home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 7

Гонка с препятствиями

Ночь быстро выцветала, блекла, истаивала. Проявились бугорки под ногами, пыль и песок, мелкие камни и крупные валуны редко-редко где. Потом границы видимого пространства расширились, стали видны длинные малоподвижные тела каких-то существ — чудо, что ни на одно такое мы до сих пор не налетели. Правда, в большинстве своём они спешили убраться с пути облака, но какому-то из них ведь могло быть не до того или вообще всё равно.

Горизонт тонул в дымке, было холодно и влажно, хотелось закутаться во что-нибудь, но я даже поёжиться толком не мог — руки оттягивало увесистое женское тело. Думать не получалось, в сознании царила каша из каких-то серых образов, рваных мыслей, клочьев осознания усталости и голода пополам с жаждой. Время от времени я косился на Ниршава. Ему я завидовал — он, по крайней мере, мог сколько угодно спотыкаться.

В конце концов, присмотрев подходящий валун, уселся и стал осторожно теребить Аштию.

Она проснулась на удивление быстро — это вам не Ниршав, отключившийся от реальности на полные сто, и что хошь с ним делай.

— О-о, — зевнула она. — Спать хочется даже больше, чем жить.

— Увы тебе, — язвительно произнёс офицер. — Теперь уж изволь не помирать! Зря мы, что ли, тебя так далеко тащили?

— Кто тащил-то? Кто тащил?! Я тащил, а не ты!

— Ты, Серт, тащил тело, а я — оболочку. И что тут важнее — уже и не скажешь. Без доспеха Аштии тут никуда. Как и всегда женщине без всяких разных женских штучек.

— Вот уж верно, — женщина в большой спешке натягивала на себя кольчугу. — Всё было спокойно?

— Естественно, спокойно. Иначе б ты давно уже почувствовала неприятность своей тыльной частью. Мы уже договорились в случае нападения демонов тебя просто ронять.

— О да. На демонов. Ради двойной пользы. Хотя тут какая-нибудь десятипудовая красавица оказалась бы намного полезнее… Ниш, помоги мне ремешки затянуть.

— Мне для этого перчатки надо снимать. А Серт без перчаток. Пусть он и помогает.

— Задрал уже права качать! Ещё и спать кидаешься без очереди!

— Ладно-ладно, я осознал свою вину. Следующий раз ты, Серт, имеешь право поспать лишние минуты.

— Щедрый какой…

— Ребят, я б на вашем месте не разорялась так. Многие демоны обладают хорошим слухом, это раз. Ради такой вкусной добычи, как люди, среди которых два мага, они могут и рискнуть сунуться в область разрежённой энергии. Тем более что область крохотная. Второе — степень разрежённости облака изменилась. Оно насыщается, а значит, рано или поздно рассеется.

— Это и так понятно. Главное, чтоб рассеялось не в ближайшее время. Кстати, как мы вообще — насколько нас тут дезактивировало?

— Серт, у тебя есть тест-иглы?

— Не знаю. Надо посмотреть.

Не останавливаясь, я сунулся в сумку и вытащил аптечку. В недоумении развернул её — там имелись предметы, назначение которых я представлял себе лишь очень приблизительно. Правда, Аштия не стала ждать, пока я отыщу для неё неведомые иглы — она полезла в коробку сама, запустила пальцы в малозаметный кармашек на тканой внутренней подкладке и вытащила какой-то плотно увязанный в замшу кулёчек.

— Вот, отлично, — произнесла женщина. — Конечно, как же у охотника в аптечке может не быть игл. — Она аккуратно развернула кулёк и вынула иголку сантиметров пяти в длину, с хрустальными утолщениями через каждый сантиметр. Отломила один такой сегмент, спокойно вогнала в тыльную сторону ладони. Хрустальная «головка» засветилась. — Нормально. Голубое и чуток молочно-зелёного. Жить можно. Ниш?

— Обязательно, — офицер и себе отломил кусочек.

— А тебе, Серт, даже и проверяться нечего. И так очевидно, что всё в порядке.

— Это почему?

— Потому что ты «чистый». Тебя в любом случае фон должен цеплять намного позже, чем нас. Раз с нами хорошо, значит, и ты в порядке. Кстати, на своей «чистоте» мог бы в Империи очень хорошие деньги иметь. На тестировании источников энергии. Правда, года через три перестал бы быть «чистым»…

— Вот именно, — проворчал Ниршав. — Пусть уж у тебя служит и ни в какие источники не лазает.

— Тут покруче, чем в источнике.

— Да уж, точно. Тут веселее…

Развиднелось. Дымка ещё окутывала землю, но уже можно было разглядеть и разнообразную степную «фауну», и скалы слева, и края глубокого провала справа. Над провалом реяли какие-то существа, похожие на обрывки чёрного полиэтилена. Облако покоя внятно текло в сторону разлома, но скорее по краешку, чем напрямик. Ниршав сперва посмотрел на приближающийся обрыв обречённо, однако через пару сотен шагов подуспокоился.

Зато напрягся я. На самом краю провала сидело множество тварей всех форм и размеров, крупных и мелких, и они как-то не спешили сниматься с места, хотя изменение фона должны были уже почувствовать. Прорываться через этот строй? А какие есть варианты? Разве что полёт над пропастью… В порядке бреда. Интересно, можно ли ухватиться за одну из этих полиэтиленовых теней и чем это чревато? Этих демонов я что-то никак не мог опознать.

— Протолкнёмся? — замершими губами выдавил Ниршав.

— Постараемся. — Госпожа Солор сняла с пояса диск и поднята его к плечу. — Серт, — готов?

— Всегда готов, — процедил я, пальцем проверяя ремни «когтей» на правой руке.

Перспектива боя с таким табуном демонов представлялась мне смутной.

Стоило ядру облака приблизиться, как некоторые из разлёгшихся крупных демонов лениво оторвали брюхи от каменистой земли, проволоклись к обрыву и решительно соскользнули вниз. Я был ещё сравнительно далеко от кромки разлома, хотя уже видел другой его край, окутанный влажной дымкой, но подобный акт массового самоубийства воспринял с глубоким одобрением. Правда, через пару минут испытал самое настоящее разочарование — твари и не собирались разбиваться, они показались над заваленной валунами кромкой, трепеща какими-то радужными перепонками, видимо, дававшими им возможность парить.

Остальные с места не сдвинулись. И мы, не переглядываясь между собой, избрали один более или менее подходящий для нас маршрут — по наваленным грудой камням с плоскими скользкими лбами, на которых никто из существ не сидел. Уже пересёкший изрядное расстояние в окружении незримого облака, которое, однако, делало нас невидимыми для окрестных обитателей, я как-то привык думать, что они нас не замечают, не воспринимают. И когда одна из них, похожая на карикатурную ощипанную птицу, но зато с зубастым клювом, тремя парами когтистых лап и длинным гребнем оттенка стали посмотрела в нашу сторону с задумчивостью, сперва решил, что это просто совпадение. Не может она смотреть на нас, потому что нас для неё нет.

Поэтому когда существо сорвалось со своего «насеста» и выстрелило всем своим зубасто-когтистым организмом в мою сторону, я успел отреагировать только потому, что это нападение мало отличалась от нападения, скажем, караульного пса. А с псами меня учили разбираться.

Я отпрянул, пропустил тварь мимо себя, попытался перехватить за морду, как псов хватают, и, к счастью своему, промазал рукой. Зубы клацнули у самого моего «когтя», мы разлетелись в разные стороны. Влетев в Ниршава и без малого не сбив его с ног, я даже не нашёл мгновения, чтоб извиниться. В уверенности, что сейчас в драке меня поддержит тяжелый латник с длинным мечом, решительно развернулся навстречу демону, сцепился с ним и снова отпрянул, как бы давая Ниршаву возможность обрушить свой меч только на тварь, не зацепив меня.

Меч не прилетел. К счастью своему пережив очередной бросок и более или менее удачно отразив его, я обернулся, ища взглядом спутника.

Тот рубился от души — сразу с двумя, такими же, облепившими его, рвавшимися к горлу и глазам, словно две истеричные торговки на рынке. Они норовили запустить когти не только в его лицо, но и в подмышки — как только смогли угадать самые незащищённые места, вот загадка?! Не простаивала и Аштия — за нею гонялся один «птицедемон», как и за мной, так что где там помощь окружающим, кто бы ей самой помог. Убегая и уворачиваясь от демонов, женщина крутилась на очень ограниченном пятачке пространства, и я не сразу понял, в чём тут дело.

Правда, не понял лишь потому, что на раздумья не оставалось ни крупицы внимания, ни полсекунды, ни четверти. Об облаке я забыл в момент атаки и вспомнил лишь спустя пару секунд — приличное время, кстати. За эти секунды можно было успеть выскочить из пределов скудного кольца, затрудняющего тварям наблюдение за нами, и собрать на себя ещё штук шесть-семь — для полноты приключения.

К счастью, этого не случилось. Я смог сообразить, в чём основная особенность напавшего существа, и соотнести его с другим, о котором читал. Когда оно, извернувшись, попыталось клюнуть меня по коленкам, на удивление легко подпрыгнул и приземлился твари на голову. Очень удачно и единственно правильно — если б прыгнул на спину, наверняка получил бы клювом вдогонку. Разогнувшись, подождал, пока мимо меня проскочит Аштия, и полоснул «когтями» по преследующему её демону.

Он распахнул клюв и заклекотал — пронзительно, мерзко, как орут павлины.

— Итить твою!.. — возмутился Ниршав, роняя меч и хлопая перчатками по голове особо настырной твари, словно надеясь раздавить её в ладонях. Та дёрнула вперёд клювом, будто шилом, без малого не попав Ниршаву в глаз.

А на нас уже неслись четыре подобных существа, то ли клёкотом привлечённые, то ли чем-то ещё.

— Облако уходит! — крикнула Аштия.

— Командуй!

— Ы-ы-ы…

Офицеру всё же удалось поднять с земли меч; он припустил за госпожой Солор, плотно прижав локти к бокам и набычившись, словно это могло спасти его от выклёвывания глаз, ушей и прочих уязвимых мест. Оба демона «сидели на нём» с упорством маньяков. Мгла рассеивалась, воздух ненадолго стал по-осеннему кристальным, на горизонте обрисовалось очертание скудного, но всё же горного хребта. И наконец-то стало видно само облако, так долго оберегавшее нас от нападений — бледная-бледная дымка, мреющая над землёй, настолько лёгкая, что её можно было принять за солнечный свет, играющий на изломах мельчайших пылинок.

По крайней мере, теперь я зримо представлял себе его размер. И — хотя бы на какое-то время — передвижение.

Я был уже настолько уставший, что с трудом осознавал происходящее. Все действия в бою совершал механически — и, может быть, слава богу, что так. В автоматизме и усталости нет места страху, да и рефлексии — тоже. Проанализируй я ситуацию, живо пришёл бы к выводу, что нам тут ничего не светит, нет смысла дёргаться, всё равно всех этих демонов мы не перебьём, на каком-нибудь да сложимся. Но анализ требовал сил, времени и желания его проводить, а ни того, ни другого, ни третьего не было. К тому же в условиях пригашенного сознания в теле просыпались животные инстинкты. Один из таких не позволял живому существу сдаваться даже тогда, когда гибель была предопределена и неотвратима.

Поэтому я просто отбивался от тех тварей, что наседали на меня, а потом, всегда внезапно, рядом появлялась Аштия и снимала с меня их одну за другой. Странно — демонов ко мне особенно тянуло. Может, действительно соображали, что на мне доспеха меньше, намного меньше. А может, дело было в особенностях энергетики. Может, «чистые» тут в особой цене? На Ниршаве так и висели те два «птицедемона», с которых всё началось. Потом присоединился ещё один. Этого расшатанные нервы штабиста уже не могли вынести — он с рёвом опрокинулся на камни и принялся по ним кататься, старательно закрывая лицо руками и не отрывая локти от боков. Один раз этот приём немного помог ему, хоть и привёл к малоприятным последствиям.

Как и в первый раз, Ниршава довольно быстро заклинило в щели между двумя валунами, где не особо покатаешься, но к тому моменту он уже весь был облеплен ошмётками демонских тел — зрелище неприятное и, как оказалось чуть позднее, предвещающее проблемы.

Мы шли за облаком, оставляя на камнях останки тех тварей, которым повезло меньше, чем нам. Минус три, минус четыре, минус пять демонов… Гулкий клёкот приветствовал нас из-за границ облака. Обернувшись, я увидел, что по нашему следу, почти припав к земле, задевая её брюхом, летят ещё два подобных создания. Вернее, нет, не по нашему. По следу, оставленному их убитыми собратьями.

— Ты только посмотри на это! — воскликнул я.

— Они чуют кровь своих, это естественно.

— Думаешь, рванули мстить?

— Это как-то маловероятно. Они же примитивные.

— А вот этого мы знать не можем.

— Развитые существа держались бы в отдалении от облака, в котором последовательно гибнут их собратья. Из чувства самосохранения.

— Не знаю, не знаю. В какой-то момент мы могли выдать своё присутствие. Мы же метались, как сумасшедшие. Могли и высунуться. И тогда они идут по нашему следу, — госпожа Солор повернулась и изготовилась к бою. — Мы не можем знать, нужна ли им месть или наша энергия.

— А это ведь важно. За сколько времени мы можем добраться до того хребта?

— Не меньше чем за сутки.

— Эти сутки надо прожить, Аше.

— Не называй меня так, — поморщилась женщина. — Мы слишком плохо знаем друг друга.

— Не стоит быть такой строгой, — вмешался Ниршав. От прежней паники и растерянности не осталось и следа — он был собран и даже лих. — Мы разве мало вместе видели смерти?

— Немало. Надо привыкнуть. Извини.

— Да было б чего извиняться.

Твари налетели на нас с разгону — хоть они и увидели нас, похоже, лишь в самый последний момент, но прицелились точно. Я развернулся чуть ли не в прыжке — ноги пришлось спешно отдёргивать. «Коготь» полоснул сам собой и в расчёте на противника-человека, потому слишком высоко. Но, отдёрнувшись, я ушёл с траектории движения демона и подставил Аштию. Уже сбитую с толку тварь она полоснула диском по глазам. Судя по сопутствовавшей этому движению короткой вспышке, обошлось не без магии.

Как бы там ни было, одно из тел швырнуло дальше, на камни, и там оно, распластавшись по камням, уже не шевельнулось. Вторая тварь была бойчее, она плеснула Ниршаву крыльями в забрало, ударила его по шлему всем телом и, сбив с ног, ринулась на Аштию. Та успела лишь развернуться, защититься диском уже не успевала. Я изо всех сил пнул спутницу в спину, без особого труда уронил её на землю, потому что с моей стороны она явно не ждала такого номера, и встретил демона сам.

Оскаленная морда появилась буквально перед самыми глазами, пришлось уворачиваться, одновременно полосуя сперва одним «когтем», потом сразу же вдогонку вторым, надеясь, что попадёшь чуть выше, чем по зубам. Тварь кувыркнулась в камни, развернулась и плеснула мне в лицо всем своим подвижным и оттого переливчатым, словно вода, телом. На этот раз уходить оказалось разумнее назад, я опрокинулся, но ударить всё тем же манером не забыл — сперва правой, потом левой.

Наверное, со стороны можно было подумать, будто я просто бессистемно отмахиваюсь от них. Словно от комаров.

— Хорошо хоть хлипкие, — констатировал я, задыхаясь, когда осознал, что тварь уже не поднимется.

— Ну, по сравнению с другими — конечно. — Ниршав был по-настоящему зол. Похоже, ему прилетело больно.

Поднявшись, Аштия пристально взглянула мне в лицо.

— Ты мне жизнь спас.

— А ты мне. Несколько раз, — удивился я. — Подобьём итог? Пока я в плюсе.

— На вашем месте я б не расслаблялся, — крикнул нам офицер. — Эти были не последними.

— Вообще ты прав. Конечно, я давно уже Аше для вас обоих. А как мне тебя называть, чтоб не официозно?

— Сергей. Серёга. Да можно и Серт. Мне по фигу.

— Их три сюда летит!

— Предлагаю пока за камушек нырнуть, — я махнул рукой и кинулся было туда первым, но тут же, одумавшись, сбавил темп.

За валун первой нырнула Аштия, за нею — Ниршав. Пропуская его мимо себя, я уже спешил встретить первую тварь остриём «когтя»: удачно подцепил и рванул, швырнул довольно-таки увесистое тело шагов на шесть в сторону. Что только ни сделаешь, когда организм даёт взрыв адреналина. «Птицедемон» усвистал в то, что я сперва принял за крупный камень, и лишь через мгновение обнаружил — ни фига не камень, а живое существо.

Оно вызвало единственную «животную» ассоциацию — гиппопотам, цветом толстенной шкуры и формой пасти, усаженной множеством клыков. Правда, распахнул её мгновенно и столь же мгновенно закрыл, удовольствовавшись влетевшей внутрь порцией. Внешне тварь и теперь походила на неправильной формы, хоть и окатистый валун. Я смутно припомнил какое-то скудное упоминание о подобных в книге.

— Охренеть! — воскликнул офицер.

Да, мысленно согласился я, не самое приятное открытие. Мы ведь вполне могли по этим «камушкам» наладить путь в обход обрыва.

Вторая «птичка» попыталась налететь на меня сверху, клюнуть в темя, как сказочный золотой петушок.

— Пригнись! — услышал я, вжал голову в плечи и нагнулся. Надо мной что-то свирепо свистнуло. Как выяснилось — меч. Ниршав и на этот раз решил не выделываться и сработать, как действуют косари.

— Мотаем, ребята! — Аштия заставила нас очнуться.

И мы поскакали дальше, как козы, по уступам скал.

Рассвело окончательно, утренняя прозрачность приказала долго жить, сменилась пыльноватой дневной дымкой, и облако перестало быть видимым. Но теперь мне проще было следить за знаками, подаваемыми Аштией и её оружием. Путь затруднял страх, который мы все трое теперь испытывали перед валунами более или менее подходящей формы и размера. Напрягая память, я так и не смог вспомнить хоть каких-нибудь чётких и однозначных признаков, по которым можно отличить безобидную каменюку от демона. Если в той книге вообще было хоть полслова на эту тему.

А времени проверять не оставалось. Мы лишь ненадолго успели вздохнуть с облегчением — «птички» вновь насели на нас. Казалось, они ненадолго потеряли наш след, и вот теперь, отыскав, чрезвычайно возрадовались. А возрадовавшись, бросились в погоню полным составом своей стаи — чтоб уж наверняка не дать шанса.

— Хлипкие-то хлипкие, — проворчал Ниршав, уставший первым. — Но если насядут облаком, то заклюют. Даже куры заклюют латника, если их будет очень много.

— Не утрируй, — оборвала его госпожа Солор. — Мы тут уже столько продержались — и что теперь, из-за какой-то мелочи сдаваться?

— Хороша мелочь — стайка-другая…

— Твои предложения?

— Да никаких у меня предложений! Но должен же быть среди вас хоть один здравомыслящий человек, чтоб восторг побед остужать!

— Мы тебя освобождаем от долгов перед нами, — с серьёзной миной отозвался я, взглядом оценивая расстояние от нас до ближайшей гряды удобных камней и от преследователей до нас. — Можешь расслабиться.

— Гы-гы-гы, — смех прозвучал довольно уныло.

— И вообще, у меня есть предложение: затыкаем Ниршаву смотровые щели, законопачиваем подмышки, потом Ниршав берёт меч на изготовку и начинает им крутить. А мы его поворачиваем к очередной порции «птичек», так сказать, лицом.

— Предлагаю обвалять Серта в глине и швырять, как снаряд! — взревел офицер.

— Это долго, тебя конопатить будет проще.

— Хорош ржать! — гаркнула госпожа Глава Генштаба. — Внимание!

— Ныряем! — предложил я, обнаружив, что поблизости есть приличное укрытие — и на этот раз нырнул первым. За мною — женщина, как все представительницы её пола отличавшаяся практичностью и любовью к лишним гарантиям безопасности.

Ниршав остался на виду последним, на него и налетели всем табунком, сшибли с ног и покатили по камням под аккомпанемент дикого, запредельно непристойного мата. Правда, тем самым подгадили и себе — мужчина умудрился подмять под себя парочку нападающих, мы же выскочили добивать остальных.

Я мало думал и мало соображал в эти минуты — тело действовало само. Уже позже, отбившись, осознал для себя, что действовал так, словно давно уже сработался с Аштией, и она отлично предвидела все мои действия и умела дополнять их своими, а также наоборот. Это было не так, но я всё ещё жив, а значит, что-то у нас с ней получилось. В какой-то момент стало по-настоящему страшно — чем это всё закончится, если и дальше моё «боевое я» будет мысленно подставлять на место малознакомой женщины Вадика или Роху, Родиона.

Интересно, как они там? Небось, уже справили по мне поминки, водочки выпили, панихиду заказали. Я бы сделал и для них то же самое.

Интересно, как заказанная панихида отразится на моей удачливости? Не сдохну ли я вдогонку? Ох как не хотелось бы накрыться лишь благодаря тому, что на родине у меня остались настоящие друзья.

Впрочем, даже если это и произойдёт, я об этом никогда не узнаю наверняка. Слава богу…

Мы отбились и на этот раз. Только лишь дождавшись слабого просвета, бросились дальше за истекающим облаком, за нашей надеждой на жизнь. Твари, конечно, не перестали нас преследовать, но, к счастью, оба раза в спину и неожиданно атаковали либо Ниршава, либо Аштию. Последняя на ногах не удержалась, кувырнулась от толчка, но не пострадала — доспех у неё был великолепный, самортизировавший поддоспешник — тоже.

Мне же приходилось чаще оглядываться. Если я забывал, за меня оглядывались спутники.

Аштия, самая отдохнувшая из нас, словно задалась целью выполнять по максимуму всю работу — она следила за происходящим, за продвижением облака и в любой момент готова была пустить в ход магию. Правда, не самую мощную, о чём своевременно предупредила.

— Во-первых, чересчур мощная магия привлечёт к нам ещё больше внимания. Во-вторых — может пострадать облако.

— Это и так понятно. Как думаешь, до предгорий его хватит?

— Посмотрим.

— Оптимистичный ответ.

— А на какой ты рассчитывал? Надеюсь, что да.

— Интересно, когда у «птичек» закончатся… «птички»? — проворчал Ниршав.

Странное дело, но, как бы мы ни удалялись от места, где на меня «клюнул» первый такой демон, преследование не прекращалось. Уже десятка четыре этих существ легло, дав нам ощутить себя по-настоящему крутыми (как же, столько тварей уже положили!) — остальные не сдавались. По какой-то причине и — слава богу! — не спешили навалиться всей толпой. А ведь если их тут так много, и они, судя по всему, как-то способны передавать друг другу информацию о цели, значит, могут и в табун собраться.

— Вряд ли, — Аштия задыхалась, поэтому говорила медленно, дозированно. — Им ведь что нужно? Наша энергия. Как деликатес и источник… оздоровления, улучшенного размножения…

— Чего улучшенного? — опешил я.

— Ну, не по одному яйцу отложить… а по два. Что сложного?

— И?

— Если нас разделить на большой табун… по искорке энергии каждому хватит. Толку-то? Большой кладки не получится. Вот и нападают… по-трое, по-шестеро. Не больше. Чтоб на меньше частей делить. Рано или поздно какая-то группа завалит.

— Думаешь, Делают это осознанно?

— Ни в коем случае. Инстинкт. Иначе б нам быстро наступила хана. Сообразили б между собой договориться.

— Так что, думаешь, рано или поздно завалят нас?

— Если до предгорья не добежим… И не найдём укрытие.

— Так поднажали! — взревел Ниршав.

— Куда ломанул?! Из облака выскочишь! Оно, конечно, ускорилось, но уж не настолько.

— А убыстрить его нельзя?

— Ты охренел? — женщина взглянула на спутника хмуро. — Соображаешь, что говоришь?.. Ниш, назад! Блин!

Я в который раз ощутил в себе трепыхание остатков лингвистических чар, на протяжении долгого времени и облегчавших мне коммуникацию, и в меру развлекавших. Теперь чужой язык уложился в сознании настолько, чтоб угадывать, где заклятье проводило полную, а где — лишь приблизительную аналогию. Но иногда, вот в такие случаи, например, выползало в сознании не только усвоенное значение, но и родной для меня аналог. И теперь я его «поймал за хвост», уже не вполне понимая, чары ли здесь виноваты, или выработалась привычка самостоятельно искать соответствия, она и сыграла.

Аштия бросила что-то очень эмоциональное, то, что у мужчин на моей родине выражается созвучным, но не идентичным междометием. Всё-таки женщины моего круга редко в этом вопросе следовали мужчинам на полные сто процентов, и я привык в своих ожиданиях делать скидку на пол. Правда, проследив за взглядом спутницы, как-то мигом забыл об идее заниматься локальными лингвистическими исследованиями с поправками на гендерные особенности лексики. Уж больно живо то, что вырисовалось за пределами облака, взывало к чисто мужскому междометию и не менее мужскому определению ситуации.

Ниршав, ускорившись, чуть не влетел в «валун», распахнувший ему навстречу пасть. Резко изменил траекторию, но со всей силой сохранившейся инерции влетел в бок другому, как оказалось, тоже не совсем валуну. И — самое главное — при этом почти выскочил из безопасной области облака, приблизившись к границе видимости.

И стал зрим для этих, как выяснилось, неплохо способных видеть демонов.

Осознав, что случилось, офицер отскочил назад, и через пару мгновений его накрыла с головой безопасная часть облака, но ситуацию это уже поправить не могло. «Валуны», судя по всему, успели что-то такое почувствовать. Тоже захотелось размножиться грудой маленьких камушков?

Я слышал крик Аштии, уже не сдерживаемый, и чуть оживлённую новыми образами ругань Ниршава, но как-то абстрактно. В принципе, в этот миг существовал только я, новая угроза, вставшая преградой на нашем пути, и необходимость срочно её обойти или перейти. И думать о других было некогда, да и бессмысленно. Действуй, а потом уже будешь вспоминать о том, что ты не один — такова была кратковременная вспышка мироощущения, толкнувшая меня вперёд.

Мне повезло кинуться напролом как раз в тот момент, когда «валун» приопустил верхнюю челюсть, чтоб поудобнее распахнуть её через момент. Я прыгнул, опёрся плечом на каменную «губу» и с упора толкнул себя вверх. Там и инерция чужого движения подоспела — раздражённая тварь, резко разинув пасть, вскинула меня под самое небо. Батут отдыхает!

Я перекатился, как на сдаче любимого экзамена — безупречно, особенно если делать скидку на физическое состояние. Перекувырнулся, встал на ноги, отшатнулся, но недалеко, помня масштабы облака-спасителя. И привстал на цыпочки в надежде через окатую голову демона всё-таки разглядеть, что там творится с моими спутниками. А они, вполне осознавая, что времени у них на всё про всё остаётся немного, переглянулись и перестроились. После чего Ниршав слегка нагнулся, выставил перед собой меч и с рёвом бросился вперёд.

Демон-«валун» с удовольствием раскрыл пасть пошире.

В самый последний момент офицер слегка изменил направление движения. Причём так непринуждённо и легко, словно не нёс на себе без малого полсотни килограммов металла. Стремительно полоснул по пасти мечом, обошёл одного демона и заодно пнул по зубам второго. К счастью, ногу отдёрнул быстро и без неё не остался — зубы клацнули в воздухе. Аштия проскользнула следом и, хотя бдительно прижимала диск к плечу, вмешиваться в схватку ей не пришлось.

Оно и к лучшему. Лёгкий боец даже с магией против гиппопотамов — грустная перспектива.

— Я думал, ты его сейчас забодаешь, — задыхаясь от хохота, бросил я.

— Была такая мысль. Но я решил, что они к земле приросли, что я его на мече не подниму, — гордо заявил Ниршав. Обернулся и выругался.

Было отчего. Оказалось, что демоны-«валуны» совсем даже не приросли к камню — оба они бодро двигались за нами следом, не очень заметно, как выглядели их ноги и всё остальное, скрытое пастями — но пасти были разинуты очень выразительно.

Не выдержала даже Аштия. Она выдала какое-то великолепное в своей изобретательности ругательство, смысла которого я до конца не понял, и, в панике оглядевшись, вскарабкалась на крупную каменюку, торчащую вертикально и вознёсшую её довольно-таки высоко. Как женщина умудрилась взлететь по ней в один миг, при том, что тащила на себе столько доспехов — тайна.

— За мной! — скомандовала она нам.

Первым к ней, разумеется, влез я. Ниршав с диким искажённым лицом прыгнул раз, другой… На третий внизу под ним клацнули зубы (непонятно, зачем демону вздумалось предупреждать жертву, а может, просто не дотянулся) — это придало офицеру вполне ожидаемое и законное ускорение. Он подпрыгнул, вцепился в нас, да с такой силой, что я испугался за свои пальцы.

— Тащите, блин! — выдавил он из себя с трудом, но очень категорично.

— Он обнаглел, — сквозь слёзы заметил я Аштии. — Может, уроним?

— Точно, пока они будут его выковыривать из доспехов, мы смоемся, — задыхаясь, согласилась она.

— Вы, гады, тащите меня, ёлы-палы! Шутить потом будете!

— Какие тут шутки! Всё безумно серьёзно!

Он поднатужился и, красный, как свёкла, всё-таки забрался к нам наверх.

— Ну, я вам припомню.

— Ого! — воскликнула госпожа Солор. — Скажите, пожалуйста, какие сообразительные местные обитатели!

Грузно прыгнув пару раз возле нашего укрытия, демоны принялись карабкаться один на другого. Можно было предположить, что пирамиды из трёх таких тварей окажется вполне достаточно. Кроме того, воздух снова наполнился ощипанными птичьими телами и щёлканьем клювов — очередная партия существ, надеющихся за наш счёт отложить не одно, а два яйца, подоспела на раздачу.

— Ждём, когда они построят пирамидку, и спрыгиваем, — процедила сквозь зубы Аштия, примериваясь с размаху срезать диском клюв самой нахальной «птице». — И перебегаем вот туда.

— Ждать-то чего? — удивился Ниршав. Он уже взял на изготовку меч и теперь алчно выбирал, какой птичке сейчас меньше всех повезёт.

— Чтоб они её потом дольше разваливали. Облако ещё не миновало. Нам надо тут побыть какое-то время. Марш!

Мы спрыгнули разом, все трое на изумление мягко (мне-то что, мне это было нетрудно, а вот им двоим, в железе…) по другую сторону от «оккупированной» части скалы и кинулись к другой. Ниршав приземлялся так же, как и забирался — последним. Грохнулся тяжеловато — и на какой-то небольшой валунок, округлый, аккуратный, словно водой обточенный. Лишь в последний момент я, обернувшись, заподозрил что-то, но крикнуть уже не успел — камушек раззявил пасть, игрушечную по сравнению с глотками крупных валунов.

Пасть разинулась поздно — поймать ногу жертвы тварь уже не успела. Ниршав, своим весом схлопнув существу челюсти, среагировал мгновенно: он подпрыгнул на одном и том же месте раз, другой, третий… Панцирь демона треснул, являя нам наглядное доказательство того, что он не каменный, а скорее хитиновый.

— Ниш! — крикнула Аштия, вновь не сдерживая голос.

И Ниршав бросился к нам. За ним, едва отставая на пару шагов, гнался зубастый валун. За первым — двое остальных.

— Как думаешь, они обременены родительскими инстинктами? — небрежно бросил я, взобравшись на вершину второй скалы, тоже достаточно высокой и тоже не способной обеспечить местным живым камням возможность легко вскарабкаться на свою вершину. Для Аштии пришлось спускать верёвку.

— Эти-то? — переспросила она, забираясь ко мне. — Вот и посмотрим… Ниш, цепляйся!

Но Ниршаву помощь не понадобилась. Он взлетел по практически лишённому уступов склону со скоростью акробата, зато здесь повалился лицом вниз, даже не озаботившись подобрать свисающие с края ноги, и простонал:

— Нет, не могу больше. Давайте я помру.

— Тебя уколом в ухо или в сонную артерию успокоить? — флегматично поинтересовалась госпожа Солор, напоказ шаря у пояса.

Я ждал, что нага спутник встрепенётся, но он лишь лениво приоткрыл один глаз.

— Иди к чёртовой матери.

— Между прочим, ребята опять громоздят пирамидку, — подсказал я. — Вот-вот закончат.

— Куда на этот раз будем убегать?

— Туда же! — Аштия произносила слова так же, как, наверное, командовала войсками. Даже во мне встрепенулось армейское прошлое, Ниршав же тем более подобрался. При этом, правда, не подумал встать. — Потом обратно.

— А потом опять туда?

— Нет. Потом облако сдвинется. Перебегать будем вот на ту «вышку».

— Я туда ни за что не заберусь! — возмутился офицер.

— Я те не заберусь! А ну пошёл! — И она просто и безыскусно столкнула мужчину со скалы. Благо он так и остался висеть ногами вниз и приземлился, само собой, на них же.

Вся эта скачка с возвышенности на возвышенность, огибая камни, а время от времени ещё и пытающихся перехватить нас демонов-валунов, показалась бы мне эталоном абсурда, не будь я настолько уставшим. Чувства, эмоции, оценки — всё это требовало слишком много лишнего. Хрен с ним, с абсурдом — жить хочется. И даже не так — решить хоть тем, хоть этим способом возникшую измождающую проблему.

Перепрыгивая с очередного возвышения, я вдруг осознал, что за нами скачут не три, а пять валунов, причём два — покрупнее прежних. Это были уже не гиппопотамы, а небольшие слоны — если, конечно, говорить о размерах. Однако при всём при этом они нисколько не теряли в скорости, и увернуться от их бросков оказалось не так-то просто.

Тем более что облако никуда, собственно, и не спешило.

— Слушай, если наше присутствие здесь больше не тайна для местных тварей, может, не стоит так изгаляться? — с трудом переводя дух, спросил я мнение Аштии, когда нам выдалась минутка короткого отдыха на вершине одной из скал. Теперь мы старались забираться выше, но и пирамидку преследователи могли построить более солидную.

— Это для некоторых не тайна. А для некоторых пока — тайна, — немедленно отозвалась женщина. — Не стоит ещё и их присовокуплять к перечню наших нынешних проблем.

— Всё, ребята, больше не могу, — выдохнул Ниршав, докарабкиваясь до нас. — Согласен сдохнуть.

— Ты это говоришь раз десятый, наверное. Когда по-настоящему-то решишься, а?

— Злая ты. Я, может быть, твоего сочувствия ищу.

— Ну как можно сочувствовать человеку, который достал? Сам-то посуди?.. Кстати, пирамидку они уже почти построили.

— Какие упорные. — Офицер с кряхтением перекатился на бок. — Я б на их месте давно уже плюнул на это бесперспективное занятие.

— Они ещё не эволюционировали настолько, чтоб понять, что такое вообще бесперспективность с точки зрения офицера Генштаба, — сострил я.

— Что они не сделали?

— Не развились. Вот поумнеют — и тоже научатся ныть.

— Я тебе попомню! — пригрозил Ниршав. — Я тебе больше ни минуты лишней сверх нормы не позволю поспать, гад!

— Живо! Прыгаем! — крикнула Аштия и сиганула вниз первой.

Уже теперь было понятно, что драться с демонами-валунами бессмысленно. Да, окованный металлом, как своеобразным оружием, а не только защитой, офицер имперских войск смог раздавить то ли детёныша подобного демона, то ли просто мелкую разновидность. У крупных тварей хитин, что логично, успел набрать такую толщину, что пытаться прошибать его доступными нам средствами было столь же бесперспективно, как и долбиться об камень — без специальных приспособлений только время потеряешь. «Эх, сюда бы пулемёт», — с сожалением думал я.

Мы неслись вперёд с такой скоростью и резвостью, что, если б двигались по прямой, уже оказались бы в виду предгорий, уж не меньше. Но увы — метаться нам можно было только в границах облачка, похоже, уже в значительной степени подрастерявшего свою маскирующую силу.

До нужной нам кромки скал оставалось сравнительно недалеко.

В какой-то момент я не выдержал и запустил руку в аптечку. Вынуть нужное мне сумел далеко не сразу, то ли с третьей, то ли с четвёртой попытки, но едва бутылочка тоника оказалась у меня в руках, неизвестно откуда появившийся Ниршав вырвал её у меня из пальцев и припал к горлышку.

— Э! Куда?!

— По старшинству! Я офицер — ты нет.

— Среди нас самая старшая по званию — Аштия.

— Щас глотну — и дам.

— Цыц! — гаркнула госпожа Солор. — Всем хватит! Ниш, отдай!

— Глотну и отдам. Тебе жалко, что ли?

— Хорош препираться! Верни тоник Серту!

— Вот сейчас выпью — и отдам. А ты не командуй. Я не на службе.

— Ты б хоть пробку вынул, умелец, — миролюбиво заметил я и, сочтя, что был отмщён, подуспокоился.

Бутылочка с тоником перекочевала мне в руки. Последней к лекарству приложилась женщина — я удивился, обнаружив, что и она едва держится на ногах.

— Мы отравимся, — весело произнесла Аштия, вытирая губы.

— Да какая разница. Всё равно каюк всем… — сказав это, Ниршав весело подмигнул мне и вернул бутылочку с тоником.

И я запоздало понял, что у него просто слишком уж своеобразный юмор. Юмор, за который в моменты усталости или чрезмерного напряжения хочется прибить.

— Серт, прячь! Прыгаем!

Это уже было похоже не на прыжок, а на падение — уж больно высоко мы смогли забраться. Уже прыгая, я почувствовал: что-то не так. Только приземлившись (не подвернул ногу лишь потому, что давно уже правильно прыгал на рефлексе) и взглядом проследив за падением Ниршава, а потом за тем, как бодро тот вскочил, сперва подумал: «Молодец, повезло». Потом: «Итить, это на кого ж он упал?!»

Плотно свернувшаяся кольцами змея, на которую рухнул офицер, встала столбиком сразу же, как только освободилась от дополнительного груза. Смотреть, как четырёхметровая тварь стоит на хвосте, дрожа перепонками, похожими на плавники, было и жутко, и затягивающе — взгляд не оторвёшь. Весело поблёскивающий глазами из-под наглазий шлема Ниршав, проследив за моим взглядом, очень быстро стал серьёзным, да и позеленел в один миг настолько, что это стало заметно даже мне и даже сквозь шлем.

Потом змея рухнула на нас.

Мы кинулись в разные стороны: я вправо, Ниршав влево, и в следующий момент я потерял из виду и его, и Аштию — рухнувшее тело подняло в воздух тучи пыли и мелких камушков. Не успев упасть, змея извернулась и ударила меня всей мордой, не озаботившись даже разинуть пасть. Не на того напала. Крутанулся я так, что какой-нибудь профессиональный танцор живо признал бы во мне своего, а может, и обзавидовался б. Нет, танцами заниматься мне не случалось, но рукопашный бой — это в восприятии мужчины родственная танцам дисциплина. По мелькнувшей в волосе от бедра массивной змеиной морде я полоснул обоими «когтями» по очереди.

Кожа под чешуёй раздалась, вспухла полосами, но не лопнула. Одной из таких полос закрыло твари правый глаз, и, окривевшая, она в следующий момент качнулась в другую сторону, в зрячую. А я получил простор для маневра.

Пылевое облако слегка рассеялось, и я увидел в полудесятке шагов от себя госпожу Солор с диском в отставленной руке. Красивая позиция, кстати, причём именно в исполнении женщины. Она покосилась на меня, поискала взглядом и с другой стороны от твари — наверное, высматривала Ниршава, когда змея рухнула в её сторону, вскинула диск. Короткая вспышка ошеломила, похоже, не только змею, но и саму Аштию — слишком уж яркой и мощной она получилась.

Я кинулся было вытаскивать спутницу из-под туши, но сделав лишь пару прыжков в ту сторону, обнаружил, что туша ещё вполне себе полна сил и мощи, а Аштия держится на ногах и массой демонского тела не погребена.

— Всё! — крикнула она. — Конец облаку! И что ж было так упорствовать?!

Змея опять взвилась и встала на хвост. Стали видны и преследовавшие нас живые валуны — в момент нападения змеи они замерли в стороне, не спеша нападать. Кто бы сомневался, что здесь вовсе не в том дело, что нам дают разобраться с врагами по очереди. Просто им самим не очень хочется, чтоб на них кто-нибудь упал. Кто-нибудь такой же непрокусываемый, как эта змея.

Стоп, если она непрокусываемая, то как я смог её покарябать? Смог же как-то? Или мне показалось?

С запозданием пришло в голову, что надо бы держаться вместе, а то сейчас затеряюсь в этих джунглях из безумного количества разнообразных демонов. Ещё одна вспышка упростила поиск — Аштия стегнула змею следующей порцией магии, и та снова изобразила столбик. Ниршав, оказывается, был рядом, он отбивался от кого-то, кого я в буре пыли не мог толком разглядеть. И с кем сражался сам — тоже понял не сразу. Ах да, тут же птички ещё, они, наверное, считают себя шибко подвижными и змеи не боятся.

— Туда! — крикнула госпожа Солор, взмахнув диском.

Я полоснул по метнувшейся мне в лицо птичке, помельче, чем остальные, и этим особенно неприятной. Врезал, как уже привык: обоими «когтями» по очереди, и сразу опрокинулся назад, перекувырнулся через плечо и почти через голову, пропустил над собой обезумевшую от боли тварь. Она, трепыхаясь в полёте по инерции, влетела в другую «птичку», как раз собравшуюся атаковать Аштию со спины. Женщина развернулась на шум и добила обеих магией с диска. На этот раз вспышка получилась слабой, но адресной. Экономной.

Казалось, мы способны переговариваться взглядами, и нам не мешало даже то, что две пары глаз из трёх были здорово притушены наглазьями шлемов. Аштия обернулась в мою сторону, и я её понял без труда, а заодно сообразил, какую скалу она имеет в виду из ближайших. За неё и бросился, успев проследить, сколько птичек кинулось за мной следом. Три штуки. Многовато.

Одну из них прикончил Ниршав, удачно взмахнув мечом. Вторую диском распластала Аштия — на бегу, непринуждённо, словно только тому и училась. С оставшейся я разделался уже на месте — за скалой, где мы все трое надеялись на коротенькую передышку.

— Что, облако накрылось? — перехватывая воздух, уточнил я.

— Не совсем. — Аштия перевернула диск. Камушки у рукояти переливались. — Есть облако. Есть. Остатки. Давайте, чешем!

— Сколько нам ещё чесать? — деловито, без истерики осведомился Ниршав. — Ну, чтоб губу на отдых не раскатывать и вместе с тем…

— Какой там отдых, не раскатывай губу по определению! — воскликнул я. — Ахтунг, птицы!

Бросился было отгонять их, но госпожа Солор дёрнулась вперёд быстрее, оттёрла меня и полоснула огнём, сшибив птиц в полёте. Причём прямо в морду змее, ткнувшейся было к нам за скалу. Получив небольшую фору, мы сорвались с места и, добравшись до следующей подходящей под наши требования скалы, вскарабкались на неё.

— На сколько хватит тоника? — полюбопытствовал Ниршав, отбирая у Аштии бурдюк с остатками воды и делая большой глоток. Сидя на краю обрыва, он только что ногами не болтал.

— Часа на три должно хватить, — ответила вместо меня женщина. — Посмотри, горы уже близко. Должны успеть. Главное, чтоб нас не затормозило облако.

— А может?

— Оно близко к истеканию, так что может случиться всё, что угодно. К тому же я тут расчародействовалась… Тоже прошло не без последствий.

— Здорово… Слушай, мяско ещё осталось?

— Совсем чуть-чуть, — я вытащил свёрток, развернул его. Запах сырого мяса вызвал у меня приступ тошноты. При одной мысли о том, чтоб это есть, стало не по себе, Ниршав же охотно схватился за кусок, закинул его в рот.

— Аше, — хочешь?

— Нет… Давайте, пойдём. Вот, там пирамидка уже строится полным ходом.

— Пусть строится. А мы подождём.

— Нет, не получится. Вон, нас уже змейка обходит. Обрати внимание и на птичек.

— Мы здесь спрыгнем и окажемся как раз у них в клювах.

— А ты что предпочитаешь — камушки, змейку или птичек?

— Лютики-цветочки я предпочитаю.

— Ой, подожди на эту тему шутить, — я поднялся на ноги, застегнул сумку и приготовился прыгать вниз. — Насколько я помню уроки демонографии, есть в демонических мирах и плотоядные растения. Не дай бог им в тычинки попасться!

— Погоди! — остановила меня Аштия. — Сейчас, змея чуть повыше поднимется… Чуть-чуть подождём… По моей команде… Давай!

Мы прыгнули одновременно, избегли встречи с тучей птиц и ломанулись дальше по пути следования облака. Краем глаза я заметил ещё каких-то существ, заинтересовавшихся нами и, похоже, примерившихся включиться в преследование. Благо здесь пустыня уже плавно преобразовалась в каменистую пустошь, изобилующую скалами, хоть и невысокими, но обрывистыми, грозными, словно обломанные зубы. Торчали здесь и останки деревьев, давно измочаленных и высушенных здешней суровой природой.

Словом, прятаться и уворачиваться от нападений было куда.

Мне казалось, мы все держимся только одной мыслью — горы недалеко. До гор уже осталось немного. У нас, когда мы покинем облако, будет впереди трое, а может, и четверо суток на поиски. Продержимся. Проживём ещё хоть немножко.

— Уходит в сторону, перемать! — со злобой воскликнула Аштия. Злоба в её голосе звучала беспримерная, и я понял. Насколько она сама разочарована.

— Что — в сторону? — перепугался Ниршав.

— Облако поворачивает. Не идёт прямо на гряду, а как бы… Осторожнее!.. В общем, параллельно.

— Впритирочку?

— Будем надеяться, что в конечном итоге оно пойдёт именно так.

— Чтоб тебя… — дальше пошёл поток своеобразных и витиеватых пожеланий, которыми Ниршав, видимо, помогал себе орудовать мечом.

От скудной стайки из двух агрессивных птичек очень быстро ничего не осталось. Мелькнувшая было у нас с Аштией мысль помочь ему мгновенно пропала: мы, переглянувшись, одновременно решили, что лучше под ниршавов клинок не соваться. А то, глядишь, и нас случайно отоварит. Он был зол, по-настоящему зол, и нетрудно догадаться почему — не только для него, но и для меня (подсознательно, разумеется) горы означали отдых. А отдыха сейчас хотелось больше всего на свете. Хотя пока, временно, благодаря тонизирующему, ноги не подгибались, и органы восприятия, слава богу, работали нормально.

Мы лавировали между камнями и скалами, лишь на шаг опережая тех, кто с таким упорством преследовал нас, а иногда не отрываясь от них даже и на шаг.

— Ну, вот какого хрена вообще надо держаться облака, если за нами увязалась вся окрестная фауна? — выдал я, пытаясь в более или менее свободные от драки моменты оценить расстояние до предгорья. Добежим? Не добежим?

— Во-первых, не вся, — Аштия снова поставила огненный заслон на пути змеи. Та тоненько взревела извиваясь, и, на наше счастье, сшибла двух демонов-валунов, подобравшихся справа. Перепрыгнув через её хвост, мы смогли протиснуться меж двух каменных завалов и проскочить на свободное пространство между скалой и довольно-таки крутым обрывом в какую-то неправильной формы глубоченную яму. — Во-вторых, подозреваю, в облаке они не так быстры и хуже чувствуют нас!

— Это резон…

— Да давайте ломанёмся к предгорью! — заорал Ниршав. — Тут близко!

— Давайте-давайте! Соберём на себя ещё пару сотен тварей! А то скучно!

— Тоже резон, — одёрнула Аштия. — Молчать! Вперёд, за мной!

Уверенный, повелительный тон в такой ситуации успокаивал намного лучше, чем что бы то ни было. Я осознавал, что едва ли могу сойти за знатока демонических миров, и мог бы побиться об заклад, что штабной офицер Ниршав чувствовал нечто подобное. Пусть он вырос в Империи, в мире, где правил демон-император, но в демонических мирах понимал лишь чуть больше, чем я, разве, может, читал о них в романах, слышал что-то на занятиях по магии. И уверенности Аштии хотелось покориться. Если приказывает — значит, наверняка знает, что и как надо.

Значит, соображает, зачем берёт на себя ответственность.

Она обегала выступы скал и валуны с такой уверенностью, словно десятки раз носилась тут по делу и без дела. Остановившись у подходящего склона, махнула нам обоим забираться наверх. Здесь было за что уцепиться, и я взлетел на вершину скалы по уступам, как по эскалатору, а потом сунул вниз руку — Ниршаву, который скользил по камням окованными металлом пальцами. Его сапоги едва не стали добычей демона-валуна, челюсти клацнули у самых подковок.

— Пригнись, — приказала мне Аштия. Я лёг до того, как начал соображать, зачем это может быть надо — ведь над головой не было ни одной летучей твари. — Здесь верхняя часть облака. Боюсь, высунемся.

— Думаешь, в небе что-то есть?

— Может, и есть. И даже если нет. Эти ощипанные курицы вполне могут взлететь и на такую высоту. Здесь они будут быстрее и ловчее. Как думаешь, почему они тут благополучно существуют, среди таких-то монстров? Быстротой берут. А почему с нами этот номер у них не проходит? Потому что они не в своей атмосфере. Не в своём фоне.

— Понял, понял… — Я перегнулся через край и взглянул вниз. И тут же отпрянул — навстречу мне метнулась змеиная морда.

Змея по своему обыкновению встала на хвост и взглянула на нас сверху вниз. Я и Ниршав так и замерли в лежачем положении, Аштия — приподнявшись, но в такой позе, из которой мгновенно атаковать всё равно немыслимо. Нас гипнотизировала наша беззащитность, но миновало мгновение, потом второе, третье — змея всё не рушилась вниз на скудный пятачок, где и уворачиваться-то от неё было некуда. Она смотрела на нас… Потом дёрнула головой… Потом ещё.

— Ну что, червячишка, не рассчитана на атаки из такого положения, а? — осведомился Ниршав совершенно невозмутимым тоном.

Змея снова дёрнулась, словно постаралась кивнуть, и обрушилась. Не на наш пятачок, к счастью. На пирамиду, почти уже возведённую из зубастых валунов. Я порадовался, что не успел встать — может быть, тряхнуло и не сильно, но даже и впечатление могло сработать, как хороший подземный толчок.

Мы переглянулись. Встали.

— Есть фора. Небольшая, — озвучил я общий вывод. — Что делать-то будем?

Аштия сощурилась сперва на меня, потом в сторону гор.

— Я готова вас выслушать.

— А какие варианты? Тоник скоро перестанет действовать, бегать так ещё пару суток мы не сможем. И суток не сможем. Давайте рвать когти отсюда.

— Видишь, рельеф неровный. Там кто угодно может прятаться. Как только мы потеряем последнюю свою защиту в виде облака, нас накроют в считаные секунды. И твари куда более неприятные, чем камушки и змейки.

— Смотри отсюда, Аше, — «тритонов» не видно?

— Не в одних только тритонах дело, блин! Тут могут оказаться такие образчики фауны, что…

— Короче, что делаем — дальше прыгаем с шестка на шесток от наших ненаглядных камушков и весёлой змейки или пытаемся как-то вырваться из этой ситуации одним махом?

— Не надо расставлять акценты таким образом, это смахивает на мошенничество.

— Мужчины, цыц, я приняла решение… Кстати, змейка упорная, — женщина кивнула налево. Там вновь вознеслась к небу мощная змеиная туша.

— Ну и пусть. Может, побольше камушков передавит.

— На этот раз она может упасть точнее. Так что берите-ка вещи. Ниш, бурдюк мне на пояс, давай, крепи, — госпожа Солор перехватила диск.

— Ты что решила-то?

— Что пока мы продолжаем, но если сложится критическая ситуация при отступлении, попробуем совершить рывок через пустошь к горам. Кстати, горы какие-то странные. Очень странные.

— Какая ещё тебе критическая ситуация?! — возмутился было офицер, но развить мысль не успел — змея качнулась и обрушилась вниз всей своей массой. На этот раз — точно на наш пятачок.

Мне никогда ещё не приходилось прыгать с такой высоты. Я сиганул, не раздумывая и не оглядываясь на спутников — сейчас надо было о себе позаботиться. И это становилось лучшей помощью товарищам — не обременять их собой. Перекатившись и вскочив на ноги, оглянулся — змея сшибла часть скального гребня, который с грохотом и в тучах пыли сполз вниз вместе с Ниршавом, не успевшим прыгнуть. Аштия, сумевшая перескочить на крупный скальный зуб рядышком, выждала момент и спустилась на землю. Мимо зубастых валунов, слегка ошеломлённых каменным обстрелом, мимо лениво шевелящегося змеиного тела.

— Жив, шуршалка? — осведомилась она, слегка пнув офицера в бок.

— Итить… Встаю, встаю, хорош нагрудником звенеть!

— Разбаловался у меня. Вернёмся домой, отправлю тебя на строевую и полевую подготовку.

— Тебя никогда не хватит на такую жестокость по отношению к человеку, с которым ты вместе всё это прошла… Да встаю, встаю! Вот бабы!

— Они определённо во всём виноваты, — подтвердил я и принял на «когти» ошалевшую от всего происходящего демонскую птичку. Швырнул то, что от неё осталось, на камни, резал сапогом. Тоник пока действовал. — Коварные!

— Виноваты, виноваты. Ходу!

По камням мы скакали недолго. Потом перед нами возник небольшой лабиринт из скальных стенок и «зубов», к счастью, совсем несложный, куда нам поневоле пришлось нырнуть, избегая нервных и порывистых атак змеи. Встав здесь на хвост и потом рухнув как попало. Она ненадолго закрыла своим телом коридор, это позволило нам слегка оторваться от преследователей, и только идиот не воспользовался бы такой возможностью.

Правда, стало понятно, что держаться в рамках облака мы больше не сможем — тут немыслимо было вскарабкаться наверх, на стены, и никак не свернуть. Разве что вернуться, но этот вариант никто из нас даже в шутку не рассматривал. Чтоб избегнуть встречи с демонами-каменюками, приходилось двигаться вперёд, и скоро нас плотным слоем окружил иной воздух, не такой разрежённый… А может, мне просто показалось? Я ничего особенного не ощутил, попав в облако покоя, однако теперь, покинув его, осознал это всем своим организмом, несмотря даже на тонизирующее.

Переглянувшись, мы прибавили скорость и через пару шагов просто сорвались на бег. Нам надо было выиграть хоть немного времени, чтоб воспрянувшие духом и силами в привычном фоне твари не сразу смогли нас нагнать. Больше всего я боялся, что сейчас мы влетим в какого-нибудь серьёзного монстра и даже с помощью магии будем разбираться с ним какое-то время, так что нас успеют нагнать.

Но потом лабиринт кончился, из тисков естественных каменных стен мы вырвались на простор долины, похожей на длинное вогнутое блюдо для рыбы. До предгорья оставалось совсем немного. В этот миг ликование и облегчение взорвалось в моём теле зарядом адреналина, я прибавил шагу — и тут перед нами стеной встало что-то, напоминающее лес колеблющихся под ветром мясистых трав или, скажем, водорослей.

Слева от меня возникла Аштия, она взмахнула диском, словно косой, и полоса ослепительно-режущего пламени скосила часть полос, а часть охватило огнём. Женщина сцапала меня за рукав и дёрнула за собой. Ниршав без какой-либо посторонней помощи, не дожидаясь указаний, нёсся вперёд с рёвом, словно собирался таранить ростки, ежели они снова появятся на нашем пути.

Я едва осознавал, что происходит у меня под ногами, и только перемахнув тот участок, где «росли» странные водоросли, сообразил — что-то не так. Обернулся — подобные ростки взметнулись к небу сразу же за нашей спиной. Ни на что не натолкнувшись, завихрились, закудрявились — и вдруг вздёрнули вверх тела тех существ, которые выпустили их в воздух. Существа показались мне бесформенными и оттого особенно страшными.

И, судя по всему, передвигаться могли очень быстро.

Я лишь пару раз обернулся. Это было слишком страшно. Расстояние между нами и новыми преследователями всё сокращалось, а за их рядком уже читались облики и прежних наших врагов — бодреньких валунов, змеи, птиц, на этот раз собравшихся в довольно-таки плотную стаю.

До предгорья оставалось недалеко. От нас до прибавивших скорости демонов — в десятки раз меньше. И проще было бежать не оглядываясь, в любой момент ожидая удара в спину. То, что он будет, я, собственно, не сомневался.

Потом земля ушла из-под ног. Уже удар? Нет, споткнулся, колено ободрал. Ерунда. Я вскочил, оглянулся на Аштию, вздёрнул её на ноги — оказывается, она тоже запнулась. Чуть не вывернул плечо — так трудно оказалось рывком поднимать на ноги окованную доспехами женщину. Ниршав скакал вперёд большими шагами, потом зацепился за валун, прокатился пару шагов и вскочил так легко, будто его кто-то подбросил. Его круглые от паники глаза я отлично видел сквозь наглазья шлема.

Потом Аштия упала снова, и сперва даже не сделала движения подскочить.

— Я больше не могу, — скрипнула она.

Потом стала подниматься. Как мне показалось — ошеломляюще медленно.

Я обернулся в панике, потому что не было сил удержать себя от этого. Просто узнать, сколько секунд я ещё проживу, просто понять, о чём успею подумать перед смертью…

Они застыли метрах в четырёх от нас — жуткое, подавляющее зрелище, как на средневековых гравюрах, изображающих ад или разгул эпидемии. Они не двигались с места, хотя явно хотели это сделать, вздрагивали, и некоторые из них даже, заметив, что мы остановились, скудно двинулись вперёд, но тут же отступили обратно.


Глава 6 Облако покоя | Тропа смерти | Глава 8 Развалины и воспоминания