home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



28 апреля, понедельник, день. Нью-Гамбург, округ Датчес, штат Нью-Йорк, США.

Место под ночлег, к счастью, нашли быстро, всего через несколько миль вниз по реке. Местечко Нью-Гамбург обладало собственным маленьким яхт-клубом, часть причалов которого довольно далеко выдавалась в реку. К ним мы и привязали "Туга" на длинном, метров тридцати, тросе. Течение отнесло его от причала, трос держал крепко, так что разместились достаточно безопасно, как на якоре.

Сразу спать завалиться не смог, полез купаться. В прямом смысле – за борт, в холодную речную воду, шипя и ругаясь сквозь зубы. Но плескался долго, удерживаясь за сброшенный с релинга веревочный конец – все старался смыть с себя преследующую вонь от контакта с мертвецом. Да и соляркой от меня несло как от того самого тракториста, или его невесты.

Сэм с Дрикой в героизме со мной равняться не стали, мылись на палубе из ведра. Бак для пресной воды, кстати, наполнен не был, так что заодно пришлось испытывать фильтр, который я прихватил еще в Юме – вот и возникла в нем потребность.

Потом спали. Не очень долго, но часов шесть все же вышло, так что в основном отдохнули. Ели бутерброды, отдающие соляркой, под солярный же чай, но уже даже привыкать начали. Теперь даже ветры над нами все больше солярные веют.

Затем "Туг", переваливаясь, выгреб на середину реки и пошел вниз по течению самым экономным ходом. И признаться, я вздохнул, наконец, с облегчением. Разумеется, впереди был Нью-Йорк, поиск лодки, перегрузка топлива и все прочие проблемы, какие только можно представить, но мы снова были на ходу, мы снова двигались и двигались в нужную сторону – к океану. А там… там уже посмотрим, пока нам с всеми проблемами удавалось справляться, глядишь, и там не облажаемся.

Признаки жизни на берегу мы впервые увидели километров через пятьдесят, уже после того, как миновали опустевший комплекс военной академии Вест-Пойнт – это была атомная электростанция на Индейском мысу – здоровенный комплекс зданий за серьезной оградой, с БМП "Брэдли", стоящими тут и там вокруг нее. На нас смотрели, но никакой активности не проявляли – мы слишком явно никому не угрожали для того, чтобы тратить на нас боеприпасы.

Город возле АЭС, похоже, тоже был "людским", насколько удалось разглядеть. А что им, энергия халявная, можно хоть по всему периметру электроизгородь поставить.

Чем ниже по течению реки мы спускались, тем больше марин мы видели. Множество лодок, самых разных по типу и размеру, стояли брошенными, подходи и забирай, но каждый раз, когда мы подходили ближе, Дрика разочарованно качала головой, ничего подходящего для нас она не видела.

– А если вообще не найдем? – как-то спросил я.

– Найдем наверняка, – ответила на решительно. – Не яхты, так рыболовное судно.

– Здесь нет рыбаков, как мне кажется, – сказал я. – Рыбаки все же к северу, Мэн и канадская Нова-Скотия.

– Тогда придется идти туда, сливая топливо в маринах. Выбора нет, ни на чем из того, что мы сейчас видим, мы океан не пересечем. Или топливо закончится, или утонем.

К ночи мы подошли к Нью-Йорку – огромному черному городу без единого огонька, раскинувшемуся чуть ли не на половину мира, мрачному, давящему на нервы тем, что ты всем своим естеством чувствовал, насколько он мертвый. Злобно мертвый. Мы словно к какому-то сосредоточию главного зла на Земле приблизились, аж мороз по коже.

Пристанище на ночь нам дала далеко выдающаяся в реку пристань, у которой мы опять пристроились "на поводок", даже не пристань, а какое-то длинное сооружение с помостом на нем, сплошное переплетение металлических профилей с какой-то белой будкой с самого краю. Сэм и Дрика отправились спать до утра, завернувшись в спальники и устроившись за бочками, а я остался на палубе, караулить – мне жребием выпала первая смена.

Поражала тишина. Большие города никогда не бывают тихими, даже в середине ночи, а здесь как будто звук выключили. Слышно, как тихо плещется вода у борта, слышен даже скрип синтетического троса – и больше ничего, ни звука.

Примерно через час после того, как я заступил на дежурство, на краю дебаркадера, у самых релингов появился зомби. Негр, большой, толстый, с изуродованным чьими-то зубами лицом, он вышел из-за будки и остановился на самом краю помоста, уставившись на меня. Стрелять не хотелось, потому что от выстрела все бы проснулись и обругали меня за нарушенный законный сон, но мертвяк раздражал. Я даже сквозь темноту чувствовал его голодный взгляд. Потянулся за "зигом", но понял, что из пистолета, тем более с глушителем, я с такого расстояния не попаду.

– Чтоб тебя, – тихо выругался я и отвернулся, чтобы эта туша перед глазами не маячила.

Но ничего не вышло, мертвяк буквально притягивал глаза.

– Ну хрен ли ты приперся? – спросил я негромко. – Валил бы дальше, все равно не дотянешься, тут метров пятнадцать воды.

Мертвяк меня не слышал, да если бы и слышал, то все равно над моими словами не задумался бы. Ему уже все слова до лампочки, он только жрать хочет, а я ему как накрытый стол, только далеко отставленный. То, что ужин может в него пальнуть и прекратить все муки голода, он не догадывается. Или просто проблемой это не считает.

Мертвец был неподвижен как статуя, только легкий ветерок полоскал рваную штанину. А взгляд я все равно чувствовал, кожей, спинным мозгом, блин. Прямо жрет уже глазами. Было выражение "раздевать глазами", многие дамы жаловались, а вот теперь я понял, что такое именно "едят глазами" в самом прямом смысле слова "едят". А мне только и остается, что глядеть в ответ. "У нас в Рязани пироги с глазами, их ядять, они глядять" – про меня написано.

Устав таращиться на мертвеца, плюнул в его сторону с большим недолетом, и пошел на бак лодки, так, чтобы этого вуайериста от меня рубка закрыла. Навроде как получилось, но все время подмывало выглянуть из-за угла и подсмотреть, что тот делает. Смотрит ли в мою сторону, или куда в другую, или вовсе ушел? Пришлось выглянуть, убедился, что где зомби стоял, там и стоит.

Постепенно я к нему даже привык. Вроде как даже взгляд чувствовать перестал и он своим терпением начал вызывать некое сочувствие, как попрошайка в подземном переходе.

Так мы с ним, лицом к лицу, три часа и провели. И лишь когда Дрика поднялась мне на смену, я подсветил мертвеца фонарем, что висел под стволом у М4. Так и есть, неслабо ему кто-то в щеку зубами вцепился, да и вообще погрызен он всерьез. Здоровый, хоть и толстый, видать отбивался.

Выстрелил все же не я, а Дрика. Одиночным, прямо в переносицу. Тело мертвеца навалилось на релинг, затем ноги выскользнули, выдернутые перевесившимся через железную трубу телом, и туша с шумом рухнула в воду.

– Все, я спать, – сказал я Дрике.

Она лишь молча кивнула. Сэм проснулся, но выругавшись на шум, сразу же уснул.


28 апреля, понедельник, утро. Покипси, округ Датчес, штат Нью-Йорк, США. | Я еду домой! (Том 2) | 29 апреля, вторник, утро. Нью-Йорк Сити, США.