home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 20

Бейрут, Амман

Когда Омар Садики приехал на встречу с Феррисом в отель «Финикия» в Бейруте, он выглядел чрезвычайно робким. Отель, сохранивший свой показной блеск среди руин былого величия Бейрута, впечатлил его. Иорданец пытался не улыбаться, но его рот сам растягивался все шире и шире, и мозоль от молитвенных поклонов на лбу сжалась в маленькое красное пятнышко. Феррис не понимал, почему это он себя так странно ведет, пока не увидел договор подряда. «Аль Фаджер» установила сумму подряда едва ли не вдвое дороже первоначальной цифры, предложенной Феррисом. Можно себе только представить, какой откат пойдет в карманы администраторов «Аль Фаджер» в Аммане от застройщиков из Абу-Даби. Неудивительно, что Садики ухмылялся так, будто хотел заставить собеседника жрать дерьмо. У него есть возможность отпугнуть неверных. Феррис на мгновение задумался, как должен среагировать на такую ситуацию Брэд Скэнлон. Проведя пальцами по кончикам бутафорских усов, он сделал вид, что обдумывает ситуацию.

Он отвел Садики на террасу и усадил его в чугунное кресло. Отсюда открывался чудесный вид на бухту Бейрута, Джуни и скалистый склон горы Ливан. Стояла поздняя осень, но солнце светило очень ярко, воздух был сухой и свежий, такой, что можно было разглядеть даже вершину горы, а на следы бомб, десятилетиями засыпавших эту землю, смотреть не хотелось. Феррис заказал в номер кофе и принялся за переговоры об оценках стоимости и подрядах. Поглядев на числа в бумагах Садики, он покачал головой и вынул калькулятор, сделав вид, что производит собственные расчеты, поглядывая в блокнот. Проверив все, он снял очки в массивной черной оправе и потер глаза.

— Это слишком дорого, — сказал он. — Мой шеф такого не утвердит.

— Помилуйте, мистер Скэнлон. Работая с «Аль Фаджер», вы будете уверены, что все будет сделано по высшему классу. Именно поэтому у нас такая хорошая репутация. Вследствие высокого качества работы. Ведь вы обратились к нам по этой причине, правда?

— Послушайте, Омар, друг мой. Безусловно, мы хотим получить наилучший результат, но мы не строим дворец. Вы же понимаете, мы — банк, нам следует аккуратно обращаться с деньгами, иначе люди перестанут доверять нам. Как я уже сказал, даже если лично я приму эти условия, их ни за что не утвердит мое начальство. Иначе этот филиал станет самым дорогим учреждением Юнибанка во всем мире. Нам следует договориться о более низкой цене.

Садики кивнул, и Феррис понял, что поступил правильно. Безусловно, первоначальная цена завышена. Здешняя жизнь — базар. И если американцы настолько тупы, чтобы сразу заплатить огромные деньги, зачем их останавливать?

— В рамках любого проекта можно добиться снижения цены, сэр. Мы можем попросить некоторых наших подрядчиков в Абу-Даби пересмотреть цены. Вы дали нам слишком мало времени, поэтому расчеты весьма приблизительны. На какую сумму вы рассчитывали, берясь за этот проект?

Феррис снова посмотрел в блокнот и принялся считать на калькуляторе. Он решил ускорить события, надеясь, что это не покажется Садики подозрительным.

— Думаю, начальство утвердит смету, если расходы окажутся примерно на двадцать пять процентов ниже, чем рассчитанные вами.

— Вероятно, вы не слишком хорошо разбираетесь в строительном бизнесе, мистер Скэнлон, — сказал Садики.

Феррис поежился. В тоне собеседника было что-то такое, что наводило на подозрения, что Садики раскусил его игру.

— Что вы хотите этим сказать? — резко спросил он.

Иорданец немедленно пошел на попятный.

— Двадцать пять процентов — слишком много. Для этого придется пожертвовать качеством. Не думаю, что вас это обрадует, даже за такую цену.

— Что ж, вот что я вам скажу. Назовите свою последнюю цену, ближайшую к моей, на двадцать пять процентов более низкой, чем ваша первоначальная. Я не стану драться с вами за каждый пенни, но постарайтесь сэкономить везде, где только возможно. Если вы сумеете сделать это, думаю, мы договоримся.

Садики сказал, что ему нужно позвонить в Амман, главному менеджеру. Они некоторое время разговаривали по-арабски, торгуясь, и Садики сделал пометки в своих бумагах. Потом он позвонил в Абу-Даби. Но посреди его разговора с ближайшего минарета прозвучал голос муэдзина, призывавшего правоверных к намазу. Ему эхом отдались такие же голоса с десятка других минаретов западной части Бейрута. Садики извинился и вышел в другую комнату, чтобы совершить молитву.

Он вернулся, явно посвежевший умом и духом. Без сомнения, он истый верующий. Извинившись за задержку, он закончил телефонный разговор. После споров с двумя субподрядчиками из Эмиратов он снова взялся за свои бумаги и через пару минут сообщил свою цену: половину от того, о чем просил Феррис. Когда они только начинали торговаться, Феррис примерно на это и рассчитывал, поэтому согласился и предложил назначить дополнительную встречу, через пару недель в Аммане, чтобы утвердить окончательную смету по проекту и сам проект. Встреча на территории Иордании нарушит режим секретности, установленный Хофманом, но это будет всего лишь раз, да и Феррису хотелось побольше побыть рядом с Алисой.

— Вот еще что, — сказал он, когда они уже были готовы скрепить договор рукопожатием, — пока вы в Бейруте, я хотел бы, чтобы вы встретились с нашим консультантом по безопасности, Хуссейном Ханафи. Это необычный человек. Думаю, он раньше был связан с… экстремистами, сами понимаете.

Сейчас Ханафи консультирует международные компании по вопросам безопасности, разъяснил Феррис. Отлично разбирается во всех этих брандмауэрах, электронных системах расчетов и интернет-безопасности. Поскольку он будет визировать окончательную версию проекта, было бы правильно посоветоваться с ним прямо сейчас.

Садики улыбнулся и кивнул. Похоже, его это не обеспокоило.

Консультант работал в Фахани, в Западном Бейруте, там, где когда-то располагалась штаб-квартира бойцов Ясира Арафата. В последнее время этот район стал местом неформальных встреч суннитов-фундаменталистов, которых было не слишком много в этом городе. Когда водитель направил машину в лабиринт переулков, Садики слегка занервничал. Не за себя, а за принимавшего его человека. На этой бандитской территории не место американцу, такому как мистер Брэд Скэнлон.

Когда они приехали к дому, где работал Ханафи, они увидели вывеску в окне второго этажа. «XX Глобал солюшнз». Садики взял Ферриса за руку, словно чтобы защитить его, и повел вверх по лестнице. Кто здесь главный, подумал было Феррис, но позволил Садики исполнять эту роль. Они вошли в офис, ярко освещенный, свежевыкрашенный и уставленный новой мебелью. За столом сидела женщина с платком на голове. Как только они вошли, она ткнула кнопку селектора, и им навстречу вышел мужчина-араб с глазами-бусинками, спрятанными под толстыми очками. Он представился Хуссейном Ханафи и повел их в кабинет, где стояли несколько компьютеров и книжный шкаф, забитый томами технических руководств «Майкрософт», «Оракл» и «Симантек».

Ханафи был настоящим компьютерным маньяком, уж это можно было сказать точно. Ливанское Второе управление следило за ним с момента его возвращения из Афганистана в 1998 году. Он потихоньку вел свое дело, консультировал администраторов нескольких джихадистских сайтов, собственно, откуда о нем и узнал Сами Азхар. Если он и подозревал о том, на кого он стал работать на самом деле, когда Азхар завербовал его в число своих провайдеров для тайных операций в Интернете, то, во всяком случае, не подавал виду. Это была ценная находка — реальный человек, с именем, которое многие деятели подполья хорошо знают. Команда Хофмана тайком установила в его кабинете две миниатюрные видеокамеры и микрофон.

Ханафи принялся говорить с архитектором на смеси английского и арабского, с ходу излагая список требований компьютерного обеспечения, которые повлияют на проект нового здания. Феррис сделал вид, что с трудом понимает, о чем речь, и спустя десять минут извинился и сказал, что покидает их, поскольку они и сами решат, как лучше всего выполнить проект здания в Абу-Даби. После того как Феррис уехал на машине, Садики и Ханафи разговаривали еще час, смеясь и шутя. Выяснилось, что у них даже есть общие друзья. И все это время не выключалась видео- и звукозапись, регистрируя все новую информацию.


У Ферриса в Аммане появился новый помощник, Аджит Сингх, низкорослый гибкий индус с темно-коричневой кожей и постоянной непроницаемой улыбкой на лице, гражданин США. Подобно своим сверстникам, он обычно ходил в бейсболке, иногда поворачивая ее козырьком назад или набок. Азхар послал его в Амман, чтобы помочь Феррису разобраться в технических аспектах операции.

Интересный человек этот Аджит. Его отец нашел свою удачу в Силиконовой долине, сначала создав программу управления запасами товаров и продав ее сети «Уолмарт», а потом грамотно вложив заработанные деньги в компании, где работали инженерами его соотечественники-индусы. Юный Аджит, едва закончив Стэнфордский университет, уже был готов начать головокружительную карьеру, но вместо этого пошел на работу в Управление. Чтобы отомстить. После получения диплома он ездил на семейный праздник к родственникам в Кашмир, а спустя всего полгода несколько его родственников погибли в результате взрыва, устроенного террористом-смертником из «Аль-Каеды». Обсудив ситуацию с отцом и матерью, которые, как и большинство преуспевающих иммигрантов, были исполнены своеобразного патриотизма по отношению к Америке, Аджит Сингх пошел работать в ЦРУ. Его необычайное умение — в первые же месяцы работы он зарекомендовал себя как один из лучших хакеров всего Управления — привлекло внимание Азхара, который и заманил его в их «черную дыру», тайный мозговой центр.

Аджит Сингх мог делать с компьютерами буквально все. Не хуже дело обстояло и с языками, которые для него были всего лишь очередными наборами символов, такими же, как компьютерные программы. За считанные месяцы после начала работы, ставшей делом его жизни, он научился читать и писать по-арабски. Он создавал веб-сайты, управлял ими, встраивал в них специальные пароли, позволяющие разведчикам отслеживать людей после того, как они хотя бы раз посетили определенный сайт. Когда он принялся обустраивать свою мастерскую в Аммане, Феррис отдал ему под нее бывший кабинет Фрэнсиса Элдерсона, так никем до сих пор и не занятый. Сингх набил его серверами, мониторами с плоским экраном и разнообразной компьютерной периферией. Местному отделению УНБ пришлось прислать целую команду техников, чтобы подключить эту аппаратуру к своему центру слежения.

На стене своей мастерской Сингх повесил маленький плакатик. «Люди глупы». Это был девиз, под которым он добился успеха. Люди достаточно глупы, чтобы набирать пароли доступа на компьютерах, к которым можно подключиться извне и регистрировать каждое прикосновение к клавиатуре. Достаточно глупы, чтобы не понимать, что каждый раз, когда они посещают веб-сайт, они оставляют там свой цифровой идентификатор, который сопровождает их во всех путешествиях по Интернету. Достаточно глупы, чтобы не понимать, что всякий раз, когда они выходят в Интернет, с жесткого диска из компьютера можно своровать информацию. Настолько глупы, что даже не задумываются, что любой ноутбук или мобильный телефон с включенным каналом Bluetooth представляют собой самый настоящий радиомаяк. И что самое главное, все эти глупейшие вещи они делают именно тогда, когда думают, что приняли все возможные меры предосторожности.

Сингх должен был управлять информационным аспектом проводимой Феррисом операции. Он собрал воедино все адреса и имена, полученные после обыска в номере отеля в Абу-Даби, где останавливался Омар Садики. Взял всю информацию, скачанную с жесткого диска ноутбука Садики, и вывернул ее наизнанку в поисках того, что можно было бы использовать. Коллеги подозревали, что он спит на полу своего кабинета, поскольку он всегда оказывался на работе раньше их, а когда они уходили, он все еще сидел за своими компьютерами. Иногда, конечно, они видели его в кафетерии слушающим музыку через наушники своего iPod и жующим картофель-фри. Во всем остальном он оставался самым настоящим призраком.

Пробыв в Аммане примерно десять дней, Сингх попросил Ферриса о встрече. Он говорил очень воодушевленно, и Феррис поинтересовался, что же он там откопал. Они встретились ближе к вечеру в этот же день.

— Я вижу узлы, — торжественно провозгласил Сингх, неожиданно широко улыбаясь. На нем была футболка с логотипом «Истериков», нью-йоркской панк-рок-группы, его любимой, и желтый браслет, ярко выделявшийся на его темной коже.

— Молодец, — ответил Феррис.

Он понятия не имел, о чем это говорит юный индус.

— Узлы, — повторил Сингх, разочарованно глядя на Ферриса, будто думая, что тот и сам знает все, о чем он хотел рассказать. — Я нашел узловые точки сети, в которую вы хотите проникнуть. Или что вы там еще хотите сделать. Даже не говорите. Мне не надо этого знать. Суть в том, что у нас все есть. Я начал работать над этим еще дома, с Сами и его людьми, и теперь у нас есть абсолютно все. Ваш расчудесный архитектор мистер Садики качал информацию с джихадистских сайтов тоннами. Мы держим под контролем примерно половину этих серверов и знаем, кто еще ими пользуется. Знаем, кто заходит туда раз в год по обещанию, а кто — постоянно и всерьез. Так что у нас есть картинка, типа, его сообщества. В смысле виртуального сообщества. Круто, а?

— Очень круто. Но я бы хотел, чтобы ты сосредоточил внимание на его друзьях по мечети, группе «Ихван Исан». Это те связи, с которых мы начнем. Эти люди неприступны, а он хорошо с ними знаком. С этого можно начать построение легенды.

— Еще бы. Я сопоставил людей из его группы, а также их родных и двоюродных братьев со списками посетителей джихадистских веб-сайтов, которые, как нам известно, передают оперативную информацию «Аль-Каеды». Наши ребята в Штатах отслеживают их имена и кредитные карты. Даже если они купят сувенир в Карачи или позвонят из таксофона рядом с салафистской мечетью в Бирмингеме, мы узнаем об этом. Мы накрыли реальную сеть, и осталось лишь поджечь ее.

— Круто, — снова сказал Феррис, на сей раз с искренним восхищением. — Не забывай, нам надо выставить Садики самым настоящим джихадистом. Не просто посетителем экстремистских веб-сайтов, а человеком, который планирует и проводит операции.

— Ага-а-а… — протянул Сингх. Так говорят дети, вместо того чтобы сказать «ес-те-ствен-но». — Что я готов делать уже сейчас, так это посылать от имени Садики послания другим членам этого сообщества, настоящим джихадистам, в те самые узлы. Я открыл для него почтовый адрес, о котором он сам никогда не узнает. Но теперь нужна ваша помощь. Какие сообщения я должен послать? Напишите их, я же просто техник.

Феррис задумался. Послания должны быть убедительными, но в то же время достаточно неопределенными. Чтобы подразумевалось, что Садики кто-то наделил высокими полномочиями, и чтобы это не выглядело вызывающе. И нужно обозначить дату спланированной им и Хофманом операции, 22 декабря, перед рождественскими каникулами.

Он думал где-то полминуты, сделав несколько заметок, и наконец составил три фразы на арабском, которые и прочитал вслух Сингху.

— «Учитель сказал мне подготовить урок. Мы ищем подходящее место для проповеди. Мы приветствуем наших братьев и просим помощи у Аллаха».

— Чудесно, — сказал Сингх. — Учитель. Урок. Это сработает.

— Мы отправим еще парочку других, чтобы не вышло так, что все получат одно и то же письмо. И составим несколько ответов, чтобы послать их тем, кто ответит на его письмо. Дай-ка я еще подумаю.

Феррис снова принялся составлять фразы на арабском, а Сингх воткнул в уши наушники и включил музыку.

— Послушай-ка, — спустя несколько минут сказал Феррис, дернув за провод наушников, чтобы вернуть Сингха из его рок-н-ролльного мира, — «Во имя Аллаха, мы благодарим братьев, уготовляющих нам путь. Праздник грядет. Аллах велик.»

— Конкретно круто, — сказал Сингх.

Феррис работал еще с час, составляя письма и ответы на них. Сингх взял с собой готовые и пошел в свой кабинет, чтобы разослать их от лица Садики десяткам людей, выбранных ими в этом виртуальном сообществе. Сингх снабдил каждое письмо прескриптумом на арабском, который гласил: «Дорогой брат, если мы встретимся, прости меня, что мне приходится хранить молчание». Если адресат встретится с Садики в реальном мире и услышит от него протесты и заверения в том, что он никогда не посылал письма, то человек сделает вывод, что Садики просто заметает следы своих действий.

Сингх принялся ждать, когда созреет его электронный урожай. Пара человек не ответили вовсе. Остальные ответили, отправив письма на адрес, который, как они думали, принадлежит Садики, но письма получал Аджит. Он продолжал отвечать, короткими и заманчивыми фразами, придуманными Феррисом, тонко намекая на подробности предстоящей операции в канун Рождества. Трое адресатов переслали письмо Садики на другие серверы, снабдив их удивленными комментариями, типа «Он что, наш?» или «Это взаправду?». Команда Азхара получила в свои руки новые адреса электронной почты и серверов, которые можно было отслеживать, выстраивая виртуальную дорогу к Сулейману, ближе и ближе, байт за байтом.


Глава 19 | Совокупность лжи | Глава 21