home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Без Людмилы Федоровны

Катя пошла в школу раньше, чем всегда. Ей очень хотелось поскорей, еще до начала уроков, рассказать Наташе, Настеньке и другим девочкам о Танином школьном вечере, об Артемове, о Сереже…

«Девочки, наверно, тоже захотят разыскивать Сережу, — думала Катя. — Вот мы вместе и придумаем, с чего начать. Пусть Артемов ищет Сережу, и мы искать будем».

Но когда она вошла в класс, все эти мысли сразу вылетели у нее из головы. Ее удивило и встревожило, что Людмилы Федоровны в классе не оказалось. Обычно она приходила раньше всех своих учениц и ждала их в коридоре у дверей класса. А сегодня все уже собрались, расселись по партам; кто-то успел нарисовать на доске домик с трубой и дымом и положить мел на место, а Людмилы Федоровны все не было.

Прошло еще пять минут. Дежурная Валя Ёлкина сбегала в учительскую, принесла глобус, указку и стерла с доски домик с трубой. Людмила Федоровна все еще не показывалась.

«Странно, — думала Катя, — и на школьный вечер она не пришла, и сейчас ее нет…»

Наконец дверь открылась. Все разом встали. Но, к общему удивлению, в класс вошла не Людмила Федоровна, а старшая вожатая Надежда Ивановна.

— Здравствуйте, девочки, — сказала она своим спокойным, звучным голосом. — Садитесь.

Девочки смотрели на нее с недоумением. Почему она пришла в такой неурочный час? Ведь во время уроков не устраиваются сборы отряда.

— Какой у вас первый урок? География? — спросила Надежда Ивановна, взглянув на глобус.

— География, — ответили ей.

— Хорошо. На чем вы остановились в прошлый раз?

Маленькая кудрявая Валя Ёлкина подняла руку.

— Мы дошли до китов, — сказала она.

Надежда Ивановна чуть-чуть улыбнулась.

— А где же Людмила Федоровна? — не вытерпев, спросила Катя. — Разве ее сегодня не будет?

— Не будет. Она нездорова.

Настенька всплеснула руками:

— А что с ней?

— Что с ней?.. Что с ней?.. — подхватили во всех углах.

— Тише, тише, девочки. — Надежда Ивановна подняла руку. — Не тревожьтесь. Ничего опасного нет, но все-таки Людмила Федоровна больна довольно серьезно. Разве вы сами не заметили, как трудно было ей в последнее время говорить? Должно быть, Людмиле Федоровне придется сделать горловую операцию.

— Ой, горло резать! — сказала Валя Ёлкина тихонько. — Я бы ни за что не дала…

— Перестань глупости говорить, — остановила ее Настенька. — Если надо, так надо!

— Совершенно верно, — сказала Надежда Ивановна. — Если надо, так надо. Людмиле Федоровне сделают операцию, и она поправится. Только ей придется недели две молчать. Даже шепотом нельзя будет говорить.

Девочки так и ахнули:

— Ой, две недели молчать!

Надежда Ивановна улыбнулась, и от улыбки лицо ее, как всегда, словно осветилось.

— Я знаю, — сказала она, — вам и пять минут бывает трудно помолчать, не то что две недели. — И добавила очень серьезно: — Может быть, Людмиле Федоровне уже до самого конца года не придется работать в школе, чтобы не утомлять горло.

— Мы ее не будем утомлять!.. Ни за что не будем! — заговорили девочки наперебой. — Мы будем сидеть тихо-тихо — как будто нас и нет… Пускай она хоть шепотом говорит или совсем не говорит, а пишет на доске. Передайте ей…

— Хорошо, хорошо, девочки, — сказала Надежда Ивановна и села за учительский стол. — Обязательно передам. Ну а сейчас мы с вами почитаем дальше по учебнику. Потом, если останется время, я расскажу вам, как ездила прошлым летом на север и видела, как там охотятся на морских животных.

— На китов? — спросила Валя Ёлкина.

— Нет, на моржей и тюленей. Ну, найдите-ка ваших китов.

Все в классе сразу оживились. Девочки раскрыли свои учебники и скоро нашли страницу, где была напечатана картинка, изображающая плывущего среди бурного моря кита.

Надежда Ивановна подошла и села рядом с Кузьминской — на пустовавшее место Ани Лебедевой. Заглянув в раскрытый учебник Стеллы, она сказала:

— Начнем с того места, на котором вы остановились. Читай, Валя. Можешь сидя.

Валя встряхнула своими кудряшками и звонко начала:

— «В летнее время в северных морях появляется много разной рыбы и мелких животных. Изредка встречаются самые большие в мире животные — киты…»

Но не успела Валя перевернуть страницу, как дверь опять приоткрылась, и в класс заглянула нянечка, тетя Ариша.

— Сидите, доченьки, — сказала она и обратилась к старшей вожатой: — Надечка, вас директорша зайти просит. Говорит, по срочному делу.

Надежда Ивановна сразу же встала:

— Сейчас иду. Спасибо, тетя Ариша.

Все разочарованно посмотрели на старшую вожатую. Значит, не придется читать дальше?

— Опять дошли только до китов, — сказала, вздохнув, Валя Ёлкина.

— Что ж поделаешь, девочки, — проговорила Надежда Ивановна, озабоченно оглядывая класс. — Я постараюсь скоро вернуться, и тогда мы и почитаем и поговорим. А что, Зои Алиевой, старосты, нет сегодня в классе?

— Нет, Надежда Ивановна, Алиева второй день не приходит — простудилась.

— Тогда вот что. Стелла Кузьминская, поручаю следить за порядком тебе. Ты — председатель совета отряда, и я на тебя надеюсь. Смотри, чтобы в классе был порядок и чтобы все были заняты делом.

Надежда Ивановна торопливо вышла из класса. Девочки остались одни.

— Ну, что мы будем делать? — послышались голоса.

Кто принялся доставать из сумок и портфелей книжки, кто — переговариваться друг с другом.

Стелла подошла к учительскому столу и громко сказала:

— Девочки! Вы очень шумите, а Надежда Ивановна велела мне следить за порядком. Хотите, я буду вас спрашивать по географии?

На минутку в классе стало тише, потом из разных концов класса донеслись голоса:

— Все равно порядка не будет.

— Почему ты думаешь, что будет порядок, если спрашивать?

— Очень просто, почему, — ответила Стелла. — Нельзя же шуметь, когда в классе урок.

— А какой же у нас урок? — спросила с места рыженькая Ира Ладыгина, та самая девочка, которая принесла однажды в класс живых жуков. — Нет же у нас урока!

— Будет, — спокойно проговорила Стелла. — Сейчас я начну вас вызывать и спрашивать.

— А мы не будем отвечать, — донеслось из глубины класса.

— А тому, кто не будет отвечать, — сказала Стелла, — я поставлю двойку.

В классе задвигались, зашумели.

— Не имеешь права ставить отметки в журнал! Ты не учительница.

— А я и не буду ставить в журнал, — так же уверенно ответила Стелла. — Я буду записывать в тетрадку. Там у меня как раз полный список фамилий всех девочек нашего отряда.

— И ставь, пожалуйста! — крикнула опять Ира Ладыгина. — Себе в тетрадку можешь ставить что хочешь. Хоть единицу с пятью минусами, хоть четырнадцать с плюсом.

Все засмеялись.

— Нет, я буду ставить самые обыкновенные отметки, — сказала Стелла. — А потом скажу Надежде Ивановне, как вы отвечали: кто на двойку, кто на пятерку.

Девочки переглянулись, и в классе стало тише. Но вот раздались голоса:

— Надежда Ивановна собиралась сегодня рассказывать, а не спрашивать.

Но Стелла не обратила внимания на то, что говорили в классе.

Подойдя к своей парте, она, не торопясь, достала тетрадку, карандаш, а потом преспокойно уселась за стол Людмилы Федоровны.

Стелла держалась серьезно и важно. Прищурившись, она медленно вела карандашом по тетрадке сверху вниз, словно не зная, на ком остановиться.

— Только смотри, Кузьминская, — раздался предостерегающий голос Настеньки, — не придирайся и не сбивай!

— Ну конечно, — согласилась Стелла, чуть улыбнувшись одним уголком рта, — само собой разумеется…

— Ишь как разговаривает! — прошептала Настя. — Будто она десять лет в десятом классе преподавала.

Стелла все еще вела карандашом по тетрадке:

— Сейчас будет отвечать… будет отвечать… Киселева.

Клава Киселева только качнула своими пышными бантами, торчавшими над ушами, и осталась сидеть за партой.

— Киселева! — еще громче повторила Стелла. — Возьми указку и иди отвечать.

— Сама себе отвечай, — насмешливо ответила Клава. — А я тебе отметки ставить буду. Тоже в свою тетрадку.

— Нет, девочки! — рассердилась Стелла, вставая с места. — Это никуда не годится. Надежда Ивановна велела мне с вами заниматься, а вы не слушаетесь.

— Ну, иди, Клава, так и быть, — предложила Настя, оборачиваясь к ней. — Чего ты боишься?

— Иди, иди, — подхватили и другие девочки.

Всем уже захотелось посмотреть, что выйдет из Стеллиной затеи.

Клава нехотя встала и враскачку пошла к столу, дергая девочек по дороге — кого за косу, кого за лямку передника.

— Покажи мне, пожалуйста, — начала Стелла медленно, словно наслаждаясь своей властью, — Уральские горы, Алтайские и Кавказские.

— Зачем же все горы сразу? — заговорили в классе.

— Так надо.

Клава подумала немножко и решительно ткнула указкой в Алтайские.

— Это какие? Уральские? — спросила Стелла.

— Вот ты и сбиваешь! — крикнула Настя.

Но Стелла даже не обернулась к ней.

— Ага, не знаешь? — протянула она, с усмешкой глядя на Клаву. — А какие реки текут в Черное море?

— Мало ли какие! — ответила Клава. — Тоже еще учительница выискалась! Не буду отвечать — и все!

— И этого не знаешь! — торжествующе сказала Стелла и, подбежав к столу, поставила в тетради такую большую, жирную двойку, что даже близорукая Лена Ипполитова увидела ее со своей парты. — Очень плохо. Два!

— Пусть хоть двадцать два, — сказала Клава и пошла на место, нарочно громко топая.

Пока Стелла спрашивала Клаву, Катя то и дело поглядывала на свою соседку — Наташу, хмурилась и покусывала губы. Ей уже давно хотелось сказать Стелле, что не надо вызывать и спрашивать, что гораздо интереснее было бы что-нибудь читать или рассказывать. Она молчала только потому, что не хотела мешать Стелле следить за порядком. Но внутри у нее все так и кипело.

«Рада влепить двойку! — думала Катя. — Да еще не какую-нибудь, а побольше, пожирней. Людмила Федоровна подумала бы раньше, сколько вопросов задала бы наводящих, а уж потом только вздохнула бы и поставила маленькую двоечку, а эта воображала рада поиздеваться».

Должно быть, Наташа понимала Катины мысли — она сочувственно кивала ей головой и бросала в сторону Стеллы неодобрительные, осуждающие взгляды.

А между тем Стелла уже вызвала другую ученицу, Тоню Зайцеву — тихую, робкую девочку, соседку Иры Ладыгиной по парте.

— О чем мы говорили на прошлом уроке? — спросила Стелла.

— О Северном Ледовитом океане, — чуть слышно ответила Тоня, испуганно глядя на Стеллу своими круглыми глазами.

— А на позапрошлом?

— О Великом Тихом океане, — еще тише сказала Тоня.

— А на позапозапрошлом?

— Тоже об океане, только о каком — не помню. Забыла.

— Почему забыла?

— У меня память плохая.

— Это неуважительная причина, — заметила Стелла.

— Как это — «неуважительная»? — спросила Настя. — Почему?

— Потому что неуважительная.

Тут уж Катя не выдержала. Она вскочила с места.

— Уж если спрашиваешь, — сказала она, задыхаясь от возмущения, — спрашивай справедливо! Людмила Федоровна напомнила бы, о чем говорилось даже на прошлом уроке, а тебе еще зачем-то понадобилось вспомнить позапрошлые…

— Тише, Снегирева! — остановила ее Стелла. — Я тебя не вызывала.

— Ну так вызови!

— В другой раз.

— Другого раза не будет, — сказала Катя, села на свое место и решительно отвернулась к окну.

— Нарочно слабых учениц вызывает, — сказала она вполголоса. — Хороших труднее сбить.

Еще одна двойка появилась в Стеллиной тетрадке — против фамилии «Зайцева». Но Стелле и этого показалось мало. В скобках она приписала: «По неуважительной причине».

Видно, ей приятно было разыгрывать из себя учительницу, да еще такую строгую.

Играть в школу Катя и сама любила. Но сейчас ей было не до игры. Кому охота играть, когда на душе так грустно! Еще и Аня не выздоровела, а уже заболела Людмила Федоровна, да так опасно! Шутка ли — горло резать… Нет, играть не хотелось. Да это и не была игра. Не игра и не урок.

Только сейчас поняли девочки, как интересно было на уроках у Людмилы Федоровны. Каждый день в последнее время, даже каждый час, каждая минута приносили что-нибудь новое.

Кате и в голову не приходило раньше, что самая большая гора на земном шаре — это все равно что пылинка на мяче, а самая глубокая впадина — все равно что царапина на арбузе, и что на Южном полюсе вовсе не жарко, а очень холодно…

И вот теперь Людмилы Федоровны нет. Во всех классах по-прежнему идут уроки, а у них, в четвертом «А», все словно остановилось.

Так бывает, когда в пути, на маленьком полустанке, внезапно остановится скорый поезд. Мимо деловито проносятся другие поезда, а этот стоит, и неизвестно, когда двинется дальше…

Уже и Стелла не знала, что ей делать теперь — кого вызывать и что спрашивать.

Но тут, к счастью, вернулась Надежда Ивановна.

— Простите, девочки, — сказала она, — мне пришлось задержаться. Вера Александровна вызвала меня по очень важному делу. Оно касается вас…

— Нас?.. — Все так и впились глазами в Надежду Ивановну.

— Да, девочки. Вы же сами понимаете — Людмила Федоровна вернется не скоро, а вам нельзя долго оставаться без учительницы.

— Кто же у нас будет?

— Новая учительница, тоже очень хорошая.

— А может быть, Людмила Федоровна еще поправится?

— Конечно, она поправится. Но чем дольше она будет отдыхать, тем лучше для нее.

— И хуже для нас, — сказал кто-то.

Надежда Ивановна слегка нахмурилась:

— Ну а что вы без меня делали? Успели что-нибудь?

— Нет, — ответили девочки. — Ничего не успели.

— А надо было хоть что-нибудь успеть. Взяли бы да почитали какую-нибудь книжку. Или порисовали.

— Я спрашивала их, — немного смущенно сказала Стелла.

— Что спрашивала?

— То, что уже прошли…

Надежда Ивановна посмотрела вокруг и увидела по лицам девочек, что они не очень довольны Стеллиным уроком.

— Спрашивать — это не такое простое дело, — сказала она. — Иной раз потрудней, чем отвечать.

Стелла опустила глаза и слегка покраснела. Но Надежда Ивановна этого как будто не заметила.

— Ну, ничего! — сказала она успокоительно. — Сейчас у вас будет рукоделие, потом английский. Все пойдет своим порядком.

— А завтра приходить?

— Конечно, приходите. Обязательно. Завтра у вас — пение, физкультура.

— А уроки кто нам задаст? Вы, Надежда Ивановна?

— Да, я. Леночка, дай-ка мне сюда твои книжки.

Надежда Ивановна села за стол и, перебирая страницы учебников, стала говорить девочкам, что им прочесть, что переписать и какую решить задачу.


Молодые граждане | Это моя школа | Лучшее название