home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



8.

Печка действительно оказалась классная – топилась всю ночь. И в маленьком кузове газели стало просто жарко – пришлось раздеться, и приоткрыть полог. Но выспался хорошо. Проснулся когда еще было темно, , осторожно выглянул, вылез, обошел кругом, обшаривая лучом фонаря – не, никто не залез. Быстренько сварганил костер – готовить на булльерьяне никак, только подогреть разве. Согрев чаю и какой-то типаготовыйобедвконсерве, пожрал, и только тогда позволил себе эдак немного осмотреться.

Ну, что? Дом сгорел – не сказать пылал, но сгорел хорошо, торчит коробка стен с пустыми окнами, внутри печные щитки и трубы, тавровые балки перекрытий, все остальное кучей внизу и прогорело. Пиздец. Мастерская… Да просто ничего. Куча мусора. Машины… машины – все издырявлены. Проверил – ни одна не заводится. Ну, три аккумулятора живых, и то хорошо. Цистерна с солярой вытекла почти вся, и воняет нещадно, в водовозках тоже только в одной на треть осталось воды. Жилья нет, транспорта нет… че там еще? Жранье… жранье есть.. пока. Немного, несколько банок консервов, сухари, шоколад… вода. В подвале, поди, все пропало… можно, конечно, откапывать – вспомнились школьные годы, и рассказы на уроках истории как в Брестской крепости солдаты откапывали заваленный склад… или это про блокаду было, про какие-то там склады бабаевские? А, какая хер разница. Нафиг мне это надо. Жранья кругом полно, тем более впереди, скоро, вообще лето. Что там еще надо? Одежда? Да вроде пока есть… и тоже – надо будет если… Да, блин, весь мир считай бесхозный, чего париться. Что дальше? Оружие… С оружием тоже полный порядок. Карабин, пара сотен патронов в рожках и еще с сотню в рюкзаке, пистолет и к нему в общем за сотню. Еще карабин на посту, его можно, наверное, сменять на что-то… да хоть и на патроны. А еще вчерашний трофей – такой же, как я проебал когда-то, разве позадроченней жизнью, аж добела местами вытертый. К нему аж восемь магазинов уже с патронами и еще пять кубиков патронов. Дохуя. Не, тут тоже проблемы нету. Ну, так чего я переживаю? А я и не переживаю. Притащил «в домик» один из живых аккумуляторов, и кое-как приладив антенну, подключил рацию. Послушал – не, никто не обсуждает, только в Озерках говорят «много стрельбы было, вояки туда уехали» – и все. Да и ладно, выключил пока. Надо еще разок пройти и осмотреть, так, больше для интересу.

Инкассаторский броневик сгорел полностью – даже броневая коробка полопалась местами. Я не ожидал, что так загорится, но видно – дуракам опять везет. Вот кстати на нем отметины – и мои где-то здесь… маленькие ямки и все. Серьезная машина. Жаль, что сгорела. Грузовик, которым заткнуты ворота – попроще, только кабина прикрыта какими-то листами…. Ага, а вот дырочка – скорее всего моя! Высоковато, но пробило лист, то-то они зассали! А вот это из танка… ого. Ну да, и мотор вон видно в щель капота – в сопли. Прошел еще…. Нет, ничего не сохранилось, разве мелочь всякая, типа ведер, лопата… тоже сгодится… Кучи гильз, магазин… нет, разломанный. Гильзы разные, вот это наверное автоматы, а это пистолетные, но много. А вот еще… Опа! Ну, тоже сгодится. В грязь у угла дома был хорошо так втоптан пистолет. Такой же, как и у меня. Ну, сойдет. Тут же разобрал, и почистил – магазин почти полный, нормально. Пистолет оказался не совсем такой, то есть такой же, но на стволе написано что-то не по-нашему… Венгрия, что ли. Да и похрен, патроны такие же вроде… собрал, выставив руку в окно, из-за угла, выстрелил в доме… нормально, работает. Ну, пусть будет, в карман его пока.

Ну, что? Вроде ПОКА – вообще не о чем горевать. Дом, ну, чтоб тепло-сухо – есть – вон он стоит. Оружия – завались. Еды тоже есть. Транспорт…. А это тоже просто.

Выглянул – ого, да, пришли на кормежку, торчат… немало. Вот кстати… Добежал до газели и включил рацию, связался с постом, сообщил кому-то сонному что почищу от мертвяков. И взял на пробу новый автомат.

Трофей откровенно порадовал, хоть бахал и громко, но отдача несильная, и попадал я с него легко. Только вот мертвяки, видно откушав, стали быстренько разбегаться – но почти все бежали в сторону города, ну и пусть им… а кто не все того я застрелю. Попробовал стрелять, поставив треугольник предохранителя в среднее положение – получилось очередями. Прикольно, но сразу нагрелся. Ну, если немного пострелять, то ничего так автоматик. Но, наверное, лучше пока таскать свой, тот побольше конечно, но и патрончик там повнушительней.

С обратной стороны мертвяков почти не было, правда, те двое, что были – огорчили. Они не просто стояли, а прятались у машины, затыкавшей пролом. Ишь, умные! Один так сразу кинулся убегать – ну и получил. Второй ступил и заметался – но вскоре и ему досталось. Надо иметь в виду – умнеют, они ту даже не прятались – подкарауливали. Подумав, вернулся, собрал все что было, засупонился, и, обвешавшись добром и оружием, поплелся к тому домику, где брал газель. Там же еще вторая стояла, вот она меня и покатает пока. И наплевать.

Бак на две трети, хорошо… завелась, хотя я, если что, готов был тащить аккумулятор. Ан нет, даже не чихала. Не особо мудря, кое как прикрутил рацию, антенну примотал к каркасу тента… сойдет, работает вроде бы.Ну, вот…. Теперь обратно, поехали. Подъехал, по пути застрелив трех вернувшихся было мертвяков, и, перелезши через самосвал в воротах, забрал остатки – всякое барахло, печку и даже тент с той газели снял. Все, больше мне тут ничего не надо. Надо бы закопать Мухтара… или проще даже. Все равно мне теперь тут это не нужно. Когда отъезжал – оглянулся – а и хорошо, поддоны ярко горят, без дыма. Вот и ладно.


На мосту все было необычно людно, не толпа, но так, что-то оживленно обсуждают, на меня внимание обратили и не более. Во, устроились – даже приволокли откуда-то пару урн и зеленую деревянную скамейку, типа парковой, сидят, курят, треплются… А броневика опять не было, только танк, но стоял поодаль грузовик, такой кургузенький, военный, и пара легковух. О, знакомый юденваген…. А где ж сам спецеврей?

– Здорово… командир!

– О. Здрав будь. Богатым станешь – не узнал.

– Ну… смотри. Если не стану – теперь знаю, с кого спрос! – Изя сегодня, похоже, в настроении. Его и впрямь тяжело узнать – ничего не осталось от прошлого прикида – сейчас на нем такая же горка, как и на мне, на голове каска, даже оружие сменил – у него вместо шмайссера – какой-то небольшой автомат… вроде наш, старый? Спрашиваю – оказывается да, пэ-пэ-эс, военных лет. Стреляет патронами от тэтэшника… классно. Запоминаю мысль, что неплохо бы скататься за морфом и потом на награду такой затребовать.


Стрелять, поди, еще лучше, чем с маленького автомата, и удобнее, чем с пистолета, да и патронов добыть можно. Ага, запомню… Но Изю все же подкалываю:

– А че эт ты… имидж-то сменил? Где эсэсовский прикид, где шмайссер, где парабеллум, чо ваще такое? Эт у тя там чо, а? Тэ-Тэээээ…. Изя, шо такое? Вас ограбили скинхЭды? Или охмурили в синагоге? И ви пгодали все раритеты и реликвии…?

– Друг мой! – ответствовал Изя – Я прямо сейчас отсюда пройду нахуй – а ви таки идите за мной – и никуда не сворачивайте! Че ты доебался? Ну, да. Поменял. Не продал, не надейся. Просто то понты, а это для дела. У меня в машине еще и эскаэс есть. Машину кстати тоже сменю скоро – вот как раз жду, пока вернутся с города охотники, договорюсь, надо будет УАЗик или нивку подыскать.

– Уазик или нивку? – я вспомнил, как давеча присматривался к машинам во дворах – Так я те и без них подскажу. Я тут рядом знаю.

– Ну…. моя благодарность не будет иметь границ в рамках разумного. Я тя буду уважать целый месяц по выходным… И даже не буду обзывать за глаза. При знакомых. Неделю.

– М-да. Я, конечно, не еврей. А даже совсем наоборот – послышался голос со скамейки. Какой-то мужик с автоматом, в военном. Изя аж счастливо осклабился, подбираясь – ну, ща начнется…

– Генрих, нэ начинай, я тя умоляю! – это от дальней группы, что терлась у грузовика, подошел майор – А ты, Израиль Соломоныч, тоже расслабься. Здорово, боец. Ну, что скажу – зачли тебе твои заслуги. И бандита лично заваленного, и участие – решающее, как ни крути! – в разгроме банды в целом, и наводку на базу их.

– Ага! Угадал, значит?

– Да. Прав ты оказался – в Сосновке они. И сейчас – майор посмотрел на часы – уже минут десять как – Слоник с нашими, и еще одна группа – вовсю их там лупцуют. Да послушай!


И точно – вдалеке слышно перестрелку, особенно пулеметы броневиков. Ну, пизда им, бандитам. И не жалко. Жаль, не вписался…

– Чорт… а я не успею уже? Что же по радио-то не сказали?

– Не успеешь, да и зачем, там народу дохрена… А по радио – так секретность и радиомолчание. Они вон вишь как эфир слушали, и тебя, да и нас подловили – мы-то и впрямь решили, что тренируешься, шутили тут еще – мол, щегол-то как дает, жарит вовсю, видать патронов не жаль! Правда, взрывы смутили, вызвали тебя, но ты не ответил. Ну, так и не поняли, пока ты не вышел на связь. Хитрые, твари.

– А че они вообще ко мне полезли? Мало что ли, к кому лезть? Че именно я-то?!

– А хер их знает. Их в Озерках ждали, там вроде жирнее куски… да без толку. Чет к тебе захотели. Может, почуяли засаду… или еще чего.

– А кто они?

– Тоже хер знает. Вроде какой-то ЧОП, там менты, и служивые какие-то, вместе толи горячки какие, толи бандитское что-то, толи и то и другое… Нет точных данных. Вот, если пленных возьмут…. Но это – вряд ли… Их туда не брать поехали, а гасить. Наглухо. Потому и такой массой – три бэтра, взвод считай пехоты, с пулеметами и даже огнеметов много. Наверное, заканчивают чистить уже.

– Эх! Может, рвануть, а?!

– Что, трофеев охота? – ехидно вклинивается Изя

– Да причем тут… просто пострелять… – я даже как-то с сожалением смотрю в сторону, откуда еще доносится стрельба

– Э, слышь, малой – доносится голос откуда-то от одной из группок стоящих рядом – Ты это завязывай. А то так убьют ненароком нафиг.

– Так полюбому же убьют, обязательно. Не в том же дело, жаль просто что веселуху пропускаю – я как-то на автомате ему ответил, все еще думая, не сорваться ли. Нет, без толку, не успеть… не судьба, видно. Эххх!!! Ладно. Повернулся – смотрю – Изя и майор, да и остальные опять как тогда вечером, нехорошо смотрят. Что, что-то не так? Хочу было спросить, но тут майора опять зовут к машине. Ладно, проехали-забыли.

– Изя, слушь, давай-ка рванем сейчас за машиной, а? Тут дворик есть тихий, там УАЗик как раз… смотаем побырому?

– Слышь, командир… а может не надо, а? Чет ты какой-то резкий…

– Изя… а кому машину-то надо? Ты смотри – я тебе бесплатно предлагаю… почти. Сам потом че-нить отдаришь. Давай, рванем, тут рядом.


Помявшись, Изя соглашается, и мы, предупредив всех, что «мы скоро!», уезжаем за машиной.


Во дворике совсем мало упырей – они вообще куда-то стали расходиться, исчезать. Вот, УАЗик, не из новых Хантеров, но, судя по виду – ухоженный, и вон в грязи под брюхом следы от колес – ездил, недавно относительно, не «Аврора», чтоб на вечной стоянке. Изя придирчиво оглядывает – вроде ничего. Берем.

– Так, Соломоныч. Вознесись на крышу и работай ангелом-хранителем. А я пока привяжу. Потом слезешь и за руль в УАЗике – сам за свою колымагу отвечай потом, а я потащу.

– Есть – и Изя покорно полез на крышу.


Подождал немного, пока постучали короткие очереди сверху – нормально, поблизости никого не будет, а пока еще подтянутся, да и немного тут. Буксир, я его тоже забрал как и все барахло – р-раз, защелкнул крючья, готово!

– Слышь, Изя? Я стекло боковое выстебну, фортку, уж заменишь, ага?

-Ладно! – страдальчески соглашается сверху он. Прикладом, еблызь… хорошо.

– Изя, давай за руль!

– Есть, иду!


Он кошкой соскальзывает, подскакивает ко мне, на ходу меняя магазин

– Там чисто, нет никого, но вроде кто-то мелькнул в арке, осторожней, хоть и далеко!


Ладно, подумаешь, мелькнул… Залез в газель, смотрю в зеркало – вроде готов. Посигналил, и тронулся – ничо, потащился… Как он там управится? Ну, как нибудь. Главное, руль в УАЗиках не блокируется, крутить сможет… ну и затормозит, я не быстро. Ай, бля! Точно же – кто-то там…. Сука, хищник! Прячется в арке, в приямочке подвала, следит! Вона рожа торчит белесая! Проехать и навести на пост, чтоб с пулемета разделали? А вот хрен! Это МОЯ добыча! И я сворачиваю к арке. В зеркало вижу, как машет из форточки Изя… да ладно, не ссы… Ээээ, куда?!

Хищник вылезает из приямка и шмыгает в арку. Твою мать, так не договаривались! Кто сказал, что газель слабая?! Нихуя, нормально прет! И УАЗик тащит, хорошо! Ща, сука, ща я тебя! Проскочив арку, проехали в следующий открытый двор… вот он! Прячется за помойкой… Уй, падла… рулю туда, сшибая мертвяка… а, побежал… Гад, куда?! Вернись, сука!!! Там мне его не догнать – по раскисшему газону точно не проеду, да еще с УАЗиком на прицепе…, А, падла, влип?! Ну, все, пиздец тебе…

На хищнике были остатки какой-то крепкой одежды. То ли кожаная куртка, типа мотоциклетной, то ли мощная рабочая брезентуха. И вот ею-то он и зацепился, причем капитальнейше, когда пролезал с маху в дырень в заборе детсада. Дергается, тупая скотина, убежать хочет, не соображает отцепиться… Ишь, а сообразил, что пиздец идет, удирать бросился… Нет, хуй уйдешь! Тромознув, выпрыгиваю из машины, не глядя, сшибая выстрелом упыря рядом, бегу к хищнику, на ходу целясь и стреляя… н-на! Он, похоже, сообразил, вот шарит лапой, отцепляется… Поздно, блядишшша, поздно! Ннннн-на!!! На-на-нааааа!!! Пустой, новый магазин, и еще, на, на, тварь, сдохни, сдохни, блять, сволочь такая, на!!! Готов… а, и ты идешь? …Иди, ид-ди сюда, сука… на! О, еще, отлично… Изя, твою мать, чо ты лезешь?! Я и сам бы их…. Где? Атлично, валим и этих! АААА, СУУУКААА!!!! КААААЙФ!!!! Чо, все? …Жаль, сука, жаль… только во вкус вошел… Ну, давай вязать и тащить. Сам ты охуел – это добыча. Да, моя добыча. Давай, помогай, пока не притащу – твой УАЗик не увезем. Сам такое слово… Ух, сучара, тяжелый…. Погоди, отцепим УАЗ и затащу а потом… Ну, так покарауль, вон с крыши УАЗа! Идинахуй! Я сказал – вытащу, значит вытащу! Сам идинахуй! Карауль, давай!


… На пост приехали встрепанные, вспотевшие, но довольные. Я, по крайней мере. Да и Изе грех жаловаться. УАЗик привлек всеобщее внимание, хотя и хищника отметили не меньшим. Машину скопом откатили в сторону, какой-то пожилой мужик полез под нее, и вскоре вытащил какой-то сверток, развернул его, объясняя – обычно все владельцы таких машин хранят где-то снаружи запасные ключи – ведь потеряв в лесу ключ, ехать домой все равно надо… Хотя, добавил он, для УАЗика ключи не обязательны вовсе. Но как бы там ни было, спустя минуту Изя, довольный, как малыш в Новый Год, сидел за рулем фырчащего автомобиля. Заглушил, вылез, подошел к нам с майором, светясь от счастья. Я как раз договаривался насчет того, можно ли с учетом всего, раздобыть мне автомат как у Изи.

– Ну, что, Израиль Соломоныч, как вы так ловко, не только тебе такую машину, но еще и морфа завалили, а? – спросил майор. Он доволен, только что вкратце сказал – банду вычистили, пленных действительно почти нет, почти, потому что там были и семьи бандитов, но бабы все отстреливаться пытались, а дети… ну, какие это пленные. Непонятно, правда, как с ними быть теперь. И трофеев много. В общем, хорошо и все довольны.

– Ну, да, ловко – враз помрачнев, говорит Изя. И взяв майора за локоть, отводит в сторону, и они о чем-то шепчутся. Причем жесты у Изи весьма эмоциональные, и слышно только матюги. А майор пару раз только на меня оглянулся, потом кивнул и что-то стал объяснять Изе, тот вроде понял… Хорош отвлекать, Изя, пущай мне автомат пообещает! Они возвращаются, майор смотрит как-то по-особому доброжелательно, и говорит, что как раз похожий автомат будет, есть в трофеях, а уж он отожмет. Вот это классно! Заодно он предлагает выпить чайку, пока ждем группу – а там еще не скоро, оказывается, все по взрослому, вот только что уехали на грузовичке – прокуратура, все дела, осмотр, учет. А что бы и нет? Идем к скамеечке, к которой уже притащили откуда-то здоровенный, бывший раньше половинкой теннисного, стол. Майор по пути напоминает мне, что сейчас как раз скоро приедет доктор меня посмотреть после болячки-то. Это тоже неплохо – а чего бы и нет-то? Изя начинает напевать


– Доктор едет, едет, сквозь снежную равнину

Порошок целебный людям он везет…

– Что – спрашиваю я майора – как в детской книжке, добрый доктор Айболит?

– Да, нет – отвечает тот с ухмылкой …– скорее злобный доктор Ойпиздец. Я тут ребятам порассказал малость в какой заварушке они недавно побывали, так не поверили. Еще почище, чем у тебя. Так что доктор понимающий, не сцы. Он седни как раз мимо проезжает, на Ржевку, так попросили заехать, заодно у меня пару ребят на желудок жаловались и один долбоеб ступню ушиб или сломал фигпоймешь.


Успеваем выпить по паре кружек какого-то душистого чая на травах – о, знаю! Знаю куда сунусь первым делом, прямо вот сразу отсюда. Есть не очень далеко тут один магазинчик, типа «Чайная лавка» или что-то вроде того. Чай вразвес дают, настоящий, не говно в пакетиках. Ну, то есть, пакетики тоже есть, но это на обмен… а вот хороший – себе припасу. Точно.

– …О, вот и они, похоже. Едет, помощник смерти. Трепещите, симулянты, скипидар для клизм уже греют на спиртовке…


По дороге, дребезжа, что отсюда слыхать, катилась в нашу сторону зеленая буханка, типа сельская скорая помощь.

– К человеку с кошкой едет неотложка,

Человеку бедному мозг больной свело…

– все не унимается Изя – Летит, колесница Асклепия… Ща будет сеанс массового исцеления! Я верую в се!

Колесница, такое впечатление, бренча собственными автокишками по асфальту, приближалась. До чего все же забавные мордочки у этих лупоглазых уродцев-буханок. Вообще, по-моему, у машин мордочки прикольные, у каждой своя. Даже может, прикольнее, чем у людей. Ага, надо только присмотреться. К людям, правда, тоже надо присматриваться… но, что-то мне так кажется – к большинству лучше присматриваться через прицел. Самая верная выйдет точка зрения, ага.

Аккуратно притершись к отбойнику, пискнув колодками, самобеглый экипаж остановился. Дверцы хлопнули, все пошли здороваться. Ну, я посижу пока, че там. Доктор… медсестра была бы, хе… Посижу, там у майора свои болящие были. Я даж чуть подремал на солнышке, пока до меня дошла очередь.


– Ну, граждане, симулянты, самострелы, тунеядцы! Кто лечим еще? – прервал дрему жизнерадостный рык. Майор подошел вместе с каким-то здоровым мужиком, представил ему меня. Я даже не сразу понял, что этот здоровяк и есть доктор. Хуясе, эскулап… автомат, разгрузка, кобура… Он ваще лечит? Или «сказано в морг – и никаких – еще не умер!» ? Высокий, с растрепанной шевелюрой, глаза правда добрые такие, но внимательно смотрит. Вообще чем-то похож на … о, точно, кино про пиратов, Остров сокровищ. Там такой доктор Ливси был… и этот, Сильвер. Вот, что-то среднее, пожалуй. Да, такой залечит…И попробуй вовремя витаминку не выпить.

– Здравствуйте, на что жалуемся? – крайне оригинально сказал он.

– Здравствуйте. Если жаловаться за сегодня – то вот на этих – я ткнул пальцем в сторону туши хищника и Изи, копающегося в УАЗе. – Один, сука, тяжелый, и убегал, а второй – вредный, и тащить не помог. А если за вчера, то на бандитов, но их уже всех совсем пролечили.

– Ясно – несколько озадаченно ответствовал врач, и вопросительно посмотрел на майора. Тот что-то забурчал ему на ухо, врач кивнул и подсел рядом – А подробнее? Говорят, болели?

– Ну… так – пришлось рассказать. Тот похмыкал, и заставил раздеваться, благо тепло. Долго слушал, как дышу, потом смотрел пасть, стучал пальцами по спине. Ну, нормальный шаманский набор, в общем. Потом изрек:

– Ну, все более-менее ясно.

– И что это? – сдуру спросил я


Доктор многозначительно возвел глаза к небу, и начал медицинскую молитву. Молился как я понял богиням Профилактике и Терапии, за избавление от злого Стафиллокока или еще кого. Я послушно впал в транс, благоговейно взирая. Потом, когда эскулап немного устал, и сделал паузу, чтобы перевести дух, я все же задал уточняющий вопрос

– Че?

– А… ну, в общем, простудился ты. Плюс переутомление. Так ясно.

– Ага, спасибо… Так, это, все? Я пойду?

– Э, нет, голубчик! Сейчас мы с тобой еще побеседуем!

– Эт зачем, говорите ж – ясно все?

– Все, да не все! Тут вишь какое дело – это ж вирус. А он не только вредит, но и лечит. Но не все. Вот, его и изучают. И каждый врач свое вносит. А случай у тебя интересный, так что побеседуем, буду всякое спрашивать, а ты отвечай, не удивляйся. Ладно?

– Ну… ладно


И тут началось… Он вытрепал мне мозг вопросами об фиг знает чем – об пивших родственниках, об том где и как я встретил Пиздец, правда, деликатно старался по больному не топтаться, долго расспрашивал, не совсем уж с докторским интересом – как я устроился, чего придумал. Тут уже подтянулись, как и в прошлый раз, остальные бойцы, слушая с интересом. Постепенно кто-то из них включился в беседу, спрашивая и уточняя. Потом врач опять взял инициативу, немного так разогнав слушателей. И вскоре сказал

– Да, здорово ты там устроился. Жаль, конечно, что все пропало. Понимаю, стресс наверное. Все потерять. Тяжело.

– Да нифига ж тяжелого, доктор. Нормально все.

– …Нормально?

– Ну, а че. Ну, дом сгорел. И че? Домов мало? Машины побили… и че, я сюда пешком пришел, что ли? А хоть бы и пешком – вон тот охламон – видите – меньше часа как владелец сего джипа-ведеро. Еда сгорела? Да и что, нешто я заголодаю теперь? Ну, что мне это все, а?

– Ну… обустроить все надо. И дом такой найти, и машина говоришь, была сделана…

– И че? Раз сделал – и еще сделаю. Если надо то и лучше. Или придумаю. Ха, домик сгорел, машинку сломали – плакать чо ли? Хер там, не дождутся! Сразу убивать надо было – а раз не убилсо – хер им всем в обе руки.

– Ну, да, ясно – задумчиво сказал он, процитировав что-то знакомое из детства:


– Дом разрушен.

– Я и плотник…

– Печки нету.

– И печник…

Я от скуки – на все руки,

Буду жив – моё со мной.


– Ну… как-то так, да.

– Понятно все. А вот мне сказали – только что вон морфа завалил – в одиночку. Правда что ли?

– Не. Вдвоем. Вон с этим.

– …не пизди! Я вообще не при делах! – сразу отзывается Изя – от ить сцуко, а? Вроде и занят, вычищает свой УАЗик, а все сука слышит!

– Ну, все равно, не один. Но так, да завалил.

– И что, не страшно? – не унимается доктор

– Не страшно? Как это, конечно страшно. Они ж опасные. Меня недавно совсем один чуть не убил. Страшно.

– Ну а говорят, ты сам за ним побежал?

– Ну… – тут я малость сконфузился – А так он, сука, сам убегать стал! Я просто хотел подъехать, и попробовать застрелить – с машины-то неопасно особо. А он и рванул. Ну и взбесило. Чего это он, кстати? Такого что-то не помню.

– Ну… не знаю точно – но интеллект у них присутствует, даже поболее чем у шустеров, неплохой такой интеллект, кое-кому из людей может быть завидно. И видно этому уже доставалось – он, поди, не лез на рожон, выслеживал? Да? Ну, вот – видишь, он уже ученый, на пули не лез. Хищник, но как и большинство хищников – выбирает слабую жертву, если знает, что может получить отпор.

– Но я же сам к нему поехал, думал типа приманить и грохнуть. Ну, типа не заметил я его и сам в лапы иду.

– А ты же ехал его убивать, так?

– Ну… естественно.

– Вот именно. Они же еще не очень ясно, как людей чуют, есть у них что-то – доктор потряс кистью у головы – эдакое, ментальное. Как собаки чуют, кто их боится, кто нет, а у кого камень в кармане.

– Так он что, чуял, что пиздец ему будет? А ведь точно, я как-то так знал, что по-любому его…

– Вот-вот. У меня один знакомый рассказал случай. На охоте они на лодочке резиновой причалили к островку. И он пошел куда-то что-то смотреть, а товарищ остался. И вот шарится он по кустам, а, говорит – жара, потный вес, морда в паутине, ветки царапают, под ногами бурелом, крапива жжется, еще муравьи… в общем – бесит все страшно. И вдруг – слышит от лодки лай, хороший такой, утробный. Ну, он обратно поперся – а все бесит больше и больше. А собака все лает да рычит. Тот уж матерится, и что-то его все довело – в натуральное, говорит, бешенство впал. Ножик выхватил, и вперед прет буром. И почти дошел уже – вдруг тишина. Вылез – смотрит, на полянке, метрах в тридцати, сидит здоровенный волкодав, черкесец. Рычит, но не двигается. А товарищ его в лодке, бледный. Отплыли, а потом уж рассказал тот ему, что было. На этом островке, как они потом узнали – хуторок. И волкодав тот естественно, остров своей территорией считал, а как иначе. Так вот товарищ и рассказал – мол, сижу, курю, вдруг – из кустов морда. На уровне моей, сидячей. Встала на берегу метрах в полутора, гавкнула, и рычит. А я, говорит, и двинуться боюсь – голый по пояс, руки пустые, ничего нету, весла привинчены… Мне, говорит, чтобы хоть что-то достать, или наклониться надо – к нему башкой получается, или назад откинуться – пузо ему подставить. А тот скалится нехорошо так, и двигаться вообще не хочется. И, говорит, даже крикнуть тебе страшно. Так и сидел, не шелохнувшись. И тут, говорит, слышу – треск, хруст, рычание и матюги. Собака так чуть башкой повела, – рычит, и опять на меня… Ну, думаю – сейчас выйдешь, порвет же тебя. Прикинул, как успеть до ружья дотянуться, если что. И тут… собака вдруг уши прижала, оскалилась, тихонько так зарычала… все, думаю, пиздец пришел. Только бы, думаю, успеть руки выставить, хер с ними с руками… А тут пес прижался, да как рванул прочь! Я говорит в ахуении, а тут скоро и ты выполз, и видок такой, что и мне рвануть захотелось не меньше чем собаке. Видать, почуял волкодав, что ненароком может и пиздец прийти вот прямо тут и сейчас. Вот такой рассказ. Так и твой морф тоже, видно, почуял что.

– Эвон как. Ну, да, наверное.

– Ты только не заигрывайся. Охота на них дело же опасное.

– Да знаю… Оборудоваться надо. И помощь. Раньше, сколько-то раз, с машины удачно… ну, по-разному, но все же – и все в одном месте, как специально, охота.

– Это где? – вклинивается майор – у больницы Карла-Маркса?

– Ага. А что, там что-то необычное? Там как гнездо у них… Это бандиты что ль эти?

– Нет. Бандиты вроде и сами от них терпели, детишки конечно не пленные, но рассказывают много – кстати, к тебе полезли за машинами, говорят. Ленивые они были, бандиты – бесхозного полно, но надо же найти, зачистить, в порядок привести. А им проще отнять. Было. Да, так про морфов – там, на Тореза, сектанты какие-то обитали. Короче, как началось – они и совершили массовое самоубийство, похоже. Чем кормовую базу морфам и дали. Разведчики что на эту их молельню наткнулись, говорят, даром что бывалые, изблевались все.

– Ишь ты…. Ясно. Эвон как.


Доктор снова берет инициативу, начинает расспрашивать о том, чем и как питаюсь, какой стул и не пью ли алкогол. С удивлением отвечаю, что последние дней десять – вообще ни капли. К удивлению, он советует, иногда «но только очень по немногу, контролируемо» принимать

– Ага. Вон у нас – «Настойка боярышника», по сто грамм! – ухмыляется проходящий мимо тот самый шутник, Йура. Доктор зыркает неодобрительно, и разводит лекцию, что пить надо хорошее и качественное, и даже в принципе вдруг советует мне – когда буду в надежном месте, с охраной, так взять и нажраться хорошенько. Снять стресс. Приходится, стараясь не ржать, объяснить, что в обозримом будущем оказаться в таком месте не планирую, нажраться совсем не хочу, да и стресса наоборот не испытываю, скорее наоборот – появилась в жизни некая «невероятная легкость бытия», ага. Внезапно и для себя тоже, говорю

– Да я вот только сейчас стал жить как-то…. По настоящему.

– Что, хорошо так жить – удивленно поднимает брови он

– Хорошо? Нет, совсем не хорошо… но – по-настоящему.


Помолчав, он снова меняет тему, начинает спрашивать, как получалось вывозить людей. Рассказываю, вспоминаю про мертвую собачку, он, в ответ, хмыкнув, рассказывает – в какой-то лаборатории в Кронштадте такого добра полно – бывшие опытные животные, крыски и собачки, «дезактивированные», как он сказал, служат эдакими общими любимцами, навроде тамагочи. Курящие рядом емко характеризуют состояние мозгов работников лаборатории… а я их наоборот, где-то даже понимаю. Потом вспомнил, про того алкаша – его рассказ об умершем и не восставшем собутыльнике – и доктор живо заинтересовался. Майор тут же приносит журнал – там ребята записали адрес. Доктор переписывает, и объясняет, что это, вполне мог быть обширный инсульт – кровоизлияние в мозг. Вполне вероятен при этом некоторый процент таких случаев, когда поврежден и тот участок мозга, который необходим для жизни зомби. Случай интересный, и он просит майора договориться с охотниками, кого-то там ловящими в промзоне, и оформить все это через Кронштадт. А я вспоминаю, о чем еще хотел спросить врача – и, помявшись, излагаю ему про Олежку. Помрачнев, тот отвечает, что, похоже, тут я просто не успел. Организм истощился, перешел за ту грань, из-за которой и в суперсовременной больнице не всегда можно вытащить. Плюс обезвоживание, почки и еще что-то там, про соль и прочее. В общем – поздно было. И не скажешь кому чего – у каждого свой порог, а про детей и подавно ничего точно сказать нельзя. Да плюс, вполне могло быть, что и расслабился – с одной стороны, все вокруг стало спокойно, с другой стороны, «на радостях», организм дожег бережно хранимые до того ресурсы…. Ну, в общем, так как-то.

Поговорили еще, доктор записал единственные мои теперь данные – позывной, и вскоре, пошептавшись с майором, стал собираться. А я решил тоже не терять времени и рвануть за чаем, а заодно скататься посмотреть, как бандитов раскатали. Интересно же.


* * * | Ещё один человек | * * *