Book: На вершине Амаравати



Валентин Румынин

На вершине Амаравати

Посвящается всем, кто верит в Жизнь, противостоит Тьме и ищет Любовь

Пролог

— Получается? Вы уже дописали? — нетерпеливо спросил юноша, увидев, что старый преподаватель отложил перо в сторону и провел морщинистой рукой над желтым листом пергамента, заставляя чернила моментально высохнуть.

— И все-то ты спешишь, Ини… — Мастер Реликсан грузно поднялся с бархатного кресла с высокой спинкой, стоявшего перед большим письменным столом, и протянул ученику готовый документ.

— О, спасибо, наставник! Теперь я могу идти? — Иниан смотрел на мастера с нескрываемой радостью.

— Ну иди, иди, не задерживай старика… — Реликсан насмешливо покачал головой и проводил юношу долгим пристальным взглядом.

Задумчиво пощипав седую бороду и глубоко вздохнув, старый мастер снова опустился в кресло. Открыв потайной ящик стола, он начал копаться в ворохе старых бумаг, которые так и не удосужился рассортировать по каталогам.

«А ведь учитель истории просил парня всего лишь описать одну из битв в Последней Войне Древних, используя не натокн, а праязык. И что тут сложного? Главное, чтобы он все-таки догадался прочесть этот документ и заменить мою подпись собственной. А то влетит ему от Серкхута!» Мастер прервался и ехидно улыбнулся своей маленькой проделке.

Наконец поиски увенчались успехом. Из ящика письменного стола мастер извлек темный конверт с едва заметной маркировкой Пентагона Ищущих. Старый и потрепанный документ, лежащий в нем, был уже не раз читан-перечитан, и сейчас Реликсан снова пытался отыскать в нем хотя бы толику новых сведений об этом мальчике. Конверт датировался 3461 годом, тогда Иниану исполнилось всего несколько месяцев от рождения. Ищущие обнаружили младенца где-то в районе южных берегов Токанны, и только по странному стечению обстоятельств он не попал в Дом Рабов: по высочайшей просьбе архимага Карро мальчика взял в свой дом Андроан Стерх, купец из южного халифата Ле-Аннат.

Сообщение Ищущих содержало немало полезной информации, но самое главное, что они сумели разыскать истинных родителей мальчика — ими оказались простые крестьяне, погибшие по воле стихий в первые недели жизни Иниана. А далее вся информация касательно их рода и варны шифровалась Ключом Торсана. Этот шифр знали лишь два человека — архимаг Карро и магистр Ищущих — Дэй Равст. Магистр был убит на следующий день после получения конверта, а Карро… Карро совершенно не желал разговаривать на эту тему и любые вопросы считал запретными. Он и письмо-то доверил мастеру лишь потому, что Реликсан был его давним другом и верным соратником; кроме того, именно ему поручили воспитание Иниана Стерха. Вот только что-то в этой истории очень настораживало и порой сильно волновало мастера. А если учесть, что по просьбе Карро мальчика глубоко погрузили в изучение всего, что касалось магии Древних, то напрашивался вывод, что у архимага явно была какая-то таинственная цель, скрытая ото всех.

Вот и сейчас шифр в очередной раз совершенно не желал поддаваться — заклятие словно смеялось над магом двадцатого лера, игриво поблескивая желтым пламенем. Плюнув в сердцах и забросив злополучный документ обратно в ящик, Реликсан рассерженно встал и вышел в коридор Академии А, направившись в сторону внутреннего портала.

Его шаги гулко отдавались в узорчатых сводах, казалось, что каждый камень в древней кладке отвечает раздраженному мастеру и гонит его вперед. Навстречу изредка попадались ученики, учтиво кланявшиеся магу. Пройдя несколько учебных залов и свернув налево, мастер вошел в пентаграмму академического портала. Стенки опустились, закружился вихрь световых пятен, и Реликсан оказался в приемной Магистратуры, привычно сверкавшей всполохами магических бликов. Выбрав одну из четырех дверей, на которой переливалась надпись «Пентагон Ищущих», Реликсан прошептал открывающий пароль и шагнул в проем.

Часть первая

В поисках рода Калил

До тех пор пока ты не принял окончательное решение, тебя будут мучить сомнения, ты будешь все время помнить о том, что есть шанс повернуть назад, и это не даст тебе работать эффективно. Но в тот момент, когда ты решишься полностью посвятить себя своему делу, Провидение оказывается на твоей стороне. Начинают происходить такие вещи, которые не могли бы случиться при иных обстоятельствах… На что бы ты ни был способен, о чем бы ты ни мечтал, начни осуществлять это. Смелость придает человеку Силу и даже магическую власть. Решайся!

И.-В. Гете (1749–1832 от БЭР)

Глава 1

Утопая ступнями в дорожной пыли, я неспешно шел по Тропе Серн в восточном направлении, вспоминая события вчерашнего дня. До сих пор все пережитое казалось мне странным, если не сказать страшным сном. А ведь все так хорошо начиналось! И надо было именно в этот день спутаться со всеми бедами, забери их Раху!

Прошлым утром мне пришлось встать раньше обычного. Проснулся я от изрядной порции ледяной воды, попавшей точно по назначению. С яростной руганью я вскинулся на кровати и увидел радостно улыбающегося брата, который наивно прятал за спину глиняный кувшин.

— Да ты что, совсем уже?! — отфыркиваясь, прошипел я.

— Наанчик, ты обещал сходить на рыбалку! Я уже все собрал, а ты дрыхнешь. — Насупившееся лицо братца явственно говорило, что если я немедленно не встану, то утренняя ванна в собственной постели будет лишь началом заготовленных им каверз.

— Ладно, уговорил. А где Алия?

— Она в хлеву, корову доит. А папа на охоту с мужиками ушел.

— Так, быстро дуй на улицу, я сейчас соберусь и выйду.

Спровадив слегка обиженного Бона, я спрыгнул с кровати, натянул штаны, подвязался поясом. Поискав глазами кинжал, обнаружил его в куче грязного белья в левом углу комнаты. «Да-а, в совершеннолетии есть свои минусы…» Я вспомнил, как мы с друзьями вчера отметили мой день рождения. Покачав головой и засунув кинжал за пояс, я надел просторную рубаху, подаренную мне вчера Оррином — сыном нашего соседа и победителем многих состязаний на мечах среди молодежи. Выйдя во двор и собрав необходимые рыбацкие принадлежности, я окликнул брата, и мы отправились в путь. В нескольких сотнях метров от дома нас нагнала Алия, чтобы засунуть в мою сумку бутыль парного молока.

Путь до устья Малой Эшны занимал около полутора часов. Митра уже встала над горизонтом и явственно начинала припекать наши головы.

— А о чем вы вчера с папой говорили? — Еон был неподражаем, когда хотел узнать что-то интересное — он так жалостно смотрел на меня, что я невольно рассмеялся:

— Да ничего важного, просто отец ввел меня в курс событий, происходящих в Токанне. Оказалось, что не все живут так, как мы. — Я невольно поморщился, вспомнив рассказы отца о зверствах Легиона и обычаях Запредельного Королевства.

— Как — не как мы? — Брат удивленно округлил свои голубые глаза, явно не понимая смысла моих слов.

— Ну мы живем в свободных городах и деревнях", где основное занятие — земледелие и торговля. Нас не трогают ни халифат, так как ему открыты наши торговые пути, ни королевство. Хотя… — Я на секунду задумался и продолжил: — Если бы Айлейл захотел нас подчинить, это было бы несложно сделать…

— А кто такой Алела?

— Не Алела, а Айлейл! Это король, великий правитель Запредельного Королевства, еще папа сказал, что в нем течет кровь Древних Тиродов, — я успел предотвратить следующий вопрос брата, — а кто такие Тироды, я не знаю.

— А кто такие Древние?

Я схватился за голову и взмолился:

— Будь добр, не задавай столько глупых вопросов! Древние — это те люди, которые жили на Притхиви до Последней Войны. Собственно, после этой войны и образовался тот мир, в котором мы живем. Понял?

— Угу…

— Ну так вот. Мы свободные от предрассудков люди. А в королевстве свои порядки. Там есть разделение всех людей на варны, есть рабство и жуткие законы… Но есть и Академия А, где учат истинных магов, есть школы меча и магии, и есть многое, чего я не знаю. Вот вырастешь — спросишь у отца сам.

Остаток пути до побережья мы мало разговаривали, лишь изредка обсуждая повседневные дела, а все больше наслаждались окружающей красотой. Воздух постепенно раскалялся, Еон даже скинул рубаху и теперь подставлял лучам Митры свою и без того загорелую спину.

Наконец, разложив снасти и вырезав удилища из прибрежных кустов, мы с удовольствием растянулись на берегу реки.

— Наан, а Наан?

— Чего тебе?

— А ты с Лиарой целовался?

Я приоткрыл глаза и искоса глянул на братца:

— А тебе-то что?

— Алия говорит, что она плохая…

— У нашей сестрички все плохие, если не из нашего рода. — Я с улыбкой вспомнил недавние приключения, когда мы с Лиарой вышли в открытые воды океана на легком баркасе. — А лично мне она нравится.

— А Алия говорит, что она пыталась к Беорну приставать. Вот.

— Да что, если и так? Беорн из наших, настоящий Тинору, да и сын старосты. Мы же с ней не встречаемся, она свободная девушка. Просто дружим…

— А Алия гово…

— Да мне наплевать, что она говорит! — Я грубо оборвал брата, вскочил на ноги и побрел по побережью океана, со злости пиная камешки и все, что попадало под ногу… Только когда Эшна скрылась за поворотом берега, я начал успокаиваться.

Я не совсем понимал свои внезапные всплески ярости на, казалось бы, совсем безобидные вещи. Вот и теперь рассердился из-за какой-то ерунды. А я ведь с Лиарой действительно не целовался — и что было на брата кричать. Я дошел до каменной гряды, скрывающей от обзора дальнюю часть побережья, и собирался уже повернуть назад — лезть на камни не хотелось, но вдруг услышал неподалеку человеческие голоса. Подумав, что послышалось, повернулся, но голоса зазвучали снова. Я тихо подкрался поближе к камням и приложил ухо к большой глыбе. Разговаривали явно двое.

— Ты уверен в том, что говоришь? Ты понимаешь, что если мой господин рассердится, то последствия будут ужасные и для тебя, и для этой деревни!

— О да! Это точно он, точно! Я их знаю, уж поверьте! Я всегда хорошо служу тем, кто хорошо платит, — ехидно расхохотался обладатель мерзкого голоса с какой-то странной горловой интонацией. — А ваш господин очень богат и щедр!

Меня передернуло от холода, пробежавшего по жилам, но я продолжил слушать.

— Господин мой, прежде всего, богат умом. Я уверен, если просто сказать, что второй мальчик тоже жив, он не поверит. Нужны доказательства, и очень серьезные. — Обладатель сильного мужского голоса говорил очень уверенно и спокойно, с чувством превосходства.

— Они будут, только немного подождите!

Я переступил с ноги на ногу и случайно задел небольшой камень, который с грохотом полетел вниз.

— Ш-ш-ш. Тихо!

Все замерло. Я стоял не дыша — там что-то услышали и теперь могли заметить нежеланного гостя.

— Вроде все спокойно. Я жду результатов сегодня к вечеру.

— Доказательства будут! Я клянусь!

Послышался легкий стук камней, и все стихло. В этот момент я еще не осознал важности услышанного. Да и как можно знать все наперед!

Постояв немного на месте, я вернулся к брату. Интересно, поймал он что-нибудь или нет? Надо рассказать отцу об этих странных людях. Я поморщился, снова вспомнив мерзкий голос за камнями.

Мы закончили рыбачить, когда Митра уже перешла зенит. Замотав головы рубахами и став похожими на двух бедуинов из Ле-Анната, мы пошли домой, груженные неплохим уловом.

Возле дома нас радостно встретила Алия и моментально утащила весь улов на кухню, мимоходом крикнув, что отец приходил и снова ушел по делам. Еон убежал играть с соседскими парнишками, а я залег в гамак и стал обдумывать разговор, услышанный на берегу. Жаль, что отец опять ушел. Незаметно я задремал, а когда проснулся, уже наступил вечер. Вкусно пахло жареной рыбой, со двора доносились голоса. Я потянулся и нехотя слез с гамака.

К немалому своему удивлению, я увидел отца, облаченного в старинные боевые доспехи, которые давно пылились в сундуке под лестницей. По правую руку от него сидел старец в белом плаще с высоким капюшоном, откинутым на плечи. Совершенно седые волосы обрамляли мужественное лицо, покрытое бронзовым загаром. Возраст гостя я не смог определить даже на глаз, но, судя по седине и тонким сеткам морщин, покрывающих его высокий лоб, ему могло быть за семьдесят, а может, и за все сто… Алия и Еон сидели напротив взрослых и с аппетитом уплетали речного лосося.

— Ну здравствуй, Наанор. — Старец поднялся и сложил руки в приветственном жесте. Я поспешил ответить тем же. Отец представил гостя:

— Наан, это Ворон Эш, давний друг нашей семьи. К сожалению, приходит только тогда, когда грядут большие перемены. — Отец вздохнул и предложил мне присесть. Я пододвинул к себе табурет и выжидающе посмотрел на Ворона. В нашем доме редко бывали гости, тем более такие важные.

— Извини, Ренар, ты разрешишь? — Отец согласно кивнул, и Ворон что-то пробормотал и развел руками. Пространство вокруг нас троих подернулось рябью, и все звуки исчезли. Наступила полная тишина. — Вот так будет лучше. — Эш вздохнул и повернулся ко мне. — Не знаю, помнишь ты меня или нет, но я был у вас в гостях лет десять назад. Тогда я забрал твоего отца с собой.

Естественно, я помнил это. Два года без отца жилось трудно — мама очень много работала, чтобы прокормить нас с сестрой и совсем маленького Бона. Я кивнул и с большим интересом посмотрел на Ворона.

— Ну так вот. Сейчас в стране происходят события, способные изменить ход истории. И что касается конкретно вас. Айлейл и Легион уже взяли Великие Ашты. Соответственно, скоро Свободных Земель уже не будет. Всех распределят по варнам, а юношей с семнадцати лет отправят служить в Легион.

— Но как же так? — Я ужаснулся тому, что сказал Эш. Отец сидел с понурым видом — он-то уже все знал.

— Долгое время в наших землях царило спокойствие, которое только прикрывало истинные намерения некоторых сильных людей. И не только людей. Но об этом тебе еще не время знать. Сейчас главное — уйти в большой город. Самый близкий — Риротек. — Ворон Эш положил руку мне на плечо и посмотрел в глаза. — Мальчик мой, ты уже вырос. Твой Путь встает перед тобой, и последнее, что мы можем сделать, — это отправить тебя в дорогу.

— Наан, сынок, в Риротеке есть школа меча, которой заправляет мастер Ли. Он мой давний знакомый, так что в городе у тебя будет сильный покровитель. Мы с Вороном уже собрали тебе все необходимое в дорогу. Если успеешь добраться до Риротека за десять дней, то войдешь в город спокойно. По нашим расчетам, Легион будет там не раньше, чем через две недели. Если мастер Ли возьмет тебя в ученики, ты будешь отнесен к варне кшатриев, а это верная дорога к большому будущему. — Отец скрестил руки на груди и задумчиво посмотрел на меня.

— Пойдешь по Тропе Серн, она короче, да и безопаснее. Ты ведь умеешь видеть ауру? — Ворон с интересом посмотрел на меня.

— Да, конечно, это умеют все из нашего рода. Тинору всегда этим отличались.

— Отлично, так вот, эта тропа отмечена в астрале зеленой вязью. Просто следи за направлением.

— Отец, а почему ты в доспехах?

— Мы уходим в леса… Ворон Эш — лидер Тоскнарров. Это народ, живущий в наших лесах тайно и не приемлющий над собой никакой власти. Вот к ним мы и примкнем. Если Айлейл сможет подчинить наши земли, то мы ответим ему войной. Тоскнарры — люди сильные духом и телом. — Отец ласково посмотрел на меня и улыбнулся. — Все будет хорошо.

Они вдвоем с Вороном еще долго объясняли, как и что мне надо сделать, чтобы живым добраться до города. Из их слов я узнал много нового, и мне все меньше нравилось королевство с его законами и нравами. Но я понял, что и там есть вторая сила, которая держит часть власти, — это сила магии и те, кто ею управляет. Королю и его системе противостоять может только архимаг.

— Отец, мы сегодня ходили на рыбалку, и я случайно подслушал разговор двух людей. Их лиц я не видел, но они говорили о странных вещах и о нашей деревне…

— Наан, чужие разговоры не стоит подслушивать, даже из благих целей! — Отец рассерженно посмотрел на меня.

— Продолжай, юноша, — жестом прервал его нравоучения Ворон, — что же ты узнал такого, что тебя взволновало?

— Они говорили о том, что жив какой-то второй мальчик и господин заплатит за сведения о нем хорошие деньги. Один из них пообещал достать доказательства, а второй, в случае неудачи, уничтожить деревню. Боюсь, — я взглянул на отца, который закусил губу и не смотрел в мою сторону, — что они говорили о Риерве.

— Что ж, может быть, ты и прав. Тяжкие времена наступают, очень тяжкие…

— Знаешь, Эш, я тоже неспокоен. В округе давно бродят странные личности, и я всякий раз испытываю беспокойство, как иду на охоту и выхожу к западному берегу. Тьма там, сырая тьма…

Таким я отца еще не видел. Он раскачивался на стуле, глядя в одну точку. Эш наклонился к нему и что-то прошептал на чужом языке. Отец встрепенулся и, бросив быстрый взгляд на меня, произнес в ответ несколько слов. Они вновь переглянулись, и отец сказал мне:



— Собирайся. Наутро уйдешь в город. Я и Алия соберем тебе припасы. И запомни — для всех ты идешь в Риротек учиться. В школе меча, разумеется. А теперь марш отсюда!

Ворон Эш улыбнулся и снял заклинание. В уши ворвался неожиданно громкий щебет птиц и другие звуки природы. Алия и Еон о чем-то увлеченно спорили. Я вздохнул, откланялся и пошел в свою комнату. Приключения начинались — только хотел ли я их?

Я закрыл дверь и присел на сундук. Собираться и тем более спать не хотелось — так все закрутилось в вихре перемен, к которым я оказался совершенно не готов! Легион, школа меча, Тоскнарры и наконец какие-то странные слова отца о тьме на западе… Плюнув на все, я бухнулся на кровать — утро вечера мудренее. Посмотрим на это, как на новый и интересный Путь… Мне ведь уже целых семнадцать лет…

Утром, едва открыв глаза, я увидел свет зари, окрасившей окна в розовые тона. Значит, не проспал. Быстро одевшись и пересчитав деньги, которые оставил мне отец — ровно три монеты серебром и сорок медью, — я выскочил на задний двор. Вещей отца уже не было — получается, он уже ушел вместе с Вороном. Стало на мгновение грустно и одиноко.

Перемахнув через ограду, я оказался в густой траве, окатившей меня росой. Холодно, Раху меня побери! Я быстро удалялся от дома. Шел налегке, положив в сумку только самое необходимое. Я прикинул, сколько же мне добираться до Риротека. По словам Ворона, выходило не менее десяти дней пути. Оставался открытым вопрос с провиантом; воды, к счастью, хватало — Тропа Серн тянулась почти все время рядом с Малой Эшной. Она шла недалеко от Риервы и не обозначалась ни на одной карте. Как объяснял мне отец, по ней ходили лишь Видящие Странники да мелкие животные, поэтому она оставалась относительно безопасной и скрытой от постороннего взгляда. Кинув последний взгляд на свой дом, я устремился в путь.


За многие сотни километров от Риервы, в самом сердце Запредельного Королевства, у озера Вай, юный маг Иниан внимал наставлениям своего мастера. Обучение юноши в Академии А подходило к рубежу. Скоро ему будет дан выбор — войти в состав учеников Истинной Магии и продолжить обучение в академии либо уйти в Храм Аката, дабы принять сан жреца, пройти испытания четырех стихий и нести просвещение и магию в далекие города и страны. Сын купца из халифата Ле-Аннат, он стал одним из лучших в своем классе. Его начальный лер являлся предельно высоким даже для родовых магов, из-за чего к нему настороженно относились остальные ученики и всегда больше внимания уделяли учителя. Перед мастером Реликсаном с самого начала обучения стояла задача воспитать юношу в нужном для академии направлении и не допустить его возможного перехода к изучению Темных Искусств, которые оставались запрещенными на территории всех цивилизованных стран. Так как Иниан не принадлежал к родовым магам, он легко мог обучиться чему угодно, именно этого и опасались учителя юноши. С его данными он мог стать в будущем действительно великим магом, а они, как известно, не различают понятия добра и зла. Кроме того, сам архимаг держал мальчика под пристальным вниманием, а это многого стоило.

Мастер любил рассказывать юноше о великих Древних. Они считались праотцами всего, что есть на Притхиви. Конечно, это знали все, кто изучал основы магических искусств, но те стороны знания, которые открывал ему Реликсан по приказу архимага, являлись тайными. С их помощью можно было частично овладеть легендарной мощью Древних. Этой темы Иниан опасался, но и всегда жаждал с нетерпением подростка, ждущего первого поцелуя возлюбленной.

— Как ты знаешь, мой мальчик, Древние смогли осуществить синтез магии и технологии, создав и подчинив себе мощь огромной силы. Придя к этому через сотни войн и ужасающих катастроф, они строили цивилизацию убийц, отвратную всему живому. Но среди них находились и те, кто видел будущее только в истинном начале всего — жизни. Именно они, точнее, некая их часть, назвавшая себя Тиродами, незадолго до Последней Войны смогли втайне от большинства выстроить порталы и залы, хранящие знания. Куда вели те порталы, никто не знает. Вероятно, многие из Тиродов смогли уйти через них в другие миры, но наверняка этого мы не знаем, так же как не знаем почти ничего об их Хранилищах. Последний из их рода, благородный Фархан Тирод Первый, переживший Великую Зиму и основавший наше королевство, оставил после себя лишь Книгу Памяти, которая сейчас находится у архимага Карро. В ней приведены только частичные сведения об основах Слова Смерти и Слова Жизни. — Мастер прервался и глотнул воды из кувшина. — Но ты это все знаешь. Однако я тебе не говорил о самом важном — о том, что там описано место входа в одно из уцелевших Хранилищ. Именно потому уже несколько столетий лучшие маги бьются над разгадкой тайны этой книги.

— И где же оно? — В голосе Иниана уже чувствовалась сталь взрослого мага, и Реликсан с удовлетворением отмечал его рвение и тягу к неизведанному.

— Спокойствие, мой юный друг. Ты знаешь это место… — Учитель огладил бороду и хитро посмотрел на горящего нетерпением юношу.

— Неужели это…

— Да, именно так. И эту тайну разгадать нам пока не под силу. — Голос мастера стал серьезным.

Урок закончился через пару часов, и Иниан попрощался с наставником. Задумчивый и отрешенный от всего мирского, он пошел вдоль берега озера. Во весь горизонт раскинулась синяя гладь кристально чистой воды, приятный теплый ветер трепал выбившиеся пряди его длинных, стянутых в ученический хвост волос. Неслучайно важные уроки Реликсан проводил на озере Вай — это место привносило спокойствие в душу и помогало лучше познать себя и свои мысли, отрешившись от обыденности. Сегодня мастер заронил в сердце Иниана очередное сомнение о смысле всей его жизни. Любознательный юноша и раньше интересовался легендами о том, как люди пытались отыскать тайные знания Древних. Самая запоминающаяся из них рассказывала о некоем Баркане Калил, простом воине тридцати трех лет, который нашел способ попасть в Лес Токанны. Даже той небольшой доли информации, которую можно было почерпнуть из легенды, хватало, чтобы зажечь вечный огонь страсти к этому дивному и страшному месту. Конечно, это все считали пустой выдумкой, но теперь, после слов мастера, Иниан поверил в легенды окончательно. На второй план отошло будущее обычного мага или жреца. Ведь то, что он мог получить от Древних, могло быть сильнее всего сущего в мире. И Карро знал это. Знал и ничего не делал. Почему — Иниан не мог, да и не хотел рассуждать.

— Лети ко мне, Ареш! — воззвал он к небесам, и почти сразу же сверху к нему спустился его любимец гриф. Он лишь по своей воле признавал мальчика за старшего, позволял обучать и заботиться о себе. Взмыв над озером Вай, Иниан устремился в сторону Орна, где располагался его ученический дом. Юному магу требовалось время, чтобы все подготовить для прочтения Слова Жизни, которое мастер обещал передать ему на следующем занятии. Время великих свершений наступало.

Глава 2

После небольшой передышки я снова двинулся в путь. Идти стало легче, и я с удовольствием следил за зеленой вязью путеводителя, слегка сдвигая зрение в магический диапазон. Проматывая в голове события вчерашнего дня, я не заметил, как сзади меня нагнал Ворон Эш. Я так и не понял, откуда он взялся и почему лидер Тоскнарров все еще в Риерве.

— Здравствуй, юноша! Выспался?

— Доброе утро, Ворон Эш! Как вы здесь оказались? Я думал, вы с отцом ушли.

— Ну чтобы идти с отцом и говорить сейчас с тобой, мне много сил не нужно. — Эш улыбнулся, и я понял, что он меня не разыгрывает.

— Вы нереальны, да?

— Скажем так, я сейчас с твоим отцом забираюсь на скалы, а мой двойник разговаривает с тобой.

— Но…

— И все же, несмотря на это, я спешу. Просто мне необходимо поговорить с тобой наедине. Слышал ли ты, Наан, легенды про Древних и про тех людей, что совершали великие дела, связанные с ними?

— Я… Мне давно мама рассказывала сказки.

— А имя Варкан тебе что-нибудь говорит? — спросил Эш, ожидая моей реакции. Я задумался.

— Это воин из легенды о Тироде… Или я ошибаюсь?

— Верно, верно. Легенда о Варкане. И кстати, он принадлежал к твоему роду. — У Ворона было совершенно серьезное лицо, так что моя первая мысль о розыгрыше пропала сама собой.

— Но Варкан не носил имя Тинору, он же… — Тут меня осенила внезапная догадка. — Он же из рода Калил! Вы что, хотите сказать, что я не…

— Да, это так. К сожалению или к счастью, но ты не из рода Тинору. Твой отец усыновил тебя в младенчестве, и я сам просил его держать это в тайне.

Я осел на землю там, где и стоял, схватившись за голову и проклиная и этот день, и всю Притхиви в придачу.

— Но, Эш… Я никогда и подумать не мог… Что же мне теперь делать?

— То, что и раньше. У нас у всех свой Путь.

— Да я-то тут при чем? — Мне никогда не симпатизировали фаталистические взгляды на жизнь. Я просто пытался понять, почему на меня свалилось все разом!

— Что ж, может быть, и ни при чем. Да только о роде твоем не мне рассказывать. Если хочешь знать, в Риротеке ты найдешь себе нового спутника. Заговорит с тобой он сам, предложит незначительную помощь. Смотри не упусти друга. Часто тебя выручать будет. Придет время, и пойдешь с ним через южный берег на остров Боли к последнему дракону.

— Что?! Да это же очень далеко! А дракон?! Я же не воин какой-нибудь, у меня даже меча хорошего… Да мне семнадцать лет всего! — Мой голос сорвался, перейдя на крик. Ворон сделал вид, что не заметил моей жалкой истерики.

— На роду твоем много что написано. Свернешь с пути, и не будет тебе покоя всю жизнь. Да и жизни не будет. Пора мне уходить. Смотри не забывай слов моих! — погрозил мне пальцем седовласый. — Не только для тебя это делаю. А имя мое забудь, и говорить про меня никому не следует. Все равно мало кто поверит. — Ворон склонил голову и сделал пасс руками. В воздухе запахло свежестью, раздался хлопок, ткань мироздания подернулась рябью, и старец исчез в зеленом свечении. Еще миг, и передо мной простирались одни лишь заливные луга…


Весь вечер тридцатого мая 3478 года Иниан готовился к предстоящему Прочтению. Убранство дома словно подчеркивало значимость события. Хорошо выспавшись, юный маг отправился к учителю. Наконец-то пришло время — сегодня он прочтет Слово. И, как будто угадав его мысли, верный Ареш приземлился в двух метрах от хозяина. Улыбнувшись и подмигнув грифу, Иниан забрался на него. Воспарив над просторами Токанны, Ареш запел свою песнь. Они летели около часа, и все это время в пространство лилась прекрасная торжественная музыка, сопровождаемая лишь потоками ветра от мощных взмахов крыл птицы. Душа Иниана постепенно наполнилась уверенностью и осознанием правильности того дела, которое он выбрал. Сила магии была реальна и прекрасна, как никогда!


Мастер Реликсан зашел в апартаменты архимага Карро. После очередного урока с Инианом он чувствовал огромную усталость. Занятия начинали выматывать его, а сила мальчика только росла.

Архимаг возлежал под балдахином и изучал какой-то свиток. Увидев Реликсана, он приветственно взмахнул рукой:

— Я давно жду тебя. Как продвигается обучение Слову?

— Я устаю, а ему хоть бы что. — Мастер тяжело вздохнул, а его седая борода склонилась еще ниже.

— Ты исполнил мою просьбу? — Взгляд Карро придавил сознание мастера.

— Мальчика неудержимо влечет к силе Древних. Это не просто стремление — его энергия зашкаливает, когда он читает даже простые Слова. Я боюсь, что не в наших силах удержать его эго, — поморщился он. — Да, я дал ему Слово и произвел все необходимые приготовления, если ты это хотел услышать. Все, как ты и просил. Сегодня вечером начнется новая эра магии. Или не начнется.

— Я уверен в успехе. Иниан еще не знает всей своей силы, но это сработает в нужную сторону. Если он сможет прочесть Слово Жизни, то жди гостей. — Карро усмехнулся и привстал со своего роскошного ложа.

— Но что будет с Инианом, когда он прочтет Слово? — Мастер непроизвольно нахмурился.

— Если все произойдет, как задумано, то просто сильный шок. Оправится через час. Слово еще не слито воедино. Но риска для жизни нет, если он будет делать все, как ты ему сказал.

— Он всегда был послушным учеником». Или я очень хочу в это верить. — Последнюю фразу мастер произнес себе под нос.

— Тогда счастливо, мой друг. Я жду тебя в Чертогах Аурилла, не опоздай. Если проход откроется, мы должны засечь это место.

Реликсан склонил голову и вышел, оставив архимага наедине с его мыслями. Только бы у мальчика все получилось…


В доме Иниана пахло плесенью и чем-то похожим на помет транов. Главная комната была затемнена плотными шторами, сумрак помогал телу расслабиться, позволяя энергии течь спокойно. Дом внимал своему хозяину и создавал то состояние, которое требовалось магу. Посреди комнаты на круглом столе, сделанном из обсидиана, возлежало нечто, весьма похожее на древнюю химеру, — то было каменное изваяние катруса. Страшный хищник, несмотря на весь свой грозный вид, не представлял опасности, так как создавался исключительно для использования в магических опытах учеников академии.

Иниан замер. Течение энергии ощущалось уже всей кожей, воздух дрожал от напряжения. И тогда он пропел Слово.

Слово, направленное на катруса, незамедлительно возымело свой эффект. Иниан ужаснулся, пораженный увиденным зрелищем. В висках мучительно жгло, болели глаза, древнее заклятие высосало почти всю силу. Катрус медленно оживал, вернее, оживали его глаза. Огромные узкие зрачки светились белым светом первобытной ярости. Во всем остальном он оставался камнем, но глаза жили своей собственной жизнью. В воспаленном мозгу Иниана прозвучал низкий, почти утробный рык. Едва поняв его, он услышал слова Зверя:

«Ты… Зачем? Где мой разум? Кто ты такой?!» — Взгляд монстра уперся в Иниана.

— Я слышу тебя. — Хоть Иниан и не был готов к такому повороту событий, но выдержка ученика из Академии А давала о себе знать. — Тебя воззвали к жизни Словом. Это древние силы, ты не можешь сопротивляться!

«Ты не оживил это несчастное создание, глупец! Ты лишь выкрал мою душу из другого мира и времени! Верни меня немедленно!» — Глаза катруса засверкали еще ярче. Иниан невольно попятился. Он почувствовал, что они могут убивать, убивать безжалостно и беспощадно.

— Но разве ты… Как ты вообще можешь так мыслить? Я слышал мысли многих из твоей породы, но они всегда были бессвязны и очень просты! — Отчаяние начинало приносить первые плоды, и Иниан невольно перешел на крик.

«Так ты думаешь, что поймал в свои сети животное? Мое имя Рин из рода Кресналтов, бездарь ты этакий! И насколько я понимаю, твой мир чужд тем местам, откуда ты меня нагло и бесцеремонно вытащил! Хорошо, взгляни, будь добр, на мою память — ты это можешь. Я открою тебе часть сознания. Не пытайся только взломать мои барьеры!»

После этого в голове юного мага пронеслись столь жуткие сцены вариантов собственной гибели, что ослушаться он просто не посмел. Иниан перестал что-либо понимать окончательно. Мастер говорил, что после применения Слова Жизни на изваяние катруса часть его может ожить, но он не говорил о том, что он окажется разумным, мало того, разум этот будет не дикого хищника, а Раху знает кого и откуда! Это как минимум странно… И очень-очень опасно! Но интерес к познанию оказался сильнее испуга — закрыв глаза, Иниан начал плести сети заклинаний, которые предназначались для защиты его разума от силы «катруса». Подернутое фиолетовой сеткой пространство в его голове обозначилось овалом и создало проход. Он увидел часть внутреннего мира чужака. Вход произошел — сознание подбросило и кинуло в бездну чувств, мыслей и эмоций. Водоворот закончился. Иниан осмотрелся, — вероятно, так выглядел мир, где жил этот Рин. «Что ж, по крайней мере, это родственный Притхиви мир», — подытожил Иниан и сделал первый шаг.

По небу бежали голубые облака, красное небесное светило находилось в зените. Легкий ветер обдувал Иниана, стоящего по колено в траве. Недалеко виднелся лес, над верхушками которого поднимались огромные серые горы. За спиной он почувствовал легкое движение. Обернувшись, юноша увидел странного человека — высокого, выше на две головы, чем он сам, стройного и мускулистого, в одеждах преобладающе зеленого цвета и плаще, пристегнутом у шеи красивой брошью. Величественным казалось лицо незнакомца — правильные черты, длинные волосы, удивительные глаза — огромные, светящиеся и без зрачков… Хотя нет, это как раз зрачки занимали весь глаз! Таким зрением, наверное, можно видеть совершенно все. Невольно вспомнился катрус…

— Ну что, удивлен? — произнес низким бархатным голосом странный человек.

— Катрус? — Иниан все еще полностью не уверился в происходящем.



— В этом мире мое имя Рин! Может, запомнишь наконец? — рявкнул он.

— О, прости… Что это за место?

— Вы называете это Притхиви. Мы называем Третьей Планетой. Только живем мы с тобой в разных мировых и временных структурах. Наверное, об этом не знали твои учителя — я прав?

— Наверное…

— Как и не знали, что Словом можно проложить путь между нашими мирами. — Рин высокомерно усмехнулся.

— Что? Но мой мастер… Он не мог… Он столько лет своей жизни отдал изучению Древних… — Иниан уже начал сомневаться в своей нормальности.

— Скажи мне, почему ты не смог перенести меня в ваш мир полностью?

— Нам неизвестны еще несколько частей Слова Жизни. Их забыли в нашем мире.

— Ясно. Как зовут тебя и твой род? — Голос Рина заметно потеплел.

— Иниан… Настоящее имя рода моего неизвестно. Воспитал меня купец из рода Стерх. Я даже маг не родовой…

— Странные у вас понятия. Значит, ты просто ученик, недоучка. Жаль. Зачем ты стремишься к знаниям? Глупо идти, не зная цели. — Рин сел на траву, скрестив ноги.

— Я всю жизнь готов отдать магии! Я хочу… Мой мир должен быть другим. Мне необходима Сила! — При этих словах Иниан изменился в лице. В нем снова проснулся голос, не дававший ему покоя и гнавший вперед.

— Не утруждай себя словами. Тому, кто слышит, не нужны слова. — Чужак встал и подошел к юному магу. — Я могу открыть тебе дверь к знаниям нашего мира. Конечно, только если ты пройдешь все проверки наших Аленов и докажешь, что действительно достоин этого. Но ты будешь вправе передать наши секреты лишь одному человеку в своей жизни. Это закон мироздания, о котором, судя по твоему рассказу, уже давно забыли на Притхиви. Поэтому вы и теряете все. Ты сможешь продолжить обучение в нашем мире. Я могу перенести твою душу к нам. Для всех в своем мире ты умрешь, но после обучения мы возродим тебя из пепла. Ты первый за многие века, кто смог произнести Слово. Это интересно. Подумай об этом. — Рин стал похож на Карро, такой же задумчивый и великий.

— Но зачем вам это? — Иниан непонимающе уставился на Рина. — Я не понимаю.

— Зачем? Узнаешь позже. Конечно, для тебя это большой риск. Если Алены тебя не примут, ты навсегда останешься мелким магом в нашем мире. — Он усмехнулся и поправил волосы. — Или вообще никем не будешь. Но решать тебе.

Иниан глубоко задумался. Это был шанс. Рин давал ему возможность шагнуть в бездну новых знаний, открыть то, к чему стремились лучшие маги Токанны и всей Притхиви… «Мастер Реликсан предупреждал меня о возможных опасностях и запрещал что-либо делать, но… Это мой шанс! Только мой».


Я осмотрелся. С тех пор как я вышел на Тропу Серн, меня не покидало чувство страха перед новой жизнью. Я был абсолютно один. Посещение старца, будь он неладен, только добавило беспокойства в душу. Вязь тропы я видел благодаря особому умению, которому обучались все юноши моего (моего ли?!) рода. Это умение позволяло сдвигать зрение в магический диапазон, невидимый для простого взгляда. Лес только еще начинался, и я знал, что идти дальше будет сложнее. Ведь нет чтобы пойти по дороге! Пусть дольше на пару дней пути, зато идти легче. Однако там была опасность попасть в лапы Легиона. Если отец говорил правду, то ничего хорошего это не сулило.

Спустя два часа ходьбы я сделал привал. Ноги болели, поцарапанное ветками тело саднило. Какие тут серны! Здесь даже мелкая живность и то нечастая роскошь. Набрав ягод дикого крыжовника, часть из них я съел сразу же, часть отправил в сумку. Мне предстояло жить в этом мире дикой природы не менее десяти дней, если прогнозы Ворона Эш относительно длительности пути были верны. Кинжал висел за поясом, но охотиться пока желания не возникало. Я знал, что пройдут сутки-другие, и придется убивать. Главное, чтобы не убили меня. Но эта тропа и славилась тем, что ее обходили стороной крупные хищники — боялись магии в любом ее проявлении.

На Токанну спускался тихий вечер. День, начавшийся так странно, подходил к концу. Я шел по берегу Малой Эшны, выискивая удобное место для ночлега. В лесу ночевать мне не улыбалось, а прибрежные гроты вполне могли дать приют усталому путнику. Моя сумка уже наполнилась различными съестными припасами почти до отказа, а за плечами болталась вязанка сухих дров, чтобы развести костер, что было бы очень кстати — низ штанов уже промок от набегавших изредка волн.

Жаль, что Ворон не пошел со мной и дальше, с ним было бы менее скучно. Я всю жизнь провел в обществе людей и теперь, оставшись в одиночестве, сильно скучал по оставшимся в деревне друзьям. Одно хорошо — больше меня никто не контролировал. Думать о будущем я не хотел — прожить бы эти десять дней да живым добраться до города. Так и быть, найду я этого мастера Ли. Если он великий воин, научит меня чему-нибудь полезному… Мои глаза напряженно следили за берегом, пока голова была занята обдумыванием отцовских слов. «Тьма идет с запада…» Судя по карте, которая хранилась у нас дома, на западе от Токанны существовали два крупных материка: первый находился севернее нашего и был наполовину покрыт льдами. Там располагалось государство Индигой. Народ в нем жил очень странный, даже вроде бы они были нелюди. Все высокие, голубоглазые, поголовно владеющие магией, они не допускали к себе чужаков. Лишь один порт принимал корабли других стран — Вареслав. Именно там совершались диковинные сделки, велась торговля и обучение приезжих некоторым наукам и ремеслам. Больше об этой северной стране я ничего не знал.

На юго-западе лежала Земля Одра. Этот материк на карте выглядел просто как черный камень. Его мертвая земля хранила тайны тысячелетий, — говорят, что только он да наша Токанна остались со времен Последней Войны. Все остальные земли люди и нелюди осваивали постепенно, борясь за выживание в суровом мире первозданной природы. Последняя Война произошла около полутора тысяч лет назад, сопровождаемая ужасными катаклизмами, которые уничтожили остатки старого мира, еще не тронутого людьми. Выжившая часть Древних существовала совсем недолго, а следы ее деятельности сохранились лишь в некоторых местах.

Возможно, отец боялся как раз Земли Одра. Но выжить на ней не мог никто, кроме химер времен Последней Войны да очень сильных магов. Лишь они способны перенести убийственное дыхание той земли. Говорят, простой человек в тех местах умирает от язв за считаные минуты… Так что нам грозят точно не люди. Правда, нелюди еще страшнее.

Пока я размышлял, мои глаза наткнулись на вполне подходящий грот, сухой и удобный, насколько это вообще представлялось возможным. Я забрался внутрь — места хватало, змей и другой живности не оказалось. Запалив костер, я принялся готовить ужин.

Следующие три дня проходили скучно и однообразно. С рассветом я вставал, наскоро перекусывал остатками вечерней трапезы, собирался и выходил на тропу. Шел сквозь леса и луга до того момента, когда Митра вставала в зенит. Затем охотился на мелких грызунов, которых сшибал камнями, обедал. Снова в путь, снова привал, снова охота, поиск ночлега в гротах или других потаенных местах, и все заново. Когда так живешь, уходит ощущение времени. Мне даже начало все это нравиться, пока не произошла одна крайне неприятная встреча.

Пятый день странствия подходил к концу. По моим расчетам, я должен был скоро выйти к месту, где река делала поворот на север. Это означало, что мне придется переплывать на другую сторону, чтобы продолжить путь. Однако близился закат, а река так и не показывалась. Не хотелось бы ночевать на этой стороне. Неожиданно в сердце забился необъяснимый страх, оно застучало быстрее и громче. Я замер, пригнувшись в траве — что-то грозное приближалось с юга. Стараясь не дышать, я обернулся. Ничего! Сдвинул зрение, и все стало на свои места. В мою сторону двигались несколько живых существ, настроенных крайне агрессивно. Вот таких встреч я и опасался! Я вскочил и бросился напролом в сторону реки, сзади послышались крики, и я с некоторым облегчением понял, что это, по крайней мере, люди. После нескольких минут бега крики затихли, я выскочил на долгожданный берег и, совершенно выдохшийся, грохнулся на песок. Лицо и руки были разодраны в кровь о колючие ветки кустарников, и теперь ссадины сильно болели. Я затаился, осмотрелся внутренним взором. Погони, похоже, не было, но оставаться на месте не следовало. Может, это были и мирные охотники, принявшие меня за крупную дичь. Но могли быть и разбойники, работорговцы из халифата, да кто угодно! Снова стало страшно. Ведь у меня с собой даже меча приличного нет, а кинжалом особо не повоюешь…

Я посмотрел на реку — течение было слабое, вода спокойная. Плыть нужно наискосок, чтобы выйти точно на опушку леса. Прикинул расстояние — метров сто, не больше. Все равно тяжело, особенно после такого изнурительного бега. Я закинул сумку на плечи, встряхнулся и вошел в реку. Теплая вода успокоила ссадины, телу стало легче. На середине реки я вновь почувствовал, что за мною наблюдают. Не оглядываясь, прибавил скорость. За спиной что-то ударило в воду, потом раздался еще один шлепок совсем близко. Плыть до берега осталось не более десяти метров, когда меня оглушил удар, руки ослабли, и я погрузился в темные пучины реки.

Очнулся я от хорошей порции ледяной воды, залившей мне рот и нос. Попытался вскочить, но не тут-то было — бандиты меня крепко связали, пока я валялся без сознания. Глаза тоже оказались завязаны какой-то тряпкой. Я не мог сообразить, что происходит. События медленно восстанавливались в моей голове. Сейчас требовалось узнать, кто меня схватил и зачем.

— Эй, люди! Тут есть кто? — Язык мой еле ворочался. Вот напасть!

— Смотри-ка, заговорил! — произнес жесткий, с неровной интонацией голос. Говор был не местный.

— Сейчас будешь говорить с хозяином, пес!

Что-то это мне не понравилось. Одно слово «хозяин» могло значить очень многое в такой ситуации.

— Ты из Риервы? — задал мне первый вопрос шелестящий голос «хозяина».

— Да, господин мой. — Я решил не давать повода к недовольству.

— Ты знаешь о том, что Легион захватил Великие Ашты и взял эти области под свой контроль? — снова прошипел голос.

— Да, господин.

— Очень хорошо. Ты ушел недавно; возможно, окажешься нам полезным. Из какого ты рода?

Я заметил, что этот простой вопрос его сильно взволновал.

— Мое имя Наанор из рода Тинору.

— Хм… А знал ли ты в своем селе кого-нибудь из рода Калил? Может быть, встречался тот, кто говорил об этом?

— Нет, господин, первый раз слышу… — В моей голове быстро пронеслись слова старца. Я испугался и перестал даже думать, а то вдруг эти сволочи еще и мысли читать умеют.

— Ну хорошо, — произнес низкий и жесткий голос, — похоже, что он не врет. Отведите его обратно к реке и подальше в лес, там, где взяли. Повязку пока не снимать, ничего не говорить. Оставьте ему все вещи, нам лишних проблем не надо. Кинжал положите рядом: будет умным, освободится. Найскату! — Последнее слово подхватили и выкрикнули хором остальные бандиты. Не знаю, кем был этот Найскату, но его любили здесь явно больше, чем меня. Удар, и для меня снова померк свет…

Глава 3

Самое неприятное — проснуться в незнакомом месте, ночью и в лесу, где на тебя норовит забраться всякая мерзкая тварь, вроде жабы! Самое приятное — проснуться, потому что это означает, что ты жив. Я посмотрел по сторонам — трава и деревья. Забери всех Воды! На животе лежал какой-то предмет. Когда я с усилием перевернулся, он скатился на траву и оказался моим кинжалом. «Слава стихиям, хоть одной проблемой меньше!» — подумал я и, извернувшись, зажал кинжал между колен. С немалым трудом мне удалось перерезать опутывающие меня веревки. Осмотрев себя, я понял, что не получил серьезных ран. Видимо, сзади по голове меня ударили стрелой с деревянным бруском на конце — такие не оставляют следов, но голова болит мучительно долго. Второй удар, полученный в логове похитителей, был ненамного серьезней — за ухом оказалась небольшая рана, наспех замазанная каким-то составом. В общем, легко отделался. Даже деньги оставили…

Я попытался проанализировать столь странные события, но понял, что на голодный желудок ум просто отказывается адекватно воспринимать реальность. Занявшись утолением потребностей урчащего желудка, я потратил целый час на сбор грибов, забивание одного зверя, похожего на пустынного вомбата, и разведение огня. Но после сытной еды думать тем более ни о чем не хотелось, поэтому я, настелив удобную лежанку из валежника, моментально заснул, забыв о страстях этого сумбурного дня.

На шестой день пути, проходя бескрайними лугами, я смог связать в своей памяти события всех прошедших дней. Получалась странная картина: все силы короля были брошены на полное подчинение Свободных Земель Токанны. Значит, Запредельное Королевство что-то задумало либо чего-то боится. Тоскнарры чуют опасность с запада, неизвестные банды по заданию, вероятно, какого-то Найскату ищут людей из давно забытой легенды, и их поиски тоже ведут на юго-запад! Да что они все, с цепи сорвались? То наши места самые тихие, то чуть ли не война начинается. Что же грядет такое, что заставляет искать следы в древних сказаниях? Да и Ворон Эш говорил об этом. Калил… Надо как можно быстрее добраться до города! Если я действительно Наанор из некоего рода Калил, то лучше пока об этом никому не говорить. Странно, что бандит не увидел ложь. А ведь мог — вроде как маг… Жаль, отца нет рядом. У меня были бы к нему вопросы. Правда, он мне вроде и не отец…


За полгода до описываемых событий в своей резиденции на краю северных гор в роскошном кресле из черного дерева сидел один очень богатый и очень властный человек. Его прямая фигура, облаченная в кольчугу, достойную королей древности, казалась словно выточенной из камня, и весь его вид внушал уверенность и непоколебимость. Грубая кожа лица вся была покрыта извилистыми шрамами, казалось, не было места, где бы его не коснулся меч. Этого человека звали Найскату, и его имя давно уже наводило страх на все северные города страны. Сейчас город Ри являлся одновременно и крепостью, и пунктом сбора всех его сил. Одиночество было его привычным состоянием — слуги знали, что, если нарушить покой хозяина, можно моментально умереть. И не факт, что от меча.

«Почему никто из магов до сих пор не разыскал род Калил? — размышлял Найскату. — Я изучил столько их книг, некоторые из которых древнее самого Запредельного Королевства, что только бы слепец не увидел этой тайны. А маги — глупцы, вместе с королем! Политика невмешательства, Легион… Да один мой отряд, собранный и обученный в подземных монастырях Наротера, снабженный даже имеющимися крохами знания Древних да мощью современной магии, может уничтожить не одну сотню воинов Легиона. Ха, подумать только — полсотни против тысячи воинов, закованных в магические доспехи, а толку? Сражение закончилось, не начавшись. Конечно, Айлейл прослыл человеком, без боя подчинившим север. Но знал бы народ, что его под страхом казни заставили выполнить условие формальной передачи власти — Айлейл отдал в Наротер единственный артефакт Древних — Корону Сфинкса. Кроме него, других артефактов пока не найдено. Пока… А теперь в моем городе находится сорок отрядов севера, тридцать отрядов из подземных монастырей Наротера плюс отряд боевых магов, прошедших обучение в Индигое. И к лету их будет еще больше! А мои маги-практики не сравнятся с теоретиками Карро. Так что Айлейлу и впрямь лучше следовать моим приказам… Только бы нашли след рода Калил. Без него мои старания пойдут прахом, и графство Наротер навсегда останется просто частью Запредельного…»

Граф встал с кресла, ступил на широкий ковер и направился к дверям. Нагнув голову, он вышел в коридор, ведущий к потайной комнате, где хранился артефакт. Его неудержимо влек этот прекрасный и мощный предмет, напоенный неистощимой мощью Древних.


Я шел не спеша. Уже наступил вечер, хотелось есть и спать. В сумке лежал освежеванный кролик, добытый еще днем на маленьком привале. В высокой траве летало множество насекомых. Особенно доставала мошкара, вившаяся порой такими густыми облаками, что не было видно, куда идти. Темнота мягко окутывала мои ноги, стелилась змеиной тропой по горизонту. Однако лес еще только показался далеко впереди, идти до него было не менее двух, а то и трех часов, а ночевать в поле не хотелось — костер не разжечь, да и укрыться нечем. Так что пришлось собрать волю в кулак и прибавить шагу. Первые десять минут дались хорошо, но потом ноги охватила прежняя усталость.

«Воды забери весь этот поход и Риротек в придачу… Жил себе спокойно, так ведь нет, надо топать через всю эту даль! — бормотал я себе под нос. — Хоть бы кто-нибудь со мной шел, а то скука невыносимая… Ничего, доберусь до города, там уж отдохну! Говорят, там девочки из академии такие красавицы, да и поболтать не прочь. Однако им на меня и глядеть не захочется — бродяга, да и только. Ничего, на одежду получше у меня денег, наверное, хватит. Устроюсь подработать куда-нибудь. Может, мастер Ли поможет. Что там Ворон говорил о том, что я кого-то встречу? Какого-то человека, который проводит меня на остров Боли, ха-ха! Ну-ну. Прямиком к дракону. Как бы не так. Я еще в своем уме. Да и зачем мне это? Глупости».

С такими мыслями я прошел около половины пути до леса. Стало совсем темно, холод пробирал до костей. Но кое-что согрело мою душу — на далекой опушке горел костер! Я уже различал его свет, но моя радость быстро сменилась испугом — а если опять это слуги Найскату? Но, с другой стороны, они же меня не убили. Значит, не совсем они бандиты. Просто методы грубые. Хотя какой человек скажет правду без угрозы для его жизни? Правда, я ее так и не сказал. Да зачем им всем этот род сдался? Все равно любой из Риервы скажет, что я самый истинный Тинору. Решив таким образом для себя этот вопрос, я почти бегом направился к костру.

Минут через пятнадцать быстрого хода я, измотанный, но вполне довольный, сидел у костра и пил горячий эль. Мой кролик жарился на хорошем вертеле — у ребят, сидевших у костра, было все необходимое для приготовления хорошего ужина. Они оказались охотниками из города Веланир, что севернее Риротека. На вопрос, почему они забрались так далеко от дома, они ответили, что в этих местах очень много транов — маленьких зверьков с очень ценным мясом. Они считаются деликатесом, деньги за них дают большие, а охота на них хоть и ведется особым способом, но большого труда не составляет. Дело в том, что если зверьки гибнут от обычного оружия, у них в кровь выделяется смертельный яд, поэтому ловят их так: с помощью простого заклинания сна любой сносный маг может усыпить зверьков в радиусе двух-трех километров, после чего выпускают специально обученную собаку, которая находит их норы. Затем охотник достает зверя и специальной иглой выпускает кровь. Тран умирает во сне, мясо его становится достоянием очередного богатого стола. Вот за такими зверьми и охотились ребята.

— А кто из вас маг? — спросил я. — Простите мое любопытство, но у нас в Риерве магов нет, а заходят они в наши края крайне редко и обычно не ищут собеседников.

— Он сейчас на охоте, придет под утро, — ответил белобрысый юноша по прозвищу Рваный. Позднее я узнал, что его стали называть так после схватки с диким волком-одиночкой, в которой хищник разорвал парню ухо.

— Звать нашего мага Шаштр Драгну, он из южан, но человек добрый, — произнес второй, с длинным именем, которое я так и не запомнил. — Если хочешь поговорить, я тебя разбужу.

— Ладно, мне как раз вставать рано, — ответил я и улыбнулся. — Ты в ближайших городах знаешь какие-нибудь школы меча? — Этот вопрос меня особенно интересовал после рассказа о мастере Ли.

— Да есть одна в Риротеке, только туда берут с рекомендацией либо от мастеров меча, либо от кшатриев из Запредельного. Просто так туда ты не попадешь. А вот в школу магов возьмут легко, если задатки есть. Вот Шаштр придет и скажет, есть они в тебе или нет. Да только зачем тебе это? Вон сейчас везде Легион свой нос сует, проще к нему пойти. Они и мечом владеть научат, и звание, глядишь, дадут.

«Рваный явно плохо знаком с Легионом», — подумал я, но возражать не стал по соображениям безопасности.

— Да ты сказки-то не рассказывай, — сердито произнес второй человек, явно более опытный в таких вопросах. — В Легионе служить — себя не уважать. Хотя если король уже взял Великие Ашты, то и мы скоро туда попадем. — Он тяжело покачал головой. — Ты, Наан, лучше попробуй в Риротеке мастеров найти да позанимайся с ними месяц-другой. А там можешь и в школу пойти, если рекомендацию дадут.

Наш разговор постепенно перешел на более прозаичные темы. Вкусно запахло готовым кроликом, Рваный легко снял его с вертела и разделил всем поровну. Охотники угостили меня отменным элем, бочковым, с приятным ароматом облепихи. Так мы провели еще некоторое время, после чего я отправился на боковую.

Утром, ни свет ни заря, Рваный столкнул меня с лежанки. Митра еще только поднималась над горами, красный диск заливал багровым светом туманные поля Токанны. Я натянул сандалии и вышел из палатки. В глаза бросились развешанные на ветках тушки транов, похожие на беличьи. Они жалостливо источали запах ушедшей жизни…

— Не жалей. Кто-то умирает, кто-то убивает. Это закон природы, Наан, — произнес человек в длинном плаще с брошью в виде кинжала. — Рваный сказал, что ты интересовался магией. Это так?

— Привет тебе, Шаштр. В моем роду магов нет, но нас всех учат видеть в магическом диапазоне. Один странник сказал, что у нас есть врожденные задатки магии, — ответил я. Шаштр явно нравился мне своей простотой.

— Ты, вероятно, из Тинору? Я слышал о твоем роде. Несомненно, ты обладаешь способностями к простой магии. Они есть почти у каждого человека. Если хочешь, я могу сказать тебе, какой изначальный лер у тебя. Только не задаром! — При этих словах он откинул капюшон, и под лучами утренней Митры я увидел изможденное лицо собеседника.

— А что такое лер? — осторожно спросил я Шаштра, услышав незнакомое слово.

— Это степень твоих магических возможностей, вроде как ступень развития.

— У меня немного денег, но…

— Мне нужна другая плата. — Шаштр подмигнул мне и продолжил: — Насколько я знаю, ты идешь в Риротек. Нужно передать одну вещь магу Тодгору из клана Серых.

— Конечно, — кивнул я, — но если это важно для тебя, почему ты не сделаешь это сам? Ведь я могу и не дойти…

— Дойдешь, — уверенно сказал Шаштр. — Если я наложу заклятие, ты не сможешь потерять эту вещь или взять ее себе. Ты согласен?

Я с трудом подавил желание отвести от него глаза. Он преобразился — на меня теперь смотрел немолодой и сильный маг…

— Согласен. — Мне почему-то стало жутко. — Так ты мне скажешь о моих способностях?

— Пойдем в палатку. Не хочу лишний раз беспокоить моих спутников. Эй, Рваное Ухо, приготовь пару транов для нас! — Он повернулся ко мне. — Мы сегодня поймали их достаточно. Ты ведь не ел на завтрак транов? Поверь, бессонная ночь этого стоит.

…Кроваво-красный кинжал слегка мерцал неестественным светом. Его грани слегка подернулись дымкой, казалось, в нем теплилась жизнь, чуждая металлу. И металл пытался сопротивляться, выдавливая из себя чужеродную силу. Но энергия продолжала течь сквозь него, насыщаясь и впитывая в себя все вокруг. Когда Шаштр прикоснулся к рукояти, кинжал вздрогнул — настолько сила человека превосходила его собственную. Хозяин! И хозяин ответил новой порцией живительной силы. Чужая энергия ушла с остатками крови, обагрявшей лезвие кинжала. Хозяин вытер его и вложил в ножны. Металл замер и успокоился до следующего раза. Я хорошо видел все, что происходило в этом сумбурном потоке энергий и материй.

— Открой глаза, — произнес Шаштр, — металл испил твоей крови. Теперь ты связан с ним, а значит, и со мной. Ты видел течение энергии?

— Да, только почему металл не принимал мою энергию, а боролся с ней?

— Кинжал завязан на мне и никогда не примет чужую силу. Поэтому когда он касается чужой крови, то не принимает ее, и от этого раны, наносимые клинком, становятся гораздо опаснее. Но сейчас не в этом суть. Важно то, что я теперь смогу распознать твою истинную силу. Конечно, сильные маги легко увидят это и без подобных средств, но мой лер этого не позволяет. — Он тяжело вздохнул и опустился на лежанку.

— А каков твой лер?

— Уже девятый. Эту шкалу создал Асверг Томиадо-младший. Великий был человек. — Маг задумчиво посмотрел на меня. — Ты ведь немного знаешь о магии, да?

— И да, и нет… Я о магии знаю только то, что она есть. Да ауру могу видеть, — тут я вспомнил степень ее окраски у различных существ. — А то, что аура у всех имеет разный цвет, как-то с этим связано?

— Слабо. Больше это говорит о той силе, которую не может контролировать человек. Хороший маг никогда не покажет, что у него за душой. Вот посмотри на мою ауру. — Он выпрямился и собрался.

— Слабая и почти серая. Как у простых крестьян. Но как тебе это удается?

— Не все сразу. Тебе об этом лучше расскажут в школе. Ну так что, узнаем твой лер? — Шаштр хитро глянул на меня.

— Я готов. Что нужно делать? — задал я резонный вопрос.

— Прежде всего позволь энергии спокойно течь сквозь тело. Расслабься, как будто медитируешь. Готов? Теперь смотри мне в глаза.

Вокруг нас как будто сгустились сумерки. Мой взгляд начал проваливаться в его, вскоре я перестал что-либо видеть, кроме бездонных глаз Шаштра. Неожиданно контакт оборвался, глаза ожгло огнем, и я провалился в забытье.

Меня растолкал Рваный. Сначала я подумал, что мне все приснилось, но затем ощутил боль в глазах и понял, что, вероятно, потерял сознание.

— Эй, ты как? — Голос Рваного дрожал от испуга.

— Да вроде ничего. А где Шаштр? — Я поднялся с пола.

— Он снаружи, сидит и молчит. У вас тут что, поединок был? — Рваный продолжал дрожать.

— Да нет, он мой лер хотел определить.

Я встал и вышел вон, потеснив напуганного охотника. Шаштр и правда сидел на бревне у пепелища костра и тупо смотрел в одну точку. Присев рядом, я толкнул его в бок:

— Ты чего? Я что-то не так сделал?

— Нет. — Он снова погрузился в молчание.

— А в чем дело? Я ведь упал в обморок, а не ты!

Я затих. Неприятно было осознавать, что первая встреча с магом принесла мало хорошего.

— Наан, ты точно не занимался ни с кем развитием своих способностей? — Шаштр посмотрел на меня исподлобья.

— Да, а что?

— Так, ничего особенного. — Он как-то странно хмыкнул и продолжил: — Лер обычного человека — первый. Такой может развиться максимум до десятого. Лер вашего рода стандартно третий, поэтому вы и видите ауру и все такое. — он повернулся ко мне. — А у тебя, Раху дери меня за ногу, одиннадцатый УЖЕ СЕЙЧАС!!!

Я замолчал, ошеломленный его словами. Мой собеседник тоже поник и отвернулся к пепелищу. Теперь я что-то начинал понимать. Но появилось столько вопросов…

— Шаштр, послушай, я правда не знал ничего об этом. Прости…

— Да нет, нет, все в порядке. Просто мой девятый лер я достиг за двадцать лет подготовки. А ты… Счастливчик Судьбы. Тебе прямая дорога в Академию А. Без экзаменов. — Он снова замолчал.

— Ты хотел, чтобы я что-то передал в Риротек…

— А-а, забудь. А вот мага Тодгора найди обязательно. Просто скажи ему, что от меня идешь. Про лер ничего не говори: увидит — сам поймет. Вот только что-то у тебя неладно, лер высокий, а способностей почти нет, да и аура какая-то необычная, что ли. Может быть, Тодгор и определит, что именно с тобой происходит. Ну прощай, путник. Ты можешь стать великим магом. — Он встал и направился к палатке. Рваный тихо окликнул меня и попросил подойти к остальным охотникам.

— Мы тебе тут собрали еды, — обратился ко мне старший, — там пара зайцев и несколько транов. Во фляге мой лучший эль! Знаешь, — он посмотрел вокруг, — если захочешь поработать, найди в Веланире купца Торнила Ловкого. Он таких, как ты, ценит. — Остальные согласно закивали. — А если что, можешь и к нам забредать. Мы здесь до конца лета пробудем — работы много.

— Спасибо. Вы мне сильно помогли. Доброту вашу не забуду! — Я откланялся, взял сумку, набитую до отказа, прицепил флягу и пошел прочь от стоянки славных охотников, вконец запутанный всеми событиями этой трудной недели.


— Господин, господин! — Внезапный и громкий окрик прервал размышления старого на вид человека, который стоял на террасе большого дома на берегу Южного Океана. Если бы не появившийся слуга, он долго бы еще простоял в этой неподвижной позе, смотря на безмолвное величие бескрайних океанских просторов.

— Господин, там гонец от господина архимага, просит срочно принять его! — Слуга был явно испуган и не скрывал этого.

— Хорошо, Харим, пусть проходит в мои покои. Я сейчас буду, — не поворачиваясь, ответил хозяин.

Слуга убежал, а старец, немного постояв еще, медленно развернулся и тяжелым шагом направился внутрь дома. «Если Карро посылает своего личного гонца, значит, новость первостепенной важности. Маги-гонцы преодолевают расстояние досюда в куполах за два-три дня. Что же произошло?» Он миновал длинный коридор, богато украшенный картинами неизвестных мастеров, и вошел в свои покои. Там его ожидал человек средних лет в мантии со знаком гонца. Если хозяину не изменяла память, его звали Сантор — приближенный человек самого Карро. Но он никогда не был гонцом.

— Да вознесется Хал!

— Да вознесется! — по обычаю этих южных земель ответно приветствовал Сантор хозяина.

— Давно не видел тебя, друг мой. Располагайся поудобнее — ты прошел долгий путь.

— Извини, но я сегодня принес не радостные новости, к сожалению. Мне необходимо срочно передать тебе печальное известие. — Сантор развязал сумку и вынул оттуда сверток темной бумаги. — Это от архимага Карро и Совета Трех.

Если уж имя архимага редко доводилось слышать в землях халифата Ле-Аннат, то название тайного совета Запредельного Королевства и подавно. Хозяин принял из рук гонца документ. Сняв тяжелую печать, он развернул тисненую бумагу.

«Друг мой и соратник! Сегодня, 30 мая 3478 года, произошло ужасное событие для всех нас — погиб наследник твоего рода и мой лучший ученик Иниан Стерх». Руки хозяина опустились. Невидящими глазами он посмотрел сквозь стены. Сел на кровать. В голове вертелась одна мысль: «КАК?!» Руки непроизвольно смяли бумагу. Читать дальше он не желал — эта новость убила все остатки смысла в жизни Андроана Стерха. Пусть Ини и был приемным сыном, но столько лет вместе… Пусть не по крови, но Андроан был ему отцом. И все-таки хозяин нашел в себе силы дочитать это горестное послание.

«Мы не можем никого винить в его смерти, разве что магию. Он зашел слишком далеко, его сила чрезвычайно возросла, а нас не оказалось рядом, чтобы остановить его эксперименты. Дом Вне Мира стал его последним прибежищем. Если ты не возражаешь, я хотел бы похоронить его на кладбище ВайТана, в ложе Королей и Магистров. Разрешение на это уже получено. Похороны состоятся седьмого числа июня месяца. Если ты согласен, мой гонец Сантор доставит тебя и твоих близких к дворцу в ближайшие дни. Мы все ждем твоего ответа. Еще раз приношу мои соболезнования…»

Андроан молча свернул бумагу и бросил ее на пол, как ядовитую змею. Глаза подернулись дымкой слез, сердце сжали тиски боли.

— Сантор, прошу тебя… Я поговорю с тобой позже. Оставь меня… — Хозяин повалился на постель и задернул балдахин.

Посланец поклонился и молча вышел. Говорить что-либо не имело смысла. Гонец, принесший дурную весть, больше никогда не будет принят в этом доме. Сантор знал это и мысленно прощался с окружавшими его людьми.

— Господин, вам приготовлена комната. — Харим почтительно поклонился гостю.

— Спасибо. Вероятно, сегодня к вечеру мы покинем вашу обитель. Принеси мне крепкого эля и пару птичьих ножек. — Несмотря ни на что, Сантор проголодался, а еда и хороший эль не давали хода дурным мыслям.

Через два часа к Сантору постучали. Он нехотя поднялся с постели и открыл дверь. За дверью, потупив глаза, стояла дочь Андроана Мелайя.

— Простите, но я хотела узнать все от вас лично. Отец не в состоянии сейчас говорить, а меня терзают бессмысленные догадки. — Она подняла на Сан-тора свои зеленые глаза. Он, в свою очередь, как и всегда, восхитился красотой прекрасной южанки. Даже сейчас она сводила с ума — точеная фигура, легкие одежды, лишь слегка скрывающие изгибы тонкого тела, и смуглая кожа, покрытая налетом магических искр. Последний раз он видел ее пару лет назад, уже тогда ее готовили на выданье. Но, судя по открытым рукам, она все еще оставалась свободной.

— Извините мою недогадливость, сантима Мелайя. Проходите, я расскажу все, что знаю. — Сан-тор отошел от двери и сделал приглашающий жест в сторону дивана, стоящего перед маленьким столиком с различными яствами. Разговор предстоял долгий и отнюдь не приятный.

Через полчаса закончился эль. Мелайя сидела, погруженная в свои печальные думы. Сантор вышел за напитками, и она была благодарна ему за то, что он очень тонко чувствовал ее состояние. Именно сейчас ей так требовалось побыть одной, чтобы привести в порядок мысли. Она с детства обожала Иниана и втайне мечтала о нем. Пусть он и был ей названым братом — но ведь не по крови. И когда появилась надежда, что Иниан скоро прибудет к ним — как сказал отец, он собирался продолжить обучение в Храме Аката, а туда разрешалось брать жен, — вдруг такое известие… Она ждала Иниана всеми фибрами женской души и плоти, ему одному хотела отдать всю себя без остатка, пойти на край света, отречься от чего угодно… И что теперь? Мелайя решила во что бы то ни стало поехать в ВайТан и сама провести расследование. Пусть просто для успокоения своей души, но она должна была это сделать.

— Ну как ты? — Сантор зашел в комнату, неся два кувшина эля.

— Я решила. Еду с вами! — Ее глаза источали полную решимость.

— Хорошо. Я только что видел твоего отца. Он немного пришел в себя. Выезжаем завтра поутру. Харим уже готовит все необходимое. Мы отдадим последнюю дань Иниану.

Утро застало саул Стерха в полной готовности. Саул купца на Юге — это огромное поселение, обширные земли и свой караван. Саул Стерха располагался недалеко от города Ленога на берегу океана. В порт Ленога часто заходили корабли Островной Федерации, караван Стерха занимался именно доставкой их товаров. Сейчас Сантор готовил магический купол для путешествия в столицу Запредельного Королевства. Путь от Ленога до ВайТана занимал около трех дней. Купол, вмещающий до пяти человек, мог скользить по поверхности воды, подгоняемый магическим ветром. Он состоял из потоков энергии, которые создавали из воздуха плотную ткань, удерживаемую все той же магией. Это было изысканное средство передвижения и очень быстрое — средняя скорость купола при максимальной загрузке составляла около двадцати пяти километров в час. Таким образом, если каждый день двигаться по десять часов, то расстояние до ВайТана можно легко преодолеть за двое суток. Но маги тоже люди, поэтому в день купол обычно проходил около ста пятидесяти — двухсот километров. Вот и сейчас путешественники брали с собой запасы в расчете на три дня для четырех человек.

Путешествие предстояло совершить по реке Вод, а у нее всегда была дурная слава. В Токанне еще оставались дикие племена в районе города Теславод и не менее опасные речные и наземные животные. Учитывая, что маг должен был заботиться прежде всего об удержании купола и его перемещении, функции охраны ложились на плечи пассажиров. Для этого Харим уже взял пару арбалетов, а Андроан облачился в полный боевой доспех. Хоть все знали Стерха как купца, но в прошлом, еще во времена короля Сиостра, он служил наемником в Армии Роз. За его плечами были также школа меча и школа магии со вторым кругом подготовки — что тоже не шутки. Пусть сейчас он и состарился, но силы не покинули его тело, и волосы не побелила седина. Его мышцы до сих пор хранили былую силу, и он славно владел мечом, который сейчас висел у него на боку. Мелайя же в целях самообороны всегда носила в складках одежды отравленный кинжал — на Юге много охотников до красивых и свободных женщин. Вот в таком облачении и настрое Сантор, Андроан, Харим и Мелайя в сопровождении слуг подошли к причалу саула.

— Ла'Род, как старший, будет заменой мне во время моего отсутствия. Когда придет сан Лойг с караваном, сообщите ему горестную весть. Я планирую задержаться в столице. Пусть ждут нашего возвращения. — Андроан откашлялся. — Мы будем не раньше чем через четыре недели. Да вознесется Хал! — Он вскинул руки к небу.

— Да вознесется! — ответили остающиеся на берегу люди.

— Господин мой, купол готов, — сообщил Харим.

— Что ж, пусть Хал дарует нам удачу!

Андроан вошел в купол, за ним следом Харим и Мелайя. Слуги с интересом смотрели на происходящее — не каждый день видишь, как вокруг мага клубится вода, поднимается тонкая пленка, и четыре человека устремляются сквозь волны Южного Океана в сторону реки Вод. Прошло пять минут, и все исчезло, как наваждение. Слуги во главе с Ла'Родом еще немного постояли, глядя в туманную даль, и разошлись по саулу. Дом Стерха опустел. Дыхание смерти всегда оставляет неясность, которой так опасаются люди.

Глава 4

После того как всколыхнулось пространство над Орном, архимаг уже не сомневался, — Иниан смог произнести Слово, и реакция пошла. Но произошло нечто непредвиденное: волна энергии огромной силы захлестнула ближайшие местности Орна, это почувствовали все, даже звери и птицы. Возмущение длилось недолго — пока Карро бегом спускался в Чертоги, все уже стихло и вернулось в нормальное состояние. В Чертогах Аурилла его уже ожидал взволнованный мастер Реликсан.

— Карро, мы не успели! Он выкрикнул эти слова в таком сильном волнении, которое не было свойственно магу двадцатого лера, тем более мастеру.

— Я знаю, — промолвил Карро, подняв руки в успокаивающем жесте. — Иниан нарушил Правило. Сейчас важно понять, что же произошло с ним и существом, открывшим портал. Ты смог засечь место перехода?

— Я знаю только то, что портал открылся два раза с промежутком около двух минут, и через него никто не проходил! Но какая-то странная энергия там все же была — ее явственно видели мои наблюдатели. — Реликсан наконец-то начал приходить в себя.

— Значит, портал не открыт и не доступен. Моя теория оказалась ошибочной. — Карро обмяк на стуле. — Твои люди уже там?

— Да, — мастер прервался, — но там нет живых…

— ЧТО?! — Архимаг снова напрягся и устремил взгляд на мастера. — Ты хочешь сказать, что Иниан мертв? — Глаза Карро пылали огнем, под этим взглядом мастер ссутулился и тихо, с запинкой проговорил:

— Да… Он… он не справился… Похож на старика… Выжжен изнутри дотла… — Реликсан, казалось, сам находился на грани смерти или безумия. Он знал, что Иниан был не просто пешкой в руках правящих, он был единственной надеждой воскресить и обрести знания Древних.

Карро встал, подошел к статуе Айвего и склонил голову. В его мыслях пронеслись долгие годы его жизни, целиком посвященные поиску и воспитанию Последнего. Прахом пошли все его труды. Прахом лягут кости Иниана. Прахом ляжет Великий Род… А свечи, в избытке расставленные по периметру Чертогов, трепетали, словно чувствовали боль великого мага.

Медленным шагом Реликсан вышел из Чертогов Аурилла. Одетый в роскошную мантию, которая подчеркивала его ладную фигуру, но так не соответствовала его удрученному состоянию, он шел к выходу из академии, на ходу раздавая приказы и поручения. Теперь многое менялось в его жизни и в жизни всей страны. Он мысленно подозвал слугу, отдал ему распоряжение насчет семьи Иниана. Тот немедленно ушел подготавливать все необходимое к путешествию. Все вокруг плыло из-за ощущения горечи и утраты. Глупые эксперименты и надежды… Но что произошло там, в Орне? Этот вопрос не отпускал мастера. Память дома Иниана была начисто уничтожена, изваяние катруса расплавлено, ничто не давало информации о случившемся. Слово Жизни стало Словом Смерти для Иниана Стерха. Да Стерха ли? Только Карро знал, чей род стоит за юношей, и именно поэтому так пестовал его. Что же происходит в этом мире?

Охрана академии была в полной готовности к предстоящим похоронам. Архимаг договорился с Советом, чтобы Иниана разрешили похоронить на кладбище ВайТана, в ложе Королей и Магистров. Похороны назначили на седьмое июня. Он и участники Совета Трех написали послание Андроану, которое вызвался передать Сантор. Хоть он и не обладал регалиями гонца Совета, но Карро не мог отказать ему в свете последних событий — Сантор не раз бывал у Стерхов и хорошо знал всю их семью. Утром следующего дня Сантор отбыл в саул Стерха на магическом куполе. Ждать его можно было через неделю, а за это время нужно успеть сделать очень-очень многое.

Но прежде всего Реликсан хотел разобраться в себе. Ему нужно было найти в своем сердце причину любви к Иниану, а найдя — заглушить боль утраты. И еще необходимо было поговорить с Карро. Поговорить обо всех странных делах, связанных с этим мальчиком и его прошлым. Что-то подсказывало Реликсану, что у архимага еще много скелетов в шкафу.

Спустя некоторое время старый мастер блуждал по темным коридорам академии, насыщенным ароматом магии. Он очень не хотел встречаться с архимагом. После смерти Иниана Реликсан пытался побороть зарождающуюся ненависть к Карро, но не мог справиться со своими чувствами. Слишком дорог ему был мальчик — как ученик, почти как сын. И слишком велика была самонадеянность архимага, направившего юношу на верную погибель. За такие мысли мастера могли лишить и звания, и принадлежности к академии. Поэтому все четче в его седой голове вырисовывался план покинуть навсегда это заведение. Уйти в отшельники, нести науку в отдаленные земли или заняться еще чем-то, но дальше от этого проклятого места!

Когда Реликсан сам учился в академии, его очень заинтересовала земля, расположенная на юго-востоке от Токанны. В то время ее называли просто Весле. Лишь недавно с нее пришли первые экспедиции, изучившие местный народ и давшие полное представление об этой земле. Часть населения Весле составляли люди, точнее, племена людей, живущих по законам дикой природы. Их естественными соперниками в борьбе за выживание стали невероятно измененные во времена Последней Войны существа — огромные, больше двух метров ростом, и сильные, как быки, они жили большими родами. Некоторые из тех, кто имел удовольствие с ними общаться, характеризовали их как «умных и уверенных в себе воинов». Они прозвали себя орками, взяв это имя из сказаний древности. У них были маги, называвшие себя шаманами, и определенная иерархия. Глава племени ВартОрк, в отличие от остальных сородичей, обладал еще и неимоверной магической силой, передающейся вместе с Правом Варт. Интересно, что эта остаточная магия орков была древнее людской. Они использовали ту часть силы, которая требовала неимоверных затрат, но приносила ощутимые плоды. Если бы орки смогли соединить свою магию с современными наработками, то стали бы серьезной угрозой людям. А так они брали свое простой грубой силой, не гнушаясь ничем, постоянно закаливая свои тела в сражениях с расами эвонов, трассов и гоблинов, также проживающих с ними по соседству.

Вот этой землей и хотел заняться Реликсан. Именно сейчас желание отправиться туда стало непреодолимо сильным. Он решил, что после похорон Иниана непременно уедет в те края. Но мысли мастера вернулись назад, в реальность. Он огляделся: его занесло достаточно далеко от главных зал академии. Пожалуй, он не был здесь за весь период пребывания в школе. Темный коридор сужался, сырость и плесень появились на стенах, под ногами мерно хлюпал пол. Впереди забрезжил просвет — мастер увидел приоткрытую дверь. Но, к своему несказанному удивлению, он ощутил мощный магический полог рядом с входом. Он закрыл глаза и увидел сетку тонкой работы сильного мага. Вот уж чего он никак не ожидал! Мысли понеслись в новом направлении. Маг принялся за работу. Свернув пространство в подобие трубы, он вставил ее между силовых линий защитного полога. Сначала сетка не поддавалась, но затем начала расширяться. Когда проход достиг тридцати сантиметров, мастер отделил от своего плетения искру мысли и осторожно направил ее через трубу в комнату. Теперь он мог слышать, что происходит внутри.

В тесной комнатушке находилось не менее трех существ. Одно из них было сильным магом, похоже, что двенадцатого лера, но абсолютно неопытным или слишком самоуверенным, вообще не скрывавшим своей силы. Второго Реликсан определил для себя как воина — по выдававшим его сгусткам агрессивной энергии. А вот третий составил проблему — это был вообще не человек! Такой ауры маг не видел ни у кого в Токанне. Чужак, так он его обозвал, излучал совершенно черную энергию, энергию Тьмы и Смерти. И это пугало и настораживало: если брахман и кшатрий — это еще нормально, хотя бы привычно, то чужак оказался явно супротивен миру людей. А когда такие расхаживают в самом сердце столицы, то кто может говорить о безопасности и силе королевства? Реликсан собрал волю в кулак и мысленно проник в комнату.


Наконец мои лесные странствия подошли к логическому завершению. Пройдя очередной эвкалиптовый лес, я вышел прямо к центральной дороге. Выложенная из массивного белого камня, она так радовала глаз любого уставшего путника! Я решил сделать привал. По моим подсчетам, до Риротека оставалось около полутора дней пути. Если к ночи я успею добраться до брода через Большую Эшну, то наутро мне останется самое легкое: после переправы начинаются земельные угодья, можно встретить крестьян, купить одежду… Главное — это сочинить хорошую легенду для городской стражи. Вот об этом отец сказать мне не удосужился. Спасибо Рваному, что предупредил о столь простой вещи. Он предложил мне назваться охотником и держать в запасе пару транов в качестве взятки охране. Если они мне поверят, то дадут бумагу — разрешение на торговлю в частном секторе. А с ней я уже не пропаду.

Пока я предавался размышлениям о своем неясном будущем, слух уловил в привычных звуках далекий гомон птиц в лесу. Приложившись ухом к придорожному камню, я явственно услышал шум повозок и цокот лошадиных копыт. Поспешив спрятаться в придорожном кустарнике, я высматривал дорогу. Через несколько минут из-за перелеска выехала процессия во главе с вооруженной охраной. Судя по всему, это был торговый караван из южных земель — такие изредка проезжали через нашу Риерву. Когда они поравнялись со мной, один из охранников, плечистый мужик среднего возраста с длинным кривым мечом за спиной, осадил коня и спрыгнул на землю. Поняв, что дальше прятаться бесполезно, я встал и вышел на дорогу. Тут же меня окружили охранники. Подняв руки над головой, я старательно пытался вспомнить, что нужно говорить при таких встречах, чтобы тебя не убили в первые минуты. Охрана расступилась, и ко мне подошел мужчина в чалме, с длинной седой бородой.

— Так-так, — он нахмурился и посмотрел на мою одежду, — странник или бродяга? А может, разбойник? Отвечай!

— Я вольный охотник, уважаемый. — Я попытался вспомнить какое-нибудь имя и произнес первое, что пришло в голову: — Меня зовут Тан Онар, родом я из Веланира. Сейчас иду в Риротек, чтобы продать часть своей добычи.

— А мое имя сан Робат Улунай, о вольный охотник! — Последние слова он произнес с нескрываемым сарказмом. — Мой караван идет из халифата Ле-Аннат в город Великие Ашты. Надеюсь, твои слова правдивы, ибо только пару дней назад мы разбили отряд бандитов из пяти человек. Если ты не против, — он усмехнулся, — покажи нам свой товар, который везешь ты на продажу в славный Риротек! — При этих словах он взмахнул рукой, двое охранников подошли ко мне и знаками приказали открыть сумку. После извлечения оттуда пары транов и одного зайца, Улунай хмыкнул и произнес: — Тяжелые времена, видно, настали, раз юноши таскают грызунов из леса и продают их за большие деньги. Если хочешь, можешь пристать к моему каравану — дорога все еще опасна для одинокого путника. Только не отвлекай людей по пустякам. — Он развернулся и дал знак ведущему вознице каравана продолжать движение. Я не мог не нарадоваться своей удаче. Сначала охотники, теперь караван — мне даже в Риротеке не надо будет придумывать истории — я теперь под покровительством Улуная, хотя бы временно!

Один из охранников показал мне полупустую телегу, где везли провиант для лошадей. Я немедля вскочил на нее и улегся на мешках с овсом. Наконец-то можно расслабиться и поспать под убаюкивающий стук повозки.

Меня разбудил возница моей телеги. Если я правильно запомнил, его звали Винт. Спрыгнув с повозки, я огляделся. Наступили сумерки — время убивать драконов… Наш караван встал на стоянку у брода через реку. Митра уже не так сильно пекла, и лошади наслаждались купанием в теплой воде. Многие караванщики тоже не прочь были искупаться и понежиться под теплыми лучами — красивые и смуглые тела расположились на прибрежном песке. Я осмотрел место стоянки — около десяти повозок, охрана и шатер хозяина.

— Хэй, охотничек, чего не загораешь? — Сильный мужской голос окликнул меня с берега.

— Да вот осматриваюсь…

— Давай к нам! Заодно и одежку постираешь — негоже в город таким заявляться!

Я посмотрел на себя со стороны и решил, что купание мне и впрямь не повредит. Раздевшись, я вошел в воду. Течение оказалось настолько сильным, что заплывать на середину реки я не стал. Теплая вода приятно омывала усталое тело, и я устроился около берега, раскинув руки по водной глади. В голове проносились рассказы взрослых о водных духах, об их огромной мощи. Говорят, даже сильному магу и адепту Воды не под силу сладить с разъяренной стихией. Я снова вспомнил о цели своего путешествия. Что же ждет меня в городе? Этот риторический вопрос не выходил у меня из головы на протяжении последних дней. А еще в ней крепко засели слова Шаштра о моем лере. Если он прав, то, возможно, я могу стать магом. Маг Наанор Тинору! Гордо. И глупо. Я ведь Калил… Что же это за род такой загадочный?

— Тан! — Кто-то вдали настойчиво звал человека по имени. Ответом была тишина. — Тан Онар! Охотничек!

Вот оказия, это же меня зовут! Я вскочил и повернулся на голос звавшего меня караванщика.

— Я тут это… купаюсь! Вот…

Винт усмешливо посмотрел на меня:

— Что, охотничек, одичал совсем в лесу-то? Тебя Улунай зовет. — Он хитро подмигнул мне. — Да, будешь говорить с ним, называй его сан Улунай. Сан — это что-то типа уважаемого мужчины. Девушек называют сантима. Не перепутай! — дал он мне полезный совет. Я нехотя натянул одежду и двинул к шатру Улуная.

— Сан Улунай? Это я, Тан. — Я отодвинул шторку входа и прошел внутрь. Улунай возлежал на лежанке и хмуро покручивал левый ус.

— Скажи мне, Тан, каковы твои планы на будущее? — Он посмотрел мне в глаза. От его взгляда кровь прилила к лицу, и я почувствовал себя неловко.

— Продать транов в Риротеке. Потом… Потом снова на охоту. — Мне неловко было врать этому человеку, и он это видел.

— Да ладно. Давай начистоту. — Улунай присел и закурил длинный косяк с травами. — Ты ведь, наверное, скрываешься от Легиона?

Я ошеломленно замолчал.

— Я… Мой отец остался в деревне… В общем, да. — Я тяжело вздохнул. — Когда началась вся эта суета с Легионом, я ушел из Риервы. Держу путь к мастеру Ли в Риротеке. А с охотниками познакомился недавно. Они мне транов и дали…

— Ну и зачем врать было? Мы, люди с Юга, тоже недолюбливаем Легион. Кроме того, если ты знаешь, транов в одиночку не ловят. Для этого маг нужен. И порази меня Семиликий, если ты маг! — Он по-отечески улыбнулся. — Хотя аура у тебя и мощная, но солдатам Легиона это за отмазку не пойдет. Ты вот что, — он достал что-то из-за пазухи, — хочешь поработать на меня? Его вопрос меня ошеломил. Я внутренне готовился к любому повороту, но не к предложению работы. Хотя Шаштр тоже предлагал нечто близкое, только добром это не обернулось.

— А в чем это будет заключаться? — осторожно поинтересовался я предметом будущей работы.

— Видишь ли, в Риротеке мы будем проездом. Через неделю должен прийти в город караван моего друга купца Андроана Стерха. Передашь ему вот эту бумагу. — Он строго взглянул на меня. — Главный в караване — сан Лойг'Нар. Ему передашь это послание. Заплатит он тебе двадцать монет серебром. — Я удивленно посмотрел на него: такие деньги были для меня большой суммой. — Но смотри, это очень важно! Еще возьми вот это. — Он порылся в сумке у лежанки. — Это гербовая бумага Стерха. Теперь ты мой официальный гонец. Возможно, сан Лойг даст тебе следующее задание. Ну прощай, охотничек! — Он заливисто хохотнул и затянулся сладким дымом, уже заполнившим часть внутреннего пространства.

Я вышел из шатра, держа в руках два документа. Вот уж неожиданность! Посмотрев на гербовую бумагу, я увидел, что теперь я надолго стану Тан Онаром… И что я покрасивее имя не придумал?

Караван стал собираться в дорогу. Винт сказал, что к вечеру мы будем в городе. Наконец-то! Я забрался в свою повозку, сжимая сумку с бесценной бумагой внутри. Теперь еще немного времени в пути, и все.


Комната представляла собой обычную учебную залу академии, только давно заброшенную — все было покрыто грязью и пылью, по сломанным столам ползали жирные пауки. Где-то капала вода, а учительское место почти разрушилось до монолитной кладки пола. Проникнув за дверь, Реликсан притаился в нише, где обычно ставились посохи учащихся. Просканировав помещение, он понял, что его присутствие осталось незамеченным. В астральном теле он плохо видел остальные материальные объекты, но зато трех незваных гостей мог разглядеть теперь во всей красе.

Первым, как и ожидалось, оказался один из учеников старших курсов академии. Именно его нескрываемую силу и обнаружил тонкий щуп мастера еще в первые секунды. Если Реликсан не ошибался, то был юный Роднок из рода Пеадов, обычный студент, учившийся у мастера Каллипто. Второго удалось определить не сразу — взрослый мужчина, доспехи черного цвета без принадлежности к городу, огромный двуручник за спиной, украшенный магической вязью, — такое оружие на рынке не купишь. А третий субъект заставил опытного мага вжаться в стену всем своим астральным телом. Он слышал, но ни разу в жизни не сталкивался нос к носу с порождениями черной Земли Одра. Если Реликсан правильно помнил лекции своего учителя, одного из немногих, кто видел этих существ, это был демон низшего мира, изуродованный магией и с перерожденной генетикой биологический монстр с вкраплениями частей сложного механизма. Эти создания появились там после последней войны Древних с применением Черной Магии и оружия массового уничтожения. Но одно дело рассказы учителя, совсем другое, когда ты видишь ЭТО перед своим носом, не в меру длинным, раз залез в такую передрягу. Маг собрал все свои силы и попытался вникнуть в разговор.

— План архимага Карро потерпел поражение. — Роднок был хорошо осведомлен. — Иниан больше не находится под его властью. Теперь он полностью готов к Принятию.

— Мой господин может быть уверен, что Последний из рода Калил действительно последний? — Это проговорил гнусавым и низким голосом черный воин.

— Да, у нас есть неоспоримое доказательство смерти его братца! — нечеловеческим голосом прорычал демон.

— Сначала вы сообщаете моему господину, что у Иниана есть брат, потом вы говорите, что он мертв. Завтра вы скажете, что он воскрес из мертвых, и мой господин отрубит вам головы. Или что у вас там на их месте. — Воин ехидно посмотрел на демона.

— Позволь мне убить его! — Демон кровожадно зарычал. Реликсан начал подумывать о куче несовершенных дел в своей маленькой жизни и благодатных просторах Весле…

— Нет, Архивар! Покажи ему картину у Риервы.

То, что последовало за этими словами, поразило старого мастера. Демон прохрипел какое-то черное слово, и перед ним заклубился туман, и в нем начала вырисовываться картина деревни. Видимо, это и была злополучная Риерва. Вот из дома на окраине села выходит юноша с котомкой на плече. Легко перепрыгивает через забор и идет по направлению к лесу. Неожиданно за ним прямо из воздуха материализуется старец в плаще. Он заводит разговор, поднимает посох и… Просто сжигает юношу на месте! Одним касанием… Прах падает на землю и разносится ветром, а старец спокойно продолжает путь к опушке леса.

— Вот видишь, тупоголовый человек, этот Калил уже неделю как развеян и потому совершенна бесполезен! — снова прорычал Архивар. Воин недовольно хмыкнул и обратился к Родноку:

— А знаешь, моего хозяина не обрадует смерть этого юноши. Он надеялся заполучить его себе. А теперь вся надежда на этого глупца Иниана. Как ты собираешься его воскрешать? — упорствовал воин.

«Интересно, кто же его хозяин?» — подумал Реликсан.

— Предоставь это нашим друзьям! — Демон злобно хохотнул. — Поверь, некроманты вмиг сделают из вашего Последнего не самую последнюю куклу!

— Да, но тело необходимо доставить в земли Одра. Этим займешься ты. — Роднок повернулся к воину.

— Почему я?

— Тебе подробно пояснить? Я — маг, ваше связное звено в академии. Архивар будет слишком явно говорить о наших целях. Так что остаешься ты, мой ДРУГ.

Воин в ответ только посмотрел на мага с ненавистью и пробормотал:

— Хорошо… Но мой хозяин узнает о вашей беспечности! — Черный воин передернул плечами и развернулся к выходу.

Тут только до мастера дошло, что он засиделся здесь. Если его обнаружат, то, учитывая полученные сведения, постараются убрать как можно скорей. Свернув сознание в шар, он стремглав вернулся в тело. Полог еще не был убран, значит, время оставалось. Уже когда он бежал по верхнему коридору, в потолок над головой ударил черный как смоль магический шар. «Достали, гады», — успел он подумать, прежде чем на голову посыпались камни и песок с древнего потолка. Темное колдовство не задело мастера, но ощущение близости нижнего мира не покидало его душу. Собрав последние силы, он выбежал в главную залу академии, где сразу же затерялся среди множества пестрых мантий. Жуткое ощущение погони осталось за спиной, где-то там, в глубине коридоров академии.

Где-то через час после столь знаменательных событий Реликсан стоял на вершине Поклонной Горы у дворца Айлейла и размышлял о подслушанном разговоре. Думы его были нелегки — на глазах рушился мировой порядок, принципы и устои почти тысячелетнего мира. Похоже, начинается новая битва, новая эра войн. И те, кто стоял у истоков, поведут за собой армады Зла и Добра. Хотя сами эти понятия все больше размываются в нашем странном и неустойчивом мире. Что же будет дальше?

Глава 5

Я, Наанор Тинору, никогда не мыслил себя героем нового времени, тем более не хотел сильно менять привычный образ жизни. Теперь, перед лицом грандиозных перемен, чувство потери теплого места усилилось столь заметно, что по спине забегали огромные мурашки, вызывая неприятное ощущение неотвратимой опасности.

К воротам Риротека караван Улуная добрался поздним вечером. К счастью для опоздавших путников, перед главными воротами Риротека располагались большие амбары для караванов и приветливо распахивал двери небольшой трактир со спальными комнатами. Караван прибыл как раз тогда, когда огромные створки ворот закрывались с низким гулом, издаваемым натянутыми канатами. Видя это, Улунай только покачал головой, укоризненно взглянул на возниц и дал команду к стоянке на ночь.

Я соскочил с повозки и огляделся по сторонам. Красив был этот город под лучами уходящего светила! За высокими стенами, сложенными из белого камня и украшенными пиками башен, виднелись шапки высоких домов, покрытые иссиня-черной черепицей. Выше всех вздымалась башня дворца. Она была окутана призрачным свечением, словно имела собственную ауру. Я присмотрелся внимательней — так и есть, видимо, дворец надежно защищен, по крайней мере, от нежелательных гостей. Интересно, сколько мне дней или месяцев придется провести в этом месте?

— Эй, мечтатель! — окликнул меня молодой возница с третьей повозки. — В трактир идешь аль нет?

— Иду, иду, подожди!

Идея возницы мне пришлась по душе. Я еще раз кинул взгляд на ворота, перед которыми уже вальяжно расхаживали двое стражей. На вид они были самыми грозными вояками, которых я встречал. Правда, один из них напевал весьма легкомысленную песенку, что несколько портило впечатление. Я усмехнулся и, не дожидаясь второго оклика возницы, пошел в его сторону.

Как оказалось, возницу звали Динат. Он был родом с Юга, хотя точного названия своей малой родины дать не мог. Пока мы шли к трактиру, он успел покрыть отборной руганью Легион, королевскую власть и в придачу весь этот Риротек, в котором, по его мнению, даже порядочно отдохнуть негде. Теперь, сидя за большим дубовым столом в углу трактира с характерным названием «Пей до дна», все продолжалось в том же духе.

— Вот что они сюда все прут, а? Нет, я не то чтобы против, но ведь места есть и в двадцать раз красивее. А женщины?! Разве это женщины?!

После этих слов он долго обсуждал, чем различаются женщины Юга от холодных и бездушных красавиц Севера. Я все время кивал и поддакивал, попивая доброе пиво, которым меня угостил Динат. Пока его несло в дебри философии, я задумался о своих делах. С трудом вспоминая все назначенные встречи, я составил расписание. Первым в нем значился мастер Ли. Главное, чтобы завтра меня нормально пропустили в город. Я посмотрел на Дината — тот мирно бурчал под нос о вреде здоровой жизни… Перед ним стояло уже четыре пустые кружки, когда я только досасывал первую. Кликнув девушку за стойкой, хм… да неплохо, очень неплохо, я попросил принести еще кружечку этого чудесного напитка. Так протекала моя первая ночь в чужой компании в неизвестном трактире перед незнакомым городом.


Клубы благовоний вперемешку с магическими искрами, исполняющими роль незримой охраны, окружали огромный каменный стол, на котором возлежало тело Иниана. В зале, отделанной большими плитами из миррорифита, не было никого, кроме тела усопшего и старца, парившего в метре над полом с южной стороны, напротив входа. Этот старец был не кем иным, как архимагом Карро. Он все еще не верил в такую странную и страшную смерть юного мага, подававшего большие надежды. Он не верил в смерть последнего из рода, так давно спасенного самим магистром Ищущих… Он все глубже погружался в астральные слои, пытался понять истинную причину случившегося, но ничего не находил. Перед ним лежало тело, мертвый кусок мяса, не более. Даже намека на энергии, даже остатков души, которая при насильственной смерти цепляется за все, — не было абсолютно ничего. Положение становилось очень серьезным. Карро давно чувствовал надвигающуюся бурю, но шел по своему единственному пути, теперь же у него не было ни одного козыря в руках. Хотя нет, один все же был…

Архимаг вышел из транса, поклонился бездыханному телу и тихо покинул залу. Ему предстоял долгий путь к острову Боли. Похороны состоятся через неделю, значит, время еще есть. Только бы не было ничего непредвиденного. Надо срочно найти Реликсана. Он один сможет удержать порядок в академии и проследить за безопасностью Токанны.


Допив очередной бокал хмельного напитка, я окинул взглядом трактир и решительно вышел во двор. Издали доносились голоса, пьяные и не очень, томные женские и грубые мужские. Ничего странного или страшного. Зевнув, я ощутил дремоту, медленно охватывавшую все члены моего тела. Разглядев во тьме свой караван, я двинулся к нему. Все уже спали, охрана сонно курила травку. Лег, завернулся в свой плащ и вырубился. «Все-таки пиво здесь отменное», — проскользнула последняя мысль.

Наутро весь лагерь ожил. Всюду сновали возницы, охранники и воришки. Последних можно было отличить по их ауре — дрожащей и посверкивающей желтыми искрами. Хмыкнув, я нашел взглядом Винта. Тот суетился на пару с Динатом, работая с какой-то системой упряжи. Через пару минут запел горн, возвестив об открытии ворот. Через час у нас проверили документы, бегло осмотрели груз и разрешили войти. С замиранием сердца я шагнул в город.

Надо было попрощаться с Улунаем. Стража, стоявшая возле его повозки, отдернула занавесь, и он, завидев меня, подмигнул.

— Ну что ж, охотничек, живы будем — не помрем. — Он залился раскатистым хохотом. — Ты уж прости меня. Работу свою выполни хорошо, а то обижусь. А обиды мои опасны. — Тут он уже не смеялся. — А так отдыхай, занимайся тем, что тебе нужно. Когда-нибудь свидимся.

— И тебе успеха желаю, сан Улунай. Спасибо тебе за помощь.

— Кстати, будь начеку, в городе уже находятся солдаты короля. Мне сказали, что до окончательного захвата Свободных Земель все жители Риротека остаются вольными, но после будут размежеваны на варны и объявлены подданными Запредельного. — Улунай пробурчал что-то непристойное о короле и бросил на прощание: — Удачи тебе, охотничек!

Занавеска задернулась, и я остался стоять в стороне, наблюдая за удаляющимся по широкой мостовой Риротека караваном.

Маг Тодгор из клана Серых. Мастер Ли с его школой меча. Сан Лойг и его караван. Неизвестный друг. Кто же еще? Сколько мне всего уже надо было сделать в Риротеке. Я отошел в сторону от дороги и в тени высокого дома пересчитал свои деньги. От моей поездки осталось два серебряных и пятнадцать медяков. Маловато, особенно когда ты молод и хочется погулять в незнакомом городе на славу. Закинув сумку за плечи, я молодецким шагом направился к центру. Вокруг меня высились каменные дома, окруженные деревьями, украшенные каждый по-своему. Я заметил, что нет ни одного похожего здания, они все хоть чуть-чуть, но отличались друг от друга. По-прежнему было шумно. Мостовая, по которой я передвигался, вела от ворот к центральной площади, так сказала мне одна торговка. Справа от площади располагался район рынка, слева — жилые кварталы для простых жителей. Впереди находились дворец и гарнизон Легиона, за ними, в верхней четверти города, жила элита. Все школы и сопутствующие им заведения, кроме элитарного клана Серых Магов, находились в учебной четверти, ее следовало искать у небольшого озера, ближе к правой стороне Риротека. Я, разузнав направление, не преминул отправиться в школу меча.


Бегала стража, призывно вопила сирена охранной системы резиденции графа, а Найскату лично громыхал в доспехах посреди всего этого безобразия. Весь шум поднялся из-за тайной комнаты с артефактом, давшим настолько мощный всплеск энергии, что вышло из строя все, связанное магическими узами, а сами маги получили сильнейшую головную боль.

— Отставить панику! За пределы дворца никому не выходить! Стража беспрекословно слушалась и продолжала суетиться, выполняя приказы.

Найскату подошел к туннелю, ведущему в комнату. И правда, до сих пор излучение было такое, что ломило суставы и сводило зубы. Он прошел до конца, снял с шеи ключ и отпер огромную дверь из миррорифита. Странно, но впервые этот древний материал не смог защитить пространство от магического воздействия. Внутри все пространство пульсировало и сжимало каленым металлом виски Найскату. С артефактом все было в полном порядке, а вот с астралом творилось нечто жуткое. Перекрученные нити Силы, изорванная защита и так далее. Что могло вызвать все это, было пока абсолютно неясно. Ясно только то, что артефакт на какое-то мгновение заработал и выплеснул часть энергии. Было ли это защитой от попытки астрального проникновения или же сработал какой-то древний таймер — Найскату не знал. Он еще раз проверил помещение и направился к выходу. Требовалось срочно все обдумать и проанализировать увиденное.

У окна в его зале стоял человек. Ну или почти человек. Вернее сказать, демон низшего мира Архивар, скрытый от чужих взглядов под мощным плетением личины. Он развернулся и грузно протопал к середине залы, туда, где стоял Найскату.

— Я не верю твоему слуге. Я пришел к тебе, потому что МОИ хозяева заслуживают большего, если ты собираешься и дальше следовать своему плану. — Голос Архивара был насыщен демоническим рыком даже в таком обличье.

— Чего вы хотите? Вас не устраивает наш договор? — Найскату посмотрел в упор на демона.

— Нас не устраивает вообще существование рода человеческого. А сегодня, в частности, мы хотим следующего: в обмен на услуги наших некромантов ты и твой народ отдадите нам одного человека, который стал нам крайне интересен. — Архивар выждал паузу и продолжил: — Это мастер Реликсан из Академии А.

— Срок? — Голос Найскату приобрел жесткость. Он понимал, что похищение одного из главных магов Запредельного Королевства вкупе с телом Иниана — это почти начало войны, но, с другой стороны, упустить свой шанс он не мог. Все, что донесли ему за последнюю неделю, очень резко сменило его позицию в игре за власть.

— Срок три дня — седьмого июня мы будем ждать его у себя. По прибытии Реликсана наши некроманты начнут свое дело. И тогда содрогнется ваш мир! — Демон повел рукой и исчез, оставив резкий запах гари.


Уже на подходе к рынку я заметил некое волнение масс позади меня. Осторожно оглянувшись, понял, в чем дело. По мостовой шел отряд вооруженных до зубов воинов, охранявших помост с балдахином, который несли восемь рабов — по двое на каждую из четырех ручек. Первые два охранника держали в руках кнуты со свинцовыми наконечниками, давая всем понять, что мешать их шествию не стоит. Я быстро прижался к стене дома, не желая быть замеченным. Рядом со мной оказался какой-то чумазый паренек лет двенадцати на вид. Я легонько толкнул его и спросил:

— Эй, кого так охраняют?

На мой, казалось, невинный вопрос паренек ощерился:

— Ты откуда такой? Это же сантиму Даяну везут. Она уже здесь пару дней, после того как Легион прошел на юг. Вот бывают же бездари! — На этих словах он снова вперил взгляд в балдахин. Я усмирил желание дать этому наглецу хорошую затрещину и поинтересовался:

— А кто она, эта Даяна?

— Говорят, прямая наследница наместника, чтоб ему, или же кто-то в этом роде. Эх, была б она простушкой, я бы с ней залег на матрац! В последней фразе чувствовалось столько похоти, что я не удержался и дал ему легкий подзатыльник. Парнишка немедля свалил от меня подальше, опасаясь сильной взбучки. А балдахин проносили как раз мимо меня. Я проследил за ним взглядом, как вдруг на одно мгновение шторка отдернулась, и я увидел ЕЕ лицо. Следующие несколько минут я простоял с открытым ртом, вероятно выглядя полным кретином, и пришел в себя, только когда вся процессия завернула за угол к дворцу правителя. Память немедленно кинула меня в пропасть прошлого.

Я вспомнил — именно эту девушку, тогда еще девочку, я видел в своей Риерве, когда у нас остановился на ночлег какой-то знатный господин с семьей. Я наблюдал за ней, стоя за кухонной ширмой, и казалось, прекраснее нее никого не было на этом свете. Я тогда не знал, как ее зовут… Значит, Даяна.

Именно ее лицо я и увидел за ширмой балдахина. Это несомненно была она, та девочка, моя первая мечта, о которой я совсем забыл, а теперь уже взрослая девушка, знатная и богатая… Сколько же ей сейчас? Прошло десять лет, значит, уже около двадцати одного. Да… Нет! Нет и еще раз нет. Я медленно пошел к рыночной площади. В голову снова ворвался привычный уличный шум, а в голове насмешливо журчало: «Даяна…»


Архимагу не пришлось долго разыскивать мастера Реликсана — он сам нашел его поздно вечером, неожиданно материализовавшись в личных покоях Карро. Тот сразу отметил про себя крайнюю взволнованность мастера и привстал навстречу:

— Что случилось, мой друг? Я ищу тебя весь вечер!

— Я знаю. — Голос Реликсана был сух и даже резок. — Ты не замечаешь, что теряешь контроль над академией?

— Что? С чего ты взял? — Карро потемнел от злости.

— Друг мой, меня сегодня чуть не убил демон нижнего мира; твоего любимого Иниана хотят забрать некроманты; Роднок Пеад — предатель, и за всем этим стоит Раху знает кто!!! Тебе еще нужны факты?! — Реликсан нервно расхаживал по зале, обретя привлекательность захудалого демона.

— Не может быть… Ты понимаешь, что все это значит? Конечно, понимаешь… Времени почти не осталось. — Карро обхватил голову руками. — Я теряю контроль не над академией. Мы теряем контроль над привычным миром! И это гораздо опаснее… — Архимаг посмотрел на Реликсана. — Мне надо уехать на неделю. Вернусь к похоронам Иниана. Если у меня все получится, наша сила не пошатнется. Твоя задача быть здесь и подготовить академию к войне. Ты понял, Реликсан? К ВОЙНЕ!

— Значит, все так плохо? — Мастер присел в кресло напротив ложи архимага. — Я попробую собрать наших людей. К сожалению, Пентагона Ищущих в столице нет — они с Легионом в западных землях. Могу еще поставить лучших боевых магов на охрану тела Иниана. Но мы не знаем, чего ждать. Ты же понимаешь!

— Я все понимаю. К сожалению, — Карро скрестил пальцы в защитном знаке, — нам неоткуда ждать помощи. Если ты прав, то темные силы, захватив Иниана, вернее, его оболочку, смогут повести в бой свои орды под знаменем Древнего Рода. Тогда рухнет вся система нашего мира — от целей и укладов королевства многие могут отвернуться, а нет ничего хуже, чем разрозненная страна, у которой нет единой цели.

— Я давно знаю тебя, Карро. Если бы у тебя не было козыря, еще одной козырной карты в рукаве, ты бы не был так спокоен в этой ситуации. — Реликсан в упор посмотрел на Карро. — Говори. Иначе я и не подумаю слушать тебя. Если бы ты сразу рассказал мне об Иниане всю правду, многого можно было избежать. Говори!

— Ты прав, конечно, прав. — Архимаг понурил голову. — Прости меня, друг. Я отправляюсь на остров Боли. Ты ведь помнишь о давнем союзе людей и драконов, еще со времен Последней Войны?

— Конечно. — Реликсан нахмурился. — Но ведь в живых остался только Последний. Что ты хочешь от него?

— Есть одна неисполненная клятва с его стороны. Если у меня все получится, на нашу сторону встанут огромные силы, достойные дать отпор в будущем армиям Тьмы. — Архимаг закашлялся, прочистил горло и продолжил: — Кроме того, мои наблюдения за астралом и междумирьем принесли свои плоды — горькие и страшные. Реликсан, друг мой, — Карро положил руку на плечо старого товарища, — Асуры начали пробуждаться! Кто-то или что-то гонит их в наш мир… У нас не так много времени, как бы хотелось. В скором времени все изменится, и я пока не знаю, что делать. Я рассказал тебе достаточно. Теперь прошу: подготовь все к моему возвращению и похоронам Иниана. Ни одна тварь не должна подойти близко к его последнему пристанищу!

По лицу архимага пробежала тень.

И за окном была тьма непроглядная. Даже свет Варуны и Ушаса не мог пробиться сквозь нее — и от этого становилось не по себе. Ой как не по себе.

Глава 6

Дождь беспрерывно моросил с самого утра. Небольшой отряд Легиона укрылся под брезентовой накидкой, тщетно пытаясь согреться и не промочить остатки сухой одежды, что еще оставалась на них. Не было видно даже бойких торговок семенами. По главной улице Риротека шумно текли мутные потоки грязной воды, смешанной с отбросами. Среди всего этого унылого безобразия лишь несколько человек были деловиты и собранны. Они осматривали каждый уголок этого провинциального города, заглядывали в каждую щель, искали только им известную цель. Никто не мог и не хотел им мешать — слишком дурна была слава пентагов, состоящих на службе у королевства.

Пятерка служителей проходила город за городом, высматривая людей и нелюдей, которые могли нанести вред системе короля. В Риротек они прибыли рано утром, когда город только начинал просыпаться. К часу дня на площади они казнили ровно пять человек — двоих южан, торговца с рыночной площади, слугу наместника и мастера школы меча. Мастера Ли.

Все это произошло через три дня после того, как один юноша вошел в город.


Я рассматривал вывески зданий, отыскивая нужное место. Спрашивать дорогу еще раз я не решался — не хотел обращать на себя излишнее внимание местных жителей. Наконец я увидел вывеску с изображением щита и меча. Оглядевшись вокруг, я толкнул дверь и вошел в холл заведения, действительно оказавшегося искомой школой.

— Кого-то ищешь, вьюноша?

В полумраке холла мои глаза разглядели странного старца, сидевшего за столом с письменными принадлежностями.

— Я хотел увидеть мастера Ли, если можно.

— Эх, можно тебе или нет, я не знаю. — Старик кашлянул и нахохлился еще больше.

— Я иду из Ри… из Веланира. Мое имя Тан Онар, я работаю на сана Лойга. — Я понадеялся на свою историю.

— Ну что за молодежь… Ладно, сейчас позову. — Старик выпрямился, надул щеки и издал гортанный звук, одновременно хлопнув в ладоши.

Ответная реакция последовала незамедлительно — из воздуха прямо рядом со мной материализовался высокий мужчина с седеющими висками и орлиным носом на покрытом шрамами лице. Его одежда была простой, даже неказистой — такую носят исключительно из-за ее удобства. Кроме того, она имела слабую ауру магии, значит, могла защитить владельца не хуже легкого доспеха. На бедре у мастера Ли красовался меч в роскошных, но уже потертых ножнах, инкрустированных драгоценными камнями. Весь его облик говорил о силе, уме и отваге.

— Что случилось, Нарвин? — обратился мастер Ли к старцу.

— Да вот, этот вьюноша врет и не краснеет. Хотя нет, все-таки краснеет, — с улыбкой добавил старец, глядя, как мои щеки заливает румянец стыда.

— Ну возможно, у него были причины. Правда, кто мог знать, что в крови у Нарвина течет кровь светлых эльфов? — Мастер Ли усмехнулся, а я чуть не сел на свою пятую точку. И как я сам не заметил? Я внимательнее присмотрелся к Нарвину — точно, вот незадача! А я о них столько в книжках читал. Эльфы видят других существ насквозь, поэтому и противники самые опасные. От них ничего не утаить.

— Вот, значит, врет он и просит вас позвать, мастер. — Нарвин поклонился и сел на свое место, снова углубившись в чтение.

— Ну что ж, добро пожаловать в школу меча, — мастер сделал жест в сторону двери, — пойдем. Я вижу, тебе надо многое мне рассказать.

Беседа с мастером Ли продолжалась около двух часов. Я успел поведать ему обо всех своих приключениях за последние дни. Особенно его заинтересовал момент встречи с Вороном Эш и тот разговор странных людей у устья реки. Видно было, что он делает какие-то выводы и знает много больше, чем кажется на первый взгляд.

— Итак, твой отец оказался прав. Интересно, почему он ко мне так долго не заходил. — Лицо Ли напряглось, он пытался вспомнить что-то важное. — Значит, Найскату ищет давно забытый род Калил. Что же ему надо?

— Извините, мастер, а что вообще все это значит? — задал я давно волнующий меня вопрос. — Я совсем ничего не знаю, мне непонятны многие речи даже близких мне людей.

— Ты знаешь о том, что значит последний из рода?

— Ну я полагаю, в нем течет сильная кровь. И ему нужно продолжить род. — Я вопросительно глянул на мастера.

— Не совсем. — Ли встал и подошел к огромному книжному шкафу в углу комнаты. — Если верить Древним, то они, изучая генетику человека, пришли к выводу, что информация, а значит, и способности, и магическая сила способны накапливаться и передаваться из поколения в поколение. Если вкратце, — он сделал широкий жест в мою сторону, — чем больше поколений существует род, тем сильнее будет его последний представитель. К примеру, мой сын может стать более искусным мечником, чем я. Но заметь, только может. Зависит все от самого человека.

— То есть я могу стать сильным магом? — Я радостно улыбнулся, совсем забыв о том, что не рассказал мастеру ту часть своей истории, где непосредственно со мной связывали род Калил.

— Ты-то здесь при чем? — Ли хмыкнул и снова уселся в кресло. — Род Тинору, конечно, не молод, но и не настолько древен, чтобы обладать повышенными способностями. Да и в твоем роду еще много молодежи… Или ты что-то другое имеешь в виду?

Я напряженно думал, как выкрутиться из этой ситуации. Раскрывать все свои карты мне не хотелось, но и молчать я уже не мог.

— Один маг сказал мне, что у меня одиннадцатый лер, и еще… — Договорить мне не дал мастер Ли.

— Что? Ты с ума сошел? — Он вскочил с кресла, наклонился ко мне и прошептал: — Ты понимаешь, что сейчас сказал?

— Ну нет…

— Вот именно! — Он снова сел в кресло. — Это просто глупо. Тебя обманули, или ты неправильно понял этого уважаемого человека. Ты же сказал, что нигде не обучался, никто не развивал твои способности. Лер твоего рода — третий. Это нормально для Тинору и высоковато для обычного человека. Но не больше! Впрочем, если ты хочешь, то мы можем сходить к магам Серого клана. Там тебе точно все скажут. И если ты прав, у меня появятся новые вопросы, Наан. Уж слишком странные стечения обстоятельств…

— Мастер, вы начали говорить о последнем из рода…

— Ах да, точно. Так вот, существует легенда о Варкане, повторять ее не стану. Так вот, пару сотен лет назад нашли его могилу. А на ней была высечена надпись, гласившая в числе прочего, что потомок Варкана изменит мир к лучшему и откроет завесу к знаниям Древних. Поэтому многие мудрецы считают, что последний из рода Калил принесет на Притхиви великие события. Правда, род Калил оборвался около века тому назад, и больше нет никого, кто мог бы носить это имя.

На этом наша беседа закончилась. Жаль, что Ли так и не прояснил окончательно всю ситуацию насчет рода Калил, но пока мне было это не жизненно важно. Хотя кто его знает… Нарвин проводил меня в ученические покои, которые обещали стать моим жилищем на ближайшие полгода — именно на такой срок брал меня мастер Ли к себе в ученики. Я с радостью принял его приглашение — овладеть искусством боя просто необходимо, учитывая, что мой путь был тернистым. Итак, первую цель можно было считать выполненной.

Наступила ночь. В это время года само понятие темноты размывается под лучами Варуны, Ушаса и Митры, которые находятся на небосклоне почти все время вместе. В комнате, куда меня поселили, была скромная, но удобная обстановка: жесткая односпальная кровать с валиком для головы, стол с двумя стульями и книжные полки с небольшой библиотекой — в основном учебниками по искусству ведения войны и боя с различным вооружением. На полу лежал мягкий ковер, очевидно из шерсти местных горных коз. После почти десяти дней жизни в походных условиях мне показалось это королевскими хоромами. Задув свечу и скинув верхнюю одежду, я поудобнее устроился на кровати и задумался о событиях прошедших дней, анализируя увиденное и услышанное. За размышлениями я незаметно уснул.

Но не судьба была мне спокойно спать в эту ночь. Первые легкие сны быстро превратились в очень реальный кошмар. Я увидел себя на огромном поле, покрытом степной растительностью. До самого горизонта не было видно ни одного возвышения или строения — все заняла степь. В сердце прокрался страх. Он возник из ниоткуда, но маленькими цепкими лапками тянул за каждую нить моего подсознания, впитывая мою силу и энергию. Неясно было, чего я боюсь, и это пугало еще больше. Я сорвался с места и побежал через высокую траву, разрывая одежду о жесткие колючки, больно ударяясь при каждом случайном падении. Но страх не уходил, наоборот, прижимал все сильней и сильней. Внезапно заросли закончились, и я выбежал на край обрыва, едва не сорвавшись вниз. А там, на глубине нескольких сот метров, возлежал СТРАХ. Теперь я уже не сомневался: в этой огромно, й трещине в земной коре находилось то, чем пугали детей в страшилках; то, что уничтожило или могло уничтожить миллионы живых существ, — там находилось страшное оружие Древних.

В расселине лежал монстр изумрудно-серого цвета с огромными кожистыми крыльями и жуткой тупой мордой. В расселине лежал ДРАКОН.


Найскату смотрел на тело очередной наложницы, лежащей на каменном полу в его опочивальне. Этой не повезло, пожалуй, больше остальных — она умерла не от меча, а от страшного яда магии любви. Найскату был сегодня не в духе — оставался один день до того, как он должен передать в руки демонов мастера Реликсана. Задумчиво посмотрев на обнаженную прелестницу, которая даже после смерти оставалась красивой, он тяжелым шагом вышел из комнаты, крикнув слугам, чтобы убрали тело. Пройдя через сплетения тоннелей, он вышел в сад. Там его уже поджидал вестник от агента в столице. Агента, который должен был совершить операцию по захвату мастера-мага.

Вестник был одет в белоснежный плащ с брошью-заколкой у воротника. Его темное лицо с остроконечными ушами было открыто, но разглядеть черты мешали длинные волосы, развевающиеся под дуновением ветра. На груди вестника висел медальон с изображением сломанной короны. Это означало, что носитель данного знака имеет третий ранг в системе Тайных Звезд. Вообще, эта организация была объектом постоянной охоты Пентагона Ищущих и считалась самой скрытной за последние триста лет. Всего рангов Тайных Звезд было десять: тот, кто имел самый старший, десятый, носил медальон с изображением Черного Дерева и по своим возможностям не уступал магу двадцатого уровня и воину со знаком Мечника. Но такой знак Найскату видел только у одного человека в Токанне, и то лет десять назад. Сейчас же ему предстояло найти общий язык со Сломанной Короной.

— Приветствую столь прославленного воина и мага! — произнес вестник, приветливо улыбнувшись и привстав со скамьи. — Я надеюсь, что вы выполнили часть договора, заключенного с вами прошлой ночью. Я бы не хотел расстраивать моего господина.

— Не сомневаюсь, что твой хозяин будет доволен. — Найскату подошел к вестнику и поставил перед ним жесткий кофр внушительных размеров. — Тут все, что он просил. И даже больше. В свою очередь, я могу быть уверен, что никаких дополнительных расходов не понесу и работа будет выполнена со всей тщательностью?

— Конечно, мой господин всегда знает, что делает. И поверьте, все преграды людей ничто перед его мощью. — Вестник злорадно хохотнул. — Мы до сих пор не вмешивались в вашу политику просто потому, что нас это не интересовало. Но теперь, в свете последних сведений, любезно предоставленных вами, мы готовы идти на определенный риск. Когда-нибудь ваш народ вспомнит события этих дней как начало конца привычного мира. Когда-нибудь. А пока все в ваших руках. — Вестник отвесил низкий поклон и растворился в потоках света.

Найскату постоял еще несколько минут, всматриваясь в то место, где исчез эльф, и невольно завидуя их способу перемещения, и вернулся обратно в здание. Теперь оставалось только ждать наступления следующего дня. Ждать и надеяться на успех.


Я проснулся весь в поту, мокрый и напуганный до смерти. Сон и явь настолько плотно смешались в моем сознании, что я не сразу смог избавиться от навязчивого образа. Присев на край кровати, я потер виски и восстановил реальность. Страх из моего сна все еще не уходил. Да и был ли это сон? Спать больше не хотелось, а утро все еще не наступило. Одевшись и взяв сумку, я приоткрыл дверь комнаты и вышел в длинный коридор, ведущий в холл. Школа меча пустовала в эти дни — все ученики разъехались по домам, и только три мастера да старый Нарвин оставались в здании. Дойдя до выхода из школы, я осторожно прошептал открывающее заклинание — первое, чему меня успели научить здесь, — и тяжелая дверь нехотя подалась. Ощутив приятное дуновение свежего ночного воздуха, я вышел на улицу.

Риротек даже ночью смотрелся неплохо, народа на улицах почти не было, а солдат Легиона, патрулирующих город, я теперь не опасался. Поразмыслив, я направился в сторону рыночной площади, где еще вчера заприметил неплохой трактир.


Вход в заведение под названием «Серый дом гончего» охраняли двое громил, но, после того как я показал им личную карточку ученика школы меча, они пустили меня внутрь. В таверне находилось несколько человек — сам трактирщик, застывший за стойкой, трое солдат Легиона в дальнем углу, типичный выпивоха с большой кружкой и, судя по одежде, странник с Юга. Присев за свободный столик, я заказал кружку пива и порцию жареной оленины. Невольно вспомнились мои вяленые траны, отданные на кухню школы. Рассматривая помещение, я заметил следы недавних побоищ, грубо заделанные и прикрытые от глаз посетителей. А так, в целом, мне начинало здесь нравиться. Жаль, что женского населения здесь маловато. Впрочем, при моем внешнем виде… Одежду я так и не купил, а форму ученика можно было носить только в школе.

— Свободно? — спросил меня высокий молодой человек странной внешности, вошедший несколько минут назад. В его чертах мне почудилось что-то неуловимо знакомое.

— Свободно, садись, конечно. — Я счел такой ответ достаточно приличным. Он кивнул и устроился напротив меня.

— Эй, хозяин, доброго эля мне и супчика понаваристей! — довольно крякнул путник и повернулся ко мне. — Мое имя Тантос. Я из Великих Ашт, здесь проездом. А ты? — Он вопросительно посмотрел на меня.

— Мое имя Наан Тинору, я из Риервы. Ученик школы меча со вчерашнего дня. — Теперь, благодаря мастеру Ли, я мог снова называться своим именем, и это было весьма кстати.

— Приятно видеть человека, у которого есть цель. А мой путь почти бесцелен. — Тантос снова обернулся к трактирщику, который суетливо нес заказ. — Вот спасибо!

— Приятного аппетита, сан Тантос. И вам также, — кивнул мне трактирщик.

— Но ведь ты куда-то едешь, значит, и у тебя есть цель. — Я рьяно принялся за оленину.

— Цель-то есть, да пути к ней слишком трудны. — Тантос неудовлетворенно вздохнул. — Я еду на самый юг Токанны в Храм Аката.

— Я слышал об этом месте, но в чем же твоя проблема? Ты хочешь быть жрецом или просто паломничаешь?

— Не то и не другое. Я должен встретить там одного человека. Большего сказать не могу. Ты лучше ответь, не знаешь ли ты кого-нибудь из Серого клана?

Я поперхнулся при этих словах. Тантос попал в самую точку, а случайности всегда закономерны. Надо быть осмотрительнее!

— Я завтра иду к ним с мастером Ли. А что ты хочешь?

— Мне просто надо увидеться с ними в связи с моим путешествием. Давай договоримся: ты берешь меня завтра с собой, а я взамен могу вывести тебя на одного очень занятного кузнеца. — Дальше Тантос продолжил почти шепотом, наклонившись ко мне: — Его зовут Кан, он занимается оружием. Очень редким оружием! Я вижу, что у тебя еще нет меча. Он может его сделать. — Тантос подмигнул мне и принялся за еду.

Я потягивал пиво и обдумывал предложение моего нового знакомого. В принципе я ничего не теряю, а знакомство с новыми людьми всегда полезно. А Нарвин, если что, увидит обман.

— Хорошо, Тантос, я согласен. Завтра в полдень у школы меча. Идет?

— Угу. С меня причитается, Наан!

На этом наш разговор иссяк. Мы доели остатки ужина и разошлись.

Вернувшись к себе, я лег в постель. Кошмарный сон с драконом уже почти забылся, и я начал задремывать, однако меня не переставало немного беспокоить что-то неуловимо знакомое в Тантосе.

Наутро меня разбудил Нарвин, бесцеремонно вошедший в комнату. Оказалось, что все в школе встают с рассветом, и этот обычай касается теперь и меня. Несмотря на то что уроков ближайшие два дня не планировалось, мастер Ли отругал меня за неопрятный внешний вид и пригласил завтракать. Обеденная комната находилась в подвале, рядом с кухней. Пока мы ждали завтрак, Ли рассказал мне о планах на день. Я упомянул о своем полночном хождении, о Тантосе и спросил, можно ли его взять с нами к Серым Магам. Ли ответил не сразу, но потом, узнав, что Тантос из Великих Ашт, согласился. Чем его решение было подтверждено, я так и не понял.

В полдень Тантос, как и договаривались, ждал у школы меча. Я познакомил его с мастером Ли, и мы вместе отправились к Серому клану. Их резиденция находилась в верхней четверти города, и провести нас туда мог только учитель. Видимо, Тантос знал это, потому и просил меня о содействии. Через полчаса ходьбы мы подошли к величественному зданию, сплошь усеянному охранными системами. Высотой в три этажа, оно было искусно украшено скульптурами и необычайной лепниной с изображениями странных. Прямо над главным входом красовалась огромная вывеска, сообщающая о том, что здесь расположен клан Серых Магов. Привратник, стоящий у двери, искоса посмотрел на наши документы и пропустил внутрь.


В Академии А были приняты все меры по охране склепа Иниана, а место его гибели окружено защитным куполом для предотвращения возможных магических исследований врага. Архимаг Карро отбыл в неизвестном направлении, оставив заместителем мастера Реликсана. Роднок из рода Пеадов был схвачен и взят под стражу в Темнице Сотги. Совет Трех выдвинул решение о воссоздании Пентагона Смерти — последний раз эта боевая единица была призвана к жизни в период с 2999 по 3067 год.

Мастер Реликсан получил сообщение от Сантора о том, что он вместе с семьей купца Андроана отбыли в столицу. Это означало, что они прибудут сюда седьмого числа. В этот же день будут похороны Иниана, к которым планировал вернуться Карро. И этот же день может стать днем начала новой войны. Кто бы знал, как мастер хотел предотвратить это! И он делал все, что мог. Прежде всего он решил разобраться с предателями.

Роднока Пеада схватили поздно ночью, рассчитывая на эффект неожиданности. Но, несмотря на все предосторожности, он успел поставить блок на свою память, и теперь все попытки узнать, кто стоит за ним и его сподручниками, были тщетны. Оставалось только ждать, когда истекут его магические силы и он будет вынужден вернуться в сознание.

Реликсан и его боевые маги прочесали все коридоры и закоулки академии, но ничего стоящего не нашли, хотя все время казалось, что они упускают из виду что-то важное, что находится прямо под носом. Оставалось надеяться на обещанную Карро помощь. Однако время шло, а от архимага по-прежнему известий не было.

Легион продолжал свое шествие по юго-западу Токанны, захватывая последние свободные города. Власть Айлейла из формальной превращалась в реальную; по крайней мере, так казалось жителям королевства. Многие стали уходить в леса, подыскивая себе новые места для поселения. За считаные дни они организовали несколько лагерей в горных районах страны и присоединились к Тоскнаррам — свободным людям страны. Король знал это и предугадывал возможные последствия своих действий, но не мог ничего поделать — перед ним непробиваемой стеной стоял Легион во главе с Генералом.

Север тоже активизировался. Найскату привел подвластные ему силы в состояние боевой готовности. Со всех городов к нему стекались верные псы войны, выпестованные в монастырях и школах боевой магии. Граф знал, что с теми силами, которые он принял в качестве временных союзников в грядущей битве за власть, нельзя шутить и все обещания придется выполнить. Поэтому седьмого числа он должен отдать мастера Реликсана в руки, вернее, лапы демонов нижнего мира — таков был уговор в обмен на помощь некромантов. Найскату даже думать не хотел, зачем тот им мог понадобиться. Но уговор есть уговор, и что сделано, то уже не воротишь. Вестник ушел, войска подготовлены. Тайные Звезды всегда четко исполняют заказы, так что осталось только ждать.

Глава 7

Итак, я оказался там, где еще месяц назад и не мечтал побывать: в знаменитом клане Серых Магов. Внутри здания, где размещался клан, пространство словно имело другие законы — физика менялась настолько, что я утратил чувство равновесия и ориентацию. Мастер Ли и Тантос чувствовали себя великолепно, и было видно, что с подобными условиями они уже сталкивались. Нам разрешили посетить магистра Линуцио и, по моей просьбе, мага Тодгора.

Кабинет Линуцио располагался на втором этаже, куда мы с легкостью взлетели. Да-да, именно взлетели, так как законы этого здания позволяли очень многое. Двери открылись, пропуская нашу троицу внутрь.

— О, прошу, прошу! — на удивление радушно воскликнул Линуцио.

К моему удивлению, он был очень молод, не более тридцати лет с виду. Его одежда говорила о высоком вкусе хозяина — более красивого сочетания цветов я еще не видел. Неизменным оставалась только накидка — серый плащ с изображением трех лепестков розы. Сбоку у него был пристегнут кинжал в серебряных ножнах.

— Для нас большая честь видеть вас. Сегодня со мной мой ученик Наанор Тинору и наш друг Тантос из Великих Ашт. — Голос мастера Ли прозвучал неожиданно мягко, хотя заполнил собой всю комнату. Тантос искоса посмотрел на меня и многозначно хмыкнул. Я пожал плечами и повернулся к Линуцио.

— Садитесь, вы всегда желанные гости в моем доме. Что привело вас сюда? — Взмахом руки магистр пододвинул кувшин с вином и заставил его разлиться в четыре подготовленных бокала.

— Мой друг, вот этот юный ученик сказал, что маг по имени Шаштр Драгну определил у него одиннадцатый лер. При этом Наан нигде не обучался и не развивал свои способности. Мне кажется это очень странным, ведь его род Тинору обладает врожденным третьим лером, а здесь такой скачок… — Мастер Ли замолк и продолжил несколько погодя: — Я не много знаю о магии, но его отец всегда был моим другом, теперь я хочу, чтобы из мальчика вышел настоящий воин. Что скажешь ты, Линуцио?

— Да, ситуация интересная. И если это правда, то… Минутку. — Линуцио достал из шкафа какой-то прибор в виде небольшого ящичка с отверстием. — Вот он. Позволь твою руку. — Я кивнул и протянул левую ладонь. — Отлично. Сейчас будет немного больно.

При этих словах неведомые силы внутри этой Раховой коробки сжали мою руку, как будто тисками. Поборов желание вытащить ее назад, я наблюдал за магом. Тот вертел какие-то рукоятки на ящике и странно хмыкал.

— Да, это очень интересный молодой человек… Говоришь, из Тинору? — Линуцио вопросительно посмотрел на мастера. — Что-то я сомневаюсь. Хотя чего не бывает. — Он обратился ко мне и к Тантосу: — Мальчики, можете оставить нас наедине?

Мы вышли. Тантос задумчиво стал разглядывать настенные надписи, выполненные на непонятном для меня языке. Я решил сходить к магу Тодгору, пока мой учитель беседует с Линуцио.

— Ты ведь хотел видеть Тодгора?

— Конечно. — Тантос ожил и посмотрел на меня.

— Тогда идем. Мастер договорился о встрече.

Спустившись вниз, мы свернули в коридор, ведущий к кельям магов. Нам любезно подсказали, что маг Тодгор живет в шестой справа от входа. Пока мы шли, Тантос не выказывал никаких чувств и эмоций, что несколько меня удивило. Но при подходе к цели все изменилось.

— Слушай, старина, ты не мог бы пропустить меня вперед? — обратился ко мне Тантос, слегка заикаясь. Его лицо покрыла испарина, как будто он собирался на верную смерть.

— Да что с тобой? Иди, конечно, если хочешь. А в чем дело?

— Я… Я немного боюсь…

— Ты ж вроде его знать должен? Если боишься, зачем идешь?

— Помнишь, я говорил про Храм Аката?

— Ну и что из этого?

— Я должен пройти испытание. Маг Тодгор — адепт Земли, а я…

— Вот оно, значит, как… — Удивленно присвистнув, я заткнулся. Выходит, Тантос был не простым пареньком. Я знал, что во многих заведениях магии бывают испытания, но испытания стихий — это, пожалуй, слишком сильно. Такому противоборству редко где обучают.

Тантос попросил меня подождать за дверью. Я наблюдал за происходящим с возрастающим интересом. Через несколько минут дверь открылась, и Тантос вышел целым и невредимым.

— Мне разрешили пройти испытание! Завтра в полдень возле южной стены города! А в общем, он славный человек…

— Знаешь, когда мы выйдем отсюда, у меня к тебе будет пара вопросов. — Я не сдержал улыбки.

— Да не обижайся… Извини, что сразу все не сказал, у нас правила… А с Каном я тебя сведу, ты не беспокойся. Заходи, Тодгор тебя ждет.

И я зашел.

Тодгор сидел в высоком кресле со спинкой в виде двуглавой кобры, вырезанной из какого-то дерева. В келье не было ничего лишнего, но и впечатления бедности она не производила. Я ступил на мягкий ковер, ворс которого доставал мне до лодыжек, и подошел к магу.

— Прошу прощения, меня зовут Наан Тинору, я пришел…

— Забудь. Твои вопросы я уже знаю. — Низкий голос мага томно раскатывался по келье. — Ну и удивил же ты Шаштра. Он до сих пор в себя прийти не может. У Линуцио был? Был. Что же ты от меня хочешь, ах да… — Маг встал с кресла, и тут я понял, что кобра вовсе не вырезана из дерева… Ее глаза загорелись ярким огнем и посмотрели на меня. Стало жутковато. — Твой лер действительно очень высок, но способности твои закрыты неизвестным мне способом. Пока что ты обычный человек и ничуть не сильнее других из твоего рода. Но, — он сделал эффектную паузу, выжидающе смотря на меня, — если снять этот блок, твое будущее может стать судьбоносным. К сожалению, на такое способен практически только архимаг. И то после долгого изучения. Но вот что меня интересует: кто же поставил такой мощный блок, а главное, зачем? — Тодгор обошел меня, рассматривая со всех сторон.

— И что же мне делать? — Слова мага меня совсем запутали.

— Ну у тебя три пути. Во-первых, — он загнул большой палец, — ты можешь навестить архимага, рассказать о своей проблеме и поплакаться ему в жилетку. Во-вторых, — он загнул следующий палец и взглянул на меня с усмешкой, — ты можешь поговорить с драконом. Да, не удивляйся, но это возможно. Пару десятков лет позанимаешься, начнешь понимать их язык и сможешь удержать свой разум от моментального безумия. — Тодгор, видимо, сам настолько позабавился этой мыслью, что расхохотался во всю глотку. Странное это было зрелище — ржущий маг. — Ну и наконец что я тебе особенно советую, забудь ты об этом и живи спокойно дальше. Проблем будет точно меньше!

После этих слов он указал мне на выход и снова уселся в свое змеиное кресло.

Как выяснилось чуть позже, мастер Ли услышал от Линуцио примерно то же самое. Только он не стал предлагать безумных идей, а просто сказал, что напишет письмо архимагу, и если тот заинтересуется мной, то путь в ВайТан будет открыт.

Через час после столь волнующих событий мы вернулись в школу меча. По пути Тантос открыл мне часть своей истории. Он оказался старшим учеником Академии А, выбравшим дальнейшее обучение в Храме Аката. Он уже прошел три испытания из четырех и теперь, с моей помощью, нашел последнего мага — адепта Земли.

Мне показалось, что мастер Ли был доволен таким исходом, так как его намерение сделать из меня мечника было очень настойчивым. После того как я рассказал ему о Кане, он предложил мне сделку: я выбираю себе хороший меч, он его оплачивает, а эти деньги я отрабатываю в качестве его посыльного. Меня такой расклад очень устраивал, так как моих сбережений не хватило бы даже на ржавую железяку. Итак, на вечер был назначен поход в оружейную мастерскую.

Кан оказался высоченным мужиком с бородой, торчащей топором, и здоровенными ручищами, выглядывающими из кузнечной робы. Найти его самому было бы непосильным делом, ибо его хозяин очень хорошо знал, какое оружие выходит из-под рук Кана, и не хотел, чтобы любой человек мог сделать ему заказ напрямую. Но Тантоса и, соответственно, меня он впустил, недовольно хмурясь и что-то ворча о магах, которые слишком много знают.

Зрелище представленных мне мечей поразило мое воображение: здесь находились и одноручные и двуручные мечи, полуторники и алебарды, дубины и топоры, заколдованное и отравленное оружие, кольчуги, щиты… Мой взгляд хватался за каждый меч и кричал: его, его возьми! Но я не знал, что делать. Тантос посоветовал мне успокоиться и послушать Кана.

— Ученик, да? Хм… — Кан поковырял землю носком сапога и задумчиво почесал лоб. — А с магией как?

— Ну скажем, пока третий лер.

— И силенок маловато… Больше одноручного не потянешь. Материал излишне дорогой предлагать не буду; вот, посмотри на эти. — Он показал на два одноручных меча, висящих на левом постаменте. — Моя работа, розовая сталь, ковал год назад, крови мечи не пили, стало быть, чистые. Вот этот, — он показал на меч со слегка изогнутым лезвием, — обладает магией раскрытия — раны от него долго кровоточат. Накладывал магию маг Арктур из Серых. Посмотри, может, понравится.

Я взял меч и едва не уронил его — Кан был прав, силенок маловато. Но в руке он лежал божественно! Я осмотрел лезвие — гладкое, без единой царапины. Рукоять украшена черным камнем и витой росписью из серебра. Ножны кожаные, обтянутые мехом, поясные. Сбоку на рукояти вырезаны какие-то символы. Я спросил, что они значат.

— О, это моя гордость! — Кан усмехнулся. — Это иероглифы Поднебесной. Была, значит, такая страна у Древних. Вот их-то символы и использовал. Означает — Укус Кобры.

Мне сразу вспомнилась кобра в кабинете Тодгора. Я еще раз посмотрел на меч — Укус Кобры сиял, желая, чтобы его наконец забрали из кузни и вдоволь напоили кровью.

— Я беру. Сколько денег нужно? — Этот вопрос меня сейчас волновал сильнее всего.

— Ну хм… Я думаю, учитывая, что ты ученик школы меча и друг Тантоса… А меч заколдован и чистый… Всего сто золотых.

Я сел там, где и стоял. Сто золотых — это тысяча серебром. Таких денег я не то что в глаза не видел, я даже не слышал, чтобы в Риерве кто-то совершал такие сделки.

— А подешевле что-нибудь есть? — спросил я убитым голосом.

— Оу… Дорого, да? Ну могу понять, могу. Ну возьми пока вот этот — меч простой и бывалый, но надежный. У него даже история есть. Принадлежал одному беглому заключенному. Говорят, тот потерял его после битвы с чудищем из Земли Одра. Сталь неплохая, баланс тоже. Бери, всего семь золотых.

По нему было видно, что он рассчитывал сорвать куш, а я его малость разочаровал. Укус Кобры все равно притягивал мой взгляд, но что-то внутри подсказывало, что второй меч лучше, только, кроме меня, этого пока никто не видит.

Я и Тантос тащились по городской мостовой в сторону школы. Мой новый меч я нес завернутым в мешок: ножен к нему не было. Тантос успел посмотреть меч, сказав, что за свою цену он очень неплох.

— А что за испытание тебе приготовил Тодгор?

— Если бы я знал! Скорее всего, мне придется усмирить разбушевавшуюся стихию Земли. С Огнем и Водой было легко, а с Воздухом пришлось повозиться. — Тантос порыскал по карманам и что-то достал, сжимая в кулаке. — Вот, это мой будущий талисман.

Я посмотрел на вещицу в его руке. Это был прозрачный камень величиной с голубиное яйцо, внутри которого горел маленький огонь.

— Что это?

— Это три стихии, заключенные в мою силу. Завтра к ним должна будет присоединиться четвертая.

— И что будет?

— Не знаю. У всех учеников, проходивших испытание, итог всегда разный. Но этот талисман в трудную минуту даст мне силы всех стихий.

Я буркнул себе под нос что-то типа: «ну-ну…», и мы пошли дальше. Сегодня Тантос ночевал у нас, мастер Ли любезно пригласил его в гости, узнав, кто он есть на самом деле.

Завидев неподалеку лавку торговца одеждой, я потащил туда своего спутника — приодеться мне хотелось очень давно.

Толкнув дверь ногой, отчего та издала противный скрипящий звук, мы вошли в полупустое помещение с рядами верхней и нижней одежды. Продавец, словно спящая муха, сидел в углу и даже не отреагировал на наше появление. После недолгих поисков я выбрал себе неброскую сорочку стильного покроя, кожаные сапоги и штаны, а также элегантный шейный платок. Судя по ценникам, все это уложилось в два серебряных — почти весь мой запас карманных денег. Тантос выбрал залихватскую шляпу с широкими полями. Продавец жадно схватил наши деньги и, расплывшись в улыбке, галантно попрощался.

— Девушку приметил какую или мое чутье меня обмануло? — Мой спутник лихо подмигнул мне. Я смутился, вспомнив свою встречу с Данной.

— Ну есть одна… Я ее лет десять знаю.

— Так в чем дело? — Тантос явно не понимал, что происходит.

— Просто я ее лет десять и не видел. А тут оказалось, что она из знати.

— Ну ты загибаешь! — Он даже хохотнул от восторга. — Как зовут ее, может, знакомы?

— Даяна ее имя. Даяна… — Я грустно вздохнул.

— Не знаю, но узнаю обязательно! Вот, кстати, и школа.

Действительно, мы уже дошли. Рынок остался позади. Митра начинала садиться, близился вечер. Я направился к мастеру рассказать о своих новостях, а Тантос — к себе в комнату. Нарвин проводил нас взглядом и, что-то шепнув по-эльфийски, снова углубился в книгу…


Я тяжело дышал. Мои ноги словно сковали невидимые узы — я не мог пошевельнуть конечностями. В сознании расплавленным потоком текли чьи-то чувства и эмоции… Неожиданно монстр повернул голову и посмотрел на меня. Его зрачки приводили в ужас — огромные, немигающие, как будто из другого мира, мира Хаоса и Кошмара. Я понял, что умираю… Но нет, я жил! Медленно ко мне начало приходить осознание времени и места. И тогда Он заговорил:

— Ты долго идешь ко мне, Наанор Калил. Я устал ждать тебя. Почему ты медлишь? — Его голос раздавался во мне ударами гонга. Я не понимал слов его языка, но отчетливо осознавал смысл сказанного.

Язык не повиновался мне, из пересохшего рта не вырвался ни один звук. Я попробовал сказать снова, но у меня ничего не выходило.

— Глупец! — Из пасти Древнего вырвались клубы черного дыма. — Говори на моем языке!

И тогда я сказал… Не голосом, а всем телом, каждой его клеткой донося звук до дракона:

— Я СЛЫШУ ТЕБЯ. Я ЗНАЮ, КТО ТЫ. ЗДРАВСТВУЙ, Р'ХААД'ЙЕР!

И он услышал. Довольно фыркнул и произнес несколько слов в ответ.


Я очнулся весь в поту. Снова кошмар! Но уже с продолжением. Не хватало только еще с драконами во сне разговаривать! Р'Хаад'Йер — ну и имечко он себе придумал! А я-то его откуда знаю? Тьфу, бред какой!

За окном светало и, к моему огорчению, накрапывал мелкий противный дождик. Идти в трактир явно поздно или, вернее, слишком рано. Я решил еще поваляться в кровати, стараясь не заснуть. Вторую ночь один и тот же кошмар с продолжением — это уже слишком.

Раздумывая о наступающем дне, я с радостью вспомнил об испытании Тантоса. За недолгое время нашего знакомства я успел привыкнуть к своему новому товарищу, и мне нравилось общаться с ним. Вроде бы жизнь начала налаживаться — пристроен в школу, деньги есть, меч купили — хорошо! Я мечтательно раскинул руки на кровати, неожиданно для себя отметив, что мне нравится происходящее. Не зря отец послал меня к мастеру Ли, ой не зря! Кстати, интересно, как он там? Мои мысли потекли в сторону Риервы. Так прошло около часа.

— Вьюноша! Просыпайся! — прокаркал Нарвин за дверью. Я глянул за окно — и правда, времени часов шесть, пора идти на кухню помогать готовить завтрак.

— Сейчас буду, Нарвин! — Я быстро накинул одежду и вышел из комнаты. На кухне уже возился мой наставник, смешивая травы в большом котле. — Доброе утро, мастер. Что готовите?

— А, привет, привет. Да так, варевце одно. Вчера на базаре торговка рецепт подкинула. Говорит, от бессонницы спасает. — Мастер выглядел слегка уставшим и немного расстроенным.

— А что, плохо спите? — поинтересовался я. — Меня тоже второй день кошмары мучают.

— Да сегодня что-то беспокойно. Давно я такого не чувствовал, давно. — Учитель покачал головой, что-то пробормотал про себя и снова принялся за варево.

Нарвин нарезал овощи, попутно указав мне на ведро с картошкой. Я угрюмо подчинился и присел на край скамьи, ставя ведро под ноги.

— Смотри чисть хорошо!

— Как иначе! — Я повертел в руках старый нож и принялся за работу. Картошка была крупная и гладкая, а потому чистилась легко. Вскоре я вошел во вкус и даже повеселел.

— Ты не видел Тантоса? — как-то отрешенно спросил мастер.

— Не-а. Он, по-моему, готовится к испытанию. Сегодня в полдень у южной стены, кажется, — ответил я, полностью погруженный в свое занятие.

Мы сели завтракать. Тантоса по-прежнему не было. Нарвин поискал его в других комнатах, но так и не нашел. Мастер Ли хмурился сильнее обычного — казалось, над ним нависла грозовая туча…

Дождь все еще шел. Пробило одиннадцать часов, и я стал собираться в путь — до южной стены почти полчаса топать. Меч тоже взял. На всякий случай.

Уже выйдя на центральную улицу, я понял, что в городе не все в порядке. Людей почти не было — даже торговки азуром попрятались по домам. Конечно, дождь — неприятная штука, но чтобы торговец упустил выгоду… Солдаты Легиона ходили группами и жались по стенам. У меня невольно возникло желание уйти с дороги. Я зашел в лавку старьевщика, нашел взглядом хозяина:

— Эй, что происходит?

— Ты что, не знаешь? — В голосе хозяина лавки я услышал столько испуга, что невольно отступил назад к выходу.

— Нет, я…

— Лучше иди домой и не высовывай носа! — Старьевщик всем телом подался вперед и прошептал: — В городе вся звезда Пентагона Ищущих!

— А кто они такие? — Я впервые слышал это словосочетание.

— Тайные слуги короля! Это демоны во плоти! Они все знают, все слышат. От них не уйти! Если в твоей голове… — Он замолк и осел на стул. — Если в твоей голове не все сочетается с законом, то лучше тебе просто сразу умереть. Любая смерть, только не их допросы! Уходи отсюда, УХОДИ!!!

Я попятился к двери и выскочил вон. Из спутанной речи лавочника было непонятно, чего же все-таки стоит бояться — легионеров или закона, но ясно одно: надо срочно предупредить Тантоса и Тодгора. Если они с самого утра там, то могут ничего не знать о… о Пентагоне.

На улице по-прежнему никого не было. Я ускорил ход, направляясь к месту испытания. Охрана на воротах сначала отказалась меня выпускать ввиду вышеуказанных обстоятельств, но, увидев карточку ученика, пропустила — с оговоркой не уходить далеко от города. Выйдя из южных ворот, я повернул налево, где и находились Тантос и Тодгор.

— А я уж думал, что ты не придешь! — Тантос обрадованно подскочил ко мне, как только я вышел из-за угла.

— Слушай, у меня новости, я хотел… — но меня прервал Тодгор:

— Мальчишка, не мешай нам! Вот пройдет он испытание, тогда и поболтаете, а пока — марш туда! — Он показал мне на небольшой холм метрах в двухстах от них самих. Что мне оставалось делать?

Земля вспучилась, и из огромного бугра медленно вылезло ужасное создание, с ног до головы покрытое грязью. Сквозь коричневую субстанцию проблескивала, по всей вероятности, магма, вулканические пары то и дело пробивались наружу. Высотой около четырех метров, оно представляло собой опасного противника. Вероятно, это был голем. Завидев Тантоса, он двинулся на юного мага. Но тот не сплоховал, и перед ним вмиг взметнулись вверх песок и камень, создавая плотный щит, который ринулся к голему, обхватывая его со всех сторон. Через секунду все смешалось — облако коричневого цвета взорвалось, осколки камней разлетелись метров на сто от эпицентра. Но голем выжил, только стал меньше ростом. Теперь магма ярко блестела по всей поверхности его туловища, и мелкий дождь, попадая на него, моментально обращался в пар. Тантос вытер лоб, поднял руки к небу и прокричал новое заклинание, одновременно чертя сложные пассы в воздухе. Я впервые сталкивался с такой мощной боевой магией, поэтому испуганно наблюдал за происходящим из-за куста ивняка.

В ответ на призыв Тантоса с неба послышался ужасный вой. Я взглянул вверх и здорово перетрусил — было ощущение, что Митра сошла с небес и теперь стремительно несется вниз. Раздался страшный удар, по земле пробежала рябь, меня подбросило и швырнуло вниз. Секунду спустя по ушам ударил гром, и все смолкло. Я выглянул из своего укрытия и увидел жуткую картину: между Тодгором и его учеником зиял кратер в несколько метров глубиной и клубилась пыль. Тантос махнул мне рукой, и я осторожно начал спуск со своего холма.

— Что ж, тебя можно поздравить с успешно сданным последним экзаменом. Правда, использование небесной тверди — это уж слишком, но вполне действенно. На моей памяти никто еще не применял этот способ. Он ведь описан архимагом Айвего? — Тодгор выглядел уставшим, но довольным.

— Да. И там указано, что будущий адепт Земли может использовать это при сдаче экзамена! — Тантос ликовал, прямо светился от счастья.

— Ну молодец. Как твой талисман?

— Покрылся железом. Это хорошо? — Юный маг крутил в руках этот незатейливый предмет.

— Думаю, неплохо. Время покажет. Больше ничего сказать не могу. Поздравляю! — На этих словах они крепко обнялись и наконец заметили меня.

— Ну как спектакль? — спросил меня Тантос.

— Ты просто молодец! Но как ты смог заставить метеорит упасть именно сюда?

— Ловкость рук, мой друг! Ты что-то хотел сказать нам перед началом экзамена? — Он внимательно посмотрел на меня.

— В городе Пентагон Ищущих. Я не знаю, но…

— ЧТО? — Голос Тодгора громыхнул так, что я вздрогнул. — Быстро в город и немедленно в школу меча! НЕМЕДЛЕННО! — После этих слов он исчез, хлопнув в ладоши. Опять этот трюк!

— Тантос, что происходит?

— Это очень плохо. Очень! Ты давно знаешь мастера Ли?

— Нет, но…

— А Тодгор давно. И если он волнуется, значит, у мастера могут быть проблемы. Двигаем в школу!

И мы со всех ног побежали в город. Если бы не тучи, то мы бы увидели, как Митра покинула зенит.

Подбежав к площади, мы замедлили ход и остановились. Собравшаяся на ней толпа не давала видеть то, что на ней происходило. И все же нам удалось разглядеть наспех сколоченное из старых бревен возвышение в центре. На нем стояло пять высоких бревен, вбитых вертикально в помост. Расположены они были в виде перевернутой звезды, а к ним прибиты изуродованные части тел пяти человек. И на одном столбе висело изуродованное тело, которое мы не могли не узнать.

Мастера Ли больше не было в живых.

Глава 8

Реликсан стоял у открытого окна своей опочивальни, задумчиво теребя бороду. Свежий ночной воздух наполнял его легкие, заставляя дышать чаще, чем обычно. В голове его проносились события последних дней, отчего даже сейчас по спине пробегали мурашки. Откуда-то снизу доносились голоса солдат Легиона, поставленных охранять академию.

Вестей от Карро не было, и это тревожило мастера. Наступила последняя относительно спокойная ночь — завтра седьмое число… Реликсан со своей стороны сделал все, что было в его силах и силах подвластных ему людей, и теперь оставалось только ждать и надеяться на лучший исход. У склепа Иниана дежурила мощная охрана, так что вход был под контролем, а миррорифит, из которого была сделана усыпальница, надежно предохранял от любых магических действий. Но что-то все равно беспокоило мастера, казалось, что он упускает из виду что-то очень важное. Поколебавшись еще пару минут, он в сердцах плюнул, закрыл окно и прилег на кровать — будь что будет…


Найскату сжимал в руках Корону Сфинкса. Сегодня ей, возможно, придется поработать на славу — дать энергию в огромный портал, предназначенный для переброса его армии в ВайТан в случае неудачи агента Тайных Звезд. Тогда бы пришлось действовать в открытую, захватить академию и передать Реликсана в руки демонов, затем забрать тело Иниана и отвезти его в Землю Одра.

Это будет уже война без всякого пророчества, и уж тем более без Последнего из рода Калил… А Найскату преследовал несколько иные цели — он же все-таки пока формально был лоялен королевству. Но, так или иначе, он извлек пользу из памятного срабатывания артефакта — теперь из Короны Сфинкса можно было качать огромную энергию, подпитывая ею самые жуткие и мощные заклятия.

А утро седьмого числа все никак не наступало.


— Госпожа, вы проснулись? — Заботливый голос Харима прозвучал в тот самый момент, когда сантима Мелайя открыла глаза и окинула взором место, где они остановились вчера на ночлег. Купол Сантора принес их туда, где из озера Вай вытекает река Вод. Собственно, через два часа они должны были быть уже в столице.

— Да, мой добрый Харим. — Она ласково улыбнулась слуге. — И ужасно хочу есть.

— Господин Андроан ушел на охоту, скоро вернется. А пока можете перекусить с господином Сантором речными раками, только что мною приготовленными. — Харим поклонился и отошел, давая возможность сантиме привести себя в относительный порядок. Путешествие из саула Стерха, которое заняло три дня, дало о себе знать — южная красавица выглядела утомленной и поблекшей.

Сантор упорно пытался снять панцирь с особенно большого рака, который, даже вареный, упорно не желал обнажаться. Пожелав доброго утра, Мелайя присела у огня и с удовольствием впилась в мягкую и нежную рачью плоть.

— Успеваем вовремя. Мастер Реликсан просил меня быть не позже двенадцати — мы приедем к десяти. Надеюсь, у них все готово. — Сантор старался не упоминать напрямую цель их прибытия.

— Угумс… — Мелайя с набитым ртом не могла сказать ничего более вразумительного. Сантор хмыкнул про себя и продолжил свое занятие.

Послышался треск хвороста, и на прибрежную поляну ввалился Андроан, держа за лапы двух крупных птиц с ярко-красным оперением.

— Не знаю, что это, но еда будет отменная! — прогромыхал Стерх и тяжело опустился у костра. Принесенные им птицы, как показало время, по вкусу напоминали домашних кур, которых так любила Мелайя.

Поев и собрав вещи, отряд двинулся в путь. Во все стороны до горизонта распростерлось красивейшее озеро страны — Вай. Оно манило к себе, и Мелайя не удержалась и свесила ноги в воду, за что получила выговор от отца. До столицы оставалось чуть менее двух часов ходу.


Роднок Пеад очнулся через несколько секунд после того, как мощная взрывная волна отбросила его в угол камеры. В висках ужасно ныло, голова трещала, как старое высохшее дерево. Попытка снять боль ничего не дала — в Темнице Сотги умели блокировать магию. Сквозь пыль и дым начали проступать очертания пролома в древней стене его тюрьмы. Роднок встряхнулся и подошел к зияющей дыре, открывшей путь на волю. Он не знал, что за сила его освободила, но был безмерно ей благодарен.

Раздался негромкий щелчок телепортации. В камере появились двое мужчин: один — высокий, с длинными волосами, в белом плаще, второй — грузный, с бритой налысо головой, в потертых кожаных штанах и остатках какой-то рубахи. На обоих были медальоны: у длинноволосого с изображением сломанной короны, а у бритого — с символом Черного Дерева. И еще от них исходило сильнейшее чувство опасности.

— Пришло время исполнить задуманное. — Голос Сломанной Короны четко вбивал слова в пространство, словно отпечатывал их в воспаленном сознании Роднока.

— Тебе тоже отведена роль в этом спектакле Смерти. Твоя задача — доставить этот кофр в Академию А, — противно проскрипел голос Черного Дерева.

— Выйдя из Сотги, наложишь на кофр заклятие. Вот свиток — прочитай единожды и запомни. Остальное сделаешь, как сочтешь нужным. Главное — если захочешь присутствовать на похоронах, будь сзади от могилы. — Длинноволосый неприятно улыбнулся и, тряхнув головой, исчез вместе со спутником, оставив Роднока наедине с кофром и свободой.

«Раховы темные эльфы!» — ругнулся про себя маг и сплюнул на пол. Эту расу он никогда не любил. Несколько минут спустя Роднок уже был вдалеке от темницы. Наступало утро.


Реликсан проснулся от резкой головной боли в затылке. Он посмотрел за окно — уже давно рассвело. Попытки унять нарастающую боль ни к чему не привели — маг неожиданно ощутил себя слабым и беспомощным. Схватившись за попавшуюся под руку книжную полку, он тяжело поднялся и левой рукой нашарил свой старый посох. Прошептав очищающее заклятие и осознав, что попытка была тщетной, он вышел в коридор и направился к выходу из академии. Предстояло дать много распоряжений и встретить людей, прибывших на похороны. Самый жуткий день в жизни мастера начинался.

В конце коридора его нагнал посланник Совета Трех. Известие обрадовало мастера — Пентагон Следящих удалось собрать, и их уже ввели в курс дела. Смертоносные пентаги снова встали на защиту интересов королевства и академии. Отдав распоряжение о немедленном прибытии их к склепу Иниана, мастер продолжил путь. От архимага до сих пор не было известий, сам он тоже еще не появился. Оставалось надеяться, что он успеет на церемонию прощания.

Подойдя к выходу, Реликсан тяжело оперся на стену. Боль в голове стала просто невыносимой. С каждым шагом дикий груз придавливал его к земле и вселял в сердце мага страх неизвестности. Попытка сделать еще один шаг к выходу едва не лишила его сознания — мастер не мог идти дальше. Он уже сообразил, что это дело рук темных сил, но уж если он не мог ничего сделать, то выхода не было… Реликсан развернулся и направился обратно в глубь академии. Путь на свободу пока что был заказан.

Наконец купол с Юга прибыл к берегу столицы ВайТан. Воистину прекрасное зрелище открывалось путешественникам с этого места, и, если бы не грустная цель их поездки, этим видом можно было бы наслаждаться часами: белокаменные стены с резными фигурами из красивейших пород камня, за которыми высились башни дворца и стрелы Академии А, прекрасные сады чуть левее, справа — Арка Победы. Здесь казалось, что ты находишься в центре мира, в его древнейшем месте.

Харим и Сантор помогли Андроану с Мелайей сойти на берег. Путь их лежал по прибрежной полосе до краснокаменной дороги, ведущей к потайным воротам для важных гостей. Совсем скоро они прибудут в академию — и это волновало всех участников длительного похода, подходившего к концу.

Над столицей Токанны сгущались тучи в прямом и переносном смысле этого слова. Погода резко ухудшилась, и к полудню темное небо заблистало переливами молний, то и дело освещающих купола особенно высоких башен. Гроза была сухой, что только добавляло напряжения в атмосферу. Митра, спрятавшаяся за тучами, придавала небу багровую окраску. Жители столицы испуганно сидели в своих домах, и только те, кто был причастен к церемонии похорон Иниана, суетливо готовились к предстоящему событию, надеясь, что жуткая непогода развеется, дав возможность спокойно завершить прощание с юным магом.

Мастер Реликсан уже встретил дорогих гостей с Юга и разместил в комнатах неподалеку от его личных покоев. Было страшно и тревожно. Последнее известие вконец нарушило остатки спокойствия мастера: впервые из темницы Сотги был совершен побег. Как это произошло, никто не мог объяснить, но факт оставался фактом — Роднок Пеад сумел уйти от правосудия и теперь снова находился на стороне сил Тьмы.

Часы отсчитывали последние минуты спокойной эпохи человечества, готовые с каждой секундой взорвать привычный мир и бросить его в жерло вулкана новой войны, осыпав пеплом и окатив гарью все народы и континенты Притхиви.


Я отчаянно сопротивлялся накатывающим на меня приступам страха, злобы и печали. Тантос поддерживал меня, как мог, но не в его силах было заставить мой разум поверить в чудовищную смерть мастера Ли и принять ее… Мы сидели на обочине мостовой, лишь немного отойдя от площади, ставшей местом казни. Мимо нас то и дело пробегали напуганные люди, Легион изо всех сил старался как-то сдержать нарастающие слухи среди людей, но его попытки заканчивались сплошными неудачами — люди, привыкшие быть свободными, теперь в полной мере вкусили и узрели власть короля.

— Наан, нас, наверное, ждут в школе… — Голос моего друга сбился, он прокашлялся и продолжил: — Я уверен, Тодгор уже сообщил все Линуцио.

— И что? — Я был совершенно убит горем. — Мне-то что от этого? Опять все идет наперекосяк. Да что там говорить!

— Но ведь мастер Ли не единственный учитель в городе. Да, он был очень хорошим мечником и человеком замечательным, но судьбу не изменишь!

— А я хочу сам вершить свою судьбу! — Я вскочил с обочины и посмотрел на Тантоса. — И мне наплевать на Легион, на короля и на всю остальную дрянь, которая мешает мне жить!

Тантос испуганно посмотрел на меня и только покачал головой. Я и сам был удивлен своим порывом, но внутри что-то жгло и не давало остыть. Звякнул меч, висевший у меня на поясе, — теперь уже посмертный дар мастера Ли..

— Пойдем, а? — вопросительно глянул на меня Тантос. Я согласно кивнул, оперся на плечо друга, и мы направились в сторону школы меча.

У входа сидел Нарвин, похожий на недвижимое изваяние. Увидев нас, он поднялся и молча склонил голову. Только теперь я заметил, что над входом в школу черным светом горит пентаграмма с надписью на непонятном языке. Я кивнул Тантосу, указав ему на нее.

— Это их знак. Я в книгах про такое читал. Теперь нам туда входа нет. По крайней мере, пока Линуцио не снимет отпечаток астрала над школой и не отошлет его в ВайТан. — Юный маг тяжело вздохнул, почесывая затылок.

— Да ладно… Все мои вещи на мне. Да и возвращаться туда неохота.

Если честно, у меня уже созрел план дальнейших действий. Вот только одного я опасался — что ошибаюсь. Мы попрощались с Нарвином и побрели в сторону злополучной площади. Вход в верхнюю четверть нам был недоступен без мастера Ли, а потому оставалось надеяться на то, что Тодгор сам найдет нас.

— Что дальше делать будешь, придумал?

— Нет. — Я немного помолчал в задумчивости. — Через несколько дней сюда придет караван одного купца с Юга. Я должен передать кое-что. Получу деньги, там будет видно. А ты куда дальше?

Тантос ответил не сразу. Было видно, что в нем борются нелегкие думы. Наконец он сказал:

— Пошли со мной?

— А куда? — спросил я. Слова Ворона Эш о том, что в Риротеке я встречу друга, с которым через южный берег пойду к дракону, не давали мне покоя последние два дня, учитывая ночные кошмары.

— Я собираюсь по южному берегу Токанны к острову Боли. Это мое последнее испытание перед Принятием, и знаешь, я очень… — То, что он говорил дальше, я уже не слушал — это было неважно. На меня нахлынули противоречивые чувства и эмоции. Ворон Эш оказался прав — все идет, как он и предполагал. Остается поверить в то, что я Калил, потомок этого Варкана и, забери меня Воды, последний из рода. А это уже никуда не денешь…

Тодгор действительно ждал нас на площади. Ничего не говоря, он схватил нас в охапку и потащил в таверну. Выбрав столик у дальней стены, он хлопнул в ладоши, отчего у меня на мгновение заложило уши, и произнес:

— Теперь нас никто не слышит. Дело очень серьезное — мастера Ли казнили якобы за измену Запредельному Королевству и тайный сговор с силами Тьмы, которые последнее время угрожают стране. В столице творится нечто темное и странное — туда стекаются отряды Легиона и боевых магов, все Дважды Рожденные покинули свои насиженные места и тоже устремились в ВайТан. — Тодгор перевел дыхание и отхлебнул из кружки, заботливо поставленной перед ним трактирщиком. — Верховные маги говорят, — он многозначительно повел бровями и перешел на шепот, — говорят, что Асуры пробуждаются. Если это правда, то ждать нам большой беды.

— А что это за Асуры такие, — не удержался я, — и почему они просыпаются?

— Насколько я помню, это демоны междумирья. Самые страшные и злобные создания, очень древние. Для них нет никаких ценностей — они просто уничтожают все, кроме себя. Несколько тысячелетий назад один из них проснулся, вернее, его разбудили, и он вторгся в наш мир. Изгнать его смог человек, имя которого затерялось в веках, но доподлинно известно только то, что он являлся адептом Пятой стихии. — Тантос был хорошо осведомлен в истории, и Тодгор довольно хмыкнул.

— Но ведь стихий всего четыре… — Я опять что-то пропустил!

— Да, но есть теория, по которой существует стихия, по своей силе превосходящая все четыре, вместе взятые. Ее имя — стихия…

— …Ноля, — закончил за Тантоса маг. — Я понимаю твое удивление, но подумай сам: все четыре стихии материальны, а значит, так или иначе уязвимы. С другой стороны, еще Древние доказали, что любая материя состоит из бесконечно малых частиц, малых до такой степени, что получается искомое «ничто», или ноль. Из него же состоит почти вся вселенная — соотношение материи к абсолютной пустоте столь велико, что саму материю можно даже не принимать в расчет. Вот поэтому Пятая стихия — это теоретически и самая великая сила во вселенной, и предмет споров магов всех уровней. Но, — Тодгор усмехнулся, — нет никого, кто бы стал ее адептом. Поэтому она остается лишь легендой, сказкой, если хочешь.

— Значит, если Асуры проснутся, наступит конец нашего мира?

— Этого никто не знает. Просто последнее время в астрале стало неспокойно. Появляются странные создания, и это тревожно. И все же я считаю, что разговоры об Асурах — бред, не стоящий внимания. — Серый маг махом допил свой эль и сделал знак трактирщику принести еще. — Что же ты, Наан, дальше будешь делать?

— Пойду с Тантосом на юг, — ответил я, слегка пожав плечами. В желудке моем тихо урчало от голода, и, глядя на приятеля, велевшего принести ему еды, я тоже сделал маленький заказ.

Мы просидели в трактире не менее трех часов. Время шло к вечеру, пора было двигаться. Спать мне предложили в Сером клане, в комнате, выделенной Тантосу. Я, естественно, согласился. К вечеру события этого дня несколько улеглись в голове, и можно было не спеша обдумать план дальнейших действий.

Мы решили покинуть город через четыре дня: десятого июня должен прийти караван Стерха, я сделаю свою работу, и мы в этот же день отправимся к острову Боли. Про свои сны я так и не рассказал, надеясь, что в эту ночь кошмары меня оставят.


В полдень Сломанная Корона доложил о том, что все идет по плану. Мастер Реликсан уже заперт в академии, Роднок на свободе и ждет своего часа, а агент Черное Дерево готовит все для похищения. Вдоволь насладившись моментом первого выигранного сражения, Найскату самодовольно расселся в кресле, потирая руки. Скоро в этих самых руках будет зажата жизнь не только Запредельного Королевства, но и всего разумного мира Притхиви. Ему всегда льстила мысль о том, что он один смог разработать и претворить в жизнь столь великие планы, что по сравнению с ними образование самого королевства будет считаться мелочью, недостойной внимания. Он всегда хотел быть первым и великим — даже если ради этого он убьет десятки тысяч живых существ. Даже если останется один в этом мире — все равно.

Как никогда он оказался близок к первому шагу своего плана. Союз с Землей Одра, которую все брахманы ошибочно считали мертвой, предоставил ему возможности использования сил Темных Искусств, а союз с темными эльфами — наблюдение за всеми странами и государствами, населенными живыми существами. Именно их орден Тайных Звезд стал основным орудием в подготовке Плана. На его сторону согласились перейти многие — Найскату даже удивился такому факту. Как легко переманить тех, кто безмолвно послушен своему правителю! Толпа идет за тем, кто лучше говорит. А говорить, и особенно убеждать, Найскату умел…

Единственным соперником в предстоящей борьбе могли стать люди из Индигоя. Но их всегда так мало заботили дела простых смертных, что вряд ли они будут вмешиваться. Сам Найскату трогать их не собирался. Может, когда-нибудь потом… На сладкое!

И еще, сидя в кресле, он обдумывал свое новое имя. Скоро он перестанет быть серым кардиналом и, ведя войска под знаменем Последнего из рода Калил, должен предстать перед покоренными народами в новом облике. Перебирая имена и титулы, он остановился на одном из них и глубоко задумался: Древние считали, что начало всему дал Хаос… А будущий мир Найскату всегда представлял великой империей.


И я вновь услышал слова дракона:

— Я рад, что ты встал на истинный путь. Тебе предстоит свершить то, что несколько тысячелетий назад не смог сделать я. — Горящий глаз Р'Хаад'Йера проницательно смотрел на меня, его голос продолжал звучать в моей голове, но я знал, что могу отвечать. — Я стану твоим новым учителем. Немногие были удостоены такой чести, но ты — это наша дань роду людей. Той их части, которая достойна существовать. Над вашим миром нависла страшная угроза, и среди вас есть человек, который делает все, чтобы это произошло. Я не виню конкретно его — он глуп и даже не подозревает, что делает. Но Асуры действительно пробуждаются.

— Но почему я? — Мне не верилось во всякую ерунду насчет Избранного или Последнего из рода. Все это, конечно, хорошо, но мы же не в легенде…

— Почему ты? Потому, что так устроен мир. У каждого существа своя участь, но пути судеб извилисты. Ты идешь такой дорогой, которую выбираешь сам. Обстоятельства и люди лишь появляются так, как ты сам этого хочешь. Неужели ты не замечал этого? То, что ты родился с именем Наанор Калил, тебя ни к чему не обязывает. Но то, что ты делал и еще сделаешь, обязывает к очень многому. И ты выбираешь это сам.

— Возможно, я понял тебя… Но ответь мне на еще один вопрос: есть ли Пятая стихия? — Я судорожно сглотнул, потому что дракон встрепенулся, и его огромное тело содрогнуло землю. Странно, еще несколько минут назад я просто умирал от страха, а теперь задаю ему вопросы.

— Вот ты и выбрал очередной поворот своей судьбы! — Дракон пустил клубы дыма и оскалил зубы в ухмылке. По поверхности его брони словно плавали метаморфные пятна, переливающиеся разными цветами, которые сейчас загорелись зеленым огнем. — Я жду тебя, Наан!!!

Все померкло в ярком свете, постепенно исчезли последние очертания, и я остался в кромешной тьме. Где-то вдали прорезался луч света и протянулся ко мне. Достигнув меня, он обернулся вокруг тела, и все стерлось в мгновение ока.

— Доброе утро! — разбудил меня голос Тантоса.

Наступило седьмое июня.

Глава 9

На Поклонной Горе у Академии А находились двое темных эльфов, скрытых искусным пологом невидимости от любопытных глаз. Только очень сильный маг мог обнаружить их присутствие, да и то если бы стал целенаправленно исследовать течения Силы в этом месте. Поэтому они работали спокойно и непринужденно. Ведущим в этой паре был эльф, на шее которого висел медальон с изображением Черного Дерева.

— Раху побери эту погоду! Того и гляди дождь пойдет. Дай мне эти Иглы. Да, Иглы Времени… Угу. — Эльф, которого звали Ильхаваттир, взял в обе руки странные иглообразные предметы, от которых веяло сырой тьмой, и воткнул их по краям непонятного рисунка, начертанного чуть ранее кровью летучей мыши на сырой земле. Вязь на земле тотчас ожила, и рисунок заалел багровым пламенем. Послышалось гудение, а от Игл полился черный свет. Вернее сказать, Иглы начали всасывать окружающий свет в себя, поэтому вокруг них и стала появляться тьма.

— Что осталось? — Молодой Льеннир, носивший знак сломанной короны, нетерпеливо ждал, пока Ильхаваттир разделается с Иглами.

— Сейчас заключу это в объятия мрака и… А-а-а-р-р-рахово семя!!! — Он чуть не задел одну из Игл, — и утоплю в земле! — При этих словах он сделал несколько пассов руками и, опустившись на колени, что-то пропел на ренайском языке. Словно поддавшись его воле, тьма, исходившая от Игл, поглотила весь пылающий рисунок, земля вспучилась и с отвращением приняла в себя это порождение тьмы. Сеанс темной магии закончился.

Льеннир снял защитный полог и, придирчиво осмотрев место ритуала, вместе с Ильхаваттиром покинул Поклонную Гору. Теперь дело оставалось за малым — ждать.

Когда Митра вошла в зенит, едва проглядывая сквозь пепельные тучи, у Академии А замерло все. Время замедлилось, давая темным эльфам совершить предначертанное. Войдя в здание, Льеннир остался собирать и упаковывать устройство, которое недавно доставляло такую жуткую головную боль мастеру Реликсану, а Ильхаваттир направился наверх, в комнату, где застыл недвижимый маг. Стараясь не оставлять следов, он с легкостью проник в опочивальню и вынес тело мастера. Время уже начинало ускорять свой ход, — в коридоре муха летела со скоростью улитки, но все же уже летела…

Роднок Пеад находился неподалеку, прикинувшись торговцем семенами азура. Именно к нему, после того как мастера Реликсана телепортировали на перевалочный пункт в Ренае, Льеннир отнес кофр с собранным устройством. Вот так произошло похищение мастера, которое запланировал Найскату. Именно благодаря Иглам Времени, которые были самым великим секретом Тайных Звезд, операцию удалось провернуть очень быстро. Конечно, после обнаружения пропажи временного заместителя архимага всю область у академии исследуют, но Иглы имели еще одну особенность — по окончании дела мощнейший откат разрушал полностью всю вязь заклятия и сами Иглы. Определить, что именно происходило там, было уже невозможно. Можно было только узнать, что там присутствовала Тьма, но это уж слишком пространно…

Дальнейшая судьба Роднока не волновала темных эльфов — если пешка не выберется, жалеть никто не будет. А тучи на небосводе все сгущались, переливаясь всеми оттенками красного и синего цвета.


Реликсан очнулся в тесной темной комнате с сырым неотесанным полом. Он помнил, что стоял у себя в комнате, дико болела голова, надо было идти к Андроану, и вдруг что-то сверкнуло, а затем он потерял сознание. И вот теперь он пытался понять, где находится.

Он не был связан и не был избит, но оказался полностью отрезан от каких-либо источников Силы, и, как назло, амулет Дьяуса тоже был снят еще в покоях. Приходилось надеяться на природную смекалку и ум, часто выручавшие мастера. Осмотревшись, он понял, что эта комната являлась своеобразным порталом, пентаграммы входа и выхода слабо светились на полу. Попытка активировать выход ни к чему не привела — блокировка не хотела поддаваться. Оставалось ждать и тихо проклинать себя за беспечность — он организовал охрану тела Иниана, а о своей безопасности не позаботился. Было абсолютно непонятно, как его сюда переместили, но он надеялся узнать это впоследствии.

Через некоторое время призывно загорелась пентаграмма выхода. Реликсан угрюмо посмотрел на нее и не тронулся с места, решив подождать следующего шага незримого врага. По прошествии пары минут с угрожающим скрипом начали сдвигаться стены его темницы. Когда сырая стена коснулась его уставшей спины, а опустившийся потолок заставил нагнуться так, что седая борода коснулась колен, Реликсан смирился и подчинился возникшим обстоятельствам. Мастер пригнулся еще ниже и сделал шаг в пентаграмму, которая, жадно засияв, подхватила его тело и, расщепив его на мириады частиц, втянула в свои потоки.


Мелайя постучала в комнату, куда их пригласил мастер Реликсан. Из-за ее спины выглядывал Сан-тор, взявший на себя роль личной охраны сантимы. Андроан и Харим остались на третьем уровне академии, обговаривая моменты церемонии с хранителем Иезарусом Ортегой.

Постучав еще раз, Мелайя пожала плечами и обратилась к Сантору:

— Наверное, вышел… Куда пойдем теперь?

— Нас ждут в Чертогах Дважды Рожденных. Они хотят выразить свое соболезнование. Андроан и Харим присоединятся к нам позже. — Сантор говорил устало: сказывался напряженный трехдневный перелет на куполе.

Мелайя согласно кивнула и пошла вслед за спутником. Дойдя до внутреннего портала академии и выбрав нужное направление, они переместились на третий уровень. Пока шли до нужной залы, она мысленно пыталась найти хоть какое-нибудь достоверное объяснение тому, что же произошло с Инианом, ее Инианом. Незадолго до того он писал ей, что видит для себя другое будущее, чем служение в Храме Аката или продолжение обучения в Академии А. Но, несмотря на все ее расспросы, не говорил ничего конкретного. Ей очень хотелось поговорить с архимагом, который должен был хоть как-то развеять ее сомнения. Но Карро не было в академии, хотя его и ждали к церемонии. Известно только, что он отбыл неделю назад в неизвестном направлении… Огладив волосы, Мелайя окликнула Сантора:

— Послушай, а кто такие эти Дважды Рожденные?

— Это малая часть мужчин первых трех варн, которые проходят посвящение и получают Знание одной из стихий. — Сантор замедлил ход и пошел рядом с девушкой. — Видишь ли, они представляют собой своеобразный глас народа. Кроме того, Дважды Рожденные вайшьи занимают места наместников и других высокопоставленных персон в иерархии управления городами.

— А те, кто из кшатриев и брахманов?

— Ну там тоже подобная система. Например, Генерал Легиона — Дважды Рожденный Огнем. Плюс он адепт Земли с восьмым лером. Плюс школа магии пятого круга. Плюс звание Мечника. Так и получается, что такие люди в схватке один на один могут запросто уложить более опытного и сильного соперника, обладающего только одним из этих титулов. — Сантор поморщился и продолжил: — А по мне, так это все не очень-то хорошо. Мнят о себе невесть что, в отношения с другими странами лезут… Я вот простой маг, адепт Воздуха, зато у меня цель одна и на попутные занятия я не растрачиваюсь. Горжусь своим тринадцатым уровнем и школой магии шестого круга.

Сантор замолчал. Мелайя понимала, что не все так просто, как он говорит. Она слышала, что Дважды Рожденным может стать только тот, в чьем роду не было смешений между варнами и чей род находится в одной варне более трехсот лет. А род Сантора под эти рамки не попадал.

Тем временем они добрались до пресловутых Чертогов и вошли внутрь.

— Приветствуем досточтимую сантиму Мелайю и уважаемого адепта Воздуха Сантора в нашем скромном Чертоге. — Голос говорившего Дважды Рожденного словно облизывал гостей. Принадлежал он человеку весьма тучного телосложения, одетому в богато украшенную тунику. Ноги его утопали в густом ворсе странного покрытия, охватывающего все богато обставленное помещение.

Сантор быстро прошептал на ухо Мелайе:

— Это Гориус Прифимур, брахман-жрец. Позавчера из Храма Аката приехал. Говорят, привез с собой целую армию.

Между тем Гориус явно желал, чтобы гости не стеснялись и проходили в центр, где у роскошного фонтана с необыкновенно красивыми птицами был приготовлен столик на шестерых человек. Оценив богатую сервировку, Сантор опять склонился к Мелайе:

— Видишь фонтан? — Получив утвердительный кивок и недоуменный взгляд, маг продолжил: — Он адепт Воды, да еще и Дважды Рожденный ей же! Жуть! Он этим фонтаном человек сто за раз унесет в могилу!

— А где же ваш уважаемый отец, сан Андроан? — Слащавый голос снова облизал гостей. Мелайя слегка поморщилась, но ответила:

— Они у хранителя, скоро присоединятся к нам. — Говоря «они», она, естественно, имела в виду и Харима, любимого слугу семьи.

Гориус искоса глянул на нее, но ничего не сказал. Жестом приказав стульям отодвинуться, он предложил присесть и вкусить «ренайских лакомств». Попробовав один из фруктов, Мелайя забыла про всю неприятность данного места и, не стесняясь, принялась за второй, а потом и за третий плод, пока жрец разговаривал с Сантором.

— Как поживают южные халифаты? Хоть они и наши соседи, но мы там редкие гости.

«Еще бы, — злорадно подумал адепт Воздуха, — там таких, как вы, быстренько шинкуют местные умельцы!» Но вслух сказал совершенно другое:

— Торговля процветает. Островная Федерация увеличила поставки морепродуктов, выдала двух лидеров пиратского клана Майеджи. В ответ халиф снизил цены на сок урста и мясо лингуанов. — Подумав, Сантор добавил: — Торговля с юго-западом Токанны пока идет, но боюсь, что могут возникнуть проблемы с Легионом. Караван Андроана как раз недавно ушел в Великие Ашты.

— А как с рабами? А то у нас недавно полсотни шудр сдохло, им случайно мясо отравленное дали. Оно для шакалов предназначено было, а на кухне спутали.

Сантора аж передернуло от возмущения, но он нашел в себе силы сдержаться и не ответить грубостью этому жирному борову. Мелайя тоже сидела с каменным лицом; в их сауле к рабам относились с уважением, и называть их словом, которое употребил жрец, считалось оскорбительным.

Гориус поспрашивал еще о некоторых насущных проблемах и перешел к наиболее актуальной и трагичной теме:

— То, что случилось с Инианом, просто ужасно. Бедный мальчик… — Жрец пустил огромную слезу, обильно капнувшую на скатерть. — Я так жаждал заполучить его в Храм, он подавал большие надежды. Я просил архимага, чтобы он разрешил похоронить его у нас, — так бы он был ближе к семье… Но Карро, как всегда, неприступен.

— Спасибо, Гориус. То, что ты приехал, много для нас значит. Я уверена, Иниан одобрил бы твой поступок. — Мелайя говорила почти искренне, хотя насчет последней фразы сомневалась.

— О, сантима Мелайя! Ваша красота, несомненно, освещала путь Иниана лучом истинного света. Как жаль, как жаль. — Гориус встал из-за стола и пересел на край фонтана.

Вошли Андроан и Харим. Болезненно взглянув на слугу, брахман-жрец пригласил их за стол. Беседа полилась в новом русле — теперь уже стали обговариваться детали обряда упокоения. Решено было, что Гориус будет представлять на похоронах стихию Воды, Сантор — Воздуха, магистр Следящих Ортанзель — стихию Огня и наконец мастер Дриан Порунис стихию Земли. Удивившись, что мастер Реликсан до сих пор не появился, семья Стерха и Сантор отправились далее. Теперь им следовало ожидать прибытия архимага, который расставит последние точки в жутком спектакле Смерти.


Реликсан материализовался в новом помещении, гораздо большем, чем предыдущее. Пол в нем устилал большой тканый ковер, на стенах висели шкуры неизвестных мастеру хищников. Пентаграмма выхода располагалась у одной из стен залы, в другой стороне находился огромный трон, на котором восседал человек. Издали не было видно, какой он расы и во что одет. Полутьма и слабый свет свечей создавали причудливые блики, изредка высвечивавшие неясные черты лица сидящего. Мастер встряхнулся и неспешно направился к трону.

Подойдя на расстояние пяти метров, он наткнулся на защитный полог, который угрожающе звякнул и завибрировал. Попытка снять его оказалась напрасной — мастер был до сих пор непонятным образом отсечен от Силы.

— Кто вы и что вам нужно от моей персоны? — Реликсан старался смотреть собеседнику в глаза, хотя сделать это было практически невозможно.

Раздался глухой голос, отдававший металлом, который произнес длинную фразу на одном дыхании и без каких-либо интонаций:

— Добро пожаловать в ашрам Нергала теперь ты обречен влачить здесь свое жалкое существование до конца дней своих или пока мы не сочтем нужным убить тебя твоя магическая сущность заперта не пытайся ее освободить наши знания во много раз больше чем твое сознание способно воспринять за вашу короткую жизнь скоро тебя переведут на нижний уровень молись своим богам чужеземец.

Более невнятной и неэмоциональной речи мастер за свою жизнь не слышал. Но та информация, что была дана в столь убогом виде, привела мага в замешательство.

— Да кто вы?

Существо, которое Реликсан считал человеком, неожиданно выпрямилось и встало во весь рост. Это зрелище окончательно подкосило мастера — на него смотрел зелеными немигающими точками-глазами двуногий МЕХАНИЗМ.

Попятившись, мастер-маг упал на пятую точку и засипел от ужаса. Он знал, что где-то далеко, на других материках, остались затерянные во времени боевые единицы армий Древних. Он воочию видел в Академии А демона нижнего мира Архивара, который чуть не подпалил ему зад. Он знал о живом драконе на острове Боли, который тоже являл собой гений генетических конструкторов Древних, — это были первые и великие единицы Армад Последней Войны. Но все они — и те, кто стали демонами, и те, кто стали драконами, и те, кто представляли редкую, но смертельно опасную фауну Земли Одра, — были живыми организмами, мутировавшими под воздействием геникатов и усиленные имплантатами из различных металлов. А здесь Реликсан впервые увидел то, что окончательно стерло привычный облик их планеты в далеком прошлом, — полностью автономных механизмов с искусственным разумом, предназначенных для одной лишь цели — убивать все живое. Их не брало ничто — магия была абсолютно бессильна, даже самые страшные заклятия причиняли минимальный урон этим тварям. Единственное, что уничтожило эти создания, — природный катаклизм, который просто смел сотни тысяч подобных существ в раскаленную магму нижних слоев планеты. Только тамошняя температура могла нанести непоправимый урон несерам — мастер наконец вспомнил их древнее имя.

Считалось, что их больше нет. За полторы тысячи лет никто не видел хотя бы одного представителя их вида. Но ничто не остается неизменным.

Несер не делал никаких движений. Он НАБЛЮДАЛ. От этого взгляда у мага впервые в жизни закололо в сердце. Почувствовав себя дурно, Реликсан отполз подальше и сел, прислонившись к стене. Несер снова заговорил:

— Мы понимаем твое удивление ваш язык примитивен и глуп но мы знаем его общаться возможно когда ты будешь готов Нергал будет говорить с тобой а пока ты будешь выполнять мои приказания сейчас вставай я открою портал тебя ждут.

Мастер повиновался. Не сводя взгляда с несера, он прошел к месту, куда указала «рука» твари. Портал открылся, и маг быстро нырнул в него, стремясь как можно быстрей убраться из этого злополучного места.


Так и не получив известий о том, когда же прибудет архимаг, Андроан решил начать церемонию прощания в шесть часов вечера. Мастер Реликсан тоже не объявился, и среди учеников академии поползли нехорошие слухи: мол, загубили юного мага, боятся теперь на похороны прийти. Это положение еще больше усугублялось тем, что путь от склепа до места захоронения еще с утра был оцеплен кордоном Легиона. Простые люди не понимали, что такого может произойти, почему тело юноши так охраняют? Может, боятся показать изувеченное тело? Или его там вовсе нет? Слухи ширились, и к вечеру у академии собралась большая толпа подданных королевства, желающих выяснить причины такого странного поведения брахманов и кшатриев.

Мелайя с испугом смотрела из окна Гостевых Чертогов, где их любезно разместили после приезда. Теперь, когда все приготовления были сделаны, чувство близкой опасности не покидало сердце юной красавицы. Сантор тоже не находил себе места и бродил туда-сюда по комнате, меряя ее своими длинными ногами.

— А где папа?

— Он с Харимом где-то внизу. Скоро поднимется.

— Ах, скорей бы это все закончилось… — Мелайя чувствовала себя маленькой девочкой, которую бросили в чужом доме.

— Да ты не переживай так. Думаю, Карро появится в нужный момент. Я больше за Реликсана волнуюсь.

— А что так?

— Мне сообщили, что на Поклонной Горе обнаружены следы сырой тьмы. Там кто-то совершал темный обряд, но неизвестно, какой именно. В академии такой мерзости не учат, вывод напрашивается сам собой. — Сантор остановился и подошел к девушке. — Не отходи от меня на похоронах. Не подумай плохого, я знаю, Иниан был тебе больше, чем названый брат, но все же… Будь рядом, хорошо? — Адепт Воздуха умоляюще взглянул на сантиму. Та в ответ густо покраснела и отвернулась, но при этом согласно кивнула.

Большие настенные часы гулко пробили пять часов вечера. Упругий механизм столкнул стрелку часов, и та нехотя перешла на следующее деление. Напряжение в академии росло, грозя выплеснуться через край. Люди ждали этого часа с каким-то непонятным волнением и страхом, а небо над головами становилось все мрачней.

В половине шестого разверзлись небесные хляби, и на Притхиви обрушился кромешный ад в виде дождя с градом. Разом все померкло — тьма стала почти материальна и впитывала в себя все окружающее. Призывно завыли сирены Башни Дозора, и мрак немного рассеялся — из нее лился мягкий магический свет, создаваемый Глазом Ракшаса — дозорным магическим артефактом, созданным в Подгорном царстве пару сотен лет назад.

Ливень разогнал излишне любопытных, и перед академией остались стоять немногие. У Сантора заработало переговорное устройство — сообщили, что пора выходить. Переглянувшись, Мелайя и маг вышли из Чертогов. Излишне длинный коридор закончился, и они встретились в холле с Андроаном и Харимом, которые находились в окружении нескольких магов. Дважды Рожденных не было видно: как оказалось, они уже встали в почетный караул у склепа. Мелайя заметно удивилась, но никак не выказала своих чувств.

Под защитным куполом, созданным из воздуха, небольшой отряд людей продвигался к склепу. На улице заметно похолодало, и стоящие в карауле кшатрии заметно мерзли в легкой одежде. Все путники шли молча, напряжение возрастало. Где-то сзади раздались пронзительные женские крики: «Убийцы, убийцы!» — и тут же стихли. Взамен донеслась брань солдат и смачные звуки ударов железа о живую плоть. Мелайя поморщилась и прибавила шагу.

Внешне склеп выглядел большим черным камнем и совершенно не сочетался с остальным окружением. Караул расступился, и Гориус, который уже находился там, и вновь прибывшие Сантор, Ортанзель и Дриан вошли внутрь. Церемония прощания началась.

Глава 10

Дверь отворилась, и в ее проеме показались двое — Сантор и Ортанзель. На их плечах покоилась тяжелая ноша… Люди расступились, и похоронный помост с возлежащим на нем телом Иниана вынесли из склепа. Сзади его поддерживали Гориус и Дриан. С разных сторон помоста сиял волшебный огонь, символизирующий каждую из четырех стихий и освещающий дорогу процессии. Языки пламени вздымались высоко в небо, переплетаясь и создавая причудливые узоры всевозможных расцветок. Тьма отступила, унеся с собой дождь, но небо по-прежнему сумрачно багровело над ВайТаном. Люди сохраняли полное молчание, и лишь мерный стук шагов по мостовой определял движение процессии.

Мелайя, взяв отца за руку, пошла за помостом. Это дало знак присоединяться и остальным участникам похоронной процессии. Тело уже пронесли через первый поворот от академии, а народ все еще вставал в конец колонны. Юные ученики и умудренные маги, преданные академии вайшьи и шудры — все собрались отдать память молодому магу, погибшему при столь печальных обстоятельствах. Конечно, то, что знал архимаг, знали единицы, а что произошло на самом деле, не знал вообще никто, но все равно люди шли, и их становилось все больше.

Неожиданно четыре адепта стихий запели. Их голоса в безмолвной тишине разносились на всю округу. Ощущение было, что вся природа скорбит об утрате… Грянул гром, и вновь на головы людей обрушился дождь. Но теперь уже никто не поднимал пологов — церемония началась…

С лиц людей стекали потоки воды, унося с собою боль утраты и соль слез. Место погребения Иниана должно было показаться с минуты на минуту. Мелайя тяжело дышала, мысли ее сбивались и путались. Сейчас, рядом с телом своего названого брата, она, к своему глубокому потрясению, не чувствовала ничего. Как будто на помосте лежал не он, а кто-то другой… Ей хотелось кричать, но она не могла себе это позволить.

— Что же происходит, что? — шептала она сквозь стиснутые зубы.

Подъем закончился, и перед процессией возникла Ложа Королей и Магистров. Здесь хоронили не всякого — лежать рядом с Айвего Айдауэйским, Асвергом Томиадо и его сыном, да и всем родом властителей Запредельного Королевства было огромной посмертной честью для Иниана. Встречающие участников церемонии солдаты Легиона выстроились в новый кордон, теперь ведущий к месту последнего пристанища юного мага.

Ложа для Иниана была сделана на славу — искусно точеный камень, обволоки золота и серебра и плющ, обвивший все остальное. Помост опустили на землю, развернув боком к провожавшим. Маги разошлись и заняли каждый свой угол Ложи, — наступило время прощания. На мгновение взгляды Мелайи и Сантора встретились.

Первым к помосту подошел Андроан. Согнувшись под тяжестью утраты, он припал к стопам сына, горько зарыдав. Бушующий океан эмоций наконец-то вырвался наружу, залив волнами горя безответное тело убиенного мага. Через несколько минут Андроан справился с собой и, в последний раз поцеловав сына, отошел к дочери. Мелайя ахнула про себя — черные, как тьма, волосы ее отца стали белыми, как первый снег…

Постепенно череда желающих проститься стала редеть. Мелайя так и не нашла в себе силы обнять и поцеловать тело друга. Она лишь подошла и, не глядя, поклонилась ему в ноги. Не было в этом теле ничего, что любила она! Не было, и все. Небо снова закрыли грозовые тучи, тоскливо завыл ветер. Начиналась последняя, завершающая стадия церемонии прощания — обряд упокоения.

В Запредельном Королевстве брахманов и кшатриев было принято не закапывать тело в землю, а предавать его во власть четырех стихий. Таким образом достигались сразу две задачи: подчеркивалась связь этих варн с силами природы и, кроме того, после упокоения стихиями тело переставало быть объектом возможной охоты лиц, занимающихся самыми темными деяниями — некромантией и всем, что с ней связано. Особенно это было актуально в нынешних обстоятельствах — как раз вмешательства некромантов врага Карро опасался больше всего. Легион и отряды охраняющих боевых магов заранее предупредили, что, пока тело Иниана находится в склепе, могут быть попытки выкрасть его. Опасен был и путь к Ложе — открытые пространства трудно защищать. Но теперь все успокоились на этот счет, думали, что опасность миновала. Кто додумается нападать на Ложу Королей и Магистров, защищенную мощнейшими атакующими заклятиями, да еще когда в ней находится много превосходных мастеров магического искусства всех стихий… Только у одной Мелайи было неспокойно на душе, все происходящее ей казалось какой-то гигантской несуразицей или опасной ловушкой.

Она оглядела лица магов. Каждый из них сейчас призывал и укрощал духа своей стихии, чтобы через несколько мгновений по взаимному согласию выпустить их на помост, где они устроят дикую пляску, в ходе которой тело Иниана сольется со звездами. Лица их были напряжены, вокруг каждого носились искры, порождая то порыв ветра, то капли дождя, то молнии или метеоритный дождь. Время замедлилось настолько, что почти остановилось; фигуры магов расплылись в ритме бешеного танца силы, и вот, приготовившись к кульминации обряда, Мелайя вдохнула воздух и…

И ее швырнуло на землю мощной ударной волной разорвавшегося пространства прямо посреди стоящих вокруг людей! На мгновение потеряв сознание от сильнейшего удара, она ощутила на себе чью-то руку, попыталась отбросить ее и с ужасом поняла, что рука заканчивается чуть выше локтя и из нее все еще рывками струится кровь! Она вскочила с диким воплем, но, поскользнувшись на чем-то мокром, снова упала и только сейчас с ужасом заметила, что повсюду, как спелые красные ягоды, валяются части тел людей, разорванных взрывом. Залитая кровью поляна при свете вспышек являла собой картину настоящего побоища из легенд о войнах Древних! Не заметив, что платье ее разорвано и едва держится на левом плече, обнажая прекрасную фигуру, перепачканную кровью и забрызганную ошметками мяса, она побежала к первому увиденному дереву. Все вокруг обнимал странный серый туман, в котором то появлялись, то исчезали люди. У места, где располагался помост, шла настоящая бойня — маги схватились с кем-то, кто наносил страшные удары и не поддавался стихиям. С ужасом прижавшись к дереву, она осознала, что выжила только по счастливой случайности.

Внезапно центр поляны озарил яркий свет, который разогнал туман и на секунду ослепил глаза. Но прежде Мелайя успела заметить, что посредине поляны стоит старец, поднявший в небо белый посох…


Архимаг Карро стоял возле утлой лодчонки, одолженной на время у местного рыбака. В ней ему предстояло немало проплыть по водам Белого Океана — до острова Боли оставалось около десяти километров прозрачной глади. Погода стояла хорошая, и настроение у мага было приподнятым. Он вспомнил, что давно не совершал таких вылазок, а у Р'Хаад'Йера вообще был последний раз Раху знает сколько лет назад.

Лодчонка то и дело зарывалась носом в воду, но Карро уверенно управлялся с нею среди неспокойных океанских вод. Архимаг шел без помощи магии — он с молодых лет был хорошим мореплавателем. Ему нравилось чувствовать единение со стихией, и он не променял бы эту посудину на самый лучший корабль или магический купол! Наконец среди облаков стали проглядывать очертания острова, изрезанного и искромсанного природой. Пики скал и гроты побережья, рифовая отмель на сотню метров, остовы пиратских и военных кораблей, старая крепость и, конечно, ОН.

Дракон приветствовал архимага по-своему обычаю, пустив струю жидкого огня в его сторону. Карро с легкостью отвел этот знак приветствия и высадился у берега, вытащив лодку за собой. Его одежда намокла, борода спуталась, и мало кто признал бы сейчас в нем даже простого мага, если бы не его посох. Все в окружении мага думали, что он сделан из белого дерева — типичного материала для таких вещей, который привозят из Индигоя. Но только два человека знали правду о посохе. Два человека и один дракон.

Р'Хаад'Йер насмешливо хохотнул и медленно произнес, растягивая слова так, чтобы Карро понял его речь:

— А я тебя ждал. Не иначе как за обещанием непреложным явился? — Дракон попал в точку. Но ведь на то он и дракон!

— Ты прав, мой друг. Настали тяжелые времена, последняя надежда рухнула, и я…

— Не утруждай свой язык, человек, — сказал дракон властным голосом, — ты многого еще не понял в этой жизни. Все идет так, как должно быть.

— Извини, но разве не ты говорил, что род Калил — последняя надежда нашего мира? Что придет день, когда под знамя…

— Ты не заметил, что кто-то много говорит? — с невинным видом вопросил дракон. Сарказма у Р'Хаад'Йера всегда было хоть отбавляй.

Архимаг утих и понял, что здесь не он правит бал. Что ж, ведь именно за советом и помощью он сюда и направлялся, теперь пришла пора эту помощь принять и выслушать мудрого дракона.

— Послушай меня, человек. За последние дни мне довелось наконец-то поговорить с тем, кого я искал. Даже мой духовный брат, который нашел его пару недель назад, едва успел предотвратить гибель мальчика. Но знаешь, — дракон задумался и засопел, низко урча, — над Последним не властна судьба. Он нечто иное, не то, что я ожидал. Видел бы ты плетение его Силы! Такая красота и такая неудержимая мощь! Теперь я понял, почему при рождении этих близнецов Ашвины наложили на одного из них Упреждающее Заклятие. Ранее я думал, что это было сделано, чтобы вся сила рода полностью влилась во второго мальчика, но теперь я вижу, что, если бы не было блока, этот юнец запросто бы снес полмира играючи. Огромная, неконтролируемая мощь опасна…

— Р'Хаад'Йер, но разве второй из близнецов жив? Мне докладывали, что он умер еще при родах!

— Просто твои слуги сказали то, что ты хотел услышать. Признайся, — дракон угрюмо смотрел на архимага в упор, не мигая, — разве нужен был тебе тогда ребенок, абсолютно лишенный сверхспособностей? Да и Иниан не был бы «Последним». А теперь все наоборот.

— Но где второй ребенок и как его зовут теперь? Он ведь не умер! Скажи, где он? Вся страна, да что там, весь мир на краю скорой гибели! — Карро страшно разволновался.

— Нет. Теперь игра идет по его правилам. Слушай и запоминай: если не случится ничего непредвиденного, то в начале декабря этого года он придет сюда, чтобы принять мое обучение. С ним будут двое — юный маг и не менее юный воин. Обучение мальчика займет месяц, и к началу 3479 года он обретет Силу. И именно к началу этого года ты должен прийти сюда, но не один. С тобой должны явиться еще три тройки существ. Кто это будет, я не знаю. Но именно они, во главе с Наанором, станут Воинами Света. Двенадцать Воинов и их Вождь. — Дракон усмехнулся, глядя на удивленное лицо старого мага. — Да, ты тоже входишь в их число.

Карро молча попрощался с драконом и пошел прочь. Главное, он понял — надежда есть. И теперь все, что казалось невероятным, прояснилось. Нужно было поторопиться в столицу.


Карро осветил поляну яркой вспышкой очищающего света и успел рассмотреть, где находится и что представляет собой враг. Их было двадцать — закованных в черную броню и защищенных магическими щитами воинов, отменно сражавшихся двуручниками. Двое из них уже лежали на земле, зацепленные удачными заклятиями. Самый высокий из оставшихся руководил атакой и был, судя по всему, мощным магом-артефактором. Место, где открылся портал, разорвав попавшую в его зону материю, было усеяно частями разрубленных тел.

Мгновение, и опять завертелась схватка. Карро быстро пропел заклятие и сплел из воздуха копье, заряженное молнией. Пригнувшись и увернувшись от особо злостного воина, напавшего сзади, он запустил копье в варвара, бившегося с Сантором. Удар такой силы должен был разрезать и броню, и тело воина, но тот лишь пошатнулся и обернулся на новый раздражитель. Архимаг бросил новое заклятие. На сей раз он не стал пытаться пробить защиту, а просто швырнул огненный шар, направив его на поверхность брони. К этому противник был явно не готов — моментально нагревшаяся броня от противодействия защиты обожгла воина, и тот поневоле вынужден был снять щитовое поле. Тут же еще одно копье, моментально сотканное из воздуха, пробило насквозь грудь незадачливого слуги Тьмы. Кровь хлынула рекой, а воин, захлебываясь остатками своих органов, что-то натужно хрипел.

Карро направил свой посох в небо. Сверкнула уже настоящая молния, и посох, вобрав ее силу, ударил цепным ударом по врагу. Из тех четверых, кого достала молния, выжил лишь один, однако ему разорвало обе ноги, изуродованный таз был смят в кровавую кашу. Он из последних сил поднял меч и разрезал себе артерии на шее.

Осмотревшись, Карро заметил; что враг начал отступать, прикрывая центр своей группы.

— Бей по центру! Они забрали тело!

Приказ Карро выполнили мгновенно, но было уже поздно. Перед отступающим врагом словно надулся пузырь, сотканный из измененной материи пространства, и, всколыхнув воздух, со свистом всосал в себя отряд врага. Все исчезло. Моментально погасли вспышки, и поляна погрузилась в бледно-серый полумрак, освещаемая лишь слабыми лучами Митры, еле-еле пробивавшимися сквозь плотные, тяжелые тучи. Раздавались стоны и всхлипы раненых. Архимаг осел на землю.

Сзади кто-то осторожно дотронулся до него рукой. Карро нервно обернулся и увидел залитое кровью мертвенно-бледное лицо почти обнаженной девушки.

— Это я, Мелайя… Где вы были?.. — На этих словах она без чувств упала на сырую траву.

Тяжелый вечер пережила Академия А, а с ней и вся столица Запредельного Королевства. Как ни старались лекари и маги, многих раненых не удалось спасти. Оружие врага наносило страшные раны — магия вгрызалась в тело жертвы и оплетала ее сетями, распутать которые было почти невозможно. Погибло два мага высокого ранга — мастер-маг Дриан Порунис и Дважды Рожденный Землей Иссыктур Ариртов. В первом ударе, когда возник портал, погибло двадцать два вайшьи и несколько шудр. В ходе схватки добавилось еще несколько жертв… Многие маги были ранены, в некоторых едва теплилась жизнь.

Смертельно был ранен Андроан Стерх. У его кровати непрерывно находилась невредимая Мелайя, которая на глазах увядала от горя… Сантор отделался легким ранением: вражеский меч разрезал руку у запястья. Всю смертоносную магию удалось изгнать, но шрам не хотел затягиваться и постоянно воспалялся.

Народ, возмущенный событиями прошедшего дня, потребовал у Карро доходчивых объяснений. А что тот мог сказать? Что похищен труп юного мага, что врагам удалось уйти и остаться неизвестными, что ранены и убиты десятки людей всех варн, что его самого неделю не было в городе, да и прибыл он на похороны только к самому концу. А еще бесследно исчез мастер Реликсан — правая рука архимага и наставник Иниана.

Архимаг знал, что если и дальше так пойдет, то ему долго не удержать пост главы брахманов. А жаждущих занять его место всегда было очень много. Кроме того, сильно пошатнулась репутация Легиона, который не смог ничего противопоставить воинам врага. А это уже можно было считать ударом по королевству — Айлейл начал стремительно терять очки. Но даже это сейчас не было главным. Враг показал свою силу — чего стоили одни порталы, мгновенно возникающие в нужном месте и перемещающие толпы людей, видимо, на громадные расстояния. Ведь то, что увидел Карро в битве у Ложи, было явно не токаннского происхождения. К тому же, если учесть страшные заклятия, наложенные на орудия убийц, от которых прямо тащит Древней Злобой, — что будет дальше? Ведь этот отряд должен был всего лишь захватить мертвое тело и доставить его в свои земли. Вот только под чьими же знаменами и откуда идет это войско?

Часть вторая

Храм Тринадцати

…когда Отвергнутый сольется с Желаемой, они породят Тень, которая накроет собой весь мыслящий мир, заставляя сердца сжаться в предсмертном ужасе. Кто-то встанет на колени и будет молить о пощаде, кто-то возьмет меч и стрелы… Но только одно войско сможет разогнать Тьму и уничтожить Тень: то, где во главе встанет адепт Пятой стихии…

Отрывок из надписи на гробнице Варкана Калил, обнаруженной Луарилом Делеэнорским вблизи города Трил в 3371 году от ВЭР

Глава 1

Взгляд Сор-Роха был устремлен в мутную дымку на горизонте, которая появилась там четверть часа назад. Большие ноздри с шумом втягивали воздух, раздуваясь, как кузнечные мехи. Он стоял недвижимо, и сородичи из его племени не решались подойти к вождю. Митра уже почти зашла за полоску водной глади Белого Океана, и теперь лишь красный отсвет освещал пространство над небольшим поселением, расположенным на западном побережье материка Весле. Сор-Pox все еще стоял на обрыве, даже когда взошла Варуна и погасли последние сторожевые костры. Что-то неуловимо изменилось в его состоянии: он развернулся и быстро спустился вниз к хижинам, прошел в центр селения и остановился у идола-жертвенника, который по форме напоминал искореженный остов чудовища, бьющегося в сладострастной агонии.

— Эрххр газн эр хармор, воррил раастр тро мархлек ирн Рохр!!! — полурык-полустон вырвался из глотки вождя. Он выхватил кинжал, спрятанный за ремнем наколенника, и одним взмахом рассек себе жилу на руке. Серебристая кровь змейками потекла между четырьмя пальцами и наполнила чашу жертвенника. Сор-Pox шепнул останавливающее заклятие и поднялся с колен. Вытерев кинжал о сырую траву, вождь вздохнул и подумал, что легкие дни, которые состояли из вечных сражений за жизнь с племенами эвонов, трассов и гоблинов, закончились. Пришло время, когда ему, вождю западного племени орков Сор-Poxy, предстояло исполнить волю Драшармы и принять участие в великих событиях. Он постоял еще немного и отправился спать. Завтра предстояло выбрать того, кто займет его место, собрать вещи, выправить у кузнеца свою двуручную секиру, сильно поврежденную в последнем сражении, и начать Путь.

Никому он так и не сказал, что же такое было в этой дымке. Его интересовало, сколько еще существ увидели Знак. Кто они, откуда и насколько сильно верят в Путь? Он в него верил всегда.


Говорят, что победа ослепляет. Но Найскату не был слепцом и тем более не был человеком, способным сделать ход, не просчитав идущего за этим шага врага. Когда его резиденция в Ри стала оплотом военной мощи нового государственного образования, и после боя, вернее, бойни у Ложи новоявленный лидер продолжал четко и размеренно претворять свои планы в жизнь.

Лорд Ксантус — тот самый воин в черных доспехах, которого встретил Реликсан в компании с Архиваром и Пеадом, и тот самый командующий, который прекрасно провел захват тела Иниана, — вошел в состав Эсканора — Первого Совета Империи Хаоса. Весь север Токанны от НорТана до Наротера, ограниченный с юга горами Гокара, а с запада горами Вайманека, теперь перестал быть вассальным графством Запредельного Королевства. Кроме того, в состав империи добровольно вошли два баронства темных эльфов на материке Ренае. Найскату не прогадал — легкость, с которой был взят этот порог, показала, что Айлейл давно уже потерял авторитет среди простого населения отдаленных от столицы городов и все его попытки восстановить былую мощь королевства оказались тщетны. Недавно императору сообщили, что на юго-западе воссоздается партизанское движение, имя которому Тоскнарры. Найскату ошибочно предположил, что в будущем и они могут встать на его сторону.

Эсканор в первую очередь просчитал все возможные направления развития новой империи. Заполучить в свои руки Иниана было откровенной удачей. Некроманты, чье государство Ирредис расположилось на Земле Одра, уже готовили мощнейшие арканы и писали заклятия, необходимые для самой мощной и черной волшбы за последние сотни лет: Иниан из рода Калил должен был стать послушной куклой в руках императора, но абсолютно нормальным человеком для остальных людей. «Карро сделал смертельную ошибку, когда скрыл от народа правду об Иниане. Когда мальчик встанет во главе моего войска, все жители королевства будут мучиться сомнениями в правильности своего выбора и гадать, не стоило ли принять его, Найскату, сторону?» — такие мысли проносились в голове графа, и он весело улыбался. Конечно, такие союзы, которые создал император, не могли не породить в будущем проблем, но это не останавливало Найскату. Демоны, некроманты, темные эльфы — все они были давно забыты на просторах Токанны. В Ренае и Весле их все же видели чаще, так как эти материки были сплошь разбиты на мелкие политические единицы и совершенно не ладили даже друг с другом. Но и там мало кому могло прийти в голову заключить с ними союз: слишком близко это было к страшным и запретным тайнам Древних.

В состав Эсканора, помимо Ксантуса и Найскату, вошли Архивар (демон), Эдра Беатрис (некромант) и Иллениар (темный эльф). Но был еще один участник, который пришел вместе с Архиваром и пожелал остаться неизвестным. Даже Найскату становилось не по себе от одного его вида и смрада: от него несло сырой тьмой, смертью и чем-то, явно отвратным всему живому. Было видно, что даже Архивар его опасается.

Эсканор уже второй час заседал в зале Совета. Позиции сторон и дальнейшая стратегия были определены, осталось выяснить только один вопрос.

— Значит, ваши люди смогут подготовить обряд только к концу октября? Я правильно понял? — Найскату был явно не рад такому обстоятельству.

— О, вы совершенно правильно меня понимаете, Темный Аркан такой мощи требует не только долгой подготовки и могучих чародеев, но и специальных артефактов, которые изготовить могут не везде и не всегда. — Беатрис прервалась и жадно посмотрела своими черными глазами на Корону Сфинкса, которая теперь красовалась на императоре. — Ну и, кроме того, этого времени как раз хватит, чтобы сплотить наши армии в единую, могучую силу.

— Неужели вы и ваши «скелеты» считаете, что у нас не хватит мощи разбить в пух и прах Легион и силы Академии А? — Несдержанность лорда Ксантуса иногда переходила все границы.

— О, мой наивный испуганный воин. — Беатрис изобразила, как гладит по голове маленького ребенка, на что лорд только угрюмо зарычал вполголоса. — Да вы даже не представляете, что такое воевать с армией, во главе которой стоит маг высшего ранга, а его подчиненные не тупые отбросы общества, а элитные и обученные боевые единицы! Поверьте, — Беатрис покачала головой, — поверьте, если бы у Запредельного Королевства не было действительно могучей армии, то оно уже давно бы лежало в руинах, а по ним бегали шакалы.

— Я понимаю так: то, что мы смогли захватить Иниана почти без потерь, — случайность. Так?

— Ты прав, Иллениар, не будь у нас огромной Силы Короны, нам бы никогда не открыть тот портал… Но и кроме того, сейчас слабость королевства в их разрозненности. Айлейл понял свою ошибку слишком поздно, и исправить он ее пытается не самыми действенными способами. — Найскату говорил уверенно, иногда посматривая в сторону Архивара и его таинственного спутника, который хранил молчание, наблюдая за спорами смертных.

— До сих пор вспоминаю отчет Тайных Звезд, где упомянуто, как удивился ваш Роднок, когда его предупредили, чтобы он на похоронах, если придет, стоял сзади от могилы! — рассмеялся Иллениар, который всегда был в курсе мельчайших подробностей.

Обсуждение затянулось, но вскоре все пришли к выводу, что в Токанне следует проводить внутреннюю подготовку населения с целью антипропаганды власти короля, пока армии империи не встанут под знамя рода Калил. А до этого оставалось еще четыре долгих месяца.

Когда собрание закончилось, вышли все, кроме Архивара. Он подошел к Найскату и тихо изрек:

— Мой спутник доволен. Они уже начали подготовку этого настырного мага и скоро смогут снять Печать с Храма. Тогда, милорд, под знаменами Калил пойдет другая армия. Совсем другая армия. — Демон обреченно вздохнул и вышел вон.

Найскату стоял в раздумье — он не очень-то хотел, чтобы к ним присоединились эти создания Мрака, а теперь эти Раховы несеры оказались как никогда близки к своей цели. Но, так или иначе, ему нужны были все возможные союзники, и даже те, кто хотел сорвать Печати Оков с Храма, расположенного в недрах Притхиви.


— Ты сегодня какой-то грустный… — нежно промолвила подруга Сор-Роха, которая так и не легла спать, пока не пришел вождь. Сор-Pox печально покачал большой головой и устало лег на лежанку из соломы.

— Я завтра уйду. Возможно, надолго.

— Что происходит? Я хочу, чтобы ты был со мной на празднике Экватора!

— Не могу. Я говорил тебе, что однажды должен буду исполнить волю Великого Драшармы! Время пришло. — Сор-Pox жестко посмотрел на Эрму.

— Конечно, мой вождь, конечно… Тогда я пойду, да?

— Прощай…

— А как же племя? Кто без тебя позаботится о нас? — тихо выговорила Эрма уже у выхода из хижины.

— Скажи Гуаэньюпу, чтобы принесли жертву и выбрали моего заме… Вашего нового вождя. Он и позаботится обо всех. И о тебе, моя красавица…

Эрма вышла. Сор-Pox остался наедине со своими мыслями. «И правда, почему я? Почему я вождь и нет мне спокойной жизни! Хотя если Драшарма был прав, то о спокойной жизни придется забыть в любом случае». Он перевернулся на бок и закрыл глаза, в очередной раз вспоминая пророчества Великого. Постепенно сон сморил вождя, и он заснул, нелепо растянувшись на соломе.

Почти всю ночь с седьмого на восьмое июня ему снились простые сны, не связанные ни с чем конкретно. Но под утро, когда Митра показала первые лучи и согрела землю, пришел сон, в котором реальность странно смешалась с грезами. Сор-Poxy показалось, что он проснулся и лежит на своей лежанке. Необычным было то, что он видел все со стороны… В дверной проем, всколыхнув занавеску, прошел какой-то человек, что для центрального поселения орков выглядело как минимум необычно. Облаченный в белые одеяния, он держал в руках меч странной формы: широкий, в мужскую ладонь, длиной больше полуторного, но рукоять, искусно украшенная и с большими шипами на концах, явно сделана для одной руки. Цвет также удивил Сор-Роха — нежно-фиолетовый, причем поверхность лезвия была дымчатая, что вождь наблюдал впервые. Меч окружало облако свечения, лившееся изнутри оружия. Человек откинул капюшон, под которым открылось лицо, принадлежавшее к ранее невиданной расе для Сор-Роха: большие глаза были лишены зрачков и словно светились ровным, немигающим светом, волосы отсутствовали, но всю голову покрывали различные татуировки. Незнакомец усмехнулся и подошел к вождю.

— Спи, спи. У тебя долгий путь впереди. Я тут тебе игрушку принес, — с этими словами он положил меч у лежанки, — если понравится, забирай. Но помни, что дарить жизнь ты не можешь, потому не спеши и отнимать. Привет тебе от Драшармы.

После этого сон плавно перетек в грезы, а утром, когда Сор-Pox проснулся в яви, меч лежал рядом с ним…

Архимаг молча шел по опустевшим коридорам Академии А, вслушиваясь в каждый посторонний звук. Его ждала нелегкая встреча с теми людьми, чей жизненный путь он невольно направил по стопам смерти. Если бы тогда, семнадцать лет назад, знать, что будет после, то… То все осталось бы так же. Карро знал, что подобные рассуждения бессмысленны и порой опасны, поэтому старался не давать им ходу. Пройдя еще несколько сотен шагов, он вышел к помещениям, где были временно размещены Стерхи.

На стук в дверь вышла Мелайя, дочь Андроана, который находился в коме уже второй день. Лучшие маги боролись за его жизнь, но раны были очень серьезные, и смерть не отступала от старшего Стерха.

— Ах это вы. Проходите, я заварю чаю. Сантор у отца, Харим тоже.

— Спасибо, дорогая, ты сама-то как? Может, надо чего тебе?

— Вы знаете, что мне нужно, — в голосе девушки почувствовался резкий холодок стали, — узнать, кто они и как мне отомстить за семью!

— Я пришел как раз для этого. — Карро мягко посмотрел на юную красавицу, которая, покачивая бедрами, направилась к столику с заварными чайниками и чашками.

— Ну раз для этого, тогда чаю попьем, и вы все мне расскажете. Вы уж извините, но я немного не в себе от всех этих напастей. — Она тихонько всхлипнула и отвернулась.

Спустя полчаса Мелайя сидела в кресле, поджав под себя ноги, и внимательно слушала архимага. Услышанная от него информация просто выбила почву из-под ног южанки, никогда ни с чем подобным не сталкивавшейся.

— Сегодня Наротер отделился от Запредельного Королевства и объявил войну «за освобождение Токанны и всей Притхиви». Как мне сообщили, во главе созданной империи стоит человек, ранее известный как Найскату. Он собрал армию, которая гораздо опаснее Легиона, так как состоит из целенаправленно обучавшихся мечу и магии солдат. Кроме этого, точно известно, что на его стороне кланы темных эльфов, некоторые потерянные расы и, к моему удивлению, армады Земли Одра. — Карро перевел дух и опередил открывшую было рот девушку: — Да, демоны есть. Они и еще многие, кто остался со времен Древних и не пожелал сгинуть бесследно.

— А что они к бедному Иниану-то привязались? Я так пониманию, весь сыр-бор из-за этого завязался?

— Видишь ли, — архимаг неудобно заерзал и шумно прочистил горло, — я был не совсем честен, когда сказал, что не знал имени рода Иниана.

— То есть?

— Ну было одно обстоятельство, по которому я предпочел это скрыть, до поры… Как видишь, опоздал.

— Ну так и кто он? — Мелайя начинала раздражаться.

— Он и его брат, которого мы считали мертвым, были последние из рода Калил.

— И что? — Девушка с непониманием глядела на старого мага.

— А то, что существует легенда, а вместе с легендой и пророчество. И в него верят многие, кто живет в нищете и страданиях. Кто не относится к выражению «человек». Варна шудр — они вообще пестуют это предание, как младенца.

— Что за легенда и что за пророчество? И почему я ничего об этом не знаю?

— Потому, что, по нашим определениям, ты из семьи знатного вайшьи, кроме того, у вас на Юге в легенды вообще не верят.

— Тогда расскажите мне вкратце, пожалуйста! А то все очень запутано…

Карро устроился поудобнее и начал рассказ, занявший почти час. Он рассказал ей о том, как появилось королевство, рассказал о Тиродах и об их древнем городе. Прочел заученные наизусть отрывки из легенды о Баркане, даже спел одну песню, которую сложили горняки из Вайманека. Закончил он на том, что прочитал части пророчества, которое и создало многие проблемы в жизни современной Токанны.

— Так, я правильно поняла, что однажды последний из рода Калил поведет народ к лучшей жизни, сметет магией и мечом все предрассудки, которые касаются варн, и откроет миру тайны Тиродов? Что под его знамена встанут Воины Света, и тень Тьмы окончательно упадет с наших земель? Что доселе неизвестные монстры выйдут из глубин Притхиви и существа, которые появились во время Последней Войны, снова встанут рука к руке и с мечом наголо? Что спадут Оковы и выйдут эти, как их… Асуры? Что насту…

Архимаг жестом остановил ее излияния:

— Я уверен, что ты все верно поняла, и не стоит повторять заново.

— Но скажите, зачем же этому Найскату мертвое тело? И, кроме того, вы сказали, что у Иниана есть брат…

— Ну Найскату связался с темными и давно забытыми силами… И некроманты — одни из них. А то, что у Иниана есть брат и что речь в пророчестве, похоже, идет именно о нем, — это тайна, которую теперь знают два человека. Вернее, два человека и один дракон. И надо сделать так, чтобы об этом больше никто не узнал. Пока.

Мелайя сидела и напряженно думала. С одной стороны, ей очень хотелось выходить отца и уехать домой, забыв об этом кошмаре… но с другой — в ней закипала кровь, когда она слышала слова архимага.

— Извините, а я могу как-то помочь? Я очень хочу отомстить за брата. И за отца.

— Давай так: сначала пусть все немного успокоится, я надеюсь, что и Андроан выздоровеет, а потом мы поговорим, если ты не передумаешь.

— Но я…

— Потом, хорошо? — Архимаг повел бровями, и девушка поняла, что лучше не спорить.

— Хорошо, конечно, как скажете.

Мелайя проводила гостя и чисто по-женски разревелась, уткнувшись носом в подушку.

Карро же направился далее. Несмотря на поражение в битве у Ложи, он еще оставался архимагом, хотя теперь многие завистники пытались настроить народ и остальных магов против него и переизбрать главу академии, выдвинув требование Адаона. Если они решатся на этот шаг, то Карро придется либо раскрыть всю правду, либо покинуть пост. Зная это, архимаг готовился к последнему.

Если вспоминать события недавних дней, то нужно отметить, что был дан приказ о воссоздании Пентагона Смерти, но, вследствие того что Карро не было в академии, да и вообще в столице, активировать их залу никто не мог. Вот сейчас и наступило время для этого. Пентагон Смерти — это мощная боевая единица, состоящая из пяти существ, вернее, не совсем живых созданий, обладающих рангами мастеров-магов и активно работающих с артефактами. Их воссоздание последний раз происходило около пятисот лет назад, когда королевство подверглось нападению демонов из глубин Белого Океана. Тогда они не только помогли уничтожить вышедшие наружу создания, но и загнали их собратьев в такие узилища, что о них никто не слышал лет триста. В 3067 году Пентагон Смерти был распущен за ненадобностью и снова погружен в состояние сомати, в котором находился и по сей день.

Карро вошел в комнату портала и перенесся в центральную залу Магистрата. На его памяти здесь всегда было четыре двери, но теперь появилась пятая. Сделав шаг по направлению к ней, он дал системе охраны проверить свои помыслы и то, есть ли у него доступ. Получив разрешение, он был немедленно втянут в дверь. Далее архимаг попал в огромный чертог, где воздух был пропитан парами каких-то газов, неприятно свербевших в носу.

— Ла криста эль фармио! — произнес Карро в пустоту, и тут же со всех сторон к нему потянулись лучи света, обволакивая фигуру и погружая ее в некое подобие шара.

Ответ прозвучал незамедлительно: в голове раздался приятный женский голос, лишенный каких-либо эмоций.

— Добро пожаловать, архимаг. Вы хотите активировать Пентагон?

— Да.

— Пожалуйста, вставьте ключ. — Из светлого тумана сформировалось некое подобие маленькой скважины. Казалось, что она ехидно посматривала на мага. Карро расстегнул ворот мантии и достал из-под нее кристалл ярко-красного цвета, висевший на цепочке. Протянув руку, он вставил кристалл в скважину.

— Спасибо. Пентагон Смерти будет активирован в течение трех часов. — В темноте, окружающей шар света и мага, что-то заурчало. — Прошу вас покинуть залу. Процедура трансформации может быть опасна.

Карро развернулся и спешно покинул помещение. Выйдя в централ, он столкнулся нос к носу со своим давним соперником, мастером-магом Инсекто Харими.

— Не следовало тебе покидать академию в такие часы.

— Привет тебе, Инсекто. Ты все еще преподаешь алхимию?

— Кому, как не тебе, знать это! Ты же меня туда поставил.

— Так что ты имеешь против того, что я делаю? — Архимаг насмешливо покосился на мага, явно проявляющего неприкрытую агрессию.

— Не только я. За моими спинами стоит пол-академии и кое-кто из Дважды Рожденных, так что советую тебе делать шаги более обдуманно. Или ты забыл?

— Забыл что? Что я архимаг и мои действия не обсуждаются другими, тем более учителями алхимии?

— Ну ты у меня попляшешь! — рявкнул Инсекто и быстрым шагом ушел к пентаграмме портала. Карро покачал головой и направился следом.


Сор-Pox только покачал головой, когда проснулся и увидел рядом меч. Сон плавно перетек в явь, и он отчетливо помнил последние слова странного человека с глазами без зрачков. Стараясь не удивляться столь неординарным событиям, он осторожно прикоснулся к мечу и, обхватив его мощную рукоять, легко поднял в воздух. Пару раз взмахнув, он попытался понять, что же скрыто в этом оружии. И увидел странное плетение Силы, охватывающее все лезвие меча и выходящее наружу в рукояти. Такой магии он еще не видел, она была явно не современная и даже отличалась от магии Древних. Не было у этой сущности и явной принадлежности — в руках Тьмы она стала бы ее адептом. Так или иначе, оружие чувствовало, что к нему прикасается новый хозяин. Сор-Pox заметил, что на рукояти активизировались мелкие плетения и теперь изучают его самого, опутывая мелкими сетями Силу вождя.

Неожиданно для самого себя вождь услышал голос, который проник в его голову из ниоткуда.

«Ты сильный воин. Приятно будет с тобой работать. Мое имя — Лиатор!»

— Это ты, меч? Чего ты хочешь?

«Можешь не говорить вслух, я и так тебя прекрасно слышу. Дай мне своей крови!»

Сор-Pox опять покачал головой от удивления. Он осторожно поднес меч к руке и сделал надрез. Темная кровь закапала на сталь, и фиолетовое свечение исчезло, сменившись красными бликами и молниями, скользившими по лезвию.

Лиатор удовлетворенно завибрировал. Вождь осторожно положил меч на кровать и задумался, натягивая боевые доспехи Древних, которые хранились в их племени с незапамятных времен. Он и не предполагал, что Путь будет настолько реален и необычен. Конечно, он всегда верил в это, но когда происходят столь странные вещи…

Глава 2

Последние четыре дня прошли в извечной суете большого города. После казни мастера Ли и еще нескольких жителей Риротека город гудел, как растревоженный улей. Легион влил в охрану еще два своих отряда, которые неустанно следили за порядком и не забывали напоминать всем пока еще свободным людям, что скоро придет Айлейл и все жители города станут подданными Запредельного Королевства. Многие из бедных людей уже бежали к Тоскнаррам, не желая получить клеймо шудр. Девушки испуганно сидели по домам — знали, что могут попасть в лапы солдат, после чего шансов выжить у них будет очень мало. Торговки семенами азура толпились только на главной площади, на рынке умудрялись торговать лишь южане. Наместник, который занял место губернатора города, окруженный воинами и боевыми магами, сидел во дворце, опасаясь выходить за его стены. Он знал, что многие люди в Риротеке настроены к нему достаточно негативно и желают ему смерти. Ставленник короля, он неуютно чувствовал себя вдали от столицы.

Тантос нечасто показывался на глаза, он был занят подготовкой к предстоящему путешествию на юг к острову Боли. Я видел его в основном вечерами, когда он, уставший и измотанный, приносил очередную коробку со словами: «Ну вот, еще одним делом меньше». Я замечал, что с каждым днем в его глазах появлялось все больше страдания и странной грусти. Вчера вечером я не выдержал и попытался расспросить его.

— Что происходит, друг? В твоих глазах столько боли…

— Ты заметил, да? Оно и неудивительно, — Тантос приподнялся с кровати и повернулся ко мне, — я ведь с детства рос в ВайТане, в семье брахманов. Мне и в голову не приходило, что существуют другие обычаи и законы жизни. В академии нам преподавали, что уклад королевства — единственно правильный и верный, что разделение на варны — это путь, указанный свыше. Думаешь, у нас шудр считали людьми?

— В смысле? Я знаю, что шудры — это те, кто не нашел себе места в остальных варнах и вынужден работать на господ.

— А ты знаешь, что шудры не имеют прав вообще? Что их можно убивать, можно насиловать и калечить, да все, что в голову придет! И наша дхарма это разрешает и оправдывает.

— Я не знал. Тантос, неужели так будет и здесь?

— Как иначе? Вон наместник и его люди уже готовят списки всех горожан, чтобы по приходу короля влить в королевство новых подданных.

— А кем стану я?

— Скажи спасибо покойному мастеру Ли. С его бумагой об ученичестве ты переходишь в варну кшатриев. Это почетно — из них выходят воины и правители. — Тантос перевернулся на другой бок. — Ладно, давай спать. Нам завтра уезжать.

— А как же запрет о выезде?

— Я маг или кто? Выйдем другой дорогой. Спи.

Тантос отвернулся к стене и захрапел. Его способность моментально засыпать вызывала во мне зависть. Вот так прошла ночь, и сегодня мы были готовы начать свой путь.

Рано утром я вышел к воротам города, чтобы встретить караван сана Лойга. Держа за пазухой ценные документы, я околачивался у ближайших домов, щелкая семечки азура. Стражники и солдаты Легиона не обращали на меня внимания, и я спокойно ждал открытия ворот.

Из замка послышался звук труб, возвещавших о наступлении утра. Стражники встали на изготовку и запустили из будки механизм, приводивший в действие огромные маховики, открывающие ворота. Со страшным скрипом створки разъехались в стороны, и сквозь утренний туман в город начали вступать один за другим караваны торговцев. Стража деловито осматривала содержимое, людей без документов королевства или халифата тут же арестовывали и отводили в сторожки, передавая легионерам. Наконец показался караван, чьи повозки были затянуты в траурные ленты, и глашатай купца обрадовал мой слух тем именем, что обещало в скором будущем небольшую прибыль.

Подождав, пока стража осмотрит содержимое и проверит документы, я подошел к первому вознице:

— Здравствуй, достопочтенный! Я с поручением к сану Лойгу от сана Улуная.

— Он в пятой повозке, — угрюмо буркнул возница и прошел дальше.

Я быстро пробежал мимо четырех и вновь обратился к новому вознице:

— Мое почтение, я могу увидеть сана Лойга?

— Какое у тебя к нему дело? — Возница равнодушно посмотрел на меня, слегка прищурив глаза, наполовину скрытые высоким тюрбаном.

— Э-э, меня послал сан Улунай, когда проходил этот город. Я должен передать…

— Ну так залезай и говори с господином. Мне и без тебя тошно.

— А что случилось?

— Не видишь — караван в трауре. Сына хозяина убили. — Возница громко сплюнул и выругался, проклиная непонятно кого.

— А кто он был?

— Маг он был, ученик Академии А. Не уследили, ублюдки королевские, а такой был мальчик золотой… Инианом звали. А теперь и его нет, и отец при смерти. Вот и траур поэтому. Залезай давай, хватить ноги топтать.

Я ухватился за оглоблю и запрыгнул к вознице. За его спиной находился узкий проход в повозку. Собравшись с духом, я проник внутрь.

На нескольких подушках восседал немолодой человек, закутанный в чалму и шикарный халат. Красивые черты лица уродовал шрам от правого уха до середины рта, разделивший лицо на две части. Сан Лойг не отрываясь смотрел на меня. Я сглотнул и, сбросив первое оцепенение, произнес:

— Приношу свои соболезнования, уважаемый сан Лойг. Я потревожил вас по делу — вот эти документы просил меня передать сан Улунай, который был здесь с неделю тому назад.

— Садись, юноша. Как имя твое?

— Меня зовут Наан Тинору, господин. Я ученик школы меча… — Я несколько удивился тому, что сан Лойг проявил ко мне интерес.

— Твои черты мне показались знакомыми. Странно… Но имени вашего рода я не слышал. Что ж, давай сюда бумаги.

Я протянул документы и подождал, пока он изучит их. Наконец он отложил бумаги в сторону и, улыбнувшись, сказал:

— Молодец, это очень важные документы. Сколько ты за них хочешь?

— Сан Улунай сказал, что вы заплатите двадцать серебряных, но если это много, то я…

Он прервал мою речь, воскликнув:

— А ты молодец, мальчонка! — В его голосе засквозило непонятное мне уважение. — За эти документы Легион дал бы тебе раз в десять больше. Ценю! И за твою преданность дарю тебе помимо обещанных денег, — он отвернулся и что-то нашарил в сумке, — дарю тебе этот амулет. Возможно, он поможет тебе в дальнейшем.

Ссыпав деньги в кошель и поблагодарив этого странного господина, я выпрыгнул из повозки. Вслед что-то прокричал возница, но я уже не слышал его. Сжимая в руке амулет, я бегом направился в сторону клана Серых, где меня поджидал Тантос.


В зале совета академии находилось трое магов, которые решили выдвинуть требование Адаона к архимагу Карро. Основывая это на событиях последних дней, они просчитывали все возможные моменты, которые могли сорвать их планы. К их большой радости, мастер Реликсан — правая рука Карро — исчез, что очень облегчало их замысел. Гориус Прифимур, человек, который знал Карро очень давно и всегда хотел занять его место, рассматривал Инсекто Харими — мастера, преподававшего алхимию, и молодого мага со странным именем Освальд Прем. Именно они и представляли головной центр оппозиции действующей власти.

— Скажите, господа, а не будет ли грызни между нами, когда архимаг уйдет со своего поста? Я бы не хотел иметь столь хитрых и могущественных врагов, как вы! — Сладкий голос жреца обрел нечеткий, но опасный холодок, заставивший остальных поежиться.

— Уважаемый Гориус, мы давно решили, что только вас академия примет как архимага. Кроме того, мне достается место главного жреца Храма Аката, а юному Освальду — не менее значимое место главы ордена Дхармы.

— Но ведь орден Дхармы подчиняется главному жрецу, так? — подал голос Освальд, покачиваясь на стуле и разглядывая паутину на окне залы.

— Так. Но и я буду подчиняться архимагу. Так что мы все находимся в равных условиях, — с нажимом сказал Инсекто, стараясь привлечь внимание Према.

— Так-то оно так, но что скажут те ученики, которые давно ищут истину в моих словах? Которые считают, что академии нужна молодая кровь?

— О, мой дорогой друг, ты ведь знаешь, что все твои сторонники смогут перейти в орден Дхармы и стать под твои знамена, — вставил свое веское слово в затянувшийся диалог магов Прифимур.

— О, Гориус, а вы не опасаетесь, что со мной уйдет большая и, замечу, лучшая часть академии?

— Я не…

— И что, собрав орден, я смогу получить больше власти, чем вы мне ее даете?

— И все же…

— Ладно, господа, мне пора уходить. — Освальд презрительно окинул взором тучное тело Гориуса и жалкую фигуру мастера алхимии, шепнув напоследок: — Только помните: пренебрегать мною опасно. Очень опасно!

Хлопнула дверь, и зал совета опустел ровно на одного человека. Гориус и Инсекто переглянулись и кивнули друг другу, явно соглашаясь с каким-то планом действий, известным пока только им.


Тантос ждал меня у входа в здание. Запыхавшись, я кивнул и радостно улыбнулся ему. Мой друг все понял и произнес:

— Я понимаю, что все прошло отлично?

— Даже более того! Он мне еще и амулет подарил.

— Можно?

Я протянул амулет Тантосу и внимательно наблюдал за его реакцией. Тот, в свою очередь, покрутил его и что-то прошептал, задумчиво изучая предмет.

Внешне амулет был похож на женское украшение: цепочка из какого-то материала замыкалась диском, на обеих сторонах которого виднелись углубления неясного назначения. Всю поверхность амулета покрывала странная вязь, сделанная на незнакомом мне языке. В магическом диапазоне он был странно освещен серой мутью, которая не поддавалась описанию. От него не веяло ничем — ни тьмой, ни светом…

— Знаешь, Наан, это древняя штучка. Я имею в виду, действительно древняя. — Он покосился на меня, ехидно ухмыльнувшись. — Ты уверен, что он тебе его подарил?

— Конечно! Или ты подумал, что я мог украсть?

— А я бы украл, не задумываясь. Не знаю, как он действует, и носить его пока не советую. Может, потом. Тодгору лучше не показывай — много вопросов будет.

— Угу. — Я забрал амулет из рук Тантоса и засунул его поглубже в сумку. — Ты все подготовил?

— Мне осталось только переодеться. Ты так и пойдешь?

Я осмотрел себя со стороны: одежда была испачкана и смята, меч без ножен торчал из-за пояса, как старая и ненужная утварь.

— Ты прав, пойду постираюсь да ножны куплю.

— Только к Кану не ходи, опять все деньги спустишь, — ухмыльнулся Тантос и зашел в дом.

Я с минутку постоял, посмотрел на Митру и направился в сторону рынка, надеясь, что продавцы оружием там еще остались.

Через полчаса мой меч красовался в заплечных ножнах, купленных у одного старичка за шесть серебряных. Носить его за плечами было гораздо удобнее, чем на поясе, и я недоумевал, почему так не делает большинство воинов. Я решил зайти в трактир, полюбившийся мне с первого дня пребывания в Риротеке. Когда я еще смогу выпить кружку доброго пива?

«Серый дом гончего» встретил меня приветливо. Громилы у двери, которых звали Альф и Лурк, уже запомнили меня и пропускали беспрепятственно. Я махнул трактирщику рукой и присел за свободный столик. Днем здесь было мало посетителей, зато много холодного пива. Пропустив кружечку, я вспомнил, как мы познакомились с Тантосом. Хмыкнув, я пододвинул кувшин и долил кружку доверху.

Хлопнула дверь, и в трактир вошел смуглый человек в длинном плаще, из-под которого виднелись меч в темных ножнах и блестящие доспехи из неизвестного мне металла. Заказав эля и молодого кабана, он присел за соседний столик так, что оказался ко мне боком. Я продолжал вкушать божественный напиток, рассматривая незнакомца. Он не проявлял никаких признаков жизни, тупо уставившись в одну точку. Ему принесли заказ, но он не притронулся ни к чему. Прошло еще несколько минут, и к нему подошел солдат Легиона, небрежно толкнув в плечо:

— Эй, патлатый, ты жрать будешь или нет? А то мы с дружками тоже не прочь глотку промочить!

Человек в плаще продолжал молчать, только закрыл глаза. Легионер хохотнул, знаком подзывая остальных ублюдков. Их было четверо, и они окружили стол со всех сторон так, что мне видны были только спины. Я осторожно взял кувшин и перебрался подальше, опасаясь назревающей драки.

— Ну так что, братцы, покушаем? А может, у него и деньжата водятся?

— Эй, уважаемые, да оставьте вы его в покое! — прозвучал голос трактирщика, выглянувшего из-за стойки. В ответ один из солдат метнул табурет так, что расколотил всю витрину в том месте, где только что находилась голова бармена.

— Заткнись, пока жив! Бери этого и тащи на улицу, там и уделаем!

Неожиданно для меня и, очевидно, для солдат «этот», отшвырнув легионера, встал в боевую стойку и по-звериному оскалился! Неготовые к такому повороту событий солдаты отскочили, вперед вышел первый и обнажил боевой топор:

— Что, проснулся? А зря… — Легионер замахнулся, но чужак ловко ушел от удара и, выхватив меч, моментально пропорол солдата сверху донизу так, что тело медленно осело и расползлось надвое в луже крови. Меч, который вытащил чужак, полыхнул фиолетовым пламенем и спрятался обратно в ножны. Остальные легионеры, не желая бессмысленно умирать, выскочили наружу. Человек в плаще медленными движениями вытер руки о скатерть и принялся за еду. В трактире стояла полная тишина.

Я проглотил остатки пива и осторожно подошел к незнакомцу, присев поодаль от трупа и лужи крови, над которой уже начали летать большие жирные мухи.

— Простите меня, я видел вашу схватку. Я ученик мастера Ли из школы меча. Вернее, бывший ученик. Я очень хотел бы знать, где вы получили столь высокое искусство обращения с мечом?

— Не бойся, юноша. Я просто наказал этих ублюдков за их наглость. Мое имя — Равест Темный. А твое? — Высокий голос мужчины как-то не соответствовал грозному облику воина.

— Наанор Тинору из Риервы, а…

— А я из Перетана. Это город неподалеку от столицы нашего королевства.

— Так ты его подданный? — Я отшатнулся, вспомнив нравы королевства.

— Мне это нравится не больше, чем тебе. Я ушел оттуда полгода назад, стараясь найти место, где мне никто не станет досаждать. Жил в Веланире, но и туда этот Рахов Айлейл добрался. А искусству боя меня обучили в Вайманеке. Там еще остались бойцы из Подгорного царства. И меч я у них же выменял. — Равест стал с упоением уплетать ногу кабана.

— И что дальше будешь делать?

— Умм… Не знаю, — с набитым ртом честно признался мой собеседник, — наймусь в какой-нибудь караван охранником. Может, в халифате Ле-Аннат мне больше повезет.

— А ты пока здесь будешь?

— Ну да. До вечера точно в трактире просижу. Жарко на улице ошиваться.

— А Легиона не боишься?

— А что они мне? Одного зарубил, остальные нападать не станут. Трусы! — Он гневно зашвырнул кость в корзину, стоявшую метрах в двадцати от столика. Вот это меткость!

— Ладно, я побегу, если что, увидимся!

— Угу…

Оставив Равеста в трактире, я быстрым шагом вышел на улицу. В моей голове созрел новый план. Такой воин очень помог бы в нашем трудном пути. Оставалось посоветоваться с Тантосом, но я был уверен, что он встанет на мою сторону. Прибавив шагу, я направился обратно к дому Серых магов.

Глава 3

— Ну похоже, ножны ты приобрел, — задумчиво произнес Тантос. — А что еще натворил?

— Ты с чего это взял?

— Вижу по глазам.

— Слушай, я-то ничего не сделал, а вот один воин в трактире устроил разнос солдатам Легиона!

— Правда? — Мой друг обеспокоенно посмотрел на меня и присел на ступеньки крыльца.

— Правда. Его зовут Равест Темный, он из Перетана. — Я вспомнил, что он мне рассказывал, и добавил: — Еще он сказал, что обучался у каких-то подгорных братьев в Вайманеке.

— Это уже интересно! — Тантос вскочил и упер руки в бока. — Настоящий подгорный мастер — это большая редкость сейчас! И что дальше?

— Я вот подумал — ему делать нечего, а нам хороший попутчик не помешает.

— Что он там с Легионом не поделил?

— Да к нему один приставать пытался, Равест его и разрубил надвое. До сих пор противно!

— Оу… Он точно нам подойдет? — Маг серьезно посмотрел на меня и нахмурился.

— Ну да… А что? Что не так?

— Вот мы и опять вляпались. Раху с ним, хватай свою одежду и бегом к трактиру! Будем выручать твоего Равеста.

Тантос подхватил пожитки и увлек меня за собой. Уже на бегу я успел спросить, что означают его последние слова, и он прокричал, что Легион просто так этого не оставит.

Через несколько минут такого аллюра мы подбежали к трактиру. Я осторожно выглянул из-за утла здания и увидел, что пара десятков легионеров взяла трактир в кольцо, а у дверей стоит здоровенный детина с какими-то нашивками отличия.

— Это что, капитан?

— Нет, это палач. — Тантос цыкнул на меня и осмотрелся. — Значит, так. Ждем, когда Равест выйдет наружу, затем я отвлекаю внимание Легиона, а ты уводишь его к западной стене города. Я пойду за вами, наведу морок.

— А если его убьют?

— Если он подгорный мастер, то убить его будет крайне сложно. Но помочь ему необходимо — вон видишь цепи?

— Ага.

— Спутают так, что никто не вырвется. Так, похоже, началось…

Я приник к стене, наблюдая за происходящим. Четыре солдата Легиона открыли двери и вошли внутрь трактира с мечами наголо. Остальные сомкнули кольцо и приготовились к бою. Через несколько секунд послышался шум драки, и через боковое окно вылетел первый легионер! Равест был не промах. Легионеры переглянулись, но ничего не предприняли. Когда через пару минут шум прекратился, стало ясно, что из противников там никого не осталось. Внутри что-то с шумом рухнуло, и в клубах пыли из дверей показался мой новый знакомый. Теперь в его руках был не только меч, но и половина стола, которую он использовал как щит.

— Ну что, сволочи, попляшем? — Высокий голос Равеста огласил окрестности, и столешница внезапно сорвалась с его руки и врезалась в палача. Того от удара согнуло надвое и отшвырнуло метров на пять назад. Явно не ожидая такого поворота событий, солдаты не успели раскинуть цепи, и меч Равеста развалил еще двоих легионеров, тщетно пытавшихся атаковать подгорного мастера.

— Аш терранор тор Берн! — Тантос вышел из-за укрытия и швырнул заклятие во врага. Раздался грохот, ближайшие стены домов обвалились, и куски камня понеслись на легионеров. В клубах пыли проступили тела убитых, мостовая оказалась залита кровью. Нерастерявшийся Равест закрутил мечом и ворвался в уцелевших легионеров. Те, как напуганные животные, заметались, ища спасения. Я вспомнил о своей роли в этом спектакле и выскочил к побоищу. В это время раздались новые выкрики Тантоса, и всю область у трактира застлал серый туман. Как ни странно, я все видел совершенно отчетливо. Подбежав к Равесту, я кое-как вытащил его с места сражения. Переступая через трупы солдат, мы выбрались на боковую улочку и устремились к западной стене. Через пару сотен метров нас нагнал усталый и грязный Тантос.

— Ты как? — Я кивнул Равесту.

— Отлично! Размялся, да и меч доволен. — Он сидел на камне у стены и протирал свое оружие куском старой дерюги.

— Значит, подгорный мастер?

— А ты, значит, маг и адепт Земли? — в свою очередь спросил у Тантоса тот.

— Ага. Я как погляжу, ты Легион тоже недолюбливаешь.

— А кто же их любит? К тому же они вместе с королем у меня в Вайманеке всю семью порезали, гады. — Равест засунул меч в ножны и обратился ко мне: — Спасибо вам. Не ожидал, что они напасть посмеют. Видимо, совсем уже обнаглели.

— У тебя планы не изменились?

— А ты как думаешь? Это Рахово отродье сейчас везде меня искать будет. Так что из страны мотать удочки либо в леса уходить. — Темный крякнул с досады и подопнул сапогом невинный камешек.

— У меня и Тантоса к тебе предложение. — Я посмотрел на мага, тот согласно кивнул. — Мы идем к острову Боли через южный берег Токанны. Можешь с нами, если интересно.

Равест пристально изучил меня и Тантоса, затем покачал головой и молвил:

— А вы не простые ребятки, да? — Не дождавшись ответа, он продолжил: — У Последнего в гостях мне бывать не приходилось. Лады, я с вами!

— Вот и отлично. А теперь есть веское предложение смотаться отсюда, пока нас не нашли.

— Что предлагаешь? — Я посмотрел на мага.

— Так, посмотрим. — Он что-то пробормотал и направил руки на стену, возвышавшуюся перед нами.

Медленно, как бы нехотя, каменная кладка западной стены начала плавиться и отекать вниз, открывая проход наружу. Скоро он стал вполне достаточным, чтобы в него пролез взрослый мужчина.

— Я благодарен Тодгору, — пробормотал Тантос.

— А что?

— Если бы не он, то… Ладно, полезли.

— Знаете, ребята, а вы точно ничего. Авось вместе не пропадем! — Равест улыбнулся и полез в проход.


Освальд Прем угрюмо шагал по коридором академии, бормоча проклятия старым выродкам, которые собирались захватить власть у архимага. Если бы они знали, что их молодой партнер давно уже собрал свой орден, что за его спиной стоит не только академия, но и другие силы. Он понимал, что у Карро сейчас слишком шаткое положение, и поправить его можно только одним способом.

Освальд тихо постучал и приоткрыл дверь, ведущую в покои архимага. Карро жестом пригласил его войти. Затворив дверь и прошептав отводящее заклятие, Прем присел в кресло напротив архимага.

— У меня плохие новости. Гориус и Инсекто решились на открытое противостояние. — Освальд с уважением посмотрел на своего мудрого учителя.

— Вот уж не вовремя так не вовремя. — Карро ожесточенно потер лоб и поморщился.

— Это не все. Айлейл и Легион только что сообщили, что взяты последние земли свободного Юго-Запада. После обряда варн они возвращаются в столицу. Айлейл готов в открытую воевать с империей.

— Глупец. Забыл, как Найскату его прижал вместе с Легионом! Еще и артефакт Древних потеряли. Да и новый император не дурак — он без Иниана войска в бой не поведет. А будет кто соваться на его территорию — уничтожит, не задумываясь. — Карро рассерженно встал и заходил по комнате.

— Архимаг, а что с заговорщиками делать будем? — Освальд сидел понуро, наблюдая за передвижениями Карро.

— А что с ними делать? Пусть грызутся. И знаешь, — старый маг остановился и посмотрел на Према, — я уйду через пару недель.

— Но как же страна без вас? Айлейл совсем все развалит!

— Не развалит, если на моем месте будет новый руководитель.

— Но кто?

— Ты.

— Я?!

— Именно. А что тебе мешает? — Карро грустно улыбнулся.

— А как же эти жирные ублюдки? Они меня в покое не оставят!

— Твой орден готов к работе?

— Да, но…

— Вчера я воссоздал Пентагон Смерти. Они ждут приказа. Объединяем силы и вычищаем эту мразь из нашей академии.

— Я все понял, Карро. Только… Только жаль, что мастера Реликсана нет рядом.

— Мне тоже не хватает его. И я бы все отдал, чтобы узнать, где он. — Архимаг склонил седую голову и оперся на белый посох.


Мастер Реликсан и сам был готов отдать все, лишь бы понять, где он находится. После злополучной встречи с несером его нервы были расшатаны до крайности. Плюс силы магии так и не вернулись к нему. Вот и сейчас мастер сидел на сыром полу темной камеры, которую изредка освещали факелы проходивших мимо существ. Именно существ, так как людских голосов он здесь до сих пор не слышал.

Раз в сутки к нему заходил старый гоблин и приносил пищу. Кормили его редко, но на удивление сытно. «Как скотину на убой», — подумалось мастеру. Попытки разговорить гоблина ничего не давали — тот только ругался на непонятном языке и брызгал слюной.

Когда Реликсан потерял счет времени, к нему пожаловал гость, который хоть немного прояснил обстановку.

После очередной кормежки мастер лежал в углу темницы, забившись на маленький соломенный тюфяк. Обдумывая свое положение и в сотый раз пытаясь нащупать линии силы, он не заметил, как дверь отворилась и внутрь кто-то вошел. Почувствовав неладное, Реликсан обернулся и вздрогнул от ужаса — темная фигура высотой с крупного орка не внушала доверия. Тьма бурлящей пеленой окутывала лицо незнакомца и заставляла сердце ускоренно биться. Вошедший протянул мастеру странный предмет, похожий на защитный амулет, и жестами приказал повесить его на шею. Исполнив веленное, мастер понял, что окружающее пространство неощутимо изменилось. И тогда в ушах его раздался красивый женский голос, видимо принадлежащий темной фигуре:

— Этот прибор поможет нам понимать друг друга.

— Чего вы от меня хотите?

— Ну зачем же нервничать? Мы ваши друзья.

— Друзья не сажают в клетку! — Реликсан тщетно пытался понять, представитель какой именно расы стоит перед ним.

— Вот как? А разве ваш образ жизни не есть клетка? Чем тебе здесь не нравится? Ты голоден?

— Нет, но…

— С тобой плохо обращаются? Бьют?

— Нет…

— Ты не можешь спать?

— Да я прекрасно сплю, дело не в этом.

— Тогда в чем же, мой друг? — Ласковый голос говорящего приобрел нотки ехидства.

Мастер сплюнул и продолжил:

— Вы отняли у меня всю силу, хоть я и не понимаю, каким образом. Вы держите меня без какой-либо цели! Если бы я хоть что-то делал, то… — Реликсан осекся, когда понял, зачем пришла эта скотина. — И что я должен сделать?

— Вот видишь, сам ответил на свои вопросы. Ты в курсе, где сейчас заперто твое бренное тело?

— Далеко от моей родины, это точно…

— Угу. Ты в глубине старого материка, вы называете его Землей Одра. Конкретно — в моем ашраме.

— Так ты, — Реликсан задохнулся от неожиданной мысли, — ты и есть Нергал?!

— Приятно познакомиться. — Он отвесил шутовской поклон.

— Ты на самом деле такой?

— Странные вы существа, люди. Ну если я буду выглядеть так… — Нергал окутал свое тело тьмой, откуда выступила ужасная рогатая морда, покрытая бородавками и струпьями с непрерывно сочащимся гноем. — Разве так будет приятней? — снова прожурчал ласковый женский голос.

— Чтоб тебя… Давай к делу, Нергал.

— Вот этим ты мне и нравишься. Ладно, буду говорить нормально, — продолжил он обычным мужским голосом, — дело у нас серьезное. Настолько серьезное, что говорить о нем надо в другом месте. — Нергал открыл портал и пригласил мастера проследовать туда…

Зажмурившись от неожиданно яркого света, мастер ощутил дуновение свежего горного воздуха. Потом открыл глаза и огляделся. Он находился на красивом горном плато неподалеку от Вайманека. Ощутив сырость тьмы, мастер повернулся и увидел Нергала. Словно вырезанный с картины маньяка-безумца из другого мира, он стоял в полный рост и с презрением обозревал просторы Токанны. Маски были сняты. Нергал оказался огромным существом, не особо уродливым, но и не особо красивым, без половых признаков. Его мощный стан оканчивался двумя жуткими головами, отдаленно напоминающими морды ящеров. За поясом висел огромный серповидный клинок с жутким темным кристаллом.

— Что, налюбовался? — произнесла одна из морд создания Хаоса.

— Угу.

— Теперь о деле. Мне наплевать на вашу мышиную возню: империя, королевство — да хоть все вы сгиньте в бездне мрака. Мне стало скучно здесь. А недавно кто-то сумел открыть дорогу в другой мир, и мне безумно хочется повторить это достижение. Мой отец — Энлиль — говорил, что есть другие миры и другие забавы. Но все-таки я нашел кое-что, способное помочь в этом деле.

— И чего же ты хочешь от меня?

— В сырой тьме нижнего мира, глубоко под поверхностью, остался последний из Храмов Меру. Там, тысячи лет ожидая свободы, томятся во мраке Асуры. Они запечатаны так, что даже мне не под силу сорвать эти оковы. Их накладывал человек, человек должен и снять. Я предлагаю тебе выбор. — Нергал остановился и посмотрел в глаза мастеру. — Предлагаю выбор.

— Какой? — прохрипел мастер.

— Я передам тебе свою силу и знание, с помощью которых ты откроешь Храм и выпустишь Асуров. Если ты сумеешь направить их убийственную мощь на прорыв в другой мир, то ваша Притхиви сможет существовать и дальше. Если ты откажешься, то с помощью других людишек я уничтожу сначала все здесь, а затем все равно найду способ открыть Храм и довершу начатое. Учти, что я делаю это предложение лишь потому, что мой отец был благосклонен к таким, как вы.

— Значит, или темный маг с вечным проклятием на роду, или гибель всего мира?

— Можно сказать и так.

— А ты уверен, что, выпустив Асуров, я смогу удержать их в узде?

— Нет. Но у тебя будет маленький шанс. — Нергал хмыкнул и посмотрел вдаль. — Знаешь, мне иногда тоже симпатичен ваш мир. Жалко его уничтожать.

— Я всегда считал, что Асуры — это сказка.

— А меня ты сказкой разве не считал?

— Считал…

— Вот видишь. Даю тебе сроку десять дней. Все это время ты проведешь в ашраме, но не в темнице. Я позволю тебе изучить документы и книги, хранящиеся у меня. Может быть, ты лучше сможешь оценить то, что я задумал. Вы так мало знаете даже о своем прошлом.

Нергал шумно вздохнул и открыл новый портал. Встреча закончилась, и Реликсан снова очутился в темнице, где его поджидал знакомый гоблин.

— Ну что, человечек, наговорился? Штаны сухие? Отлично!

— Я тебя понимаю! Но как?

— Забыл про амулет Яза?

Мастер нащупал на груди амулет. Вот Рахово отродье, сто транов ему в глотку! Работает…

— Так, слушай меня. Хозяин повелел отвести тебя в библиотеку, если что нужно будет — зови старого Крумху.

Мастер согласно кивнул и посмотрел на гоблина, который суетливо складывал постель и попутно дожевывал какую-то гадость. «Тьфу ты, пропасть!» — еще раз выругался маг и осел на пол.


Равест, Тантос и я спешно удалялись от городской стены, в которой постепенно закрывалось прожженное магом отверстие. Погони не было, как объяснил Тантос, Тодгор смог переговорить с ним в астрале и отвел ищеек Легиона от наших следов. Несмотря на это, спокойствия в сердце не было — ушли сейчас, но обречены прятаться в ближайшее время.

Через час быстрой ходьбы мы сделали привал под сенью огромного белого дерева, расположившись вокруг небольшого костерка, зажженного с легкой руки Равеста. Тантос приманил пару зайцев, которых я поспешно уложил кинжалом. Меч я пока в дело не пускал — обращаться с ним толком еще не умел.

Пока жарилась на костре наша легкая добыча, мы обсудили наше дальнейшее продвижение по просторам Токанны. Со слов мага выходило, что идти нам пешком до острова Боли не менее трех месяцев. Если учесть, что треть пути мы будем идти по землям Ле-Аннат, то все мероприятие могло растянуться до середины осени.

— А если пристать к каравану? — подал голос Равест.

— Во-первых, с учетом ситуации в королевстве, караваны могут вообще не ходить, во-вторых, после событий в Риротеке наши рожи будет знать каждый возница.

— Значит, только пешком? — уныло спросил я.

— Можно попробовать сплавиться по Большой Эшне до границы с халифатом. Там она делает поворот, а мы пойдем напрямую. Тогда получится быстрей, — выдвинул идею Тантос.

— Нет.

— Почему, Равест?

— Я был в тех местах. Там по берегам живут племена диких шудр. Они опаснее, чем лесные звери.

— Диких кого? — Я напрочь забыл о рассказах Тантоса и этих Раховых обычаях королевства.

— Беглых рабов, убийц и слуг, которые ищут укрытия в Свободных Землях Токанны. Отребье, которое одичало и убивает все, что движется. Дикари, короче, — поморщился Равест.

— Ясно. А если купить лошадей?

— Не пойдет, они дорого стоят и не пройдут по лесным тропам. А по дороге, сам понимаешь, ехать опасно.

— Значит, пешком?

— Да, Наан. Значит, пешком. Сегодня переплывем Эшну, постараемся запастись провизией и заночуем на том берегу, — подтвердил Тантос.

— Отлично, — сквозь подавленный зевок пробурчал наш подгорный мастер.

Вот мы и пришли хоть к какому-то выводу. Осталось плотно поесть, отдохнуть — и в путь!

Глава 4

Я осмотрелся по сторонам. Митра уже окрасила верхушки огромных эвкалиптов в красный цвет, и лишь изредка набегавшие облака заслоняли эту прекрасную закатную картину. После того как плот, сооруженный нашими силами, пересек гладь реки, я и мои спутники решили вдоволь поохотиться на обитателей леса.

— Лови его! Гони, гони!

— Слева ухо-о-дит!

— А ну-ка пустите меня, я ему!

— В голову бей, в голову!

Такие возгласы раздавались в вечернем сумраке, пропитанном речной влагой Эшны. Вся наша компания ожесточенно гоняла по прибрежным кустам небольшого хищника, внешне напоминающего собаку. Несмотря на отчаянное сопротивление, мы смогли поймать его без помощи магии, использовать которую опасались, чтобы не привлечь следящие артефакты Риротека. Особенно отличился Ра-вест, который мощным ударом от плеча снес будущей пище голову. По инерции туловище зверя пробежало еще несколько метров и грохнулось наземь, обильно орошая кусты своей кровью.

— Ну зачем так-то было делать? — Тантос покачал головой и склонился над зверьком. — М-да, интересная особь нам попалась.

— И что в этом куске жаркого интересного? — Равест невозмутимо протер свой меч пучком сорванной травы.

— А то, что это помесь. Явно дикая собака, а вот если ты обратишь внимание на голову…

Я уставился туда, куда показывал маг. Отрубленная голова и правда была необычной: на переносице возвышался небольшой рог с характерным металлическим блеском.

— И что это за дрянь?

— Это, друзья мои, потомок тварей Древних. Если честно, на уроках у мастера Каллипто нам показывали подобных уродов, но чтобы они водились рядом с населенными городами… Хотя Свободные Земли — это не совсем то, к чему я привык.

— Так в еду он годится?

— Да, Равест, вполне.

— Тогда я пойду зарублю еще парочку. Кто со мной?

Я решил пойти с ним за компанию. Не сказать, чтобы процесс отрубания голов меня сильно вдохновлял, но хотелось поближе познакомиться с нашим новым другом. Тантос презрительно фыркнул и, схватив собаку за задние ноги, направился к нашей стоянке. Мы же углубились в заросли молодых эвкалиптов, желая найти и зарубить еще парочку подобных тварей.

— Значит, ты родом из Перетана?

— Нет, но жил там с детства. Мои родители из Вайманека были. Стогоры — наш род давно известен.

— А учили тебя…

— Да, учили меня подгорные братья. У меня ж отец — гном. Из тех, Первых, — гордо произнес Ра-вест.

— В смысле?

— Ну есть гномы Первые — они произошли от светлых эльфов, когда те ушли под землю. А другие гномы — они просто недоразвитые люди. Уроды, одним словом. Вот они-то злые, и из-за них вечно страдают мои сородичи. А Первые — те народ мудрый и прекрасный.

— А зачем светлые эльфы ушли по землю?

— Во время Великой Зимы на поверхности Притхиви было очень холодно. Кто-то из Перворожденных предложил спуститься вниз, ближе к раскаленному сердцу планеты. Часть согласилась и ушла в нижний мир, отвоевав себе место у полчищ демонов. Они назвали себя Светлыми. А те, кто остался на поверхности, применили очень мощную магию, которая отняла у них бессмертие, но дала шанс выжить в те суровые годы. — Равест остановился и приложил палец к губам. — Цыц! Впереди кто-то есть…

Я пригляделся — за огромным стволом старого дерева слегка виднелась фигура девушки, облаченная в легкие одеяния. Равест толкнул меня в бок и указал налево. Там стоял и мирно жевал траву красавец конь в полном боевом облачении. Мы осторожно опустились на землю и переглянулись.

— Хэй, Наан, это уже интересно!

— Если она не одна, будет еще интереснее! — строго шепнул я ему на ухо.

— А вот мы сейчас это и проверим…

Я не успел возразить, как Равест перекатился на другой бок и достал из заплечного мешка пращу. Пошарив по земле и найдя подходящий камень, он зашвырнул его прямо в траву у ног девушки. Заросли ольховника скрывали от нас часть зрелища, но все же мы рассмотрели дальнейшее.

Девушка отреагировала мгновенно — пелена шелковой накидки упала, и мы увидели юную красавицу, облаченную в полный боевой доспех с длинным луком в руках. Зазвенела тетива, и только сверхбыстрая реакция Равеста спасла его от стрелы. Она вонзилась в нескольких сантиметрах от него и вошла в землю почти до самого оперения. Незадачливый соблазнитель не стал ждать повторного выстрела и заорал благим матом:

— Красавица, мы свои! Не стреляй! — При этих словах он приподнялся и замахал руками. Проклиная все на свете, я последовал его примеру.

Девушка хищно оскалилась, но не сдержала улыбки. Звонкий голос прорезал вечернюю тишину:

— Привет, охотнички! Не по зубам добыча?

— Да уж куда нам, бедным, — ответно оскалился Равест.

— Ты, как я погляжу, из подгорных, да? А что за милый юноша с тобой?

— Это уж скорее я с ним. Вернее, с ними.

— Ага, значит, еще и третий есть? Или сколько вас там всего, на бедную девушку? — продолжила зубоскалить красавица.

Я наконец смог разглядеть ее получше — юная, ненамного старше меня, черные волосы уложены в две косы, стройное тело и ясные голубые глаза. Отличный доспех и боевой лук довершали облик юной девы. Да, интересное знакомство. Я невольно подумал, что на ее месте могла быть Даяна…

— Нас только трое. Один остался у реки, — нехотя проговорил я, так и не зная, чего от нее ждать.

— Ага! И зачем же вы за мной подглядываете?

— Да мы, собственно, тебя совершенно случайно заметили. Мы диких собак ловим. Путь наш далекий, и запас вяленого мяса не помешает. — Мой спутник галантно улыбнулся и подтолкнул меня вперед. — Вот он Наан из рода Тинору. Я, как ты справедливо заметила, подгорный мастер Равест Темный, к вашим услугам. А на стоянке нас ждет Тантос, выпускник академии и адепт Земли.

— Значит, подданные нашего «великого» королевства? Чтоб меня… — Наша новая знакомая покачала головой и вновь наставила лук с натянутой тетивой на нас: — Так, пошли вон. Оба. Быстро!

— Но мы…

— Вы еще стоите? Вон!

— Послушай, мы сами сбежали из города. В Риротеке Легион, и ты сама знаешь, что это значит! — Я раскрыл карты, за что Равест угрюмо на меня покосился.

— Ах вот оно как… А чем докажете?

— Э-э, ну… Я не знаю… Ты не могла бы опустить лук? Нервирует немного…

Лук был убран, и девушка снизошла до того, чтобы представиться:

— Мое имя Орланка. Откуда я, вам знать необязательно. Но могу заверить, к королевству я отношения не имею.

— Мы теперь вроде как тоже. Особенно после убийства отрядом легионеров этого Рахового фанатика. Пойдем к нашей стоянке, поедим, да и Тантос тебе все покажет. Маги же могут картины прошлого воссоздавать!

— Спасибо, конечно, но… Я бы предпочла оставаться в лесу.

— Почему? — удивился я.

— Мой конь, он… Неважно… Но на открытое место я не выйду! — Орланка сделала злую гримасу и уперла руки в бока.

— Ладно, как хочешь. Тогда мы сюда переберемся.

— Как хотите. И еще, э-э… Равест? Равест, можешь принести воды? Пожалуйста.

— Конечно. Жди нас, мы скоро придем.

Недоуменно переглянувшись, мы двинулись обратно. Те несколько сот метров, что мы шли сюда, теперь показались пустяковой пробежкой. Взволнованные, мы ворвались на место нашей стоянки, где Тантос деловито разделывал несчастное четвероногое.

— Ну и где наше будущее вяленое мясо? — угрожающе направил на нас кинжал адепт Земли.

— Слушай, тут такое… — наперебой загалдели мы, так что Тантос отмахнулся от нас, как от назойливых мух, и рявкнул:

— Наан! Объясни толком, что случилось?

Я быстро рассказал об Орланке, упомянул ее коня и странную просьбу принести воды, если учесть, что река была совсем близко.

— Очень занимательная парочка… — Маг задумчиво поскреб затылок, — значит, из леса выходить ему нельзя. Неужели наткнулись на настоящих… Впрочем, не будем загадывать, да-да, не будем…

Я внимательно посмотрел на Тантоса. Впервые я увидел, что он чем-то встревожен или, вернее, сильно заинтересован. Быстро собрав вещи и потушив костерок, мы двинулись в лесную чащу, не забыв набрать воды по просьбе Орланки. Всю дорогу маг что-то бурчал себе под нос, постоянно косясь по сторонам. Подойдя к месту встречи, мы увидели, что Орланка теперь не одна — рядом с ней стоит абсолютно голый мужчина очень высокого роста и с совершенно голубыми глазами. Равест крякнул и схватился за меч, а Тантос, отодвинув нас в сторону, вышел к тем двоим и отвесил низкий поклон, затем гордо выпрямился и произнес слова, которые надолго врезались в мою память:

— Слава и вечная благодарность вам, Единожды Отверженные!


Реликсан с нескрываемым удовлетворением смотрел на ряды высоченных книжных полок, уставленных манускриптами и различными фолиантами. Забыв обо всем, даже о том, что он здесь пленник, мастер вслух читал названия древних книг и радовался, как ребенок. Еще бы — то, что находилось в этой комнате, могло открыть ему огромное количество новых знаний. Нергал действительно мог сделать из старого мастера самого сильного мага в этом мире!

— Крумху! Эй, Крумху!

Незамедлительно раздался тихий хлопок, и из воздуха перед мастером соткался старый гоблин.

— Что надо?

— Можешь принести поесть?

— Как скажешь… — Гоблин исчез и сразу же возник с миской и кружкой.

— Это что?

— Это твоя еда.

— А… Значит, как раньше, кормить меня не будут? — Мастер с грустью уставился на кусок хлеба и кружку с водой.

— Эх, мастер… Ты попробуй сначала.

Реликсан с недоверием поглядел на Крумху и откусил кусок хлеба, который оказался к тому же черствым. На удивление, безвкусный ломоть моментально насытил мастера!

— Ух ты! Слушай, невкусно — жуть, но питательно!

— Так этот ж хлеб Сытости. Тебе книги изучать, а с набитым всякой дрянью желудком это делать сложнее. А так — и сыт, и желудок пуст.

Согласно кивнув и проводив глазами довольного гоблина, мастер уселся за стол и раскрыл первый попавшийся на глаза фолиант. «Хроники Забвения» — прочел надпись на обложке книги, только потом сообразив, что это не натокн. Выругался и вспомнил про амулет Яза. Снял, посмотрел на книгу — непонятная надпись на одном из древних языков. Покачав головой, Реликсан бегло просмотрел оглавление и отложил фолиант в сторону. Вспомнив слова Нергала, он осмотрелся и вскоре нашел более интересную книгу — «Четыре Храма Асуров».

«…он смог уничтожить лишь три из них, которые находились в верхнем мире. Страшной силы заклятия пали на Золотой, Серебряный и Железный Храм Асуров. Всколыхнулись воды астрала, и вышли из недр междумирья ужасные чудовища: но он смог заточить их глубоко в недрах Притхиви, там, где остались хранить молчание самые сильные Асуры. Теперь чудовища вместе ждут своего часа, и, когда выйдут они, наступит конец всему живому на этой планете, ибо остановить их…» Мастер пролистал несколько страниц и выискал следующее: «Храм Меру, расположенный глубоко под Токанной, — это последний оплот зла в нашем мире. Я создал на этом материке великое и могучее королевство, назвав его Запредельным. Я открыл людям часть силы их майи, научил ею пользоваться. Надеюсь, что мои потомки когда-нибудь смогут изгнать Асуров из нашего мира окончательно…»

Устало закрыв книгу, он с тяжелым вздохом посмотрел на имя автора, заранее зная, что именно увидит. Надпись на задней стороне переплета гласила: «2690 год, король и архимаг Запредельного Фархан Тирод Первый».

Через несколько часов, проведенных за чтением, в его голове наконец-то начало что-то проясняться. Он понял, что его страна давно сошла с пути, завещанного предками, и что многое надо менять в летописях истории всего мира. Мастера давно смущали слишком большие неточности в существующих документах, в описаниях странных и порой не связанных друг с другом событий. Только теперь он понял часть предсказания, начертанного на могиле Баркана Калил, и увязал это с последними событиями в Токанне. Если бы ему удалось поговорить с Карро! Если бы удалось… Еще можно успеть, можно предотвратить катастрофу и спасти мир! Но если уж он получил доступ к этим давно потерянным знаниям, то постарается хотя бы максимально извлечь пользу из этого.


Я, Тантос, Равест и двое наших необычных лесных гостей сидели вокруг костерка, ожидая, когда дожарится малакар — так, оказалось, звали диких собак Свободных Земель Токанны. Я продолжал разглядывать Орланку и ее спутника Симпфата. Как оказалось, Тантос не ошибся — они принадлежали к древнему клану магов и воинов, которые были изгнаны из Запредельного в годы смерти последнего Тирода. После этого они поселились на границе с халифатом, который тогда только образовывался. Единственное место, с которым они поддерживали связь, был Храм Аката. Единожды Отверженные — так их стали называть спустя сотни лет. Почему с тех времен их никто не трогает, а маги вообще почти преклоняются, никто не знал, а сами они секретов не раскрывали. Этот странный народ и внешне и внутренне отличался от всех, кого я видел в Токанне.

Симпфат был магом-анималистом, а Орланка прирожденной лучницей. Они путешествовали по заданию верховного скнора, который хотел выяснить, что происходит в наших городах. Они уже почти выполнили свою миссию, но недалеко от Веланира их попытались взять в плен легионеры и серьезно ранили Симпфата. Они скрывались в эвкалиптовых лесах, пока маг подлечивался, и теперь собирались возвращаться домой. Куда именно они идут, они не сказали, но, узнав о нашей цели путешествия, предложили часть пути пройти вместе. Естественно, мы согласились. Особенно был рад Тантос, который крайне заинтересовался их историей и необычным типом магии.

— Значит, вы используете вместо основных линий силы те, которые считаются вспомогательными?

— Да. Их невозможно вплести в заклятие, зато использование прямых сочетаний дает в твое распоряжение гораздо большую мощь, — мягко проговорил Отверженный.

— А что, если совместить оба?

— Думаешь, это легко? Нам такое не под силу, да и зачем? — Симпфат усмехнулся. — Такой силы заклятие разнесет полстраны. Да и нет у нас таких врагов.

— Дорогой, мне кажется, ты ошибаешься. Вспомни предсказание, — подала голос Орланка, до этого заботливо поливающая жарившееся мясо соком каких-то плодов.

— Какое предсказание? — оживился я.

— Наш скнор недавно вошел в глубокий транс. В астрале творилось нечто жуткое. Убив какую-то тварь, он передал ее последние слова: «Ты убил слугу, но скоро, скоро мой Господин сорвет оковы с Меру, и тогда падет все!» Мы, конечно, не верим во всякую чушь, но Храм Меру действительно существует, — произнес Симпфат.

— Храм Меру? — переспросил я и неожиданно получил ответ от Равеста:

— Это последний из четырех храмов Асуров. В моем народе ходят легенды о том, что в древности три поднебесных храма были уничтожены, а подземный остался.

— Ого! А ты, Равест, не так прост, как кажешься! — Орланка подмигнула ему и залилась смехом, посматривая на удивленные лица мужчин…

Глава 5

После событий седьмого июня прошло две недели. День, который изменил жизнь десятков тысяч людей Токанны, привнес новые порядки во все структуры жизни подданных короля Айлейла. И без того жестокий Легион теперь бесчинствовал повсюду: малейший намек на измену карался смертью, захваченные земли Юго-Запада страдали от постоянного разбоя, очень многих людей, которые не повиновались системе, просто продавали в рабство или казнили. Во всех городах ввели военное положение. Торговля с Ле-Аннат временно прекратилась — караваны, груженные необходимыми товарами, либо простаивали у стен, либо возвращались назад. В Академии А абсолютная власть архимага пошатнулась впервые с 3127 года. Многие выдающиеся ученики покинули заведение и ушли в неизведанные дали. Все чаще мастера поговаривали о том, что дни магии сочтены. Часть недовольных, во главе с верховным жрецом Храма Аката Гориусом Прифимуром, решила выдвинуть архимагу Карро требование Адаона. Фактически это означало начало открытого противостояния. Адаон был назначен на двадцать третье июня этого года.

Созданная на развалинах графства Наротер Империя Хаоса пока бездействовала. Шпионы короля доносили маловажные и по большей части бесполезные сведения о том, что Найскату медленно собирает войска, готовит вооружение. Айлейл прекрасно понимал, что император отнюдь не глуп и самое важное скрыто за семью замками. После первой встречи с архимагом, в ходе которой король выяснил, из-за чего началась вся эта заваруха, он понял, что очень многое упустил в своей жизни, бессмысленно проводя время за кубком вина с очередной страстницей. Карро обещал помочь Айлейлу в том случае, если тот одумается и сделает попытку вывести страну из надвигающегося кризиса. Теперь груз власти над страной, которая стремительно начинала падать в бездну, сжимал горло Айлейла калеными клещами совести. Необходимо было действовать, иначе последний оплот людей на огромной Притхиви просто исчезнет, а вместе с ним падет род человеческий.

И король решил пересмотреть позиции…


В дверь кельи архимага негромко постучали. Тихо скрипнув, старая кровать вытолкнула непослушное тело, рука вложила ключ в замочную скважину и дважды повернула. За приоткрывшейся дверью стояла темная фигура, с лицом, полностью закрытым капюшоном. Карро жестом пригласил ее войти и тихо затворил дверь.

— Вы готовы? — тихо спросил голос.

— Конечно. Коридоры проверены?

— Да, господин. Все чисто.

— Тогда идем.

Архимаг накинул темную мантию и окутал лицо капюшоном тьмы. Спутник Карро проделал то же самое, и две черные фигуры вышли из кельи, растворившись во мраке подземелий академии. Спустя несколько минут они оказались перед порталом, открытым в одном из укромных уголков лабиринта. Взявшись за руки, они шагнули в зеленоватую тьму.

— Наконец-то! — воскликнул высокий человек в пламенеющем всеми цветами радуги кафтане. На его фоне две черные фигуры смотрелись пришельцами из другого мира.

— Я рад приветствовать тебя, Айлейл. Время пришло, — промолвил Карро, стягивая капюшон. Его спутник повторил это действие, и король удивленно воскликнул:

— Освальд? Ты?

— Да, ваше величество.

— А я думал, что… Хотя неважно. Раз Карро сам привел тебя…

— Ты прав, Айлейл. Мальчик всегда был за нас. А вот ты?

— А что я, Карро? — Король безнадежно потер виски и присел в кресло, указав гостям на стоящий рядом диван.

— Ты с нами? Или до страны тебе нет дела? — Архимаг так и не сел, продолжая смотреть в упор на короля.

— Конечно, есть… Только я понял, что слаб. Найскату всегда стоял за моей спиной, и я очень жалею, что проглядел заговор.

— Не ты один. Как видишь, мы тоже не смогли ничего предпринять. Я был уверен, что достигну своей цели, и забыл обо всем на свете. Забыл, что те знания, которые я получил, мог добыть еще кто-то. И вот сразу получил вдвойне — и мальчика потерял, и Древние по-прежнему недоступны.

— Значит, мы бессильны? — Айлейл с грустью в глазах смотрел на архимага, как на последнюю надежду.

— Не совсем. — Карро перешел на шепот и наклонился к королю. — Я говорил с драконом.

— Что?!

— Да, не удивляйся. Мы старые знакомые, если можно так сказать. Так вот, — архимаг улыбнулся, — дракон исполнил свою клятву. Вернее, исполняет. Последний из рода Калил жив!

— Как? Я не понимаю! — Айлейл вскочил с кресла и сжал кулаки. — Он же умер, а тело забрал Найскату!

— Да, верно. Но есть кое-что еще.

— Что же?

— Их было двое.

— Кого?

— Мальчиков. Два брата — Иниан и Наан Калил. Два человека, обреченных пророчеством на великое будущее, — сказал архимаг и с удовольствием отметил, сколько чувств отразилось на лице короля.

— Даже так…

— Ага. Кроме того, оказалось, что Ашвины наложили на Наана заклятие, блокирующее его силу. Ты спросишь почему? Я скажу. Его сила столь огромна, что он, не понимая ее, шутя уничтожил бы полмира. И это не мои слова — сам дракон произнес их. И теперь этот мальчик идет к своему первому учителю.

— Р'Хаад'Йер будет его обучать?!

— Да. Мало того, если ты помнишь, в пророчестве упоминались Воины Света. Так вот, это уже реальность. Через полгода, если не раньше, у нас будет чем защитить мир людей от тварей Тьмы. — Архимаг улыбнулся, посмотрев на совершенно обалдевшего короля.

— Я… Я склоняю перед вами голову, Карро… — Айлейл низко поклонился магу и перевел взгляд на Освальда. — А он…

— Он станет новым архимагом Запредельного. Кроме того, необходимо будет много изменить в структурах власти. И в Легионе, если, конечно, ты хочешь, чтобы королевство выжило в этой войне.

— Я все сделаю. Даю слово! — воскликнул король и яро сверкнул глазами.

Карро и Освальд довольно переглянулись: дело было сделано. Портал открылся вновь, гости попрощались с хозяином и исчезли из апартаментов короля.


Люди уходят в небытие, и память о них порастает сухим ковылем. И не только люди: города, события, даже страны. Лишь потом, спустя несколько лет, месяцев или, может быть, дней, возникает мысль: а ведь я когда-то знал, когда-то любил, когда-то верил, когда-то… Что с нами происходит? Я не знаю.

Такие мысли проносились в моей голове, пока я шел вслед за Равестом, уткнувшись носом в его широкую спину. Наша странная процессия уже второй день двигалась по направлению к южному берегу, стараясь держаться ближе к реке, и иногда, как например сейчас, тропы были столь узки, что приходилось идти гуськом. Единожды Отверженные решили сопроводить нас до Камня Веры, как я понял, именно оттуда шла тайная дорога к их племени. Тантос постоянно болтал с Симпфатом о разных магических материях, порой мне совершенно непонятных и неинтересных. Орланка шла молча, лишь изредка переговариваясь с подгорным мастером. Я обиженно молчал и делал вид, что углублен в свои мысли. Хотя так оно и было… Раху меня забери, если я знаю, что мне делать дальше! Все чаще я обдумывал слова моих случайных знакомых, размышлял о сновидениях и легендах древности. Сопоставив некоторые факты, я сделал вывод, что в королевстве действительно все сошло с привычных мест и катится в тартарары. Но кому это все надо и зачем? Вот вопрос. Если Айлейл боится потерять власть, то он, естественно, станет присоединять Свободные Земли и пытаться укрепить центральную власть. Но какая же сила противостоит ему? И почему народ, задавленный Легионом и жрецами Аката, не восстанет против власти? Или то, с чем предстоит бороться королю, еще хуже? Странно все это. Отверженные рассказали нам не много, но и это дало пищу воспаленным умам. Если не считать астральных чудовищ и слухов об Асурах, все не так уж страшно. Но вот слова, которые были высечены на могиле моего сородича, хвост Раху ему в глотку, мне совершенно не нравились. У племени, или клана, Отверженных есть запретные постулаты, нарушить которые — смертельный грех. И именно в тот час, когда один из их племени сольется с Желаемой, выйдет какая-то Тень и накроет мир. Надо полагать, что Тень и Асуры — близкие понятия. А остановит все это легко догадаться кто… Да, адепт Пятой стихии и его войско. Да будь они все неладны!

— Что грустишь? — Мои мысли прервал высокий голос Равеста.

— А чему радоваться-то? — буркнул я в ответ.

— Скоро привал. Пока Тантос готовит, надо будет сходить поохотиться. Пойдешь?

— А куда я денусь?

— Меч-то как?

— Нормально. — Я сунул руку за спину и с удовлетворением нащупал ножны, прятавшие острое лезвие.

— Вот и здорово. Сегодня вечером снова будем тренироваться.

С самого начала нашего пути Равест рьяно принялся за мое обучение. Посмотрев, как я владею мечом, он сказал что-то вроде: «еще одна неумеха на мою голову» и что меня даже камышовый кот зарежет… Кто такой этот кот, я спрашивать не стал, но первые уроки усвоил быстро. На удивление, мне давалось все очень легко, и Равест в конце концов остался доволен. Меч слушался меня и моей руки, наносил точные удары. Придирчивый взгляд подгорного мастера определил, что меч явно старый и странной работы — он таких еще не видывал. Я рассказал, что он был у одного беглого заключенного и каким-то образом попал в руки Кана. Похмыкав и помянув Раху, мой товарищ вернул мне меч, похвалив выбор.

Время перевалило за полдень. Укрывшись в тени, отбрасываемой десятками тысяч листьев эвкалиптов, мы растянулись на лужайке и, лениво переговариваясь, обсуждали дальнейший путь. Равест и Тантос спорили о чем-то своем, Отверженные просто лежали, глядя в небо. Слышно было абсолютно все: вот пролетела малая пичуга, вот задел дерево какой-то зверь… Спокойствие и единение с природой. Спокойствие перед бурей…

А буря была близко. Тогда никто не мог предположить, что скоро многое изменится, привычное станет чужим, а чужое — привычным. Мы наслаждались свободой и единением с миром. А сердце в груди сжималось неясной тревогой. Над Токанной сгущалась мгла, каждый чувствовал ее по-своему: многие уходили в леса, кто-то начинал убивать. Перед каждым вставал Путь, которому он должен был следовать в одиночку или со всеми вместе. А в моем сердце была пустота. Пустота всепожирающая и всепоглощающая, такая, что смерть казалась тенью жизни. Мои друзья что-то обсуждали, мы куда-то шли, но я ничего не слышал и ничего не чувствовал. Я был один и прекрасно понимал, что в этом и есть мое призвание. Одиночество — великая вещь. Спасти мир легко! Умереть — сложно… А зачем? Зачем сотни дней блуждания, зачем бесполезные попытки что-то изменить? Или полезные? Я не знаю. Но знаю, что без меня многое изменится. А значит, я могу сам изменить то, что я хочу. Я. Только я!

Опять в путь — все те же заросли, зеленые листья, камни под ногами, пыль в воздухе… И Равест идет впереди… Вот слышен смех Орланки. Интересно, где Даяна? Коснулись ли изменения в Риротеке и ее? А может… Нет, даже думать не хочу! Раховы мысли… Не могли они… Или могли?

— Наан!

— А, что?

— Посмотри на это! — Восторженный голос Тантоса оборвал течение моих мыслей.

Мы остановились у крутого обрыва, под которым простиралась Эшна. Воды реки были спокойны, и лишь редкие всплески нарушали ее мерное течение. Я перевел глаза дальше и увидел то, что так обрадовало моего друга. И было на что посмотреть! На той стороне реки шли десятки воинов в серебряных доспехах, украшенных драгоценными камнями, и до блеска отполированных шлемах!

— Кто это? — спросил я шепотом у Темного.

— А я почем знаю? Спроси у нашего мага, ему видней.

Наш Тантос что-то шептал сквозь сжатые губы, Отверженные вторили ему и не отрываясь смотрели на воинов. А те шли, гордые и великие в своей мужественной красе. Освещенные лучами полуденной Митры, их силуэты расплывались в горячем воздухе, скрывая тайну от излишне любопытных глаз…

— Это они! Пришли!

— Да кто это?

— Воины с далеких земель — с земель Индигоя! — Тантос упивался моментом, щедро даря улыбки всему миру.

— И что это значит?

— Это значит, что легенды правдивы. Мы не одиноки в битве со Злом!

Я впервые увидел Тантоса таким. В его взгляде была та пугающая сила, которая заставляет мир изменяться, а людей слушаться. Отверженные довольно переглядывались, что-то шепча друг другу. А воины шли, постепенно скрываясь в лесу, хранящем много разных тайн. А мы все стояли и смотрели им вслед, пока не скрылся последний отблеск магических доспехов.

— Я раньше не верил в сказки. Значит, пришло время!

— Пришло время чему, Тантос?

— Пришло время рода Калил, мой дорогой Ра-вест! Время перемен!

Я молча сглотнул ком в горле и робко подал голос:

— Я не совсем понял…

— Этот народ никогда не выходит из своих земель. Но и у них есть Путь, завещанный в пророчестве. И если уж они здесь, значит, все, что говорится в легенде, истинная правда.

— Но как они попали сюда?

— Порталы. Они владеют этой древней магией, причем владеют очень хорошо. Мы, друзья, стоим на пороге больших событий. — Тантос распростер руки к небу и промолвил: — И если нам суждено оказаться здесь и сейчас, то я молю лишь об одном: дай нам сил совершить предначертанное!

— Предначертанное?

— У каждого свой Путь. Я очень хочу, чтоб мой Путь пролегал как можно ближе к этим событиям! Мы должны отстоять свое счастье на этой планете!

— Истинно говоришь. Я присоединяюсь к твоим словам, — произнес Равест, посмотрев на мага. Отверженные тоже склонили головы в знаке согласия.

— Наш род также готовится к битве. Битве за жизнь. И наши воины также встанут в строй за тем, кто поведет оплот человечества в последнюю битву. Если бы только знать, что он действительно есть. Последний из рода Калил… — тихо произнесла Орланка и оперлась на плечо друга.

Я молчал. Слишком много чувств бушевало в моей душе, и я не знал, что делать. Сказать им сейчас — не поверят. Ладно, Раху с ними, пусть ждут дракона. Ему любой поверит!

Глава 6

— Именем короля Запредельного и властью магии, мне данной, приказываю: немедленно сложите оружие и сдайтесь на милость архимага! — прогремел уверенный голос темной фигуры, неожиданно появившейся посреди величественной залы, где проходило последнее собрание заговорщиков перед выдвижением требования Адаона. Гориус Прифимур, чью речь так бесцеремонно прервали, надменно фыркнул и заявил, плюнув под ноги вестнику:

— Насмешил! И кто же заставит нас это сделать? Может быть, ты? — При этих словах он поднял руки и пропел несколько слов. Вестник с лицом, закрытым маской, спокойно ждал, глядя на начавшиеся пляски смерти.

Задрожали стены, и с потолка посыпался песок, моментально снесенный невесть откуда взявшейся водой. Она лилась, казалось, отовсюду и приникала сотнями тысяч капель к стопам жреца. Одним усилием мысли Гориус направил армады водяных стрел в наглеца, осмелившегося попытаться нарушить его планы. Вестник вскинул руки, раздался взрыв, и в один миг вода разлетелась сотнями теперь уже безобидных брызг, без всякого вреда упавших дождем на пол залы.

Новое заклятие жрец сплести не успел — из-под покровов одежды гостя потянулись щупальца, созданные словно из самой Тьмы. Моментально дотягиваясь до всех людей, присутствовавших здесь, они погружали тех в кому, заставляя безвольно падать на пол и судорожно корчиться… Через несколько секунд Гориус с перекошенным от злобы лицом остался один. Его соратники уже не могли помочь вождю, и он приготовился продать свою жизнь втридорога.

— Не надо, жрец. Твоей смерти архимаг не желает. Просто пойдем со мной, а? — спокойно произнесла фигура.

— Ну уж нет! — раздался крик Прифимура, и с его запекшихся губ слетело слово, которого еще не слышали древние стены академии.

Откуда и как узнал его жрец, было неясно, но в тот момент не об этом думал вестник, пытавшийся всеми силами сдержать открытие жуткого портала. Раздались хлопки смещения астрала, и в зале возникли архимаг Карро и следом за ним несколько магистров, оставшихся верными старой власти. Моментально оценив сложность ситуации и увидев, как Освальд — тот самый вестник в темном плаще — едва удерживает в руках огромный магический щит, перекрывающий черный зев портала, откуда уже источали аромат смерти ужасные твари Мрака, готовые выйти в наш мир, архимаг прошептал слова, активирующие вызов Пятого Пентагона. Немедленно в зале возникли существа в ярко-красных одеяниях и с подернутыми сизой дымкой мечами. Окружив Освальда, маги и пентаги сосредоточили свои силы.

— Бей!!! — взревел Карро и направил белый посох в центр портала. В ту же секунду Освальд снял щит, прекрасно поняв замысел архимага. Молнии, сошедшие с посоха Карро, и сотни серых плетений, ударивших с мечей пентагов, содрогнули академию до самого основания и накрыли ослепительной вспышкой портал.

За какие-то доли секунды все было кончено. Зала теперь больше напоминала склеп, где в центре зиял пролом, ведущий прямо в Нижние Миры. Останки людей съежились и усохли, кровь превратилась в вязкую субстанцию черного цвета. Поискав глазами Гориуса, архимаг обнаружил его у левой стены, обгоревшего и всеми силами хватающегося за нити жизни.

— И у великих не всегда все получается, да, жрец? — тоскливо произнес Карро, оглядывая залу.

— А ты еще и издеваешься, Рахов ублюдок? — прохрипел Гориус, кашляя и сплевывая черную пену.

— Да нет. Просто жаль — погибло столько сильных магов. И кто теперь будет преподавать алхимию?

— Сволочь!

— Возможно. Но ты сам знаешь: тем, кто у власти, всегда приходится выбирать лишь наименьшее зло, — скривился архимаг.

— Кто он? — Жрец указал скрюченным пальцем на темную фигуру, стоящую за архимагом.

— А ты еще не понял? — Карро улыбнулся и обратился к магистрам, все еще находившимся в зале: — Позвольте мне кое-что прояснить. Я знаю, что многие недовольны моими действиями и событиями последних дней. Многие считают, что я устарел. — Карро сделал паузу. Никто не перебил его, все лишь смотрели и ждали. — И это верно.

— Простите, архимаг, мои пентаги никогда не предали бы вас, и Пентагон Следящих был и будет в вашем подчинении.

— И мои…

— Спасибо, друзья. Но мое время уходит. Вы, наверное, уже поняли, что это мой преемник, — Карро указал на темную фигуру, — и в ближайшие дни он станет у штурвала нашей академии.

— Кто он? — одновременно произнесло множество голосов, повторив вопрос жреца.

— Освальд Прем.

— Как? Нет, ах ты… — Гориус натужно что-то прохрипел и испустил дух.

Освальд снял маску, скинул капюшон и вышел в круг весьма удивленных магов. Оглядев пораженные лица присутствующих, он произнес приветственную речь, которая за несколько часов разнеслась по всему королевству. Карро смотрел на преемника и был доволен: теперь можно не беспокоиться — академия остается в надежных руках. Пора было заняться тем, что предопределено Р'Хаад'Иером.


Бывший вождь племени орков по имени Сор-Рох стоял перед огромным выступом черной скалы, образующей естественный грот, скрытый от глаз стороннего наблюдателя. Из поколения в поколение передавали тайну этой системы, которая служила односторонним порталом в далекую Токанну. Лишь вожди имели право знать о нем, но воспользоваться им на памяти последних поколений не доводилось еще никому. Пройдя несколько десятков километров, Сор-Рох наконец достиг цели. Сняв шлем и смахнув набежавший на глаза пот, он прошептал спекшимися от жажды губами заклинание открытия. Нехотя, выплеснув облако пыли и гравия и натужно скрипя, раздвинулись стены древней горы.

Зайдя в открывшийся проход, вождь увидел белокаменный круг, тускло освещенный сиянием кристаллов, которыми изобиловали каменные стены. Что делать дальше, он не знал — портал был явно мертв и не подавал никаких признаков возможного действия.

«Пробуди Его!»

Сор-Рох громко выругался и схватился за меч. Через секунду поняв, что именно меч и сказал эти слова, он вздохнул и вопросил в пустоту:

— И как мне это сделать?

«Ну и бездарь мне попался. Стандартное заклятие пробуждения, конечно!»

Вождь сплюнул и выругал себя за глупость. Прошептав заклинание, он увидел, как от кристаллов потянулись лучи бледного света и влились в камень портала, становясь с ним единым целым. Воздух заискрился, и сильное магическое поле возвестило, что портал готов к работе. Вздохнув, Сор-Рох сделал шаг к белокаменному кругу…

Сильный порыв ветра швырнул вождя на землю, больно ударив об острые камни, и следы от падения остались на теле, несмотря на доспехи Сор-Роха. На небе сгущались темные тучи, пахло грозой. Вокруг виднелись лишь заросли высоких деревьев, острые камни да странные стекловидные натеки на земле. Встряхнув головой, вождь вытащил меч и осторожно принюхался. Сквозь первозданные чащобы трудно было понять, куда двигаться дальше. Спустя несколько минут Сор-Pox осторожно направился в западном направлении, раздвигая мечом стебли лиан и молодые деревца.


— Первозданность стихии не всегда поддается детальному описанию. Любой маг может лишь предполагать, какие элементали свободной системы могут подчиниться его зову, а какие нет. Конечно, мы всегда действуем по наитию, благо наше самосознание давно способно контролировать Силу. Но бывают ситуации, когда нам приходится напрямую управлять этими процессами.

— А как лер этому способствует?

— Здесь, Наан, прямая зависимость. Твой лер, или, иначе говоря, уровень развития Силы, определяет, насколько мощное заклятие ты сможешь исполнить так, чтобы удержать его и направить в нужное русло энергию отката.

— А что такое откат?

— Освобожденная энергия тех элементалий, которые подчинились твоему зову, состоит из двух частей: первая, и самая стремительная, входит в плетение заклятия, а вторая проходит через твой организм и уходит в стихию. Получается такой естественный громоотвод. Но, — Тантос многозначительно посмотрел на меня, — если не суметь отвести эту энергию в землю или же другую стихию, наиболее подвластную в данный момент, она просто взорвется в тебе изнутри.

— Ого! А это смертельно?

— Если у тебя не хватит силы удержать ее мощь, то ты сгоришь. Вот это и есть откат! — хохотнул Тантос.

Любой человек иногда хочет побыть учителем. В моем лице Равест и Тантос получили не только внимательного слушателя, но и прилежного ученика. Все свободное время уходило у нас на занятия. Несмотря на то что мой лер действительно был всего лишь третьим и развить мои способности дальше мешал непонятный блок, я стал делать определенные успехи. Не могу сказать, что мне лучше давалось — меч или магия, но друзья были рады моему рвению. Равест очень хотел, чтобы в нашем отряде появился еще один воин, хорошо владеющий мечом, поэтому частенько будил меня глубокой ночью и отводил заниматься подальше от места стоянки, чтобы не разбудить Тантоса. Тот, в свою очередь, втайне от подгорного мастера постоянно записывал мне новые заклятия, объясняя, как плести их структуры.

За неделю путешествия по лесам Свободных Земель Токанны, вернее, уже Запредельного Королевства, будь оно неладно, я многое начал понимать в обеих науках, мог уже самостоятельно парировать удар противника, будь то меч или магия. Что меня смущало, так это необходимость постоянно делать выбор — применить оружие или сплести заклятие. Нерешимость в этом выборе могла в реальном бою привести к плачевным результатам. И еще мне не давала покоя Пятая стихия. Ничего конкретного от Тантоса я не узнал, так что мне оставалось тешиться своими догадками.

— А то плетение, что ты мне вчера показал, как оно называется?

— Удар Кали. Что, забыл? — Маг внимательно посмотрел мне в глаза и прищурился, ожидая моего ответа.

— Нет, просто одна мысль возникла…

— Ну и какая?

— Из легенды наш мир спасет последний из рода Калил, верно?

— Да.

— А ты не находишь, что Кали и Калил — очень близкие слова?

— Хм. Возможно, над этим стоит подумать. — Тантос помолчал. — Я знаю, что Кали была одной из богинь Древних. По многим существующим источникам можно судить о том, что она являлась воплощением Тьмы. Но в некоторых манускриптах ее называют убийцей демонов. Так что это, скорее всего, просто сходство.

— Ясно.

— Ну а заклятие ты все же пробовал?

— Угу. — Я согласно кивнул и улыбнулся про себя.

Когда я уже засыпал, мне пришла в голову мысль, что это плетение можно объединить с плетением огненного шара. Удар Кали действовал по принципу мгновенного поражения мышц в области попадания, после такого удара вся мышечная структура просто растекалась. А неодушевленный предмет, будь то камень или дерево, расплавлялся. Это плетение было незаменимым при битве с воинами в доспехах. Удар Кали пробивал любую броню, открывая оружию доступ к телу. Мой эксперимент ночью удался — я смог соединить плетения, направил откат в воздух и испробовал новое заклятие. Эффект просто ошеломил меня, и мне очень хотелось удивить моего друга и учителя.

Привстав, Тантос указал мне на большой камень, выступающий из земли метрах в пятидесяти от нашей стоянки. Завидев наши приготовления, Орланка, проявлявшая нескрываемый интерес к моим урокам, подошла ближе. Я направил руки на камень и воспроизвел в голове вчерашнее плетение. Зеленые нити быстро схватились и, уцепившись за линии Силы, накачали воздух между моими руками адской энергией. Едва удерживая невидимый шар, я направил одну из нитей в пространство для отвода отката, как учил меня мой друг. Посмотрев на спутников, я выпустил шар к камню…

Раздался гул, словно сотни пчел вылетели из улья, и красный шар, переливавшийся тьмой, разорвав воздух, понесся к цели! Сосредоточив усилия на удержании направления, я не заметил, как испуганно вскрикнула Орланка и что-то прокричал маг. Шар достиг цели, и дальше произошло нечто немыслимое: на мгновение наступила полная тишина, а затем раздался глухой удар, швырнувший всех нас оземь. Я успел увидеть, как на месте камня возникло темное облако, стремительно увеличивающееся в размерах, и благополучно отключился.

Очнувшись в палатке, я увидел встревоженное лицо Равеста, который немедленно заорал на всю округу о моем пробуждении.

— Да тихо ты! — Я поморщился и потрогал нещадно нывшую голову. — Что случилось-то?

— А наш герой, значит, ничего и не помнит? — саркастически произнес Равест. — Сижу я, понимаешь, с Симпфатом, глотаю добрый эль, а тут как шарахнет! Поднимаюсь — кругом дым и всполохи! Хватаю меч, Симпфат тоже, бегу в вашу сторону, и что же я вижу?

— Ну и что?

— Вы лежите на краю расселины метров десяти глубиной, оттуда огонь полыхает, и жарко, как у Раху в заднице!

— Ага, проснулся наш фокусник! — В палатку ввалился Тантос и злобно уставился на меня.

— Да что вы всполошились-то?

— Да ты нас чуть не угробил! Я тебя просил самостоятельно что-то выдумывать? Скажи спасибо, что откат смог отвести! — Тантос сверкал белками глаз, все больше распаляясь.

— Да я не думал, что так получится! Должно было получиться просто красивое зрелище.

— Ага, конечно! Очень красивое зрелище! — схватился за голову маг. — Там сейчас трещина в земле на добрых полкилометра! Все оплавлено и разрушено метров на двадцать по обе стороны! Ты хоть что сделал-то?

Я все ему рассказал о своих экспериментах, а маг только покачал головой. Взяв с меня слово больше не экспериментировать без должного контроля, он вышел из палатки. Равест вздохнул и отправился вслед. Я грустно сидел и переживал случившееся. Только сейчас до меня начинало доходить, что я фактически рисковал жизнью моих единственных друзей, на что просто не имел права.

Тихо выйдя на воздух, я разинул рот — зрелище было жуткое… Постояв немного и пронаблюдав, как мои спутники спешно собирают вещи, готовясь тронуться в путь, я отошел в сторонку и присел на густую траву. Через несколько минут чья-то нежная ладонь легла мне на плечо. Вздрогнув, я отпрянул и с облегчением увидел Орланку.

— Ты чего шарахаешься?

— Да я…

— Ладно. Ты не обижайся на товарищей, они уже покусанные жизнью и не понимают простых вещей, — мягко произнесла девушка, задумчиво смотря мне в глаза.

— Ты извини, что так получилось…

— Лучше расскажи мне побольше о себе. А то мы идем вместе уже почти неделю, но я совсем ничего о тебе не знаю.

— Да мне толком и нечего поведать. — Я задумался на секунду и спросил: — А ты слышала о Вороне Эш?

— О ком?! — Девушка привстала и огляделась вокруг. — Почему ты вдруг о нем заговорил?

— Да я просто спросил.

— Ну уж нет! — прошипела она. — О таких людях просто не спрашивают!

— Да ладно тебе! Он моего отца друг. Я его в детстве видел, да… Да пару лет назад встречал, — покривил душой я, не желая говорить всю правду.

— Что-то с тобой не так. Может, ты бастард?

— Кто-кто?

— Ну бастард! Сын какого-нибудь знатного воина или мага, рожденный вне варны или вообще от рабыни!

— В смысле?

— О, Раху мне в глотку за мое любопытство! — Орланка обиженно замолчала.

— Ты извини, но я еще очень мало понимаю в тех условностях, которыми наполнен ваш мир!

— Забудь… Ладно, не хочешь о себе говорить, пойду к Симпфату. Надо паковать вещи — после твоего «упражнения» здесь на пару десятков километров магический фон останется. Засекут, сволочи.

— Кто?

— Пентаги, кто еще. Из Пентагона Следящих. Спроси у Тантоса или Равеста — они лучше расскажут.

Орланка медленно пошла в сторону лагеря. Я посидел еще чуток, обдумывая события последних часов, и направился следом. Через час все наши вещи были собраны, следы пребывания максимально скрыты, и мы вновь тронулись в дорогу. Как сказал Симпфат, скоро должны были показаться отроги гор Вайманека, их южные гряды. Примерно через три дня наш отряд прибудет к Камню Веры, находящемуся как раз между океаном и этими горами, затем наши пути разойдутся, и мы, опять втроем, отправимся к острову Боли, до которого останется еще не меньше двух недель напряженной дороги.

Вечерело. Митра, грустно сверкнув последним лучом, ушла за горизонт, и в чаще сгустился мрак. Держась друг к другу поближе, мы продвигались вглубь. Постепенно деревья стали редеть, а вдалеке проглянули огоньки какого-то поселения. Мы несказанно этому обрадовались, так как с того момента, как вышли из Риротека, еще не встретили ни одной деревушки. Наконец-то можно было поспать в нормальной постели и выпить кружку отменного пива в местном трактире! Ускорив шаг, мы двинулись напрямую к уже вырисовывающимся очертаниям домов.

— Стойте! — резко остановился шедший первым Равест, и мы едва не налетели друг на друга, выясняя, что случилось.

— У кого карта?

— Вот, возьми.

— Спасибо, Симпфат. — Темный развернул карту и на секунду углубился в нее.

— Ну что?

— Смотри, Тантос. Вот видишь, вчера мы были здесь. Сегодня к вечеру мы должны быть в этом месте, так?

— Ну так… Я не понимаю, к чему ты клонишь?

— Здесь нет поселения. Вообще.

— Но не все же поселения есть на карте? — Орланка озадаченно посмотрела на Равеста.

— На военной карте Легиона? Думаю, что все. А этого нет. Вам не кажется это странным?

Мне вообще все это не нравилось — кромешная тьма, вой диких зверей в лесу, а тут еще незадача эта с картой… Становилось малость не по себе.

— И еще, — замер он, — прислушайтесь: в деревне глухо, как в могиле, даже собаки не лают.

— Симпфат, может, ты? — Обняв друга, девушка заглянула в его глаза, которые не замедлили блеснуть недобрым огнем.

— О, будь я вассалом всех стихий… Ладно.

Как я уже не раз успел убедиться, Отверженный был первоклассным магом-анималистом. Вот и теперь, пока мы пытались поуютнее расположиться под большим деревом с абсолютно белой корой, он незаметно превратился в большую собаку, недовольно тявкнул и прыжками помчался в деревню. Его одежда осталась на руках Орланки, сумки взял под охрану Тантос. Тихо переговариваясь, мы стали ждать новостей.

Глава 7

Тупо уставившись в потолок, Реликсан сжимал в руках древний фолиант, покрытый странной вязью. К концу подходил десятый день, данный ему Нергалом для принятия ответственного решения. Собственно, мастер уже давно все обдумал, но спешить ему было абсолютно некуда.

Нехотя обернувшись, он подозвал Крумху, который что-то жевал, развалившись в старом гамаке:

— Принеси мне записи со стола, те, что я вчера набрасывал.

— Опять пророчество изучаете? — прокаркал гоблин, злобно потрясая большой головой.

— Тебе-то что?

— Все равно все эти ваши сказки — дурь! Будь моя воля, давно бы сжег все, и то полезней.

— Давай не болтай! Мне сегодня с твоим господином говорить.

Крумху принес все, что попросил Реликсан, и поспешил скрыться, дабы от него больше ничего не потребовали. Мастер открыл пророчество, которое теперь полностью было собрано и представляло самый важный документ в свете грядущих событий. Вздохнув, старый маг принялся за чтение, пытаясь осознать скрытый смысл.

Варкана Калил похоронили в гробнице из обсидиана, вырезанной прямо в скале близ города Трил. Спустя несколько лет это место отыскал один из приближенных архимага и с удивлением обнаружил на гробнице магическое послание. Это было пророчество. Кто его написал, было неясно, но его содержание быстро оказалось под запретом. Король и его приближенные давно разошлись во взглядах с Академией А и архимагом, Храм Аката потерял свою истинную роль. Запредельное Королевство погрязло в пороках, Легион бесчинствовал, и многие жители, зная лишь части пророчества, лелеяли надежду на светлое будущее.

Реликсан и архимаг Карро знали больше половины пророчества, но не полностью осознавали его смысл. Теперь, когда в руках мастера оказался весь текст, он посмотрел на грядущие события в совершенно другом свете.

«Внемлите! Существа третьей планеты от звезды Гальмараша, кто бы ни нашел это — задумайтесь! Мы оставляем вам эти строки в память о гибели прошлой цивилизации. Мы надеемся, что у вас хватит сил остановить Хаос и вернуть Жизнь на Притхиви. Здесь, под этим камнем, лежит человек, чей потомок в последнем поколении обретет Истинную Силу. Только он будет способен остановить надвигающуюся угрозу. Не совершайте наших ошибок!

Когда на планете будет в опасности последний оплот человечества, когда иссякнут силы Охранителя, Хаос заявит о себе. Именно тогда следует искать Последнего из рода Калил. Рожденный под звездой Ашвинов, он будет не признан и даже отвергнут. Но Ашвинов двое… И они знают свое дело. У Света есть две стороны: темная и та, которая еще темней. Бойтесь не тьмы.

Учитель возьмет ученика. Но кто кого будет учить? Сойдутся вместе все четыре стихии: придут светлые и темные эльфы, их под руки возьмут орки и люди… Появятся Безликие, и поведет их Единый, и назовут их Воинами Света.

Тринадцать.

И будет Единый властителем Пятой стихии.

Меч. Дракон. Амулет. Жрица. Основатель. Кольцо.

Все начнется, когда Отвергнутый сольется с Желаемой, и они породят Тень, которая накроет собой весь мыслящий мир, заставляя сердца сжаться в предсмертном ужасе. Кто-то встанет на колени и будет молить о пощаде, кто-то возьмет меч и стрелы… Но только одно войско сможет разогнать Тьму и уничтожить Тень: то, где во главе встанет адепт Пятой стихии. Так сказал Драшарма, уходя, и так оно и будет.

Недолго осталось до конца привычного нам мира — сорвут Великие Маги оковы с Храма Меру, и силы Хаоса выйдут на свободу. Проснутся неведомые существа, выйдут на поле брани воины в черных доспехах, ослепительно засверкают молнии забытых и запретных заклятий. Существа, появившиеся во времена Последней Войны, встанут под одно знамя — знамя Последнего из рода Калил. И тогда падут предрассудки, сгинут в бездну различия между бедными и богатыми, знатными и простыми, людьми и нелюдями.

Но есть еще одно — обман и ложь порождают порой более страшные вещи. Тьма сопутствует любым проявлениям Хаоса и служит только ему. Много сил будет ввязано в эту войну, много страшных вещей произойдет на Притхиви.

Так ищите же свою последнюю надежду и не дайте Хаосу поглотить Ее».

Реликсан отложил записи в сторону и раскрыл фолиант, который лежал у него на коленях. Ему осталось дочитать несколько глав этой книги, чтобы окончательно понять последствия своего выбора. День предстоял нелегкий…

Видя, что мастер продолжил чтение, Крумху удовлетворенно хмыкнул и снова скрылся за дверцей. Ему уже успел поднадоесть этот человечишка, который был здесь по желанию Нергала. Но господин есть господин, правда? А в горшке опять варилось столь вкусное мясо…


Сор-Рох проникал все глубже в дебри лесов Токанны. Нюх, никогда не подводивший вождя, подсказывал направление и предупреждал о возможных нежелательных встречах, которых вождь старался избегать. Тут и там продолжали попадаться оплавленные камни, куски искореженных конструкций каких-то древних приспособлений. «Видно, сюда еще не добрались подгорные мастера!» — подумал он про себя. Только они могли в своих огромных плавильных печах отливать из этого хлама оружие и другие необходимые предметы. Взгляд Сор-Роха привлек очередной кусок металла, на удивление еще не полностью покрытый ржавчиной. Огромный, трубчатой формы, он напоминал бутон какого-то дикого цветка, распустившийся и застывший в этом мгновении. Теперь до Сор-Роха наконец-то дошло, куда он попал. Портал, по всей видимости, выходил неподалеку от горной гряды Гокара, где располагалась Зона. Об этом месте знали все орки от мала до велика: сказание о Последней Войне и местах, где происходили финальные битвы, рассказывали все мамы своим детям… Наконец, именно эта война и породила его род…

«Вот уж не подумал бы, что окажусь здесь… Знала бы Эрма! — Сор-Рох с грустью вспомнил свою красавицу, ублажавшую сейчас нового вождя… — Эх, пропади все пропадом! Да вот только с Пути не свернешь…»

Вечерело. Вождь поискал в памяти карту этих мест и с удовлетворением отметил, что до ближайшего города осталось немного. Судя по всему, через несколько часов должен закончиться Мертвый Лес, а там и до конца Зоны недалеко. Сильного энергетического излучения Сор-Рох не боялся — его организм был приспособлен ко многому, и он спокойно выдерживал то, отчего человек или другое существо умерли бы в течение получаса.

ТусТан был пограничным городом Запредельного Королевства и его вассального графства Наротер. Появляться в своем обличье орк не собирался: их расу тут не любили, да и видели очень-очень редко. Слава стихиям, что вождь обладал даром магии, причем отличным от простой Силы людей. Наложив на себя чары Образа, он мог спокойно ходить по всему человеческому королевству, опасаясь разве что архимага да темных эльфов. Но встретить первого было проблематично, а вторых в Токанне боялись и поэтому не любили; соответственно те скрывались и тоже открыто не разгуливали.


Мы ждали. Прошло более получаса, а Симпфат все еще не возвращался. Орланка нервно покусывала стебель какой-то травинки, держа руку на колчане со стрелами. Равест и Тантос просто сидели молча, и их лица были весьма угрюмы. На небе зажглись мириады звезд, игриво подмигивая своими желтыми глазами, словно хотели позвать к себе… Интересно, что там, наверху? И есть ли кто там?

— Ребята, может быть, пойдем за ним, а? — умоляюще произнесла девушка.

— Рано. Жди.

— Как скажешь. Но все равно неспокойно. — Орланка затихла и уставилась в землю.

Тишина. Даже ночные голоса лесных обитателей затихли. Далекий свет деревушки по-прежнему сулил надежду на лучшее. Вскоре послышался лай мага, и на поляну ввалился крупный пес, незамедлительно обернувшийся Симпфатом. Накинув одежду, он присел на корточки и уставился на наши нетерпеливые лица.

— Ну что смотрите? Беда, ребята… Большая беда!

— Что случилось?

— Там Легион?

— Другие собаки?

Я невольно прыснул от такого заявления Тантоса и вставил свой вопрос:

— И все-таки мы можем там остановиться? Что с жителями?

— Эх, мальчик… — Маг посмотрел на меня и вздохнул. — Деревня мертва. Посреди площади гора трупов, и у всех вырезаны сердца. Точнее, вырваны. Женщины насажены на колья, выставлены как ограда. А дети… Ублюдки… — Симпфат сглотнул и сплюнул наземь. — Дети распяты на крестах. Кожа содрана. Ногти выдернуты, лица страшно изуродованы. Но и это не главное. На площади вырезан сток для крови в виде пентаграммы, которая замыкала этот круг и уходила в землю. Тантос, скажи мне, что это не то, что я думаю…

— Ритуал Черной Крови. Это не может быть ничем другим. — Мой друг обхватил руками голову и затих. Воцарилось всеобщее молчание. Я понял, что случилось нечто страшное, но не понял, что нам грозит.

— И что нам делать?

— Я предлагаю похоронить их. Ритуал проведен недавно, буквально несколько часов назад. Пусть стихии заберут их души… — Тантос мрачно поднялся с места и скрестил руки на груди. — Я и не думал, что мой Путь к последнему испытанию станет таким… Таким ярким и таким темным… Извините меня, что я и вас вовлек в это. Ваше право не идти со мной. Это моя карма, вам ее не надо разделять…

— Ладно тебе, мы все повязаны. — Равест стал неожиданно серьезным, даже его голос как-то понизился. — Вы мне жизнь спасли. Долг платежом красен. Да и компания у нас отличная.

— Ты извини, конечно, но подгорный мастер прав. Мы хоть и не из ваших, но и мы понимаем долг дружбы. Так что, Тантос, ты от нас не отвяжешься. До Камня Веры, по крайней мере!

— У каждого свои пути. Но их пересечения дарованы нам свыше и ведут к истине, — выговорил я, мало осознавая, откуда пришли ко мне эти слова.

— Ого! Не думал, что ты это знаешь! — воскликнул Равест.

— Ну раз даже Наан говорит словами из Писания, то, стало быть, наш путь точно продолжится вместе. Собираемся, и в дорогу! До рассвета надо упокоить мертвецов в стихиях. Иначе быть беде — такие арканы, как этот ритуал, хорошее подспорье для некромантов. Только их нежити нам еще не хватало в Свободных Землях.

— Уже не свободных…

— Да, Орланка, прости, я все забываю… Ну идем?

Под звездами черного неба Притхиви мы отправились по направлению к тусклым огням погибшей деревни. В душе у каждого скребли кошки, все понимали, что предстоит тяжелая ночь. Я, который никогда не видел ничего подобного, сдерживал ужас, но одновременно ощущал какую-то странную силу, поднимавшую меня над страхом и несшую на крыльях ветра под своды звездного неба. Странное ощущение наполняло меня, заставляя распрямлять спину и вдыхать воздух, наполненный ароматами леса, полной грудью.

Скоро лес поредел, и мы вышли на опушку, откуда было рукой подать до ближайших домов. С первого взгляда все было в порядке, только в воздухе носилось странное напряжение.

Следующие часы вплоть до рассвета надолго врезались мне в память. Такого ужаса я еще не видел — одни изувеченные, мертвые тела. Грудные младенцы. Старики. Женщины — совсем молодые и уже в возрасте. Когда-то счастливое и совершенно свободное поселение было уничтожено чьей-то безжалостной рукой… После трех часов непрерывной работы мы уселись вокруг костерка, наспех сооруженного Равестом.

— Дела… — протянул Тантос.

— Да уж.

— Много еще?

— До рассвета управимся.

— Кто же это мог сделать и зачем?

— У меня есть кое-какие предположения, но они мало оправданы.

— И какие? — Симпфат пошарил веткой костер, отчего вверх взметнулись сотни искр, устремляясь в открытое небо.

— Такой ритуал нужен для получения мощнейшего призывающего заклятия. Провести его может либо некромант высокого уровня, либо… Либо очень сильный маг, не менее двадцатого лера. Учитывая, что происходит в королевстве, возможно все… Вот только кого они пытались призвать?

— Ты думаешь, это одиночный случай?

— Я думаю, мой друг, что это лишь начало…

— Тогда надо срочно предупредить Тоскнарров! — Я вскочил и осекся, увидев, что мои спутники странно смотрят на меня.

— Так, а с этого места поподробней, мой юный ученик! — набычился маг.

— Э-э-э… — Я совершенно забыл, что мои друзья очень мало знают о том, что хранится в моей памяти. О своей связи с лидером Тоскнарров Вороном Эш я вообще ни разу не упоминал. Он же говорил мне, что никто не поверит!

— Ну?!

— Ну я подумал, что если в этих землях проводят подобные ритуалы, то Тоскнарры могут пресечь это.

— Эти партизаны? Да они прячутся в лесах, только чтоб Легион их не нашел! Трусы! — гневно вскричал Равест, невольно выдвинув свой меч.

— А ты знаешь, в чем-то мальчик прав. Они могут знать больше, чем мы в данное время. Я уже давно понял, что мой поход к Р'Хаад'Йеру обернется чем-то неизмеримо большим, нежели простое окончание испытания стихий, — задумчиво сказал Тантос.

— Все это, конечно, мило. Но давайте решим: мы спокойно продолжаем свой путь или вмешиваемся в эти странные и непонятные дела? — произнесла Орланка.

— Я считаю, что уйти в сторону мы не можем. Ведь это наша страна, а значит, и общая судьба для всех. Надо свершать благие дела во имя Истины. Но принуждать я никого не хочу. Предлагаю следующее. — Тантос обвел всех пристальным взглядом. — До рассвета соорудим курган и предадим тела огню, а после… После двинемся к Тоскнаррам.

— Что ж. Пусть будет так.

Через полчаса мы снова принялись за страшную работу. Особенно неприятно было снимать девушек с кольев: то одного, то другого рвало при виде растерзанных тел и вываливающихся внутренностей. Кровь омывала все, чего мы касались руками. К рассвету мы собрали все тела в большой курган, и наши маги отпели Стихийную Огня по всем погибшим, упокаивая навек их души.

Найдя неподалеку тихую речку, мы поспешили отмыться и немного пришли в себя. Никто ничего не говорил — слишком много было негативных эмоций. Я ощутил незримые перемены в своем мировоззрении — смерти я уже не боялся, как прежде. Собрав вещи и окинув взглядом некогда жилую деревню, в центре которой возвышался сооруженный нами погост, увенчанный десятками погребальных холмов, мы двинулись в путь. Никто из нас не знал, как именно нам найти неуловимое племя Тоскнарров, все надеялись лишь на удачу. Сверившись с картой, мы решили отклониться от прежнего пути и направились чуть восточнее — там были самые непроходимые чащи, переходящие в горные склоны Вайманека.


Черное дыхание древнего создания опалило красоту закатного неба над Притхиви. Мастер Реликсан поморщился и развернулся к гостю, который ждал его, оскалившись обеими головами.

— Ну здравствуй, мастер, — нарочито вежливо приветствовал мага Нергал, — вот мы и снова встретились!

— И тебе привет, создание.

— Готов ли ты дать ответ?

— А как иначе? Жить-то хочется.

— Ну?!

— Ну, ну… Согласен я. Что поделать? Но и у меня есть условие.

— Ого, — Нергал напыщенно захохотал, — уже так дело пошло? Ну давай выкладывай!

— Будет тебе и Меру, и Асуры… Только есть одна просьба: я понимаю, что судьба людей тебе безразлична, но все же будь справедлив, не суди невиновных. — Мастер отдышался и заявил, глядя в упор на Нергала: — Мне нужна связь с архимагом Карро. Желательно постоянная. И еще мне понадобятся силы, чтобы кое-что изменить в равновесии мироздания на Притхиви.

— Ты хотел сказать «с бывшим архимагом». Что ж, будет выполнено твое пожелание. Но с этого момента ты принадлежишь мне и душой и телом, все твои новые знания будут переданы в твое распоряжение, когда пожелаешь. Через полгода я хочу прорыва. Ты понимаешь это?

— Да, Нергал, понимаю!

— Отлично! Значит, я в тебе не ошибся. И вы, люди, иногда на что-то способны!

Пространство сместилось, и Реликсан снова оказался в своей комнате перед грудой старинных фолиантов и сидевшим в углу вечно недовольным Крумху.

— О нет! Жив еще. Неужто мне тебя теперь вечно терпеть! — раздался противный голос старого гоблина.

— Ну вечно не вечно, а вот до весны, наверное, придется. Принеси-ка мне Ил'Аттир.

— Принеси то, принеси се… Как прикажете, хозяин! — подчеркнуто издевательски произнес Крумху и отправился в кладовую за алмазным шаром Виденья.

Реликсан хотел как можно скорее связаться с Карро, обсудить все, что произошло. Но что происходит в Токанне, мастер и предположить не мог.

Глава 8

— Долго же вас не было! — укоризненно прошептала красивая девушка, обняв старого человека, облаченного в мантию архимага.

— Здравствуй, Мелайя! И я рад тебя видеть. Извини, только дела уладил. Как отец?

— Подлечился. Через пару дней в саул уедет.

— А ты?

— А вы? — ответно спросила красавица, всем своим видом выказывая недовольство.

— Ага. Значит, не забыла и от идеи не отказалась? — По щекам старца забегали хитрые морщинки, и он невольно улыбнулся.

— За отца я спокойна. Сантор полностью меня поддерживает и тоже будет на моей стороне. Не вижу причин, почему я должна отказаться от мести!

— Ну уж мести не мести… А вот на Путь мы с тобой, наверное, встанем. Значит, Сантор тоже с нами? Это хорошо, — хмыкнул Карро, получив утвердительный кивок от южанки.

— Так какие наши планы?

— Проводим твоего отца, я доделаю кое-что в академии, и через недельку уйдем из ВайТана.

— А как же ваш пост? Вы уже нашли преемника?

— Архимагом станет Освальд Прем. Он полностью мой человек и сможет удержать власть до лучших времен.

— Ясно. Я мало разбираюсь в этих тонкостях, но хочу знать точно одно: отец и мой саул будут в безопасности? Я хочу сказать, что этот… Найскату и его империя не тронут халифат?

— В ближайшее время, думаю, нет. Они выжидают чего-то, — Карро нахмурился и сжал посох, — и это не поднятие из мертвых бедного Ини. Что-то происходит, но я пока не могу понять что: слишком мало информации.

— А что мне сказать Сантору?

— Я сам встречусь с ним. Так будет лучше. А ты будь готова отправиться в путь к концу недели.

Карро вышел, на ходу обдумывая дальнейшие действия. За последние дни ему удалось отыскать несколько человек, которые остались верны Гориусу. Все они нашли свое место на гладких кольях. Айлейл наконец-то одумался, и теперь решать проблемы стало гораздо проще. К сожалению, Легион отказался подчиниться требованиям Карро и продолжал бесчинствовать на юго-западе Токанны. Все кшатрии, находившиеся в запасе, вновь были введены в службу, и из этих вояк, много повидавших в своей жизни, Айлейл стал формировать новое войско, подчинявшееся только королю и архимагу. Командующий Легионом бежал из столицы с несколькими отрядами боевых магов, захватив запасы оружия, собранные еще подгорными жителями. Им обычно вооружали самых достойных воинов королевской армии. Предположительно, командующий направился к основным силам Легиона. Единственное, на что надеялся архимаг, так это на то, что у них хватит ума не переходить на сторону империи, иначе проблем бы только добавилось.

«Первого июля Освальд официально должен возглавить академию, а я наконец-то смогу выполнить задание дракона. Как мне не хватает в этой ситуации Реликсана! Что же с ним случилось? Наверняка происки Найскату!» — мрачно подумал Карро и ускорил шаг. Едва отыскав Сантора, он объяснил ему всю ситуацию. От рассказа архимага тот надолго замолчал и лишь вечером следующего дня пришел в гости к Карро, чтобы принять его предложение. Путь был виден все четче: если старый маг не ошибался, то тройка с Токанны была почти набрана. Вот только как найти Ворона Эш?


— Ваше имя? — скучающим тоном проговорил тощий стражник, сидевший в будке у главных ворот ТусТана.

— Меня зовут Сокол.

— Цель прибытия в… — страж подавил зевок, — в ТусТан?

— Торговля.

Охранник недовольно смерил взглядом крупную фигуру странного человека и обратил внимание на большой меч, заботливо укутанный в необычные ножны.

— Да? И чем торговать будешь?

— Найдется.

— Ясно. Откуда родом?

— Из деревни, рядом с городом Иф.

— Почти соседи… — Страж еще раз оглядел путника и нехотя поставил штамп на листке пергамента. — Проходи. Если останешься больше чем на неделю, зайди в ратушу, пусть оформят.

Сор-Pox забрал документ и вошел в город. Его внешность не подвела: крупного человека с мечом многие опасались и лишних вопросов не задавали.

«А ты молодец, — сказал ему меч. — Что дальше делать будем?»

«Слушай, Лиатор, не капай на нервы. Надо найти ночлег, завтра сделаю отметку в ратуше, и свалим отсюда».

«Куда?»

«Далеко», — мысленно отрезал вождь, взявший имя Сокол, и направился в центр, разглядывая высокие здания из темного камня.


В порт города НорТан прибыл большой корабль черного цвета. Движимый магией, он больше напоминал хищную рыбу, ощетинившуюся сотнями острых клыков. Остальные корабли, стоящие в порту, казались слабыми игрушками по сравнению с ним. На борту судна красовалась надпись на языке темных эльфов. Она гласила: «Первый ужас лорда Синувиэля Аларинского».

С трапа сошли несколько существ, укутанные в черные плащи и с масками на лицах. Осмотрев все вокруг, они дали знак на корабль. Только тогда оттуда вышел высокий эльф, надменно осматривая пейзажи северного города. Через час, когда корабль остался в одиночестве, а делегация лорда направилась по своим делам, раздался тихий шлепок о воду, и вскоре незаметная фигура еще одного темного эльфа показалась у берега.

«Так, поздравляю тебя, Мираллил! До Токанны ты добрался живым. И куда теперь?» — проговорил про себя эльф и, отряхнувшись, двинулся в портовый кабак. Неделю назад он тоже осознал свой Путь и покинул родной Ренай…


Айлейл находился в своих покоях, окружив себя со всех сторон стопками книг из библиотеки академии. Последнее время он много читал, стремясь наверстать упущенные знания. Теперь он начал понимать отца, который с детства пытался привить сыну вкус к учебе. К сожалению, его ранняя смерть повлекла за собой то, что двенадцатилетний мальчишка оказался на троне, а в действительности страной управлял один из советников короля — лорд Аррн. За спиной молодого правителя совершались ужасные дела, рушились законы, установленные еще Великим Фарханом. Но кто мог объяснить это королю? Архимага и близко не подпускали к нему, а министры… Аррн был готов платить высокую цену за молчание, и он это делал.

При короле Сиостре все было иначе. Запредельное Королевство было самым могучим оплотом людей на планете, жить в нем считалось честью. Халифат Ле-Аннат и графство Наротер были верными спутниками и вместе делили все радости и невзгоды жизни прекрасной Токанны. Народ был спокоен и уверен в завтрашнем дне, счастливые лица озаряли просторные улицы великолепных городов. Те, кто по каким-либо причинам не желали являться поданными Запредельного, уходили в Свободные Земли на юго-западе Токанны и возводили там новые поселения, освобождаясь от распределения на варны и занимаясь в основном охотой, земледелием и торговлей.

Наряду с королевской властью существовала власть Академии А, которая в лице архимага и пяти пентагонов была второй силой, которую признавали во всем мыслящем мире. Именно академия устанавливала законы для использования и применения магии, осуществляла негласный контроль над правителями всех стран с помощью ордена Дхармы, поддерживала связи между различными народами. Право учиться в академии получали лишь самые достойные кандидаты, прошедшие сложнейшие вступительные экзамены и обладающие врожденной способностью к магии.

Второй единицей академии был Храм Аката. Он регулировал все вопросы, касающиеся различных религий и вероисповедания. Главный жрец имел неограниченные права и не менее сложные обязанности. Однако именно в Храме воспитывали самых опасных воинов для Армии Роз, которая была распущена Аррном и заменена Легионом. Также при Храме существовал тайный орден Дхармы, занимающийся розыском и наказанием мыслепреступников. Но эта материя была совсем уж сложная, и кроме них самих мало кто мог об этом поведать. Ну и еще в каждом более или менее крупном городе существовали школы меча и магии. Там за умеренную плату обучали всех желающих началам боевых и магических искусств. Высшим достижением считалось получение звания мастера.

Но лорд Аррн хорошо постарался на радость темным силам. Королевство за несколько лет было ввергнуто в пучину хаоса и безумия. Власть академии ограничили настолько, насколько это было возможно. Протестовать маги пытались, но после нескольких страшных смертей попытки прекратились, дабы сохранить хотя бы то, что осталось. Храм Аката, наоборот, был выведен на первые позиции в королевстве и всюду стал вводить свои устои. Религия стихий из средства самоуспокоения стала средством безжалостного контроля. Постепенно заменялись тексты священных писаний, подменяли законы и устанавливали новые взаимоотношения в обществе. Поколение, выросшее за последние годы, стало неимоверно жестоким и послушным. Варны размежевались настолько, что иногда становилось страшно: шудры превратились из низшего слоя общества в простых рабов, или, как говорили жрецы, «мясо Раху». В сознании людей других варн плотно впечатывали то, что шудры — не люди, а значит, с ними можно делать все. Были окончательно запрещены варновые смешения, теперь даже за любовь вне варны могли жестоко казнить. Таким росло новое поколение.

Армия Роз была расформирована сразу после смерти Сиостра. Лучшие воины королевства были вынуждены бежать в соседние страны, дабы не стать рабами или не попасть под «справедливый суд» за якобы военные преступления. Аррн основал Легион — но из кого! Заключенным убийцам и садистам дали амнистию с условием клятвы верности Генералу. Туда же влились почти все банды преступников, которым было обещано помилование. Фактически это означало, что бандиты стали грабить официально. Лорд Аррн от имени Айлейла захватил Вайманек и почти начисто уничтожил последних подгорных жителей. Лишь немногие, кто дал вечную клятву преданности, смогли остаться вольными и продолжать работать в горах. Остальных либо убивали, либо сгоняли в шахты, обрекая на вечную участь подземщиков. Там они вымирали от болезней и голода.

Лорд Аррн сблизился с графом Найскату из Наротера, дав ему открытый доступ к тайнам Запредельного. К чему это привело, впоследствии стало ясно всем. Когда Айлейл начал осознавать все эти вещи, мир покатился вспять и больно ударил его в самое сердце. С зашоренными глазами он больше не хотел жить. И Карро помог ему в этом. К счастью, лорд Аррн уже более трех лет назад пропал без вести у берегов Земли Одра. Зачем его туда понесло, никто не знал, но факт оставался фактом. Но чтобы вернуть королевство с пути Тьмы, требовалось еще очень многое, очень.


Надвигалась гроза, затянувшая небо черными тучами. Холод, так несвойственный этому времени года, пробирал усталых путников до костей, заставляя плотнее кутаться в одежду и молить стихии о теплом ночлеге. Как назло, лесные тропы вели только к небольшим озерам, рекам, пастбищам, но ни одной деревушки вокруг и ни намека на Тоскнарров. Равест Темный был чернее обычного, сохранял молчание и только изредка сквозь сжатые зубы проклинал погоду. Я и Тантос шли молча, а Отверженные о чем-то яростно спорили. Потихоньку стал накрапывать мелкий дождь, что окончательно испортило наше настроение.

— Уж хоть бы берлога какая, что ли! — не выдержал Тантос и смачно выругался.

— Второй день идем, а все без толку! Вы уверены, что эти партизаны вообще существуют? — подал голос Равест.

— А как же! Кто тогда оставляет эти зарубки?

Мы остановились и переглянулись. Отверженные были правы — высоко на самых крупных стволах деревьев стояли метки на непонятном языке. Как мы их не заметили, я не знал, но в эту минуту радость от находки перекрыла все остальное.

— Ты можешь это перевести?

— Извини, Наан, не могу. Наречие мне совершенно непонятное. Очень знакомое, но непонятное, — крякнул маг и помянул Раху.

— Пойдем по ним?

— Естественно! Других вариантов нет.

Мы прибавили ходу и через полчаса, уже основательно вымокшие, пришли к большой поляне, на которой метки оканчивались. Здесь оставались следы от кострищ, разбросанные дрова и еще какие-то предметы, свидетельствовавшие о присутствии людей. Равест подошел к одному из костров и пощупал золу:

— Еще теплая… Жаль, не успели!

— Но куда они ушли?

— Сейчас посмотрю. — Темный встал и прошел вдоль поляны, тщательно все осматривая и принюхиваясь. Вскоре он указал на проход между двумя высокими эвкалиптами. — Вот здесь стояли, трава еще не поднялась. Но, — он внимательно посмотрел на Тантоса и Симпфата, — дальше следов нет. Господа маги, пришла ваша очередь.

— Портал.

— Да, точно… Значит, упустили, — горестно произнес Тантос.

— Предлагаю ждать здесь. Мне кажется, они тут частые гости.

Все согласились с предложением Орланки, и вскоре уже был сооружен шалаш из веток и хвороста, чтобы укрыться от дождя, а пойманный подгорным мастером молодой кабанчик украсил импровизированный вертел над жарким костром.

Вечер незаметно перешел в ночь, ненастье наконец-то утихомирилось, и на ночном небе появились милые глазу Варуна и Ушас. Под их блеклым светом наша компания, сыто улыбаясь, беседовала, изредка отвлекаясь на какие-нибудь лесные звуки. Равест в очередной раз поведал о том, как он жил в Перетане, как обучался в Вайманеке, как ему достались великолепные доспехи и прочее. Больше всего эти истории нравились Орланке, которой не довелось жить в обычном обществе. Поэтому она всегда внимательно слушала Темного и всякий раз находила что-нибудь новое. Моя попытка разговорить Тантоса насчет Пятой стихии снова увенчалась неудачей. Он свел разговор к моей недавней оплошности и начал читать мораль о том, что не следует самовольно шутить с такими опасными материями, по крайней мере без должного руководства. Наш разговор прервал Симпфат, который, как оказалось, внимательно нас слушал:

— Извини, Наан, а я так и не знаю, откуда ты родом.

— Я же говорил — из Риервы. Это деревня вблизи западного побережья, — ответил я и насторожился: мне не понравился странный блеск, на секунду мелькнувший в глазах Отверженного. Хотя это все отсветы огня…

— А твоя семья, — продолжал он, — она как без тебя?

— С ними отец, и мой брат уже подрастает. Так что женщинам есть кому помогать, — нехотя ответил я. Симпфат напомнил мне о близких, и в душе неприятно шевельнулось чувство боли. Я ведь и правда со всеми этими приключениями совершенно забыл о них.

— Ты ведь Тинору, да?

— Да. А что ты все этим интересуешься?

— Да так просто. Что, нельзя? — Он встал и отсел от нас на другую сторону костра. Тантос покачал головой и спросил меня:

— Вы что, поссориться успели?

— Нет, просто я не люблю разговоров о своем… прошлом.

— Да ладно тебе, мы же все с историей. Ты лучше скажи, что ты от нас скрываешь?

Я на минуту онемел, пытаясь понять, что Тантос имеет в виду.

— Извини, но я ничего не скрываю.

— Ага, — хмыкнул Тантос, — а я орк с бородой.

— Кто-кто?

— Забудь. Просто если ты знаешь что-то важное, то или расскажи всем нам, или же не давай повода на тебя обижаться. Кроме того, я сопоставил некоторые события, и это дает мне основание спрашивать тебя об этом.

— Но… Раху меня забери… — я посмотрел на друга, — ты все равно не поверишь. А если и поверишь, то помочь ничем не сможешь.

— Так ты скажешь или нет? — Маг озабоченно нахмурился.

— Не сейчас. Вот найдем Тоскнарров, тогда и расскажу.

— Хорошо. Мясо будешь? — Тантос поправил на огне кусок кабанчика и нанизал его на кинжал.

— Я бы… — Мои слова прервал раскат грома или что-то очень на него похожее, наша поляна озарилась ярким светом, и наступила полнейшая и непроглядная тьма.

На ощупь выхватив меч, я попытался встать, но не смог двинуться. В ушах все звенело, и сквозь этот звук не было слышно больше ничего. Подавив приступ паники, я попытался сосредоточиться… Ничего не изменилось — тьма, звон и абсолютное непонимание произошедшего. Я даже кричать не мог: из горла не шел ни один звук. Сдвинул зрение в магический диапазон и перепугался еще больше: вокруг меня переливались всеми цветами радуги потоки бешеной энергии, закручивающей меня в пространстве. Ничего живого рядом не было, лишь энергия и пустота. Вот только мой меч горел ярким фиолетовым пламенем. Неожиданная догадка пришла ко мне в голову. С трудом подняв руку, я рассек ближайшие потоки, получив такой откат, что стало дурно. Меня стошнило, но я упорно продолжал рассекать потоки энергии. Казалось, что прошла вечность, боль превратилась в нечто осязаемое, будто я сам стал частью ее…

Внезапно все кончилось глухим ударом о землю. Потоки энергии исчезли, и в мои органы чувств ворвался целый океан информации. Я закричал, боясь сойти с ума: я чувствовал каждую травинку, каждую частичку стихии, каждую из мириадов букашек и других живых существ, населяющих то место, где я лежал, скорчившись от неотступной боли… Затем свет снова померк, и, очутившись в новом вихре, я потерял сознание.


Карро с недоверием смотрел на свой браслет, служивший для архимага и магистров средством связи. Сейчас он уже полминуты горел красным огнем, что означало только одно: его вызывает алмазный шар Виденья — Ил'Аттир. Но архимаг доподлинно знал, что в мире только один такой артефакт и он находится в его тайном кабинете, куда доступа не имеет абсолютно никто. Именно поэтому Карро не знал, как реагировать. Собравшись с духом и очертив защитное плетение, он активировал устройство. Из браслета полился яркий свет, высвечивая перед архимагом объемное изображение вызывающего.

— ТЫ?!

— Ну привет, Карро! Не ждал? — Реликсан усмехнулся и помахал архимагу рукой. Тот молча оперся на посох и едва смог выговорить:

— Как?

— Долго объяснять. Сейчас есть вещи поважнее. В моей власти очень многое, но я не все могу использовать. Страну придется вытягивать вам. Я застрял между Светом и Тьмой. Я в ашраме Нергала. Его ученик фактически.

— Я не верю своим ушам и глазам! Значит, он существует?

— И многое другое тоже. Поверь, Нергал — не самое худшее. Мне нужно много чего тебе поведать. Ты можешь активировать свой Камень?

— Да, но…

— Так будет лучше. Код связи ты знаешь. Жду, — произнес Реликсан и отключился.

С невидящим взглядом Карро побрел в свой кабинет. Не обращая внимания на пробегающих учеников и изредка окликавших его магов, он зашел в пентаграмму внутреннего портала. Предстоял очень серьезный разговор.

Глава 9

Я очнулся от жуткого холода, пронизывающего до костей. Все тело болело и саднило, на глазах была какая-то пелена. Я с трудом разлепил веки и чуть не ослеп от невыносимо яркого света Митры. Чуть пообвыкнув, я попытался присесть. Получилось. Вокруг лежал снег, ветер бил колючками льда и без того ноющую кожу. Стряхнув оцепенение, я встал. В руке моей был зажат меч, и, только обратив на него внимание, я вспомнил, что произошло.

«Куда же все подевалось?» — задал я вопрос самому себе и, не получив ответа, побрел вперед, все равно куда. Я мерз все сильнее, температура была явно минусовая. Где же это может быть? Я почти не сомневался, что виноват портал, сработавший там, где мы сидели. Вопрос в том, куда меня занесло и где остальные? Вспомнив свои ощущения в вихре, я попытался прочувствовать окружение. На удивление, у меня получилось! Сквозь астральные мазки примитивных организмов я различил мощные ауры каких-то существ. Оставалось надеяться, что это люди. Свернув направо, я побежал в их сторону. Пурга усилилась. После нескольких минут ходьбы я услышал лай каких-то животных и разговор на непонятном языке. Но останавливаться было уже поздно: меня заметили.

Сквозь снег проступило очертание нескольких жилищ весьма странного вида. Это были полусферы изо льда, имевшие один выход, располагающийся ниже уровня земли, и что-то типа дымохода. Вокруг жилищ стояли странные повозки и бегали несколько собак черно-белого окраса. Но больше всего привлекли мое внимание два существа, направляющиеся конечно же ко мне. Сразу в глаза бросился их огромный рост — не менее трех метров! Доспехи на них были какие-то непонятные, из-за спин выглядывали рукояти большущих оружий, по паре у каждого. Лица, или что у них там было, закрывали повязки, из-под которых блестели огромные глаза… С ДВУМЯ ЗРАЧКАМИ!

Не желая быть убитым на месте, я положил меч у ног и развел руки в приветственном жесте. Существа подошли совсем близко и остановились, внимательно разглядывая… нет, не меня, а мой меч! Один из них осторожно взял его и передал товарищу. Тот бережно осмотрел и обратился ко мне, но, видя мое непонимание, жестом поманил за собой. Я послушно поплелся за ним. Второе существо замыкало нашу процессию.

Поселение оказалось сравнительно небольшим — около полусотни жилищ. Пока мы шли, многие жители удивленно выглядывали из них, а собаки настороженно гавкали. Я заметил только мужчин. А может, женщины у них никаких внешних отличий не имели, не знаю. В конце селения обнаружилось большое здание — наверное, храм, судя по установленным рядом статуям. Я снова попытался припомнить, где могут жить такие твари, но в голову ничего не приходило, ни на одном из известных мне материков не было вечной мерзлоты. Перед храмом мы остановились. Одно из существ жестом пригласило меня войти, а второе осторожно передало мне в руки меч. «Вот странные, они что, мечей не видели? Хотя…» — подумал я и, собравшись с духом, вошел внутрь. Не хотелось бы добровольно стать жертвоприношением. Представляю: «Наанор Калил стал жертвой идола какого-нибудь затерянного племени…»

Внутри было не холодно, по крайней мере, по сравнению с улицей. В достаточно большом помещении располагались странные статуи, а посредине возвышался постамент непонятного назначения.

— Добро пожаловать, Единый, — раздался чей-то бархатный голос.

Я встрепенулся и огляделся. В дальнем углу комнаты стояла одна из самых прекрасных девушек, которых я видел. Ее облачение из кусочков меха и вышитой ткани казалось на редкость изысканным для таких мест. И именно она обращалась ко мне на вполне чистом натокне.

— Я вижу, ты удивлен. Я тоже, — сказала она. — Я жрица Храма Тринадцати.

— Но откуда ты знаешь мой язык? Почему назвала меня Единый? И вообще, где я?

— Сколько вопросов… И у меня их не меньше. Ваш язык, натокн, все жрицы изучают с самого рождения наравне с нашим — сансом. Тебя я назвала Единым, потому что ты и есть Единый. А находимся мы на вершине горы Тамили. Я вполне ответила на твои вопросы? — Жрица внимательно посмотрела на меня, отчего я почувствовал себя несколько странно.

— Может быть, и так. Но мы в Токанне?

— Оу… Так ты еще не знаешь? Мы на одном из небесных островов, близ материка, известного вам как Индигой.

— Ага. Ясно… — Я был в мрачном восторге. Ничего себе меня занесло!

— Скажи мне, Единый, где остальные?

— Какие остальные? — переспросил я девушку.

— Вас должно было быть тринадцать. Единый и еще двенадцать Безликих. Но все равно. Я очень рада! Наступило наконец-то это время!

— Какое? Ты вообще о чем?

— Ты что, совсем ничего не знаешь? — Жрица попятилась и испуганно на меня посмотрела. — Совсем ничегошеньки?

— Абсолютно… — растерянно произнес Единый, то бишь я.

— О, Великий, что же мне делать? — Жрица, судя по всему, готова была заплакать.

Я попытался выяснить, что же все-таки происходит, но вразумительного ответа не добился. В конце концов она указала мне на постамент. Я подошел к нему и увидел толстенный фолиант, амулет и странное углубление в форме меча.

— Что мне делать?

— Надень амулет, открой книгу и положи меч на постамент. Дальше увидишь, о Единый.

Последовав ее словам, я осторожно положил мой меч в углубление, которое ему идеально соответствовало. Ничего не произошло. Я тупо посмотрел на постамент и пустые страницы книги и только было хотел спросить, в чем же суть, как раздался скрежет, и меня вместе с постаментом объяло фиолетовое пламя, так похожее на то, которое я видел на лезвии своего меча, пока летел в вихре. Сквозь пламя проступило очертание человека со стертым от старости лицом.

— Наконец-то! — раздался возглас радости из его уст. — Столько лет я ждал тебя!

— Кто вы?

— Фархан Тирод Первый, основатель Запредельного Королевства, его король и архимаг! Как мирское имя твое, Единый?

Я уже перестал удивляться. Подумал: может быть, я снова сплю? Только дракона не хватает!

— Мое имя Наанор Калил, ваше величество.

— Твои Безликие с тобой?

— Я не понимаю вас…

— Значит, вы еще не вместе… Очень жаль. Как же ты попал сюда? Разве не Р'Хаад'Йер тебя перенес?

— Мы как раз шли к нему, ваше величество. Меня подхватил какой-то вихрь, я думаю, что это был открывающийся портал Тоскнарров.

— Неважно. Но раз ты здесь, значит, все хуже, чем я предполагал почти тысячу лет назад, — вздохнул Фархан и тяжело продолжил: — Позволь мне кое-что тебе рассказать.

Его повествование заняло несколько часов. Объятые фиолетовым огнем, мы стояли друг напротив друга — первый король и простой мальчишка из Риервы. То, что он мне поведал, долго не укладывалось у меня в голове, зато цель моей жизни стала ясна, как никогда. Но сколько же страшных вещей я узнал в тот момент! Как бы мне хотелось, чтобы это все произошло не наяву или не со мной. Ну почему именно на меня свалилось это «счастье»! А ребята! Бедные мои спутники! Они и не знают, через что нам предстоит пройти…

Никто не должен знать об этом, пока не произойдет инициация. Никто! Слишком велики ставки…

Мне показалось, когда я вышел из пламени, что я постарел лет на десять… Жрица мельком взглянула на меня и снова потупила взор. Я подошел к ней с единственным разумным в этой ситуации вопросом:

— Где у вас можно выпить?

— Я отведу, — прошептала она.

Забрав меч, я глянул на книгу, которая была исписана до корки, и пошел вслед за девушкой. Думать не хотелось ни о чем…

Пробуждение было ужасным. Жутко болела голова, и вдобавок я дико замерз. Осмотревшись, я узнал шатер, в который меня вчера любезно отвели панги — именно так звали тех существ, к которым я попал. Жрица Тринадцати была исключением — ее род шел от людей. Нашарив рукой какой-то предмет, я поднес его к глазам и увидел древний фолиант, искусно украшенный драгоценными металлами и камнями. Тут-то я и вспомнил Фархана и то, что он мне поведал!

Попытка хоть как-то систематизировать полученные знания увенчалась успехом только через пару часов. Слава стихиям, жрица принесла мне теплую одежду и крепкий горячий напиток, похожий на тот, что варят кочевники из Ле-Аннате. Вот так, завернувшись в меха и попивая из чашки, я изучал фолиант. Совершенно не представляя, что делать дальше, я направился в селение. При моем появлении панги кланялись и спешили расступиться. Их язык так и остался мне непонятен, а призвать в помощь магию я не мог, поскольку слишком ослаб после борьбы с вихрем. Не зря Тантос говорил, что всегда надо оставлять искру Силы внутри, дабы вызвать ее в нужный момент. Жрица вчера сказала, что может отправить меня назад, но для этого мне нужно восстановиться. Собственно, этим я теперь и занимался.

В бесцельных блужданиях прошло еще больше часа. Наконец, изучив селение вдоль и поперек, я вновь отправился к Храму. Ледяные ступени вывели меня в святилище.

— Доброе утро, Единый, — радушно приветствовала меня хозяйка.

— И тебе.

— Как твои силы?

— Пока еще слаб. А что с порталом?

— Я сумела его найти и даже активировать. К сожалению, вернуть тебя в то же место невозможно. Ближайший выход находится у Пустоши Эш, но там совсем недалеко до острова Боли.

— Хорошо. Скажи мне, — я замялся, — что будешь делать ты?

— Ждать тебя и Безликих для обряда инициации. Ты ведь знаешь?! — недоуменно взглянула на меня жрица.

— А ты можешь отправиться со мной?

— Ты просишь или приказываешь?

— Я прошу. Но если ты не согласишься, я прикажу!

В конце концов она согласилась. Столь странный поступок был обоснован словами Фархана. Ведь она еще не знала, что ей суждено стать одной из Тринадцати.

«Где бы мне найти столько сил на все это?» — подумал я и погрузился в особое состояние, которое Тантос называл «касана». Постепенно силы стали возвращаться ко мне. Судя по ауре Храма, он был построен в месте пересечения мощнейших линий стихий, так что энергии здесь было с избытком.

Оставалось ждать.

Тантос недоуменно пожал плечами — ответить на вопрос Равеста он не мог. Наан как сквозь землю провалился, даже в астрале следа не осталось. Да, никто не спорит, открытие портала рядом с людьми может швырнуть их на землю из-за раздвижения материи, а если очень не повезет, даже покалечить. Но чтобы человек просто исчез — такое было в новинку. Симпфат возился со странным устройством, сделанным еще светлыми эльфами. Но и оно молчало, отказываясь помогать в поисках. За его действиями наблюдали несколько Тоскнарров и Орланка, которая поспешила наладить с ними общение и прояснить ситуацию. Аскан — лидер засадной группы, которая прибыла в эту местность для очередной вылазки, — был неприятно удивлен новостью об уничтоженной деревне. После рассказа о ритуале, проведенном там, он посоветовал обратиться к их главе, так как сам не представлял, о чем могла идти речь.

Спустя полтора часа безуспешных поисков Наана сообща решили отправиться в главный город Тоскнарров. Всем было не по себе, ведь фактически они покидали в неизвестности своего товарища, благодаря которому и познакомились. Но другого выхода, похоже, не было. Аскан открыл портал, и Тантос с друзьями смело шагнули в его марево. За ними прошли засадники, и все исчезло. Спустя мгновение вся группа очутилась перед красивым городом, построенным среди огромных деревьев. Некоторые дома были вырублены прямо в гигантских стволах, ведь в обхват они были в несколько раз больше, чем хороший караванный шатер. Такое странное сочетание высоких белокаменных зданий и исполинских деревьев придавало этому месту особый шарм.

— Ну вот мы и прибыли! Добро пожаловать в столицу Тоскнарров — Леренор! — гордо произнес Аскан, помахав стражам у входа. Те, опустив арбалеты, улыбнулись и помахали гостям в ответ.


Карро опустил руки на Ил'Аттир и активировал древний артефакт. Озарив пространство тайного кабинета архимага, из него полился красный свет, вычертивший в воздухе фигуру мастера Реликсана. Архимаг поспешно сел в стоявшее рядом кресло, и диалог магов начался. Реликсан поведал, что произошло в академии, куда он исчез и как стал учеником Нергала. Он рассказал об огромных библиотеках, считавшихся утраченными или вообще несуществующими, о тех огромных возможностях, которые давала ему новая Сила, та, которую во всем существующем мире считали бесполезной. Закончив вводную часть, мастер заговорил о самом главном — о том, что у него на руках находится главный документ этой эпохи: пророчество Калил.

— Ты знаешь, мой друг, я пока еще не очень хорошо все понял. Столько слоев и столько смысла… Но я себя чувствую ребенком, прочитавшим первую книгу. Мы жили, как слепые кутята…

— Извини, Реликсан, но почему ты согласился с предложением Нергала?

— Это все есть в пророчестве. Нергал всего лишь безобидное существо, обладающее мощью древних богов. Он и не ведает, что идет по заранее предначертанному пути. Он просто инструмент. Так что я в какой-то мере рад его существованию. С тем, что он задумал, связаны огромные жертвы. Но без них наш мир продолжит катиться в бездну.

— Я тебя плохо понимаю…

— Наша цивилизация — последняя. Если мы не сможем очистить планету от Хаоса, или, как принято говорить, Тьмы, то после нашей гибели погибнет и планета. Ставки в этой игре несоизмеримо большие, чем мы предполагали.

— Да уж… — Карро задумался. — Я помню, что мы с тобой вынашивали «великие» идеи о том, как объединим всю Токанну, освободим людей от многих предрассудков, откроем миру тайны Леса и так далее… Какие же мы маги, если не видим ничего, что на самом деле происходит!

— А ты не кори себя особо. Ты что, думаешь, все цивилизации добровольно гибли одна за другой? Думаешь, правители тех народов все знали? Да они заботились только о том, что было на поверхности. Слишком закоснелые люди стали…

— А нелюди? Что они?

— А их до гибели последней цивилизации и не было.

— Вообще?

— Ну почти… Существовали духи… Духи четырех стихий.

— И что с ними стало?

— Во время Последней Войны, которая вызвала практически полное уничтожение астрала, духи были вынуждены спасаться, — хмыкнул Реликсан, что-то вспомнив, — и они не нашли ничего лучше, чем соединиться с выжившими людьми. И теми, кто выжил на Мертвых Землях.

— Значит, все те расы, которые появились после…

— Именно. Даже люди носят в себе частицы духов. А ты думал, человек получил способность управлять Силой просто так? Майя — это дар духов.

— Но послушай, Реликсан, тогда выходит, что мы совсем ничего не знаем?

— Теперь знаем. И в этом наше единственное спасение.

Архимаг замолчал. Он вспомнил слова дракона, вспомнил некоторые свои мысли.

— Тогда и я кое-что тебе расскажу. Ты ведь уже знаешь, что мальчиков было двое.

— Ну да, мог догадаться. И мы взяли не того, так?

— Верно. Мало того, именно Наан обладает в потенциале всем тем, о чем говорится в пророчестве.

— Наан — это брат Ини?

— Получается, что так, — спокойно произнес Архимаг.

— А он знает обо всем?

— Р'Хаад'Йер был немногословен, но похоже, что он частично открыл ему глаза на жизнь.

— Так, — глубоко вздохнул Реликсан, — и что мы сейчас имеем?

— Практически ничего.

— ?!

— Дракон велел мне собрать три тройки существ и привести их к нему как можно скорей. Говорит, что Наан и его спутники прибудут к концу этого года, если ситуация не изменится. Я уже взял Мелайю и Сантора. Теперь хочу разыскать Ворона Эш. Надеюсь, что остальные повинуются зову и найдут меня сами.

— Ладно, я постараюсь найти больше информации об этом. Ты уж не пугайся, если твой браслет снова сработает! — улыбнулся мастер.

— Ага. И кстати, я нашел себе преемника.

— Освальд?

— Так точно. Ну увидимся.

Старые друзья попрощались и остались наедине со своими мыслями. Наступало время великих перемен.


Мираллил тихо потягивал странный напиток из большой раковины. В трактире «Дары моря» было относительно тихо. На темного эльфа поглядывали не очень доброжелательно, но пока никто жить не мешал. Подкинув трактирщику мелкую монету, он узнал о ситуации в городе. После объявления фактической войны и выхода графства Наротер из состава Запредельного Королевства жизнь значительно изменилась. Эсканор — новый орган управления — ввел новые порядки и законы. Теперь часто можно было увидеть на прежде исконно людской земле странных существ, от которых пахло сырой тьмой. Темные эльфы тоже не были в новинку, их корабли постоянно причаливали к берегам НорТана. Мираллил с удовлетворением понял, что он может получить гражданство Империи Хаоса и свободно путешествовать по стране. Но его путь лежал гораздо дальше — к маленькому городу Запредельного Королевства по названию Пак. Зачем — он и сам не знал, но противиться не мог. Лишь изредка, вспоминая страшный сон, очень похожий на реальность, где некий Драшарма указал ему путь и дал в руки клинок, до сих пор пристегнутый к поясу, он покрывался холодным потом и вновь рвался к цели. В душе темный эльф всегда любил путешествия. Кроме того, он был из клана Дивногорья, члены которого славились своими походами.

Допив напиток, эльф направился к выходу. На подходе к дверям он услышал сзади тихий шепот.

— Нам надо поговорить… — с присвистом прошипел незнакомец.

— На улице, — выговорил Мираллил и, не оборачиваясь, вышел.

Нащупав рукоять меча, он развернулся и столкнулся с невысокой фигурой, закутанной в серый плащ.

— Кто вы и чего вам надо, побери вас Кали? — угрожающе начал эльф.

— Кто я? Я Ильхаваттир! — произнес тот и скинул плащ. Под ним блистали доспехи самого грозного клана темных эльфов — клана Тайных Звезд.

«Как? Как они меня нашли?» — пронеслось в голове Мираллила, который уже попрощался с жизнью, увидев перед собой воина со знаком Черного Дерева.

— Пойдем отсюда. Не стоит привлекать внимание.

«Конечно… Убить лучше где-нибудь в подворотне!» — горестно вздохнул эльф и поплелся за воинственным собратом. Бороться было бессмысленно: перед ним стоял великий маг и воин, а Мираллил был простым охотником.

Отойдя в глубь портовых доков, Ильхаваттир остановился.

— Ну что?

— Что?

— Мне кажется, у нас есть общий знакомый, — промолвил Черное Дерево.

— Я не понимаю.

— Сейчас поймешь.

Спустя три часа новые друзья тихо напивались в знакомом кабаке. То, что один из глав клана Тайных Звезд тоже встал на Путь и следует Зову, поразило молодого эльфа. И теперь, услышав его рассказ, он уже не сомневался, что в мире происходит что-то необычное. Но как бы там ни было, вдвоем добраться до Пака было значительно легче. И безопаснее.

Наутро, закупив необходимые припасы, эльфы отправились искать корабль, который бы вызвался доставить их к берегам Запредельного. Естественно, что таких смельчаков было немного, и поиски затянулись. Их то попросту посылали куда подальше, то заламывали такую цену, что даже кошель Ильхаваттира не мог выдержать. В конце концов им повезло: матрос со шхуны «Ареллор» дал им адрес одного старого капитана, который бедствовал и мог взяться за эту работу. Отыскав его дом, они постучали в дверь.

— Хозяин! Есть кто дома? — осторожно спросил Мираллил.

— Кого несет в такую рань, разрази вас гром! — прокряхтел недовольный голос старого моряка, и дверь с шумом отворилась.

За ней стоял седовласый человек в старой рыбацкой одежде. С недоверием оглядев гостей, он недовольно буркнул:

— Чего надо?

— Нам нужен капитан, способный отвезти нас к ближайшему населенному пункту Запредельного. Мы готовы хорошо заплатить.

— Да? И сколько?

— Пятьсот золотом.

— Нет. Я спрашиваю, вас сколько?

— Двое.

Хозяин выругался и закрыл дверь. Гости в недоумении стояли, пока дверь вновь не открылась. Старый моряк вынес карту, где точками были указаны места высадки и посадки.

— Я могу вас переправить к устью реки Малая Эшна. Там рядом деревушка есть, от нее до ближайшего города пара сотен километров.

— А почему не сюда? — Ильхаваттир ткнул пальцем в устье реки Ар. — Тут до Великих Ашт идти столько же.

— Я не сумасшедший соваться туда.

— А что?

— После объявления войны там флот Короны расположился. Мы обойдем его вне зоны видимости артефактов, и я вас высажу у Эшны. Идет?

— Ладно. Когда отправляемся?

— Так. Двести золотом даете сейчас. Через два дня будет шхуна и команда. Остальные деньги после прибытия на место, — уже совершенно другим голосом сказал капитан.

— Вас как зовут-то хоть?

— Ворон Эш, — грубо произнес тот и плотно закрыл дверь. Ильхаваттир стоял в недоумении, почесывая затылок.

— Что-то не так?

— Странно. Готов поклясться, что… А тут… Хотя неважно. Идем, нужно снять комнату на пару дней.

Решив так, эльфы отправились в гостиницу. Мираллил все еще с опаской поглядывал на спутника. Очень необычно было иметь такого товарища, и многие из его клана, если бы узнали об этом, просто не поверили бы. Черная Корона! Вот ведь попал…

Глава 10

«Много тысяч лет назад у одной прекрасной девы родился сын… Звали его Махиша, и означало это Буйвол — как символ силы бесконечной и мощи несоизмеримой. Возмужал он и стал денно и нощно молиться своему богу, чтобы тот даровал ему неуязвимость от всех живых существ. Только женщину не учел он — не мог себе такого представить. Даровал ему Великий все, что он просил. И возомнил себя Махиша бессмертным. Спустя столетия пришли к нему Асуры и попросили его вернуть им отобранное. Махиша же давно жаждал испытать свои силы и, собрав всех Асуров, двинулся в бой на столицу небесного царства Амаравати.

Жестокая битва длилась более ста лет. Махиша мог создавать призраков, ударами своей палицы добивал павших, а если кто из противников и валил его наземь, то Махиша вставал, становясь еще сильнее. Победив войско небожителей, стал он владыкой мира и главным из Асуров.

Тяжелые времена настали для Вселенной. Всюду царили бесчинство и произвол, люди с помощью его мощи разрыли горы и запрудили реки, из недр Матери доставая несметные богатства.

Но взмолились оставшиеся небожители и тоже обратились к Великому: «Сколько нам еще терпеть это? Асуры захватили все, они отобрали наши сокровища, а нас и наших жен превратили в рабов». И ответил им Великий: «Махишу может убить только женщина. Но ни одна из живущих неспособна сразиться с ним». И тогда упали на колени они, а Великий, посмотрев, что творится в мире, явил волю свою в триединстве: слились Красное, Белое и Черное, и явилась из них Женщина с восемнадцатью руками. Так возникла Великая Кали, которая своим могуществом превзошла и небожителей и Асуров. Потрясенные небожители бросили к ее ногам все свое оружие и вскричали: «Да победишь ты!»

Выслал Махиша свое лучшее войско навстречу Кали. Но разметала она его и вызвала самого Махишу на бой. В жестокой битве пали почти все воины обеих сторон, и вот началось сражение главных… Размалывая землю в песок, кружились они в танце смерти. Наконец Кали отсекла голову Махиши, заточив его тело на вечное страдание в Храме Меру вместе с самыми сильными его слугами, навек отрезав им путь в царство живых, и весь мир преклонил колени перед новой богиней. И сказала она оставшимся в живых: «Когда будет вам грозить великая опасность, взовите ко мне, и я приду к вам на помощь».


Дочитав последнюю строчку фолианта, Реликсан уронил руки на колени. В его взгляде смешалось и удивление, и понимание. Он и не думал отыскать эту книгу, но Крумху, изрядно негодуя, соизволил отрыть ее в каком-то забытом уголке библиотеки. Теперь мастер понял связь между этой богиней и тем, кто должен был встать во главе Тринадцати. Оставалось решить еще пару вопросов, и можно будет обрадовать Карро. Последние дни Реликсан не вылезал из библиотеки, отыскивая по крупицам нужную информацию. Ему стало искренне жаль мальчика, которого судьба обрекла на столь выдающуюся и одновременно столь незавидную судьбу спасителя мира, как бы банально это ни звучало. Но расслабляться времени не было: предстояло сделать еще очень многое.

Активировав Ил'Аттир, Реликсан задумался. Артефакт слегка поблескивал красным, и в его переливах возникли странные образы далеких мест. Наконец мастер призвал его духа и попросил найти одну затерянную долину на материке Весле. Окруженная со всех сторон горами, он была почти недоступна для живых существ, и именно там могло таиться то, что Реликсан очень хотел найти. Задав примерные координаты, почерпнутые в одной из книг, он внимательно уставился на изображение, спроецированное Ил'Аттиром. Вот показалось побережье… Вот клан западных орков… Поселение трассов… Обглоданные кости… И наконец горы. Первый раз глаз человека за последние века увидел выжженную пустыню Весле, именуемую Долиной Смерти. Именно там и произошла воистину великая битва Кали и Махиши. Там Реликсан и собирался искать то, что было известно лишь ему да частично старому гоблину, неизменно запоминающему все, что выискивал маг.


— И все-таки как тебя зовут? — спросил я у жрицы, которая готовила все необходимое для активации портала.

— Тебе не нужно этого знать. Мое имя ушло, когда я стала жрицей.

— Послушай. Мы идем туда, где тебя придется звать меня Наан. И я, в свою очередь, буду тебя звать… — Я замолчал, ожидая продолжения.

— Можешь звать меня Сатья…

— Вот и отлично… Сатья! — ухмыльнувшись, проворчал я и продолжил изучать фолиант, доставшийся мне от Фархана.

Через несколько минут все было готово. Жрица вывела меня на площадь перед Храмом, где собрались все панги этой деревушки. Вкратце сказав, куда и зачем мы отправляемся, она принесла в жертву всем статуям по какой-то пичуге. Панги дружно бухнулись оземь и застыли в таком нелепом виде. Взяв меня за руку, Сатья зашла внутрь Храма. Я мысленно попрощался с этим странным и снежным местом, и мы шагнули в марево портала. Закружил вихрь, и холод сменился жарой — мы прибыли в Пустошь Эш.

Сбросив лишние одеяния, я проверил, все ли на месте из моего скромного багажа. Мельком взглянув на жрицу, я заметил ее крайнюю степень удивления.

— Все в порядке? — участливо обеспокоился я.

— Нет, о Единый…

— Сатья! Я же просил тебя!

— Извини, Един… Прости, Наан. Тут так жарко! — Раскрасневшееся лицо бывшей жрицы было гораздо красноречивее ее слов.

Я быстро объяснил, что можно раздеться, оставив только нижнее одеяние, которое смотрелось как легкое платье. Сатья, совершенно не смущаясь, быстро скинула все лишнее и предстала передо мной прекрасной мулаткой, которая вполне могла сойти за уроженку халифата, благо который находился поблизости.

Оглядевшись, я заметил, что мы стоим в большом круге почти рассыпавшихся камней, явно образующих фундамент какого-то древнего строения. Где-то вдалеке на западе были видны горные гряды Вайманека, а там, где мы стояли и насколько хватало глаз, была самая настоящая степь, переходящая в пустыню. Сетки трещин покрывали высохшую землю, желтая трава и карликовые подобия деревьев довершали картину этой пустоши. Я присел на один из камней и задумался.

Мне необходимо было сделать две вещи: как можно скорее добраться до дракона и найти потерянных спутников. В том, что Равест и Тантос станут одними из Безликих, я не сомневался, в остальном оставалось надеяться на слова Фархана, чтоб ему… Но идти к дракону без друзей мне не хотелось. Так что оставался один путь — в столицу Тоскнарров. Об этом месте мне, как ни странно, тоже поведал Фархан, сказав, что все это было предусмотрено. Кем и когда — я так и не узнал, но решил обязательно воспользоваться данным фактом. Каким-то внутренним чутьем, усилившимся у меня с недавних пор, я предполагал, что мои потерянные спутники уже там. Остался один вопрос: как добраться туда с минимальной потерей времени?

— Ты можешь определить, в какой стороне лежит город?

— Конечно, — Сатья неловко опустилась на песок, сделав попытку прикрыть колени подолом новоявленного платья, — одну секунду…

Раздался скрежет камня, и посреди нашей площадки выступил из песка красивый орнамент непонятного назначения. Сатья что-то шепнула, и на нем проступило некое подобие карты. Весьма удивленный этим зрелищем, я наблюдал дальше, не решаясь задавать глупых вопросов. Жрица провела рукой над поверхностью карты, и часть ее увеличилась в размерах, давая увидеть нашу местность. Я без труда обнаружил наш портал, находящуюся неподалеку речку и небольшой город, лежащий в нескольких часах ходьбы отсюда. Поблагодарив Сатью, я стал внимательно изучать представшую на песке картину, тщательно запоминая все объекты ландшафта. Призрачный материал карты иногда расслаивался и подрагивал, но в целом изображение было вполне четким и ясным.

Примерно к полудню мы вышли в путь. Я пожалел, что не оказался здесь ночью, поскольку температура все повышалась, и раскаленный песок вкупе с жаркими лучами Митры стали просто невыносимы. Сатья молча сносила тяготы путешествия, чем удивляла меня еще больше — жительница снежного края, оказавшись в пустыне, достойно сносит все тяготы пути? Воистину достойное зрелище!

Наконец, к концу часа сумерек, мы подошли к предместьям города Эш. Насколько я помнил, перед нами простиралась река Большая Эшна, через которую где-то должен был быть сооружен мост или организована переправа. Тут и там виднелись крестьянские поселения, и, немного поколебавшись в выборе, мы направились к одному из них.

Радушные жители поселка Нижний Рекин объяснили двум усталым путникам, что тракт к городу расположен в пяти километрах на восток и там организована переправа. Естественно, переправа была платная.

Обшарив все оставшиеся на мне вещи, уже изрядно успевшие износиться во время моих приключений, я нашел совсем немного мелочи — несколько медяков да пару серебряных монет. С грустью вздохнув, я поймал озабоченный взгляд Сатьи.

— Что-то не так?

— Как сказать… Когда привыкаешь к жизни в дикой природе, совсем забываешь о ценностях этого мира.

— Я не поняла.

— Деньги. Вот эти самые кругляшки — это средство оплаты услуг других людей в нашей стране. Чтобы переночевать, надо заплатить. Чтобы поесть, надо заплатить. Чтобы войти в город или переправиться через реку — тоже… — Я крепко выругался…

— У нас их немного, да?

— Вроде того… — Я задумался.

— А кто их может дать? — Наивность Сатьи мне даже нравилась…

— Тот, для кого ты сделаешь что-нибудь хорошее. Или полезное. Ладно, добраться до города и переночевать нам хватит, а там что-нибудь придумаем.

Я немного кривил душой, прекрасно понимая, что за вход в город такой красавицы могут взять очень много. И хорошо, если ценой входа станут только деньги. Город Эш был на территории Запредельного Королевства…

Тем временем мы подошли к переправе. Крестьяне не соврали: широкая река яростно бурлила, и переплыть ее было нереально. Небольшой баркас стоял у самого берега, его борта были защищены металлической сеткой с острыми шипами, на корме тихо попивали эль, или что там у них было, два пузатых легионера. На скамьях сидело трое пассажиров, ничем особо не примечательных.

— Вечер добрый, уважаемые! Когда отправляетесь?

В ответ раздался гром великолепной отрыжки, которой позавидовал бы любой трасс, и один из стражей проговорил, нехотя слезая с кормы:

— Кто такие? Деньги есть?

— Мое имя Наанор Тинору, я являюсь учеником школы меча, а также гонцом купца из халифата Ле-Аннат. Со мной следует моя… моя наложница с юга, — закончил я, мельком косясь на Сатью. Та стояла, потупив глаза. Идеально!

— Раху вас всех задери! С тебя медяк, а за наложницу один серебряный, — пробурчал легионер и жестом указал на свободную скамью.

Отдав деньги, я краем уха услышал шепот стражей, обсуждавших идиотский, по их мнению, приказ Генерала не трогать личное имущество всех, кто принадлежал к кшатриям.

Мастер Ли, да упокоится его душа, опять выручил меня в сложной ситуации.

Через полчаса пришел капитан, и баркас отчалил. Пару раз легионеры нехотя сбивали с борта каких-то тварей, вознамерившихся поужинать нами, и изредка покрикивали на капитана, который, как они выражались, был «рожден в гневе Раху», причем самым что ни на есть противоестественным способом.

Наконец мы сошли на другой берег. Городские стены высотой около пяти метров зияли пастью еще не закрытых ворот. Я хорошо помнил урок возницы из каравана Улуная, поэтому, подхватив Сатью под руку, заспешил к входу в город.

Час спустя мы отдыхали в маленькой комнате на верхнем этаже городского трактира. Хозяин, которого звали Истан, любезно согласился приютить двух путешественников всего за один серебряный. Сатья облегченно вздохнула и, скинув одежду, улеглась на кровати, чем сильно меня смутила… Стараясь не смотреть в ее сторону, я поискал в сундуке легкое покрывало и осторожно накрыл прекрасное тело моей новой спутницы. Что-то пробормотав, она отвернулась к стенке и окончательно заснула. Подавив зевок, я сделал попытку собраться с мыслями.

Денег у нас почти не осталось. Хотелось есть, а значит, предстояло оставить жрицу одну и пойти где-нибудь подработать. Быстро накинув на дверь одно из выученных мной заклинаний, я вышел в коридор. Проверив надежность заклятия, которое представляло из себя своего рода охранника, подающего сигнал при открытии двери, я успокоился и направился к выходу. Меня проводил трактирщик, посоветовав быть осторожнее. Нащупав рукоять меча, спрятанного под плащом, я согласно кивнул.

Вечерний Эш был красив. В нем чувствовалось влияние южной архитектуры, что только придавало ему некую сказочность. Вспомнив друга моего отца и предводителя Тоскнарров, я провел связь между его именем и названием этой местности. Вполне может быть… Бодрым шагом дойдя до ближайшей сторожки, я постучал в дверь, едва держащуюся на старых петлях.

— Кого и какая неладная несет? — раздался грубый голос.

— Есть ли работа? Я ученик школы меча.

— И что? По мне, так хоть сам король. Нечего тут ошиваться! — Из окна высунулся полунагой страж порядка и махнул в сторону ратуши. — Бона, туда ходь. Там, глядишь, и подработаешь!

Окно захлопнулось, и я отправился далее. Дойдя до ратуши, я проделал подобную операцию. На этот раз еще один страж весьма пристально осмотрел меня и мои документы, затем исчез на пару минут.

— Заходи. — Дверь скрипнула и нехотя отворилась.

Страж проводил меня к кабинету на первом этаже и велел подождать. Через некоторое время, пока я занимался созерцанием собственного отражения в зеркале напротив, ко мне подошел статный молодой человек в мантии мага.

— Работу ищешь?

— Ну да…

— Мое имя Зергот. Зергот Красный.

— А меня зовут Наан Тинору. Что надо сделать?

— Ну, — маг почесал затылок, — у нас нехватка людей на ночные смены в охрану Храма. Отстоишь до восхода Митры — получишь пять серебряных. Устроит?

— Конечно! — обрадовался я.

— Ну тогда Винсент тебя проводит. Удачи. Завтра не забудь зайти ко мне.

Мы распрощались, и я направился вслед за стражем. Он безостановочно болтал о чем-то своем, иногда спрашивая меня о разных глупостях. Выйдя из ратуши, мы прошли к северному району города, где возвышался Храм. Судя по росписи на его стенах, это был один из Храмов стихий — Огненный. Я никогда не интересовался, как и где люди общаются с духами, знал только, что они есть.

— Ну значит, вот твой напарник. — Винсент указал на пожилого мужчину, грустно державшего алебарду. — Он с одной стороны, ты с другой. Просто никого не пускай, и все.

Я поблагодарил стража и сделал попытку познакомиться с напарником. Тот лишь одарил меня неприветливым взором и пробурчал:

— Опять бездарей берут.

Я гордо отвернулся и прошествовал на другую сторону Храма. Работа она и есть работа.

Сидя на ступенях южной лестницы, я изучал звездное небо. В голову лезли всякие мысли, порой хорошие, порой не очень. Долгая ночь давала возможность обдумать и проанализировать все события, случившиеся за последний месяц. «Как быстро и как медленно летит время! Кажется, еще вчера мы шли с братом на рыбалку… Интересно, как они там? Скучают? Нет? А мои друзья? А Даяна? С ней-то что?» Столько вопросов, и ни одного ответа. Застрял в какой-то глуши!

На горизонте начинало светлеть. Я сделал очередной обход Храма и снова присел на каменные ступеньки. «Прав был Фархан, ой как прав. Да и дракон тоже. Все правы, только мои чувства никто в расчет не берет. Я что, очень хотел этого? Хотел… В глубине души я знаю, что хотел. Вот и получай, размазня ты этакая!» — отругал я себя и горько вздохнул. Погрузившись в касану, я стал ждать наступления рассвета. С ним придет конец моей смены, пять серебряных и хорошая еда в трактире. И хороший сон после. Невольно вспомнив обнаженную Сатью, я вздрогнул. «Надо будет объяснить ей простые правила приличия. А то как вытворит подобное у всех на виду! Проблем потом не оберешься…»


Сор-Pox с ожесточением бил огромным молотом по раскаленной полосе железа, лежащей на наковальне. Металл податливо сплющивался и постепенно принимал очертания клинка. Сделав очередной удар, бывший вождь прервался и одним глотком осушил кружку воды, стоявшую неподалеку. Мастер Накитий, городской кузнец, спокойно наблюдал за его работой. Три дня назад этот странный человек нанялся к нему подмастерьем, желая заработать немного денег. Вышло же так, что Сокол стал делать за день в два, а то и в три раза больше, чем сам мастер. В связи с этим Накитий решил отдохнуть, а Соколу дал самую тяжелую работу — ковать двуручные мечи для Легиона.

Последний меч был готов. Осмотрев еще раз всю проделанную работу, Накитий расплатился с работником, и тот, не сказав ни слова, ушел, ссыпав золото в карман. Он и не догадывался, что только за то, что мастер сдаст весь заказ на неделю раньше, тот получит триста золотых монет. Так что выплаченные Соколу пятьдесят золотых можно было вообще не считать. Но люди есть люди, и через полчаса по следу Сор-Роха вышли пятеро человек, закованных в латы без знаков отличия.

Каково же было удивление Накития, когда вечером к нему постучался один из этих пяти и оставшейся левой рукой передал послание, написанное на скальпе главаря наемников:

«Зря. Больше так не делай». Вид бедолаги, едва дошедшего до мастера, красноречиво подтверждал эти слова.

Сор-Pox, играючи расправившись с напавшими бандитами, спокойно шествовал по центральной дороге, когда его нагнал небольшой караван из пяти повозок и нескольких охранников. Поравнявшись, возница окликнул его и спросил:

— Не ты ли банду Ситного порезал?

— Ну я, — не оборачиваясь, рявкнул Сокол, приготовившись к новой драке.

— Мой хозяин просит передать тебе эти монеты и предлагает посетить его повозку. Он хочет дать тебе работу!

Сор-Pox остановился и взвесил протянутый кошель. Там было явно больше десятка монет золотом… Недолго думая, вождь вскочил к вознице и нырнул в шатер повозки. Внутри сидел человек в чалме и роскошном халате. Лишь одно обстоятельство портило его безупречный внешний вид — страшный шрам, протянувшийся через все лицо до правого уха. Впрочем, для мужчины это было скорее украшением.

— Садись, мой друг. — Купец внимательно оглядел вождя племени западных орков, скрытого под человеческой внешностью. — Как зовут тебя?

— Сокол.

— Мое имя сан Лойг. Этот караван принадлежит саулу Стерха в халифате Ле-Аннат. Я и мой хозяин благодарны тебе. Эти наемники не раз нападали на наш караван и доставили уже достаточно много неприятностей. Ты получил деньги? — Дождавшись ответного кивка, сан Лойг продолжил: — Мы объехали почти все королевство и теперь возвращаемся на родину. В связи с изменением ситуации в стране я вынужден нанимать все больше охранников. Не хочешь ли ты присоединиться к нам? Я хорошо заплачу, — убедительно позвенел еще одним кошелем купец.

Сор-Pox задумался. Он не знал, сколько еще продлится его путешествие, почему бы и не поехать с караваном за хорошие-то деньги. Только…

— Каков ваш путь?

— Мы едем через Иф, Мад и Трил, затем пересечем границу с Ле-Аннатом и направимся в Леног. Но твои услуги мне будут нужны только в королевстве. Как только мы пересечем границу, ты будешь свободен. Ну так что?

— Я согласен, — после небольшого раздумья вымолвил Сор-Рох.

— Ну и замечательно. Пока поедешь в последней повозке. В ближайшем поселении купим еще одну лошадь, и тогда продолжишь путь в седле.

Так Сокол, он же Сор-Рох, стал охранником каравана сана Лойга и направился вместе с ним на юг, навстречу новым приключениям в поисках того, чей Зов не давал ему спокойно спать.


Мираллил и Черное Дерево наблюдали за работой капитана, который вместе с четырьмя матросами налаживал баркас. Погода стояла отличная, и Ворон Эш планировал выйти в плавание через пару часов. Все необходимые припасы были закуплены, эльфы просто наслаждались морским бризом и вполголоса обсуждали план действий.

— Я посмотрел карту. Он высадит нас недалеко от крупной деревушки. Кажется, она называется Риервой. Как думаешь, Мираллил, это случайность или нет?

— Понятия не имею. Если честно, после встречи с тобой я уже ничему не удивлюсь.

— Ну посмотрим, посмотрим! — расхохотался Ильхаваттир. — Я понимаю, обо мне ходят легенды. Некоторые даже правдивы. Но знал бы ты, — его голос стал серьезным, — через что я прошел, чтобы встать на Путь. Из нашего клана не так-то легко уйти, ты уж поверь.

— Ага… Слушай, кроме Зова ты что-нибудь еще знаешь об этом?

— Если бы… Нет, Мираллил, ничего-то я не знаю. Остается ждать и следовать за ним.

— Когда я услышал Зов, мне пришли в голову слова: «Путь Безликих един, и он найдет тебя!» Как ты думаешь, что это значит?

Собеседник с интересом посмотрел на товарища:

— Я читал в одной древней рукописи, хранящейся в нашем Храме Черной Матери, что есть книга, которая называется «Путь Безликих». Могу себе теперь представить, что в ней написано.

— Что же?

— Все, кто слышат Зов, идут за ним, правильно?

— Ну да.

— Тогда и Путь у всех един. Так?

— И?..

— Но если те, кто слышат Зов, — Безликие, тогда у них должно быть и Лицо.

— Значит, Лицо — это…

— Един. Или Единый. Скорее всего, так. И, скорее всего, именно его мы ищем. Безликие ищут Единого, — помрачнел Ильхаваттир. — Но не спрашивай меня зачем. Я не знаю.

— Весело. И сколько же нас таких?

— Кто его знает. Может, десять. Может, тридцать. Может, тысяча.

— Эй, сухопутные крысы! Лезьте-ка в каюту! Скоро отчалим! — прикрикнул на болтливых эльфов капитан. Тем ничего не оставалось, как послушаться и продолжить разговор в полутьме баркаса.

Матросы закончили приготовления. Холодный северный ветер, навевавший тоску по теплым дням, заставил капитана выругаться и поплотнее запахнуть тяжелую шинель. Плавание к западным берегам Токанны началось.


Карро внимательно оглядел новоиспеченных спутников. Закутанная в черные одеяния женская фигура, совершенно теряющаяся в свободной накидке, под которой десять отравленных кинжалов, одна Дахаса и пояс Поиска. Мужчина в простой рубахе, дерюжных штанах и с невзрачным посохом усталого путника, со шрамами на лице… и способностью развеять любого на расстоянии до ста метров. Адепт Воздуха как-никак! Что ж, отлично.

— Через час состоится Восхождение Освальда. После того как я выполню необходимые обрядовые действия, я смогу покинуть Поклонную Гору. Вы должны ждать меня здесь, готовые отплыть по моему первому слову. — Архимаг развернул карту ВайТана и, увеличив один из портовых районов, указал нужное место. — Есть вопросы?

Сантор и Мелайя отрицательно помотали головами. Возможность начать действовать радовала их, особенно после того, как обоим в одну и ту же ночь было видение. И тому, и другому явился старец с глазами, абсолютно лишенными зрачков и больше напоминавшими два маленьких светила. Он рассказал им много нового и страшного. И оба они ощутили Зов. Он шел из глубины души и выворачивал наизнанку все чувства и эмоции так, что противостоять ему было просто невозможно. И еще: любимый кинжал Мелайи и посох Сантора на следующее утро запылали фиолетовым пламенем. Спустя пару часов оно исчезло, но сохранилось внутри стали и дерева. И внутри людей.

Архимаг тяжелыми шагами вышел в коридор. Он словно в последний раз смотрел на древние стены Академии А, прикасался ступнями к каменному полу, воздвигнутому мощью самого Фархана Тирода Первого. Он дышал воздухом, где в единое целое слились десятки пророчеств и предсказаний, сотни заклятий и тысячи великих плетений, где каждый человек дышал пространством, напитывая его новой силой. И он уверенно шел вперед, прямо к выходу. Через каких-то двести метров он последний раз услышит в свой адрес приветствие охранного артефакта, последний раз пробегающий мимо молодой ученик почтительно поприветствует его и умчится к друзьям рассказать, что видел самого архимага.

Вся жизнь Карро была неразрывно связана с Академией А. Молодой, подающий надежды студент… Преподаватель магии крови… Правая рука архимага… И вот он сам уже стоит на Поклонной Горе и приносит клятву верности Королю, Королевству и Свету. Принимает посох, который почтительно передает ему странный гость в серой мантии и с маской на лице… И происходит невероятное: Тьма опускается на гору, и лишь ярко сияет белый посох архимага, разгоняя черные тучи… Проносится чья-то огромная тень, и все исчезает в мареве магии. А через секунду снова светит Митра, и только испуганные люди медленно начинают скандировать славу Карро. Это был миг его первого триумфа, ведь все знали, что такое происходит только тогда, когда архимагом становится человек, способный в будущем свершить великие дела и повернуть ход истории Света и Тьмы.

Осталось шагнуть в высокие двери. На секунду Карро замер и, не выдержав, посмотрел в глаза статуи Айвего. Что-то неясное мелькнуло в тревожном сердце архимага и полностью успокоило его душу. Глубоко вздохнув, Карро с улыбкой открыл дверь и шагнул навстречу свету.

Часть третья

Свершение

Счастлив, кто посетил сей мир

В его минуты роковые!

Тютчев Ф. И. (1803–1873 от ВЭР)

Глава 1

— Как думаешь, долго еще протянет?

— Пару часов, не больше. Организм слабый, майи вообще почти нет. Помучается да издохнет.

Высокая женщина, затянутая в облегающую одежду из черной кожи, только пожала плечами в ответ на слова дряхлого лекаря, приглашенного ее супругом, и вновь сделала попытку влить в рот больного приготовленное снадобье.

— Сантима, ну что ж вы сами-то? Можно подумать, у вас дел других нет, более достойных вашего положения! — проскрежетал старик сквозь кривые зубы.

— Ладно, ладно, поняла. Оставь меня, — приказала женщина и снова нагнулась над пациентом.

Лекарь подхватил под мышку свою сумку и, недовольно что-то бормоча, направился к. выходу. Сантима Даяна осталась у кровати, бережно отирая покрытый испариной лоб молодого человека, лежащего при смерти уже более трех часов. Через пару минут в комнату зашел человек в длинной тоге. Остановившись возле сантимы, он тихо спросил:

— Как? Есть надежда?

— Этот лекарь мне только нахамил… И кем он себя считает?

— Ну а что ты хотела? Давай я вызову мага. Это тебя удовлетворит?

Даяна замешкалась. Вызов мага, способного поднимать безнадежных больных, был недешевым удовольствием, но, учитывая ее нынешнее благосостояние, она могла это себе позволить. Несмотря ни на что, положение первой жены наместника давало свои плюсы.

— Только побыстрей, ладно, любимый? — улыбнулась она мужу и вновь вернулась к прежнему занятию.

А больному с каждой минутой становилось все хуже. Страшные раны на теле почти закрылись, но что-то съедало его изнутри, капля за каплей лишая остатков сил. И немудрено после такого-то! Когда Даяна нашла его, она думала, что тот мертв. Но жизнь — штука, полная сюрпризов…


Я сидел на корточках у костра и разделывал большую рыбу, пойманную недавно с помощью моего нового плетения. За последние три недели мы привыкли питаться рыбой, которая полностью заменила мясо в нашем рационе. Сатье это даже нравилось, так как мяса она не любила. А вот мне приходилось туговато.

После того как мы покинули Эш, проведя там целую неделю, наш путь шел вдоль побережья Большой Эшны. Отклоняться с этого курса я опасался, так как еще не был полностью уверен в своих силах, хотя за последнее время моя майя претерпела весьма значительные изменения. То ли этому способствовало знаменательное событие в Храме Тринадцати, то ли во мне стали пробуждаться ранее спавшие знания… Как бы то ни было, но я получил в свое распоряжение достаточно большую мощь, которой вполне хватало, чтобы защищать нас обоих от нападения диких зверей и разбойничьих банд. Но ни те, ни другие не спешили показываться на прибрежных дорогах.

На перевалах и стоянках я тренировался в обращении с мечом, а пока мы шли, развивал те или иные магические навыки, практикуясь на ходу, оттачивая и совершенствуя свою силу. Власть над Пятой стихией по-прежнему оставалась для меня далекой мечтой, но с остальными четырьмя я управлялся вполне сносно. Правда, очень не хватало моих учителей, и я частенько совершал глупые и порой весьма болезненные ошибки.

Сидя у костра, я не заметил, как подошла Сатья. Опустившись рядом, она поправила веткой дрова и стала ждать окончания моей работы.

— Грустишь? — Нежный взгляд проник в глубины моей души, всколыхнув больную тему.

— Не-а, — протянул я и вновь погрузился в работу.

— Да ладно, вижу ведь… Я посмотрела по карте — через пару дней пути мы будем в Риротеке. Может, они там? — сделала попытку подбодрить меня жрица.

— Не думаю. Учитывая, какой мы там разнос последний раз устроили, путь им туда заказан. Как бы нас самих за Темных не посчитали.

— Кого-кого?

— Темных… Помнишь, что Горацио говорил?

— Какой Горацио? — непонимающе переспросила Сатья, забирая у меня рыбу и ловко перехватывая кинжал.

— Крестьянин, помнишь, позавчера на переправе встретили?

— А, этот… Ну и что он там сказал?

— Империя Хаоса везде своих шпионов распихала. Темными их кличут. Так не узнать — обычные люди. Только аура у них абсолютно черная. Ходят, бродят да людей с толку сбивают. А еще говорят, что среди них даже некроманты есть! В одной деревне мор был, так потом пришли двое Темных и все кладбище подняли… Больше ста зомби увели, а куда и зачем — неизвестно.

— А что, разве так все плохо? — Сатья удивленно захлопала ресницами и перестала резать рыбу.

— Может, это и слухи, конечно. Только на душе от этого не спокойнее.

Я оставил жрицу одну и отошел к импровизированному шатру. С недавнего времени я научился поддерживать даже во сне определенные заклятия и плетения, так что мы стали спать под ветвями и стволами молодых деревьев, соединенными магическим образом. Во-первых, не было надобности рубить ветви; во-вторых, такая защита спасала от дождя, которые зачастили в последнее время.

Через полчаса вкусно запахло жареной рыбой. Я в очередной раз порадовался, что взял Сатью с собой. Все равно не место такой умной и красивой девушке в затерянном краю среди этих двухзрачковых монстров…

Сон долго не шел ко мне этой ночью. Я лежал на спине, рассматривая сквозь дымку магического щита далекие звезды. Неумолимо притягивающие взор, они подмигивали мне и словно потешались над тем, что их никому не достать. Сатья перевернулась на бок, что-то сладко пробормотав во сне. Я все лежал… За время нашего путешествия мне удалось выработать более-менее сносный план дальнейших действий. Но все тормозил тот факт, что я был разделен с Равестом и Тантосом. Они были нужны мне, и без них я просто не имел права идти к Р'Хаад'Йеру.

Я надеялся на то, что Тоскнарры выставят посты у города. Хотя пока никаких следов их присутствия я не замечал, что было весьма странно. Может быть, у Риротека что-то переменится.

Заснул я только под утро. Сатья, не обращая внимания на мои доводы, растолкала меня, когда лучи Митры стали нагревать воды реки, и заставила позавтракать. Умывшись и собрав вещи, мы вновь двинулись в путь.

К полудню на побережье Эшны стали появляться признаки жизни: тут и там попадались старые кострища, пару раз мы заметили следы охотничьих биваков. Все говорило о том, что поблизости должно быть какое-нибудь поселение. Прибавив шагу, мы вскоре убедились в этом, выйдя к полям, на которых росла пшеница и другие сельскохозяйственные культуры. Наступал август месяц, в пище недостатка не было. Встретив первого крестьянина, собиравшего на поле каких-то вредителей, мы расспросили его об этих местах. Оказалось, что чуть дальше по реке находится маленькое селение, дворов на сто, до сих пор свободное от власти короля. Поблагодарив нового знакомого, мы последовали в указанном направлении.

Деревня Истая вскоре встретила нас ухоженными палисадниками, любопытными детишками, которые с радостью глазели на незнакомых путников. Правда, некоторые взрослые упорно не желали ни с кем общаться, и лишь один из них указал нам таверну, расположенную в северной части деревушки. Восприняв такое отношение как должное, мы направились по указанному адресу.

Трактирщик Токи с недоверием осмотрел наше облачение, но, услышав звон монет, радушно поприветствовал. Сняв комнату всего за десять медяков и заказав обед, мы расположились за дальним столиком, наблюдая за посетителями.

Я осмотрел себя и Сатью. Выглядели мы, конечно, весьма экстравагантно для этих мест. На заработанные мною деньги в Эше мы закупили новую одежду, но, учитывая, что торговцы там снабжались в основном купцами с Юга, то… Сатья была закутана в некое подобие платья, которое на деле являлось длинной полосой красивой и легкой ткани и вызывающе облегало тело жрицы. Правда, на него было наложено одно маленькое плетение, честно мною придуманное, и теперь оно не только украшало, но и защищало владелицу от случайных стрел или ножевых ранений. Длинные, черные как смоль волосы роскошно падали на плечи и спину, пара украшений и легкие сандалии из древесного материала дополняли картину моей мулатки. На мне был надет простой дерюжный костюм охотника, дополненный неизменными заплечными ножнами с мечом, парой кинжалов на поясе и амулетом на шее, подаренным мне саном Лойгом. Купленные у крестьянина сапоги из твердой кожи неизвестного зверя надежно скрывали мои ступни, сверху был накинут плащ, вернее, подобие мантии, украшенной неясными мне и Сатье символами, а на плече висела неизменная сумка. С тех пор как я покинул родное село, мои волосы сильно отросли и выгорели под лучами Митры, появилась небольшая борода, придавшая мне вид кочевого искателя приключений.

Глядя на такую весьма странную парочку, жители деревни неодобрительно бурчали себе под нос всякие недобрые словечки. Токи объяснил нам, что Айлейл уже больше двух недель как прекратил захватывать Свободные Земли, вот только его Легион продолжает самовольничать. И еще, все знают о войне, которая вовсю бушует в пограничных районах Запредельного, и о Темных, которые рыскают по всей стране, сея смуту и страх в людях. Их деревню пока никто не трогал, но все опасались незнакомцев и старались избавиться от них как можно скорее.

— А как же повстанцы? Они вам помогают?

— Ты что, ты что! Тише, пожалуйста! — замахал на меня руками Токи. — Мы о них не говорим.

— Почему же? — поразился я. — Ведь они за свободу борются!

— Да откуда тебе знать, господин, за что они борются? Бона, я когда в лес на охоту ходил, так случайно застал мило беседующую парочку; они говорили, что их предводитель совсем из ума выжил и подался в Наротер что-то там вызнавать. А что, скажи мне, добропорядочному человеку делать в этом рассаднике смерти? — прошептал последнюю фразу испуганный Токи.

— Ворон Эш в Наротере? — в свою очередь ахнул я, забывшись.

— Кто-кто? — настороженно переспросил трактирщик.

— Э-э… Так, не обращай внимания, — постарался замять я свой конфуз.

— А вы сами-то откуда будете?

— Я из Риервы родом. А Сатья, она… Она из халифата. Моя, э-э… дальняя родственница, — сделал я попытку улыбнуться и незаметно нащупал кинжал. Так. На всякий случай.

— Ну не мое это дело, не мое… Кушайте, пейте… А мое дело маленькое, — сгорбился Токи и отошел в свой угол. Служанка, видимо его дочка, судя по чертам лица, принесла большой поднос, уставленный неплохим кушаньем, что весьма нас обрадовало.

Поглощая пищу, я задумался над словами Токи. Выходило, что все не совсем так, как я думал, и это могло сильно осложнить наши действия в будущем.

Через полчаса, сыто развалившись на стуле, я отдыхал и размышлял. Сатья, поев, поблагодарила трактирщика и отправилась наверх «приводить себя в порядок». Оставшись один, я отгонял от себя сон и в изобилии круживших в трактире мух. Посетителей почти не было, и я решил немного прогуляться по деревне, расспросить жителей о Тоскнаррах. Оставив служанке пару монет, я вышел на улицу. Митра ярко освещала безоблачное небо, и мое настроение поднялось. Повертев головой в разные стороны, я услышал звуки ударов молота о наковальню. Решив, что кузнец должен быть интересным собеседником, я направился к нему в гости.

Зайдя за угол очередного добротного дома с искусным фасадом, вырезанным из черного дерева, я увидел кузню. Огромный плечистый мужчина размахивал большим молотом, словно игрушкой, размягчая полосу металла, горевшую ярким огнем на наковальне. От горна исходил жар, кузнечные мехи приводила в движение рыжая девчонка, яростно накалявшая очередную заготовку кузнеца. Через пару ударов кузнец прервал работу и обратил внимание на гостя.

— Надо чего?

— Мое имя Наан, я из рода Тинору.

— Горн Железный Кулак, к твоим услугам, — пророкотал кузнец и с интересом уставился на меня.

— Я хотел бы кое-что узнать…

— Ох… Эй, Арамин, займи мое место. Я отойду ненадолго.

Вслед за этими словами из дома вышла уменьшенная копия Горна и, искоса посмотрев на меня, взяла второй молот и продолжила отцовское занятие. Я впервые видел, как две девушки работают в кузне!

— Это моя старшая дочь, — гордо произнес Горн, снимая фартук и рукавицы, — ну пойдем в дом, поговорим.

Зайдя в дом, я заметил многочисленные виды оружия, в изобилии развешанные по стенам. Все они блестели чистотой, и было видно, что семья с большим почтением относится к этим изделиям. Пройдя в гостиную, кузнец предложил мне расположиться в уютном кресле, сам же присел напротив.

— Ну что ты хотел узнать? — Он вопросительно посмотрел на меня.

Еще раз кинув взгляд на стены, я повернулся к Горну:

— Скажи, ты знаешь что-нибудь о повстанцах? В смысле о Тоскнаррах?

— Даже так? — насторожился кузнец. — И с чего бы задавать такие вопросы простому страннику? Или кем ты являешься на самом деле?

— Я ищу своих друзей, — я решил сказать часть правды, — поэтому и спрашиваю. Я потерял их около месяца тому назад вблизи этих мест. Учитывая, что мы бежали из Риротека, скрываясь от Легиона, я предполагаю, что они присоединились к лесным стражам.

— И чем ты это докажешь? Предположим, я знаю их. Возможно, я знаю, как с ними связаться. Но откуда я знаю, что ты не Темный? Или не слуга Легиона? — вопросительно посмотрел на меня Горн, поигрывая желваками.

Я вздохнул. Был лишь один способ убедить этого человека… Фархан объяснил мне, как им пользоваться в случае необходимости.

— Я позволю тебе прочитать мое сознание. Не все, только ту часть, которую я сочту необходимой. Это тебя убедит?

— Ты маг?

— Почти, — усмехнулся я. — Но для этого умения у меня хватит. Ну что?

Кузнец нахмурился, но согласно кивнул. Неприятная, прежде всего для меня, процедура заняла около пяти минут. Вскоре мы вновь спокойно сидели в креслах и вели чисто деловую беседу. Недавних следов недоверия на лице Горна не осталось и в помине. Он поведал мне, что его брат живет уже третий год в Лереноре — столице лесных стражей, как было принято их здесь называть. На мой вопрос об их предводителе Горн только развел руками, заявив, что брат никогда о нем не говорил. Но радостная новость заключалась в том, что совсем недалеко находился небольшой форт, откуда я и Сатья могли быть переброшены в Леренор.

Мы поболтали еще немного. Горн заинтересовался моим мечом, его удивил сам материал, из которого тот был сделан. Его крайнее любопытство вытянуло из меня еще немного информации. В конечном счете мне пришлось просить разрешения наложить на кузнеца Обет Молчания, иначе я не мог отпустить его, а тащить с собой еще одного человека мне пока не хотелось. Тем более что в нем не было Зова.

— Давай так. Забирай свою подружку…

— Спутницу.

— Хорошо, забирай свою спутницу, — хохотнул Горн, заговорщицки подмигнув мне, — и через час встретимся у западного входа. Договорились?

Но пожать протянутую руку я не успел: где-то рядом прогремел сильный удар, земля сотряслась, и крыша дома обрушилась прямо на нас.

…Сильная боль в затылке дала мне понять, что я жив. Кругом ничего не было видно, только пыль от рухнувшего строения. Высвободив руку из-под балки, я сделал попытку встать. Отбросив еще несколько деревянных частей бывшей крыши, я увидел кузнеца, остервенело разбирающего выход. С улицы послышались крики и плач, и со стороны входа раздались глухие удары. Через пару секунд один из них пробил стену, и мы увидели окровавленное лицо Арамины, которая использовала для нашего освобождения кузнечный молот.

— Скорее вылезайте! Пап, ты как? — взволнованно шмыгнув носом, проговорила девушка.

Ругаясь отборной бранью, Горн выбрался через пролом. Я поспешил за ним. Нам открылось ужасное зрелище: дома смяты, как коробки из-под южных пряностей, везде дым и огонь, люди, не понимающие, что происходит.

Кузнец скомандовал дочери:

— Давай быстро забери золото и сестренку и бегом к западному входу. Через десять минут встречаемся там, если нас не будет — идите одни!

— Хорошо, пап… — Арамина развернулась и бросилась, по-видимому, к тайнику, находившемуся в огороде.

— Так, я соберу бойцов и попытаюсь выяснить, что случилось. Ты — забирай свою подружку и тоже к западному! Понял?

Я кивнул и, уже убегая, увидел, как Горн с мрачной решимостью перехватывает молот и идет в сторону развалин соседнего дома.

Выбежав на центральную дорогу, я с ужасом увидел, что больше половины деревни объято огнем, часть домов уничтожена и всюду лежат раненые и убитые. Подавив приступ рвоты, я бросился к таверне. Вот вход, слава стихиям, вроде все цело. Никого нет… Поднимаюсь на второй этаж — Сатья уже стоит наготове и встречает меня с обнаженным кинжалом. Молодец, девочка. Быстро спускаемся вниз, Токи что-то кричит нам вслед… Улица, огонь, крики… Смерть…

Остановившись у западного входа, мы перевели дыхание. Арамин и ее младшая сестра уже были здесь, готовые драться насмерть — это явственно читалось в их взглядах. Время шло, а Горна все не было. Я посмотрел на старшую девочку — в жестких чертах ее лица проступило отчаяние. Самое обыкновенное детское отчаяние.

— Идите к лесу, мы скоро будем! — приказал я и бросился обратно в деревню. Если кузнец умудрился нарваться на тех, кто все это устроил, — а у меня не было сомнения в том, что это были те же, кто уничтожил ту несчастную деревушку, которую мы с друзьями обнаружили незадолго до расставания, — то у меня мог появиться первый опыт магических атак на равного противника. Или неравного! В общем, недурно было бы выжить.

Выхватив меч, я понесся к северной стороне. Именно туда направлялся Горн, чтоб его Раху на завтрак съел! «Если он это уже не сделал», — грустно отозвался мой внутренний голос, и я ускорил бег. Сознание выхватывало из дыма всполохи света, до ушей донесся звон оружия. Где-то впереди шел бой. Внезапно передо мной вырисовался некто, облаченный в темный балахон. Не дожидаясь начала заклятия, я рубанул наотмашь по фигуре, но та просто осела на землю кучей тряпья, а сам субъект преспокойно превратился в дымку и исчез в мареве пожарищ. Ошеломленный таким исходом, я не понял, в чем дело. Наплевав на все, я рванул дальше. Шум боя приближался, и вот моим глазам предстало ристалище…

Несколько трупов селян устилали поле боя, все было залито дымящейся кровью. Горн и еще несколько воинов стояли наперевес с оружием и наступали на трех магов в черных балахонах. В том, что это маги, не осталось никаких сомнений — их щиты стихий были надежнее любой брони, а то и дело высвечивающиеся в руках огненные шары и молнии довершали общее впечатление. Однако маги не атаковали и я догадался, почему: один из них все-таки бросил молнию в Горна, но та отлетела от него, безвредно растворясь в воздухе. Посмотрев на кузнеца другим зрением, я увидел ярко сиявший амулет на нем и на других воинах. Похоже, все было не совсем так, как казалось на первый взгляд. Это больше напоминало действия профессиональных наемников, усиленные хорошим магическим подспорьем. Я поудобнее перехватил меч и двинулся к защитникам.

Увидев меня, Горн попытался улыбнуться и отдал сигнал к нападению. Магов начали брать в кольцо, и в это время один из них увидел меня. А точнее, он увидел мой меч, горящий фиолетовым огнем уже в реальности! Завопив истошным голосом, он вытянул руку в мою сторону, указывая на меня соратникам. Что произошло дальше, я не смог понять.

Как по команде, двое Темных достали странные кинжалы, словно источающие саму Тьму, и вонзили их себе в живот. Пока я и другие селяне наблюдали за непонятным самоубийством, резко похолодало, мир из красочного стал серым, повеяло смертельной тоской. Медленно, как будто во сне, мне в голову стали приходить строчки из Книги Фархана: «Древняя Тьма принимает только Жертву Крови, и лишь ею она наслаждается, чтобы затем исполнить просьбу вызвавшего». Я начал осознавать, что происходит нечто воистину Темное. Горн, видя, как зашевелились губы последнего мага, ринулся к нему, но опоздал. Кинжалы растворились в телах убиенных, принимая жертву. Черная дымка собралась вокруг тел и потянулась к говорившему. А тот и не думал останавливаться; последнее слово он выкрикнул так громко, что его услышали все, кто находился поблизости: «БАХААР!» И в этот момент молот кузнеца с хрустом вошел в череп мага, вдавливая тот в основание шеи. Тело безвольно рухнуло, обильно орошая землю какой-то мерзостью.

Но черный ритуал завершился. Призванная последним выкриком мага, ОНА вышла, чтобы покарать смертных. С громким стоном разошлась земля, и оттуда медленно, уродливо перебирая щупальцами, вылезла Тварь. Она была стара, очень стара, и ей абсолютно не нравилась вся эта затея глупого служителя Тьмы. Не обратив внимания на мощнейший удар молота, который убил бы хорошую лошадь, она развернулась и поползла ко мне.

Оставляя за собой склизкий след, черная Тварь двигалась, изменяя свои очертания с каждым метром пути. В итоге передо мной предстала ни на что не похожая, ужасно воняющая туша с явно недобрыми намерениями. Попятившись, я понял, что сейчас начнется настоящая битва за жизнь.

Тварь нанесла удар первой. Я успел плашмя подставить меч под ее членистое щупальце, но силой удара был отброшен на несколько метров. Благодаря этому я успел встать на ноги, несмотря на резкую боль в разорванном бедре. Опершись на здоровую левую ногу, я вспомнил несколько заклинаний, которым меня научила Книга Фархана. Собрав силы, я прошептал заклятие и швырнул его в Тварь. Ужасный рев пронзил воздух, наполненный смрадом, и я с радостью заметил брешь в броне чудовища, но тут же получил сильнейший удар в живот. Оказавшись на спине и сообразив, что жив, я откатился в сторону и, припав на колено, метнул мой лучший магический удар. Именно он однажды послужил предметом испуга моих друзей и образования небольшой трещины в земле. И это сработало. Шар вполлоктя в диаметре устремился к Твари. Занятая поиском моего тела, она вовремя не заметила его. Взрыв от соприкосновения моей магии с чужеродным объектом потряс воздух, и Тварь с воем рухнула наземь. Удар Кали совершил свое дело.

Позабытые в пылу схватки Горн и его подельники моментально добили своими топорами и молотами поверженную Тварь, уничтожая остатки чужеродной волшбы.

Глава 2

Мир начал приобретать прежние краски. Уже не обращая внимания на руины, мы спешили вернуться к нашим девушкам. Горн иногда останавливался, чтобы отдать несколько распоряжений селянам, но быстро нагонял меня. Я был холоден как лед — магические силы истощились, потраченные на финальный удар и лечение раны, так что теперь я чувствовал себя просто ужасно. Слава стихиям, что в деревне больше не оказалось Темных. То ли они ушли, встретив неожиданное сопротивление, то ли еще не успели прибыть новые. Как бы там ни было, мы решили, что свое дело сделали, остальным займутся Тоскнарры.

Выйдя из поселения и кинув последний взгляд на царившую в нем разруху, мы направились в лес, где был укрыт один из фортов повстанцев.

— Чем это они деревню так уделали? — спросила Сатья, обращаясь к Горну.

— Без понятия. Но на это ушли все их силы. Только поэтому мы и выжили, — хмуро выдавил кузнец.

— Ничего, они ведь разберутся, да, пап?

— Не знаю, Арамин. Но надеюсь.

Часа два мы шли по глухим лесным тропинкам. Тишина и запахи леса помогли нам слегка прийти в себя после ужасных событий. И тут дорогу нам преградили двое людей, спрыгнувших с деревьев.

— Привет, Горн, Арамин, Люси. — Они отвесили легкий поклон. — Кто это с вами?

— Друзья. Я ручаюсь.

— Хорошо. — Сделав знак рукой, один из стражей сказал мне: — Не делайте резких движений и следуйте за нами.

Фигуры покрылись легкой тенью, смазывавшей очертания, и направились в глубь чащи. Мы последовали за ними. Горн объяснил мне, что это охранники форта, лесные маги высокого уровня. Я удивился, так как не ожидал встретить ничего подобного в небольшом лагере повстанцев. Мне они представлялись гораздо менее подготовленными и уж точно менее воинственными. Выходит, не зря их боялись власти.


Император сидел на троне и отчужденно разглядывал запонки на рукавах шикарного костюма лорда Ксантуса. Совещание Эсканора длилось уже более четырех часов, и все изрядно вспотели и устали.

— Император! Да вы меня вообще слушаете? — гневно окликнула его женщина в черной накидке с вышитыми по краям оборок черепами различных существ.

— Прости, Эдра Беатрис. Так на чем мы остановились?

— Я назначала срок поднятия вашего Иниана на конец октября. Но кое-что изменилось, поэтому сроки сокращаются.

— Отлично. Что же тогда вас смущает?

— Как я уже сказала, — Эдра повела плечом и надменно хмыкнула, — все гораздо проще и сложнее. У этого тела нет души. Ее вообще нет! Ни в верхнем, ни в нижнем мире. Нигде. Ни одной зацепки. Так что никакой куклы не выйдет.

— Что?!

— Да, уважаемая, — просипел Ксантус, — что же тогда делать?

— Мы можем влить в пустую оболочку другую душу. Ту, которая осознанно примет свою участь и сможет работать с нами. — Некромантка закатила глаза, мельком взглянув на лорда, и снова хмыкнула.

— Я и мой хозяин не согласны, — прозвучал низкий металлический голос из дальнего угла залы.

— Архивар?

— Не я. Он. — И демон указал на фигуру, стоящую подле него.

Впервые за время заседания совета это существо заговорило.

— Мой хозяин будет ждать до января следующего года, только тогда он сможет исполнить предначертанное.

— Значит ли это, что если мы начнем захват королевства и нашей главной цели, — Найскату озадаченно посмотрел на несера, — то вы откажетесь нам помогать?

— Мы не берем своих слов назад и не меняем решений, мы не люди, и мы поможем. После.

— Как мило, — прошипела Эдра, но гневный взгляд императора заставил ее умолкнуть.

— Тогда решено. Итак, — Найскату обвел всех тяжелым взглядом, — Иллениар, вы сможете в течение недели доставить некромантам лорда Аррна?

— Так вот какая будет его участь… Что ж, может, это и к лучшему. Через неделю он будет у вас, Эдра, — поклонился эльф и вновь опустился на стул.

— Что касается остального… Я объявлю Айлейлу ультиматум. Если он не согласится, тогда через десять дней, десятого августа три тысячи четыреста семьдесят восьмого года, мы начинаем захват королевства под знаменем рода Калил. Как и рассчитывали изначально. Я прошу доложить всем начальникам, чтобы через три дня войска были размещены в строгом порядке перед стенами этого города. Собирайте всех. А что касается вас, — император обратился к несеру, — вы владеете магией порталов?

— Мы придем своим путем.

— Отлично. Тогда ваши отряды должны прибыть в течение недели к истоку реки Антрадей. Будете ждать там.

Через полчаса, когда были улажены все формальности и согласованы детали операции, к императору подошел Иллениар.

— У меня плохие новости. Меня и мой народ предали.

— Что? Кто?

— Черное Дерево, Ильхаваттир, мой брат. Он предал нас.

— Но почему?

— Я не могу ответить на ваш вопрос, император. Просто будьте осторожней. Он много знает, и если он на стороне короля, то может сильно подпортить нам игру. Будьте осторожнее.

Эльф тяжелым шагом покинул залу, и на императора вновь опустился груз сомнений и тревог. Не все идет так, как задумывалось. Что ж. Большие цели — большие жертвы.


Вода падала с высокого уступа, разбиваясь на мелкие частички, которые в искусном танце летели вниз, играя в лучах закатной Митры. Водопад, преграждавший путь в пещеру, где расположился портал Тоскнарров, был одним из самых красивых, какие я видел на своем веку. Страж тихо окликнул меня, напомнив, что пора идти. Мы направились внутрь. Странное чувство, когда проходишь сквозь водопад — как будто входишь в другой мир. Сатья испытывала нечто подобное — так искрились ее глаза.

— Вот и пришли. Леренор ждет вас, — торжественно произнес страж, провожающий нас от самого форта.

Да, повстанцы приняли нас очень радушно. Узнав о некромантах, они тут же сформировали отряд, направленный в соседнюю деревню, а нас от души отблагодарили за спасение Истой. Горн решил остаться в форте, дав нам несколько советов, как вести себя в столице. Кроме того, Эриол — тамошний староста — вручил мне увесистый мешочек с золотом, посоветовав прикупить новое снаряжение и одежду. Особенно этому обрадовалась Сатья, — женщина она и есть женщина… Отдохнув и насытившись, мы собрались в путь. Староста выде-"лил нам провожатого, и вот теперь мы были в двух шагах от Леренора.

Взявшись за руки, мы шагнули в марево открывшегося портала.


Одинокий баркас рассекал просторы водной глади Белого Океана. Капитан стоял у штурвала, закрывая лицо от налетавших брызг высоким воротником старой штормовки, просоленной морскими волнами. Двое матросов играли в карты, еще один угрюмо сидел на бочке, время от времени поправляя положение паруса. Баркас шел под тягой ветра, и лишь изредка капитан включал магический движитель, позволяющий идти независимо от ветра с небольшой скоростью.

Скрипнула крышка пассажирского отсека, и оттуда, пошатываясь, вылез темный эльф с позеленевшим лицом. Сделав пару шагов к борту, он не выдержал и исторг содержимое желудка на палубу. Одинокий матрос поморщился и сплюнул туда же. Второй эльф с презрением посмотрел на происходящее и подошел к капитану:

— Любезный, долго мы еще плутать будем? Уже вторую неделю плывем!

— А ты не спеши, милый. Корабль крепкий, вот погода утихнет, пойдем на движителе. Пока ветер гонит в нужном направлении, что силы тратить? — улыбнулся Ворон и перехватил штурвал.

— Мы где сейчас находимся? — вопросом на вопрос ответил Ильхаваттир.

— Обходим с запада Великие Ашты. Если повезет, то нас не засекут артефакты флота его величества.

— Не засекут. Я щиты выставил. Так что давай быстрее, иначе я подумаю, что ты плохое замыслил!

— Как угодно, господин, как угодно… — усмехнулся капитан и замолчал.

А через пару часов в зоне видимости показался неизвестный корабль. С абсолютно красными парусами.

Мираллил тихо произнес, ни к кому не обращаясь:

— Вот попали…

— Раху меня забери! Капитан, что происходит?

— Поспешишь — людей насмешишь. Это пираты с Островной Федерации. Только вот что они в этих водах делают — ума не приложу, — грустно произнес капитан.

Ильхаваттир подхватил собрата и затолкал его в трюм. Щиты он дезактивировал и теперь, собрав всю силу в кулак, готовился к встрече незваных гостей.

Чужая шхуна быстро приближалась. Стали видны острия таранных орудий, катапульты и люди, активно снующие по палубе пиратского корабля. К удивлению эльфа, флаг не был поднят. Это могло значить только одно — это не нападение. Тогда что?

Пиратская шхуна встала в паре сотен метров от баркаса, и от нее неспешно отошла лодка. В ней находилось пятеро людей, закутанных в серые плащи. Эльфы с нетерпением ожидали встречи. Раздался скрип уключин, матросы сбросили веревочную лестницу. На палубу поднялись лишь трое гостей, и один из них обратился к Ворону:

— Доброго заката и хорошей погоды.

— И вам того же. С чем пожаловали?

— Мы нуждаемся в вашей услуге, — медленно произнес один из пиратов.

— Первый раз слышу, чтобы вы просили об услуге. Новая методика? — издевательски спросил Ворон.

— Обстоятельства. Вы возьмете двух наших спутников и доставите в любой порт Токанны. Заплатим золотом. Две тысячи хватит?

На этой фразе кто-то из матросов громко ойкнул и сполз на пол. Даже Черное Дерево, много видевший в своей жизни, был удивлен. Сумма была немаленькой, особенно для такой скромной услуги.

— И кто они? — угрюмо спросил капитан, ожидавший подвоха.

— Мы, — раздался ответ в голове каждого из находившихся на баркасе. Мираллил недоверчиво уставился на двух пиратов, скинувших маскировочные плащи. Под ними были не люди…

Через час оба эльфа, запершись в каюте, надирались в стельку дешевым вином, в избытке хранившимся в трюме. Ни у кого в голове не укладывались недавние события. От пиратской шхуны не осталось и следа, две тысячи золотом лежали у капитана, а гости расположились в соседней каюте с эльфами.

— Надо поговорить с ними.

— Надо. Но как?

— Постучать в дверь и поговорить…

— Если они не поверят, то от нас и следа не останется.

— А если поверят? Мы же почувствовали в них Зов!

— Мы — эльфы, пусть и темные, — пробормотал Ильхаваттир.

— Ну так что?

— Позже…

Вина было выпито уж достаточно, когда в дверь каюты негромко постучали. Переглянувшись, эльфы синхронно вздрогнули, и один из них медленно встал и отворил дверь. В каюту вошел капитан.

— Ну что, сухопутные, как настроение?

— Не видишь? — Мираллил указал на выпитый ящик вина и распакованный второй. Пить эльфы умели…

— Ладно. Поговорить надо. Скоро к Риерве прибудем.

— Отлично! — Ильхаваттир громко икнул и поспешил сделать пару больших глотков вина. — Жаль будет с вами расставаться.

— И не надейтесь.

— В смысле? — выдохнули эльфы, уставившись в спокойное лицо капитана.

— В прямом. Я вам сейчас расскажу одну историю, и вы все поймете.

И они поняли. Поняли до такой степени, что решились познакомиться с теми, кого их предки назвали бхутами. Эти существа были чем-то средним между высшими демонами и вампирами, которые и сами-то воспринимались существами сказочными. Бхуты считались проклятием всех эльфов: когда их народ, еще не разделенный Великой Зимой, существовал бок о бок с духами всех стихий, общался с небожителями и людьми, один из эльфов убил старейшего бхута, применив к нему магию Первой Смерти. Такое простить не смогли, и повелитель бхутов начал истреблять их народ. Спасли их только Великая Зима и всемирный хаос, воцарившийся на долгие годы как на Притхиви, так и в тонком мире. Но до сих пор бхуты считались легендой, преданием. Но вот два эльфа и человек сидят и спокойно общаются с бхутами, обсуждая дальнейшие действия.


Город Трил принес Сор-Poxy хорошее настроение и пару увесистых кошелей, честно заработанных у купца. Распрощавшись, каждый отправился своей дорогой — караван Лойга ушел в Ле-Аннат, а Сокол расположился в самом шикарном трактире, заняв комнату с видом на Лес. Конечно, он видел его и тогда, когда они проезжали Иф, но здесь было все как-то по-другому… До начала Леса было несколько километров, но золотистые поля только придавали очарования темным громадам вечных деревьев, закрывающих горизонт. Сор-Pox знал, что там находится единственный оставшийся город Древних, резиденция самого Фархана, того человека, который создал королевство. И не только…

Как жаль, что туда нельзя попасть. Даже орку было невыносимо интересно побывать там, что уж говорить о людях. Может, и не зря нет туда хода. Ведь именно знания погубили предыдущую цивилизацию. А так хочется еще пожить! Так что пусть Лес Токанны притягивает к себе и дальше, да только не впускает внутрь. Никого. Особенно людей.

Вечерело. Спустившись вниз, он заказал плотный ужин. Жена трактирщика вскоре принесла еду, и Сокол жадно вгрызся в жареный окорок агути. Посетителей было много, их едва успевали обслуживать многочисленные служанки. Что-то пронеслось в душе вождя и забилось раненой птицей, заставив напрячься и положить ладонь на гарду меча, прислоненного к столу. Дверь отворилась, и в полумрак трактира вошли трое путников — старец с белым посохом, красивая южанка и молодой воин. Внимательно осмотрев гостей, Сор-Pox вздохнул и приготовился к последнему бою в своей жизни. Ауру старца невозможно было спутать ни с чем, такая сила дана лишь великим магам. А они не любили незваных гостей на своей земле.

Старец посмотрел на вождя, и в голове орка, уже готового скинуть личину, чтоб принять бой в истинном обличье, раздалось: «Стой! Я — друг! Не губи людей!» Скорее от удивления, чем от чего-то другого, вождь остановился. Естественно, что он не собирался верить этому людскому магу, но и устраивать побоище было не в его планах. Он молча ждал, пока к нему не подошли все трое. Сев за стол, старец внимательно посмотрел на Сор-Роха.

— Мое имя Карро. Я архимаг, вернее, бывший архимаг королевства. Это, — он указал на девушку, — дочь моего друга Мелайя. С ней мой ученик и маг стихии Воздуха Сантор.

— К вашим услугам, — поклонился маг.

«Знал бы он!» — пронеслось в голове Сор-Роха.

— Мое имя Сокол. Что вам надо? — почти прорычал вождь, смотря прямо в хитрые глаза Карро.

— Секунду… — Сантор сделал пасс рукой, и над столиком повис щит, не дающий подслушивать незваным гостям. — Говорите, Карро.

— Молодец. Ну так вот, Сокол, давайте напрямую.

— Может, выйдем? Пожалеем заведение? — безнадежно произнес орк, теряя последние капли уверенности, понимая, что архимаг его уничтожит в считаные секунды.

— Никто не собирается тебя убивать и вообще причинять какой-либо вред. Нам надо поговорить!

— Хорошо. Я слушаю, — с недоверием отозвался вождь.

— Как твое имя?

— Я Сор-Pox, вождь западного племени орков. Бывший вождь, — усмехнулся орк, глядя на бывшего архимага…

— Я думаю, что ты не случайно попал сюда. Ты ведь чувствуешь Это?

Он чувствовал. И теперь ощутил то же самое в этих людях. Они тоже слышали Зов и шли за ним. Вот теперь здесь, в захудалом городке Трил, они встретились и готовы были идти дальше. К счастью, Карро знал цель. Знал, куда им идти.

Ночь они провели в заведении. Сокол долго не уходил в свою комнату, размышляя о превратностях судьбы. «Сколько еще существ последуют Зову? И кто среди них будет? О, Эрма! Почему ты не рядом?!»

Над телом Иниана суетились безмолвные слуги Китару, верховного некроманта Цитадели Смерти. Поднятые целители и жрецы четко выполняли свою роль: они насыщали высохшее тело молодого мага жизненными соками, отнятыми у природы, оживляли каждую клетку, готовя вместилище для новой души. Подготовительные работы были закончены, Беатрис сообщила, что лорда Аррна привезут со дня на день. Сжав пальцы в защитном знаке, Китару прошелся вдоль полок с древними книгами. Его до сих пор беспокоило то, что душа этого ученика академии исчезла в никуда. Не могло этого быть! Никак не могло! Порой у некроманта возникало нехорошее ощущение, что он соприкасается с чем-то большим, чем простая Смерть. Ее он давно уже не боялся, а вот Этого… Его связи с демонами верхнего и нижнего мира тоже не дали никаких результатов — даже следа от души Иниана они не нашли… Что за тварь его уничтожила? Есть ли в мире существо, способное пожрать душу? Нет. Даже если бы и было, то след все равно бы остался. Китару хотел лично побывать на месте гибели мальчика, но пока это было нереально: оцепление академии до сих пор надежно охраняло Орн, а рисковать было бессмысленно. Через пару недель Легиона, впрочем, как и королевства, не будет, вот тогда и посмотрим…

Его размышления прервал хриплый голос одного из слуг, который оповестил некроманта о завершении восьмой стадии. Размяв руки, Китару приступил к дальнейшим преобразованиям, и послушное тело начало медленно обрастать новой кожей.

Глава 3

Вихрь пространства закружил наши тела в потоках Силы, и мы оказались в просторной зале без окон, но с сотнями свечей, расставленных по периметру пентаграммы. Переведя дух, я шагнул вперед, потянув Сатью за собой. Открылась дверь, и навстречу нам вышли четверо людей, облаченных в доспехи. Я остановился и поприветствовал воинов жестом, которому меня обучил староста Эриол.

— И вам добрый вечер, друзья. Я начальник охраны Сот. Прошу вас назвать себя и цель вашего визита, — произнес суровый мужской голос, принадлежащий усатому мужчине, лет пятидесяти на вид.

— Мое имя Наанор.

— А я Сатья.

— Мы хотели бы встретиться с вашим предводителем, у нас есть одно дело к нему, — продолжил я.

— Ну раз уж вы добрались сюда, надо полагать, вам доверилось много людей. Что ж, оружие можете оставить при себе, но из ножен не доставать. Я провожу вас в гостиницу.

— А когда мы сможем увидеть Ворона Эш?

— Его пока нет в столице. Вам придется подождать несколько дней.

Стража вывела нас на улицу, Сот пошел впереди, остальные двигались сзади нас.

Странный был этот город, затерянный среди лесов! Он был большой, действительно большой, и казалось невероятным, что его до сих пор не нашли легионеры короля. Только поговорив об этом с местным егерем, мы узнали, что все дело в банальной магии. Вот только чары, наложенные на это место, были древнее, чем само королевство. Первые люди, решившие жить отдельно от системы, случайно обнаружили это место и активировали его, используя себе во благо.


Мы шли, взявшись за руки, и изумленно глазели на огромные здания, широкие улицы и яркие краски, заливавшие все в округе. Сот посмеивался над нами, прекрасно понимая, что не каждый город сможет соперничать с Леренором.

Гостиница оказалась большим трактиром с комнатами для гостей. Плату за них не брали, ибо, как нам объяснили, в Лереноре не бывает людей случайных. Здесь все свои, нет ни бандитов, ни убийц, ни рабов. Не переставая удивляться, мы отведали местной пищи, вина и, попрощавшись с Сотом, отправились в свою комнату. Я уже привык спать рядом со жрицей, поэтому на нашу просьбу насчет одной комнаты на двоих все отреагировали с пониманием, хотя и подумали совсем о другом… Сатья устало пожелала мне спокойной ночи, а я, разобрав сумку и приведя в порядок вещи, решил прогуляться по городу.

Захватив с собой бутыль вина «Равнины Реная», я вышел на центральную улицу Леренора. Вокруг меня проходили десятки людей, все куда-то спешили, что-то несли… Многие из них были вооружены, я с завистью отмечал доспехи отличной ковки, многие из которых были сделаны из неизвестных мне материалов. Оружие в основном было укрыто от любопытных взглядов, но изредка я имел удовольствие видеть гарды красивейших клинков и широкие лезвия двуручных секир. У лучников я впервые заприметил луки со странной тетивой — она была двойной и пропущена сквозь интересные приспособления, укрепленные на самом луке. Решив потом узнать получше эти новшества, я направился вперед. Совершенно не имея представления, куда иду, я вскоре наткнулся на небольшой магазин, судя по вывеске торговавший оружием и доспехами. Пощупав кошель, в котором было достаточно золота, я решился зайти внутрь.

— Уважаемый желает что-то? — пробасил высокий мужчина в фартуке, за секунду до этого точивший изящный кинжал о каменный круг.

— Я хотел бы посмотреть что-нибудь из легких доспехов.

— Хм… Да уж, для тяжелых ты слабоват будешь. Могу предложить кольчугу из сплава серебра и миррорифита. Это — лучшее, что у меня есть. Защищает от магии в любом проявлении и достаточно легка, — оживился продавец и достал из-под прилавка сверток из дерюги.

Развернув его, я увидел действительно искусную вещь! С сожалением отложив ее, я задал вопрос, скорее для приличия, так как заранее знал ответ:

— Сколько стоит это чудо?

Продавец усмехнулся и, видя мой взгляд, облокотился на стол:

— Ну, денег у тебя на нее не хватит. Да, по правде сказать, она и мне досталась не за наличность.

Я заинтересованно посмотрел на него. Видимо, сейчас будет предложение об оказании какой-то услуги…

— Я так понимаю, что ты не только воин, но и неплохой маг. — Я согласно покивал. — Предлагаю тебе работу. Выполнишь ее — получишь кольчугу. И не только ее. Добавлю сверху наручи и шлем работы эльфов. Ну так как?

— А что за работа?

— Непыльная, но требует смекалки. Слышал о таком городе, как Риротек?

Естественно, я слышал. Далее Танан — так звали продавца — объяснил мне, в чем суть работы. Через пару минут я вышел из лавки, озабоченно почесывая затылок. Работа была действительно легкая, учитывая мои знакомства и знание пары особых плетений, но меня смущало несколько фактов… Впрочем, кольчуга могла компенсировать все минусы. И я решился.

Найдя Сота, я поинтересовался, может ли он доставить меня в Риротек. Оказалось, что портал рядом с городом есть, но обратно придется добираться пешком. Выяснив все подробности, я черкнул записку Сатье, отправив ее с первым попавшимся голубем, предварительно заколдованным мною же. Проверив наличие документов на имя Тана Онара, я активировал портал.

Риротек встретил меня горящими огнями сторожевых башен и, естественно, запертыми воротами. Правда, сейчас это не составило для меня проблемы. Выбрав участок стены, где не было охраны, я вспомнил плетение заклятия левитации и вскоре уже шел по улицам неприступного города. Кто бы мог подумать, что я опять окажусь здесь! Вспомнились приятные и не очень приятные моменты моей жизни… Но время было ограничено. Я встряхнулся и двинулся к верхнему кварталу, где проживал некий Аль Касул, человек, задолжавший Танану около пяти тысяч золотых. Именно эти деньги и требовалось вернуть продавцу в обмен на кольчугу. Я уже почти дошел до цели, даже несколько встретившихся праздно шатающихся гуляк не остановили меня, как вдруг заслышал в переулке шум драки. Сделав шаг в сторону, я остановился, услышав женский крик о помощи. Я тяжело вздохнул, вытащил меч и направился в переулок.

Пятеро рослых бандитов жестоко избивали какого-то парня, а в углу истошно кричала девушка, которую крепко держал за волосы еще один подонок. Оценив критичность ситуации, я изрек своим самым грозным голосом фразу, в тот момент показавшуюся мне наиболее подходящей:

— Именем короля, приказываю вам бросить оружие! Вы арестованы…

На этом мой энтузиазм закончился. Бандиты повернулись ко мне, и через секунду раздался их хохот. Все они были в нашивках Легиона…

— Так, Свэн и Торн, уделайте засранца и обыщите. Труп в кусты, — приказал предводитель и вновь повернулся к жертве. Двое молодчиков, лихо раскручивая мечи, двинулись ко мне.

Я мысленно попрощался с жизнью и активировал щит. Легионеры приближались, один шел прямо, второй же начал заходить сбоку. Не давая им времени напасть первыми, я что-то прокричал и бросился в атаку. На мой щит обрушился страшный удар, но он выдержал. Я в ответ взмахнул мечом, и доспех солдата лопнул в месте удара. Брызнула кровь, и мой противник заорал, ругаясь на чем свет стоит:

— Эй, Хакстер, это маг, Рахово отродье!

— Ага, угадал! — Мой удар, последовавший за словами, наглядно подтвердил его догадку, и легионер замертво рухнул наземь.

В это самое время сзади раздался свист воздуха, рассекаемого мечом, и на меня рухнула стена… Ошалело глядя по сторонам, я упал на колени. Злость и ненависть волной пробежали по моим жилам. Резко поднявшись, я вслепую нанес удар и приготовился к атаке, но меч успел сделать свое дело: тело второго легионера было обезглавлено. Сзади раздался крик девушки, я обернулся и увидел остальных бандитов, направляющихся в мою сторону. Зная мстительность этих молодчиков, я понял, что биться придется до конца. Отерев кровь со лба, которая начала заливать мне глаза, я сосредоточился на новом плетении. Наспех выученное заклинание не сразу поддалось, но сработало, окончательно истощив мои силы. В сторону подонков понесся серый туман, быстро охвативший их фигуры. Послышались крики и брань, но один человек оттуда вышел. Главарь, чтоб его! На груди у него висел амулет, алевший пламенем, свидетельствовавшим о том, что он отработал свое, спас хозяина! На мою голову…

— Тебе конец! Это я говорю, тварь! — Хакстер по-звериному оскалился и прыгнул на меня.

Последнее, что я запомнил, — это как мой клинок нашел-таки брешь в его броне… Мы сражались уже не в переулке, бой продолжался на центральной улице. Мой противник искусно владел мечом, и его удары каждый раз доставали цель. Я не понимал, как еще жив — кровь лилась рекой. Моя кровь! Только меч спасал меня, как мог. На использование магии сил не было вообще. Последний удар сбил противника и погрузил меня в беспамятство.

…Мне снился сон. Я шел по траве, едва превышавшей несколько сантиметров. Горная трава. Вокруг был лишь чистый воздух и скалы. И небо. Да, синее, прекрасное и такое далекое небо. Я взошел на вершину горы и увидел необозримые просторы, новые земли и моря… Лишь спустя минуты в голове прозвучал набатом голос дракона:

— Наигрался?

— Я…

— Герой! Ай да молодец! Скажи мечу спасибо, он тебе умереть не дал! Тоже мне, нашел развлечение — до инициации с шестью воинами схватиться, еще и без магии!

— Там девушка была…

— «Девушка была»! — передразнил меня дракон. — Они всегда будут. Так что ж, всегда будешь на рожон лезть? Вот-вот. Ладно, я не за этим. Дурак ты или нет — узнаем позже. Планы меняются, вот что главное. Выздоровеешь и бегом в Леренор, там тебя все уже будут ждать. После этого скажешь Ворону, чтобы портал ко мне активировал. Некогда вам пешком шляться, и так время потеряли. Остальное расскажу на месте, когда придете. Понял? — злобно глянул на меня Р'Хаад'Йер.

— Как не понять.

— Ну и отлично. Досчитай до ста и просыпайся.

Я медленно открыл глаза. Все тело жутко болело и ныло, я абсолютно не чувствовал ног. Попытка повернуть голову едва не стоила мне жизни. Хлопнула дверь, и я услышал голоса.

— Господин Тодгор, он наверху, проходите!

— Спасибо, девочка, можешь подождать меня у своей госпожи. Передай ей, что я могу пробыть там долго.

Раздались шаги, и дверь в комнату, где бессильно лежало мое тело, открылась.

— О, старые знакомые! Жив? Вроде жив. Говорить можешь? — В зоне видимости возникла физиономия знакомого мага.

— У-ух…

— Ясно. Ну что ж, сразу говорю, будет больно…

Следующие три часа я чувствовал себя грешником, которого демоны жарят на сковородке в нижнем мире. Хотя нет, слишком мягкое сравнение! Боль — это не когда ломается кость от удара меча. Боль — это когда ее сращивают. Когда лопнувшие мышцы отрастают заново и соединяются с сухожилиями. Когда магическая зараза, съедающая твое тело, выжигается магическим огнем, приносящим муки. Но зато ты понимаешь, что если больно — значит, еще жив…

— Вот и все. Теперь спи, — устало вздохнул Тодгор.

Уже сквозь сон я услышал его слова, обращенные в никуда. Сердце встрепенулось и успокоилось.

— И повезло же сантиме Даяне… Кто бы мог подумать… — произнес маг, уходя.

Девушка, которую я спас, оказалась служанкой сантимы Даяны. Когда, продолжая сражаться, мы с Хакстером скрылись с ее глаз, она подхватила своего парня и бросилась к дому госпожи. Ее порванная одежда и кровь были красноречивее, чем сбивчивый рассказ о «великом воине с мечом, объятым пламенем», и сантима Даяна, взяв трех охранников, отправилась на поиски моего тела. К их удивлению, они нашли меня едва живого, лежащего на трупе капитана стражи — Хакстера. Его заговоренный меч отправил к праотцам уже не одного жителя Риротека, поэтому меня было решено отвезти в дом, вылечить и хотя бы временно скрыть от ищеек Легиона. Мне очень повезло, что Даяна и ее семья были несогласны с политикой этих бандитов… И еще я испытал странное чувство удовлетворения — несмотря ни на что, я все-таки с ней встретился. Леди Даяна из мифа превратилась в реальность и уже в течение трех дней приносила мне в кровать бульон и питье.

— Ну, герой, как самочувствие? — разбудил меня ласковый голос Даяны.

Открыв глаза, я сощурился от яркого света Митры, залившего всю комнату. После курса лечения, проведенного Тодгором, прошло три дня, и я уже мог вставать на ноги.

— Спасибо вам, я уже почти… здоров.

— Ладно уж, лежи. Уважаемый Тодгор сказал, что тебе надо еще пару дней провести в постели. К сожалению, мой муж не сильно доволен таким положением. — Сантима вздохнула. — Ты сегодня говоришь лучше.

— Ага… А вы давно замужем?

— К чему это? Ты ведь знаешь, что в королевстве все решают обычаи. Я с рождения была обручена с Гистиасом Вторым и в четырнадцать лет вышла замуж. Все как всегда… — грустно произнесла Даяна и резко сменила тему: — Ты сам-то откуда будешь? Мне твое лицо вроде знакомо.

— Я из… Из Риервы. Сын крестьянина.

— Так ты не поданный его величества? — Удивление отразилось на лице сантимы.

— Да, и вполне этим доволен!

— Счастливый! Знал бы ты, как тяжело жить в нашем мире! Я ведь тоже из свободных… Была. Мой отец родом из этого города, только он богатый купец. Вот и отдал меня с детства в столицу на обучение. Гражданство оформил. И замужество.

— А кто он?

— Да человек-то он хороший, — Даяна присела на край стула и взяла в руки какую-то безделушку, вертя ее между пальцев, — только любви между нами нет. Тебя зовут как?

— Наанор из рода Тинору. А тебя я знаю — ты Даяна.

— И откуда это тебе известно?

— Долгая история…

— Такая же долгая, как и то, почему у тебя в сумке документы на Тана Онара? — не сдержала смеха сантима.

— Еще дольше…

Мы проболтали еще час, только потом она испугалась за мое здоровье и оставила одного — отдыхать. Лежа в кровати, я пытался сообразить, что делать дальше. Выполнить поручение Танана казалось почти невозможным — после убийства капитана Легиона и его пяти подчиненных я теперь в первом списке преступников. Вот ведь удосужился! Еще и моя Даяна оказалась замужем. Дела! И дракон, как всегда вовремя, со своими советами! Чтоб его…

Присев на постели, я обследовал себя и решил, что мое состояние удовлетворительное. О магии можно было забыть вообще надолго, а что касается физической силы, то ее можно было оценить на средний балл. Этого могло хватить, чтобы вернуться в Леренор. С сожалением вздохнув о моей почти потерянной мечте, которая находилась этажом ниже, я начал собираться. Предусмотрительная хозяйка подготовила взамен моего изодранного охотничьего костюма комплект добротной одежды городского покроя. Все было мне по размеру, разве что неразношенные сапоги жали в носках. Осмотрев сумку, я успокоенно закинул ее на плечо. Вслед за ней на спину отправились ножны с моим драгоценным мечом. Вроде все было на месте…

Открыв окно, я с радостью обнаружил в двух метрах под ним уступ крыши соседнего дома. Напоследок окинув комнату взглядом покидающего дом гостя, я спрыгнул вниз. Черепица выдержала мое приземление, слегка хрустнув под сапогами. Дальше я перепрыгнул на балкон, а с него на тротуар. Митра висела в зените, стояла безоблачная и жаркая погода, что для начала августа было вполне естественно. Стараясь не вызывать подозрение, я пошел в сторону площади.

На глаза мне попалась старая вывеска школы меча. Не преодолев соблазна, я зашагал к зданию, где впервые познакомился с мастером Ли. Чувствовал я себя вполне сносно и скоро был у цели. Постучав в обитую железом дверь, я шагнул внутрь.

— Нарвин? Нарвин, ты здесь?

— Он больше не работает. Что вы хотели? — прозвучал грубый голос неизвестного мне человека.

— Да так, старые знакомые. — Я с сожалением развернулся и собрался выйти, когда меня вновь окликнули:

— Вас случайно не Тан Онар зовут?

— Возможно. А что такое? — Я нащупал рукоять меча. «Только не сейчас! Вторую схватку я не переживу», — пронеслось в моей голове.

— Покажите документы. Нарвин просил вам передать кое-что.

Ко мне подошел статный воин в полном облачении неизвестного мне боевого ордена. Прочитав документы, которые, к счастью, сохранились в моей сумке, он предложил пройти за ним..

— Орден Дхармы обычно передает такие дела в ведение Легиона, но вы пришли вовремя. Вот, — человек достал небольшой ящик из стола, — это искомое послание. Что в нем, я не знаю.

Поблагодарив его и все стихии за удачное стечение обстоятельств, я вышел на улицу. Решив открыть шкатулку в более укромном месте, я направился в свой любимый трактир.

Заведение встретило меня приветливо. Махнув рукой знакомому трактирщику, я присел за свободный столик.

— Добрый день, как поживаете? Что-то вас давно не было видно! — радушно произнес он, подходя ко мне.

— Да все в разъездах. А где Альф и Лурк?

— Ох, господин… После того как Риротек вошел в состав Запредельного, запретили иметь наемников. Даже у лордов и другой знати нет дружин. Только Легион, и все. Вот так. Ну вам как обычно? — Шаньор с улыбкой посмотрел на меня.

«Серый дом гончего», несмотря ни на что, оставался верен себе, и это радовало!

Плотно пообедав своей любимой олениной и кружкой отменного местного пива, которое производилось прямо на заднем дворе трактира, я выложил шкатулку на стол. Ничего особо примечательного в ней не было, таких вещиц сотни. Однако открыть крышку с первого раза не получилось. Вздохнув, я посмотрел на нее в магическом диапазоне. Расплатой за это была острая боль в виске, зато замысел хитрого Нарвина стал мне ясен. Магия крови! И откуда?

Пара капель моей крови окончательно развеяла сомнения в том, что я прав. Нехотя скрипнув, крышка поддалась. Внутри лежало кольцо, вернее, перстень и записка. Все. Ни денег, ни камней… Шучу, конечно! Отложив кольцо на потом, я прочел записку.


«Уверен, что рано или поздно эта записка попадет к тебе в руки. Когда сняли метку, я решил уйти из школы. Надоело мне все… Я не знаю почему, но мастер Ли доверял тебе. Доверял настолько, что, идя на верную смерть, оставил мне в ящике это кольцо с просьбой передать его тебе. И еще вот эти слова:

«Когда линии сомкнутся, Свет укажет дорогу Тьме, но не она будет началом, и не она станет концом. Бери за руку самое слабое существо во вселенной, и оно приведет тебя к двери. Даже Он не знает этого. Меня считают предателем и те, и другие. Пусть. Я умру с гордостью за то, что успел сделать. Жди на вершине Амаравати!»

Честно, я не могу этого понять и объяснить. Единственная зацепка, которую я знаю, — древняя легенда светлых эльфов, которая была написана еще до Великой Зимы. Возможно, тебе стоит ее прочесть…

Желаю удачи, и пусть твой путь всегда освещают живые звезды! Прощай.

Нарвин».


Так, опять начинается! Ну уж нет, хватит с меня предсказаний и пророчеств на пару с легендами и мифами! Поборов первое желание закинуть содержимое шкатулки в огонь камина, я сунул все в сумку и, вконец разочарованный, пошел прочь, оставив трактирщику солидные чаевые. Стараясь не думать ни о чем, я двигался к выходу из города, плутая по переулкам, чтобы лишний раз не светиться перед легионерами.

Только на подходе к воротам я кое-что сообразил. Магией я пользоваться не мог, а значит, перелететь через стену было для меня непосильной задачей. Идти через ворота было глупо, — я не сомневался, что кто-нибудь из магов уже снял отпечаток моего лица с глаз убиенных легионеров, и теперь мой портрет известен каждому. Оставалось надеяться на жадность стражников. Вот только денег у меня осталось очень немного. Точнее, их вообще почти не осталось… Встал вопрос — идти на авось или же попробовать выполнить задание Танана. Поразмышляв пару минут, я решил прибегнуть к обоим вариантам.

Когда Митра уже клонилась к закату, одинокий крестьянин с большой тележкой, наполненной капустой, приблизился к воротам Риротека.

— Куда собрался на ночь глядя, старик? — прозвучал насмешливый голос легионера.

— Да вот, у меня сыновья в лес на охоту подались, попросили им провизии привести на недельку…

— Ага, конечно. Делать им нечего, как в лесу твои овощи жрать! Вали-ка ты отсюда по-хорошему!

— Да ладно, ты, милок, возьми кочанчик, может, и тебе понравится, — хитро пробормотал старик, подавая легионеру крепкий кочан.

Взяв вилок, легионер с удовлетворением обнаружил в нем несколько серебряных монет. Подмигнув напарнику, он зычно крикнул стражам на входе:

— Эй, братва, старика с капустой пропустите. Он в порядке!

Старик, рассыпавшись в благодарностях, прошествовал мимо охраны и выехал на просторы, оставив город и Легион позади.

— Ну все, вылезай давай! Деньги, деньги гони! — Сердитый старик хмуро выхватил мои последние гроши и направился дальше по дороге.

Надо сказать, что езда в тележке, где все пропитано запахом тухлых овощей и ползают мелкие белые черви, не самый приятный способ путешествия. Зато я оказался на свободе — Риротек сиял огнями позади меня.

Усевшись на старом пне, я подвел итоги. Радости было мало: потратил все деньги, получил кучу шрамов, три дня провалялся в отключке и растратил все запасы сил. Узнал, что у моей богини есть вполне банальный муж, получил на память совершенно бесполезное кольцо и очередное пророчество или легенду — кому что больше нравится. Дела…

Вспомнив о кольце, я достал его из сумки. Странный материал, но все остальное вполне обычное. Простой рисунок из пересекающихся линий. Носить могу разве что на большом пальце… И не следа магии! Побрякушка. Еще одна в моей коллекции… Точно! Я совершенно забыл об амулете, подаренном мне саном Лойгом! Так, когда я дрался, он был на мне… Потом… Даяна сказала, что все в сумке. Ага, вот еще одна бесполезная вещь…

Я сильно удивился. Очень сильно — амулет и кольцо были явно из одного комплекта! Так не бывает. Или?..

Исследовав оба предмета совместно, я пришел к выводу, что углубления на его сторонах идеально подходят под искомое кольцо… Поразмыслив, я осторожно попытался их соединить. Как и ожидалось, ничего не вышло. Еще раз осмотрев предметы, я вспомнил слова мастера Ли про какие-то линии. Приложив кольцо к амулету, я стал крутить его, пока рисунки на них не совпали.

Естественно, что две древние вещи стали одним целым. Я напрягся в ожидании взрывов, ударов молнии, пришествия какого-нибудь божества. Нет. Ничего. Только с другой стороны амулета углубление изменило форму. Значит, есть еще одно что-то?

Помучив получившийся предмет еще полчаса, я плюнул на все, снова разобрал артефакт на составляющие и решил вернуться к входу в город и устроиться на ночлег. К сожалению, сегодня у ворот не было никакого каравана, а трактир, в котором мы в прошлый раз останавливались, теперь стоял пустой и заброшенный, — видимо, легионеры посчитали его существование бессмысленным. Решив, что все же лучше доски под головой, чем камень, я направился к пустующему зданию.

К своей нескрываемой радости, я обнаружил почти целый соломенный матрас и не преминул расположиться на нем. Сон пришел быстро, и я пробудился только утром, когда раздался скрип открываемых ворот и галдеж торговцев. Хоть что-то в этом мире не меняется!

Глава 4

Затмевающий Небо Своей Добротой, Царственный Брат Творца Сущего, Благодетель Всего Живого, или же просто халиф Синунд ибн Асама, восседал на переносном троне, покуривая ядовито-зеленый табак из большого кальяна, услужливо поддерживаемого пятым братом его второй жены. Нынешний день — пятое августа 3478 года — стал особым для всей знати халифата Ле-Аннат: впервые за последние двести лет халиф, да чтится имя его во веки веков, полную луну тому назад приказал собрать всех своих визирей и выказал желание видеть к полудню пятого августа месяца на дворцовой площади свою армию. Больше недели грустные подданные собирали свои силы, отыскивая наемников везде, где только могли. Еще неделю они потратили на то, чтобы хоть как-то размежевать собранных воинов, в большинстве своем годных только к «трактирной» службе. Труды их увенчались успехом: к указанному числу в столицу Юга стали стекаться сотни разношерстных воинов и десятки людей вспомогательных профессий.

— Где мой несравненный даргот-сур Асуан? — задал вопрос халиф, обращаясь в пустоту.

— Я здесь, господин, — вынырнул из-под балдахина рослый мужчина с шикарными усами, закрученными к небу. За спиной виднелись рукояти двух смертельных орудий убийства — ритуальных дар-готов, носящих тайное имя хозяина. Простой плащ и неброского цвета одежды довершали образ настоящего льва войны этих земель.

— Они готовы?

— Да, о несравненный. На площади более пяти тысяч воинов, все они только ждут вашего приказа.

— Великолепно. Ты узнал, что я просил? — Голос халифа изменился, и в нем появились хищные нотки.

— Да. Как вы и предполагали, граф Найскату выдвинул войска на позиции к перевалу у города Риф. Флот темных эльфов начал обходить восточный берег Токанны, готовясь к высадке близ города ТусТан. — Асуан развернул небольшую карту и указал на отметку, расположенную рядом с западным хребтом гор Вайманека. — А здесь сосредотачиваются силы сопротивления. Король не предпринимает ничего, и меня это настораживает. Я уверен, что его агенты уже донесли о передвижениях врага, но он спокоен.

— Он дурак. — Халиф смачно выругался, вспомнив своих предков до пятого колена. — Значит, Найскату решил взять сначала центральные и северо-восточные области Запредельного?

— Так точно, мой господин.

— И по-прежнему уверяет, что халифат ему ни к чему?

— Да…

— И он дурак. — Халиф затянулся кальяном. — Все дураки.

— Господин, мне сообщили, что архимаг Карро покинул свой пост. Его преемник развернул массовую переподготовку магов и теперь зачем-то отсылает их на восток страны, выдвигая на охрану пограничных городов с Лесом.

— А вот это интересно. — Синунд задумался и невольно вспотел. — Значит ли это, что предсказание верно?

— Думаете, что Найскату может проникнуть в Лес?

— Этот дурак — точно нет. Но вот те, кто идут с ним… Впервые за много веков ранее спокойные расы выходят из своих убежищ и помогают одному глупцу захватить королевство людей… Нет, тут что-то другое.

— Позвольте высказать свою точку зрения. — В их разговор вмешался третий человек, закутанный в шкуру какого-то животного.

— А, Верховный! Вы вовремя. У вас есть что нам поведать? — Халиф обрадованно отпихнул кальян вместе с его носителем и предложил гостю расположиться на ковре.

— Боюсь, что эта новость вас не обрадует, — устало покачал головой верховный шаман. — Черный Список.

— Что это?

— Помните документ, представленный вашему взору в начале этого злополучного года?

— Да, там что-то было о небожителях, их столице и еще много всякой непонятной ереси.

— Ну так вот, эта ересь, как вы ее изволили охарактеризовать, сейчас и происходит.

— Хорошо, вы можете вкратце пояснить мне и Асуану всю ситуацию? — Халиф рассерженно посмотрел сквозь створки шатра — на площади уже устали ждать люди…

— Сожалею, что не мог сделать этого раньше, но буквально сегодня я получил последние данные, — попытался улыбнуться шаман, — слушайте.

Минут через двадцать Халиф уже оглашал площадь своим громоподобным голосом, усиленным с помощью шамана, а довольные воины радостно возносили хвалу их великому предводителю. Наконец-то они получили то, что хотели, — войну…

Вечером в одном из походных шатров отряда Бейрута Восьмого, который вел своих солдат на север, можно было услышать негромкий разговор двух простых наемников:

— Что-то мне не по себе…

— Да ладно, Семиликий выручит. Он милостив.

— А откуда ты знаешь, что будет в этом случае милосерднее?

— Я бы предпочел умереть от руки врага. Наверное…

— Ага. Ты забыл, против кого мы идем биться? Вот-вот. Я хоть и не семейный, а быть пожранным этими тварями не хочу.

— Думаешь, наши силы вместе с легионерами не выстоят?

— Слышал приказ Бейрута?

— Покрыть мечи серебром?

— Ну да. Вот только уверен, что у короля денег сейчас меньше, чем у халифа. И подводы с серебряной пылью ему гномы будут продавать по тройной цене. Не забыли еще свое поражение в горах!

— Так что, получается, они и вреда им нанести не смогут?

— Ну почему же. Маги у них превосходные. Может, вместе и продержимся.

— До чего?

— До того момента, о котором шаман говорить изволил. Вот только кажется мне, что никакой бог не снизойдет до того, чтоб помочь нам.


Окончательно проснувшись, я задумался. Соблазн заполучить злополучную кольчугу был слишком велик, особенно в такое прекрасное утро. Мне повезло: бывший трактир стоял на пересечении линий Силы трех стихий, и этого вполне хватило, чтобы восполнить мои силы. Тот факт, что Тодгор полностью опровергал такую возможность в ближайшие дни, меня ничуть не расстроил. Собравшись с мыслями, я вышел к воротам. Народу было на удивление мало — несколько крестьян да извечные торговки семечками азура. Наплевав на все правила, я применил чары изменения внешности, и через некоторое время стражники увидели розовощекого мужчину средних лет, который направлялся ко входу в город.

— Документы, — сухо потребовал страж.

Я, хохотнув про себя, подал ему листок бумаги. Артефактный перстень скользнул в руках стража и засветился голубым сиянием, показывая, что документ подлинный.

— Все в порядке, можете проходить… Э-э… сан Капус Тан.

Едва сдерживая смех, я вошел в город, оставив позади ошарашенного охранника, пытающегося понять, что же было не так с этим господином.

Как я и ожидал, центральная улица была увешана листовками с моим изображением. Надпись гласила: «Искомый преступник первого числа сего месяца зверски убил доблестного капитана Хакстера, предательски заманив его в переулок. С помощью запрещенных артефактов он уничтожил его и пятерых солдат. Приказом наместника нашего великого короля убийца Наанор Тинору осужден и должен быть убит. Любой, кто доставит этого человека живым или мертвым, получит вознаграждение в пятьсот золотых королевской чеканки».

Вот тебе и вляпался! Сволочи, откуда они имя-то мое узнали? Спасибо Нарвину, что он шкатулку на мои фальшивые документы оставил, а то точно быть беде! Так, теперь, получается, я преступник. Защитил девушку от солдат, Раху их забери!

Вконец разозлившийся, я направился к своей цели. Толкая прохожих и огрызаясь на ответные ругательства, я дошел до верхнего квартала. Вновь повторив процедуру с проверкой документов, я беспрепятственно вошел в сокровенную часть Риротека. Неподалеку блестели защитой башня магов и дворец правителя, но туда идти я не собирался. Спросив пару прохожих, где дом Аль Касула, я вскоре оказался у его ворот. Постучав в большую дверь из черного эвкалипта, я подождал пару секунд и толкнул ее. Навстречу мне уже шел слуга, который недоуменно воззрился на меня.

— Твой господин, Аль Касул, дома?

— Да, он в кабинете. Как вас представить?

— Наанор Тинору, к вашим услугам, — произнес я и отметил характерный испуг в его глазах.

— А… прошу вас за мной.

Мы поднялись на второй этаж этого роскошного особняка, выстроенного по принципу максимального количества лесенок и уровней. Толкнув дверь, слуга пропустил меня вперед.

— Аль Касул?

— А вы, я полагаю, тот самый страшный убийца? — Спокойствие хозяина несколько удивило меня.

— Я лишь сделал то, на что не решались другие. Этот негодяй хотел изнасиловать женщину.

— Благой защитник… Доволен?

— Я не за этим к вам пришел. Вы должны одному человеку крупную сумму денег.

— А, значит, Танан жив? Я удивлен. Признаюсь, не ожидал от него такой прыти. — Темноволосый южанин запахнул полу халата и привстал, расправляя могучий торс. — Так вы хотите забрать его гроши?

Собственно, за этим я пришел, но что-то беспокоило меня. Ощущение опасности нарастало с каждой минутой, и я непроизвольно вытащил меч.

— Спокойно, я не собираюсь ничего делать. Вызывать легионеров тем более глупо — еще несколько смертей никому жизнь не облегчат. Позвольте только вопрос. — Касул выжидающе посмотрел на меня, прищурив хитрые глазки.

— Спрашивай.

— Этот меч… Можно узнать, откуда он у вас?

— Я купил его в лавке Кана.

— Так я и думал. Что ж, могу вас поздравить. Вы держите в руках сокровище.

Я с недоверием посмотрел на Аль Касула. Либо это игра, либо…

— Он достался мне почти даром. Это меч бывшего заключенного.

— Не совсем. Поверьте, если бы Кан знал настоящую историю этого меча, то он бы жил уже в столице. Вот, смотрите. — Южанин достал из шкафчика над креслом увесистый футляр. Из него был извлечен древний свиток, который Касул осторожно передал мне.

— Я не понимаю этого языка.

— Позволь, я переведу.

Аль Касул бережно взял свиток и начал читать.

— «В конце своего великого правления Фархан Тирод Первый создал три артефакта, объединившие всю его силу и мощь в единое целое. Спустя годы они были утеряны, и их местонахождение до сих пор считается неизвестным. Точно мы знаем только то, что это Меч, Кольцо и Амулет. Если их соединить вместе, зная нужный ритуал, то обладатель данного оружия повергнет все, что встанет на его пути. Поэтому я, архимаг Айвего, и Совет Трех объявляем, что каждому, кто найдет хотя бы один элемент, король лично вручит бумаги на личное поместье близ ВайТана и двести тысяч золотом. Данный документ подлежит распространению только среди особо доверенных лиц. За нарушение данного приказа — смерть». Вот такой документ. Как тебе новость? — Касул насмешливо посмотрел на меня.

— Мне глубоко начхать на короля и на все, что с ним связано, пусть он и предлагает за это горы золота.

Если честно, я был поражен. Ведь Касул не знал главного — что у меня в сумке лежали остальные два артефакта. Вот жизнь пошла! Только пару месяцев назад я был простым сыном крестьянина и отмечал свой день рождения, а сейчас являюсь последней надеждой мира и владею каким-то могущественным артефактом. Теперь понятно, почему меч идеально подошел в углубление на постаменте в Храме Тринадцати. Ах да, я еще убийца, и у меня нет хорошей кольчуги!

— Так. Я забираю золото и ухожу. Выйти сможешь через три часа.

— Да на здоровье. Я вообще-то собирался этот день провести дома. Ламир! — окликнул он слугу.

— Да, хозяин?

— Отведи этого господина в кладовую и выдай ему пять тысяч золотом. Не забудь взять расписку! Это мой долг Танану.

Я уже перестал удивляться происходящему. Наплевав на все и приготовившись к неожиданностям, я получил золото и, обогащенный солидным мешком, упакованным в сумку, покинул дом Касула. Дальнейший путь до выхода из города прошел без запинок. Мысль заглянуть в лавку Кана я отверг, чтобы не подвергать его опасности, и мои приключения в Риротеке наконец-то закончились.

Вечер подходил к концу. Я шел к месту, где находилась небольшая застава Тоскнарров, чтобы переправиться в Леренор. Мой провожатый, которого я встретил с час тому назад, был оружейником у своего брата. Оба они ранее жили в Веланире и лишь в начале лета перебрались в столицу повстанцев. Вилнус стал неплохим собеседником и с воодушевлением рассказывал о своих надеждах на светлое будущее и о планах повстанцев. Меня заинтересовал тот факт, что в их целях не было глобальных идей; рождалось ощущение, что это войско предназначено лишь для удержания границ Свободных Земель и создания здесь постоянного военного гарнизона. Зачем это Ворону Эш? Я не знал. Не знал и Вилнус, который о предводителе говорил с почитанием, но утверждал, что сам никогда его не видел. Я попытался разузнать, знал ли он кого-то из рода Тинору, в частности моего отца — Ренара. Но такого имени он раньше не слышал. Я понял, что отца увижу, только когда придет Ворон. Скорее всего, он и сейчас с ним.

Спустилась ночь. Дикие звери пробудились от дневного сна и теперь оглашали воздух истошными криками. На наше счастье, показались огни заставы, где нас приютили и досыта накормили превосходным ужином. Нам предложили отправляться в столицу поутру, и мы согласились, решив, что сон хорош в любом месте.

Оставшись один, я исследовал свой меч. На рукоятке я обнаружил интересную выпуклость. Если напрячь фантазию, можно было представить, что второе кольцо искусно вделано в самый конец гарды. Решив оставить этот вопрос на завтра, я положил мешок с золотом под голову и мгновенно заснул.

Серая пустошь… Совсем как в детстве, когда я вышел зимой во двор и был поражен серостью мира. Предо мной расстилалась пелена тумана, в котором терялись очертания каких-то исполинских сооружений, башен и непонятных мне конструкций. Раздался глухой грохот, и передо мной возник старый знакомый.

— Как ты меня нашел?

— С каких это пор ты меня об этом спрашиваешь? Это ты в моем сне! — Я разглядывал громадину, когда-то назвавшую себя Р'Хаад'Йером.

— А вот и нет! Это мои грезы, и я не позволю в них шастать всяким людишкам!

Грозно зарычав, дракон выдохнул пламя. Увернуться не получилось, и я выставил щит перед собой, и пламя обошло меня, только слегка опалив волосы.

— Ты стал сильнее. Чего же ты хочешь?

— Я не понимаю тебя! Ты сам всегда чего-то хотел от меня!

— И я приходил к тебе во сне. Понимаешь разницу?

— Ну у меня есть один сложный вопрос. — Я вспомнил о свитке, показанном мне Касулом. — Ты слышал что-нибудь об артефакте, который создал Фархан, воплотив его в трех ипостасях?

— Хм. Ты не должен был этого знать. Кто рассказал тебе? — ощерился дракон.

— У меня тоже есть секреты. И что в этих артефактах такого, что я, ваша надежда, не должен знать? — Мое настроение стремительно менялось в сторону плохого. Очень плохого.

— Собственно, Фархан не создавал этого артефакта. Он лишь передал ему Силу, которую несколько тысяч лет назад создали боги, еще жившие на земле. Когда-то давно случилась великая битва между самыми могучими Асурами и небожителями. Боги пожертвовали свое оружие и отдали его в руки одному человеку, чтобы тот победил Тьму. И сила этого оружия завершила дело. Но держать это воплощение двух сторон целого было слишком опасно, и боги, перед тем как покинуть наш мир, развоплотили его, укрыв в небесном царстве. Спустя десятки веков Фархан нашел его и смог забрать силу, воплотив ее в трех артефактах. Единственное, чего он не учел — что собрать его можно будет только на вершине Амаравати. Теперь понял, человечек?

— И что это за место? — с тревогой спросил я.

— Когда небесному царству Сварга пришел конец, в мире людей от него осталась лишь гора Сумеру. На ее вершине сохранились развалины некогда прекрасной тысячевратной Амаравати. Эта гора до сих пор существует в нашем мире, только теперь она носит название Тамили. Так что вершина Амаравати — это условное название пика Тамили. Но тебе туда не попасть, так что бросай это бесполезное занятие. Завтра ты прибудешь в Леренор. Могу обрадовать: тебя уже ждут. Все Безликие в сборе.

Сон постепенно угасал вместе с моей злостью. И что я привязался к этим артефактам? Дракон же говорит… И только последняя мысль краем задела мой разум — «надо прочесть в Книге…»

— Пора вставать! Портал уже открыт, — бесцеремонно растолкал меня вчерашний спутник.

Одевшись, я собрал вещи и двинулся за ним. В стенах заставы люди неспешно занимались своими делами, и только стражники были на взводе, поскольку, как мне сказали, ночью поймали шпиона, и теперь они ждали возможного нападения.

Выдохнув воздух, я шагнул в привычное марево.

— Явился! — вскрикнула Сатья и бросилась ко мне на шею, когда я зашел в трактир. Высвободившись из ее объятий, я посмотрел на людей, окруживших столики, стоящие у стены.

— Тебя ждут.

— Я знаю. Ворон Эш здесь?

— Да. Он с ними. И там еще… Иди, иди, сам увидишь! — Сатья подтолкнула меня, и я медленно направился к ним.

— Наан!

— Сволочь!

— Дайте я его обниму!

— А я зарежу!

Я не удержался от радости и бросился обнимать моих верных товарищей — Равеста Темного, Тантоса, Симпфата и Орланку, которые, завидев меня, огласили таверну громкими выкриками и ругательствами!

— Ты в порядке?

— У нас столько всего произошло!

— Ты ведь все знаешь?

— Нет? Да?

— Так, давайте без шума, — спокойно произнес уверенный мужской голос. Мои друзья расступились, пропустив Ворона Эш, одетого в привычный балахон. — Наан, добро пожаловать. Я рад, что ты оправдал мое доверие. Я уже слышал о твоих приключениях. Могу тебя поздравить — во многом благодаря тебе мы уже сегодня готовы к дальнейшим действиям.

— Я рад вас видеть, но у меня очень много вопросов!

— Позже. Давай я тебя познакомлю с твоими будущими спутниками, которых ты еще не знаешь.

Пригласив всех сесть, Ворон Эш шепнул на ухо седовласому старцу пару слов, и тот вышел в круг, образованный нашими столиками, на которых в достатке стояли различные блюда и напитки.

— Здравствуй, мальчик. Я рад, что этот момент настал. Поверь, если бы я знал все раньше, то… — Он сделал паузу и смахнул слезу, нежданно прорезавшую его щеку. — Мое имя Карро. Бывший архимаг Карро. Именно я послужил виновником многих твоих жизненных пересечений. И стал причиной гибели твоего брата…

Я с недоверием смотрел на человека, который олицетворял для меня нечто настолько сказочное, что я иногда не верил в его существование! Сам архимаг просит у меня прощения неизвестно за что! Но что он сказал про брата?

— Что с Еоном? Он погиб? — до меня дошел смысл его слов.

— Нет-нет. Я говорю о твоем брате-близнеце Иниане, с которым ты был разлучен с самого рождения. Видишь ли, пророчество рода Калил было у нас, но мы неверно истолковали его, да еще и Ашвины нас вконец запутали. Когда-нибудь ты узнаешь все, просто сейчас на это нет времени. Теперь я буду сопровождать тебя, и можешь поверить — вся моя сила и мое знание в твоем распоряжении.

Архимаг поклонился и сел на свое место. Вместо него в центр круга вышел высокий человек и… и оказался самым настоящим орком!

— Мой род и моя земля у твоих ног. Прости, что не пришел раньше. Я — Сор-Pox, вождь племени западных орков. Мой меч к твоим услугам.

— Мое имя Ильхаваттир. Я был одним из Тайных Звезд и нанес много вреда вашему виду. Но теперь мои знания и сила в твоей власти.

И так продолжалось более получаса. Эльфы, люди, странные существа, больше похожие на демонов, орк, южанка… Всего двенадцать человек принесли мне клятву верности в тот памятный день.

Архимаг Карро, сантима Мелайя, адепт Воздуха Сантор, лидер повстанцев Ворон Эш, два темных эльфа — Мираллил и Ильхаваттир, вождь орков Сор-Pox, двое бхутов и мои верные друзья — Тантос, Равест и Сатья.

Единый и двенадцать Безликих… Странно, почему не падают звезды и не рушатся горы? Пророчество сбывается, и этому нельзя ничто противопоставить. До самого вечера мы обсуждали ситуацию и дальнейший план действия. Благодаря совместным усилиям мы смогли составить относительную картину происходящего, а бесценная информация архимага, которую он получал от непосредственного информатора, дала примерный образ нашего главного врага. Сделав таверну нашей временной штаб-квартирой, заплатив трактирщику большие деньги и закрыв заведение, мы обеспечили себе надежное укрытие. Десятого августа было решено предстать перед драконом для прохождения обряда инициации. Хотя после нашего разговора с ним я начал сомневаться в его истинных намерениях. Конечно, я тоже могу ошибаться. Время покажет. Но из головы не шла его ярость при упоминании о мече, кольце и амулете. Что-то было в этом тревожное, бравшее за душу и не отпускавшее ни за какие уговоры.

Глава 5

Медленно, но верно напиваясь дорогим вином из личной коллекции Танана, щедро вознаградившего меня за перенесенные неприятности, я рассуждал о смысле жизни. Банальное занятие, казалось бы, но иногда и оно приносит хорошие плоды. Глубокая ночь вступила в свои права, из соседних комнат раздавался громоподобный храп моих друзей. Сатья тихо спала на своей части кровати, укрывшись легким одеялом. Право же, она красива…

Моего отца я так и не встретил сегодня — он ушел с отрядом карателей на охоту за Темными. Зато Ворон Эш рассказал хорошие новости об остальных членах моей семьи. Риерва осталась вдалеке от неприятностей, свалившихся на Свободные Земли. Еон вполне справлялся с обязанностями мужчины, рос на глазах и уже забыл о многих радостях детства. Сестричка, слава стихиям, нашла себе парня из хорошего рода. Если все пойдет удачно, то скоро сыграют свадьбу. Мать держалась молодцом, только иногда соседи видели, как она подолгу стоит на огороде и задумчиво смотрит вдаль. Так что за них можно было особо не беспокоиться.

Долгий разговор с Вороном дал мне больше новых вопросов, чем ответов. Тот отряд индигойцев, за передвижением которого мы с ребятами наблюдали, словно канул в небытие, и, кроме нас, никто больше не слышал о нем и не видел его. Вся та информация, которую я узнал от самого Фархана, во многом противоречила тому, что знал Ворон и его исследователи. Когда я вкратце упомянул о трех артефактах, он вообще закрыл тему, сказав, что Свет и Тьма — вещи, которые нельзя соединять. Я опять ничего не понял, но дальше пытать его не стал.

Увы, нам не всегда дано понять смысл происходящего. Однако теперь, стоя на пороге больших событий, я в очередной раз ломал голову над планами Высших Сил.

Единый и Безликие должны появиться в мире ради одной цели — восстановить равновесие на планете между силами Света и Тьмы, спасти человечество от гибели. Попутно требовалось не разрушить тонкий мир, сохранить Запредельное Королевство и разбить врагов рода людского. Вот только что-то это казалось мне странным. Да, все, несомненно, правильно и достойно, но… Только еще у одного человека я видел в глазах такой же свет легкого неверия — у архимага Карро. Что же происходит?

А еще мне не давал покоя последний сон. Если у меня в руках может находиться страшной силы оружие, зачем намеренно отрицать возможность его использования? Ведь Фархан сам сказал, что для исполнения моей цели нужен будет особый дар. Правда, его слова порой так загадочны, что определить их смысл достаточно сложно. Фу-ты, что за ересь!

Я отставил допитую бутылку вина и, слегка пошатываясь, вышел в коридор второго этажа таверны. Решив, что разговор с архимагом в таком состоянии может не получиться, я нехотя щелкнул пальцами, и эйфория прошла, так же как и признаки опьянения. Первая, вторая… вот и искомая дверь. Я тихо постучал и проскользнул внутрь.

— Не спится? — сочувственно произнес старый маг и присел на кровати.

Я опустился на стул и поинтересовался:

— М-м… Можно вас называть по имени?

— Конечно, Наан. Считай меня равным. Что привело тебя?

— Да все то же… Не могу заснуть, да и не хочу. Не могу найти ответы, понимаете?

— Я тебя очень хорошо понимаю. Видишь ли, у меня тоже есть вопросы, но, в отличие от тебя, мне их задать некому. Только мастер Реликсан иногда дает ответы, используя свое положение. Ты не будешь против, если он присоединится к нам?

Я согласился, и архимаг поправил какой-то браслет на своей руке, одновременно плетя заклятие неизвестного мне вида. Красный свет залил пространство перед нами, и в нем возник силуэт человека.

— Привет, Карро! Я уж хотел сам тебя вызывать — есть много новостей.

— Подожди, познакомься лучше с моим другом, — гордо произнес Карро, показав на меня ладонью.

Реликсан изучал меня несколько минут в полной тишине, затем спросил:

— Он?

— Он, он. Сходства немного, но это точно он.

— Привет, юноша. Я мастер Реликсан, бывший наставник твоего брата Иниана. Значит, все идет по плану, Ка?

— Да, друг. Теперь мы не можем допустить ошибку. Что ты узнал? — тревожно продолжил Карро, не дав мне поприветствовать мастера. Я махнул рукой и с интересом стал следить за их беседой.

— В ближайшие дни империя выдвинет ультиматум Айлейлу с требованием передать в их руки Лес Токанны. В случае неповиновения войска начинают захват центра и северо-востока. Остальное лишь вопрос времени.

— Легион выстоит?

— Те, кто останется в рядах, продержатся пару дней. Потом их сомнут — на стороне противника темные эльфы и обученные ватаги северных варваров. Некроманты тоже зря времени не тратят; угадай, как зовут полководца империи?

— Иниан Калил?

— Точно, он самый. Только это не пустышка, а лорд Аррн в новом теле. Вот так вот.

— Постойте, — я прервал милую дискуссию магов, — а разве мой брат не погиб?

— Погиб, да только его тело забрал враг. Извини…

Я опустил руки. Что уж теперь поделать, придется смириться с мыслью, что мой погибший брат будет жаждать моей крови. Вкусной, горячей крови, Раху ему в глотку!

— Есть еще плохая новость: каким-то образом некроманты смогли создать новый вид нежити. О них упоминалось в древних книгах, но их считали легендой.

— И кто наша новая напасть?

— Личи. Практически неуязвимые для простых заклятий маги, умерщвленные при жизни вампиром. Сложная система, но плодотворная. Так что расклад не в нашу пользу. Да, — Реликсан оглянулся, — мои непосредственные хозяева велели передать, что они решили не вмешиваться в захват королевства. Оно им побоку. Теоретически, когда падут печати Храма Меру, победный марш несеров окончательно уничтожит облик нашей милой планеты. Будет одна большая Земля Одра.

— Скажи мне, — Карро невольно поморщился, — а хорошие новости вообще есть?

— Есть. И она сидит рядом с тобой.

— Замечательно. Слушай, я хочу прояснить некоторые детали этой пьесы. Вскоре мы пройдем инициацию. Что будет потом?

— Извини, Карро, я этого не знаю. Теоретически Наан станет адептом Пятой стихии, в нем сольются все ваши особенности и качества. Получится такой сверхчеловек, который будет равен по силе древним богам. А Безликие дополнят его сущность и помогут выстоять под ударами Тьмы. Дракон должен знать больше, чем я.

— А если он использует это для своей выгоды? — подал я голос, введя обоих магов в ступор.

— Как это?

— Не знаю. Скажет мне, что надо выжечь всю Притхиви к такой-то матери. Мол, единственный способ убить этих самых Асуров. А окажется, что ему гнездо было нужно для своего потомства… Я понимаю, что сказал глупость, но стоит задуматься! Я считаю…

Маги посмотрели на меня внимательней. Реликсан почесал затылок и обратился ко мне:

— Как-то я об этом не думал. Ведь Р'Хаад'Йер — это квинтэссенция разума и олицетворение Света. Он единственный, кто выжил со времен Последней Войны, поведал многое о Древних.

— А вам не приходило в голову, КАК он выжил и что может подтвердить его слова?

— Да что с тобой, Наан? Я знаю его всю жизнь, он честно исполнил свой долг перед людьми, указал нам на тебя, провел сквозь пелену лжи и скоро поможет провести инициацию! — Архимаг начал сердиться.

— А потом?

— Что — потом?

— Он будет свободен от своего обещания?

— Да. Он дал его Фархану, и оно спадет, когда дракон его выполнит. Вот тогда последний дракон будет свободен и сможет наконец умереть.

— А если не захочет?

— Ладно, успокойтесь вы! — Реликсан прервал наш спор. — Наан, ты ведь что-то знаешь, чего не знаем мы? Так? Если все же да, то держи это при себе.

— Почему? Разве вы не должны этого знать?

— А если мы тоже преследуем свои цели? — ответил за него Карро. — Логично? Вот когда произойдет инициация, тогда все и расскажешь. Реликсан, как там продвигается дело с Храмом?

— О, можешь не беспокоиться, Асуров я раньше января не выпущу. Ваша задача сейчас — это восстановить власть истинного короля и прекратить распри на Притхиви. Все народы и страны должны понять, что пред лицом большой опасности надо быть вместе. Вы станете этому подтверждением.

— А что с врагами?

— По возможности, не убивать. Пусть гибнут командиры, но не простые исполнители. Потом будет каждая живая душа на счету. А вот мертвых нужно уничтожить. Однозначно. Демонов загнать в их миры, опечатать выходы. Что еще?

— Вроде все. Если честно, я не думал, друг мой, что когда-нибудь произойдет такое. — Карро тоскливо посмотрел в глаза Реликсана и увидел там Вечность…

Я тихо вышел в коридор, оставив медитирующих магов наедине. Услышанных новостей вполне хватило, чтобы не спать всю оставшуюся ночь. Скользнув под одеяло к Сатье, я нежно обнял ее и честно закрыл глаза. Пробормотав что-то о моей дерзкой выходке, жрица удовлетворенно вздохнула, и мы вместе отправились в царство сна… «Даяна замужем… Ужас…» — пронеслось у меня в голове напоследок.


Охотники смотрели на небо, покрытое ярко-красными всполохами. Гроза на закате — зрелище редкое и чрезвычайно красивое. Только примета, говорят мудрецы, плохая. Дождя не было, стояла мертвая тишина, которую изредка нарушали крики испуганных животных. Опершийся на древко копья мужчина исподлобья взирал на зарницы.

— Что происходит, Сургут?

— Тень, — одним словом ответил охотник молодому подмастерью скорняка, и это слово упало словно гром среди ясного неба.

— Ты уверен? — Сзади неслышно подошел старейший из их племени, тоже охотник с древним именем Йаперт.

— Да. Я читал, когда был в их Храме. Это начало конца.

— Может, просто гроза?

— Нет. Посмотри на это другим зрением.

Мир был словно охвачен черной сетью, которая стремительно расползалась оттуда, куда указал Сургут. Это могла быть только Тень, и ничто иное.


За час до этого простой мальчик играл на берегу озера. Его внимание привлекли голоса двух людей, подходивших к месту его игр. Он быстро спрятался в кусты, решив, что это может стать еще одним развлечением. Высокий мужчина обнимал за талию хрупкую блондинку, увлекая ее за собой к озеру.

— Любимая, посмотри, как здорово! Мы так далеко от Храма, здесь абсолютно никого нет!

— Конечно, мне очень нравится!

— И почему я тебя раньше не видел? Тебя недавно взяли, да?

— Да, мой глупый обожатель!

Она вырвалась из объятий крепких рук и понеслась к озеру, скидывая одежду на ходу.

— Ты что? — бросился за ней мужчина, хватая одежду.

— Ты любишь меня? Скажи, любишь? — Она стояла абсолютно нагая по колено в холодной воде.

— Да, но что ты делаешь?

— Иди ко мне! Иди! — уже почти приказала она.

Мужчина разделся и вошел в воду.

— Давай уйдем в город! Там снимем комнату! А сейчас вернемся на берег, иначе ты заболеешь.

— О нет! Мне так хорошо здесь. Что же ты стоишь?

— Я… Я плохо тебя знаю…

— И что с того? Я ведь одна из вас! Иди ко мне!

От последнего призыва он не устоял. Тела влюбленных свились и упали в воду, разбрызгав ее на несколько метров вокруг.

Разочаровавшийся мальчик уже собирался уйти, когда раздался невыносимо отчаянный крик мужчины. Обернувшись, невольный наблюдатель увидел, как над тем местом, где находились люди, поднялись в воздух щупальца, и озеро вскипело, выбросив в воздух черное облако тумана. И только одно существо поднялось оттуда — один раз мальчик видел его во сне… Подняв морду к небу, оно радостно закричало на языке, чуждом и людям и зверям. «Отверженный соединился с Желаемой…» И этот крик услышали все, кто затаил злобу на этот мир. Все…

На следующий день крестьяне нашли мертвое тело мальчика у высохшего водоема, а в лесу стали пропадать люди…


Я проснулся от сладкого запаха выпечки, лежащей на подносе рядом с кроватью. Жрицы не было — наверное, ушла в город. Одевшись в новую одежду, купленную вчера на рынке, я примерил свои первые доспехи. Танан не обманул, работа неизвестных мастеров была выше всяких похвал. Полный комплект доспехов, несмотря на их редкий и легкий материал, весил значительно. Поразмыслив, я смог направить силу в мышцы, попросив их сносить более высокие нагрузки. Меч я водрузил на свое законное место, а вот сумку решил не брать, опасаясь лишнего груза. Амулет и кольцо надел на себя, кинжал засунул за наруч, а вот Книгу Фархана пришлось оставить. Перечитав записку мастера Ли, я хмыкнул и засунул ее обратно в сумку. Переборов утреннюю лень, я захватил пару сдобных булочек и спустился вниз. Сначала удивило отсутствие посетителей, но потом я вспомнил, что мы арендовали трактир до десятого числа. Оставалось два дня на все дела, поэтому я решил не тратить времени впустую, а найти всех нужных мне людей.

Первым в моем списке значился Горн. Отыскать кузнеца оказалось несложно — наши похождения в Истой были у многих на ушах. Отправив дочерей в гости к дяде, сам Горн проводил время в столичной кузне, создавая из металла нечто страшное.

— Как жизнь, кузнец?

— А, это ты, маг! Заходи, заходи. — Кузнец радостно приветствовал меня и, взяв за плечи, сильно тряхнул: — Ну ты и зараза! А какую кольчугу отхватил!

— Танан помог, — вздохнул я, невольно скорчив кислую мину.

— А, значит, услугой расплатился? Да, Танан тот еще пройдоха. Ну присаживайся, рассказывай, зачем пожаловал? Такие, как ты, просто так в гости не ходят. — Горн подвинул тяжелый табурет ко мне, сам же взгромоздился на наковальню.

— У меня к тебе дело. Вернее, предложение.

— Слушаю, — заинтересованно протянул мой собеседник.

— Я вскоре буду вынужден уехать… на неопределенное время, но, когда вернусь, мне нужна будет дружина. Люди, на которых я могу положиться. Понимаешь?

— Я-то понимаю. Что задумал?

— Планы мои большие. Сразу говорю: опасность велика. Но и награда будет соответственная.

— Что ж, я к твоим услугам. Буду ждать здесь, так что, если надумаешь, приходи.

Поболтав еще немного о насущных делах, я двинулся далее. Найти хорошего лучника помог юркий парнишка, приведший меня к старинному дому с резной окантовкой окон. Затем последовало посещение старьевщика, у которого была куплена карта Токанны и несколько мелких вещиц личного обихода. Загрузив все это в кошель, я вернулся в трактир, где встретил Равеста и Тантоса, и мы засели за стол, отмечая удачный день и вспоминая старые времена. Подготовка к предстоящему походу была в основном завершена. Требовалось как-то скоротать оставшиеся дни, пока архимаг и Ворон Эш готовили портал к дракону. Хорошо, что пешком идти не придется!


Мираллил, покусывая травинку, разглядывал спину одного из бхутов, которого все прозвали Тырх. Сейчас этот странный демон сушил свою чешую после купания. Ворон Эш настоял, чтобы старые враги были как можно больше вместе, поэтому эльфы везде таскались за бхутами. Тырх громко зевнул и молча спросил:

«Надоело?»

— Что именно?

«Все».

— Я-то почем знаю? Жду. — Эльф грустно улыбнулся и выплюнул травнику.

«Почему вы такие разговорчивые?»

— Потому же, почему вы молчаливые.

«А вот орк разговаривает молча».

— Да ну? Так это вполне болтливый товарищ.

«Я часто его слышу. Он говорит с мечом».

— У всех странности, — невозмутимо произнес эльф.

«У мечей тоже?»

— Что, развлекаетесь? — тихо подошел Пльхаваттир и добавил, обращаясь к Тырху: — Тебя брат ищет.

«Я знаю».

Тырх встал и двинулся к лесу. Леренор был в двух шагах отсюда, по эльфам и, как ни странно, бхутам ближе были просторы Токанны. Оставшись наедине, эльфы заговорили о своих думах.

— Пришлось многое рассказать архимагу о планах моего господина. Люди как дети — такие наивные! — Ильхаваттир злобно выругался.

— А мне нравится только парнишка. Правда, жаль его — вся жизнь к Раху в одно место.

— Согласен. Идея дракона мне тоже не по душе. Слыхано ли, чтобы эльфы открыли секреты своего знания простому смертному?

— Но Зов влечет. Это наша участь. Может, и правда пора прекратить эти вечные прения между нашими расами?

— Время покажет.

— Покажет и заберет назад. Оно такое, — горько рассмеялся Мираллил, — ему все можно.

— Странно это и одновременно прекрасно. Я иногда чувствую, как духи планеты содрогаются под тяжестью мира. Кто мы, что нам уготована такая судьба?

— Звезды?

— Звезды… — эхом откликнулся эльф, приняв это суждение.


Симпфат и Орланка, с интересом изучавшие достопримечательности столицы повстанцев вместе с красивой парой из ВайТана, Сантором и Мелайей, отойдя от своих спутников, остановились возле скульптуры в виде небесного светила с тремя лучами. Орланка обошла изваяние и задала вопрос охраннику, стоящему неподалеку:

— Простите, что это за символ?

— О, это одна из работ, подаренная нам южанами. По-моему, она означает символ трех богов.

— Она такая древняя?

— Нет, скорее наоборот. Маги сказали, что ее возраст невелик, но сама идея заложена каким-то бродягой, рассказывающим о временах, когда на Притхиви будут править не стихии, а боги. Вернее, три бога.

Удивленные Орланка и Симпфат пошли дальше, но не успели сделать и нескольких шагов, как оба, пронзенные судорогой боли, рухнули на белые камни мостовой, едва сдерживая стоны. Сантор подбежал, чтобы помочь, но Симпфат остановил его властным жестом:

— Все в порядке, маг. Просто только что умер один из наших. Мы все чувствуем и разделяем его боль. Все в порядке.

— Вам надо назад, в трактир! Сантор, ты поможешь? — Мелайя не хотела ничего слушать, перехватив инициативу в свои руки.

Вместе они подхватили друзей и довели их до временного пристанища. Спустя полчаса Орланка попросила Мелайю принести зеркало. Та выполнила просьбу и с недоумением наблюдала, как девушка медленно, как во сне, разглядывала себя в нем. Через несколько минут она тихо сказала южанке:

— Скажи Карро… Тень пришла.


Армия халифа подошла к границам своей страны. Пересечь ее она не могла без официального приглашения короля или объявления открытой войны с империей. Сам халиф остался в столице, доверив управление армией Асуану. Предводитель, сам великолепный воин, уже сделал все, что было в его силах, и теперь его армия сияла серебряным блеском, поскольку все оружие посеребрили специальным составом. Простые люди, которые видели идущих воинов, только ахали: сколько же халиф потратил на это денег! А сколько подвод с провизией каждый день подвозили в отряды воинов! Кто считает, что армия — это выгодное вложение средств, тот сильно ошибается. Это очень затратное дело.

— Плохие вести, мой повелитель! — Гонец склонил пред Асуаном бритую голову. — Нежити все больше, по всей Токанне проведены ритуалы Черной Крови, мертвые встают из могил. Или взлетают — теперь все возможно.

— И куда идут?

— По всей видимости, собираются в лесах. Был замечен полк скелетов, вооружение отсутствует. Направлялись к востоку от города Теславод.

— Еще не лучше. Куда Семиликий смотрит?! — Асуан угрюмо отпил из горла большой глоток коньяка и продолжил: — Как настрой у солдат короля?

— Там солдат мало, а бандитов много. Вот такой и настрой.

— Ясно. Спасибо за службу.

Гонец откланялся и вышел из шатра. Асуан с минуту постоял, не двигаясь, затем вышел на воздух и жадно задышал полной грудью. Мало времени оставалось. По его расчетам, Найскату нанесет удар через два-три дня, значит, придется импровизировать.

Сквозь мужественное сердце предводителя пятитысячного войска скользнула невидимая тень, поселив на долю секунды там неуверенность и страх. Смахнув наваждение, Асуан посмотрел на кроваво-красный закат, выругался и с чувством выполненного долга отправился спать.

Ему снился безоблачный день, долина, усыпанная желтыми цветами, и несколько человек, чьих лиц он не видел, но отчетливо различал даже детали доспехов. Необычная троица шла, не касаясь ногами земли, словно летела над ней, время от времени доставая мечи и сражаясь с невидимыми противниками, словно сплетая тела в искусном танце. Это были искушенные воины, Асуан знал, что каждый из них мог уложить несколько десятков его солдат. Красота была в них, но и чудовищное чувство вины. Асуан подумал, что видит богов, тех древних богов, которые решали судьбы миров, живя среди смертных. Эти были такие же.

Он подошел ближе. Мечи были подняты, но цели не достигли. Окружив его с трех сторон, они изучали его. Но лица были скрыты, как и раньше.

«Кто вы?» — Асуан не мог больше сдерживать себя.

«Мы — Вечность».

«А кто я?»

«Ты — Жизнь».

Все краски смешались, и воин снова оказался на своем топчане в боевом шатре. Глубокая ночь, только Варуна и Ушас освещали темный небосклон.

— Дай мне сил, Семиликий! Дайте мне силы, стихии! — взмолился Асуан, обращаясь неизвестно к кому. Прошла минута, и ветер донес до его слуха обрывки фраз, сложившихся в нестройный ответ:

«Возьми… онь… дай… и… чам…»

Воин усмехнулся, он понял: «Возьми огонь и отдай мечам», — хороший совет, ничего не скажешь! А, будь что будет!

Оба даргота до самого утра наливались красным огнем в горне военной кузни под зорким оком кузнеца. Когда пришел Асуан, они явственно пламенели без посторонней помощи, а испуганный кузнец лишь разводил руками.

Глава 6

— И что нам дает появление Тени? Новые проблемы? Какие? Когда? — рассерженно спросил Сан-тор.

— Пророчество сбывается. Больше я ничего не могу сказать, просто не знаю, — пожал плечами Карро, смущенно глядя на собеседников.

— Вам не кажется, что все несколько запутано? — вступил в разговор Тантос, сидящий в темном углу таверны. — Я уж и не знаю, с чем в первую очередь нам предстоит бороться!

— Предполагаю, что все это события одной цепи, и стоит разрушить первое звено — остальные прекратят свое существование: они взаимосвязаны. — Подгорный мастер вышел в центр и стал дальше излагать свою теорию, изредка посматривая на магов. — С чего все началось?

— Ты имеешь в виду Древних? — подала голос Орланка, тоже принимавшая участие в совещании, хоть и не была одной из Тринадцати.

— Я плохо разбираюсь в истории, но многое успел уяснить за последние дни. Итак, все ныне происходящие события так или иначе завязаны на противостоянии Древних и Асуров? Так, господин архимаг?

— Просто Карро… Но ты прав, Равест. Это, конечно, грубо сказано, но суть примерно такова.

— Вы говорили о какой-то битве между главным Асуром и его антагонистом? Вам это передал мастер Реликсан, по-моему…

— Да, этот документ он разыскал в библиотеке Нергала. Была битва между Махишей и Кали. Собственно, именно Кали победила его и заточила в недра Притхиви… Подожди, — Карро с удивлением посмотрел на Равеста, — ты ведь не думаешь, что…

— Вероятно, он попал в точку, учитель, — промолвил Сантор. — Наан тоже упоминал это имя в связи со своим родом. Род Калил и Кали однозначно образованы из одного корня.

— Кали была создана тремя богами… Женщина с восемнадцатью руками, которая победила Асуров и заточила их в Храме Меру. Но если род Калил взял начало от нее, тогда… — Карро беспомощно посмотрел на остальных, ища поддержки в их глазах.

— Тогда я — ее прямой потомок, — горько выдохнул я, сложив руки на груди.

— Интересные у тебя родственники, о, Единый.

— Сатья!

— Прости, Наан.

— Хорошо. Допустим, что все так. Как это облегчит нашу задачу?

— Тантос прав, надо понять связь, — вновь подал голос Равест.

— Извините, но могу я кое-что спросить у Ильхаваттира?

— Я слушаю, Наан.

— Мне говорил один знакомый, что у эльфов существует одна легенда, которую знали еще до Великой Зимы. Ты не мог бы ее вспомнить? Если, конечно, знаешь.

— Хм… Ты меня озадачил, парень. Я никогда не увлекался старинными преданиями, но…

— Я слышал ее, — раздался голос Мираллила, — мне ее бабушка рассказывала.

Все взгляды обратились к эльфу, и тот, немного стесняясь, начал рассказ:

— Я не помню всех подробностей, бабушка была старая и многое забывала, но я любил эту сказку. До Великой Зимы, как вы знаете, темные эльфы тоже были бессмертны, а светлые еще не ушли под землю. Наш дух существовал около нескольких тысяч лет и помнил воистину древние события, а вот тела мы обрели сравнительно недавно.

Цивилизация, уничтоженная в Последней Войне, прежде занимала почти всю планету, и эльфам почти не осталось места на ней. Леса уничтожались, воздух и вода были отравлены. И тогда, как говорили предки, спустился к нам один из небожителей. Он рассказал, что высоко в горах одного северного материка находится древняя столица Сварги, скрытая от людей. Там обитают последние небожители и те, кому пришлось покинуть мир человечества. Называется она Амаравати и стоит на Звездной Реке, спускающейся с неба. Попасть туда может только тот, кого пригласят небожители. Того, кто позвал эльфов, звали Седьмым; больше ничего о нем не было известно. Так или иначе, лишь малая часть эльфов ушла с ним, остальные не пожелали такой участи и остались в мире людей. Ненадолго… — вздохнул Мираллил и отпил вина из кувшина. — Когда закончилась война, многие стали искать укрытия, наши братья воззвали к тем, кто ушел в Амаравати, но те только посмеялись над глупцами, обрекшими себя на участь смертных. Отчаявшиеся темные создали великое плетение, отнявшее у них бессмертие, но позволившее выжить, а светлые ушли глубоко под землю. Что с ними стало, вы знаете. Вот такой рассказ о сказочной столице Амаравати.

— Спасибо, друг. — Карро поклонился эльфу и обратился ко мне: — Я вижу, что ты услышал то, что хотел. Что тебя еще интересует и зачем это тебе?

— Карро, ты можешь снова вызвать Реликсана? Я считаю его присутствие необходимым, — твердо сказал я, поймав довольный взгляд моих друзей.

— Ты прав, его знания сейчас необходимы.

Вскоре мы уже общались с мастером через знакомый мне браслет. Когда я упомянул рассказ Мираллила, Реликсан подтвердил все сказанное и добавил, что Амаравати до сих пор не найдена. Впрочем, последняя попытка была около трехсот лет тому назад, так что чем Раху не шутит…

— Мы тут провели некоторую взаимосвязь между Кали и родом Калил, что ты можешь нам рассказать об этом? Как думаешь? Совпадение?

— Карро, скажи, этот мальчик и правда Наан?

— Конечно! — Я опередил архимага и уже успел возмутиться подобным недоверием.

— Просто твои размышления иногда слишком логичны. Ладно, извини, не хотел обидеть. Я бы хотел показать вам одно затерянное место на материке Весле.

— Мы ждем, — тихо произнес Карро и сделал знак мастеру продолжать.

Образ Реликсана погас, а затем в лучах браслета появилось незнакомое всем место — странная выжженная пустыня, окруженная непроходимыми горами. Постепенно она приближалась, и вскоре мы смогли разглядеть остаток сооружения, вроде башни, с развалившимися и почерневшими стенами.

Видение исчезло, и вновь появившийся Реликсан вывел нас из оцепенения:

— Ну как вам вид?

— Что это? — враз спросили несколько голосов.

— Это место сражения Махиши и Кали. А те остатки башни, которые вы видели, — это практически разрушенный портал в Амаравати.


Хриплое дыхание медленно, раз в минуту, вырывалось из грудной клетки почти живого тела, возложенного на длинный металлический стол. Два некроманта трудились над ним, постоянно вкалывая различные смеси из длинных колбочек и изредка выпевая причудливые магические заклинания. Медленно, но верно Иниан оживал. Вернее, оживало его тело, а вот дух, заточенный теперь в нем, был чужим и яростно пытался освободиться. Лорд Аррн и при жизни был несговорчивым человеком, а уж после смерти стал и вовсе непримиримым спорщиком. Но с высшими некромантами в их собственной цитадели спорить сложно!

Эдра Беатрис приоткрыла дверь и осторожно зашла в темницу. Горящие глаза уставились на нее, пылая непримиримой злобой, раздалось рычание.

— Фу, ну и вонища… Как вы это терпите? — обратилась она к охраннику, который следовал за ней.

— Приходится…

— Что-нибудь рассказал?

— Никак нет. Только рычит и плюется.

— Зачем же вы меня звали?

— Он нацарапал вот это. — Охранник указал на прогнившие доски пола, где явственно виднелась надпись.

Беатрис осторожно срисовала незнакомые знаки и, ухмыльнувшись, послала воздушный поцелуй пленнику:

— Молодец, начал соображать.

Через час она уже шла к Иниану, который был к этому времени абсолютно «здоров». Император торопил ее, постоянно выходя на связь, и ей это не нравилось. Раздражал лорд Ксантус, вечно пытающийся к ней привязаться… Как она хотела поскорей закончить все эти мороки и спокойно продолжить свои эксперименты! Но…

— Ну что, жив?

— Издеваешься? — Иниан хрипло откашлялся. — Я себя чувствую отвратительно. Молодость пока не сказалась… Почему Найскату выбрал меня?

— Потому что ты умирал, а твои мозги еще нужны ему.

— Спасибо и на этом, — буркнул Иниан-Аррн и замолчал.

Беатрис досконально осмотрела обнаженное тело мальчика. Если не считать следов восстановленной кожи, он выглядел вполне нормально. Даже сердце иногда билось, что для этого случая было вполне приемлемо.

— Одевайся. Через два часа мы прибудем к дворцу императора.

— Теперь так это называют? Что ж, Найскату никогда не мелочился…

Вскоре портал перенес их в столицу империи — бывший оплот графа город Ри. Теперь мирный город походил на военную базу: тысячи воинов, всюду кузни и подводы с провизией, шум, гам… Снуют существа всех рас и видов, отдельно стоит полк нежити, которой опасаются даже темные эльфы.

Пройдя через многочисленных охранников, Беатрис и Иниан вошли в залу, где их ожидал Эсканор. Реакция была неоднозначной. Все давно ждали появления Иниана, но чаяли увидеть очередную нежить, а перед ними предстал вполне живой человек, только на его черты пала печать бледной, неземной красоты.

— Неплохо. Очень неплохо… — протянул император и скрестил руки на груди. — Лорд Аррн, с этого момента вы становитесь главнокомандующим моей армии. Вас все будут знать как Иниана Калил, человека из великого пророчества. Все детали вам разъяснят по ходу кампании. Надеюсь, вы понимаете, что ваша должность лишь формальность — все реальное управление берет на себя Эсканор. В случае вашего неподчинения мне придется подыскать другую душу для осуществления моих планов. Все ясно?

— Да, император. Я готов выполнять ваши приказы.

— Ну и замечательно. Присаживайтесь, сейчас мы обсудим наши задачи и первые шаги.

Совет продолжался более пяти часов. Усталые участники освободились под вечер и нестройным шагом вышли из залы. Беатрис была все время рядом с лордом Аррном-Инианом, император решил, что подстраховка нужна обязательно. Основные силы империи уже встали лагерями на пограничных районах с королевством, и завтра требовалось перебросить еще четыре эскадры из Наротера и штаб-квартиру командования к перевалу у города Риф. Ультиматум был выдвинут, но король молчал. Это могло означать только одно: через двадцать часов начнется первая война в истории этой эпохи.


Айлейл шел, вернее, почти бежал в сторону залы Совета Трех. До начала военных действий оставалось несколько часов, и любое промедление могло обернуться большими неприятностями. В укладе королевства произошли большие изменения, которые коснулись даже правящих ячеек. При поддержке нового архимага Айлейл изменил состав Совета — теперь в него входил сам король, архимаг и пять магистров. Таким образом, в Совете находилось семь человек, представляющих главную силу Запредельного. В связи с войной, объявленной империей, положение в стране было критическим. Легион распался на две части — солдаты постоянной армии, самые преданные стране люди и отважные воины, и те, кто превратились в наемников бывшего Генерала. К сожалению, последних было гораздо больше. Храм Аката, в котором чуткое руководство взял на себя надежный человек самого архимага, выслал несколько отрядов своих воинов. Боевые маги Академии А были во всеоружии, но Освальд прямо сказал королю, что они подготовлены лишь теоретически. Да и кто мог быть сейчас готов лучше? Запредельное Королевство почти не знало войн, его превосходство было непоколебимо со времен основания, никто и подумать не мог, что на него посмеют напасть! Да и в планах королей имело место полное объединение всей страны, так что нападения ждать было не от кого. Другие народы никогда не проявляли вражды, разве что пираты с Островной Федерации досаждали халифату Ле-Аннат, так и то это были незначительные случаи. Вот теперь и расплачивался Айлейл за беспечность своих предков! И за свою беспутную молодость тоже. Спасибо Карро, что вытащил из трясины, а то бы погряз совсем.

Общий подсчет военных сил привел к плачевному результату — у Запредельного на данный момент было около десяти тысяч клинков и примерно три сотни боевых магов. В любое другое время этого бы вполне хватило, но Найскату зашел слишком далеко. Шпионы доносили, что у северной границы королевства под знаменами империи уже стоят пятнадцать тысяч воинов, благодаря порталам собранных со всех имперских баронств. С северо-востока идет флот темных эльфов, который доставит не менее двух тысяч лучников и, возможно, еще какое-то оружие. Самое страшное, что в самом королевстве уже находились орды врага: успешно проведенные ритуалы Черной Крови подняли сотни мертвых воинов, которые нестройными рядами двигались ко всем крупным городам…

Оставалась надежда на Тоскнарров, которые могли оказаться значительным подспорьем в борьбе с общим врагом, и на план Карро, в который мало кто верил. Омрачало ситуацию то, что подданные короля могли воспринять нападающих как спасителей! Ведь враг хитер — если король не выполнит ультиматум, то армию врага поведет Иниан Калил, а это значит, что большая часть народа может с радостью принять «освободителя». Да, это хитрая и наглая подмена. Любой маг скажет, что это самый настоящий человек из рода Калил. А Найскату непременно повернет все так, будто бы король и архимаг, не желая свободы для своих подданных, специально убили мальчика, да только просчитались, и «великий» Найскату сумел оживить его с помощью великодушных некромантов, и теперь он желает отомстить и дать людям желаемое. И ведь не поспоришь!

— Ситуация вынуждает нас к немедленным действиям. Я надеюсь, все это понимают.

— Скажите, Освальд, вы намерены использовать моих пентагов?

— Я думаю, что Пентагон Смерти должен внести свой вклад. Предлагаю играть не по правилам врага, — заявил архимаг, — надо сделать попытку убрать Эсканор. Всех, кто в нем участвует.

— Отрубить змее голову? — насмешливо высказался магистр Следящих. — А если она зацепит хвостом?

— А мы опять станем убийцами… — прошептала юная девушка, недавно занявшая пост магистра Ищущих.

— Или мы, или они… Выбор небольшой, друзья.

— Но, ваше высочество, кто сказал, что у нас получится? Мы можем потерять самых сильных магов королевства!

— Я понимаю, но, если армия Найскату войдет в столицу, не выживет никто. Даже ваши пентаги.

— Какие еще варианты? — продолжил архимаг, занеся предложение в список для голосования.

— А что, если выйти на связь с людьми Индигоя? Может, ответят? — предложила магистр Ищущих.

— Попробовать можно, но кто обеспечит поддержку этого разговора? Мы только один раз делали это, и то лишь с помощью Короны Сфинкса. — Айлейл замолчал, воспоминания о поражении лежали тяжелым грузом на его душе.

— Я свяжусь с Карро; может, он подскажет.

— Хорошо, тогда этот вариант мы оставим на крайний случай. Еще мысли?

Спустя час закончился совет. Решено было нанести удар в голову змеи, для этого маги академии откроют портал в то место, где будет находиться император и все его помощники. Задача встала сложная, но осуществимая. О том, что произойдет в случае неудачи, никто не хотел даже думать.


— Отец!

— Наан! Как я рад тебя видеть! — Ренар крепко обнял меня и долго не отпускал.

— Пап, столько всего произошло, я должен многое тебе рассказать!

— Потом, все потом. А ты вырос! — улыбнулся он. — Оброс, совсем мужчина! Доспехи, меч… Настоящий воин!

— Если бы я мог выбирать, отец, я бы пахал наше поле. Не так это легко — убивать…

— Я понимаю, сын. Вот только я… — Ренар осекся и погрустнел, — я хочу тебе кое-что рассказать о прошлом.

— Не надо, отец. Я все давно знаю.

— И ты?..

— И я твой сын, а ты мой отец. Как иначе? — Я еще раз обнял отца и потащил его в таверну. — Ты должен познакомиться с моими друзьями!

Спустя пару часов я снова остался один. Отец ушел по делам, остальные разбрелись кто куда. Вспомнив просьбу Карро, я спустился вниз и разыскал бхутов. Эти странные существа интересовали и пугали меня одновременно. Все-таки остальные спутники были хотя бы похожи на людей, а эти… И ведь они станут частью меня!

Старший из них, Рохр, сидел в кресле, зарывшись от взглядов в своей одежде. Я не мог разглядеть его, но это пока было к лучшему.

— Привет.

«Садись, человек».

Вот так. Даже рта не надо раскрывать. Я послушно присел напротив.

«Все решаете?»

— Да, скоро инициация, а там и до войны рукой подать.

«С кем воевать-то собрались? С собой?» — насмешливо заявил Рохр.

— С Тьмой! — твердо ответил я, уверенный в своей правоте.

Бхут думал иначе.

«Ты сам Тьма. Значит, себя тоже будешь вызывать на бой?»

— Почему я Тьма?

«Потому что у Света две стороны».

— Светлая и Темная?

— «Нет. Темная и та, которая темнее».

За-ме-ча-тель-но. Лучшего ответа я бы не смог услышать ни от кого. И что это значит?

«А то, что вы боретесь с рекой, а достаточно перекрыть родник, из которого она течет».

— Ты мои мысли читаешь? — возмутился я, слегка раздосадованный этим фактом.

«Нет. Мысль — это Сила. А ты бросаешь пепел».

Я попрощался с бхутом и поскорее убрался оттуда. Поговорили, называется! Не зря их эльфы недолюбливают.

Завтра начнется новый этап моей жизни. Кем я стану после инициации? Что будет с моими друзьями? Столько вопросов… Ну к сражениям я готов. Доспехи и меч в порядке, я уже привык к их постоянному ношению. О трех артефактах Фархана я пока решил забыть, если Реликсан раскопает информацию об Амаравати, тогда, может, и попробую.

Оставалось надеяться, что Пятая стихия станет мне доступна. Тогда у нас будет сильный козырь, способный побить и толпы нечисти, и орды демонов. Наверное… Завтра будет завтра, а сегодня еще не кончилось. Я решил попросить ребят отпустить меня и Тантоса в Риротек иод предлогом закупки необходимых предметов снаряжения. На самом деле я хотел попрощаться с Данной. Вскоре весь мир изменится, и неизвестно, смогу ли я ее потом увидеть.

Как я и рассчитывал, Карро для вида погрозил пальцем, по отпустил. Испуганный Тантос, который знал не понаслышке, что может сделать палец архнмага. утянул меня прочь из комнаты. Мы решили воспользоваться стандартным порталом, а обратно потратить немного магии и долететь, чтобы успеть вернуться вовремя. Равест, знавший о нашем умении влипать в неприятности, попросил быть осторожнее и не попадать в лапы Легиона.

Выйдя незамеченными из марева портала, мы накинули личины и подошли к городской стене. Тантос долго возмущался, когда мне пришлось брать его за шкирку, и, пока мы перелетали стену, он грозился мне страшной расправой. Потом, для острастки, он приделал мне рога на личину, которые я не замедлил вернуть ему в двойном размере. Похохотав над собой, мы осторожно двинулись в сторону верхнего квартала.

— Да, помнишь, как все началось?

— Ага. И ты меня обманул, сказав, что ты путешественник из Великих Ашт!

— Тоже хорош! Спаситель недоделанный! «О, Тантос, я, конечно, пойду с тобой к дракону! Мне ведь делать нечего!» — передразнил меня маг. — Надо было тебя послать Раху в глотку да жить без приключений.

— Слушай, а кто такой Раху? Я знаю, что это страшный демон, к которому все посылают, а кто он такой конкретно?

— А, забудь. Жил один из первых Асуров, ему кто-то башку отрубил, и она стала летать, пожирая всех. В конце концов она захотела сожрать небесное светило, но ошиблась в расчетах и сгинула в безызвестность. Вот и все. Что у народа на языке, то у мудрого в рукаве! — усмехнулся Тантос.

Пара легионеров недоверчиво рассматривала молодую пару, быстрым шагом пересекающую площадь. Сплюнув, один из них заявил, что, мол, совсем эти брахманы обнаглели, на что второй только пожал плечами. Его больше интересовали преступники, за которых можно получить хорошие деньги. Но нарушители спокойствия в этот день словно исчезли из города…

Тихо посмеиваясь над стражами, когда те пытались придраться к нашим «идеальным» документам, мы все-таки попали внутрь квартала.

— Слушай, а почему ты сам не сделал себе эти бумажки, когда должен был пройти к Тодгору?

— Когда сдаешь экзамен, необходимо быть честным. Правила, раздери их бездна!

— Слушай, а почему тогда все их не подделывают?

— А раньше считалось невозможным с помощью магии сделать документ, который бы прошел проверку на свингле.

— Это что такое?

— Помнишь, страж ткнул в печать перстнем?

— Ну да, — согласно кивнул я.

— Вот этот артефакт не обмануть.

— Но я же сам делал эти бумаги! Они подделка чистой воды!

— Ты особенный, Наан. И магия у тебя другая.

У дома моей возлюбленной Тантос отошел в ближайшую лавку, а я собрался с духом и постучал в дверь. Открыла мне та самая служанка, которую я спас в переулке.

— Добрый день, я бы хотел увидеть сантиму Даяну.

— Как вас представить? — спросила девушка.

— Скажите, что пришел ее старый друг Тан Онар.

— Подождите немного, господин.

Я согласно кивнул вслед убежавшей служанке и снял личину.

Буквально через секунду появилась Даяна. Радостно улыбнувшись, она потащила меня внутрь.

— Живой! Я уж думала, снова умер. Мы так беспокоились! Зачем же ты ушел? — бесконечно тараторила Даяна, усаживая меня за столик и попутно отдавая приказы слугам.

— Я должен был…

— Ну да ладно, я рада тебя видеть! Ты знаешь, говорят, завтра война будет! — с серьезной миной заявила она. — А мой муж рад, представляешь? Говорит, что во главе армии, — она перешла на шепот, — идет Иниан Калил! Вот дела! Он начитался вместе с друзьями каких-то книг и теперь как одержимый! Я боюсь, что такие, как он, просто не будут сражаться за нашего короля!

По крайней мере, в девушке я не ошибся. Но как рассказать ей то, что знаю я? Ведь нельзя…

— Даяна, вы можете уехать на время из города?

— Куда? И зачем?

— Тут будет опасно. Вам лучше покинуть Риротек как можно быстрей.

— Нет… Мой муж не отпустит меня, — опустила руки девушка. — Я бы ушла, наверное, но… ты понимаешь.

— А если я заберу тебя?

— Что ты! — Она отмахнулась от меня руками. — Когда Кенар узнает, он и тебя и меня повесит.

— Кто узнает?

— Кенар, мой муж. Для тебя он Гистиас Второй, а для меня всегда будет просто Кенар, — с легкой грустью промолвила девушка.

— А если не узнает? — Я замолчал в надежде услышать неожиданный ответ.

— Если… Почему ты это делаешь? — Даяна внимательно посмотрела на меня.

— Я хочу тебе добра. Ты ведь не любишь мужа? — рванул я напролом, уже плюнув на все приличия.

— Люблю… Он хороший. Иногда. Я ведь с рождения с ним обручена! — взмолилась она.

— А если я скажу, что скоро наступит конец света и все будет неважно?

— Я не могу. Прости, Наан, я правда не могу. Я изменю не ему, я изменю себе, своим принципам и идеалам. Может, все и так будет хорошо?

С щемящей болью в сердце я вышел на улицу, где ждал меня Тантос, и я без слов махнул ему рукой. Он внимательно посмотрел на меня, затем бросил взгляд на приоткрытое окно дома и, ни слова не говоря, пошел за мной. Больше в этом городе меня ничего не держало.

Глава 7

Сон не шел ко мне сегодня ночью: сказывалось напряженное ожидание событий грядущего дня, — и я бесцельно шатался по таверне. Услышав негромкий шорох на кухне, я решил поинтересоваться, кому еще не спится в такой час. Вторым полуночником оказался Сор-Pox, громадный орк, с которым я так толком и не пообщался во время наших военных советов.

— Не спишь?

— Тебя жду, — негромко произнес орк, рассматривая меня в упор.

— Что ж не зашел?

— Лиатор сказал, что ты придешь сюда.

— Это кто? — поспешил поинтересоваться я.

— Мой меч, — с достоинством ответил вождь и протянул мне огромный двуручный меч на вытянутых руках.

Я с трудом поднял гигантское оружие, подивившись его красоте. Выходит, орки хорошие кузнецы!

«Хорошие, но не настолько!» — В моей голове раздался незнакомый голос, исполненный чувства собственного превосходства.

— Это ты, Лиатор? — спросил я у меча, чувствуя себя несколько глупо.

«Из нас троих, вероятно, это я. Как носитель Пламени Драшармы, я вынужден поговорить с тобой лично».

— Почему ты не сделал это раньше?

«Ждал сигнала от брата».

— Понятно, — ничего не понял я. — Слушаю.

«Жизнь — сложная штука».

— Верю на слово! — усмехнулся я.

«Завтра тебе предстоит выбор. Очень опасно заплутать в лабиринтах Света и Тьмы. От тебя зависит будущее не только вашего мира».

— Да я уж вроде все знаю. Мне об этих Асурах и других напастях планеты твердят третий день подряд.

«И все они смотрят не туда».

— Как понимать тебя? Выходит, меня обманывают?

«Нет, твои друзья вполне честные и хорошие люди. Но не забывай, что истинная Тьма коварна. Ты ученик, и учитель говорит тебе то, что считает истиной. Но что, если учитель твоего учителя ошибался или намеренно врал?»

— Тогда почему ты не говоришь прямо? — Я разозлился, с меня хватало неясностей и недоговорок!

«Не могу, Драшарма запретил».

— Кто такой Драшарма?

— Великий Учитель, первый носитель Истинного Пламени, — ответил вместо меча вошедший Ильхаваттир.

— И тебе спокойной ночи! — съязвил я.

— Не злись. Мой меч тоже желает принять участие в беседе.

Я был просто в восторге! Мало нам долгих споров и обсуждений между тринадцатью людьми, не считая Отверженных, так еще и мечи свой совет затеяли!

«Совет не совет, а кое-что поведать мы тебе должны. Книга Фархана у тебя?»

— Да, в комнате.

«Береги ее. Когда сделаешь выбор, она поможет. Теперь слушай: нас три меча; первый у тебя, но сила слова ему не дана. Я и Лиатор — еще двое, но наши души заключены в других предметах. Остальное Пламя Драшарма вложил в людей. Среди них есть только двое, кто сможет всегда понять и поддержать тебя. Остальные не важны. Помни это!»

— Вы меня запутали окончательно. Поймите, я три месяца назад был простым сельским парнем с неясным взглядом на жизнь, а вы раз за разом обрушиваете на меня совершенно невероятные знания!

«Все просто — не думай, а слушай Зов. Он поможет тебе, пока ты сам не научишься осознанно менять мироздание. Удачи!»

Голос пропал, и голова загудела, как после хорошей гулянки. Ильхаваттир и Сор-Pox подошли ближе, обеспокоенно следя за выражением моего лица.

— Все в норме. И как вы это выносите?

— Привыкли, — ответил орк и развел руками.

— Готовы к приключениям? — Я сделал попытку улыбнуться, что получилось не очень-то хорошо.

— Для этого мы и пришли в Токанну.

— Ну что ж, завтра все увидим.

Мы расстались, и я вернулся в спальню. Просидев до самого утра у открытого окна, я наблюдал восход Митры и пробуждение города. Разомлевшая жрица открыла глаза и приветливо улыбнулась мне.

— Спи, еще рано.

— Ага, — зевнула Сатья и, перевернувшись на другой бок, снова заснула.

Через полчаса в дверь постучал Сантор, сообщив, что нас ждут на завтрак. Разбудив жрицу, я спустился на первый этаж таверны. Почти все были на своих местах — Тантос и Равест махнули мне из-за своего столика, и я поспешил присоединиться к друзьям.

— Как поход? Удался? — спросил подгорный мастер.

— Почти.

— Девушка с ним не пошла, — ответил за меня маг.

— Ну и забудь. Найдешь другую, — подмигнул Равест и принялся уплетать ножку молодого барашка.

Мы последовали его примеру, нахваливая приготовленные блюда и барышень, что их подавали.

Я был несказанно рад, что друзья все поняли и простили мне скрытность и недомолвки о моем происхождении и возможном предназначении. Теперь, когда оба моих друга должны были разделить мою участь, я чувствовал себя гораздо лучше. В принципе ничего не изменилось, просто наша дружба укрепилась узами пророчества, вот и все. А сегодня нас ждало первое испытание в лице дракона. Что такое инициация и как ее будут проводить, не знал никто, даже архимаг. Кое-какие скупые сведения я нашел в Книге Фархана, но и в них толком ничего не говорилось о сути обряда.

В конце утренней трапезы Карро поднялся за столиком и громко прокашлялся.

— Друзья, сегодня великий день для всего нашего мира. Я не знаю, кем мы будем вечером, но, пока каждый из нас остается собой, я хочу сказать от имени Запредельного Королевства: если мы выполним свое предназначение, то я уверен, что жизнь Токанны повернет в новое русло. Придет время, когда все люди станут воистину счастливыми. Так давайте же бороться за то, чего так долго добивались все великие этого мира!

Может быть, это была и не лучшая речь, которую архимаг произнес в своей жизни, но ему аплодировали от души.

Через час тринадцать человек стояли на улице перед зданием трактира и совершали ритуал Удачной Дороги. Все понимали, что обратного пути нет и они могут не вернуться, и все же старались не показывать этого тем, кто оставался в городе. Наши верные спутники Симпфат и Орланка, Горн и Ара-мина, мой названый отец Ренар Тинору — все они мысленно прощались с нами, только не произносили этого вслух.

Когда все было готово, Карро и Ворон Эш в один голос начали выпевать необычное заклятие, которое должно было соединить силу магов с драконом, чтобы тот смог открыть здесь портал, ведущий к острову Боли.

В потоках лучистой силы извивались мелкие фиолетовые искры, уносящиеся вдаль, астрал стягивался и скручивался, готовясь к созданию вихря. Через несколько минут пред нами распахнулся зев портала, окаймленного фиолетовым пламенем. Привычного серого марева не было — мы ясно видели скалистый берег острова, усеянный мириадами раковин и обломками гранитных скал. Испуганные чайки взлетели над заливом, когда в портал вошел первый человек…


— Господин Асуан, к вам человек…

— И чего ему надо? — поинтересовался дар-гот-сур у сотника, который осторожно заглянул к предводителю.

— Аудиенции просит. Только он странный какой-то. А говорить будет только с вами, господин.

— Ладно, веди. Оружие у него есть?

— Нет вроде бы.

Через миг полы боевого походного шатра Асуана вновь распахнулись, и в проеме появился действительно необычный человек. Его одежда, словно покрытая серебром, в свете свечей отливала зеркальным блеском, длинные волосы тремя свободными потоками опускались до пояса. Он был очень высоким — не менее двух с половиной метров, что весьма удивило даргот-сура. Оружия при нем не оказалось, как и говорил сотник, только посох, исходя из чего Асуан предположил, что это маг. Скульптурной лепки лицо не выражало ничего. Даже трудно было понять, сколько ему лет.

— Благодарю за гостеприимство, уважаемый даргот-сур. Мое имя вам ничего не скажет, поэтому перейду сразу к делу. — Гость выжидательно посмотрел на Асуана.

— Что ж, воля ваша. Говорите.

— Мой народ никогда не вмешивался в вашу жизнь. Но некоторые обстоятельства заставляют нас изменить этому правилу. Мы знаем о том, что вскоре вам предстоит бороться с врагом. Поэтому предлагаем свою помощь.

— С чего вы решили, что халифату Ле-Аннат нужна ваша помощь? — несколько раздраженно ответил даргот-сур, пытаясь вспомнить, кого напоминает ему гость.

— Мы знаем это. Кроме того, еще один вестник сейчас разговаривает с королем Запредельного, также предлагая свою помощь.

— Кто вы?

— Мы вольные братья, пламя севера. Мы — народ Индигоя.

Асуан замолчал. Он много слышал о таинственном государстве, но эти слухи были просто слухами, хотя…

— Что вы можете предложить и какова ваша цена?

— Мы не продаемся. Мы помогаем, если сами считаем это необходимым. Скоро перед вами встанут орды древнего врага, и мы не можем проиграть эту войну. В лесах к северу от вашего лагеря стоят наши полки, недавно переброшенные из Вареслава. Всего около трех тысяч воинов, каждый сотый — маг. Такая же армия сейчас собирается близ столицы королевства. Да, — он сделал небольшую паузу и потер виски, — Айлейл только что принял нашу помощь. Я жду вашего решения. — Вестник поклонился и замолчал.

Асуан недовольно поморщился и задумался. Если все, что говорит чужеземец, правда, то они действительно получат могучее подспорье. Но что за маги в их стране, если могут открыть порталы для трех тысяч человек?

— Хорошо. На свой риск и страх я принимаю ваше предложение. Но право командования армией остается за мной. Ваши солдаты должны подчиняться моим прямым указам!

— Спасибо. Я учту вашу просьбу. — Вестник поклонился и исчез, оставив за собой лишь призрачную тень, в ту же секунду распавшуюся от колебания воздуха.

«Интересно, что я наделал?» — с некоторой тревогой подумал Асуан и направился к шатру тысячников. — Пятитысячная армия скоро увеличится почти вдвое… И еще надо было предупредить халифа. Но почему они обратились не к нему, а ко мне?»


В Запредельном ситуация была примерно такой же, разнился лишь количественный состав армии. Теперь к десяти тысячам клинков Легиона прибавились три тысячи «серебряных» воинов, как их прозвал Освальд, с недавнего времени вместе с королем контролирующий все дела в стране. Узнав о нежити, активно плодящейся по всему королевству, он подсказал идею покрыть оружие серебряным напылением. За это активно взялись столичные маги и кузнецы, яростно опустошавшие дворцовую казну. И все равно Айлейл с ужасом смотрел на свою армию: Легион и в лучшие времена представлял собой то еще зрелище, а теперь и вовсе превратился в свору голодных бандитов.

По приказу архимага Легион разделили на две части — вновь образованную Армию Роз и непосредственно сам Легион. В ряды первой отобрали преданных бойцов, которые хорошо разбирались в военном деле и были закалены не в бандитских разборках, а в реальных сражениях, пусть и местного масштаба. Туда же влились родовые воины, стекавшиеся из всех городов страны с самого начала лета. Сыновья кшатриев, и не только они, привносили давно забытый дух единения, совершенно несвойственный наемникам и бандитам. Всего таких людей набралось семь тысяч. Остальные три тысячи были замещены «серебряными» и также стали частью Армии Роз. Оставшихся легионеров отправили в города, наиболее близкие к границам с империей. Айлейл до сих пор плевался, слыша это название бывшего графства.

Задумка «отрубить змее голову» должна была вот-вот претвориться в жизнь. «Серебряные» маги любезно согласились помочь с порталом, и пентаги вместе с тридцатью воинами Армии Роз готовились к броску. Почти все осознавали, что эта попытка обречена на провал, но соблазн расправиться с гадюкой был слишком велик.

Освальд лично проследил за подготовкой группы, сам наложил защитные плетения и вместе с магами «серебряных» разработал стратегию отступления, если таковое понадобится.

Рано утром на Поклонной Горе возле академии раздался низкий гул, и все зрители увидели медленно раскрывающийся бутон портала, отливающий медью. Тридцать пять человек в полной боевой готовности стояли рядом с ним, щурясь от необычного излучения. Два мага, открывающих портал, удержали его в вертикальной плоскости и сделали знак королю, что можно начинать. Айлейл отдал команду, и один за другим воины исчезли внутри портала. Зев остался открытым, только свечение заметно ослабло.


В резиденции императора ничто не предвещало грозы. Сам Найскату находился в своих покоях под надежной охраной, а члены Эсканора были расквартированы по всему замку. На мгновение в нижних коридорах вспыхнул свет, тут же погасший. Двое слуг, оказавшихся там, замерли в неестественных позах и рассыпались прахом. Магистр отдал приказы, и бойцы, разделившись на семь групп, унеслись в разные стороны. В каждой группе был один пентаг и четыре воина.

Группа магистра, по замыслу Освальда, должна была убить самого опасного врага — темного эльфа Иллениара, чьи воины, оставшиеся без чуткого руководства, нанесли бы меньший вред королевству. Их прикрывали еще две группы, обязанные обеспечить отступление в случае провала операции. На плечи остальных легла задача убрать некромантку и демона. На императора никто и не думал нападать — бессмысленный риск был чужд архимагу.

Тихо проникая все глубже в замок, воины чувствовали странное присутствие чего-то потустороннего в этом месте. Магистр тихо шепнул, что это Тьма, которую разбудили на севере. Ее присутствие радует лишь тех, кто ей служит. Проходя вперед, они убили еще несколько стражей, контролирующих подземные переходы. Сверившись с картой, которую составили шпионы короля, магистр повернул в новый коридор и внезапно остановился.

— Стойте! Здесь кто-то есть…

Двое воинов вышли вперед, когда вспыхнул яркий свет. В коридоре, преградив путь внутрь замка, с надменным видом стоял сам Иллениар. Магистр не успел остановить воинов, они бросились на эльфа, который был без оружия и в легкой баронской одежде. Иллениар просто поднял руку, и оба нападавших застыли в воздухе. Отшвырнув уже мертвые тела в сторону, эльф шагнул к магистру.

— Ну братец, пришло наше время?

— Уходите, быстро! — крикнул магистр оставшимся воинам, но эльф опередил его, бросив им под ноги заклятие, отчего солдаты грузно рухнули на пол и больше не шевелились.

— Нет, так не пойдет. В гости пришли, а правил приличия не соблюдаете, — улыбнулся Иллениар и сделал серьезное лицо. — Ладно, хватит игр. Давно я тебя не видел, брат.

— Я не брат тебе больше, — отсутствующим голосом произнес магистр, злобно смотря в глаза эльфу.

— Да? Отлично. Убить пентага, да еще и самого опасного, — воистину хорошее удовольствие!

Стены замка содрогнулись, когда в воздухе, вмиг превратившемся в вакуум, встретились два смертельных заклятия. Разметанные в осколки стены оголили пространство, где-то рухнул потолок. Два разъяренных существа стояли напротив друг друга и бешено швыряли все более мощные заклятия. Вихри пыли и осколков гранита довершали картину ужасной битвы магов. Счет шел лишь на время — когда у одного из них кончится сила, плетение другого пробьет ослабевшую защиту и закончит дело.

Встревоженный замок гудел, как осиный улей; все содрогалось под ужасными ударами, доносившимися из заброшенных подземелий. Другие отряды уже спешили на помощь тем, кто был внизу, а несколько магов напряженно искали взором виновников.

Эдра Беатрис осматривала тела девяти воинов, которые посмели напасть на нее этим утром. Не обращая внимания на сотрясающееся здание, она собрала у них по капле крови и воткнула в грудь каждого небольшой деревянный кол, запирающий душу в этом мире. Она не оставляла им возможности возродиться. Сотрясения прекратились, и в замке вновь воцарилась тишина. Беатрис прислушалась и грязно выругалась.

На Поклонной Горе из портала появились трое воинов, один из них нес обожженное и израненное до неузнаваемости тело. К ним бросились все, кто мог хоть чем-то помочь. Портал закрылся, и лишь выгоревшая земля напоминала о недавней атаке.

— Что с ним?

— Еще жив. Пентаги очень живучи. Его надо немедленно поместить в сомати и отправить на восстановление! Симур, Дан, немедленно займитесь этим! — отдал архимаг приказ своим помощникам и обратился к воинам: — Докладывайте!

— Господин, миссия провалилась. Все наши убиты, вот только магистр выжил. Мы вытащили его с места сражения. Но он, похоже, убил эльфа Иллениара.

— Вы уверены?

— Он мертв по нашим канонам. Не знаю, как у них, но магистр его крепко приложил, думаю, ему точно конец.

— Молодцы, спасибо. Отдыхайте, завтра вызовем вас во дворец.

Теперь, когда первая атака была проведена, войну можно было считать неофициально начатой. Король понимал, что сегодня истекает срок ультиматума и к вечеру на территорию его страны высадятся озлобленные армии империи. Но раз уж войны не удалось избежать, так хотя бы начать ее они смогли достойно!


Реликсан сжимал и разжимал пальцы, пытаясь успокоиться. Карро сообщил ему, что все готово и через час они будут у дракона. Они не смогут выходить на связь, находясь на острове, — местная аура подавляет любую форму передачи информации. Даже портал будет открыт в воде, о чем раздосадованно сообщил бывший архимаг. Еще бы, не очень-то приятно предстать перед драконом по пояс в воде! Правда, не факт, что Р'Хаад'Йер будет встречать их у берега, скорее всего, он приготовил для инициации особое место в своем царстве. Интересно, кто приковал его к этому острову? Реликсан знал со слов Карро, что после окончания Последней Войны драконы дали непреложный обет, по которому последним из них обязывался выполнить одну просьбу архимага, после чего он сможет отойти в царство мертвых. Это было своеобразной уплатой долга людям, и сам Р'Хаад'Йер служил живым символом надежды.

Теперь оставалось ждать и верить, что никто не ошибся. Нергал уже начал обучение мастера, и сила Реликсана росла с каждым днем. Но это изменяло саму суть его — он уже престал быть просто человеком, его дух стал меняться. Попробуйте, зная, что вы муха, почувствовать себя птицей! Вот и Реликсану было тяжело. Каждый вечер мастер молился за мальчиков — Наана и Иниана. Если бы его спросили, почему он это делал, он не мог бы ответить, — просто молился, и все. А старый Крумху, видя, как меняется его подопечный, все чаще охал и проклинал тот день, когда мастера отдали в его руки. Не то чтобы он приносил проблемы, но гоблин не любил привязываться к другим существам. А Реликсан успел прочно привязать Крумху своей странной, но доброй душой…


Портал закрылся. Тринадцать прибывших стояли на берегу небольшого острова. Слегка моросил дождь, было зябко. Утро десятого числа августа месяца встретило людей, эльфов, бхутов и одного орка банальной непогодой.

Глава 8

— Вот мы и на месте, — грустно прошептал Сан-тор, украдкой поглядывая на южанку.

— Ты не рад?

— Не знаю. Света здесь мало…

Серое небо и правда плохо пропускало лучи, казалось, что сейчас не утро, а вечер. Карро сказал что-то ободряющее, его поддержал Ворон Эш. Но у каждого на уме были свои думы, и их мало кто слушал. Сверкнул белый посох — архимаг зажег предупредительный свет и первым устремился в глубь острова, где находилось логово дракона.

Нестройная процессия растянулась на несколько десятков метров. За мной тихо плелся Тантос, а Равест ушел вперед, о чем-то оживленно переговариваясь с орком. Остров Боли не произвел на меня яркого впечатления — разрушенные скалы, множество птичьих гнезд, редкая поросль низкорослых кустарников и отвратительная сырость. Впереди виднелись небольшие холмы и остатки древней крепости.

— Тантос, ты изучал историю этого места?

— Нам кое-что рассказывали в академии, но не очень подробно. — Маг догнал меня и пошел рядом. — Этот остров был частью древнего материка, но детально изучить развалины не представлялось возможным, сам понимаешь, дракон не любит гостей.

— Значит, эта. крепость — дело рук Древних?

— Скорее всего, нет. Возможно, ее построили во времена Тиродов, тогда же, когда закрыли доступ в Лес Токанны. Некие смельчаки, отважившиеся выманить дракона и проникнуть в крепость, так и не вернулись оттуда.

Мы обогнули гряду скал и вышли к маленькому озеру. Карро скомандовал привал и отрядил несколько человек наловить рыбы и развести костер. Спустя полчаса аромат жареной форели аппетитно пронесся по лагерю.

Насытившись, я отозвал Ворона Эш в сторону.

— Вы ведь можете видеть будущее? Предсказывать?

— Нет, Наан, я лишь читаю нити судеб. А что?

— Когда последний раз вы смотрели вперед?

— Я понимаю твое волнение, но не могу его развеять. Тьма настолько сильно меняет тонкие слои мироздания, что невозможно предсказать даже следующий шаг. — Седовласый маг посмотрел на меня и по-отечески обнял за плечи. — Не бойся, раз уж мы здесь, то все идет так, как надо. Вот увидишь, после инициации все станет на свои места.

— И еще… — Я перевел дыхание и выпалил: — Почему вы так не хотите, чтоб Лес Токанны открыл свои знания людям? Неужели это принесет вред? Если вы знаете, что там сокрыто истинное знание и великая сила, почему мы не можем ее использовать против врага?

Ворон Эш помрачнел и отвернулся. Прошла минута; я стоял напротив него, сжимая кулаки, юный мальчуган, которого жизнь бросила в самую гущу событий мирового масштаба. Хотел ли я этого? Да, хотел. Но у меня был свой взгляд на вещи, нравилось это моим взрослым товарищам или нет!

— Я ждал этого вопроса, Наан. Когда я был юн, то не раз обращался с тем же самым и к магистрам академии, и даже к самому архимагу. Но все они твердили — это табу, его нельзя нарушать. Я ушел в леса, обучился запретной магии и стал собирать единомышленников. — Ворон многозначительно поднял брови. — Именно тогда я встретил Айвего. Он был родом из Айдауэя, столицы халифата Ле-Аннат. Изгнанный из семьи, он пошел своим путем. Несомненно, он слышал о тайне Леса Токанны и о многих других вещах и хотел их постичь. Мы вдвоем прошли всю страну, отыскали множество древних артефактов и наконец обнаружили Книгу…

— Какую Книгу? А Айвего — это же…

— Да, потом он станет самым великим архимагом в истории королевства. Но не об этом речь. Книга Памяти была написана на языке, который тогда считался утраченным. — Ворон Эш жестом предложил присесть на камни, и я понял, что разговор предстоит долгий. — Мы по крупицам собрали все известные сведения и перевели большую часть Книги. Там было записано Слово Смерти и Слово Жизни. Сокровенная тайна почти трех тысячелетий оказалась в наших руках, и разум повел нас по тропе безумства… Мне горько об этом говорить, но мы стали первыми, кто вновь проложил в этот мир дорогу Тьме.

Громкие крики чаек, порывом ветра согнанных с насиженного места, отвлекли нас от беседы. Ворон сильнее завернулся в свой белый плащ и продолжил рассказ:.

— Айвего в одну прекрасную ночь докопался-таки до сути: оба этих Слова открывали портал в Хранилище, и только с их помощью мы могли попасть в искомое место. Ты ведь знаешь, что Тирод — последняя столица Древних — располагается в центре Леса?

— Да. Мне рассказывали об этом. — Я прилагал все силы, чтобы уловить суть тех далеких событий. Но сколько же Ворону лет?

— Так вот. Именно в Тироде находится вход в Хранилище Древних. Замечу: это единственное хранилище, оставшееся на Притхиви. Таким образом, у нас в руках оказался ключ к этим тайнам. Достаточно было совершить определенный ритуал и произнести Слово, любое, на выбор произносящего, и портал должен был открыться. И тут встал резонный вопрос: а что потом?

— Как что? Разве обладать такой мощью не есть цель? Ведь вы могли бы не допустить ничего из того, что происходит сейчас!

— Согласен, соблазн получить в руки силу Древних был велик. Но мы не стали этого делать. Понимаешь, в мироздании есть хрупкий баланс между гранями Света и Тьмы, стоит его нарушить, и все разлетается на осколки. И мы не решились взять на себя эту ответственность. Новая эра магии тогда так и не началась.

— А если империя захватит страну, вы думаете, она остановится перед этими постулатами?

— Конечно нет. Именно поэтому Карро и решился на этот шаг.

— Какой шаг?

— Ты знаешь, как погиб твой брат?

— Нет, не знаю.

— Иниан погиб, когда прочел Слово Жизни. Карро и его помощники все сделали верно, но предотвратить смерть мальчика не удалось. Проход остался закрытым.

— Значит, это в принципе невозможно?

— Проникнуть в Лес Токанны смог лишь один человек — Варкан Калил. Лес сам впустил его. А теперь, когда Тень накрыла всю страну, я не могу больше видеть и предсказывать. Прости, Наан. Я только надеюсь, что Единый и Безликие смогут остановить окончательное падение нашего мира.

— Последний вопрос. — Я посмотрел в сторону друзей, которые начали собираться в дорогу. — Что такое Тень?

— Никто не знает. Это какая-то мразь, пришедшая из другого мира. Энергия, может быть, новый вид магии. И чего от нее ждать, я тоже не знаю. Поймем, когда будем едины, — вздохнул Ворон и поднялся на ноги. — Ладно, пора идти.

Грустно. Вообще, этот остров сильно портил настроение своей мрачностью и располагал к самобичеванию. Я заметил, что с каждым шагом на наши плечи как будто ложился все больший груз. Отряд еле плелся, лица путников посерели, и только пламенеющий посох архимага слегка развеивал дурные чувства.

Мы начали подъем к стенам крепости. Идти стало еще трудней, к плохому настроению добавились отсутствие хорошей дороги и северный ветер, усиливающийся с каждой минутой. На душе было отвратительно. Чтобы хоть как-то отвлечься, я догнал своих друзей и придержал их, немного отстав от остальной процессии.

— Ты чего? — возмутился Равест, когда я за шиворот оттащил его назад.

— Поговорить надо! — шикнул я, сверкая глазами.

— Так бы и сказал, — буркнул он, возвращаясь в прежнее состояние.

— Какие новости, Наан? — Тантос казался на удивление безмятежным, будто мы шли в портовый кабак, а не в гости к дракону.

— У меня плохое предчувствие.

— А у кого оно хорошее! — расхохотался Равест и заткнулся под пристальным взглядом мага.

— Я хочу, чтобы вы кое-что взяли. — Я снял с себя амулет, отсоединил кольцо и протянул их друзьям. — Не знаю почему, но мне кажется, что так будет лучше.

— Это тот самый амулет, что подарил тебе караванщик в Риротеке? — спросил Тантос, пристально изучая магическую вещь.

— Он самый. А кольцо мне передал Нарвин. Сказал, что от мастера Ли.

— И что они делают? — поинтересовался Равест.

— Пока ничего. Просто наденьте их.

Похмыкав и внимательно рассмотрев предметы, что было достаточно проблематично, поскольку мы как раз стали подниматься сквозь заросли жутко колючего растения на небольшой холм, друзья все-таки надели их на себя. Я проверил, на месте ли меч, и, убедившись, что все в порядке, с облегчением вздохнул. Первая часть моего плана была выполнена, все три части артефакта находились в надежных руках. Не могу сказать, как эта идея пришла ко мне в голову, но уверенности в удачном исходе дела заметно прибавилось.

— Внимание! — с высоты раздался окрик Карро. — Мы почти на месте!

Буквально через пять минут я мог своими глазами лицезреть главного героя моих ночных кошмаров. Р'Хаад'Йер степенно возлежал на просторной ровной площадке, в которую была превращена внутренняя часть старой крепости. Большие немигающие глаза в упор рассматривали нас. Он был именно таким, каким являлся мне во снах — могучим, огромным, изумрудного цвета с переливами серебра в кожистых крыльях, суровым и очень старым ящером. Из его пасти вырвались клубы черного дыма, дракон медленно повернул голову и тихо, чтобы не оглушить нас, произнес на своем языке:

— Время настало.

Все вздрогнули, но остались стоять. Я ощущал страх, обуявший моих спутников. Мы смотрели на дракона, а он так же пытливо изучал нас.

— Тень ускорила течение событий вашего мира. Пора начинать.

Голос Р'Хаад'Йера прозвучал, словно удар гонга. Карро и Ворон Эш вышли вперед, нараспев читая заклинание. Его искусная вязь поднималась от людей, соединялась в упругий канал, который змеей заползал в ауру дракона.

— Кольцо замкнуто. Мы готовы! — прокричал Карро, перебивая стон земли, в которой начались неясные изменения.

Дракон шумно вдохнул и, резко оттолкнувшись от поверхности, взмыл ввысь, начиная облет равнины, перед которой мы стояли. Действо началось.

С небес раздался гром, ярко-голубая молния ударила в центр внутреннего двора крепости, земля разошлась, выпустив черный смерч, который разделился на четыре своих подобия и начал методично срывать верхний пласт вместе с мусором и остатками кирпичной кладки, взметая их вверх и унося далеко за пределы острова. Я мельком глянул на товарищей, у них все было в порядке, только девушка Сантора спряталась за его могучую спину.

Дракон пел. Повинуясь древней магии, смерчи открыли нашим взорам идеально ровную квадратную площадку из черного полупрозрачного камня размером около ста метров в поперечнике. Ветер стих, но гул и дрожь земли усилились. Канал, который поддерживали два мага, сиял фиолетовым пламенем, заставляя циркулировать бешеные потоки энергии.

Повинуясь неведомой силе, площадка начала медленно выходить из-под земли. Стало ясно, что она представляет собой только верх некоего исполинского кубического сооружения. Поднявшись на высоту четырех метров, черный куб остановился, сверкая таинственными огнями, загоравшимися внутри. Прямо перед Карро из него стала выдвигаться система блоков, образуя своеобразную лестницу.

В головах у нас прозвучал приказ дракона: «Поднимайтесь». Первым двинулся Ворон Эш, мы последовали за ним. Когда на земле никого осталось, блоки собрались в обратном порядке и исчезли, откуда появились. Стоя на абсолютно ровной поверхности, мы могли наблюдать, как по ней змейками пробежали разряды, вычерчивая горящие красным светом символы. Их было ровно тринадцать: двенадцать по кругу, на равном расстоянии, и один в центре. Мой.

Я не ошибся; раздался новый приказ, и каждый из нас по очереди занял свое место.

Первым встал в центр я. За мной, следуя за змейкой пламени, к знаку тиары с рогами овна прошел Карро. Когда его стопы коснулись символа, из камня выросли три плети, охватив ноги архимага. Несмотря на это, он продолжал поддерживать канал связи с драконом. Следующим вышел Ворон Эш, также ведомый змейкой. Его символом стал солярный знак, и он также попал в плен камня.

Один за другим мои спутники становились частью целого, единого. Вот прошел эльф, носящий амулет со знаком Черного Дерева, и встал на горящий символ пирамиды; второй эльф, Мираллил, прошествовал на символ Великого Предела — знак единства противоположностей. Гордо поднял голову Сантор, устремляясь к символу лиры; бхуты прошествовали к двум магическим знакам — треугольнику и квадрату.

Когда настала очередь Сор-Роха, он, отдав мне честь, вытащил меч, поцеловал его и вложил обратно в ножны, после чего степенно вошел в свой символ сияющего лука. Равест встал напротив Сантора, войдя в знак огня. Мелайя оказалась в символе воды, Тантос — земли, а Сатья присоединилась к воздуху.

Оплетенные камнем, мы стояли, с тревогой наблюдая за происходящим. Мы уже начинали соединяться, каждый чувствовал в себе другого… Дракон пел.

Каменный куб стал подниматься в небо. Над нами возникла гигантская воронка, затягивающая облака в свой зев, откуда молниями били всплески Силы. Дракон летел по кругу и с каждым разом увеличивал скорость. Поднялся жуткий вихрь, и небо разверзлось. Прямо над нами зияла огромная рана, сквозь которую было видно звезды. Дракон пел…

В голове у каждого из тринадцати прозвучал вопрос: «Вы готовы исполнить свое предначертание?» — и все на него ответили немым единогласным «да». Все замерло, наступила полная тишина. Время замедлило ход и остановилось. Раздался страшный удар, резанувший по всем чувствам, и все объяла темнота. Откуда-то издалека, как во сне, прозвучал хриплый рев Р'Хаад'Йера:

— Исполнил ли я свою часть уговора, маг?

— Да! — Голос Карро затерялся в мутном рассудке Единого.

— Тогда настал твой черед!

Единый еще не разделился и не смог осознать себя полностью, но уже открыл глаза. Одно из его тел, освободив руки из камня, держало белый посох. Мгновение — и он вошел в тело дракона, замыкая чуждый всему живому обряд. Единый рассмотрел в чудовищном водовороте Силы, как разлилась по жилам древнего существа темная энергия, оживляя существо, веками спавшее внутри монстра.

В один момент Единый обрел себя, отсоединив от себя двенадцать Безликих, призванных стать живым Законом нового мира, и в этот же самый миг на Притхиви вернулся из своего заточения Демон Раху.


— Империя начала атаку! — Запыхавшийся сотник Армии Роз поднимал на ноги своих солдат, натужно раздавая приказы. — Нас ждут у порталов!

Маги Индигоя по команде короля, принимавшего непосредственное участие в сражении, открыли огромные порталы, сквозь которые рядами стали проходить солдаты. Пять тысяч клинков перемещались на равнины близ города Риф, где недавно заняла позицию вражеская армия.

Часом раньше следящие артефакты Рифа засекли открытие вражеского портала, о чем немедленно доложили в столицу. Несколько тысяч воинов встали лагерем напротив крепостных стен, держась на безопасном расстоянии от катапульт и арбалетов. Темные эльфы, вооруженные длинными луками, варвары с огромными топорами, боевые маги из подземных монастырей Наротера составляли основу вражеской армии. Найскату решил оставить демонов и темных магов для атаки на столицу, поэтому исход этого сражения должна была решить простая сила меча и дубины, лишь слегка поддерживаемая магией. Империя преследовала цель выманить войска короля и принять бой на чужих условиях. Прекрасно зная, что Айлейл не допустит гибели беззащитного города, он выжидал, не отдавая приказа о нападении. Однако в самом городе, где в срочном порядке готовили зажигательные снаряды, камни для катапульт и варили смолу, активно действовали лазутчики, которые всем говорили, что во главе имперского войска идет легендарный Иниан Калил, зверски убитый магами ВайТана и оживленный некромантами императора. Сотни шудр и вайшьев были готовы сдать город без боя, внимая обещаниям императора после установления его власти отменить варны как таковые. Их сдерживали легионеры, но последних так ненавидели, что на улицах осажденного города стали вспыхивать очаги сражений. Положение спасла прибывшая королевская армия.


Найскату и лорд Аррн, принявший облик Иниана, с превеликим удовольствием наблюдали за происходящим. Их глазами в Рифе стал простой раб, которого околдовал имперский маг.

— Признаюсь, когда вы поместили меня в этот труп, я был малость рассержен. Но теперь я вижу всю мудрость ваших ходов, император!

— Конечно. Теперь представь, что подобное происходит почти во всех городах королевства.

— Великолепно! — «Юный» лорд похлопал в ладоши.

— Где Беатрис?

— Я здесь, господин. — Молодая некромантка встала рядом с Найскату, ожидая приказаний.

— Сколько в здешних лесах нашей нежити?

— Около трех сотен, преимущественно скелеты второго уровня и несколько личей.

— Превосходно! Когда появится противник, атакуйте его с тыла, пусть думают, что придется сражаться на два фронта.

Эдра ушла отдавать распоряжения младшим подчиненным, а Найскату созвал тысячников на совет. Скоро в боевом шатре собрались все, кто принимал командование в его армии.

— Стены этого города выстроены на славу, поэтому уничтожать мы их не будем, я хочу сохранить максимум построек. Сколько свободного пространства нужно для массированной атаки лучников?

— Около пятисот метров, и наши луки сделают свое дело. Только чем прикажете их заряжать?

— Ваше изобретение готово?

— Да, господин.

— Тогда используйте его. Жертвы меня мало волнуют.

— Простите, но если армия короля успеет прибыть на помощь, то нас вынудят принять бой, — напряженно промолвил угрюмый тысячник, командовавший северными варварами.

— Вот вы его на себя и возьмете. Вас прикроют маги. Все понятно, лорд Ксантус?

— Да, император. Моим воинам принять участие или только магам?

— На ваше усмотрение. Мне важен результат.

Когда вопросы были исчерпаны, прибежал молодой солдат, сообщивший, что на равнине за городом открылся портал, откуда выходят воины в серебряных доспехах.

— Я мог догадаться, — прошипел император и стукнул кулаком по столу. — Индигой! Вмешались-таки!

— Начинаем?

— Да. Всем дать сигнал к наступлению! Первая задача — разгромить армию королевского ублюдка! Город возьмем после.

Живой ковер из тысяч воинов пришел в движение: всколыхнулись флаги, взревели трубы, и первые сотни варваров двинулись на большой скорости в сторону равнины. Благодаря сильным мускулам и большой выносливости эти трехметровые исполины составили бы хорошую конкуренцию оркам. Пять сотен отправил император в составе первого эшелона, прикрыв их сзади двумя сотнями эльфов-лучников. Над ними, паря в воздухе, летели несколько магов, обязанных отражать возможные магические атаки противника.


Освальд лично наблюдал, как «серебряные» ровными рядами вставали в боевое построение. Вслед за ними вышли солдаты короля и магистры академии. Всего за один раз удалось перебросить около тысячи воинов, теперь все решало лишь время.

Разошлись тучи, яркий свет утренней Митры развеял страх в сердцах людей. Казалось, она способствует защитникам, и войско Айлейла выглядело весьма внушительно, купаясь в брызгах отраженного от доспехов света. Город был как на ладони, а за ним виднелось темное воинство империи. Архимаг невольно вспомнил старую сказку о том, как однажды на мосту столкнулись два войска, ослепленных собственной яростью. Каждому казалось, что прав он и именно он борется за истину и Свет. В результате на пожарище войны, унесшей тысячи жизней, спустившийся с неба бог, во имя которого люди сражались, написал: «Нет Света и Тьмы, которые борются между собой. Есть только Тьма, как бы ее ни называли проповедники».

В эти минуты все еще можно было остановить. Да, мелкие стычки, внутренние конфликты уже были, но, пока не произошла первая битва, война еще не начата. Кто знает, сколько крови будет пролито сегодня, завтра?.. Освальд вздохнул. Он надеялся, что Карро достиг своей цели, и призрачный миф пророчества, возможно, спасет их всех. Может быть. Мысленно пожелав ему удачи, молодой архимаг скомандовал первое боевое построение.

Огибая стены города, на равнине появились воины империи. Закованные в тяжелые латы, с громадными двуручными секирами, северные варвары, грозно рыча, скалились на невозмутимых «серебряных». Между армиями оставалось около трехсот метров, когда нападающие остановились. Вперед на красавце коне выехал воин в черных доспехах.

— От имени императора Найскату приказываю вам сдаться на милость его величества! Тем, кто добровольно сложит оружие, мы обещаем сохранить не только жизнь, но и воинское звание! Это касается только людей, все остальные выродки будут уничтожены! — заявил лорд Ксантус, и его слова потонули в реве сотен глоток его солдат.

— Вы пришли на чужую землю и собираетесь взять ее силой. Когда-то вы были нашими братьями. Опомнитесь, пока не поздно! — выкрикнул в ответ Освальд, впрочем не теряя надежды на положительный результат.

— Что ж, вы сами решили свою участь! — Ксантус выхватил меч и, подняв его над головой, пришпорил коня. Толпа взревела, и сотни воинов бросились вперед.

Война началась.

Глава 9

Единый ощутил дикую и необузданную силу, источником которой служил весь мир. Он втягивал в себя его свежесть, несущую чистый поток энергии. Когда все тринадцать тел наполнились этой силой, Единый разорвал канал связи и заметил у своих ног странное существо: оно было ему знакомо, хотя он не помнил ни его имени, ни места в мироздании.

Осмотревшись, Единый заметил Тень, ужасом застывшую над миром. Она почти захватила Притхиви в свои сети и готова была пожрать ее душу, сокрытую в мириадах живых существ, находившихся на ней. Он улыбнулся и одним движением мысли стер ее с лица вселенной, навеки очищая мир от страшной заразы.

Ощутив страшную боль в одном из сердец, Единый взревел от боли… Не успев родиться, он уже умирал, одно за другим его тела отлетали в царство мертвых, вырывая из Единого жизнь, капля за каплей. Сознание угасло, вихрь закружил податливый разум и силой вернул его в человеческую оболочку.

Рушились скалы, вихри поднимали плотные занавесы из пыли, мусора и обломков камней. Огромный черный куб возвышался над океаном, а на его вершине корчились в невыносимых муках трое выживших людей. Над ними бесновался ужасный демон, ранее принимавший облик дракона.

Тысячелетия назад один великий воин заточил дух великого Асура в теле дракона, связав его непреложным обетом. Раху мог освободиться из плена лишь при одном условии — если он спасет человечество. Поколение за поколением хранили это знание, ключ от свободы Асура передавали друг другу архимаги королевства, но постепенно люди забыли его суть. Дракон стал просто драконом, а долгожданный момент так и не наступал. Когда Раху познакомился с Карро, он увидел предначертанное спасение в его глазах и стал направлять действия архимага в нужное русло. И вот он свободен! Да только за долгие века плена великий Асур стал просто демоном, все еще опасным и сильным, но все же просто демоном.

Когда спали оковы, Раху увидел, как Единый освободил мир от Тени, и незамедлительно претворил план мести в жизнь. Беспомощные тела Безликих, закованные в камень, были ключами к смерти Единого. Демон не мог нанести вред их душам, а значит, требовалось нечто большее. Собрав все силы, он воплотил в жизнь самое древнее проклятие, какое мог вспомнить, и Безликие стали исчезать, растворяясь в плетениях пространства и времени. Раху знал, что все они возродятся и, получив силу Единого, понесут в мир великие свершения… Но это его уже не касалось.

Такие мысли пронеслись в голове у Единого, прежде чем невиданная сила швырнула его на землю. Огонь сжигал мышцы, мгновенно лишил зрения и всех чувств, осталась только дикая, ни с чем не сравнимая боль. Нет, не так… Осталась БОЛЬ. Раздираемый на части, он боролся. Обгоревшие кости вновь обрастали мышцами, сплетались нервы и сухожилия, тело обрастало кожей… чтобы все повторить заново. Он ощущал, что кто-то остался рядом, он не один, с ним Безликие. И это придавало сил. Противостояние великого проклятия и древней силы Единого длилось долгие часы. Когда последний язык огня исчез, Раху взревел от ярости и унесся прочь, исчезая в пучине бездны.

В километре от южного берега Токанны возвышался над океаном черный куб из прозрачного камня. На верху его лежали три тела, в которых едва теплилась жизнь.

Амулет. Кольцо. Меч. Три составляющих одного артефакта спасли Наана, Тантоса и Равеста от неминуемой смерти. Остальные десять Безликих погибли, от них не осталось даже пепла, но их души возродились в прошлом. Круг замкнулся. Каждый из них принес в мир частицу Единого, и недаром люди, которые имели счастье с ними быть, называли их Великими.


Я открыл глаза, щурясь от яркого света Митры. Надо мной плыла синева безоблачного неба, ветер обдувал мое тело… Мое тело? Я чувствовал себя очень странно — медленно, как-то неясно в мои мышцы словно возвращали жизнь. Я чувствовал огромную силу, недоступную ранее. Казалось, что я знаю абсолютно все, могу управлять каждым слоем материи, выплетать любую структуру мира из своей майи. Наваждение прошло, и я начал вспоминать: дракон, он поет, вот мои друзья, все какое-то нереальное… Друзья, где они?

С трудом наклонив голову, я увидел ровную поверхность черного камня, на которой лежали Тантос и Равест. Оба были абсолютно наги, только у мага оставался амулет на груди, а у Равеста кольцо.

В моей руке оказался меч, слегка мерцавший бесцветными искрами магии. Силы прибывали, я смог подняться и подойти к друзьям. Приложив руки к их телам, я вдохнул в них часть своей энергии. Сначала Тантос беспокойно застонал и выругался, открывая глаза; потом очнулся Равест, и теперь оба с недоверием оглядывались вокруг.

— Что все это значит? Мы живы? — неуверенно вопросил Равест.

— Похоже на то, — шмыгнул носом маг.

— Мы прошли инициацию, но нас предали. Дракон оказался Демоном Раху.

— Что? — в голос ахнули оба, широко открыв глаза.

— Это так. Я тоже не все помню, но мы успели уничтожить Тень, а затем Раху, освобожденный от обета, принял истинное обличье и начал всех убивать. Тех, кто был с нами, больше нет.

— А мы? Почему мы живы, Наан?

— Мы сгорали в пламени проклятия и вновь оживали. Если я правильно понял, эти артефакты, — я указал на амулет, кольцо и меч, — спасли нас от неминуемой гибели.

— Вот оно как…

— Значит, мы не выполнили предначертанное?

— Я не знаю, Равест. Быть может, даже Великие не все знают.

— И что теперь?

Этот вопрос Тантос мог и не задавать. Я не знал. Что нам осталось? Да, у меня сорвало барьер, поставленный Ашвинами. Да, теперь мы стали сильнее. Но что дальше? Надо хотя бы попасть в Леренор, а там посмотрим.

— Надо возвращаться.

— Предлагаешь заняться водными процедурами?

— Нет, Тантос, конечно нет. — Я грустно взглянул на водную гладь, окружавшую черный куб со всех сторон. — Какие есть варианты?

— А портал вы открыть сможете? Решили бы сразу все проблемы, — брякнул Равест.

— Тоже мне шутник нашелся! Я тебе кто? — возмутился маг, одновременно пытаясь найти хоть какие-то остатки одежды.

— А почему бы не попробовать?

— Эй, я воин, а не маг!

— Зато твоя аура как у архимага! — прыснул Тантос, пристально вглядевшись в Равеста.

Мы не сдержались и дружно расхохотались, тем самым хоть немного сбросив напряжение.

Открывать портал до Леренора мы не решились, ограничившись ближайшим городом, каковым оказался Эш. Тантос быстро произвел все расчеты и начал плести вязь, наполнив ее совместно собранной силой. Спустя несколько минут все-таки удалось открыть портал. В. последний раз оглядев место нашего триумфа и поражения, мы простились с погибшими друзьями, поклявшись найти и достойно наказать убийцу.

Портал выбросил нас на высоте трех метров, и я на пару с Равестом больно шлепнулся на каменистую почву. Тантос догадался воспользоваться новыми возможностями и спокойно завис на высоте человеческого роста.

— А раньше я с воздухом не ладил! — радостно заявил нам маг, пока мы поднимались и отряхивались.

В дымке горизонта виднелись стены города Эш, маня своими шпилями и куполами зданий. Пустошь, в которой мы так жестко приземлились, была мне знакома — именно здесь я и Сатья… Бедная девочка… Если бы я знал! Фархан. Надо обязательно добраться до Храма!

— Наан, мы же не пойдем в город в таком виде? — Равест, прикрыв руками причинное место, огляделся по сторонам.

— Мы чары личины наложим, не переживай, только веди себя естественно.

— А про стражников забыли? У них наверняка артефакты распознавания есть.

— Тантос, ты не забывай, что у нас магия принципиально по-другому работает.

— Да? Ах, точно же… Тогда идем?

Приняв благопристойный вид, мы поспешили в сторону города. Приближаясь к воротам, я отметил отсутствие привычных караванов и торговцев. Лавки рядом с трактом стояли пустыми, а на дороге лежал нетронутый слой песка. Только ощетинившиеся арбалетами бойницы да взведенные катапульты на стенах выдавали наличие здесь людей. Обычно шумный торговый городок молчал. Митра только еще начала заходить, а ворота уже были закрыты.

— Стоять! Кто такие? — крикнули сверху, и на мгновение из бойницы высунулась усатая голова стражника.

— Свои!

— Свои теперь разные бывают. Откуда пришли?

— Из Риротека. Я ученик школы меча, а это моя… э… дружина.

— Документы есть?

— Да, конечно, — соврал я, вспомнив о своем небольшом фокусе в Риротеке.

— Ждите…

Скрипнули створки ворот, и нас впустили в город. Я с огорчением отметил, что у стражника в руках кристалл, с помощью которого обычно искали заколдованные предметы и выявляли наложенные чары. «Не повезло», — мысленно сказал я друзьям и сжал меч. Если нас раскроют, придется как-то выпутываться.

— Пройдите за мной, — буркнул стражник, оглядев нас с головы до ног и махнув рукой напарнику.

Нас отвели в караульную, где в тесной комнате находилось трое легионеров и простой стол с набором печатей.

— Добро пожаловать, господа маги, — четко произнес вошедший юноша, особенно выделив последнее слово. Его мантия магистра говорила о том, что перед нами глава местного магического клана. Вот и вляпались!

— И вам здрасте…

— Ну рассказывайте, в какую беду попали? — Он присел за стол, пригласив войти маленького щуплого старичка, принесшего бумагу и чернильницу с набором перьев.

«Что расскажем?»

«Ух ты! Ты меня тоже слышишь?»

«Конечно. Так что?»

«Я с ним поговорю. Просто подтвердите мои слова», — послал я сообщение друзьям и заговорил с магистром.

— Как вас называть?

— Магистр Белого клана Эльвир. Давайте к сути дела.

Дальше последовал мой длительный рассказ, основанный на реальных событиях с небольшими отклонениями. Ведь мало бы кто поверил в то, что нас не смог уничтожить сам Раху! Все свелось к тому, что мы выполнили задание архимага и теперь должны попасть в столицу. Равест удивленно спросил, на кой нам это надо, но я только отмахнулся.

Через два часа мы отдыхали в том самом трактире, где я останавливался раньше. Эльвир обещал связаться с Освальдом и в случае его согласия переправить нас в ВайТан. Мы еще не знали, что в этот злосчастный день у города Риф произошла первая битва, где империя одержала безоговорочную победу. Мы не знали, что жители Рифа сами сдали город в руки Найскату, и их примеру последовали в ТусТане и Соре. Архимаг с большими потерями отступил к столице, а армия империи, собрав под знаменами рода Калил почти двадцать тысяч клинков, объединилась на просторах Междуречья и собирается в течение недели взять штурмом ВайТан.

Мастер Реликсан нервничал. Расхаживая вдоль своей комнаты, сплошь заваленной книгами и свитками, он судорожно вспоминал, чего же они не учли, почему все пошло не так. После того как тринадцать покинули портал, он перестал их видеть, но до сих пор не мог выйти на связь с Карро через Ил'Аттир. Прошло уже более суток, ситуация в стране накалялась, а спасители рода человеческого исчезли в никуда!

Слава стихиям, сгинула Тень, навсегда канула в нижний мир и затерялась в хаосе. Словно камень упал с души мастера. Нергал, изредка заглядывавший к нему, удивился расторопности «людишек» и дал Реликсану пару полезных советов на будущее. И вот теперь молчание Единого начинало беспокоить и раздражать мага. Мало того, спустя несколько часов после уничтожения Тени над миром пронесся могущественный демон. Его след просто полыхал темной энергией, сравнимой по силе только с энергией великих Асуров. Но печати Храма были все еще целы. Эта загадка смущала мастера, иногда заставляя делать страшные выводы. После того как он в очередной раз представил себе Единого в образе непобедимого Зверя, Реликсан грубо выругался и, послав все мысли Раху в глотку, отправился спать.

Сидя за круглым столиком, на который любезный трактирщик уже водрузил большой кувшин вина и поставил необходимые приборы, мы разрабатывали дальнейший план действий. Если бы кто-нибудь из посетителей мог нас слышать, он, вероятно, принял бы нас за безумных магов, сбежавших из Темницы Сотги. Несмотря на странные разговоры, мы выглядели вполне прилично — купленная в лавке одежда больше соответствовала зажиточным вайшьям, чем прожженным воинам или магам. Равест долго не мог смириться с утратой своего любимого меча, а Тантос только вздыхал, вспоминая свой утраченный кулон, доставшийся ему весьма дорогой ценой — прохождением испытаний четырех стихий… Кстати о стихиях. Дракон, или же Демон Раху, не обманывал меня, когда говорил о Пятой стихии. Я еще не полностью убедился в своих ощущениях, но та новая сила, что обитала во мне с момента инициации, давала действительно большие возможности! Первое, до чего я додумался, — это попытаться создать деньги, столь нам необходимые, из ничего. Вернее, из того самого «ничто». И опыт удался! Не сразу, первые монеты были смазанные и буквально растекались в руках, не удержавшись в этом времени и точке пространства. Связав золото и время принципиально новым плетением, я все-таки смог их удержать, и именно на них была куплена одежда и заказан столик в таверне. Интересно, что силу для этих опытов я теперь черпал не из своих запасов. Во мне появился странный канал, связавший мою майю с нитями каналов космоса, что позволяло использовать почти безграничные ресурсы.

Конечно, никто из нас не забыл пережитого на острове Боли. Какое меткое название ему дали в древности! Наши друзья и спутники, только что инициированные Безликие, погибли, не успев ничего сделать. И во всем был виноват проклятый демон! Но мы не вправе были впадать в депрессию и позволить армадам Тьмы выиграть следующий бой. А он, я чувствовал, будет совсем скоро.

— Что теперь? — Маг плеснул в кружку вина.

— Для начала необходимо приобрести доспехи и оружие. Я думаю, что Эльвир скоро выйдет на связь с Освальдом, так что нам надо поторопиться.

— Наан, а ты сам не можешь с ним поговорить? — Равест Темный, хотя в свете последних событий его кличка была малость неуместна, озадаченно разглядывал меня и Тантоса.

— С архимагом? Не уверен. — Я еще раз подумал над словами мастера. — Пусть лучше Эльвир это сделает.

— Как скажешь. А что потом?

— Началась война. Мы не можем оставаться в стороне — ведь ради этого умерли наши друзья. Примем бой, чтобы отсрочить захват королевства, а потом отправимся на вершину Амаравати.

— Ты все еще веришь в эти сказки?

— Но ведь именно они не дали нам умереть. Эти артефакты, — я указал на амулет и кольцо, — составляют вместе с моим мечом единое целое. Только на вершине Амаравати, в Храме Тринадцати, их можно объединить. В Книге Фархана должен быть описан весь ритуал, так что ключи у нас есть.

— Так это то самое оружие, о котором рассказывали эльфы?

— Ага. Так что нам придется для начала выиграть сражение с империей, затем, используя полученное время, вернуться в Леренор за Книгой, потом добраться до материка Весле, там попасть в Долину Смерти, где находится единственный портал в Амаравати. Вот и все. — Я грустно улыбнулся, понимая, что этот план несбыточен.

— Нам хотя бы первую часть выполнить.

— Решено? — Маг, как всегда, был спокоен.

— Решено. Давайте закажем хороший окорок и еще пару кувшинов вина, тогда у нас точно все получится! — хохотнул Равест и подозвал трактирщика.

Через час, наевшись досыта, мы вышли в город в поисках оружейной лавки. Местные жители указали нам дорогу, и вскоре я уже примерял на себя все самое лучшее, что мог найти обрадованный хозяин лавки после того, как перед ним на прилавок вывалили целую кучу золота. «Дорогие господа», как — нас стал называть Шур Стальной, в народе именуемый Воякой, отобрали для себя двое легких доспехов и одни тяжелые, сделанные по заказу для наемников халифата. Равест долго ругался, выбирая замену для своего утраченного меча, выполненного из редчайшей подгорной стали, обижая доброго хозяина. Правда, когда Шур узнал причину столь нелестного отзыва о его товаре, он попросил нас подождать и покинул лавку. Спустя минут десять он буквально притащил за собой старика, одетого в рваный балахон, и заявил, что он может нам помочь.

— Каким образом? — буркнул Равест, косясь на старика.

— Дорогой господин, у него с юности меч хранится, такой, какой вам нужен! Пусть продаст!

— Это так, уважаемый?

Старик прокряхтел что-то невразумительное и показал два кулака, помахав ими перед носом подгорного мастера.

— Это что еще значит?

— Он у вас десять тысяч золотом просит.

— Да это ж ему хватит, чтобы дом в верхнем квартале купить! — с возмущением воскликнул наш друг, удивляясь наглости старика.

Тот в ответ пожал плечами: мол, я предложил и повернулся к выходу.

— Ладно, подожди. Будут тебе деньги, если меч достойный. — Я махнул друзьям, и мы, заплатив Вояке шестьсот монет за доспехи, направились к выходу. Старик провел нас через переулки к бедным кварталам Эша. На нас испуганно озирались пьянчуги, весьма неприятные девицы выглядывали из разбитых окон двухэтажных домов, нахально обсуждая наши достоинства. Наконец мы зашли в одну из разбитых хижин. Я отметил пр