home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Мария Кузьминична Покрышкина

Обычно считается, что женщина не может восхищаться действиями и поступками другой женщины, ее женскими качествами.

Я делю своих подруг на три группы:

1. Женщина, которая ради мужчины, обладающего, по ее мнению, выдающимися достоинствами (ум, смелость, решительность, доброта, справедливость, чистота помыслов), готова быть для него другом, надежным тылом и поддержкой, готова добровольно и без сожаления отдать ему все: свой талант, амбиции, возможные личные успехи — в общем, все-все. Такой была Мария Кузьминична Покрышкина.

2. Это женщина, которая, полюбив мужчину, готова ради него отказаться от личного успеха, но временами все-таки сожалеть о неосуществленных достижениях в учебе, труде. Такова была Вера Васильевна Трофимова. Она очень любила своего мужа, замечательного человека и летчика — Героя Советского Союза Николая Леонтьевича Трофимова, и готова была терпеть даже его иногда незаслуженные замечания и вспышки гнева. Она жаловалась мне: «Опять Коля ушел на работу, не позавтракав. Рассердился на меня. Он такой худенький, ничего не ест. Я решила положить ему в кашу кусочек маслица. Утопила в каше, чтобы замаскировать, а оно всплыло, он увидел. Бросил ложку и ушел».

3. К этой группе я отношу саму себя. Я не захотела создать семью по окончании войны, хотя достойных ребят было много. Мне хотелось учиться, получать все новые и новые знания. Меня привлекала не карьера, а учеба и желание быть самодостаточной личностью.

Надо сказать, что Мария Кузьминична стала личностью и при таком необыкновенном муже, как Александр Иванович Покрышкин. Она смогла его разглядеть и оценить, когда он был еще в опале, поверить ему, уяснить свою роль в его жизни. Словом, понять, что это ее «половинка».

И Александр Иванович очень любил и гордился своей женой. Несмотря на несколько суховатое обращение к ней «Мария!», в нем звучало большая любовь и гордость. Он гордился всем тем, что она умела делать дома, как принимала его боевых друзей, как одевалась, как обустраивала быт, как изумительно готовила.

Как-то я была у них дома. Александр Иванович стал приглашать меня к столу и сказал: «Я хочу угостить тебя пшенной кашей. Уверяю, что такой вкуснятины ты никогда не пробовала. Такую кашу может варить только Мария!»

Действительно, такой вкусной пшенной каши мне больше нигде не приходилось есть. И сама я не смогла сварить такую.

Милая, скромная Мария Кузьминична обладала какой-то притягательной силой. Александру Ивановичу, еще при первой их встрече, хотелось ей рассказывать не только о своей жизни, но и о боевой работе, о своих планах, о том, как можно эффективнее бить врага в воздухе.

По-видимому, это было связано с тем, что Мария Кузьминична, медицинская сестра по образованию, была очень внимательным собеседником.

Когда она уже стала женой Александра Ивановича, то тяготы и неустройства военной жизни воспринимала легко и помогала ему все устраивать и не отвлекаться от главного. Она всегда говорила: «Главное, чтобы тебе было хорошо работать! И чтоб мы были бы рядом».

Она всю жизнь жила его работой. Это был хорошо обеспеченный тыл!

Но и Александр Иванович многое перенял от нее. Они были единомышленниками во всем: любили с детства книги, цветы, лес…

Я вспоминаю, как ко мне в Ботанический сад МГУ, а позже в институт (ВНИИССОК) приезжала Мария Кузьминична с внуком Павликом. Выходя на наши обширные цветочные поля ирисов, гладиолусов, бархатцев, астр, роз и других цветочных культур, она могла часами смотреть и любоваться на разнообразие их окрасок и форм. Как-то она заинтересовалась флоксами, и особенно сортом «Викинг» с белоснежными цветами, а в нашем институте флоксы не выращивали. Мы с ней поехали в садик цветовода-любителя, об этой поездке красочно рассказала Мария Кузьминична в своей книге «Взойди, звезда воспоминаний…» (Новосибирск, 1997).

У Марии Кузьминичны была настоящая энциклопедическая память, она помнила не только все фамилии и имена друзей, с кем ей приходилось встречаться, но и детали тех событий, и обстановку, при которой эти встречи проходили. Это дало ей возможность написать две очень интересные книги.

Когда не стало Александра Ивановича, в своем ужасном горе Мария Кузьминична приехала к Вере Васильевне Трофимовой на дачу (в Купавну), и мы ей стали советовать написать книгу об Александре Ивановиче. Она сказала нам: «Что я могу рассказать, я же не видела этих воздушных боев?» Мы ответили, что главное для нее — рассказать о другом — о любви, об отношениях к людям, о семье. Оказалось, что Мария Кузьминична и без нашей подсказки уже начала писать записки и даже показывала их Александру Ивановичу. И в них отразила очень ценные для всех замечания Александра Ивановича и его друзей о боевых действиях наших авиаторов.

Она положила начало Фонда трижды Героя Советского Союза А. И. Покрышкина.

Да, Мария Кузьминична была выдающейся женщиной нашего времени! Хотя она и не стала хирургом, а может быть, могла бы стать и профессором хирургии, но она помогла сохранить в боевом строю выдающегося летчика, богатыря России — Александра Ивановича Покрышкина!


* * * | Записки летчицы У-2. Женщины-авиаторы в годы Великой Отечественной войны. 1942–1945 | Вера Васильевна Трофимова