскольку меня вызывали на ковер каждые два-три дня, все это сильно отвлекало и выматывало. Настолько, что я уже стал подумывать об отставке. Пока это только мысли, которые я легко отметал, ибо понимал, что заменить меня некем. Но улыбаться все равно было нечему, и мое настроение передавалось подчиненным, которые в последнее время стали хмурыми и малоразговорчивыми…

— Командир! — Цуаринг приблизился вплотную и протянул мне папку с бумагами. – Я нашел!

Решив, что офицера необходимо одернуть, слишком вольно он себя ведет, я отдал команду:

— Смирно!

Ульрик Цуаринг не боевик и никогда не принимал участия в сражениях, не ходил в караулы и не бегал по городу в поисках врагов государства. Он штабист, один из тех людей, кто совершенно случайно оказался втянут в мятеж «Имперского союза», а затем, по рекомендации полковника Саманила Рогха, я вытащил его из «Сабхарши», и пристроил в аналитический отдел. Однако команду он выполнил моментально, вытянулся по стойке «смирно» и его лицо окаменело. Вот что значит обучение в имперском военном лицее – сколько лет прошло, а строевые команды не забыты.

– Господин капитан, — забрав у Цуаринга бумаги, я стал обходить его по кругу, – не забывайте, что вы гвардеец и сотрудник Имперской Тайной Стражи. В своем кругу мы иногда можем позволить себе вольности и братское обращение. А бегать по плацу с криками, что вы чего-то там нашли, непозволительно. Учтите это на будущее и в дальнейшем ведите себя, как должно имперскому офицеру и аристократу. Я понятно выражаюсь?

– Так точно, господин начальник Имперской Тайной Стражи, — отчеканил он.

– Это хорошо, – я остановился, поймал взгляд капитана и сказал: – А вот теперь говори, в чем дело.

Капитан слегка расслабился, снова заулыбался и выдохнул:

– Я нашел канцлера Руге.

С того момента, как мы приступили к поиску беглеца, его «находили» несколько раз. Поэтому верить капитану на слово я не собирался, а хлопнул его по плечу и кивнул в сторону парковой зоны дворца:

— Пойдем, Ульрик. Меня вызвали к императору, расскажешь по дороге, чего нарыл.

Мы покинули плац, двинулись по тенистой аллее и капитан начал объяснение:

-- Как вам известно, господин граф, беглый канцлер поклонник темного культа кровавого вампирского бога Шамми. Сам по себе культ небольшой. Он объединяет десяток семей, которые разбросаны по всему нашему миру. И суть его в том, что люди живут привычной жизнью, тайно поклоняются своему божеству и поставляют ему жертвенную кровь. А Шамми в свою очередь вознаграждает последователей, даруя им вечную жизнь в облике вампира…

– Да-да, мне это известно, – прервал я его. – Ближе к сути.

Ульрик кивнул и продолжил:

– Так вот, господин граф, когда канцлер сбежал, обнаружить его не удалось. Наша сводная группа из следователей, дознавателей и аналитиков, подходила к решению проблемы со всех сторон. Были опрошены сотни свидетелей. Велся поиск близких к семьям Руге, Минц и Диад, людей. Исследовался архив канцлера и в провинции, где он мог скрываться, посылались шпионы. Однако по всем направлением неудача. Потрачены тысячи рабочих часов, деньги и ресурсы, а результат нулевой. И тогда я стал копать глубже, заниматься не поиском Тайрэ Руге, а исследовать сам культ Шамми. После чего перерыл все доступные нам архивы, как наши, имперские, так и трофейные из Васлая, Коцки и других сопредельных государств. Я был уверен, что найду мифический главный тайный храм Шамми, смогу локализовать место и таким образом выйти на цель.

– И, насколько понимаю, ты считаешь, что добился успеха? – я покосился на него.

– Несомненно, – Ульрик горделиво приподнял подбородок.

– Ну и где находится этот храм?

– Основываясь на данных из пяти источников, это проклятое святилище мертвых в горах Агней. Точное местоположение – подземелья под замком Исмарч в долине Бастаржи. Давным-давно замок был построен семьей Диад, а затем заброшен. Но это обманка. За ним постоянно присматривали и сейчас беглый канцлер, а вместе с ним остальные вампиры, которые поклоняются Шамми, именно там.

– Версия хорошая, Ульрик. Вот только я не услышал доказательств.

– Все указывает на то, что я не ошибаюсь.

– Но прямых указаний, что Руге там, нет? – продолжал я давить.

– Нет, – согласился капитан. – В своих заключениях я опираюсь на логику и внутренний устав культа Шамми. А он гласит, что в случае непосредственной угрозы все поклонники кровавого бога обязаны собраться в святилище.

– А почему святилище Шамми, если о нем есть упоминания в архивах, до сих пор не разрушено?

– В прошлые времена до этого не было никому дела. Разве только отрядам охотников на нежить. Да только кто же их допустит до секретных докладов имперских агентов. И, кроме того, члены культа всегда крутились при дворе императора. Следовательно, могли обеспечивать безопасность своего святого места.

– Хорошо, – я кивнул. – Допустим, что ты прав и вероятность ошибки исключается на девяносто процентов. Каковы твои рекомендации, как аналитика?

– Собрать ударную группу из лучших воинов, чародеев и охотников на вампиров. Через телепорт перейти в город Энгрис, в течение двух дней добраться в долину Бастаржи, спуститься в подземелья, уничтожить противника и захватить канцлера. Разумеется, о проведение операции должны знать только самые доверенные лица, узкий круг, а исполнители получат инструкции и схемы подземелья уже в пути.

– Считаешь, что среди нас предатели?

Он пожал плечами:

– Господин граф, канцлер слишком долго находился на вершине властной пирамиды, и у него столько людей, которые ему обязаны, что соблюдать предосторожность необходимо всегда.

– Тут ты прав, капитан. И хотя я не уверен, что Руге находится в Исмарче, отряд будет послан.

– Благодарю, командир.

– Свободен.

Ульрик отстал, а я на ходу просмотрел предоставленные им документы и спустя десять минут прибыл в кабинет императора…

Марк Анхо нервничал, и это было заметно. Он не мог усидеть на одном месте и постоянно двигался. Глядя на него, можно было подумать, что император принял бодрящего эликсира, но причина иная. Любовница Марка, благородная девица с запятнанным прошлым Элен Кенике, собралась рожать. Медики и чародеи в один голос утверждали, что у императора появится второй сын и все пройдет нормально. Но, несмотря на их заверения, Марк был обеспокоен. Отсюда несвойственное ему поведение, резкость и необоснованные наезды на подчиненных, которые с самого раннего утра получали от него нагоняй. Я это уже знал, поскольку в приемной успел перекинуться парой слов с Тракайером. Поэтому, не дожидаясь, когда государь начнет высказывать, как он недоволен работой Имперской Тайной Стражи, я сходу заявил:

– Ваше Величество, мы обнаружили логово беглого канцлера, и уже сегодня на его поимку будет отправлен специальный отряд.

Даю слово чести – я не собирался об этом говорить. Однако момент такой, что Марка следовало отвлечь и сбить с толку, дабы не выслушивать его нарекания и упреки. А тут такая новость. Она не могла не порадовать государя, и я оказался прав.

Лицо императора, который расценил это сообщение, как добрый знак, расплылось в улыбке. После чего он потребовал подробностей, и я их дал. Разумеется, не упоминая, что не уверен в точной локализации беглеца. Но император этого не заметил, и прием прошел легко.

Еще через полчаса, вернувшись в башню Ан-Анхо, я приступил к формированию отряда ликвидаторов и в него вошли самые лучшие наши люди. Во-первых, командиром был назначен брат Трори, который поразительно легко справился с вампирами из подразделения ассирских диверсантов и превосходно ориентировался в подземельях. Во-вторых, восемь чародеев магической школы «Данце-Фар». В-третьих, два взвода воинов из управления «Гер» и магический связист с оператором. В-четвертых, две пятерки оборотней. А в-пятых, я пригласил поучаствовать в охоте своего старого знакомого, жреца Сигманта Теневика достопочтенного Алая Грача. Мы могли обойтись и без него, тем более что долина Бастаржи находилась в тыловом районе нашей победоносной Восточной армии, и всегда имелась возможность привлечь дополнительные силы. Но старый жрец до сих пор считал, что я задолжал ему пару-тройку кровососов, а спорить с ним не хотелось. Пусть развлечется старик, раз уж представилась такая возможность. А помимо того, когда отряд уже был собран и готов к выступлению, в последний момент я добавил в него рыжую девочку-наемницу и ее боевого монстра. Да-да, ту самую девушку из отряда киллеров, который не так давно пытался уничтожить меня в Данце. Многочисленные проверки доказали, что она обычный человек с самыми обычными желаниями и потребностями, против меня ничего не имеет и готова работать на ИТС. А если так, разбрасываться ценными кадрами нельзя и она может заработать помилование честной службой на благо родины.

Отряд выступил во второй половине дня и направился к городскому телепорту. Ну а я, дав брату необходимые инструкции и наставления, проводил воинов и вернулся к работе.

Глава 15


Империя Оствер. Долина Бастаржи. 15.05.1408.


Трори Ройхо остановил коня и приподнял правую ладонь. Воины за его спиной, подчиняясь команде, тоже замерли, и цепкий внимательный взгляд молодого командира заскользил по долине Бастаржи.

Время полдень. До наступления темноты еще семь часов и Трори, который совсем не ожидал, что старший брат доверит ему командование отрядом гвардейцев, чародеев и оборотней, оказался перед выбором. Благодаря разведчикам рода Гунхат, которые добрались до цели гораздо раньше основных сил, он знал, где находятся входы в подземное святилище кровавого божества. Поэтому мог отдать приказ о немедленном начале операции. Однако Трори колебался. Слишком быстро все происходило и, опираясь на собственный опыт, он понимал, что гвардейцы, даже будучи элитными воинами империи, не подготовлены для боя в подземных лабиринтах. Следовательно, многие могут растеряться, и в операцию будет добавлен элемент хаоса. А если не торопиться, разбить в долине лагерь и запечатать проходы вниз, можно потратить остаток дня на инструктаж воинов и более серьезную подготовку, переждать ночь и атаковать противника на рассвете.

«Что же делать? — спросил себя Трори. – Как поступить?»

Взгляд младшего Ройхо замер на развалинах древнего замка Исмарч, под которым находился основной вход в святилище кровососов, и он уже собрался отдать приказ разбить полевой лагерь, когда услышал за спиной голос Алая Грача:

— Атаковать надо немедленно.

Ройхо обернулся и посмотрел на седобородого жреца, которого сопровождали два молодых и вечно хмурых ученика из культа Сигманта Теневика. Ему не нравился Алай Грач, который якшался с потусторонними силами и легко общался с духами мертвых. Он его опасался. Но в то же время Трори прекрасно осознавал тот простой факт, что с повадками вампиров опытный жрец, один из самых сильных в империи, знаком гораздо лучше, чем он или кто-то другой в отряде. И если Грач сказал, что атаку откладывать нельзя, к его словам требовалось прислушаться.

– Считаете, что вампиры сбегут, уважаемый Алай? — спросил жреца Трори.

— Нет, – Грач покачал головой. — Они уже знают, что мы пришли за ними и готовятся к контратаке под покровом ночной темноты. Мы, конечно, отобьемся, но лишимся большей части воинов и на следующий день потеряем боеспособность. А затем, пока отряд будет зализывать раны, к ним подойдет подмога.

– Почему вы так считаете? – Ройхо поморщился.

— Опыт и мои личные наблюдения. – Жрец указал на противоположный склон долины, где вдалеке, если хорошо присмотреться, можно было различить несколько всадников: – Видишь этих конников?

— Да, – Трори согласно мотнул головой.

– Это гонцы. Они спешат за подкреплением.

Трори усмехнулся:

– Интересно, кого они могут привести?

Жрец тоже усмехнулся и ответил:

– Кого угодно. Например, независимых горцев. Или стаю диких вампиров-боевиков. Кого-то из местных феодалов. А может и регулярное подразделение имперской армии.

— Даже так? -- юноша был удивлен.

– Конечно. Ведь это их вотчина, которая служит для поклонников Шамми домом на протяжении не одной тысячи лет. И нет ничего удивительного в том, что они знают всех, кто обосновался неподалеку, а главное – имеют на них влияние.

– Я вас понял, уважаемый Алай, и вынужден с вами согласиться. Есть предложения и рекомендации по проведению операции?

Грач пожал плечами:

– Ты командир и решение принимать тебе. Я же со своими учениками встану там, где ты прикажешь.

Конечно, жрец юлил. Он только делал вид, что полностью подчиняется Трори Ройхо. И юноша был уверен, что куда бы он ни поставил Грача, в какую бы атакующую группу ни определил, старик все равно поступит по-своему и переиграет ситуацию, как ему выгодно. А интерес жреца в том, что он собирался завладеть мистическими тайнами и артефактами древних кровососов, дабы обрести новые знания и умения. Для Трори, который получил от старшего брата подробные инструкции, это не являлось секретом. С этим приходилось мириться и, не вступая с Грачом в спор, он подозвал к себе старших офицеров отряда, чародеев, вожака стаи оборотней Тирмаша Конея и погонщицу боевого монстра рыжую наемницу Кайли Станшар.

Точную численность врагов, которые скрывались в обширных подземельях, определить нельзя. Однако это никого не смущало, ибо люди и нелюди в отряде подобрались такие, что их даже демонами не испугаешь. Хотя предварительно можно было сказать, что в святилище, по крайней мере, три дворянских семьи: Диад, Минц и Руге. Это два десятка живых людей, мужчины, женщины и дети. А помимо потомственных поклонников Шамми там же их телохранители и охрана подземного храма, жрецы и вампиры, которые использовали укрытие временно. А это еще пара десятков воинов и полтора десятка кровососов, вряд ли больше. Ну и, само собой, там же находились рабы вампиров, как добровольные, так и пленники, которые делились с хозяевами кровью. То есть минимум полсотни человек и некоторые из них могли оказать имперскому отряду ликвидаторов ожесточенное сопротивление.

План Трори оказался довольно прост и незатейлив. Отряд делится на пять групп. Первая – ударная, в нее войдут взвод гвардейцев, два самых сильных чародея, боевой монстр-вользгр, Трори и Алай Грач с учениками. Вторая и третья – вспомогательные, в каждой по десять воинов и два чародея. Четвертая и пятая – резервные, в них по пять воинов и один маг. Ударная группа спускается в святилище через главный вход и, насколько возможно быстро, пробивается вперед. Вспомогательные группы идут через запасные проходы и не торопятся. Резерв прикрывает другие проходы и готовится усилить основное подразделение. А оборотни разбегаются по долине и присматривают за всеми тропками, по которым к вампирам могла подойти помощь. Приоритетные цели операции – захват беглого канцлера Тайрэ Руге и уничтожение вампиров.

Получив инструкции, командиры групп подтвердили, что приказ ясен. После чего отряд спустился в долину и подошел к разрушенному замку. Здесь воины оставили лошадей и разделились, а затем, ведомые проводниками-оборотнями в обличье волков, направились к замаскированным входам в подземелье.

Главный проход в святилище Шамми находился в разрушенном подвале замка. Он был прикрыт магическими заклятьями маскировки и мощным металлическим люком, поверх которого росла трава. Но еле заметная ниточка тропинки не осталась не замеченной оборотнями. Волки обнаружили вход практически сразу, как только появились в долине, и потерявшим бдительность вампирам вместе с их выкормышами, предстояло за это расплатиться.

Перед тем как пересечь магическую сигнальную цепь, которая моментально предупредит противника о начале атаки, воины скинули броню. От вампиров она не защитит, а вот движения стеснит. Они оставили при себе только сумки с целебными зельями, артефакты и зачарованное оружие: кинжалы, мечи, арбалеты, дротики и гранаты.

Затем все без исключения приняли допинг и Трори, конечно же, в обязательном порядке. Причем не одну дозу, а две.

Проглотив содержимое первого пузырька, юноша выдохнул:

– Ха-а-а!!!

Горькая едкая жидкость прокатилась по пищеводу и провалилась в желудок. В глазах у него потемнело, а тело скрутило судорога. Но спустя несколько секунд слабость отступила. Разум воина очистился, а его движения стали резкими и быстрыми.

Вторую порцию пить не рекомендовалось, эффект будет не такой долговечный, а отходняки ударят по организму сильней. Вот только Трори выбирать не приходилось. Он командир и весомая боевая единица отряда, а значит, обязан быть на острие удара. Оплошать нельзя и юноша без колебаний проглотил содержимое другого пузырька.

– А-а-а-а!!! – завопил молодой Ройхо, дождался, пока организм усвоит эликсир, и почувствовал в мускулах неимоверную силу, а потом посмотрел на ведущую мимо воинов боевого монстра Кайли Станшар и спросил девушку: – Что ты делаешь?

– Никко, – погонщица погладила уродливого монстра по руке, – должен хорошо запомнить своих, чтобы не атаковать их по ошибке.

– Жди моей команды, – сказал юноша.

– Конечно, командир.

Девушка улыбнулась ему, и Трори подумал, что она вполне привлекательная особа, с которой при случае можно познакомиться поближе.

«Потом, все потом»… – младший Ройхо заставил себя сосредоточиться на выполнении боевой задачи и подошел к еле заметной силовой магической нитке сигнального заклятья перед замаскированным люком. Воины встали рядом с ним, а жрецы и чародеи за их спинами. В этот миг все люди, кто входил в ударную группу ликвидаторов, показались Трори единым живым организмом, у которого много голов, рук и ног. Но этот организм, тем не менее, движется и даже дышит синхронно.

– Наверное, это хорошо, – под нос прошептал себе Трори.

– Что? – воин справа от него посмотрел на молодого командира.

– Начинаем! – усмехнулся юноша и ткнул пальцем в сторону погонщицы, которая держала в руках магический поводок монстра: – Выпускай зверя!

Вользгр, быстрый и мощный мутант из лабораторий магической школы «Трансформ», уже знал, что должен делать. Еще в пути погонщица внедряла в него базовые команды и образы врагов. Он был готов и как только освободился от поводка, одним прыжком приблизился к люку, подцепил его когтями и рывком выдрал из проема.

Тяжелый бронзовый люк, весом под триста килограмм, а может и больше, улетел в сторону и вользгр, оскалив пасть, проник в подземный коридор. Люди последовали за ним. Они двигались быстрым шагом и, время от времени, Трори посматривал на жрецов. Если впереди ловушка, опытный Алай Грач предупредит. В конце концов, недаром у него в подчинении, а кто-то скажет, что в рабстве, десятки духов. В этот самый момент бесплотные тени давно умерших существ проверяли дорогу перед ударной группой и ничего опасного пока не обнаружили.

Широкий коридор, петляя, уводил имперцев все ниже. Воины легко преодолели четыреста метров, а ловушек все не было. Впрочем, так же как и вользгра. Но вскоре они услышали впереди крики и шум боя. Звенела сталь. Видимо, кто-то пытался остановить монстра клинками. Вот только сделать это было проблематично, и спустя пару минут Трори оказался в небольшом подземном зале, который был усеян изломанными и разорванными в клочья телами людей. Их было около двух десятков. Наверное, добровольные помощники вампиров. И вользгр убил всех.

– Хорошее начало, – продолжая движение, на ходу бросил Трори, и вошел в следующий коридор, который привел ударную группу в обрядовое помещение подземного святилища.

Вользгр находился здесь и он сражался. Он стоял в центре огромной пещеры, рядом с пятиметровой статуей мерзкого клыкастого существа без носа, а вокруг него крутились вампиры. Шесть кровососов, все мужчины, раз за разом атаковали Никко и не могли ему ничего сделать. Вампиры били его мечами и когтями, пинали и наваливались толпой с разных сторон, а боевой мутант легко отбивал их нападки и наносил ответные удары. Хотя не мог никого достать, ибо вампиры двигались не менее быстро, чем он.

Кровососы обнаружили появление людей в своей святая святых сразу. Откуда-то из темных углов вылезли новые кровососы, не менее десятка, и они бросились на Трори. Клыкастые твари, некогда бывшие людьми и променявшие душу на мнимое бессмертие, действовали спонтанно. Видимо, не ожидали от живых подобной наглости, что кто-то осмелится войти в тайное святилище Шамми. Это было их роковой ошибкой и прежде, чем они добрались до юноши, который потянулся к кмитам и заранее выхватил из ножен верный черный клинок, свое веское слово сказали жрецы и чародеи.

Обычно маги и служители богов действуют отдельно друг от друга, так как природа их силы разная и с трудом поддается смешиванию. Но этот раз из-за профессионализма Алая Грача оказался исключением. Чародеи поделились своей энергией, отдали ее старому жрецу, и он сотворил «Яростный свет». К слову, староимперское заклятье, которое требует осторожности, и оно не подвело. Из раскрытых ладоней Грача к потолку молельного зала метнулась желтая искра и, достигнув потолка, она ударилась об камень и превратилась в рукотворное солнце. Лучи нестерпимо яркого света наполнили подземный храм, затопили собой помещение и прилегающие коридоры, и после этого чаша весов моментально склонилась на сторону имперцев.

Вампиры умирали без криков. Под воздействием мощной магии, их тела распадались на куски и превращались в пепел, в мелкую серую труху. А когда кратковременное заклятье, исчерпав энергию, развеялось, и в подземелье снова воцарилась полутьма, которая рассеивалась всего несколькими магическими светильниками, главные защитники святилища погибли, и воины ударного отряда стали обшаривать закоулки подземелья.

Трори Ройхо показалось, что в коридоре за статуей кровавого бога он заметил движение и вместе с несколькими воинами, опасливо обогнув залитого кровью врагов вользгра, которого решили оставить на месте для контроля ключевой точки, бросился в погоню. Юноша не ошибся. В коридоре он обнаружил трех воинов в тяжелой броне с обнаженными мечами. Не вампиры, а люди, и Трори их узнал. Все трое из «цветных» рот императорской гвардии, изменники, которые последовали за канцлером Руге. И если они здесь, значит, важный беглец тоже неподалеку.

– Господа, сдавайтесь! – потребовал от изменников юноша.

Предатели ему не ответили. В руках у них появились магические гранаты, и Трори понял, что сейчас они попытаются взорвать его вместе с собой, а взрыв в закрытом помещении страшное дело – выжить сложно.

«Сволочи!» – глядя на изменников, подумал юноша и доверился инстинктам.

Бежать поздно. Трори потянулся к кмитам и активировал «Силовую плеть», которую метнул в противников.

Юноша действовал заклятьем, словно кнутом. Он выбил магическую гранату из рук первого противника. Спеленал второго и не дал ему снять гранату с предохранителя. Однако был еще третий и Трори никак не успевал его обезвредить. К счастью, не сплоховали сопровождавшие командира воины. Сразу двое выстрелили из арбалетов и, получив в грудь и голову по арбалетному болту, изменник упал, а выпавшая из его рук круглая граната покатилась по каменному полу.

Пленных предателей связали и потащили в тыл. С Трори оставалось два воина и, не дожидаясь остальных, он продолжил углубляться в лабиринт из коридоров и комнат, а гвардейцы следовали за ним.

Молодой командир отряда, совершенно позабыв о том, что обязан руководить и координировать действия групп, увлекся поиском. Он знал, что поступает неверно, но у него имелось оправдание. Трори считал, что встал на след канцлера и вот-вот его настигнет, а это приоритетная задача всей операции. Поэтому он мчался по лабиринтам коридоров и не оглядывался назад. Так уж сложилось, что юноша ориентировался в подземном мире гораздо лучше других воинов и подмечал то, чего они не замечали. И полученный в отряде Богуча опыт, а затем самостоятельные вылазки в столичные подземелья, сейчас ему помогали.

Слой пыли на полу и чистые проходы. Царапины на стенах. Еле заметное дуновение ветерка. Запахи. Все эти приметы указывали ему на местонахождение жилых помещений. А еще было природное чутье истинного оствера, далекого потомка Кама-Нио и Ярина Воина. Трори был уверен, что именно ему суждено отыскать Тайрэ Руге, и он не ошибся.

Вскоре, в сопровождении двух воинов, которые не отставали от него, юноша выскочил из очередного коридора в пещеру. Деревянными перегородками она была разделена на секции, по сути своей комнаты, и здесь он обнаружил того, кого искал. Среди женщин и детей, которые спешно собирали личные вещи и готовились к побегу, Трори разглядел канцлера Тайрэ Руге и генерала Барни Минца.

Оба изменника выглядели так, словно для них ничего не изменилось и они по-прежнему влиятельные аристократы империи при дворе государя. Пожилые солидные мужчины в черных камзолах и заправленных в сапоги свободных штанах, а на поясе у каждого ирут. Но самое поразительное – лица. Руге и Минц не выказывали страха или волнения. Они были совершенно спокойны, и во всем их облике Трори виделась надменность, властность и непробиваемая уверенность в собственных силах.

«Не так должны выглядеть беглецы, совсем не так», – подумал юноша и бросился к врагам империи.

Трори собирался наскочить на Руге и Минца, при помощи воинов сбить их с ног и связать. В общем-то, ничего сложного, даже если они окажут сопротивление. Однако не успел юноша сделать и нескольких шагов, как взвыло его шестое чувство: «Опасность! Берегись!»

Без долгих раздумий Трори метнулся в сторону, прижался к стене, выставил перед собой черный клинок и увидел, что сверху на то место, где он только что находился, упал вампир. Точнее, вампиресса, ибо это была женщина, бледная и с покалеченной рукой. Если судить по этому признаку, госпожа Генриетта, жена Тайрэ Руге и мать его детей. В прошлом году Уркварт Ройхо захватил ее в столице империи, подверг допросу с пристрастием и отрубил руку, а затем по договоренности с канцлером отпустил. И хотя вампиресса почти отрастила потерянную конечность, ладонь до конца еще не сформировалась.

Трори хотел отдать воинам, которые его сопровождали, приказ обороняться. Однако он не успел. Гвардейцы атаковали Генриетту, а она, защищая собственных детей и супруга, показала все, на что способна. Ловко поднырнув под клинок ближайшего воина, она избежала встречи с зачарованным лезвием и здоровой рукой ударила его в горло. Из разорванных артерий потоком хлынула кровь, и не успел убитый гвардеец упасть, как Генриетта атаковала следующего. Она бросилась ему в ноги, клубком прокатилась по полу и свалила воина, а как только он потерял равновесие, вонзила в него свои клыки.

На краткое мгновение, вместе с кровью высасывая из человека жизненные силы, опьянев от энергии, вампиресса потеряла над собой контроль и позабыла о молодом Ройхо. В запасе у юноши было всего несколько секунд, и он сделал то, что необходимо. Трори потянулся к кмитам и применил «Огнешар».

Клубок концентрированного огня, пролетев пятнадцать метров, обрушился на Генриетту и ее пока еще живую жертву. Жадное пламя объяло их тела и стало пожирать. Однако вампиресса не желала погибать. Стряхивая с себя горящую одежду и сдирая обгорелые куски кожи, она отшатнулась от тела жертвы, а потом попыталась скрыться. И если бы Трори не ожидал чего-то подобного, у нее имелись все шансы сбежать.

Замахнувшись черным клинком, юноша подскочил к Генриетте и опустил верный ирут на голову горящей вампирессы. И хотя в последний момент она уклонилась, это ей не помогло. Метеоритный металл, который опасен даже для бога, вонзился кровососу в левое плечо и легко, словно рубил не тело, а подтаявшее на солнце масло, рассек туловище Генриетты на две неровные половины.

Минус еще один вампир. В добивающем ударе не было никакой необходимости, но Трори, бросив взгляд на канцлера, снова занес над собой меч и обрушил его на череп распадающейся на куски Генриетты.

Вот тут уже Тайрэ Руге, который без сомнения любил свою жену, потерял спокойствие и завопил:

– Будь ты проклят, мерзавец!

Выхватив ирут, бывший канцлер ринулся на Трори, а генерал Минц, оглянувшись на толпу женщин и детей, которые прекратили сборы и рыдали, обреченно махнул рукой и двинулся за ним.

В молодости Руге и Минц, как и многие дворяне из старых остверских родов, проходили обучение в военном лицее. Но это осталось в прошлом. Один стал администратором и придворным, а другой тыловым армейским офицером. По этой причине их навыки владения клинком были хуже, чем у Трори, которого тренировали лучшие бойцы дружины Ройхо, имперские гвардейцы и пираты Ваирского моря. А что еще важнее, в крови юноши бурлили магические бодрящие зелья, и скорость его реакции была гораздо выше, чем у противников. Так что схватка оказалась недолгой и легко предсказуемой. Трори быстро обезоружил беглых дворян и связал их, а затем появись воины ударной группы, которые согнали всех женщин и детей в кучу.

– Какие будут распоряжения? – к Трори подскочил один из гвардейских офицеров.

Юноша посмотрел на пленников и ответил:

– Руге и Минца тащите в молельный зал, под охрану мутанта, а баб и детей пока оставьте здесь.

– Есть!

Офицер начал отдавать приказы, а молодой Ройхо, без особой злобы пнув канцлера Руге ногой в живот, отправился на поиски Алая Грача.

Трори обнаружил жреца и его учеников невдалеке от молельного зала. Они находились в храмовой библиотеке, имевшей пару тысяч редких древних книг, а помимо того являлась архивом культа Шамми. Алай Грач указывал своим помощникам на некоторые фолианты, которые хранили давно забытые секреты, и они осторожно оборачивали их холстиной, а затем прятали в заранее приготовленные ковровые сумки.

Увидев Трори, старый жрец отвлекся от своего занятия, и юноша рассказал ему об успехах. После чего Грач, почесав затылок, сказал:

– Поимка Руге и Минца, конечно, серьезное достижение. Наверняка, тебя представят к награде. Но есть кое-что, о чем ты должен знать.

Жрец, оглядываясь по сторонам, замолчал и заинтригованный Трори поинтересовался:

– Так о чем я должен знать, уважаемый Алай?

– Это непростое святилище. Я считал, что это обычный храм и потому сразу согласился на участие в походе. А когда ты убежал искать канцлера, я осмотрелся и понял, что зря мы сюда залезли. Как бы ни пожалеть…

– Не понимаю вас, – юноша нахмурился. – Чем этот храм темных кровопийц отличается от других?

– Это место освятил лично Шамми и под статуей находится его алтарь. Давным-давно, может быть пару тысяч лет назад, он был здесь. Не тень бога, а сам кровавый Шамми во плоти. Именно поэтому местные служители кровавого бога не опасались нападения. По крайней мере, такова одна из причин их беспечности. Они думали, что бог сможет их защитить и прикроет, как это уже случалось раньше, но просчитались.

– И что с того?

– А то… – Грач повысил голос. – Он бог! Понимаешь?! Бог! А боги подобного не прощают! Хорошо еще, что энергоканалы с дольним миром не стабильны, а то бы мы с тобой сейчас не разговаривали. Шамми наверняка бы вмешался и прикончил нас, как только мы спустились вниз. Лично может и не явился бы, а своих ближних псов прислал бы.

– Я его не боюсь! – заявил Трори.

– Так и не надо бояться, – на лице жреца появилась улыбка. – А вот опасаться мести с его стороны и быть настороже стоит. Не сейчас. Наступит срок, связь с миром богов восстановится, и тогда он про нас вспомнит. Про всех без исключения. И если меня, жреца Сигманта Теневика, ему достать сложно, тобой он займется всерьез. Впрочем, как и остальными участниками этой экспедиции вместе с организаторами.

– Ну, это когда еще будет, может, и не доживем… – Трори поморщился. – Да и плевать мне на вампирского бога. Пусть присылает своих мстителей, у меня есть, чем встретить незваных гостей.

Юноша похлопал ладонью по рукоятке черного клинка и Грач рассмеялся. Отчего и почему, он не пояснил, возможно, ему понравился боевой задор Трори, и Алай вспомнил собственную бурную молодость. А когда жрец унял смех, настал черед решения текущих задач.

Трофеи было решено не бросать. Все ценное, что не интересует жреца, вместе с пленниками и освобожденными рабами, которых нашли на нижних уровнях, отправится в столицу и будет передано в распоряжение Имперской Тайной Стражи. А само святилище с его кровавым алтарем под статуей темного бога необходимо уничтожить, и лучше всего сделать это при помощи огненных смесей, магических гранат и боевых заклятий в последний момент перед уходом из долины Бастаржи.

Жрец и юноша расстались. Каждый занялся своим делом, и закипела работа. Помимо тайных выходов, которые уже были обнаружены оборотнями, воины отыскали еще два. Именно через них беглый канцлер собирался бежать и спасать свое семейство. Следовательно, опередив основные силы ударной группы, Трори поступил правильно.

Работа спорилась. Прошедшие через горнило Восточного фронта ветераны «цветных» гвардейских рот и молодые офицеры, действуя по указке командиров, быстро и сноровисто обобрали подземное святилище. Они вытаскивали трофеи на поверхность, паковали их в баулы и сумки, выводили из подземной конюшни храма лошадей и собирали караван.

К полуночи все было закончено. Основная часть отряда, несмотря на приближение ночи, вышла на дорогу и начала движение. А Трори в это самое время отдал приказ начинать уничтожение святилище и лично метнул связку из трех магических гранат под алтарь кровавого бога. После чего, не дожидаясь взрыва, он пробежал через объятый огнем молельный зал и, уже оказавшись в коридоре, услышал за спиной злобный шепот:

– Я найду тебя… Ты не уйдешь, разоритель моего храма… Тебе не скрыться…

Кто это был? Кровавое божество, сумевшее увидеть, что происходило в мире Кама-Нио и частью сознания проникшее к собственному алтарю? Или чудом уцелевший вампир, которого не обнаружили воины и чародеи? Разбираться с этим и ломать над загадкой голову Трори не собирался. Подгоняемые огнем и неожиданно накатившей волной страха, от которого по спине потек едкий пот, он и другие поджигатели подземного храма выбежали на поверхность и, запрыгнув на лошадей, поспешили покинуть проклятую долину.

Глава 16


Империя Оствер. Грасс-Анхо. 13.06.1408.


День начинался, как обычно. Я сидел за рабочим столом и просматривал текущие сводки о положении дел в империи и в созданной мной секретной службе…

После благополучного возвращения отряда брата Трори дела Имперской Тайной Стражи сразу пошли в гору, и многие наши проблемы решились сами собой. Секретная служба смогла доказать свою состоятельность, перебить крупную стаю вампиров в тылу нашей армии, уничтожить главный храм кровавого бога Шамми в мире Кама-Нио и поймать двух важных изменников, канцлера Руге и генерала Минца. А в это самое время у императора родился сын от любимой женщины. Его назвали Эйза, и на радостях от такого события Марк Анхо не казнил Руге и Минца. Он даже не стал над ними издеваться, а просто пришел в тюремную камеру, где они находились, посмотрел на прикованных к стене изменников, плюнул в лицо обманувшего его доверие канцлера и ушел. После чего пленниками занялся я, и мы с Тайрэ Руге заключили договор. Его дети не будут подвергнуты репрессиям и останутся потомственными дворянами империи, получат хорошее образование и будут иметь право по достижении совершеннолетия вступить в законное владение родовым поместьем семьи. А взамен бывший канцлер пообещал поделиться со мной своими секретами и тайнами, передать тайные архивы и слить шпионскую сеть. Ну и, само собой, все его финансы переходили под мой контроль.

Канцлер любил своих детей и поступил правильно. Он находился в здравом уме и осознавал, что жену ему не воскресить, и вампиром после смерти уже не стать. Выбраться из «Сабхарши», которая стала его новым домом, шансов практически нет. Активная фаза жизни закончилась и все, что он мог, обеспечить будущее потомков. Поэтому не упирался, не пытался хитрить и выполнил все пункты нашего договора.

Имея архивы Тайрэ Руге и Аната Каира, а так же наработки Тайной стражи семьи Ройхо, при участии агентов семьи Каним и «Имперского союза», которые стали сотрудниками ИТС, можно было взять за горло любого более-менее влиятельного человека в империи, и я стал действовать. Для начала прижал генералов Генштаба и чиновников Министерства Финансов, которые не желали оказывать нам содействие и постоянно ставили палки в колеса. К ним в гости без приглашения приходил Дин Осколье, отдавал папку с компроматом, конечно же, дубликат, и делал предложение от которого нельзя отказаться. А поскольку ворошить грязное белье и вытаскивать на белый свет собственные грехи желающих не оказалось, в очень короткий срок мы получили все, чего нам не хватало. Генеральный штаб имперских войск, сборище старых вороватых маразматиков и молодых карьеристов из высокородных семей, посовещался и передал в собственность ИТС два столичных объекта, форт «Неприступный» в полукилометре от дворца императора и полигон 1-го линейного пехотного полка за городом вместе с казармами. А Министерство Финансов отказалось от привилегии единолично проводить ревизии на государственных предприятиях и в учреждениях.

Итак, мы получили то, чего нам не хватало, законное основание прижимать к ногтю воров и коррупционеров, а так же форт для расквартирования наших отделов и собственную воинскую часть, где можно тренировать воинов управления «Гер». На все это ушла неделя, и башня Ан-Анхо опустела. На территории императорского дворцового комплекса осталась только моя канцелярия, отделы управления «Орс» и по взводу от каждой «цветной» роты. Остальные управления ИТС и группы боевиков перебрались в «Неприступный» и за пределы города. А как только они освоились на новых местах, я дал подчиненным отмашку начинать работу, а сам занялся финансами.

Канцлер Руге передал Имперской Тайной Страже не много и не мало, а три миллиона иллиров. И еще миллион без малого имелся у культа Шамми. Это те средства, которые можно было изъять очень быстро, не бегая по банкам и не доказывая, что мы имеем право на чужую кубышку. Итого: четыре миллиона золотых монет. Даже с учетом, что ИТС постоянно расширяется, этих средств нам должно хватить минимум на пару лет. И тут возникла небольшая сложность. Деньги не должны лежать в подвалах замка Ан-Анхо мертвым грузом. Они обязаны работать и приносить доход. Эту нехитрую истину я усвоил давно, но осознал только после захвата острова Данце, когда впервые увидел, что такое миллион иллиров наличкой. Но куда определить деньги, к чему пристроить? Вот в чем вопрос. Вкладывать в государственные предприятия, на которых мы в ближайшее время собирались проводить ревизии, пока нельзя, да и невыгодно. Вливать деньги в проекты Торгово-Промышленной Палаты как-то рискованно, ибо данная олигархическая структура не могла похвастаться честностью и незапятнанной репутацией. Строить собственные заводики и мануфактуры, покупать рудники и поместья, которые станут собственностью ИТС, значит, обрасти хозяйством, которое будет сковывать действия всей службы и в будущем может породить коррупционные схемы внутри управлений. Все это не то, и тогда я пришел к логичному выводу, что деньги надо вкладывать в себя, точнее, в графство Ройхо и Ваирское Финансовое Общество.

Формально я прав и никаких законов не нарушаю. Император денег не дает. В самом начале формирования ИТС выделил определенную сумму и с той поры от имперской казны все сотрудники имели только стандартное жалованье гвардейца, да снабжение на три офицерских роты. И у нас с Марком была договоренность, что добытые нелегальным путем деньги и трофеи пойдут на развитие секретной службы, проведение операций и дополнительное жалованье агентам, воинам и сотрудникам. Распоряжаться всем этим я мог без доклада императору, чтобы не забивать его венценосную голову такими пустяками, и контроля надо мной нет. Следовательно, я мог поступать с финансами Тайрэ Руге и казной культа Шамми, как мне заблагорассудится. Я даже мог прикарманить половину этой казны и тупо вывезти золото на остров Данце. Но я дворянин, и не просто аристократ, а из древнего рода. Подобное ничем неприкрытое воровство не по мне, и даже если бы я это задумал, кровь Ройхо заставила бы поступить по чести, ибо за моей спиной всегда духи предков, которые покарают не оправдавшего надежд потомка. Однако не извлечь выгоду из ситуации я тоже не мог. Когда еще представится подобный шанс? Поэтому не забрал деньги себе, а вложил их в проекты на острове Данце и одним выстрелом убил двух зайцев. Имперский феодал граф Уркварт Ройхо не обманет начальника ИТС Уркварта Ройхо, так что секретная служба империи при любом раскладе получит свой процент от прибыли, а когда в этом возникнет необходимость, сможет в короткие сроки вернуть вложенные средства. И вместе с этим графство Ройхо, получив дополнительные финансовые вливания, еще больше увеличит экономический рост.

А если конкретно, деньги я распределил следующим образом:

Ваирское Финансовое Общество — пятьсот тысяч под четыре процента годовых. Это при том, что Банк ВФО давал кредиты под десять процентов для надежных клиентов. Например, для вассалов графа Ройхо, купцов, рыбаков и фермеров острова Данце, а так же вольных капитанов из флотилии братьев Лютвиров. А остальным заемщикам под пятнадцать процентов.

Ваирская Гильдия Оружейников – триста тысяч под пять процентов годовых. С учетом того, что империя сражается на несколько фронтов и конца-края кровавым битвам не видно, оружие востребовано постоянно и вложенные в Гильдию Оружейников деньги пойдут на строительство новых кузнечных мастерских, закупку сырья, привлечение кузнецов из центральных провинций государства и обучение молодежи. Все это увеличит объемы производства и даст прибыль, которая, между прочим, в моем случае не облагается государственными пошлинами и налогами. Так что деньги отобьются быстро.

Производственные проекты под руководством профессора Дориана Матернира — триста тысяч под три процента годовых. Порох уже делался, объемы были неплохими, и сворачивать производство, как это рекомендовал сделать Иллир Анхо, я не собирался. Да, порох можно дистанционно подорвать при помощи магии. По этой причине использовать его на войне опасно и про винтовки, пушки, мины, можно не думать. Но всегда есть применение в мирных целях: взрывные работы в горах, фейерверки или пиротехнические изделия технического назначения типа пиропатронов. Так же профессор наладил производство бумаги и спирта. С пенициллином еще до конца не разобрался, но результат будет, сомневаться не стоило. А поскольку с моей подачи купцы острова Данце уже заинтересовались предлагаемыми товарами, сбыт обеспечен.

Кораблестроительные верфи – четыреста тысяч под четыре с половиной процента годовых. Здесь расклады такие же, как и с Гильдией Оружейников. Империя нуждалась в кораблях, и я этим пользовался.

Город Аста-Гот — пятьсот тысяч под три процента годовых. Эти деньги выделялись на расширение портовой инфраструктуры, строительство новых складов, причалов и дорог. Не так давно Аста-Гот, самый отдаленный город материка Эранга, никого особо не интересовал. Обычный пиратский форпост на окраине цивилизованного мира, который использовался вольными капитанами для редких и крайне опасных походов на север. Однако с учетом того, что сейчас империя дружит с нанхасами, количество кораблей в гавани города увеличилось в десять раз. Порт стал использоваться как перевалочная военно-торговая база, а мощностей для приема мореходов не хватало. И если появилась возможность помочь своему городу за чужой счет, этим следовало воспользоваться. В конце концов, родному государству это тоже только на пользу.

Таким образом, за пару недель я влил в экономику графства Ройхо два миллиона, половину добытой казны. Отчитываться перед заместителем и начальниками управлений не стал, но контроль за освоением денег организовал. Вызвал Керна, объяснил ему ситуацию, и назначил в помощь островного казначея Вилли Йоцке. Пусть присматривают один за другим, а попутно за теми людьми, кто получит деньги. А мне некогда, надо служить и страну оберегать.

Кстати, о службе и сбережении страны. Пока я был занят вопросом инвестирования средств, Имперская Тайная Стража показала, на что способна. На высшие слои имперской аристократии и административного аппарата, который управлял государством, агенты ИТС пока не замахивались. Ведь если всех воров пересажать и перебить, управлять государством будет реально некому. Поэтому ревизоры экономического отдела начали с малого, с проверки государственных объектов. Это мэрии городов, военные мануфактуры и заводы, плодородные сельскохозяйственные земли имперской короны, рудники, каменоломни, порты и так далее.

Ревизоры, используя наработки Аната Каира и Тайрэ Руге, привлекая для работы их агентов и имперских гвардейцев, били по конкретным целям и не промахивались. В экономическом отделе было сформировано восемь ревизионных групп и за короткий срок они подвели под уголовные статьи более семидесяти человек, изъяли в государственную казну четыреста семьдесят тысяч иллиров и до смерти перепугали всех казнокрадов империи. Это то, что делалось явно, ибо были особые случаи, когда вор соглашался сотрудничать с Имперской Тайной Стражей и добровольно передавал нашим агентам большую часть украденных денег, которые затем шли не в государственную, а уже в нашу казну. При таком раскладе его не трогали. Он сдавал всех подельников и продолжал трудиться на благо империи, воровал, конечно, не без этого, но осторожно и не в таких объемах, как раньше. И, посмотрев на результаты ревизоров, я был доволен. Хорошее начало, а дальше будет еще лучше. Тем более что начали работать не только ревизоры. Другие отделы тоже стали давать результат и это следует отметить.

В столице империи, сиятельном Грасс-Анхо, выявили и обезвредили шпионскую сеть королевства Цегед. За один день было арестовано двадцать девять человек, изъято большое количество контрабандных магических артефактов, много зачарованного оружия, ядов и приличная сумма денег, около ста тысяч иллиров. Не сказать, чтобы сеть представляла для империи опасность. Главной ее задачей являлась скупка и переправка на родину магических вещей и предметов, которые Цегед самостоятельно не производил. Но лучше сразу их нейтрализовать, пока чего дурного не задумали, и наши боевики сработали на оценку «отлично».

Невдалеке от военно-тренировочного лагеря 1-го линейного полка, который стал нашей собственностью, взвод разведки и тройка оборотней, прочесывая лесной массив, обнаружила стоянку крупного отряда разбойников в сотню мечей. Все они были уничтожены за несколько минут без потерь с нашей стороны. И это очередная монетка в копилку Имперской Тайной Стражи.

А еще нельзя не упомянуть о раскрытом заговоре против короны и государства. Герцог Пафнут Малах, сумасшедший сектант, задумал воспользоваться тяжелым положением страны, ввести в столицу собственную дворянскую дружину и наемников, а затем атаковать дворец, убить Марка Анхо и провозгласить восстановление империи Ишими-Бар. Он готовился к этому давно и тщательно. Однако агенты Аната Каира, бывшие в его окружении, сдали герцога, и я доложил о коварном замысле императору. После чего Пафнута Малаха похитили боевики ИТС и доставили во дворец, где он во всем чистосердечно признался, покаялся и отправился доживать свой век в тюрьму «Сабхарша». А его титул и земли достались двоюродному племяннику, который ничего подобного не ожидал и на радостях, собрав все войска герцогства, доказывая преданность императору, незамедлительно отправился на фронт. Так сказать, искупать вину старшего родственника кровью.

Разумеется, речь идет только о заметных событиях и делах секретной службы под моим руководством. Реально делалось гораздо больше, и я старался как можно реже вмешиваться в работу управлений. Смотрел и наблюдал, вносил коррективы и одергивал тех, кто зарвался. Структура слишком сложная, чтобы ее полностью мог контролировать один человек. Я это понимал, а потому добивался, чтобы каждый отдел выполнял поставленные задачи по возможности автономно, а начальники управлений принимали решения самостоятельно, без оглядки на меня или императора. Такой была моя цель и пока все получалось…

За работой, пусть и не любимой, но интересной, часы пролетали быстро и незаметно. При помощи Тени, я перелопатил гору бумаг и получил огромное количество информации. Теперь ее следовало обработать и переосмыслить, а вечером у меня по плану совет начальников управлений, на котором мы собирались обсудить текущее положение дел. Обычная текучка, до вечера время было, и я собирался использовать его с толком. Сначала обед, а затем поездка в форт «Непобедимый» для разговора с дядей Ангусом. В архивах культа Шамми он обнаружил нечто весьма интересное и потому просил о встрече. Так и быть, навещу его.

Покинув рабочее место, я подошел к окну и окинул взглядом плац, с прилегающей к нему парковой зоной. Внизу суетились воины дежурного взвода охраны. Они встречали и провожали гонцов. А под раскидистыми деревьями, спрятавшись от посторонних глаз, но не от меня, на лавочке сидели двое, Трори и его новая подруга Кайли Станшар. Молодые люди целовались и, подумав, что они беззаботные счастливчики, я вспомнил свой разговор с младшим братом, после его возвращения в столицу.

Конечно же, о рейде в долину Бастаржи и общем ходе операции Трори написал подробный рапорт. Однако это официальный документ. В нем нельзя описать предчувствия человека, его тайные догадки и общение с другими людьми на темы, которые не касались службы. А в личной беседе выяснились некоторые дополнительные подробности. В частности, что кровавый бог Шамми, как только восстановится система связи между миром Кама-Нио и пространством богов, наверняка, попытается нам отомстить. Для него это дело принципа и чести, если такое понятие как честь вообще применимо к сверхсуществам, которые сами придумывают и устанавливают правила игры. И если Трори отнесся к возможной угрозе наплевательски, я понимал, что Алай Грач прав и бог вампиров попытается всем нам отомстить. Значит, следует к этому подготовиться. Как минимум, собрать о Шамми как можно больше информации и узнать о его слабостях.

Эх! Много хорошего в мире Кама-Нио. Особенно если ты носитель древней крови, имеешь предрасположенность к магии и можешь прожить в несколько раз дольше обычного человека, а при удаче, подобно Иллиру Анхо, даже стать бессмертным полубогом. Вот только минусов тоже хватало. Вампиры, чудовища, черная магия, эльфы и манкари, которые ненавидели людей, вмешательство богов в судьбы смертных… Все эти факторы не давали расслабиться, чтобы просто жить. Хотя о чем это я, почему загрустил? На Земле, моей далекой родине, не лучше и проблемных моментов тоже хватало. Атомные боеголовки и загрязнение окружающей среды, бактериологическое и химическое оружие, изменения климата и постоянные войны, землетрясения и тайфуны, перенаселенность и поклонение золотому тельцу, пожалуй, единственному истинному божеству большей части людей планеты Земля. Так что нечего грустить. Тем более что на родине я был никто и звать никак. А в мире Кама-Нио граф и друг императора, начальник Имперской Тайной Стражи, избранник прекрасной северной ведьмы и ученик Иллира Анхо …

Лишь только я подумал про ламию, как дверь кабинета резко открылась и в помещение влетела Отири. Всегда спокойная и рассудительная, в этот момент она выглядела встревожено, ее глазки поблескивали, а прическа была растрепана.

«Началось в колхозе утро, — подумал я, глядя на любимую девушку. – Сейчас снова придется куда-то бежать, кого-то убивать или спасать».

Впрочем, я ошибался. Никуда бежать не пришлось.

— Что случилось? – обратился я к ведьме, которая не спешила первой начинать разговор.

Она помедлила, провела язычком по пересохшим губам и выдохнула:

– Я беременна.

В таких случаях принято радоваться и я, хоть и не ожидал ничего подобного, конечно же, улыбнулся и, обняв ламию, сказал:

— Это замечательно.

– Ты ничего не понимаешь, – она попыталась высвободиться из моих объятий.

Я заметил, что дверь в кабинет по-прежнему открыта и дежурный офицер, наблюдая за нами, греет уши.

— Закрой дверь! – рявкнул я.

Дверь моментально захлопнулась. Посторонних нет, можно говорить откровенно и, не давая Отири выскользнуть из моих рук, я сильнее прижал ее к себе и зашептал на ушко:

– Согласен с тобой, что я многого не понимаю. Но я тебя люблю. А ты любишь меня. Мы вместе. Ты моя ламия, а я твой паладин. И ничто не сможет нас разлучить. Прошу тебя, любимая, давай без нервов. Ты мечтала о ребенке, а когда узнала о беременности, запаниковала… Тише… Давай обойдемся без слез и криков… Хорошо?

– Глупый Уркварт! Любимый и глупый!

Она несильно ударила меня кулачками в грудь, и произошло то, чего я никак не ожидал. Прекрасная ламия, боевая охотница Кама-Нио, ужас северных монстров и врагов богини-прародительницы, несгибаемая и суровая, вдруг, разрыдалась. А я… Что я? Продолжал ее успокаивать и говорить о любви. Следовало дождаться, когда она успокоится, и спустя несколько минут девушка, наконец-то, взяла себя в руки. После чего я подвел ее к креслу, присел и усадил девушку на колени, а затем продолжил беседу:

– Итак, я глупый и ничего не понимаю, а ты беременна. Вот и объясни мне, что не так и почему ты плачешь? В чем проблема?

— Даже не знаю с чего начать, -- рассеянно ответила она.

– С исходных данных, по пунктам.

Она вздохнула и, сама прильнув ко мне, продолжила:

– Мы с тобой сошлись по воле богини и едины до самой смерти. Если умрешь ты – мне не жить. Если сгину я – ты зачахнешь и умрешь. Это непреложный факт.

– Да, – согласился я.

– Дети от союза ламий и паладинов рождаются крайне редко. И это всегда девочки.

– Да, – снова не стал я спорить, ибо это непреложная истина.

– Без благословления богини дети у таких пар не рождаются, а она сейчас мертва.

– Да, – опять подтвердил я.

– Но, тем не менее, я забеременела и это только первая странность. Обычно ламии чувствуют появление в себе новой жизни сразу, уже на третий-пятый день, а у меня четвертая неделя и я узнала о беременности только сегодня. И не сама, а от госпожи Кэрри Ириф. Однако самое странное и необычное в том, что у меня не девочка, не будущая ламия, а мальчик. Ты понимаешь, что это значит, Уркварт?

Я усмехнулся:

– Понимаю, любимая. Ваша система дала сбой и связано это с богиней. Пока Кама-Нио мертва она не может контролировать ламий и вы потеряли часть своих способностей. Верно?

– Да, – теперь уже она согласилась со мной.

– Ну и в чем проблема?

– Как ты не понимаешь, Уркварт, – она приподнялась, поймала мой взгляд и осуждающе покачала головой: – Это может разрушить все наше общество служительниц богини. Имперские жрицы по этому поводу уже собираются провести экстренное совещание, а моя мать, как только узнала такую новость, едва не лишилась чувств.

– Чепуха это, – я поморщился. – Пусть старые ведьмы и жрицы собираются, болтают и спорят, а мне без разницы. Главное – чтобы ребенок родился крепким, здоровым и умным, как мама и папа. В конце концов, большинство мужчин ожидают рождения сына и наследника, гораздо больше, чем дочери.

– У тебя уже есть наследник.

– Один сын хорошо, а два лучше.

На моем лице появилась улыбка и ламия, в очередной раз осуждающе покачала головой:

– Иногда с тобой просто невозможно вести серьезный разговор.

– Милая, мы все-таки разные, и с этим надо смириться, ибо нам друг от друга никуда не деться. Поэтому прими как данность – что для тебя кажется серьезным, для меня может выеденного яйца не стоить. Я понимаю, что со смертью богини ваш внутренний мирок меняется, ломается, рушится и перестраивается. Для твоей матери и госпожи Ириф это проблема, возможно, даже трагедия. Но причем здесь я, если ни на что в данном случае не могу повлиять, да и не собираюсь? Пока меня все устраивает и хочется, чтобы ты не забивала свою прелестную головку пустыми волнениями и не трепала себе нервы. Я понятно выразился?

– Вполне, – она кивнула и, не выдержав, тоже заулыбалась.

– Вот и отлично.

Дальше беседа сама собой перескочила на то, что Отири придется поменять образ жизни и теперь ей нельзя безрассудно кидаться в каждую кровавую драку. А затем мы целый час перебирали имена, чтобы назвать сынишку, и постепенно день снова вошел в привычную колею.

Отири успокоилась, восстановила душевной равновесие и отправилась в родовой особняк семьи Ройхо, где она собиралась посидеть возле алтаря предков и представить духам нашего клана зародившуюся в ней жизнь. Вероятнее всего, они не ответят, связь с дольним миром слабая. Но предки все увидят.

Проводив ведьму, я отправился обедать. Собирался перекусить и выехать в форт. Однако за столом встретился с Дином Осколье, который доложил, что появилась реальная возможность перетянуть на сторону империи командующего 1-й Ударной армии королевства Ассир крин-генерала Лотара Эвриго. Его план опирался на предоставленные нашими агентами сведения. И если все получится, мы сможем одержать еще одну важную победу, которая, с учетом того, что корпус генерала Юлия Фарра благополучно покинул Лесокрай и высадился на территории Ассира, может решить исход всей войны на материке Мистир. По этой причине, одобрив действия Осколье, я остался в башне Ан-Анхо и до наступления темноты был занят изучением биографии крин-генерала Эвриго.

Глава 17


Королевство Ассир. Бранхайм. 01.07.1408.


Поздним летним вечером в просторном шатре в центре военно-полевого лагеря над картой склонился человек в простом офицерском мундире ассирской регулярной армии без знаков различия. Это был пожилой сухопарый брюнет с густой сединой в длинных волосах. Звали его Лотар Эвриго. Титул — барон Свирхай. Звание – крин-генерал, что соответствовало генерал-лейтенанту имперской армии. Должность — командующий 1-й Ударной армии королевства Ассир.

Лотар Эвриго без ложной скромности именовал себя лучшим полководцем королевства и на это у него имелись все основания. Не самый знатный и далеко не самый богатый дворянин Ассира, он тридцать семь лет верой и правдой служил своей стране и династии Морандидов. Эвриго начал службу рядовым гвардейского королевского полка и чтобы дослужиться до командарма ему понадобилось три десятка лет. Он воевал большую часть своей жизни, и перечень его заслуг был очень длинным. Потомственный вояка громил пиратов и участвовал в Пограничной войне, которая произошла между ассирами и ассилками двадцать лет назад. Лотар утопил в крови восстание мятежных баронов Динхольма и подавил крестьянский бунт в Линге. Но его звездный час настал в тот момент, когда независимые от империи государства материка Мистир, заручившись поддержкой эльфов и манкари, решили напасть на остверов. Тогда его вызвал к себе король Унеч Первый и поручил лично разработать план войны.

Разумеется, Эвриго оправдал доверие государя. И не его вина, что война затянулась. Если бы другие генералы королевства следовали его рекомендациям и придерживались плана, имперцы давно бы уже были сброшены в океан и оставили Мистир. Однако нет! Эти напыщенные болваны, которые гордились чередой высокородных предков, но не могли похвастаться острым умом и военным опытом, решили поступать по-своему. И в итоге темпы первого натиска снизились, а имперцы получили возможность собраться с силами, мобилизовались и стали огрызаться так, что победоносное наступление захлебнулось. После чего Унеч Первый разжаловал большинство генералов и по совету Эвриго продвинул в высший командный состав вчерашних полковников и майоров, которые показали свое мастерство руководить войсками не в уютных кабинетах, а в настоящих сражениях. Ну а сам Лотар возглавил красу и гордость Ассира 1-ю Ударную армию.

Один человек, каким бы умным он ни был, не в состоянии переломить ход войны. Но Эвриго делал все, что в его силах. Он давил на имперские войска, не давал врагам передышки и постоянно их теснил. Его армия за пару лет сражений увеличила территорию Ассира за счет захваченных земель на семьдесят процентов. И оставалась самая малость, взять несколько городов, которые имели стационарные телепорты, а затем рассеять остатки войск двух великих герцогов империи, Туира Кайяса и Ульрика Варны. После чего можно садиться с ослабевшими имперцами за стол переговоров, выдвигать свои условия и заключать мир. Так считал командарм-1. Вот только это зависело не от него. Он был всего лишь исполнителем, проводником королевской воли, а властитель Ассира сиятельный Унеч Первый, в последние годы сильно изменился. Причем не в лучшую сторону. И даже такой верный генерал, как Эвриго, не мог этого не заметить. При дворе Унеча появились вампиры и прочая нечисть. Немыслимое дело. И аристократы королевства стали возмущаться. Однако, вместо того, чтобы договариваться со своими подданными, как это было раньше, сейчас Унеч Первый действовал иначе. Король перебил наиболее строптивых феодалов, а остальных запугал и взял в заложники их семьи.

К счастью для Эвриго, его репрессии не коснулись. Он рано овдовел и от брака с любимой женщиной у генерала осталась прелестная дочурка, которая находились в его родовом замке Свирхай. Полководец тосковал по ней и считал, что она самое дорогое, что есть в его жизни. Однако долг превыше всего. Генерал не мог оставить фронт. Поэтому обменивался с дочерью письмами и как бы между делом начинал подыскивать ей женихов. Пусть не богатых и не очень знатных, но сильных телом и духом, честных и мужественных. Хотя это не самое важное. Главным для него, как обычно, была война. И, стараясь не прислушиваться к ужасающим слухам из столицы, командарм был погружен в работу, смотрел на карту и планировал очередное наступление. Интриги не для него и не стоило обращать внимание на паникеров, которые утверждали, будто Унеч уже давно не человек и на престоле Ассира восседает демон. Такого просто не могло быть. Следовательно, паникеров, невзирая на чины и былые заслуги, необходимо немедленно брать под стражу и передавать в военную контрразведку…

«Итак, – продолжая разглядывать карту материка Мистир, размышлял командарм, — что мы имеем? Экспедиционный корпус имперских войск под командованием Юлия Фарра высадился на нашем побережье в трех дневных переходах от столицы королевства. С ним пятнадцать тысяч остверов, полторы сотни чародеев и три-четыре тысячи нанхасов. Это проблема. Но она решаема. Вокруг нашей столицы сосредоточено до сорока пяти тысяч воинов без учета наемников и военных советников народа манкари. Командование войсками взял на себя лично король Унеч, и он сможет разбить противника. Так что туда смотреть не надо. Сосредоточимся на своем участке.

Перед моим фронтом вдоль Приморского тракта остатки Маирского горного корпуса остверов, сводный наемный корпус Торгово-Промышленной Палаты, обескровленные войска двух имперских армий семьи Кайяс и неизвестное количество воинов семьи Варна, вероятнее всего, пара пехотных бригад. Командует этими силами Туир Кайяс, заносчивый великий герцог, который продолжает мстить за погибшего отца и бьется за свои родовые владения. Он не самый умелый стратег и горяч, но за годы войны многому научился, и недооценивать его не стоит. Герцога можно ловить на слабостях, только делать это надо с умом, чтобы ловушка не казалась ловушкой с первого взгляда. Общая численность вражеских войск пятьдесят тысяч воинов, две сотни магов и жрецов, несколько десятков боевых монстров и десять батарей полевых стрелометов. А у меня четыре дивизии регуляров, три охранных бригады, десять отрядов наемной пехоты и полторы сотни чародеев. С левого фланга вдоль океана движется наша 2-я армия под командованием крин-генерала Роммайна, это еще тридцать тысяч воинов и сотня магов. А с правого фланга ассилки маршала Громина, и у союзников шестьдесят тысяч воинов, но мало чародеев, не более восьмидесяти.

План грядущего сражения должен быть максимально простым и эффективным. Пробный удар нанесут ассилки, которым можно пообещать огромную добычу и славу победителей Кайяса, а когда они умоются кровью и начнут откатываться к Маирскому хребту, сомнений в этом нет, наши две армии, моя и Роммайна, атакуют имперцев. Туир Кайяс, наверняка, будет занят погоней за ассилками. Не может такого быть, чтобы этот молодой герцог не увлекся. На это он отвлечет немалую часть своих сил, и победа достанется Ассиру. Наши две армии прижмут самые крупные вражеские соединения к городу Чимара, а мелкие будут рассеяны. Затем решительный штурм и очередной оборонительный узел имперцев падет. А дальше все по отработанной схеме, этнические чистки и концентрационные лагеря для оказавшихся на имперской территории ассиров, передел земель и сбор трофеев…»

— Господин генерал… – прерывая размышления командующего, в шатре появился его верный адъютант Максимус Орье, к слову сказать, такой же истовый служака, как и генерал, а помимо того один из возможных претендентов на руку его дочери Беатрис.

— В чем дело? – Эвриго посмотрел на Орье. – Я отдал приказ тревожить меня только в самом крайнем случае.

— Сейчас как раз тот самый случай, – адъютант преданно пожирал своего начальника и кумира глазами. – К вам гонец.

— Из столицы?

– Никак нет. От вашего соседа барона Эрвина Динтера. У него не обычное послание. Случилась беда…

– Зови гонца! Живо!

Спустя минуту адъютант привел в шатер толстяка в грязной пропотевшей одежде. Было заметно, что гонец проделал долгий путь и устал. И хотя лицо толстяка кого-то смутно напоминало генералу, сразу он его не узнал.

– Дай письмо! – генерал протянул гонцу ладонь.

Молча, опустив голову, толстяк достал из походной сумки опломбированный тубус для посланий и передал его Эвриго.

Генерал отошел в сторону, встал под магическим светильником, который нависал над картой, сломал сургучную пломбу и начал читать.

Друг детства и сосед, барон Эрвин Динтер, писал, что замок Свирхай полностью сгорел, а дочь генерала похищена. Пожар не был случайностью, замок подпалили злоумышленники. И это не простые разбойники, а люди короля Унеча, которыми командовал вампир с жетоном капитана гвардии. Динтер клялся своей честью, что пытался спасти Беатрис. Как только он узнал о нападении, сразу собрал отряд дружинников и бросился на выручку соседям. Однако враги оказались сильнее, и вампир в одиночку, не особо напрягаясь, убил большую часть воинов барона. По этой причине Динтеру пришлось отступить. Жаловаться некому, старая администрация провинции давно заменена новыми фаворитами короля, кстати, среди них тоже имеются вампиры. И все, что барон Динтер мог, предупредить Эвриго об утрате дома и дочери. Дальше командарм пусть думает сам, как ему поступить и что он должен сделать. А если его заинтересуют подробности, то ими может поделиться гонец, которому можно доверять, ибо он не слуга, а благородный дворянин.

Два раза перечитав послание Динтера, крин-генерал замер без движения. Может быть, впервые в жизни он не знал, что ему делать и как нужно поступить. Письмо не обман. Бумага гербовая, с печатью Динтеров, да и почерк соседа Эвриго был хорошо знаком. Но чем он провинился перед королем? Почему некий вампир с жетоном гвардейского офицера сжег его замок, убил слуг и похитил дочь? Как такое возможно? Неужели и до него докатились королевские репрессии? Или все-таки правы люди, которые утверждают, что на престоле Морандидов сидит безумный кровожадный монстр?

От сотен вопросов у генерала заболела и закружилась голова. Он пошатнулся и чтобы не упасть схватился за стол. А затем Лотар посмотрел на толстого гонца в одежде простолюдина и узнал его.

— Ты барон Себастьян Баго, -- Эвриго ткнул в него указательным пальцем. – Владетель Лорриса и государственный преступник. Мы встречались с тобой пять лет назад при дворе короля, и тогда ты был человеком герцога Цумкана.

– Так и есть, я барон Баго, – согласился толстяк. – Однако я никого не предавал. Я борец за свободу нашего народа от ига демона Клорха.

Адъютант за спиной гонца напрягся. Видимо, он ждал немедленного приказа арестовать изменника. Но вместо этого крин-генерал велел ему покинуть палатку, а потом пригласил Баго присесть и попросил рассказать все, что барон знает о похищении дочери и демоне по имени Клорх.

Глава 18


Империя Оствер. Грасс-Анхо. 02.07.1408.


Можно ли контролировать вампира? Да, конечно. И это подтвердилось в тот момент, когда мы с Дином Осколье разработали план операции по вербовке крин-генерала Лотара Эвриго в ряды ассирских мятежников и приступили к его осуществлению.

Исходные данные следующие:

Имеется вражеский генерал Лотар Эвриго, честный и преданный своему королю потомственный воин.

Имеется его сосед и друг детства барон Эрвин Динтер, который часто укрывал у себя беглых оппозиционеров.

Имеется барон Себастьян Баго, враг восседающего на королевском престоле демона Клорха, а с прошлого года агент Имперской Тайной Стражи.

А еще имеется юная красотка Беатрис Эвриго, единственная дочь генерала, которую он спрятал от мира в родовом замке. Ну а девушка, тем временем, хотела блистать при дворе, находиться в окружении многочисленных поклонников и радоваться жизни.

Наша задача — подорвать могущество Ассира, сорвать очередное наступление врага и заставить крин-генерала Эвриго раскрыть глаза на события в стране, дабы он взбунтовался против демона. Как это сделать? Да очень просто. В «Сабхарше» находился вампир Окс Кадавер, который очень сильно дорожил своей жизнью. И между нами, мной и кровососом, было заключено соглашение. Вместе с отрядом диверсантов вампир возвращается в Ассир, атакует замок Свирхай и похищает красотку Беатрис. После чего, оставляя за собой приметный след, скрывается в одном из тайных укрытий невдалеке от Свирхая и ждет появления разгневанного отца, который освободит свою дочь и получит доказательства, что король Унеч Первый давно уже мертв. А чтобы кровосос не вздумал нас обдурить и не сбежал, Алай Грач повесил на него парочку хитрых артефактов контроля, которые были обнаружены в святилище бога Шамми.

Тем временем барон Баго навестит генерала Эвриго, передаст ему письмо Динтера и постарается убедить поднять восстание против демона Клорха. Шансы на это были весьма велики, а затраты вполне приемлемые. Поэтому план был одобрен не только мной, но и нашим государем Марком Анхо.

Сказать по правде, я не хотел делиться с императором нашими замыслами, пока они не стали реальностью и не было видимых результатов. Но дело в том, что если все получится и 1-я Ударная армия Ассира начнет наступление на собственную столицу, войска великого герцога Туира Кайяса должны быть к этому готовы, чтобы воспользоваться выгодной ситуацией. А вызвать одного из самых сильных и влиятельных аристократов империи в Грасс-Анхо, и потом заставить его выслушать меня, мог только Марк. Вот потому и пришлось посвящать в детали операции нашего дорогого властителя и герцога Кайяса, который, к слову сказать, отнесся к моей персоне крайне уважительно и предложил в любое удобное время посетить его владения, где граф Ройхо будет самым дорогим гостем. И это было для меня настолько неожиданно, что я стал подозревать Туира Кайяса в злом умысле. Чего это он проявляет ко мне такое расположение? Хочет перетянуть меня на свою сторону как начальника ИТС или собирается подставить? Непонятно. Поэтому я решил не торопиться и отделался дежурной фразой, что навещу владения семьи Кайяс сразу, как только появится свободное время. А его, как обычно, нет, и великий герцог понял меня правильно, настаивать не стал, с нашей затеей сделать из генерала Эвриго бунтовщика согласился и вернулся к своим войскам.

Наконец, все было готово, и отряд тайных стражников покинул имперскую столицу. Освобожденный из тюрьмы вампир, 2-й взвод диверсантов управления «Гер», магический связист и тройка чародеев, через телепорт перебрались на материк Мистир. Затем на пиратских кораблях по океану добрались до вражеского побережья, благополучно высадились и добрались до замка барона Динтера. Там сутки отдыха, выход на связь со мной и получение подтверждения о начале операции.

Замок Свирхай диверсанты и вампир захватили сразу. Беатрис стала пленницей Кадавера, и после боя с дружинниками Динтера отряд отступил в старый заброшенный форт в лесу Миркольц. А Себастьян Баго помчался в сторону фронта, встретился с Лотаром Эвриго и начал его обрабатывать.

Каковы успехи барона Баго, я пока не знал. Однако был уверен, что он свою роль сыграет так, что не подкопаешься, и задачу выполнит. Хотя бы по той причине, что он в этом заинтересован даже больше остверов, а генерал Эвриго потомственный аристократ с характером. А у нас дворян как? Все мы честные и принципиальные, верные своим правителям и государственным законам. Но только до тех пор, пока это нам не мешает и не затрагивает семью, общину или клан. А поскольку крин-генерал Эвриго уверен, что король или монстр в образе короля его обманул, он отречется от своих клятв, оставит фронт и попытается вернуть дочь. Это у него получится и после боя с вампиром, которого он героически победит, полководец получит доказательства гибели Унеча Первого и обязательно поднимет мятеж. Что характерно, не мы дадим ему подтверждение того факта, что на древнем троне Ассира монстр, а он сам, потом и кровью, их добудет. Так лучше. И так у генерала не будет сомнений, что его разводят.

В общем, пока операция шла по плану, и сбоев не было. Поэтому, стараясь не забивать голову напрасными волнениями и домыслами, я вплотную занялся другими делами…

Имперская Тайная Стража продолжала работать и у нас появились громкие дела.

Был арестован главный армейский интендант Восточного фронта полковник Жиль Амрон. Земной полководец Александр Суворов когда-то сказал: «Всякого интенданта через три года службы можно расстреливать без суда – всегда есть за что». Золотые слова, полностью согласен с легендарным генералиссимусом. И случай с маркизом Амроном очередное доказательство того, что он прав. Ведь эта сволочь обнаглела до такой степени, что расхищала шестьдесят процентов выделяемых для войск Восточного фронта имперских запасов. Ну ладно десять процентов или пятнадцать. Именно столько воровали интенданты на Мистире, Анвере и в тыловых районах Эранги. Это зло, с которым вынужденно приходилось мириться, чтобы окончательно не развалить систему снабжения имперских полков. Но шестьдесят… Это уже перебор и, ознакомившись с материалами, которые были предоставлены мне следственно-ревизионной комиссией, я отдал приказ арестовать полковника Амрона. А поскольку у этой крысы имелась собственная охранная структура из ста пятидесяти наемников, и сам полковник редко покидал свой особняк в столице, предпочитая проворачивать темные делишки при помощи заместителей, для его задержания пришлось привлечь роту городской стражи с усилением из офицеров Черной свиты. И как оказалось, не зря. Часть наемников, отрабатывая свой хлеб, попытались оказать сопротивление, и гвардейцы вынужденно взялись за мечи.

Когда Амрона все-таки взяли и отправили в «Сабхаршу», я посетил его логово и понял, как должен выглядеть дворец сказочного падишаха из «Тысячи и одной ночи». Кругом на стенах отделка из золотых плиток и полудрагоценных камней, в подвалах коллекции произведений искусства, дорогостоящих артефактов, редких вин и оружия, а в женской половине огромного дома находился гарем из десятка красавиц.

Судя по всему, Амрон себе ни в чем не отказывал. В обществе держался довольно скромно, обычный служака, а вот за стенами особняка моментально преображался и становился одним из богатейших людей империи. И в первый же день после проведения обысков мы передали в имперскую казну больше миллиона иллиров золотом. Это без учета коллекций, вещей, драгоценностей, изделий из золота и банковских векселей. А в последующие три дня, проверяя другие дома интенданта, сумма удвоилась. Вот так живут-поживают имперские тыловые полковники, пока воины погибают на передовой, носят обмундирование второго срока и голодают.

Однако самое интересное началось на следующий день после ареста интенданта. Забеспокоились его многочисленные родственники и покровители. Они толпой повалили с жалобами на беспредел ИТС к императору, а когда Марк приказал никого из них не пропускать во дворец до завершения следственных и судебных мероприятий, решили найти подходы ко мне.

Перво-наперво ходатаи попытались протоптать дорожку через родственников. Сунулись на остров Данце, чтобы пообщаться с Каисс, и попали под колпак агентов Керна, который знал, что с ними делать и под надуманными предлогами, не желая связываться с «людьми из центра» моментально выдворил всех обратно в столицу. Потом были две попытки пообщаться с Трори и за то, чтобы он замолвил словечко за Амрона, брату пообещали сто тысяч монет. Он согласился и во время передачи денег заступники вороватого полковника тоже оказались под арестом и поселились в тюремных камерах рядом с интендантом. А затем дошла очередь до Отири, которая по-прежнему не показывала своего истинного облика и выглядела, как юная прелестная жрица. Несколько крепких дворян, обычные наемные искатели удачи, каких в столице империи много, подкараулили ламию возле храма Улле Ракойны и попытались ее запугать. Глупые и смелые отморозки просто не понимали, кто перед ними, а моей любимой ведьме требовалась разрядка и она с ними разобралась, как умела. Двоим сломала руки. Третьему проломила голову. А четвертый, наиболее прыткий, попытался скрыться и в него полетел вывалившийся из мостовой увесистый булыжник, который угодил ему прямо в пах и, возможно, навсегда сделал отчаянного дворянина импотентом.

Кажется, получив отпор и не сумев найти рычаги давления на графа Ройхо, всем этим объединенным в негласную структуру мафиозо имперского разлива, стоило бы затаиться и молиться всем богам, чтобы следствие не нарыло на них компромат. Но они и не думали прятаться, а наоборот, активизировались еще сильнее и накат пошел уже на начальников управлений, рядовых агентов и сотрудников тюрьмы «Сабхарша». И хотя этот натиск мы отбили, никто из наших людей не пострадал и не повелся на посулы, нервов и времени на обеспечение безопасности пришлось потратить много.

Впрочем, нет худа без добра. Наблюдая за движениями заступников полковника Амрона, мы вскрыли всю преступную сеть. Начиная от воров, которые расхищали армейское имущество при помощи подчиненных, до реализаторов, которые его сбывали, а потом отмывали деньги. И это не пешки, не какие-то там рядовые исполнители или готовые убить человека за пару медных монет разбойники с большой дороги, а самые настоящие необъявленные короли преступного мира, которые прикрывались высокими государственными должностями и дворянскими титулами.

Будь моя воля, всех пустил бы под нож. Но, как уже было отмечено, это могло повлечь за собой полный развал системы управления государством. Даже канцлер Руге не решался на кардинальные меры против них и нивелировал проблему устранением наиболее неудобных персон при помощи дуэлей, наемных убийц и похищений. А мне, признаюсь честно, до его уровня еще расти и расти. Поэтому я сделал то, о чем раньше даже подумать не мог. Я сам протянул ворам и коррупционерам руку, пригласил к себе заместителя начальника службы тыла Генерального штаба генерал-майора Людвига Оссима и он пришел. Без страха и сомнений, без свиты и телохранителей, которые в военное время положены ему по штату. Сильный человек — не поспоришь. Однако я был уверен, что смогу его переиграть, и он сделает то, что мне нужно…

Прежде, чем генерал Оссим оказался в моем кабинете, его специально провели таким маршрутом, чтобы он, как бы невзначай, разглядел, чем живет Имперская Тайная Стража. А поскольку человек он не глупый и весьма наблюдательный, наверняка, увидит немало интересного. Например, оттачивающих боевые навыки офицеров «цветных» рот, чародеев, боевого монстра в клетке и рабочую деловую обстановку отделов управления «Орс». После чего сделает из увиденного определенные выводы и поймет, что ИТС не очередная игрушка императора, а реальная секретная служба. Хоть и молодая, но зубы уже показала. И это еще больше настроит его на серьезный разговор. По крайней мере, мне хотелось в это верить.

В дверь кабинета постучали и, оторвавшись от бумаг, которые, как обычно, стопками лежали на столе, я сказал:

– Войдите.

В помещение заглянул дежурный офицер и доложил:

— Господин граф, прибыл генерал-майор Людвиг Оссим.

— Пригласи гостя.

– Слушаюсь.

Спустя несколько секунд генерал вошел в мой кабинет и я, как положено радушному хозяину, поднялся из-за стола и встретил его.

Людвигу Оссиму восемьдесят шесть лет, а на вид не больше сорока — сказывалась древняя благородная кровь. Как и я, он имперский граф. Правда, не из остверов, которые пришли на благодатные южные земли Эранги с севера, а потомок дворян империи Ишими-Бар. Однако его род никогда этот факт не выпячивал и Оссимы очень быстро ассимилировались с остверами.

Несмотря на отсутствие военного опыта, генерал выглядел как настоящий боевой офицер. Уверенное лицо. Стальной взгляд. Мундир сидит привычно и нигде не топорщится. А ирут на боку Оссима не какая-то легковесная побрякушка, а боевой фамильный клинок. Так что весь облик генерала невольно внушал уважение. И если бы у меня на столе, помимо других бумаг, не находилось его подробное досье, которое было составлено еще агентами канцлера Руге, я встретил бы его, словно брата по оружию. Но досье имелось, и я с ним ознакомился. Поэтому знал, что он не воин, а тыловой администратор, которого нужно воспринимать всерьез, ибо генерал весьма умен и за годы службы оброс огромным количеством связей. Однако при этом я был уверен, что если его прижать и поставить перед выбором, жизнь или кошелек, он выберет жизнь. Следовательно, психологически и морально я сильнее его, даже при условии, что он старше меня по возрасту и званию.

Обменявшись дежурными приветствиями, я предложил генералу присесть и поинтересовался, не желает ли он что-то выпить. Он вежливо отказался. После чего я занял свое кресло и начал разговор:

– Благодарю вас, господин генерал, что смогли принять мое приглашение.

– Не стоит, — краешком губ он изобразил легкую усмешку. – В конце концов, эта встреча давно должна была состояться и она, как мне кажется, будет взаимовыгодной.

– Да, — согласился я с ним, положил ладонь на стопку папок слева от меня и сказал: – Сверху дело полковника Жиля Амрона, вашего непосредственного подчиненного и родственника. Это выжимка, голые факты. А следующая папка уже ваше дело, господин генерал. И поскольку я человек прямой, буду говорить без обиняков и полунамеков. Амрон оказался говорливым и откровенным человеком. Он сдал всех, кто работал с ним в связке, и нам известно о теневой империи, которую вы возглавляете. Как вы ее называете? Клуб избранных, кажется. Кстати эта информация поступила не только от Амрона. И этого материала более чем достаточно, чтобы отправить вас и большинство ваших друзей, родственников и подельников, на плаху. Сил, полномочий и решимости у меня на это хватит. Однако идет война и маховик репрессий, который я в состоянии раскрутить, нарушит снабжение армий и гарнизонов, а так же породит еще один очаг напряженности в государстве. Как следствие, наши войска понесут новые потери, у народа появится еще один повод для волнений и война может затянуться. Мне это не нужно. Императору тоже. Так что давайте договариваться, господин генерал.

– А вы не слишком много на себя берете, граф Ройхо? – прищурившись, спросил Оссим.

– Ровно столько, сколько могу унести, господин генерал.

Я был совершенно спокоен, а Оссим заметно занервничал. Думаю, в этот момент ему хотелось вскочить и назвать меня наглецом, выскочкой и тупым отморозком. Что-то типа этого. Но злые слова с его губ не сорвались. Генерал взял себя в руки и кивнул в сторону папок:

— Я могу ознакомиться с материалами дел?

-- Пожалуйста.

Подвинув к нему документы, я откинулся на спинку кресла и стал за ним наблюдать.

Генерал просмотрел несколько листов с показаниями Амрона, а затем взялся за собственное дело. Его лицо побагровело и, несколько раз громко фыркнув, он захлопнул папку. После чего генерал вернул документы на стол, тяжело вздохнул и, посмотрев на меня, вопросительно кивнул:

– Чего вы хотите, Ройхо?

– Сначала нужно выслушать ваше предложение.

– Хорошо, – он машинально обтер вспотевшие от летней жары и волнения руки об форменные брюки и выдвинул заранее оговоренные с подельниками условия: – Мы, я и мои друзья, хотим получить Амрона. Пусть даже неофициально, и выглядеть это может как его побег. Неважно. Главное – вернуть его. Все компрометирующие нас материалы должны быть у нас, и вы дадите слово, что у вас нет копий. В дальнейшем ваша структура нас не замечает и не трогает. А взамен мы обещаем, как и прежде, хранить верность императору, не перебегать вам дорогу, не допускать особо злостных хищений государственного имущества и время от времени сливать Имперской Тайной Страже мелкую вороватую сошку. Кроме того, лично вы, граф Ройхо, получите от нашего закрытого клуба весьма приличную сумму, которой сможете распорядиться по собственному усмотрению. Хоть в казну передайте, хоть на благотворительность потратьте, а лучше оставьте себе.

– И насколько велика эта сумма?

Оссим ответил без раздумий:

– Миллион иллиров.

– Что-то маловато. Я ожидал услышать цифру в пять раз больше.

– Побойтесь богов, граф Ройхо… – генерал посчитал, что я начинаю торговаться, а значит, он смог подцепить меня на крючок, и потому заулыбался. – Пять миллионов слишком много. А вот два, вполне реально, и то, при условии, что мы вас уважаем.

– Нет, – я покачал головой.

Оссим взмахнул рукой:

– В таком случае, изложите ваши условия.

– Амрона я вам не отдам. Компрометирующие вас документы останутся у меня. И денег я у вас не возьму. Но договориться со мной, конечно же, можно. А условия мои простые и предельно понятные. Отныне вы, господин генерал, и ваши друзья, станете жить по законам империи, и за расхищение государственного имущества Имперская Тайная Стража будет карать воров везде и всюду. Невзирая на чины и звания. А деньги вы вернете. И сделаете это добровольно, вложившись в государственные проекты. Например, в строительство мостов через реку Афлин, ремонт трактов от Грасс-Анхо до восточных границ и восстановление портов вдоль побережья Исарийского моря. Общая сумма инвестиций – девять миллионов иллиров. Один из них лично ваш.

– Это грабеж! – Оссим выскочил из кресла.

– Ничего подобного, – я покачал головой. – Ваше состояние оценивается в три с половиной миллиона. И деньги, которые вы вложите с госпроекты, рано или поздно, к вам вернутся.

– Нет, нет и нет! Это невозможно!

– В таком случае, я буду вынужден действовать по закону. И для начала прикажу отправить вас в «Сабхаршу», а потом приглашу в этот самый кабинет вашего племянника Валериана Эко. Возможно, он окажется более сговорчивым и понятливым.

– А если и он не согласится с вашими условиями?

– В таком случае его тоже арестуем, и попытаемся сговориться с вашими друзьями через другого человека.

– Вы шантажируете меня, Ройхо. Смотрите, как бы ни пожалеть!

– Знаете, генерал, канцлер Тайрэ Руге тоже так говорил. А сейчас он находится в глубоком подземелье и только изредка может видеть кусочек синего неба сквозь решетку прогулочного дворика. Ну а я, по-прежнему, жив и на свободе. Поймите, господин Оссим, что как прежде уже не будет. И вам следует считаться с тем фактом, что за преступление придется расплачиваться. Если не тратами из кошелька, то свободой или самой жизнью.

– Вы, действительно, схватили канцлера!? – это известие удивило его даже больше, чем мои требования.

– Да, и уже давно.

Генерал прошелся от одной стены кабинета к другой, а потом вернулся к столу, навис над ним и попробовал выиграть еще немного времени:

– Мне необходимо все обдумать и посовещаться с друзьями.

– Нет, господин генерал. Мне хорошо известно, что в закрытом клубе у вас решающее слово. Поэтому ответ мне нужен здесь и сейчас.

Он думал долго, целую минуту, и в итоге сказал то, что должен был сказать:

– Я согласен и принимаю все ваши условия, граф Ройхо.

– Замечательно, генерал Оссим.

– Могу быть свободен?

– Конечно.

– И вы не попытаетесь заставить меня подписать какой-то договор?

– Нет.

– Вы так уверены, что, покинув ваше логово, я вас не обману?

– Господин генерал, я знаю, что вы будете хитрить и юлить. Такова ваша натура. Но если вы начнете зарываться, я пришлю за вами своих парней. И это будут не стражники, а убийцы.

– Перенимаете кровавые и нечестные методы канцлера Руге? – его лицо исказилось гримасой.

– Верно, перенимаю, поскольку они крайне эффективны.

– Честь имею! – генерал резко кивнул, развернулся и почти что строевым шагом покинул кабинет.

Разговор с Оссимом меня вымотал. Поэтому я решил, что надо отдохнуть, отправиться в родовой особняк и провести вечер с Отири. Однако покой, как говорится, нам только снится, ибо на смену генералу в кабинете появился Дин Осколье.

– Как успехи? – мой заместитель бросил взгляд в сторону двери.

– Оссим не был готов к нашим требованиям, но принял их, – ответил я и спросил: – Ты по делу или мимо проходил?

– По делу.

– Докладывай.

– Лотар Эвриго с несколькими чародеями, в сопровождении роты отборных конных егерей, покинул армию и направился к родовому замку.

– Как быстро он доберется до места?

– Он в пути уже сутки. Если будет менять коней и его люди поддержат себя бодрящими зельями, через два дня.

– Барон Баго с ним?

– Да.

– Значит, Эвриго ему поверил. А это уже неплохо. Будем ждать новых вестей.

Глава 19


Королевство Ассир. Лес Миркольц. 04.07.1408.


Вольготно расположившись в старом продавленном кресле, Окс Кадавер приподнял наполненный живительной темно-красной жидкостью стеклянный бокал и через него посмотрел на свечу в нескольких метрах от себя. Огонек свечки казался искоркой, звездочкой на ночном небосклоне. В этот момент вампиру было хорошо и, блаженно зажмурившись, он приложился к бокалу и сделал большой глоток.

Смешанная с хорошим бранийским вином свежая кровь прокатилась по пищеводу Кадавера и, не достигнув желудка, стала распадаться на составные элементы и впитываться в его организм. Вампир почувствовал, как мышцы наполняются силой, а голова на пару мгновений закружилась. Этот эффект был сродни оргазму и кровосос едва не застонал от удовольствия. Он не должен показывать свою слабость, пусть даже мимолетную, сопровождающим его имперцам. Поэтому Кадавер только причмокнул губами и услышал злобный шепот офицера Имперской Тайной Стражи капитана Эдгина, который за ним наблюдал.

— Проклятый кровопийца… – под нос себе произнес вчерашний гвардеец, по воле судьбы и по приказу командования ставший диверсантом секретной службы.

Кадавер мог промолчать и сделать вид, что ему плевать на слова имперца, но вампиру требовалось вывести своего охранника из себя, и он спросил Эдгина:

— Ты считаешь меня монстром, капитан?

– Да, — ответил офицер. — И будь моя воля, я бы изрубил тебя на мелкие куски.

– Нет, — вампир сделал еще один глоток из бокала и покачал головой. – Ты бы не смог. Не в обиду тебе будет сказано, капитан, но мы на разных уровнях. Вот ваш начальник, старший Ройхо, он бы смог. И братец его тоже. Ну еще пять-шесть человек самых лучших воинов Имперской Тайной Стражи. А остальные мне не ровня. И в вашем отряде, который меня сопровождает, один на один я одолею любого, хоть бойца, хоть чародея. Вот потому-то ваши командиры и накинули на меня браслеты контроля.

Вампир небрежно откинул пустой бокал в сторону и он, упав на покрытый мусором каменный пол, жалобно зазвенел и разбился. После чего Кадавер приподнял левую руку, и обнажилась его кисть, которая была скована двумя бронзовыми браслетами.

– Капитан, ты знаешь историю этих артефактов? — спросил вампир.

– Нет, – с ненавистью в голосе ответил Эдгин.

— А я знаю и поделюсь с тобой… Пару тысяч лет назад, вампиры враждовали между собой и вели войну на истребление. Поклонники кровавых богов считали, что нельзя жить вечно и пить кровь, не поклоняясь Шамми, Осгорту или Сизорну. А вольные вампиры, такие как я, не желали над собой контроля. И тогда преданные богам потомственные «дети ночи» решили нас истребить. Как и на каждой войне, появились пленники, и чтобы они не сбежали, были сделаны браслеты контроля. А когда нас осталось совсем мало, вожди противоборствующих сторон были вынуждены заключить перемирие. Так закончилась война и про браслеты позабыли, а теперь вы их используете.

– Ну и что?

– Ничего, капитан. Просто хочу тебе сказать, что мы мало чем отличаемся, а люди гораздо более жестоки, чем вампиры. Вот сам посуди. По твоему мнению, я кровосос и убийца, чудовищный монстр и порождение зла. Но сколько людей я лишил жизни? В год у меня от десяти до двадцати жертв, а в голодное время не больше шести-восьми. А сколько убивают люди? Вот ты, капитан, скольких отправил в мир мертвых?

– Не твоего ума дело, – огрызнулся офицер.

— Конечно, не моего, -- вампир презрительно скривился. – Однако, мне думается, немало. Ты же потомственный оствер, выпускник военного лицея и гвардеец. Тебе человека прикончить легко. Хотя ты, по сравнению с вашими генералами, всего лишь невинная овечка. Ты исполнитель и не более того, а они настоящие монстры. Императоры, короли, герцоги и военачальники – вот главные убийцы. Они отдают приказы и погибают сотни тысяч. Да что там… Миллионы… А вы, простые воины, подчиняетесь преступным приказам и несете по миру смерть, а потом еще гордитесь этим и без всякого стыда носите на мундирах ордена, медали и прочие знаки отличия…

– Мы защищаем родину! – перебил вампира Эдгин.

– Оставь, капитан, – Кадавер взмахнул рукой. – Это оправдания. Убийство оно и есть убийство. Пусть даже во имя интересов народа и страны. Я так тоже могу себя оправдать – убиваю во имя спасения жизни, потому что голоден…

– Тьфу на тебя, не желаю с тобой разговаривать! – капитан презрительно сплюнул на пол и вышел.

Наконец-то, вампир остался в одиночестве и, покинув кресло, моментально сбросил с себя маску безразличия. Он подскочил к двери и выглянул в коридор. Пусто. Никого нет. Все остверы снаружи. До появления следующего охранника, которого не так легко выбить из колеи, имелось несколько минут и следовало поторапливаться.

Оказавшись в плену у имперцев и угодив в «Сабхаршу», вампир не терял надежду спастись. Он пил бычью кровь, в которую плевали охранники, и ждал своего счастливого часа. Кадавер верил, что он настанет, и оказался прав. В обмен на сотрудничество Уркварт Ройхо предложил ему свободу и кровосос, конечно же, согласился. И хотя браслеты контроля оказались для него неприятным сюрпризом, вампир держался ровно и срывов не допускал. Он выполнял все приказы, и претензий к нему не было. Вампир перебил людей крин-генерала Эвриго и похитил его дочь, которую позже, когда отряд диверсантов оказался в лесу Миркольц и спрятался в поместье королевского лесничего, обратил. План имперцев приближался к финальной стадии. Вот-вот, не сегодня ночью, так завтра днем, появится разгневанный Лотар Эвриго. Он штурмом возьмет развалины поместья и обнаружит, что вампир и большая часть диверсантов в форме королевских гвардейцев скрылись, а его дочь стала кровососом. А потом он найдет переписку Кадавера с демоном Клорхом в облике Унеча Первого и поддельный приказ о захвате своей дочери в заложники. И какими будут его дальнейшие действия, можно не гадать. Наверняка, лучший полководец Ассира поднимет мятеж.

Что касательно Кадавера, по договору с Ройхо, после завершения операции вампир должен вернуться в империю, где он получит свободу. Однако старый кровопийца не верил остверу. Скорее всего, охранники попытаются его прикончить. А Кадавер хотел жить и потому собирался сбежать под крыло демона. Причем не один, а вместе с недавно обращенной Беатрис, которая могла стать важным свидетелем коварства имперских диверсантов. Но браслеты… Как их снять? Это было невозможно, и тогда Кадавер решил пойти на крайние меры, отрубить себе руку.

Из-под груды мусора в углу помещения вампир достал заранее припрятанный топор. Затем он быстро перетянул левую руку бечевкой, положил кисть на рухнувшую балку и без колебаний отсек скованную магическими артефактами плоть.

Ладонь вампира и слетевшие с тела браслеты контроля, остались лежать на самодельной плахе. Кадавер прислушался к себе – нормально, боль скоро пройдет и рана затянется. Главное – пропало чувство, что за ним постоянно кто-то приглядывает и готовится одернуть, словно хозяин, который дергает за цепь бесполезно лающего пса. Теперь можно бежать.

Вампир метнулся в сторону подвал, где остверы держали Беатрис, и в этот момент вернулся капитан Эдгин. Он застыл на пороге и, еще не понимая, что вампир освободился, окликнул его:

– Кадавер!

Кровосос обернулся и оствер пояснил:

– К бою! Эвриго и его воины уже здесь. Ассиры разведку проводить не стали, а сразу атаковали. Уже вечер, так что света не бойся. Сейчас покажешься перед ассирами, прикончишь парочку и уходим.

Кадавер оскалился. В подвал теперь не пройти. Остверы поднялись по тревоге и силой через них не прорваться. Кадавер это понимал, а значит, к демонам Беатрис. Нужно спасаться самостоятельно.

Убыстрившись, насколько это возможно, вампир вплотную приблизился к капитану Эдгину и здоровой рукой схватил его за горло.

– Ах-р-р!!! – захрипел имперец.

– Я же говорил тебе, что один на один порву любого, кто есть в этом отряде… – поймав взгляд офицера, прошипел вампир. – Говорил… А ты не верил… Глупый смертный…

Несмотря на неожиданность нападения, Эдгин попытался выхватить кинжал. Его ладонь сомкнулась на рукоятке верного клинка, и он уже потянул оружие из ножен, но кровосос не собирался вступать с ним в бой и тратить на это драгоценное время. Острые когти Кадавера легко пробили кожу человека и рассекли вены, а потом он сомкнул пальцы и рванул на себя трахею.

Из горла капитана потоком хлынула кровь. Такая теплая. Такая вкусная. Такая солоноватая. Вампир был не прочь полакомиться кровью знатного оствера, которая имела особый ни с чем неповторимый привкус. Однако следовало спешить и, отбросив тело мертвого капитана в сторону, он побежал.

Оставив заслон, имперцы покидали поместье. Они бросали униформу и амуницию королевских гвардейцев, поддельные бумаги и оружие с маркировкой лучших ассирских кузнецов. На вампира, который держался в тени, практически никто из них не обращал внимания. Так что Кадавер смог выскользнуть во двор и попал под лучи заходящего солнца, которое медленно опускалось за высокие деревья.

Безжалостное к «детям ночи» светило опалило кожу вампира и его бледное лицо немедленно покрылось ожогами, но Кадавер не отступил и метнулся в чащобу. Кто-то из имперцев кричал ему вслед и приказывал остановиться, а стрелки даже выпустили вдогонку пару арбалетных болтов. Все это уже не волновало старого кровососа. Он оставлял позорную страницу своей жизни, плен, унижения и сотрудничество с имперцами, за спиной. Впереди – воля!

Раскидистые кроны деревьев надежно прикрыли вампира от последних солнечных лучей. Кадавер спешил и бежал так, как давно уже не бегал. Вот только, сам того не подозревая, он мчался в ловушку и спустя несколько секунд лицом к лицу, столкнулся с отрядом ассиров, который обходил поместье с тыла. Навстречу кровососу полетели боевые заклятья чародеев: «Яростный свет», «Огненный мотыль», «Огнешар» и «Звездное копье». Он смог уклониться только от первого, поднырнул под поток испепеляющего света и клубком прокатился по траве, а остальные его достали.

Кадавер умер мгновенно. «Огненный мотыль» и «Огнешар» обуглили его голову, опалили тело и подожгли одежду, а «Звездное копье», космический холод с острыми осколками льда, потушило магическое пламя и пробило его плоть в нескольких местах. А через минуту к нему подскочил крин-генерал Лотар Эвриго и, раскидав ногой тающие куски льда и обгорелые фрагменты одежды, склонился над ним и увидел на груди вампира знак офицера гвардии, золотой щит с мечом и шлемом. Вещица непростая, а зачарованная. Подделать ее практически невозможно. И тот факт, что вампир, самый настоящий кровосос, носил его, подтверждал слова барона Баго.

Тем временем остверы пошли на прорыв, и треть отряда диверсантов смогла вырваться. Потери превышали заранее запланированные. Но задача была выполнена. В подвале поместья Лотар Эвриго нашел свою дочь, которая стала вампиром, и получил дополнительные доказательства того, что на троне Морандидов восседает не человек, а чудовище.

Сердце крин-генерала разрывалось от горя. Однако он поступил по заветам предков. Собственной рукой Лотар Эвриго отрубил голову любимой Беатрис, а затем, еще до рассвета, подпалив поместье, покинул его и отправился обратно к своей армии, которой предстояло в самое ближайшее время бросить фронт и вернуться в родные земли, дабы уничтожить самозваного короля и восстановить порядок.

Глава 20


Империя Оствер. Грасс-Анхо. 09.07.1408.


Минувшим вечером, вернувшись в родовой столичный особняк, я получил записку великого герцога Туира Кайяса. Это официальное приглашение навестить его фронтовой штаб на материке Мистир. У четвертого по влиянию аристократа империи день рождения и, по его мнению, было бы неплохо, если бы граф Уркварт Ройхо разделил с ним скромный ужин и выпил хорошего вина.

Разумеется, я снова насторожился, ибо не понимал, в чем причина такого расположения. Но отказываться от приглашения пока не стал, отложил это на утро. А ночью произошло то, чего со мной давно не происходило. Через память крови я спустился по родовому древу предков и проник в воспоминания своего давно умершего кровного родича из клана Ройхо. Нахлынули видения, и я стал свидетелем событий далекого прошлого…

Затерянная среди горных хребтов Агнея деревня Лойшвар встретила неполную сотню конных воинов тишиной. Никто не выбегал встречать всадников и не зазывал в дом погреться у очага и выпить теплого вина. Это было странно и отставной полковник Акай Ройхо поморщился и положил ладонь на рукоять меча. На въезде в Лойшвар отсутствовала охрана, хотя обычно там дежурили крепкие деревенские мужики, ветераны регулярных полков, коим пожалованы земли на окраине империи. А сейчас на дороге пусто.

Полковник подозвал молодого сотника Гарринду Кайяса, дальнего родственника и последнего представителя этой древней фамилии, которого Ройхо взял под свое крыло, обучал и опекал.

— Командир? – воин приблизился и наклонился к графу.

— Непорядок, – оглядываясь, сказал Акай. — Вечер, а в домах темно. Мороз спускается, а трубы не дымятся. Дозорных не видно. На улице нет свежих следов. Собаки не лают.

— И скотину не слышно, – добавил Гарринда.

Полковник кивнул и процедил сквозь зубы:

— Сдается мне, в поселке побывали дикари.

– Да, командир. Только не ясно, почему они деревню не сожгли.

– Скорее всего, они еще здесь. Прикажи воинам готовиться к бою и зарядить арбалеты, вышли вперед дозоры, пусть проедут к дому старосты, а на дороге выстави десяток, чтобы с тыла прикрыли.

— Слушаюсь, господин полковник.

Гарринда стал отдавать приказы. Дружинники спешились и Ройхо, еще раз осмотревшись, тоже опустился на землю.

Вот уже пятнадцать лет Акай Ройхо стоял на имперской границе. Племенное ополчение местных горцев попыталось ограбить молодую империю остверов, но потерпело сокрушительное поражение и лишилось самых плодородных земель, а затем, уводя женщин и детей, дикари отступили. Они ушли в труднодоступные горные теснины, а многие перевалили через Агней и попросили убежища у своих северных и восточных сородичей, которых пока еще не накрыла волна имперской экспансии. Однако, несмотря на это, боевой дух они не утратили и война продолжалась. Группы отчаянных горцев-хейтеров постоянно атаковали поселения остверов, убивали колонистов, угоняли скот, устраивали на дорогах горные обвалы и обстреливали военные отряды. Вот только против сильного централизованного государства, в авангарде которого шли воинственные потомки северных Рунных родов, они устоять не могли. На смену одному убитому колонисту приходили десять новых, как правило, опытные воины. А дворянские дружины и регулярные войска в поисках добычи сами совершали кровавые рейды на земли, которые принадлежали дикарям.

Именно на таких опасных и дерзких походах отставной полковник Акай Ройхо заработал репутацию удачливого военачальника. Его отряды всегда несли самые небольшие потери и брали хорошую добычу. Он всегда знал, куда нанести удар и не было такого случая, чтобы он возвращался из похода пустым. Но, что еще более важно, Ройхо открыл в себе талант управленца и прослыл рачительным хозяином. Все, что имел с походов, полковник вкладывал в хозяйство, в воинов и постройку мощного замка. Поэтому сейчас, помимо дружины в две сотни отчаянных головорезов, у него имелся окруженный высокими стенами собственный дом, где вела хозяйство верная супруга, шесть деревень, в которых трудились крепостные крестьяне, и еще четыре вольных поселения попросили его о покровительстве. Обычно такие деревушки не платили дань и были обязаны выставлять воинов в дружину. Однако на ежегодный осенний сбор, когда полковник проводил под стенами своего замка тактические учения, лойшварские ополченцы, которые слыли хитрецами, не явились, а посланный на разведку патруль исчез. Конечно же, Акай Ройхо расценил это как знак беды и с передовой сотней дружинников, далеко опередив пехоту, прибыл в самый отдаленный поселок своего владения.

– Здесь только трупы! – выглянув из ближайшего дома, крикнул дружинник. — Семья старого Торопа! Я их знал! Чистая работа! Дикари подошли незаметно и напали неожиданно! Тороп, видать, попытался оказать сопротивление, но поздно спохватился! Имущество разграблено! Дикари даже еду утащили!

«Само собой, утащили, – храня молчание, подумал полковник. – В горах, куда мы загнали дикарей, слишком много голодных ртов и мало плодородной почвы».

– Когда их убили?! – обратился к воину Гарринда.

— На рассвете!

Полковник, похожий на медведя крупный русоволосый мужчина в кольчуге, но без шлема, поправил перевязь с мечом, тяжело вздохнул и шагнул к дому. Он собирался посмотреть, что внутри, и в этот момент невдалеке раздался характерный щелчок тетивы. На полпальца разминувшись с головой имперского аристократа, просвистела стрела, и он прыгнул под высокий бревенчатый забор.

-- Берегись! – прилетел запоздалый крик дружинника, который хотел предупредить графа.

На отряд обрушились копья, метательные топоры, камни и стрелы. Горцы поджидали имперцев и проявили завидное терпение. Они не оставили на дороге следов, а засели на крышах крестьянских домов и теперь атаковали воинов из засады. Полковник понял это сразу и, глядя, как один за другим падают наземь его люди, а раненые кони разбегаются, он пожалел, что сунулся в Лойшвар без дополнительной разведки. Последние четыре года были спокойными и он расслабился. Акай Ройхо это признавал и корил себе.

Впрочем, он смог быстро собраться и начал отдавать приказы:

– Стрелки! Бить в ответ! Не стоять на открытом месте! В укрытие! Гарринда! Пошли бойцов на крыши, пусть собьют вражеских лучников! Шевелитесь, а иначе погибнете!

Услышав уверенный голос командира, дружинники стали действовать. Арбалетчики и лучники, спрятавшись за заборами, завязали с дикарями перестрелку, а мечники и копейщики начали охват противника с флангов. Завязался уличный бой, в котором все скоротечно и сумбурно. На любой войне порядка немного, но сражения в поселениях, в домах и на улицах, особенно хаотичны. Однако полковник был уверен в своих ветеранах, и воины показали свое умение сражаться. Спустя несколько минут они отогнали дикарей, которых оказалось не больше трех десятков. Теряя бойцов, они, словно заманивая остверов, отступили к деревенской площади, где находился дом старосты, и притихли.

Ройхо поднялся. Его взгляд скользнул по заваленной трупами воинов и лошадей улице, а потом он все-таки прошел во двор и замер над телом упавшего с крыши горца. Полковник воевал с дикарями половину жизни, и даже мертвое тело врага, говорило ему о многом.

Дикарю двадцать пять лет. Он в полном расцвете сил.

На левой щеке свежая татуировка – тигр. Цвет – красный. Значит, это воин клана Итто. Однако под татуировкой прерывистая черта. Это дополнительная информация. Следовательно, воин вышел из клана и стал хейтером – вольным бродягой, который посвятил свою жизнь одной цели – борьбе с врагами гордых горных племен, в данном случае, с империей остверов.

Броня кожаная и мало ношенная. Воин не выглядел истощенным. Сапоги новые, добротные. Остальные дикари, кстати, тоже одеты и обуты справно. Это признаки того, что хейтеров поддержали сильные кланы, которые их полностью снарядили и обеспечили продовольствием.

Из оружия лук и длинный нож. На рукоятке клинка метка оружейника, ромб, а стрелы в колчане, который валялся неподалеку, сделаны из серебристого ушталя. Все это служило подтверждением, что отряд мстителей получил помощь от племенного сообщества Черные Горы.

«Плохо, – подумал полковник. – Черногорцы сильны. В этом племенном сообществе семь кланов, которые могут выставить восемь тысяч воинов. А еще у них есть железные рудники Кайром и серьезное политическое влияние среди иных дикарских сообществ. Если это племя выступило против империи, пусть даже не объявляя войну, крови прольется много. Но зачем черногорцам конфликт с мощным соседом? В чем причина? Много лет имперские дипломаты поддерживали равновесие и при помощи взяток удерживали горных вождей северо-восточного Агнея в стороне от конфликта. Столько сил и средств было затрачено – не сосчитать. А сейчас практически открытое вмешательство. Разумеется, если я не ошибаюсь и мои выводы верны»…

Прерывая размышления полковника, к нему подбежал верный Гарринда:

– Командир, к дикарям подходят подкрепления!

– Сколько и откуда?

– Со всех сторон! Несколько отрядов! Сами взгляните!

Сотник указал направление. Полковник посмотрел на горный склон за поселением и увидел, как вниз спускаются враги. Видимость не очень хорошая, смеркалось. Но Ройхо разглядел, что дикарей не меньше двухсот. И это только один отряд.

– Отступаем! – воскликнул Акай.

– Лошадей мало и у нас раненые, – сказал Гарринда.

– Сколько лошадей осталось?

– Сорок две.

– А воинов?

– В строю пятьдесят девять. И раненых шестеро.

– Раненых в седло. Ты мой закон знаешь – своих не бросаю. Кому из здоровых воинов места не хватит, пусть скидывает броню и хватается за стремя.

– Слушаюсь, господин полковник!

Дикари, которых отогнали, снова стали наседать и в имперцев полетели стрелы. Кого-то зацепило, и он закричал, а затем вывалился из седла. Следом прилетела еще одна стрела и вонзилась ему в шею.

«Не жилец», – снимая шапку и натягивая на голову шлем, спокойно подумал полковник и заметил, что место павшего воина немедленно занял другой и при себе у него был небольшой плотно набитый мешок.

– На прорыв! – выхватив меч и указав клинком путь к спасению, прокричал Акай Ройхо.

Конники сомкнулись. Стремя к стремени. После чего они покинули деревню и врезались в толпу горцев, которые попытались соорудить на дороге баррикаду.

Начался бой. Хрипы коней смешивались с боевыми кличами дикарей и дружинников. Звон оружия и щелчки арбалетов. Привычный для полковника шум и он был впереди своих воинов. Его конь легко разметал дикарей, которые пытались вытащить аристократа из седла, а верный клинок без промаха разил ненавистных врагов.

Бей! Убивай! Взмах стальной остро заточенной полоски!

Удар! Звериный оскал горца и его череп раскалывается пополам! Кто-то из дикарей прыгнул на полковника, надеясь схватить закованного в броню имперца и стащить с лошади, но телохранители не зевали и накололи тело врага на копья. Тут же подобный трюк попытался повторить другой горец, но этого Ройхо срубил самостоятельно.

Кровь лилась на землю. И хотя горцев было больше, они не выдержали и отступили. Дикари разбегались, прятались в придорожном кустарнике и уже оттуда стали закидывать всадников метательными топорами, стрелами и камнями. При таком раскладе необходимо продолжать отступление, тем более из деревни на помощь к горцам спешили сородичи.

– Вперед! – новый взмах окровавленного клинка и полковник пустил своего коня в галоп.

Прошло полчаса. Дикари отстали, и дружинники, всего тридцать восемь человек, оказались в относительной безопасности. На горы опустилась холодная осенняя ночь и, сделав привал, полковник приказал провести перекличку. А когда расчет был окончен, из-за туч выглянула луна, и он увидел рядом с собой воина, который утащил из поселка мешок.

– Что там у тебя? – полковник вопросительно кивнул воину и посмотрел на трофей.

– Ничего, ваша милость, – заюлил дружинник. – Это жратва.

Воин солгал своему вождю и Акай Ройхо это почуял. Аристократ не терпел вранья – все дружинники это знали. Следовательно, для обмана у бойца имелся веский повод, а иначе бы он на это не решился.

Острие меча немедленно уперлось в горло воина, и полковник прошипел:

– Давай сюда мешок.

Рядом с полковником находились телохранители, и за спиной дружинника остановил коня Гарринда. Спорить было бессмысленно, и трофей оказался в руках аристократа.

Развязав горловину мешка, Акай посмотрел внутрь и все понял. Не зря лойшварских колонистов считали хитрецами. Ой, не зря! Они всегда держались отдельно от других деревень и никого к себе не пускали. Даже девчат своих замуж на сторону не выдавали. А жили, между прочим, богато. До поры до времени полковник этому значения не придавал, ибо иных забот хватало. Но теперь многое прояснилось, поскольку в мешке находились кристаллы сурм.

С виду они выглядели, как застывшие куски серого льда с бурыми пятнами. Если не знать, в чем их ценность и увидеть на дороге, можно пнуть ногой, чтобы освободить дорогу. Однако имперский аристократ с кристаллами сурма, которые ценились магами и считались редкостью, сталкивался. Ведь это природный энергетический накопитель – превосходный материал для производства артефактов. И в глухой пограничной деревне обнаружился целый мешок таких кристаллов.

«Да тут на двадцать тысяч золотых, – полковник сразу прикинул стоимость трофея, – а может и больше».

– Где мешок нашел? – аристократ снова обратил внимание на дружинника, который виновато опустил голову.

– В доме Ельвика… Мы с ним дружили, и я у него пару раз ночевал... Как-то ночью увидел, где у него схрон, а сейчас достал… Ему-то уже ни к чему... Думал, там монеты, а оно вон как…

Кивнув, Ройхо задумался. Лойшварцы, судя по всему, нашли в горах рядом с поселком россыпь кристаллов. Они по-тихому, не привлекая внимания, добывали их и сбывали через своих людей в ближайшем городе. Отсюда достаток и закрытость общины. А потом колонистов заметили разведчики дикарей, которым сурм тоже нужен. Вот черногорцы и вмешались.

«Что же делать? – сам себя мысленно спросил полковник и тут же ответил: – Придется звать на помощь имперские войска. А иначе меня сметут и от замка камня на камне не оставят. За сурм вожди дикарей станут драться отчаянно и вслед за хейтерами придут дружины тяжелой пехоты, а возможно, что и восточные наемники. Быть большой войне, и я постараюсь выжать из нее все, что только можно».

– Господин, вы накажете меня? – спросил провинившийся воин.

– Обязательно, – ухмыльнулся полковник. – Но убивать и калечить не стану – каждый меч на счету.

– Благодарю, ваша милость, – воин кивнул.

Аристократ взмахнул рукой:

– В путь! Мы должны соединиться с пехотой и как можно скорее вернуться в замок!

В тот день до своего замка полковник Акай Ройхо так и не добрался. Требовалось оказать помощь раненым, и отряд, встретившись с пехотинцами, сделал большой привал.

Два имперских аристократа, потомки северных Рунных родов, расположились возле костра отдельно от воинов. И Акай Ройхо, глядя на Гарринду Кайяса, сказал:

– Завтра ты покинешь мои земли и отправишься на Мистир.

– Зачем? – удивился Гарринда.

– Император решил колонизировать этот материк. Дворяне получат землю, и ты возьмешь столько, сколько сможешь.

– Вы отсылаете меня перед началом новой войны с горцами.

– Так и есть. Тебе пора стать самостоятельным и лучше всего, если это произойдет вдали от меня.

– У меня нет денег, – поморщился молодой сотник.

– Теперь есть, – Акай Ройхо передал Гарринде мешок с кристаллами сурма. – Это твое.

– Но…

– Молчи, – полковник прервал сотника, – и делай, что велено. Я обещал твоему покойному отцу, что позабочусь о тебе, а Ройхо держат свое слово.

Гарринда кивнул:

– Благодарю, господин полковник. Я принимаю ваш прощальный подарок и клянусь, что род Кайяс никогда не забудет благородства рода Ройхо…

На этом моменте я проснулся и видение прервалось. Осторожно, чтобы не разбудить спящую рядом ламию, я покинул кровать и вышел из спальни, спустился на кухню, выпил теплого взвара, присел на стул и призадумался.

Что дало мне ночное видение из прошлого?

С одной стороны ничего особо ценного. Ну имелся у меня в роду предок по имени Акай. Славный воин и преданный императору офицер. Но это было очень давно, почти двенадцать веков назад, когда разгромившие империю Ишими-Бар потомки Рунных родов еще гнушались дворянских титулов и предпочитали им, даже в мирное время, заслуженные на полях сражений воинские чины. И Акай был человеком своей эпохи, он попытался обосноваться в предгорьях хребта Агней, который надвое рассекает материк Эранга. Вот только погиб в сражении с дикими горцами, и его сыновья перебрались на побережье Ваирского моря.

А с другой стороны полезная информация все же имелась. Вряд ли Туир Кайяс знал, чем его род обязан семье Ройхо. Слишком много времени прошло с той поры, как глава нашего клана снабдил деньгами последнего представителя рода Кайяс. Однако Туир мог это чувствовать, ибо мы – истинные остверы, потомки богов, за которыми наблюдают духи предков. Вот отсюда его расположение ко мне, пусть даже неосознанное. А если ему напомнить о событиях прошлого, а я это сделаю, наверняка, в семейных хрониках древней семьи Кайяс отыщется упоминание о благородстве Ройхо и это добавит мне авторитета в его глазах.

В общем, с видением и как к нему относиться, я разобрался. Можно было отправляться обратно в постель, чтобы обнять любимую женщину, прижаться к ее соблазнительному телу и мирно заснуть. Но сон ушел, а мыслей в голове, как обычно, хватало. И вместо того, чтобы отдыхать, я наполнил самую большую кружку, какую только нашел на кухне, взваром, и вышел в сад. Здесь разместился на скамейке под раскидистым дубом, дал знак ночным стражам особняка не беспокоиться и вспомнил о своей давней задумке создать объединение настоящих остверов.

Суть в следующем:

Как известно, на севере проживают племенные сообщества нанхасов и ламии. Они предпочитают не вмешиваться в дела южан, по крайней мере, так было раньше. Но время от времени, северяне сталкивались с проблемой перенаселения и тогда сражались между собой за самые лучшие земли Форкума. Обычное дело. А потом проигравшие племенные сообщества, как правило, не уничтожались, а изгонялись или ассимилировались. И остверы потомки Рунных родов. Тех самых, которые были вынуждены покинуть Форкум и уйти на юг, где они смогли создать собственное королевство. А в дальнейшем, разгромив государство Ишими-Бар, приняли в свои ряды новую волну переселенцев с севера и построили собственную империю во главе которой встал род Анхо.

Вроде бы все на поверхности. Но есть некоторые шероховатости и уточнения, на которые я, узнав истинную историю, не мог не обратить внимания.

Во-первых, переселение тридцати Рунных родов народа нанхас произошло после междоусобной войны, в которой мои предки проиграли. И случилось это из-за того, что Руны выполнили для Кама-Нио некую кровавую работу и понесли значительные потери, а затем были преданы ламиями, которые в трудный час, видимо, по воле своей богини, не оказали им поддержку.

А во-вторых, когда началось переселение, во главе Рун стоял не Анхо, а Ройхо. Именно мой далекий предок указал сородичам путь к спасению, заложил основы остверской государственности и создал королевство, которое позже стало огромной империей. И этот факт как бы сам по себе намекал, что мой род никак не ниже императорского. А может быть, что и выше.

Подобные мысли, если они станут известны общественности, можно расценить как измену и крамолу. Однако кто станет меня ловить? Неужели Имперская Тайная Стража, которую я создал и возглавил? Нет, конечно. Тем более что я измену не замышлял и делиться тайными размышлениями ни с кем не собирался, а хотел объединить семьи благородных остверов в единую общину. Сначала это была шутка – создать секту «Свидетелей Мангышлака», посмеяться и все такое. А потом я об этом забыл. И вспомнил только сейчас, хорошенько все обмозговал и пришел к выводу, что при моих нынешних возможностях, подобный проект может быть осуществлен и принесет несомненную пользу. Не только мне, но и всему нашему государству.

И в чем же польза? Объясню. Представители старых северных родов, таких как Ройхо, Анхо, Кайяс, Каним, Ратина, Каир, Варна, Осколье и многие другие, объединены общим происхождением и кровью. Все мы – потомки богов и в нас их гены. Вот откуда предрасположенность к магии, долгий срок жизни и превосходный иммунитет. И если всех нас, чистокровных остверов, полукровных и квартеронов, собрать воедино, получаем банк ценного человеческого ресурса, из которого можно выбирать воинов, администраторов и чародеев. Не просто функционеров, а людей, которые являются частью имперского ядра. И при таком раскладе, контролируя общность остверов, я всегда буду иметь кадры для Имперской Тайной Стражи, а самых способных, но бедных, смогу купить и сделать вассалами Ройхо.

На мой взгляд, задумка перспективная и многообещающая. А если заглядывать совсем далеко, на десятки и сотни лет вперед, можно попытаться провести селекцию остверов и добиться превосходных результатов. Не разбавлять благородную кровь, а делать ее гуще. Не допускать распыления имперских аристократов, а собирать их воедино.

Вот о чем я думал той ночью и на рассвете, так и не вернувшись в спальню, я уже имел более-менее четкий план по созданию Ордена Древней Крови. А основой этой организации предстояло стать сотрудникам ИТС и нашим родственникам. Для начала этого хватит, а дальше посмотрим. Если у меня все получится, через пару лет мы охватим столицу, а через пять лет всю империю. И не надо никакого патриотического «Имперского союза». Когда появится Орден Древней Крови он просто ни к чему. А чтобы меня не заподозрили в измене, и божественный учитель Иллир Анхо не заточил на своего ученика зуб, негласным командором ордена станет наш император Марк. Конечно, не будь в нашем мире полубога, который покровительствует правящей имперской династии, в далекой перспективе можно было подумать о перехвате управления в государстве. От самого себя я это скрывать не собирался и размышлял, как здравомыслящий человек. Но Иллир Анхо здесь и пока он жив-здоров, набирает силу и оберегает любимую Кама-Нио и своих потомков, я буду предан императору. Это факт…

Несмотря на отсутствие полноценного отдыха, утром я был полон сил. Поговорил с Отири и обсудил свою затею, получил ее одобрение, а для меня мнение любимой женщины хоть и не решающее, все равно является важным. После чего хорошо позавтракал и отправился во дворец.

Трудовой день Имперской Тайной Стражи не нормирован. Работа кипит не только днем, но и ночью. Поэтому первое, что я сделал, оказавшись в кабинете, ознакомился с поступившими за последние двенадцать часов донесениями агентов. Ничего срочного не обнаружил, сплошная рутина: разработка нескольких имперских аристократов и олигархов из первой сотни ближе к концу списка, обнаружение в столице крупной подпольной сети, которая сбывала наркотики, и раскрытие одного провинциального заговора. Все это не настолько важно, чтобы начальник Имперской Тайной Стражи тратил на это свое драгоценное время. Следовательно, с текучкой придется разбираться начальникам управлений и отделов, а я собирался немедленно заняться созданием Ордена Древней Крови и сформировать команду, которая начнет предварительный отбор кандидатов. Но поступило очередное донесение с грифом: «Срочно!» и я узнал, что 1-я Ударная армия королевства Ассир покинула фронт и двинулась на родину.

«Ура! Ура! Ура!» – мысленно возликовал я. Наконец-то, ИТС добилась своего. Крин-генерал Лотар Эвриго поднял мятеж и в Ассире вот-вот начнется гражданская война. Давление на войска Туира Кайяса ослабнет, и он сможет сам перейти в наступление. Только знает ли великий герцог, у которого сегодня день рождения, о перемещениях главной вражеской армии? Наверное, нет, поскольку Эвриго, как любой опытный полководец, прикрылся боевыми дозорами и в его полевых лагерях пока еще остались имитирующие бурную деятельность тыловые и охранные отряды. А сообщение о его движении получено нами через магического связиста в группе диверсантов, которые после гибели неблагодарного вампира смогли прорваться из окружения, и последовали за крин-генералом. Если быть точнее, за нашим самым ценным ассирским агентом бароном Баго.

«А что если лично порадовать великого герцога Кайяса?» – подумал я.

Идея мне понравилась, и я решил немедленно отправиться на Мистир. Однако пришлось задержаться. Это раньше я был сам по себе – куда захотел, туда и помчался, никому дела нет, а начальник ИТС просто так покинуть столицу не может. Поэтому пришлось писать записку императору и объяснять, куда я собрался, зачем, почему и на какой срок. Потом проинструктировал Дина Осколье, который должен меня заменить. А затем самое сложное – мысленное общение с Отири. Ламия не хотела меня отпускать, пусть даже на пару дней, и намеревалась отправиться со мной. Ну а я считал, что беременной женщине, пусть даже она боевая ведьма на небольшом сроке, лучше всего оставаться в столице.

В конце концов, спустя час, я полностью освободился. Взял с собой в сопровождение взвод Черной свиты и взвод диверсантов из управления «Гер», еще раз пообщался с Осколье и только потом, под охраной лучших воинов империи, направился к столичному телепорту.

Глава 21


Империя Оствер. Каларийские поля. 11.07.1408.


Ставка великого герцога Туира Кайяса находилась под стенами Фернейка, одного из пяти имперских городов на материке Мистир, в котором имелся подконтрольный остверам стационарный телепорт. Поэтому до его лагеря я добрался довольно быстро. Моя охрана расчистила переполненную беженцами улицу и, под взглядами вынужденных бросить свои дома и нажитое добро затравленных ужасами войны женщин, стариков и детей, я помчался к Западным воротам. Стражники уже знали, кто собирается покинуть город и мне не пришлось предъявлять какие либо документы на проезд. А дальше поле и за ним лагерь имперских войск.

Сил в распоряжении Кайяса оставалось немного. В начале войны его семья сама по себе, без привлечения имперских полков и наемных отрядов, могла выставить более ста тысяч воинов. Но это уже в прошлом. Колесо войны прокатилось по землям Мистира, собрало свою кровавую жатву, и сейчас великий герцог Туир Кайяс командовал двумя армиями, каждая из которых по численности с трудом дотягивала до корпуса. И третья армия подчинялась ему только номинально, ибо состояла из войск Торгово-Промышленной Палаты и смешанных подразделений Ульрика Варны, еще одного великого герцога империи.

А если говорить конкретно и более точно, войско ТПП и Варны, семнадцать тысяч воинов, находилось на Приморском тракте, как раз напротив 2-й ассирской армии крин-генерала Роммайна. Двадцатитысячная армия лучшего полководца семья Кайяс генерала Ито Беренгия держала фронт на юге и сторожила войска ассилков под командованием маршала Громина. А сам великий герцог с войском в двадцать пять тысяч мечей готовился отразить наступление 1-й Ударной армии Лотара Эвриго и оберегал телепорт, через который тонким ручейком к нему прибывали подкрепления и припасы.

Расклады для имперцев скажем прямо — паршивые. И если бы Лотар Эвриго перешел в решительное наступление, шансов удержать Фернейк у Кайяса было немного и он, скорее всего, запечатав телепорт, был бы вынужден покинуть город и снова отойти. А вслед за ним оттянулись бы войска Варны и Беренгия. Но есть Уркварт Ройхо. И есть Имперская Тайная Стража. Мы сделали свою работу и вместо того, чтобы наступать, самая сильная вражеская армия покидала поле боя. Именно такую весть я принес великому герцогу в его день рождения, и он об этом, как мне и думалось, не знал. Предполагал, что такое возможно, ибо обсуждение операции происходило в его присутствии, но на успех не надеялся.

И что же дальше? Как следовало поступить великому герцогу? Разумеется, по законам логики и военной стратегии, Туир Кайяс обязан воспользоваться удобным моментом, создать перевес сил на одном направлении и обрушиться на врагов там, где они этого не ожидают. Окажись я на его месте, поступил бы именно так и великий герцог меня не разочаровал. Он моментально собрался, выслал к месту дислокации 1-й Ударной армии Ассира дополнительные группы разведки и начал планировать собственное наступление.

Что касательно меня, я здесь и сейчас был не нужен. Превосходным вином меня напоили. За добрые вести поблагодарили. Именинника я поздравил. А значит можно возвращаться в имперскую столицу. Вот только покидать зону боевых действий не хотелось, а Туир Кайяс предложил временно побыть его военным советником, остаться на пару дней в расположении армии и понаблюдать за разгромом войска маршала Громина.

Так я остался при штабе армии. Опыт планирования военных операций фронтового масштаба у меня имелся, и польза от меня, надеюсь, была.

Спустя шесть часов после моего появления в лагере Кайяса, разведчики подтвердили отступление главных сил Ассира. Таким образом перед нами оставались две вражеские армии и великий герцог принял решение оставить Фернейк без прикрытия, соединить свои войска с полками Ито Беренгия и атаковать ассилков. К военачальникам ТПП и Варны был послан категорический приказ срочно выслать к городу по одному кавалерийскому полку. А затем армия Кайяса покинула лагерь и двинулась на юг.

Войска великого герцога соединились с подразделениями Беренгия через шестнадцать часов. Затем был короткий отдых и объединенная армия Туира Кайяса, сорок пять тысяч воинов и полторы сотни чародеев, вышла на Каларийские поля, холмистую равнину между реками Сумай и Квеска. Противник уже находился здесь и, судя по всему, ассилки до сих пор не знали о предательстве Эвриго, который обнажил их левый фланг, и они сами начали наступление.

По сведениям нашей разведки в распоряжении маршала Громина шестьдесят тысяч воинов и восемь десятков магов. То есть у него в полтора раза больше воинов, но вдвое меньше чародеев. Не самый плохой расклад и можно сказать, что силы равны.

Ровно в полдень армии выстроились для битвы. Ассилки создали клин из пехотных бригад – именно такая сплоченная формация давала возможность чародеям королевства обеспечивать максимальное прикрытие своих воинов от имперской магии, а по флангам на холмах разместили кавалерию. Остверы расположились иначе — пехота разбилась на полковые группы, левый фланг прикрыт глубоким оврагом, а на правом четыре с половиной тысячи всадников. Чародеи, как обычно, по центру между штабом и боевыми порядками войск. В тылу резерв из пары тысяч воинов. Боевых монстров, скелетонов, натасканных для войны хищных животных и боевых машин, ни у кого не было. Не потому, что их нет, а по причине отставания обозов. По этой причине на поле битвы только люди. Только сталь и магия. Только стойкость и выучка воинов, да разум полководцев.

Примерно полчаса войска стояли без движения – никто не хотел начинать сражение первым. Но, наконец, маршал Громин не выдержал. Его пехота двинулась на имперцев и с высоты холма, на котором находился полевой штаб великого герцога Кайяса, это выглядело красиво и устрашающе. Под мерный бой барабанов, окованный металлом стальной клин, неспешно переваливался через холмы и приближался к полковым квадратам имперцев. Казалось, что эту тысячеголовую машину смерти ничем не остановить. Просто нет в природе такой силы. И вскоре треугольник соприкоснется с имперцами, разметает их и раздавит, а потом, не снижая скорости, двинется дальше и доберется до штаба Кайяса. Но это только казалось. И когда расстояние между передовыми войсками противоборствующих армий сократилось до пятидесяти метров, свое веское слово сказали сосредоточенные в одном месте имперские чародеи и жрецы. Вглубь вражеского монолитного строя полетели ледяные иглы, огненные шары, молнии и растворяющий человеческую плоть кислотный концентрат. Сотни заклятий обрушились на противника и чародеи ассилков попытались прикрыть свою пехоту магическими щитами. Они сформировали общее защитное поле, и большая часть магических ударов имперцев просто стекла по нему к земле и растворилась. Но даже те заклятья, которые пробились через вражеское прикрытие, нанесли пехоте ассилков значительный урон, и она остановилась.

Вот теперь пришел черед остверам показать себя в наступлении и, повинуясь приказу Туира Кайяса, полковые боевые коробки сами двинулись навстречу противнику. Завязался ближний бой. С неимоверным грохотом щиты ударились об щиты, а мечи встретились с мечами. В воздухе засвистели арбалетные болты, стрелы и дротики. Затрещали переломанные копейные древки и закричали люди, кто от боли, а кто-то от ярости. Взорвались немногочисленные магические гранаты, а на правом фланге имперского войска сдвинулась с места кавалерия.

— Что скажете, граф? — Туир Кайяс посмотрел на меня, и в его глазах была видна радость.

Я пожал плечами:

– Битва только началась и неизвестно, какие сюрпризы для нас приготовил маршал Громин.

Великий герцог пренебрежительно скривился и взмахнул рукой:

— Он не сможет нас остановить. Я уверен в этом.

В досье на Туира Кайяса, которое у меня, конечно же, имелось, было сказано, что он часто недооценивает противника и переоценивает собственный военный талант. Это так. В данный момент я был с этим полностью согласен, но спорить с великим герцогом не стал. В конце концов, это его земля, его битва, его армия. Ну а я всего лишь временный военный советник.

Битва шла своим чередом. Имперская пехота стиснула огромный клин ассилков, будто хорошо натасканные охотничьи псы, которые облепили дикого кабана, и вражеская пехота окончательно застряла. Чародеи вели собственное сражение – остверы раз за разом кидали в гущу врагов заклятья, а их противники с другой стороны держали щит. А конница Кайясов на правом фланге встретилась с кавалерией Громина. Пока ничья и, на мой взгляд, силы сторон по-прежнему примерно равны. Победит тот, кто дольше продержится и кардинально повлиять на ход битвы с нашей стороны невозможно. Не самая лучшая тактика и я не сторонник лобовых ударов. Но чего я ожидал от Кайяса? Хитроумных маневров и глубоких фланговых обходов? Нет. Великий герцог подобную тактику в отличие от своего соседа Ульрика Варны не любил. И, может быть, в этом одна из причин, почему на материке Мистир мы до сих пор не остановили вторжение врагов и понесли огромные потери…

Неожиданно, что-то меня насторожило, и я окинул поле боя взглядом. Вроде бы все неизменно. Одни люди убивают других и впереди кровавое месиво. Но… В битву добавились новые звуки. Топот копыт и боевые кличи ассилков. Откуда-то слева, со стороны непроходимого оврага.

– Что за… — я запрыгнул на свою лошадь, которую держал один из офицеров Черной свиты, приподнялся на стременах и увидел угрозу.

Пока все наше внимание было приковано к сражению пехоты в центре и столкновению кавалерии на правом фланге, противник смог быстро перекинуть через овраг кусок понтонного моста и в нашем тылу оказалось пять-шесть сотен всадников. И не просто конница, а рыцари. Угроза незначительная, если бы не отсутствие в точке прорыва имперских войск. В прикрытии там стояла рота копейщиков из резерва, вчерашние крестьяне. И удержать ассилков они не могли. Просто мясо для вражеских мечей. А дальше госпиталь, в котором нет воинов, а только раненые и целители. А целителей, между прочим, жаль – это очень ценный человеческий ресурс.

– Будь ты проклят, Громин! — тоже заметив опасность, Кайяс побагровел лицом и погрозил в сторону поля боя кулаком.

– Противника необходимо остановить! – выкрикнул Ито Беренгий, седовласый воин в серебристом доспехе.

– Не успеем! – великий герцог покачал головой. — У нас здесь только сотня гвардейцев и отряд Ройхо. Полторы сотни конников шесть сотен до подхода резервов не удержат.

-- Мы их остановим.

Я хотел посмотреть, кто это сказал, кто это такой смелый, и понял, что слова принадлежат мне. Демоны! Вот кто меня за язык тянул?

– Вы уверены, граф? – Кайяс поймал мой взгляд.

Отступать поздно. Слово не воробей – вылетело и не поймаешь.

– Да, – ответил я и добавил: – У моих воинов есть запас магических гранат и арбалеты. Это нам поможет.

– Продержитесь десять минут, граф Ройхо. Максимум, пятнадцать. Мы поможем, чем только сможем. Чародеи вас прикроют.

– Продержимся, – я кивнул и, посмотрев на гвардейцев великого герцога, тяжеловооруженных дружинников, а потом на воинов Имперской Тайной Стражи, и отдал приказ:

– По коням, господа! Живее!

Мужички из запасной роты не подвели. Они не сбежали и не отошли в сторону, а перекрыли узкую грунтовую дорогу, которая спускалась к реке и шла мимо оврага, выставили перед собой щиты и копья, уперлись и погибли. Тяжелая кавалерия ассилков, конечно, растоптала ополченцев и практически не понесла при этом потерь. Однако она потратила на это время, может быть, семь или восемь минут. Вряд ли больше. Но за этот срок конная группа под моим командованием, сто шестьдесят элитных воинов, треть их которых не имела тяжелой брони, спустилась с холма, добралась до полевого госпиталя, промчалась через него и встала заслоном на пути врагов. И когда ассилки вновь стали разгонять своих коней, чтобы уничтожить имперских целителей и, возможно, при удачном стечении обстоятельств добраться до ставки великого герцога, они уперлись в новую преграду.

Что можно сделать за пару минут перед боем? Имея опыт очень и очень немало. А опыта у меня столько, что еще и поделиться могу. Сражения с демонами на Восточном фронте многому меня научили, а помимо того имелись полученные от Иллира Анхо и Отири знания. Поэтому я был уверен, что мои шансы удержать противника до подхода обещанных Кайясом подкреплений, весьма велики. Да, я поторопился, когда вызвался возглавить отряд. Снова виной моя горячность. Но кто если не я на это способен? Других равноценных и равносильных кандидатов не видно.

– Гранатометчики и арбалетчики! – эта команда для взвода бойцов управления «Гер». – На фланги! Бросать гранаты по моей команде! После чего бить противника из арбалетов!

Мой взгляд замер на воине в темно-синем доспехе с гербами семьи Кайяс на груди. Наверняка, это троюродный брат великого герцога Соули Кайяс-Кин. Он предан своему родичу настолько, что Туир доверял ему командование отрядом телохранителей, а значит, воин хороший и верный. Может быть не стратег, но рубака знатный.

– Рыцари! – следующий мой приказ. – Спешиться! Коней бросить! Выкатить на дорогу санитарные повозки и создать баррикаду!

Соули спорить не стал и подчинился. Это правильно и при случае следовало с ним пообщаться отдельно. Видно, что он понимал всю серьезность момента и полностью мне доверял, а в критической ситуации это бесценно.

– Гвардия! – далее я обратился к офицерам Черной свиты. – Атакуем противника после подрыва гранат, когда вражеская кавалерия упрется в наших рыцарей! Всем, у кого есть бодрящие зелья, принять эликсиры!

На дороге воцарился хаос. За спиной целители спешно покидали госпиталь, а санитары уносили раненых. Диверсанты управления «Гер» скрылись в придорожных зарослях и готовились к бою. Рыцари великого герцога, покинув седла, перекрывали дорогу повозками. А гвардейцы Черной свиты, оставаясь на лошадях, приняли бодрящие эликсиры. Пока все нормально. Враги приближались, но краткий миг покоя перед сражением был. Следовало использовать его для собственной подготовки, и я тоже проглотил пузырек с бодрящим магическим зельем. А затем, с трудом сдерживая тошноту, достал из своей безразмерной сумки браслет-артефакт, который нацепил на кисть левой руки рядом с родовым серебряным оберегом. Это фильтр энергетических потоков, секретная разработка моего далекого предка Руфуса Ройхо, которую восстановил Эри Верек. И сейчас этот артефакт, один из протестированных на объекте «Ульбар» опытных образцов, должен мне пригодиться.

Обычно ведь как? Либо ты воин, либо чародей. Совмещение двух талантов в империи огромная редкость. Но я не такой, как все. Помимо того, что граф Уркварт Ройхо воин, во мне спрятаны кмиты с заклятьями. А еще я ученик полубога и паладин Кама-Нио. Поэтому могу использовать магию. Профессионалом пока не стал и стараюсь заклятья не использовать, ибо слишком велик риск по ошибке зачерпнуть энергию отравленного потока. А сейчас деваться некуда – край, и у меня есть фильтр, который не позволит ядовитой энергии проникнуть в мое тело.

– Господин офицер! – обращались явно ко мне и я обернулся.

За спиной стояли целители, две жрицы богини Бойры и два молодых мага из школы «Мир», если судить по белой кайме на рукавах мантий, самого низшего ранга.

– Чего вам? – я вопросительно кивнул.

– Мы знаем несколько боевых заклятий и сможем вам помочь, – сказал один из чародеев.

– Лучше уходите.

– Нет, – маг покачал головой. – Наш долг защитить раненых и больных.

– Дело ваше, – я не стал спорить и отвернулся.

А вражеские всадники тем временем приблизились уже вплотную. Броня кавалеристов Ассилка блистала на солнце, и они мчались вперед, сметая с пути любые преграды. Рыцари есть рыцари. Как правило, это дворяне, которые могут позволить себе лучшую зачарованную броню, бодрящие эликсиры, обереги, оружие и коней-тяжеловозов. Таких даже гранатой, если они в боевом режиме, как сейчас, не сразу убьешь. Но делать нечего, нужно сражаться и, выхватив из ножен черный клинок, я поднял его над головой. Это знак для диверсантов. И когда я опустил ирут, они выполнили приказ и на дорогу полетели десятки магических гранат.

Начиненные разрушительной магией и кусками свинца шары падали в гущу вражеских всадников, которые видели перед собой преграду из трех санитарных повозок, но даже не думали сбавлять скорость, и взрывались. Куски свинца и ударные магические волны делали свое дело. Они скидывали людей наземь и калечили лошадей. Однако, потеряв пару десятков воинов авангарда, рыцарская кавалерия не остановилась. Часть всадников стала растекаться по флангам, прорубаясь через заросли и встречаясь с арбалетными болтами диверсантов управления «Гер», а большинство, втаптывая в грунт тела своих товарищей и павших лошадей, буквально отбрасывая их на обочину, так и продолжали двигаться по дороге, пока не уперлись в повозки.

Телохранители великого герцога встретили противника достойно. Поднимаясь на повозки, они рубили головы врагов и ранили лошадей. Не страшась смерти и ран, они сами пошли в атаку, ворвались в толпу ассилков и смогли их задержать.

«Храбрецы, – отметил я, наблюдая за воинами великого герцога. – Потомственные служаки семьи Кайяс, достойные того, чтобы о них написали песню».

Рыцари против рыцарей. Рубка была знатная, но мне и офицерам Черной свиты биться с ассилками грудь в грудь глупо, у нас броня слабее. Наша задача другая – врубиться во фланг вражеской кавалерии, и я отдал команду:

– В атаку! За мной!

В этот момент на вражеский арьергард обрушились дальнобойные заклятья чародеев, которые находились возле ставки великого герцога. Как и обещал, Туир Кайяс оказал поддержку. Вот только дистанция между расположением имперских чародеев и госпиталем приличная, больше километра, и ударная сила многих заклятий рассеивалась. Так что пользы от магов оказалось немного. Они смогли задержать арьергард противника, уничтожили полтора десятка рыцарей, и не более того.

– Бей! Руби! – во всю мощь легких закричал я и первым, обогнув повозки и рыцарскую рубку, ворвался в строй врагов.

Взмах мечом! Черный клинок вошел в тело противника, которому не повезло оказаться на моем пути, и рассек его плечо. Он стал заваливаться набок и сползать со своего мощного вороного жеребца, а я вытащил ирут, ударил лошадь каблуками сапог и еще глубже вклинился в толпу ассилков.

Теснота. Мечом не размахнуться. Справа и слева меня стиснули вражеские рыцари, которые тоже не могли повернуться, чтобы обрушить на мою бедовую голову смертельный удар. Это именно то, что мне сейчас нужно, и я потянулся к «Черной петле».

Кмит отозвался мгновенно, сказывался навык. Магическое заклятье послушно перетекло в левую ладонь, сформировалось в смертоносный аркан черного цвета, и я накинул его на ближайших всадников. Зацепил сразу пятерых, а затем привычно потянул свободный конец петли на себя.

Тяжело пошло. Видимо, у кого-то из рыцарей имелся хороший защитный амулет, не хуже моего родового. Но я продолжал стягивать «Черную петлю» и староимперское заклятье пересилило вражескую защиту. Аркан схлопнулся и полностью уничтожил всю органику, которая оказалась в петле. Не только людей, но лошадей.

На землю посыпались элементы брони, рассыпавшиеся в труху талисманы, оружие, распавшиеся седла и подковы, а «Черная петля» рассеялась. Пространство вокруг очистилось и немедленно заполнилось офицерами Черной свиты, которые прикрыли меня от врагов.

Следующие кмиты готовы к применению. Есть «Иглы света», «Полное восстановление» и «Плющ». Сейчас польза только от последнего. Но гвардейцы, оберегая меня, не давали вырваться на простор. И потому, приподнявшись в седле, я решил опробовать несколько заклятий из арсенала Иллира Анхо, а начал с «Цепного взрыва».

На миг прикрыв глаза, я сосредоточился и увидел энергопотоки дольнего мира, до которых мог дотянуться. Таких было четыре. Один слабенький и чистый, не поток, а ручеек. Из него черпали силу молодые чародеи-целители, которые пытались собрать энергию для более-менее приличного огненного шара. Пусть. Мне до них дела нет. Еще два потока так себе, средней мощности и загрязненности. Тоже не то. А вот четвертый, мощный, но испоганенный непонятной белесой мутью, явно был опасен для использования, но мог дать серьезную мощь. Именно к нему я и потянулся. Разумеется, через магический артефакт-фильтр, и ощутил, как в меня вливаются потоки необработанной первобытной силы. Самое главное – чистой и без каких либо примесей.

Наложив на силу вызванный из памяти отпечаток заклятья, я зафиксировал его и, открыв глаза, бросил вглубь вражеского строя. Материализовавшееся в серый плотный ком заклятье, упало среди вражеских рыцарей, и раздался сильный взрыв. А затем сразу четыре, более слабых. И еще шестнадцать, снова на порядок слабее. И еще шестьдесят четыре негромких хлопка.

Главный взрыв разметал вражеский строй. А последующие только убивали и ранили людей и лошадей. Таков эффект «Цепного взрыва» – заклятье срабатывает, но полностью не рассеивается. Остаточная энергия взрыва моментально преобразуется, расходится по углам невидимого квадрата и снова взрывы. А потом опять. Простенько, со вкусом и смертельно опасно. И чем опытней чародей, чем он сильнее, тем большая мощь и эффект закладываются в заклятье, которое, кстати, имперским магам, впрочем, как и другим в нашем мире, пока неизвестно.

Результат от применения заклятья превзошел все мои ожидания. Оно уничтожило сразу десяток врагов и вдвое больше вывело из строя. Отлично! Но расслабляться рано. Помощь, батальон конных егерей великого герцога и пехота, уже на подходе. Однако прежде, чем подмога подоспеет, нас могут перебить. Половина дружинников Кайяса уже погибла. Диверсанты где-то в кустарнике, обстреливают врагов и бегают от них по зеленке. А гвардейцы «Черной свиты» держат оборону вокруг меня и не отступают. Следовало продолжать магическую бомбардировку вражеских рыцарей, и я применил следующее заклятье – «Стеклянная пыль». Крайне жестокое, но очень эффективное.

Снова я потянулся к энергопотоку, зачерпнул силу и наложил на нее отпечаток заклятья. Зафиксировал. Выбрал цель и сформировал заклятье, полупрозрачное облачко на левой ладони. После чего дунул на него и облачко, увеличиваясь в размерах, ускоряясь, пролетело пятнадцать метров, раскрылось, словно огромная простыня и, опустившись, накрыло четверть вражеского отряда.

Сначала казалось, что ничего не происходит. Сражение как шло, так все и оставалось, звенела сталь, и умирали люди. А затем попавшие под заклятье ассилки закричали. Нет! Они завопили от дикой нестерпимой боли. И вместе с ними заржали лошади. Заклятье жестокое, как я уже сказал. Мелкое стекло, которое не видел взгляд, заполняло определенный объем воздуха. Живое существо, будь то человек или лошадь, само вдыхало его, и магическое стекло наполняло легкие, забивало сосуды и рассекало плоть. Спасения от такого заклятья практически не было, и даже если человек не погибал, он на всю оставшуюся жизнь оставался калекой.

К сожалению или к счастью, это как посмотреть, заклятье было недолговечным и быстро рассеялось. Все вражеские воины, кто под него попал, погибли или валялись на земле, рядом со своими лошадьми, и выплевывали окровавленные легкие. А затем появились конные егеря. Жаль. Я только настроился, вошел во вкус, и хотел применить очередное заклятье под названием «Пепел черного пекла».

Вражеские рыцари перешли от атаки к обороне, и я велел своим воинам отступить. Хватит! Повоевали хорошо, а дальше пусть войска великого герцога сражаются…

Спустя час обстановка на поле боя изменилась. Вражеские рыцари на левом фланге были полностью уничтожены и отряды Кайяса, воспользовавшись захваченным мостом через овраг, сами перешли в наступление. В центре к тому моменту сказалось наше превосходство в чародеях и, не выдержав магических ударов, пехота ассилков стала отходить, а затем и побежала. А если враг бежит, его надо рубить или брать в плен.

Туир Кайяс лично возглавил преследование и увлекся, а я, собрав своих воинов, остался в расположении госпиталя. Слишком многих я потерял, треть моих воинов пала смертью храбрых, а остальные, практически все, получили ранения и травмы различной степени сложности. И я не знал, что делать. То ли оставить их на попечении целителей и немедленно, не дожидаясь возвращения великого герцога, отправляться в Грасс-Анхо, то ли задержаться здесь еще на сутки…

Я сидел возле перевернутой санитарной повозки, смотрел на синее небо и размышлял. В этот миг я не хотел никого видеть и ни с кем разговаривать. Просто наслаждался покоем, но мое одиночество оказалось недолгим.

– Разрешите вас побеспокоить? – ко мне подошел грязный оборванный человек и, присмотревшись, я узнал в нем молодого чародея-целителя, который пытался нам помочь.

– Да, – я недовольно поморщился: – Что вам угодно, господин маг?

– Позвольте представиться, – он слегка наклонил голову. – Винсент Горчаго, второй сын барона Эмриля Горчаго.

Род древний, но захудалый. Что немаловажно, истинный остверский, а в свете моих планом по созданию Ордена Древней Крови это немаловажно.

– Граф Уркварт Ройхо, – представился я в ответ.

– Тот самый? – глаза юноши заметно увеличились.

– Наверное, тот самый.

– Тогда все ясно.

– И что же вам ясно, господин Горчаго? – заинтересовался я.

– Извините, господин граф, я увидел, как вы используете магию, как свободно и легко у вас все получается, вот и подумал, что вижу переодетого чародея уровня «архимаг». Хотел задать пару вопросов о ваших методиках. Но раз вы воин, значит, использовали мощные артефакты. Что и неудивительно, ибо вы один из богатейших людей империи и друг Его Величества, а значит, в состоянии позволить себе редкие и мощные магические предметы.

Чародей хотел уйти, но я его задержал:

– Погоди.

– Да, господин граф?

– А где твои друзья, жрицы и другой маг?

– Погибли, – в глазах юноши я заметил боль. – Дьего и Кэти погибли под мечом прорвавшегося рыцаря, а Таня от метательного топора.

– Печально. А вы хоть успели применить магию?

– Метнули два огнешара и одну молнию. Парочку врагов сразили.

– Ну не зря, и то хорошо. Когда будешь в столице, навести меня, найду для тебя дело и пристрою к хорошему учителю.

– Не стоит, господин граф… – он пожал плечами.

– Это приказ, господин военный чародей.

– Слушаюсь.

– Ступай.

Чародей ушел, однако состояние покоя я уже не восстановил. Сходил проведать раненых воинов, а затем собрался отправиться в штаб великого герцога, но появился гонец с флажком императора на древке копья.

– Где граф Ройхо!? – останавливая коня и перекрывая басом стоны сотен раненых, прокричал он.

– Здесь, – я подошел к нему.

Взгляд гонца, сурового пожилого гвардейца, изучил меня, а затем он протянул пакет:

– Это вам.

В пакете, который был запечатан сургучом с оттиском имперского герба, была короткая записка:

«Уркварт, хватит развлекаться. Срочно возвращайся в столицу. Марк»…

Делать нечего, воля императора – закон, и вскоре, смыв кровь и грязь, я покинул войско великого герцога Кайяса и помчался в сторону Фернейка.

Глава 22


Империя Оствер. Грасс-Анхо. 12.07.1408.


Император вернул меня в столицу из-за своего великого предка. Выполняя приказ и работая с архивами, которые находились в распоряжении Имперской Тайной Стражи, мой родственник Ангус Койн обнаружил новую методику по воскрешению богов. Он не знал всей подноготной, зачем, почему и кому именно они понадобились. Дядя просто выполнял поставленную задачу, выдал результат и, не долго думая, в мое отсутствие, следуя инструкциям, отправил материалы в храм Иллира Анхо. А спустя несколько часов во дворце императора появился полубог и потребовал от потомка немедленного вторжения на материк Кафарта, ибо ему срочно понадобилось яйцо дракона.

Я представляю себе реакцию Марка… Он находился в превосходно охраняемом дворце, в своих покоях, вместе с любимой женщиной и укачивал сына. В его душе царил покой и он был счастлив, отдыхал от забот душой и телом. Но совершенно неожиданно рядом возникает великий предок и требует, не просит и не предлагает, а именно требует, направить остатки имперского флота и лучшие войска через океан на заселенный врагами материк.

Конечно, император своего далекого предка ценил, уважал, любил и даже поклонялся ему. Но кому такое понравится? А Марк не просто человек, а правитель крупнейшей мировой державы. Самовластный государь, между прочим. И в первую очередь он обязан думать о благе империи, о народе и благополучном исходе войны. Поэтому император ответил полубогу, что сейчас подобная операция просто невозможна. Для начала необходимо завершить войну на Мистире и замирить республику Кауш, а только потом думать о высадке на Кафарту. Однако Иллира, для которого воскрешение возлюбленной Кама-Нио стало «идеей фикс», такой ответ не устроил. Поэтому он попытался надавить на Марка, а тот уперся, и родственники слегка повздорили.

Я появился вовремя. Прибыл во дворец как раз к следующей встрече двух Анхо и, разумеется, встал на сторону императора. А учителя это не обрадовало, и он едва не расценил мой поступок как предательство. Вот как так? Паладин Кама-Нио граф Уркварт Ройхо не торопится оживить свою богиню. Он этого не понимал. А я признаю, что не являюсь идеальным паладином и считаю, что интересы государства на данном этапе важнее запросов Иллира.

В конце концов, все мы успокоились, и равновесие было восстановлено. После чего Иллир дал нам, императору и мне, полный расклад по методике оживления богини.

Как известно, на материке Кафарта проживают две расы, манкари и душихи-малаи. Они порождения бога-метаморфа Сиву-уша и появились в нашем мире одновременно с драконами. Что немаловажно, огромные бронированные монстры, которые способны летать и пыхать огнем, а помимо того имели пытливый разум и были способны использовать магию, создания иных богов, гораздо более древних, чем Кама-Нио или Сиву-уш. Но старые боги ушли, а драконы, по крайней мере, большая часть их племени, остались и нашли себе нового покровителя в лице Сиву-уша. И хотя нам неизвестно, чем разумные летающие рептилии расплатились с метаморфом за покровительство, однако ясно и понятно, что он ими дорожил и воспринимал, как верных союзников-федератов.

Краснокожие манкари и подземные существа душихи-малаи изначально создавались для обслуживания драконов. Первые обеспечивали их потребности на поверхности и разводили скот, а вторые добывали ценные минералы и занимались строительством. И так продолжалось до тех пор, пока разумные рептилии не стали умирать. Они не прижились в мире Кама-Нио, быстро выродились и исчезли с лица планеты, а манкари и душихи-малаи оказались предоставлены сами себе.

Со временем отношения между расами материка Кафарта испортились. Манкари приняли нового бога и среди них появились демонические посланцы Неназываемого, а подземники, которые, к слову, хранили яйца первородных драконов, по-прежнему поклонялись Сиву-ушу. И в данный момент между ними, насколько мы знали, шла война на уничтожение, и пока побеждали краснокожие.

Так вот, для воскрешения Кама-Нио необходимы яйца драконов. Согласно древней записи, над ними можно провести сложный ритуал, который на некоторое время на определенном пространстве изменит реальность и для восстановления богини хватит сил одного Иллира Анхо. Причем это не голословные утверждения и не догадки, а научная теория, которая подтверждена математическими и физическими расчетами.

Естественно, мы с Марком далеки от высшей математики и физики. Но Иллир полубог. Он многое знал и умел, посетил сотни миров и освоил тысячи профессий. И если великий основатель нашей империи поверил в данную методику, значит, он имел на это основания. А мы в свою очередь доверились ему.

Ну и что же дальше? На своем материке манкари очень сильны. Настолько, что Иллир не мог просто так взять и добраться туда при помощи своего индивидуального телепорта. Да и если он там окажется, вероятность его моментального обнаружения очень высока. И как следствие этого, полубога окружат демоны и чародеи краснокожих, которые смогут отрезать ему путь к отступлению и прикончить. Поэтому оставался только один вариант — высадка десанта, который от океанского побережья пробьет дорогу к ближайшему горному хребту под контролем подземных жителей. К слову – это Приойские горы и от океана до них больше двухсот миль. А когда имперские войска и маги доберутся до владений душихи-малаев, придется еще спуститься вниз, разгромить подземников, отыскать драгоценные яйца и с боем пробиться обратно к океану. Каково? План самоубийственный. Особенно с учетом того, что воинов и магов в империи остверов по сравнению с предвоенным периодом оставалось мало. А еще у нас слабый флот. И даже помощь нанхасов, ламий и жрецов, не сможет гарантировать благополучный исход операции.

Проблему обсуждали долго, более трех часов. В конце концов, мы не враги и не конкуренты. У нас общие цели. Основная — благополучие империи и народа остверов, а воскрешение богини составная часть этого, ибо без ее поддержки и покровительства династия Анхо, вероятнее всего, прекратит свое существование, и мощнейшее государство нашего мира будет разорвано на куски чужыми и чуждыми богами. Это в лучшем случае. При условии, что после восстановления устойчивой связи с дольним миром за остверов будут заступаться Ярин Воин, Самур Пахарь, Бойра Целительница и другие боги, которые находились в союзе с Кама-Нио и покровительствовали остверам. Вот только надежда на это зыбкая и вариант, при котором нас полностью уничтожат и сотрут с лица планеты, казался более вероятным. Даже я, при всем своем нежелании вмешиваться в дела сверхсуществ, понимал, что так и есть. И хотя каждый видел путь к достижению цели по своему, мы сходились в едином мнении, что богиню необходимо оживить и чем раньше это произойдет, тем лучше. Поэтому приходилось спорить, искать компромисс, который всех устроит, и он был найден.

Решение было принято. Экспедиция на материк Кафарта состоится. Но подготовка к дальнему походу начнется не раньше, чем генерал Йорген Весс окончательно принудит к миру Республику Кауш, а генерал Фарр и герцог Кайяс при помощи Лотара Эвриго уничтожат Королевство Ассир. И только после этого, устранив главных внешних противников, начнется планирование рейда в земли краснокожих дари и рогатых душихи-малаев. Сколько времени на это понадобится – месяц, два или три? Неизвестно. Однако мы, император и я, обозначили перед Иллиром Анхо готовность оказывать ему всемерное содействие, но дали понять, что его помощь пригодилась бы на фронтах. А то ведь непонятно, чем он занимается. И если полубог соизволит выдвинуться на поле боя, где ради общей победы применит хотя бы часть своих сил, это обязательно приблизит сроки формирования экспедиционного корпуса для отправки на материк Кафарта.

Иллир Анхо наши мотивы понимал и осознавал, что без помощи смертных он ничего не добьется. Так что унял свою гордыню и с доводами императора согласился. После чего сообщил, что поможет добить врагов и вскоре окажется в Ассире, а затем оставил нас, вызвал телепорт, шагнул в него и исчез.

Мы с императором остались одни и Марк, усмехнувшись, спросил:

— Как думаешь, Уркварт, куда он сейчас отправился?

Я слегка пожал плечами и ответил:

— Не могу знать, но предполагаю, что в свой храм, собирать паладинов.

– Наверное, это так. А ты не в курсе, чем он занимался последнее время?

— Искал способы оживить богиню и медитировал перед ее алтарем.

– Не только… – император покачал головой.

Эти слова были сказаны таким тоном, словно Марк Анхо в чем-то сомневался или был сильно озадачен. Поэтому я напрягся и поинтересовался:

— Есть что-то, о чем я должен знать?

– Пожалуй, да, – государь покинул кресло и я последовал его примеру, ибо нельзя сидеть, когда правитель твоего государства стоит.

Марк приблизился к окну, которое выходило в сад, и я замер рядом. Он молчал, а я его не торопил. И, наконец, император нарушил тишину:

— По моему заданию Тракайер и его люди провели небольшое расследование. Они следили за паладинами Иллира и действовали втайне от тебя. Я хотел знать, чем именно занимаются последователи полубога, узнал кое-что интересное, и это заставило меня крепко призадуматься. Паладины ищут людей с определенной наследственностью. Точнее, девочек в возрасте от года до трех лет. Они носятся по всей империи и при помощи артефактов, которые им предоставил Иллир, проверяют их, а затем вызывают Иллира. Ты знаешь об этом?

– Да. Я получал донесения о перемещениях паладинов, но хода им не давал. У меня нет лишних людей, чтобы следить за ними. Тем более за воинами моего учителя и твоего предка. Если не доверять Иллиру, кто вообще достоин доверия…

– Верно… – император небрежно взмахнул рукой. – Это не в претензию тебе, как начальнику ИТС.

— Тогда в чем дело? Я могу узнать, что задумал Иллир?

-- Ты можешь, – Марк поморщился и добавил: – Полубог ищет носителя для богини, тело, которое станет сосудом для ее разума и души.

– Ну и что с того?

– Это же дети, Уркварт. Неужели ты не понимаешь, что когда настанет срок оживлять Кама-Нио, полубог прикажет паладинам забрать этих девочек из семей, а затем сознание одной из них будет уничтожено?

– Я все понимаю, государь. Но за моей спиной горы трупов и реки крови. За твоей, кстати, тоже. Мы видели войну, как она есть. Кровь и грязь, слезы и горе. Нам приходилось отдавать приказы людям, которые шли на смерть, а у них дома оставались жены, дети, братья, сестры, отцы и матери. Любой моралист назовет нас убийцами и со своей точки зрения он будет прав. Вот и зачем задумываться о какой-то девочке, когда на кону миллионы жизней? Тебя, действительно, волнует ее судьба?

– Как ни странно, но волнует.

– И ты попытаешься помешать Иллиру?

– Нет, – он поджал губы и отрицательно покачал головой.

– В таком случае, государь, как твой друг, как начальник ИТС и граф империи, я возьму этот грех на себя, а ты не забивай голову ненужными мыслями и прекрати рвать себе душу. В провинциях империи, которые охвачены войной и мятежами, каждый день погибают десятки, а может быть сотни таких девочек, и мы не в состоянии им помочь. А есть еще голод, болезни и работорговля…

– Разумеется, ты прав, Уркварт, – согласился он со мной. – Однако мне все-таки не по себе.

– Это пройдет.

– Хорошо, если так…

Еще около получаса мы обсуждали дела империи и битву на Каларийских полях, а потом я собрался оставить покои императора и уже направился к выходу, когда Марк остановил меня:

– Уркварт!

– Да, государь? – я обернулся и слегка наклонил голову.

– Забыл сказать. Завтра я подпишу указ о том, что ты становишься герцогом.

«Давно пора», – подумал я, улыбнулся и сказал, что был должен:

– Благодарю, государь. За Анхо и империю!

Глава 23


Империя Оствер. Грасс-Анхо. 04.08.1408.


С недавних пор Марк Анхо уже не ширма для кучки олигархов, жрецов и крупных феодалов, а самовластный правитель. Поэтому, когда на следующий день после нашего разговора, вышел императорский указ, согласно которому граф Уркварт Ройхо становился герцогом Урквартом Ройхо, желающих оспорить решение правителя не оказалось, и какого-то особого ажиотажа эта новость не вызвала. Косточки мне в высшем свете, конечно, перемыли, но не более того.

Итак, отныне я герцог. Для моих предков по линии семьи Ройхо на протяжении нескольких сотен лет это было недостижимой мечтой. Они стремились подняться на следующую ступень феодального общества остверов и делали для этого все возможное: верно служили империи, воевали, обрастали связями и заключали династические браки. Однако у них, сколько бы мои предки ни старались, ничего не выходило, а я специально к этой цели не шел, но претворил мечту в жизнь.

Что мне давал титул герцога? Пожалуй, только статус. Ну, еще самолюбие потешил. А в остальном для меня ничего не изменилось. Жизнь быстро вошла в привычную колею, точнее, она из нее даже не выходила, и следующие четыре недели я был занят рутиной. Служба и дом, совещания с начальниками управлений, доклады о положении дел в стране императору, посещение тюрьмы «Сабхарша», ежедневные тренировки с лучшими воинами ИТС и повышение магических способностей под руководством беременной ламии, которая старалась как можно реже покидать столичный особняк семьи Ройхо.

В общем, все шло своим чередом. Имперская Тайная Стража расширялась и давала результат. После моего разговора с генерал-майором Людвигом Оссимом высокопоставленные имперские чиновники и генералы притихли. Расхищать бюджет и проворачивать темные делишки они не перестали, но аппетиты поумерили. Если раньше воровали от двадцати до шестидесяти процентов финансовых средств, которые отпускались на строительство государственных объектов и армию, сейчас, если верить нашим аналитикам, объемы снизились до приемлемых пяти-восьми процентов. И я ставил это себе в заслугу. Вот он реальный результат — коррупцию не победить, по крайней мере, на данном этапе, а вот заставить воров и казнокрадов ограничивать себя, оглядываться по сторонам и не шиковать, у меня получилось. И, разумеется, это сразу же стало сказываться на общем положении дел в империи и на фронтах. Снабжение войск улучшилось, а сытый и хорошо одетый воин с отличным оружием, как известно, сражается гораздо лучше босого и голодного оборванца с дубиной.

Помимо группировки, негласным лидером которой являлся Людвиг Оссим, разумеется, были и другие. Не такие серьезные и влиятельные, но много, и сотрудники ИТС занимались их разоблачением. А кроме коррупционеров в империи хватало самых обычных разбойников, мошенников, подпольных чародеев, как реальных, так и обманщиков, заговорщиков и бунтарей, революционеров и нелегальных работорговцев, вражеских шпионов и диверсантов, маньяков, убийц и прочей нечисти. Так что работы у Имперской Тайной Стражи всегда хватало. И поскольку наша структура еще не до конца сформировалась, возникало немало сложностей. По этой причине мне постоянно приходилось вмешиваться в работу управлений и отделов, лично проводить инструктаж сотрудников, контролировать проведение крупных операций и наказывать двойных агентов.

Как пример, случай с агентом Робарто. Он тайный стражник семьи Канимов и ранее подчинялся барону Анату Каиру, несколько лет назад создал сеть шпионов в столице и контролировал контрабанду по реке Ушмай через столичный порт, а так же получал сведения о текущем положении дел в речных имперских флотилиях. Затем он перешел под контроль ИТС, почуял слабину контроля и решил обогатиться. Робарто вступил в сговор с агентами цегедской внешней разведки и стал тройным агентом: сливал добытую информацию Имперской Тайной Страже, Анату Каиру и Цегеду. Работал он аккуратно, но все равно попался. Одна из наших групп накрыла цегедских разведчиков и через них вышла на Робарто, который был незамедлительно задержан и жестоко казнен в присутствии нескольких бывших агентов семьи Каним. И это делалось не потому, что мы кровожадные люди, а в назидание другим агентам, которые достались мне в наследство от барона Каира. Пусть знают, что бывает за измену.

Или другой случай. В управление «Фир» оказались зачислены два молодых аристократа, Гилье Скорри и Рик Оппанч. Они из семей, которые враждовали между собой на протяжении пяти веков. И если Скорри отнесся к данному факту равнодушно, Оппанч решил продолжить кровную вражду и убил своего сослуживца. Что характерно, сделал это не на ристалище в поединке, как подобает имперскому аристократу, а тайно и при помощи наемных убийц. Ну и, разумеется, первая мысль начальника управления «Фир» – смерть молодого сотрудника связана с происками врагов. По этой причине на расследование смерти Скорри были брошены лучшие агенты, которые спустя пять дней докопались до истины. Потом был арест Оппанча и закрытый суд, который приговорил преступника к позорной смерти через повешение. А когда приговор был приведен в исполнение, я лично написал родственникам Скорри и Оппанча письма с соболезнованиями и уведомил их, что они погибли на секретном задании, как герои, спасая жизнь императора и прикрывая один другого. Я солгал? Да. Но в данном случае ложь во благо. Никому не надо знать, что на самом деле происходит в недрах Имперской Тайной Стражи. Никто не должен знать наших слабостей. И уж тем более об истинных причинах гибели двух сотрудников не стоит знать враждующим родственникам, которые утешились тем, что Гилье и Рик награждены медалями «За храбрость». Разумеется, посмертно.

Это только некоторые моменты моей жизни. А еще я старался выкраивать время для создания Ордена Древней Крови, который в дальнейшем для простоты стану называть ОДК. Для чего империи и лично мне необходима подобная структура, уже объяснял. Откладывать создание Ордена в дальний ящик не следовало, и я начал действовать, обсудил проект с Марком Анхо и получил его одобрение, а затем выбрал из высших имперских аристократов человека с безукоризненной репутацией, который взвалил на свои плечи груз ответственности. Понятное дело — оствера. И таким аристократом оказался глава Геральдического отдела Имперской канцелярии герцог Микко Эль-Торц. Скромный служака, усердный и терпеливый, который не воевал, но несколько лет служил в гвардии на должности командира роты. Главой Геральдического отдела стал по наследству. Не богат, но и не беден. Владеет плодородными землями в собственном феоде невдалеке от столицы и помимо всего прочего является поставщиком императорского двора. Лучше всех в империи разбирается в геральдике – должность обязывала. Ну и, само собой, отлично знал историю имперских родов. Однако самое главное — он моментально уловил суть дела и после разговора, который у нас состоялся тет-а-тет, я узнал, что столкнулся с самым настоящим оствером-националистом. Вот сколько лет нахожусь в теле Уркварта Ройхо и, казалось бы, что должен знать про империю все. Ан нет! Оказывается, есть вещи и темы, которые до сих пор для меня в новинку. В том числе и наличие националистов, которые в многонациональном государстве были зациклены на чистоте остверских кровей, и герцог Микко Эль-Торц являлся одним из их лидеров.

Фанатики люди опасные и непредсказуемые. Поэтому дел с ними я старался не иметь. Но Микко Эль-Торц и его единомышленники таковыми не являлись. Они люди прагматичные и отдавали себе отчет, что чистокровных остверов в империи меньше одного процента. А общее количество людей, которые, так или иначе, относили себя к истинным потомкам северян, не превышало пятнадцати процентов. Так что о господстве одного народа империи над другими речь не шла. Микко Эль-Торц, как и я, думал о благе империи и создании Общества Этнических Остверов для сбережения магического потенциала в государстве. Но он теоретик и у него для этого не хватало сил и влияния, а я практик и, объединив усилия, мы приступили к реализации наших планов.

У герцога Эль-Торца доступ к архивам, обширная сеть единомышленников и поддержка столичных аристократов, а за мной император, Иллир Анхо и Тайная Стража, серьезная финансово-экономическая база, репутация и административный ресурс. Так что провести первый съезд Ордена Древней Крови оказалось легко и просто. Мы дернули за все нитки, которые только смогли, и сегодня в древнюю крепость «Алхона», одно из первых оборонительных укреплений остверов в Грасс-Анхо, съехались полторы тысячи имперских аристократов. Высокородные из высокородных. Достойные из достойных. Потомственные воины и чародеи, феодалы и финансисты, далекие потомки богов и хранители древних знаний. Приглашения отсылались только тем, в ком мы, Эль-Торц и я, были уверены. Поэтому отказов от приезда в столицу не было. И даже нищие провинциальные дворяне, которые никогда не бывали в Грасс-Анхо по причине отсутствия средств на путешествие через телепорт, не смогли проигнорировать совместное приглашение главы Геральдического отдела и начальника Имперской Тайной Стражи.

Я мог показать себя во всей красе, продемонстрировать собственную значимость и влияние, чтобы всем аристократам сразу стало понятно, кто здесь истинный хозяин и кто на самом деле собрал их в одном месте. Вот только мне это ни к чему. Все, у кого есть на плечах голова, сами все понимали, а мне, как начальнику Тайной Стражи, выходить на первый план не стоило. Поэтому я оставался в тени и наблюдал за всем происходящим из окна центрального донжона, а гостей встречал герцог Эль-Торц, который проявил себя выше всяческих похвал. Он знал каждый герб и каждого гостя, для каждого нашел нужные слова, смог объяснить ради чего создается Орден Древней Крови и увлечь остверов.

Пятнадцать сотен имперских дворян заполнили плац крепости, и в этот момент между ними не было никакой разницы. Представители великих герцогов, обычные герцоги, графы, бароны, маркизы и прочие феодалы, стояли плечом к плечу, объединенные главным фактором — общим происхождением и кровью. Они слушали Эль-Торца, который вышел на массивную трибуну, и он говорил им то, что остверы хотели услышать. Что времена нынче смутные, тяжкие и тревожные, идут войны, каких раньше не бывало, и мы отрезаны от дольнего мира. Следовательно, необходимо забыть былые обиды и рознь, собрать в кулак все силы и помочь родной стране, императору и всему нашему миру. Так что пора объединиться и создать общество остверов, которое будет озадачено благополучием этнических остверов. И чтобы не быть голословным, он, герцог Микко Эль-Торц, как утвержденный императором официальный глава Ордена Древней Крови, объявляет о создании Фонда Взаимопомощи обедневшим аристократам и вносит в него семьсот тысяч иллиров. А кроме того в столице и нескольких провинциях в ближайшее время будут открыты школы, где дети остверов из благородных семей смогут без оплаты получить достойное образование. Но, разумеется, помощь и поддержка Ордена будет распространяться только на членов организации. Такие вот расклады. Кто готов присоединиться к Ордену Древней Крови?

После зажигательной речи, из которой имперские аристократы узнали, что есть возможность получить дополнительные привилегии и финансовую поддержку, готовность стать членами Ордена изъявили все. И когда спустя несколько часов все формальности были улажены, начался пир. Аристократы присели за богатые столы и на короткое время, поддавшись эйфории, они, действительно, забыли прежние обиды. И, продолжая за ними наблюдать, я не удержался, широко улыбнулся и потер ладони. Еще одно дело сдвинулось с мертвой точки и проект, который всего год назад казался неподъемным, сегодня стал реальностью. И, несомненно, это принесет пользу. Как империи, так и лично мне. Да чего там? Польза уже есть. Остверские националисты вскрыли свою казну, сделали дополнительные взносы и на основе этого появился Фонд Взаимопомощи, а мы с императором не потратили на это ни единой монетки. А еще Имперская Тайная Стража получила самую полную базу данных на имперских дворян с магическими способностями и перспективную молодежь.

Вот потому я и улыбался. Настроение просто замечательное и я уже собирался спуститься на крепостной плац, дабы обозначить свое присутствие, но уловил мысленный посыл Иллира Анхо:

«Ты слышишь меня, Уркварт?»

«Да, учитель», – отозвался я.

«Собирай своих лучших воинов и магов. Мне нужна сотня отчаянных рубак и десяток опытных чародеев».

«Для чего?»

«Начинается решающая битва за столицу Ассира и демон Клорх обязательно покажет свое истинное лицо или сбежит. Вот тут мы его и прихлопнем, одним ударом окончим войну. И если моя агентура не ошиблась, возможно, не придется собирать экспедиционный корпус для отправки за океан».

«У демона есть яйца драконов?»

«Наследие династии Морандидов».

Я хотел задать пару уточняющих вопросов, но учитель меня опередил:

«Марк знает, что я привлекаю тебя к этой операции. Он не против. Сбор твоего отряда возле башни Ан-Анхо. У тебя есть один час. Я открою телепорт, и на перемещение у вас будет три минуты. Конец связи».

«Приказ ясен», — отправил я мысленный ответ учителю, который в данный момент находился в районе боевых действий на материке Мистир, и немедленно, вместо того чтобы посетить пирушку, отправился собирать боевой отряд.

Глава 24


Королевство Ассир. Дант-Асс. 04.08.1408.


У подножья массивного трона медленно умирал человек. Еще вчера он был королевским библиотекарем и носил титул барона, имел семью и личное владение с парой сотен послушных крестьян, строил планы и о чем-то мечтал. А сегодня он стал кормом для рогатого демона с козлиной башкой, который захватил власть в королевстве Ассир, и его жизненная сила перетекала к монстру. Тоненькими ручейками, покидая бренную оболочку, она струилась над окровавленным мраморным полом, подобно змеям, извиваясь, поднималась по ножкам трона к подлокотникам и здесь впитывалась в ладони монстра, который не был голоден, но продолжал поглощать силу, пока имелась такая возможность.

Веки демона слегка прикрыты. Его взгляд направлен на бьющееся в последних конвульсиях тело королевского библиотекаря барона Суфария, но разум монстра был занят не смакованием пищи, а размышлениями. Он вспоминал прошлое и думал о будущем…

Когда юный боевой чародей Кло Рифан-Хамат проходил обучение в лучшей магической Академии своего родного мира, наставники делись с ним не только знаниями, но и жизненным опытом.

«Запомни, каким бы сильным ты ни был, всегда найдется кто-то более сильный», — говорил один.

«Сколько бы знаний ты ни накопил и каким бы умным себя ни считал, всегда будет кто-то еще более умный», – вторил ему другой.

«Есть время для действий и решительных поступков, но рано или поздно наступает момент, когда ты должен уйти, и важно сделать это вовремя, без сомнений и сожаления», — добавлял третий.

И если подавляющее большинство студентов пропускало слова наставников мимо ушей, Кло Рифан-Хамат слушал их внимательно, запоминал советы тех, кто смог дожить до старости и сохранил немного здоровья, а затем применял эти советы на практике. Поэтому он выживал там, где погибали другие чародеи, и стал лучшим боевым магом своего мира, а после смерти смог сохранить целостность души и здравый рассудок в пространстве мертвых, приспособился, накопил огромную мощь и трансформировал себя в демона.

Пролетали века и тысячелетия. Кло Рифан-Хамат окончательно свыкся с дольним миром, обзавелся собственным доменом и сократил имя, сначала до Кло Р-Х, а потом до Клорха. Но, несмотря на это, как и большинство демонов, он мечтал вернуться в пространство живых существ. И как только представился такой шанс, Клорх не сомневался. Он бросил свой домен, принял предложение вернувшегося из небытия бога и оказался в мире Кама-Нио.

Демона мало интересовала битва между Неназываемым и его бывшей подругой, которая стала богиней. Однако у него были определенные обязательства, и он действовал в интересах нанимателя. Сначала смог подобраться к ассирскому королю Унечу Первому, пожрать его душу и утилизировать тело, а затем скопировал облик правителя и занял трон династии Морандидов. Затем демон втянул королевство в войну против империи остверов. И далее все вошло в колею. Клорх в образе Унеча Морандида контролировал ход войны и координировал действия других наемников Неназываемого на материке Мистир. А со временем он провел в королевстве ряд реформ, которые позволили еще больше усилить единоличную власть короля, уничтожил оппозицию и приобрел ценных союзников в лице вампиров.

Кто знает, чем бы все закончилось для Клорха, если бы Неназываемый не погиб в последнем сражении с Кама-Нио. Возможно, он смог бы заключить с древним богом новый контракт и стал его наместником на материке Мистир. Вот только Неназываемый не смог просчитать действий богини, которая не собиралась сдаваться на милость победителя, и поплатился за это. А раз наниматель мертв, контракт можно считать аннулированным и Клорх оказался предоставлен сам себе.

Перспективы не могли не радовать демона. Мир Кама-Нио, как и множество других, оказался отрезан от пространства богов и духов. Он во главе крупного королевства и никто не мешал ему поглощать жизненную силу людей, в тех количествах, которые потребны для дальнейшего развития. Но имелась проблема. И называлась она – Иллир Анхо. Полубог был гораздо сильнее Клорха и поединок один на один с паладином Кама-Нио, вероятнее всего, закончится для демона окончательной гибелью без возможности возродиться в дольнем мире. Он это понимал и внимательно следил за тем, что происходило на других материках планеты. И, разумеется, демон знал о гибели наемников и последователей Неназываемого в Коцке, Васлае и на территории Лесокрая. Поэтому, предположив, что рано или поздно Иллир Анхо и его воины придут за ним, Клорх стал готовить пути к отступлению.

Некоторое время демон сомневался. Жадность боролась с чувством самосохранения. Клорх не хотел покидать королевский престол и уходить в подполье. Однако, вспомнив наставления своих первых учителей, он еще раз все хорошо взвесил и решил поберечься, спрятаться и обрубить все концы.

Конечно, будь у него выбор, принять бой с полубогом или отступить в дольний мир, демон выбрал бы отступление. Но, подобно другим наемникам Неназываемого, он оказался в огромной ловушке. Следовательно, спрятаться надо так, чтобы даже боги не могли его отыскать. А потом, рано или поздно, дорожка в дольний мир восстановится. Наверняка, появятся те, кто имел на Кама-Нио зуб, и начнется кровавая свара, которую Клорх сможет использовать для побега или для сведения счетов с Иллиром Анхо. К таким выводам пришел демон и, не откладывая претворение плана на долгий срок, приступил к его немедленной реализации.

В непроходимых теснинах северо-западных склонов Маирских гор находилось тайное убежище небольшого и независимого вампирского клана Тейг, который в последний год Клорх осыпал своими милостями. Демон решил, что оно ему подойдет и при помощи кровососов переправил в это тайное место немалую часть королевской казны, собранную им в мире Кама-Нио библиотеку, сокровища династии Морандидов и запасы квинтов, впитавших души и жизненные силы людей кристаллы. Запасов должно было хватить минимум на пару десятков лет и за этот срок могло произойти все, что угодно. Главное — переждать опасный период, а дальше будет видно.

День проходил за днем. Клорх чувствовал приближение опасности, но продолжал цепляться за трон и не покидал столичный дворец. Он мог уничтожить мятежного крин-генерала Лотара Эвриго, но не сделал этого. Он мог разгромить армию имперского командующего Фарра, но позволил ему закрепиться на берегу и встать лагерем под стенами Дант-Асса. Он мог, используя свой огромный опыт, воодушевить жителей огромного города на борьбу, но пустил дела на самотек. И вместо всего этого демон устроил себе прощальный праздник, который очень быстро перерос в кровавую вакханалию. В конце концов, неизвестно сколько лет придется прятаться в подземельях, а так хоть будет, что вспомнить. Тем более что к побегу все было готово…

Последняя капля жизненной силы барона Суфария впиталась в тело демона, и он плотоядно облизнулся. Основное блюда вкусным и питательным, но впереди десерт, дети королевского библиотекаря, пятилетняя дочь и трехлетний сын.

— Повелитель, – прерывая трапезу Клорха, к трону приблизился двухсотлений вампир Армандин Кипур, патриарх клана Тейг.

— Что? – демон покосился на него.

– Имперцы и мятежники перешли в наступление. Вскоре они окажутся под стенами столицы. Армия ропщет, ополчение разбегается, дворяне со своими дружинами объявили о вооруженном нейтралитете. Жду ваших приказов.

Демон издал рев ярости. Одна половина Клорха хотела броситься в бой, в жаркую схватку, испить кровь врагов и покарать врагов. А другая половина убеждала демона бежать. Конечно же, победила именно она, и демон покинул трон, окинул взглядом зал королевских приемов и бросил Армандину только одно слово:

— Уходим.

– Слушаюсь, повелитель, – отозвался старый вампир, щелкнул пальцами, и немедленно появились его родичи из клана Тейг.

Тем временем демон активировал давно готовое заклятье под названием «Двойник». Рядом с троном возник образ Унеча Морандида, величественного короля, каким его помнил народ. Клорх напитал призрак силой, и он обрел плоть. После чего демон накинул на шею двойника несколько артефактов и отдал приказ:

— Иди и сражайся.

Двойник короля, подхватив один из мечей, которые остались от съеденных гвардейцев и валялись рядом с троном, широким шагом направился к выходу. Его задача – возглавить оборону города, воодушевить людей и заставить их сражаться. Тем самым, выигрывая драгоценное время для отступления демона. И, проводив его взглядом, Клорх удовлетворенно кивнул и пошел в дворцовые подвалы, к тайному ходу, который выведет его и свиту за пределы столицы.

Неожиданно он замер на месте и Армандин спросил:

– Что-то случилось, повелитель?

В тоне, каким старый вампир задал вопрос, был страх, и демон это почуял. Патриарх клана боялся того, кого называл повелителем.

«Как только доберемся в убежище, Армандина и его клан придется уничтожить, – подумал Клорх. – Страх может заставить их пойти на предательство».

Вампир ждал ответа и демон сказал:

— Дети.

-- Не понял, – вампир вытянул вперед голову. – Какие дети?

– Моя еда, – пояснил Клорх. – Дети королевского библиотекаря.

– Вы хотите взять их с собой.

– Так и есть, – подтвердил демон.

– Будет исполнено.

Армандин повернулся к одному из своих вампиров и тот немедленно помчался за десертом демона, а Клорх и свита продолжили спуск в подвалы дворца.

Демон Клорх был умен, хитер и опытен. Но он оторвался от реальности, увлекся кровавыми пиршествами во дворце и прозевал предательство. Он понадеялся на вампиров клана Тейг, и считал, что сможет удержать их под контролем, до тех пор, пока не станет полновластным хозяином убежища. Вот только они сдали его раньше, слишком велик был страх кровососов перед рогатым демоном. И когда Клорх, а за ним его свита, через несколько часов, уже в густых сумерках, выбрались из подземного хода в районе лесного поселка Серая Падь, он оказался в ловушке. Вампиры клана Тейг резко отступили от него, схватили детей покойного королевского библиотекаря, юркнули в лесную чащу и пропали. А перед Клорхом стоял тот, кого он так боялся, Иллир Анхо собственной персоной. И полубог был не один. За его спиной находились десятки паладинов, воины в плащах имперских цветных рот гвардии, жрецы и чародеи.

Сражаться бесполезно. Иллир Анхо сам по себе сильнее Клорха, а тут еще такое подкрепление. Отступать некуда. Сбежать не получится, и демон решил попросить о милости.

Глава 25


Королевство Ассир. Серая падь. 04.08.1408.


— Пощади меня, Иллир!!! – завопил демон Клорх и упал на колени.

Я, имперский герцог Уркварт Ройхо, многое видел в своей жизни. Однако поступком демона был удивлен и, можно сказать, немного ошарашен.

Перед моим учителем Иллиром Анхо коленопреклоненное существо в образе монстра. Массивная рогатая тварь с мордой козла. Этому демону сотни, а может быть, что и тысячи лет. Он уничтожал людей и поглощал души, не щадил никого, кто вставал у него на пути, разрушал города и страны. Его имя внушало ужас, страх и трепет более слабым существам, как в реальном мире, так и в пространстве мертвых, где он имел собственный домен.

Клорх далеко не первый демон, которого я видел. И уже бывали случаи, когда рогатые монстры, понимая, что не смогут победить, ради спасения шкуры, шли на сделку с Иллиром Анхо, жрецами и воинами людей. Как яркий пример можно вспомнить бараноголового Юму Абжара, который заключил с людьми сделку и сейчас верно служил империи, разыскивая вчерашних сотоварищей и подставляя их под клинки паладинов, ударные отряды армейских охотников и магию ламий. Но Клорх? Он в несколько раз сильнее и умнее Абжара, а главное — этот демон считался среди других подобных существ аристократом, который живет по собственному кодексу чести. Существа такого уровня, добрые или злые, без разницы, не просят милости, а идут до конца с высоко поднятой головой. И вот теперь демон просил пощады. Почему и отчего?

Наверное, ответ, как обычно, на поверхности – он хотел жить. Клорх не такой, каким мы его себе представляли. Физически он очень силен и в бою мог размазать пятерых таких, как я, воинов с магическими способностями. Однако морально и психологически он слаб. Долго прожил, и сохранение жизни ставит превыше всего. Таков реальный демон Клорх, ради уничтожения которого Иллир Анхо собрал лучших воинов и чародеев империи.

Тем временем Клорх продолжал молить полубога о милости и мне, конечно, было интересно, как поступит учитель. А он, видимо, сам не ожидал, что все так выйдет и немного растерялся, смотрел на демона и молчал.

Впрочем, это длилось недолго. Он сделал три широких шага, приблизился к демону и, молча, ударил его ладонью по голове между рогов. Казалось, удар не сильный. Но это только внешне. На самом деле, Иллир вложил в него всю свою мощь, и башка демона рассыпалась в труху, в пепел, в серый прах. Не было поединка или битвы. Полубог просто убил своего противника, раздавил его, как человек давит надоедливого таракана.

Воцарилась тишина. Жрецы, гвардейские офицеры, чародеи и паладины — все молчали. А затем полубог обернулся, его взгляд скользнул по людям, и он сказал только одно слово:

— Победа!

В самом деле, это победа. Не просто еще одна, среди других, а та, после которой наступает долгожданный мир. Клорх погиб, окончательно и бесповоротно, возродиться не сможет. Подобных ему по силе врагов в мире Кама-Нио у нас нет, и война начнет затухать. Есть другие демоны, наемники Неназываемого, которые еще пытаются поднять против империи остверов племена и народы, но вскоре, узнав о поражении Клорха, они разбегутся. Есть настроенные на продолжение войны ассиры, цегедцы, ассилки, арзумцы и небольшие контингенты республиканцев на востоке материка Эранга. Есть манкари и эльфы, которые находятся за океаном и копят силы. Однако надолго их не хватит, и война будет затухать. Все мы, кто сейчас находился в этом месте, прекрасно это понимали. И кто-то из гвардейцев выкрикнул:

– Слава!

Его поддержали:

— Слава! Слава! Слава!

Голоса людей слились в единую звуковую волну, которая прокатилась над ночным лесом и забытой всеми богами деревушкой Серая падь.

Иллир Анхо поднял правую ладонь, сжал ее в кулак и люди замолчали.

– Уходим! – отдал он команду.

Отряды двинулись к дороге, возле которой были оставлены взятые в корпусе генерала Фарра лошади. Но я не торопился. Предполагал, что еще нужен учителю, и не ошибся.

— Укрварт, подойди, – позвал меня Иллир.

Я приблизился, и он кивнул в сторону леса:

– Там вампиры из клана Тейг. Пообщайся с ними и забери детей. Заодно определись с местом, где они передадут нам артефакты и энергетическую заначку Клорха.

— Учитель, ты же знаешь, у меня с вампирами разговор короткий, – положив ладонь на рукоять верного черного меча, сказал я. – Мне с ними общаться трудно. Как бы все не испортить.

– Понимаю, Уркварт, – на его губах появилась легкая усмешка. — Однако именно поэтому посылаю к ним тебя. Они про славного Уркварта Ройхо тоже слышали. Что поделать? Слава опережает непобедимого герцога империи, главу Тайной Стражи, убийцу кровососов и личного врага бога Шамми.

-- Решил их мной напугать? – я тоже усмехнулся.

– Нет, – он покачал головой. – Как и ты, эти вампиры враги Шамми. Кроме того, я обещал им безопасность. Разумеется, если они будут соблюдать определенные правила. И в будущем клан Тейг может пригодиться тебе, как главе тайных стражников империи. Еще вопросы есть?

– Никаких, учитель.

– Ступай.

В чащобу я направился в одиночку. Хоть картину рисуй, хоть сюжет для кинофильма ужасов снимай. Герой в мрачном лесном массиве. В небе луна. А неподалеку клыкастые вампиры. Жутковато, однако.

Хотя я не переживал. За мной авторитет и сила полубога. За мной лучшие воины и чародеи империи. За мной древний род и любимая ламия, которая рвалась в бой вместе со мной, но из-за беременности осталась в Грасс-Анхо. А кто такие вампиры клана Тейг? Кровососы. Сильные и быстрые, хитрые и ловкие. Однако они все равно остаются изгоями, которых можно отыскать, затравить, словно диких зверей, загнать в угол и уничтожить.

Я шел по широкой тропе от деревни к лесному озеру. Вампиры были рядом, я чувствовал их присутствие. Сначала за мной наблюдали двое. Потом четверо. А когда я вышел на залитую призрачным лунным светом поляну, ощутил, что вокруг восемь кровососов. Вся свита покойного Клорха здесь. По этой причине я остановился и позвал патриарха клана Тейг:

– Армандин Кипур.

Вампир двигался быстро, но я его заметил. Двинулся к нему навстречу, и мы замерли один напротив другого в центре поляны.

– О-о-о… – протянул древний вампир. – Уркварт Ройхо собственной персоной.

– Да, – подтвердил я. – Где дети?

Патриарх щелкнул пальцами, и незамедлительно появилась парочка рядовых кровососов, которые вынесли спящих детей, мальчика и девочку. Они уложили их на траву и исчезли.

Удовлетворенно кивнув, я задал новый вопрос:

– Что с артефактами и квинтами с энергией?

– Готовы доставить их в любое указанное место на материке в течение трех суток.

– Замок Ашлеен.

– Договорились, – Армандин помедлил и спросил: – Ройхо, разреши задать тебе вопрос?

Я пожал плечами:

– Спрашивай, Кипур.

– Ты, в самом деле, стал врагом бога Шамми?

– Это так. Именно я отдал приказ о разгроме тайного святилища Шамми. А мой младший брат этот приказ выполнил.

– В таком случае, Ройхо, хочу напомнить тебе древнюю мудрость.

– Какую?

– Враг моего врага – мой друг. Мы, клан Тейг, создания бога Сизорна. Это еще один бог вампиров. Не такой злой и жестокий как Шамми, с понятиями о чести и за это он пострадал. Сизорн был побежден Шамми и утратил часть своего могущества. Однако он жив и ничего не забыл. Мы тоже ничего не забыли. И когда Шамми попытается прийти в этот мир, чтобы покарать тебя, мы встанем рядом с тобой. Что ты на это скажешь, Уркварт Ройхо, герцог империи?

– От помощи не откажусь. Но запомни – мы не друзья. И никогда ими не станем. У нас есть общий интерес, один враг и его последователи. Поэтому, пока вы не лезете в империю, с моей стороны претензий к вам не будет.

– Ты правильный мужчина, Ройхо, – сказал вампир. – Не стал юлить, а сразу обозначил главное. Ты услышал нас, а мы услышали тебя. Для первого раза этого более чем достаточно. Будь здоров, Ройхо.

Патриарх отвесил затейливый учтивый поклон, словно мы не в лесной чащобе, а где-нибудь при дворе императора на званном приеме, и юркнул в темноту. После чего, немного расслабившись, я склонился над освобожденными детьми и применил нехитрое заклинание под названием «Очищение». Оно впиталось в детей и очистило их тела от сонного дурмана.

– Мама… – приходя в себя, прошептала девочка.

– Папа… – вторил ей мальчик.

Я не мог объяснить им, что стало с их родителями, потому что не знал, кто они и почему демон прихватил с собой именно этих малышей. Не мог их утешить и успокоить. Поэтому просто велел детям следовать за собой и направился к дороге, где собирался передать их под опеку офицеров из корпуса генерала Фарра. Они поддерживают контакты с ассирами из армии Лотара Эвриго и отдадут малышей соотечественникам…

Так в дальнейшем и вышло. Мы выбрались к дороге, и дети отправились с офицерами Фарра в захваченную генералом Эвриго столицу ассиров. Ну а я помчался догонять учителя, который оказался в одном из замков неподалеку, где вел переговоры с представителями местной финансовой элиты.

Почему именно с ними, а не с воинами и аристократами? Ответ на поверхности. По крайней мере, для меня, как для ученика великого Иллира.

Генерал Эвриго, конечно, в данный момент национальный герой народа ассиров и он контролирует столицу. Можно сказать, что это готовый король, который сможет наладить жизнь государства и возьмет бразды правления в свои крепкие руки. Вот только Иллир Анхо и наш император Марк решили иначе. Лотар не станет королем и вскоре умрет. Предполагаю, его прикончит «недобитый демон» из армии Клорха. А иначе зачем учитель вызвал Юму Абжара, который сейчас спешит на его зов и вскоре окажется рядом с Эвриго? И когда храбрый генерал, герой и лидер, погибнет, встанет вопрос, кто возглавит страну и поведет ее в будущее.

Клорх проредил местные элиты и больше всех пострадали аристократы, которые не скоро оправятся. Кроме них заметное влияние на государство оказывают чиновники и местные олигархи: промышленники и купцы. С «чернильными душами», как Иллир называл чиновников, он общаться не любил. Поэтому ведет переговоры с олигархами. И пусть учитель не докладывает мне о своих планах, как-никак, я начальник Тайной Стражи и могу сделать прогноз о дальнейшем развитии событий.

Прогноз довольно простой и ясный. Ассир не будет королевством и вскоре преобразуется в Республику, которой станет управлять Совет. Он облегчит налоговое бремя для граждан страны, усмирит непокорных и признает свое поражение в войне против империи. После чего согласится на выплату контрибуций и отдаст часть своих земель остверам. Ну а кто не подчинится новым правителям, того ждет участь Лотара Эвриго. Бараноголовый демон Юма Абжар готов исполнить практически любой приказ. А помимо него есть вампиры клана Тейг и диверсанты Тайной Стражи.

Да-да, именно таким я видел будущее этого государства. Ассир выходит из войны. Империя высвобождает армии, которые находятся на этом направлении. Затем империя начинает давить остальных противников, которые без координирующего их действия демона быстро пойдут на попятную и постараются заключить мир.

А дальше? Что дальше? Иллир Анхо возродит Кама-Нио и наступит эра благоденствия. Так мог бы рассуждать оптимист. Но я реалист и уверен, что даже возрождение богини не избавит мир от воров, предателей, мошенников, маньяков, тиранов и темных монстров, которые кормятся за счет человека. А еще есть боги, которые ждут восстановления энергопотоков, соединяющих наше пространство с другими мирами. И как только это произойдет, начнется вторжение. Лично я в этом не сомневался и, представив, какие испытания могут ждать меня, нашу семью и весь мир в будущем, ударил коня стременами по бокам и ускорился. Время дорого. Надо спешить. И, словно вторя моим мыслям, где-то далеко на западе громыхнул гром, а небо осветилось кроваво-красными всполохами.

Эпилог.


Командующий 16-й армией Светоносного Властелина Энги, облаченный в зачарованные черные доспехи трехметровый серый огр Широх из клана Дегроз, в сопровождении свиты, взобрался на вершину горы Кайсо. Он замер на ровной площадке с северного края величественной возвышенности, снял украшенный перьями павлина шлем, окинул взором раскинувшуюся у подножья равнину и горделиво вскинул голову. Огр издал приглушенный рык и это был явный признак того, что он доволен. Да и как иначе, если все пространство вокруг, куда ни взгляни, забито воинами его армии, которая вскоре ворвется в новый мир и покорит его во славу Темного Властелина.

Батальоны серых огров, сородичей командующего, находились ближе всех к ставке Широха и окружали гору кольцом. За ними стояли эльфы. Дальше теснились лучшие воины орков, представители четырех боевых орд. Потом некроманты с отрядами зомби и скелетов. За нежитью многочисленные дивизии королей, князей, императоров, царей и прочих властителей людского племени, которые признали власть Энги. А уже за ними все полуразумное отребье: гоблины, пауки-крестовики, стаи оборотней и таборы кентавров.

В армии Широха, далеко не самой сильной и многочисленной среди других войск Энги, находилось свыше трех миллионов воинов, и они рвались в битву. Забыты древние обиды и различия: расовые, религиозные, социальные и политические. Оставлены заботы мирной жизни и склоки. Все это в прошлом, ибо теперь они участники Великого Похода, который будет окончен только после выполнения воли Светоносного Властелина.

Широх знал, о чем думают его воины. В конце концов, он прошел со своей армией через две военные кампании и потратил на подготовку войска к очередному завоеванию полгода. Поэтому огр был уверен, что сможет добиться поставленных целей и задач в указанные Светоносным Властелином сроки. А это не могло не радовать и внушало оптимизм, ибо гнева Энги страшилось любое мало-мальски разумное существо в шести подвластных ему мирах.

Командарм-16 покосился на чародея из рода людей, который встал слева, и человек, понимая, чего хочет Широх, без промедления сотворил заклятье «Громового голоса» и направил его на огра. Еле заметная сиреневая дымка на мгновение окутала голову командующего, и он, еще раз окинув равнину цепким взглядом, обратился к воинам армии.

— Настал наш час! – усиленный магией голос огра прокатился по равнине и его услышали за несколько километров от горы Кайсо. — Радуйтесь, воины Светоносного Властелина Энги!

Огры одобрительно затопали ногами. Эльфы затрубили в боевые рога. Орки издали яростный боевой клич. Зомби и скелеты, выполняя команды некромантов, одновременно ударили оружием в щиты. Сигнальщики людей забили в барабаны. А сбродное отребье, испытывая неописуемый восторг, засвистело и заверещало.

Армия услышала своего полководца и Широх продолжил:

– Через несколько минут по воле Светоносного Энги откроются порталы в иной мир! Три наших армии войдут в него и принесут его жителям истинную веру! Там проживают люди! Там есть эльфы! Там обитают гномы! Там есть другие расы, которые могут быть родственны воинам нашей армии! Но они не такие, как мы, ибо поклоняются ложным богам! И потому мы победим! Хур-ра! Хур-ра! К бою, мои славные воины!

Снова топот, рев боевых рогов, яростные кличи, звон оружия, барабанная дробь и неразборчивый рев. Армия была готова и командарм, усмехнувшись, отвернулся и обратил внимание на штабных офицеров, чародеев и командиров корпусов. Полсотни верных последователей Энги, кровью, потом и верным служением доказавшие беззаветную преданность Светоносному Властелину, сохраняли спокойствие. Они не рядовые воины и на каждом лежит ответственность. Поэтому военачальники держались строго и терпеливо ожидали последних указаний Широха перед тем, как откроется портал.

— План без изменений, — убрав с лица усмешку, сказал огр. – Первыми пойдут гоблины, крестовики и оборотни. Они должны рассыпаться и разбежаться по окрестностям. Чем больше хаоса и крови, тем лучше. За ними двинутся орки, кентавры и дивизии людей. Третья волна будет состоять из остальных войск. В четвертой волне интенданты со своими обозами, охранными отрядами и полевыми лазаретами. После перехода портал будет закрыт и он не откроется до нашей победы. Вопросы?

К Широху обратился командир 4-го ударного корпуса Рыцарь Смерти Дигеон Ишталь, в далеком прошлом человек, а сейчас бессмертный воин и один из самых сильных чародеев армии:

— Точка выхода не поменялась?

– Нет, – огр отрицательно качнул головой.

— Выйдем перед городом с населением в триста тысяч?

– Да. Хотя сведения трехгодичной давности.

– Новые карты поступили?

— Нет.

– Я рекомендовал просить у Повелителя подкрепления, боевых нетопырей и вампиров. Мы их получим?

– Только вампиров. И всего две роты. Нетопырей мало, слишком трудно делать летающих монстров-мутантов. По этой причине прикрытие от воздушных налетов противника, если таковые будут иметь место, возлагайте на магов.

Дигеон Ишталь склонил голову и замолчал. Больше вопросов не было. Да и не до того уже, ибо настал Час Его Воли. Своей Силой, находясь вдали от горы Кайсо, всемогущий Светоносный Энги открыл портал в иной мир. От горы к небесам взметнулся огромный кроваво-красный световой столб. А затем в склоне горы образовался пятидесятиметровый проход, сквозь который был виден длинный мост через реку.

– Вперед!!! – произнес Широх и передовые отряды 16-й армии двинулись к порталу.

Отряд за отрядом проходил мимо командарма, и так началось вторжение в мир Кама-Нио.


Конец.

Больше новинок на http://litres.ucoz.site/

Или на нашем телеграмм канале https://t.me/martin_2015



home | my bookshelf | | Тайная стража |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 6
Средний рейтинг 4.0 из 5



Оцените эту книгу