home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 38

Бонни знала, что отправляется на смерть.

Она уже предвидела это - деревья, которые двигались как люди, с их уродливыми лицами и толстыми, узловатыми конечностями - окружили небольшую группу людей в старом лесу. Она услышала рык большой черной собаки, на миг промелькнувшей в свете ее фонаря. В семье Бонни существовала одна примета, связанная с собаками: в след за рыком приходила смерть.

Теперь смерть придет за ней.

Но она молчала, даже когда доктор Альберт спросил: «Во имя Небес, что это?». Бонни пыталась быть смелой. Мередит и Мэтт были смелыми. Было в них что-то, заставляющее идти вперед даже в тех ситуациях, в которых нормальные люди убежали бы и спрятались. Они были хорошей командой. Конечно, доктор Альберт тоже был сильным и надежным, и миссис Флауэрс, решившая, что подростки являются ее собственностью и нуждаются в заботе.

Бонни тоже хотела казаться смелой. Она приподняла голову, прислушиваясь к шорохам и пытаясь найти Елену, если не с помощью слуха- то своими психическими способностями. Было трудно использовать два вида слуха одновременно. Слишком много она слышала собственными ушами: различные шорохи в тишине и шепот кустарника, в котором никого не было. От Елены не было ни звука. Даже когда Бонни начала звать ее снова и снова: Елена, Елена, Елена!

Она снова человек, наконец, с грустью поняла Бонни. Она не может меня слышать или ответить. Из всех нас она единственная, чудом сумевшая спастись.

Это было после того, как первые Древо-люди появились перед группой искателей. Казалось, детский кошмар воплотился в жизнь, когда внезапно деревья-гиганты начали двигаться, превращая длинные ветки в руки, в оружие. Все с криком пытались убежать подальше.

Бонни никогда не забудет как Мэтт и Мередит пытались помочь ей сбежать.

Древо-человек был нетороплив. Но когда они развернулись, пытаясь сбежать, оказалось, что позади стоит еще одно. И справа и слева. Они были окружены.

Они были как загнанный скот, как рабы. Тех, то пытался сопротивляться, деревья били по голове, связывали ветвями и с помощью небольшой повязки на ноге тащили за собой.

Их поймали, но не убили. Возможно, им была уготована другая участь. Не трудно догадаться какая: фактически у Бонни было много вариантов. Это была иллюзия выбора, который был уже сделан за них.

В конце, кажется после часов ходьбы, Бонни начала узнавать вещи. Они собирались вернуться в пансион снова. Теперь их туда тащат. Машина Кэролайн была снаружи. В доме горел свет, хотя несколько окон оставались темными.

Палачи уже ждали их.

И теперь, после просьб и криков, она попыталась снова стать смелой.

Когда этот парень со странной прической сказал, что она будет первой, она точно поняла что он имел ввиду и как она умрет и внезапно ей стало страшно. Но она не собиралась кричать.

Она видела неясные тени в окне, но Дамон рассмеялся, когда Древо-люди начали срывать с нее одежду. Теперь он смеялся, наблюдая как Мередит связывает садовый куст. Она не попросит у него помощи. Не теперь, когда это не будет иметь никакого смысла.

Теперь она упала на спину, ее руки и ноги были связаны, она была абсолютно беспомощной в тех лоскутах, что остались от ее одежды. Она хотела, чтобы ее убили первой, чтобы не видеть как Мередит разрывается на куски.

Крик поднимался в ней подобно змее, когда она увидела Елену, находившуюся высоко над белой сосной.

- Крылья ветра,- прошептала Елена, все быстрее проносясь над землей.

Они появлялись из ниоткуда, словно находясь в Елене. Они были неосязаемыми, около сорока футов в развороте, они были словно сотканы из золотистой паутины, по цвету похожего на Балтийский янтарь , медленно переходящий в слабый цетрин(pale citrine) на концах. Они все еще держали ее в воздухе, медленно двигаясь вверх-вниз, они помогали ей лететь навстречу ветру, неся к месту, где ей придется идти пешком.

Не к Бонни. Это то, чего они ждали. С высоты ее полета она видела Бонни, но никак не могла придумать как освободить ее от пут и снова подняться вверх.

Вместо этого Елена в последний момент свернула на вдовью площадку("вдовья площадка" -площадка с перильцами на крыше прибрежного дома, где жёны моряков ожидали своих мужей, здесь имеется ввиду крыша пансиона),выхватила из поднятой руки Мередит садовые ножницы, и затем отрезала прядь длинных шелковистых красновато-черных волос. Мисао закричала, а потом…

Это началось когда Елене действительно нужна была поддержка. Ей нужны были силы для полета, а пока она просто парила. Ей нужны были положительные эмоции, чтобы сделать хотя бы взмах. Такие как… как когда она впервые поцеловала Стефана. Другие девушки ждали бы инициативы от парня, но не Елена. Кроме того Стефан считал поцелуи прелюдией для жертвы и она стала первой, от которой он ничего не требовал взамен.

И теперь ей действительно нужно лететь.

Я знаю, что могу…

Но Мисао была не так проста, и память Елены ослабевала. Огромные золотые крылья становились меньше. Шиничи пытался заставить ветви плюща подняться вверх и схватить Елену, а Дамон удерживал Мередит неподвижной.

Слишком поздно Елена поняла, что ее план не сработает.

Она была одна против всех. Их было слишком много.

Она была одна, и боль заставляла ее повернуть назад. Мисао делала ее все тяжелее, и крылья начинали дрожать. Было слишком тяжело держаться в воздухе и через пару минут она уже не сможет держаться.

Она была одна и как любой человек скоро умрет.

И потом, через агонию, скрутившую ее тело, она услышала голос Стефана:

- Елена! Перестань бороться! Просто падай, и я поймаю тебя!

Как странно, подумала Елена, как будто во сне. Его любовь и паника звучали в голосе, делая его другим. Делая его похожим на:

- Елена! Я с тобой!- сказал Дамон.

Словно выпрыгнув из сна, Елена осмотрелось вокруг. Внизу был Дамон, он стоял перед Мередит, словно защищая ее, и смотрел на Елену. Его губы продолжали шевелиться.

Он был с ней.

- Мередит,- продолжил он,- девушка, но это не повод страдать лунатизмом! Твои друзья нуждаются в тебе! И Елена нуждается!

Медленно Мередит посмотрела вверх. Ее глаза остановились на золотых крыльях Елены. И Елена увидела в ее глазах желание жить и немедленно действовать.

- Елена,- прокричала Мередит. – Я с тобой! Елена!

Как она знала, что сказать? Ответ был прост: Мередит на то и Мередит. И она всегда знала что говорить.

Теперь она услышала крик Мэтта:

-Елена,- радостно кричал он,- Я с тобой! Елена!

И глубокий голос доктора Альберта:

- Елена, я с тобой! Елена!

И на удивление стойкий вскрик миссис Флауэрс:

-Елена, я с тобой! Елена!

И даже тихий шепот Бонни:

- Елена, мы все с тобой! Елена!

И где-то глубоко в сердце голос Стефана шептал: «Я с тобой, мой ангел»

- Мы все с тобой, Елена!

Она не бросила Мисао. Ее крылья вновь подхватили поток воздуха, и хоть она и не могла управлять полетом, но уже держалась в воздухе более устойчиво. Она все еще смотрела вниз на Дамона. Смотрела, и слезы капали из глаз. Елена не знала, почему она плачет, но часть ее всегда будет стыдиться того, что она могла сомневаться в нем.

Потому что Дамон был не просто на ее стороне. Прежде она ошибалась, а он был готов отдать за нее жизнь. Он боролся с ветвями лозы, спасая Мередит и Елену.

Это задерживало Мисао, но Шиничи, успевший превратится в лиса, пытался допрыгнуть до Елены, чтобы разорвать ей глотку. Он не был похож на настоящего лиса. Он был огромным, как волк и свирепым как росомаха.

Тем временем вдовья площадка полностью скрылась под зарослями лозы, по которым поднимался Шинчи. Елена не знала, каким путем ей избежать столкновения. Ей нужно было время, чтобы собраться с собой и справиться со всем этим.

Кэролайн закричала, и Елена, проследилаза ее взглядом. В своем подсознании, которое она также направила на промежуток между ветками, в которые бросилась сама, она знала, что держит Мисао за волосы. Это должно было быть чрезвычайно болезненным для женщины-лисы, потому что та уже качалась взад-вперед, подобно маятнику, ниже Елены.

Елене было достаточно одного взгляда, чтобы увидеть, что делал Дамон за ее спиной. Он двигался быстрее всех, кого она знала. Он держал Мередит на руках и торопился отнести ее к выходу. Как только она вошла –то сразу появилась внизу, направляясь к Бонни, распятой на своеобразном алтаре только чтобы врезаться в одного из Древо-людей. В то же время Дамон уже подлетел к Елене. Их глаза встретились, и что-то промелькнуло между ними как удар электричества. Ее тело покрылось мелкими мурашками от его взгляда.

Потом она снова сфокусировала свой взгляд на кричащей Кэролайн. Воспользовавшись ее замешательством Мисао использовала свой хлыст и схватила Елену за ногу, подзывая на подмогу одного из Древо-людей. Елене нужно было подняться выше. Она не представляла как управлять своими золотыми крыльями, но они сами откликнулись на ее мысли. Словно она всегда имела их. Хитрость была не в том, чтобы думать как лететь, важнее было где она хотела оказаться.

С другой стороны Древо-человек начал расти. Это было похоже на детский кошмар о гигантах. Это заставило Елену почувствовать себя маленькой и беспомощной. Древо-человек уже возвышался над крышей пансиона, а Мисао вновь умудрилась обхватить ногу Елены хлыстом. Джинсы Елены превратились в клочья. Она вскрикнула от боли.

Я должна взлететь выше.

Я смогу сделать это.

Я хочу спасти вас всех.

Я верю.

Быстрее, чем взмах крыла колибри, она взмыла вверх, все еще держа Мисао за ее длинные черно-красные волосы. Мисао закричала потому, что Шиничи веселился, даже сражаясь с Дамоном.

Как она с Дамоном и надеялась, как они и планировали, Мисао обратилась в свое настоящие обличие и Елена уже держала корчащуюся лису за загривок.

Елене было трудно держать равновесие. Она должна была помнить, что Мисао, с ее шестью хвостами, весит больше обычной лисы.

К тому времени она снова оказалась над Древо-человеком, слишком медленным, чтобы достать до нее. План работал отлично. Кроме этого Дамон, из всех людей, забыл, что именно он должен делать. За долго до вступления плана в силу, Дамон обманул Шиничи и Мисао, и Елена тоже. Теперь, согласно плану, он должен был защищать любых невинных прохожих, пока Елена исполняла роль приманки, отвлекая Шиничи.

Но вместо этого что-то внутри у него натянулось, и он, методично избивая Шиничи обратился к его подсознанию:

- Черт… ты! Где… мой… брат?

- Я могу убить тебя прямо сейчас,- закричал в ответ Шиничи. Ему не хватало воздуха, и он не считал Дамона легким оппонентом.

- Ну, давай,- Дамон медленно обернулся- А потом она,- продолжил он, указывая на парящую Елену. -Перережет горло твоей сестре.

Презрение Шиничи было резким:

- Ты думаешь, я поверю, что девушка с такой аурой способно на убийство?

Иногда приходит время, когда нужно быть сильным как камень. И для Елены, горящей силой и славой, время пришло. Она глубоко вдохнула, мысленно попросила прощения у Вселенной, и полетела к земле стрелой. Она прижала к себе ношу так сильно, как могла.

Красный, с черным кончиком хвост лисицы скрутился и упал на землю, а Мисао закричала от боли и ярости. Он упал прямо по центру поляны, извиваясь, словно змея. А потом просто исчез.

Теперь Шиничи действительно закричал.

- Ты хоть знаешь, что сделала, невежественная сука? Я сровняю это место с землей! Я порву тебя на куски!

- Ну да, конечно ты это сделаешь. Но сначала,- с издевкой сознательно произнес Дамон.- Ты должен пройти мимо меня.

Елена едва слышала его слова. Для нее было нелегко сжимать ножницы. Она думала о жизни и ножницах в ее руках, а Бонни, распятой на алтаре, о Мэтте, ранее корчившемуся на земле. И о миссис Флауэрс, и о трех потерявшихся маленьких девочки, и о Изобель, и о сделке со Стефаном.

Но с тех пор, как ее руки окропила чужая кровь, у нее появилось новое чувство ответственности. Словно ледяной ветер подул в ее лицо, отбрасывая волосы за спину, и говоря в ее замороженное, задыхающееся лицо: « Никогда, без причины. Никогда, без необходимости. Никогда, только если нет другого пути».

Елена почувствовала, что внутренне выросла. Слишком быстро, чтобы успеть попрощаться с детством, она стала воином.

- Все вы думали, что я не могу бороться,- произнесла она, обращаясь к близнецам.- Вы ошибались. Вы думали, что я стала бессильной. Вы снова ошиблись. И я использую остатки своих Сил в этом бою, потому что вы двое - настоящие монстры. Нет, вы отвратительны. И если я умру, я буду отдыхать рядом с Онорией Фелл и наблюдать за церковью Фелла снова.

- Церковь Фелла сгниет или ее сожрут извивающиеся личинки,- прошептал голос около ее уха. Это был низкий бас, не имеющий ничего общего с пронзительным криком Мисао. Даже не оборачиваясь, Елена поняла, что к ней обратилась белая сосна. Жесткий чешуйчатый сук, облепленный иглами с ядом, врезался в ее живот и она, утратив равновесие, разжала руку. Мисао спасалась, зарываясь в ветви рождественского дерева.

- Плохие… деревья… отправляйтесь… в… Ад, - Елена заплакала, и направила весь свой вес, переходя в атаку. Она направилась к основанию дерева и обрезала ножницами длинную ветку, а из раны потекла смола, показывая место ранения.

Она обернулась в поисках Мисао. Лис найти не так просто, как хотелось. Не так просто, как огромное дерево. Елена посмотрела на обрубок хвоста. Как ни странно, на лисах не было никаких следов крови или травм.

Наверно поэтому она не может стать человеком? Из-за отрезанного хвоста? Даже если бы после превращения она оказалась голой, а по опыту других оборотней это было именно так, она была бы в лучшем состоянии, чтобы спуститься с дерева.

Мисао наконец выбрала окончательный вариант спуска- прыгая с ветки на ветку, что вполне позволяло ее лисье обличие. Это означало, что она только пока на десять метров ниже Елены.

Все, что нужно было Елене, это проскользнуть мимо еловых иголок и потом затормозить с помощью крыльев или чего-нибудь еще. Если она верит в свои крылья. Если Дерево не погонится за ней.

- Ты слишком медлительно,- закричала Елена. Потом она побежала, чтобы преодолеть расстояние, неподвластное простому человеку.

Пока не увидела Бонни.

Бонни все еще лежала на жертвеннике, бледная и холодная на вид. Теперь четверо Древо-людей держали ее за руки и за ноги. Они начали растягивать ее, каждый на себя, с такой силой, что ее тело уже зависло в воздухе.

И Бонни проснулась. Но не кричала. Она не хотела привлекать к себе внимания, и Елена почувствовала прилив любви, ужаса и отчаяния. Вот почему она не хотела привлекать к себе внимания. Она хотела, чтобы главные игроки боролись со своими врагами, не задумываясь о ее спасении.

Древо-люди подались назад, и лицо Бонни исказила агония.

Елена должна была добраться до Мисао. Обе лисы были ключами, на пути ее поисков Стефана. Только Мисао и Шиничи знали где он. Она посмотрела на темное небо, казавшееся еще более темным с тех пор, как она на нетто смотрела в последний раз. Она искала в нем ответы, но всепоглощающая темнота молчала. Она посмотрела вниз. Мисао еще немного продвинулась на пути к спасению. Если она ее упустит… она любила Стефана. Но Бонни - Бонни была ее подругой с самого детства…

И тогда она придумала план Б.

Дамон сражался с Шиничи. Ну, или пытался.

Шиничи всегда был на сантиметр от кулака Дамона. Кулак другой руки Шиничи попал в свою цель, и лицо Дамона стало похожим на кровавую массу.

- Используй лес,- внезапно закричала Мисао странным голосом, так не похожим на ее детский писк.- Вы мужчины - идиоты! Думаете только о своих кулаках!

Шиничи сломал столб, поддерживающий вдовью площадку, одной рукой, демонстрируя свою силу. Дамон блаженно улыбнулся. Елена знала, что он будет наслаждаться этим, даже если щепки будут оставлять раны на его теле. Елена закричала: « Дамон, посмотри вниз!» . Ее голос казался слабым и сконфуженным на фоне криков ярости и рыданий, разносившихся в округе- «Дамон, взгляни вниз на Бонни!»

Ничего ранее не могло ослабить концентрацию Дамона, ведь он был намерен узнать где они держат Стефана, а потом убить Шиничи.

Но услышав слова Елены, Дамон немедленно обернулся. Он посмотрел вниз.

- Клетку,- орал Шиничи.- Построй мне клетку.

Ветви деревьев наклонились, отрезая его и Дамона от внешнего мира, сдерживая их внутри.

Древо-люди наклонялись все больше. Не обращая внимания на себя, Бонни закричала.

- Вот видишь? – засмеялся Шиничи.- Все твои друзья умрут в агонии, или, что хуже, мы заберем вас одного за другим!

Это было тогда, когда Дамон, казалось, действительно сошел с ума. Он начал перемещаться подобно ртути, подобно прыгающему пламени, подобно некому животному с рефлексами намного более быстрыми чем у Шиничи. Теперь в его руке появился меч , вызванный волшебными ключами дома, и меч отсекал все ветки, пытавшиеся добраться до него. И тогда он взлетел, перепрыгивая через перила вот уже второй раз за эту ночь.

Только на этот раз баланс Дамона был идеальным и он подобно кошке, изящно приземлился рядом с Бонни, не повредив не одной кости. И тогда его меч, подобно светящейся дуге, сметая на пути все ветви, связывающие руки Бонни.

В следующий миг она уже пыталась стать на ноги, придерживаемая Дамоном, который легко спрыгнув с алтаря, отнес их в тень около дома.

Елена перевела дух и вернулась к своим собственным делам. Ее сердце билось быстро и сильно, с радостью, гордостью и благодарностью, но вдруг было словно скованно болезненными иглами ведь Мисао удалось юркнуть из под ее наблюдения известными только ей способами. Как не вовремя.

Но она все же смогла схватить лису за шкирку. Мисао издала странный, даже для животного, плач и укусила Елену за запястье так сильно, словно хотела слиться с ней воедино. Елена закусила губу, стараясь не кричать, и почувствовала вкус крови.

Разрушенное, умирающее и превращающееся в суглинки (Суглинок — осадочная горная порода, глина низкой пластичности) дерево прошептало Елене в ухо: «Твой вид может кормиться поим родственником лишь раз». Голос был древним, злым и очень-очень страшным.

Ноги Елены без промедления откликнулись на команду мозга. Изо всех сил она оттолкнулась от земли и крылья подняли ее в небо, удерживая над алтарем.

Она подтянула морду рычащей лисы чуть ближе к своему лицу, но так, чтобы ее нельзя было достать.

- Где две части вашего ключа,- спросила она.- Скажи мне или я отрежу тебе еще один хвост и буду его носить. Не обманывай себя, вы не только ими гордитесь, не так ли? В них содержится ваша сила. Как ты будешь чувствовать себя без нее?

- Как человек, но не такой как ты. Ты- урод,- теперь Мисао расхохоталась снова в ее задыхающемся собачьем пути, ее лисьи уши прижались к голове.

- Просто ответь на вопрос!

- Если ты сможешь понять мой ответ. Если я кажу тебе что один из них внутри серебряного соловья, это натолкнет тебя на мысли?

- Возможно, если ты объяснишь все чуть более ясно.

- Если я скажу, что один из них спрятан в балетном зале Blodwedd's, сможешь ли ты найти его, снова лиса усмехнулась, давая подсказки, ведущие в никуда или куда угодно.

- И это твой ответ?

- Нет, - резко закричала Мисао и задергала лапами как собака, вырывающая яму в земле. Только вместо земли она использовала живот Елены, чувствуя что ее когти хорошо повреждали тело. Она почувствовала ее падающую слезу.

- Я же сказала, что не собираюсь играться,- Елена плакала. Она подняла лису левой рукой, а в правой держала ножницы.

- Где первая часть ключа,- угрожающе спросила она.

- Поищи сама! Тебе всего-то весь мир обыскать и каждый кустик,- лиса оценивающе посмотрела на горло Елены, желая его порвать.

Елена напрягла руку и подняла лису чуть выше.

- Я предупреждала тебя, поэтому не делай вид, что тебе есть на что жаловаться!

Она сжала ножницы.

Мисао издала испуганный визг, потонувший в общем переполохе. Елена почувствовала еще большую усталость.

- Ты все лжешь, да? Посмотри вниз, если хочешь. Я ничего тебе не отрезала. Ты только услышала звук клацающих ножниц и уже закричала.

Мисао попыталась попасть когтем Елене в глаз. Ну хорошо. Теперь для Елены не существовало ни моральных ни этических проблем. Она не вызывала боли, просто использовала силу. Она начала резать ножницами еще и еще. Мисао закричала, проклиная ее, а под ними Древо-человек быстро уменьшался в росте.

- Где первая часть ключа?

- Отпусти меня и я скажу,- голос Мисао стал менее визгливым.

- Честное слово? Конечно, если ты можешь говорить о чести без смеха.

- Слово чести, лисы тоже ее имеют. Пожалуйста! Ты не можешь оставить лису без настоящего хвоста. Вот почему ты не причинила мне боли. Они- символ нашей чести. Но мой настоящий хвост находится посередине, с белым кончиком, если ты ранишь меня там, то увидишь кровь, оставляющую следы.- Мисао выглядела совсем испуганной и готовой к сотрудничеству.

Елена много знала об интуиции, которая вместе с ее мозгом и сердцем говорили ей не верить этому существу. Но она так хотела верить, надеяться…

Она медленно опустилась к земле и замерла на расстоянии пятидесяти фунтов сказала

- Ну хорошо, слово чести, каким же будет твой ответ?

Шестеро Древо - людей ожили вновь и начали протягивать к ней свои веткообразные пальцы.

Но они не застали Елену врасплох. Она не упустила свою хватку Мисао, только немного ослабив ее. Теперь она снова перехватила ее посильнее.

Волны силы начали подниматься в ней и она вновь взмыла к верху вдовьей площадки мимо взбешенного Шиничи и плачущей Кэролайн. Затем Елена встретилась глазами с Дамоном. Его взгляд был полон огня и гордости за нее. Она была полна жаркой свирепой страсти.

- Я не ангел,- объявила она тем, кто еще не понял этого. – Я не ангел и я не в духе. Я - Елена Гилберт, побывавшая на том свете. И прямо сейчас я собираюсь сделать все то, что могу, включая надрать чью-то задницу!

Внизу что-то зашумело, и она сначала не могла понять что. Потом до нее дошло, что это были ее друзья. Миссис Флауэрс и доктор Альберт, Мэтт и даже дикая Изобель. Они одобряли ее действия, и внезапно задний двор залился солнечным светом.

Это я такое делаю? Елена удивилась и поняла что она. Она освещала поляну, вокруг дома миссис Флауэрс, оставляя лес в темноте.

Может я смогу расширить это,- думала она.- Сделать Старый Лес более молодым и менее злым.

Если бы она была более опытной, то никогда не пошла бы на это. Но прямо здесь и прямо сейчас она чувствовала, что должна попытаться. Она повернулась вокруг своей оси. Везде был Старый Лес. Она заплакала и закричала: «Крылья очистки!» и стала наблюдать за огромными, морозными, радужными крыльями бабочки, распростиравшимися все выше и шире, выше и шире.

Вокруг нее была такая удивительная тишина, что даже борьба Мисао не имела никакого значения. Это была тишина, напоминавшая о чем-то: о всех самых красивых музыкальных аккордах, слившихся в единый мощный аккорд.

И затем потоки Силы потекли из нее. Не такой разрушительной, как у Дамона. Силы восстановления, весны, любви, молодости и очищения. И она наблюдала, как свет распространялся все дальше и дальше, и деревья начали уменьшаться в росте, становясь более аккуратными. Шипы и ползучие лианы исчезали. На земле вокруг нее начали появляться цветы любых размеров и расцветок. Тут и там росли нежные фиалки, цветы королевы Анны и дикие розы. Они были повсюду. Это было настолько красиво, что у нее защемило в груди.

Мисао зашипела, и Елена окончательно вышла из транса. Она осмотрелась вокруг и увидела как Древо-люди, под воздействием ее света, исчезли, а на их месте появились деревья причудливой формы, усеянных плющом. Некоторые очертаниями напоминали людей. На миг Елена замерла, озадаченно осматриваясь, а потом поняла: что- то было не так. Все настоящие люди исчезли.

- Я никогда бы не привела тебя сюда,- к удивлению Елены эту фразу произнесла Мисао, обращаясь к брату.- Ты испортил все из-за этой девчонки. Шиничи ты идиот.

- Сама идиотка,- закричал Шиничи на Мисао.- Оноре! Ты реагируешь точно так же, как они хотят!

- А что еще мне оставалось делать?

- Я слышал как ты дала девчонке ключ,- прорычал Шиничи.- Ты готова на все ради своей внешности, эгоистка!

- Ты говоришь это мне? Ты же еще не потерял ни одного хвоста?

- Только потому, что я быстрее.

- Это ложь, и ты это знаешь! Забирай свои слова обратно!- отрезала Мисао.

- Ты слишком слаба для борьбы! Ты давно должна была сбежать! И не приходи ко мне плакаться.

- Как ты смеешь говорить мне это!- и Мисао вырвалась из рук Елены и напала на Шиничи. Он ошибался. Она была хорошим бойцом. Через миг они уже выглядели катающимся клубком, проворачивающимся вокруг своей оси. Вокруг летал черный и алый мех. Сквозь шум борьбы пробивались обрывки фраз.

- По-прежнему не найдут ключ…

-… не все из них…

-… даже если они…

-… какое это имеет значение?

-… все еще должны найти мальчика…

- … пусть попытаются, ради спортивного интереса…

Мисао пронзительно засмеялась:

- И увидят что они найдут

- В Ши нет Ши!

Внезапно они остановили бой, превратившись в людей. Они выглядели потрепанными, но Елена знала что ничего не сможет сделать если они начнут драться снова.

Вместо этого Шиничи сказал:

- Я остановлю землю. Здесь, - он повернулся к Дамону и закрыл глаза.- Где твой драгоценный брат. Я оставлю подсказки в твоей голове, если ты сможешь расшифровать карту. Но как только вы туда доберетесь- сразу умрете. И не говорите, что я вас не предупреждал.

Он повернулся к Елене и сказал:

- Я сожалею, что ты тоже умрешь. Но я посвящу тебе оду.

Шиповник и сирени,

Пчелиный мед с маргаритками,

Елена прогонит зиму

Ценою своей улыбки.

Колокольчики и фиалка,

Наперстянка и ирис,

Смотреть на ее следы

И как колышется трава.

Где бы она не прошла

За ней прорастут белые цветы.

- Я хотела бы поскорее узнать ключ,- сказала Елена, обращаясь к Шиничи, зная что после этой песни Мисао ей не ответит.- Честно говоря, я устала от этого вашего бычьего гавна.

Она заметила что все вновь уставились на нее, и она чувствовала почему. Она чувствовала разницу в своем голосе, позе, формах речи. Но самым главным было то, что она почувствовала себя свободной.

- Мы дадим вам столько, сколько сможем,- сказал Шиничи.- Мы не тронем их. Найди их с помощью ключей или другими способами, если сможешь.

Он подмигнул Елене и повернулся к дрожащей и бледной Немезиде.

Кэролайн. Что еще она делала за последние минуты кроме как плакала, заламывала руки или, как догадывалась Елена, размазывала макияж по лицу.

- Ты тоже,- спросила она Шиничи.- Ты тоже?

Он лениво улыбнулся и спросил:

- И что я два раза тоже?

Он поднял два пальца, образовавшие букву V, и продемонстрировал их Кэролайн.

- Ты тоже в нее влюбился? Посвящаешь ей стихи, подсказывая как найти Стефана.

- Это не очень хорошие подсказки,- ободряюще сказал Шиничи и снова улыбнулся.

Кэролайн попыталась ударить его, но он перехватил ее кулак.

- Ты думаешь, что сможешь так просто уйти сейчас,- буквально прокричала она. Ее крик был не таким пронзительным, как у Мисао, но все же имел странный тембр.

- Я знаю, что мы уйдем,- он взглянул на угрюмую Мисао.- После еще одной сделки. Но не с тобой.

Елена напряглась, но Кэролайн попыталась вновь атаковать Шиничи:

- После того, что ты мне говорил? После всех твоих слов?

Шиничи осмотрел ее с ног до головы, словно видел впервые. Он даже выразил искреннее недоумение.

- Говорил тебе, - переспросил он. – Разве мы встречались до этой ночи?

Раздалось тихое хихиканье. Все обернулись. Мисао тихо смеялась, прикрывая рот рукой.

- Я использовала твой образ,- сказала она брату и в довершении своего виноватого образа, потупила взгляд.- Твой голос. В зеркале, когда давала ей указания. Она была расстроена из-за какого-то парня, бросившего ее. Я сказала ей, что влюбилась бы в нее и отомстила ее врагам, если бы она оказала мне пару услуг.

- Так и поселяются Малахи в маленьких девочках,- мрачно заметил Дамон.

Мисао вновь захихикала.

- И в мальчиках тоже. Я знаю какого это, когда малахи внутри тебя. Это не больно. Они просто там.

- А вас никогда не заставляли делать то, что вы не хотите,- спросила Елена. Она чувствовала как в ее глазах горит синее пламя.- Как считаешь, это будет больно, Мисао?

- Это был не ты,- спросила Кэролайн, все еще глядя на Шиничи, она явно была не в состоянии идти в ногу с событиями.- Это был не ты?

Он вздохнул и слегка улыбнулся.

- Не я. Боюсь, золотые волосы мне не пойдут. Золотой… или красный противостоит черному,- добавил он, глядя на сестру.

- Так все это было ложью, - сказала Кэролайн. За миг ее лицо переменилось с отчаянного на разгневанное. – Ты всего лишь еще один фанат Елены.

- Смотри,- прямо сказала Елена.- Он мне не нужен. Я его ненавижу. Единственный человек, о котором я забочусь - это Стефан!

- Ах, так он единственный человек, да?- спросил Дамон, бросая взгляд в сторону Мэтта, державшего Бонни на руках, пока дрались лисы. На миссис Флауэрс и доктора Альберта.

- Ты знаешь, что я имела ввиду,- ответила Елена Дамону.

Дамон пожал плечами.

- Многие златокудрые красавицы оказывались в грудой нужде,- потом покачал головой.- Почему я spouting drek как он?

Его могучее тело возвысилось над Шиничи.

- Это просто остаточное влияние… от одержимости… ты же знаешь,- Шиничи развел руками, все еще глядя на Елену.- Мой образ мышления…

Дамон выглядел так, как будто назревала новая драка, но он только усмехнулся.

- Так ты дал Мисао свободу действий в городе, а сам следил за Еленой и мной.

- И.

- Мэттом,- почти на автомате добавил Дамон.

- Я хотела сказать Стефан,- сказала Елена.- Нет, я не думаю, что Мэтт стал очередной жертвой плана Мисао и Кэролайн до него, я встречалась с вами когда вы были полностью под властью.

- А теперь ты думаешь, что сможешь так просто уйти, сказала Кэролайн грозным трясущимся голосом.

- Мы уходим,- сухо сказал Шиничи.

- Кэролайн, подожди,- сказала Елена. – Я могу помочь тебе своими Крыльями Просвещения. Ты контролировалась малахами.

- Мне не нужна твоя помощь! Мне нужен муж!

На крыше воцарилась абсолютная тишина. Даже Мэтт перестал пытаться подняться.

- Или, хотя бы жених, - пробормотала Кэролайн, прикладывая руку к животу. – Моя семья должна принять это.

- Мы справимся с этим,- мягко сказала Елена, а затем тверже добавила,- Верь мне, Кэролайн.

- Я не поверю в тебя, если…

Ответ Кэролайн был грубым. Потом она плюнула в сторону Елены. Потом она затихла сама или же под руководством малаха внутри нее.

- Возвращаясь к делу,- произнес Шиничи.- Давайте пересмотрим наши цены за ключи и за нахождение маленького блока памяти. Скажем… от того времени, как я встретился с Дамоном впервые, до теперешнего момента. Возьмем из мыслей Дамона.

Он ехидно улыбнулся.

- Ты не можешь этого сделать,- Елена почувствовала панику, охватывающую ее сердце и распространяющуюся к конечностям.- Он уже не такой, как прежде. Он помнит вещи, изменившие его. Если ты заберешь эти воспоминания…

- Все его милые изменения исчезнут,- сказал ей Шиничи. – Тогда может, я возьму твою память?

- Да!

- Но ты единственная слышала подсказки к ключам. И я не хочу видеть вещи твоими глазами. Я хочу видеть тебя… через его глаза.

Теперь Елена была готова начать борьбу с собой. Но Дамон своей фразой решил все.

- Иди и возьми все, что пожелаешь, а потом убирайся из города или я этими ножницами отрежу тебе голову.

- Согласен.

- Нет, Дамон.

- Ты хочешь вернуть Стефана?

 - Не такой ценой!

- Плохо,- вмешался в их разговор Шиничи. – Другого предложения не будет.

- Дамон! Пожалуйста, подумай об этом!

- Я думал. Во-первых это я виноват, что малахи распространились так быстро. Я виноват в том, что не вмешался и позволил им делать такое с Кэролайн. Меня не волнует, что случится с людьми так долго, пока вновь прибывшие будут держаться подальше от меня. Но я могу исправить некоторые вещи, которые сделал ища Стефана,- он повернул к ней голову и улыбнулся своей небрежной улыбкой.- В конце концов заботится о брате моя робота.

- Дамон, послушай меня.

Но Дамон смотрел на Шиничи.

- Согласен,- сказал он.- Мы заключили сделку.



Глава 37 | Дневники вампира. Возвращение: Сумерки | Глава 39