home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Политическое завещание Махно

После поражения «платформистов» журнал «Дело труда» перешел в руки анархо-синдикалистов. Немного «подувшись» на критиков «Платформы», Махно постепенно наладил отношения с былыми противниками. В. Волин редактировал его мемуары, И. Метт из группы Волина помогала ему как переводчик, тексты Махно печатал антиплатформистский журнал «Пробуждение». Попытки создать конструктивную программу анархистов тоже не были оставлены – теперь лидерство перешло к анархо-синдикалистам с их теорией «переходного периода». Их программа была более демократической, чем отягощенная «военщиной» «Платформа».

Теоретик анархо-синдикалистов и фактический редактор «Дела труда» Г. Максимов в это время интенсивно изучал и опыт Российской революции, и теоретические работы Бакунина, подзабытые анархистами. В 1932 г. он опубликовал краткое изложение своих взглядов под названием "Мое социальное кредо", а в 1934 г. – «Беседы с Бакуниным о революции» – актуальный сборник цитат классика со своими комментариями. Это был своеобразный итог споров анархистов о своей конструктивной программе, учитывавший и споры вокруг «Платформы».

Г. Максимов выделяет три направления эволюции к анархии и коммунизму после революции: самоорганизация в производственные союзы, которые в лице коллективов возьмут в свои руки производство; создание кооперативных обществ потребителей, которые приведут к потребительскому коммунизму; территориальное самоуправление – конфедерация людей [738]. Эта сетевая организация, в которой личность оказывается на пересечении равноправных объединений производителей, потребителей и жителей граждан, актуальна и как проект развития общества в XXI веке.

Подспудный конфликт между анархией и коммунизмом разрешается Г. Максимовым на уровне политической философии: "Я верю, что анархия как политическая форма общества единственно возможна в состоянии полной свободы самостоятельных членов социального тела как противоположность централизованному управлению ими... Я верю, однако, что нельзя наслаждаться только политической свободой. Для того, чтобы быть свободным в действительном смысле слова, каждый должен обладать экономической свободой. Этот тип свободы, я убежден, неосуществим без отмены частной собственности и без организации коммунального производства на основе принципа "от каждого – по его способностям" и коммунального потребления по принципу "каждому – по его потребностям"" [739].

Таким образом, коммунизм рассматривается как экономическая свобода, не принуждение к равенству, а отсутствие экономического принуждения. Коммунизм не может приносить интересы отдельной личности в жертву сообществу. Но чтобы достичь столь гармоничного сочетания персональных интересов всех людей, нужно время.

Г. Максимов обращает внимание на то, что "несмотря на свои внутренние противоречия и все утверждения марксистских экономистов, капитализм в его современном империалистическом облике направляется к ликвидации неорганизованного рыночного соревнования и к аккуратному измерению рыночных возможностей. Более того, он доказал свою способность установить, выражаясь большевистским термином, "плановую экономику", основанную на вычислении производительных сил, равно как и на "рационализации производства"" [740].

Переход индустриального общества в государственно-монополистическую стадию, подмеченный Г. Максимовым, подтверждал, что плановость и "рационализация" не являются отличительными чертами идеологии социализма. В то время, когда государственный "социализм" и капитализм идут по пути всеобщего огосударствления, анархизм может выдвинуть альтернативу свободы и солидарности. Но свобода не может прийти одним скачком. Она должна опираться на прочные структуры самоуправления, отработанные экономические и политические механизмы, морально-этическую традицию, наконец. Создать все это может только переходный период, конструктивна работа, а не голое отрицание: "Я верю, что наступила эпоха практического осуществления анархизма, что анархизм перестал быть теорией и стал программой, и что вследствие этого анархизм вступил в конструктивный период своего развития. Я усиленно содействую этому развитию и потому в анархизме я – КОНСТРУКТИВИСТ» [741]. Только разработав ясную конструктивную программу, опирающуюся на реальные ростки самоуправления и свободы в современном обществе, анархизм сможет победить.

В ходе дискуссии вокруг "Платформы" радикальные анархо-коммунистические идеи разных направлений дискредитировали друг друга, что привело к усилению тех направлений анархизма, которые размышляли о невозможности получить в ходе революции “все и сразу”.

Теоретический кризис радикального анархо-коммунизма придал новый импульс разработке анархо-синдикалистской теории «переходного периода» и идеи эволюционного движения к анархии путем поглощения существующего общества анархической субкультурой (М. Неттлау, М. Корн, авторы журнала "Пробуждение") [742].

Анархо-синдикалисты постепенно вернулись от анархо-коммунизма П. Кропоткина к анархо-коллективизму М. Бакунина, оставив коммунизм лишь в качестве далекой перспективы, общей тенденции развития человечества.


* * * | Анархия - мать порядка | * * *