Book: Ловцы душ



Павел Пуляев

Ловцы душ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ТЕНИ ПРОШЛОГО

Когда проходит юность и начинается взрослая жизнь? Где эта грань? Где она — эта абстрактная размытая линия, шагнув за которую, начинаешь понимать, что не так все просто в этом мире? В какой момент исчезает веселье и беззаботность, а на их место приходят мудрость и ответственность. Лернор, никогда не задавался этими вопросами раньше, но сейчас они почему-то стали какими-то болезненно актуальными.

Отрешенно смотря сквозь прозрачный пластик безупречно выдраенного окна, парень неустанно пытался подбирать ответы к сложной комбинации замка сейфа с сокрытым в нем смыслом жизни. Взгляд Лернора уже давно оставил суету прилегающих улиц и унесся куда-то в даль. Туда где на фоне пейзажа мегаполиса лениво садилось старое красное солнце. Это безликое вечное существо давно привыкло к рутине восходов и закатов. С глубоким безразличием оно изо дня в день продолжало снисходительно дарить тепло, таким как он. И поэтому представлялось Лернору вершиной вселенской мудрости, совершенно равнодушной к течению времени отведенного на жизнь вечно спешащему человечеству.

Яркий диск светила, будто добрый знак, ежедневно оповещавший о близости конца рабочего дня, сегодня парня ни капельки не радовал. Минут через пятнадцать все закончится, и его немногочисленные коллеги со спокойной совестью разбегутся по домам. Вот только самому Лернору покидать офис никак не хотелось. Он терпеть не мог одиночества, и, находя регулярное спасение в стенах конторы, уже привык к ней. Теперь эти стены значили для него гораздо больше, чем «дом», где его никто не ждал.

Не слывя по сути своей одиночкой, парень все же умудрялся с завидной регулярностью выпадать из общества. Он сосуществовал с ним будто бы в двух разных параллельных мирах, получая удовольствие от ощущения своей неординарности и чувства совершенной независимости от мнения окружающих. И в то же время он так же сильно ненавидел себя за это, отчетливо понимая, что нигде и никогда не станет «своим».

Лернор растерял почти всех друзей и перспектива праздновать свой двадцатый день рождения в компании самого себя, парня не радовала. Накануне вечером он и так уже успел перенести ощущение тяжелой поступи второго юбилея, который каждым новым ударом антикварных часов отмечал свой шаг.

Проведя остаток времени до полуночи в меланхолических воспоминаниях о том, чего не сделал за последние двадцать лет, Лернор топил грусть в вине. Хотя, не будь спасительного алкоголя, он наверняка просто сдался бы на милость всепоглощающей депрессии и еще как минимум два дня не выходил на работу.

Отсчитывая часы, а затем даже минуты до полуночи и подступавшего дня рождения, в драбадан пьяный Лернор намеренно накручивал себя на тему минувшей молодости. В эти мгновения он просто упивался жалостью к самому себе. Ведь казалось, совсем недавно он мечтал стать старше и начать взрослую жизнь. Спешил жить, взрослеть и вершить великие дела, а теперь, когда все это так неожиданно обрушилось на него, парню безудержно захотелось сбежать обратно в юность. В страну грез, где все выглядит еще не так серьезно. Но, увы…

В первый раз его тянуло напиться до беспамятства.

— Все, Лерн, тебе двадцать! И теперь время работает против тебя. Обратный отсчет до момента аннигиляции, конца вселенской суеты и смерти. Мрак! Хотя, имей я возможность жить вечно, наверно, размышлял бы не менее пессимистично… Да, старик, пессимизм алкоголем не вымывается…

Вдруг одинокая туча заслонила собой солнечный диск. Загипнотизированный, внезапно пропавшим за горизонтом светом, Лернор постепенно вернулся в реальность офиса. Работа буквально валилась из рук. Поэтому, недолго думая, он решил вывалить этот тяжкий груз на сенсоры интегрированной в стол клавиатуры. Вскоре в отчете была поставлена последняя точка, и вновь наступил мучительный период бездействия. В этот день он постоянно провоцировал его на очередное погружение в мрачный мир невеселых мыслей.

Через силу борясь с меланхолией, Лернор встал и огляделся. За разделяющими офис перегородками с обеих сторон никого не оказалось. Тишина, столь полезная для работы, теперь пробуждала непреодолимое желание с кем-нибудь пообщаться.

«И куда это все подевались? Я ведь еще никого не отпускал.»

В офисе на семнадцатом этаже хорошо охраняемого бизнес центра, спрятаться было негде. Да и где спрячешься на площади в пятьдесят квадратных метров с рабочими местами открытого типа.

Тина и Фита, по-видимому, в очередной раз вышли курить в коридор, захватив с собой горячее обсуждение любимых сериалов подальше от рабочих мест.

Катр за весь день на работе так и не появился. Либо, заболев, либо просто уйдя в очередной загул. К сожалению, воспаление хитрости у паренька случалось гораздо чаще, чем творческие симптомы трудоголика.

«Вот и бери потом на работу студентов. Хотя, что его судить, я и сам таким был с неделю назад…

— Слушаю, — мобильный телефон неприятно прервал ход мыслей, возвращая в рабочий режим.

— Тебя сегодня ждать? — раздался веселый голос девушки.

— А это кто? — не понял Лернор, ощущая себя виноватым, что никак не может узнать собеседника.

— Ты что мой номер за все время так и не записал? Мог бы уже по голосу узнавать! — собеседница явно обиделась. — Это я Дилина!

— Аааа, Ди! Здравствуй, здравствуй. Зачем же мне записывать твой телефон, если номер старосты есть у любого из нашей группы. Без проблем бы нашел его, если бы возникла потребность.

— Ты просто не представляешь, как ты меня обидел…

— Ладно, давай только без этого самого… Вещай, давай, что сегодня за мероприятие? Ты ведь просто так никогда не звонишь, — в голосе Лернора послышались нотки наигранного укора.

— А ты хотел бы? — усмехнулась Дилина,

— Все зависит от эротичности твоего голоса, — отшутился парень. — Ну так что?

Девушка сориентировалась так же быстро и продолжила.

— Мероприятие… Что-то типа неофициальной части прощания бывших однокурсников и однокурсниц.

— Официальная попойка значит? Эх… А я то думал, что мое день рождение решили справлять.

— Ню-ню… — вновь хихикнула Дилина. — День рождения подождет, а вот дипломы обмыть сто пудов надо!

— Ладно… И кто же такой шустрый задумал веселье в понедельник? Кому голову отрывать если что? Вы, о трудовом классе подумали? Мы ведь изо дня в день пашем как папы Карло, и напиваться вечерами на рабочей недели ну никак не можем себе позволить.

— Да, ладно ныть, Лерн. Сам же хотел дешево и сердито. А дешево и сердито, в этот раз получается только сегодня. Иначе, ожидая свободное помещение, можно в очереди простоять до самого нового года. С ними труба полная, а особенно с арендой на выходные. И… да… С днем рождения!

— Ага, наконец-то! Спасибо…

— Это моя маленькая месть за незаписанный телефон. Но я не такая как ты, и если придешь, лично поздравлю.

— Хе, интересно. Неужели уже и подарок готов? — с сарказмом спросил Лернор.

— Слушай у меня, как у бедной студентки кредит на мобилке не резиновый. Приходи, все на месте сам и узнаешь. А то если тебе лично не позвонишь и не предупредишь, то вообще не дождешься никогда.

— Есть такое… — признал за собой еще один недостаток Лернор.

— О! Погоди! А ты к предкам на днях не собираешься? Меня бы захватил, я бы за дорогу заплатила.

— Натурой? — попытался хохмить парень, но по воцарившему в трубке молчанию понял, что перегнул палку. Резко поменяв тон, он не стал больше затягивать паузу. — Нет. Они сейчас по работе на Венеру командированы, лет через пять только вернуться. Если ничего не изменится…

— Жаль… А то я к своей бабке собиралась. Ладно… У тебя есть чем записать сегодняшний адрес или так запомнишь?

— Ну, давай, говори, — отозвался Лернор, стараясь оперативно найти на столе чистый листок. — Да, да, спуск в подвал. Все понял. Пока.

«Что ж, если сегодня тоска опять пойдет на дно, то завтра точно на работу не выберусь.» — подумал и тут же решил Лернор, — «Будем симулировать простуду и уподобляться своим сотрудникам. Серьезных неприятностей точно не случится, если только вдруг из центрального офиса с проверкой не припрутся. Хотя девчонки по любому прикроют. Да и пусть только попробуют не вступиться за руководителя, который и так постоянно их прикрывает.»

— Ты только подумай, Фита, всю жизнь сможешь быть такой же молодой… — неся за собой запах сигаретного дыма, девушки шумно вломились в офис.

— Вы это о чем? — заинтересовался Лернор и спрятал листок с адресом в карман пиджака.

— Лернор, что ты вечно суешь нос не в свои дела? — злобно фыркнула Тина.

— Дорогая, что я тебе сделал такого? — удивился Лернор и проводил взглядом эту непреступную для него красавицу. — Сегодня не то чтоб даже не приставал к тебе, так даже стандартных глупостей не говорил.

— Мы Китайскую агитацию в колонисты обсуждали. — попыталась разрядить атмосферу Фита, усаживаясь за компьютер. — Чем дальше, тем привлекательнее становится идея «относительного бессмертия». ИМ ведь совершенно безвозмездно наделяют всех отправляющихся к далеким мирам. Вот и размышляем, может взять и рвануть?

— Азиаты бессмертия не обещают. Это вы с Западными роликами попутали. И вообще, все это удивительно… — протянул Лернор. — На что только женщина не согласиться ради гладкости и свежести своего очаровательного тела.

Он как бы невзначай вновь бросил голодный взгляд на Тину.

— Что тут удивительного? — не поняла девушка.

— Удивительно то, что вы ради красоты и «относительно» вечной молодости, вы согласны на риск, лишнее столетие проболтаться где-то между звезд в запечатанной консервной банке.

— Не ты ли сам, недавно убивался по поводу, что все готов отдать, лишь бы вернуть прошедшие года, — парировала Тина и изобразила из себя грозную амазонку. — Не говоря уже о том, что в основном, со своей красотой мы только ради вас мужиков и носимся.

— Ну-у… я особый случай, — отмахнулся Лернор. — Просто за свою жизнь хочу успеть сделать больше, чем хочется. Поэтому и сидеть годами без дела, ожидая прибытия незнамо куда не для меня…

— Ты домой собираешься, вершитель дел великих? — перебивая занудный монолог поинтересовалась Фита. — Или опять, допоздна сидеть будешь?

— Извиняйте, девушки, но сегодня по домам я вас развезти не смогу.

— А что так? — округлила глаза Тина. Ее боевой настрой мигом улетучился.

— А то! Когда тебе надо, ты всегда готова подомной ковриком расстилаться. А как мне надо, так шыш!

— Кхе! Так я под тобой и растелюсь, начальничик. Мечтай, парниша! — девушка звонко засмеялась и надела на плечи накидку. — Пошли Фита. Отработали. И сегодня нам здесь больше ловить нечего.

— Зря ты так, Лерн… — бросила Фита через плечо. — С ней поласковее нужно…

Входная дверь закрылась, оставив парня в некоторой растерянности. Чтобы не растерять себя совсем Лернор вернулся к работе.

В очередной раз, просмотрев на законченный отчет, он сделал еще несколько поправок, и остался неимоверно доволен собой.

Целый месяц он вел переговоры! Целый месяц он долбал этот несчастный исследовательский центр. И вот он на финишной прямой! Сколько же сил стоило убедить этих тугодумов умников, что только его программное обеспечение единственное лучшее и сможет защитить их сети от взлома. Порой Лернору казалось, что веди он переговоры с администрацией самого Мегаполиса, дела разрешились бы куда быстрее.

Наконец он сделал это! Сдвинул переговоры с мертвой точки, и заключил договор о безвозмездной демонстрации продукта в течение двух недель. Это не было верхом ожиданий, но достаточный повод для радости. Ведь по истечению срока, исследовательский центр обязывался либо приобрести весь программный пакет…, либо отказаться от сделки…

… И конечно же, Лернор не мог допустить худший из вариантов. Поэтому, как и в прошлый раз, он основательно готовился для проведения в жизнь небольшой хитрости.

Раз заказчик, так бережет свои секреты, то единственный способ заставить поганца платить — это временно «одолжить» их.

И вот, все было готово по отработанной схеме. Во время запуска тестового пакета программ, незаметно должна была установиться программа-червь. После чего, червяк выкачал бы из внутренних сетей жертвы все под чистую, и безнаказанно бы испарился в бескрайних просторах виртуального пространства.

Обладая ценной информацией и имея все козырные карты не только в рукавах, но и в руках, Лернор в случае отказа от покупки, мог позволить себе маленький безобидный шантаж. А если, эти козлы и упрутся, то всегда будет возможность просто перепродать добытые данные заинтересованным лицам.

И вот готовый к предательской загрузке диск лежит на столе в небольшой, но красивой упаковке.

«Только ленточек и гирлянд на нем не хватает.» — улыбнулся про себя Лернор и еще раз просмотрел отчет по проделанной им работе. Ох, если бы только главный офис знал, чем он тут таким занимается…

«Нет. Лучше пусть не знает.» — парень покрутил в руках упаковку.

Осталось лишь передать ее заказчику, но какое-то смутное чувство тревоги внезапно овладело им.

«А может, не стоит? Может плюнуть и забить на все? Хотя с чего это вдруг, во мне проснулась совесть? Можно конечно свалить саму встречу с заказчиком на кого-нибудь еще, чтобы руки не были такими уж грязными. Да и к тому же, если я буду вечером отжигать, то на работу в любом случае вовремя не подтянусь».

Он взял телефон и набрал знакомый номер.

— Слушаю, — после седьмого сигнала в трубке раздался хриплый и еще не трезвый голос.

— Катр, твою мать, включи видеофон, я хочу видеть твою пьяную рожу, — рассмеялся Лернор.

— Иди на фиг, Лерн, — мне слишком плохо, чтобы ты меня таким видел. — Чего звонишь? Опять, что ли из главного офиса меня искали?

— Да, нет. Успокойся. Ты шефу, как в прошлый раз, так и сейчас врядли нужен.

— А что звонишь тогда под самый конец рабочего дня?

— Есть для тебя работенка. На завтра. Поедешь с утреца в «ИТЦ» и передашь им диск. Я его тебе на стол положу.

— Ты же трубил, что «ИТЦ» твой проект, так и делай его до конца.

— Катр, ну ты наглец! Сегодня на работу забил, так еще пытаешься указывать мне — своему непосредственному начальнику, что делать? — улыбка исчезла с лица Лернора и закончил он фразу куда холоднее, чем начал.

— Ладно, ладно, Лерн, — засуетился на том конце Катр. — Я же шучу. Мы ведь друзья, ты же меня знаешь. Если просишь, значит сделаю. Не вопрос.

— Окей, пьяная твоя рожа, сегодня больше смотри не налакайся, а то харя распухнет и треснет. Конец связи. — Лернор отключил трубку от встроенного в стол видеофона и тут же почувствовал вибрацию мобильного телефона.

— У вас одно видео сообщение, — прочитал парень и с интересом ткнул пальцем в картинку с конвертом. — У вас проблемы с законом? Хотите быстро разбогатеть? Вступайте в… — Лернор раздражено прервал череду цветных картинок.

— Достали! Даже тут со своей рекламой! — интерес к сообщению не оправдался и мгновенно улетучился.

Это было последней каплей, для того чтобы наконец осознать, что пора валить из этой деловой атмосферы куда подальше.

Небрежно бросив на стол Катра запакованный и уже перевязанный красной подарочной ленточкой диск, руководитель филиала компании «Виртуальная безопасность» быстро покинул стены порядком поднадоевшего офиса.

Стараясь выглядеть менее озабоченным, чем был на самом деле, Лернор широким шагом миновал коридор. Подойдя к лифту, он внутренне уже готовил себя к навязчивым вопросам. От, постоянно катающегося в кабине охранника можно было ожидать что угодно, но непременно чего-нибудь новенького.

— Опять припозднились?

— Угу, как обычно, — буркнул Лернор, про себя же подумал, — «Хм, странно. Не помню, задавал ли он мне этот вопрос?»

— А жена вас за это дело не пилит?

— Нет, — коротко ответил Лернор, понимая что дела семейные в лифте он еще обсудить не успел.

— А моя, мне уже разводом грозит. Не понимает, дура, что если я в две смены работать не буду, то прямая дорога нам либо в трущобы либо за купол.

— Мне проще. У меня просто нет такого домашнего животного, как жена, — натянуто улыбнулся Лернор, краем глаза следя, как на табло в обратном порядке убывают цифры этажей.

— Как так? — удивился охранник. — Я думал у вас она как минимум уже вторая.

— А вот так. Без них, оказывается, жить дешевле. — бросил напоследок Лернор и покинул кабину лифта, не дожидаясь пока двери раскроются полностью. Освещенный мягким светом коридор подземной стоянки тут же встретил его гулким клацаньем каблуков по бетону.

Охранник, ничего не успел сказать вослед. Хотя, скорее всего, просто глубоко задумался о переоценке семейных ценностей и глобальном смысле дальнейшего сосуществования с постоянно пилящей женщиной.

Как оказалось, у самого Лернора мыслей тоже было предостаточно. Охранник, затронул в нем давно заржавевшую струну. Парень вспомнил блондинку Тори. Ее губки и очаровательную попку. А ведь он на ней чуть не женился. Пробыли голубки вместе три с половиной долгих и порой невыносимых года. За эти несколько лет, Лернору «повезло» на все сто прочувствовать все возможные прелести семейной жизни.



Сначала все было прекрасно — идиллия романтических отношений, понимание с полуслова, поддержка в трудную минуту. Особенно тогда, когда Лернор подавал документы в престижный университет администрации и управления мегаполиса Вильриллин, параллельно пытаясь легализовать свой маленький и несерьезный бизнес. В то время он талантливо использовал молодых программистов из бедных семей периферии, проталкивая их готовые разработки компаниям мегаполиса.

Тогда, они еще жили с ее родителями в небольшом беззащитном от превратностей стихии городке. В постоянном страхе перед непредсказуемой природой и солдатами одной из добывающих корпораций, которые время от времени поддерживали понятные только им относительные законность и порядок.

Удача улыбнулась ему. Он поступил на последнее двухсотое свободное место в университете и получил шесть квадратных метров в общежитии. Красавица фортуна показала ему свое лицо, отвернувшись к кому-то задом. Парень, чье место ему повезло занять, трагически погиб при нападении на колонну беженцев, так и не добравшись до защищенного куполом мегаполиса.

Тори бросила учебу в родном захолустье и перебралась жить к нему. Все прекрасно понимали, что лучше хоть как-то существовать в пределах мегаполиса, нежели жить в постоянном страхе смерти от радиационного облучения за его пределами.

Судьба продолжала преподносить подарки. Лернору везло. Компания, через которую он оформлял свои сделки до того как перебрался в мегаполис, предложила возглавить один из ее новых филиалов. Это был шанс не только прилично заработать, но и совместить работу с учебой.

Но как не бывает, худа без добра, а бочки меда без ложки дегтя, в определенный момент улучшающаяся личная жизнь неожиданно дала трещину.

Всему были свои причины. Ведь Лернор весь день пропадал незнамо где, полностью погруженный в работу и учебу. Его стали окружать новые лица и влиятельные люди, невольно заставляя его переходить на «другой уровень». Тори же целыми днями сидела дома и постепенно привыкла к тому, что он ее полностью содержит. При этом пропасть во взаимопонимании увеличивалась с каждым новым днем.

Не раз Лернор, подталкивал ее найти себе занятие и не надоедать ему нытьем о том, что его постоянно нет рядом и как он о ней забывает. Складывалось впечатление, что она просто не хочет понимать того, что он так надрывается ради их общего будущего, а хочет жить здесь и сейчас. Хочет, пусть недолгий, но рай в шалаше. Но Лернор так не мог. Или просто не хотел, прекрасно понимая, что за минутным раем последует голодная реальность.

Вскоре, за хныканьем последовали регулярные истерики. Необоснованная ревность к каждому столбу и неадекватные попытки обратить на себя внимание. Это продолжалось до тех пор, пока в один прекрасный день Лернор не выдержал. Он выкупил ей отдельную комнату в общежитии, потратив тем самым все свои сбережения и переехал в другой район на крохотную съемную комнатку. Любовь прошла, завяли помидоры, а с ними и вера в то, что мужчина и женщина вообще могут когда-нибудь понять друг друга…

Добравшись до своей машины, Лернор включил и отрегулировал подсветку приборной доски. Через секунду, оповестив о готовности к старту, взревел двигатель. Фары старенького седьмого БМВ, ярко осветили помещение гаража. Вдавив акселератор и на полной скорости, миновав несколько этажей стоянки, Лернор буквально выпрыгнул на мокрые улицы вечернего мегаполиса.

Движение в темном небе оказалось не менее интенсивным, чем на земле. Легковые и грузовые экипажи плотным потоком шумной и бурной реки неслись в разные стороны, периодически замедляясь и повинуясь трехцветным сигналам светофоров, будто порогам горных рек.

Эти трехглазые механические существа, зависали на разных уровнях движения, сканером отслеживая проблематичные места основного транспортного потока. Время от времени, они срывались с места и неслись к очередной пробке, размахивая в разные стороны своими длинными щупальцами-манипуляторами. С первым появлением на трассах таких устройств, потребность в постовых полностью отпала. Но, тем не менее, темно-синие машины патрулей правопорядка продолжали дежурить в самых «рыбных» местах. Полицейские исправно доили зазевавшихся нарушителей и тех, кто ничего не нарушив, просто не разбирался в правилах. Хищные экипажи, периодически включая светомузыку, бухались с небес и без церемоний безжалостно прижимали бронированным корпусом свою новую жертву к обочине.

Дорогой правили обдираловка и коррупция, разделяя общество на две группы на тех, кто дал и тех, кто не успел. Но Лернора подобная ситуация совершенно не возмущала. Ведь представители власти всю свою сознательную жизнь живились за счет тех, кто этой самой властью обделен — более бедных и слабых слоев населения. За свою короткую жизнь он к этому просто успел привыкнуть. А синие мундиры тем временем, продолжали выполнять свою роль волков-санитаров и собак-пастухов, невозмутимо игнорируя грубые нарушения хозяев стада. И вели они себя так скорее из чувства самосохранения, чем из-за отсутствия морали и чувства долга.

Лернор все еще принадлежал к той категории граждан, которая порой тратила в месяц больше, чем зарабатывала, но намеренно продолжал скрывать свое недовольство творившимся вокруг беспределом, время от времени давая на лапу нужным людям.

Все это не потому, что он был особым мазохистом действующего режима. Скорее из-за того, что вся эта несправедливость толкала его к действию, двигала наверх. Наделяла желанием не сдаваться и стремиться к лучшей жизни. Карабкаться, сдирая ногти в кровь. Держаться зубами за то, чего уже достиг. Только бескомпромиссное «вперед и ни шагу назад».

Остановившись на очередном светофоре, Лернор небрежно достал из кармана листок с адресом места предстоящего студенческого веселья. Введя адрес в навигационную систему компьютера, и подключив телефон к видеофону автомобиля, он включил автопилот. Не успел он расслабиться в удобном кресле, как тут же замигал сигнал входящего вызова. Прикосновением полным вселенской лени, он включил изображение.

— Привет! — на экране показалось веселое лицо Малвина.

— Здарова, красавче-г. Внезапно вспомнил про мой день рождения?

— Угадал. — засмеялся Малвин поправляя китель. — Если честно, я про него забыл, но сработало напоминание, которое ты во время нашей последней пьянки вел в мою записную книжку.

— Да. Помню, — насупился Лернор. — Как раз после того, как ты бессовестно сказал мне, что вообще забыл о такой знаменательной дате.

— Эти записные книжки порой могут преподносить приятные сюрпризы, — продолжал улыбаться Малвин.

— Угу. Особенно друзьям их хозяев, — с иронией добавил Лернор.

— Куда едешь? По бабам? — казалось Малвин, просто игнорирует его мрачное состояние.

— Вроде того. Студенческое парти. А ты, собственно, чем занят?

— Да, сижу вот в казарме. Скучаю, вещички складываю. Контракт уже подписан. Через неделю переводят на орбиту, а дальше как получится.

— А как же служба в доблестных силах полиции Мегаполиса? — поинтересовался Лернор. Друзья среди синих мундиров, ему бы однозначно не помешали.

— Она никуда не денется. У города сейчас свои интересы в космосе, вот нас туда и посылают.

— Опа! Интересно у тебя судьба складывается. Орбиту увидишь. Думаю надо встретиться, пообщаться, пивка попить. Завтра как? ты свободен?

— Согласен только на обед в «Престо» за твой счет. — Малвин улыбнулся так, что Лернору захотелось ему врезать для профилактики. — А то вечером я к девушке еду. Ну ты понимаешь. Среди нас, быть тебе третьим лишним.

— Ха! Я всегда был запасным. И если бы не я, то в последний раз одна из наших общих знакомых осталась неудовлетворенной.

— На этот раз я сам справлюсь и без команды поддержки. — Малвин стал серьезным.

— Ладно. Не буду тебя напрягать, — сказал Лернор и игриво всхлипнул. — До завтра!

— Удачи на дороге! — шутливо отдал честь Малвин и отключился.

«Забавно. Даже близкие друзья постепенно забывают обо мне», — подумал Лернор, — «Может пора, завязывать с этим трудоголизмом, пока хоть у кого-то в записных книжках остались напоминания. А то так совсем один останусь.»

Максимально удобно провалившись в кресло, он устало закрыл глаза и включил радио. Звук вечернего эфира новостей наполнил салон и как обычно начался с до омерзения надоевшей рекламы.

В блоке сообщалось об очередном ухудшении погодных условий за пределами Прибалтийского Мегаполиса Вильриллин, об увеличении уровня солнечной радиации в северных землях восточной Европы и новых наводнениях Китайцы снова построили супервместительный колониальный корабль и запихали туда немереное количество своих сородичей. В связи с чередой террористических актов, на перерабатывающих заводах на территории Американской коалиции мегаполисов вновь подскочили цены на топливо. Причем в несколько раз. Не понимают янки, что, пытаясь взять под контроль вооруженные до зубов корпорации добытчиков, они только наживают себе новых врагов и сами напрашиваются на очередные теракты с их стороны.

История человечества не раз показывала, что насильно мил не будешь. Безудержное стремление к тотальному контролю приводила к потере даже того, что уже было в руках.

Если верить тому, чему их учили на уроках истории, когда-то на матушке Земле существовали громадные государства, обладающие большими подконтрольными территориями и разбросанными по ним городами. Амбициозные правители стремились подчинять своему влиянию всех более слабых соседей.

Сначала путем оружия, о чем свидетельствовали многочисленные мировые войны. Затем менее кровопролитным путем политической интеграции. Ярким примером чего служило создание почти два столетия назад Европейского Союза.

Но шло время и зачинщики, сами того не понимая, оказались в созданной ими ловушке. Граждане, союзных государств интегрировались, ассимилировались и смешивались до неузнаваемости. Рабочая сила, бесконтрольно мигрируя с места на место, подрывала все возможные экономические ценности, естественным путем стирая с карты мира не только национальные государства, но и образованные ими союзы.

Рядовой гражданин одной страны, затерявшись в массе себе подобных иностранных коллег, полностью потерял национальный идентитет. Он больше не ощущал, что может влиять на судьбу своей родины, не говоря о том, что вообще перестал понимать, что это такое. Ведь ее понятие незаметно растворилась в образованных из союзов громадных мульти государствах. Потерянное самосознание влияло на развитие политического нигилизма и полной отрешенности. Никто не был в состоянии, да и не хотел решать проблемы всех и сразу. Ведущая в тупик демократическая система полностью потеряла всякий смысл, но и диктат был уже не возможен.

Еще больше мировая ситуация усугубилась, после произошедшей череды техногенных катастроф.

Экологи всего мира окончательно сошлись во мнении, что в скором времени жить на Земле будет невозможно. С каждым годом стихия уносила миллионы новых жизней и наносила непоправимый ущерб мировой экономике. Исчезающими государствами было принято решение об искусственной защите мегаполисов и больших городов. Началось воздвижение энергетических куполов. Только они стали гарантом защиты от солнечной радиации, магнитных бурь и нескончаемых ураганов.

Со временем территории за пределами куполов стали настолько непривлекательными, что забота о них стала большой обузой для стран. Вся административная и политическая власть нового поколения сконцентрировалась в защищенных городах. Случилось то, чего не ожидал никто. Границы перестали охранять, а государства просто исчезли с карты мира. Заброшенные территории за пределами куполов остались предоставленными самим себе и божьей воли…

Кто-то называл это прогрессом — новым шагов в развитии человечества. Полное исчезновения границ, в их понятии было признаком глобального объединения всех наций. Но Лернор, как и многие другие реалисты — выходцы из проклятых земель, думали совершенно иначе.

Да, формальных границ больше не существовало, но появились новые их вариации. Более изощренные и жестокие. Ведь численность населения Земли по-прежнему росла. Благополучные территории, не могли вместить в себя всех желающих. Цена за жизнь в защищенном городе возросла настолько, что многие были просто обречены, остаться за бортом, мирясь с постоянным страхом за свою жизнь и имущество.

Более того, администрация каждого города вводила все новые и новые правила для всех своих жителей. Она с упорной последовательностью старалась избавить подкупольные города от наплыва иммигрантов.

Постепенно стали вырисовываться новые государства закрытого типа или уже известные по античной истории города-государства.

Этот факт больше напоминал не прогресс, а регресс человечества. Возращение к системам, существовавшим еще до времен Римской империи. Коренные жители, заинтересованные в общественном порядке и свободных рабочих местах, больше не желали делить свое жизненное пространство с лимитой. Они интенсивно поддерживали самые жестокие по отношению к мигрантам политические режимы. На отдельно взятых территориях политическое самосознание граждан зарождалось с новой силой. Но в то же время жителей одного города никоем образом не волновала судьба их соседей.

С исчезновением стран исчезло понятие глобального права и законности. Проклятые, ничейные земли стали пристанищем преступников бродяг и тех, кому просто не повезло.

Не защищенные города, заручались поддержкой наемников и добывающих корпораций, стараясь хоть как-то обезопасить быт своих граждан. Но жизнь в постоянном страхе смерти от стихии или шальной пули не могла считаться нормальной. Именно поэтому Лернор и сбежал от нее, стараясь как можно быстрее пробить себе путь наверх.

— Да, куда же ты прешь!? — зарычал он, хватаясь за руль и уводя машину в сторону.

Но избежать лобового столкновения, с выезжающей из переулка желтой машиной удалось, лишь выскочив на встречную полосу.

— Вы нарушили правила, — предупреждающе заверещал компьютер, отключая автопилот.

— Знаю, блин, жестянка долбанная, — продолжал выруливать в потоке Лернор, надеясь что не зацепить не одного несущегося на встречу экипажа.

И вот за спиной взвыла сирена.

— Проклятье! А вот и те, кого мы так горячо любим… Добро пожаловать, блин!

Патрульная машина в буквальном смысле плюхнулась перед ним, перегораживая дорогу всем и заблокировала остальное движение по полосе. Лернор тупо ждал, что будет дальше, радуясь, что при таком лихом приземлении, полицейские не задели его своим бортом. Минуты через две из компактного броневика вышел офицер, и, подойдя к открытому окну БМВ, пробубнил под нос понятную лишь ему одному скороговорку из имени фамилии и звания. Затем, соблюдая все формальности, вяло отдал честь. На этом прелюдия закончилась и дальше намечалось жесткое дорожное порно…

— Нарушаем-с, водитель.

— А кому сейчас легко? — вздохнул Лернор, стараясь как можно непринужденнее просовывать в окошко карточки документов.

Не снимая белых перчаток, полицейский поочередно вставил каждую пластиковую карту водительских прав в разъем мини компьютера встроенного в запястье. Машинка зажужжала и выдала понятный только хозяину сигнал.

— Прошу выйти из машины и пройти со мной.

— Офицер, что-то не так? Может, договоримся на месте?

— Пройдемте, пройдемте. Вы же не хотите, чтобы я вырвал дверь и отволок вас силой, — настаивал полицейский, одновременно предлагая нерадужную перспективу.

Как он собирался выполнить угрозу, Лернор догадаться не смог. Но и проверять не решился. Поэтому через минуту уже направлялся за патрульным к его темно-синему экипажу. Напарник уже ждал и, судя по самой доброжелательной из всех его улыбок, предвкушал наживу.

Лернор, покидая авто, успел печально взглянуть на содержимое своего бумажника. Но так и не нашел там мелких купюр.

«Эти черти, сдачу с взятки мне точно не дадут.» — грустно отметил он про себя и сел в салон полицейской машины.

— Ну что, водитель, ты попал. Штраф в четыреста у.е. и лишение прав на месяц.

— Да не виноват я!

— Ага. Он сам пришел. Знаем, знаем, — буркнул сопроводивший его офицер и принялся составлять протокол.

— Да вы водителя той желтой колымаги в оборот берите! — принялся давить Лернор. — Если бы не он, я бы на встречную не выехал. А так я бы об него всю машину разбил. Это он нарушил правила, выезжая с второстепенной дороги, а не я избегающий аварийной ситуации.

— Не так все просто, водитель. Если бы авария случилась, мы бы его прессовали, а так получается, вы во всем виноваты, раз избегая столкновения, на встречке очутились, — печально развел руками улыбчивый патрульный.

Лернору на секунду показалось, что этот «артист» даже пытается извиниться. Только вот секунда быстро прошла. За окном грустно застучал дождик.



— Интересно получается, — не сдавался нарушитель, — столкнись я с ним, ремонт бы мне стоил не меньше и на машине я бы не смог месяц ездить. А тут и штраф и тот же срок. Где справедливость?

Второй патрульный замолк и задумался, почесывая лысый затылок.

Первый патрульный, оторвался от документов и поучительно поднял указательный палец к потолку.

— Правда, где-то там!

Раздался дикий хохот его товарища.

«А ведь, сволочи, в чем-то правы.» — подумал Лернор и поумерил пыл, — «Все правила дорожного движения не участниками же движения придуманы, а кем-то из невидимых «небесных шишек»».

— …Если бы вы впаялись в того мерзавца, то не были бы виноваты, соответственно лишились бы такой приятной возможности побеседовать с нами, — тем временем продолжил объяснение первый патрульный. — А сейчас мы вам выпишем штраф.

Лернор несколько раз печально смерил взглядом бумажник и улыбку второго патрульного.

— Может, все-таки договоримся?

— Ага… Договоритесь там, где платить будете.

С болью в сердце, Лернор достал последнюю бумажку в двести у.е. и без резких движений положил между патрульными. Меньше купюры в его опустевшем арсенале просто не нашлось.

Полицейские как по команде тут же изменились лицом. Всю спесь будто ветром сдуло, и они робко переглянулись. Недоверчиво пялясь на столь крупную купюру, первым вышел из ступора улыбчивый патрульный.

— Удачной вам дороги, — удивительно вежливым голосом сказал он. С серьезным видом полицейский забрал из рук товарища документы и вернул их владельцу. Вот только к деньгам никто даже не пытался прикоснуться.

«Ага! Мол, мы взяток не берем, а денежку я сам случайно обронил и забыл. Молодцы, сволочи!» — со злостью подумал Лернор, вслух же произнес по слогам:

— Спа-си-бо!

После чего подбросил к одиноко лежавшей купюре две свои новенькие визитки.

— Если понадобится консультация по информационным технологиям. Обращайтесь.

Быстро покинув патрульную машину и оставаясь внешне очень спокойным, парень внутренне рвал и метал. Осадка и грязи в душе осталось немерено;

«Только обратитесь, гады. Тогда уж я на вас отыграюсь!»

Оставив за спиной промозглый вечер, и недовольные выкрики водителей, по его вине застрявших в пробке, Лернор вернулся в теплый салон своего авто. Запустив автопилот, он нервно забарабанил пальцами по приборной доске.

Теперь закрывать глаза ему больше не хотелось. Не потому, что порция адреналина в крови после встречи с дорожной полицией согнала прочь всякую усталость, а по более банальной причине. Попадать в очередную аварийную ситуацию не то что не хотелось, было никак нельзя. На очередную взятку у него просто бы не хватило денег.

Постепенно успокаиваясь, но все еще заметно нервничая, он набрал предпоследний входящий номер.

— Дилина, — начал он, услышав знакомое «Але сквозь гремящую музыку». — У меня плохие новости…

— О! Лерн! — криком весело отозвалась девушка. — Ты, что не приедешь? А мы тут уже почти все в сборе.

— Да еду я. Еду… Только вот не будет у меня финансов, для того чтобы свою часть за аренду помещения внести… Может мне не ехать?

— …А что стряслось? — на фоне орущей музыки пробился чей-то второй голос.

— Погоди Лерн, — музыка тут же исчезла, сменившись звенящей тишиной. Дилина по-видимому зажала трубку рукой. Парень принялся терпеливо считать минуты платного эфирного времени.

— Все в порядке! — вместе со сменившейся музыкой в его ухо, наконец, ворвался голос девушки. — Приезжай. За тебя заплатят. Ты уж с ней, потом сам рассчитаешься. По возможности — натурой. Хи-хи… Давай только быстрее, а то тут все без тебя съедят и выпьют.

— Кто за меня заплатит… — не успел спросить он, весьма обеспокоенный возможностью быть проданным в сексуальное рабство кому-нибудь из бывших сокурсниц типа «крокодил». Но в ответ он услышал только короткие гудки, — …Зашибись!

Стресс не только не отпустил, он добавился новыми непонятными эмоциями. Лернор посмотрел на монитор системы навигации и отметил, что ждать ответа на заданный Дилине вопрос ему осталось недолго. Машина уже находилась не так далеко от пункта назначения.

Постаравшись выкинуть из головы все дурные мысли и настроить себя на праздничный лад, он уставился прямо перед собой и со скукой стал рассматривать задние габариты, идущей впереди машины.

Возможно, он все-таки правильно поступил, согласившись встретиться с бывшими однокурсниками. Как никак это была их последняя вечеринка и, возможно, покинув родной университет, они больше никогда не соберутся вместе. Да и в принципе, ему сейчас было все равно с кем праздновать свой день рождения. А если учесть то, что не пойдя он на этот праздник, второй юбилей он вообще не отпразднует, то выбирать особо оставалось не из чего. А тут еще и жрать захотелось страшно… Урча и сжимаясь к комок, желудок настойчиво напомнил о том, что дома его ждет лишь пустой холодильник… Как не крути, все сводилось к тому, что назад дороги уже не было.

Лернор вздохнул, в раз вспоминая все то, что могло быть хоть как-то связано с приемом пищи. И это ВСЕ, по-прежнему, безнадежно отсутствовало в хозяйстве его холостяцкой берлоги.

— Эх, парень, пора тебе завести кого-нибудь. Не умеешь ты сам за собой присматривать. Даже стол и то до сих пор себе не купил…

БМВ сошел с основной трассы и двинулся по темным мокрым переулкам, постепенно приближаясь к границам мегаполиса. То тут, то там под колеса бросались стайки обезумивших от света фар крыс.

«Место, Дилина действительно выбрала дешевое и сердитое.» — Парень взглянул на часы и горько улыбнулся.

День подходил к концу, а с ним и его маленький но личный праздник. Поворот. Зловонная лужа размером с море. Еще поворот. Разбитый фонарь. И вот она стоянка. За последние три минуты маневров по злачным улицам волна пессимистичного настроения опять почти овладела им, но тут компьютер, которому было просто не свойственно понимать настроение хозяина, радостно оповестил о прибытии на место. Сопровождавший его легкий дождь закончился по расписанию.

Лернор остановил машину и посидев еще с минуту произнес, подбадривая сам себя:

— Ну, что? Нас ждут великие дела!

Покинув авто, он ослабил галстук и одернул помятый деловой костюм. Оставив деловую удавку болтаться во фривольном исполнении, Лернор твердым шагом двинулся к серому мрачного вида помещению. Музыка и шум творившегося там веселья, доносилась эхом аж с соседних улиц. На вместительной стоянке, освещенной светом желтых прожекторов, плотными рядами стояли припаркованные машины его бывших сокурсников и сокурсниц. Дорогие авто и аэрокары, подаренные их состоятельными родителями. Элементы роскоши словно бросали вызов друг другу яркими цветами и вычурностью дизайна.

Лернор недовольно скривился. Он всегда болезненно реагировал на любые шикарные вещи своих знакомых и всегда успокаивал себя лишь одним аргументом. Владельцы таких игрушек не сами зарабатывали себе на жизнь и самовыражение. Не говоря уж про пафосную роскошь. Поэтому ни в какое сравнение не могли идти с ним и другими трудягами, пробивавшими туннель жизни будто шахтеры. С киркой да сквозь гранитный шлейф.

И естественно он больше уважал, беднягу Арни, который добрался на вечеринку на своем доме на колесах, нежели симпатягу Романа — сына довольно известного преуспевающего банкира. Этот шалапай как обычно криво припарковал свой воздухоплавающий серебристый Лексус.

«Буржуй. Да еще и сел задом аж два места.»

Хоть женская часть университетской молодежи и не разделяла точку зрения Лернора, ему было на них откровенно наплевать.

На входе с полными вселенской грусти глазами, его встретил Михан. Одиноко смоля сигарилой во мгле, он молчаливо пожал Лернору руку.

— Ты что, тут один тусуешься? Где остальные любители затянуться?

Только сейчас он заметил, что его приятель героически подпирая стену, еле стоит на ногах.

— Я…это…ммм, — начал Михан. — Да ну их нафиг! Ромка, падла, опять к Моей пристает, а она даже не пытается сопротивляться.

— Ладно, бросай портить здоровье. Идем разбираться.

Михан, грустно посмотрел на сигарету и затушил ее о стену. Затем поправил очки и неуверенным шагом последовал за Лернором.

В полумраке затуманенного сигаретным дымом помещения, вдоль длинных деревянных столов, заставленных выпивкой и разнообразными на скорую руку наструганными салатами, расположились галдящие экс-студенты университета администрации и управления.

На расположенной в конце зала танцплощадке, в такт разноцветно мерцающим огням и под яростный аккомпанемент гремящей музыки, хаотично размахивая конечностями, дрыгалось с десяток силуэтов.

— О! Какие люди и без охраны! — взревел, бредущий в сопровождении двух девиц Ромка. Своим полупьяным ревом ему даже удалось на секунду заглушить не более адекватную музыку.

— Мне пока нечего охранять, — усмехнулся Лернор, обнимаясь с повесой и ловеласом. — Оставь подруг, идем, поговорим.

— А что случилось?

— Идем. Все узнаешь.

Он подмигнул, робко стоявшему в стороне Михану, и, поддерживая не способного нормально передвигаться без посторонней помощи Романа, стал выводить его наверх.

— Ром, тебе, что девушек мало?

— А что их бывает много? — удивился парень. — В чем сссобббссстно проблема? Ты на кого-то глаз положил? Если это так, то скажи, я ее трогать не буду.

— Тогда, будь другом, отвали от Ким.

— Ты серьезно? Она же страшная. Что ты в ней нашел?

— Мне больше интересно, что ты в ней нашел, — улыбнулся Лернор, — с твоими деньгами надо заниматься обработкой компании пташек посолиднее.

— Да ну их в задницу. Я с девушками их уровня как-то неуютно себя чувствую. Ведь им деньги не нужны. Своих достаточно. Соответственно и преимущества никакого. Вот поэтому с теми, что попроще я и ощущаю себя в своей тарелке. А Ким, кстати, сама напилась и стала кадриться. Но если ты просишь, то пошлю ее к тебе.

— Нееее. Ты что? Ко мне не надо! Ты ее к Михану шли.

— К этому уроду? — нахмурился Ромка. — Ты, что ради него стараешься?

— Дружище, да пойми ты. Пусть подобное тасуется с подобным. Каждой твари по паре, — подмигнул Лернор для пущего убеждения, тем, в чем не был уверен сам.

— Оставь ты ее… Ведь репутацию себе подпортишь.

— Ладно, может ты и прав… Хотя. — Роман как будто пытался думать, — …Ты чаще всего в этих делах правым и оказываешься. Ок. Идем, лучше угощу тебя чем-нибудь.

Он часто закивал, и в миг позабыв обо всех, потащил Лернора за собой.

Вновь очутившись в полумраке прокуренного помещения, они направились к свободному столику. На первый взгляд, на нем еще оставалось достаточно еды, чтобы удовлетворить аппетит двух здоровых мужчин. Это незначительное наблюдение особенно порадовало Лернора. Наконец-то он сможет спокойно поесть, но ровно через секунду он понял, что о спокойствии подумать явно поспешил.

— Лерн! — из мрака на него неожиданно накинулась Дилина и, обвив шею руками, закачалась из стороны в сторону. — Привет! Тебя, чтобы на общий праздник выманить, это талант надо иметь. Постоянно занят. Постоянно не дозвонится…

— Здравствуй еще раз… — смущенно заулыбался Лернор и аккуратно снял с себя руки уже изрядно выпившей девушки. Ее глаза блестели нездоровым блеском, а улыбка была уж через чур широкой и искренней.

Ромка, не ожидавший такого «нападения» из мрака, несколько оторопел, но не растерялся. Он тут же достал из-под стола третий бокал, и с легким звоном добавил его к двум другим, уже красовавшимся перед ним. После чего лихо и виртуозно наполнил все пустые емкости до краев.

— С днем рождения! — прокричала Дилина Лернору прямо в ухо, и выдернула из царившей дымки, растерянную и немного возмущенную такими резкими манипуляциями Джулиану. — А вот и твой подарок!

— Ди, ты что?! — воскликнула девушка и округлила глаза, удивленно смотря на подругу. — Упилась совсем! Соображаешь что говоришь?

Ромка, застыл с четвертым бокалом в руках. Следя за дальнейшим развитием событий, он не решался ставить его на стол или нет. Неожиданного появления Джулианы в их компании он явно не ожидал. Она была девушкой того типа, который он старался обходить стороной.

— Спасибо, конечно. Но куда ж я дену такой большой и красивый подарок? — поддержал Дилину Лернор, но тут же, не стесняясь, принялся нескромно разглядывать Джулиану. Она была прекрасна как всегда — правильный овал лица, озорной и слегка курносый носик, шикарные длинные волосы, сводящие сума формы и ноги… что за ноги. По телу пробежали мурашки. В сумраке помещения, идеальная фигура Джулианы, порождала в его сознании череду разнообразных непристойностей и еще с десяток полнометражных плотских фантазий.

Лернору и Джулиане довелось пересечься на курсе. Порой даже несколько забываясь в обоюдном флирте, но к сожалению или к счастью (с чем до сих пор не мог определиться Лернор), дело никогда дальше не заходило. У нее был постоянный ухажер, а у него просто не хватало времени, а порой и желания связываться с девушкой из той прослойки общества, которая была ему просто недоступна. Исходя чисто из материальных соображений, он не желал связывать свою судьбу с той, чьи запросы и потребности просто не смог бы удовлетворить. Другими словами, постоянно задаваясь вопросом — «а какая в таких обстоятельствах может быть любовь?», он подавлял в себе любое желание…

— Что, что? — прервав ео размышления, хихикнула Дилина. Она все так же продолжала пьяно улыбаться — Лерн, не тупи! Ты что не знаешь, как обычно поступают с подарками? Их распаковывают!

Уловив смысл шутки, Ромка рассмеялся так, что постепенно съехал под стол, при этом обильно облившись вином прямо из бутылки. Ему так и не удалось наполнить четвертый бокал до конца.

Джулиану, как оказалось, судя по улыбке, игра тоже стала забавлять. Отчетливо понимая, что развеселившуюся подружку будет уже не так-то просто унять, она решила поддержать процесс «дарения подарка».

Смело подойдя к Лернору, она нежно обвила его шею руками. Вплотную прижимаясь к парню горячим телом, девушка ясно ощутила необходимую реакцию мужского организма на приближение столь лакомого «кусочка». Играючи, она тут же удивленно приподняла бровь и хитро улыбаясь, стала смотреть прямо в глаза. От неожиданности, в мгновение ока, утонув в необычайной голубизне ее очей, Лернор потерял дар речи. Открыв рот, он еще хотел было что-то сказать, но все мысли за секунду вылетели из его головы вместе с самоконтролем. После чего парень уже рефлекторно сомкнул свои ладони на ее очаровательной попке.

— Дорогой, разве не о таком подарке ты мечтал все свои двадцать лет?

Ощущение отсутствия какой-либо логики в происходящем, наконец, вернуло Лернора из-под небес на землю. Он осознал, что если этому безобидному флирту дать ход, то за себя он не сможет больше ручаться. Потеря головы и влюбленность ожидали его как наименьшее зло в конце этой ночи… Но и обрывать сладострастное «действо», ему не хотелось. С учетом того, что совершенно не ясно когда они с Джулианой еще раз «вот так вот» пересекутся, его измученная душа взмолилась, чтобы расчетливый разум покинул возбужденное тело. И когда сознание, наконец, сдалось, единственное, что осталось беспокоить его, было то, что у Джулианы все еще имелся весьма достойный ухажер.

— А как же… — начал было Лернор, почти растаяв в ее объятьях. Растерявшись, он никак не мог подобрать слов, чтобы поделиться своим беспокойством. Волны приятных мурашек уже успели достигнуть кончика носа и в порыве нежности, ему безумно хотелось почесать его о нос девушки…

— Не спрашивай. Сегодня я действительно хочу быть только твоим подарком, — тихо прошептала она, видимо понимая, о чем он хотел спросить.

— Друзья, давайте пить в конце то концов, — призвал бывших однокурсников Роман. Подойдя с двумя бокалами к увлеченной друг другом парочке, он не нашел у них отклика на его инициативу, и после некоторого молчаливого замешательства с расстройством глотнул из одного, протягивая второй Дилине.

— Раз уж у Лерна сегодня день рождение, то за его здоровье! Ну, и, конечно же, за такой…эм… обольстительный подарок! Везет тебе, старина…

Виновник маленького торжества, бросил косой взгляд на Ромку и прежде тот успел отвернуться, заметил блеск зависти в его глазах. У Лернора не было столько денег, сколько у этого местного толстосума, но финансовый недостаток он с лихвой компенсировал, посещавшим его время от времени везением. Он был просто счастлив от того, что этого оказывалось вполне достаточно, для разжигания зависти и развития уважения к нему даже в таких людях как Роман.

— Спасибо, спасибо, — поблагодарил Лернор, и стал пятиться к столу, увлекая Джулиану за собой. — Раз такое дело, давайте уж поедим, в конце-то концов. Жрать хочу нереально!

— Окей. Мы вам мешать не будем, — оживилась Дилина, — можете поворковать за трапезой, а мы с Ромкой валим на танцпол. Танцульки танцевать.

Осушив залпом свой бокал, она схватила руку новой пассии и пока тот не успел ничего возразить, пробираясь между столами, потянула его в сторону источника гремевшей музыки.

— Так, что же все-таки вдруг так резко изменилось в твоем отношении ко мне? — немного погодя поинтересовался Лернор, когда Джулиана устроилась у него на коленях.

— Это сложно, Лерн…

— Но все же? Ничего просто так не бывает.

— Мы с Эрни расстались, — вздохнула она. — И, честно признаться, я об этом не жалею.

— О как! И что? Совсем и насовсем? — продолжал любопытствовать Лернор, пытаясь определить для себя степень серьезности своего «подарка».

— Да. Неделю назад. Окончательно и бесповоротно.

— Печально. А с чего это вдруг?

— Лерн, не доставай вопросами. У женщин тоже бывают свои секреты. А ты со своим извечным желанием все знать, порой можешь вывести кого угодно. Думаю, того, что я тебе сказала, вполне достаточно. Хватит и факта, что я к нему уже не вернусь.

— Ладно, — сдался Лернор, прекрасно осознавая свой недостаток. — Давай выпьем… Так сказать за жизнь по новой… или за новую жизнь что-ли…

— Никак иначе. Только за новую… — поддержала девушка и поднесла бокал к губам.

— Знаешь, а ведь ты мне всегда нравилась, — задумчиво протянул Лернор, жуя бутерброд. С самого начала. Но не в моих принципах было кому-то третьему дорогу перебегать.

— Удивил и насмешил… Ты думаешь, я этого не знала? — улыбнулась Джулиана, разгрызая орех. — К тому же, в любом случае моя «занятость» не мешала тебе со мной в открытую флиртовать.

— Нуу… я порой просто не мог сдержать любви своей прекрасные порывы… — усмехнулся Лернор, придаваясь воспоминаниям.

Девушка не заметила его фразы и продолжила.

— Ты мне тоже был интересен, но как сам наверно понял, верность я уважала больше, нежели случайные связи.

— Нифига себе! Случайные, — наиграно возмутился Лернор.

— Ай, иди ты! Если к словам будешь придираться, все подарки на сегодня закончатся. Кстати, ты в курсе, что мы из-за тебя с моей подругой поспорили?

— Когда это? — заинтересовался парень, накладывая себе в тарелку салат.

— Да недавно. Ты вероятно знаком с Жанной?

— Уу-у… — отрицательно покачал головой он, без особой заинтересованности углубившись в поглощение содержимого тарелки.

— Дилина, даже аукцион устроила, когда узнала, что у тебя не будет чем заплатить.

— Ха…кх — Лернор чуть не подавился от смеха. — Не перестаю удивляться предпринимательским способностям нашей старосты.

— Не смейся! Я вполне серьезно. Мы в такой азарт вошли, что даже не пробуй спрашивать сумм, в которые тебя оценили…

— Джули, а тебя не смущает, то, что у меня за душой ни гроша? Разве ты себе такую пассию искала? — Внезапно сменил тему разговора Лернор. — Мне порой даже себя прокормить трудов стоит. Или я на время, пока ты себе что-нибудь поинтереснее не найдешь?

— Знаешь, Лерн. Ведь я могу и обидится. Взрослая девочка как я, хоть и мыслит рационально, но все равно еще по большей части живет эмоциями. — Джулиана стала не на шутку серьезной. — Ты же сам знаешь, твои финансы мне не нужны. Если ты и привлекаешь меня, то только как личность и то что у тебя в голове, а не в кармане. Но если и дальше будешь продолжать думать о подобной фигне, как сейчас ляпнул, то действительно так и сделаю.

«Эх, знала бы ты, что у меня в голове» — подумал про себя Лернор и вздохнул. Помолчал немного и чуть слышно добавил.

— Да, да. Знаем. Лишь бы человек был хороший. Сомневаюсь, что когда-нибудь, смогу почувствовать себя рядом с тобой полноценно…

— Лерн, не порть вечер своим занудством, а? — слух у Джулианы оказался лучше чем он предполагал. — Ты мне всегда нравился, хотя у меня и был Эрни… Или может я тебя уже чем-то не устраиваю?

Парень оторвался от трапезы и, стиснув девушку в объятьях, неожиданно поцеловал. Не смотря на возникшее недопонимание, Джулиана ответила даже страстнее, чем предполагал Лернор. Она будто весь вечер только и ждала инициативы с его стороны. В момент, когда их губы слились воедино, парню показалось что вся Земля разом ушла у него из-под ног, и гремящая вечеринка, будто растворилась в облаке дурманящих локонов Джулианы.


Весь вечер они не могли оторваться друг друга, совершенно не замечая, направленные на них со всех сторон заинтересованные, а порой даже удивленные взгляды общих знакомых.

Танцы до упаду. Спиртное, льющиеся рекой. Предусмотрительные организаторы, как обычно закупили его втрое больше чем закуски, и поэтому после второго часа ночи, из еды уже ничего не осталось. Хотя, это неприятное явление уже мало кого могло волновать. Упившись до поросячьего визга, народ постепенно расползался по домам, либо, не доползая до выхода, просто засыпал на мягких подушках пуфиков и диванов. А те, кто еще был в состоянии двигаться, разряжались в ноль на задних сиденьях припаркованных автомобилей.

От усталости и алкоголя Лернор тоже с трудом стоял на ногах. Дурман в голове, приятно до чертиков дезориентировал его в пространстве. Единственное, что он еще четко видел, были прелести его активной подруги. У нее, как оказалось, запас энергии был буквально неисчерпаем. Валясь с ног, он все чаще старался прилечь на ближайшее свободное мягкое место, намеренно увлекая за собой Джулиану. Но девушка, будто задавшись целью измотать своего друга до бессознательного состояния, упорно заставляла его танцевать.

Но, даже не смотря на усталость, похотливые желания Лернора, росли пропорционально градусам растворенного в крови алкоголя. Соревнуясь в пошлостях, они уже не замечали что творили, все жарче разжигая желание, ненасытно набросится друг на друга. Наконец, Джулиана не выдержала. И схватив Лернора за руку, насколько было возможно быстро, потащила объект своей страсти прочь от места затухающего веселья.

Смеясь и спотыкаясь о немногочисленные ступеньки, они выползли на стоянку. Продолжая обмениваться горячими поцелуями и недвусмысленными поглаживаниями, парочка незаметно для себя ввалились в аэрокар Джулианы. Как только створки дверей автоматически блокировались за спиной, а предусмотрительно включенный автопилот поднял машину в ночное небо, они в полную меру дали волю бушующей страсти. Джулиана набросилась на Лернора, практически срывая с него одежду. Теперь она могла позволить себе все, что только могли позволить габариты салона ее машины. Все то, что не было принято в особо людных местах…

Руки сами скользили по изящным изгибам тела девушки и касались самых желанных и запретных мест. Любовь без границ и безудержная желание наполнили аэрокар… Так заунывно начавшийся день, с блеском заканчивался самым ярчайшим вечером за все последние двадцать лет…

Свое необыкновенное воздушное путешествие Лернор запомнил слабо. Единственное, что осталось в его затуманенном алкоголем мозгу, было непонятным жгучим страстным и совершенно не поддающимся описанию. И, естественно он не мог не радоваться этому, когда очнулся лишь глубоким утром следующего дня.

Солнце яркими лучами проникало сквозь шторы широкого как вся стена окна. Спальня Джулианы оказалась непривычно огромной, но приятной. Только сейчас, Лернора, заинтересовало куда он попал. Голова была ясна как хрусталь, и поэтому он без труда огляделся, удивляясь просторам кровати под ним. Траходромчик, на который они зашли на посадку, был просто создан для этого дела. Скользя взглядом по прилегающим окрестностям, Лернор отметил необычайную высоту потолков и гламурность дорогой мебели. Известные всем в мегаполисе признаки безбедной и сытой жизни, будто кричали роскошью из каждого обозримого угла спальни. Огромное зеркало в углу и нескончаемые ряды дорогой косметики, навели Лернора на мысль, что на покупку такого дамского арсенала ему бы пришлось работать несколько, а то и более лет. Такое безобидно-уютное гнездышко Джулианы, буквально за секунды спустило его с небес первоначального восторга в невеселые думы о собственной ничтожности.

Лернор почувствовал себя не в своей тарелке. Хорошее настроение, стало сводиться на нет, но вдруг что-то переключилось, и он вновь просиял. Ведь именно к такой жизни он постоянно стремился. Вот она! Прямо перед ним. А девушка рядом как никак его новая пара. Поэтому, пора было начинать привыкать к роскоши и относится к шику как к повседневной норме.

Чтобы строить будущие отношения с дорогой девушкой, надо срочно ломать свои стереотипы и учится держать себя в руках, не удивляюсь ничему безумно дорогому и новому.

Парень, скользнул по бархатной простыне и выбрался из-под одеяла на край кровати. Брошенные неподалеку брюки, пиджак и рубашку он нашел на полу. Даже не пытаясь вспомнить, в каком виде они добирались после аэрокара в постель, Лернор стал тешить себя надеждой, что их оголенное безобразие никто толком не заметил. Поверх кучи из одежды небрежно валялись наручные часы и мобильный телефон. Где-то на столе и под ножками стула эротично покоилось нижнее белье Джулианы.

Перевернув циферблат, он с ужасом осознал, что утро давно превратилось в полдень, а рабочий день перешел в фазу своего завершения.

На телефоне маячил пропущенный вызов. Лернор суетливо стал нажимать на кнопки. Часа два назад звонил Катр. А просто так, этот лентяй ему никогда не звонил. Надо было срочно выяснять, что к чему да почему, но Лернор никак не мог решиться набрать номер. Будить Джулиану своей деловой болтовней ему совсем не хотелось. Долгий сон — как никак залог красоты. А он хотел, чтобы она всегда была прекрасна.

Не замечая его возни, девушка продолжала беззаботно спать. Даже сползнувшая с обнаженных плеч простыня, не потревожила ее сон. Уткнувшись в подушку, эта кошечка, продолжала сладко посапывать и представляла собой самое нежное и беззащитное существо на Земле. Улыбнувшись такой красоте, Лернор попытался накрыть ее одеялом, но Джули вздрогнула. Сон был потревожен. И посмотрев на него сонным взглядом, она спросила хрипловатым голосом.

— Ты уже проснулся, зайчишка?

— Ага. Кажется, мы с тобой уже проспали все что можно и нельзя. Кстати, а твои предки не могут случаем вернуться в ближайшее время? — высказал он свое беспокойство и, прихватив мобильник, вернулся на нагретое место подле подруги.

— Да, нет. Успокойся. Я одна здесь живу, — отозвалась Джулиана, забираясь к нему под мышку и кладя голову на грудь. — Отец купил мне эту квартиру совсем недавно, но зато теперь я вполне независима. Давай еще поспим, а?

— Я бы с радостью, сладкая, вот только дел масса и отложить их… Постой. Сейчас хотя бы позвоню, узнаю, что да как.

Девушка, ничего не сказала и, тяжело вздохнув, положила свою ладонь чуть ниже его пупка. Стараясь не обращать внимания на нежные прикосновения, Лернор стал как можно быстрее набирать Карту.

— Слушаю, Шеф, — отозвался бодрый голос помощника. — Сегодня сам решил загулять?

— Не паясничай, — прохрипел Лернор в ответ. Затем откашлялся и более уверенным голосом продолжил. — Рассказывай. Чего звонил? Чего надо было? И как все прошло?

— Все прошло замечательно, только эти ребята совсем мне не понравились. Я когда к ним в офис шел, меня раз пять проверяли и обыскивали. Такие жесткие проверки наверно только на въезде в город и то думаю не настолько.

— Диск передал? — забеспокоился Лернор.

— Да. Все передал. Установил. Все работает.

— Тебя самого просили устанавливать?

— Я сам удивился, но все сделал без сучка и задоринки. А что-то не так?

— А ты как программу устанавливал. Стандартно как для конечного пользователя по автозапуску или в обход пошел?

— Не помню, блин. А это важно? Какая разница? И так и так запуская, результат один и тот же.

— Не совсем… — забеспокоился Лернор. — Ладно не парься. Все наши на работе?

— Угу. Фита мне сегодня обед проспорила… Так что, в целом, все весело проводим время и ждем твоего нескорого возвращения.

— Устрою я вам нескорое. Иди отчет пиши о работе проделанной! Если не будет к вечеру на моем столе, отправлю объяснительную писать. Конец связи.

Лернор запустил телефон обратно на пиджак.

Ласки Джулианы по-прежнему не находили ответа. Парня терзали смутные сомнения. Если Катр запустил программу не так, как он планировал, то планы с запуском программы-червя и перекачивании всей информации из внутренних сетей клиента могли сойти на нет.

«Ех, спасение утопающих — дело рук самих утопающих»

— Джули, у тебя есть отсюда выход в глобальную сеть? — поинтересовался Лернор, по-видимому, убив своим вопросом всю нежность в девушке. Ее рука остановилась, а сопение превратилось в обычное дыхание.

— Да. А что? Проблемы на работе?

— Почти. Просто надо кое-что проверить. Это не займет много времени. А потом сможем поспать еще пол часика.

— Терминал встроен в зеркало. Клавиатура под ящиком с косметикой, — девушка махнула в сторону своей сокровищницы.

Лернор, как можно аккуратнее освободился из ее объятий и голым пошлепал к терминалу. Запустив его привычным для специалиста жестом, он быстро вошел в сеть.

Оставшись в одиночестве, Джулиана какое-то время наблюдала за этим обнаженным программистом, но затем тоже решила без дела не валяться. Вдоволь налюбовавшись избранником, застывшим, словно коршун над клавиатурой, она весело хихикнула и, завернувшись в простыню, резво вскочила на ноги. Совершив несколько прыжков по кровати, девушка мгновенно очутилась на полу и шустро зашлепала босиком в сторону кухни. Заказав из ресторана двойной завтрак, она незаметно скрылась в ванной комнате.

Лернор в это время, переходя с сервера на сервер, судорожно вводил команды и пароли. Наконец, в бездонной информационной сети он нащупал свою программу-червь. Как парень и подозревал, команда запуска была не произведена и программа находилась в спящем режиме, но все же периодически посылала сигналы-запросы из закрытой и хорошо охраняемой внутренней сети компании-клиента в глобальную паутину. Ее направленные маяки, появлялись лишь через определенный интервал времени, поэтому, поймав один из них Лернор был рад быстро улыбнувшийся удаче. Удерживая сигнал какое-то время, Лернор ввел все необходимые пароли запуска и незаметно отпустил «червь» в свободное бурение.

Все. Теперь программа сделает сама то, что от нее требуется и, собрав перехваченные данные из внутренних сетей компании, а так же всех сетей резидентов, автоматически перешлет их в безопасное место.

Дело сделано. Осталось только ждать результатов. Нечестная гарантия заключения контракта с его конторой была у него в кармане. Этот контракт, мог стать последним и перспективным, обеспечивая ему безбедную жизнь и старость с новой подругой. Он уже начинал ловить себя на мысли, как будет тратить еще не заработанные деньги и ударится в праздное безделье.

Довольно потирая руки, Лернор встал и последовал вслед за Джулианой в ванную комнату. Тихо приоткрыв дверь и надеясь, что это будет незаметно, он скользнул вовнутрь, но тут же был встречен объятьями обожаемой подруги. Повиснув на шее, Джулиана потащила его за собой. Рассмеявшись, Лернор не стал сопротивляться и, поднимая фонтаны брызг, упал с девушкой прямо в просторную ванну. В результате водные процедуры внепланово затянулись, а прибывший на внутреннем лифте завтрак безнадежно остыл…

Прошел час. Умытые и довольные, парень и девушка с жадностью навалились на холодный, но вкусный завтрак. Наполненные ощущением приятной усталости после любовных утех, они уничтожали его в полном молчании. После трапезы каждый занялся привидением себя в порядок. Даже здесь они идеально дополнили друг друга, сопроводив процесс одевания дружной помощью в застегивании и завязывании.

— Ты меня подбросишь до моей машины? — спросил Лернор, любуясь на свой оригинально завязанный Джулианой галстук.

— Без проблем, — отозвалась Джулиана, расчесывая пряди своих длинных и шелковистых волос. — Ты потом на работу?

Лернор посмотрел на часы.

— Ну, если прямо сейчас полетим, то к концу рабочего дня, думаю, еще успею.

— Вечером заскочишь?

— Обязательно заеду.

— А может, ко мне и жить сразу переберешься? — поинтересовалась девушка, видимо, пытаясь ускорить процесс их сближения.

— Ты шутишь что ли? Ведь мне от моей берлоги до работы ближе всего добираться, — улыбнулся Лернор. — Но предложение рассмотрю.

Девушка, наигранно обидевшись, сморщила носик.

— Ладно, ладно… Если будешь себя хорошо вести, то переберусь.

— Ишь, какой шустрый! — толкнула его Джулиана. — Я пошутила. Давай вали отсюда. У меня сегодня тоже куча дел. А с таким капушей как ты, я точно никуда не успею!

— Что?! Кто бы говорил… — понимая что Джулиана далеко не романтическая дурочка, как он было подумал минуту назад, Лернор сделал попытку возразить, но был быстро вытолкнут за дверь.

Вскоре аэрокар Джулианы несся над деловой частью мегаполиса. В салоне со вчерашнего вечера все еще пахло перегаром и сексом. Бросая смущенные взгляды на Лернора, улыбаясь до ушей и задорно хихикая, девушка периодически щелкала тумблером вентиляции воздуха, но въевшийся за ночь запах никуда не исчезал.

Лернору очень редко доводилось путешествовать воздушным транспортом, поэтому, совершенно не обращая внимания на манипуляции подруги, он с интересом следил за мелькающими под ними пейзажами.

Бизнес район Вильнариллина плотно застроенный высокими стеклянными небоскребами, был целиком отведен под офисы. Строения так плотно жались друг к другу, что порой среди них с трудом можно было различить нижние ярусы улиц. То тут, то там мелькали висячие сады и обширные зеленые парки, шикарными фасадами расположенные прямо на крышах серых небоскребов. Своей красотой центр мегаполиса мог поразить кого угодно. Не говоря о том, какое это было зрелище с высоты птичьего полета чистым солнечным утром.

Оглашая салон недовольным фырканьем, Джулиана вела аэрокар на ручном управлении. Лернор не сомневался, что девушка скорее предпочла бы прижаться к нему, нежели играть роль пилота. Но так случилось, что с момента вчерашней бурной любви в салоне, их автопилот отправился в глубокую кому. Кто же мог предположить, что в порыве страсти одним неловким движением ноги можно легко сбросить всю память бортового компьютера. Эта, вероятно единственная утренняя неприятность, в очередной раз напоминала хозяевам о том, что машины создаются не для того, чтобы в них бесшабашно трахаться.

Напряженно вращая штурвал из стороны в сторону, Джулиана сосредоточенно следила за интенсивным движением на воздушной трассе, время от времени отпуская в адрес неопытных участников движения отрывистые по мужски жесткие ругательства. Данные индивидуумы, теряясь от страха в потоке несущихся на предельных скоростях аэрокаров, то тут, то там создавали воздушные пробки. А подобные, пусть и ненамеренные выходки даже на опытного водителя действовали по меньшей мере раздражительно.

Лернор сам ничего не понимал в воздухоплавание и поэтому молчал, дабы еще больше не раздражать Джулиану. В такой несколько напряженной атмосфере, только льющиеся из динамиков звуки популярных мелодий радиостанции могли достойно разрядить атмосферу. Но и они были беспардонно прерваны, внезапно начавшимся блоком новостей. Он то и привлек внимание Лернора, отрывая его от созерцания красот города. Выслушав их до конца и загоревшись желанием немедленно обсудить услышанное, парень решил таки нарушить молчание.

— Джули, что ты думаешь, почему ученые потерпели крах, пытаясь клонировать человека?

— Не знаю, Лерн. Может все дело в душе? Ее же нельзя клонировать, — откликнулась девушка свежей мыслью, продолжая и дальше сосредоточенно вести машину.

— Интересная мысль, — оживился Лернор. — Но вот что интересно, ведь ее существование даже не доказано.

— А как же религия? — возразила Джулиана. — Вся основа религии основана на спасении души. Там хоть доказательств и нет, но все верят в существование некой бестелесной субстанции, обладающей бессмертием.

— Религия говоришь? Да это основа основ всех раздоров в мире. Больше наверно вред чем польза, — отмахнулся рукой Лернор. — Если быть совсем дотошным, то Бог или так называемый «высший разум» один на всех. И никаких посредников быть не может. А сколько у нас «единственно правильных» верований? Сколько этих самых посредников в виде церквей и мечетей? А сколько ссор и воин на этой почве?

— Лерн, не хочу я с тобой спорить на эту тему, — резко прервала его Джулиана. — Мы начали обсуждать неудачу ученых при клонировании человека, а ты в итоге устраиваешь тотальный наезд на религию и несущих ее посредников. Если не хочешь ссоры на религиозной почве, то советую быстро сменить тему. А то прямо тут высажу.

— Ты что верующая, раз так реагируешь? — удивился парень.

— Представь себе, — рубанула в ответ Джулиана, изо всех сил стараясь скрыть раздражение. — Мне этих козлов на дороге сейчас хватает. Поэтому, Зая, если не хочешь, чтобы у тебя выросли рога и ты начал жевать капусту, то помолчи сейчас, пожалуйста. Или уж скажи что-нибудь приятное…

— Ладно, любовь моя, буду нем как рыб… или как заяц, короче, — буркнул в ответ Лерн, не совсем довольный тем, что тема для дискуссии оказалась столь неудачной.

Он и сам был верующим человеком, но вот посредников как в бизнесе так и в религии не признавал. И если бы в этот момент не зазвонил телефон, то он продолжил бы дуться дальше, а это могло вылиться в первую серьезную ссору с Джулианой.

— Салют! Ты где? — протрубил на ухо Малвин.

— А что? — не совсем понял смысл вопроса Лернор.

— Да я задолбался тебя ждать! Ты что забыл, о том, что на обед меня звал?

— Блин, — парень стукнул себя свободной ладонью по лбу. — Совсем из башки вылетело. Вчера такое было. Думаю, ты меня поймешь…

— Нифига не понимаю, — хмыкнул в трубку Малвин. — Зачем договариваться, если все равно приезжать не собирался. И после таких вот выходок, ты хочешь, чтобы про тебя твои друзья не забывали.

— Ладно, ладно. Не горячись.

— Я не горячусь. Только, мог бы и позвонить. Предупредить, что планы изменились, — продолжал ворчать Малвин.

— Мы на месте, — сообщила Джулиана, наклонившись к свободному уху Лернора. Машина уже плавно заходила на посадку.

— С кем ты там? На кого единственного друга променял? — заинтересовался приятель, наиграно хныкая.

— Это то, что вчера и было, — усмехнулся Лернор, решая не открывать всего секрета сразу.

— Судя по приятному тембру голоса, она того стоит, — засмеялся Малвин.

— Слушай, а вечером совсем никак? Может, все-таки встретимся? — попытался восстановить баланс дружелюбия Лернор.

— Нет. Я же сказал тебе вчера. Мой вечер уже подарен одной красавице.

— Хорошо. Раз так, то я тебе еще на неделе позвоню. Ты ведь еще не улетаешь?

— Угу. Всю неделю я еще тут, но не обещаю, что буду свободен. Одним словом, теперь сам звони. — успокоился Малвин, но недовольство в его голосе еще осталось.

— Пока. — Лернор сам прервал связь, в момент посадки аэрокара. Дожидаться пока это сделает обиженный приятель, как-то не очень хотелось.

Стоянка у здания уже опустела. Все выпускники успели проснуться, протрезветь и разъехаться своим ходом. Ничто не напоминало, о том, что вчера вечером здесь просто не было места, чтобы приткнуть свое транспортное средство.

Одиноко лежавшие пустые бутылки говорили о некоторых личностях, успевших таки перенести часть праздника на улицу. Тут же уныло лежавшие на мостовой использованные презервативы, замечать было не только непривычно, но и неприлично. Прогрессивной молодежи давно пора было пользоваться современной контрацепцией, но приверженцы активной любви с кем попало, продолжали по старинке протирать резинку за резинкой…

Не глуша двигатель, девушка с интересом следила за своим спутником. По выражению лица было видно, что она до сих пор пытается отгадать, кто же ему звонил.

Лернор опередил возможный вопрос и выдал готовый ответ.

— Звонил Малвин. Друг мой. Я с ним вчера пообедать договорился, но под влиянием твоего незабываемого очарования, просто забыл о нем.

Объяснение явно пришлось девушке по вкусу, и она обвила его шею руками. Губы Лернора и Джулианы слились в страстном поцелуе, а все возможные и невозможные обиды были разом забыты.

Как только Лернор освободился из цепких лапок подруги, то решил, что было бы неплохо из вредности подпортить столь шикарную бочку медовой романтики, ложечкой циничного дегтя.

— Только это не означает, что я совсем забуду про них. О своих друзьях, я имею ввиду…

— Милый, я тебя об этом совсем и не прошу. У меня своих подруг достаточно. И гулять я допоздна в темных переулках тоже люблю. Дорогу знаю, секс люблю, — усмехнулась в ответ девушка.

Лерноровская вредность звонко отскочила от ее брони из чувства юмора и скорчилась в конвульсиях в потемках души хозяина. Конечно же, он ожидал немного другой ответ.

— Окей. До вечера! А то я до работы доехать не успею. Уже почти четыре часа, а мне еще как минимум часа два до места добираться.

Чтобы не искушать себя и девушку новыми поцелуями и еще больше затягивать прощание, Лернор поспешил покинуть машину.

— Чао! — прокричала Джулиана. — Я сегодня сама готовить буду, так что если не приедешь, пеняй на себя!

На подходах к машине, вновь зазвонил телефон. Лернор параллельно доставая ключи, дернулся от неожиданности и не удержал трубку в руках. В отчаленной попытке поймать любимый телефон, он лишь еще сильнее подбросил его в воздух. Настойчиво звоня аппарат, совершил многочисленные сальто и незамысловато приземлился на крышу БМВ. В последний миг вспомнив, что он еще не успел отключить электрошоковую систему защиты, владелец резко сморщился от досады. Мгновенная вспышка. Лернор сощурился и мысленно попрощался со своим верным другом. Обугленные останки взорвавшегося пластика несчастной мобилки, мелкими осколками застучали по мостовой. Парень с расстроенным видом дождался, пока стихнет град, и присел над частями обгоревшего тела аппарата. Он пока еще не потерял надежды, спасти хоть драгоценную сим-карту, где хранились все важные для него номера.

— Ну, хоть это на память осталось, — с облегчением вздохнул Лернор, отковыривая карточку от оплавленного куска пластмассы. — Интересно, и чей же был этот роковой звонок? С кого теперь новый телефон требовать?

Отключив систему защиты авто, так же известную как «убийца падающих телефонов», парень в расстроенных чувствах погрузился в прохладный салон. На минуту задумавшись, он стал отходить от пережитого стресса.

Ведь без телефона, он не мог воспользоваться даже видеофоном автомобиля, то есть целиком и полностью остался без связи.

— Черт! Без трубы, как без рук! Ладно, меня не смогут найти. Но ведь и я не могу никому позвонить! Жертва современных технологий, блин! Катр я тебя убью…

Зачем он упомянул Катра, Лернор не понял. Вероятно, просто надо было на ком-то сорвать зло. Он резко вдавил акселератор. Покрышки взвизгнули, и железный конь помчался вдоль обветшавших зданий промышленного района.

Тяжелую рок музыку, развивавшую в нем скрытую склонность к агрессивному вождению, Лернор включил на предел возможной громкости. Злость из-за нелепой потери дорогого телефона, выплескивалась наружу в полной мере и выражалась в резких заносах и зиг-загах.

Избегая основных трасс мегаполиса, их жутких пробок и патрулей, он несся сквозь маленькие улочки и дворы, не гнушаясь злостной езды по газонам и тротуарам. Навигационный компьютер с загруженной собственно-модифицированной программой, периодически выдавал коррекцию курса следования, вне зависимости от того была там дорога или нет.

Машина летела вперед, сшибая столбики заграждений, через те нестандартные места, которые обычно не включают не в одну навигационную программу, но благополучно соответствуют габаритам седьмой модели БМВ.

Но как не старался Лернор сократить путь и сэкономить время, на подземную стоянку бизнес центра он влетел только после шести часов вечера. Охранника в лифте он не встретил, да и не обратил внимания на недостачу этого общительного зануды. Вероятно, жена его совсем съела, а служба персонала еще не подобрала соответствующую замену.

Скоростной лифт с тихим шуршанием, остановился на нужном этаже и, закрывшись за спиной Лернора, с жужжанием устремился куда-то вверх. Парень осмотрелся и не спеша, пошел в сторону офиса. Его незакрытая дверь была отчетливо заметна с его конца коридора.

«Наверно, еще не все ушли, либо Катр опять порно на проекторе смотрит» — подумал Лернор, любивший и сам часто задерживаться допоздна на работе. Правда, не с такими приземленными целями как его коллега.

Шагнув в проем, он замер на пороге от неожиданности. Пребывая в полной растерянности, Лернор пришел в себя лишь после вспоминания, что их филиал полностью застрахован.

Офис в буквальном смысле был разгромлен до основания. Терминалы компьютеров валялись на полу, а системные блоки были вырваны с корнем. Разбросанные повсюду пустые ящики столов и огромное количество бумаг в проходах, создавали впечатление того, что кто-то целенаправленно что-то искал.

Лернор сделал пару шагов. Что-то неприятно хрустнуло под подошвой. Оказалось, что стеклянные перегородки были разбиты, а мелкая крошка стекла валялась буквально везде.

Борясь с нервной дрожью рук, парень потянулся в карман за мобильным телефоном, но тут же вспомнил о его невеселой судьбе.

«Где не поможет мобильный, есть стационарный», — вспомнил Лернор, понимая, что необходимо было срочно звонить в службу охраны здания.

Подойдя к своему столу, он похолодел и застыл как вкопанный. Живот предательски заурчал, требуя немедленного визита в уединенное помещение с унитазом.

Под столом, лицом вниз со связанными за спиной руками лежал Катр. Лужа крови под ним, продолжала незаметно увеличиваться.

— Катр, с тобой все в порядке? — взволновано окликнул своего сотрудника Лернор, переворачивая его на спину.

— Нда…кажется с тобой далеко не все в порядке… — мрачно заметил он, рассматривая аккуратное пулевое отверстие во лбу.

— Извини, Катр. Кажется, я накаркал, — мрачно пошутил Лернор, вспоминая свою фразу про убийство.

Черный юмор немного взбодрил и успокоил. Парень понимал, что в критической ситуации ему было просто необходимо призвать на помощь весь свой цинизм. Он уже не первый раз видел убитых подобным образом. По молодости ему довелось поучаствовать в уличных беспорядках и дворовых разборках родного города. Вот, только надеялся он оставить все это в далеком прошлом.

Всегда стараясь забыть те темные деньки, Лернор постоянно бежал от воспоминаний и редко навещал своих родителей. Он всегда искал убежище за стенами защищенного города, но теперь оказалось, что и эти меры обезопасить себя оказались тщетными. Тень темных времен и воспоминаний настигла его даже под щитом мегаполиса. Или щит, по всей видимости, просто дал трещину…

В ногах убитого валялся мобильный телефон, одиноко скучавший в темноте после потери хозяина.

— Что ж, дружок. Я остался без телефона, а ты, по всей видимости, без хозяина, — обратился Лернор к брошенной трубке.

Подняв аппарат, Лернор тут же стал изучать все последние записи. Среди последних вызовов он нашел и свой номер. Странно. Время вызова совпадало с моментом мучительной смерти его телефона. Значит, из-за Катра, он и потерял свою мобиляку. Жаль, только вот ему уже не удастся выставить счет покойному. А последний уже никогда не скажет, для чего ему вдруг понадобилось беспокоить шефа. Одно Лернор понимал яснее ясного — аппарат убитого был весомой уликой и возможно даже против него.

Щелкая клавишей и листая записи дальше, парень обнаружил, что Катр так же набирал Тине и Фите.

«Может, хоть они знают, о том, что хотел донести до него этот несчастный?»

— Что, же ты хотел сказать мне, Катр? — обратился Лернор к мертвецу, по-прежнему сидя на корточках.

Больше не мешкая, он попытался позвонить Тине, но автомат выдал тираду о недостаточности кредита.

Чертыхнувшись, Лернор быстро сменил сим-карту на свою и повторно набрал номер.

— Алло, — раздался обеспокоенный голос девушки.

— Тина, о чем вы говорили с Катром? — сходу серьезно спросил Лернор.

— Когда мы ходили покупать проспоренный Фитой обед…, — с готовностью затараторила девушка. — Он позвонил сначала ей, потом мне и сообщил, что мы можем не возвращаться, так как ты пришел и всех отпускаешь…

— Тебе не показалось это странным?

— Конечно, показалось! Ты ведь никогда просто так никого не отпускал. Фита потом звонила тебе, но твой телефон был вне зоны действия сети. Что-нибудь случилось? — в голосе сотрудницы ощущалось крайнее беспокойство. Она явно почувствовала обеспокоенность шефа.

— Нет, Тина, все в порядке. Я хотел сделать вам сюрприз, но Катр меня выдал. С сегодняшнего дня вы отправляетесь в оплачиваемый отпуск. Если успеете уехать из города сегодня, то фирма оплатит вам любой круиз. Реквизиты ты знаешь. Я все потом оплачу переводом.

— Лерн, ты все еще пьян со вчерашнего? — не поверила своим ушам Тина.

— Нет. Со мной все нормально, — соврал Лернор и тряхнул дрожащей рукой. Большой палец мог отбивать дробь. — Или ты хочешь завтра пойти на работу?

— Знаешь, если ты действительно не шутишь, то я бы пришла завтра только ради того, чтобы тебя расцеловать. Ты серьезно поднялся в моих глазах. Когда вернусь, сможем сходить куда-нибудь…

— Тина, давай без этого, — тормознул ее Лернор. — Я всегда знал, что ты не перевариваешь, меня за мою скупость. Но прошу тебя, пользуйся тем шансом, который так редко выпадает, и Фиту с собой не забудь. Но это только сегодня. Поняла?

— Хорошо, Лерн. Я все поняла. Целую! Пока!

Дождавшись коротких гудков, Лернор распрямился и положил телефон в карман. Если кто-то что-то ищет, то скорее всего его, раз уж девушки еще целы. Да и труп Катра наверняка не случайно валяется, именно под его столом.

Он собрался набрать код тревоги на терминале бизнес центра, но замер с поднятой рукой. Ведь те кто, устроили здесь этот бардак, как-то проникли в здание через охрану, либо сделали это руками самой охраны.

«Стоп», — поняв, что звать кого-либо на помощь бесполезно и даже вредно, он тут же инстинктивно отдернул палец от клавиатуры.

«Надо уходить… Но куда?» — мысли в голове Лернора водили сумасшедшие хороводы, а бешено стучавшее сердце, готово было выпрыгнуть из груди. Дышать становилось все сложнее.

«Полиция в любом случае займется в первую очередь поисками меня. А, найдя, затаскают под следствием и, не обнаружив истинных исполнителей, повесит всех собак. Черт!»

Лернор в панике посмотрел на вечерний город за окном. Взгляд его блуждал из стороны в сторону, не способный найти себе места.

«Боже мой, прошла всего секунда, а я уже почти мертв от страха. И мой маленький бизнес в придачу… В виду текущих обстоятельств…. Спасибо… Вот только кому?» — Лернор кое-как собрался с мыслями и, призвав на помощь остатки храбрости, направился к выходу.

Стараясь не наступать на битое стекло, он как можно тише покинул офис и прикрыл за собой дверь. По привычке выключив свет, он скрыл от себя царивший за спиной хаос и еще немного успокоился.

В коридоре, направляясь к лифтам, Лернор с шага перешел на бег. Достигнув дверей, он уже было собирался нажать на кнопку вызова, как вдруг оба лифта одновременно пришли в движение. Направляясь на его этаж с верху вниз и снизу вверх.

«Слишком странная активность в послерабочие часы.» — вновь занервничал Лернор. Теперь он сильно сомневался, что вообще стоит ждать любую из приближающихся кабин.

Отправиться вниз по обычной лестнице желания тоже не появилось. Если кто и охотится за ним, то их люди уже наверняка ждут и там.

«Неординарные ситуации требуют неординарных решений, Лерн», — обратился он к самому себе и, добежав до конца коридора, решительно выдернул пожарный шнур, распахивая настежь окно аварийного выхода.

Холодный влажный вечерний воздух неприятно обдал его со всех сторон.

Парень поежился, не решаясь на дальнейшие действия, но звук приближающегося лифта, заставил его собраться с духом и встать на подоконник.

Под свист и завывание ветра он наскоро разглядел в темноте вертикальную пожарную лестницу. Она была закреплена всего лишь на расстоянии вытянутой руки, но слишком далеко, чтобы избавить от страха высоты. Смотреть на пейзаж ночных улиц под ногами было ощущением далеко не из приятных. Но это был единственный оставшийся путь вниз.

За спиной весело звякнули двери одной из прибывших на этаж кабин. Страх неведомых преследователей затмил боязнь высоты, и сознание вынудило подавить в себе инстинкт самосохранения. Лернор лихо прыгнул на содрогнувшийся от неожиданного гостя металлический каркас лестницы и с бешеной скоростью заскользил вниз. Крепления надрывно заныли под его тяжестью. Скользкие и холодные стальные перила обдирали кожу ладоней и были готовы выскользнуть из его рук, скидывая нежданного наездника. Лернор понял, что надо тормозить, а то, набирая скорость, он в конечном итоге просто вылетит с лестницы. Сжав зубы, и изо всех сил стиснул ногами лестницу с обеих сторон, он почувствовал, как рвутся его брюки. Но затраченные усилия оправдались, и вскоре движение прекратилось. Теперь он без труда смог ухватиться за ступеньки.

Задрав голову вверх, Лернор попытался разглядеть открытое окно далеко наверху, но ничего, кроме начавшего моросить дождика, противно залившего ему лицо, в результате не получил. Кто бы не были его недоброжелатели, вряд ли они сунуться за ним тем же путем.

Смотря теперь только перед собой, Лернор старался быть как можно осторожнее. Высота была еще приличная, а намокшие изодранные пальцы замерзали на ветру так, что казалось, еще чуть-чуть и они будут уже не в состоянии ухватить очередную ступень. Подошва туфель тоже скользила будь здоров, поэтому добавлять ко всему происходящему ужас от головокружительной высоты, было только себе во вред.

Надрывно заливаясь противной мелодией, вероятно горячо обожаемой только самим покойным владельцем, не кстати зазвонил телефон. Не прекращая орать, он просто требовал, чтобы Лернор обратил на него внимание.

Обхватывая перила одной рукой и доставая окоченевшими пальцами трубку, Лернор кое-как но приложил ее к уху.

— Алло!

— ЛЕРН! — по ту сторону истерически заорал Роман.

— Дилина мертва! Я весь в ее крови! Что мне делать?

— Что?! Что ты с ней сделал?! — рявкнул на него Лернор, вкладывая в две фразы все скопившиеся нервное напряжение.

— Ничего я не делал! Ее убили! — всхлипывал в трубку сын банкира. — Я в магазин за пивом ездил… Мы с ней ночь провели… а утром голова болела страшно. Вернулся… Дверь открыта, и она мертвая в коридоре лежит…

— Дурак! Вызови полицию и медиков! Может ей еще помочь можно. Поспеши, блин! — еле сдерживаясь, попытался посоветовать Лернор. Он с каждой минутой еще больше приходил в ужас от происходящего. Теперь не только ветер шевелил волосы на его голове.

— И почему ты именно мне звонишь?!

— В ее телефоне, твой… звонок ей на трубку я последним нашел, вот и подумал, что ты с ней…аааууу… последний говорил, пока меня не было.

— Ты дату, звонка видел, придурок, мля?! — взбесился Лернор. — Там вчерашнее число! Я ей вчера звонил!

— Лерн, пожалуйста, приезжай… — продолжал вытъ Роман, но Лернор его уже не слышал.

Серьезно задумавшись о двух убийствах, единственной связывающей ниточкой, он обнаружил пока только самого себя.

«Кто следующий?» — опасных догадок было не много, — «Малвин? Джулиана?…

«Боже, только не она!»

Дрожащими пальцами он стал искать ее номер в записной книжке телефона, но тут же вспомнил, что здесь его даже и быть не может.

В этот момент сильный порыв ветра, заставил парня схватиться за перила второй рукой, и телефон, предательски выскочил из ладони. Стукнувшись о стену здания, он, кувыркаясь, полетел куда-то в темноту.

— Черт! — выругался Лернор. — Мать твою, трубка долбанная!

Надо было спешить. Увидеть девушку мертвой ему совсем не хотелось. Продолжив спуск, он уже не щадил ничего — ни рук, ни одежду, постепенно даже прекратив обращать внимание на тупую боль в пальцах. Нужно было добраться до поверхности как можно быстрее.

Достигнув крыши, прилегающего здания он будто загнанный зверь огляделся в поисках аппарата. Но телефона и след простыл. Только сейчас Лернор заметил, что очутился на стоянке для аэрокаров. Она оказалась на половину пуста и безлюдна, наверно, поэтому он сразу и не понял, где очутился.

Бегом, пересекая стройные ряды припаркованных машин, он достиг других пожарных перил, и молнией, слетев по ним вниз, очутился на мостовой.

Добежав по улице до гаража, Лернор, запыхавшись, остановился. Отперевшись спиной на стену, он кое-как отдышался, и, успокаивая уже готовое выпрыгнуть из груди сердце, осмотрелся. И здесь ни одной живой души. Благо рабочий день давно закончился и комплекс полностью опустел. Если кто и будет, то он сразу поймет, кого следует опасаться.

Стараясь держаться в тени как можно дольше, Лернор быстрым шагом направился к своей машине. Как только он увидел знакомый силуэт автомобиля, по-прежнему так же спокойно стоящий там, где он его и оставил, то чуть было не кинулся к нему изо всех сил.

Еле сдержавшись, он все же выждал пять минут, в течении которых, наблюдал за машиной издалека. Периодически незаметно подкрадываясь все ближе, Лернор старался определить есть ли за ним слежка.

Наконец, он вышел из тени и широким шагом подошел к БМВ. Быстро осмотрев машину со всех сторон и даже заглянув под днище, он поспешно отключил систему защиты и моментально очутился внутри.

Поворачивая ключ зажигания, он инстинктивно зажмурился, но взрыва так и не последовало. Страхи оказались напрасны, а двигатель равномерно заурчал в дежурном режиме.

В очередной раз включив модифицированную навигацию, Лернор в спешке ввел адрес Джулианы. Вдавив педаль газа до самого дна, он пулей вылетел на проезжую часть и уже через пару секунд оказался среди транспортного потока магистрали. В последний раз взглянув на окна своего офиса, через зеркало заднего вида, Лернор с грустью отметил, что там вновь горел свет.


Виляя по улицам и дворам, он окончательно убедился, что физической слежки за ним нет. Хотя никто не мешал возможным преследователям вести за ним дистанционную слежку со спутника. Они без труда могли воспользоваться прямой связью сателлита с его навигационным компьютером. Но и здесь, любителей последить ждал неприятный сюрприз, с которым они вероятно и столкнулись.

Переделанная Лернором программа «нестандартной» навигации, черпала ориентиры непосредственно из компьютеров находившихся рядом транспортных средств и самостоятельно блокировала связь с любым спутником.

Лернор никогда бы не подумал, что его хитроумная модификация будет применяться по своему непосредственному назначению. А ведь первоначальная цель, была куда скромнее. Всего на всего избегать пробок, и не привлекать внимания полицейских экипажей, прокладыванием не совсем стандартных маршрутов через газоны и лужайки.

— Как же они на меня вышли? И кто эти «они»? — в очередной бессильной попытке понять происходящее, Лернор стукнул руль кулаком.

— Что я сделал не так? Кому перебежал дорогу…

— Стоп! — внезапная догадка осенила его словно гром среди ясного неба, заставляя и дальше рассуждать вслух.

— Катр, доставил диск с программой-червем заказчику. Я его работодатель. Возможно, я был последний, кто контактировал с Катром и весь сыр бор вокруг этой программы. Перед смертью он так же позвонил мне. Скорее всего, желая предупредить об опасности… или… Звонил не он, а кто-то с его телефона, пытаясь выследить меня по звонку. Даже не сомневаюсь, что место было установлено предельно точно. Кто же эти ребята из ИТЦ?

— Далее контакт с владельцами помещения и выход на старосту нашего курса Дилину. Она и устраивала его аренду. Мои последние звонки Дилине, еще раз подтверждают нашу связь. Перед смертью она наверняка могла сказать про меня и Джулиану. Активация моей карточки, вновь привела преследователей в офис… Мдаа… Все-таки хорошо, что я окончательно потерял связь со внешним миром именно там.

— Но почему они не вышли на машину? — Лернор на мгновение задумался. — Ну, конечно же! Она же на Малвина зарегистрирована. Как же я раньше об этом не догадался! Никто из приезжих не имеет права приобретать движимую собственность в Мегаполисе сроком до десяти лет. Естественно, кроме тех, кто идет на службу в органы. Вот почему я все еще спокойно еду. Уфф… По крайней мере, это одна из самых правдоподобных версий.

— С другой стороны, если бы был засечен сигнал активации программы-червя с терминала Джули, то веселье началось бы гораздо раньше. Вероятнее всего мы бы даже не успели позавтракать. Может, я все-таки ошибаюсь? Да или нет… но в любом случае следующей на очереди, вероятно, будет Джулиана.

— Боже, сделай так, чтобы я успел раньше!

Через полчаса, Лернор, сбив шлагбаум, вихрем ворвался в закрытый двор элитного комплекса.

Бросив машину открытой, он сломя голову, подлетел к цветному экрану домофона. Судорожно вводя код квартиры Джулианы, он уже слышал, как за спиной к нему со всех ног несутся закованные в броню и вооруженные до зубов здоровые парни из охраны.

— Джули, ну давай же ответь! — нервно царапал дверь Лернор. — Милая, поторопись!

— Эй, парень! Быстро на землю и руки за голову! — прокричали ему за спиной.

Лернор, с кислым выражением лица медленно повернулся. Он буквально вжимался в дверь всем своим телом.

— Не стреляйте! Только не стреляйте! — прокричал он, поднимая руки вверх.

— На землю! Я тебе сказал, мать твою!

В этот момент бронированная дверь за спиной с шипением отъехала в сторону, и Лернор буквально ввалился вовнутрь, не веря своему неожиданному счастью.

Образовавшийся проем так же быстро закрылся прямо перед носом охранников. Тут же вскочив на ноги, он буквально влетел в открывающийся лифт, выталкивая оттуда хорошо одетого лысого толстяка с сигарой в руках.

Как только створки лифта стали закрываться, в подъезд с грохотом ввалилась доблестная охрана.

Ругаясь матом на всех известных им языках, они тут же натолкнулись на толстого мужчину. Успеть в лифт, им было уже не суждено. Компания была встречена таким избранным матом важной шишки, что вероятно каждый из них задумался о поиске новой работы.

По пути наверх, взмокшему и взволнованному парню ярко представлялись картины трагедии. Бездыханное тело девушки, ставшей невинной жертвой из-за такого гада как он. Ее останки лежавшие в лужах крови среди потерявших свою белизну шелковых простыней.

Картины сменились бешеным потоком мыслей, которые уже невозможно было удержать.

«И зачем Джулиане только понадобилось с ним связаться? Предоставить шанс, чтобы, он, наконец, выбрался на поверхность, становясь частью высшего общества. Зачем она дарила ему это, если он в одно мгновение умудрился потерять буквально все. Даже то, чего с трудом достиг в течении всей своей столь жалкой жизни…»

«Все с ног на голову! Неужели больше нет будущего, такого, каким я его себе представлял? Меня ждет неизвестность и забвение! Что же все-таки останавливает меня в эти мгновения, самому наложить на себя руки? Избавится от всех проблем и мучений в один раз самым простым и хорошо известным способом. »

«Нет. Я не самоубийца. Я не сдамся! Лернор всю жизнь был и останется борцом, сражаясь с судьбой даже тогда, когда другие сдаются.»

«Биться до конца, пока есть хоть небольшой проблеск надежды — вот мой главный принцип!»

Он интуитивно чувствовал, что все еще успеет спасти Джулиану, ведь она была его единственной и последней надеждой. Надеждой разрулить эту сложную ситуацию.

Наверху раздался четкий хлопок выстрела. Сердце упало.

— Неужели опоздал?

Вырвавшись, наконец, из лифта, Лернор, собрал все разрозненные мысли в волевой кулак, и, сделав последний бросок к двери любимой девушки, с разгону врезался в него плечом. Последнее, препятствие тут же поддалось.

Взору за ним представилось действительно неприятное зрелище. В конце коридора Лернор увидел Джулиану. Девушка, не лежала в крови. Нет. Ее тело не было изуродовано пытками…

Она была все так же прекрасна, укутанная в короткий розовый халатик. Как же он отлично смотрелся на ее сногсшибательной фигуре… И, по-видимому, были и те, кто на них точно не устоял…

Подле лохматых тапочек в форме зверюшек с ушами, лежал незнакомый громила лет тридцати. Он лежал ничком, широко раскинув руки и ноги в стороны, а из короткого ствола дамского пистолета в изящных руках Джулианы, лениво струился серый дымок.

И это крошечное оружие теперь было опасно направлено в сторону Лернора…

ГЛАВА ВТОРАЯ

БЕГСТВО

Непонимающе хлопая глазами, Лернор застыл на месте. Тем временем совершенно отрешенным, холодным, как лед взглядом, девушка смотрела сквозь него.

— Джули, это же я Лерн, — не на шутку испугался он, показывая пустые ладони.

Еще некоторое время подержав его на мушке, грозная амазонка, наконец, пришла в себя и опустила маленькое орудие.

— Лерн… проходи… Пока я тебя ждала, ввалился этот… — Джулиана как будто еще приходила в себя от пережитого и еле связывала отдельные слова в фразы.

Парень закрыл за собой дверь и брезгливо, перешагнув через труп. Он успокаивающе поцеловал свою подругу в лоб, хотя самому сейчас было далеко неспокойно.

— Милая, сейчас сюда охрана комплекса припрется, — постарался сказать он, как можно тише. Делать-то что будем? Они ведь меня ищут.

Натянутая ласковость в голосе Лернора, сочеталась с осознанием того, что сейчас все зависит от поведения Джулианы.

И как подтверждение его слов, раздался частый и настойчивый стук в дверь.

— Тихо проходи на кухню. Я разберусь, — неожиданно четко ответила девушка, словно в один момент стала кем-то другим.

Лернор, пораженной столь яркой переменой в подруге, растерялся и открыл было рот, но передумал и не заставил себя долго ждать.

Быстро пройдя в кухню, он выключил свет и стал прислушиваться к происходящему в коридоре.

— Добрый вечер, извините за беспокойство, — раздался мужской голос. — У вас все в порядке?…

— Хм, по-видимому, нет… — хмыкнул кто-то второй

— Не совсем, лейтенант, — слышался приглушенный голос Джулианы. — На меня напали. Прошу взглянуть на результат.

Воцарилось недолгое молчание.

Через минуту послышались звуки возни. Прибывшие сотрудники охраны, скорее всего, изучали столь неожиданно найденное тело, нежели скручивали хозяйку квартиры.

— …Это не он…- сообщил второй мужской голос.

— Не поняла. Кто? — поинтересовалась девушка, прикидываясь «шлангом».

— Некоторое время назад, наш блокпост миновал нарушитель. По набранным на домофоне цифрам, мы подумали, что найдем его тут, — пояснил лейтенант. — Хотелось бы взглянуть на ваше разрешение о ношении оружия. И, к сожалению, вам придется пройти с нами. До приезда полиции и выяснения всех обстоятельств произошедшего, мы обязаны взять вас под стражу…вернее обеспечить вам охрану.

— Один момент, один момент! — быстро возразила им Джулиана, чем-то громко шурша.

— О! Извините за беспокойство, мисс, — удивленно протянул второй мужской голос. — Приятного вам вечера, если он еще может быть приятным.

Охрана попыталась тут же ретироваться.

— Эээ, постойте. Заберите, этого «жмурика» с собой. Он меня больше не интересует, — довольно смело поспешила напомнить девушка, уходящим охранникам.

Возня в коридоре повторилась и продолжалась еще некоторое время, наполняя квартиру звуками глухих ударов бездыханного тела обо все, что попадалось на его пути. Наконец, входная дверь, закрылась, и на кухне, задумчиво держа руки в карманах халатика, появилась Джулиана.

— Что ты им там такое показала? — тут же полюбопытствовал Лернор, несказанно удивленный столь быстрому разрешению ситуации с трупом.

Девушка так же без эмоций вытащила из кармана и протянула ему пластиковую карту удостоверения зеленого цвета.

— Вот эту, простую, но в то же время очень действенную вещицу.

Лернор с интересом взял документ и быстро стал вертеть в руках, внимательно разглядывая холографичекие узоры и надписи на нескольких языках. Как и на всех документах подобного рода, фотография владельца отсутствовала.

— Нифига себе! — наконец, воскликнул он. — Это же удостоверение сотрудника внутренней безопасности мегаполиса. Иными словами тайной полиции. Такую ксиву даже Малвину не достать. Откуда она у тебя?

— Наш общий друг одолжил, — мрачно ответила Джулиана, рассматривая поврежденный маникюр.

— Какой такой друг?

— Которого, только что вынесли ногами вперед. Разве что не в белых тапках, — мрачно пошутила девушка. — Я успела его обыскать, перед тем как охрана ввалилась.

— Слушай, ты опасный человек… — только и смог выдавить ее парень.

Теперь, когда опасность миновала, он расслабился. Хотя угроза преследования никуда не исчезла, он ощутил, любезно предоставленной фортуной, момент передышки. Разжав «внутренний кулак», Лернор почувствовал, как ноги подкосились, и он в полном отчаянии опустился на ближайший стул.

Парень предполагал, что им вплотную могла заняться служба безопасности исследовательской компании, но не всего же мегаполиса! Неужели, то, что могла выкрасть его программа-червь, настолько ценно и важно аж для самого города?

«А может у его клиентов, просто оказались очень крутые покровители или крыша в лице администрации? Не в том не в другом случае ничем хорошем мне это уже точно не светит.»

Два связанных непосредственно с ним трупа, плюс один мертвый сотрудник тайной полиции. Вспоминая уголовно правовой кодекс законодательства мегаполиса, Лернор представил, что ему грозило — еще не приведенный в исполнение смертный приговор!

Шок самое слабое, что он ощутил в этот момент. Растерявшись и продолжая задумчиво крутить удостоверение в руках, он лихорадочно пытался найти выход из ситуации. Безумные идеи посещали его, но он пока старался держать их в узде.

На трофейном удостоверении не было ни фамилии ни имени владельца, но даже в таком виде, ее обладатель имел практически безграничную власть в городе. Ведь сотрудники внутренней безопасности мегаполиса всегда действовали инкогнито, под плотной завесой секретности, чем и наводили на всех дикий ужас. Не удивительно, что, увидев у себя под носом эту карточку, охранники комплекса немедленно поспешили убраться как можно дальше от греха.

— Зачем ты его убила? — не поднимая взгляд, спросил Лернор. Голос его был полон мрачной грусти и фатализма.

— Зая, не задавай идиотских вопросов. Если я и нажала на спусковой крючок, то только потому, что оказалась перед выбором — либо я его, либо он меня.

— Странно. Не замечал я за тобой этих киллерских наклонностей. Да еще чтобы ты постоянно с собой пистолет таскала. Мда-с, стран-но…

— Ой, милый, ты обо мне еще многого не знаешь. Не говоря уже о том, что твой сарказм сейчас совершенно неуместен, — с упреком сказала Джулиана и отмахнулась. — Вот лучше возьми тебе тоже пригодится.

Девушка протянула, ошарашенному Лернору, пистолет с прикрученным на ствол глушителем.

Парень, автоматически взял протянутый предмет в руки. Тупо посмотрел на него. И, внезапно осознав, что у него в руках, с испугом бросил оружие на пол.

— ААА! Джули, ты что?! Откуда у тебя весь этот арсенал?! — круглыми, почти выскакивающими из орбит глазами, Лернор с ужасом уставился на свою подругу.

— Че орешь-то? Откуда, откуда? Оттуда же! — прикрикнула на него Джулиана, но затем попыталась неловко улыбнуться. Мимика смотрелась на ее мрачном лице совершенно нелепо.

Не замечая изменений в ее лице, парень продолжал дико косился на лежавший под ногами черный ствол пистолета. Тени прошлого, нагнали Лернора и стремительно опускались, обволакивая со всех сторон.

Он считал, что навсегда забыл, что такое оружие и как с ним обращаться. Но теперь все предстояло вспомнить вновь. Не хотел он этого! Но было надо…

— Что мне делать, Джулиана? — Лернор в отчаянии схватился за голову, сжимая в кулаки всю свою густую шевелюру. — Я ведь всех подставил!

— Что ты имеешь в виду? Ну-ка, ну-ка. Рассказывай, все по порядку.

— Нет! Не сейчас! На это нет времени!

Надо было быстрее решать, что делать дальше. В сознании все четче вырисовывались «радужные» перспективы вновь оказаться за пределами купола города. Но иного выхода избежать наказания за свои поступки, похоже, не существовало.

Тут же начиная продумывать пути отхода, парень внезапно вспомнил о брошенной без присмотра машине. Оцепенение сразу отпустило, и Лернор резко вскочил с места. Опасливо перешагивая, лежавший на полу оружие, он подскочил к окну.

Зеркальное отражение стекла с внешней стороны плюс слой термоизоляции, не оставляли снайперам, если такие были, не единого шанса.

Все попытки разглядеть внизу свое транспортное средство оказались тщетными. Его просто уже не было на месте.

— Ты чего, суетишься то? — спросила девушка, подходя к нему сзади.

— Машину бросил открытой, — озабоченно ответил Лернор, да так, как будто в его жизни больше не было проблем кроме этой.

— Забудь, — махнула рукой Джулиана. — Если охрана видела, как ты на ней пронесся, то ее уже оттащили на охраняемую стоянку.

— Надо срочно выбираться из города, — не отрываясь от окна, перевел тему Лернор. — Чем нам может помочь твой отец?

— Да, что же стряслось такое!? Объясни, в конце концов!

— А тебе, трупа в коридоре не достаточно!?

— Ладно, ладно. Сейчас соберусь. Жалко ужин только пропадет. Зря старалась.

Беззаботность и легкомыслие Джулианы поражали и сбивали с толку.

«Может он действительно относится ко всему слишком серьезно?» — Лернор, в отчаянной попытке, все-таки взял себя в руки.

Схватив девушку за локоть он резко усадил ее к себе на колени. Ствол дамского пистолета в кармане халатика, тут же совсем некстати уперся ему в пах.

Девушка беззаботно и ласково положила руки ему на плечи и стала ловить растерянный бегающий взгляд.

— Рассказывай правду, блин. Только правду, милый. Все без утайки.

— Хорошо. Расскажу все. Но только после того как уберемся отсюда, — поставил свое условие Лернор. — И еще ты перестанешь вести себя безразлично…

— Блин, я же уже пошла, а ты меня остановил, — возмутилась Джулиана, затем несколько мягче добавила — Давай, кушай, что я для тебя приготовила, пока собираюсь… А то ты на нервах весь. Хоть успокоишься…

— Окей. — принял условие Лернор и, аккуратно спихнул девушку с колен. Но «домашнюю стряпню», которую обещала ему Джулиана, в духовке он не нашел, а блюда скорее походили, на то, что доставили из ресторана утром. Хоть Лернор и не придал этому особого значения, но лукавство девушки ему пришлось не по душе.

Удивившись такой прыти, Джулиана повела бровью, но не заставила просить себя дважды. Быстро покинув кухню, она вскоре уже загремела ящиками в спальне.

Не выпуская из рук тарелку, Лернор жевал стоя. Быстро наполняемый желудок, действительно успокаивал нервы и снимал стресс. Задумчиво рассматривая пистолет на полу, он глоток за глотком преодолевал страх, размышляя о том, что будет, если придется вновь взяться за оружие.

Наконец, он решился.

Поставив на стол недоеденное блюдо, Лернор поднял пистолет и осторожно проверил обойму. В сложившейся ситуации эта штуковина действительно могла пригодиться.

«Раз уж умудрился оказаться за чертой, то назад пути нет. Все запретное становится неотъемлемой частью жизни. И в мире неписанных законов только ствол будет гарантом призрачного права на жизнь.»

После таких мыслей в его движениях появилась решительность. Он умело передернул затвор и для безопасности взвел предохранитель. После чего засунул ствол за пояс. Теперь он был в порядке. Почти…

— Джули! — настроившись на более или менее боевой лад, Лернор окликнул девушку. — Откуда у тебя тот дамский «Вальтер»?

— Эрни подарил. На день рождения. Никогда не думала, что пригодится, — отозвалась Джулиана, что-то звонко роняя на пол.

— Нифига себе! Но, действительно хорошо, что иногда все-таки преподносят такие подарочки, — проговорил Лернор, ощущая холодную сталь спиной. После чего тихо добавил себе под нос. — Особенно такие подарочки, как ты. Даже убив, спокойна как танк…

— Все! Я готова! — прокричала Джулиана, выскакивая в коридор с небольшой сумкой в руках.

— Где твоя машина? А то у меня нет никакого желания встречаться с охраной внизу.

— На крыше. Там, тоже есть охрана, но думаю, твоего внешнего описания у них нет, — ответила девушка. — А если при этом я буду держать тебя под руку, то вообще вопросов не возникнет.

— Тогда, пошли быстрее. И спасибо за ужин. Жалко, не могу взять с собой остатки, — он прикоснулся губами к губам девушки, но совершенно не ощутил собственного поцелуя. Глубоко вздохнув, он нежно обнял ее за талию и легонько подтолкнул к выходу. Беспокойство за жизнь Джулианы хоть и улетучилось, но страх за дальнейшую судьбу все еще оставался.

Включив камеру внешнего наблюдения, Лернор сосредоточенно посмотрел на экран. Убедившись, что возле лифтов их действительно никто не ждет, он резко распахнул ногой дверь и быстро выскочил. Увлекаемая за ним Джулиана похоже в очередной раз поразилась такой шустрости и поэтому еле успевала за ним.

Тихо щелкнув автоматическим замком, дверь квартиры самостоятельно закрылась, превращая дом в неприступную крепость. Вернутся ли они в нее еще раз, Лернор не знал.

— Мне интересно, как при такой системе безопасности незваный гость беспрепятственно проник к тебе в квартиру, — спросил парень, дождавшись лифта.

— Ты ксиву куда дел? — задала встречный вопрос девушка, заходя в кабину.

— В кармане, а что?

— А то. Зая, с этой карточкой любые электронные замки сами открываются. Только захотеть надо. В них по умолчанию еще на производстве вносят соответствующие изменения. Хорошо хоть я на кухне была и слышала. А будь я в ванной, то не обнимать бы тебе меня за талию.

Лернор удовлетворился ответом, особенно той частью, где говорилось о ключе вскрывающим любой замок. Вот только уточнять, откуда Джулиана столько знает, он не решился.

В этот момент кабина звякнула колокольчиком и открылась. Пред взором предстали длинные ряды аэрокаров, спокойно спящих на автостоянке под открытым небом.

Девушка весело обменялась с двумя хмурыми охранниками приветствием. Оно прогнало их мрачность прочь и, просияв застенчивыми улыбками, они не стали задерживать их лишними расспросами.

Отойдя на некоторое расстояние от поста, Джулиана высвободилась из крепкого захвата своего друга и взяла его под руку. Как только они отошли на значительное расстояние от поста охраны, парень неожиданно вырвался из ее рук и подбежал к черному БМВ с тонированными окнами.

— Всю жизнь мечтал прокатиться на этой модели! — возбужденно сообщил он, внезапно забывая обо всех навалившихся на него проблемах. И прежде чем Джулиана успела его остановить, поднес трофейную карточку к сканеру замка.

БМВ приветливо мигнул фарами и открыл сразу все двери.

— Ух ты! — просиял Лернор. В нем словно проснулся ребенок. — Работает! Карточка то работает!

— Я не думаю, что нам следует отправляться именно на этом авто, — скептически заметила девушка. — И вообще, ты выбрал не совсем удачное время и место для впадения в детство.

— Почему бы нет? Твою машину все равно выследят! …Если, конечно, она на тебя зарегистрирована, — отозвался Лернор, утопая в мягком кресле люксового салона.

— А потому, что это машина прокурора округа. И ее в случае пропажи выследят куда быстрее, чем какую-либо другую. Так же советую иметь в виду, что каждый взлет этого аэрокара регистрируется датчиками стоянки. После чего нас еще на каждом перекрестке специальными детекторами сечь будут…

Замерев со скрещенными на груди руками, Джулиана знала что говорила. Поэтому намеренно продолжая устрашение, каждым новым аргументом, вбивала новый гвоздь в крышку гроба мечты Лернора.

— И при этом, воспользовавшись данной машиной, ты тут же засвечиваешь трофейную карточку-удостоверение. После чего данные быстренько поступят в компьютер полиции. И вуа-ля! Вся служба безопасности мегаполиса уже у тебя на хвосте. Представляешь, как она любит открывать огонь на поражение…

Времени на разговор у них не было, как впрочем, и на уже содеянную парнем глупость, поэтому осознание совершенной ошибки пришло к Лернору так же внезапно, как и проявление пятиминутной слабости. Умирать от пуль преследователей не хотелось больше всего.

— Откуда ты все это знаешь? — наконец, не выдержал он, быстро покидая аэрокар прокурора.

— Довелось столкнуться, — загадочно ответила Джулиана. — И, в конце концов! Моя машина зарегистрирована на подставное лицо. К тому же еще и краденная!

— Другими словами, нас не засекут…, — ответы девушки не удовлетворили Лернора, но спорить было бессмысленно.

— Именно! — с облегчением вздохнула Джулиана, окончательно добив друга аргументами.

— Почему тогда краденная? — потупив взгляд, не унимался Лернор, хотя тут же послушно последовал за ней, вертя в руках заветный кусочек пластика. Но и эта его попытка хоть как-то отлаяться, больше походила на слабое тявканье.

— Потому, что расчетливые богатые люди новые вещи за реальную цену никогда не покупают! — Она резко остановилась и, развернувшись, быстро выхватила из его рук, заветный золотой ключик-ксиву.

Растерявшись, Лернор хотел возразить, но тут их история получила неожиданное развитие.

С темной стороны стоянки отделилась высокая плечистая фигура мужчины. Он быстрым шагом приближался в сторону спорившей парочки. И что-то неладное было в его движениях….

— Джули, кажется, у нас проблемы… — созерцая это, вместо возражения Лернор выдавил из себя лишь это.

— Быстрее к машине! — пригнувшись, среагировала девушка и дернула друга за рукав. Видимо она знала, что делала.

Кинувшись наутек, они побежали между рядами машин.

Черный силуэт преследователя, тут же бросился за ними. То, что он пришел по их душу, сомнений больше не было. Пару раз оглянувшись, парень заметил как в его руках блеснул знакомый предмет.

Вспышка. Вторая. Третья… Лернор отчетливо услышал за спиной первые глухие хлопки выстрелов.

— Черт!

Их бег теперь сопровождался надрывным свистом пуль. И с каждым новым поворотом перед их носом все чаще стали возникать яркие искры, выбиваемой пулями металлической стружки. Не попав с первого раза и вероятно разрядив первую обойму, горе-стрелок больше не скупился нажимать на курок и расстреливал боекомплект так интенсивно, что не будь вокруг столько машин, парочка уже давно бы была скошена на повал…

Оказавшейся почти на самом краю крыши, Джулиана первой достигла своей машины.

Не сбавляя скорости, она пультом открыла все двери и буквально нырнула вовнутрь салона. Несколько пуль свистя и рикошетя, отскочили от бронированного стекла, стоявшего рядом Лексуса.

Торопясь остаться в живых, Лернор перелетел через капот и вскочил на место пассажира. Только сейчас догадавшись, выхватить свое оружие, он направил его в сторону обидчика. Почти не целясь, неистово давя на курок и не ощущая отдачи, он вспомнил о предусмотрительно взведенном предохранителе.

— Мля!

— Держись! Взлетаем! — крикнула Джулиана на ухо и сорвала машину с места.

Запахло паленой резиной. Аэрокар, рванулся и быстро набирая скорость, дал задний ход.

С разгона врезавшись в тонкое бетонное заграждение стоянки, машина с легкостью бульдозера, пробила его и, вылетев с крыши в буквальном смысле рухнула с дикой высоты задом вниз.

Еле успевая ухватиться за поручни безопасности, Лернор выронил пистолет. Оружие, больно стукнуло его по колену и залетело под сиденье.

К счастью ствол не повторил судьбу мобильного телефона Катра, безвозвратно скрываясь в темноте. Если о последнем Лернор совсем не жалел, то потерять пистолет без единого выстрела, было для него позором и трагедией.

Джулиана изо всех сил старалась выровнять кормой несущуюся к земле машину, но антигравитационый датчик на приборной доске, по-прежнему был совершенно безразличен к судьбе пассажиров и горел красным.

Падающий авто напоминал сбитую птицу, камнем несущуюся к земле. Широко открытые вертикальные двери, словно расправленные в последнем взмахе крылья…

— ДВЕРИ ЗАКРОЙ! — заглушая свистевший ветер, заорал Лернор, отчетливо понимая, что это его последняя фраза.

— АЭРОКАРЫ С ОТКРЫТЫМИ ДВЕРЬМИ НЕ ЛЕТАЮТ!

Джулиана изо всех сил стукнула по заевшей кнопке закрытия.

Наконец, виновницы столь внезапного падения, удосужились плавно войти в пазы.

Резкое падение тут же прекратилось, и при чутком управлении девушки, плавно перешло на бреющий полет над ночным кварталом.

— Уффф! — выдохнул парень. — Когда я увидел ту детскую площадку под нами, я уж думал, что все… смерть в песочнице.

— О, дааа… — подтвердила девушка, сама не на шутку испугавшись «неисправности» верного транспорта.

Оба изрядно испугались и поэтому больше не проронили не слова, пытаясь прийти в себя. Только когда экипаж благополучно покинул богатый район, Джулиана решилась завязать разговор. И заданная ей тема, говорила о том, что девушка не только быстро адаптируется после всяческого рода встрясок, но и готова к новым неожиданностям.

— Лерн, кажется, настал тот момент, когда тебе стоит все мне рассказать. Ты слышишь? Абсолютно все, — девушка включила автопилот и развернула кресло так, чтобы было удобно изучать своего друга.

— Хорошо, — вздохнул Лернор, тоже оправившись после инцидента. Но мысленно он все еще подсчитывал возможное количество седых волос на голове.

— Мой клиент, частная исследовательская компания вели со мной переговоры о покупке программного обеспечения, для защиты своих сетей от взлома…

— Почему именно с тобой? — сразу перебила его Джулиана.

— Разве это важно? — удивился Лернор. — Может, дашь сначала рассказать?

— Как я понимаю, в нашем положении теперь каждая мелочь на вес человеческой жизни.

Парень заметно помрачнел, понимая что замечание справедливо. Изначально ощущая себя виноватым во всем бардаке, но продолжил.

— Потому, что я и мои программисты, являемся лучшими специалистами в Прибалтике. Впрочем, не красиво хвалить самого себя. Но как бы там ни было я действительно отобрал лучших из лучших за пределами мегаполиса…

Лернор прервался, размышляя, стоит ли рассказывать, начиная из далекого далека. Не проще ли сразу обрисовать ситуацию и еще раз попросить помощи. Но подруга вдруг настойчиво закивала головой, желая слышать всю историю целиком.

— Эти ребята были действительно способны на все. Большую часть своего времени они занимались атаками на сети мегаполиса. Их основной целью было найти бреши в системах пограничной защиты и открыть проходы, для новых нелегальных иммигрантов…

Как-то неестественно и нервно зевнув, парень говорил дальше.

— Выйдя из их слоев — низов общества. Бок, о бок пройдя лишения, я расположил их к себе, активно реализуя плоды талантливых творений в сфере программного обеспечения здесь в мегаполисе.

— Как же ты приобрел популярность? — с каким-то неприятным сарказмом спросила Джулиана.

— Многие компании мегаполиса, подвергаясь атакам со стороны хакеров с «ничейной» земли, не могли обезопасить себя с помощью программного обеспечения произведенного подкупольными специалистами. Поэтому, их поиск решения проблемы, со временем приводил ко мне, заставляя опробовать предлагаемый мной продукт именно закупольных программистов.

— Неужели он так хорош, что ты за столь короткие сроки приобрел такую популярность?

— Дело, по сути, не в идеальности представляемого мной продукта, — заулыбался Лернор. — Просто не один уважающий себя хакер «ничейных» земель не станет взламывать собственный продукт или программу его коллеги. В итоге — покой и секреты компании-клиента сохранены, а статистика говорит сама за себя. Не единого взлома за последние два года…

— Ну а как же подкупольные хакеры? — перебила его девушка. — У них же нет угрызений совести по поводу взлома чужих программ.

— Хе-хе. Логично. Но дело в том, что, взломав одну систему, они сталкиваются со второй — с «родной». Тут «кодекс чести» их и останавливает от дальнейшего взлома. Все мои клиенты имеют двойную систему защиты, а мне для этого достаточно лишь перепродавать произведенный в мегаполисе продукт. Ну и конечно устанавливать его как вторую, внутреннюю систему защиты…

— Хорошо придумано, — отметила Джулиана. — Такое впечатление, что все словно повязаны круговой порукой, а ты этим пользуешься.

— В принципе, так оно и есть. Ведь идеальных программ не бывает, так же как и законов. Хотя, я думаю, вернее сказать, так оно и было…

— Ладно, философствовать, — девушке вдруг надоела предыстория. — Давай теперь о самом важном и актуальном на данный момент. Почему на тебя охотится тайная полиция мегаполиса?

— Я не знаю! Честно! Могу лишь догадываться… — Лернор, заметно помрачнел и схватился за голову.

— Да, успокойся ты! — Джулиана оперативно достала из бардачка бутылку и две рюмки.

Расставив их в специально отведенные для этого места, налила спиртного себе и своему спутнику.

Завершив процедуру, девушка протянула рюмку, своему чрезмерно напряженному попутчику.

— Быстро выпей! Как лекарство. Должно помочь.

Лернор, никогда не думал, что минутным самовнушением может довести себя до состояния паники. Залпом, осушив поднесенный сосуд, он прерывисто и часто закашлял.

— Что за гадость? — уставился он на рюмку.

— Не гадость, а очень дорогой коньяк, — отозвалась Джулиана, наслаждаясь напитком.

Она, словно на мгновение забыв о свалившихся на них бедах, с интересом следила, как масляные капельки золотистой жидкости стекают по стенкам ее рюмки.

— Все что дорого, изначально гадость, — попытался изменить смысл фразы Лернор, постепенно возвращаясь в нормальное состояние. Коньяк действительно помог.

Так и не дождавшись реакции на неудачную шутку, он без дальнейших напоминаний продолжил рассказывать свою историю.

— На меня должна была охотиться не полиция, а служба собственной безопасности той исследовательской компании. Так как предлагаемая мной система защиты данных, со встроенной в нее программой-паразитом, является не чем иным как двойным агентом, не допускающим взлом извне, но самостоятельно сосущим данные наружу…

— Ах, вот оно что!

— Боюсь, когда, была замечена утечка информации с помощью моей программы-агента, то и начались основные разборки с тем, кто подложил свинью. Первым они вышли на моего сотрудника Катра. Он исполнил мое поручение и передал им предательскую программу, за что в последствии и поплатился…

— Убили, значит? — уточняя, поинтересовалась подруга.

— Угу… — Лернор задумался. — Если бы не вечеринка, то на его месте должен был бы оказаться я. Хотя в любом случае, они организовали мой поиск. Вышли на место нашей вечеринки. Оттуда на Дилину…

— С ней что-нибудь случилось? — наигранно взволновалась Джулиана, пряча бутылку обратно в бардачок.

— Не знаю, — слукавил он, мысленно сославшись на то, что действительно не видел Дилину мертвой.

— С чего ты тогда взял, что они вышли на нее?

— Она, должна была подписывать договор об аренде того помещения.

— И что?

— А то, что по ней они смогли выйти на тебя. Что собственно и случилось, а я почти опоздал. Джули, ты не представляешь, как я рад, что с тобой все в порядке.

— Ооо, Лерн! Со мной совсем не все в порядке, — откинулась на спинку своего кресла Джулиана. — А ты чего-то точно не договариваешь. Либо ты здесь и сейчас говоришь всю правду до конца, либо я сама позвоню Дилине!

Лернор понял, что прокололся, только не помнил в первый или во второй раз.

Осознав, что правда рано или поздно всплывет на поверхность, а Джулиана является единственным и последним его другом, он решил вывесить белый флаг и сдаться на милость союзника.

— Не утруждай себя. Она мертва. Катр тоже мертв. Все мертвы. Не ясно только, сколько еще людей отправилось на тот свет. Ты бы тоже была в этом списке, если бы не твой пистолет.

— Похоже на правду. В принципе, я так и думала. Ценю твою откровенность и даже готова поцеловать, — на редкость холодно восприняла известие девушка. — Только, вот зачем мне на тот свет?

Лернор оторопел.

— Смерть Ди тебя не капельку не трогает?

Джулиана лишь отрицательно покачала головой, жестом заставляя парня продолжать. Он еще некоторое время непонимающе хлопал глазами, но затем, списав все на потемки женской психологии, подчинился.

— Все просто. Меня ищут. Дилина перед смертью рассказала о нас. Вот у тебя и появись незваные гости.

— Ясно, что ничего не ясно, — девушка косо и подозрительно посмотрела на Лернора. — Но одну вещь я поняла прекрасно. Нам с тобой совсем не желательно оставаться здесь сегодня ночью.

— Ты имеешь в виду где? В городе? — не понял Лернор, хотя сам осознавал необходимость выйти из-под юрисдикции местных властей.

— Именно в нем, раз тебе на хвост села не просто служба внутренней безопасности небольшой компании, а сама тайная полиция мегаполиса. Не ясно только, чем ты им не угодил…- девушка прищурила правый глаз. — Или ты опять мне что-то не договариваешь?

— Джули, да ты что!? Я все рассказал! Я сам в шоке оттого, что сегодня успел пережить, — стал оправдываться он.

— Получается… Я теперь из-за тебя сама вся по уши в дерьме.

— Джули, ну прости меня, — взмолился Лернор, понимая, что не будь он таким жадным, то всего этого не случилось бы.

— Нет смысла просить прощения, Лерн, — грустно вздохнула девушка. — Ты всю кашу заварил гораздо раньше того момента, как мы с тобой оказались в одной постели. Поэтому, если я все правильно поняла, это для меня всего лишь неудачное стечение обстоятельств.

Парень смутился и промолчал.

Ощущать себя «неудачным стечением обстоятельств» было не так уж и приятно. Но он все-таки скрыл факт того, что запуск программы-агента сознательно произвел именно с ее терминала. Значит и губки дуть, становилось как-то неэтично…

Правда тогда в спальне он даже не подозревал, что все так обернется, но и жалеть о содеянном, уже слишком поздно.

— Тебе хоть самому интересно, что же такое могла спереть твоя программа? — неожиданно поинтересовалась Джулиана, словно задавая наводящий вопрос.

— Честно говоря. Если бы я мог предвидеть произошедшие события, то даже мысли о том, чтобы спереть что-то у этой компании в моей голове не возникло бы. Я вообще с ними не то, что сделку заключать, я бы на порог офиса их не пустил!

— Лерн, это «если бы» не совсем подходит для нашей ситуации. Меня волнует, интересно ли тебе узнать то, из-за чего приходится все терять. Не в прошлом не в возможном будущем, а здесь и сейчас, в настоящем времени!

Парень, почесывая зарастающий щетиной подбородок, задумался не на шутку.

Удивительно, но он действительно впервые подумал о том, нужна ли ему вообще вся та информация, за которую люди уже заплатили жизнями. Вспомнив подробности их преследования на стоянке, отметил, что найдутся еще и те, кто будет готов продолжить начатый список.

А ведь информация действительно его совершенно не интересовала, и в случае не подписания контракта, служила лишь объектом возможного шантажа. Сейчас же, когда рушилась его привычная жизнь и планы, ради чего затевался шантаж, все просто теряло свой первоначальный смысл.

— В принципе она мне не нужна, но если из-за этой информации мы рискуем своими жизнями, то справедливости ради лучше все-таки узнать, что она из себя представляет. Будет слишком обидно и бессмысленно, если мы умрем в неведении. Да и интересно, что же там такого, раз столько невинных людей сложили свои головы.

— Значит ли это, что мы определились с новой целью нашего следования? — уточнила Джулиана.

— Да, — твердо ответил Лернор, возвращая рюмку в руку девушке.

— Ну?

— Что, ну? — не понял Лернор.

— Куда летим? — еле нашла в себе силы на улыбку Джулиана. — Ведь я то не знаю, где ты схоронил столь важную информацию. Смертельно опасную даже для тех, кто о ней толком то знать ничего не знает.

— Сервер, на который червь, должен был перебросить все данные, находится далеко отсюда. За пределами мегаполиса.

— Замечательно. Если ты не забыл, я все равно в нем оставаться не собиралась.

— Ты просто не представляешь, как далеко за его пределами расположен сервер. Я использую свой старый компьютер, установленный в моем родном городе. Там за ним есть, кому присмотреть, да и из мегаполиса не дотянуться. — начал пояснять Лернор.

— Лерн, порой ты меня негативно удивляешь, — перебила девушка. — То ты собираешься туда ехать, то начинаешь меня отговаривать. Ты, случаем не забыл, что у нас нет особого выбора?

— А может, ты позвонишь папе, и через его связи можно будет все уладить? — осторожно попытался поинтересовался Лернор, отчетливо понимая каков будет ответ. Но лучше спросить и получить отказ, нежели промолчать и мучиться.

Еле находя в себе силы не сорваться на своего порой немного выпадающего из реальности друга, Джулиана демонстративно глубоко вздохнула,.

— Лернор, милый. Дорогой ты мой человек! Ты, что не понял еще, что для этих людей никто не указ. А ты еще хочешь моего отца втянуть. Одного ЗВОНКА может быть будет достаточно, чтобы и его они внесли в черный список…

Джулиана вдруг прервалась, осененная внезапной догадкой.

— Баа-лин! Они же и мой телефон теперь пеленгуют!

Девушка выхватила из кармана куртки аппарат и быстро выключила его, вытащив даже сим-карту.

Парень, наконец, полностью смирился, что дерьмо придется разгребать все-таки только своими руками и даже без помощи лопаты. С мрачным видом обернувшись к окну, где проносился пейзаж ночного города, он взволнованно стал искать признаки преследования.

— Уже поздно… — через минуту констатировал он, замечая как два черных аэрокара, почти незаметно поднялись из темноты и пристроились к ним сзади. — Давно ведут, гады. Не понятно, только почему сразу в оборот не взяли. Сумеешь оторваться?

— Не особо практиковалась в этом нелегком деле, но постараюсь, — холодно отозвалась Джулиана, выключая автопилот и резко выводя машину с воздушной трассы.

От общего потока тут же отделились и преследователи. Девушка сбросила высоту, стараясь без всякой логики вилять между зданиями. Эти маневры не могли пройти незамеченными и вскоре к преследователям присоединилось три экипажа патрулей общественного порядка, надрывно оглашая окрестности воем своих сирен.

— Этих нам еще для полного счастья не хватало, — обреченно вздохнул Лернор. — Джули жми, пока не запеленговали!

Девушка молча отключила навигационный компьютер и прочую прослеживаемую электронику, оставаясь на одном ручном управлении.

Вжавшись в кресло, Лернор тихо поражался тому, какие искусные петли она выруливала без помощи специальных приборов. Но полицейские, плотно сели им на хвост, постепенно вытесняя даже тех двух преследователей. По-видимому, они не желали иметь никаких конкурентов в погоне за своей добычей.

Вновь бросив машину вниз, Джулиана пошла на бреющем полете, почти что касаясь брюхом крыш, ползущего по земле транспорта.

Их аэрокар, ныряя в промежутки между возмущенно гудящими грузовиками и автобусами, напоминал боевой истребитель, уходящий от вражеских ракет.

Один из особо рисковых патрульных бросился по пятам, стараясь в точности повторять все маневры девушки. Остальные, не желая рисковать выжидающе летели на почтительном расстоянии, со временем надеясь не спеша подмять их аэрокар под себя и лишить возможности вновь взмыть в небо.

Черные преследователи, полностью превратившись в наблюдателей, держались в стороне и ожидали развязки этих воздушных догонялок.

— Впереди туннель! — воскликнул Лернор, заметив указатель. Он надеялся предупредить подругу, перед тем как две полицейские машины окончательно перекроют им возможность взлета.

— Я знаю! — рявкнула в ответ Джулиана. В эти минуты у них был последний шанс взмыть ввысь.

Но не смотря на опасность, она упрямо продолжала направлять машину к низким сводам, проходящей под рекой односторонней трассы наземного транспорта.

Аэрокар уже задевал и царапал крыши несущихся внизу автомобилей, вызывая изрядное возмущение их владельцев.

Наконец, разгадав намерения своей спутницы, Лернор буквально вжался в свое кресло. Голову при столкновении терять как-то не хотелось. При самом влете в туннель, ему даже показалось, что у них просто снесло крышу. На столько был силен скрежет бетона сводов туннеля о металл аэрокара над головой

Две преследовавшие их патрульные машины тут же были отсечены далеко позади. Теперь над беглецами сомкнулись железобетонные своды туннеля, с периодически сшибаемыми огнями осветительных ламп.

На хвосте остался один патрульный и следующие за ним на почтительном расстоянии черные аэрокары. Их рисковое преследование грозило вылиться во что-то трагичное.

Так они неслись еще некоторое время, пока возникшая за изгибом туннеля пробка резко усложнила ситуацию. Теперь каждый маневр между особо выделяющимися своими габаритами автомобилей мог оказаться для всех последним.

И тут как по закону подлости, откуда не возьмись перед ними появились два широких автобуса. Набитые людьми, они с разной скоростью следовали по двум полосам на встречу друг другу. Еще пара секунд и дальнейшее продвижение аэрокара не представлялось возможным. Но в этот момент. Вместо того, чтобы вдарить по тормозам, Джулиана, будто перепутав педаль, ставя машину на ребро, с силой вдавила акселератор.

Все хорошо рассчитав, либо просто безумно рискуя, девушка максимально приблизила машину к неминуемой преграде. В последний момент она буквально втиснула, свой вертикально несущийся аэрокар, в узкий промежуток между автобусами.

Следовавший за ними в тяжелой и бронированной машине патруля пилот, тоже идя на риск, не справился с управлением и лихо протаранив один из пассажирских автобусов, в последний раз в жизни доказал себе, что маневры из серии «а вам слабо?» ему не под силу.

От удара, часть автобуса моментально разлетелась на куски. Изменивший траекторию бронированный транспорт на полной скорости, высекая толстым бампером снопы искр, зарылся носом в боковую стену туннеля. Отскочив от нее он завертелся как волчок и, вспыхнув в ярком взрыве детонировавшего горючего, обдал пламенем разбитый автобус и его раненных пассажиров. Взрыв унес с собой жизни не только патрульного.

Тяжелые разорванные листы брони, под вой захлебнувшейся в пламени сирены, полыхая и разлетаясь, неизбежно приземлялись на крыши, застрявших в пробке легковых автомашин, разжигая под рекой настоящий ад.

Возникший пожар, огненной стеной отгородил от Джулианы и Лернора оставшихся более осторожных недоброжелателей. Девушка выровняла полет и даже немного сбросила скорость. Ее друг, белый как молоко, не мог поверить в то, что они все еще живы.

Гоняя по мегаполису на своем БМВ, Лернор никогда не догадывался, какие вещи можно вытворять на аэрокаре, поэтому молча часто сглатывал слюну, образовавшуюся скорее от страха, чем от зависти.

— Нас будут встречать на выезде из туннеля, — наконец нарушила молчание Джулиана, полностью останавливая аэрокар в воздухе. — Надо развернуться и прорываться назад.

— Неееет. Ты с ума сошла! Только не это! Рискованные маневры дважды не повторяются, — почти захныкал Лернор.

— У нас нет выхода. На выезде уже ждет вся полиция города. А так есть шанс, что из-за пожара на въезде нас никто не поймает.

— Ты однозначно двинулась, хоть и с прослеживающейся логикой, — слабо отозвался Лернор, понимая, что лишь тот, кто за рулем, в мог решить куда лететь.

— Если боишься, милый, то глазки прикрой, — безумно улыбнулась Джулиана и круто развернула аэрокар в обратном направлении.

— Ага… — жалобно протянул Лернор и приготовился сгореть заживо.

Машина рванулась с места и понеслась к бушующему пламени от недавней аварии.

Подлетая к полыхающему пожарищу, в последний момент парень все же закрыл глаза. Жить оставалось совсем чуть чуть.

Но аэрокар, обдирая краску и ловя собой, языки обжигающего пламени, все же пробил препятствие и, не сбавляя скорости, вынырнул с другой стороны.

— Уффф… — выдохнул Лернор, ощущая как взмокла его рубашка.

Девушка же, почувствовав себя увереннее, прибавила скорость, и как снаряд из огненного жерла пушки вылетела из дымовой завесы въезда в туннель. К нему уже на всех парах неслись пожарные машины.

Черных преследователей как и полиции нигде не было видно. Предположения Джулианы оказались верны. Она резко вдавила руль от себя и нахально втиснула обожженную поцарапанную и помятую машину в нескончаемый поток наземного транспорта. Плюхнувшись перед зазевавшимся водителем, она тут же превратилась в полноправного участника наземного движения.

— Ндя, — произнес, обалдевший Лернор. — Я уж подумал, что нам крышка.

— Ничего! У меня бывало и хуже!

Парень хотел спросить «Где?» но тут же решил не запугивать себя возможными подробностями.

Затерявшись среди темных улиц и гудящих на перекрестках грязных авто, девушка, вновь включила системы наземной навигации. Установила автопилот на циклический маршрут, через самые загруженные авто трассы, она позволила себе расслабиться.

Продираться через реки наземных авто, по грязным и серым улицам мегаполиса, сейчас было намного безопаснее, чем парить над взбудораженным районом. Подранный аэрокар, передвигаясь как обыкновенный автомобиль, привлекал куда меньше внимания именно среди себе подобных — битых, грязных и перекрашенных машин.

Полчаса Лернор сидел в полном молчании, постепенно отходя от пережитых впечатлений. Он никак не мог поверить в чудеса профессионального вождения.

«Вообще, откуда у Джулианы весь этот профессионализм и отчаянность? Она водительские права то получила, максимум года два назад.»

Сам полет и жуткие маневры в речном туннеле, он не мог назвать ничем кроме как счастливо удавшимися каскадерскими трюками. В живых они остались лишь чудом.

«Что это? Подарок свыше или запланированная акция? Четкий ответ она мне все равно не даст.»

— Может еще коньячку? — поинтересовалась Джулиана, растирая затекшую от напряжения шею.

Лернор не ответил, безмолвно наблюдая за скопившейся впереди автомобильной пробкой.

— И долго мы тут будем вот так круги нарезать? — вдруг спросила девушка, словно не сама была инициатором маршрута. — После этих гонок у меня горючего не много осталось. Надо заправляться и быстрее валить из города. Так что ты там решил?

Ее парень продолжал упорно молчать, как будто все происходящее вокруг его совершенно не касалось. На самом деле, он просто напряженно думал.

— Лерн! — окрикнула она его.

— Мне нужно позвонить, — наконец выдавил он, а отсутствовавший взгляд приобрел осмысленность и даже какое-то подобие живого огонька.

— Просто так мы из города не выберемся. Пограничные посты без проверки не миновать, а ночью на некоторых участках их усиливают в несколько раз. По воздуху не прорвемся, так как купол своим полем выведет из строя всю электронику двигателя и антигравитационной установки.

— Ух ты! Приятно видеть тебя снова в строю, — обрадовалась Джулиана, награждая дружелюбным тоном. — Позвонить сможешь с заправки. Оттуда точно не проследят. Конечно, если звонить собираешься не тем, кто невольно уже втянут в это дело.

— Не беспокойся, — заверил ее Лернор..

Отключая автопилот, она залилась нервным смехом, а машина плавно повернула к освещенной синевой неоновой рекламы автозаправочной станции. Как только колеса коснулись бетонированной поверхности платформы станции, Лернор решился спросить.

— А что собственно смешного в том, что я сказал?

— Ты заварил эту кашу. На мне из-за тебя висит как минимум один труп полицейского и устроенный в туннеле бардак. Два трупа у самого на хвосте болтаются. Шок от погони не прошел, а он говорит мне «не беспокойся». Ой, сейчас умру от смеха…

— Да, ладно тебе, — потерялся Лернор, выходя из машины.

— Короче, я пошел звонить, а ты заправляйся. И…это…Одолжи десятку. Я без наличности, а про карточки, сама понимаешь, придется забыть.

— Нам повезло, что я карточками не пользуюсь, — протягивая монету, Джулиана прекратила злорадно хихикать. — Но с собой я взяла только то, что было в квартире. На месяц сытной жизни хватит, дальше надо будет думать.

Лернор угрюмо поплелся искать терминал видеофона. Единственный, кому он мог позвонить и на чью помощь надеяться был Малвин. Друг, хоть и не работал еще в органах, но был тесно связан с ними. Поэтому, по крайней мере, советом помочь точно мог.

Стараясь избегать людского потока, папаш с неспокойными детьми и бродяг, протягивающих к нему свои руки, Лернор, следуя указателям, завернул за угол. Затем резко остановился и выглянул из-за него. Никакой слежки, даже камеры безопасности заправочной станции безразлично смотрели в другую сторону.

Тут ему на плечо опустилась рука неизвестного, заставляя буквально подскочить на месте.

— Парень, денег дай! — обратился к нему вонючий, покрытый гниющими волдырями бродяга.

Лернор отскочил в сторону, сильнее сжимая в руках монету.

— Отвали. У меня самого только на один звонок то есть.

— Если соединю тебя бесплатно, отдашь монету? — не отступал бродяга.

Во мраке, за спиной нищего, одиноко возвышался терминал видеофона. Освещенной лишь своей собственной вывеской фиксированных услуг связи, он был единственным островком света надежды.

В любом случае придется иметь дело с этим попрошайкой. По другому просто не пройти. Да и не отстанет. Наверно это был его единственный способ заработка.

Тут в Лерноре вдруг проснулся профессиональный интерес. Он вспомнил недавний скандал, связанный с хакерским взломом телефонных терминалов. После которого компания, предоставляющая услуги фиксированной связи, заменила буквально все программное обеспечение и техническое оснащение своих уличных видеофонов. Парень засомневался в способностях этого грязного бродяги. Ему было все равно кому отдавать деньги. Машине или человеку. Главное чтобы соединили. Наконец, он решился.

— Пробуй.

Бродяга, хромая и кашляя, проковылял к терминалу и стал проводить с ним известные только ему манипуляции.

С любопытством заглянув через плечо, Лернор с изумлением отметил в руках «неимущего» довольно современный компьютер, отлично помещавшийся на ладони.

«Наверняка ворованный. Мало ли что люди оставляют в автомобилях, заезжая в эти места.»

Самодельные провода неуклюже были засунуты в разъем для приема монет. Грязные пальцы виртуозно манипулировали дорогой вещицей. Наконец, видеофон приветливо засветился зеленым. Кредит звонка не был ограничен. Бродяга кашлянул и, посмеиваясь, сообщил.

— Готово. Набирай номер быстрее. Безграничный кредит намного лучше любого другого кредита.

Отстукивая клавишами, известный ему наизусть номер, Лернор еще не знал, что скажет своему другу. Как объяснит все происходящее с ним.

Врать не хотелось, но и всей правды он сказать точно не мог. Тем более, рядом был ненужный свидетель. Возникшее соединение сразу разрешило все его проблемы.

— Абонент занят, либо находится вне действия сети. Оставьте свое сообщение после видео сигнала с вашим изображением.

Оказавшись близким к отчаянию, Лернор всей душой желал пнуть бесчувственный аппарат ногой. Как будто эта железяка была виновата во всех его бедах.

Еле-еле сдержавшись, он, наконец, вспомнил, что Малвин собирался весь вечер провести в компании какой-то девушки, и естественно, ни на какие звонки он до завтрашнего утра отвечать не будет.

Злиться на кого-либо кроме самого себя, а также оставлять сообщение не было никакого смысла.

— Отключай, — махнул он рукой, окончательно расстроившись.

— А деньги?

— Лови. — Лернор передал ему червонец, стараясь не касаться грязных рук. — Мне вот интересно, как ты программу взломал? Ведь у них новая система защиты.

— Секрет фирмы, — отозвался бродяга, пряча монету в рваный карман плаща. — Если что. Обращайся. Но только наличными.

Оторвав металлическую полоску с номером терминала видеофона, нищий протянул ее Лернору словно визитную карточку.

— Найдешь меня по этому номеру, — улыбнулся он.

Лернор удивился столь необычному способу изготовления визитных карточек. Через несколько дней на место уже пропавшей надписи, технический персонал телефонной компании опять установит новую стальную пластинку с тем же номером терминала. Забавно, но чертовски эффективно и оригинально!

Вертя в руках своеобразный подарок, Лернор задумчиво вышел из-за угла, совершенно не смотря перед собой. Из-за невнимательности он чуть не наткнулся на мамашу с двумя детьми. Та в ужасе уставилась на него, готовая выронить из рук полные продуктов сумки. Быстро пробормотав извинения, парень, стараясь более не привлекать внимание, пошел к уже заправленной машине Джулианы.

— Ну, какие новости? — поинтересовалась девушка, встречая своего друга совершенно без эмоций. — В магазинчике телевизор старенький был, там как раз новости крутили. Тебя, между прочим, там показывали…в криминальной хронике. Кстати, на фото ты менее симпатичный, чем в жизни. Хи-хи.

Лернор, укоризненно посмотрел на подругу и поспешил сесть в салон. Там он возобновил невеселые размышления, вызванные неудавшимся звонком.

— Я тут кое-какой закуски купила и немного выпить. Надеюсь, на дорогу нам хватит, — сообщила девушка, укладывая плотный пакет на заднее сидение. — Надо спешить, а то на тебя уже охоту обычная полиция устроила. В двух убийствах подозревают. Так что…сколько километров до места от границы мегаполиса?

— Смотря от какой, — буркнул Лернор, понимая, чем он так напугал ту мамашу с детьми. — Вильриллин слишком вытянут вдоль моря. Если пробовать с крайне северной, то не менее двухсот. С любого другого участка наверняка больше. Пытаться прорваться через северный кордон бесполезно.

— Это почему? Он же ближе всего к нам, — поинтересовалась Джулиана, усаживаясь в салон. Закрыть заедающие двери получилось лишь со второго раза.

— Во вчерашних новостях передавали об увеличении радиационного фона на севере Европы. Другими словами все северные границы закрыты.

— Знаешь, Лерн. Мне все время кажется, что ты не учитываешь один немаловажный факт.

— Какой это?

— Границы охраняют от проникновения извне, но никак не от тех, кто хочет рвануть изнутри, — продолжила свои размышления девушка. — Они охраняются, но не блокированы. Это уж точно. Просто поверь мне, милый…

— Хорошо, тогда надо попробовать, — решился Лернор. — Только давай убираться отсюда быстрее, а то мне кажется, скоро найдутся те, кто наведет сюда полицию.

Девушка тронула аэрокар с места и вырулила на трассу. Она еще некоторое время вела его по задымленным от смога и тумана дорогам, но затем все же решила поднять машину в воздух.

Ближе к полуночи воздушные трассы заметно освобождались. Многие, счастливые владельцы летающих авто, пользуясь всеми преимуществами воздушного перемещения, быстро добирались по домам после рабочего дня.

Лернор, проведя весь день в постоянном движении и стрессе, буквально засыпал на ходу. Он сильно устал и поэтому, решив хоть чуточку поспать, сдался, окончательно доверяя свое шаткое спокойствие в руки Джулианы.

Да и как отказать себе в таком удовольствии, если подруга сама вызвалась дежурным добровольцем, ссылаясь на то, что для хорошей релаксации ей вполне хватит музыки и наушников.

Но, даже забывшись сном, его сознание продолжало бодрствовать, наполняя момент отдыха дурными видениями.

В них он вернулся домой. В небольшой городок недалеко от побережья Финского залива.

Вой полицейских сирен по ночам и редкие перестрелки днем — привычные атрибуты его родного промышленного района. Разнообразие в их повседневную жизнь вносили постоянно сменяющие друг друга отряды добывающих корпораций. Так называемых охотников за теми крохами полезных ископаемых, оставленными без присмотра на ничейной земле.

Их основной целью в городе были старые нефтеперегонные станции все еще функционирующего завода, обеспечивающего город электричеством. Одни отряды привозили нефть, другие загружали уже переработанный первыми продукт, а третьи под конвоем отгоняли уже загруженные цистерны в сторону мегаполиса.

Вся чехарда проходила с переменным успехом, то одних то других, то третьих. Из вооруженных столкновений редко несколько раз кряду победителем выходила какая-нибудь одна из корпораций.

Единственным плюсом такого существования было непосредственное отсутствие боев в самом городе.

Местная власть ставила жесткие условия каждой из приходящих корпораций. Мэр предоставлял своих специалистов, способных работать со сложным оборудованием на заводе, лишь в обмен на спокойствие и защиту всех своих граждан.

Данный альтруизм объяснялся преклонным возрастом градоначальника и горячей любовью к родному городу. Только благодаря ему, основные бои и вооруженные столкновения проходили за чертой города.

Это негласное правило было известно официальным структурам, а кочующие банды и отряды вольных наемников, давно точившие зубы на завод, бессильно наталкивались на хорошо организованных вооруженных солдат той или иной хозяйничающей в незащищенном куполом городе корпорации.

Непрекращающимися бои, вероятно, были меньшим злом в жизни города. Большую лепту в увеличение несчастий вносила стихия. Природные аномалии, считавшие своим долгом с завидной регулярностью напоминать о себе, очередными капризами погоды, на столько изматывали жителей, что и так жалкое существование начинало казаться сущим адом.

Постоянный ветер, проливные дожди и наводнения, затопляющие продовольственные склады в округе. Единственное, что спасало сам город от наводнений, было то, что располагался он на некоторой возвышенности и бурлящей воде, заливавшей окрестности, оказывалось не под силу хлынуть на улицы довольствуясь лишь периодическим размыванием подъездных дорог…

Во сне он вдруг увидел себя, стоящего посреди главного проспекта. Вместо привычного делового костюма, на нем провис промокший насквозь камуфляж.

Вокруг шел рукопашный бой, но он как будто был двумерной картинкой на фоне основного действа.

Лернор посмотрел на свои мокрые и замершие руки. Обе ладони были испачканы кровью. Ран на теле не было, убеждая в том, что это чужая кровь. Липкая красная жидкость пугала его, вызывая отвращение.

Он поднял руки к черному небу, стараясь подставить ладони под летящие навстречу капли проливного дождя. Лернор стремился смыть всю эту липкую мерзость, но она появлялась на руках вновь и вновь. А стремительный, непрекращающийся поток воды не прекращал заливать его со всех сторон.

Схватка вокруг ожесточалась с яростной силой. Звуки боя становились яснее и четче. Солдаты, приобретая форму и объем, продолжали безжалостно убивать, друг друга, окрашивая воду в бордовый цвет.

Лернор отчаянно продолжал возносить руки к небу, стараясь не обращать внимания на происходящее вокруг. Он был бессилен перед стихией и молил ее об очищении.

Вода захлестнула его грудь и шею. Она залилась в рот и уши. Лернор уже тонул… Но не в воде… Он тонул в крови, реально ощущая во рту ее железный привкус. Это неприятное чувство оказалось настолько реалистичным, что возникший страх тут же заставил его проснуться.

Видение исчезло, но частое дыхание, холодный пот и чувство живого ужаса, остались с ним перенесенные в реальность во всех деталях. Продукт сознания, основанный на воспоминаниях или возможном будущем, вселил в него тревожное чувство ожидания.

В это время за темным окном аэрокара падал мелкий дождь. Огни ночного города стали редкими и тусклыми, говоря о скором приближении к границам мегаполиса.

— Где мы? — тихо спросил Лернор, постепенно приходя в себя.

— Что? — Джулиана сняла наушники.

— Как далеко мы от границы?

— Километров пять…

— Придется снизиться на наземную трассу, — предупредил Лернор. — Не хочется падать сразу на блокпост, привлекая излишнее внимание. Так что, думаю, сейчас самое время.

— Хорошо, Зая, — дружелюбно отозвалась девушка и начала снижение.

Лернор выглянул в окно, и стал наблюдать за приближением знакомой дороги.

Когда-то именно по ней он последний раз пересек границу, перебираясь жить в мегаполис. Тогда он думал, что навсегда оставил ту ужасную жизнь за спиной и больше никогда не поедет этой дорогой. Не поедет, до этой самой ночи…

И сейчас ему казалось, что, нарушив общеизвестное правило никогда не зарекаться, он расплачивается именно за те слова. Расплачивается сполна. Хотя и не было ясного понимания «с кем».

Как он и предполагал, дорога оказалась пуста. Почти пуста… По ней в сторону границы мегаполиса двигалась колонна крытых темно-зеленых грузовиков и два тягача с длинными цистернами для нефтепродуктов.

— Что будем делать дальше? — нарушила молчание Джулиана, вплотную пристраивая машину за следовавшей колонной. — Идеи прорыва есть?

— Думаю, сейчас нам как раз может пригодиться твоя карточка.

— Но ведь нас тут же засекут, — возразила девушка. — Ты забыл о том, что я тебе на крыше говорила?

— Стоит рискнуть. Иначе меня через блокпост точно не пропустят, раз уже объявили в розыск, — пояснил Лернор. — На выездном посту в этот час наверняка дежурит кто-нибудь чином помладше, и не будет задавать каверзных вопросов.

— Предварительно пропустив военную колонну одной из корпораций, проверяющий уже не будет столь бдителен и удостоверение тайного агента не вызовет особых подозрений. Разве что привлечет внимание одна особенность. Ксиву предъявит симпатичная молодая девушка. Хотя… Милая, тебе ведь не впервой?

Джулиана недовольно хмыкнула, серьезно хмуря брови. Идея ей явно не нравилась.

— А ничего лучше ты не придумал? Если карточка засветится в сети, то людей, которые охотятся на нас, врядли остановят границы мегаполиса и опасная не дружелюбность ничейных территорий.

— А ничего больше и не придумаешь, — немного нервничая, развел руками Лернор. — Вокруг лишь минные поля и энергетические установки купола. Выход только здесь. Разве что, у тебя в машине нет особых секретных мест, куда можно было бы меня спрятать…

— Ладно… — быстро кивнула Джулиана, явно не довольная своим согласием и, стараясь перевести разговор от темы «секретных мест». — Попробуем, узнаем. Ты пока свой пистолет приготовь, если все же с боем пробиваться придется.

Только сейчас Лернор вспомнил об оружии под сиденьем. Наклонился и вытащил его. При осмотре, оружие уже не вызывало никаких эмоций.

Отключив зловредный предохранитель, он аккуратно спрятал пистолет под полу пиджака, искренне надеясь, что до непосредственного применения все же дело не дойдет. Больше от него ничего не зависело. Оставалось только ждать и наедятся на Джулианино искусство убеждать.

Они продолжали следовать за военизированной колонной вплоть до самой границы. Встречного транспорта не попадалось. Дорога оказалась непривычно пустой и нагоняла мрачные мысли. Как Лернор и предполагал, границу действительно закрыли. Во время радиационной активности, власти мегаполиса старались по максимуму оградиться от новой волны иммигрантов с севера.

Поравнявшись с контрольным пунктом и множеством его разделительных полос, Джулиана не задумываясь, свернула за тягачами по «зеленому» коридору.

В обычном режиме работы пропускного пункта, разделения предназначались для управления интенсивным потоком автомобилей, а так же и их владельцами.

Каждое разветвление дороги служило коридором для тех или иных лиц и транспорта, покидающих Вильриллин. Водитель грузового транспорта, представитель администрации мегаполиса, частное лицо, корпорация и военный, каждый из них имел свой проезд за пределы города. Лернор не понаслышке знал, что по ту сторону купола спектр вариаций разделительных полос был гораздо шире. Они различались не только по типу пропускаемого транспорта, но так же скоростью, качеством и жесткостью проводимого досмотра и проверки документов.

«Зеленый» коридор был предназначен лишь для особо привилегированных клиентов, имеющих либо специальные разрешения на проезд без досмотра, либо достаточно высокий статус в администрации или силовых структурах мегаполиса.

Колонна прошла без задержек в течении каких-то пяти минут.

Наконец, энергетический щит за ними закрылся, и подошла очередь беглецов.

Лернор тут же откинул спинку кресла и притворился спящим. Пограничник, проверяющий авто, следующие «зеленым» коридором, редко обращает внимание на пассажиров и груз. Но с мелькающим в вечерних выпусках криминальных новостей фото, безопаснее было скрыть свою физиономию в темноте салона, стараясь лишний раз не провоцировать стражей границы.

— Ваши документы, — наклоняясь к полуоткрытому окну Джулианы, осторожно спросил пограничник в чине сержанта.

Смотря прямо перед собой, девушка, с серьезным видом небрежно протянула трофейное удостоверение. Она почти естественно не проявляла к персоне проверявшего никакого интереса. Собственно так, как и следовало «сотруднику» ее уровня.

Сержант с интересом посмотрел на протянутые документы. Повертел карточку в руках и задумался.

Было заметно, что документ не произвел на него особого впечатления. От части такую реакцию можно было понять, ведь за день через его руки проходило несчетное количество документов наверняка поважнее удостоверения сотрудника тайной полиции мегаполиса.

— Цель и сроки поездки за купол? — поинтересовался пограничник.

— Я не обязана обсуждать это с вами. — отрезала Джулиана, изредка бросая косые высокомерные взгляды на проверяющего.

— Хорошо, а такое внешнее состояние аэрокара объяснить сможете? Ободранная краска, копоть и прочие не естественные детали…

— Это прикрытие, для поездки, — перебила его мысль девушка коротким ответом.

— А почему тогда аэрокар? — не унимался сержант. — Данный вид транспорта будет лишь привлекать внимание местных жителей.

— Я же объяснила. Все, что вы видите, предназначено для дела, а не для прогулки, — отрубила Джулиана, полностью вживаясь в роль.

— Прошу выйти из машины, — неожиданно произнес пограничник.

— С какой стати?

— Я сказал, выйдите из машины, — повторил сержант, отходя от дверцы на несколько шагов.

Девушка решила не спорить и открыла дверь. Выйдя, она пошла вслед за удаляющимся погранцом, заметно нервничая.

— Из-за того, что вы задерживаете сотрудника полиции при исполнении, у вас будут серьезные проблемы, сержант. А еще хуже вам будет, если мы не успеем догнать конвой, прошедший перед нами.

— Что вы сказали? — останавливаясь, насторожился пограничник.

Было непонятно, обижен он или напуган прозвучавшей фразой.

Джулиана решила не рисковать и, стараясь выглядеть безэмоциональной, тихо повторила.

— Что слышали, сержант…

— Надо было так сразу и сказать. Извините, мисс. Нас не предупредили, — резко изменился в лице пограничник, аккуратно протягивая карточку ее владельцу.

— Ничего, ничего, — успокаивающе сказала девушка. — Это ваша работа.

Сержант махнул рукой сидящему в контрольной будке солдату, и тот отключил блокирующий им выезд энергетический экран. Джулиана повернулась и направилась к ожидавшей машине, как вдруг пограничник вновь окликнул ее.

— Еще раз прошу прощения, но я должен проверить подлинность удостоверения.

Девушка с досады прикусила губу и замерла. А сержант тем временем уже ждал с приготовленным для проверки аппаратом.

Лернор, следя за происходящим из аэрокара, стал гадать, сработает ли тревога сразу, или пройдет еще некоторое время, пока проверяющие обнаружат подлог. Перспектива быть заблокированным в энергетическом колпаке не внушала оптимизма.

Каждая минута в этот момент тянулась за две.

Джулиана медленно вставила карточку в аппарат и напряглась, ожидая результата. Красный индикатор осветился кровавым цветом. Услышав тревожный звук, Лернор сильнее сжал рукоять пистолета, постепенно направляя ствол в сторону пограничника.

— Не переживайте. Попробуйте еще раз, — предложил сержант. У нас из-за радиации за куполом вся электроника сегодня барахлит.

Девушка вставила карточку вновь. Результат тот же. Сержант как бы невзначай положил руку на кобуру. Еще раз, и опять красный.

— Извините, мисс, но…

— Погодите, сержант, — прервала его на полуслове Джулиана и вставила пластик удостоверения вновь. На этот раз зеленый цвет индикатора не заставил себя долго ждать.

Сержант облегченно вздохнул и, отдав честь, искренне пожелал удачной дороги. Всем своим видом он был рад тому, что все разрешилось бесконфликтно.

— Будьте осторожны, там сейчас жуткая гроза…

— Спасибо, — ответила Джулиана, быстро садясь и закрывая дверь. — Уф, я чуть не сорвалась. Благо, пронесло…

— Еще нет, — мрачно возразил со своего места Лернор. — Шустрее жми на газ и на выезде посмотри налево.

— Шайзе! — выругалась Джулиана, выруливая за пределы пограничного поста и «зеленого» коридора на разбитую дорогу. — Это же наши старые знакомые! Вышли таки на нас.

Два черных аэрокара, аналогичные тем, что преследовали их в мегаполисе, плавно выезжали со стоянки пограничного объекта.

Они не спешили. На первых порах, стремясь не привлекать внимание, машины спокойно пристраивались на дорогу вслед за удаляющимся от границы аэрокаром Джулианы.

Навстречу, по противоположной части дороги, начиная от разделительных полос пограничных коридоров, вдоль обочины тянулась длинная очередь легкового наземного транспорта с замерзающими в них беженцами. Днями и ночами эти несчастные дежурили на границе в надежде дождаться очередного разрешения на въезд, либо разжалобить взяткой заступающего на новую смену дежурного заставы.

— Это скорее не те самые. Скорее их коллеги, дежурившие на границе, — высказал предположение Лернор. — Может, поэтому нас все-таки и пропустили. Просекли документ и чтобы без свидетелей прижать нас за мегаполисом, намеренно пропустили. Давай дави на педальки и в небо!

Но безжалостная природа, предательски встала на сторону преследователей. Увы, теперь они все находились полностью в ее распоряжении.

Машины буквально врезались в стену дождя. Ливень с сильнейшей грозой окутал их плотными стенами воды и пара. Повсюду ярко засверкали многочисленные молнии. Они словно морщины разрезали небо, столь часто, что даже сквозь водяную пелену ночи можно было ясно различить разбитую дорогу и окрестности вдоль нее. Гром не переставал греметь ни на секунду. Даже звукоизоляция авто не могла заглушить его грозных раскатов.

Поднимать машину в воздух было не только небезопасно, но больше подобно самоубийству.

Даже сейчас, двигаясь по залитой водой колее, пришлось почти до минимума сбросить скорость, чтобы не слететь с дороги. Аэрокар буквально зарывался носом в дождевую воду, разбрызгивая в стороны плотные водяные струи.

Черные преследователи не испугались разбушевавшейся природы и плотно сели на хвост беглецам. И хоть извергаемая неудержимым небом вода доставляла им не меньше хлопот, чем аэрокару Джулианы, их машины упрямо набирали скорость и приближались.

— Вот и полетали, — вздохнула Джулиана. Погода за секунды перестала быть летной. — Я за всю свою жизнь такой ужасной грозы не видела. Если честно, я ее начинаю бояться больше, нежели тех, кто на хвост сел.

— Это еще цветочки, — оптимистичным голосом заверил Лернор. — Вот когда совсем поплывем, а дорога просто утонет, превращаясь в бурную реку, то увидишь настоящую силу особенностей стихии здешних мест. Мне недавно сон странный приснился. Я там просто утонул под дождем…

Джулиана испуганно посмотрела на него, затем озабочено отметила отключения навигационной системы и автопилота. В этих местах они не работали, не говоря уже обо всех остальных средствах связи, заглушенных грозой и радиацией.

— Ну, вот мы и остались одни. Неужели наши «друзья» решаться что-либо предпринять?

— Не знаю, но, думаю, они уже решаются на очень рискованные шаги, — оглядываясь, ответил Лернор и поднял руку с пистолетом.

В зеркале заднего вида он не без беспокойства наблюдал за тем как одна из преследующих машин, выехала или вернее почти выплыла на встречную полосу. Она продолжила опасно набирать скорость, разбрасывая в стороны фонтаны брызг. Становилось ясно, что эти внедорожные ассы оптимистично надеялись взять их в «тиски».

— Джули, ну-ка прибавь скорость!

Взревел двигатель, и машину стало бросать в разные стороны. Выскочив из колеи, аэрокар выпрыгнул на встречную полосу, резко испортив планы заходящей слева машины преследователей.

— Не могу! — отчаянно выкрикнула она, с трудом выравнивая непослушный аэрокар. Сбросив скорость, она безуспешно старалась вернуться на свою полосу, но машина прочно увязла в воде колеи на встречной полосе. Воспользовавшись моментом, второй преследователь стал быстро перекрывать пространство, блокируя место для маневра. И вот черный экипаж, заходя справа, почти поравнялся с ними. Он упрямо продолжал набирать скорость, тараня водную преграду.

Лернор бросил взгляд на спущенный предохранитель пистолета и вдавил кнопку открытия окна со своей стороны. Того, что произошло в следующую секунду, он никак не ожидал.

Вода, плотной волной брызг хлынула в салон заливая все вокруг. Оторопев от столь сильного и холодного душа, парень быстро стал закрывать образовавшуюся «пробоину». Очередная попытка пострелять закончилась ничем, предлагая, наконец, смириться и оставить оружие в покое.

От возникшей в салоне влажности, все стекла запотели в одно мгновение.

— Вот тебе и млин… — выругался парень, начиная отплевываться и сморкаться в найденную салфетку.

Старательно вытирая лицо рукавом, он решил удивится тому, что торилось под ногами. Там, впитываясь в коврик, во всю хлюпала солидная лужа.

«В огне не горим. А в воде? Походу тонем…»

Внезапный удар сзади, оповестил о том, что преследователи, не смотря на сложные метеоусловия, решили таки сбросить их с дороги. Рискуя своей безопасностью, они тут же повторили толчок в задний бампер.

Третий удар о машину пришелся в ее заднее колесо. Аэрокар Джулианы подбросило и тут же выбросило на щебенку, но девушка продолжала героически удерживать автомобиль на дороге, не давая слететь ему в кювет.

Внезапно впереди стало как-то неестественно светлее.

— Вверх! — закричал Лернор, лично включая антигравитационую установку.

Девушка тут же рванула руль на себя. Опаленная пламенем, откуда не возьмись вылетевшей ракеты, машина в последний момент взмыла в небо. Пролетев под днищем самонаводящиеся охотница вдребезги разнесла одного из преследователей.

— Что это!? — воскликнула Джулиана, еле уклоняясь от молнии.

— Потом! Уводи машину ближе к деревьям! Иначе сгорим!

Девушка, больше не стала задавать вопросов. Она тут же быстро набрала скорость и, стараясь не превышать двухметровую высоту над землей, увела машину к ближайшей лесной просеке.


В момент, когда аэрокар Джулианы скрылся между деревьями, на залитой дождем дороге разворачивались события, развитие которых не брался предсказывать никто из непосредственных участников.

Второй преследователь, сбитый с толку внезапной гибелью товарища, ударил по тормозам и резко остановился прямо посреди дороги. Из него выскочили трое мужчин в черном и бросились в рассыпную. В этот момент в нее врезалась вторая ракета.

Мощный взрыв подбросил и перевернул транспорт в воздухе. После чего искореженная машина рухнула и сдетонировала батареями. Разорванные листы металла горя и потухая кусками разлетелись в разные стороны.

Пассажиры уничтоженного авто, утопая в придорожной грязи, в отчаянии открыли шквальный огонь по появившимся из засады нападавшим. Четверо бандитов истекая кровью, тут же остались неподвижно лежать под проливным дождем. Остальные быстро сообразив, что добыча оказалась не совсем беззащитной, тут же залегли и принялись поливать защитников свинцом из автоматического оружия.

Находясь на открытой местности, пассажиры черного аэрокара, отстреливались не долго. Все их попытки укрыться на дороге не увенчались успехом, и вскоре смерть пришла за каждым из них. Когда под аккомпанемент дождя стихли выстрелы, нападавшие покинули свои укрытия. Дойдя до бездыханных тел, они принялись обыскивать карманы жестоко убитых ими незнакомцев.

— Вот уроды! Наших сколько положили, а у самих в карманах не гроша, — возмутился первый из бандитов. Он с садистским удовольствием сделал контрольный выстрел в глаз одной из лежавших на дороге жертв. — И нахрена, мне спрашивается твои карточки, тварь?

— А ты что думал, они с собой наличность возить будут? — спросил второй бандит, приседая над трупом. — По форме видно, что на службе были. Снимай лучше амуницию и оружие бери.

— Гобрах, ты зачем их вторую машину разнес то? Одной тебе не хватило? — продолжал возмущаться первый нападавший, обращаясь к третьему бандиту, вразвалку подходившему к месту побоища.

Он угрюмо молчал, удерживая на плече дымящуюся ракетницу. Подойдя, Гобрах остановился, и мрачно посмотрел из-под своих густых бровей на извергающего претензии товарища.

— Энеми, закрой хлебало! — рявкнул он. — Если разнес, значит так надо было. Иди лучше ранеными займись.

— Гобр, а ведь он прав. Нам транспорт нужен был, — поддержал Энеми, второй бандит. — Мне вообще не понятно, почему ты прицельно по машинам стрелял.

— У меня были свои счеты с владельцем первой машины. — Гобрах посмотрел в направлении, где по просеке скрылся аэрокар. — Жаль, только ему и в этот раз повезло.

Его коллега разочаровано махнул рукой.

— Из-за твоих личных счетов и амбиций мы скоро от голода подохнем.

Гобрах злобно сверкнул глазами, давая понять, что разговор закончен.

Вскоре бандиты, подобрав двух раненых, скрылись в лесу. А дождь в тот же миг смыл все следы преступного нападения лестных жителей. Он был не просто бесстрастным свидетелем происходящего. Дождь был за одно с ними. Таким образом он вымещал на «городских» всю злость бушующей стихии, пока еще не способной проникнуть под купола защищенных городов и наказать людей за их грехи перед природой.


— Так, что же это было? — Джулиана повторила волновавший ее вопрос, когда они на всех порах неслись по лесной просеке и были уже довольно далеко от места происшествия.

— Засада. Обыкновенное бандитское нападение. Очень привычное явление для этих небезопасных мест, — спокойно ответил Лернор, вглядываясь в пелену дождя.

— Еще не живя в мегаполисе, я не раз сталкивался с подобным явлением на собственной шкуре. Хорошо, что местные Робин Гуды из принципа не трогают жителей ничейной земли. Обычно с них просто взять нечего. Им вполне хватает заблудших граждан мегаполисов, имевших неосторожность сунуться за его пределы…

Лернор закашлялся и на секунду прервался. От дождевой воды, которой ему повезло наглотаться, неприятно першило горло.

— Но в основном целью таких нападений являются, груженые нефтью колонны корпораций, подобные той, что мы видели на границе. И если нападение удается, бандиты через посредников перепродают захваченную нефть другим добытчикам, либо меняют ее на оружие и амуницию в больших городах. Хотя чаще всего сами гибнут от пуль солдат конвоя. Но тем не менее мерзавцев в их рядах, желающих заниматься разбоем на дорогах, не уменьшается.

— Как ты узнал, что по нам стреляли? — зевнула Джулиана.

— По вспышке выстрела. Не первый раз я уже с этим сталкиваюсь. Жаль только приходится вспоминать старые рефлексы, — ответил Лернор, задумчиво улетая мыслями в темное прошлое своей юности.

— Хорошие у тебя рефлексы, однако, раз жизнь нам спасают. Ты мне вот еще одну штуку расскажи. Нам в целом долго до места добираться? А то я так устала, что уже за штурвал еле держусь, — решилась пожаловаться девушка. Стараясь, как можно удобнее устроиться в уже изрядно надоевшем кресле, она интенсивно в нем ерзала.

— Не знаю, — честно признался Лернор. — Надо снова выбраться на дорогу, тогда сориентируюсь. Только не пытайся поднимать аэрокар выше деревьев, а то молнией по чайнику схлопочем. По крайней мере, пока гроза не кончится.

— Обратно я тоже возвращаться не собираюсь, — решительно заявила его подруга.

— А ты не нервничай. Я ведь и не прошу даже. Увидев аэрокар снова, бандюки во второй раз точно не промахнуться. В любом случае скоро должны вылететь на опушку, а там видно будет.

К общему разочарованию на опушку они так и не вылетели, а наоборот безнадежно уткнулись в непроходимую стену хвойного леса и серого дождя. Просека закончилась неожиданно и подло. Девушка с измученной миной устало посмотрела на Лернора. Лишь механические дворники продолжали без устали по-прежнему сметать с лобового стекла разбивающиеся в дребезги крупные капли дождя.

— И куда теперь?

Лернор был озадачен и поэтому молчал. Глубоко вздохнув и не ответив, он полез на заднее сиденье. Устроившись там и уловив во взгляде Джулианы недоумение, он принялся рассуждать.

— Когда ситуация ставит тебя в безвыходное положение. Лучше всего присесть подумать, отдохнуть и подождать. Только не делать лишних резких движений и не принимать скорых решений. Так что сажай аппарат прямо тут и давай поужинаем и отдохнем. Под утро стихия, возможно, утихнет или хотя бы гроза прекратится. Тогда и будет видно, что делать дальше.

Девушка не стала возражать и послушно выполнила посадку. Ей и самой все порядком осточертело. Блокировав замки автомобиля, она развернула кресло и перебралась к Лернору, составляя компанию в изучении содержимого пакета с продуктами.

После плотного ужина, скорее похожего на ранний завтрак, чувство опасности заметно притупилось. Сняв с себя промокшую одежду, Лернор завернулся в найденное под боком шерстяное покрывало. Джулиана, обняла друга и, стараясь устроиться потеплее, уютно забилась к нему под мышку.

Вымотанные и усталые они так и заснули в брошенной посреди леса машине. Гроза постепенно теряла свою громогласную мощь, и звукоизоляция салона уже была в состоянии без особых проблем обеспечить покой усталым путникам.


Утро наступило медленно, но ярко. Солнечный свет, наконец, пробившись сквозь плотные слои дождевых облаков, зайчиками струился по салону аэрокара. Несколько из них, как будто специально дразня спящего, остановились на лице Лернора. Он открыл глаза и часто заморгав, проснулся.

— С добрым утром!

Джулиана уже сидела на месте водителя и, держа в руках маленькое зеркальце, добытое из косметички, озорничала, направляя на своего соню все новые лучи.

— Если оно доброе, то привет, — хрипло отозвался Лернор, широко зевнув. Потягиваясь и хрустнув суставами, он переполнился желанием немедленно выйти из порядком надоевшей машины.

Девушка угадала ход его мыслей.

— Даже не пытайся. А то нас затопишь. Ливень устроил вокруг жуткую трясину. Машина по самые окна в ней.

Лернор подобрался к запотевшему стеклу и, протерев его краем покрывала, выглянул наружу. Грязь и глина, словно живая смесь, медленно двигалась и текла вокруг, всосав машину по самые зеркала.

— Джули, нас ведь засосет!

— Не переживай. Не засосет, — успокоила его девушка. — Ночью не засосало, значит и сейчас не засосет.

Лернор чрезвычайно удивился такой ее беспечности. Девушка либо шутила, либо последние события так на нее повлияли, что она вовсе перестала реагировать на опасность.

Странно все-таки на человека влияет сон. Каждый новый день после самого поганого вечера, начинается, словно с чистого листа. Даже самая безвыходная ситуация находит свой выход тут же после пробуждения. Главное в эти моменты не замечать мелочей, напоминающих о вчерашнем дне, и не вспоминать о том, что плохого с тобой случилось. Лернор все это знал, но не сдержался и стал осматриваться. Найдя у себя под ногами мятую рубашку и пиджак, он с пренебрежением отметил, что они так и не высохли за остаток ночи. Особого желания одевать тряпью вновь не возникло, и настроение стало ухудшаться.

Умело завязав на шее присвоенное покрывало, он прошуршал в пакете и извлек из него сочное яблоко.

Сгруппировавшись, он тут же потешно изобразил белку с орехом в лапках и с жадностью принялся грызть плод.

— Давай, подруга дней моих суровых… Взлетай!

— А поцеловать?

Изобразив на лице улыбку чеширского кота, что уже не совсем сочеталось с образом белки, Лернор признал справедливость претензии. Перебравшись обратно на свое кресло подле Джулианы, он тут же поцеловал ее в нос. Добившись своего, девушка довольно усмехнулась и включила двигатель.

Осторожно поднимая в заметно прояснившееся небо, завязший в грязи аэрокар, она поняла, что все оказалось не так просто. Земля наотрез отказывалась их отпускать.

— Кажется, все-таки хорошо влипли за ночь, — констатировал Лернор. — Лопата найдется?

— Нет, но в багажнике есть ведро, — отозвалась Джулиана, вновь и вновь стараясь поднять машину из жижи. — Ты что, откапывать нас собрался?

— А что? У тебя есть другие предложения? — спросил он, открывая люк на крыше аэрокара.

Впустив в салон теплый воздух, он посмотрел на солнце. Оно ласково касалось его кожи, и быстро нагревало все вокруг. Даже если солнечная радиация велика, Лернору было плевать и не привыкать. Ведь кому-то надо было делать грязную работу. Он скинул мешающее покрывало и, оставшись в одних брюках и туфлях. Выбрался на крышу.

Погода встречала полуголого жителя мегаполиса на странность приветливо. Даже ветерок приятно трепал волосы на голове.

Добравшись по скользкой крыше до багажника, он ударом ноги помог ему открыться. Быстро смывая со своих мест лежавшие в беспорядке тряпки и инструменты, вонючая жижа тут же хлынула в образовавшийся проем.

Свесившись, Лернор лихо подхватил выплывающее складное ведро и с резким шлепком и брызгами захлопнул багажник. Проторенным путем, перебравшись обратно на крышу, он крикнул в люк.

— Джули, поднимай аппарат.

Девушка вдавила педаль, усиливая вибрацию еле поднимающегося транспорта. Лернор заметил, как из-под воды, выгибаясь и трескаясь, появился толстый коричневый слой застывшей глины. Он то и держал их за передний и задний бампер.

Удивившись тому, насколько они осели в болоте за ночь, Лернор растянулся на вибрирующим капоте и стал краем ведра долбить самую большую трещину в пласте глины, увеличивая ее с каждым новым ударом.

Как только пласт поддался и разошелся в разные стороны, освобождая переднюю часть машины, аэрокар резко задрал нос вверх. Лернора подбросило и, переворачивая в воздухе, кинуло на лобовое стекло. Складное ведро, вырвалось из рук и всплеском скрылось где-то далеко позади. Взглянув на распластанного с внешней стороны стекла полуголого друга, Джулиана наградила его извиняющийся улыбкой.

Недовольно фыркая, Лернор кое-как добрался до люка и забрался обратно в салон аэрокара. Надув щеки он покрепче завернулся в свое теплое покрывало и не издал не звука. Девушка же тем временем, выровняла транспорт и легко маневрируя, вырвала машину из тисков леса. Аэрокар взмыл над вершинами сосен и осторожно полетел над их хвоей.

Вырванная из болота глина, облепившая корпус машины по периметру и сдуваемая напором встречного ветра, время от времени кусками срывалась вниз. Обратно в темную чащу, не столь гостеприимно приютившего их леса.

Вскоре они натолкнулись на ленту дороги. Она словно змея извивалась между деревьями, но оказалась знакомой Лернору.

— Держись немного правее над лесом, — оживился он. — Скоро впереди должны показаться трубы завода. Как только увидишь, то до города будет рукой подать. Тогда придется спуститься на дорогу. Сейчас это делать пока еще слишком опасно.

— По-моему, тут вообще везде опасно, — вставила реплику Джулиана. — При большом желании, нас и в воздухе без труда собьют.

Решил не развивать эту тему дальше, Лернор успокаивающе положил ей руку на плечо и нежно пригладил волосы. Тем временем расстояние между ними и пунктом назначения быстро сокращалось.

Не прошло и получаса, как на горизонте показались упомянутые Лернором трубы, а затем и сами окрестности городка. Не забывая о пожелании, Джулиана предусмотрительно снизилась до уровня дороги.

— Пожалуйста, приземлись вон на той полянке, — попросил Лернор, быстро натягивая под покрывало влажную рубашку.

Его вдруг внезапно охватило сильное нервное возбуждение. Не смотря на ненависть к этому месту, парень, кажется, почувствовал, как сильно он по нему соскучился.

— Я сбегаю на разведку. Давно не был в этих местах. Не ясно, что изменилось за это время и какая из корпораций сейчас охраняет подходы к городу. Особенно меня волнует, где она расставила свои патрули. Надо узнать, что к чему, пока мы не удивились им больше чем они нам.

— Зая, а это точно необходимо? — взволновалась Джулиана, явно не желая оставаться в одиночестве.

— Да, милая. Иначе, следуя прямо по дороге, можем нарваться на их блокпост. А для них посторонний в прицеле, все равно, что враг. Более того, без специальных пропусков и на своем транспорте, мы не внушаем доверия. Объявят шпионами и расстреляют на месте. Так что машину в любом случае придется бросать.

Джулиана озабочено надула губки. Ей не хотелось расставаться с последними элементами комфорта.

— Сейчас схожу, узнаю, где там и что. Потом за тобой вернусь, — продолжал Лернор, покидая машину. — Ты пока вещи наши собери и машину спрячь поближе к лесу.

— Лерн! — позвала девушка, когда он уже выскочил на дорогу. — Ради, бога, будь осторожен!

В ответ он отмахнулся и быстро скрылся в лесу с другой стороны.

Тут же найдя, заросшую знакомую тропинку, Лернор так быстро побежал в сторону города как только мог. Его туфли вязли и скользили по грязи, но это его уже мало волновало. Имидж в этих местах никому был не нужен.

Когда-то давно, он не раз бродил по этой тропе, гуляя в этих местах еще ребенком. Он изучил здесь каждый кустик, деревце и камушек. Всплывшие воспоминания разбудили в нем навыки следопыта и, чуя опасность, он наметанным глазом, внимательно изучал каждую травинку на своем пути. Лернор точно знал, что искать и поэтому без труда ловко перепрыгнул через две хорошо замаскированные растяжки. Не сдержав улыбки, он с удовольствием отметил, насколько солдаты корпорации оказались как всегда банальны и неизобретательны, устанавливая мины-ловушки.

Махнув через кусты черемухи, и прорвавшись сквозь заросли мутировавшей крапивы в человеческий рост, парень расстелился на траве, медленно выползая на пригорок.

Отсюда открывался прекрасный вид на ведущий к городу последний участок дороги. Взору Лернора предстали выжженная земля, колючая проволока и длинные ряды траншей, укрепленных мешками с песком. Всюду, вдоль этих искусственных границ были видны редкие патрули.

«Дом, милый дом» — подумал он и всей грудью вдохнул знакомые запахи леса.

Пейзаж пригорода родного города, почти не изменился. С того времени, когда он последний раз приходил на это место, изменились разве что некоторые детали.

Вдали на старом многострадальном железобетонном бункере развивался уже не зеленый, а красный флаг. Нововведением также оказался глубокий и широкий ров, до краев наполненный дождевой водой. Он тянулся вдоль всей видимой черты города, словно демаркированная линия. В месте, где разбитая загородная трасса сменялась отремонтированной дорогой, ведущей в город, через ров был перекинут небольшой понтонный мост — вероятно единственный возможный вход и выход из хорошо охраняемой зоны. По ту сторону моста был расположен пропускной пункт, где, периодически вращая своей башней, лениво застыл танк. Он словно большой зеленый ящер, грелся своей броней на солнце, наслаждаясь теплом солнечных лучей.

Внезапно Лернор почувствовал холод в затылке. Кто-то легонько, но достаточно больно толкнул его чем-то твердым и неприятно знакомым.

— Без лишних движений парень. Без лишних движений. Медленно переворачиваешься на спину и держишь руки прямо перед собой, — спокойно обратился к нему незнакомый голос.

Он оглянулся и замер от неожиданности, с досадой понимая, что даже забытый в машине пистолет ему сейчас бы не помог.

Прямо перед ним как из-под земли возникло двое солдат в зеленом камуфляже и касках цвета темного хаки. Говоривший держал жерло ствола автомата прямо на уровне глаз Лернора. Второй, беззаботно жуя травинку, спокойно изучал его, держа оружие на плече. Было трудно представить, как эта пара через все кусты прошла к нему со спины бесшумно и незаметно.

На мгновение Лернору показалось, что он сам беспечно влез к ним и, увлеченный своими делами, просто не заметил патруля.

— Ты что здесь делаешь? — спросил второй, выплевывая зелень изо рта.

— Эээ… Местный я… Пейзажем любуюсь… — растерялся Лернор, совершенно не зная, что соврать.

— Что делать с ним будем? — спросил у товарища, державший его на мушке солдат. — Шлепнем?

— Нее. Вырубай его. Там разберутся, — был сухой ответ.

Прежде чем Лернор успел спросить, где находится это «ТАМ», державший его на мушке солдат, со всего размаху ударил прикладом по лицу.

Цветная яркая вспышка в глазах расстроила все краски окружающего леса. Земля, словно палуба тонущего корабля, резко ушла куда-то в сторону. Мозаика мира, в миг рассыпалась, словно разбитый стеклянный витраж.

Лернор первый раз в жизни потерял сознание, так и не успев ощутить боли разбитой в кровь переносицы.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ОБРАТНАЯ СТОРОНА ИЛЛЮЗИИ

Лернор пришел в себя не сразу. Сначала ему казалось, что он сладко спит в своей кровати. Потом кровать вдруг стала необыкновенно жесткой. А когда к неудобству добавился жуткий холод, который настырно стал пробираться к нему под ребра, он не выдержал, и промычав себе под нос что-то невнятное, открыл глаза.

Изучив окрестности взглядом, Лернор осознал, что помещение, служившее ему усыпальницей, оказалось обыкновенной камерой. Но, даже осознав факт заточения, он тут же переполнился странным чувством радости, в котором через секунду, он не нашел ничего странного. Ведь на самом то деле не каждому удавалось остаться в живых после «гостеприимства» солдат корпорации. Наверно поэтому, все остальные неприятности, тут же поблекли и отошли на второй план.

Новое место его обитания даже отдаленно не напоминало убогую, но казавшейся сейчас такой родной и теплой, комнатушку в Вильриллине.

Постепенно приходя в себя и фокусируя взгляд на огромной черной трещине в потолке, Лернор ощущал как разбудивший его пронизывающий холод неприятно распространяется по всему телу. От кончиков пальцев до кончика носа, он ощущал, что превращается в глыбу льда. Прекрасно понимая, чем это может ему грозить, Лернор попытался сесть.

Но не тут то было. Замерзшие и затекшие конечности отказались его слушаться. Испугавшись не на шутку, Лернор попытался прикинуть, сколько же он времени провел в этом морозильнике. Тело упрямо отказывалось ему подчиняться. Понимая, что встать ему в любом случае придется, парень сконцентрировался получше и сделал очередное усилие.

— А… уже проснулся, — раздался мужской голос за спиной.

Фраза прозвучала на столько неожиданно, что Лернор даже испугался. Страх тут же придал его усилиям такой дополнительный импульс, что резко встрепенувшись он чуть не упал со своего лежбища.

В поисках обладателя голоса, Лернор ошарашено осмотрелся по сторонам.

Температура в камере изолятора поддерживалась крайне низкая. Разделительная решетка состояла из длинных стальных прутьев, и в целом сильно напоминало клетку для животного, нежели морозильную камеру. Чуть поодаль, в небольшой, но просторной комнатке, сидел закутанный в шинель мужчина лет сорока. Красный нос и широченные белые усы, делали стража похожим на старика-волшебника, грузно нависшего над письменным столом. Но даже если этот тип и был волшебником, то определенно злым.

Охранник что-то быстро писал под светом низко наклоненной к столу настольной лампы — единственного источника света, разгоняющего тьму помещения. В ногах у надзирателя, тихо гудя огромными лопастями, надрывался старенький электрический обогреватель. Все усилия агрегата, нагреть комнату оставались тщетными.

— Где я? — протер глаза Лернор, все еще безуспешно пытаясь вернуть зрению былой фокус.

Переносица на счастье оказалась в порядке, но на пару с вывихнутой челюстью, страшно болела. Последняя в довесок ко всему противно щелкала при каждом открывании рта.

— Где, где? — удивился усач. — В местном обезьяннике. Хе-хе…

— Почему именно здесь?

— А ты что в пятизвездочный отель собирался? — ухмыльнулся страж, оторвавшись от своей писанины.

Так и не дождавшись ответа от закоченевшего и заторможенного заключенного, он вновь вернулся к царапанью шариковой ручкой по бумаге.

Только сейчас во всех подробностях, Лернор стал вспоминать, что с ним произошло. Недавние события, будто операционная система заново перегружались в его сознании, и как любая программа моментами подвисали.

«Дааа… Действительно чудо, что вообще жив остался. Жаль только Джулиана волноваться будет. Да и не напрасно… лишь бы глупостей не делала…»

— А за что меня сюда? И на сколько? — задал он вопрос охраннику.

— Как за что? За корпоративный шпионаж, — вновь усмехнулся страж. — А на сколько? Это уже начальству решать. Парень, ты меня удивляешь… и раздражаешь. Такое впечатление, что ты сам не в курсе, чем занимался и как здесь очутился. Скажи еще, что память потерял. Обещаю. Буду долго смеяться.

— Нет, не в курсе. Да и с памятью у меня все в порядке, — мрачно буркнул Лернор из темноты холодной камеры. — Я вообще-то местный. Так что, на другие корпорации не работаю. Вы не того и не там взяли.

— Ну, не знаю. Не знаю. Начальству виднее. Кто ты и откуда лично меня откровенно совсем не волнует, — безразлично отметил усач. — Установлением твоей личности сейчас как раз занимаются. Если действительно местный, то тебе повело… Но если врешь, то только расстрелом отделаешься…

— А что здесь холодно-то так? — услышав жутковатый вариант возможного развития событий, Лернор сразу решил перевести разговор с мрачной темы, на более нейтральную.

Он и сам-то точно не знал, сохранились ли его личные данные в информационной базе города. Поэтому вероятность того, что его там не найдут, была достаточно велика и ужасна.

— Сейчас везде холодно. Очередная причуда стихии. В обед мороз ударил сильный, да и снег как пошел, так и валит уже пол дня… У меня тут еще тепло…

«У тебя может и тепло, а мне тут совсем наоборот», — подумал Лернор, переводя полный зависти взгляд с обогревателя на тонкую материю своей многострадальной рубашки.

С этим холодом надо было что-то делать. И немедленно.

Он встал, и быстро сделал десять приседаний. Застывающая кровь побежала по жилам быстрее. Довольный ощущением движения в организме, парень в довесок обежал свою небольшую камеру. Затем резко упал на ладони и стал отжиматься, выжимая из себя последние силы.

— Эй, ты там! Шустрик! Потише! — забеспокоился охранник. Он со скрипом заерзал на своем стуле, беря с соседней скамейки автомат и грозно передергивая затвор. — Будешь буянить, мигом успокою!

— Да ладно, дядя. Мне просто холодно. Сейчас, еще отожмусь раз двадцать, и успокоюсь. Если смогу … конечно… Уф!

За дверью в противоположной части комнаты послышалась шаги. Лернор мигом прервал свое занятие и застыл на полу, прислушиваясь. Звук шагов в их сторону усилился. Парень тут же вскочил и насторожился. Прильнув к решетке, он с волнением схватился за холодные прутья.

— Тьфу, блин!

Лернор отдернул ладони от ледяной и колючей стали.

Надзиратель, косо и недружелюбно посмотрел на своего подопечного и, отложив автомат, без всякого желания встал со своего нагретого места. Хромая ножным протезом он подошел к двери. Выглянул в коридор, но тут же сразу неуклюже сделал шаг назад.

В комнату, словно корабль в гавань, вплыл широкоплечий представитель корпорации. Серо-зеленый китель и вычищенные до блеска сапоги, выдавали в нем человека, редко покидавшего свой кабинет.

— Здорова, Михалыч, — поприветствовал вошедший.

— Здравия желаю, товарищ майор!

— Как самочувствие?

— Да ничего. Нога, правда, ноет сильно, — пожаловался Михалыч, хлопая себя по протезу. — Наверно из-за перемены погоды. Будь она неладна. Говорят, ночью еще на десять градусов температура упадет.

— Действительно, природа последнее время нас совсем не балует, — согласился майор. — А по поводу твоей ноги, я давно предлагаю операцию сделать. Отрастят. Пришьют новую. Будешь вновь, как олень бегать.

— Не очень я доверяю новым технологиям, товарищ майор. Да и привык я как-то к протезу своему.

— Ну, смотри. Мое предложение всегда в силе. А то сидишь тут без дела, с такими вот отбросами, как этот, — только сейчас офицер, удостоил Лернора презрительным взором.

— Собирайся, давай! — обратился майор к заключенному.

— Куда? — тихо и испуганно поинтересовался Лернор, зная, что и собирать-то ему в этой промерзлой камере особо нечего.

— Куда же еще? На расстрел, — залился громогласным хохотом майор, хлопая Михалыча по спине.

Усач, еле удерживая равновесие, лишь слабо хихикнул.

Лернор не знал плакать ему или смеяться. Ему вдруг стало гораздо холоднее, чем было до этого. Мелкой дрожью с покалыванием в спине по телу застучал озноб. Просто так умирать парень не хотел.

— За…за..за что? — еле выдавил из себя Лернор, умоляюще смотря на гостя.

— Да просто так. Чтобы потом неповадно было без предварительного разрешения город покидать. По окрестностям шариться, да на патрули нарываться. Одним словом парень — повезло тебе. Пробили по базе твое ДНК — есть такой. Поэтому, по всем правилам, придется отпустить. Но в следующий раз нарушать комендантский час не советую, а то даже наша договоренность с мэром тебе не поможет. Замочим на месте как шпиона или просто так, чтобы время на формальности не тратить.

Даже при таких мрачных тонах донесенного до него сообщения, Лернор чуть было не подпрыгнул от радости. Сердце забилось ровнее, разгоняя застывшую в жилах кровь.

Михалыч, проковыляв к нему на своей «деревянной» ноге, скрипнул ключом в замке и открыл решетку. Изобразив на лице подобие улыбки, он приглашающим жестом предложил заключенному выйти.

— Вали давай отсюда! Пока я добрый…

— Ладно. Ухожу, ухожу, — засуетился Лернор, быстро покидая камеру и приближаясь к майору. — Куда мне теперь?

— Прямо по коридору до конца, затем направо и до проходной. Там поставишь автограф и свободен.

— Спасибо… — собрался выскочить за дверь парень, но неожиданно майор взял его за плечо и серьезно, с угрозой посмотрел в глаза.

— Я тебя предупредил, сопляк. Первый и последний раз.

Лернор, сглотнул слюну и промолчал. Все его мысли уже были лишь о свободе и о том, как побыстрее выбраться из этого затхлого помещения.

В коридоре было действительно холоднее. Легкий пар струился из носа при каждом нелегком выдохе. Парень обнял себя руками и, растирая продрогшие бока, быстрым шагом двинулся к проходной.

В запотевшем изнутри «аквариуме» беззаботно «обитало» трое солдат корпорации. Они полукругом сидели вокруг поставленной посреди помещения деревянной табуретки и праздно играли в карты. Экспозицию дополняла большая бутылка местного самогона, на граны которого, видимо, и велась игра.

По пьяному выражению дежурных, было ясно, что если бы он прошел мимо, то на него вообще никто внимания не обратил. Но Лернор пожелал соблюсти все формальности и через минуту уже жалел об этом.

— Эй, где тут автограф можно поставить? — наклонился к окошку Лернор.

— А ты кем будешь? — икнув, спросил ближний к нему солдат. Его полушубок цвета летнего хаки, был облит в трех местах и бросался в глаза мокрыми пятнами.

— Отпускают меня. — коротко ответил он, не зная как еще объясниться.

Говоривший дежурный, нехотя поставил на стол стакан с «сугревной» жидкостью и протянул через окошко открытый журнал с поставленной в графе для росписи галочкой.

— Ручку, дайте. Расписаться нечем, — попросил Лернор.

— А у тебя, что своих рук нет? — буркнул дежурный, протягивая изрядно погрызенный карандаш.

— Есть, но не те…

— Может не оттуда? — рассмеялся дежурный.

Больше ничего не ответив, освобождаемый быстро расписался и направился к выходу.

— Эй, салага, а ну стой! — послышалось за спиной.

— Что случилось?

— Повестку забыл! — прокричал в окошко дежурный, маша перед собой бумажкой.

— Не моя это… — медленно возвращаясь, запротестовал Лернор, но тут же был беспардонно заткнут.

— А ну не спорь! Или я тебя за секунду в уклонисты запишу. Может и не твоя… была. Но раз ты нас навестил, переходит тебе по наследству от того, кому повезло ее не получить. К тому же подпись ты уже поставил. Хе-хе…

— Как поставил?

— Вот так, — дежурный прижал со своей стороны стекла «аквариума» небольшой листок с поставленной через кальку подписью Лернора. Копия уже была старательно обведена черными чернилами и вылядел как настоящая.

«А ведь ему он гад карандаш подсунул!»

— Эй! Это противозаконно!

— Парень, ты забыл? Мы тут закон. Так что бери и вали отсюда, — дежурный бросил в окошко копию повестки и вернулся к смеющимся во все горло товарищам.

Лернору, действительно больше ничего не оставалось, как смириться с поражением и принять неожиданный и нежеланный подарок.

Едва избавившись от одной неприятности, он тут же вляпался в другую, как магнит притягивая негатив к самому себе с момента злосчастного вечера выпускников.

«Вот она взрослая жизнь! Началась! Ныл, ныл — получил…»

Спустившись по парадной лестнице, парень с грустью посмотрел сквозь покрытое ледяными узорами стекло двери. Ветер, надрывно завывая, обдал его холодом через все лишенные теплоизоляционной прокладки щели. На темную улицу, где со страшной силой мела пурга, идти совсем не хотелось. Да и не было в чем. Тонкая рубашка и не плотные брюки не спасли бы его от холода, и он точно знал, что долго не протянет в них на таком то морозе.

Природа приготовила очередной неприятный сюрприз — жуткую пургу в феврале. Когда как в этом регионе кроме плюсовой температуры и дождей в третий месяц зимы никогда не наблюдалось. Так продолжалось уже не один десяток лет, видимо, до этого дня…

Что ж, по части погоды, как в принципе и всех остальных сферах жизни, везло всегда только жителям защищенных городов. Там каждый вечер, путем платного электронного голосования решалось какой тип погоды, и температура будет весь следующий день.

Пока Лернор думал о прелестях цивилизации, ветер продолжал бесноваться и ни на минуту не прекращал своих серенад. Перспектива окоченеть посреди улицы, либо утонуть в сугробе была вполне реальной и даже ощутимой.

Задумавшись, Лернор поежился. В любом случае надо было что-то делать. Не стоять же тут, пока им не заинтересуется еще кто-нибудь.

Попытавшись вспомнить, в какой же части города он находится, парень решил сориентироваться относительно старой квартиры родителей. Единственным местом в Силлаярве, где он мог почувствовать себя в безопасности.

Сами родители расстались с домом, только после того как добровольно решились стать колонистами и отправились покорять Венеру. В отличии от сына, это был их единственный шанс покинуть город и хоть как-то изменить свою жизнь, навсегда распрощавшись с причудами Земной погоды.

Лернор прекрасно помнил, как лично встраивал злосчастный сервер, на который и должна была быть переброшена вся украденная информация в стены родового гнезда. И хоть он и был единственной причиной, почему он оказался здесь, Лернор сильно сомневался стоит ли ему продолжать начатый путь.

С другой стороны, войска корпорации, плотным кольцом расположенные по периметру города и создавшие даже для него самого столько проблем, негласно гарантировали то, что агенты тайной полиции Вильриллина не смогут здесь до него дотянуться.

Лернор грустно взглянул на насильно всунутую ему пьяным дежурным повестку и, недолго думая, спрятал ее в карман брюк. Находясь в городе, избавиться от нее он в любом случае не мог.

Набор новобранцев в занятых городах, был обычной практикой добывающих корпораций. Они постоянно нуждались в солдатах. Количество уклонистов зависело от престижа и размеров той или иной корпорации. Стабильная зарплата, защита и рабочее место недалеко от дома являлось воплощением мечты любого человеческого индивидуума, поэтому многие из безработной молодежи незащищенных городов порой даже добровольно стремились попасть в ряды солидных компаний. Хоть их и волновали риски и опасность профессии солдата, парни были уверены, что сильной корпорации не страшна угроза поражения. Только попав в ряды наемников, они в последствии понимали, как сильно ошибались. Но порой было поздно предупреждать остальных и парни гибли, уступая место свежему пушечному мясу новобранцев.

Но были и те, кто чувствовал опасность. Так называемое, интеллигентное думающее головой, а не желудком меньшинство. Они в любое время и при любой корпорации составляли основную массу уклонистов. Стремясь всеми правдами и неправдами выбраться из незащищенного города, они шли на все, чтобы не попасть на службу корпорации и пропасть под куполами ближайших мегаполисов.

В числе таких «пацифистов» был и Лернор. Он успешно бегал от призывов раньше, но в этот раз фортуна в очередной раз повернулась к нему задом, решая основательно добить своими капризами.

Хотя, с другой стороны по закону мегаполиса, он являлся преступником и поэтому должен был быть рад тому, что его призвали на службу корпорации. «Служба гарантирует неприкосновенность» — рекламный слоган любой активно продвигаемой компании по призыву, проводимых корпорациями на территориях мегаполисов. Таким способом корпорации не только впитывали в свои ряды все криминальные элементы защищенных городов, но и очищали мегаполисы от откровенных боевиков, террористов и простых граждан, имевших неосторожность перейти дорогу на красный свет.

Внезапно Лернор вспомнил одно из последних сообщений на его мобильный телефон, что-то говорившем о проблемах с законом…

— Эх, надо было прочесть до конца… — с досадой сказал он вслух, прикусывая нижнюю губу. — Правда, кто же тогда знал, что возникнут ТАКИЕ проблемы?

Может, в рекламном сообщении и предлагалось менее экстремальное решение всех проблем, нежели вступление в корпорацию, но теперь он о нем уже никогда не узнает.

Лернор вздохнул так, будто на него навалили непосильную ношу. Для него в жизни было сложнее всего из двух зол выбрать меньшее. И сейчас он прекрасно понимал — чтобы он не выбрал, его ждет опасность умереть молодым.

Сконфузившись, Лернор все же прекрасно осознал самое главное — не смотря, на зверствующую метель, ему срочно нужно домой. Только там он сможет полностью привести себя в порядок и с помощью похищенной информации попытаться разобраться в причинах того, что же с ним происходит в последнее время. А то парню уже начинало казаться, что в его жизни ничего не изменилось с момента, когда он покидал Силлаярве. Будто с таким трудом сделав по жизни шаг вперед, под давлением обстоятельств он ретировался на два назад.

— Ну что, Лерн, пора вновь делать хоть какие-то шаги вперед, а там разберемся… — для бодрости сказал он сам себе и, распахнув дверь настежь, шагнул в ночной холод.

Тут же объятый со всех сторон обжигающе холодным ветром, парень почувствовал, как ео худая фигурка, медленно не верно превращается в сосульку.

Лернор участил шаг. Утопая по колено в глубоких сугробах, скользя и падая, он достиг таки угла здания. Здесь, сквозь пелену летящего хлопьями снега он рассмотрел ржавую, скрипящую на ветру табличку с потертым названием знакомой улицы. Тут же сориентировавшись, он определил дальнейшее направление своего движения. Как бы не было сейчас страшно, если он не хочет околеть, то самый короткий путь до дома лежал сквозь заснеженный и темный парк. Лернор прекрасно понимал, что его туфли не предназначены для забегов по глубокому и мокрому снегу, но в обход идти было гораздо дольше и самоубийственнее.

Собравшись с духом, он бросился в ближайший сугроб. Стараясь передвигать ноги так быстро, чтобы ступни не успевала полностью утонуть в снегу, Лернор двинулся через парк, поднимая за собой клубы снежной пыли. Первое время марафон по заснеженным полянам разогрел его так, что покрывавшая кожу ледяная корка потекла ручьем, смешиваясь с узорами тающих хлопьев снега, но вскоре Лернор выбился из сил и стал терять скорость. Быстрый бег плавно перешел в тяжелую поступь. Он стал проваливаться в снег по пояс. Хватаясь посиневшими руками за ближайшие ветви кустов, и еле выползая на пузе из очередного сугроба, он хотел лечь и отдохнуть. Но, понимая, что ледяное дыхание ветра, было ничем иным как дыханием самой смерти, Лернор упрямо двигался вперед. Воздух сковывал легкие. Одолевающая одышка сопровождала каждое периодическое падение парня. Порой он даже не помнил, как вновь становился на ноги и продолжал идти сквозь снег. Цепкий и противный он, казалось, стал его второй кожей, превращая бедолагу, в живого снеговика.

На последнем спуске, выводящим прямо на знакомую улицу, околевший, облепленный снегом, посиневший и ничего не соображающий Лернор сорвался. Разбрасывая снег, он кубарем полетел вниз. Оледеневшая рубашка зацепилась за сучья кустарника и раскололась на несколько кусков. Остатки повисли на Лерноре зубчатыми лохмотьями, царапающими кожу в кровь… Ну и пусть… Он больше не чувствовал ни боли ни холода. Уши заложило, волосы замерзли в одной большой ледяной шапке. Казалось, что у сердца уже не хватает сил толкать жизнь по застывшим сосудам.

Не помня как, он выполз на дорогу и пересек ее, скользя по занесенному снегом льду. Еле волоча за собой отказавшие ноги, Лернор впервые почувствовал, что больше не в состоянии что-либо сделать. Натянутая струна жизни, готова была вот-вот лопнуть. Воля еще сжималась, и резко разжимаясь, толкала вперед почти мертвое тело словно пружина. Но и она с каждым новым толчком слабела.

Обдирая локти, парень все еще полз… Еще бросок… И он ввалился в освещенный подъезд чужого дома. Здесь было тепло, и Лернор нашел в себе силы заставить организм заползти по лестнице на второй этаж. Там он, словно раненое животное, бессильно забился под горячую батарею.

Сознание провалилось…

Когда он очнулся вновь, то обнаружил под собой приличную лужу из подтаявшего снега и льда. Никто из жильцов дома не обратил на него внимания. Хотя он не знал ни времени сколько провалялся под батареей, ни того, жил ли вообще здесь кто-нибудь.

Попытавшись встать, Лернор с радостью отметил, что руки и ноги вновь стали частью одного целого. Только отмороженные пальцы, еще плохо слушались своего обладателя. Пора было собрался с силами и выдвигаться в путь. Благо до дому было уже не так далеко.

Все оказалось гораздо проще, чем предполагал Лернор, понимая, что полуголым такой мороз он точно не переживет. Но коротких перебежек от дома к дому и от подъезда к подъезду было достаточно, чтобы не замерзнуть насмерть.

И вот впереди показался дом его детства. Он сверкал сквозь пургу редкими огнями в окнах.

Вновь знакомый подъезд, знакомый запах и знакомая лестница. Вот он — четвертый этаж. Он почти дома!

Но вдруг, финишную прямую преградила старая деревянная дверь. Единственная преграда и в то же время защита его дома от непрошенных гостей. Лернор поскрипел медной ручкой и замер в растерянности. Естественно, дверь была заперта, а его ключи остались в кармане одной из курток, оставленных в мегаполисе.

Неужели, достигнув желанной цели, он не сможет справиться с каким-то замком… Лернор больше не смог сдерживать себя, и со злостью набросился на преграду. Но даже, после того как он попытался вышибить ее плечом, дверь осталась неприступной.

Пока он ломился к себе домой, на созданный им среди ночи шум, тут же оперативно среагировали соседи.

— Ты кто такой? Чего тебе здесь надо? — за спиной парня в освещенном дверном проеме показался старик Рени.

В одной пижаме, но с внушительным охотничьим ружьем в руках он хмуро пытался рассмотреть молодого взломщика. Придерживая ногой свою открытую настежь дверь, старик щурился, пытаясь как можно скорее привыкнуть глазами к темноте лестничной клетки.

— Дядя, Рени, это я Лернор, — тут же оборачиваясь, отозвался парень, и попытался изобразить на лице улыбку. — Ключи забыл. Домой попасть не могу…

Старик все еще невидящим взглядом недоверчиво посмотрел на потрепанного Лернора и опустил оружие.

— Парень, давно тебя здесь не было видно. Кто же тебя так потрепал?

— И не спрашивайте. Последнее время за пределами города такое творится.

— Правильно. Я говорил твоим родителям не ездить никуда. Жизнь у нас хоть и не сахар, но есть возможность за себя постоять. Кстати, они меня как раз попросили за квартирой вашей приглядывать.

Лернор оживился.

— Может они вам запасные ключи от нее оставили?

— Естественно оставили, — старик стал рыться на полках шкафчика. — Вот они.

Не скрывая радости, парень взял их из рук соседа. Он все еще не верил, что ему так невероятно повезло.

— Спасибо, дядя Рени. Я их вам потом верну, когда обратно в мегаполис поеду.

— Сиди лучше здесь. Сейчас новая корпорация город заняла. Так очень прочно держится. Скоро будем жить лучше, чем в вашем мегаполисе. А вечерами сможешь составлять мне компанию в шахматы.

«Ех, как будто вы знаете, как живут в мегаполисе», подумал Лернор, вслух же сказал. — Хорошо дядя Рени. Я подумаю. Спокойной ночи и еще раз спасибо.

Старик, что-то ворча себе под нос, закрыл дверь. С ним исчез и единственный источник света на лестничной клетке.

Лернор не долго возился с замком и уже через минуту, наконец-то, был дома.

Внутри было темно и тихо. Мебель, как в старые добрые времена, стояла на своих местах.

Он быстро прошел в комнату, где в одном углу в стене был намертво замурован сервер, а в другом стоял его подключенный к сети старенький терминал компьютера. Книги на полках, сервизы под стеклом, белье в шкафу — все было на своих местах. Значит, сюда еще никто не добрался.

Лернор, не включая свет, быстро осмотрел комнату за комнатой и вернулся в коридор. Там он быстро скинул с себя то, что осталось от делового костюма, и скрылся в ванной комнате.

Настроив на приборной доске температуру воды и концентрацию лечебных масел в ней, он стал наблюдать за процессом наполнение ванны водой. Парень желал окунуться в горячие струи всем телом. Забыться и расслабиться. Смыть с себя всю грязь как физическую, так и душевную.

На этой высокой ноте он и погрузился в еще пенящуюся воду.

— Интересно, как там Джули, — начал он разговор с самим собой. — Не сомневаюсь, что ужасно волнуется и переживает. Сам бы себе места не нашел.

— Главное, чтобы не пошла меня искать, а то ведь тоже может попасть в руки солдат корпорации. А они сплошь отморозки, либо извращенцы. Так просто девушку начальству не передадут. Еще этот комендантский час. Будь он неладен…

— Эх, Джули, Джули… Как я тебя все-таки подставил. — Лернор вновь задумался о своей совести.

Он понимал, что искренне беспокоится за судьбу девушки, но и сделать толком в своем положении ничего уже не мог.

— Хоть бы ты услышала меня сейчас и никуда не ходила… Спокойно… грелась… в своем аэрокаре…

— Желательно… где-нибудь… Эмм… подальше отсюда… — расслабляющие лечебные масла, возымели эффект, регенерируя и восстанавливая отмороженные участки кожи. Размякший и отогревающийся Лернор, стал медленно проваливаться в сон.

Странно видеть сон, когда — этот сон воспринимается как реальность.

Парню снилось, что к нему в старую квартиру пришли гости. Естественно дверь была открытой, ведь он их ждал.

Внезапно единственной гостьей оказалась Джулиана. Она сразу прошла в ванну и, увидев его, разделась и залезла в теплую воду.

Лаская Лернора руками, девушка, плотно терлась своим упругим и желанным телом о замершего парня. Она страстно впивалась поцелуями в его измученную шею и целовала нос и губы.

Расслабившись, он закрыл глаза и замурчал от получаемого удовольствия, но внезапно стал задыхаться.

Руки Джулианы плотным кольцом сомкнулись на горле друга и… Стали душить!

Он пытался сопротивляться, но она погрузила его под воду. Вода вливалась в него через рот и нос, полностью закладывая уши и постепенно проникая в легкие. Лернор, бессильно бился, пытаясь всплыть, но руки девушки оказались намного сильнее…

Сопровождая свое пробуждение тучей брызг, парень буквально выскочил из ванной. Неосознанно расплескивая по комнате приятно пахнущую теплую жидкость, Лернор наконец-то проснулся и испуганно огляделся по сторонам.

В ванной комнате кроме него больше никого не было. За дверью никаких посторонних звуков. Тишина и покой просто кричали о том, что все увиденное — очередная шутка его подсознания.

Отплевываясь, он вытер лицо и вновь лег в ванну. Постепенно приходя в себя от шока, парень попытался вновь расслабиться, но организм намеренно этому сопротивлялся.

Повалявшись еще немного, Лернор вылез и завернулся в махровый халат.

Чувство голода тут же напомнило о себе настойчивым урчанием в желудке, вынудив босиком прошлепать прямиком к старенькому антикварному холодильнику. Парень не терял надежды обнаружить в нем хоть что-нибудь съестное, но к великому сожалению, он оказался безнадежно пуст и выключен.

Продолжив поиски, он заглянул в кладовую и с радостью наткнулся на одинокую трехлитровую банку с маринованными огурцами.

Состояние огурцов по запаху и вкусу оказалось «съедабельным».

Держа банку в одной руке и уплетая соленый огурец другой, Лернор с гордым видом прошествовал в комнату.

Коснувшись мокрым пальцем опознающего устройства, он стал ждать зеленого сигнала. Не дождавшись, вытер палец об халат и повторно повторил попытку. Лишь с третьего раза у него получилось успешно запустить терминал, без особого желания признавший в полуголом операторе своего хозяина.

В этот момент, уже второй раз за сегодняшний день он почувствовал приставленный к затылку холодный ствол оружия.

— Убери руки с клавиатуры и медленно ложись на пол, — раздался за спиной незнакомый голос.

От страха, душа у парня упала куда-то глубоко вниз.

Если бы не расслабившая его ванна, Лернор точно не пережил бы очередного шока.

«Ладно, где-то далеко, в лесу меня застал патруль. Но тут, полуголого и безоружного прижали прямо у себя дома!»

Как можно более плавно, он выполнил все требования захватчиков.

Перед ним застыли три мужчины в черной форме. Она промокла от тающего снега и покрылась во многих местах более темными пятнами. Троица совершенно без эмоций следила за тем, как ошарашенный хозяин квартиры медленно сползал на пол.

— Как вы сюда попали? — взяв себя в руки, тихо и осторожно поинтересовался Лернор.

— У тебя, дверь любезно была открыта, — улыбнувшись, ответил самый ближайший к нему гость. Вероятно, в его функции входило, руководство всей вторгнувшейся экспедицией.

Только сейчас до парня дошло, что он совершенно забыл о такой мелочи как открытая входная дверь. Живя в мегаполисе, Лернор не привык закрывать ее на замок вручную. Вот опрометчиво и оставил открытой.

«Сам виноват! Причем в очередной раз!»

Пока он винил себя в невнимательности, двое из оставшихся гостей быстро оккупировали терминал его компьютера.

— У него здесь пароли везде понаставлены. Не сможем войти в систему. — растерянно сообщил, севший за терминал солдат. А ну говори пароли, гад!

Лернор, осознав, что собственно надо от него этим внезапным гостям, продолжил упрямо молчать даже после второго сильного удара кулаком в ухо.

— Да вы кто такие, чтобы тут командовать? Законы мегаполиса здесь не действуют, и хрен я сдам вам пароли.

— Можешь называть меня Драконом. С чего ты вообще взял, что мы из мегаполиса? — поинтересовался он, присаживаясь на корточки и внимательно вглядываясь в глаза Лернора.

— С того, что с самого начала меня ваши ребята из тайной полиции ведут. Даже самому стало интересно, что такого «стибрил»…

Легкий иронический смешок трех незваных гостей, поверг Лернора в легкое недоумение.

— Ты и вправду ничего не знаешь? — еле подавляя смех, спросил старший.

— А что я могу знать?

— Дружек, мы не тайная полиция мегаполиса. Мы работаем на местную корпорацию. Удивительно то, что, искусно скрывшись от моих ребят в мегаполисе, ты сам отправляешься прямиком в наши руки.

Лернор застыл от удивления. В голове стал вырисовываться иной сценарий произошедших событий.

— Зачем вы убили Катра и остальных? Неужели украденная информация настолько важна, что вы готовы платить за нее человеческими жизнями?

Дракон с грустью посмотрел на халат парня и вздохнул.

— Неее, мне тебя действительно жалко.

— А что меня жалеть? — встрепенулся Лернор. — Вы и меня собираетесь убить?

— Жалко мне тебя оттого, что ты оказывается совсем. Я повторюсь. Со-всем, ничего не знаешь.

— Ну, так поясните! — позволил себе крикнуть хозяин квартиры. — И вообще как вы вышли на мой дом?

— Элементарно. Думаешь, тебя случайно так быстро из обезьянника выпустили? И не убивали мы никакого Катра, хотя следовало бы лишь за то, что полученный аванс он пропил, а товар передать не успел. Его убили еще до того, как мы пришли на место встречи.

— Какой такой аванс? — не понял парень, пытаясь встать.

— Аванс за добытую тобой информацию, полученную из закрытых баз данных самого мегаполиса. По сути дела, он нам уже не первый раз информацию сливал, пока ты думал, что она безопасно хранится у тебя в рабочем компьютере. Но ценность украденной тобой информации в этот раз превышает все возможные мерки. — ответил Дракон, жестом приказывая Лернору немедленно сесть назад на пол.

— Катр не был, так прост, как ты думаешь. Он раскусил твои штучки с демонстрационными версиями программ, еще на самом начальном этапе, только не знал всего принципа действия до конца. И, видимо, в этот момент что-то пошло не так. Но, увы, мы уже не узнаем как…

В памяти Лернора стали всплывать фрагменты давно минувших событий.

Частые появления Катра возле его компьютера. Его поздние посиделки в офисе после работы. Теперь эти безобидные явления, перерастали в ужасные факты намеренного шпионажа против работодателя.

Его помощник Катр продавал информацию, до того как он сам успевал ее подготовить к шантажу…

В этот момент до парня словно осенило. До него дошло, как воровал этот студент.

Лернор всегда хранил часть украденной информации у себя на рабочем компьютере, чтобы потом было удобнее шантажировать свои жертвы. Это была лишь небольшая, хотя и достаточно убедительная часть…

А Катр все время торговал именно им. Так называемым полуфабрикатом. Подключиться к удаленному серверу у него не было ни малейшего шанса, да и не знал он о нем…

Осознание этого факта дало Лернору определенный повод для молчаливого злорадства.

«Интересно, как бы сложилась его судьба, если бы он в этот раз успел совершить перенос и даже ознакомиться со столь важными для мегаполиса и корпорации материалом?»

— Когда мы потеряли Катра, нам был дан приказ выйти на тебя. Слишком важна была информация, чтобы продолжать играть в тени, — после небольшой паузы продолжил собеседник Лернора. — Воспользовавшись связями, мы проследили последние звонки убитого. Вышли на двух девушек, которые толком нам так ничего и не сказали.

— Что с ними?

— Может быть, все в порядке. Мы перехватили их буквально перед отправлением круизного шатла, но, поняв, что они ничего не знают, отпустили.

— Затем по последнему звонку Катра тебе, мы отследили место вашей вечеринки. Но, по словам оператора, он определил место лишь потому, что им уже интересовались до нас. Непосредственно в момент, когда Катр звонил тебе. Оператор не фиксирует вызовы без соединения. Тут он был именно таким, но его заставили…

— Иными словами, от оператора мы и узнали, что «кто-то» куда более влиятельный был постоянно на шаг впереди нас и тоже занимался поисками тебя.

Лернор продолжал внимательно слушать, понимая, наконец, с кем, вчера вечером, мог разминуться возле лифтов.

«Длинные же, однако, руки у людей Дракона… Но если они шли вторыми, то кто был первым? Кто убил Карта и остальных? Неужели тайная полиция?» — думал Лернор, продолжая внимательно слушать рассказ Дракона.

— Затем еще один труп и сбивчивые обвинения в твой адрес от истеричного парнишки. Этот «кто-то» основательно заметал следы, чтобы мы не вышли на тебя.

Парень вспомнил Романа.

«Интересно жив ли этот истерик?»

— Правда нам повезло и после основательного допроса, твой друг дал нам в руки еще одну ниточку…

— Вот только…, — в голосе Дракона послышались досадные нотки. — С этого момента мы стали терять своих людей. Пытаясь безуспешно преследовать тебя в компании очень симпатичной и, как оказалось, опасной особы, все агенты гибли.

— Что вы хотите сказать?…

Дракон замолчал и отвернулся.

Одураченный вид Лернора постепенно становился еще более выразительным.

«Неужели Джулиана причастна ко всему в гораздо большей степени, нежели я думал изначально?»

Парень больно покусывал нижнюю губу. Частички головоломки постепенно складывались в совершенно непривлекательную картинку…

«Это ее безразличие к смерти Дилины. Ужин, явно заказанный из ресторана и разогретый на скорую руку. Удостоверение агента внутренней безопасности мегаполиса, так удачно выданное за ксиву убитого ею… АГЕНТА КОРПОРАЦИИ! Боже! Эта манера речи и неправдоподобное спокойствие… Навыки экстремального вождения. Все против нее…»

Чем больше складывал картинку Лернор, тем ужаснее она ему казалась.

«Неужели девушка, к которой я успел проникнуться определенными чувствами, так жестоко играла со мной?»

Неожиданно, только что сложенная против Джулианы мозаика, дала трещину, порождая новые вопросы в ее оправдание…

«Почему, она не убила меня как всех остальных? Почему отпустила на работу, рискуя встретиться на месте убийства Катра. Почему сама вела в руки корпорации? Слишком много почему, чтобы в них разобраться одному и без спиртного, довольствуясь лишь солеными огурцами». — Лернор внезапно поймал себя на том что, пытаясь пошутить, намеренно старается оправдать небезразличную ему девушку и выискивает все новые несовпадения.

— Я вот чего не понял…, — начал он растерянно. — А почему вы, собственно, платили Катру, а не сотрудничали напрямую со мной?

Гость обернулся.

— А тебя с самого начала пасли спецслужбы мегаполиса. Сперва из-за связей с хакерами границ купола, затем из-за того, что твоими клиентами становились ключевые компании. Ты всегда был у них под колпаком, парень. С твоего самого первого дня в мегаполисе.

— Весело… Я то думал у спецслужб дела поважнее имеются…

— Они думали, что контролируют тебя, но вероятно не так хорошо, для того чтобы знать, как ты воруешь информацию. Знали бы они это, то давно бы тебя убрали, и не стали бы наивно пользоваться услугами твоего программного обеспечения — то есть своими руками тащить в крепость троянского коня…

— Иными словами, исследовательская компания была лишь прикрытием? — догадался Лернор, перебивая неожиданного гостя.

— Скорее всего… — прервался в ответ Дракон. — Их просчет оказался банальным. Они просто самоуверенно думали о том, что такой талантливый программист не только под их полным контролем, но еще и будет в полном неведении работать на них…

— А я, оказался не только излишне любопытен, но и жаден, — вновь перебил собеседника Лернор. — Меня вот какой вопрос еще волнует. Откуда вам столько известно обо мне и моей деятельности? Слишком складно все звучит, чтобы быть правдой…

— Хе-хе, все очень просто. У нас в особом отделе целое дело на тебя есть, да и не только на тебя. На всех особо одаренных в Прибалтийском регионе. Наша корпорация ведет активную компанию в этих землях. Близок тот день, когда мы окажемся единственными владельцами всех ничейных земель в Европе.

— Имперские замашки никогда не приносили ничего хорошего их владельцам… — произнес парень и тут же был награжден презрительным взглядом Дракона.

— Так что там с кодами доступа? — резко спросил командир у сидевших без дела товарищей.

— Да, ничего. Пока мы ими не располагаем, ни сеть ни терминал не доступны.

— Итак, дружек, ты добровольно поделишься тайной или надо будет тебя силой принуждать? — совсем не дружелюбно обратился к Лернору гость.

— Ага. Сейчас возьму и все скажу. Чтобы потом вы от меня избавились. Спасибо, — огрызнулся случайный хранитель секретов мегаполиса. — Рад буду так же предупредить, что три неверно набранных пароля ведут к уничтожению всей базы данных.

Дракон глубоко вздохнул, еле сдерживая гнев. Сосчитал про себя до трех, и вплотную наклонившись к лицу Лернора, медленно прошипел.

— Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Дмитрий, подготовь сыворотку правды для нашего несговорчивого товарища.

Лернор, понаслышке знал об этом сильнодействующем наркотике, применяемым спецслужбами с незапамятных времен. Он дернулся в сторону, но тут же был схвачен двумя парами крепких рук.

— Вкалывай! Сейчас он нам все расскажет!

Парень почувствовал укол и охватывающий тело паралич. Он больше не мог двигаться. Конечности как будто не принадлежали ему, а язык развязался потоком ругательств в адрес, державших его людей.

— О как заговорил! Страшно даже узнать такие подробности о себе! А ну говори код доступа! — прокричал ему на ухо Дракон.

Лернор не в состоянии был, контролировать безудержный поток слов. Он готов был рассказать абсолютно все, о чем спросят.

— «Цапляулетела»! — прокричал он по-русски. — Прописным шрифтом!

— Опа! Наш товарищ оказывается, русский знает, — искренне удивился допрашивающий. — В досье этого не было. А то бы изначально себе язык не ломал этим английским.

Затем он обратился к одному из державших.

— Сергей, иди, вводи.

Через минуту последовал обескураживающий ответ.

— Ошибка. Осталось две попытки. Он что, даже под наркотиком врет?

— Ты кириллицей набирал?

— Хмм…да.

— А ну, тварь, признавайся, как надо пароль вводить, — ударил по щеке Лернора Дмитрий.

— Латинскими буквами! — выпалил допрашиваемый, не в состоянии сдержать поток правды, рвущийся наружу.

Под аккомпанемент клацающих клавиш терминала, последовала очередная минута молчания.

— Товарищ, командир… Опять ошибка. Осталась одна попытка!

— Перезагрузи систему, может опять три попытки будет.

— Не-бу-дет, — сквозь слезы прохныкал улыбающийся Лернор, совершенно не контролируя деятельность организма.

— Выполняй! — приказал командир.

Терминал компьютера перегрузили, но число попыток осталось прежним.

— Два раза из трех. Больше мы не можем рисковать. Может, на него сыворотка как-то не так повлияла?

Дракон взял сопливого Лернора за подбородок и внимательно осмотрел зрачки.

— Все в норме… — с искренним разочарованием в голосе констатировал он. — Странно все это, но рисковать мы действительно не можем. Введи ему очищающий препарат.

Когда все указания были приведены в исполнение, к парню постепенно стал возвращаться контроль над собственным телом.

Минут через пять он уже мог говорить, но угрюмо молчал, злобно смотря на мучителей. Они даже не догадывались насколько были близки к цели, набирая правильный пароль.

Первый раз не удался набор кириллицей, второй раз не был принят пароль набранный транслитом. Третий раз мог оказаться роковым для Лернора, но не одному из его нежелательных гостей даже в голову не пришло набрать пароль латинскими буквами, используя русскую раскладку клавиатуры.

Дракон так же недружелюбно сверлил его глазами. Молчаливая дуэль взглядов продолжалась еще некоторое время, наконец, незнакомец сдался.

— Хорошо, я готов выслушать твои условия, — начал гость по-английски.

— Какие еще условия? — не понял Лернор, отвечая вопросом на чистом русском языке.

— Условия, на которых мы получим свое, ты свое, и затем разбежимся в разные стороны, — перешел на свой родной язык мучитель.

— Во как! И убивать даже не собираетесь?

Ответом было молчание.

— Раз так, то, во-первых, я хочу знать, что содержится в похищенной базе данных, чтобы реально оценить ее стоимость. А во-вторых, попрошу говорить правду, так как кота в мешке я все равно не собираюсь продавать.

— Парень твое любопытство однажды тебя в могилу сведет, — констатировал гость.

— Значит такова моя судьба, — твердо сказал Лернор. — Я и так не далеко от могилы.

Дракон быстро переглянулся со своими подчиненными. Те лишь развели руками, предоставляя право решать старшему группы. Он кивнул, и солдаты вышли в коридор, прихватив с собой открытую банку с огурцами.

— Ты когда-нибудь слышал о «относительном бессмертии»? — спросил Дракон.

— Достаточно много. Оно предлагается всем у кого есть деньги и совершенно бесплатно тем, кто отправляется к далеким звездам, — наконец, поднялся с пола Лернор, присаживаясь на край стула перед терминалом.

— Это лишь одна сторона медали. К использованию предлагается лишь конечный продукт, без объяснения принципов действия. Сама технология «относительного бессмертия» принадлежит союзу Европейских мегаполисов. Вся информация о разработках хранилась в строжайшей тайне до недавнего момента.

— Вы хотите сказать, что все данные о технологии были украдены моей программой? — не мог поверить Лернор.

— Я ничего не хочу сказать. Пока существуют лишь предположения, о том, что эта информация была похищена тобой. По крайней мере, наша агентурная сеть в мегаполисе и куча трупов подтверждают тот факт, что было похищено что-то особенно ценное для мегаполиса.

— Почему-то я все время в этом не сомневался…

— Дело в том, что частная исследовательская компания, ставшая на свое несчастье твоим клиентом, на самом деле лишь прикрытие основной структурной единицы главного секретного исследовательского комплекса Европы…

— До этого я уже и сам додумкал ранее… — скептически перебил парень.

Дракон ни капли, не смутившись, продолжал.

— Каким местом они думали, заказывая систему защиты на стороне, для меня остается загадкой, но, тем не менее факт остается фактом. Информация похищена и находится в твоих руках…

— Хорошо, — согласился Лернор, начиная упиваться своей значимостью.

«Неужели спецслужбы пострадали от закупольных атак хакеров, раз им понадобились его услуги? Или это что-то еще? Может операция по отлову этих электронных вредителей…» — подумал он, параллельно пытаясь выяснить другой волновавший его вопрос.

— Интересно, зачем все это нужно какой-то небольшой корпорации добытчиков?

— А кто тебе сказал, что корпорация, которую я представляю небольшая? Наша организация представляет интересы Московского мегаполиса. С недавнего времени мы являемся лидирующей на его рынке добывающей компанией. Сотрудничаем с военными и так далее…

Лернор действительно был удивлен. Москва — самый большой мегаполис среди городов, расположенных на евразийском континенте от Атлантического океана до Уральских гор.

Это единственное место на Земле, куда пускали только по национальному признаку. Согласно истории этот огромный город, когда-то был столицей великой Российской Империи, а сейчас последним оплотом русской нации.

Москва не входила в союзы городов и успешно в одиночку противостояла влиянию Союза Европейских Мегаполисов на западе и пропитанному Китайской культурой обществу на востоке. У них была лишь одна большая проблема — недоработанная программа звездной колонизации и не одного запущенного корабля…

— Ндааа, — уважительно протянул Лернор. — Теперь становится ясным, почему вы так долго удерживаете наш завод в своих руках, а местные компании не могут вас выбить.

Гость таинственно улыбнулся, словно угадывая мысли хозяина квартиры.

От этой улыбки по коже Лернора пробежал холодок.

— Значит, я располагаю тем, чего нет у вас. Но и не только у вас, но и у самого Московского мегаполиса. Однако, круто… — парень первый раз испугался того, что могло таиться за мерцающим на экране терминала окном, с вежливой просьбой ввести пароль.

— Вот и думай теперь, нужны ли тебе те проблемы, которым ты можешь себя подвергнуть, ввязавшись в эту большую игру, — похлопал его по плечу Дракон.

— В действительности, я уже ввязался настолько, что назад дороги у меня нет. Жизнь и бизнес разрушены. По всей Европе ищут по подозрению в нескольких убийствах. А на данный момент, меня не покидает естественное чувство страха. Мне достаточно ввести пароль, и вам уже ничто не помешает пустить мне пулю в лобешник, невзирая на все наши договоренности, — констатировал неоспоримый факт Лернор.

— Хмм, раз все так плохо, что ты тогда предлагаешь?

— В виду этого предлагаю следующую сделку. Вы берете меня в штат, и мы вместе отправляемся в Москву. У меня, для пущей официальности, и повестка ваша имеется.

— Не хилое желание… — перебил Дракон.

— Другими словами, я начинаю строить себе новую жизнь. И когда все формальности будут позади, я соединюсь с сервером и передам вам первую часть информации, с течением времени еще часть и так далее. Таким образом, я обеспечу себе безопасность на тот период времени, пока службой буду доказывать свою полезность и лояльность по отношению к корпорации. Другого выхода пока не вижу.

— Что же, — вздохнул гость. — По-моему, все справедливо. Неизвестна пока только точка зрения моего начальства. А так как время позднее, то придется отложить решение этого вопроса на завтра. Не думаю, что ты пожелаешь покинуть город за это время…

— Хотя, в принципе, этого никто из нас и не допустит. Ты не будешь возражать, если мои ребята у тебя заночуют?

— Как вам угодно, — безразлично махнул рукой Лернор. — Я уже достаточно четко пояснил. Мне некуда бежать и почти что не к чему стремиться.

Затем немного подумал и добавил.

— И раз уж вы позволили мне выдвигать разного вида условия и просьбы, то не отказался бы сейчас от того, чтобы ваши люди принесли мне поесть. А то, сомневаюсь, что в унесенной ими банке, остался еще хоть один съедобный огурец.

— Сергей, — позвал командир. — Спустись в машину и принеси несколько пайков.

— Хорошо, командир, — в коридоре послышались удаляющиеся шаги.

— Я пока оденусь, если вы не возражаете, — выключил терминал Лернор.

Он был рад этому, но так же ощущал некоторую горечь разочарования.

Если бы не его неожиданные гости, он бы сумел удовлетворить свое любопытство.

Хотя, кто знает, что могло случиться, успей он ввести все коды доступа. Опять эти «если бы» — как они ему надоели. Пора было уже давно основательно заняться ходом своих мыслей и привести их в порядок…

Повременив с переодеванием Лернор, в первую очередь решил избавиться от некоторой опасности в лице терминала. С нескрываемым удовольствием он намеренно выводил из строя самый ближний к замурованному серверу компьютер. Парень не хотел, чтобы его «гости», либо кто-нибудь еще в возможном будущем по незнанию, играясь с подбором паролей, случайно повредил информацию.

Судя по молчаливому безразличию, Дракон даже и не думал возражать, проводимой экзекуции, задумчиво теребя в руках серебряный брелок с кроличьей лапкой.

С застывшей на лице улыбкой откровенного садиста, парень один за другим выдергивал из корпуса предохранители. Убедившись, что больше никто в этой комнате не сможет воспользоваться терминалом и выйти через него в сеть, Лернор довольно оглянулся. Забавно было, что все то, что так интенсивно искали эти люди, было лишь в нескольких шагах от него — прочно замуровано в бетонной стене.

— Мне интересно… Вы тоже собираетесь пробыть здесь со мной до утра? — поинтересовался Лернор.

— Столько, сколько потребуется, — ответил Дракон. — Я больше не могу рисковать. Возможно, на тебя ведется более изощренная охота, нежели ты сам себе представляешь.

— Разве город не надежно отрезан от внешнего мира?

— Никогда не можешь быть уверен на все сто процентов, — угрюмо отозвался Дракон.

— Ладно, но спать вам придется на полу, — констатировал Лернор. Он подошел к завешенному шторой окну, желая увидеть знакомый старый двор. Его вид часто успокаивал после тяжелого дня вне зависимости от творившихся за окном причуд погоды.

— Не делай этого! — вдруг вскочил с места Дракон. Но было поздно.

Звук глухого удара, и стекло в один миг покрылось мелкой паутиной трещин.

Пуля застыла на уровне переносицы. Лернор от неожиданности часто захлопал глазами. Ее стальное тельце, вертясь и царапая стекло металлом чешуи, глубоко застряло в толстом бронированном окне. Лишь острый кончик торчал со стороны комнаты. Он единственный сумел прогрызться сквозь стеклянную преграду.

Смерть была перед самым носом парня! Всего лишь в нескольких сантиметрах!

Если бы он сейчас пожелал, то смог бы даже коснуться ее рукой. Почувствовать тепло ее жизни, постепенно покидавшее маленькое стальное тело…

Только Лернор стал осознавать, что произошло, как его уже валили на пол.

— Снайпер! — закричал кто-то из его новых знакомых.

— Сергей, прием, — прокричал в микрофон на запястье Дракон, выхватывая из кобуры пистолет. — Доложи обстановку снаружи!

По выражению лица, стало ясно, что ответом в наушнике, была мертвая тишина.

— Кажется, ужин опять отменяется… — мрачно подметил Лернор, находясь в подавленном состоянии и явно под влиянием голодного желудка.

— Надо убираться отсюда! Дмитрий, немедленно свяжись с ближайшим патрулем. Пусть подгонят броню прямо к подъезду и отцепят весь район.

Лернор был резко поднят, и вытолкнут в коридор. Его новые телохранители, с оружием в руках уже настороженно осматривали лестничную клетку.

— Товарищ командир, машина патруля будет через минуту, максимум через пять. По всему периметру границы города началось вторжение конкурентов. Обстановка накаляется, поэтому чтобы оцепить район у них не хватит сил.

— Этого еще не хватало, — стукнул кулаком по стене Дракон. — Эй ты, дохляк в халате, одевай что-нибудь поприличнее и с вещами на выход.

Лернор никогда не считал себя дохлым, но и не обладал лишними мускулами.

Он подчинился без возражений и быстро, собрав свою промокшую одежду в одну кучу, в миг напялил ее на себя. Все то, что с таким отвращением недавно было скинуто на пол, вновь противно напомнило о себе, во многих местах прилипая к телу. Только раздобытая в шкафу рубашка отца, была новая и сухая. Остатки его старой так и остались на полу.

Как же ему надоела вся эта беготня. Но он прекрасно понимал, «если хочешь жить — умей вертеться.» А то, что он чудом оказался жив, лишь подтверждало пословицу. Смерть шла по пятам, и «вертеться» прейдется еще быстрее.

«Спасибо папа. Если бы лет семь назад, ты не заменил в квартире все стеклопакеты на бронированные, то получил бы твой сынок сейчас свою пулю в лоб,» — цинично рассуждал про себя Лернор, — «Хотя… Так вот. В один момент решились бы все мои проблемы. Они бы быстро покинули замученную голову, через образованное в ней входное отверстие. Блеск!»

— Я готов, — наконец выкрикнул он, пытаясь найти в потемках коридора дверцу шкафа, где родители хранили теплую верхнюю одежду.

Дракон оттолкнул его, и широко распахнув скрипящие створки, сорвал первую попавшуюся куртку и накинул себе на плечи. Удивленному Лернору он немедленно бросил в лицо свою форменную гимнастерку.

— Быстрее! Транспорт уже ждет. Одевай мою. Собьем с толку снайпера.

Лернор, почти утонув в просторной одежде, выскочил на лестничную площадку и быстро провернул ключ в закрывающемся замке двери. Затем кинул его под коврик у квартиры дяди Рении.

Дмитрий в этот момент уже стучал каблуками где-то на первом этаже.

Дракон, дождавшись окончания ритуала, по закрытию двери, грубыми толчками стал подталкивать своего подопечного пистолетом, подгоняя его на выход.

Скользя и спотыкаясь, Лернор сам не заметил на сколько быстро слетел по ступенькам на первый этаж и по инерции вылетел в любезно открытую дверь.

…Вновь снег, холод и дыхание смерти. Где-то далеко раздались звуки артиллерийской канонады. Город брали штурмом…

Не успел Лернор еще ничего понять, как его тут же подхватили два солдата, облаченных в зимний камуфляж. Они мгновенно впихнули парня в открытые двери рычащего двигателем и слепящего фарами броневика.

За несколько секунд пребывания на улице, Лернор успел увидеть признаки разыгравшийся на снегу трагедии. Уткнувшись лицом в сугроб, недалеко от парадной лестницы лежало тело. Видимо, сраженный пулей снайпера Сергей. Две ярки кровавые полосы коркой льда застыли на стене дома, обозначив следы мощных брызг пробитых артерий.

Зловещее завывание вихря прерывало эхо залпов орудий. Со свистом в сумраке ночного неба все чаще стали появляться сигнальные и осветительные ракеты.

Казалось, что уже совсем близко раздавались сокрушительные разрывы аккуратно ложившихся воронки снарядов. Интенсивными волнами потревоженной воздушной массы они сотрясали все вокруг. Враг отвечал огнем.

Именно такие не природные «катаклизмы» и вынуждали местных жителей, вставлять бронированные стеклопакеты в окна домов и магазинов.

Еле разместившись в тесном салоне транспорта, Лернор был зажат своими новыми сопровождающими. Вытирая кровь со щеки, Дракон впрыгнул последним.

— Сволочь, задел все-таки, выругался он, имея ввиду снайпера.

— Хорошо, хоть не убил, — попытался подбодрить командира Дмитрий.

В этот момент, зарывшаяся в снег боевая машина, тронулась с места.

Разбрасывая в разные стороны, вырывающиеся из-под гусениц фонтаны снега, она понеслась по белым улицам. Тут же методично заработал крупнокалиберный пулемет, установленный на бронированной крыше.

— У нас есть приказ доставить вас к взлетным площадкам, — мягко покачиваясь в такт движения броневика, серьезно сообщил сержант, сидевший напротив Лернора. — Обстановка на границе не из легких. В игру вступили объединенные силы Вильриллийских корпораций. Кто их объединил не известно, но в количественном отношении наши силы не равны.

— Чей приказ?

— Випхантера.

— Ясно. Тогда к взлетным площадкам.

— Куда мы собрались? — посмел поинтересоваться Лернор.

— В Москву. Воздухом, — ответил Дракон, стуча стволом пистолета в бронированный потолок их тесного транспорта. — Иного пути, увы, нет… Но, по сути, ты радоваться должен. Чудом жив остался, да еще наше начальство на уступки вынужденно идти…

— Что-то мне не очень то и радостно. Надеюсь, ваши пилоты умеют летать в такую погоду, — неизвестно для чего сказал парень, у которого привычка намеренно портить окружающим настроение, была неотъемлемой частью общения.

Грозно сверкнув глазами из своего угла, Дракон не удостоил его ответом.

Скачущий сквозь снег броневик по-прежнему равномерно гудел и скрежетал гусеницами.

Ждать пришлось не долго.

Минут через десять машина застыла как вкопанная, а заднюю дверцу тут же открыл находившийся снаружи солдат. Он стойко боролся с боковым ветром, расталкивая ее створки и одновременно стараясь прикрывать свободной рукой лицо от липнувшего к нему мокрого снега. Белые, замерзшие в сосульки брови и уставшие глаза, нездорово поблескивали над закрученным вокруг лица толстым белым шарфом.

Увидев офицерскую гимнастерку на плечах Лернора, солдат отдал ему честь и достаточно четко прогудел из-под своей импровизированной защиты от холода.

— Транспорт подготовлен, товарищ капитан. Пилот ждет, хотя и жалуется на холод. Сводку последних событий загрузили в ваш компьютер на борту.

Лернор улыбнулся и жестом, дал понять, что солдат немного ошибся адресатом.

Дракон, кряхтя вылез из броневика и, молча измерив докладчика взглядом, отвернулся, поглубже укутываясь в маловатую ему размером куртку парня.

Ее настоящий владелец тоже не заставил себя долго ждать и довольно шустро выскочил следом, по щиколотку утопая в снегу.

Занесенная площадь перед зданием самоуправления выглядела уныло и заброшенно.

Из кузова показался Дмитрий. Он был последним, кто покинул броневик. Два солдата патруля остались внутри и, стараясь сохранить тепло, тут же закрыли за ними двери. Грузная бронированная машина равномерными рывками тут же двинулась прочь с площади.

Неподалеку. Сквозь летящий хлопьями снег виднелись силуэты двух винтокрылых машин с освещенными изнутри кабинами пилотов. Они словно два живых огонька слабо мерцали на фоне мертвой от холода ночной метели.

Лернору еще не приходилось пользоваться столь нестандартным видом транспорта, но его ситуация совсем не располагала для жалоб или протестов.

Ходили неутешительные слухи, что вооружение, предоставляемое городами-государствами добывающим корпорациям, является устаревшим и находившимся близко к концу срока безопасной эксплуатации.

Что могло случиться с ними воздухе, парень решил заранее не предсказывать. Оставаться в осажденном городе было не менее рискованно. Опять из двух зол нужно было что-то выбирать. Но теперь не меньшее, а ближайшее. Избавляя себя от тягости ожидания неизбежного, он уже был готов встретиться лицом к лицу с чем угодно.

Дмитрий, поддерживая под руку, погруженного в свои мысли Лернора, молча повел его за широко шагающим командиром.

Дракон, так же как и все не желал мерзнуть под открытым небом. Периодически стирая с лица сочащуюся из глубокой царапины кровь, он стряхивал красные капли себе под ноги. Бардовые пятна на белом снегу были отчетливо видны даже в столь темное время суток.

Встретивший их солдат некоторое время мялся сзади, но вскоре побежал следом, что-то крича на бегу и интенсивно размахивая руками. Наконец, сквозь дующий в лицо ветер, по мере его приближения, выкрикиваемые фразы стали более отчетливыми.

— …Товарищ капитан! Товарищ капитан! Круг обороны прорван с запада. Танковые силы противника усиливают образовавшуюся брешь, давя наш периметр с флангов. Минут через пять будут здесь, а я тут один остался. Возьмите меня с собой!

Быстро заскочив в салон по, построенному из трех ящиков с боеприпасами трапу, Дракон повернулся к пилоту и несколько раз начертил пальцем в воздухе круг. Пилот понял приказ и включил двигатель, разгоняя режущие воздух винты.

— Вот и прикрой наш отход. — безразлично среагировал Дракон на сообщение солдата, намеренно игнорируя его последнюю часть. Он даже не удостоил подбежавшего подчиненного взглядом, давая понять, что его присутствие здесь крайне не желательно.

Лернору стало как-то не по себе, и он еще быстрее, чем собирался, взлетел по трапу на борт летательного аппарата.

— Но… — развел руками рядовой, стараясь показать, что у него и гранат то при себе нет.

— Это не мои проблемы, — бросил Дракон, и как только Дмитрий заскочил вовнутрь, захлопнул люк прямо перед носом у растерянного солдата.

Набирающий мощность звук, вращающихся винтовых лопастей, безжалостно заглушил стук в небольшое окно двери. Не считая еще четырех иллюминаторов, промерзших с обеих сторон, оно единственное прозрачно отделяла их от внешнего мира.

Лернор видел, как солдат, в панике сорвав с лица шарф, плакал. Слезы тут же застывали на его щеках маленькими льдинками. Он все еще продолжал стучать кулаком в стекло. Его крик, безмолвным движением губ доносил до парня смысл отдельных фраз.

«Не бросайте меня здесь. Не бросайте!»

Машина, набрав необходимые обороты, оторвалась от земли, быстро уносясь в заснеженное черное небо.

За ними в след стартовал и второй вертолет прикрытия.

Несчастный солдат, роняя с плеча автомат, упал на колени в снег.

Когда вертолет, кренясь на бок, лег на заданный курс, Лернор сквозь хлопья летевшего снег еще раз увидел внизу темную точку одиноко стоящего человека. Со всех сторон к нему приближались такие же точки многочисленных врагов. Дальнейшая развязка этой драмы внезапно была скрыта налетевшим на них плотным облаком. Оно в секунду отрезало их оттого, что происходило далеко внизу.

Только сейчас парень нашел в себе силы упасть в удобное кресло. Ему не совсем были понятны и приятны причины такого обращения с подчиненными.

Дракон, как будто прочитав мысли своего подопечного в выражении его глаз, ответил.

— Мы летим в Москву. Многие хотели бы попасть туда, только бы выбраться из этой дыры. Солдат, которого ты видел, был в курсе происходящих событий и намеренно остался в надежде, что мы, в силу сложившихся обстоятельств, возьмем его с собой из-за всем известного негласного принципа «не бросать своих». Но моя миссия не должна иметь лишние уши и лишние глаза. К тому же я не перевариваю таких хитрецов…

— Но ведь места здесь достаточно, — неожиданно возразил молчаливый Дмитрий. — Могли бы запереть, и сидел бы всю дорогу в тамбуре.

— Плевать я хотел на это! Хватит с меня того, что я уже слишком сильно прогибаюсь под сложившиеся обстоятельства, далеко отклоняясь от намеченного плана! — вдруг сорвался Дракон. — Считай это моей личной местью «им»! Меня просто достало, прогибаться под этот изменчивый мир с его постоянно возникающими непредвиденными событиями!

Во время вспышки гнева, он успел сесть к установленному в вертолете терминалу и включить тут же замерцавший в темноте экран. Тот периодически менял свои краски, наполняя мрачную атмосферу цветами.

Лернор не стал встревать в спор, хотя и знал, что за борт сейчас его точно никто не выкинет. Но от греха подальше он все же решил перевести тему на обсуждение более отдаленного участка времени, вызывавшего у него большее беспокойство, нежели у окружающих.

Он не хотел злить Дракона, больше, чем тот уже был разозлен, поэтому постарался сформулировать свой вопрос как можно нейтральнее.

— Как мог снайпер проникнуть в блокированный кольцом отцепления город? — наконец, спросил он.

— На данный момент есть только одно предположение, — уже спокойнее отозвался Дракон. Его лицо отражало свет синей подсветки расположенного перед ним монитора.

Прежде чем продолжить, командир оглядел присутствующих.

Дмитрий, расположившийся недалеко от закрытой двери в кабину пилота, постарался тут же отвести свой взгляд. Скрипнула спинка его кресла, и оставшийся в живых помощник предпочел отвернуться к замершему иллюминатору, нежели встретиться глазами с командиром.

Вертолет перешел в бесшумный режим и теперь вращение винта и работа двигателя совершенно не нарушали покой салона, и так почти полностью изолированного от звуков внешнего мира.

Атмосфера покоя располагала ко сну, но Лернор, не собирался спать, молчаливым напряженным взглядом продолжая изучать своего нового союзника. Он неотступно ждал дальнейших разъяснений.

— Ты хорошо знал, свою подругу Дилину? — неожиданно спросил Дракон.

— Не очень, — признался Лернор, немного сбитый с толку таким неожиданным вопросом. — Она и подругой то мне не была. А что?

— У нее есть корни в твоем родном городе?

— Да, вроде. Бабушка или дедушка. Мы раза два ездили вместе.

— Другими словами у нее мог быть пропуск в город в виде карточки постоянного жителя? — вкрадчиво спросил Дракон.

— Конечно, мог. Ведь у нее здесь родственники, — все еще не совсем понимал скрытого смысла Лернор. — Как все это связано? Она же мертва.

— В том то все и дело, что-либо мы все ошибаемся в ее смерти, либо кто-то воспользовался ее личным пропуском и беспрепятственно миновал КПП, — задумчиво стал чесать себе подбородок Дракон. — Но раз уж ты говоришь, что у нее действительно были родственники в городе, то значит администрация и мэр тут не причем.

Лернор, только сейчас понял, от чего своим знанием он спас весь город.

Ведь, если бы хоть на мгновение в сердце этого человека зародилось сомнение в нейтральности административного правления города по отношению к любой из правящих корпораций, то в миг была бы подорвана вся ее репутация, а судьба населенного пункта тут же была бы предрешена в самых черных тонах.

— Конечно не причем! Для чего им надо пилить сук, на котором сидят? Да и не только они, но и все жители!

— Ну, раз ты говоришь, тебе и знать лучше. Вопрос только в том, кто воспользовался пропуском в момент карантина. Десять к одному, что это была девушка, и возможно та же самая, что искусно уводила тебя из-под носа моих агентов, — продолжил размышлять в слух Дракон.

— Нет… Она не могла… — отказывался верить в услышанное Лернор.

Хотя, признаваясь самому себе он понимал, что всей душой просто не хотел вписывать очередной минус в графу его личных отношений с Джулианой.

В голове никак не укладывался факт того, что она, после всего, что было между ними, как-то непринужденно чуть не перечеркнула всю графу под названием «его жизнь» жирным крестом.

— Да расслабься ты и забудь, что произошло между ней и тобой в прошлом. Такие, как она, в грош людей не ставят. — Дракон постучал указательным пальцем по лбу. — У нее в голове лишь одна программа и она ее выполняет. Привезла на место, решила шлепнуть…

— Вот и я этого не пойму. Может все-таки не она? — обнадежено спросил Лернор.

— Она, она, кто же еще! Документ Дилины присвоила. Лично обезопасила движение. Довела тебя до места, чтобы ты сам указал расположение украденной информации. Все просто.

— Другими словами, она должна была найти и вернуть украденное?

— Скорее найти и уничтожить, — отрицательно покачал головой Дракон. — Ведь это только копия. И как только она почуяла, что мы до тебя добрались, то решила избавиться от единственного ключа, способного открыть ларец. Вот только просчиталась дивчина. Не так то прост, ты оказался… Кажется я повторяюсь…

— Возможно…

— … Как бы там ни было. Даже наркотик и то правду из тебя не выдавил. Одни лишь слезы, слюни и прочие жидкости. Надо будет по прибытию в лабораторию доложить.

— И все же, какой же был пароль?

— Ага… Щас!, — усмехнулся Лернор, мысленно крепче сжимая «свой счастливый билет» на этот ночной рейс.

— А ты уверен, что она не доберется до базы данных и не уничтожит ее, пока идут бои?

— Уверен. Кем бы не был мой «доброжелатель», точно не доберется. Раз даже вы не смогли. Не сможет ни воспользоваться информацией, не уничтожить ее. Я об этом позаботился, — поспешил соврать Лернор.

Он прекрасно понимал, что ни хрена он ни о чем не позаботился, и совершенно не зная Джулиану, мог недооценить ее пакостные качества.

С другой стороны, выдав свои опасения, он бы насторожил Дракона и тот ради достижения цели не побрезговал бы даже возвращением обратно в город.

Еще опаснее было сообщить, что вся миссия на гране срыва, и заслуженно дождаться свою пулю от нового «друга». Умереть просто и быстро, словно паршивая овца, от которой и так не будет никакой пользы в будущем.

Раз уж жизнь так повернулась, то придется блефовать до победного конца.

После некоторой паузы, Дракон, наконец, оторвался от монитора и стал изучать оттаявший иллюминатор. Как будто вспомнив что-то из своего невеселого прошлого, он поморщился и сказал.

— Знаешь, бабы они все такие. Сначала заманивают в свои сети, а потом буквально вонзают тебе нож в спину. Не знаю, что у тебя было с той девицей, но лучше забудь. У меня тоже жена была.

Привез я ее из глубинки, после одной из командировок на южные месторождения. Думал, покажу всю красу мегаполиса, познакомлю с настоящей жизнью, да и себе домашний уют обеспечу на долгие годы. Так не тут то было.

Она, стерва, приспособилась к новой сытной жизни, умной себя почувствовала. Всезнающей. Стала жизни учить. Потом в загул пошла, пока я на работе пропадал. Ей, дуре, в ее забытом богом городишке и не снилось столько мужиков вокруг. Столько внимания, понимаешь. Думала, лишний раз откажешь с очередным ухажером в постель прыгнуть, так все как в сказке пропадет словно дым…

Дракон замолчал, полностью уносясь в воспоминания. Его затуманенный взгляд сквозь стекло устремился куда-то в темную пустоту ночного неба.

Царапина на щеке уже затянулась, представляя собой длинный бардовый рубец, который наверняка останется в виде очередного шрама на небритом лице.

— Ну и что дальше? — из вежливости поинтересовался Лернор. Для себя же он прекрасно осознавал, что только разговор может спасти его от голодного обморока. Голова уже и так слабо соображала…

— Допрыгалась. Одним прекрасным вечером, пристрелил я ее, да еще двух ее дружков. Она беременной оказалась…

В итоге такая шумиха поднялась. Меня потом пол года корпорация покрывала. Мол, важный сотрудник. Дело внутреннее. Сами разберемся, и не лезьте в дела независимой организации. В итоге служба безопасности мегаполиса отстала, но сам знаешь, осадок остался…

— Для успешного продолжения политических игр в тендерных комиссиях из-за меня всей компании поставили условие. Либо я сам исчезну, либо мне помогут, либо можно забыть о первых местах во всех конкурсах.

Поэтому руководство стало меня периодически на западные границы кидать. Порой в самое пекло. Думали, сгину, но я живуч оказался. Тогда и пообещали, если твое дело успешно до конца доведу, все простят и глаза закроют. Смогу вновь в Москве сидеть и бумажки подписывать.

Так что, можешь считать, я лично заинтересован в исходе дела, поэтому и доставать буду с соответствующим рвением.

Лернору вдруг стало совсем плохо, и он уже не смог понять от чего. То ли от голода, то ли от услышанного, но терпеть он уже больше не мог. Отогревшись и почувствовав себя в безопасности, желудок стал громким урчанием требовать от хозяина пищу.

— Долго до места? Есть охота так, что хоть вашу гимнастерку грызи.

— Еще часов пять, — ответил Дракон, как будто только в этот момент, вспоминая о том, что было у него самого на плечах.

Скинув с себя тесную куртку Лернора, он жестом попросил вернуть гимнастерку законному владельцу.

Совершив обмен, Дракон достал из-под кресла небольшой металлический ящичек и открыл его.

— Если обслуживающий вертолет персонал не был слишком прожорлив, то тут должно было остаться кое-что из неприкосновенных запасов. Лови!

Лернор на лету поймал брошенный ему пакет с печеньем и с жадностью открыл его.

Ощутив во рту рассыпчатое, таящее на языке овсяное печенье ему на какое-то мгновение показалось, что он попал в рай. Как порой мало надо, для того чтобы почувствовать себя полноценно счастливым человеком.

Быстро работая челюстями, он с опаской и грустью вспомнил Джулиану и тот вечер выпускников, на котором они произнесли тот решающий тост. Только, к сожалению, для каждого он был наделен своим индивидуальным смыслом…

«За новую жизнь, Лернор…»

Впереди его ждет Москва, очередной мегаполис, как и все не подверженный разрушительным силам стихии, но со своими законами и неизвестными еще нравами.

Вероятно, там он найдет свою новую жизнь, а возможно наоборот быструю и избавляющую от нескончаемых превратностей судьбы смерть.

— Что ж, время покажет, время покажет…

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

WELCOME TO MOSCOW

Остаток пути до Москвы полуголодный Лернор безуспешно пытался забыться сном. Беспокойное состояние, в которое он впадал, лишь с натяжкой можно было назвать объятьями Морфея. Зыбкая грань между бодрствованием и миром грез стиралась, не давая ему уснуть, но и не позволяя адекватно воспринимать реальность. Это мучительное состояние не покидало вплоть до самой посадки, лишая парня возможности и желания любоваться красотами невиданного ранее мегаполиса.

Первое, что он ощутил после приземления, это исчезновение вибрации салона кабины.

Всю дорогу Лернор пытался, как можно удобнее пристроить на ней свою голову, но удалось ему это лишь в момент выключения двигателей летательного аппарата.

Обрадовавшись столь приятному исчезновению внешнего раздражителя, он, наконец, стал проваливаться в сон, из которого, его тут же грубо выдернул Дракон, больно толкая в бок.

— Вставай лежебока!

Лернор непонимающе захлопал глазами, старался как можно быстрее прийти в себя. Правая часть головы жутко болела, а глаза не желали видеть яркий солнечный свет, так обильно льющийся через открытое отверстие выхода. Дверь в кабину пилота была распахнута настежь. Кроме него и раскурившего сигарету Дракона, в машине уже никого не было.

— Куда теперь?

— На выход. Куда ж еще, — его «друг» смачно сплюнул в проем.

Москва встречала их теплым солнечным днем. Вокруг взлетно-посадочной площадки, под неожиданными порывами ветра зеленой кроной шумели березы.

Контрасты погоды, к которым невозможно было привыкнуть, не переставали удивлять Лернора. С того самого момента как он покинул Вильнариллин, его постоянно кидало то в ледяной холод, то в майскую жару.

Солнце ласкало его лицо, заставляя жмуриться не только от яркого света, но и от получаемого удовольствия.

Посадочное полотно, на многие километры, тянувшееся в разные стороны, впечатляло своими масштабами. У Лернора за спиной несколькими рядами расположилось огромное количество транспорта — военного и гражданского.

Каждая машина занимала отведенное ей на огражденной площадке место, отделенное своим пропускным пунктом.

Некоторый транспорт бесшумно взлетал, другие шумно заходили на посадку. Серые потоки людской массы, словно маленькие речушки, берущие свои истоки из летательных аппаратов, минуя запруды в месте пунктов контрольной проверки, вливались в мощный нескончаемый поток спешивших на работу людей, рассеивающийся по городу лишь возле главного выхода.

— Топай быстрее. Нас уже ждут серьезные люди, — подтолкнул Дракон, поторапливая Лернора в сторону контрольного пункта. Такое возвращение в реальность не пришлось парню по душе, но он не стал возражать.

— Туда? — вертя по сторонам головой, уточнил парень.

На столько пораженный масштабами аэропорта, он совершенно дезориентировался на новом месте. В этот момент, даже самому себе, показавшись чрезмерно рассеянным, Лернор заставил сознание сконцентрироваться.

На пропускном пункте их встретил Дмитрий, размашистыми жестами, что-то доказывая молодому и ретивому пограничнику.

— …Что значит, пропуск просрочен? Я его только перед вылетом продлил. Мне сказали, что вернуться смогу еще по старому.

— К сожалению, я не могу вас впустить. — уже в очередной раз твердил пограничник.

То ли из-за агрессивного взгляда Дмитрия, закипающего до состояния бросить все и броситься на своего обидчика, то ли из-за стыда за желание получить взятку, чиновник прятал глаза под козырьком фуражки.

— Что здесь происходит? — вмешался Дракон. — Опять мегаполис своих не пускает?

— Мы бы рады, только документы не в порядке, — пограничник косо посмотрел на Дракона, пытаясь навскидку определить важность нарисовавшейся персоны.

— Дима, да дай ты ему на лапу, а жалобу потом напишем, — спокойно сказал Дракон.

— Но! Но! Но! — возмутился пограничник. — Сейчас привлечем вас за попытку дать взятку должностному лицу, находящемуся при исполнении служебных обязанностей.

— Ишь как защебетал! Нет, уважаемый, — спокойно продолжил Дракон, делая выражение лица грустным. — Это мы сейчас вас привлечем за саботаж и измену, так как вы отнимаете у ОЧЕНЬ важных людей их драгоценное время, задерживая нас здесь.

В подтверждение его спокойной, но зловещей угрозы, на выходе с контрольного пункта из толпы выделились двое в форме сотрудников военной разведки мегаполиса. Ее темные тона, строгость и мрачность мало, чем отличались от подобного типа мундиров в других защищенных городах по всему миру.

Мегаполисы в отличие от городов «ничейных» земель имели не только собственные службы правопорядка, внутренней безопасности и прочих силовых структур. Особо крупные из них, а так же региональные объединения, располагали собственной армией и космофлотом. Эти структуры, в отличии от добывающих корпораций представляли их интересы в мировом и космических масштабах. Вооруженные передовыми технологиями и сверхновым оружием, армия и космофлот были первопроходцами в звездном пространстве и своеобразным сдерживающим фактором в глазах конкурирующих городов-государств на земле.

Один из военных приветливо взмахнул рукой.

Пограничник заметил этот жест и быстро вернул документы Дмитрию.

— Проходите, — он был краток как никогда, пятясь, словно рак, в темноту своей будки.

Дракон злорадствующее сверкнул глазами, и защелкнул, невесть откуда появившиеся у него в руках наручники, на запястье Лернора.

— Это еще зачем? — больше удивился, чем возмутился парень.

— Чтобы случайно в толпе не потерялся, — зло улыбнулся Дракон, приковывая его к себе вторым браслетом.

«С тобой, даже если захочу, не потеряюсь, блин.» — давая волю мысли, еле придержал язык парень.

В таком состоянии они миновали контрольный пост и, обменявшись с встречающими приветствиями, влились в бурный человеческий поток.

Бурная река граждан всевозможных видов, расцветок и красок несла их из аэропорта в город. Шаг влево, шаг вправо и любого из них могло в миг унести встречным людским течением.

Упираясь в широкие спины военных, их компания старалась не на шаг не отставать от сопровождающих.

Словно ледоколы, прокладывающие путь в вечных льдах ледовитого океана, два военных разведчика, упрямо ломились сквозь толпу. Они безжалостно работали мощными локтями, вызывая жуткое негодование у тех, кому довелось оказаться на пути следования картежа. Там, где не помогал локоть, в ход шло удостоверение. Не один из сопровождающих не гнушался увеличивать его эффективность с помощью отборного русского мата.

Прочно прикованный наручниками к руке Дракона, Лернор, чтобы не получать дискомфорта от давки, старался настроить себя более позитивно.

Расслабившись, он просто плыл по течению, совершенно не делая усилий, чтобы удержаться на ногах. Его и так подпирали со всех сторон, а Дракон упрямо тащил в известном только ему направлении.

В таком движении была своя прелесть. Можно было непринужденно следить за тем, как шустро орудуют карманники, изучать измученные лица, спешивших на работу граждан и беззаботно улыбаться особям женского пола. Он расслабился, стараясь не думать ни своем будущем, ни о невеселом настоящем и даже не о том, как ужасно сейчас выглядит со стороны.

Очнулся он лишь на станции подземки «Прибалтийская», неожиданно придя в себя у самого края перрона.

Сырость и прохлада, постепенно приводила Лернора в чувства, успокаивая головную боль. Но если внутренние неприятные ощущения начинали покидать его, словно по закону подлости появлялись новые — внешние.

Как только появился свет в конце тоннеля, толпа, находившаяся позади, давя на пятки, с надеждой подалась вперед. Так напористо и так стремительно, как будто это был не обыкновенный прибывающий поезд, а свет надежды в маленьком темном жизненном туннеле каждого из потенциальных пассажиров.

Возможно, так оно и было, для тех, кто опаздывал на работу или важную для карьеры встречу, но были и те, кому этот свет ровным счетом ничего не значил. Но находились эти «счастливчики» почему-то ближе всех к краю перрона.

— Эй! Полегче! — взревели стоявшие у опасной разделительной черты пассажиры.

Все они не на шутку испугались за свою жизнь. Эти люди никак не желали быть услужливо скинутыми на рельсы, прибывающего поезда. Таким образом, наотрез отказываясь, превратить приближающийся для кого-то «спасительный» свет, в последнее, но эффективное решение всех нерешенных проблем. Вжик, Вжик — и дело в шляпе, а тело в трупном мешке. Просто и со вкусом. Правда, немного извращенным.

— Куда ж вы прете, изверги!?

— Идите на … ! Харе толкать!

— Ироды, все же поедем!

Но были и те, кто наоборот упорно молчал, делая решительные шаги вперед. И, то ли жалость к этим дуракам, то ли зависть к их уверенной решимости двумя шагами свести счеты с жизнью, заставляла окружавших их жителей подземки в последний момент хватить потенциальных самоубийц и оттаскивать обратно на безлопастное расстояние.

— Куда!?

— Живи, дурак!

— Спасибо скажи!

Толпа, живя и страдая, словно единый организм в одно мгновение демонстрировала свою разобщенность и сплоченность. Один за всех и каждый сам за себя.

Так, под громкий стук колес, шумно и эффектно, прибыл первый поезд и обдал всех, принесенным по пятам из темного тоннеля, прохладным ветерком.

Жизнь на секунду остановилась, но это была лишь одна, едва заметная, секунда. Ровно столько длилась безмолвная пауза до момента открытия дверей поезда.

— Это не наш поезд! — сквозь творившийся хаос прокричал Дракон, выдергивая Лернора на возвышенность.

— Как не наш? — не понял парень, совершенно не понимая, о чем идет речь.

Рядом уже расположились все остальные члены их небольшой экскурсии, нервно куря и наблюдая, как начиналась посадка.

Тут действительно было на что посмотреть.

Не посадка на поезд, а настоящий штурм. Стенка на стенку, пассажиры-покидающие, схлестнулись с превосходящими силами тех, кто желал немедленно сесть на поезд.

— …Какого хрена, вы изменили расписание? — кричал в переговорное устройство старший из разведчиков. — …Мать вашу, плевать я хотел на то, что машинист заболел. Вы что автоматический поезд сами запустить не можете? Да вас за такой бардак под трибунал отдать мало… Не первый раз уже! То раньше, то позже…

Дальше Лернор слушать не стал, с ужасом оглядывая, творившийся внизу бедлам.

Где-то в хвосте поезда на перроне началась драка. Ревели дети, благим матом кричали женщины, но, внезапно, все прекратилось в миг, как будто по мановению палочки невидимого дирижера.

Вместе с закрытыми дверьми тронувшегося с места и набирающего скорость поезда, исчезла и основная причина безобразия.

Удивительно было то, что никто не пострадал, а платформа так же быстро опустела, как берег во время отлива. Лишь на том месте, где произошла драка, интенсивно орудовали дубинками стражи порядка.

Плотном кольцом заслонив несчастных от любопытных взглядов, они лениво поднимали и опускали символы своей власти.

Прошло не менее трех минут, прежде чем новая человеческая волна вновь заполнила все пустующие места на перроне. Восстановленный пейзаж, как и перед первой посадкой, вызвал в Лерноре ощущение дежавю.

Даже на месте где произошла драка, было уже сложно разобрать, что происходило в данный момент.

Через некоторое время из тоннеля опять послышался стук колес.

Толпа вновь взволновалась и насторожилась, словно голодный зверь, и лишь с некоторыми вариациями повторила все то, что Лернор уже видел одним поездом раньше.

Крытый серый поезд с шипением затормозил на станции. Всем своим видом и необычностью распугивая первые две шеренги пассажиров. Они произвольно стали вдавливаться в людскую массу позади себя. Последовал, казалось бы, нескончаемый поток матерных выражений в ответ и отчаянное сопротивление такому неожиданному движению.

— О! А вот это наш поезд, — довольно заметил Дракон.

— Наш то наш, — пробурчал второй разведчик. — Подождем, пока толпу разгонят.

— А с самого начала, другим способом нас доставить никак нельзя было? — язвительно поинтересовался Дракон.

— Ты, что первый раз в Москве? — усмехнулся старший разведчик, и, поднеся микрофон ко рту, рявкнул, обращаясь к уже невидимому собеседнику. — Очистите головную часть поезда!

Открылись двери и на перрон высыпали солдаты внутренних войск, дружно стуча по бетону тяжелыми подошвами. Быстро построившись в шеренгу, они безжалостно стали пробивать дорогу прикладами.

Толпа, уже не только как голодный, но теперь уже и раненый зверь взревела от боли, ужаса и возмущения и стала медленно тесниться, сдавая занятые позиции.

В солдат полетел разнообразный металлический мусор, в таком количестве, как будто каждый из пассажиров считал своим долгом носить при себе что-нибудь тяжелое и лишнее.

В ответ тут же раздалась пара-тройка выстрелов, и людская масса с криками ужаса стремглав стала ломиться прочь со станции, снося заграждения и скамейки.

В своем стремлении как можно скорее пробиться к спасительному выходу на поверхность, люди толкали и давили друг друга. Движение солдат резко ускорилось, а платформа вновь почти полностью опустела.

Лишь стражи порядка, бесстрастно за ноги и за руки стали оттаскивать тела задавленных, застреленных и просто потерявших сознание пассажиров в расположенный неподалеку пункт первой медицинской помощи.

Старший разведчик ловко спрыгнул с возвышенности и подошел к ближайшему сержанту. Они быстро обменялись фразами, и разведчик махнул рукой остальным.

Когда они взошли на поезд, его двери тут же закрылись.

Вооруженный эскорт остался на пустынной платформе.

— Они нам не понадобятся, — сообщил старший разведчик. — Поезд доставит нас прямиком в бункер.

— А как же руководство нашей компании? — поинтересовался Дракон.

— Они уже будут ждать вас на месте. Если бы не накладка с эскортом от самого аэропорта и поездом, мы прибыли бы раньше.

Дракон, удовлетворенный ответом, повернулся к Лернору и прошептал:

— Сейчас, парень, учти. Если вся твоя история с возможностью выдачи нам информации по частям, окажется блефом. За последствия я не ручаюсь. Я тебя взял в Москву, тем самым, сделав первый шаг со своей стороны, теперь твоя очередь…

Он положил руку на кобуру, ясно давая понять, что имеет в виду.

Лернор тут же взволновался, ловя себя на мысли, что начинает суетиться и переживать уже по любому поводу.

Хоть он и был уверен в возможности удаленного доступа, но никогда не пробовал входить в глобальную сеть, пользуясь Московскими сетями и их спутником. Пусть они будут даже в распоряжении самой военной разведки. После увиденного бардака и их небольших «накладок», он почти не сомневался в возможном возникновении проблем со связью…

— О чем вы там шепчитесь? — поинтересовался второй разведчик. — Парень, Дракон тебя уже успел проблемами своей личной жизни загрузить?

Оба военных разразились громким хохотом. Как будто тема жизни Дракона была настолько избитой, а сама его личность такой смешной.

Дракон, тут же посмотрел на своего помощника, и Дмитрий резко отведя взгляд, стал следить за проносившимися фонарями освещения подземного тоннеля. Он умело подавлял выражение всех возможных видов эмоций на своем лице.

Наконец, когда раскатистый смех военных утих, разведчик произнес уже более серьезно.

— Не верь, сказанному. Все гораздо хуже…

Что, он хотел этим сказать, Лернор так и не понял, так как в этот момент тема перестала быть актуальной. Их бронированный подземный поезд замедлил ход, и громко свистя тормозами, остановился у полупустой и хорошо освещенной платформы.

— Давайте вперед. Мимо охраны и затем вдоль синей линии, — махнул рукой старший разведчик.

— А вы, Федя? — спросил его Дракон.

— Нам там ловить нечего, — ответил разведчик, явно недовольный тем, что его назвали по имени.

«Интересно. Дракон это имя или кличка?» — успел подумать Лернор перед выходом. — «Слишком грозно, для него, хотя и в отсутствии жестокости этого человека обвинить нельзя.»

Двери со свистом закрылись и поезд, стал удаляться, оставляя троицу среди снующих туда-сюда военных с папками, оружием, ящиками и прочими принадлежностями неизвестного назначения.

Суеты было меньше, чем на пассажирской станции, но порядка не наблюдалось даже здесь.

Пока они шли к входу в коридор, находившимся под «бдительным» надзором двух сонного и помятого вида охранников, дорогу им перебежал полуголый военный в шортах-хаки и шлепанцах на босу ногу.

С перекинутым через плечо полотенцем, громко шлепая и не сбавляя шаг, он тщательно чистил зубы на ходу.

«Видимо, они здесь не только работают, но и спят прямо на рабочем месте». — При всей нестандартности небритого вида военного, Лернор заметил в его глазах, вероятно больше удивления оттого, что он встретил здесь новеньких, нежели оттого, что гости рассматривают его с таким интересом.

«Да и гости к ним не так часто жалуют…»,

Дракон на ходу небрежно помахал перед охранниками своим документом, те лишь вяло, почти синхронно, махнули рукой — «Иди мол, и так здесь все свои.»

Движение вдоль синей полосы по замысловатому, не располагающему к логике в своих разветвлениях, коридору, оказалось скучным и непримечательным. Навстречу больше никого не попадалось. Отсутствие людей и хор их собственных гулких шагов, раскатистым эхом громогласно раздающийся под сводами коридора, негативно влияли на психику Лернора. С каждым новым шагом ему становилось все страшнее. Как будто они были чем-то последним, особо запоминающимся в его жизни.

В конце концов, он поймал себя на мысли о том, что просто излишне накручивает сам себя на тему опасности за собственную шкуру. И так уже произошло достаточно, чтобы просто привыкнуть к дыханию смерти за плечом, а пожалуй, вернее сказать, даже в лоб.

Дальнейшее планомерное запугивание самого себя до ощущения холода во всех конечностях, было прервано неожиданным прибытием на место.

Широкая, двухметровая, дверь внушительной ширины и прочности, внезапно возникшая за очередным поворотом, преградила вход в бункер.

Как антипод ей, словно изощренная шутка начальства, на входе дежурил худой часовой. Таких часто за глаза называли просто и ясно — метр в каске.

— Вас уже ждут, — сообщил карлик грубым басом, совершенно не сочетавшимся с его фигурой.

— Дима, побудь здесь. Если надо будет, позову, — приказал Дракон своему молчаливому товарищу, указывая на несколько стульев и журнальный столик неподалеку.

Подчиненный лишь коротко кивнул в ответ и покинул их компанию.

В этот момент, часовой, совершив «магические» манипуляции с пультом замка, заставил широкие створки бесшумно разъехаться в разные стороны и освободить проход.

Они вошли в сумрак огромного помещения с одиноким круглым столом. Освещение было настроено так, что фигуры пяти неизвестных, сидевших по ту сторону были тщательно затемнены, и выглядели лишь как объемные тени. Разглядеть кого-либо из собравшихся не представлялось возможным.

Дверь с ясным щелчком закрылась за спиной — давая понять, что назад дороги больше нет, и не будет.

— Ну, что парень, садись и подготовь, что обещал. — Дракон, не спеша, стал открывать браслет наручников. Недалеко от Лернора из невидимого под потолком проектора была спроецирована объемная голограмма терминала монитора, а на серой матовой поверхности стола красным цветом загорелись привычные клавиши клавиатуры. От удивления парень даже раскрыл рот. Такие технологии, были доступны немногим.

Когда он садился к проекции, Дракон, скрываясь в темноте, уже успел занять свое шестое место напротив.

Наклонившись к соседу, он что-то нашептывал ему на ухо. Перед каждым из присутствующих один за другим возникали в воздухе аналогичные полупрозрачные экраны.

«Значит, следить вздумали», — прищурил глаза Лернор, все еще не касаясь клавиатуры. Ему не очень то хотелось у всех на глазах входить в свою систему, тем самым, оставляя в текущих записях все пароли и сдавая себя с потрохами.

— Итак, господин Лернор, — наконец обратилась к нему самая ближайшая к Дракону тень неизвестного. — Как вы поняли, мы согласны заключить с вами сделку на ваших условиях. Нас уже посвятили в детали.

И тишина.

Лернор немного растерялся, но, вспомнив слова Дракона в поезде, решился задать вопрос.

— С чего вы хотели, чтобы я начал?

— С базовых сведений. Так сказать с введения.

«А я вам бы ни больше и ни меньше не смог бы предоставить» — мрачно промолчал парень, понимая, что он на самом деле совершенно не готов к выдаче информации равными частями.

Только пароль, которым он пользовался для скачивания небольшой части информации к себе в офис, мог его выручить в данный момент.

Послав запрос, он на странность оперативно соединился со спутником.

Нащупав, пульсирующий словно маяк, сигнал своего сервера, Лернор вызвал программу запуска в локальную виртуальную память, тут же отсекая возникшее соединение. Следующий динамичный сигнал маяка придет через другие адреса, протоколы и шлюзы, исключая все известные парню способы возможного прослеживания его электронного пути.

Такая секретность спасала его от определения физического месторасположения сервера.

Очередной маяк заберет введенный пароль допуска в демонстрационную программу и соединит их через запутанный путь по всему миру. У него будет всего лишь пятьдесят девять секунд, чтобы скачать необходимые данные или их часть, чтобы его не успели проследить.

Затем автоматическое отсоединение.

Естественно за минуту он ничего не успеет, но загруженная в виртуальную память программа, была настроена именно так. Она позволяла лишь десять последовательных соединений программы с выходящим на нее сигналом сервера. Потом придется вновь отлавливать маяки и загружаться заново. Итого у него было лишь неполных десять минут доступа к демонстрационной части сервера.

«Боже, как же они себе все усложнили», — заулыбался Лернор, гордый собственной системой защиты электронных данных.

«Быть в нескольких метрах, от хранилища, обладать паролем, и так лохануться». — Но, тем не менее, он благодарил бога за такое счастливое стечение обстоятельств. Только благодаря им, он был все еще жив и даже в состоянии диктовать условия сильным мира сего.

Ожидаемых проблем со связью не возникло, а скорость вызвала уважение и порой даже удивление.

Лернор поочередно загрузил все девять частей демонстрационного файла и соединил их в единое целое. По умолчанию настроек, сервер всегда слал лишь то, что было свистнуто совсем недавно. То есть самое свежее.

Поэтому Лернор не сомневался, что пересылает именно те самые данные, за которые уже многие заплатили своей шкурой.

Все его манипуляции ясно отражались на проецируемых изображениях перед людьми в пагонах. Поэтому жгучее желание увидеть, наконец, что же крылось под грифом «главной тайны» Вильнарильского мегаполиса неприятно перемешивалось с ощущением того, что кто-то постоянно смотрит ему через плечо.

«Скачать десятую часть?» — предложила программа, — «У вас осталась последняя минута соединения»

«Что за десятая часть?» — не понял Лернор, закусив верхнюю губу — «Демонстрационные версии не занимали времени большего, чем восемь или девять соединений. Но раз уж предлагаешь… Шли».

Десятый файл архива, ничем не отличался от девяти предыдущих, если только… Вдруг Лернора осенило.

«Ха! Это же программа-червь!» — еле сдерживая улыбку, он присоединил последнюю часть к основному файлу, подготавливая его к запуску.

Пользуясь услугами демо-подключения лишь из своего офиса, он совершенно забыл, что включил в опциях сервера к каждому новому пакету высылаемой на неизвестный электронный адрес информации, прикреплять в довесок программку-воришку.

И все это на тот случай, если придется вот так непредвиденно запускать демонстрацию на чужом компьютере.

Лернор поразился своему криминальному таланту, который, к сожалению, пока еще ни к чему хорошему так и не привел, но уже подавал огромные надежды…

Его охватили жуткое возбуждение и страх.

Он находился в одном шаге от запуска не только программы с демонстрационной частью информации, но и очередного червя, активизирующего выкачивание всех данных из сетей военной разведки Московского мегаполиса.

«Если узнают — точно убьют.» — застыл он в задумчивости, — «Хотя нет. Не убьют, а у меня будет лишний козырь, гарантирующий мне безопасность»

Лернор на какое-то мгновение вернул себе давно утраченное ощущение, сравнимое лишь с синдромом бога.

Расправив плечи, он быстро стукнул по месту на столе, где светилось слово «Запуск».

Только сейчас, когда запущенный процесс уже нельзя было остановить, на него нахлынули сомнения и даже некоторое сожаление о содеянном. Но даже этот небольшой негатив не был сравним с тем переполняющим чувством легкой детской радости от того, что ему вновь кого-то удалось надуть.

«А ведь они, смотря на экран, даже ничего и не поняли. Ай да я! Ай да сукин сын!», — подумал Лернор, довольно потирая руки.

— Все. Сейчас произойдет запуск, и сможете начать ознакомление.

— Хорошо, — отозвался уже другой незнакомец. — Вас проводят.

— Куда? — забеспокоился Лернор, испугавшись, что его раскусили.

— Вам покажут, — широкие створки с шипением разомкнулись, и в проходе тут же показался, уже ожидавший его «метр».

Лернор не хотел уходить. Ему самому было любопытно содержимое, уже выводимое программой на экраны.

— Ээээ…, — он попытался указать на проекцию.

— До встречи, господин Лернор.

Охранник взял его за руку и вытянул в коридор.

Оказавшись за пределами зала, парень все-таки нашел в себе силы, чтобы умерить одновременно свой пыл беспокойство и любопытство.

Как только створки двери закрылись, он рывком освободился из цепкой хватки «метра» и взглядом дал понять, что вполне может передвигаться самостоятельно.

Сидевший с журналом в руках Дмитрий, провожая веселым взглядом, успел наградить парня усмешкой.


Их путешествие по огромной подземной базе продолжалось уже довольно долгое время. И когда Лернору, наконец, надоело бродить по бесконечным коридорам и полным залам с погруженными в работу людьми, он решился обратиться к идущему впереди охраннику:

— Послушайте, и долго нам еще тут круги нарезать?

— Скоро будем на месте, — не оглядываясь, ответил тот, взмахом руки параллельно приветствуя, сидевших за стекленной перегородкой девушек в форме. Те, на миг оторвавшись от своих терминалов, весело замахали в ответ. На Лернора к его сожалению, никто из них не обратил ни малейшего внимания.

«Мда. Мал да удал. И что они в нем такое нашли? Эх, женская психология — темный лес, лучше даже не пробовать в него соваться»

За очередным лестничным пролетом, говорившим о том, что эта разветвленная подземная структура не ограничивалась одним этажом, конвоир неожиданно свернул и остановился перед зеленой дверью.

Ее сестры близнецы тянулись вдоль обеих стен в неизвестном количестве.

— Пришли. Заходите. — он открыл дверь.

— И что дальше?

— Располагайтесь, отдыхайте. Другими словами ждите, пока за вами придут. Дверь я оставлю открытой, но не вздумайте выходить. Здесь везде датчики слежения, — «метр» обвел вокруг головы своей короткой ручкой. — Лишний шаг «не туда» и… одним словом… не выходите.

— Ясно, — подтвердил Лернор, с интересом оглядывая комнату.

Низкие потолки, мягкая и чрезвычайно удобная на вид кровать у левой стены, небольшой столик из огнеупорного пластика, шкаф, встроенный в стену — скромное убранство комнаты, вероятно предназначенной для отдыха персонала в обеденные часы.

«Хмм, обеденные часы»

— А как по поводу что-нибудь перекус…ть…

Увлеченный изучением интерьера, Лернор даже не заметил, как его маленький сопровождающий быстро скрылся за бесшумно закрывшейся дверью.

Подойдя к ней, парень дернул за ручку. Его не обманули. Не заперта. Значит, предостережение не выходить в коридор, скорее всего, имело под собой реальную основу. Что ж, оставалось только располагаться поудобнее.

Проведя небольшое исследование своего нового пристанища, за шкафом Лернор обнаружил душ и клозет, элегантно размещенных на площади почти в два квадратных метра.

Любопытство также завело его в шкаф, где он нашел аккуратно сложенными три рубашки из толстого и грубого материала, а так же подобного типа штаны серо-зеленого цвета. В нижнем углу не очень эстетично смотрелся забытый кем-то дырявый носок.

В расположенном рядом ящике для обуви он нашел его второго друга, а так же пару новых кожаных высоких армейских ботинок, точно таких же какие он видел на Драконе и его спутниках. Обувь была новая и радовала глаз своим размером.

— Сорок третий. Как раз по мне.

Идея переодеться возникла не сразу, а лишь во время принятия теплого, но жесткого душа.

Долго с удовольствием массируя голову под стучащими по затылку и шее струями, Лернор упирался лбом в холодную плитку стены.

Волосы все чаще оставались у него на ладонях, как будто добровольно решили покинуть его дурную голову. Сказывалась доза радиационного облучения, полученная при прогулках по родному городу.

Лернор смывал их ровно столько, пока, наконец, порядком поредевшая шевелюра, изъявила желание остаться с ним еще на какое-то время.

Особого расстройства от потери волос, Лернор не испытал. Он уже привык к периодическим линькам с самого детства. Сколько бы они не линяли, все равно вырастали вновь.

Мысли, словно прибывающие на станцию поезда в туннеле сознания, приходили и отправлялись так же быстро. Они были самые разные, но не одна из них в этот момент не волновала его больше, чем мечта об обыкновенном нормальном сне и присвоении найденного в шкафу чистого белья.

Наконец, захватническое решение было принято и, покинув струи шумящей воды, Лернор голышом вновь заглянул в шкаф.

Подобрав из трех рубашек самый подходящий размер и отбросив ее через плечо на кровать, он наскоро вытерся остальными.

Только сейчас обернувшись, он заметил на подушке вчетверо сложенное полотенце. Усмехнувшись, своей непредусмотрительности и варварскому отношению к вещам, парень успокоил себя простым изречением:

— Не мое, не жалко.

Кое-как натянув штаны и одев рубашку, Лернор скомкал свое старое белье. Свои лохмотья и мокрые рубашки он превратил в один большой ком и бросил его в дальний угол.

Вновь вынув из коробки ботинки, он, искренне любуясь своим новым приобретением, аккуратно поставил их рядом с кроватью, при этом Лернор обратил внимание на небольшие кнопочки на ножке стола.

Подавляя в себе очередное пессимистичное предположение о секретном механизме самоуничтожения комнаты в ножке стола, парень нажал на все три кнопки сразу.

— Ух ты!

На столе неожиданно появилась цветная проекция меню.

На первый взгляд Лернор насчитал около двадцати наименований, из которых, судя по мигающему напоминанию слева, можно было выбрать не больше трех. Слывя сторонником здоровой пищи, особенно если она предоставлялась нахаляву, парень почти не задумываясь, выбрал овощной суп, салат из море продуктов и компот.

С другой стороны, возможно, это последнее, что он съест.

«Какая же это тогда халява? Если других альтернатив нет, то любая бесплатная вещь, в его положении, просто неизбежная необходимость»

Лернор заметил, что рассуждает о близости своего конца с каким-то безразличием и отрешением. Как будто не о себе совсем. Вернее, о себе, но уже в третьем лице.

Эти дурные мысли, словно тучи, тут же были прогнаны прочь.

— Нифига себе, — продолжил удивляться он, когда из образовавшегося в потолке проема, закрепленный на стальном раздвижном щупе, к нему плавно опустился стеклянный мини-бар.

— Оперативно, однако, — открыв дверцу, он нашел внутри свой приятно пахнущий заказ. — Могли бы и двойную порцию сварганить.

Как только он вынул тарелки и кухонные принадлежности, щуп так же плавно вновь скрылся под потолком.

Быстро удовлетворив, обостренное видом пищи чувство голода, Лернор мечтательно растянулся на кровати. Набитый желудок приятным грузом давил на воображаемую сонную железу, поэтому парень даже не заметил, как тут же сладко заснул.

Ему снились бесконечные зеленые коридоры и снующие по ним нанороботы. Они здоровались с ним, протягивая свою металлическую чешуйчатую лапу. Но почему именно они, и почему таких больших размеров, он объяснить не мог.

Окружающая угловатость коридоров стала постепенно сглаживаться, с каждым новым шагом приобретая пугающе красный оттенок. Что-то живое было в этих стенах. Они сокращались, словно были не из бетона, а из мышечной ткани.

Нанороботы попадались все чаще. Они чистили зубными щетками стены и драили полы.

«Причем тут зубные щетки?» — подумал Лернор, пытаясь понять что с ним происходит. Но и сейчас никто не взялся ему объяснять.

Он продолжал идти вперед.

Механизмов становилось все больше, а сами они все меньше, постепенно превращаясь в рой пчел в своем улье. Лернор бережно переступал этих работяг, скорее из опаски быть замеченным ими, нежели из-за уважения к ним и нежелания нарушить ход работ. Но вскоре ставить ноги было уже некуда.

Коридор перестал быть коридором. Это была живая кровавого цвета масса, покрытая плотным слоем шевелящихся металлических существ. Пространство вокруг больше походило на кровяной сосуд изнутри, и как только Лернор об этом подумал, за спиной раздался нарастающий шум воды.

Он оглянулся и обмер.

Заполняя все доверху, порой даже смывая прочно сидевшие на стенках механизмы, на него несся поток кровяной плазмы. Словно кто-то открыл невидимый шлюз и решил мгновенно затопить все и вся.

Не разбирая, что у него под ногами, нещадно давя и ломая крошечные тельца механизмов, Лернор бросился бежать прочь от потока. Но не успел он сделать и десяти шагов, как его сбила с ног преследовавшая по пятам струя.

Парня закрутило и завертело. Красная пелена заслонила глаза. Лернор пытался дышать, но в легкие проникала липкая жидкость. Во рту ясно ощущался вкус… нефти.

«Причем здесь нефть?» — не поняв очередной логики, Лернор резко проснулся, обнаружив у себя под щекой неприятно мокрую от стекающей изо рта слюны подушку.

— Проснулся, наконец, — только сейчас парень почувствовал запах сигаретного дыма.

На отодвинутом ближе к двери столике сидел Дракон, и затягивался, уже не первой сигаретой. Остальные окурки мирно покоились на дне одной из пустых тарелок.

— Вижу, ты тут уже как дома освоился.

Лернор сел. По дружелюбному тону Дракона и факту, что его не стали будить, он предположил, что «его» вопрос был решен руководством положительно. Но чтобы окончательно рассеять все свои сомнения, он набрался духу и спросил.

— Ну что? Жить буду?

— Будешь, долго и счастливо, пока смерть не разлучит тебя с корпорацией. — Дракон помахал мокрой и смятой повесткой, на которой красовалась подпись Лернора.

«Не хорошо по чужим карманам лазить», — подумал парень.

— Значит, то, что я предоставил вам, устроило твое начальство?

— Да. Устроило. И не только мое, — буркнул Дракон, пуская очередное кольцо дыма в потолок. Умудрившись при этом проделать это через правую ноздрю.

— Руководство мегаполиса настолько было поражено твоими способностями стряхнуть следящий сигнал электроники в самый последний момент, что даже хотели тебя взять в свой штат специалистом.

«Так и знал, что эти гады будут пытаться выследить месторасположение сервера. Рад, что поперхнулись, гниды. Приятного им аппетита!»

Лернор незаметно улыбнулся, косым взглядом следя за очередным успешным дымовым кольцом Дракона выпущенным через левую ноздрю.

— Они так ничего и не добились, узнав, лишь, что месторасположение сервера, где-то в Европе. Вынужден признать — два ноль в твою пользу, парень. Если тебе и дальше будет так везти, то далеко пойдешь…

— Ну и что там с работой? — перебил рассуждения Дракона Лернор.

— Да ничего. В итоге порешили, что место тебе в корпорации. Тем более соблюдая все юридические формальности. Хотя, изначально плевать они на это хотели… — Дракон опять затянулся и встал, — но наш Випхантер был крут как пасхальное яйцо.

— А дальше?

— А дальше, поднимай свой зад с кровати. Минуту тебе на сборы и будем выбираться отсюда, курсант. Тебя ждут великие дела в доблестной армии «Нашей» корпорации.

— Как понять нашей? — Лернор быстро завязал ботинки и встал.

— Название такое, — пояснил Дракон и щелчком пальцев отправил окурок куда-то за шкаф.

Лернор даже не сомневался, что тот прицельно приземлился прямо в унитаз.

— Пожалуй, — продолжил Дракон, открывая дверь. — Со временем она, возможно, станет частью тебя, и поймешь философский смысл названия. Хотя, хрен знает, действительно, зачем ее назвали именно так…

Оказавшись в коридоре, они направились в противоположную сторону, той, откуда привели Лернора.

— Когда, я должен буду предоставить вторую часть информации?

— Когда скажут, тогда и предоставишь, но судя по тому что ты сейчас свалил на их головы, в течении месяца тебя трогать не будут. Жаль, за это время я не смогу тебя в бой кинуть, а то помрешь и бац… — Дракон хлопнул себя по карману, — …накрылся ресурс.

— А ты тут причем? — Лернор решительно перешел на «ты»

— А меня к тебе нянькой приставили. Козлы, блин. — Дракон сплюнул прямо на стену. — Думал, отчитаюсь, реабилитируюсь, забуду про все эти игры шпионские. Так нет. Пока ты им, хмырь, всю информацию не сдашь, я тебя чуть ли не охранять должен. Абсурд!

«Значит надо подумать, как растянуть это дело, на как можно больший период» — мысленно ухмыльнулся Лернор.

— Чего лыбишься? — зло посмотрел на него Дракон. — Ты не радуйся. Многие подтвердят, что со мной это хуже чем без меня, точнее, как можно дальше от меня.

Парень тут же стал серьезным, но сдерживать улыбку давалось ему не легко.

— Я же тебя так достану, что ты им сам побежишь всю информацию сдавать раньше времени, чтобы от меня избавиться.

«Спасибо что заранее предупредил. Постараемся сделать и твою жизнь не особо привлекательной»

Решил Лернор, в тот момент, когда они, миновав двух часовых, неожиданно очутились на перроне подземной станции.

Она оказалась гораздо меньших размеров и вплотную была заставлена ящиками с продуктами.

Солдаты грузили их на небольшой грузовичок, совершенно не обращая внимания не на Лернора, не на его компанию.

Широкий тоннель в дальней части станции, по-видимому, вел на склад, хотя возможно и не только туда.

«Интересно, где в Вильнариллине располагается штаб службы внутренней безопасности», — задумался парень, подходя к краю платформы.

«Подземок там отродясь не было из-за обильного количества подземных рек, а жаль», — инженерное решение размещения секретного военного городка под городом, вызывало у Лернора уважение и даже некоторую долю восхищения.

Пока он размышлял, Дракон вновь закурил. Он либо нервничал, либо никак не мог отойти от осознания того, какое бремя ему на шею повесили.

«Ну и правильно. Пусть молчит. Все равно от него ничего хорошего не услышишь», — отвернулся от сигаретного дыма Лернор.

— Ты не отворачивайся. Привыкай. Со временем, поработаешь, сам курить начнешь, — заметил его движение Дракон, и, сделав несколько шагов к краю перрона, вгляделся в темноту, откуда должен был появиться поезд.

— С чего это вдруг? — удивился Лернор. — С нервами у меня всегда все было в порядке.

— Посмотрим, как у тебя ними будет, после нескольких боев, — хмыкнул Дракон, возвращаясь. — И еще. Придется привыкнуть. У нас чаще всего кто не курит, тот работает как лошадь без перерыва на перекур. Если, конечно ты не трудоголик и не лошадь. Гы…

Лернор никак не успел отреагировать на эти тупые выпады в его адрес, так как в темноте показался свет и раздался шум колес.

То, что появилось из темноты через минуту, даже отдаленно нельзя было назвать поездом. Платформа и шесть сидячих мест, четыре из которых были заняты вооруженными до зубов солдатами.

Наконец это подобие вагонетки остановилось, и солдаты в полном молчании попрыгали на перрон. В унисон кованым подошвам звякнули пулеметные ленты и гранаты.

— Залезай, — махнул рукой Дракон и запрыгнул сам, беря в руки пульт управления.

— Куда едем, кх… шеф? — поинтересовался Лернор, забираясь на заднее сиденье. Сидеть рядом с Драконом ему как-то не хотелось. Он уже сейчас решил стараться быть от нового начальства как можно дальше.

— В учебный комплекс корпорации. — Дракон выкинул бычок и надел защитные очки.

Окурок красным огоньком, быстро кувыркаясь, скрылся в темноте туннеля.

— Неужто ты думал, что такого сопляка, который все еще пускает слюни в подушку я сразу возьму на дело?

— Говорите, как уголовник, — попытался огрызнуться парень, вновь возвращаясь к «вы».

Однако, поторопился он с зачислением этого человека в свой круг общения, если вообще была в этом необходимость.

— Язык попридержи, остряк! — развернулся Дракон. — Я бы тебе сейчас хорошо врезал. Только вот сел ты не удобно. Как знал, падла…

Взяв, висевшие рядом, защитные очки Лернор, словно желая спрятаться под ними от возможного удара, оттянув резинку, быстро одел на голову.

Порой он говорил быстрее, чем думал и даже не успевал жалеть о сказанном, до того как его настигала расплата.

«Что это? Молодость? Неумение сдержать своих острот и критики или все-таки глупость?» — мыслил Лернор, глубже вжимаясь в кресло и втягивая голову в плечи, — «Может и то и другое, но лучше бы только первое».

И сейчас ему действительно повезло, так как нервный Дракон, вымещая злобу на пульте управления, так резко рванул платформу с места, что не устройся парень плотно в кресле, наверняка бы стукнулся головой о стальной поручень на месте отсутствующего подголовника.

Громкий стук колес заглушил возможность дальнейшего конфликта.

Лернор вновь погрузился в раздумья о недавних событиях.

«Итак, подведем итоги. Информацию слил. Купил себе отсрочку на месяц. Если верить словам Дракона, конечно. Но вопрос о содержимом так же остался открытым. Как бы мне теперь незаметно подключиться к серверу, узнать таки то, что уже стало известным даже тем, кому ничего знать то не положено…»

Как он не ломал себе голову, все упиралось в то, что в первую очередь ему в любом случае необходимо вырваться из-под колпака Дракона и его корпорации, а это в самое ближайшее время не представлялось возможным.

Казалось бы, совершенно нереализуемое решение одной проблемы, плотно упиралось в другую, почти такую же — неразрешимую. Ведь по прохождению месяца, ему предстояло вновь встретиться и предоставить часть информации, а как это сделать он опять же толком не представлял.

Сервер, сконфигурированный лишь для демонстрационного и полного доступов, нуждался в новой конфигурации. А произвести любые манипуляции с ним, Лернор мог, только находясь очень далеко, от тех, кто его бдительно пасет.

Парень все еще дорожил собственной жизнью и бездумно рисковать не хотел.

Эта тупиковая ситуация располагала к тому, чтобы пойти и напиться, проведя остаток месяца в затуманенном алкоголем состоянии.

«Нет. Будем биться до последнего патрона», — почему-то всегда в самый близкий к отчаянию момент, сознание Лернора самостоятельно начинало сопротивляться нарастающему пессимизму и возникающим пораженческим настроениям. Как будто где-то в голове стоял своеобразный предохранитель, не раз спасавший его от паники в самую трудную минуту.

Наверно, не даром в его персональном гороскопе было четко и ясно написано — «опасный революционер».

«Мучайте меня, мучайте. Все равно всех порву — живым останусь. Пока есть шансы…»

Ветер холодного подземелья с силой обдувал лицо. Редкие лампы на стенах тускло освещали туннель по бокам. В темноте, без наличия подходящих ориентиров и знания точного расстояния между каждым фонарем, было трудно определить скорость, с которой Дракон гнал их платформу. Но, судя по тому, как сильно ветер хлестал лицо, Лернор прикинул, что неслись они, по меньшей мере, около ста километров в час.

Пригодился опыт бесшабашной езды по мегаполису в открытом кабриолете друга. Порядочно же он тогда пыли и разнообразных букашек наглотался.

Сейчас он не смог не улыбнуться от всплывших воспоминаний, а в тот момент еще долго отплевывался и матюгался.

Мимолетом мелькали заполненные людьми станции. Он насчитал не менее двадцати, прежде чем платформа замедлила ход и полностью остановилась.

— Вылезай, давай! Чего расселся! — Быстро выскочил Дракон, вытирая на ходу лицо рукавом гимнастерки.

Лернор немедля покинул насиженное место, и тут же получил резкий удар в солнечное сплетение.

Хватая ртом воздух, он бросил злой взгляд на своего спутника.

— И вякни мне, что-нибудь еще, — прорычал Дракон. — Не могу убить, так покалечу…

«Ничего, ничего я тебя тоже «люблю». Время для мщения тоже найду…немного позже» — подумал Лернор, намеренно сдерживая приступ агрессии, хотя инстинкт и простил немедленного мщения.

— Чего скочерыжился? Догоняй, курсант! Раз, два. Раз, два.

Постепенно восстанавливая дыхание и гоня прочь, плывущие перед глазами темные круги, парень, сильно шаркая ногами, поплелся догонять поднимающегося по ступенькам Дракона.

Наконец-то они выберутся из этих подземных застенков.

Лестница закончилась, и темные тонированные двери с красной звездочкой на каждой створке, дружелюбно открылись перед ними.

— Кто такие? — грубо окликнул сидевший на входе охранник в такой же форме, что и Дракон.

— Свои!

— О, извините, товарищ капитан, — стушевался страж. — Проходите.

— Пошли! — гаркнул Дракон, вваливающемуся в проем Лернору. — Сейчас сдам тебя в учебку. Там из тебя дерьмо за пару, тройку недель выбьют. Может и выйдет из тебя настоящий солдат корпорации. Эх, была бы моя воля, полег бы сейчас пушечным мясом на поле боя.

Миновав пустой вестибюль, они зашли в лифт, где Лернор, тут же забился в угол. Грудная клетка до их пор горела огнем, и второй порции ударов получать, как-то совсем не хотелось.

Судя по мелькающим цифрам этажей и своим заложенным ушам, парень сделал вывод, что лифт несет их на поверхность. Вскоре, движение замедлилось, и дверь со звоном открылась.

Просторный зал, тут же представший взору был плотно забит молодежью. Они, с многочисленной ручной кладью и без, толпились в длинных, извивающихся как змеи очередях.

Эти очереди словно живые щупальца спрута росли прямо от круглой стойки с надписью «администрация» над ней в самом центре зала.

Кто-то угрюмо молчал, кто-то увлеченно обсуждал что-то с окружающими, но объединяло их одно — они все были призывниками и зажимали в руках листки повесток, которые возле стеклянных дверей входа всем желающим раздавал представитель корпорации.

У кого-то в руках виднелись разнообразные цветные брошюры. Некоторые копошились в своих рюкзаках в поисках необходимых документов. Многие получив синие листы анкет тут же отходили от стойки администрации. Другие не находя свободного места, присаживаясь на корточки прямо в нескольких метрах от места получения и начинали заполнение листов прямо на коленках.

Тем временем, счастливцы, выстоявшие первую очередь и удачно заполнив анкеты, тут же пристраивались в другие не менее длинные, но уже ведущие к электронным урнам приема вдоль стен.

Механические, начиненные электроникой ящики, заглатывали заполненные анкеты и тут же выдавали каждому билет с присвоенным личным номером, вежливым женским голосом прося более не задерживаться.

— Следующий! Следующий! — каждый раз поочередно кричали два сержанта корпорации, завершавших цикл бюрократической процедуры.

Они сверяли номер подходившего к проходной, расположенной в глубине помещения, рекрута, проводя личный досмотр вещей каждого. После чего многое из того, что пытались пронести с собой будущие солдаты корпорации, шло в большой мусорный контейнер, тут же расщепляющий все в один миг.

Никакого возмущения со стороны проверяемых призывников не возникало. Они, поникнув головой, двигались дальше, скрываясь в глубине прилегающего коридора.

— Привет, работнички, — поприветствовал Дракон двух администраторов у стойки.

При этом, он совершенно бесцеремонно растолкал нескольких желающих вступить в ряды «Нашей» армии. — Что-то много у вас сегодня этого пушечного мяса.

При виде, старшего по званию, один из администраторов, тут же отдал честь. Второй, по-видимому, лично знакомый с Драконом, лишь устало поднял глаза. Остальные, обслуживающие другую очередь, даже не среагировали, продолжая принимать документы и каждый раз повторять одни и те же слова пояснений что, куда и зачем…

— Новое постановление, администрации Мегаполиса, — стукнул он указательным пальцем по лежавшему перед ним журналу с голографической обложкой и постоянно меняющимися на ней рекламными баннерами.

— «Легализация нелегалов Москвы, через прохождение службы в добывающих корпорациях», — прочитал он. — Вот и поперли изо всех щелей. Куда интересно постоянно смотрят наши доблестные стражи границы?

— На купюры, конечно же, — усмехнулся Дракон. — А вообще я всегда говорил у мэра голова на плечах не только, чтобы кепку носить. Лучше способа сократить число нелегалов в мегаполисе не найти, как отправить их гибнуть на поле боя по контракту.

— Знаешь, я не разделяю твоей радости, Драк, — грустно продолжил администратор, только сейчас замечая, еле протиснувшегося к стойке Лернора. — Эй, парень вали в конец очереди!

— Спокойно, Шурик. Он со мной, — успокоил своего знакомого Дракон. — Выдай нам форму два один десять, и мы вновь предоставим тебя на растерзание твоей работе.

— Это зачем вам такая форма? — удивился Александр, разглядывая пожимавшего плечами Лернора. — Ты что, разве не слышал? Твоя группа уже укомплектована.

— Ничего, ничего, — засуетился Дракон, пытаясь перегнуться через стойку, и сам взять необходимый лист.

В этот момент на улице послышались выстрелы и вой полицейских сирен.

Все, словно по команде разом повернули головы, чтобы рассмотреть, что же происходило по ту сторону высокой стены из затемненного стекла.

Лишь сержанты, проводящие личный досмотр, никак не отреагировали, и окликнули очередного рекрута. — Следующий!

Толпа перед зданием приемного пункта корпорации, с криками спешно разбегалась в стороны.

По главной улице ведущей к зданию компании «Наша», не сбавляя скорости, несся синий перламутровый автомобиль. Он истошно сигналил и мигал всеми восемью фарами. Водитель словно собирался брать возникшую перед ним преграду на таран.

Сверху, в попытке придавить машину запоздало плюхнулся, мелькавший красно-синими огнями, бронированный аэрокар дорожного патруля.

Не справившись с управлением, его водитель завертел машину на месте и в итоге влетел в придорожное кафе, разнося пластиковые столики и превращая стойку бара в щепки.

Наперерез беглецу из переулка запоздало выскочила еще одна машина.

Совершив свой неудачный маневр, она пустилась в погоню, открывая огонь из установленного на капоте пулемета.

— Ложись! — крикнул Дракон, валя Лернора на пол.

Стеклянная стена покрылась сразу сотней сквозных отверстий и, расползаясь трещинами, с треском и звоном рухнула.

Засвистевшие пули с характерным причмокиванием вонзились сразу в десяток тел, стоявших в очереди нелегалов. Раздались крики боли и ярости.Несколько человек просто безмолвно упали ничком на пол. Только сейчас, присутствующие осознали грозящую им опасность, бросаясь в рассыпную.

Сбивая друг друга с ног, толпа молодых людей, забыла о своих вещах и месте в длинной очереди. В воздухе, словно снег замелькали листки брошюр и только что врученных повесток. Дикий шум тут же был заглушен громом столкновения убегавшего от погони автомобиля и металлического каркаса здания, заметно снизившего его скорость.

Скрежет и скрип лопающегося металла. Взрывы автомобильных покрышек. Лернор, словно завороженный наблюдал за происходящим приподняв голову.

Страха не было, было лишь вечно преследующее его любопытство и оцепенение. Либо все происходило так быстро, что он просто не успел должным образом испугаться.

Пробив стенку покореженный автомобиль с уже залитым аварийной пеной безопасности салоном изменил траекторию и, выбивая из мраморного пола искры, проскрежетал почти до самой стойки администрации.

Наконец он остановился, и все вокруг на какое-то мгновение замерло вместе с ним.

Больше никто не кричал, не бегал, не суетился, даже полицейские сирены на улице звучали отдаленно и медленно, как будто в параллельном этой разрушенной реальности мире.

На улице появились первые зеваки, с любопытством осматривая столь неожиданно образованное в стене здания отверстие.

Подъехало еще четыре полицейских экипажа и около пяти стражей порядка спотыкаясь об обломки обрушенной конструкции и завалы разбитого стекла, стали пробираться к потерпевшей крушение машине. Оставшиеся, на улице стали оперативно разгонять прибывающих зевак.

Минутная тишина была нарушена приглушенными выстрелами в кабине, заполненного загустевшей пеной автомобиля.

Наконец, на месте лобового стекла образовалось отверстие, и показалась чья-то рука с оружием. Еще несколько ударов и в увеличенную дыру уже вылезал молодой коротко стриженый парень в черной кожаной куртке. Быстро оглядевшись, он увидел вылезающего из-под стола одного из ближайших администраторов, и как ни в чем не бывало, спросил.

— Тут записывают в славные ряды «Нашей» корпорации?

Администратор неуверенно кивнул в ответ.

— Замри на месте, ублюдок! — прокричал один из первых, наконец, пробравшихся к разбитой машине полицейских, направляя на этого каскадера-самоучку, ствол автоматической винтовки.

— Тааак, а это уже наглость… — тихо прошипел Дракон, вставая и стряхивая с себя пыль.

Лернор тоже попытался подняться, но был тут же придавлен подошвой ботинка.

— Лежать! — прорычал Дракон. — Я за твою шкуру головой отвечаю.

— Эй, Лейтенант! — окликнул он изрядно нервничающего полицейского. — А вы случайно домом не ошиблись? Вывески читали?

— Не вмешивайтесь. Это не ваше дело, — ответил ему полицейский, забираясь на искореженный капот. Совершенно не обращая внимания на персону Дракона, он взмахом ствола приказал беглецу бросить оружие, собираясь провести арест.

— Было не мое дело, пока вы не оказались на территории корпорации.

Патрульный проигнорировал замечание, силой стаскивая нарушителя общественного порядка с машины.

— Ты что глухой или притворяешься? — насколько Лернор успел узнать Дракона, то понял, что тот постепенно начинал выходить из себя.

Страж порядка, уже закреплял на запястьях парня энергетические кандалы, как вдруг Дракон достал свои пистолет и приставил его дуло к виску ретивого полицейского.

Коллеги, оказавшегося в опасности патрульного, тут же передернули затворы своих винтовок и, заняв ближайшие удобные позиции, поймали в прицел слишком серьезно настроенного представителя компании.

Солдаты корпорации, присутствующие в зале, и до этого достаточно спокойно наблюдавшие за развитием событий, как по команде, выхватили все имеющееся при себе вооружение, готовые ответить огнем на любую последующую выходку незваных «агрессоров».

В зале вновь воцарилась почти мертвая тишина, лишь где-то в дальнем углу зала, куда забилась часть стремящихся попасть на службу нелегалов, доносилось чье-то жалобное всхлипывание.

— Слушай, мусор. Либо ты отпускаешь этого парня, либо сегодня здесь будет больше крови, чем вы уже успели учинить.

— Но… — начал, не собирающийся просто так сдаваться патрульный. — Этот парень ограбил инкассаторов. Нарушил пять законов Мегаполиса, не считая правил дорожного движения…

— Вот и славненько. Чьи бы не были там деньги, они пойдут на восстановление причиненного нам ущерба.

— Вы не имеете права!

— Наоборот. Имею полное на это право, — наиграно спокойным тоном, стараясь выделить каждое слово, произнес Дракон. А тебя и твоих товарищей за незнание директивы под номером сто пятьдесят шесть, завтра же выпрут из полиции.

Патрульный настороженно посмотрел на того, кто держал его на мушке. Он как будто сомневался, говорит ли этот парень правду или нагло врет.

— Возможно, он прав… — первым не выдержал кто-то из числа засевших в своих укрытиях патрульных.

— Давай убираться отсюда, Марат. Начальство потом разберется.

Страж порядка колебался. Примесь южных кровей до сих пор бурлила в жилах негодованием, но кое-кто из товарищей уже демонстративно убирал оружие и медленно отходил к стеклянным дверям, предпочитая выйти более цивилизованно, чем вошел.

— Ладно, черт вас побрал… — сдался полицейский, освобождая руки парня. — Но я это просто так не оставлю.

— Да ради бога, — подбодрил его Дракон, убирая оружие. — Только напомни своему начальству про упомянутую директиву!

— Обязательно! — уходя, злобно крикнул Марат через плечо.

Когда полицейские не с чем покинули полуразрушенное помещение, «основная причина раздора» вновь подал голос:

— Так, где тут у вас можно записаться?

— Саша, теперь мне нужно две формы два один десять, — прокричал Дракон. — Этот парень мне нравится.

— Как тебя зовут? — поинтересовался он.

— Феникс.

— Это имя или кличка? — уточнил Дракон.

— А я уже давно путаю, что из них что, поэтому регистрируйте меня Фениксом.

— Правда ли то, что ты инкассаторов опустил? На сколько?

— Миллионов на пять, не меньше, правда, я не сразу собирался к вам, но раз так вышло…

— Что ж, люблю откровенность, — хлопнул его по спине Дракон, беря в руки, протянутые администратором бланки. — Шура, пошли кого-нибудь из твоих, пусть машину разгрузят, и вызывайте ремонтную бригаду.

— Я надеюсь, у тебя не будет претензий к нам, если мы разгрузим твою разбитую колымагу? — прищурив левый глаз спросил Дракон.

— Да нет. Ради бога. Берите что хотите, — ответил Феникс, как будто у него был другой выбор.

Лернор, наконец, решив, что опасность миновала, а его больше к полу прижимать никто не будет, поднялся на ноги и отряхнулся.

Феникс, тут же протянул ему ладонь в дружеском жесте, как будто стремился, не сходя с места завести как можно больше знакомств и сторонников.

Лернор сдержанно представившись, косо глянул на Дракона.

— Вот и славненько, — тот тут же вручил каждому из них по пустому бланку. — А теперь, не мороча себе голову лишними формальностями, ставите отпечаток своей левой ладони в указанном месте и бросаете в один из тех механизмов. Получаете идентификационный номер и на выход. Бегом! Марш!

Бегуны, конечно, получились из них слабоватые, так как Лернор и Феникс не желали случайно поскользнуться на осколках битого стека.

Вяло, подпрыгивая, они отправились выполнять оставшуюся часть бюрократической процедуры компании.

— А что это за директива? — Пользуясь случаем, Лернор решил завязать с новым знакомым разговор.

— Местные власти не вправе вершить правосудие на территории, принадлежащей корпорации. Другими, словами здания каждой компании, занимающейся добычей полезных ископаемых — это словно территория вне юрисдикции местных властей… — начал Феникс, но его тут же перебил Лернор.

— Ясно. Смотрю, в отношении добывающих корпораций законы мегаполисов везде одинаковы. Поэтому сюда и стремятся все объявленные вне закона преступники и находящиеся в бегах нелегалы. Ты, наверно, поэтому так сюда и летел.

— А то! — улыбнулся Феникс. — После того как меня попытались подставить, мне ничего не оставалось, как сбежать со всеми деньгами. Жаль только менты плотно на хвост сели, вот и пришлось стены таранить. Повезло бы мне, грелся бы себе сейчас на каком-нибудь азиатском курорте. А ты сам откуда?

— Из Европы, — тщательно отпечатал свою ладонь на обратной стороне бланка Лернор. — Вильнариллин.

— Хмм, а я уж было подумал из Питера, — разочарованно шлепнул своей ладонью по листу Феникс, — акцент у тебя балтийский, хоть ты и на русском говоришь.

— А чего ты так расстроился то? — заинтересовался Лернор, направляясь к ближайшей электронной урне.

Остальные рекруты, уважительно пропускали их вперед без всякой очереди. Хотя они уже давно смешались и рассеялись в царившем несколько минут беспорядке.

— Я оттуда родом, — грустно ответил Феникс. — Приятно было бы встретить земляков. Особенно, тогда, когда сам город, со всем населением за одну ночь ушел под воду.

Лет семь назад, по городам всего мира словно молния пронеслась ужасная новость о произошедшей катастрофе в одном из крупнейших русских мегаполисов.

Всего лишь за одну ночь многомиллионный город перестал существовать, почти полностью скрывшись под водами балтийского моря. Ужасная катастрофа дала повод прессе во всю стараться провести аналогию с давно забытой легендой о гибели Атлантиды.

В то время Лернор еще не утруждал себя серьезным отношением к событиям в мире.

Будучи ребенком, он не понимал постоянного ворчания отца, всегда старающимся быть в курсе всех новостей.

Лишь спустя годы, он сам стал активно интересоваться происходящим вокруг и так же безобидно ворчать, не вынося абсурда мировых событий.

Активно интересуясь историей, он вновь наткнулся на описание трагических событий Питерского мегаполиса.

Было несколько версий произошедшего.

По первой из них, внезапная гибель города была вызвана неисправностью защитного щита, регулирующего погоду. Из-за сбоя в системе, он вместо того, чтобы создавать приятный для горожан микроклимат, произвел на свет невиданной силы тайфун, при этом вызывая высокую сейсмическую активность. С каждым толчком все больше погружаясь по землю, рушившийся город, хоронил под собой свое спящее население.

По второй версии — это был теракт, организованный общинами недовольных этнических меньшинств. Ведь русские, стремясь сохранить свое самосознание и обычаи, во избежание ассимиляции, старались не пускать иные народности и всячески притеснять тех из них, кому уже посчастливилось попасть на территорию мегаполиса.

По третьей — запланированная операция спецслужб союза европейских мегаполисов, против одного из русских городов. Питер приобрел значительное экономическое влияние в европейском регионе, не гнушаясь целенаправленно использовать в своих целях, вооруженные отряды русских добывающих корпораций, к тому времени уже почти полностью отбивших у союза месторождения на балтийском побережье.

Каждая из версий имела под собой почву, своих сторонников, противников и основания полагать, что все происходило именно так, как ее преподносили общественности. Но не одна из них, даже неожиданно подтвердившись, не смогла бы вернуть к жизни сотни миллионов погибших в ту ночь людей.

Поэтому, осознав бессмысленность своих изысканий Лернор, забросил свое ковыряние в прошлом, события которого чуть не коснулись его самого.

Питерский мегаполис находился всего лишь в трехстах километрах от его русскоязычного никем незащищенного родного города. Мир содрогнулся тогда, но время не стояло на месте, поэтому любые мысли о прошлом и его деталях, могли запросто лишить неосторожного человека его будущего.

— Да, печальная история… — сам себе сказал Лернор, подходя на проверку к одному из Сержантов.

Проверять у него особо было нечего, поэтому солдат, наградив его сомневающимся взглядом, одобряюще махнул рукой. Феникс, последовавший следом, так же прошел без особых задержек, лишаясь при проверке своей кожаной куртки.

— Не жалко? — встретил его на выходе Лернор.

— Немного жаль. Хорошая кожа. Совсем недавно купил, но чем только не пожертвуешь в моей ситуации. Ты то, какими судьбами сюда попал? Судя по виду, и тебе пришлось многим жертвовать.

— Лучше не спрашивай, живее будешь, — улыбнулся Лернор, направляясь в глубь здания корпорации по хорошо освещенному коридору.

— Возможно, позже и расскажу. — он бросил долгий взгляд через плечо на все еще стоявшего у стойки администрации Дракона. — Но не здесь и не сейчас…

Его опекун и, как он понял, будущий командир, будто ждал от него этого взгляда. Дракон, как ни в чем не бывало, тут же приветливо помахал ему рукой.

— Ладно. Не хочешь сейчас. Подожду, пока сам расскажешь, — одобряюще похлопал его по спине Феникс.

Когда, Лернор и его новый знакомый скрылись из виду, а их место заполнила толпа уже пришедших в себя от шока рекрутов, Дракон перегнулся через стойку администратора.

— Чего тебе опять? — поинтересовался Александр, раскладывая по полкам, собранные с пола бумаги.

— Шурик, подвинь аппарат. Позвонить начальству надо.

— Правильно, — заворчал администратор. — Звони, докладывай, что ты тут учудил. Не думаю, что тебя по головке погладят.

— По головке точно не погладят, — опошлил фразу Дракон. — Но похвалить похвалят. Давай аппарат! А то дотянуться не могу отсюда … Видеофон не понадобиться.

Александр, тут же положил на место портативный экран и, отсоединив от базы трубку, протянул своему товарищу.

Долго Дракону ждать не пришлось. Випхантер ответил, после первого же гудка.

— Как все прошло? — перебил он формальное приветствие Дракона.

— Все, как и планировали. Немного шуму, несколько трупов. Взбешенные менты. Вторая фаза операции завершена, переходим к третьей. До сих пор жаль, что в первую не уложился…

— Что ж поделать, у тебя на лице написано — не умею быть другом. Объект что-нибудь заподозрил?

— Не думаю, — успокоил своего командира Дракон. — Что-нибудь слышно по поводу Силларвского снайпера?

— Нет, — был сухой ответ. — Мы потеряли город.

Не смотря на то, что он разговаривал с начальством, Дракон позволил себе чертыхнуться.

— Не бери в голову, — успокаивающе произнес Випхантер. — Мы уже готовим контрудар.

— У меня все еще есть подозрения, что база данных парня находится именно в городе. Иначе, он бы туда так не спешил. Не хотелось бы, чтобы она попала в руки к владельцам раньше, чем мы успеем завладеть всей информацией.

— Не только тебе, — поддержал Випхантер. — А сейчас отправляйся заниматься подготовкой программы обучения для своих новых орлов. Пора бы уже научиться, не терять почти всех вверенных тебе людей за один месяц. Дмитрий уже попросил о переводе.

— Ну и пусть катится к чертям собачьим! — холодно отреагировал Дракон, шаря по карманам в поисках сигарет.

— Я ему так и передам. Конец связи.

Дракон, швырнул аппарат на стойку и направился к дыре в стене. Раскурив последнюю сигарету, он задумался, пугая своим взглядом случайных прохожих, имеющих неосторожность заглянуть в пролом.

Вечерело. Солнце садилось, освещая кроваво красными лучами, неподвижно лежавшие в лужах собственной крови тела нелегалов, неосторожно пожелавших вступить в ряды армии корпорации именно в этот день. Где-то высоко в небе послышался вой сирены скорой помощи, пробивавшей себе дорогу сквозь плотные ряды воздушных заторов. Она как всегда опоздала, спасать было уже некого.

— Ну что, парень, теперь посмотрим у кого нервы крепче. Не захотел открыться мне у себя на родине. Больше так с тобой, как там цацкаться не буду. Раз мне не удалось стать твоим «другом», придется стать твоим «врагом». Да я тебя просто вынужу жаловаться на твою собачью жизнь! И, благо, теперь с тобой всегда будут верные нам уши…

ГЛАВА ПЯТАЯ

ИЗ ПЕШКИ В ДАМКИ

Их должно было быть двадцать, но по прихоти Дракона стало двадцать два. Двадцать два новобранца, из которых больше половины до момента вступления даже не видели оружия, не говоря уже о том, что знали, какой стороной держать его в руках. Но это не помешало их командиру начать делать из двадцати двух, привыкших к городской жизни слюнтяев, настоящих солдат, с первого же дня подготовки.

В первую неделю, их принялись изнурять интенсивной физической нагрузкой. Или как называл это откровенное издевательство над неподготовленными организмами сам Дракон — «вышибание залежавшегося дерьма из потенциального солдата».

Раннее утро. Подъем под истошный вой сирен.

Спотыкаясь и падая, порой увязая по колено в дурно пахнущей жиже, со злостью, пиная ногами, не менее агрессивно настроенных, снующих везде полуметровых крыс, доблестные новобранцы трусцой продирались по темноте заброшенного туннеля подземки.

Изначально казавшаяся невыносимой пятнадцатикилометровая дистанция, все-таки преодолевалась в среднем за два, три часа. Естественно только в том, что каждый из бегунов успевал надеть на себя за последние пятьдесят секунд, отведенных на подъем.

— Эй вы, крысы-переростки, шустрее дергайте своими изнеженными конечностями!

— Вперед, обезьяны! Вперед!

— Кто отстанет, останется без обеда, либо будет сожран местными братьями вашими меньшими! — эти несколько фраз, выкрикиваемые их сержантом через равные интервалы времени, каждый запомнил наизусть во время первого же забега.

Сам мучитель, медленно ехал рядом на уже знакомой Лернору платформе и с каждым новым утром увеличивал скорость своего движения.

Не удивительно, что из-за этого в течении всей недели без обеда оставалось больше половины новобранцев их группы. Так как Лернор не отличался особыми физическими данными, и часть своей жизни провел в стенах офиса, то изо дня в день неминуемо входил в число голодающих.

В конце туннеля их ожидал высокотехнологический закрытый полигон корпорации, видимо используемый ею вместе с вооруженными силами мегаполиса.

Расположенные под землей огромные пространства, видоизменялись в зависимости от желания испытателей.

Это могла быть безводная пустыня с огромными постоянно движущимися барханами, водяная гладь с бушующим девятибалльным штормом, непроходимые джунгли со стопроцентной влажностью воздуха или просто несколько футбольных стадионов.

Местность деформировалась, согласно загруженной программе, изменяясь буквально на глазах.

Даже небо, показавшееся сперва естественным, оказалось лишь огромной проекцией, возпроизводимой сложными приборами, меняющими атмосферное давление и погоду.

Как будто здесь, глубоко под землей находились миниатюрные установки, подобнее тем, которые воспроизводили защитный купол над мегаполисом.

Возможно, так оно и было. Ведь никто из них на самом деле не знал, где происходили первые испытания прототипов будущих экологических и погодных регуляторов.

Первый раз, попав на полигон, Лернор не мог поверить своим глазам.

Казалось, что их пятнадцатикилометровый туннель вывел группу прямо к подножью большого Ниагарского водопада. Многие, учившие в школе географию тут же отреагировали репликами полными удивления и восхищения. Лишь сержант, матерно выругавшись, скрылся за ближайшим валуном.

После чего эмуляция местности стала деформироваться прямо на глазах у запыхавшихся новобранцев, превращаясь в огромный лесной массив. На нем, на местах совсем недавно бушевавшей водной стихии, появлялась густая трава, и в каждую новую секунду из-под земли выскакивали вековые ели с пушистыми ветками.

Небо закрутилось многочисленными воронками, словно всасываясь в невидимые глазу отверстия в потолке, обнажая над собой тусклые серые многокилометровые бетонные своды.

Затем оттуда же вновь хлынули, расползающиеся по потолку фонтаны газа.

Расстилаясь под сводами широким голубым ковром, он заполнял освободившееся пространство, воспроизводя на этот раз бледное небо знакомых широт.

Как в последствии выяснилось из подслушанного ворчания их командира, кто-то из руководства, используя служебное положение, захотел показать семье пейзажи далекий краев, и естественно, уходя, забыл сменить декорации.

Кому такое может понравиться, если весь день перед этим загружал необходимый для тренировок ландшафт в память установки, а тут пришел какой-то хмырь и все за раз испортил?

С каждым новым днем тренировок менялся ландшафт и климат создаваемой местности, на которой им приходилось сдавать зачеты по ориентировке. И каждый раз никто не мог уложиться в норматив. Единственным неменяющимся ландшафтом в этих измывательствах, оставался пятнадцатикилометровый туннель, который к началу второй недели уже воспринимался как неизбежное зло, но в то же время что-то родное и стабильно неизменное.

К нему привыкли. Человек ко всему привыкает. Так же как и его желудок к периодическому отсутствию обедов.

Преодоление зловонной дистанции два раза на дню, доставляло извращенное удовольствие новобранцам лишь с самого утра. Во время очередного утреннего марш-броска, многие с интересом гадали, каким же новым шедевром рельефа местности на этот раз порадует сержант Харм.

Некоторые, особо азартные, даже спорили, на сухой завтрак.

Если утренняя прогулка вдохновляла, то возвращаться назад по тоннелю было менее интересно. Вид помещения бараков и койки никогда не менялся. Поэтому мало кто проявлял особый энтузиазм спринтера на обратном пути.

Предметом же утренних споров служили те или иные элементы ландшафта, претерпевающие каждодневные изменения.

Какого цвета будут камни? Пойдет ли дождь или снег? Водная гладь с островами или выжженная пустыня? И, наконец, оставит ли сержант, ту, ужасную колючку, иглы которой, уже каждый имел удовольствие до самого отбоя вытаскивать из рук, ног и задницы?

Другими словами, о чем только не спорили новобранцы, пытаясь разнообразить свой утренний досуг. Главное не замечать боли в ногах и с надеждой бежать в сторону полигона, желая оказаться единственным правым в новое утро. Ну и, конечно же, стать счастливым обладателем нескольких завтраков, постепенно превращающихся в своеобразную валюту барака.


К концу второй недели, на утренних пробежках в роли наблюдателя стал появляться и сам Дракон.

Его Величество, молчаливо куря во тьме туннеля, вызывал у бегущих дистанцию новобранцев большее раздражения, нежели, чем-то до омерзения родной, постоянно кричащий сержант Харм.

Отстающих и полуодетых с каждым разом становилось все меньше.

Этот приятный факт свидетельствовал лишь о том, что постоянные тренировки на полигоне, кроссы по искусственным лесам, а так же «обожаемый» всеми тоннельный забег, порой похожий на заплыв, делали свое дело.

Так называемые, «нежные создания, привыкшие к теплу и сиське» превращались в «настоящих» мужчин, хотя мало кто из добровольных мучеников понимал, чем отличается «настоящий» мужчина от обыкновенного ценителя женской груди в спокойной обстановке.

В начале третьей недели, когда новобранцы не только научились одеваться за пятьдесят секунд, но и начали обедать всем составом, изнуряющие будни постепенно превратились во что-то обыденное и привычное.

Во время очередного прибытия на полигон, Дракон в сопровождении подразделения вооруженных до зубов автоматчиков, наконец, нарушил свое мрачное молчание.

— Думаю, настало время ознакомить, будущих солдат с тем вооружением, которым вам придется сражаться с нашими конкурентами, — с этими словами, он аккуратно взял из ближайшего ящика автомат. Умело передернув затвор, он неожиданно дал очередь перед строем.

Вздымая фонтанчики серой пыли, пули со свистом вонзились в песок.

Ее тут же подхватил искусственный ветер и обдал колючими песчинками все сорок четыре армейских ботинка. Никто не дрогнул, лишь некоторые, пытаясь понять, что будет дальше, часто заморгали глазами от удивления. Еще никто не пытался пугать их таким образом.

— Прикалывается, — прошипел Феникс, застывшему рядом Лернору.

— А то, — откликнулся его товарищ. Кому кому, но ему было хорошо известна дурная привычка Дракона издеваться над людьми.

— Разговорчики в строю! — рявкнул сержант Харм. До этого он тихо, словно пантера ходил за их спинами и поэтому крик оказался довольно пугающим.

— Это АК-74, — тем временем продолжaл Дракон. — Самое популярное автоматическое оружие, используемое солдатами корпорации. Калибр 5,45. Техническая прицельная дальность стрельбы 1000 метров. Правда, вынужден предупредить, что это такая старая русская традиция — преувеличивать. В действительности на расстоянии в один километр из этого автомата можно попасть разве что в цистерну нефтяного транспорта, и то при условии его полной неподвижности.

По строю пронесся смешок. Все понимали, что им демонстрируют старое огнестрельное оружие.

Дракон тем временем, явно любовался автоматом, словно произведением искусства. Вдоволь насмотревшись на смертельную красоту, он продолжил.

— Реально дистанция прицельной стрельбы составляет где-то метров пятьсот-шестьсот. Так что, в заварушке, чтобы не выдать свою позицию, огонь по врагу следует открывать, только если уверены, что попадете наверняка. Вопросы есть?

— Да с таким «старьем» нас же в первом бою положат, — раздалась реплика из строя.

— К сожалению, корпорация ничем лучшим и ультрасовременным для вас не располагает, — будто извинился Дракон, хотя это и было ему совершенно не свойственно.

Что произошло потом, в лучшем виде подтвердило эту самую не свойственность.

Медленно подойдя к строю, он не спеша, двинулся вдоль него, поочередно заглядывая каждому новобранцу в глаза.

— Мегаполис предоставляет нам в обмен на ресурсы лишь свои старые запасы оружия. Он не заинтересован давать корпорации современное вооружение. Администрация и Мэр прекрасно понимают, что не смогут контролировать хорошо вооруженную боевую единицу, расположенную внутри города. Ведь мы неподконтрольны ни их законам, ни вооруженным силам мегаполиса. Мы изначально, потенциально опасны для окружающих. И на сколько мне известно, такой же политики относительно корпораций придерживаются все мегаполисы в мире. …Это касается не только стрелкового оружия. Любая техника, доступна нам по тому же принципу.

Дракон сделал паузу.

— Что же касается довольно естественного и обидного факта по поводу «старья», то… — Дракон, наконец, встретился глазами с автором реплики. Взгляд выдал солдата, и капитан резко замахнувшись, неожиданно ударил его в лицо прикладом старенького автомата, оказавшегося довольно эффективным в применении.

Не успев даже выдохнуть, парень, с разбитым в кровь лицом тут же упал ничком и застыл без сознания на желтом песке.

— …То не оружие убивает противника, а солдат, который искусно им владеет, — закончил фразу Дракон и сплюнул в сторону лежащего тела.

На оставшейся части лекции по огнестрельному оружию, больше никто не рискнул задать хоть один вопрос. Не говоря уже о том, что все мнения и сомнения пришлось «проглотить» и оставить при себе.

— А теперь. — Дракон бросил обратно в ящик очередной ствол. — Я предлагаю вам досрочно сдать зачет по стрельбе и метанию гранат. Возможно, среди вас найдутся те, кому в силу его довольно богатого криминального прошлого не придется обучаться этому искусству. А соответственно тратить наши нервы, деньги и естественно…

Дракон садистки улыбнулся.

— …Ваше собственное здоровье.

Добровольцами оказались поголовно все, кроме одного, еще не пришедшего в себя и истекающего кровью товарища. Помощь ему оказывать никто не собирался. Только Харм проверив пульс, махнул рукой — «выживет мол».

Лернору в первые мгновения показалось, что лишь один он имеет слабое представление, как обращаться со старым автоматическим оружием. Но результаты стрельб показали, что мозолить пальцы на курке долгое время придется еще многим.

— Какое, оружие выберешь, парень? — спросил Дракон, ставя ногу на закрытый ящик.

— Оно уже при мне, — показал Лернор свой громоздкий пулемет ПКМ. Он надеялся без перезарядки и не щадя боеприпасов разом сразить все движущиеся мишени.

— Ну, ну… — усмехнулся Дракон, давая знак Харму, чтобы тот запускал цели по полигону.

Лернор суетливо нажал на курок, и еле удержался на ногах. Пытаясь удержать и направить ствол в нужном направлении, он чуть не завалился на спину. Оружие прыгало в его руках так сильно, что в итоге пришлось больше думать не о точности стрельбы, а о том, как самому не упасть на песок, окончательно опозорившись. В итоге, не одна мишень так и не была поражена.

Стыдливо опустив глаза, и вернув пулемет на место, парень тихо отошел в сторону, уступая место Фениксу и его Г36.

Это было либо мастерство, либо везение, но из десяти мишеней он не поразил лишь одну. В попытках узнать секрет мастерства, пришлось даже попытаться наградить товарища комплиментом. Но тот Лернору так ничего и не раскрыл и скромно списал все на обыкновенное везение. Везение это было или случайность, но Лернор был готов спорить на завтрак, что последнюю мишень Феникс не поразил исключительно, чтобы не показаться в этом деле профессионалом.

В метании гранат, Лернору повезло куда больше, поэтому под конец учений, он выглядел не только усталым, но и чуточку довольным собой, практически забыв о своих подозрениях к приятелю.

Возвращение в казармы сопровождалось привычным броском через знакомый и вонючий до боли в ноздрях туннель.


Вот так вот, под стволами молчаливых наблюдателей в виде преданных корпорации солдат и вездесущего сержанта Харма, в стрельбе по мишеням, а так же в беготне по разным природным массивам, прилежно генерируемых полигоном, прошла третья неделя их пребывания в подготовительном центре корпорации.

Теперь новобранцы проносились сквозь знакомый туннель более четко и слаженно, таща на себе не только полную экипировку, но и оружие. Правда, по-прежнему, без боевых патронов в рожках…

Естественно, под добавочной тяжестью, на забег уходило куда больше времени, но сержант Харм отнесся к возросшей нагрузке с пониманием и особо не гнал свою платформу по рельсам. С одной стороны благодаря ему, с другой стороны уже натренированной выносливости, без обеда они оставались лишь несколько раз, когда появлялся садист Дракон…

Все это время они жили в небольшом пропахшем потом помещении. Размещаясь на трехъярусных койках. Здесь они были совершенно отрезаны от внешнего мира, его жизни и происходящих на поверхности событий. Полностью изолированные и по-своему одинокие они жили по правилам корпорации, не забывая негласных собственных правил небольшого боевого братства.

Теперь их осталось двадцать один. Двадцать второй, после того случая на полигоне так и не оправился, не говоря уже о том, что его вообще больше никто не видел.

Очередная прихоть Дракона. «Бог» дал — «бог» взял. А здесь он именно им и являлся… Богом

— Как думаешь, Леонид еще вернется? — спросил Феникс, устраиваясь удобнее на койке.

— Думаю, нет, — зевая, пробурчал, засыпающий Лернор. — А чего тебя вдруг это стало волновать?

— Не знаю…Может потому, что он часть нашей команды.

— Странно это слышать от тебя… Всю дорогу молчал, сам себе на уме, а теперь заговорил о братстве…

— Лерн, а ты никогда не думал, что случилось с Лёнькой, может повториться с каждым из нас? Без исключения!

— Эй, голубки! Воркуйте тише! — окликнул их Кавказ. — Я тут заснуть пытаюсь.

— Не ты один, — зная вспыльчивый характер своего южного соседа, поддержал его Лернор.

— Вы рассуждаете, как будто не видите, что ваши жизни и гроша ломаного не стоят… — попытался возмутиться Феникс, но в этот момент Кавказ перебил его.

— Я это знал, с того самого момента, когда подался на службу в корпорацию. И не на миг не перестаю это осознавать. Ты сам то, каким местом думал, когда сюда подался?

«Действительно каким?» — подумал Лернор, как-то не совсем понимая этой страной ночной активности своего товарища.

— Мыслите вы как-то в одной плоскости, — отмахнулся возбужденный Феникс. — У меня в отличии от вас выбора-то особого и не было!

— А в скольких плоскостях ты предлагаешь мыслить? — из вежливости поинтересовался Лернор, вдруг ошарашено вспоминая, что и у него самого ситуация не лучше была.

— Предлагаю, ноги делать! Вот в скольких!

Лернор тут же лишился сна. Мысли закрутились бешеным вихрем, прогоняя дрем прочь. Как будто эта фраза послужила кодовым ключом, пробуждающим его затуманенное изнурительными тренировками сознание.

Ведь по большей части Лернор только об этом и должен был думать. Но почему-то не думал. Наверно потому, что без единой мысли, он полуголодный проводил весь день в постоянных тренировках, постепенно притупляя чувство опасности. Харм действительно делал из него солдата.

Все это время для его сознания не существовало ничего кроме постоянно муштры, а мысли и проблемы личного характера, просто стирались под давлением пятнадцатикилометровых забегов. А после них, к концу каждого дня, он не мог думать ни о чем, как только о том, как скоро достигнет кровати и окажется в объятьях сна. И вот он — результат. Миновала уже третья неделя, и отведенный Драконом час икс, замаячил буквально перед носом. Вот только к нему Лернор еще был совсем не готов.

За все время подготовки, он ни разу не вспомнил о том, что у него всего лишь месяц времени. Ни разу не попытался поделиться с Фениксом своими почти забытыми переживаниями. А теперь его приятель сам выдал такое, что его было бы глупо не поддержать!

— Отсюда поподробнее, — сосредоточился Лернор, изменившись в голосе.

— Каких подробностей ты хочешь, Лерн?

— Каких? Мне интересно как ты побег себе представляешь?

— Мне тоже интересно, — вдруг перегнулся через край своей «верхней палубы» Кавказ. — Я знаю еще пару тройку ребят с подобными утопическими мыслями.

— Совсем даже не утопия. Оружие и экипировку нам уже доверяют, так как хотят, чтобы мы привыкли к ней как к родной рубашке. Так что же нам мешает ими воспользоваться?

— А что ты раньше молчал? — спросил Лернор

— А раньше нам оружие не доверяли.

— Амуниции все равно нет. — скептически заметил Кавказ, хмуря свои широкие и пушистые брови.

— Можно рискнуть, и со стрельб вынести…

— Да, даже располагая амуницией, нам не пробиться через главные ворота возле столовой. Видел сколько там под потолком автоматических пушек? А сама толщина ворот? А что за ними?

— А я и не предлагаю организовывать прорыв именно там, — встал со своего нижнего яруса Феникс. — Я предлагаю уйти через тоннель.

— Свихнулся? — покрутил пальцем у виска, Кавказ.

— Отнюдь. Кто жил в Москве, знает, на сколько развита эта подземная система. Даже сами метростроевцы не знают, сколько и чего у них понастроено. Прибавьте к этому еще и то, сколько времени уйдет, пока возможные преследователи поймут, куда мы делись.

— Вот именно! — повысил голос Кавказ. — Слышал я о метро! И поэтому боюсь. Ведь там без карты можно вечно бродить в поисках выхода. И то еще не ясно, каким он может оказаться.

— Каким? Каким? Естественно безвыходным, — раздался чей-то голос из соседнего ряда. Затем раздался смех и всем стало ясно, что разбуженный Макс решил поучаствовать в дискуссии.

— Тоже мне безвыходным, — возразил Лернор, скорее из привычки возражать, нежели имея серьезные аргументы своему замечанию.

— Одним словом, я больше здесь задерживаться не собираюсь и готов рискнуть, — решил положить конец всем спорам Феникс. — Пусть даже все ответвления нашей «пятнашки» прочно забетонированы, остается вариант пробежки через полигон.

— Да ну тебя на фиг. Ты действительно с головой не дружишь. Это полный абсурд! Ты сегодня на ужин, что съел? — заерзал на своем месте Макс, пощипывая себя за острый подбородок.

— Парни, да он всех вас провоцирует, — проснулся еще один курсант, сосед Макса по имени Семен. — Подставит под пули, а потом у начальства звездочку выклянчит. Мол, выявил нестабильный и нелояльный элемент.

— А что, если никто не решиться? Один пойдешь? — осторожно поинтересовался Кавказ, недоверчиво смотря на своего товарища.

— Сема, ты еще вякни там! — огрызнулся Феникс.

— А что ты его затыкаешь? — отреагировал Макс, вставая с кровати.

— Он по роже давно не получал, — буркнул Семен и перевернулся на другой бок. — Стреляетлучше всех. Крутым стал и с головой поссорился.

— Я с ним пойду, — тихо, словно сам себе шепнул Лернор. Он теперь прекрасно все понимал. У него в любом случае оставалась последняя неделя.

— Ты серьезно? — удивился Кавказ, скатываясь вниз по вертикальной лестнице.

— Что он сказал? — не расслышал Макс, шевеля правым ухом.

— Еще один камикадзе… — лишь буркнул Семен, больше не поворачиваясь.

— А мне нечего терять, — ответил Лернор.

— Спасибо, друг! — хлопнул его по плечу Феникс, широко улыбаясь.

— Это он не ради тебя старается, — раздался из темного угла чей-то голос.

— Эт хто? — забеспокоился Кавказ.

— Хрен в розовом пальто, — буркнул Макс, пытаясь разглядеть в темноте помещения подходящего к ним бойца.

Из темноты показался Куллер.

— Лернор собственные цели преследует. Я это по его взгляду уже давно понял. С того момента, как его вместе с Фениксом в зале приемной администрации видел. Верьте мне… Мое чутье меня еще ни разу еще не подводило… Не даром его Дракон без очереди взял.

— Кстати, он и Феникса взял, — снова не на шутку взволновался Кавказ и нервно застучал пальцами по стальной ступеньке лестницы под ним.

— И какие же цели, если не секрет, — поинтересовался Макс, толкая в бок пытающегося заснуть Семена.

— Говорю, вам — это про-во-ка-ци-я… — словно испорченная шарманка протянул Семен, отмахиваясь от Макса.

— Разве в этом есть что-нибудь плохое? Или это кому-нибудь мешает? — осторожно поинтересовался Лернор, поглаживая ладонью свою подушку.

— Лично мне нет, — быстро ответил Куллер. — Так как я тоже к вам присоединяюсь, хотя ничего общего с вами не имею.

— Думайте, что хотите, — махнул рукой Лернор. — Главное, чтобы только сами нас не заложили и не подставили.

— Ну, тогда посвятите, наконец, нас в свои планы! — чуть не закричал Макс.

Затем, спохватившись, тихо, почти шепотом, продолжил. — Может, и я еще с вами пойду…

В этот момент, окончательно потерявшему сон Лернору, внезапно надоел наступивший в мыслях окружавших его людей беспорядок. Он раздражился, и раздражение росло, набирая силу буквально из ничего. Его бесили не только окружающие, но и он сам. Парень не привык к положению, когда все чего-то хотят, но в исконно русской манере не решаются брать на себя полноту ответственности за дальнейшие действия. А именно это сейчас вокруг и происходило.

Опираясь на свой опыт, решения организационных вопросов в сложных, порой даже агрессивных дискуссиях, Лернор знал. Что, какими бы серьезными они не были, пока один человек не встанет и не поставит всех на место или не расставит все детали предстоящих событий на свои места, дальше обыкновенного «бла-бла-бла» дело никогда не зайдет. И естественно во всех случаях, этим человеком всегда оказывался он…

Осознав, что в эти минуты в нем вдруг заговорил заснувший почти месяц назад руководитель, Лернор дал ему волю. Ведь именно этот человек привык решать вопросы просто быстро и легко. Второе «я» ощутило свой звездный час и безудержно поперло наружу.

— А теперь, заткнулись все! — резко с повышенным тоном произнес Лернор. Этой фразой он не только удивил, но и испугал абсолютно всех расположившихся вокруг товарищей.

Даже Семен, искусно имитирующий храп, прекратил сопеть и настороженно прислушался.

— Для начала советую всем задуматься и определиться.

— С чем? — не понял Феникс.

— Определиться со своими целями и задачами. Ведь в приемный центр вы пришли ни кем не гонимые, по собственной воле и желанию.

— Продолжай… — тихим голосом поддержал Кавказ.

— Некоторые из вас попали сюда, чтобы, отслужив положенный срок стать полноправными гражданами Московского мегаполиса. Некоторые бежали от закона. Иные, например, такие как я, стали заложниками других обстоятельств. Если выражаться проще, советую вам прямо сейчас задуматься над тем для чего вы здесь, нежели просто шуметь как стадо баранов.

Воцарилась минута молчания. Она могла затянуться и дольше, если бы ее не нарушил самый большой скептик возможного побега. На этот раз Семен целиком вернулся в дискуссию.

— Не думаю, что шумим мы как бараны. Но соглашусь. Стадо мы действительно напоминаем. Лернор сказал толковую вещь. Что касается меня, я пришел сюда, чтобы легализовать свое положение в обществе мегаполиса и меня не радуют, и даже скорее раздражают начинания Феникса. А в случае вашего дезертирства, а иначе я этого назвать не могу, на оставшихся повесят всех собак.

— Зная характер Дракона, не только собак повесят, а что-нибудь позубастее, — почесал затылок Макс.

— Вот именно! — Семен облокотился на подушке. — Поэтому я на все сто процентов уверен, что на вас уже завтра настучат, бывшие «реальные пацаны», которых среди нашего состава не меренно. Думаете, сейчас только мы одни здесь не спим? Вы своими криками вон даже Куллера разбудили.

Стартовавшая после нравоучений Семена вторая минута молчания, наполнила атмосферу их компании, еле уловимым, запахом человеческого страха.

— Так. Хорошо! — Лернор резко встал. — Никакого побега не будет! Все идем спать. Завтра, как и всегда нас ждет тяжелый день.

— Не понял… — опешил Феникс, совершенно сбитый с толку. — А как же твое недавнее согласие?

— Нечего тут и понимать. Забудь о своей идеи, и не мешай людям спокойно провести остаток ночи, — незаметно подмигнул ему Лернор. — А ты Куллер не задерживайся здесь. У нас тебе места не найдется.

— Ну, как хотите, — отмахнулся он, и скрылся в темноте. По его походке было заметно, что он явно обиделся.

Когда все вновь вернулись на свои места, и покой их скромного помещения стал погружать взбудораженных новобранцев в сон, Кавказ, едва скрипнул кроватью. Он перегнулся через край и стараясь привлечь внимание, щелкнул пальцами во тьме.

— Лерн, не спишь? Слушай. Ты что действительно передумал рискнуть?

— Да. Не вижу смысла. Так как в целом наш план провалиться и пострадаем не только мы.

— Знаешь, а я бы все же рискнул…

Не дождавшись ответа, Кавказ вновь вытянулся на кровати. Он еще долго скрипел, ворочаясь с боку на бок, пока, наконец, не заснул.

Лернору же было не до сна. Мысли продолжали, словно адреналин все новыми порциями мобилизировать его организм. Он хотел действовать прямо сейчас. Хотел выпрыгнуть из койки и нестись в туннель, но расчетливый разум благоразумно держал его на месте.

Даже не смотря на то, что отведенного Драконом времени у него оставалось слишком мало, парень понимал, что должен терпеливо ждать. Ждать и осуществлять, уже вырисовывающийся в голове подробный план побега последовательно. Без спешки, лишних свидетелей и помощников.

Этой ночью ему было уже не суждено уснуть, поэтому утреннюю сирену он встретил собранным и во всеоружии. Он одним из первых появился на построении и был готов к встрече с сержантом на месте регулярного сбора возле пустой столовой.

Широкие двери контрольного шлюза раскрылись, и показался Харм. Наградив Лернора удивленным взглядом, он молча ответил ему на форменное приветствие. Более не задерживаясь, сержант прошел в помещение казармы, встречая еще сонных новобранцев привычным криком.

— Подъем, увальни! У вас осталось десять секунд на припудривание рылец! Девять, восемь, семь…

Последними на построение, как и предполагал парень, явились участники вчерашнего обсуждения. Они так толком и не выспались, еле волоча ноги.


Во время привычного марш броска по тоннелю, Лернор высматривал место возможного побега.

Насколько это было возможно, он внимательно изучал каждое забетонированное ответвление подземки. Наконец, несмотря на темноту, ему удалось найти подходящую стену, покрытую во многих местах довольно широкими нежели в других местах трещинами.

В них туда-сюда сновали крысы.

«Просто так эти твари туда бы не совались», — подумал он, замедляя бег.

Сзади на него тут же наткнулся Феникс. Он не отставал от своего товарища все время, надеясь получить разъяснение тому таинственному подмигиванию.

— Шевелитесь, обезьяны! Я уже рядом! — Харм осветил прожектором их мокрые лица. — Я поблажек сегодня делать, не намерен. А ну вперед!

Лернор подчинился, начиная отсчет шагов от предполагаемого места будущего побега.


На стрельбах, получив патроны, и заправив обойму, он сразу положил три патрона в карман. Расстреляв более половины, он переключил автомат в автоматический режим и добил остаток боезапаса, почти не целясь в мишень. Если кто и считал, каждый выстрел новобранца, то при беглой стрельбе наверняка не заметил пропажу трех патронов.

И так еще десять заходов.

Когда, патроны набили карманы так, что дальнейшее их наполнение не прошло бы незамеченным, Лернор прекратил воровство.

«Одними патронами сыт не будешь, надо еще стену взрывать», — рассуждал парень, с завистью смотря на аккуратно разложенные по ящикам гранаты. Жаль только сомнительный фокус с обоймой, здесь никак не мог пройти. Бдительный взгляд вездесущего Харма и внимательность его вооруженных помощников, точно не допустили бы пропажу.

Лернор словно лиса ходил вокруг заветного ящика, но так и не смог придумать ничего путного, лишь привлекая к себе излишнее внимание и хмурый взгляд сержанта. От идеи поживиться гранатами пришлось отказаться.

«Что ж придется, компенсировать недостаток взрывчатки патронами». — подумал Лернор, понимая что теперь один он точно не справится и пора подключать к этому нелегкому воровскому делу, постоянно крутившегося рядом Феникса.

Естественно прямо на полигоне он не мог посвятить друга в свои планы, поэтому решил выбрать для этого ответственного дела более удобный момент и свободное от посторонних ушей место.

На обратном пути, отсчитав до замеченной ранее стены необходимое количество шагов, парень не стал дожидаться, пока товарищ его догонит. Напротив сам специально сбросил темп и в самый ответственный момент остановился, словно переводя дух.

Дождавшись Феникса, он искусно сделал ему подножку и тут же сам рухнул в вонючую жижу.

— Да ты чего! Сдурел?! — послышались возмущенный крик, с плеском падающего в грязь товарища.

Харм, следовавший на своей платформе позади всех, замыкал громко шлепающую по воде колонну.

Заметив заминку двух новобранцев, которые словно выброшенные на берег рыбы, брыкались в скользкой жиже, он и что-то невнятно крикнув, устало махнул рукой. Его платформа с тихим гудением лениво простучала по рельсам мимо толкающих друг друга новобранцев.

«Минус два обеда в пользу корпорации», — вероятно, думал в этот момент Харм.

— Тише ты, — шикнул на друга Лернор. — Ты хочешь выбраться отсюда или нет?

— Конечно, хочу, — опустил занесенный кулак Феникс.

— Стену видишь?

— Вижу!

— Что еще видишь? — задал очередной вопрос Лернор, доставая из карманов патроны.

— Все понял, — быстро закивал головой Феникс, и, поправив на плече автомат, подставил ладони, помогая товарищу разгрузить карманы.

— И куда все это теперь?

— Вон туда прячь, — парень кивнул в сторону самой широкой трещины в стене, и сам подал пример. — Давай быстрее! Чтобы Харм не вздумал за нами вернуться.

Освободив карманы Лернора от тяжелого и колкого груза, два заговорщика со всех ног бросились догонять где-то далеко стучавшую платформу и шлепающих новобранцев.

— Как ты это проделал? — с придыханием на ходу спросил Феникс.

— Из каждой обоймы по три патрона и стараешься не стрелять одиночными.

— Интересно. Надо будет и мне попробовать.

— А я тебе, поэтому все и показал, — захлебываясь воздухом на бегу, выпалил Лернор.

У него начинало неприятно покалывать в боку.

— Надо будет стену взрывать…

— Так для этого уйма патронов понадобится! — споткнулся и почти упал Феникс.

Ускоряя бег, он еле удерживал равновесие.

— Завтра… же… начнешь… мне… тьфу… помогать. — Лернор напрягся, чтобы не замечать боли в боку.

— Уфф… А может гранатой? — Феникс тоже схватился за бок. Беседы на бегу не получалось.

— Невозможно…

— Поч… му?

— Ты… попробуй свистнуть сначала, — предложил парень и, ощутив открытие второго дыхания, прибавил ходу.

Платформа Харма, уже была видна вдалеке, освещая потемки туннеля своими лампами.

Феникс, попытавшись справиться с отдышкой, немного отстал, но вскоре догнал друга и устало побежал с ним рядом.

Больше в этот день они не разговаривали, намеренно избегая друг друга.

Лернор отлично понимал важность и секретность задуманного мероприятия. Доверять задуманное кому-либо еще кроме Феникса, по намеку Семена, означало обрекать себя на провал. Поэтому он вел себя непринужденно, ни словом, ни делом, стараясь не дать товарищам по оружию повод думать, что «ночная» идея побега продолжала будоражить его воображение.

Следующие два дня прошли в интенсивных и молчаливых приготовлениях.

Феникс изрядно удивил Лернора, когда во время последней задуманной «разгрузки» вместо патронов, достал из-под бронежилета две гранаты.

— Совсем сдурел? — заволновался Лернор. — Они же каждый раз считают их количество.

— Не совсем, — попытался оправдаться взмокший от бега Феникс. — Я стянул их, когда Харм уже сверил количество со своими записями. Перед тем как ящики опечатали.

— Ну, ты, блин, кудесник! Завтра же все вскроется! — разозлился Лернор, закончив заталкивать в пролом патроны.

— Никакого «завтра» не будет, — загадочно улыбнулся Феникс. — Сваливаем сегодня ночью. А теперь давай шустрее догонять своих…

Не успели они сделать и десяти шагов, как из темноты показался сам сержант, невозмутимо держа их на прицеле.

Первым ощущением, выраженным на лицах обоих, было не понимание. Откуда он здесь взялся, словно черт из табакерки, если платформа давно стучит колесами уже далеко впереди.

— Попались, рожи! Бросайте оружие!

— Оно же не заряжено! — успел возразить Лернор, прежде чем Харм дал предупредительный выстрел в потолок. Звук раскатистым эхом покатился по туннелю в обе стороны.

— Хрен знает, на сколько оно у тебя не заряжено! Думаете, я не заметил ваших ухищрений? Провели меня, значит!? Обезьяны! Бросай оружие, ублюдок!

Феникс с громким всплеском бросил свой автомат.

Лернор медлил. Сдаваться просто так не хотелось. К тому же он не был уверен, насколько Харм серьезен по отношению к нему.

— Дракон не допустит, чтобы со мной что-то случилось!

— Плевал я на Дракона! Особенно когда поймал вас как воро…

Харм не закончил фразу. Что-то невнятно ухнул и осел в вонючую жижу.

Из-за его спины показался Куллер и принялся методично и беспощадно добивать стонущего сержанта прикладом. После седьмого удара по голове, хриплые вскрики превратились в слабое бульканье и, наконец, затихли.

Неожиданно из сумрака зловонного туннеля показались Кавказ и Макс. Они так сильно шлепали по воде, что Лернору показалась, что к ним приближается метровая волна.

— Что здесь произошло? — спросили новоприбывшие, перебивая друг друга.

— Нечто, о чем придется многим пожалеть… — философски заметил Лернор, наблюдая за происходящим, словно со стороны.

В этот момент Куллер перевернул тело Харма и вынул из его сумки на поясе дополнительные обоймы к конфискованному пистолету и автомату.

— Ну и дела… — ошалел Макс. — Куллер у тебя хоть план какой-то был?

— У меня нет, — отрицательно покачал головой новобранец, продолжая обыскивать бездыханного Харма, словно матерый мародер. — А вот у них он уже давно есть.

— Не у меня… — словно растерявшись и оправдываясь, начал Феникс, — … А у Лернора.

Кое-как оправившись от первых и столь неожиданных впечатлений, парень понял, что они выбрали не очень удачное место для дискуссий. Но ситуация настолько нуждалась в чьем-либо контроле, что надо было действовать оперативно и быстро делать ноги.

— Так. Слушайте все. Настал тот час… Кто не с нами, тот против нас! Поняли?

— Но… мы только на выстрел прибежали…

— Никаких но! Я не собирался втягивать вас в эту заварушку, но раз приперлись… Кстати, спасибо Куллер… то либо идете с нами, либо отправляетесь этому дерьму на съеденье, — он от души пнул ближайшую жирную крысу.

Серые мокрые твари уже собирались устроить трапезу из плавающего тела сержанта, жадно подплывая со всех сторон.

Для придачи серьезности словам товарища и играя роль верного единомышленника, Куллер тут же передернул затвор.

— Ладно. Ладно. Я изначально с вами, — заволновался Кавказ, хлюпая с ноги на ногу. Умирать в окружающей вони ему совсем не хотелось.

— А у меня с самого начала выхода не было… — будто смирившись махнул рукой Макс. Признаваься в своем бессилии ему тоже не хотелось. — Говори что делать, Лерн…

Парень подманил всех к стене и принялся раздавать заначку.

Каждая минута была на вес золота, поэтому патронами он делился как можно скорее, от олнения теряя многие в жиже.

— Ты не думал, что этот замурованный туннель в конечном итоге может никуда не привести? — поинтересовался Куллер, когда Лернор в двух словах посвятил свою команду в курс дальнейших дел.

— Кул, не грузи меня этим. Конечно же, думал, но стараюсь больше об этом не размышлять. Всем в укрытие!

Лернор выдернул чеку и положил одну из гранат в опустошенный тайник.

Раздался мощный взрыв.

Осколки бетона, словно крошка вперемешку с палеными кусками крысиного мяса противно застучали по каскам беглецов. Вся эта тошнотворная смесь тут же отскакивала и с всплеском падала в воду.

Оставшиеся в живых серые твари с диким животным писком бросились врассыпную. Едкая пыль залепила ноздри и дышать на какое-то мгновение стало невыносимо трудно.

Феникс подбежал к увеличенному отверстию и прокричал, после взрыва тугим на ухо товарищам.

— Не пролезем! Лерн давай еще одну!

Лернор подбросил ему гранату, предусмотрительно прижимаясь обратно к стене.

Феникс театральным жестом поймал ее и, выдернув чеку, отправил гранату в увеличившийся пролом.

И не успел он отойти от недобитого препятствия, как очередной выплеск бетона и пыли с грохотом, фонтаном осколков настиг его и помчался дальше по туннелю.

Оглушенный Феникс, стал стучать себя по ушам и интенсивно зевать. Из его правого уха показалась струйка крови.

— Во млин! Это тебе не полигон, вашу мать! Оглохнуть можно! — крича, ругался он, доставая из сумки на поясе чистый кусок бинта.

— За мной! — удостоверившись в необходимых размерах, образованного прохода, толкнул его в плечо Лернор.

Держа в руках небольшой трофейный фонарик, за ним тут же последовал Куллер. Кавказ и Макс подняли контуженого Феникса под руки и последними покинули омерзевший пятнадцатикилометровый тоннель.

— Нда. Куллер, твой новый трофей как нельзя кстати, — обрадовался Лернор, столкнувшись с кромешной тьмой по ту сторону образованного прохода.

Под ногами было противно мягко, а в нос бил спертый и едкий запах крысиного дерьма.

Кто-то интенсивно царапал кожу его ботинок.

— Я знаю, Лерн, — меняясь с Лернором местами, .улыбнулся этот загадочный и немного странноватый тип.

Прямо под ними живо копошилось мохнато-серое море. Крысы всех размеров и мастей плотным ковром покрывали все видимое пространство вокруг. Они нагло и агрессивно пытались грызть подошвы незваных гостей и зло сверкали в свете фонаря маленькими черными бусинками своих хищных глазок.

После нескольких выстрелов в мерзкую массу четвероногих хвостатых созданий, некоторое место для прохода все же освободилось. Отхлынув, серая волна грызунов тут же обнаружила под собой длинные линии кривых ржавых рельс, уходящих куда-то в темноту. Прогнившие в труху деревянные шпалы, несомненно, служили пищей для этого непривередливого многотысячного полчища голодных тварей. В некоторых местах Лернору даже показалось, что сами металлические рельсы были подгрызены этими прожорливыми уродцами.

«Интересно сколько лет этой ветке, и какой ужас вдоль нее обитает?» — содрогаясь, подумал он, внимательно всматриваясь себе под ноги, перед тем как шагнуть вперед, — «Лишь бы не споткнуться и не упасть. Ведь этим маленьким кровопийцам только повод дай. Тут же накинутся на тебя, словно стервятники и отгрызут все, что плохо торчит. Только движение здесь означает жизнь.»

— Смелее ребята! — подбодрил он следовавших за ним товарищей. — Вы, что крыс раньше не видели? Здесь они такие же как и везде…

— С той лишь разницей, что их гораздо больше… — закончил фразу оторопевший от увиденного Кавказ. Но, тем не менее, он продолжал движение, периодически пиная грызунов ногами.

Вскоре они натолкнулись на проржавевший вагон, с окнами из помутневшего от времени стекла. Форма и размеры даже отдаленно не напоминали виданные в этом подземном мире средства передвижения.

Подавляя в себе искренний интерес к почти археологической находке, Лернор отказался от ее более подробного изучения. Времени до возможного объявления тревоги на всей территории учебного комплекса почти не оставалось. Хотя никто не гарантировал, что ее уже не объявили. Противное ощущение присутствия хорошо вооруженных преследователей, уже наступавших им на пятки, не покидало ни на минуту.

От этого парень постоянно подталкивал идущего впереди Куллера в спину и не на шутку пугался каждого шороха далеко позади.

— Давайте быстрее! Надо уйти как можно дальше, до того как нам перекроют все входы и выходы.

— Ты уже придумал, как выбраться из мегаполиса? — шепотом поинтересовался Куллер.

— Я что на профессионального сталкера похож? Я даже не знаю, что нас ждет вон за тем поворотом, — так же тихо ответил Лернор, не желая волновать менее предусмотрительных, чем Куллер, товарищей. — Если один раз повезло, никто не отменял возможности второго раза. Только, я надеюсь ты не начнешь сеять панику среди ребят…

Куллер промолчал.

Феникс, более или менее, уже пришел в себя. Борясь с невыносимой головной болью, он пошатывался из стороны в сторону, поочередно цепляясь руками то за бронежилет Кавказа, то за воротник Макса. В результате, парням без особого удовольствия приходилось тащить на себе не только часть его амуниции, но и самого владельца.

Привыкшие к свету и осмелевшие крысы не отставали. Пищащей гурьбой они сопровождали Феникса словно свита, то и дело норовя броситься на его ноги, жадно скаля зубы. Запах крови, засохшей на шее парня, будоражил воображение злых зверьков, чье личное пространство было нарушено столь наглым способом. Смелее с каждым прыжком, они будто готовились взять реванш.

Подземная прогулка изрядно затянулась и успела всех утомить, поэтому то, что ждало их за поворотом, обрадовало беглецов. Да так, что умирающая надежда на скорое высвобождение из подземелий воскресла с новой силой. Причиной для оптимизма послужила насквозь проржавевшая железная дверь, еле державшаяся на своих петлях в боковой стенке туннеля. Конец их шараханьям в кромешной тьме был близок.

— Давайте туда! — задал направление Куллер, и так не нуждающееся в комментариях.

— Быстрее, быстрее… — вновь заторопил друзей Лернор и одним из первых стал прорываться к двери.

Он никак не мог отделаться от ощущения, что за ними кто-то идет по пятам, поэтому инстинктивно надеялся оказаться ближе всех к возможному выходу. Ощущение чужого взгляда из темноты раздражало, и наводило на мысли о тех, кто направился за ними следом. Хоть это, скорее всего, и был единый взор несметного крысиного полчища, следящего за своим потенциальным обедом, догадка не обнадеживала. Иными словами, чем бы не было вызвано чувство посторонней слежки, оставаться под землей дольше не хотелось.

Почти одновременно беглецы стали долбить прикладами проржавевшие насквозь петли креплений двери.

Один удар. Второй. Третий. Дверь поддалась и со скрипом и скрежетом начала свое тяжелое падение, завершившиеся характерным хрустом придавленных под ней серых тварей.

В образовавшемся небольшом помещении в лучах фонарика показалась стройная ведущая вверх вертикаль лестницы. Она узкой стрелой устремилась высоко в темноту. Даже луч их трофейного фонаря терялся где-то на середине шахты, не в состоянии осветить ее конца.

Двумя руками схватившись за стальные поручни, проверяя крепления лестницы на прочность, Лернор стал расшатывать скрипучий металл,. Особого желания упасть во время подъема и свернуть себе шею он не испытывал.

— Кто рискнет первым? — поинтересовался Макс.

— У меня особого желания нет, — оперся на стенку Феникс, возвращая из рук Кавказа свой автомат.

— Большого удовольствия от нахождения здесь я не испытываю, — начал Куллер. — Но раз уж это затея Лерна, то и лезть первым, видимо, придется ему.

— Спасибо, за доверие, — язвительно отозвался парень и поставил ногу на ступеньку. — Ловите тогда уж, если сорвусь…

— Непременно…, — подбодрил его улыбкой Кавказ и добавил, — …отойдем в сторону.

Раздался дружный смешок и Лернор начал восхождение.

Подъем оказался не трудным. С каждой новой ступенькой он стал ощущать себя увереннее. Лестница держалась крепко и даже не прогибалась под его тяжестью, вполне выдерживая массу тела вместе со всей экипировкой. Укрепленный в нагрудном кармане, одолженный у Куллера фонарик, исправно освещал путь над головой.

— Ну что там? — раздалось снизу.

— Пока ничего, — откликнулся Лернор, продолжая подъем. Он по прежнему не видел конца колодцу.

— Поторопись с новостями, а то меня уже кто-то грызть начинает, — узнал он голос Куллера. — Свет то ты с собой унес.

Вдруг внизу раздался выстрел.

— О боже! — завопил Феникс.

— Что?! — отреагировал Кавказ.

— Ты это видел?! — закричал Макс.

— Видел что? — не понял Куллер.

До Лернора донеся второй и третий выстрелы.

— Что там у вас? — заволновался он.

— Крысы!!! — закричал кто-то, и парень тут же почувствовал, как по лестнице интенсивно карабкается уже не только он один.

— Ааа!!!

Опасаясь за то, что старые и ржавые крепления лестницы могут не выдержать большей нагрузки, Лернор набрал воздуху и крикнул изо всех сил, стараясь перекричать звуки автоматных очередей. Наблюдая за яркими вспышками, освещающими подземелье далеко под ногами, он не очень то рассчитывал, что его услышат.

— Прекратите пальбу!!! Патронов мало!!! — но никто не придавал его словам значения.

Вдруг, кто-то схватил парня за ногу. Это был Феникс. В его глазах Лернор не увидел ничего кроме ужаса.

— Она… она…

— Что она?

— Она сожрала Куллера! — выпалил он, царапая ботинок Лернора.

— Никто никого не сожрал, — раздалось снизу тяжелое дыхание «жертвы». — Свинцом поперхнулась, падла. Но назад я спускаться не собираюсь!

Держась одной рукой, Лернор вытащил фонарик и осветил бледные и испуганные лица товарищей под ним. Все крепко вцепились в поручни лестницы и буквально дышали друг другу в ботинки.

Удивительно было то, как крепления все еще держали их общую массу. Замыкал всех, Куллер. Свет доходил до него слабо, но кровоточащие рваные царапины на шее и голове были видны довольно отчетливо.

— Лерн, не поверишь, — отдышавшись, более спокойно обратился к нему Феникс. — Там такая крыса была! Метров пять в длину и ширину!

— Была, да сплыла, — так как Лернор не видел подземного чудовища, то красочное описание его не особо удивило. Сейчас парня волновала совершенно иная проблема.

— Сейчас главное не паниковать. А то если начнем, останемся без единственного шанса выбраться на поверхность. Если металл конструкции лестницы не выдержит, то отправимся обратно…

— Нет уж, — выдохнул Макс, ставя подошву на пальцы Кавказа.

— Бляяя!

— Ой, извини.

— Вы можете хотя бы теперь не орать, в конце-то концов? — резко шикнул на всех Лернор и, еле подавляя в себе раздражение, продолжил осторожный подъем. Хоть он и не видел мега крысу, руки тряслись нервной дрожью. Роль руководителя группы давалась ему с трудом.

Лестница стонала и скрипела под ними, словно предупреждая о том, что такого издевательства в ее то возрасте она терпеть больше не собирается. Но, на счастье беглецов ничего экстремального так и не произошло. Лишь один раз в руке Лернора, неестественно прогнувшись, лопнула одна из давно прогнивших ступенек. Но парень успел тут же ухватиться за поручни и благополучно миновал опасный участок.

Наконец, бесконечный подъем закончился и они уперлись в широкий люк — возможно последнее препятствие, разделяющее их от призрачной свободы. Лернор тут же толкнул его рукой, но тот не поддался, словно по закону подлости. В итоге им пришлось изрядно попотеть и помучиться, прежде чем люк, все-таки удосужился хоть чуточку сдвинуться с места.

Ровно семь раз толкая его плечами, Лернор с глухим звуком противно стукался об него каской. В эти моменты Феникс, страхуя товарища, держал его за ноги, от чего, сам чуть было не сорвался вниз, растеряв часть своего снаряжения.

— Ну, наконец-то! — выдохнул Лернор, вышибая люк наружу. Солнечные лучи ударили в темный проем, и свежий воздух свободы в мгновение одурманил голову.

Выползая на асфальт и оглядевшись по сторонам, он понял, что о свободе подумал крайне рано. Они выбрались прямо под одной из грузовых цистерн для транспортировки нефтепродуктов «Нашей» корпорации. Этот выход оказался не совсем удачным, нежели можно было желать, но гораздо лучше, чем, если бы они выскочили посреди интенсивной автомагистрали.

Транспорты, помеченные красными звездочками, стояли длинными стройными рядами. Значит они все еще на территории «Наших». А этот факт уже совершенно не обнадеживал…

— Руку кто-нибудь подаст? — рассерженно и в то же время жалобно позвал Куллер.

Только сейчас Лернор увидел, насколько сильно его подрала голодная крыса-переросток. Он лишился почти половины правого уха. Но рана уже прекратила кровоточить и засохла грубой коричневой коркой.

Видимо зверюшка, действительно попалась не хилая, плюс ко всему очень голодная.

— Куда дальше? — поинтересовался Кавказ, осматривая окрестности из-за колеса.

— Отсюда не видно, — осматривал другую сторону Макс. — Здесь бесконечный ряд этих цистерн.

Лернор, заботливо протянул свой запасной бинт Куллеру. Он просто не мог видеть этого ужасного зрелища у него на голове. Затем отвернулся и выполз из-под машины, чтобы лучше сориентироваться и понять куда двигать дальше.

Они очутились на просторной стоянке, заставленной в основном транспортами для перевозки ресурсов, а так же внушительными фургонами с толстой броней. Они напоминали инкассаторские, но были куда более громоздкими. Для чего их использовала корпорация, пока оставалось тайной.

— Интересно было бы иметь хоть малейшее представление о том, где мы находимся, — сказал он вслух и снял автомат с плеча.

На его слова, за ним вылез Куллер. Он уже успел небрежно замотать вокруг головы одолженный бинт.

Пройдя мимо Лернора, он принялся взглядом профессионального угонщика изучать двери ближайших кабин и через минуту с кислым видом отошел прочь.

— Атас! — замахал руками Кавказ. — Патруль идет!

— Поздно… — неосторожно выйдя из ряда машин, Лернор тут же попался на глаза вооруженным солдатам и сопровождаемой ими группы людей в гражданском.

— Стоять на месте! — раздался оклик. — Оружие на землю!

Неудачно засветившись, парень понял что влип, но в самый последний момент успел юркнуть назад.

Высекая фонтаны искр, пули тут же градом застучали по бронированной кабине защитившего его транспорта.

Находясь ближе всех к Лернору, Куллер первым открыл ответный огонь. Гражданские, среди которых парень заметил девушку, тут же бросились бежать в сторону бронированных фургонов. Они еле уносили ноги от пуль Куллера.

Осознав зубастость противника, четверка солдат корпорации, в одно мгновение рассредоточилась и отточенными движениями принялась продвигаться ближе к беглецам. Даже находясь в меньшинстве, они старались взять беглецов в кольцо.

— Где они? — заволновались товарищи, ощущая, как пули одна за другой впиваются в резину укрытия.

Лернор не ответил. Только сейчас к нему в прицел удачно попал неприятель, и он не мог упустить этого момента. Волнуясь, парень надавил на курок. Удачная очередь почти вся вошла в тело солдата и отбросила его на ближайшую машину. Бронежилет не спас бедолагу и патрульный, дернувшись пару раз, затих, плавно сползая на землю.

В сторону Лернора тут же разрядились оставшиеся три ствола патруля, и он был вынужденно согнан со своей огневой позиции.

— Отступать надо! К ним подкрепление подваливает! — сообщил Кавказ, перекрикивая хлопки выстрелов. Видимо ему лучше всех было видно, откуда к ним гости жаловали.

— Куда? — заволновался Макс, еще плотнее прижимаясь к колесу транспорта.

— Не хочу назад! — завопил Феникс и выскочил из-под цистерны. Несясь наперерез свистящему свинцу, он успешно миновал открытое пространство, скрываясь где-то во втором ряду автомобилей.

— Давай за ним!

— Постойте! К нам фургон прет! — отбросив отстрелявший свое автомат, Куллер достал пистолет Харма и прицелился.

Действительно. Разгоняя в разные стороны, прибывавшее подкрепление, из-за угла лихо вырулил один из замеченных ранее бронированных грузовичков. Не сбавляя скорости, ошалевший водила на ходу выравнивал траекторию движения и правил прямо к окружаемым со всех сторон беглецам.

Тараня то один то другой боковые ряды нефтяных транспортов, лихач намеренно сбивал укрывшихся там солдат корпорации.

«Неужели у нас появился союзник?» — что-то в этом безумном движении показалось Лернору до боли знакомым.

Прейдя в себя от шока, бойцы корпорации еле сообразили, кто теперь более серьезная угроза. Но пока они понимали, что происходит, успели уступить роль хищника оппоненту. Превратившись в растерянную жертву, солдаты сконцентрировали весь огонь на агрессивном водителе. Но все их попытки пробить бронированное лобовое стекло терпели позорное фиаско. И даже когда град пуль по наглецу усилился в десятки раз, он по-прежнему не мог причинить автомобилю и малейшего вреда, довольствуясь лишь сдиранием краски и выбиванием снопов искр из прочного металла.

— Не к добру это, — зачарованно прокомментировал события Кавказ.

— Посторонись! — скомандовал Лернор, когда несущийся на бешеной скорости фургон резко взял вправо. Пытаясь развернуть машину недалеко от их убежища, водитель не рассчитал угол поворота, и машину занесло. Она накренилась, потеряла устойчивость и завалилась на бок. Стенки, продолжавшего двигаться по инерции фургона, завизжали, скрежеща по асфальту. В таком виде — крышей вперед ,он проволокся еще пару десятков метров и замер буквально на уровне группы испуганных товарищей. Остановившись, броневик заблокировал весь проезд между рядами цистерн, будто все было изначально запланировано именно так.

Вражеские пули переместились на днище перевернутой машины, в бессильных попытках нащупать энергетические элементы и лишить грузовик возможности дальнейшего движения.

Вдруг, аварийный люк на крыше фургона отстрелился и с шипением был резко отброшен механизмом далеко вперед.

— Жить хотите? Быстро сюда! — раздался из темноты кабины женский голос.

Куллер, вопросительно посмотрел на Лернора, как будто тот был организатором этих каскадерских трюков.

— Я тут не причем, — пожал плечами парень. — Но думаю, стоит воспользоваться приглашением…

В этот момент его заглушил раздавшийся под днищем фургона взрыв. Яркий столб огня и черного дыма взметнулся в небо, даже подбросив заваленную на бок машину на пол метра в воздух. Кто-то из преследователей не шуточно палил из ручного гранатомета.

— Быстрее! Пока я еще могу взлететь! — раздался взволнованный голос девушки. На этот раз она усилела его внешним громкоговорителем.

Повторять не пришлось. Первым в темном проеме крыши скрылся Феникс, за ним, больно ударившись головой о край прохода, тут же последовал Куллер.

Лернор, задержался на входе, понимая, что не все еще на борту. Он махнул рукой, подзывая оторопевших под цистерной транспорта парней. Но ни Макс, ни Кавказ, не решались покинуть свое укрытие за колесом.

— Шевелитесь! Пока…

Кавказ выскочил из-под укрытия в момент, когда вторая ракета врезалась прямо в цистерну над ним. Взрывной волной его отбросило прямо на Лернора, и, сбив приятеля с ног, они кубарем ввалились в открытый люк транспорта. Пламя на мгновение поглотило грузовик целиком, но уже не причинило никому вреда. Лишь сгоревшему заживо Максу в этот день повезло меньше всех.

Схватив за руку чудом выжившего, но обгоревшего товарища, Лернор стал втаскивать его глубже в темноту салона. Куллер и Феникс тут же пришли к нему на подмогу.

— Взлетаем!

Не изменив положения, фургон резко оторвался от земли и поднялся в воздух.

Через открытое отверстие люка Лернор видел, как, потеряв цель, под ними проскользнула очередная выпущенная по грузовику ракета. Оставив за собой завихрение из клубов серой пыли и черного дыма, она нашла совершенно случайную цель где-то на другом конце стоянки.

Водитель, совершенно не заботясь о своих погруженных в полную тьму кузова пассажирах, без предупреждения придал фургону вертикальное положение. Словно сельдь в бочке, стукаясь обо все, что только можно было стукнуться, они быстро попадали на пол. Если конечно, это был пол.

Обнаружив люк уже над собой, Лернор с досадой потер ушибленный бок и коленку. Белые облака, видимые в продолговатом отверстии наверху, неслись куда-то с невероятной скоростью. Лишь через секунду до парня дошло, что неслись не облака, а их безумный водитель. Неизвестный спаситель гнал грузовой аэрокар, настолько быстро, насколько это было возможно для этого вида транспорта. Дверь в кабину пилота была по-прежнему заперта.

— Интересно, и кто же нас решил подвезти? — спросил Феникс, пробираясь вдоль стены на ощупь.

— Помогите пока Кавказу. Я сам разберусь. — скомандовал Лернор, борясь с мучающим предчувствием. Слишком уж знакомым показался ему голос, их неожиданной спасительницы.

Для подтверждения или опровержения терзавших его смутных сомнений, он решительно подполз к месту, где должн был находиться проход в кабину и, нащупал кнопку механизма.

— Привет, зая! — как ни в чем ни бывало, оглянулась на него Джулиана и приветливо помахала рукой.

От удивления Лернор отвесил челюсть. Интуиция не подвела, но и сыграла злую шутку. Он заполз в кресло рядом с водителем и замер в нем.

Забыв автомат греметь под ногами, и совершенно не замечая, как опасно девушка лавировала в густом транспортном потоке, парень смотрел на подругу так, как будто неожиданно увидел привидение.

Лернор не мог поверить своим глазам. В груди боролись смешанные чувства обиды, страха и подозрения. Но с другой стороны он был даже рад ее видеть, по-своему немного соскучившись.

Форма корпорации, в которую была облачена девушка, порождала в его голове новые многочисленные вопросы, оперативно пополняющие длинный список еще не заданных с момента их незапланированного расставания. И никакие красоты, раскинувшегося под их днищем, Московского мегаполиса теперь не могли отвлечь внимание парня от знакомой фигуры Джулианы.

— Лерн, у вас все в порядке? — в кабину протиснулся Куллер и оценивающе окинул взглядом спасительницу. — Упс, извините, мадмуазель. Рад приветствовать вас от имени нашего небольшого мужского коллектива.

Джулиана загадочно улыбнулась в ответ, и резко бросила машину вправо. Несущейся на таран очередной полицейский экипаж остался с носом.

— Пока не знаю, Кул… — услышав близкий вой сирен, пришел в себя Лернор. Он еле успел схватиться за подлокотник кресла, чуть не вылетая из него.

Куллер же не выдержал маневра и, сопровождая полет матерными выражениями, растянулся в проходе.

— Дорогой, я понимаю у тебя ко мне много вопросов, но давай отложим их на потом. Если повезет, выберемся и поговорим.

— Джули, ты понимаешь, что я не знаю, верить тебе или нет…

— А у тебя когда-нибудь до этого был выбор? — девушка улыбнулась и направила машину прямо на ярко блестевшее начищенными окнами здание.

Лернор с ужасом наблюдал приближающееся препятствие.

Выбора с момента той самой злосчастной вечеринки у него действительно не было как, впрочем, и сейчас. Все управление ситуацией держалось в ее руках. Жить или не жить вот в чем вопрос…

— Вы что знакомы? — высказал, наконец, свое растущее удивление Куллер, еще не замечая того, что неслось к ним на встречу. — Лерн, ты все еще будешь отпираться, что не ты все так слаженно спланировал?

— Думай, что хочешь, Кул. Я сам не понимаю, что здесь происходит!!!

В последний момент, Джулиана резко рванула штурвал на себя, и фургон, задрав нос, в миг принял вертикальное положение, проносясь буквально в нескольких сантиметрах от поверхности окон небоскреба.

— Мааааа-ть. — Куллер кувырком покинул кабину, по пути сшибая с ног только что вставшего Кавказа.

Раздался обильный мат чем-то придавленного Феникса.

Борясь с перегрузкой, Лернор, наконец, додумался застегнуть на себе ремни безопасности.

На мониторах заднего обзора отобразилась очередная воздушная авто авария. Видимо, они всегда были обызными издержками экстремального вождения Джулианы. Не сумев повторить столь мастерски выполненный фургоном маневр, в здание врезались два самых активных преследующих аэрокара. Еще около двадцати, благоразумно сбавили скорость. История повторялась, и девушка как всегда умело уходила от хвоста. Ее тонкие руки сосредоточенно держали штурвал, вращая его из стороны в сторону. Она была сосредоточенна на полете, но периодически успевала дарить разбитому в пух и прах Лернору свою загадочную улыбку.

Он озадаченно сидел привязанный к креслу и уже размышлял над возможными вариантами объяснений, которые могла подготовить ему его подруга. Но пока ни одна догадка не могла объяснить того, что происхдило с ними здесь и сейчас.

Попадать впросак не хотелось, но Лернор чувствовал, что вся чехарда необъяснимых случайностей и совпадений, была действительно срежиссирована кем-то невидимым. Кем-то, способным мастерски играть чужой судьбой. Начиная понимать, что он и все его друзья всего лишь разменные пешки в чьей-то очень большой партии, Лернор потерялся вновь. Он больше не ощущал себя ведущим.

«Да каким ведущим? Он все время был ведомым!»

От таких размышлений, он еще больше начинал не уважать игру в шахматы. В ней все было бесчеловечно и по замыслу таинственного гроссместера. Будь ты даже ферзем — это не спасало тебя от запланированой жертвы во имя призрачной победы. А о пешках, вообще можно было не думать…

— Ладно, Джули. Признаю, черт возьми! У меня действительно не было, и нет выбора! Но разве он есть у тебя?

— Что ты имеешь ввиду? — выровняла несущийся грузовик девушка, вновь возвращая его в горизонтальное по отношению к земле положение.

— Допустим, покинуть Вильриллин тебе не составило большого труда, но не думаю, что тоже самое у тебя пройдет с Москвой.

— Не переживай, Лерн. Мальчик мой, ты просто как всегда многого не знаешь, — попыталась успокоить его Джулиана.

— Ишь, как заговорила! К сожалению, мне уже надоело слышать, что я чего-то не знаю, — надулся Лернор, вспоминая слова Дракона, не раз повторенные им еще тогда в Силлаярве.

— Девушка, — обратился вновь показавшийся в кабине Куллер, потирая лоб. — Нельзя ли полегче с маневрами. Мы не успеваем за выступы хвататься.

— А вы сядьте и не рыпайтесь, — неожиданно резко отрезала Джулиана. — Интересно, за что бы вы хватались, если бы я вас не вытащила.

В этот момент по корпусу застучал град попаданий из крупнокалиберных пушек, но индикатор повреждений по-прежнему невозмутимо светился зеленым. Но преследователи не сдавались и с непоколебимым упорством, продолжали вести прицельный огонь, насколько это было возможно в городских условиях.

Трассеры частенько ложились мимо цели. Лернор, настороженно следя за тем, как Джулиана виляла машиной из стороны в сторону между зданиями многочисленных бизнес центров, становился свидетелем малоприятных сцен попадания по гражданским объектам.

При «неточных» попаданиях автоматических пушек преследователей, окна зданий беззвучно лопались, обдавая все вокруг градом из осколков сверхпрочного пластика. Многочисленные зеваки, имевшие несчастье с любопытством наблюдать за воздушной погоней из офисов, неуклонно пополняли число случайных жертв от шальных снарядов, выпущенных не страдающими от излишней меткости стрелками полицейских аэрокаров.

Яркие взрывы ударной волной выносили людей из их окон и бросали вниз с высоты птичьего полета, либо просто разрывали в клочья на месте. Джулиана же, как будто намеренно желая увеличить количество жертв среди мирного населения, специально выбирала самые густо застроенные районы.

— Что ты такое угнала?

— Мобильную лабораторию, — коротко бросила в ответ девушка.

— Что за лабораторию? — полюбопытствовал, Куллер, крепко держась за края прохода. В этот раз он предусмотрительно сел на пол.

— Мальчики вы со своими вопросами, слишком меня отвлекаете. Или может кто-нибудь желает сам сесть за штурвал? — холодно посмотрев на Куллера, она резко отпустила руль.

Фургон тем временем, шел на таран звукоизоляционных бортов воздушной магистрали.

Эти, на первый взгляд простые устройства, изолирующие рев транспортного потока, буквально облепляли интенсивную трассу со всех сторон. Лавируя на антигравитационных подушках, они чутко реагировали на определенный децибел звука на участках особо большого скопления аирокаров и самостоятельно направлялись на место по безопасным для движения траекториям. Прибыв, они словно частички гигантской мозаики соединялись вместе в замысловатые, но прочные дуговые фигуры растянутые вдоль магистрали.

— Нет, нет. Ни в коем случае! Вы за ним смотритесь гораздо грациознее! — Куллер не на шутку испугался такой самоубийственной решимости девушки.

— Тогда, заткнитесь пожалуйста. Через двести сорок секунд, военные выпустят по нам ракеты…

— Но… — начал Лернор, вспоминая свою ценность для корпорации.

— Расслабься, зая. Если у них в разведке не тугодумы сидят, то, сопоставив несколько фактов, ты для них потеряешь всякую ценность, — как будто прочитав его мысли, Джулиана лучезарно улыбнулась. Контрасты ее настроения порой совершенно не дружили с логикой.

— Не понял… — попытался осмыслить новость Лернор, но с первого раза это ему не удалось.

Парень, настороженно следя за приборами, с нехорошим предчувствием, принялся ждать появление, либо отсутствие предсказываемых Джулианой ракет.

— Лерн, долго нам еще до границы? — из салона, наконец, показался Феникс. Любопытно оглядев всех присутствующих, он сосредоточился на Джулиане. Его несерьезное выражение лица тут же испарилось.

— А почем я знаю?! Я не москвич! — его крик совпал со звуком пробиваемого заграждения.

Бронированный фургон, еле разминувшись с крестами златоглавого храма, пробил звукоизоляцию воздушной трассы и на мгновение застыл над транспортным потоком.

— Что с ним такое? — удивился Феникс, словно происходящее снаружи было настолько привычным для него, что он даже не отреагировал на столь резкую смену декораций.

Никто не удостоил его ответом, находясь под впечатлением оттого, что машина не развалилась вместе с ними прямо в воздухе.

Табло на приборной доске тревожно замигало красным.

— А вот и то, о чем я говорила, — мрачно заметила Джулиана, бросая машину в поток аирокаров.

Преследующие их полицейские экипажи, больше не беспокоили их. Да и зачем? Если теперь их бронированным фургоном займутся ракеты военных. Видимо, кто-то, наконец, принял решение, что безопаснее будет просто уничтожить беглецов, чем безрезультатно пытаться их остановить.

Лернор следил за красными точками на радаре, понимая, что в глазах приютившей корпорации он исчерпал свой потенциал, а коэффициент потенциальной угрозы в его лице стал превышать коэффициент полезности. Но как бы все печально не выглядело в эти минуты, жить по-прежнему хотелось так же сильно, как и ранее.

— Джули, у нас есть шансы оторваться? — спросил Лернор, не узнавая своего голоса.

— Небольшие, так как скорость и маневренность этих малюток гораздо превышает наши возможности, — ответила девушка, несясь против встречного потока транспорта.

Она агрессивно бросала машину из стороны в сторону безуспешно пытаясь уйти от преследования.

— Попытаюсь их стряхнуть на магистрали, если не получится, то придется рисковать…

Он опять не понял конечного смысла сказанной фразы, но решил больше не забивать голову мыслями, сосредотачиваясь на успехе.

Лернор отказывался верить в то, что в следующий миг они могут просто превратиться в пыль, а он распадется на атомы, так и не познав своей истиной цели в этой жизни.

«Смерть впереди, смерть позади. Забавная игра в салочки, без шансов убежать. Кто не спрятался, я не виноват… а эти пять точек все ближе и ближе.»

— К черту магистраль! — вдруг закричал Куллер. — Уходи в небо! Под купол!

Девушка удивленно посмотрела на него, но тут же вынырнула из потока, заполняя весь обзор лишь бесстрастно белыми облаками на фоне голубого неба. Она как будто ждала эту команду, сомневаясь, стоит ли самой так рисковать.

— Электроника дает сбой в границе купола, — быстро пояснил Куллер, пытаясь удержаться в проходе.

Где-то далеко за спиной застонал раненый Кавказ.

— Действительно! — осенило Лернора. — Как я мог забыть об этом!

— Только, и ваша электроника тоже даст сбой, — как-то странно тихо произнес Феникс, прежде чем скатиться обратно в темный салон, поэтому никто не обратил на его высказывание особого внимания.

Фургон, черной стрелой покинул объятья мегаполиса и устремился в вышину.

Ракеты, словно гончие, преследующие добычу, не отставали. Теперь по прямой траектории, не тратя мощность своих двигателей на маневры, они приближались к беглецам еще быстрее.

Следя за сокращающимся расстоянием на бездушных приборах, Лернор понимал, что все было кончено. Это понимали и все остальные, но предпочитали молчать, надеясь на чудо, и вдруг оно случилось…

Ракеты внезапно вспыхнули яркой вспышкой взрыва одна за другой, так и не достигнув цели.

— Что это было? — позволил себе удивиться Лернор.

— Самоуничтожение, — сама ничего не понимая, ответила Джулиана, замедляя ход и задавая машине команду вновь принять горизонтальное положение.

— Передумали что ли? — удивился Куллер, поднимаясь с пола.

— Нет! Будут зажимать к куполу! — констатировала факт девушка, указывая на сигнализирующие приборы.

Со всех сторон из города в невероятном количестве к ним стремительно поднимались военные и полицейские экипажи, окружая беглецов нижней полусферой. Перед каждым из них на внушительном расстоянии красовались управляемые мины-летучки. Этот аналог ракет, мог запросто разнести бронированный грузовичок при попытке к прорыву, нежелающих сдаваться угонщиков.

— Что теперь делать то будем? — Лернора трясло от нервного возбуждения. — Я не специалист по воздушным боям, и тем более не по маневрам по минным полям.

— Один момент! — Джулиана, открыла напротив себя небольшую панель и, скопировав с приборной доски трехмерные координаты пространства, стала вводить длинную комбинацию цифр и символов.

— Ты что делаешь? — заворожено поинтересовался Лернор.

— Открываю нам ворота на свободу.

Куллер присвистнул с нескрываемым удивлением.

— Она вводит код деактивации части защитного купола.

— А ты откуда знаешь? — подозрительно прищурил глаза Лернор.

— Потому то, до того как попасть вне закона, работал на нас, — сопровождая свое появление этой неожиданной для всех фразой, Феникс вновь нарисовался в кабине.

Парень изменился в лице. Все его ребячество и несерьезность мгновенно куда-то исчезли. Он больше не был приятелем и боевым товарищем. Это был другой человек, державший оторопевшую компанию, под прицелом выхваченного у Куллера при падении, пистолета покойного сержанта Харма.

— Быстро подняли, руки чтобы я мог их видеть! Особенно, вы… дамочка…

Не покидающее ни на секунду Лернора ощущение пешки, в очередной раз захлестнуло его, наполняя измученную душу мучительным отчаянием…

«В дамки значит захотел? Сволочь!»

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ИГРА В КОШКИ МЫШКИ

«Интересно, сколько раз за жизнь можно ошибиться с выбором друга?»

Лернор с ненавистью сверлил глазами предателя.

«Сколько шишек нужно себе набить, чтобы хоть как-то начать разбираться в людях?»

«Как заставить себя не закрывать глаза на очевидные противоречивые факты в поведении «друзей» и на их последующие неуклюжие объяснения?»

В этот момент парень принципиально не желал подчиняться командам Феникса и поднимать руки.

Он не хотел сдаваться человеку, который так вероломно заручился его доверием, с той лишь целью, чтобы в последствии предать.

Парень так же с сожалением понимал, что и Джулиана по-своему была замешана в этой большой игре. Но, тем не менее, все же был готов еще какое-то время воспринимать ее как союзника. К тому же, кем бы она не была, сейчас им обоим в лицо смотрело черное дуло пистолета.

«Благо, не успел я Фениксу ничего рассказать. Вот и доверяйся потом, кому попало…»

Лернор покосился на Джулиану.

«В таком случае, лучше уж с врагом в одной постели спать и знать, что от него можно ожидать, нежели простодушно раскрыться новому «другу» и получить удар в спину.»

Ругая себя, парень вспомнил, что в бизнесе он был более предусмотрителен. В нем у него никогда не было друзей. И распрощавшись со своим делом, он как будто стал совершенно другим человеком, забыв при этом, что война, по своей сути, все тот же бизнес. И каждый здесь был только сам за себя.

— Руки подними. — Феникс качнул стволом пистолета в его сторону. — Еще раз повторять не буду.

— И не подумаю! — злобно отозвался Лернор.

— Ну, как хоче… — не успел закончить фразу Феникс, как за спиной у него бесшумно возник Кавказ.

Он с размаху ударил новоявленного воздушного террориста прикладом автомата в шею, в последний миг, спасая Лернора от приготовленной ему пули.

Феникс, так и не успел выстрелить. Он тут же рухнул как подкошенный, прямо на руки Куллера. Тот, не медля, выбил ногой пистолет из его рук и принялся быстро заламывать конечности ему за спину. Бормоча что-то бранное себе под нос, он с силой придавил предателя коленкой между лопаток.

Кавказ тем временем выронил автомат и медленно сполз по стене.

Только сейчас Лернор заметил отсутствие на нем бронежилета и обилие кровавых пятен на порезанной гимнастерке.

— Быстрее, вводи свои координаты! — крикнул он Джулиане. — Я им займусь.

Девушка не нуждалась в приказах и занималась клавиатурой с самого момента падения Феникса.

— Двум смертям не бывать, одной не миновать…, — прохрипел Кавказ и сплюнул идущую горлом кровь.

— Держись, братишка. Сейчас мы тебе быстро пробоины залатаем, — расстегнув ему рубашку, Лернор принялся, суетясь доставать последние бинт пакеты.

— Не стоит…, Лерн. Эта тварь паскудная … хорошо постаралась, — прерываясь, пуще прежнего захрипел Кавказ.

Колотых ран на его теле было не менее десяти. Кровь обильно хлестала из всех разом. Чтобы блокировать кровотечение Лернору уже не хватало ни рук, ни времени, ни медикаментов. Он хотел, но ничем уже помочь не мог. Удивительно, что при таких ранениях Кавказ минуту назад вообще стоял на ногах.

Тело несчастного быстро охлаждалось. Жизнь покидала его. И, тем не менее, Лернор не сдавался. В какой-то момент, он даже подумал, что переставшая хлестать кровь хороший признак, но, к сожалению, все оказалось совсем наоборот. Сердце Кавказа перестало биться.

Товарищ умер.

Его остекленевшие глаза с потухающим живым огоньком, в последнем взгляде устремились куда-то в даль. Туда, где за окнами мелькала Москва.

«Как жаль, что она так и не стала для Кавказа домом.» — Лернор с грустью посмотрел на товарища.

Нет ничего страшнее взгляда мертвеца.

В момент, когда душа покидает тело, любой, осмелившийся посмотреть в глаза умершему, уже никогда не узнает его. Он встретится взглядом с самой смертью, способной лишить жизненной силы и наблюдателя. Искренне веря в это, Лернор провел окровавленной ладонью по лицу Кавказа и навечно закрыл глаза друга.

Парню вдруг захотелось плакать. То ли из жалости к другу, не по своей воле ставшему частью его злоключений. То ли от бессилия перед самой смертью, не оставившей ему ни единого шанса на спасение…

Лернор еле справился с мешавшим дышать комом в горле. Он прекрасно понимал, что в последние секунды жизни Кавказ из последних сил стремился спасти их — почти незнакомых ему людей. Вернуть в руки беглецов тот единственный шанс, которым ему самому уже не было суждено воспользоваться. Во имя чего? Почему? Но, увы, на эти вопросы мертвый друг уже никогда не даст ответа…

— Держитесь! — оповестила всех Джулиана, вновь начиная подъем.

В форме окружности прямо над ними раскрылась частичка настоящего неба.

В образовавшуюся брешь защитного купола тут же хлынул проливной дождь и полностью залил лобовое стекло. Даже отсюда было видно, какая страшная гроза разразилась за пределами мегаполиса. И они направлялись прямо в эту сверкающую электрическими разрядами темень.

— Джули, ты уверена, что там мы будем в большей безопасности? — засомневался Лернор, крепко держась за угол, в то время как тело Кавказа, оставляя за собой кровавый след, постепенно сползало в темноту салона.

— На девяносто девять и девять десятых, — отозвалась девушка, полностью сосредотачиваясь на сложном маневре.

— Одна десятая неблагоприятного исхода все же имеет место быть, — озабочено заметил Куллер. — Но, по крайней мере, это соотношение — прямая противоположность тому, что мы имели пять минут назад.

— Будем надеяться, — вытер о себя руки Лернор. — Я в технике хоть и разбираюсь, но не настолько, чтобы знать все возможности нашей машины. Но раз уж Джулиана решила полетать именно на этой колымаге, ей, вероятно, виднее.

Осознав, что птичка вот-вот упорхнет из клетки, преследователи прибавили ходу. Но было уже поздно. Бронированный фургон быстро юркнул в образовавшиеся в щите энергетические ворота и был таков.

Ни один из полицейских и военных аэрокаров не рискнул сунуться следом. Страх оказался сильнее служебного долга.

Как только машина беглецов оказалась за пределами защитного купола, ее стало трясти так сильно, что девушке еле удалось удержать фургон на прежнем курсе. Бушующий ураганный ветер был настолько безжалостен, что даже сидя за бронированными стенами прочного грузовика, казалось, что находишься в маленьком спичечном коробке несущемуся по горной реке.

Молнии, сверкая буквально в полуметре от кузова, вынуждая Лернора каждый раз испуганно присвистывать. Он не мог скрыть своего удивления от того, что еще ни одна из небесных стрел не попала по ним. А это даже теоретически не представлялось возможным. Серые облака и хлеставший сквозь них дождь с увесистым градом настолько уплотнились, что при полном отсутствии видимости, девушке приходилось руководствоваться только сходившими с ума приборами.

— И куда мы теперь? — спросил Куллер у девушки, периодически посматривая на лежащего без сознания Феникса.

— Уйдем от грозы и преследования, тогда сядем и разберемся.

— Разве кроме нас, существуют еще сумасшедшие? — при каждой вспышке Лернор не переставал невольно вздрагивать.

Пущего страху нагоняла не только гроза, но и не покидающее ощущение «чужого среди своих». Парень не знал, доверять ли кому-либо еще из оставшихся спутников. Пусть на вид они по-прежнему казались ему друзьями, но кто же мог гарантировать не повторение предательства? Его доверчивость уже не раз сыграла с ним злую шутку.

Чувство сомнения не позволяло быть уверенным в полной безопасности. Отныне его ждала сплошная неопределенность и недоверие ко всем и каждому в отдельности.

«До лучших времен, конечно. Пока все само собой не встанет на свои места,» — успакаивал себя Лернор, « — Только вот встанет ли?»

В минуты подозрений, в голову приходило единственное логичное порожденное усталым сознанием умозаключение. Или скорее элементарный совет интуиции — продолжать держать рот на замке и ни словом, ни делом не выдать местонахождение сервера с информацией. Чем быстрее веретено событий наматывало на ось вокруг него пряди из странных случайностей, тем больше парню казалось, что за похищенной им информацией гонялись все кому не лень.

Находясь в тяжелых раздумьях и передвигаясь по кабине словно сонная муха, Лернор старался не наступить на лежавшего предателя. Борясь с искушением вытереть ноги об эту мразь, парень снова вернулся в свое кресло подле Джулианы.

«Кто он? Агент или просто любитель, пожелавший в самый последний момент спасти свою шкуру и выпрыгнуть из пешки в дамки? Скорее первое, чем последнее, но все равно мерзко…»

Облака резко разошлись, и на минуту аэрокар выскочил из кромешной серости облаков.

Грандиозное зрелище предстало перед ними. Возможно, для кого-то это и было обыденным явлением, но на Лернора оно произвело необычайное впечатление.

Под ними словно океан расстилался защитный купол города, покрытый волнообразными разводами. Его светло голубой цвет искрился и переливался от собственного внутреннего свечения.

Жители мегаполиса где-то далеко внизу были в совершенной безопасности во время бушующей снаружи стихии. Ведь они даже не подозревали о тех тринадцати черных столбах смерчей, проносящихся прямо над их головами.

Словно игрушечный город под стеклом коллекционера, больше похожий на подводный городок для рыбок в исполинском аквариуме, жил своей спокойной и, казалось бы, неприхотливой жизнью, в то же время безжалостно продолжая выбрасывать в атмосферу вредные химические соединения и кубические километры углекислого газа.

Смертоносные вихри, устраивая внушительные завихрения облаков над собой, сталкивались друг с другом, и, разбиваясь на еще несколько маленьких черных столбиков, носились то тут, то там, всеми силами пытаясь всосать в себя волны защитного экрана. Но попытки их так и оставались напрасными. Безрезультатно теряя силу, они тихо растворялись в плотной пелене дождя и, с неуемным желанием вновь повторить попытку, появлялись вновь лишь через многие километры.

Природа раз за разом безуспешно наносила по защищнному городу не достигающие своей цели удары.

Горделивое человечество, скрытое искусственным щитом, ведя с исконной хозяйкой планеты игру в одни ворота, продолжало выбрасывать отходы своей жизнедеятельности в пространство за куполом.

Не обращая внимания на приборы, Лернор изучал тщетно бушующее небо. И вот вдалеке показались точки преследователей — современных и очень маневренных боевых истребителей. В царившей серости, различить их ему довелось лишь потому, что в одной из научно полулярных передач многое рассказывали об этих птичках. Еще тогда, Лернор подумал, что он бы не позавидовал тому, кому доведется столкнуться нос к носу с этими металлическими прерадактелями. Три крылатые машины шли на перехват, легко отражая молнии своими защитными экранами.

— Ах, вот ты о ком, — тревожно смотря в сторону истребителей, сказал парень.

В момент, когда их снова укутало грозовое облако, он отчетливо понял, какие перспективы могут ждать в минутном будущем.

— Именно о них, — откликнулась девушка, колдуя над приборной доской. — Если за дело взялись военные, они «свое», просто так не отдадут.

— Что ты имеешь виду? — Лернор вопросительно посмотрел на нее.

— То, что наш транспорт не просто летающая колымага, а военная полуэкспериментальная единица, используемая корпорацией с их разрешения.

— Вон оно как… — воскликнул Куллер. — А я-то думал, откуда у «Нашей» корпорации столь высокие технологии. За все время моей службы в пограничных войсках, я ни разу не слышал о том, чтобы кто-то из военных отдал бы в руки корпорации настолько функциональную машину, способную без особых усилий парить над куполом в самом эпицентре бушующей стихии.

Теперь настал черед девушки удивляться.

Лернора же уже ничего не могло удивить. Он лишь надрывно набрал в легкие воздух и, задержав дыхание, стал считать до десяти, чтобы успокоиться. Не хватало еще того, чтобы Куллер оказался не тем, за кого все время себя выдавал и в итоге отмочил бы еще выходку почище «выступления» Феникса.

Джулиана с нескрываемым интересом посмотрела на бывшего пограничника. Слова плененного Феникса начали приобретать смысл.

— Уважаемая, не думаете же, вы, что в технике у нас только девушки разбираются? — улыбнулся Куллер и добавил. — Правда, служил я года три назад, поэтому с вашей моделью я почти не знаком.

— В принципе, ничего особенного в этой модели нет, — уверенным тоном продолжила приоткрывать завесу тайны девушка. — Обычный транспорт, с той лишь разницей, что размещает он в себе не особо обычную лабораторию. И корпорации его доверяли только с эскортом военных специалистов. Вы их наверно видели, там на площадке, перед тем как началась перестрелка…

— А сейчас не совсем рада сообщить вам, что мы уже достигли потолок по высоте и экраны, защищающие нас от грозы работают на пределе близкой к перегрузке.

— Забавно, — грусно улыбнулся Лернор. — И очень своевременно. Особенно в тот момент, когда на хвосте висит несколько истребителей-перехватчиков с куда более широкими возможностями.

— Не переживай, милый, — улыбнулась девушка. — Пользуясь добытой тобой информацией, я через сеть пытаюсь изменить систему опознавания «свой/чужой». Если твои коды верны, наши преследователи на радарах вместо красной точки, увидят пустоту. Пройдет еще несколько секунд и их приборы определят нас как «своего». Проще говоря, мы станим похожи на один из многих военных транспортеров, в обилии снующих в этом секторе. А кто-то из них займет наше место…

— Не очень-то повезет этому «кому-то», когда пташки спустят своих цепных псов в виде ракет, — мрачно заметил Куллер.

— Стоп! — внезапно уловив суть, всполошился Лернор — Как понимать фразу — «добытой тобой информацией»?

У него внутри будто что-то оборвалось и стало неестественно холодно.

— Да успокойся ты! — строго посмотрела на него Джулиана. — Сказала же! Все расскажу позже.

— Очень интересно будет… — с нетерпением заерзал Куллер.

— Без свидетелей, — с холодным очарованием улыбнулась ему Джулиана. — Только не надо теперь обиженную мину корчить. Это лишь между мной и Лерном. Вот если он сам захочет, то и расскажет…

— Угу, если только сам пойму что-нибудь… — недовольно буркнул Лернор.

— Хрен с вами, — махнул рукой Куллер. — Меня больше волнует, какому бедолаге ты собираещься нашу идентификацию присвоить.

— Не беспокойся. Это будет не пассажирский транспорт.

Было не ясно успокоило ли подобное заверение Куллера, но Лернора оно ни капельки не волновало. Он больше ничего даже спрашивать не стал, по-прежнему не в состоянии оправиться от очередного потрясения от фраз Джулианы. Стресс прочно окопался в его нервной системе.

«Она постоянно знает больше, чем я! И почему, как только я встречаюсь с этой девушкой, вся почва уходит у меня из-под ног? Сначала она обезоруживает своей красотой, теперь знаниями. Более того. Тепрь ставит смысл моего существования под большой вопрос… Какая к черту «добытая информация»? »

В эти секунды, вместо уверенного в себе мужчины он нашел сопливого мальчишку, у которого отняли последнюю конфету.

«Что она может знать и откуда?»

— Вот. Сейчас и проверим, — прокомментировала завершение своего стука по клавишам девушка.

— Что проверим, черт возьми! — нервно воскликнул, но ответа не последовало.

Томительные минуты ожидания противно тянулись в полной тишине и нарушались лишь интенсивно лупившими по бронированному стеклу дождем и градом.

— Внимание, транспорт XL119, немедленно покиньте зону. Вы отклонились от курса. — Раздался в динамиках, встроенных где-то под потолком, неизвестный голос диспетчера.

— Интересно, а каким был его курс… — впервые растерялась Джулиана.

— Дай-ка мне, — подсуетился Куллер, вспоминая свои навыки пограничника.

Девушка, отсоединив, с любопытством протянула ему микрофон.

— В эфире пионерская зорька! — схватив его обеими руками, весело сообщил в эфир Куллер. Чем поверг всех присутствующих в глубокий шок. Лернор почувствовал, будто задыхается. Нервы гудели как натянутые струны.

— Какого черта? — последовал ответ диспетчера. — Транспорт XL119, вы что, все там нажрались?

— Нам можно, мы с Луны. — Джулиана насильно стала вырывать микрофон из рук изрядно повеселевшего хулигана. Но Куллер интенсивно замахал руками, жестами объясняя, чтобы она немедленно отстала. Весь его вид говорил о том, что все в порядке.

— Автопилот тоже пьян, командир. — Куллер ясно и смачно икнул в эфир. — Поэтому отказывается включить видеосвязь.

В эфире воцарилась напряженная тишина.

— Ладно, XL119 мы будем вас вести. Через двадцать секунд вас подхватит навигационный луч. Конец связи.

Джулиана смотрела на Куллера широко открытыми глазами. Она не верила счастливому исходу таких идиотских переговоров с Землей.

— Колись давай! Рассказывай, что ты такого сделал? — с горящими от любопытства глазами набросился на него Лернор.

На мгновение все его насущные проблемы были забыты и смещены для возможности посмеяться.

— Только без свидетелей, Лерн! — рассмеялся Куллер. — Тут рассказывать то нечего. Я ведь таким вот диспетчером какое-то время был. Транспорты направлял, за движением снаружи купола следил. Суть в том, что всем транспортам, следующим со спутника, к номеру присваивается две буквы «XL». Услышав запрос, и зная, что экипаж по возвращению чаще всего бывает в дупель пьяным, у меня родилась эта идея.

— Но ведь пилотам строго-настрого запрещено пьянствовать на борту, — возразила Джулиана.

— Формально по международному праву это так, но неформально для экипажей кораблей, следующих с орбиты, ввиду их долгого отсутствия на родине, делается небольшое исключение. Чтобы душа не особо тосковала, русскому разрешают эту тоску немного потопить, — разъяснил Куллер. — Поверьте уж мне, я еще и не такую чушь в эфире слышал.

— Хорошо. Лишь бы все так же хорошо кончилось, как началось, — возвратился к невеселой реальности Лернор.

— Сейчас-то что делать будем? — серьезно спросила Джулиана. — Если нас будут вести, то до самого входа в мегаполис мы будем, словно на привязи. А в город, думаю, никто возвращаться не собирался.

— Дело в том, — продолжил пояснения Куллер. — За куполом транспорт «ведет» одна служба, в черте города принимает другая. Дождемся, пока нам ворота откроют, и сделаем ноги в нужном нам направлении.

— Сколько на это времени уйдет? Может еще раз трюк со сменой «свой/чужой» повторить? — скрестив руки на груди, поинтересовалась девушка.

— Не стоит. На все про все потребуется, не более пяти минут. Погода скроет наши передвижения. А так, в следующий раз может даже я не найду ответа на возможный запрос диспетчера. Поэтому без нужды лучше не стоит рисковать, — ответил Куллер и перестал улыбаться.

— Меня беспокоит более далекое будущее, — вмешался в разговор Лернор. С первых слов объяснения Куллера, он понял, что проблема с истребителями на хвосте уже не критична. От чего мысли сразу же переключились на поиск решения других проблем. — Куда мы собираемся направиться после того, как уйдем от погони?

— Это тебя нужно спросить, дорогой товарищ, — недоуменно посмотрел на него Куллер.

— Не меня, а ее, — перевел стрелки Лернор, так же как в свое время поступил его друг, укокошив Харма, и ткнул в сторону Джулианы пальцем.

На что девушка загадочно и тихо сообщила. — В укромное место. Поверь мне, Лерн. За это время я о многом думала. То, что ты меня во многом подозреваешь, я даже не сомневаюсь, поэтому прежде чем начнешь в чем-либо обвинять, дай мне возможность довезти вас до места и высказаться.

— Надеюсь, это не будет исповедью, прежде чем ты меня прикончишь… — саркастически выдавил улыбку парень.

— Лернор, успокойся ты, — вступился Куллер. — Девушка делом доказала, что ничего плохого нам не желает. Какой ей тогда был смысл вытаскивать нас из города?

— Садистское удовольствие получить! Вот какой!

— Да ну тебя! Тебе одно талдычишь, а ты все равно о своем, — отмахнулся от него Куллер.

— У нее всегда найдется смысл! Догадываюсь даже какой, но не уверен в этом доконца, — огрызнулся Лернор. Он просто бесился от бессилия перед Джулианой.

В момент словестной перепалки девушка лишь тихо и хитро улыбалась. Она будто специально провоцировала скандал и действительно что-то скрывала.

Их транспорт уже медленно снижался к куполу. Облака полностью скрывали их от сбитых с толку преследователей. Но на душе Лернора все так же скребли кошки.

«Кто он? Человек без родины, даже без угла, где можно было бы приткнуться! Его у него каждый раз отнимают обстоятельства.»

«Как мне все это, до чертиков, надоело. Когда же я найду этот свой причал?»

«Хочу жену, детей и домик на берегу лазурного моря»

Думал он, постепенно себя накручивая, на что скрытое «второе я», тут же возразило.

«А хотелка не треснет?»

Но Лернор не поддался такому раздвоению личности.

«Вероятно, нет, раз хочется…»

Впереди вновь разошлись облака и увлеченный пейзажем Лернор, тут же прервал спор начинающего шизофреника,. Под ними обнажились уже готовые к принятию открытые энергетические врата в виде воронки. Сквозь них было видно, как далеко внизу невидимой жизнью продолжал жить купающийся в тепле и сухости город.

«Эх, видно не судьба мне жить в мегаполисе», — подумал Лернор, и в голове зазвучали слова из старой песни — «Я прощаюсь с тобой еще раз, не теряя надежды вернуться…»

— Жми! — сбивая общий меланхоличный настрой, резко скомандовал Куллер. Он все время настороженно следил за показаниями автопилота. — Джулии, только больше не поднимайся выше, чтобы внешние радары не засекли, а служивые не стали лишних вопросов задавать.

Девушка понимающе кивнула и вдавила педаль акселератора, ведя их бронированный транспорт в десятке метров от защитного экрана. Широкой неспокойной гладью он раскинулся под ними словно бескрайнее синее море, со скрытым в глубинах царством и золотой рыбкой в лице мэра.

Облачности на этой высоте почти не было, но это не мешало огромным градинам барабанить по броне, не давая забыть о причудах погоды. Вокруг все также неспокойно бесновались смерчи.

Вглядываясь куда-то вдаль, Джулиана направила транспорт прочь из опасной зоны. Туда, где на горизонте густые серо-синие тучи уже расступались, и тонкой полоской пробивалось медленно садящееся грязно-желтое солнце. Что думала она в эти моменты, было известно только ей самой. Лернору же оставалось только надеятся, чтобы в ее красивой головке не зародилось чего-нибудь подлого.

— Вам все равно не уйти… — наконец, очнувшись, простонал Феникс. И получив пинок Куллера, уткнулся носом в грязный пол.

— О! Кто это голос подал? — зло и неестественно удивился Лернор.

— Лежи и не вякай! — не вставая с места, Куллер еще разок пнул пленного под ребра.

Тут Лернора осенило.

— Я горю желанием вытрясти из него все, что он знает, — оживился он, надеясь допросить Феникса и хоть как-то восполнить пустоы в белой информационной картине.

— А ведь это можно устроить, — стал поднимать пленного его друг.

— Парни, только не мешайте мне пилотировать, — довольно строго поставила свое условие Джулиана.

— Мы тихонько. Разве что, лишь чуточку пошумим, — поспешил заверить девушку Куллер. После чего, пыхтя как паровоз, за шиворот стал вытаскивать злобно озирающегося по сторонам предателя в темноту салона. Феникс словно добыча, затягиваемая в берлогу хищьником, принялся отчаенно сопротивляться.

Бывший товарищ, а теперь и вовсе не товарищъ, упирался ногами, на сколько позволяло его связанное состояние. Попытки сопротивления хоть и были неуклюжими, но мешали движению.

— Подсоби-ка, — попросил друга Куллер.

Лернор тут же покинул кресло и с садистким удовольствием подхватил пленного за ноги, помогая выволочь его в темноту соседнего помещения. Там связанный, получил несколько заслуженных и поучительных затрещин от изрядно запыхавшегося и злого Куллера. Его этот связанный тип, взбесил пуще прежнего.

— Джули, включи нам свет и внешнюю дверь открой!

— Хорошо, только закройте за собой дверь, а то я не хочу замерзнуть, да и крики ваши слышать, — отозвалась девушка, включая тусклое внутреннее освещение салона.

Только сейчас Лернору довелось увидеть угнанную лабораторию во всей красе.

Мягкий свет ламп осветил весь интерьер салона. Вдоль стен тянулись ящики с неизвестным оборудованием. Под прозрачным полом также находились какие-то приспособления. То тут, то там встречались картинки фрагментов человеческих тел, в разных разрезах и ракурсах. Над бездыханным телом Кавказа, к которому по всему полу тянулась длинная кровавая полоса, словно механический монстр завис терминал компьютера.

В ногах у убитого валялись их потерянные в темноте и спешке автоматы.

Везде было сыро, а с потолка одиночными каплями сочилась вода.

Запасной люк, через который они попали на борт, вероятно, автоматически был закрыт лишь после того, как ливень стал заливать лабораторию.

Пока Джулиана направляла машину то влево то вправо, в противоположенные стороны то и дело перетекали небольшие лужицы. Превращаясь в розовые ручейки, они смывали уже подсыхающую на прозрачном полу кровь.

Дождавшись разблокировки внешней двери, Лернор тут же нажал на кнопку, приводя в действие механизм, блокирующий вход в кабину.

— Ну, что, сволочь? Сам все расскажешь или заставлять придется? — рявкнул Куллер, на прижатого к створкам внешних дверей Феникса.

Лернор встал рядом и, скрестив руки на груди, стал наблюдать. Он не любил пачкать руки в чужих соплях, поэтому ограничился лишь тем, что следил за нарастающим испугом в загнаном взгляде Феникса. Доверяя грязную работу товарищу, Лернор был уверен, что в этом ответственном деле его товарищь превзойдет все ожидания, косвенно мстя за злоключения под землей и отгрызенное крысой ухо.

— Да вы что, мужики? — понимая, что им займуться на полном серьезе, Феникс стал корчить дурака. — Я ничего не зна! Меня использовали, так же как и вас!

— Что же ты врешь, подлюга? Полетать захотел? — держа связанного пленника за края бронежилета, Куллер свободной рукой вдавил позеленевшую кнопку выхода. Внешняя дверь тут же с шипением разошлась за спиной Феникса.

Как только створки изчезли по обе стороны, в лабораторию ворвался мокрый и холодный, пронизывающий до костей ветер. Это заставило содрогнуться не только пойманного агента. Лернор даже сделал несколько шагов назад.

Огромные градины оледеневшими снежками незамедлительно стали залетать в салон лаборатории. Одни из них шлепались и мелкой крошкой рассыпались по полу, другие, не долетая, больно ударяли по спине Феникса. Реагируя на боль, он принялся дергаться и вырываться, но ощутив что любой шаг назад, может стать для него последним шагом в бездну, тут же с ужасом застыл и уставился за борт. Оттуда на него злобно и прожорливо жужжал искрящийся синий океан энергетического щита Москвы.

— Так значит, использовали?! — стараясь перекричать бушующую за спиной его жертвы стихию, Куллер еще сильнее наклонил свою Феникса над бездной. Теперь все зависило от того удержит ли он его в своих руках.

Заставляя, не только туловищем, но теперь и всей площадью лица ловить ледяные метеоры размером с кулак, Куллер всем своим видом давал понять Фениксу, что ему ничего не стоит в два счета расслабить пальцы и отправить пленника на встречу смерти.

— Может и Кавказа убить тебя тоже просили? Кто?! Голоса в голове?

Град тем временем не щадил допрашиваемого. Леденая смесь забивала рот и ноздри, не давая пленнику возможности сказать что-либо в свое оправдание.

Дорвавшись до представителя человечества, природа решила принять в проводимой экзекуции полноценное участие. С каждым новым попаданием градины, она оставляла на лице Феникса все более внушительный синяк.

За две минуты пленник был уже не в состоянии что-либо отвечать. Он лишь тихо хрипел, захлебываясь снегом и кровью. Одна из удачно попавших льдинок, разом выбила ему два передних зуба.

— Втаскивай его обратно! — прокричал сквозь завывание ветра Лернор. — Он наверно сознание уже потерял от такой то бомбардировки. Надо в чувство привести, а то еще совсем коньки откинет!

Куллер рывком втащил Феникса в салон и бросил его на пол. Пнув его ногой в бок, бывший пограничник стал растирать свои ушибленные градом руки.

Дверь в ледяной ад тут же была закрыта. Феникс лежал уткнувшись лицом в пол и не двигался.

Пленный почти не подавал признаков жизни, но дышал равномерно, хоть и тяжело.

— Переверни его, — брезгливо попросил Лернор, вынимая из бокового кармана флягу со спиртом. Эта неотъемлемая составляющая экипировки солдата корпорации, могла помочь ему привести жертву в чувства.

Поливая жидкостью синее лицо предательской сволочи, парень старался, как можно больше залить Фениксу в рот, но оттого, что фургон периодически трясло и бросало, полфляжки пришлось опрокинуть мимо цели, попадая недругу прямо в глаза. От чего пленный взвыл, как раненое животное. Заглушать истошные вопли несчастного, пришлось затыкая его рот коленом. Пачкать руки Лернор по-прежнему не желал.

— Будешь говорить, гад? — наклонившись, прошипел ему на ухо парнь. — Тебя Дракон послал?

Феникс извивался словно пойманная змея и, не щадя себя, в кровь бился головой обо все выступающие углы.

Его каска покинула обреченную голову еще во время знакомства со стихией. Подхваченная ветром, она словно зеленый лепесток пронеслась над куполом еще несколько километров, прежде чем сгореть в яркой вспышке столкновения с экраном. Вероятно такая же участь ожидала бы Феникса, будь у Куллера настроение похуже.

Вдруг пленный зарыдал. От этого Лернору вдруг показалось, что допрашиваемый вот-вот начнет отвечать на поставленные вопросы, но спустя секунду понял, что Феникс просто тянул время и всячески пытался прекратить издевательства над ним.

— Слушай, Кул, может поискать на борту, так называемую «сыворотку правды»? Штука действенная. На себе, блин, довелось испытать…

— Думаешь, здесь будет?

— Не думаю, но стоит найти хотя бы какой-нибудь наркотик, чтобы развязать этому паразиту язык. У меня рука не поднимаеся бить это посиневшее чудовище.

Синяки и фингалы, покрывшие лицо и шею Феникса, распухли и обширными опухолями расползлись по почти неузнаваемому лицу лже-новобранца.

Кое-как прислонив своего пленника к стенке, друзья принялись рыскать по многочисленным шкафчикам и ящикам, переодически наталкиваясь на невиданные доселе приборы.

После двадцати минут безрезультатных поисков, параллельно найдя неимоверное количество интересных приспособлений и литературы, из наркотиков они так и не нашли ничего путного. Единственные найденные бесполезные склянки с морфием, пришлось отложить до лучших времен. Облегчасть страдания Феникса никто пока не желал.

Устало, присев напротив объекта неудавшегося допроса, друзья задумчиво переглянулись. Феникс перестал ныть и озлобленно сверлил их единственным здоровым еще видящим глазом.

— Знаешь, мне кажется, мы так и не узнаем, что так ясно хочет унести с собой в могилу этот гад, — устало произнес Лернор и отхлебнул из фляги. Проглотив спирт, он закашлялся.

— Все просто, — тихо ответил Куллер, — он знает, что мы с ним ничего делать не будем, пока он не расколется. Иными словами, чем дольше он молчит, тем живее будет, хотя… — Куллер озабоченно вздохнул, — …отдохну, и он у меня точно калекой останется.

— Куллер, можешь больше рассказать о своем прошлом? — Лернора вдруг снова охватило чувство беспокойства. С некоторого времени, оно, как и любопытство охватывало его в самые неожиданные, выпадающие из общего контекста моменты.

«Доверять или не доверять — вот в чем вопрос» — думал он, понимая, что если во всем еще и Куллер замешан, то он без труда ухайдакает Феникса так, чтобы тот вообще ничего не сказал.

— Почему Феникс сказал, что ты работал на них?

— Ума не приложу, — развел руками Куллер. — Я работал только на военных. Совершено не понимаю, причем тут корпорация и эти непонятные «они»

— А корпорация как раз тут прием и имеет очень большие интересы. Могу заверить, что военные к моему делу не меньше приложились, чем «Наши», — серьезно заметил Лернор.

— К какому делу? — Куллер находился в недоумении.

— Это я тебе, возможно, потом расскажу. И вообще-то, я тебя первый спросил о твоем прошлом. Так что рассказывай свою историю. — Лернор встал и подошел к телу Кавказа.

— Да рассказывать особо нечего. Родом из глубинки Уральских земель. Никаких высших учебных заведений не кончал, да и не собирался. После школы с помощью знакомых отца поступил на службу в Московские пограничные войска…

— Ах, да. Еще хотел спросить, — перебил его Лернор, поднимая автомат. — Почему у тебя для русского имя такое странное?

— Как назвали, так назвали. Еще ни у кого подобного вопроса не возникало. В том числе и у меня. Ты наверно слышал о том, что очень сильно распространилась мода давать детям не известные имена, а определенные сочетания звуков, на которые ребенок больше всего положительно реагирует.

— Слышал, слышал, — задумчиво отозвался Лернор. — Меня и самого по такому принципу назвали. Я лет до пяти безымянным ходил, пока родители не заставили самому сесть и придумать себе имя. Свобода выбора, и все такое… А до этого кликали просто «малыш». Я в том возрасте еще не особо соображал и, сомневаюсь, что придумал стоящее. Хотя, о чем это мы? Ты о себе продолжай рассказывать…

— Успокойся. Нормальное у тебя имя. А с рассказа ты сам меня сбил, — упрекнул товарища Куллер, замечая, как тот продолжает разглядывать мертвеца. — Кавказ. Мне кажется, это его кличка была…

— Продолжай, продолжай… — кивнул головой Лернор.

— Значит так. Был я погранцом. Ничего работка — спокойная. Правда, волей не волей много секретов узнаешь. Кто -куда и зачем улетел, прилетел, о купол сгорел…были и такие истории. — Куллер на минуту задумался. — Поэтому часто приходилось на доверительные беседы в отдел военной разведки ходить. Мозги промывали…Блин!

— Что? — насторожился Лернор.

— Я, кажется, вспомнил!

— Что вспомнил?

— Да. Где я эту тварюгу видел! — Куллер зло тыкнул в молчаливого Феникса. — Точно! Он там был.

— Что ты хочешь сказать? — забеспокоился Лернор, с любопытством рассматривая Феникса в профиль.

— Из органов он, Лерн. Ей богу! — озвучил свою догадку Куллер.

— Из военной разведки, что ли? — непонимающе затряс головой его товарищ.

— Может и от туда. Надо у него самого выпытать. Но однозначно не из корпорации он.

— Хм, чем дальше в лес, тем толще партизаны… — Лернор отправился в кабину к Джулиане. — Раз так, то говорить, точно не будет. Возможно, моя подружка что-нибудь дельное подскажет, что с такими партизанами делать, если, конечно, она с ним не за одно…

Как только парень занес руку, чтобы открыть дверь, та неожиданно отъехала в сторону и на пороге во всей красе показалась девушка.

— Привет…а я как раз к тебе иду.

— Я знаю, Лерн, — похлопала его по щеке Джулиана. — Я не удержалась и подслушала всю вашу возню. Боже! Что за варварские методы?

— Каким, в юношестве улицы обучали, то и умеем, — как бы оправдываясь, развел руками Куллер, наблюдая, как их пилот, брезгливо осматривает Феникса, держа того за подбородок.

— Мы что, уже покинули пределы мегаполиса? — Лернор увидел сообщение о включенном автопилоте, краем глаза замечая, как синева купола под ними действительно исчезла без следа, сменившись черной пеленой облаков. Из-под них обрывистыми фрагментами выскакивали пейзажи заснеженных полей.

— Да. Сейчас на автопилоте до места укромного доберемся, и отдохнем. Устала как собака, — сообщила Джулиана, отрываясь от осмотра пленного и вытирая руки.

— Раз уж вы все слышали, то понимаете, что мы своими методами так ничего и не добились. И перед тем как отправится на заслуженный отдых, может, тогда подскажете, как, не варварскими методами, заставить говорить человека, который знает, что от него не избавятся до тех пор, пока он обладает информацией. — Куллер закрутил свои вопрос так, что даже Лернор не сразу понял смысл сказанного.

— Есть один способ как научить эту рыбу говорить, — через минуту молчания продолжила девушка, переходя к осмотру тела Кавказа. — Вы чего от трупа не избавились?

— Похоронить бы его, по-человечески…- попытался оправдаться Куллер.

— Ну, как хотите. Земля будет мерзлая, лопаты у меня нет, — махнула рукой Джулиана. — Так, вот способ открыть рот вашему другу прост, и скрыт в возможностях угнанной мной лаборатории.

Девушка быстро достала из шкафчика пульт и пролетела пальцами по клавишам. Буквально из ниоткуда перед ней материализовался стол, на который она тут же села и соблазнительно закинула ногу на ногу.

Восхищенный Лернор сразу так растерялся, что не заметил, как девушка, прогнувшись словно кошка, ловко выхватила из его рук фляжку со спиртом и глазом не моргнув, сделала несколько больших глотков.

— Так вот уважаемые, рада представить вам один из последних прототипов лаборатории по клонированию, — начала слегка захмелевшая Джулиана, демонстративно обводя рукой вокруг. — Все это оборудование предназначено для клонирования потерянных в бою человеческих органов, а также человека в целом. С ее помощью вы сможете бесконечно измываться над вашим пленным, лишая и отращивая ему те или иные органы с минимальным вредом для его здоровья. Вы сами-то видели, во что вы ему лицо превратили?

— Мы же не виноваты, что он в молчанку решил поиграть… — тихо попытался возразить Лернор, но его никто не услышал.

Удивленный Куллер, вежливо молчал, не обращая на товарища никакого внимания. Он с открытым ртом желал услышать секреты методов современной инквизиции, поэтому настороженно слушал Джулиану.

— Эти лаборатории в сопровождении военных специалистов, следуют за армиями «Нашей» корпорации, и буквально на поле боя за считанные минуты восстанавливают ценных солдат, вновь отправляя их в бой… Другие корпорации таких привилегий не имеют.

— А как же душа? Разве в Москве научились клонировать и ее? — перебил девушку Лернор, вспоминая сводку новостей в Вильнариллине и их последующий спор на тему души и ее существования.

— Лерн, боже мой, ты слушать и не перебивать умеешь? В лаборатории можно воссоздать лишь телесную оболочку. Никто не говорит, что она будет жить автономно. Насколько мне известно, попытки создать живую копию человека не увенчались успехом, но исследования до сих пор идут полным ходом. Одним словом… сам потом покопаешься в архивах…

— Что? — Парень вновь испугался последней фразы, которая в очередной раз намекала на обладание базой данных.

— Ничего… Так вот эта машина построена с далекой перспективой на будущее, когда у мегаполиса появится возможность отказаться от услуг корпораций и создав свои армии клонов, самим посылать полулюдей на рудники… А пока ее используют как медицинский центр по оказанию первой и последней помощи, тяжело раненым в бою профессиональным головорезам. С одним условием. Каждый потерпевший должен оставаться в сознании и быть попросту живым. На «пушечное мясо» вроде вас, никто времени никогда не тратил и, на сколько мне известно, не собирался.

— Однако… — почесал подбородок Лернор, немного оскорбленный репликой раздраженной подруги.

Он слышал о клонировании и операциях в этой сфере, но не даже не думал, что наука смогла шагнуть так далеко, чтобы за несколько минут клонировать все, что необходимо человеку для полноценной жизни.

— И для чего, военные так рискуют, скитаясь с корпорацией? — спросил Куллер.

— Для того, чтобы иметь возможность дальше в своих экспериментах продолжать попытки клонировать человека. Ведь им представляется огромное поле для экспериментов. Да и добровольцев на поле боя хоть отбавляй. Жить хотят все, правда, не все заслуживают… — Джулиана задумалась о чем-то своем, явно что-то умолчав.

— Значит, мы сможем резать беднягу Феникса, как только нашей душеньке будет угодно, а затем тут же отращивать ему руки и ноги той или иной формы? — спросил Лернор, меняясь в лице по мере осознания мерзости сказанной фразы. — Мда, на что только им не решаешься, чтобы заставить пленного заговорить. Кул, возлагаю на тебя эту миссию.

— А почему сразу я?

— Именно так, — щелкнула пальцами Джулиана, предотвращая спор. — А если у вас поджилки трясутся, я сама этим займусь.

Она посмотрела на будущий объект экспериментов. Феникс, осознавая суть разговора, тут же задергался, в отчаянной попытке освободиться.

— Ффы не пошмеете!

— Еще как, милый. Посмею, — успокаивающим тоном произнесла Джулиана, гладя его по голове — Ты может и не много знаешь, но послужишь нам предметом для экспериментов в стремлении получше освоить последние достижения науки.

— Нее. В этом зверстве я наотрез отказываюсь принимать участие, — тихо возразил Лернор. — Мне наш разговор напоминает пролог перед фильмом ужасов.

— А ты отвернись, — подбодрил его Куллер. — Куда положить подопытного?

— Да сюда и пристраивай, — хлопнула по столу Джулиана и спрыгнула с насиженного места. — Лерн, душка, криков не будет. Литр крови, килограмм мяса — разве это насилие? Расслабься.

— Садисты. Да еще и прирожденные.

— Да ладно тебе, — сморщила носик Джулиана, игриво оскорбляясь на последнюю реплику. — Невыносимая боль наполнит эту комнату, так как обезболивающие вводить, я ему не собираюсь.

Окончательно вживаясь в роль безжалостного палача, девушка облизнулась и коварно посмотрела на Феникса.

— Неть! — прошипел Феникс, стараясь вырываться из цепких рук Куллера, но его сопротивление было естественно бесполезно.

Куллер, не без усилий, запихнул обессилившего подопытного на стол, в то время как Джулиана словно доктор Франкинштейн, продолжила колдовать над тем же пультом.

Быстрые ленты сдерживающих пластиковых полос, с шипением появились из-под стола и в секунду блокировали все движения Феникса. Куллер от неожиданности тут же отпрыгнул в сторону, ударяясь пораненным ухом об угол.

— Мать, мать…мать, — кровь брызнула с новой силой, но пострадавший тут же раздобыл бинт и прижал к больному месту.

Брошенный Феникс тут же истерически засмеялся, но в следующее мгновение ему уже было не до шуток.

— Больной, на что жалуетесь? С чего начнем-с? — улыбнулась девушка.

— На голову! — выкрикнул Куллер, словно мстя за свое ушибленное ухо.

Посиневшее и распухшее лицо пленного перекосило от жуткой боли. В мгновение ока выскочивший из-под потолка металлический шарик, на долю секунды повиснув в воздухе, широким лучом лазера в миг аккуратно отрезал ему ногу ниже колена. Никакой крови, только маленькая полоска на штанах чуть выше ботинка. Отрезанная часть ноги тут же качнулась и упала со стола, представляя вниманию Лернора бескровный срез.

— Ааааааааа! — закричал подопечный во все горло.

Парень даже подскочил на месте от ужаса. По телу диким стадом пронеслись мурашки.

— Кило мяса, блин…

— Упс! Извините. Звук забыла отключить, — с садистским удовольствием сообщила Джулиана, и нажала еще пару кнопок.

Тонкий стержень, словно серебряная нитка, выскочив из шара, вонзаясь Фениксу в кадык. Крик подопытного тут же прекратился. От него остался лишь открытый рот пленного, его полные слез глаза и звон в ушах Лернора. Он не хотел смотреть на мучения этого человека дольше, чем он уже это делал, но проклятое любопытство в нем победило вновь.

Тем временем Куллер, наконец, справившись с кровоточащим ухом, лишь довольно улыбался и спросил.

— А почему не голову?

— Да пошел ты! — не выдержал Лернор.

— Ну, а теперь продемонстрирую вам восстановительную процедуру, — играя, словно на музыкальном инструменте, на мгновение отрывалась от клавиатуры, сообщила девушка.

Шар покрыл всю ногу красной сеткой. Сетка превратилась в объемную модель ноги. Затем внутри нее сформировалась голографическая модель будущей конечности. Это было копыто.

— Весело… — протянул Куллер. — А лягушачьи лапки ему не подойдут?

— Не знаю, — улыбнулась девушка, словно лежащий перед ней человек, человеком совершенно не являлся, — по размерам не подойдет. Он ее своим весом потом раздавит. Хотя…

— Кончайте издеваться, — встрял Лернор. — Вы из него еще слона сделайте.

— Все что угодно, зая. Естественно, за ваши деньги, — шутливо откликнулась девушка и продолжила. — Хотя в базу данных кроме его ДНК и введено неимоверное множество вариантов будущей конечности, я, думаю, для начала вернем ему его собственную.

— Я, думаю, это будет самое лучшее, — утвердительно кивнул Лернор.

— Давай зайца из него сделаем! Шоколадного! — весело перекрикнул товарища Куллер, явно войдя во вкус.

Голограмма будущей ноги приняла человеческий вид и с одновременным гудением шара стала приобретать жесткие формы.

Сначала образовались кости, затем сосуды, тут же наполняемые кровью, после чего кожа, словно чешуя, стала нарастать маленькими дольками. Весь процесс, судя по безмолвным гримасам Феникса приносил ужасающую боль и страдания, но четко удерживал его в сознании. Не прошло и пяти минут, как операция была закончена.

Электрический заряд, синей молнией выскочивший из таинственного серебряного шара, заставил пальцы нарощенной ноги зашевелиться.

Воссоздано было все. Вплоть до последней волосинки. Розовая кожа, словно у младенца, выглядела немного светлее, нежнее и моложе всего оригинала. Даже характерных мозолей и стоптанной кожи на пятке как будто и не существовало ранее. Да и откуда им тут быть, если они не заложены в ДНК подопытного.

— Нифига себе, — осторожно подходя к ноге, почесывал затылок Куллер. — А с моим ухом такое проделать можно?

— Конечно, можно, — весело сообщила девушка, искренне радуясь удачному завершению эксперимента. — Даже нужно! Будет как новое. Но, господа, под впечатлением вы забыли о своей главной цели, а то ваш «друг» уже успел заскучать.

— Может сначала он, все-таки захочет нам что-нибудь рассказать, и вам не придется его больше резать. — Лернор наклонился к Фениксу, настороженно изучая выражение его глаза. — Ну что, понравилось? Они ведь полны решимости продолжать. Что скажешь?

Пленный попытался мотнуть головой, но из-за стягивающего лоб ремня, у него ничего не вышло. Лернор, уловив это движение, поднял руку.

— Джули, верни парню голос. Он, вероятно, что-то хочет сказать.

Девушка согласно кивнула.

— Уоды! Шволочи! — что из мочи тут же закричал Феникс, забрызгивая Лернора слюной.

— Так. Так. Кажется, наш друг еще не готов говорить…Джулиана…

— Стойте! Я ффсе скашу! Токо не нато ресать!

— Вот. Уже другое дело, — довольный эффективными результатами столь высокотехнологических методов убеждения, Лернор медленно присел на край стола. — Кто тебя внедрил? И правда ли то, что ты работаешь на военную разведку Москвы?

— Плафда. Фнедлили меня пошле того как «Наша» колполация не шмогла галантиловать тфою бешопасность и тослочную пеледачу сведений, котолые ты им обещал. Я толшен был штать твоим длугом и ушнать хде ласполошена оштальная инфолмация, — еле понятно прошепелявил Феникс. — Длугом штать не полушилось, поэтому плишлось олганизофыфать побек и соплофошдать на место…

— Значит, власти Московского мегаполиса решили взять ведение игры в свои руки?

— Пошти…, — агент попытался кивнуть, но у него вновь ничего не вышло.

— Что ты знаешь об «относительном бессмертии»?

— Ловно штолько ше, школько и ты…

— Врешь! — стал злиться Лернор, забывая о своей ненависти к насилию.

— Лерн, не суетись, — обратилась к своему другу Джулиана. — Он действительно может ничего не знать, либо ты не умеешь вопросы задавать. Про «относительное бессмертие» слышали многие, тем более по массмедиа много рекламы для потенциальных колонистов крутят. Ты украл технологию, но рядовой агент ее знать никак не может. Подожди, пока доберемся до места…

— А чего ты за него вступаешься? Все подожди, да подожди! Значит, прекрасно знаешь, что я украл?! — злобно отреагировал Лернор, получая от Джулианы косвенное подтверждение словам Дракона. — У самой рыльце в пушку? Да!?

— В пушку, но не настолько, насколько тебе рассказал Дракон!

— Оба-на! А откуда ты знаешь, что рассказал Дракон? Не из корпорации ли ты сама? — завелся Лернор, совершено забывая о допросе.

— Стойте! — закричал на всех Куллер. — Оставьте свои разборки на потом.

— А ты то чего? — огрызнулся на него Лернор. — Ты мне так и не рассказал, как же ты очутился в новобранцах корпорации!

— Ты меня и не спросил! — бросил в ответ Куллер.

— Тихо! — приказным тоном рявкнула на всех девушка. — Или прекращаем эту охоту на ведьм, или я высаживаю вас прямо здесь!

Лернор задумался, — «Здесь — это где? Холодно, голодно, черт знает в какой стороне. Не катит! Здесь у него вообще не будет шансов на благоприятный исход истории. Сейчас хоть какой-то есть. Как жаль, что я еще столь далек от того, чтобы быть хозяином положения и диктовать свои условия»

— Ладно, — парень взял себя в руки. — Извините. Погорячился. Спать хочу и все такое…

— Ты не один тут такой, — с обидой в голосе буркнул Куллер.

— Поэтому давайте быть терпимее друг к другу, — предложила Джулиана. — Если вы не возражаете, допрос продолжу я.

Возникла пауза, но никто так и не решился возразить. Иногда любому человеку стоит просто отбросить кипящие в нем эмоции и отрешенно помолчать.

«Молчание — золото. Промолчишь, сойдешь за умного. Какая же все-таки необъятная мудрость хранится в этих древних пословицах», — думал Лернор, считая про себя до ста, — «Можно было конечно добавить: промолчишь, живее будешь, и за борт не выкинут. Но новая пословица никак не вписывалась в ситуацию лежавшего перед ним Феникса.

— Окэй, — продолжила допрос Джулиана. — Известно ли что-нибудь корпорации или разведке об утечке информации из Центра?

— Нет. — Феникс удивленно округлил глаз. — Ласфе такое мошет быть?

Лернор, досчитав до семидесяти семи, бросил косой подозрительный взгляд на Джулиану, но промолчал. Стиснув зубы, он продолжил считать.

— Какую роль играет «Наша» корпорация, как привилегированный партнер мегаполиса?

— Лофным щетом никакой.

— Ой, завираете, агент Феникс, — прищурила глаз Джулиана и подняла в руки пульт.

— Латно! Латно! Пять лет насат…

— Достал он меня со своим «французским» — наконец, досчитал до ста Лернор.

— Не стоило ему зубы выбивать, — повернулась к нему Джулиана.

— Извини, тебя не спросили, — передразнил ее Лернор. — Можешь ему новые нарисовать?

— Да без проблем!

— Ненааатооо! Ааааа! — через секунду во рту Феникса красовались новые передние зубы, даже не запачканные кровью.

Осторожно цокая языком, Феникс, насколько позволяло его связанное состояние, с долей благодарности посмотрел на своих мучителей.

— Нус…Так лучше? — поинтересовалась девушка, словно стоматолог заглядывая «больному» в рот.

— Так вот, пять лет назад, — продолжил допрашиваемый, оставляя вопрос без ответа, — «Нашей» корпорации на одном из исчерпавших себя нефтяных месторождений, довелось столкнуться с неизвестным веществом, принятым ими за нефть. После нескольких некачественных поставок мегаполису, у нас возникли претензии к компании, из-за некачественного продукта…

— Дальше что?

— Обнаруженное вещество обладало качествами нефти, но таковой не являлась. То есть и применить город ее нигде не смог. Тут же разразился скандал среди высшего руководства. «Наша» корпорация в тот момент была очень близка к тому, чтобы ее лишили всех лицензий и полностью выдворили за пределы мегаполиса.

— С аферистами у нас очень строго. Но в итоге дело замяли, двойной безвозмездной поставкой качественного топлива. Полученное вещество ученые-энтузиасты от безделья взяли себе на анализ и, квалифицировав, как побочный продукт полученный при добыче, стали производить разного рода эксперименты, пока…

Феникс замолчал.

— Продолжай. Тут тебе не конкурс на лучшую историю и лучшего рассказчика. И не пытайся разбудить во мне зверушку…, — требовательно толкнул его в плечо Лернор.

— Воды, пожалуйста, — попросил пленный и как только Джулиана, влила ему два стакана жидкости, облизнул губы и продолжал.

— …Пока после нескольких закрытых экспериментов весь исследовательский центр не встал на уши. Тут же подключились военные и изолировали всех ученых, а информации присвоили гриф высшей секретности. Даже я не знаю, что они там такое нашли, но это что-то вынудило искать новый подход к «Нашей» корпорации, которая, так сказать, непосредственно сидела на вентиле и каким-то образом пронюхала, о том, что нарыли ученые мегаполиса. Думаю, без шальных денег здесь не обошлось. У нас в Москве ведь все покупается и продается. Сами знаете…

— Почти знаем…. — Лернор вспомнил про неудавшуюся взятку пугливому пограничнику.

— В итоге компания располагала технологией и тайными местами добычи необходимого мегаполису вещества. У разведки же было все остальные — передовые достижения современной науки и эксперты. С их помощью Москва производила то, что, собственно, и остается самой большой тайной по сей день…

— И жили они долго и счастливо и умерли в один день…, — съязвил Куллер.

— Вот, в принципе и все объяснение привилегированности «Нашей» корпорации. Город и компания просто связаны одной веревочкой. А про то, что производит мегаполис в своих секретных лабораториях, даже не спрашивайте. Все равно не знаю. Лишь из слухов слышал, что точно не вкусовые добавки…

— Ладно, молодец. Верю, — довольно скрестила руки на груди девушка, встав у допрашиваемого в ногах. — А теперь другой вопрос. Зачем корпорации понадобилась техническая информация по «относительному бессмертию»?

— Так как я не был посвящен в детали операции, у меня есть две личные версии, но не могу ручаться за их правдоподобность.

— ОК, валяй, — встрял Лернор, когда речь вдруг зашла о теме знакомой и актуальной для него самого.

— По первой версии, не корпорация, а город в лице военных заинтересован в похищении западных технологий, но так как наши агенты давно не в состоянии пробиться на территорию потенциального противника, не говоря уж о самом внедрении, то, вероятно, было решено использовать официальные западные представительства, филиалы и агентуру «Нашей» корпорации.

— По второй версии, на мой взгляд, более правдоподобной. Корпорация получила просьбу от военной разведки, но, руководствуясь уже собственными амбициями, решила завладеть технологией самостоятельно. И с ее помощью выйти в лидеры рынка, способная диктовать условия и вашим и нашим.

— Скорее всего, второй вариант, — коротко прокомментировал Лернор, вспоминая высокопарную речь Дракона и его заносчивый нрав.

— Я бы допустила еще и третий, — улыбнулась Джулиана уже знакомой загадочной улыбкой.

— Какой? — тут же удивился озадаченный парень.

— Да, мне тоже интересно какой? — осведомился Куллер, до этого так увлеченный рассказом, что очнулся только сейчас.

— Позже, все позже! — замахала руками девушка. — Мне пора заняться посадкой. К тому же я никогда не доверяла вражеским стенам, у которых в самый не подходящий момент вырастали уши.

Лернор огляделся в поисках возможных ушей, но аргумент воспринял молча и перечить, не стал. Слишком неуклюже у него это получалось последнее время.

Он задал последний вопрос.

— Хорошо. Раз уж ты такой супер-бупер агент, чего же ты себя выдал прямо под куполом?

— Я увидел ее. — Феникс показал глазами на девушку.

— Мои чары тебя сразили? — засмеялась она.

— Нет. — серьезно ответил пленный. — Я просто знаю, что подобные вам люди на Земле редки, соответственно…

— И кто же она? — перебивая, взволновался Лернор.

— Стоп! Стоп! Стоп! — засуетилась Джулиана. — Никаких больше ответов. Каждый узнал, что хотел и хватит!

— Я еще не все узнал! Вернее. Скорее всего, не все уточнил!

— Не порти раньше времени мой рассказ, который я тебе подготовила! — девушка посмотрела Лернору прямо в глаза. — Зая, просто подожди еще чуть-чуть…

Вместо того, чтобы пойти на принцип и узнать все и сразу, он почему-то послушался и молча проследовал за своей подругой в кабину.

«Подругой или хозяйкой? Вот в чем вопрос…»

Присев на уже освоенное кресло и не найдя в темноте ночи за окном кроме мрачных стволов хвойных припорошенных снегом елей внизу, ничего примечательного, он измучено закрыл глаза.

Было самое время поспать. Усталые глаза болели, мышцы ныли, но треклятая внутренняя напряженность так и не давала полностью расслабиться.

То, что сказал им Феникс, его впечатлило. Но либо ему действительно уже все надоело, либо он устал до такой степени, что все вдруг стало казаться крайне безразличным.

«Возможно, так оно и есть на самом деле?»

Лернор более решил не доставать свою подругу расспросами, и, сняв каску, для начала решил просто основательно выспаться.

Сон. Какая связь между ним и реальностью?

А ведь парню уже давно не снились сны. Вероятно, с тех самых пор, как он попал на изнуряющие тренировки сержанта Харма. Хотя, может быть, Лернор просто не смог их запомнить и возможно, поэтому пропустил самое интересное.

«Жаль. Порой они предсказывали будущие события. Правда, порядком искажая их до неузнаваемости…»

— Бу! — выдернула его из дрема, Джулиана. — Понаблюдать за посадкой не желаете? Поспать попозже успеете и не в одиночестве.

— А с кем? — затряс головой Лернор, протирая глаза.

Девушка посмотрела на него с укором и отвернулась к приборам.

— Я что-то не так сказал? — спросил парень, постепенно понимая скрытый на поверхности смысл фразы.

Бронированный фургон завис над темным лесом. Ночь без звезд и лишь освещаемый прожекторами снег на деревьях.

— И куда ты тут вздумала садиться? Не в гнездо ли на одной из елок?

— А я что похожа на курицу?

— Никогда не думал, что курицы вьют гнезда. Но ты еще та дичь. От тебя все что угодно можно ожидать, — не без иронии ответил Лернор, действительно ожидая от своей подруги еще не мало сюрпризов, в том числе и неприятных.

Вдруг группа деревьев под ними интенсивно закачалась, стряхивая с себя снег. Как будто сама земля под ними зашевелилась в маленьком землетрясении.

Мокрый снег лениво сползал с веток огромными кусками и устремлялся в чащу небольшой ледяной лавиной. Ели прекратили дрожать и словно в танце пошли на встречу друг дружке, расходясь из-под аирокара.

Как только замерзшие елочки вновь замерли на месте, дружно выстроившись в несколько рядов по периметру, Джулиана стала сажать машину прямо в лес.

— Это что за чудеса? — удивился Лернор, когда их окружила плотная стена деревьев. — Неужто даже леший к тебе благосклонен?

— Это не чудеса, а одна из незатопленных Российских ракетных шахт, предназначенных для запуска межконтинентальных ракет с ядерными боеголовками. В период смуты, ее должны были затопить, но не успели. Когда вся окружающая территория оказалась не пригодной для жизни из-за погодных условий, а государство перестало существовать, про нее вообще все забыли.

— Не все, раз мы в нее спускаемся, — возразил Лернор, осматривая внутреннюю обивку серых железобетонных стен.

— Кардинальной реконструкции она подверглась, когда западные спецслужбы стали искать для своих агентов плацдарм неподалеку от Москвы. Тогда тут все переделали под надежно замаскированное убежище, неприступное не для кого с дурными намерениями.

— Я давно подозревал, что ты имеешь отношение к тайной полиции Вильриллина, — наконец озвучил свои давние догадки Лернор. — Но как же тогда…

— Не сам ты, милый, додумался, а «мусье» Дракон навязал тебе ход своих мыслей, — быстро перебила его девушка, словно не желая слышать дополнительных подозрений и обвинений в свой адрес. — И не беспокойся. Мы здесь будем совершенно одни. Это я тебе обещаю. А подробнее расскажу за крайне запоздалым ужином.

Лернор даже не знал, что сказать, поэтому продолжал молча следить за спуском в недра земли.

Джулиана, в очередной раз искусно, заткнула ему рот. Хотел бы и он научится этому мастерству. Совсем расстроившись, парень бессильно махнул рукой и покинул насиженное место.

В лаборатории его тут же встретил Куллер, отрываясь от изучения отражения своего уха в стеклянной дверце шкафчика.

Феникс по-прежнему лежал на своем месте и встретил входящего парня испуганным взором. Лернор, молча прошел мимо них и оперся о внешнюю дверь, всем видом давая понять, что не на какие разговоры он не настроен.

Наконец, последний толчок и угасающее жужжание двигателя, оповестили о том, что спуск окончен и они вновь на твердой земле. Как подтверждение догадки через минуту в помещении лаборатории появилась Джулиана, что-то настраивая на браслете на руке. Хотя, как показалось Лернору, он так же играли роль дистанционного пульта неизвестного назначения.

— Добро пожаловать в мою скромную обитель! — торжественно произнесла девушка и вдавила зеленую кнопку возле двери.

Двери раскрылись, приглашая путников выйти.

Все еще недоверчиво ожидая засаду, Лернор тут же огляделся в поисках еще невидимых врагов, но таковых, при первом осмотре ему обнаружить не удалось.

С автоматом на перевес, он таки решился ступить на бетонное покрытие дна круглой ракетной шахты. Над головой, с тихим скрипом оперативно закрывался стальной щит, блокировавший темный ствол выхода.

— Идите за мной, — сказала Джулиана и быстрым шагом направилась в сторону единственного темного коридора, в котором тут же загорелся свет. — У меня тут почти все автоматизировано, так что ничему не удивляйтесь.

— У тебя? — переспросил Лернор.

— Да, у меня. — подтвердила девушка.

— А как же западные спецслужбы?

— Я их кинула, — усмехнулась Джулиана. — А с твоей помощью полностью вычеркну объект из базы данных.

— Ах, вот я для чего нужен! Опять используешь!

— И не только для этого, дорогой, — девушка остановилась и, развернувшись, не дожидаясь, пока измотанный событиями дня Лернор доковыляет до нее, подошла к парню и взяла его под руку. — Советую поторопиться, еда уже стынет, и вода в бассейне уже сменилась.

— Интересно, откуда в бывшей ракетной шахте бассейн? — удивился ее друг, рассматривая ничем непримечательные стены коридора.

— Лерн, какая разница? — догнал их Куллер, волоча на себе все оружие, опрометчиво оставленное его спутниками в фургоне. — Давай сначала отдыхать и потом задавать вопросы. Кстати, наш друг в машине не натворит что-нибудь со скуки?

— Нет, — успокоила его девушка, жестом приглашая войти в просторное помещение за углом. — Еще никому не удалось сбежать с этого операционного стола. А бассейн сделали, когда при реконструкции наткнулись на подземную реку с теплым течением, так что вас ждет такая роскошь, которую в наше трудное время не многие могут себе позволить.

Помещение, наполненное легким и не раздражающим желтым светом, струившимся из углов комнаты, представляло собой лазурную мечту любого уставшего путника.

Длинный стол, накрытый серебряной скатертью, тянулся от самого входа до расположенного посреди небольшого бассейна с бурлящей голубой водой.

Подводная подсветка бассейна и горящий камин, сложенный из огромных аккуратно обработанных гранитных валунов, придавали месту какую-то магическую таинственность с долей романтики. Здесь действительно было приятно отдохнуть.

— А где обещанное покушать? — спросил Куллер, растеряно осматривая пустой стол.

— Один момент, — девушка отпустила Лернора и занялась своим браслетом, ногтями вдавливая маленькие кнопочки.

В ту же минуту из-под потолка на всей протяженности стола спустились уже знакомые Лернору мини-бары, заполненные кухонными принадлежностями, дымящимися тарелками и бросающими разноцветные яркие блики бутылками. Нос уловил приятный запах жаркого, а спящий желудок проснулся и наполнил о себе резкой болью.

— Прошу к столу, господа, — пригласила Джулиана, быстрым шагом проходя в дальний угол комнаты. — Располагайтесь, а я пока пойду, приведу себя в порядок и позабочусь о том, чтобы нас не беспокоили в ближайшие десять часов.

С этими словами девушка исчезла за дверью невидимой друзьям до этого момента.

— Нда-с, на широкую ногу в наше время живут шпионы. — Лернор прошел к столу и положил на него свой автомат, затем снял с себя бронежилет и все мешающие свободно дышать ремни.

— А кто тебе самому мешал таким же стать? — спросил Куллер, сбрасывая свою ношу на ближайший кожаный диван.

— Не нравится мне работать и не иметь возможности похвастаться результатами своих служебных достижений, — взяв тарелку с супом, Лернор присел на край дивана по другую сторону стола. — Более того, единственная ошибка — и за тебя никто не вступится. Ты исчезнешь, словно тебя и не существовало. А в этой жизни мне хочется оставить след. Чтобы меня хоть кто-то помнил не только как человека, но и мои поступки, достижения…

— Кажется, то, что мы устроили в Москве, надолго внесет тебя в историю, как впрочем, и меня, — засмеялся Куллер, начиная свою трапезу с бутылки коньяка.

— Слушай, Кул, ты ведь так и не рассказал о том, какими судьбами тебя занесло в ряды корпорации. Тебе что не сиделось спокойно на своем теплом месте в пограничной службе? — спросил Лернор, чередуя слова с причмокиванием поглощаемого блюда.

— Да я не по собственной воле, — начал рассказ Куллер, залпом осушив пол бутылки. — Дело было так. Одним прекрасным днем я принимал очередной транспорт. Только вот, он оказался не очень обычным. Это был личный шатл первого помощника мэра Москвы с ним на борту. Ходили слухи, что именно он возглавит городскую администрацию в ближайшие годы. Очень большое влияние он имел в кругах властьимущих, и поэтому не стеснялся критиковать существующий режим.

— Как же тогда действующий хозяин города решился поставить такую птицу на пост своего заместителя? Слишком недальновидно для главы, окружать себя чрезмерно амбициозными людьми, — удивился Лернор, в поисках чего-нибудь вкусненького вновь подходя к бару с уже пустой тарелкой.

— Вероятно, он еще не был таким, когда мэр пригрел его в своей команде. Он у нас толковый мужик. Сам себе подножки ставить не будет, — пояснил Куллер, беря с подноса хорошо прожаренную курятину. — Говорили, что таким заместителя сделали, доверенные ему проекты. Он напрямую контролировал все сделки с добывающими корпорациями. А ты слышал, о чем рассказал нам Феникс. Может тот неожиданный поворот судьбы и сделал заместителя большой шишкой. Интересно, он там с голодухи не помрет?

— Кто? Феникс или заместитель? Ничего с ним не станет. Человек без еды месяц может прожить, — улыбнулся Лернор, наполняя себе бокал.

— Хорошо, допустим, эта шишка из администрации перебежала кому-то дорогу, но ты то тут причем?

— А теперь вернемся ко мне, — печально улыбнулся Куллер, смотря на друга опьяневшими глазами. — Мне было приказано передать транспорту заведомо неверные координаты.

— И?

— Что и? — горько засмеялся рассказчик. — Грохнулся он о купол и сгорел как мотылек.

— А как же пилоты? Они что не видели, куда их ведут?

— Погодные условия тогда не допускали видимость дальше двух метров. Сам видел, что творится. Вот такая история, — добил бутылку Куллер и вытер руки о бронежилет.

— А ты то причем? Ведь просто выполнял приказ? Отвечать должен был вышестоящий офицер, — так и не услышав самого интересного, спросил Лернор, жуя салат из свежих овощей.

— При том. Все списали на мою личную ошибку, разжаловали и отдали под трибунал, — устраиваясь на диване с ногами, коротко ответил Куллер. — Хотя, в самый последний момент пришел тот самый вышестоящий офицер и предоставил возможность сбежать из-под стражи и вручил адресок корпорации. Так что не только служба в разведке неблагодарная. Любая служба на кого-либо не гарантирует того, что в один момент тебя не используют и не выкинут на помойку, как отработавший свое механизм.

— Ммм… — задумчиво промычал Лернор. — Это еще не так обидно, когда тебя подставили. Обиднее всего, когда ты своими же собственными руками себя подставляешь, буквально вручая управление своей судьбой в чужие руки…

— Болтаем, мальчики? — возле стола, неожиданно, словно из-под земли появилась Джулиана. Одной рукой она придерживала обернутое вокруг фигуры длинное белое полотенце. — Лерн идем, купаться. Массаж мне сделаешь.

— Против купания я ничего не имею, а вот с массажем напряг. Во-первых, я его делать не умею, а во-вторых, устал я не меньше тебя и уже засыпаю.

— Так значит, тебя уже не интересует моя история на сон грядущий?

— Вот оно — яркое выражение женского коварства, — обращаясь к Куллеру за поддержкой, показал на нее пальцем Лернор, но со стороны товарища он услышал лишь громкий и затяжной храп.

— Мдас, — грустно взглянул он на Джулиану. — Почему всем свойственно бросать меня без поддержки в самый тяжелый момент?

— Может потому, зая, что судьба специально проверяет тебя, чтобы доверить в твои руки ответственность не только за свою собственную жизнь, но и за жизни других, — девушка ласково взяла его за руку, помогая встать пьяному другу с дивана. — Идем скорее…

По пути Джулиана ловкими движениями помогла освободиться Лернору от верхней одежды, отмечая его путь до бассейна ее фрагментами. Наконец, подведя полуголого парня к ступенькам, ведущим прямо в бурлящую воду, она стянула все, что осталось на нем.

Мятный запах, исходящий от воды, облегчал дыхание и будоражил воображение. Ее тихое и спокойное журчание поразительно успокаивающе влияло на организм и ускоряло постепенный спад нервного напряжения в измученном теле.

Поддаваясь влиянию приятной обстановки, первый раз за много дней, Лернор почувствовал себя в безопасности. Он уже не опасался предательского удара в спину, либо просто находился под губительным влиянием алкоголя и женского очарования.

— Джули, я не могу понять, — замер на месте Лернор. — То ты напоминаешь мне откровенного садиста, то становишься воплощением ласки и заботы. Что на тебя находит? Или это игра такая шпионская? Сначала запугаем, а потом вместе с лаской будем втираться в доверие?

— Милый, давай оставим этот секрет при мне. За один вечер ты меня все равно не поймешь и не узнаешь.

— Хорошо, но спать с теми, кто потом покушается на мою жизнь, у меня охота прошла еще с прошлого раза, — недоверчиво посмотрел на воду Лернор. — Я уже хочу, но пока не могу тебе верить.

— То, что ты уже хочешь, я прекрасно вижу, — опустив глаза ниже его пояса, засмеялась Джулиана, и скинув с себя полотенце, принялась медленно спускаться в пенящуюся воду.

— Это провокация, — усмехнулся парень, следя за манящей и соблазнительно виляющей попкой подруги. — Но после всего, что между нами случилось, я на провокации, пусть даже во вред себе, поддаваться не собираюсь.

— Как хочешь. Раз хочешь верить себе и тому, что тебе навязали больше, чем мне, то выбор за тобой, — хихикнула девушка. — Но каким бы он не был, это не спасет тебя от обещанного мне массажа.

— Я ничего не обещал!

— Ха-ха, ты просто не помнишь, — плеснула на него водой девушка. — Быстро прыгай ко мне, а то усыплю и отращу тебе оленьи рожки.

— А как же доверие…? — стал осторожно спускаться в бассейн Лернор.

— Что касается доверия, то, думаю, оно не вернется к тебе даже после моего рассказа. Потерять доверие легко, а вот вернуть обратно это тяжкий труд.

— Знаем, знаем…

— Был бы ты немного глупее, Лерн, ты бы сразу поверил в мой рассказ и взял каждое слово на веру, огнем и мечем, вырезая всех тех, кто меня обидел. Но так как у тебя в голове слишком много тараканов и собственного опыта лжи и лицемерия, думаю, тебе даже моя клятва на крови не поможет. Так что это твое личное бремя, милый. Чем умнее и хитрее человек, тем менее он доверчив. Поэтому ничего гарантировать не буду…

— Хорошо. — Лернор догреб до расположенного позади подруги подводного кресла из мрамора и вскарабкался на него. — Я готов рискнуть и попробовать, а то мое любопытство не даст мне спать спокойно.

— А массаж?

— Блин, плыви сюда. Я уже устроился. Мое второе я уже смирилось с мыслью, что без этого мы сегодня не обойдемся. Ты хотя бы намекни о главной мысли предстоящей истории. Чтобы я не халтурил, — улыбнулся Лернор, подманивая подругу пальцем.

Джулиана грациозно, словно львица подплыла к нему, и провокационно повернувшись спиной, спросила.

— Лерн, помнишь, о чем говорил Феникс?

— Он много говорил, всего не запомнишь, — борясь с бушующими гормонами, постепенно терял над собой контроль Лернор

— О возможных вариантах, на тему, зачем кому-то понадобилась техническая информация по проекту «относительное бессмертие», и я упомянула о третьем.

— Помню, помню…, — насторожился парень, осторожно положив руки на ее женственные и нежные плечи, мысленно прощаясь с самим собой

— Так вот, о нем речь и пойдет. Но это еще не все, зая. Я готова тебе предложить еще и четвертый, гораздо более привлекательный и реальный вариант развития событий.

— Даже так?! — удивленный Лернор попытался заглянуть подруге в лицо, но получил лишь обильную порцию брызг.

Если обнаженная девушка в его руках сейчас казалась ему большой вольной кошкой, то он в полную силу ощутил себя полупридушенной мышкой. Она игралась с ним как хотела с самого начала их знакомства.

— Именно так, плюшевый мой. И ты в нем уже сыграл, а если начнешь мне доверять, то еще и сыграешь главную роль, — торжественно завершила Джулиана, заслуживая последней фразой полную отдачу от начинающего и неопытного массажиста.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ЦЕНА ДОВЕРИЯ

Укутавшись в махровое одеяло и, поддавшись приятному чувству «того, что после», парень и девушка растянулись на разложенном диване и нежно поглаживали друг друга.

Маленькие шалости, которые они позволяли себе в инерции после бурной страсти, ничуть не мешали ленивому ведению серьезной беседы. Тема по-прежнему была одна и казалась даже банальной, но извечный и болезненный вопрос «кто виноват, и что делать?» не давал Лернору покоя.

— Не ослышался ли я, милая? …С твоих слов по третьему варианту развития событий, все изначально было запланировано службой безопасности Вильриллина? Или я опять чего-то не догоняю?

— Ты не совсем правильно меня понял, Лерн, — девушка положила ему руку на грудь и принялась игриво царапаться острыми коготками. — Служба безопасности, действительно пасла тебя с самого появления в мегаполисе. Хотя, в принципе, не только тебя, но и каждого нового мигранта, активно интегрирующегося в общество…

Парень нежно укусил ее за нос.

— В чем же тогда фишка?

Джулиана отреагировала и в отместку тут же слегка хлопнула Лернора ладонью по уху.

— Подозревая, что ты работаешь на чью-либо «закупольную» разведку, еще в университете к тебе приставили меня. В тот момент, в моей разработке ты был у меня не единственный. Параллельно мне приходилось вести наблюдение еще за пятью новичками, делавшими первые шаги в жизни мегаполиса…

— Так ты уже тогда на эСБэшников работала? — не мог скрыть своего удивления Лернор. — Скажи еще, что и меня «клеила» ты тоже по приказу.

— Почему сразу и «по приказу? Это была моя собственная инициатива, — девушка вздохнула. — Зая, ты и не представляешь, сколько уже я работаю на них… А легкий флирт — это же не тяжелая работа в постели…

— И сколько же? — косо посмотрел на свою сверстницу парень. — С самого рождения что ли?

По выражению лица Джулианы было видно, что вопрос для нее был не очень приятен.

— Тебе это так важно? Или больше продолжение моего рассказа интересует?

— Хорошо, — пошел на встречу своей подруге Лернор. Он решил оставить неприятный вопрос без дальнейшего внимания еще некоторое время. — Рассказывай, зачем Вильриллину понадобилась у самих себя красть информацию по «относительному бессмертию»?

Девушка прижалась к нему бедром, и немного поерзав, наконец, устроилась.

— Западные спецслужбы располагали информацией о том, что русские стремятся завладеть этой технологией, для продвижения своих космических проектов, так как они пока единственные, кто не послал не единого корабля с колонистами.

— Мы русские, всегда долго запрягаем, зато ездим потом быстро…, — вставил реплику Лернор.

Побывав в Москве, он уже считал себя никем иным как полноценным русским.

Джулиана, как будто не обратила внимания на замечание и продолжала почти не прерываясь:

— Также существовали разведданные, что Москва располагает неким веществом, с помощью которого можно совершить реинкарнацию.

— Переселение души? — от удивления Лернор с трудом привстал, но подруга тут же повалила его назад. Ведь он посмел нарушить ее покой и разрушил «удобное место» среди теплых покрывал.

— Да Лерн, ты прав, — еще тяжелее вздохнула девушка. — Не хочу возвращаться к нашему спору о религии и обо всем, что с ней связано, но душа на самом деле существует, и русские доказали это на практике.

Сонливость и усталость на какое-то мгновение покинули Лернора. Рассказ Джулианы преподносил неожиданно новые сюрпризы.

— Откуда ты все это знаешь? Я никогда и не сомневался в существовании души! Ведь именно из-за нее клонирование человека не удается никому. А что касается религии и церкви, так я…

— Лерн. — Джулиана прикрыла ему пальцем рот. — Может не стоит? Если ты не религиозный человек, то я напротив — крещеная православная и еще раз повторюсь. Я не хочу слышать ничего оскорбительного в адрес моих традиций.

— Православная? — взял ее за руку Лернор. — Так твои родители русские?

— Милый, давай обо мне потом, — девушка опустила глаза. — Хватит скакать с одной темы на другую. Либо ты слушаешь меня, до конца не перебивая, и не отвлекая на мелочи, либо я…

Джулиана на секунду затихла, словно не зная как закончить фразу.

— …обижусь…и пойду спать.

— Извини, — стараясь хоть как то загладить свою вину, парень стал укутывать ее и заново устраивать на диване, — …Просто я хотел сказать, что я тоже православный… Продолжай.

— Так вот…, — после минуты неловкого молчания рассказ Джулианы, все-таки продолжился. — Известный факт, что клонирование «не удается никому», с момента, когда ты сам ознакомишься со всеми материалами, будет опровергнут. Ибо русские уже успели добиться в этой области определенных успехов, правда и не таких значитльных, на которые все надеялись…

Лернор попытался что-то сказать, но, вспомнив свое обещание, безмолвно закрыл рот.

Встретив укоризненный взгляд прекрасных серо-голубых глаз, он понял, что поступил правильно.

— Располагая столь интересными разведданными, спецслужбы объединенного союза Европейских мегаполисов, доверили Вильриллину миссию по завлечению любопытных агентов Московской разведки в ловушку. Тех, кто всерьез охотился за «относительным бессмертием».

— Служба безопасности, так же известная как тайная полиция мегаполиса должна была заманить в скрупулезно подготавливаемую ловушку всех любопытных разведчиков разом. Это должна была быть своеобразная охота за головами для последующего создания из плененных целой сети двойных агентов. Естественно не без применения нанотехнологий и генной инженерии, лежащей в основе принципа «относительного бессмертия». Охотились, мол за технологией? Так, на, получите. Ощутите все прелести на самих себе. Жестоко, но ничего не поделаешь. Вся шпионская жизнь у нас такая…

Джулиана на какой-то момент замолчала и с увлечением стала рассматривать ухо у предмета своей страсти. Занимаясь этим увлекательным делом, она с отрешением стала нежно грызть мочку зубами и постепенно оттягивать ее на себя:

— …Кто же не захочет…иметь собственную команду…ммм…«засланных казачков» в стане врага? И все это с целью совершения…ммм…операции по добыче восточных секретов в области клонирования человека… Тфу, Лерн, ты, когда последний раз уши мыл?

— Кто? — переспросил Лернор, не раскрывая глаз.

— Ну не я же, — хихикнула Джулиана.

— Насколько мне известно, их вообще вредно мыть, — парировал взбудораженный парень, быстро обвивая обе руки вокруг талии девушки.

— Фии, тогда мне, наверняка, опасно их целовать, — стала вырываться Джулиана, прячась от его ответных поцелуев в покрывале.

Укутавшись с головой, она приглушенным голосом продолжила оттуда:

— Приманкой для русской и прочей агентуры, как ты понимаешь, стали сознательно распускаемые слухи о том, что в Вильриллийском мегаполисе есть талантливые программисты, которым ничего не стоит взломать сеть города и спереть всю информацию по проекту «относительное бессмертие», являющееся совместной разработкой всей Западной Европы.

Девушка резко выскочила из укрытия и неожиданно быстро со звонким и ликующим хохотом, игриво взъерошила волосы Лернора.

— …Иии! Иии-мен-но с того самого момента, несчастным и главным подопытным оказался ты, мой зайка с не мытыми ушами. Хотя…

Девушка запыхалась и упала в объятья своего не очень активного друга.

Лернор обнял ее за плечо и спрятал под мышкой. Желания продолжать дальнейшие постельные игры и развлечения не возникало. У него, несмотря на весь жгучий интерес к этой детективной истории, не оставалось никаких сил на какое-то еще адекватное восприятие. Последняя озорная выходка Джулианы полностью истощила запасы его жизненной энергии.

Он теперь даже не слышал раздающегося в противоположной стороне комнаты храпа Куллера.

Девушка тоже закрыла глаза. Но, даже засыпая, все еще продолжала бубнить, растягивая слова.

— Точнее будет сказать…, что филиал твоей компании…, уже давно разрабатывался как плацдарм…для проведения ключевой операции…. — Джулина широко зевнула. — А ведь, ты действительно… прославил себя великими делами в сфере информационных технологий. Иначе бы не привлек изначальное внимание… спецслужб и Центра.

Лернор уснул. Он больше не слышал никого, погружаясь в мир призраков и теней. Ему казалось, что девушка продолжает рассказ, хотя подсознательно чувствовал, что и она уже спит крепким сном.

Парню, наконец-то, снился сон.

На этот раз он стоял на вершине высокой горы.

Ее заснеженный пик был укрыт вековыми многометровыми пластами сухого снега. Обжигающе холодный ветер, проносясь над белой пустыней, поднимал к небу огромные белые столбы и угонял их куда-то вдаль.

Порывы ветра развивали полы тонкого брезентового плаща, безжалостно царапали его незащищенную кожу, заставляя слезиться неприкрытые защитной маской глаза.

Ощутив тяжесть в руках, Лернор попытался поднять свои ладони к лицу, но они не подчинились. Что-то мешало, не позволяя парню пошевелить замершими пальцами.

Он осмотрелся, и с ужасом заметил на запястьях свитые из старых оптических кабелей кандалы.

А ведь сети из этого материала до сих пор обволакивают мир всемирной информационной паутиной. Никому доподлинно не известно, сколько километров кабелей тянется под землей и под водой, обвивая в авоську многострадальный земной шарик.

Эти толстые змеи обвивали его руки и уходили своими концами в разные стороны, исчезая где-то вдали по белому от снега горному склону.

По правую сторону, где-то вдалеке сквозь облака, Лернор увидел мираж мегаполиса, напоминавшего Вильриллин, по левую руку парню предстал златоглавый пейзаж Москвы. Эти два города как будто держали его прикованным на этой одинокой вершине неизвестного горного хребта. Он был полностью в их власти, являясь лишь ключевым звеном в передающей сети, соединяя восток и запад.

«Нет! Я вам не посредник!» — Лернор безмолвно закричал в безжалостную синеву неба, — «Я не слуга!»

Собрав в себе силы, парень ощутил способность разорвать кандалы.

Борясь с сопротивлением и режущей болью, он сантиметр за сантиметром сближал сжатые в кулаки руки друг с другом.

Окрестности содрогнулись.

Снег треснул, образуя длинные впадины. По обе стороны грозно зашумели сходящие лавины.

Ободренный, достигнутым результатом и взбудораженной ледяной стихией, Лернор рванул кулаки к груди с удвоенной силой.

Лед проломился, крошась в местах проложенных кабельных магистралей, взлетая к небу маленькими хрусталиками холодной белой крошки.

«О, да!» — вскричал довольный герой, разрывая обвивающие его путы и сжимая концы этих «цепей» в своих окровавленных руках, — «Теперь не я, а вы в моей власти!»

Его смех, разносясь по долине, превращался в рев. Он возрастал и затихал, повторяясь эхом, множество раз, пока не превратился в громкий храп…

…Храп Куллера.

Лернор, завернутый в простыню, проснулся от неприятного холода. Теплой Джулианы рядом не оказалось, соответственно исчезло и махровое покрывало. Больше некому было греть его остывшие после горячего бассейна бока.

Сев и осмотревшись, он не нашел ничего хоть отдаленно напоминающего часы, поэтому оставил попытки определить время суток.

Свет по-прежнему горел так же ярко, а камин полыхал как ни в чем небывало.

Окрепший организм бодро рапортовал о том, что в сон его больше не клонит. Хотелось только есть.

Встав с дивана, Лернор завернулся в простыню и подошел к столу. Сморщив нос, он миновал безнадежно остывшие горячие блюда, целиком концентрируя свое внимание на салатнице.

Одеваться было еще слишком лениво, Куллера будить как-то нецелесообразно, поэтому парень решил посвятить себя еде и поискам Джулианы.

Взяв в руки полную тарелку, он отправился в дальний угол комнаты, где в прошлый раз исчезла девушка. Здесь он обнаружил узкий темный проход, освещенный в конце желтым светом.

— Джулии, ты там? — поинтересовался Лернор, громко шлепая босиком по коридору.

— Да, да, — откликнулась девушка. — Заходи.

— Доброе утро, если оно утро, — поприветствовал ее парень, очутившись в ярко освещенной небольшой комнате. Она была буквально до потолка заставленна оборудованием неизвестного значения.

Десять плазменных экранов под потолком передавали изображение, фиксируемое камерами наблюдения, по всей территории подземного укрытия.

— Утро то оно — утро, — утвердительно кивнула головой девушка, одной рукой что-то набирая на проецируемой на стол клавиатуре. Второй рукой она придерживала, постоянно спадающее с обнаженных плеч покрывало. — Только вот не совсем доброе.

— А что стряслось? — Лернор наклонился к ней и, поцеловав в щеку, уставился на бегущие по проекции строки.

— Ничего особенного, просто мы проспали слишком долго. Остался лишь час, до того, как компьютер убежища передаст записанную за сутки информацию с камер слежения в Центр, а я никак не могу блокировать эту операцию.

— И о чем ты раньше думала? Ты же уверила нас, что это целиком твое укромное место.

— Мое то оно мое, только вот не совсем, — стала оправдываться девушка. — Меня здесь никто не трогает, да и не задавалась я раньше целью блокировать посылаемые автоматом отчеты. Думала, придет время, легко справлюсь с отключением. Ан нет. Инженеры тут хитрее систему установили, чтобы агенты не злоупотребляли положением.

— Что теперь делать? — заволновался Лернор, поражаясь беспечности своей расчетливой подруги. Есть сразу расхотелось.

— Блин, придется сухари сушить. Так как, как только записи попадут в Вильриллин, сюда пришлют миниатюрную армию, и даже не смотря на все мои ухищрения, проделанные с системой безопасности, вскроют нас как консервную банку.

Лернор оторопел, не веря своим ушам.

— Так сваливать тогда отсюда надо, пока не поздно.

— Не все так просто. — Джулиана повернулась к нему лицом полным грусти. — Милый, я ведь тебе еще не все рассказала. Есть некоторые обстоятельства, из-за которых нам спокойно жить не дадут.

— Ну, так рассказывай скорее! — затоптался на месте Лернор. Сердце опять неприятно наполнилось тревогой.

Жизнь как на вулкане продолжалась, даже тогда, когда, наконец, показалось, что все уже позади.

— Времени нет, — опустила глаза девушка.

— Тогда, дорогая не темни и говори что делать?! — парень начинал выходить из себя. — Никогда не поверю, чтобы у тебя не было запасного плана!

— Только если ты вычеркнешь из базы данных службы безопасности этот объект, информация никуда не пойдет, — холодно выпалила Джулиана, словно стреляя из пистолета.

Она долгое время готовилась сказать именно эти слова.

— И как я это, по-твоему, сделаю? — развел руки в удивлении Лернор. — Махну этой простыней, три раза подскачу, два раза прихлопну, пробормочу заклинание и дело в шляпе? Ты в своем уме?

На миниатюрное театральное представление, девушка не обратила ровным счетом никакого внимания. Словно следуя определенно намеченному плану, она произнесла следующую фразу, известного лишь ей одной монолога.

— Воспользуйся украденной базой данных. Ключевые фразы для поиска я тебе скажу.

— Ты хочешь, чтобы я вышел на свой сервер прямо отсюда?! — Лернор действительного был в шоке.

— Да, — четко озвучила девушка свое желание. В ее глазах был виден лишь холодный расчет.

— Подставить меня хочешь?! — негодовал парень. — Ведь тогда будет засечен и мой сервер!

— Будет, если ты не успеешь справиться до того, как автомат начнет ретранслировать в эфир запись.

— Ты намеренно загнала меня в угол! — ткнул в девушку пальцем Лернор.

Джулиана продолжала сохранять ледяное спокойствие:

— Ничего подобного. Я сама не знала, что так произойдет

— Может, хватит, наконец, врать? — Лернор в буквальном смысле не знал, куда себя в этот момент деть. Ему хотелось исчезнуть, испарится, улететь, проснуться, лишь бы не ощущать себя снова загнанным в углу. — Ты была заинтересована, чтобы я вычеркнул объект из базы данных, но решила не рисковать, вежливо прося меня об этом.

С развивающейся простыней, парень нервно стал ходить взад вперед, словно такое поведение помогало ему мыслить.

— Ты намеренно все спланировала, чтобы у меня не осталось выбора! Вот к чему весь этот радушный прием. Млин, когда же ты сама научишься доверять людям? Пока ты им сама не веришь, никто не поверит тебе! Возвращаю тебе твои же собственные слова! Эх, женщина! Не успела загладить один шрам в моей душе, как нанесла другой. И не говори, что все не так! Не поверю!

— Все так, Лерн, — неожиданно призналась девушка, вновь поправляя на плече покрывало. — Если бы ты вчера не заснул, возможно, все бы было иначе.

— Да, да! Молодец! Кто же еще виноват кроме меня! — злость Лернора перегорела, осталась лишь обида и горечь. — Благодаря тебе я вновь загнан в угол!

— Лучше уж в этот, чем в тот из которого я тебя вытащила, — попыталась улыбнуться Джулиана, но улыбка получилась крайне неуместной.

— Подвинься! У меня не так много времени, — неожиданно сменил тактику поведения парень, словно понимая смысл сказанной его подругой фразы.

Девушка тихо встала, освобождая кресло. Дождавшись пока ее все еще злой друг устроится и привыкнет к раскладке, она нежно обняла его сзади, нарочно прижимаясь к спине обнаженной грудью.

— Спасибо…и извини…

— …В карман не положишь и в чае не размешаешь. Оно даже не булькает! — ворчливо заметил Лернор, но женское тело производило на него нужный эффект. — Но если ты, хозяюшка, подставишь меня и сдашь любой из известных мне спецслужб, я не знаю, что с тобой сделаю…грр.

Джулиана нашла своим долгом просто промолчать, не изменяя своего положения за его спиной.

Она отслеживала каждое действие своего друга, периодически сверяясь с часами. А время утекало, словно вода растворялась в песке жизни.

Девушка не сомневалась в том, что они успеют, но процент риска был так же высок, поэтому на вопросы Лернора она отвечала четко и кратко. Шутки в созданной ею рискованной ситуации были не только не уместны, но и губительны для самолюбия партнера.

Подключившись к своему серверу и открыв, наконец, электронную папку, куда были сгружены все секреты службы безопасности, Лернор загорелся не скрываемым желанием тут же начать с ознакомления с «относительным бессмертием», но Джулиана укусила его за ухо.

— У нас нет времени на «ерунду». Все и так останется на своем месте. Потом изучим. Ищи список кодов доступа в базу данных агентурных объектов.

Парень нехотя подчинился. У него довольно болезненным способом снова отобрали конфетку, но на этот раз он понимал, что правильно сделали. Когда же он сможет ознакомиться с содержимым в более спокойной обстановке?

— Так. Есть контакт. То, что нужно или, по крайней мере, я так думаю, — довольно подтвердила девушка, изучая выводимые на проекцию цифры. — Коды есть, полезли в саму сеть мегаполиса. Только подключение необходимо сделать анонимным, а то поймут, откуда совершался вход и в любом случае накликаем сюда гостей.

— Как же я тебе анонимность обеспечу? — удивился Лернор.

— Думай. Ты же у нас взломщик известный. У нас осталось двадцать минут, — предупредила девушка.

Парень был готов растеряться, так как никогда не пробовал входить в сети мегаполиса извне. Да и потребности такой никогда не возникало. Все всегда скачивалось в обратном порядке из мегаполиса за его пределы.

Идея возникла внезапно. Как же порой везет человеку, когда оригинальные идеи посещают его голову в нужное время и в нужном месте.

— Джули, сгоняй за моей гимнастеркой. Только Куллера не разбуди. Не хватало того, чтобы он тебя голой видел.

— Ревнуешь, что ли? Пять минут назад порвать был готов, а теперь ревность…ох уж эти мужики!

— Быстрее, ибо наш шанс анонимного подключения может сорваться так же легко, как и появился, — занервничал Лернор, но через две минуты необходимая вещь уже была в его руках.

Отвернув воротник, парень рассмотрел, уже не раз, переписанный им номер телефона автомата на заправочной станции. Не таскать же ему с собой ту экстравагантную, но неудобную визитную карточку, врученную бродягой.

Любовь к халяве, заставляла его хранить этот телефонный номер, даже не представляя, что когда-нибудь он может пригодиться.

— Что это за телефон? — удивилась Джулиана, наблюдая, как ее друг быстро набирал цифры на видеофоне.

— Одного неожиданного знакомого, встреченного мной на пути бегства из Вильриллина, — ответил Лернор, вслушиваясь в длинные гудки. Они следовали один за другим, с каждым новым звуком лишая его последней надежды.

— Але! — на экране неожиданно появилась заросшее, прыщавое и немытое лицо бомжа мегаполиса. Он что-то недовольно жевал, периодически демонстративно облизывая пальцы.

— Помнишь меня? — задал вопрос Лернор.

— С чего это мне тебя необходимо помнить? Знаешь сколько поганых рож по типу твоей мне каждый день приходится видеть? — грубо ответил бродяга. — Говори, чего надо, а то ты мешаешь мне трапезничать.

«На себя бы посмотрел», — подумалось парню, но в слух он произнес. — Необходимо анонимное бескредитное подключение к информационной сети мегаполиса.

— Ишь чего захотел! А, господин хороший, заплатить вперед не желает?

Лернор об этом даже не подумал, поэтому тут же растерялся.

Если бы он и располагал деньгами, то при всем желании не смог бы рассчитаться за услуги «оператора». Возникшее неловкое молчание, опасно затягивалось.

— А ты, что думал я тебя бесплатно обслуживать буду?! — начал сердится бомж. — Пусть та нагая девица у тебя за спиной тебя и обслуживает, соответствующим образом! А я пошел есть…

Бродяга собрался прервать связь, но Лернор нашел в себе силы говорить.

— Послушай, друг. У меня к тебе есть деловое предложение.

— Видали мы ваши деловые предложения. Монету гони!

— Что бы ты отдал за коды доступа в корневую систему каталогов службы безопасности мегаполиса? — задал неожиданный вопрос Лернор. — Для твоих друзей взломщиков, это лакомый кусочек.

Мужик прищурил левый глаз и осторожно промолчал, делая вид, что предложение его не сильно интересует.

— Я предлагаю тебе основные коды доступа в систему, взамен на постоянное соединение меня в любое время. Надеюсь, тебе не составит труда запомнить мое лицо.

Бродяга, ковырялся грязным пальцем в зубах и молчал, по-видимому, взвешивая все за и против.

— Хорошо. Только цифры вперед. Мне надо проверить товар.

— Ты уверен в том, что делаешь? — шепотом спросила Джулиана, как только их абонент исчез с экрана, проверяя предоставленный код. — Ведь это может быть один из агентов. А тогда нам в лучшем случае светит небо в клеточку до конца дней, в худшем же сам знаешь что…

— У меня нет иного пути, гарантирующего анонимность, — шепнул в ответ Лернор.

— Хорошо, граждане! — раздалось в динамике, и на экране показался бородач. — Связь по триста девятому протоколу, столько сколько нужно. Рад повторному знакомству. Теперь рожу твою постараюсь не забыть, раз уж договорились…бывай!

Экран потух. Лернор проверил указанный электронный курс. После некоторой заминки связь была налажена. Они вошли в сеть.

Славная эта штука — память. Возникало ощущение ее полной самостоятельности и автономной жизни в человеческом теле. Ведь она действительно ведет себя довольно непредсказуемо и капризно, а наедеяться на нее это самое элементарное неуважение к самому себе.

Иногда из-за забывчивости своих обладателей, эта шалунья безжалостно губит людей. Но в этот момент воспоминания к Лернору пришли как нельзя кстати и главное вовремя. Не вспомни он о своем случайном знакомстве, печальные последствия не заставили бы себя долго ждать. А выброси он железку с номером еще на заправке, не придав ей особого значения, то вообще можно было на могилке крест ставить.

Почему-то лишь только в такие моменты начинаешь понимать, что ничего в жизни не происходит случайно, и все изначально спланировано кем-то за тебя.

— Добро пожаловать! — воскликнул Лернор, очутившись в закрытом для посторонних виртуальном пространстве.

— Сейчас вводи в поиск эти цифры. Дальше я скажу, что делать, — придерживаясь приказного тона, девушка указала на аккуратно выгравированные на ящике символы.

Парень болезненно отреагировал на приказ и затаил в душе обиду. Он понимал, что его в очередной раз поймали как золотую рыбку, способную исполнять почти любые желания. Лернора это жутко раздражало.

Ему казалось, что почти каждый встречный считал своим долгом его использовать. Благо возникшее раздражение сглаживалось удачной сделкой с бродячим «оператором», поэтому, ограничившись рассуждениями про себя, замечаний вслух парень делать не стал.

«Почему, порой, нельзя просто вежливо объяснить ситуацию и попросить?» — недоумевал он, вспоминая, как Джулиана вновь искусно закрутила вокруг его шеи петлю, вынуждая на необходимые ей действия.

«Может потому, что я сам не привык просить и чаще играю роль отказчика, чем дающего? В жизни ведь все взаимосвязано. Только что был яркий пример этому.»

«Эх, сколько веревочке не виться, все равно придется расплатиться… Не только за недобрые дела, но даже за негативные мысли, зародившиеся в голове. А если все обстоит именно так, то когда же он, наконец, со всеми рассчитается? Неужели так много плохого в жизни сделал?»

Разум, продолжал предупреждать его о той опасности, которую таила в себе кошачья натура Джулианы, но он решил не обращать на него внимания, полностью доверяясь своим ощущениям и интуиции.

Да. Его использовали, но возможно в последний раз. По крайней мере Лернор искренне на это надеялся.

На проецируемом изображении появился вращающиеся трехмерной моделью план их бункера.

— Интересная картинка, — задумчиво стал всматриваться в детали парень.

— Стирай ее быстрее! — потребовала девушка. — Потом в своей копии на сервере полюбуешься.

Лернор посмотрел на часы и молча стал подчищать данные со схожим номером в названии. Времени оставалось немного, поэтому в споры с Джулианой вступать было во вред только себе.

— Вроде все, — закончил он, последний раз наживая на клавишу «запуск».

— Погоди, — остановила его подруга, пытаясь пробиться к проекции клавиатуры. — Мне надо еще кое-что удалить.

— Так попроси, за тебя сделаю. Зачем толкаться то? Ты вообще просить по-человечески умеешь?

— Лернор, зая, ну пожалуйста… — словно ломая что-то внутри себя жалобно попросила девушка.

— Ладно, — добившись своего, парень встал с нагретого места и поправил спавшую с него простыню.

Прочно завязав ее вокруг пояса, словно набедренную повязку, он пристроился позади Джулианы.

— Можешь, через плечо не заглядывать?

— А что там такого секретного? У меня же все равно копия есть, — победоносно сложил руки на груди Лернор, вспоминая слова самой девушки.

— Черт… — скрипнула зубами Джулиана, но не прекращала действий.

На какое-то мгновение он увидел на проекции объемное изображение ее самой.

— Ага! Так ты и себя из базы вычеркиваешь!

— Лерн, я же попросила!

— Постой… — но девушка быстро удалила файл. — Погоди, блин!

Подруга быстро прервала связь и свернула проекцию, тут же разворачиваясь к нему лицом и смотря прямо в глаза, на сколько это было возможно снизу вверх.

— Я же все равно все узнаю, милая, — проговорил Лернор.

— Если только я тебе позволю, дорогой.

— Как это понимать? — растерялся парень.

— Просто местонахождение твоего сервера определено, коды доступа к нему сохранены в памяти этой машины, а все содержимое в данный момент перекачивается в мою базу, уничтожая твою, — девушка игриво подмигнула ему.

Лернор потерял дар речи. Он хотел тут же наброситься на Джулиану и придушить на месте, но лишь бессильно издал вопль раненого животного.

— Зая, расслабься. Я все равно одна во всем не разберусь — это раз. А два — эта была моя последняя подлость по отношению к тебе. И вообще я специально поступила так.

«Это крах! У меня больше ничего нет! Ничего, зачем бы стоило жить… Бесславный конец революционеру. Финиш!»

Парень еле сдерживал в себе нахлынувшие на него переживания, с каждым новым шагом бессильно отступая к стене.

— Только лишив человека всего, что он имеет, а затем, безвозмездно вернув украденное, можно вновь заручиться его доверием. Я поступила так потому, что опасалась твоего недоверия даже после окончания моего рассказа. Ты все равно бы не проникся моей открытостью. А с подозрительностью с твоей стороны я не могу строить никаких дальнейших отношений. Специально зародив в тебе зерно сомнения вчера, я сегодня воспользовалась обстоятельствами и взяла тебя за яйца, как бы это грубо не звучало. Думаю, ты больше поверишь мне, когда я все расскажу и спокойно отпущу, ту часть твоего достоинства, что сейчас в моих руках.

До впавшего в отчаяние Лернора, постепенно стал доходить смысл сказанного.

«Но почему именно я всегда выступаю в роли игрушки? Боже, как мне все это надоело!»

— Джули, мои чувства к тебе за последние часы несколько раз менялись от крайней теплоты и нежности, до непримиримой злобы и ненависти. Если бы я не умел прощать, и мое состояние позволяло бы мне располагать в моем положении такой роскошью, то я бы не простил такого унижения. Ведь у меня тоже есть гордость. Но стоит отдать тебе должное. Ты действительно умело манипулируешь людьми и ставишь ситуацию под себя, не оставляя не единого шанса мне даже с колен встать.

Лернор вздохнул и отвернулся. Некоторая доля обиды разрывала его сердце.

Даже любопытство узнать, что же на самом деле происходило, было безжалостно подавленно неприятным чувством полного бессилия.

— Мне не приято признавать, но я согласен с твоей философией. Я бы даже поддержал бы тебя, если бы ты ставила свои эксперименты на ком-нибудь другом. Когда ты научишься не решать все за других? Дать свободу для разворота и выбора? Почему ты такая жестокая, расчетливая и категоричная?

— Наверно потому, что все очень долго решали за меня, — ответила девушка и в плотную подошла к Лернору.

Она попыталась обнять его, но парень отстранился, задавая следующий болезненный для подруги вопрос. Он не только касался ее лично, он был ударом в то место, которое у мужчин часто называют «ниже пояса»

— Но раз уж ты действительно собираешься налаживать доверительные отношения, то скажи мне, милая, что значат цифры той даты рождения в твоем личном деле? — на этот раз Лернор смотрел ей прямо в глаза.

— Хех, увидел таки, — вздохнула Джулиана. — Что же они могут еще значить? Дату моего рождения.

— Так сколько же тебе лет на самом деле?

— Разве корректно задавать такой вопрос женщине? — все же попыталась ловко уйти от ответа девушка.

— В твоем случае не только корректно, но даже нужно. Будем считать это моей маленькой местью, — наступал на нее Лернор.

— Сорок. Доволен?! Смотри на меня, смотри! — взмахнув руками, девушка театрально, скинула с себя покрывало, оставаясь, в чем мать родила. Затем, гордо отвернувшись, отправилась к креслу.

Лернор от удивления открыл рот.

На самом же деле, он не заметил никаких цифр дня рождения. Это был лишь ее личный номер.

Она сама навела на мысль о возрасте, и второй его вопрос был чистой воды провокацией. Блефом, произведенным в самый удобный момент…

Не даром поведение Джулианы, ее умения, навыки и острый ум, давно наводили его на мысль, что она гораздо старше своих лет. И с помощью достижений пластической хирургии сохраняет вид двадцатилетней девочки.

Но чтобы разница в возрасте была настолько огромной, он даже не подозревал.

— Как такое может быть? — хлопая глазами, Лернор с удивлением смотрел на ее обнаженное тело. Оно было прежним, ничуть не изменившимся с их последнего бурного свидания в бассейне.

— Как? Как? — обиженно передразнила его она, нервно посматривая на экраны наблюдения, — «Относительное бессмертие» в действии. Остальное я расскажу позже! А теперь, юнец, оставь меня одну на некоторое время!

Парень в полной растерянности молча покинул контрольную комнату.

Не замечая похмельного и взъерошенного Куллера, с причмокиванием уплетающего давно остывший суп, Лернор прошел мимо друга.

Доковыляв до разложенного дивана, он тут же со скрипом рухнул на него, безрезультатно пытаясь разобраться в бардаке собственных мыслей и самое главное — чувств.

Ему в очередной раз казалось, что он спит наяву, но проснуться в этот раз, никак не получалось.

— С добрым утром, — пробулькал его товарищ, не отрываясь от тарелки.

— Оно уже давно не утро и совсем не доброе, — приветливо поднял над собой руку Лернор, пошевелив пальцами в ответ.

— Да…У меня тоже голова трещит, хотя спал как младенец.

— Пить меньше надо, — отрешенно произнес парень без доли укора.

— После того, что случилось, как же не напиться то? Ты думаешь, если у меня в бою нервы железные, то и в безопасной обстановке я такой же? — удивился Куллер.

— Ничего я так не думаю. Каждому необходимо расслабится. У тебя свой подход у меня свой.

— Вы пленного кормили? — в комнате появилась Джулиана.

Девушка уже успела облачиться в темно-зеленый комбинезон и собрать волосы в толстый хвост.

Было интересно, где она так таинственно и быстро успевала переодеваться.

За собой по полу Джулиана волокла покрывало и, дойдя до развалившегося на диване Лернора, бросила ему прямо в лицо.

— Сейчас схожу, — подсуетился Куллер, ощущая напряженность атмосферы в комнате. — Только сам доем.

— Ну что долго обижаться будешь? — тихо спросила подруга.

Убрав с физиономии, покрывало, парень посмотрел на девушку, словно ничего не произошло.

«А извинится за украденную жизнь не положено?» — подумал он, — «Хотя победители никогда не извиняются…»

— А я и не обижаюсь.

— Как тогда жить будем дальше? — Джулиана присела рядом, медленно стаскивая покрывало на себя.

— Разве у тебя есть какие-то предложения, выходящие за рамки изначально запланированных тобой событий?

— Лерн, не язви и не отвечай вопросом на вопрос.

— Да обычно будем жить. Как же еще? — парень встал и направился собирать свою одежду, все еще хаотично лежавшую на полу.

Встретившись взглядом с Куллером, он с усмешкой посмотрел на набор блюд, собранных его товарищем для пленного.

— Ты его напоить или накормить хочешь? — спросил Лерн.

— Ай, на месте разберусь, — отмахнулся Куллер и быстро скрылся в коридоре, стуча бутылками о тарелки.

Сбросив с себя несолидную простыню, парень быстро надел штаны, оставаясь по пояс голым. Верхняя часть его униформы была забыта на пункте управления этим подземным логовом.

Лернор действительно перестал обижаться на свою подругу. Теперь он просто ощущал какую-то неимоверную пустоту внутри. Лишившись всех своих козырей, он остался один на один с образовавшимся душевным вакуумом и сточенным под ноль самоуважением. Поэтому, спасительная крупица желания заполнить образованную пустоту как можно скорее, зарождавшегося из ощущения безысходности, разрасталась с каждой секундой, словно злокачественная опухоль.

Как и было четко запланировано Джулианой, единственное, что он мог сделать сейчас — это доверится ей. Отдать себя в руки новой хозяйке его судьбы.

— …И в подтверждение этой «обычности», я все еще хочу услышать тот рассказ, обещаниями рассказать который, ты меня кормишь уже неизвестно сколько времени.

— Раз так, то бери чего-нибудь закусить и пошли в мою комнату, — глазом не моргнув, тут же отреагировала девушка, совершенно не обращая внимания на язвительный тон в голосе парня. — Заодно, подбирешь свои разбросанные вещи и закончишь одеваться.

Она потянулась к мини-бару и, взяв небольшую бутылочку минеральной воды, удалилась по направлению к проходу в контрольную комнату.

Вспомнив, что большую тарелку с салатом он забыл там же, Лернор быстрым шагом последовал за ней.

Оказавшись среди приборов экранов и камер, парень тут же нашел пропажу и с довольным видом посмотрел на Джулиану.

Девушка скептически посмотрела на салат и, подняв с пола помятую гимнастерку, перекинула ее через плечо.

— Встань рядом со мной в этот квадрат на полу.

— А что это? — с опаской посмотрел на указанное место Лернор.

— Лифт. Что же еще?

Парень подчинился, и через секунду платформа несла их куда-то вниз.

Не успел парень сосчитать до трех, как платформа остановилась посреди спальни, тут же вспыхнувшей красными огнями подсветки по углам.

Широкая из огнеупорного пластика кровать, два шкафа вдоль стен и окно образовывали скромное убранство комнаты.

— Уютненько у тебя тут, — сделал комплимент парень, подходя к окну. — Откуда у тебя под землей столь прекрасный вид из окна?

— Это искусственное окно. Изображение — обычная голограмма, отображающее реальное место, поэтому и выглядит как настоящее. Картинка грузится через сеть по выбору владельца комнаты прямо с камер установленных в разных частях света. Бесплатная услуга, доступная не только разведчикам.

— Странно, не знал о такой.

— Ты вообще многого не знаешь, — как только девушка сошла с платформы, та с тихим шелестом быстро скрылась под потолком.

Пораженный увиденным, Лернор осторожно сел на край кровати и бросил свою тарелку рядом с собой.

Понять по голосу настроение своей спутницы он не брался, поэтому, пытаясь разрядить принужденность, царившую в атмосфере комнаты, задал еще один нейтральный вопрос.

— И много у тебя тут таких укромных комнаток?

— Никогда не считала. При полной комплектации станции личным составом эта комната закреплена за оператором систем, а я ее выбрала потому, что она самая близкая к пульту. — Джулиана подошла к окну и, наблюдая за проекцией быстро плывущих над заснеженным горным пиком облаков, открыла бутылку.

— На чем мы остановились? — вдруг спросила она, нарушив минутное молчание.

— Про немытые уши…

— Про что? Ах да! — вспомнила она. — Так вот, как успел поведать тебе Дракон, никто из наших планировщиков даже не подозревал о твоей прыти и скрытых криминальных талантах. Не то, что о талантах. Тебя вообще в расчет не брали, считая, что все операции проворачивает твой помощник Катр, который по своей молодости и глупости почти на каждом углу кричал какой он крутой хакер.

— Постой, погоди… А при чем тут Дракон? — замотал головой Лернор, перебивая неожиданный и быстрый поток информации. — Тебя же тогда не было рядом.

— Была, и даже расскажу в каком качестве, но все следует рассказывать по порядку, а то сама запутаюсь в деталях.

По тому, что ему просто не посоветовали заткнуться, стало ясно, что с момента последних сцен наверху, настроение девушки улучшилось.

— Вашему филиалу скармливали фирмы идеи и информацию, а Катр все исправно сплавлял в руки интересующихся агентов разных разведок. Другими словами со временем канал был налажен, и был дан зеленый свет на проведение основной операции. — Джулиана сделала несколько затяжных глотков и оторвалась от окна. — Ты чего не ешь?

— Да как-то не хочется, — ответил парень, наконец понимая откуда у него впервые возникло ощущение ведомого. — Не переживай с голоду не умру. Чувство самосохранения в отличие от чувства собственного достоинства еще пока при мне. Продолжай, ибо ты на многое открываешь глаза.

— Наконец, было принято решение выпустить главного чертика из табакерки, и заманить в подготовленный капкан Московских разведчиков.

Подруга нарисовала бутылкой в воздухе воображаемую петлю и туго затянула ее свободной рукой.

— Хотя, в этом грандиозном проекте я играла очень скромную роль. Была отвлекающим элементом, отводя твое внимание от работы и других происшествий в филиале…

— Так сколько же времени ты работаешь? Точнее… Сколько ты работала на них?

— Всю сознательную жизнь, но об этом тоже позже, — девушка закрыла рот на воображаемый ключик, давая понять, что своими репликами, Лернор лишь мешает запланированной последовательности рассказа.

— В момент проведения главной операции, руководство, наконец, задействовало меня более активно. От наблюдения я должна была перейти к действиям. Не уверена, что тогда на вечеринке я бы сама решилась подойти к тебе. Не то, что ты не был симпатичен мне, Лерн. Просто ты был одним из нескольких объектов моей работы, да в придачу ко всему еще и в два раза моложе.

На эту фразу Лернор лишь кисло улыбнулся.

Джулиана какое-то мгновение выжидающе смотрела на него, а затем вдруг резко накинулась с поцелуями. Вероятно, этот неожиданный приступ нежности был вызван желанием одним махом сгладить все возникшие в их отношениях острые углы.

«Странная она, однако,» — подумал парень, но не стал сопротивляться. Он уже давно отказался понимать все особенности поведения женщины. А если эта женщина еще и бывший агент западных спецслужб с многолетним стажем, то понятие понимания вообще превращалось во что-то совершенно абстрактное. Поэтому он забил на все и расслабился.

Отвечая взаимностью, обнимавшей и целующей его Джулиану, парень не прекращал думать.

Он старался расставлять свои хаотичные мысли так же по порядку, как это делала девушка, все это время планируя судьбу за него. Увы. Это у него получалось с трудом.

«Если бы он вышел на работу в день после дня рождения. Если бы навестил офис подставной компании лично, не посылая Катра. Произвел бы там инсталляцию по всем правилам, а затем загрузил бы демонстрационную часть украденной информации себе в рабочий компьютер, то уже вечером, не о чем не подозревая, глушил бы свое любимое красное полусладкое.»

«Ребята Дракона, заглотив наживку, рассчитались бы с Катром и продолжили бы дальнейшую игру спецслужб в более отдаленном от офиса месте. Сам его помощник и остальные, после проведенной операции, остались бы живы, а он дальше успешно развивал свой не совсем чистый бизнес.»

В очередном проникающем поцелуе, обсасывая острый язычок своей подруги, Лернор не сдержался и глубоко вздохнул.

«Хотя никто не гарантировал, что обе враждующие стороны не постеснялись бы начать свои разборки прямо в бизнес центре, положив всех кряду.»

Словно прочитав его тяжелые мысли, возникшие в процессе столь неожиданных но нежных ласк с ее стороны, девушка обиженно отстранилась, намеренно задевая тарелку с салатом.

Потревоженная посуда тут же перевернулась, намекая хозяину на то, что есть в постели не только вредное, но и неэстетичное занятие.

Заметив художественную миниатюру «покрывало и салат», Джулиана вздохнула тяжелее чем ее друг и попросила Лернора приподнять свои зад с кровати.

Скомкав запачканное покрывало, девушка отправила его в отверстие бельевого шкафа, предназначенное для мгновенной стирки.

— Ну, вот и поели, — грустно констатировал Лернор,

— Кто же виноват? — улыбнулась девушка, возвращая своего друга на кровать. — Ты не просчитал возможность ласок с моей стороны, а наши агенты не просчитали тебя. Из-за чего, салат перевернулся, а вся наша операция пошла наперекосяк.

— Это как?

— Никто же не знал, что лично ты занимаешься воровскими операциями.

— А я ими и не занимался, просто так получалось, — попытался неудачно пошутить Лернор.

Девушка, сделала вид, что не заметила юмористической вставки и продолжила на том же дыхании:

— Другими словами изначально руководство мегаполиса поставило все деньги не на ту лошадку, в то время как к финишу в это время тихо подбиралась совершенно другая — темная.

Джулиана, с нескрываемым удовольствием запустила свою пятерню в волосы Лернора и весело потрепала их из стороны в сторону.

— А когда выяснилось, что ты спер не только приготовленную как приманку часть информации, а полностью высосал все данные из сетей службы безопасности мегаполиса, начался нешуточный переполох.

— Представляю себе. — Лернор играючи, отстегнул заколку и распустил волосы девушки. — Наверняка всем было уже совсем не до размышлений, как заманить в ловушку агентов Москвы.

— Именно, — подтвердила Джулиана, падая на соседнюю подушку. — Ты одарил мое начальство радостями неприятного предчувствия возможности, быть сданными русской разведке с потрохами.

— Почти, как лично вручить врагу ключи от квартиры, где лежат все твои многолетние сбережения, — дополнил ее Лернор, будто вживаясь в рассказ.

— Поэтому и было принято незамедлительное решение сворачивать основную операцию, — девушка сделала еще один глоток из бутылки и предложила ее другу.

— Спасибо… — парень был рад хоть чем-то наполнить живот. — Я их прекрасно понимаю. Да и как же иначе поступить, если из-за недосмотра возникает возможность потерять голову целиком.

— Естественно в попытках замести следы, люди Центра действовали довольно оперативно, но безвкусно.

— Никогда не думал, что у них когда-либо был эстетический вкус, — затянулся минералкой Лернор, жадно глотая холодную и скребущую горло воду.

На последнем глотке да него, дошел смысл сказанной фразы и поэтому сразу же после глотка, он был уже готов получить заслуженную оплеуху. Ведь Джулиана долгое время сама была частью Центра.

После легкого шлепка, парень виновато заулыбался.

— Они искали обладателя украденной информации, совершенно не подозревая, кто им мог быть, — продолжила рассказ Джулиана, довольная своей маленькой местью. — Допрос Катра ничего не дал, и его без промедления убрали. Таким образом, не давая врагу даже возможности на малейшую зацепку, в аналогичном поиске. Получив в руки имя истинного воришки — то есть твое имя, мой статус резко изменился.

— Слушай, откуда ты знаешь все в таких подробностях? — оторвавшись от бутылки, повернулся к ней лицом Лернор.

С его губ на матрац капала вода.

— Утрись сначала, — засмеялась она. — Потому, что потом меня посвятили во все подробности. Я как раз подошла к интересному месту, но ты же вечно перебиваешь…

— Все. Молчу, молчу…

— Так вот, пока «чернушники» пускали пулю в лоб каждому, кто хоть как-то мог вывести идущую по пятам Московскую разведку на необходимый им источник информации. На меня взвалили ответственность за возвращение украденного, через воздействие на тебя любым способом. Я естественно выбрала самый безобидный и приятный.

— Я и мое второе я выражаем огромную благодарность, — хмыкнул Лернор. Он хоть и смирился с ролью живой игрушки, но совершенно не был этому рад. — Другими словами, идея направиться к моему серверу, была твоей идей?

— Какой ты догадливый, — передразнила Джулиана. — Ты был лишь ключом к сундучку старушки Пандоры, который могли открыть враги запада. Благо, как только я выяснила кто, где и куда, благодаря мне, прекратилась бездумная мясорубка. А так бы и Ромку положили и тех двух дурочек, собравшихся на курорт.

Лернору вдруг стало не только невесело, но даже крайне грустно. Такие скачки настроения, он не мог объяснить ничем. Да и нужны ли ему сейчас эти объяснения?

— Но ребята Дракона, все равно вышли на твою личность и даже умудрились проследить наш путь, в то время как агенты тайной полиции мегаполиса и другие подразделения полиции, выполняли скорее роль эскорта, нежели преследователей.

— Однако! — присвистнул Лернор. — С постановкой сценария аварий и прочих разрушений они, по-моему, тоже явно перестарались, так же как и с количеством трупов.

— Не я руководила операцией, милый. Не я.

— Хмм, руководила бы ты, так трупов еще больше было бы. Вспомнить только твои выходки с Фениксом — в дрожь бросает. Да что там с Феней! Tы меня безжалостно используешь!

— Зая, не воспринимай все буквально. А то никакой нервной системы не хватит, чтобы выслушать до конца мой рассказ, — девушка обняла, друга за плечи. — Я подошла к самому интересному месту рассказа, о котором предположения тебе подкинуть не смог бы даже сам Дракон.

— Я начинаю думать, что этих самых нервов у меня уже не осталось. Так что не стесняйся. Продолжай. Я уже давно стал бездушной игрушкой.

— Кое-что у тебя все же есть, — загадочно улыбнулась девушка и запустила руку ему в штаны. — Ну а теперь, как и обещала…

— Так как я была единственной ниточкой связывающей тебя и Вильриллин, то из рядового агента прикрытия я в миг превратилась в важную птицу. В мое распоряжение предоставили все, лишь бы я довела тебя до цели невредимым. И на месте лично удостоверилась в уничтожении, похищенных тобой данных.

— Вах, вах, вах…Какой она важный птыц! — Лернор ощутил приятное тепло ее руки у себя на поясе.

Джулиана, как ни в чем небывало удачно совмещая приставания с повествованием, продолжала:

— Но судьба вновь распорядилась по-своему. Совершенно случайно ты попал в руки корпорации. Лишь тогда мне стало известно, что она является представительницей разведки Московского мегаполиса в регионе.

— Прикинувшись Дилиной, мне пришлось проникнуть на территорию города и выследить там тебя. Труда мне большого это не стоило.

— Это почему? Я что такой известный? — удивился Лернор, в то время когда ему расстегивали ширинку.

— Нет. Этому есть причина. Потом поясню… Так вот. Я дистанционно…ммм…подслушала весь ваш…ммм…разговор с Драконом, — девушка целовала его в живот, спускаясь все ниже и ниже.

— Стоп! — удивился Лернор, прерывая сладострастно усыпляющие его бдительность движения. — Это как так подслушала? Такое возможно?

— Дорогой, в наше время все возможно, особенно если у тебя под рукой соответствующее оборудование.

— Ты что постоянно его с собой таскала?

— Да нет. Я просто его никогда из тайника в машине не выкладывала, — улыбнулась девушка, опуская голову прямо в эпицентр возбуждения своего друга.

— Ооох! — успел лишь издать вздох удивления и удовольствия Лернор, падая на подушку.

— Ммм… внимательно… ммм… выслушав вашу… ммм… чмок… очень познавательную… чмок… для меня… ммм… беседу, — девушка продолжала рассказ, буквально не отрываясь от возвратно-поступательных движений. — И… доложив… ммм… о сути вашей сделки…, от… чмок… «обожаемого» мной… ммм… руководства… ммм… получила лишь один приказ… чмок.

— О да! о да! Продолжай! — двусмысленно подбодрил Джулиану ее прибалдевший друг.

— Мммм… немедленно… шлепнуть тебя… ммм… — и спустить все концы в воду… чмок!

— Ооо, боже! — Лернор содрогнулся, изгибаясь от проходящего по телу наслаждения.

Его нога судорожно застучала по кровати. Такого с ним еще никогда не происходило.

Он пытался что-то сказать, но волны нескончаемого сладкого удовольствия захлестывали его с головой.

Когда же к нему, наконец, вновь вернулся дар речи, то сиплые звуки неожиданно превратились в слова.

— Убить меня!?!

— Угум, — с полным ртом промычала девушка, вытирая губы.

— Из-за того, что я пошел на сделку с Драконом!?!

— Угум, — кивнула она, виновато улыбаясь, и вытащила у него из-под подушки полотенце.

Утерев лицо, она продолжила, как ни в чем не бывало:

— Знаешь, той ночью, когда меня бросили с тобой в постель, словно на амбразуру, что-то во мне изменилось. И когда я смотрела на твою фигуру на термической проекции в прицеле винтовки, я думала — «какого черта я здесь делаю?». Для меня в те минуты, казалось, прошла целая вечность. Что я приобрела за все свои годы службы тайным агентом? Ровным счетом ничего.

— Как же, как же…, ничего не приобрела, ничему не научилась… — попытался возразить, полностью обессиливший Лернор. — Готов спорить. Тому, что ты только что сотворила со мной, ты училась явно не по учебникам сексологии.

— Что ты, — махнула рукой Джулиана. — Толика опыта плюс просто талант… Ты не перебивай. Я тебе душу открываю.

— Действительно. Мою ты ее уже разграбила…, — закрыл свои полные блаженства глаза Лернор. — Поражаюсь я этому твоему таланту, ловко миновать острые углы… Это же надо так! Все до секунды рассчитать! Ты однозначно опасна для мужского общества!

— Спасибо за комплемент, конечно. Но я продолжу, — девушка внимательно стала искать что-то в полотенце. — Так вот, в этой фигуре, я увидела перспективу. Конечно, во мне проснулся и чистый эгоизм, но там был и не только он. Мне стало тебя жалко. Ты ведь действительно мне нравился. Я чувствовала в тебе свое будущее.

— Так почему же ты выстрелила?

— А нажала на курок я потому, что знала о бронированном окне. Если бы я в тот момент этого не сделала, то пошла бы как миленькая под трибунал, за не выполненный приказ.

— Но стекло выдержало удар и лишь благодаря ему я все еще жив, — почти невнятно пробубнил Лернор, пытаясь руками отогнать беснующиеся в глазах черные точки мошек.

— Нет, зая. Все это лишь благодаря мне. Я намеренно уменьшила мощность выстрела, зная, что пуля не пробьет окно. Приказ я в итоге выполнила и браво отрапортовала, что цель поражена. Руководство успокоилось, но давать отбой Вильриллийским корпорациям, штурмующим в этот момент город, не собиралось.

— Да, да, что-то помню про штурм…, — парень бессильно приподнял указательный палец.

— Те из-за своей жадности в конечном итоге взяли город не жалея ни людей не техники. Да и какая разница, если эту внезапную атаку спонсировал сам мегаполис, — девушка легла рядом, поглаживая указательным пальцем висок друга.

Не открывая глаз, он спросил:

— А как же тело? Никому не нужно было подтверждение?

— Представители корпорации искали тело, но не слишком-то серьезно. Чтобы удовлетворить их требования, я предоставила тело помощника Дракона, с моей пулей в позвоночнике. Вот такая вот история…

— Это что все? — удивился Лернор. — А как же ты нашла меня? Как вообще проникла в Москву и откуда у тебя база данных их засекреченных сетей? Ты считай, что самое интересное еще даже не начала рассказывать… Дракон ведь тогда выдвигал мне предположения о твоих киллерских наклонностях и приказах. Я еще, дурак, верить не хотел…

— Что ж. Слушай. Хотя, с моей точки зрения, остатки рассказа совсем не интересны. — Джулиана, обвила его ногу своей изящной ножкой.

— Пока в городе менялся порядок я, зная, что ты попытаешься выйти на связь с сервером, по собственной инициативе установила оборудование, перехватывающее все информационные сигналы в окрестности. С помощью корпорации подсоединилась ко всем кабелям, ведущим к твоему дому. Одним словом проделала колоссальную работу.

— Ну, ты жук…, — прорычал Лернор, не зная злиться или нет. Немного подумав, он понял, что на первое у него просто не хватит сил.

Девушка, буквально светясь от того, до какого состояния довела своего парня, даже не обратила внимания на его фразу.

— В вот мне улыбнулась удача. Буквально за десять часов, до того как нас вышибли из города, я перехватила пересылаемые твоей программой данные из внутренних сетей Москвы. Другими словами, благодаря тебе, мой плюшевый, я перехватила все, за чем гонялась западная разведка и даже больше.

— Ах, вот у тебя, откуда все ключи к Москве. А говорила, что концовка будет не интересной, — упрекнул рассказчицу Лернор. — Конечно, запустив программу, я не рассчитал, что возможен такой извращенный перехват. Если бы в тот момент, получив информацию, ты решила бы действовать без меня, то лучше бы точно выполнила приказ своего начальства до конца.

— Когда я поняла, что в моих руках, то, сославшись на плохое самочувствие, выпросила у начальства направление в это самое место. Отдохнуть. Естественно отказать мне не могли, — улыбнулась Джулиана, ощущая как к ее другу по крупицам, но возвращается доверие к ней.

— Здесь я какое-то время пыталась разобраться в полученных данных, что к чему. А так как почти в этом ничего не понимаю, решила, что одна я все же в поле не воин. Тем более ты обладаешь…точнее, обладал, второй половинкой секретов, способной сделать меня независимой…

— Обидно, однако…

— Милый, мы, по-моему, уже все решили?

— Ладно. Ладно, — парень прижал ее к себе, пытаясь не обращать внимания на этот женский коварный эгоизм.

— Кое-как разобравшись в малой части того, что попало ко мне в руки, я, вооружившись кодами и прочими информационными примочками, занесла себя в базу Москвы как выдуманную личность. После чего отправилась на твои поиски, следуя за сигналом встроенного в тебя передатчика.

— Какого такого передатчика? — на этот раз Лернор нашел в себе силы сесть и немигающим взглядом уставиться на свою подругу.

Девушка ликующе улыбнулась, так как ожидаемый эффект был действительно произведен. Поковырявшись в зубах языком, она показала его кончик.

— Фот, этього.

Парень сначала ничего не понял, но затем сфокусировал взгляд и, присмотревшись, увидел на кончике языка, что-то похожее на микроскопического красного жучка с множеством металлических лапок.

— А что он у тебя во рту делает?

Девушка сплюнула в полотенце и засмеялась.

— Что же еще? Только что отсосала. Мне то тебя больше искать не надо. А в знак доброй воли лишаю тебя моего маленького следящего друга. Так сказать, снимаю ошейник и складываю свой короткий поводок.

— Оба на… У тебя я смотрю вообще ничего спонтанно не бывает. Все заранее спланировано.

Сказать, что Ленрор в эти минуты был поражен, просто ничего не сказать. В этот момент он просто восхищался закрученной его подругой интригой и сопровождающим ее техническим снаряжением. Его блефы конечно же не шли ни в какое сравнение.

— Хорошо. Но если сейчас, ты избавила меня от своего механического паучка, то, как же он в меня вообще попал? С пищей?

— Куда сложнее, зая. А именно во время нашей первой ночи любви. Для своих размеров, это довольно крупный нано-робот из женского шпионского набора, но ты так ничего и не заметил. Особенно если учесть, что на полотенце ты найдешь еще штук семь. Собственно, только благодаря этим механизмам я и вышла на тебя и твоих друзей. Так что можно сказать они тебе жизнь спасли.

— Слов нет, одни многоточия… — терялся Лернор, качая головой.

— Ничего не говори, я все сама прекрасно понимаю.

Парень встал и, поправив штаны, подошел к искусственному окну.

За ним падал и тонким слоем ложился на подоконник мокрый снег. Солнца не было видно, а именно сейчас его Лернору хотелось увидеть больше всего.

Снежная вершина горы вдалеке, похожая на горный хребет из его сна, была окутан туманом. В какой-то момент ему захотелось наверх, на природу, но эта минутная слабость прошла довольно быстро, так как природа давно перестала быть другом человека.

Совсем недавно он еще думал, что его судьбой управляет кто-то невидимый неизвестный и чрезвычайно всемогущий человек или даже группа людей, но сейчас начинал подозревать лишь ее единственную — коварную стройную соблазнительницу Джулиану.

Вела ли она свою игру с ним? Ведет ли сейчас? Он не знал и даже не мог догадываться. Вся эта темная история с ее слов звучала слишком хорошо, чтобы в нее верить, но с другой стороны то, что сейчас ему было просто необходимо приобрести вновь — была вера.

Пустые люди без веры, были просто обречены на гибель. Лернор же, уже не раз смотревший смерти прямо в глаза, хотел жить. Если раньше он мог сопротивляться, биться и не сдаваться, то сейчас он мог только надеяться и верить.

Пусть за столь короткое время от Джулианы ему пришлось увидеть и услышать не мало удивительных вещей и слов, но она была единственным человеком, в руках которой он видел свое будущее.

Борясь с самим собой и своим жгучим недоверием, он с каждой новой мыслью все-таки начинал проникаться так необходимым ему чувством…

Вздох. Выдох. Раз, два…

И вот. Он как будто возвращается к жизни.

Ему еще предстояло проверить многое в своей подруге так и в ее биографии, прежде чем он будет готов с закрытыми глазами идти за ней на любую глубину. Но теперь парень прекрасно понимал, что все же первый шаг только что был сделан им, почти не задумываясь.

Лернор не знал, правильным ли был его выбор, но ясно понимал другое. Если он хотел жить, то иного выбора просто не существовало.

— Эй, куда вы все подевались?! — раздалось где-то наверху, прерывая все его размышления.

— Сейчас, сейчас, Куллер. И-дем, — ответила Джулиана в браслет на запястье, а ее слова, усиленные скрытым динамиком, эхом разнеслись по всей комнате.

— Ну, что. Твой друг уже скучает. Пойдем наверх? — девушка подошла к шахте лифта.

Лернор, взял с кровати гимнастерку и накинул на плечи. Тарелку он тоже прихватил, вспоминая, что действительно пора подкрепиться.

— Джули, у меня все равно к тебе осталась куча незаданных вопросов. Но первым из них будет все же этот.

— Какой же? — она первой сделала шаг, на спустившуюся к ним платформу.

— А в меню, горячего уже не будет? — улыбнулся он, обнимая ее за плечи.

— Почему же нет? Учитывая то, что твоим салатом теперь питается стиральная машинка, то будет.

— А запасы кто делает, если не секрет?

— Никто, — пожала плечами девушка, в тот миг, когда платформа понесла их наверх. — Один раз загрузили полный склад, теперь надолго хватит. При разумном потреблении, конечно.

— Ну и славненько, — сказал сам себе Лернор, сходя с квадрата.

— Ребята, вы куда провалились? Я уже вас заждался. — почти с распростертыми объятьями встречал их Куллер.

В то же время он с нескрываемым любопытством разглядывал экраны наблюдения под потолком.

— Как я понял это и есть тот самый мозговой центр, вашей цитадели?

— Не совсем так, друг мой. Так как мозгом тут Джулиана подрабатывает, — пояснил Лернор, застегивая пуговицы. — А ты что тоже горяченького захотел?

— Что ты имеешь в виду? — растерялся Куллер, бросая растерянный взгляд на хихикающую девушку.

— Не то, что ты подумал, — смутился Лернор. — Ладно. Забудь. Идем обедать.

Парень похлопал своего друга по плечу и повел в зал, где по-прежнему горел камин, и в бассейне булькала вода.

Пространство вокруг все больше обустраивалось на домашний мотив. Диван Лернора и Джулианы все так же оставался не застеленным, а кожаное место Куллера уже было подготовлено им для более удобного послеобеденного сна.

Грязные ботинки, броня и остальные причиндалы боевого товарища, аккуратно сложенные в углу, совершенно не скучали по своему хозяину.

— Как там наш подопечный? — спросил Лернор, вспоминая про Феникса.

— Напился и спит, — коротко отрапортовал Куллер, провожая взглядом скрывающиеся под потолком мини-бары.

— Ты покормил его хоть?

Куллер подошел к своему дивану, и устало опустился на него.

— Конечно, но еле заставил. Он как водку увидел, так еле потом оторвал. Мне его даже жалко стало.

— Жалеть следовало, когда вы над ним в фургоне измывались, — прочитал нравоучение Лернор. — Джули! Ты скоро?

— Я уже здесь, — раздалось у него за спиной. — И вообще, жрать подано, сэр.

Из-под потолка к ним плавно опускалась разогретая пища, и вновь заполненные вино-водочными изделиями держатели бутылок бара.

Выскочив откуда-то снизу, быстро разложились и словно надувные игрушки, медленно приняли форму пять стульев. Джулиана, оперативно занялась самообслуживанием, после чего первой села к столу.

Лернор еще какое-то время пытался выбрать что-то одно из предлагаемых пяти видов рыбы, жареного и копченого мяса. Но в итоге, предвкушая приятную трапезу, взял то же самое и устраился рядом.

Их товарищ, подойдя к столу последним, в первую очередь стал изучать новые этикетки на бутылках с вином. После чего, взяв тарелку с тертым картофелем и гарниром из зеленого горошка, жалобным голосом спросил:

— А где компот?

Джулиана, чуть не подавившись со смеху, нашла в себе силы бросить на шутника строгий взгляд. Куллер, будто сдаваясь, поднял руки и поспешил добавить.

— Шучу я, шучу. Просто мы с Лерном привыкли к нашей столовой, — он ловко вытащил и поставил рядом с собой бутылку сухого вина. — Действительно. Так давно не пировал, что даже забыл, как выглядит нормальная еда. А тут столько всего, что даже не знаю с чего начать.

Лернор тем временем уже во всю трапезничал. И с каждым новым прожаренным кусочком мяса, отправленным в рот, к нему возвращалось хорошее настроение. Насыщающийся желудок положительно влиял на ход его мыслей о тех теплых чувствах, оторые ониспытывал к сидевшей рядом девушке.

«Правы были древние, когда определили, что путь к сердцу мужчины лежит по двум путям. Внешнему и внутренниму». — подумал он, вдруг вспоминая что забыл задать подруге пожалуй самый важный вопрос.

— Джули, из-за наших с тобой казусов, я совершенно забыл спросить про четвертый вариант развития событий, ради которого я так старался, делая тебе массаж.

— Когда я ем я глух и нем, — ответила девушка. — Все подробности после обеда. Тебе тоже советую вернуться обратно в тарелку.

— Ладно. — Лернор недовольно поддел очередной кусочек прожаренной ветчины, но, не донеся до рта замер с вилкой в руках. — Дорогая, успокой хоть…

— Да, что опять? — недовольно посмотрела на своего друга Джулиана. — Почему, вы мужики, сами наевшись, другим мешаете?

— Милая, когда мы прибыли, ты сказала, что нас не будут беспокоить ближайшие десять часов. Я понимаю, что время вышло, но миновала ли опасность? И почему именно десять?

Девушка радраженно набрала воздух в легкие и, всем видом показывая свое недовольство, звонко положила вилку на стол.

— Слушай. Ты по-человечески понимаешь? Не нервируй меня.

Виновато улыбаясь, Лернор из вредности отрицательно покачал головой.

— Потому, что с помощью станции я могла глушить свой сигнал лишь семь часов, — с трудом взяв себя в руки, пояснила Джулиана.

— Какой сигнал? — парень как будто специально проверял терпение подруги, в тот момент, когда та была меньше всего к этому готова.

— Следящий… — девушка отвернулась.

— Я как понимаю не мой? — взбудоражился Лернор, словно напав на очередной след предательства.

— Не твой, — признала Джулиана. — Глушить надо было мой сигнал. Во мне гораздо больше следящих механизмов.

Вспомнив, что перед ним взрослая женщина, совершенно не желающая говорить о себе, он прекрасно понимал, что Джулиана сама — куда более страшная тайна, нежели собранные и украденные данные двух разведок. Поэтому Лернор даже не удивился объяснению.

«Она одна из немногих живых пользователей услуги «относительное бессмертие» на Земле. Среди нас, а не где-то там между звезд. Может, это и имел в виду Феникс, узнав в ней долгожителя?»

— Так значит, вот почему тебе было необходимо, стереть себя из базы данных? Ты была у них на поводке?

— А раньше сам догадаться никак не мог?! — язвительно спросила девушка.

— Я то догадался. Просто было необходимо, чтобы ты рассеяла терзающие меня сомнения и подозрения.

— Удобнее времени для этого, ты, конечно, выбрать не захотел!

— Да надоели уже! — наконец, встрял Куллер. — Дайте поесть спокойно! Сами бы едой занялись, а не выяснением отношений.

Девушка перевела рассерженный взгляд на него и, сорвав с себя салфетку, резко встала из-за стола.

— Аппетит как-то пропал, извините, — коротко бросила Джулиана и удалилась в контрольную комнату.

Лернор виновато посмотрел на своего товарища и отвел взгляд, понимая, что порой он, действительно забывался. Не думал ни о чувстве такта, ни о людях, окружавших его.

Парень, с сожалением понимал, что со своими занудством и хамством мог зайти порой слишком далеко. И, тем не менее, никогда не мог вовремя остановиться. Ведь даже осознавая ошибки, он продолжал переть на пролом, словно гусеничный трактор.

Удивительно было и то, что Лернор не мог сдержать своего напора даже тогда, когда все главные нити его жизненной ситуации были в руках обижаемого человека. Как будто подобное беспардонное поведение для вечного бунтаря являлось единственным способом выразить свой протест против обстоятельств, скрутивших его по рукам и ногам.

Он вел себя словно мальчишка. Глупо рисковал и выводил из себя девушку, превосходившую его и в опыте и знаниях. Возможно, он просто мстил из-за старой скрытой обиды, а возможно просто не мог признать неоспоримое превосходство Джулианы над ним…

Лернор, словно Моська, пытался лаять на Слона. Любой мелочью, протестуя против холодного расчета Джулианы и ее привычки поминутно планировать жизнь окружавших ее людей, парень посути все больше походил на обиженного ребенка. Даже понимая, что только больше усугубляет свое зыбкое положение, упрямо продолжал рубить сук, на котором сидит.

А ведь ему следовало смириться и заткнуться. Промолчать и на некоторое время забыть о своем «я». Благо, он понимал и это. И наверно, только поэтому, с большим трудом умудрившись перебороть себя, ровно через пять минут как Джулиана покинула обеденный стол, Лернор уже следовал за ней с крайне унизительным, но справедливым желанием извиниться…

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ЛОВЦЫ ДУШ

Как только Лернор заявился к Джулиане с повинной, она тут же заявила, что, как и он, несколько часов назад, ни капельки на него не обижается. Конечно же, все это была ничем не прикрытая ложь, но парень все прекрасно понимал. Ведь он и сам, осознавая, что эмоциональный негатив никогда ни к чему хорошему никого не приводил, нарочно подавил в себе ту обиду, решая лишний раз не усугублять очередной разлад во взаимопонимании.

Как бы подтверждая, что обиды действительно нет, совершая жест доброй воли, Джулиана сама предложила Лернору ознакомиться с вероломно похищенным ею материалом. Она, словно еще раз доказывала свое желание как можно скорее наладить доверительные отношения между ними. Лернор не стал себя уговаривать и с интересом принялся изучать материалы. Цветные и черно-белые проекции тут же принялись сменять друг друга одна за другой.

Хоть целью Лернора и было лишь поверхностное изучение огромного количества материала, за битых три часа сидения перед проекцией он успел порядком устать. Текстовые вставки содержали в себе столько информации, что желание ознакомляться с ними тут же улетучивалось.

Не понятно было многое.

Большинство технических материалов и отчетов ученых-генетиков просто не укладывались в голове парня. Из-за недостатка необходимых знаний, ему приходилось отбирать среди всей массы информации более доступные для восприятия документы. Среди сотен терабайтов электронных данных, он старался выловить основную мысль, концепцию каждого проекта и затем отсортировать их лично для себя.

Лернор выбирал из файлов лишь те заключительные отчеты руководителей проектов, которые сопровождались подробным литературным описанием и прикрепленными к ним презентациями с объемными понятными графиками и фотографиями, а так же прочей красочной ерундой.

Все эти заключительные документы, скорее всего, предназначались для высшего эшелона власти, который не всегда был готов, да наверняка и не желал скрупулезно вникать во все детали научных изысканий и многочисленных результатов порой неудавшихся экспериментов.

Иными словами, он искал файлы, содержащие краткую концепцию, понятную не только для руководства, но, прежде всего для него самого.

В то время, пока Лернор, искренне радуясь предоставленной возможности, с благодарностью и интересом занимался изучением баз данных, Джулиана на какое-то время исчезла из контрольной комнаты.

На обзорных экранах парень краем глаза наблюдал, как она о чем-то беседовала с барахтающимся в бассейне Куллером. Приводила в порядок обеденную комнату, а затем принимала душ, расположенный где-то в противоположенной части бункера.

Последний сюжет ему не повезло досмотреть до конца, так как девушка, в миг скинув одежду, намеренно завесила обзор полотенцем. Пришлось прервать дальнейшее наблюдение, и серьезнее углубиться в изучение проецируемых голограмм.

Лрнор не замечал как пролетело время и удивился тому как быстро умудрилась вернуться Джулиана. Цветя и пахнув, она появилась у него за спиной и принялась расчесывать волосы.

Ее новый наряд, из пиджачка и брюк кофейно-кремового цвета, забавно сочетался с большими плюшевыми розовыми тапками на босу ногу. Кошачьи мордочки на них и болтающиеся мохнатые уши по бокам не могли не вызвать у парня улыбку.

Девушка принесла с собой набор косметики и расположилась на одном из стульев, мгновенно принявших форму под ее очаровательную попку.

Наконец устроившись, она по старинке старательно стала обрабатывать свои коготки пилочкой.

— А почему ты не пользуешься современными косметическими прибамбасами? — поинтересовался, парень, на мгновение, оторвавшись от трехмерного изображения нано-робота. — Сейчас гораздо удобнее всунул палец, задал цвет форму размер и через секунду все готово.

— Ты что сам уже пробовал? — хихикнула Джулиана, не отрывая взгляда от кропотливой работы.

— Да нет. Что ты. Просто у меня богатый опыт с женщинами, — стал оправдываться Лернор.

— Ой, держите. Не могу, — девушка залилась звонким смехом, роняя пилочку из рук. — Опыт у него богатый…а ха-ха. Лерн не задавай глупых вопросов. Мне просто нравиться не результат, а сам процесс наведения на себя красоты. А свои технологические новшиства, мальчики, можете оставить себе.

Поникнув, парень отвернулся обратно к проекции.

«Действительно, какой, к черту, может быть «богатый» опыт с женщинами, если я столько времени являлся игрушкой в ее уках. Ведь она без проблем зажала меня в угол в лучших традициях классического женского коварства! Вообщем, опять чушь спорол…»

Надеясь перевести тему, Лернор вновь обратился к девушке.

— Может, вернемся к обсуждению четвертого варианта, о сути которого я, кажется, уже начинаю догадываться.

— Думала, больше и не спросишь, — тут же оживилась Джулиана, увлеченно срезая заусенец.

— Да, не удобно как-то мне было, после выходки-то за столом, — «прогнулся» Лернор, краем глаза наблюдая за экраном наблюдения, где изображенный Куллер увлеченно играл сам с собой в шахматы.

— Не удобно только на потолке спать… Лерн, когда ты заварил свою кашу, ты к чему стремился? — спросила девушка.

Парень задумался. Казалось, что так много времени прошло с того момента, когда у него были какие-то стремления.

Сейчас, не без помощи Джулианы, он был буквально опустошен и жил толкаемый вперед лишь любопытством, зарождавшейся верой и простым желанием жить. Лернор даже не знал, какое чувство в этот момент было сильнее…

— Ты чего молчишь? — заволновалась девушка.

— Джули, ты задала интересный вопрос, наведший меня на определенные мысли, — ответил Лернор. — Поэтому я все еще думаю.

— Позовешь, как мысль свою поймаешь, — усмехнулась подруга, вернувшись к маникюру.

— А ты куда?

— Я так к слову, сказала, — успокоила его Джулиана. — Немного намекну…

— …Ты не думай о том, к чему стремился, после того как все рухнуло. Вспомни себя и ради чего, ты решился на тот злополучный взлом сети. Да, в принципе, любой взлом…

Парень тут же вернулся к размышлениям, внутренне терзая себя упреками за то, что порой он слишком туго соображает.

— Я стремился к материальному благополучию, чтобы в последствии получив возможность, уйти от суеты и заняться своим духовным совершенствованием! — выпалил, наконец, Лернор, стараясь как можно скорее отвлечь себя от других дурных мыслей, посещавших его голову. А то он еще многое мог сказать.

Девушка посмотрела на него исподлобья.

— Совершенствованием души надо было параллельно заниматься, может и не вляпался бы тогда в эту авантюру. Хотя, с моей точки зрения, в твоем-то возрасте, да с твоими-то амбициями, ты в любом случае куда-нибудь неизбежно влип.

— Не до души мне тогда было… — Лернор сменил очередную картинку проекции. Но его фраза осталась незамечанной.

— Так вот, дорогой. Обладая той информацией, которой мы сейчас располагаем, можно с легкостью осуществить все былые мечты и даже гораздо больше. Кстати, на них я собственно и рассчитываю…. — Джулиана вытянула руку и с удовольствием посмотрела на плоды своего труда. Ноготки ярко блестели в ярком освещении комнаты.

— Ты предлагаешь шантажировать спецслужбы, с целью получения материальных ценностей? — удивился Лернор. — Не забывай, я все еще жить хочу.

— В данный момент, в отличии от того как думал в университете, ты мыслишь как-то совсем не глобально. Ты уж извини, милый. Все так же без новых идей желаний и планов. Как будто застрял в прошлом, — разочаровано подметила девушка.

— Ну, раз так, то подскажи тогда, что в твоем понимании сейчас более глобально? Я ведь стал никем, соответственно мыслю по никаковски. Благодаря тебе, я даже решить что-либо за себя не могу…

Джулиана устало вздохнула, но все же нашла в себе силы и продолжила наведение Лернора на мысль.

— Затеяв ту последнюю аферу с похищением информации, при успешном стечении обстоятельств, ты стремился добиться финансового благополучия, независимости и уйти в мир теней. Не так ли?

— Почти так, — развернув кресло, коротко кивнул Лернор и в задумчивости приложил палец к виску. — Но тогда многое было у меня в руках… По крайней мере мне казалось, что все в моих руках… Уверенность была что ли…

— Другими словами, — перебила его девушка, — …По возможному четвертому варианту выходит следующее — ты САМ был заинтересован получить в свои руки «относительное бессмертие» ради дальнейшего использования этой технологии в своих целях.

Она щелкнула его по носу.

— Иначе говоря, ты сам того не подозревая подсознательно спроэктировал все, что с тобой произошло в последствии… Мысли материальны и желания тоже…

— Но, раз так, я ведь ничего не приобрел. Наоборот! Все потерял!

— Во всякой потере тоже есть свой смысл… Поэтому я и подбиваю тебя на мысли с гораздо большим размахом.

— Блин, с каким таким размахом? Какой смысл в потере? Ничего не понимаю. Все как-то слишком запутанно у тебя получается, — окончательно потерялся в умных фразах Лернор. — Ты опять скрываешь суть! К тому же необходимо учесть и тот факт, что в те дни я не знал, что будет утянуто моей программой. Если бы я знал об этом, то вообще, сомневаюсь, что решился бы на махинацию… Кажется я тоже самое тебе еще в Вильриллине говорил, пока ты искусно дурочкой прикидывалась.

Девушка на секунду прервалась от наведения на себя марафета. Немного помолчала, смотря Лернору прямо в глаза, и продолжила.

— Тем не менее, все произошло, как должно было произойти. — Джулиана внимательно разглядовала то левый, то правый глаз своего друга. — Первый шаг к новому пути был сделан тобой именно в те дни… когда ты запустил программу. Одновременно начались и твои первые лишения. Жизнь возвращала тебя к прошлому, превращая все достижения в труху… Второй шаг тоже был предначертан судьбой. Чтобы дать тебе надежду и направление. Так сказать, почву для генерации новой концепции мыслей и целей. В итоге тебе удалось получить еще более ценную информацию, которую твой «червь» стащил из-под самого носа Московской разведки.

— Не назвал бы это шагом. Скорее это счастливая случайность, — попытался возразить Лернор.

— Зая, ничего в этой жизни просто так не бывает и случайно не случается.

Высказавшись, Джулиана вернулась к обработке очередного ногтя, но лишь на мгновение…

— И если бы сейчас ты не метался со своим ощущением безысходности и бесцельности, к которому я пожалуй, тоже приложила свои коготки…

— То, что? — раздраженно перебил ее друг.

— …То сообразил бы, что все эти происшествия происходят согласно невидимому плану строительства твоей новой жизни, и ты изначально являешься его инициатором. А инициатору сейчас просто надо решить к чему он хочет стремиться… куда вести весь этот проект.

— По поводу невидимости этого плана, я уже сообразил. Не совсем еще из ума выжил. Только вот план этот точно не мой, а кого-то другого. И руководил он им с самого начала, дергая за ниточки а с ними и меня будто куклу. — Лернор раздраженно махнул рукой и развернулся к приборам.

— Ты зря пытаешься упрямиться и отрицать очевидные факты. План твой… И никого другого нет. Вернее будет сказать, он твой с подачи судьбы… Ты уже полностью разрушил и потерял старую жизнь. И даже сделал два шага к строительству новой… Осталось лишь загадать новое желание. Приобретсти мечту. И тогда начнется движение наверх. Господи! Неужели ты ничего не понимаешь?! — девушка, казалось, начинала терять терпение. Она очень не любила повторяться, убеждать, а тем более учить кого-либо жизни.

— Сейчас ты потерялся в окруживших тебя событиях, упорно продолжая и дальше катиться вниз по наклонной плоскости, — немного успокоившись, продолжила Джулиана.

— Не без твоей помощи качусь… Ты же теперь за меня решаешь, — огрызнулся парень.

Девушка сознательно проигнорировала его выпад.

— …А тебе необходимо собраться и решиться… Определиться с тем, чего ты на самом деле хочешь в глобальном смысле. Причем в гораздо более глобальном нежели ты думал, живя в мегаполисе. Ты либо воспользуешься тем шансом, который ты сам выпросил у судьбы своим поведением и мыслями, либо разрушишь уже созданный фундамент и погибнешь…

— Что-то очень уж мрачно получается… Если не послушаюсь и не стану хотеть по новому, не от твоей ли руки погибну? — не скрывая иронии, поинтересовался Лернор.

Девушка покачала головой.

— Нет, не от моей, а от судьбы и фортуны, которая повернется к тебе задом. Я лишь сторонний наблюдатель. Можно сказать, опекун. Ангелом-хранителем называться рано, но вижу я по крайней мере больше и дальше, чем ты.

— Фортуна уже отвернулась… — пессимистично продолжил парень. — Ведь даже украденной информацией я не располагаю.

— Ею располагаем мы! Поэтому, наоборот. Фортуна просто ждет, пока ты сам удосужишься и купишь, наконец, свой счастливый лотерейный билет. Лерн, другая жизнь уже ждет тебя! Ты подсознательно хотел ее сам! И в ней все то, о чем ты приземлено мечтал раньше, достигнуть сможешь гораздо быстрее… Ведь жизнь не имеет своего конца, конечной точки достижения цели, достигнув которую ты просто лишаешь себя дальнейшего движения.

— Как-то у тебя все мудрено, получается…, — совсем сломал голову Лернор. Но, совершая постоянные попытки понять сказанное Джулианой, он, наконец, справивился с раздражением и расстался с пессимизмом. Они просто забылись и потерялись в возникшей заинтересованности. Череда догадок, походившая на интеллектуальную игру «поиск клада», подавила буквально весь негатив.

— А как же ты думал? Не мало времени нужно прожить, чтобы это понять, — девушка пододвинула стул ближе к нему. Она ощутила всплеск заинтересованости Лернора и надеялась, что друг уже ловит суть.

— Для того чтобы начать строительство нового дома на том же месте, необходимо снести/потерять старый и вернуться к основанию. Очутиться на фундаменте… Аналогично и в жизни. Судьба одна как основание. Это каркас, в рамках которого мы можем строить наши «дома». А поставлнные цели это «крыши», от высоты которых зависит красота и гротеск возведенного здания. Отказавшись от дальнейшего строительства, либо достроив кособокую хибарку, мы порой понимаем, что это не то, что мы стремились построить в рамках интуитивно ощущаемого и предоставленного судьбой потенцила. Происходит хороший пинок, и мы порой несознательно сами начинаем разрушать старую жизнь, расчищая место для нового «строительства».

Она так углубилась в философское рассуждение, что на какое-то время забыла даже о своем маникюре.

— Иными словами ты хочешь сказать, что за мысли об удачном исходе мой последней аферы, где полученные от сделки деньги, тут же достроили бы мою жизненную «хибарку», я предрек ее снос? Или как ты там говорила, сам разрушил свой старый дом? — спросил Лернор уже догадываясь о том, что от него хотят услышать. Он был почти уверен, что уже знает суть таинственного «четвертого варианта».

Джулиана одобрительно кивнула в ответ.

— И теперь, на основе того, что имею вокруг. Спровоцированного мною же. Должен просто захотеть то, что теоретически возможно, но практически нереализуемо. Пожелать недостижимого, но интуитивно потенциально достежимого? Ухватится за цель, на реализацию которой мне, возможно, не хватит одной жизни? Строить воображаемый замок так, чтобы ни мыслью, ни желанием, не довершить его строительство до конца в рамках отведенных судьбой? Так ли я тебя понял? Или проще говоря, пожелать, например, мирового господства?

— Именно так. Только зачем же мирового? Бери выше! — чуть не хлопая в ладоши, обрадовалась Джулиана.

Наконец, она получила ощутимый результат своих стараний.

— Жизнь продолжается лишь в движении — строительстве, созидании и даже иногда в разрушении. Своим желанием и последующим действием, ты прыгнул прямо к концу намеченного тобой пути, в один миг образно достроив свой старый жизненный дом до самой крыши. Судьба не могла допустить, чтобы ты достиг конечную цель, поэтому и развернула ситуацию так, как ты ее имеешь. Дом разрушился до самого основания, чтобы освободить место для нового строительства, новых мыслей и стремлений, основу которым ты уже дал подсознательно.

— Интересно. Очень интересно. Ты книги писать не пробовала? — попытался пошутить Лернор.

— Нет. Есть дела гораздо более прибыльные, — парировала Джулиана с улыбкой на губах.

— Даже не верится… Ведь тогда судьба вполне могла распорядиться иначе. Все прошло бы гладко, и Центр действительно бы заключил со мной контракт.

— А что им стоило? В средствах они никогда недостатка не испытывали. К тому же, тайная полиция и до этого подкармливала твой филиал. Никто не знает, с какой целью захотели бы его использовать еще раз, если бы операция прошла успешно. Но как я уже говорила, это была бы совершенно другая история. Третий вариант. А, основываясь на тех фактах, которые мы имеем на данный момент, судьба проиграла именно четвертый — твой сценарий. Видимо, Зая, психической энергии и амбиции у тебя гораздо больше, чем у твоих оппонентов…

Джулиана вернулась к своему занятию и облегченно вздохнув, откинулась на спинку стула.

Возникла минута молчания. Обе стороны обдумывали сказанное и услышанное. Первой ее нарушила девушка, спешно стремясь добавить что-то важное.

— …И главное сейчас совсем не жалеть о прошлом, чтобы не быть закрытым для нового будущего. Не допустить того, чтобы фортуна, разочаровавшись в тебе, выбрала кого-нибудь другого.

Лернор потер уставшие глаза и посмотрел на подругу, уносясь мечтами куда-то вдаль.

— Как-то невероятно, однако. Даже не верится, что, совершено не догадываясь об этом, я развернул свою партию. А твой рассказ… вернее, твое прояснение ситуации действительно вдохнет в меня новые силы, правда еще нет той уверенности в себе самом. С твоих слов у меня теперь есть новый шанс и иная жизнь, свободная для генерации амбициозных стремлений… Осталось найти силы целиком и полностью поверить в себя и в новый шанс.

— Не замечтайся только, — предупредила девушка, пригрозив пальцем. — Тебе не стоит забывать, что это не только твоя персональная партия.

— А чья же тогда? — насторожился Лернор, опасаясь дальнейшего ответа.

— Наша, — улыбнулась девушка. — Тех людей, кто вокруг тебя. То есть ответственность гораздо больше.

Парень смутился, но достойно принял справедливое замечание. Теперь он прекрасно понимал, что без Джулианы никогда бы не догадался о своих скрытых возможностях и давно бы отправился на тот свет.

— Действительно… Извини.

— Да ничего. У всех бывает, правда не у всех проходит, — девушка продолжала улыбаться, но теперь в ее улыбке чувствовалась холодность. — К твоему сведению и с «теми у кого не проходит», я тоже умею разбираться. Это не предупреждение. Не угроза. Просто намек.

«Джулиана ни в коем случае не допустит того, чтобы, купаясь в будущих лучах возможной славы, о ней случайно или намеренно забыли. Прирожденный и опасный серый кардинал. И не только…»

Почувствовав неприятный холодок между лопаток, Лернор решил направить тему в более безопасное русло.

— Отлично, напарник! Так с чего же мы начнем завоевывать вселенную?

Девушка прищурила глаза и встала.

Подойдя к пульту управления, она бросила беглый взгляд на вращающуюся проекцию, затем на своего друга.

Немного помолчав, она скрестила руки на груди и спросила.

— А ты уже готов заняться даже вселенной?

— Но ты же сама сказала. Цели надо ставить как можно выше, — немного отодвигаясь, ответил Лернор.

— Хорошо, но займемся этим поэтапно, — она вновь словно играла с ним, наводя на необходимые ей ответы. — Что бы ты предложил на первом этапе?

— Основываясь на своем опыта в сфере бизнеса, я бы присосался к кому-нибудь более сильному, чем являюсь сам, но менее могущественному, чем бесспорный лидер, — стал рассуждать парень, пытаясь вывести формулу будущего успеха.

— Почти так у меня получилось, при организации собственного филиала под крылом одной из стремящихся в лидеры рынка компаний. В тот момент один я был в состоянии выйти на рынок, а так в свое расположение сразу получил базу для дальнейшего развития.

— А почему тебя не интересовали лидеры? — заинтересовано подняла бровь Джулиана.

— Когда я попытался наладить контакт с ведущей компанией, у меня возникли проблемы. Как обычно, тот, кто занимает первое место, менее гибок к окружающим. Он заинтересован лишь в продолжении своей линии продукции не разбрасываясь по сторонам, порой унижая даже перспективные идеи. В итоге я не добился ничего, кроме негативных эмоции от процесса переговоров, — пояснил Лернор.

— Ладно. Я поняла. Продолжай.

— Основываясь на том, что мне посчастливилось узнать за последние два дня и бесспорно признавая, что сильными мира сего являются мегаполисы, я делаю вывод, что, располагая столь важными материалами, нам необходимо присосаться к одному из них.

— И кто же лидер в этой гонке? — Джулиана отключила проекцию клавиш клавиатуры и села прямо напротив своего друга на стол.

— Определить первого довольно сложно, — стал почесывать небритый подбородок Лернор. — Но, судя по тому, что Москва до сих пор отстает в сфере освоения космического пространства, она, бесспорно, будет более гибка, при рассмотрении любых предложений…

Лернор замолчал, ожидая реакции от подруги, но та лишь молча кивнула головой словно преподаватель, выслушивающий ответ ученика на экзамене.

— Я так же учитываю тот факт, что на западе все спецслужбы уже отпраздновали мою кончину и ужасно счастливы, по поводу отправления меня на тот свет. А тут вдруг. Откуда не возьмись. Появляется давно забытый всеми покойничек, да еще и в компании с их беглым агентом. Начинает лезть с наглыми предложениями о сотрудничестве так, что похерить все его начинания, будет не только прямой обязанностью перед Европейским сообществом, но и святым долгом Центра.

— Истину глаголешь, — подбодрила Джулиана. — Будь я на их месте, то так и поступила бы.

— Тебе не было бы меня жалко? — попытался наиграно пустить слезу Лернор.

— Ни капельки, — садистки ухмыляясь, обнадежила девушка. — Продолжай. Мне нравится ход твоих мыслей. Они помогают мне почувствовать, что я не зря потратила на тебя свое время.

Получив еще один моральный удар, парень как не странно даже не обратил на него внимания.

«Кажется, уже привыкаю», — подумал он, тут же продолжая высказывание своих доселе прерванных размышлений вслух.

— Москва же, как я понимаю еще не в курсе того, что мы располагаем не только тайнами запада, но и их данными, поэтому более благосклонно нас выслушает.

— Этого не будет достаточно, — оспорила Джулиана. — Мы не располагаем ни технической базой, свойственной предприятию и, тем более, не имеем тех ресурсов, что сконцентрированы в руках «Нашей» корпорации. Поэтому, считаю, что и это твое поле для деятельности неплохо заминировано.

— Джули, знаешь, даже учитывая эти особенности, я склоняюсь к восточному варианту, — решил настоять на своем Лернор. — Но для того чтобы мы смогли вести свою игру, нам не обязательно иметь техническую базу и людей, можно для начала обзавестись тем, чем располагает их привилегированная корпорация. То есть веществом под названием «ловец души». Конечно, если я правильно его называю, следуя кодировкам из просмотренного мной архива.

— В целом их называют «ловцы душ», — уточнила девушка. — Но это не столь важно…

— Так вот, завладев им, мы с успехом сможем, потребовать от Москвы, то чего нам не хватает — необходимая техническая база, люди и прочее! — весело закончил Лернор, радуясь своему столь логическому и четкому плану, на удивление быстро зародившегося по ходу беседы.

— Все звучит довольно складно…, — девушка отошла от стола, и задумчиво зайдя своему другу за спину, обвила руками его шею.

Парень насторожился и замер, ожидая какой-нибудь очередной мелкой пакости с ее стороны. Джулиана помолчала, затем, наклонившись, и горячо дыша прямо в левое ухо, тихо и вкрадчиво спросила:

— …Только как ты собираешься достать образцы в достаточном количестве, чтобы удивить Москвичей? Мы не знаем мест добычи. У нас нет приличной экипировки, и тем более, достаточного количества людей, чтобы провернуть задуманное, — не отрывая взгляда от его рук, девушка легонько укусила его за шею. — Не собираешься ли ты их украсть у постоянных покупателей, вновь вставая на эту опасную дорожку?

— А почему бы и нет? Для нас сейчас все дороги смертельно опасны, — захихикал Лернор. Ему вдруг стало невыносимо щекотно. — Надо же какой-то выбор делать. Если в нашем распоряжении есть вся информация о том, что и где хранится. Все пароли доступа. То почему бы не рискнуть вернуться в Москву?

— Откуда только у тебя внезапно появилось столько решимости? — девушка была явно довольна вдохновением своего парня и нежно неспеша приближаясь губами к его уху. — Не боишься? Вдруг они все пароли сменили, после моего последнего нахального визита? Хотя, я предчувствую, что они впустить то впустят, а вот выпускать не станут.

— Может, и сменили…, — прикусил нижнюю губу Лернор, интенсивно соображая, чтобы такое придумать и какую альтернативу предложить, чтобы не выглядеть совершенно голословным. Но оригинальные идеи в его голове больше рождаться никак не хотели, а сидеть дальше как фикус без ответа становилось неприлично.

— Мне надо подумать, — наконец выдавил он и встал с места. — Пойду, с Куллером перетру. Или может у тебя, как всегда, есть свои собственные соображения?

— К сожалению, пока нет, либо созрели не до конца, — покачала головой Джулиана, немного расстроенная тем, что парень освободился из ее объятий. — Но согласна с тобой, сходи. Заодно и помойся. Для того, чтобы попасть в душевые, пройдешь через посадочную площадку.

— Если не возражаешь, я лучше в бассейне искупаюсь, — бросил через плечо Лернор, уходя по проходу.


— О какие люди! — репликой встретил его Куллер, отрываясь от очередной шахматной партии. — Не хочешь присоединиться? А то мне самого себя никак не выходит обыграть.

— Нет, спасибо, — замахал руками его товарищ, быстро раздеваясь. — У меня другая партия в голове. Никак не могу дальнейшие ходы продумать.

— А ты сделай ход конем, — пошутил Куллер, передвигая фигуру.

— Не все так просто. — Лернор с разбегу бросился в воду и поднял тучу брызг, с шипением исчезнувших в камине.

— Так поделись думками, — предложил друг.

— Фрр, — вынырнул парень, чуть не ударившись головой о дно бассейна. Он явно не был предназначен для ныряний. — Извини, что?

— Думками делись, говорю!

— Я, собственно, для этого к тебе и приплыл…тьфу, пришел.

— Так чего же медлишь? Я весь во внимании, — его боевой товарищ встал из-за стола и подошел ближе к бассейну.

Лернор раскинул руки и, расслабившись, лег спиной на воду.

— Кул, ты был пограничником, тебе лучше всего известны все входы и выходы в столицу

— А какие тебя интересуют? — Куллер сел на пол.

— Конечно же, самые экстравагантные, — стал рассматривать потолок Лернор.

— Таких, к сожалению, нет, — отрицательно покачал головой его друг. — Не понимаю, зачем тебе опять туда понадобилось? Сидим тут. Тихо. Тепло. Кормят хорошо. Вроде, ты и сам горел желанием убраться как можно дальше от Москвы.

— Понимаешь, Кул, в тот момент я еще не обладал теми знаниями, которыми повезло вооружиться сейчас. А, располагая ими, бежать и прятаться или просто стоять на месте, в моем понимании, не только непозволительная роскошь, но и полное безрассудство, — стал пояснять парень, с ногами забираясь на знакомую мраморную возвышенность. — Вот и собираюсь всех на уши поставить.

— Так что же ты такое узнал? — заинтересовался друг, стараясь как можно удобнее устроиться на своем плоском и холодном месте.

— Может тебе уже известно, как Московским ученым таки удалось полноценно клонировать человека?

— Нет, я не в курсе, Подробности, как понимаю, ты мне и собираешься сейчас рассказать?

— В принципе, я о другом хотел с тобой поговорить… — вдоволь накупавшись, Лернор стал не спеша вылезать на сушу, оглядываясь в поисках куда-то спрятанных Джулианой полотенец, — …Но раз уж ты спросил, думаю, не стоит от тебя скрывать эту довольно увлекательную историю.

— Сказочник, блин. Ты дольше запрягаешь, чем рассказываешь.

Так и не найдя чем утереться, Лернор мокрым сел на диван, образовывая под собой небольшую лужицу. Поднимать сброшенную одежду было лень, поэтому он стал пытаться поддеть ее ногой, не двигаясь с места.

— Пытаясь клонировать человека, экспериментаторы всего мира сталкиваются с одной непреодолимой проблемой — все создаваемые клоны могли лишь существовать в состоянии клинической смерти, то есть после создания пребывали в коме, — начал он свой рассказ, стараясь вспомнить все детали своего электронного путешествия по отчетам, вытащенным из базы данных Московских спецслужб.

— Что-то подсказывает мне, что виновата тут душа, — серьезно посмотрел на своего товарища Куллер, словно не замечая, как тот продолжает забавно шаркать босыми ногами по полу, будто мокрая лягушка.

— Естественно нам догадаться не трудно, но только представь насколько тяжело тоже самое понять с позиции закоренелого материалиста ученого. Таким людям необходимо вынуть и положить на стол все доказательства, чтобы он хоть каплю поверил. Как в таком случае препарировать душу? А никак…. — Лернор соскользнул с дивана и неожиданно для себя очутился на полу в самой нелицеприятной позе. — Блин…

— Ты что не можешь, нормал