home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 17

Я с трудом поднялась, вытерла рот тыльной стороной ладони и побрела прочь от собственной блевотины (не желая даже думать о том, чем меня только что вырвало и как это выглядит), пока не остановилась под исполинским дубом, росшим так близко к стене, что его ветки свешивались на другую ее сторону.

Прислонившись спиной к стволу, я сделала несколько глубоких вдохов, стараясь подавить новый приступ тошноты.

Что я наделала? Что со мной произошло?

И тут откуда-то из ветвей над моей головой раздалось громкое мяуканье. Можете мне поверить, это было совсем не обычное, привычное кошачье мяуканье. Оно больше напоминало ворчливое пыхтение, типа «ми-ии-уф-ми-ии-уф».

Я подняла голову и увидела на ветке около самой стены маленькую рыжую кошку. Кошка смотрела на меня своими огромными глазами, и я готова была поклясться, была она чем-то очень рассержена.

— Как ты туда забралась?

— Ми-уф! — заявила кошка и чихнула. Затем встала и медленно пошла по ветке в мою сторону.

— Иди сюда, кис-кис-кис, — ласково позвала я.

— Ми-уф-уф! — огрызнулась кошка, продолжая неторопливо переставлять свои маленькие лапки.

— Вот умница, иди сюда, детка. Сюда, сюда, моя хорошая.

Вы, наверное, скажете, что я занялась спасением кошки только для того, чтобы вытеснить из головы мысли о своем безумии, и будете почти правы.

Я не хотела думать о том, что произошло. Только не сейчас. Это было слишком свежо. Слишком страшно. Так что кошка подвернулась мне как раз вовремя. Кроме того, она показалась мне знакомой.

— Иди ко мне, иди сюда, маленькая…

Не переставая подзывать ее, я уперлась носком балетки в выступающий из стены кирпич, подтянулась и ухватилась рукой за ветку. Используя ветку в качестве опоры, я смогла забраться по стене еще выше. И все это время продолжала говорить с кошкой, а она все ворчала и ворчала.

Наконец, я подобралась к ней совсем близко. Мы долго смотрели друг на друга, и мне стало казаться, что эта кошка знает обо мне гораздо больше, чем я думаю. Интересно, а она знает, что я пила кровь (и что мне это понравилось)? Наверное, у меня изо рта еще пахнет кровавой рвотой! Интересно, внешне я изменилась? Может, у меня уже начали расти клыки?

(Признаю, это был глупый вопрос. Я отлично видела, что даже у взрослых вампиров нет никаких клыков, но мало ли?)

Кошка снова принялась за свое ворчливое «ми-уф», но потом все-таки сделала шажок в мою сторону. Я протянула руку и почесала ее между ушами, а она закрыла глаза и заурчала.

— Ты похожа на маленькую львицу, — сказала я. — Смотри, какая ты милая, когда не ворчишь. — И вдруг я поняла, почему эта кошка показалась мне такой знакомой. — Я видела тебя во сне! — воскликнула я, и почувствовала, как сквозь стену моего страха и отчаяния пробилось робкое счастье. — Значит, ты — моя кошка?

Рыжая красавица приоткрыла глаза, зевнула и громко чихнула, давая понять, что поражена моей недогадливостью. Пыхтя от натуги, я перелезла чуть выше и уселась на стену, верхняя часть которой находилась как раз под веткой, на которой сидела кошка.

Она не заставила себя долго ждать. Моя кошка осторожно спрыгнула с ветки, прошла по стене, изящно переставляя лапки в белых носочках, и забралась ко мне на колени. Мне ничего не оставалось, кроме как снова почесать ее между ушами. Кошка закрыла глаза и громко замурлыкала.

Не помню, сколько мы так сидели. Я гладила кошку и пыталась успокоиться. В воздухе пахло приближающимся дождем, но для октября ночь была необычайно теплой, поэтому я прислонилась головой к ветке и подставила лицо серебристому свету луны, с трудом пробивавшемуся на землю сквозь дымку облаков.

— Неферет сказала, что в эту ночь мы все должны немного побыть наедине с луной, сказала я кошке и снова посмотрела в ночное небо. — Вот я и сижу тут. Конечно, было бы лучше, если бы ветер разогнал эти дурацкие облака…

Не успела я договорить, как в кроне дуба зашумел ветер, и облака расступились.

— Спасибо, — крикнула я, сама не зная, кому. — Очень послушный ветер, просто умница. Кошка недовольно заворчала, напоминая, что я перестала чесать ее за ухом. — Ты похожа на львицу, поэтому я буду звать тебя Нала, — сказала я, вновь принимаясь за дело. — Знаешь, малышка, я ужасно рада, что нашла тебя! После всего, что случилось, мне просто необходимо было что-нибудь хорошее, и вот…

Внезапно я почувствовала посторонний запах, доносящийся откуда-то снизу. Это было так странно, что я даже замолчала.

«Чем это пахнет?»

Я принюхалась и поморщилась. Запах был сухой и затхлый. Так пахнет в доме, которым долго простоял закрытым, или в пустом заброшенном подвале. Очень неприятно, но все же не настолько, чтобы захотелось зажать нос. Поняла! Запах был неправильным. Совершенно неуместным здесь, под открытым ночным небом.

Внезапно краем глаза я заметила какое-то движение и заглянула под кирпичную стену. Там, спиной ко мне, стояла какая-то девушка. Она явно не могла решить, в какую сторону идти. Свет луны и новое обострившееся зрение позволили мне хорошо ее рассмотреть, хотя эта часть стены вообще никак не освещалась.

Я насторожилась. Неужели одна из мерзких Дочерей Тьмы выследила меня? Я совершенно не желала ни с кем общаться, тем более, этой ночью!

Должно быть, я не смогла сдержать раздраженного стона, потому что девушка вдруг подняла голову и уставилась прямо на то место, где я сидела.

Я поперхнулась от изумления — и тут же оцепенела от ужаса.

Это была Элизабет. «Просто Элизабет», которая умерла сегодня вечером!

Увидев меня, она повела себя очень странно. Ее горящие красные глаза вдруг расширились, а потом она пронзительно вскрикнула, развернулась и с нечеловеческой скоростью скрылась в темноте.

В тот же миг Нала выгнула спину и зашипела ей вслед с такой яростью, что все ее маленькое туловище затряслось.

— Все хорошо, все хорошо, моя девочка, повторяла я, пытаясь успокоить кошку и саму себя. Мы обе дрожали, а Нала все шипела и никак не могла успокоиться. — Нет, это не призрак… Его просто не может быть, и все. Это просто… просто… странная девушка. Наверное, я ее напугала, и она…

— Зои! Зои! Это ты?

Я так подскочила, что чуть не свалилась со стены. Для Налы это было уже слишком. Она возмущенно фыркнула и спрыгнула с моих коленей на землю. Потеряв голову от страха, я ухватилась за ветку и всмотрелась в темноту.

— Кто… Кто тут? — крикнула я, чтобы заглушить грохот своего колотящегося сердца. Меня тут же ослепили лучи двух фонариков, направленных прямо в лицо.

— Да она это, она! Неужели я не узнаю голос своей лучшей подруги? Ах, мамочки, да не могла же она так измениться!

— Кайла? — выдохнула я и попыталась прикрыть глаза от слепящего света фонарей, но руки у меня тряслись, как у пьянчуги.

— Я же говорил, что мы ее найдем, — пробасил второй голос. — А ты все «пошли» да «пошли»!

«Хит!»

Может быть, мне это снится?

— Хит!

— Ага! Привет! Мы нашли тебя, детка! — заорал Хит, и в слепящем свете фонарей я увидела, как он карабкается по стене, будто ловкая, высокая и белобрысая обезьяна.

Я была так счастлива, что это не жуткий призрак, а всего лишь старина Хит, что свесилась вниз и крикнула:

— Хит! Осторожнее! Тут высоко, ты себе что-нибудь сломаешь, если сорвешься!

Я не стала говорить, что ему безопаснее всего падать на голову. В этом случае Хиту точно ничего не грозило.

— Ты плохо меня знаешь, крошка! — пропыхтел мой бывший парень, забираясь все выше и выше. Вскоре он уже сидел рядом, вцепившись руками в стену. — Круто? — Вдруг Хит раскинул в стороны руки и захохотал, обдав меня отвратительным запахом перегара. — Эй, Зои, посмотри! Я король мира!

Не удивительно, что я перестала с ним встречаться!

— Слушай, Хит, сколько можно потешаться над моей бывшей большой любовью к Леонардо? — разозлилась я и впервые за последние несколько часов стала сама собой. — В конце концов, это увлечение ничем не отличалось от моей бывшей большой любви к тебе. Разница только в том, что Лео я любила гораздо дольше, а ты пока не прославился игрой в куче попсовых, но все равно крутых фильмов!

— Все еще бесишься из-за Дастина и Дрю, Да? Да плюнь ты на них! Они просто придурки, это всем известно, — пробасил Хит и посмотрел на меня преданным щенячьим взглядом, который делал его реально неотразимым в восьмом классе. Беда в том, что этот взгляд перестал действовать на меня почти два года тому назад. — Да фигня все это, главное то, что мы пришли вытащить тебя отсюда!

— Что? — я затрясла головой и, прищурившись, уставилась на него. — Так, стоп! Немедленно выключите свои фонари! Свет меня убивает.

— Но тогда мы ничего не увидим! — возразил Хит.

— Ладно. Тогда просто прекратите светить мне в лицо. Направьте фонари куда-нибудь туда, — я неопределенно махнула рукой в сторону от школы. Хит послушно направил луч своего фонаря в ночь, Кайла сделала то же самое. Теперь я могла убрать с лица руку и перестать щуриться.

И тут Хит заметил мою Метку.

— Зацени, Кайла! Она теперь вся синяя! Ух ты! Это как… ну это… как по телику, да?

Что ж, приятно лишний раз убедиться, что в этом мире есть нечто неизменное. Хит всегда останется Хитом — милым парнем, но, как говорится, не самым ярким фломастером и коробке.

— Эй, там, наверху! Вообще-то я тоже здесь! — раздался снизу голос Кайлы. — Помогите мне забраться, только осторожнее. Сейчас, подождите, я положу куда-нибудь свою новенькую сумочку. И туфли тоже сниму, пожалуй. Ой, Зои, ты просто с ума сойдешь, когда узнаешь, какая распродажа была у Бейкера! Все летние туфли даром. Клянусь тебе, просто даром! Семьдесят процентов скидки, прикинь? Я взяла сразу пять пар, сейчас расскажу…

— Помоги ей, — сказала я Хиту. — И поскорее. Иначе она никогда не заткнется.

Я же говорила — некоторые вещи не меняются.

Хит перегнулся, почти распластавшись животом по стене, и протянул Кайле руки. Она, хихикая, вцепилась в него, и Хит втащил ее на стену.

И вот когда она так хихикала, а он ее тащил, я все и поняла.

Мы с Кайлой столько лет были лучшими подругами, что я сразу узнала эти улыбочки, смешки и напускное смущение.

Кайла запала на Хита. Нет, даже не так. Кайла ЗАПАЛА на Хита! Я знала это так же твердо, как то, что никогда не буду математиком.

В тот же миг мне припомнились виноватые взгляды Хита и его заверения, что он не изменял мне на той вечеринке, которую я пропустила по вине родителей. Так, теперь мне все стало ясно.

— А как же Джаред? — резко спросила я, обрывая идиотские смешочки Кайлы.

— Нормально, кажется, — ответила она, не глядя мне в глаза.

— Кажется?

Кайла пожала плечами, и я разглядела под ее крутым кожаным пиджаком кружевной кремовый топик, который мы обе когда-то прозвали «Супер-Буфер», поскольку он не только приоткрывал ложбинку между грудей, но идеально сливался с цветом кожи, создавая обманчивое впечатление, будто открывает гораздо больше, чем в действительности.

— Да не знаю я. Мы с ним последние пару дней не разговаривали.

Кайла по-прежнему прятала от меня глаза, зато я заметила, как она украдкой бросила взгляд на Хита, который, как всегда, ничего не замечал. Я же вам говорила, что он не особо перегружен мозгами. Итак, моя лучшая подруга у меня за спиной пытается клеить моего парня. Прекрасно! Я так взбесилась, что мне сразу разонравилась эта необычайно теплая осенняя ночь и захотелось, чтобы ударил мороз, и Кайла отморозила бы свои расфуфыренные сиськи!

Неожиданно вокруг стены зловеще засвистел пронизывающий северный ветер, и стало очень-очень холодно.

Стараясь держаться, как ни в чем не бывало, Кайла поплотнее запахнула свой пиджак и снова захихикала, но на этот раз ее смешок прозвучал не игриво, а почти истерически. Меня обдало новой порцией пивного перегара и кое-чем еще.

Это кое-что совсем недавно так намертво и печаталось в мою память, что я даже слегка удивилась, что не сразу узнала этот запах.

— Кайла, ты пила и курила?

Кайла вздрогнула и уставилась на меня, как кролик на удава.

— Совсем капельку… Выпили пивка… А потом Хит дал мне затянуться косячком, потому что я ужасно — ну просто ужасно! — боялась ехать сюда, но я сделала всего две крошечные натяжки…

— Ей нужно было слегка вдушевиться, — сказал Хит, у которого всегда были проблемы со сложными словами длиннее двух слогов.

— И с каких это пор ты начал курить травку? — грозно спросила я его.

Хит широко ухмыльнулся.

— Да брось, Зо. Подумаешь, так, косячок время от времени. И вообще, травка безопаснее сигарет!

Я ненавидела, когда он называл меня Зо.

— Хит, — прошипела я, стараясь сохранять спокойствие. — Травка не безопаснее сигарет, но дело даже не в этом. Зачем сравнивать одно дерьмо с другим? Сигареты отвратительны, а от твоих косячков умирают. Разве ты не заметил, что в нашей школе травку курят только последние лузеры и уроды? Серьезно, Хит, ты не можешь позволить себе убивать клетки мозга, у тебя их и так немного.

— Фигня! — отмахнулась Кайла.

— Что ты сказала?

Кайла все еще крепко обхватывала себя руками, пытаясь защититься от холода, но я заметила произошедшую в ней перемену. Кайла больше не изображала из себя маленького жалкого кролика, в ее глазах появилось злое кошачье выражение.

Я сразу узнала этот взгляд. Так Кайла смотрела на тех, кого не считала частью своей компании. Меня это всегда бесило, и я сто раз ей говорила, что нельзя так вести себя с людьми. Неужели теперь она собирается испробовать эти взгляды на мне?

— Я сказала «фи-иг-ня», если ты не расслышала, — протянула она. — И сказала так потому, что это неправда. Травку курят не только лузеры. А еще меньше лузеров среди тех, кто покуривает ее время от времени. Надеюсь, ты помнишь двух крутых защитников, которые играют за «Юнион»? Я говорю о Крисе Форде и Брэде Хиггинсе. Так вот, вчера они были на вечеринке у Кэти. И oба курили.

— И совсем они не крутые, — возразил Хит. Но Кайла пропустила его замечание мимо ушей и продолжала:

— Кстати, Морган тоже покуривает.

— Какая Морган? Морган Тигетт?

Кайла, конечно, взбесила меня до чертиков, но хорошая сплетня есть хорошая сплетня!

— Ну да. Она недавно проколола себе язык и… — тут Кайла замолчала, наклонилась к моему уху и еле слышно прошептала «клитор». — Представляешь, как это, наверное, больно?

— Чего? Чего она себе проколола-то? — не понял Хит.

— Ничего, — хором ответили мы, и на какой-то миг могло показаться, будто мы с Кайлой снова стали лучшими подругами.

— Кайла, ты уходишь от темы. Давай по порядку. Во-первых, футболисты «Юниона» всегда сидели на наркоте. Да о чем ты, вообще, говоришь! Разве ты забыла, что они использовали стероиды, и только из-за этого мы почти шестнадцать лет не могли их победить?

— Вперед, «Тигры»! — заорал Хит. — Но теперь-то мы надрали задницы «Юнионам»!

Я грозно посмотрела на него, и он заткнулся.

— А эта Морган, судя по твоим же словам, выжила из ума. Иначе с какой стати она стала бы прокалывать себе… — тут я покосилась на Хита и запнулась: —…тело и курить? Назови мне хотя бы одного нормального человека, который курит траву.

Кайла на секунду задумалась.

— Я!

Я вздохнула.

— Мне кажется, это не от большого ума.

— Да ладно! Ты тоже не знаешь всего! прошипела она и снова злобно на меня зыркнула.

Я взглянула на Кайлу, перевела глаза на Хита, и потом снова выразительно посмотрела на нее.

— Ты права. Я не знаю всего.

В глазах Кайлы на миг промелькнуло изумление, однако тут же ее взгляд стал злым и хитрым. Я невольно сравнила ее со Стиви Рей, которую знала всего несколько дней, но про которую могла с абсолютной уверенностью сказать, что она бы ни за что не стала клеить моего парня, будь он хоть тысячу раз почти бывший. И она не отшатнулась бы от меня, как он чудовища, когда мне так нужна была ее поддержка.

— Тебе лучше уйти, — сказала я Кайле.

— С удовольствием, — ответила она.

— Наверное, тебе больше не стоит меня навещать.

Кайла презрительно дернула плечом, отчего ее пиджачок снова распахнулся, и тонкая бретелька топика соскользнула с плеча, демонстрируя полное отсутствие бюстгальтера.

— Как хочешь, — вот и все, что она сказала.

— Помоги ей спуститься, Хит.

Хит всегда хорошо исполнял простые инструкции, поэтому очень аккуратно спустил Кайлу со стены на траву. Она подобрала с земли свой фонарик и, запрокинув голову, посмотрела на нас.

— Не задерживайся, Хит. Я зверски замерзла.

Потом повернулась и, не оглядываясь, зашагала в сторону дороги.

— Ну, это… — смущенно пробормотал Хит. — Чё-то, правда, похолодало.

— Может, сейчас снова потеплеет, — рассеянно ответила я и даже не сразу заметила, как ветер вдруг стих.

— Ну… короче, Зо. Я хочу реально спасти тебя отсюда.

— Нет.

— А?

— Хит, посмотри на мой лоб.

— Да что я, не видел, что ли! У тебя на лбу фиговина в виде полумесяца, только теперь она вся синяя, и это странно… потому что раньше она синяя не была.

— А теперь стала. Сосредоточься, Хит. Меня Пометили. Это означает, что в моем теле началось Превращение, и я должна стать вампиром.

Хит оторвал глаза от Метки и скользнул взглядом по моему телу. Я заметила, как он задержался на груди и ногах, и вдруг с ужасом поняла, что сижу перед ним почти совсем голая, потому что, когда я забралась на стену, подол моего платья задрался чуть ли не до подмышек.

— Зо, это… Короче, что бы там ни происходило с твоим телом, мне это нравится. Ты просто классная девочка, Зо. Ты всегда была очень красивая, но теперь совсем богиня. Он застенчиво улыбнулся и нежно дотронулся до моей щеки, словно хотел напомнить о том, почему я так сильно и так долго его любила. Несмотря на все свои недостатки, Хит мог быть ужасно милым, и рядом с ним я всегда чувствовала себя принцессой.

— Хит, — тихо сказала я, — мне ужасно жаль, но все изменилось.

— Только не для меня, — прошептал он, а потом скользнул рукой по моей ноге и поцеловал меня.

Я отшатнулась и схватила его за запястье:

— Перестань, Хит! Я хочу поговорить с тобой.

— Говори, детка. Ты говори, а я буду тебя целовать, — прошептал он.

Я начала возражать.

А потом почувствовала это.

Она билась очень быстро и очень сильно. Клянусь, я слышала ее! Когда Хит наклонился, чтобы поцеловать меня еще раз, я увидела жилку, бившуюся у него на шее. Она содрогалась от сильных толчков крови, бегущей по его телу. Кровь… Губы Хита коснулись моих губ, и я вспомнила вкус в бокале. Но та кровь была холодной и смешанной с вином, она была взята у рыжего лузера, который был никем и ничем. А кровь Хита должна быть горячей… густой… сладкой… Гораздо слаще, чем кровь Элиота Холодильника.

— О, черт! Зои, ты что делаешь? Ты меня оцарапала, — Хит выдернул свою руку из моей. — Черт, Зо, ну ты просто как кошка, смотри, кровь пошла. Если не хочешь, чтобы я тебя целовал, так и скажи!

Он поднес запястье к губам и слизнул выступившую на нем капельку крови. Потом поднял глаза на меня и замер.

Я видела кровь на его губах. Я чувствовала ее запах, она была как вино, только лучше, в миллиарды раз лучше. У меня закружилась голова, а по коже пробежал озноб.

Я хотела попробовать ее. Никогда в жизни я ничего так не хотела.

— Я хочу… — прошептала я и не узнала своего голоса.

— Да… — отрешенно ответил Хит. — Да… все, что хочешь, Зо. Я сделаю все, что ты хочешь.

На этот раз я сама наклонилась, коснулась языком его губ и слизнула с них каплю крови. Тут же меня обожгло раскаленное, сумасшедшее наслаждение, какого я еще никогда в жизни не испытывала.

— Еще, — прохрипела я.

Все так же молча, словно утратив способность говорить, Хит поднес к моим губам свою руку. Крови там почти не было, но когда я провела языком по едва заметной царапине, Хит застонал. Прикосновение моего языка сделало с его ранкой что-то странное, потому что из нее вдруг закапала кровь… все быстрее… все чаще…

Дрожащими ладонями я обхватила его руку, поднесла ее ко рту и прильнула губами к теплой коже. Я содрогалась, я стонала от удовольствия, я…

— О боже! Что ты с ним делаешь? — истошный вопль Кайлы прорвался сквозь колыхавшийся в моей голове багровый туман.

Я мгновенно отбросила руку Хита, словно она меня жгла.

— Отстань от него! — визжала Кайла. — Убирайся вон!

Хит даже не шелохнулся.

— Уходи, — сказала я ему. — Уходи и больше никогда не возвращайся.

— Нет, — ответил он, и меня поразило странное спокойствие в его голосе.

— Да. Убирайся отсюда!

— Отпусти его! — вопила Кайла.

— Кайла, если ты сию же секунду не заткнешься, я слечу вниз на крыльях ночи и высосу всю кровь из твоей тупой и лживой тушки! — прошипела я.

Она коротко взвизгнула и замолкла. Я вздохнула и повернулась к Хиту, который не сводил с меня глаз.

— Тебе тоже нужно идти.

— Я не боюсь тебя, Зои.

— Зато я боюсь за нас обоих.

— Но мне все равно, что ты делаешь! Я люблю тебя, Зои. Люблю еще сильнее, чем раньше.

— Прекрати!

Честное слово, я совсем не собиралась так орать. Хит даже отшатнулся от неожиданности.

Я сглотнула застрявший в горле ком и постаралась говорить тише.

— Уходи. Пожалуйста, — повторила я. Хит не двинулся с места, и тогда я сказала:

— Кайла, наверное, уже названивает в полицию. Нам с тобой оно надо?

— Ладно, я уйду. Но все равно вернусь.

Хит быстро и горячо поцеловал меня, и меня снова пронзило безумное наслаждение, едва я почувствовала слабый след крови на его губах. Потом соскользнул со стены и скрылся и темноте.

Какое-то время я еще видела маленькую точку его фонарика, но вскоре исчезла и она.

Я не могла больше об этом думать. Только не сейчас!

Ухватившись рукой за ветку, я полезла вниз. Колени у меня так дрожали, что я едва смогла сделать несколько шагов до дуба, и сползла на землю, прижавшись спиной к его древней, изрытой временем коре. В тот же миг из темноты вынырнула рыжая Нала и вскочила мне на колени, словно уже давным-давно была моей кошкой. А когда я все-таки разрыдалась, перебралась мне на грудь и прижалась теплой мордочкой к моей мокрой от слез щеке.

Прошло немало времени, прежде чем мои рыдания превратились в судорожную икоту, и я горько пожалела о том, что сбежала из рекреации без своей сумочки. Бумажные носовые платки были бы сейчас как нельзя кстати.

— Вот, возьми.

Нала недовольно заворчала, а я вздрогнула от неожиданности и, сквозь застилающие глаза слезы, увидела, как кто-то протягивает мне платок.

— С-спасибо, — пролепетала я и высморкалась.

— Пустяки, — ответил Эрик Найт.


ГЛАВА 16 | Меченая | ГЛАВА 18