home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



29 апреля, вторник, утро. Нью-Йорк Сити, США.

Когда Сэм вышел на палубу, явно пораженный до глубины души увиденным, а заодно несущий в руках три отличных японских спиннинга, я спустился в каюты сам, посмотреть. Их было три, все оформленные в разных стилях, назойливо роскошные, экипированные плазменными телевизорами, хай-эндной музыкой и прочими малыми радостями честного труженика юридического фронта. Осматривал я их больше с целью выяснить, что можно безболезненно выбросить за борт с целью облегчения яхты и ради возможности принять дополнительное топливо в бочках. Пользоваться втроем тремя спальнями нам все равно не удастся, есть такая вещь, как посменные вахты, да и подвахтенному, то есть "бодрствующей смене", лучше спать поближе к штурвалу, то есть на диванчике в рубке. Так что как минимум две спальни нам тоже не нужны, а в совокупности они вполне способны дать нам тонну лишнего веса, если считать все шкафы-кровати-электронику.

Когда я вернулся в салон, Дрика сообщила:

– Лодка почти новая, ей четыре года. В танках есть около тонны топлива, может взять еще четырнадцать с лишним.

– А что с дальностью?

– Примерно три тысячи пятьсот морских миль, хватит до самого Амстердама, – сказала она. – Если ничего неожиданного не случится. Но мы можем еще и бочки загрузить, верно?

– Верно, – радостно подтвердил я, обнадеженный со всех сторон. – Выбросим все к чертовой матери отсюда, и загрузим. Правда, есть еще момент…

– Какой? – насторожилась она.

– У нас мало воды.

– Здесь бак почти на четыре тонны пресной, – сказала Дрика таким тоном, вроде проблема решилась сама собой.

– А они в нем есть, эти самые четыре тонны? – поинтересовался я.

– Нет…

– А где их теперь брать? Не думаю, что водопровод работает. Сколько времени будем добираться? Если по оптимистическому сценарию?

– Круизная скорость по мануалу…, – она потрясла небольшой, но толстой книгой, -… равна десяти узлам, значит…

Она глубоко задумалась, поэтому я чуть поторопил события, спросив:

– Двести сорок миль в сутки? И всего около трех тысяч миль ходу? Так?

– Да.

– Примерно две недели, если грубо, – выдал я результат. – Надо иметь как минимум три литра в день на человека. Желательно намного больше. Бытовую воду можно, черт с ней, из реки накачать, подняться по течению чуть выше только.

– Для начала неплохо бы заправится, – сказала Дрика. – Потом встанем на якорь в тихом месте и будем думать насчет воды. Что-нибудь придумаем. Плохо, что воду обычно сливают, с других лодок не наберешь.

Запустить двигатель "Проныры", названного, видать, в честь бывшего владельца, удалось без труда. Да и вывести судно из марины, управляя им с "летучего мостика" тоже оказалось не слишком сложно, как мне показалось, даже я бы справился. Подруливающие двигатели аккуратно развернули яхту почти на месте, направив ее носом вдоль дока, а затем она медленно и величественно пошла по неширокому проходу, плавно заворачивая в створ. Тут я немного испугался, когда мне показалось, что лодка собирается боднуть противоположную стенку, но потом успокоился – траектория разворота оказалась намного круче и судно вышло со стоянки.

Труднее оказалось пришвартоваться к заправочному доку, мы чуть не дважды описали круг по Гудзону, прежде чем Дрике удалось направить "Проныру" на оптимальную траекторию. Все это время она, судя по всему, ругалась по-фламандски, но я их ругательств не знал и оценить не мог. Надо будет как-нибудь расспросить поподробней.

В конце-концов и с этим справились. Оставили Дрику на борту, осваивать новую матчасть, а сами выбрались на плоскую площадку заправочного дока. Вот будет прикол, если тут полно солярки, а мы столько мучились.

Прикола не вышло, в доке не было ни литра. Похоже, что отсюда запас топлива кто-то откачал, благо это совсем нетрудно, док виден прямо с реки.

А потом случилось целое событие – я сам встал за штурвал "Туга". Дурь, конечно, но надо когда-то и начинать. Отшвартовался, запустил дизель, примерился к подрулькам, сдвинул сектор газа на самый малый ход и медленно тронул лодку с места.

Ощущения были странные, вроде бы все просто, но с заметным запаздыванием, каждый маневр приходится заказывать заранее. Когда скорость немного увеличилась – испугался, побоялся врезаться в лодку напротив, до которой было еще метров двадцать. Я скинул обороты, но оказалось что зря – поворот штурвала плюс подруливающий двигатель ситуацию легко исправили, завернули нос налево. Поэтому я снова сдвинул рычаг вперед и повел лодку по тому маршруту, по которому только что вышел "Проныра".

– Дрика, швартуемся к большому заправочному доку, где ночевали, – оповестил ее я. – Там будем перекачивать, здесь не смогу к тебе притереться. Боюсь.

– Хорошо, – лаконично ответила она на мое честное заявление.

Я снова задумался над вопросом: насколько удачной была идея самостоятельно встать за штурвал, и решил, что удачной – начинать точно надо, и чем раньше – тем лучше. Я океан собрался пересечь, неплохо бы и штурвал крутить научиться. Так, для разнообразия.

"Туг" шел тяжеловато, на повороты штурвала отзывался вяло, и я сообразил, что это от перегрузки. А заметная валкость – от высокого центра тяжести. Может и вправду надо было в другой раз начинать практиковаться, да что уж сейчас говорить…

Ладно, мне тут километров пять-шесть всего идти, вопрос в другом – швартоваться тоже самостоятельно придется. Гроздь кранцев так и болталась на корме, из чего я сделал вывод, что делать это надо кормой вперед. Потом подумал, и мнение переменил – весь док по наружному борту был обвешан огромными покрышками, и я решил, что они точно должны помочь, хоть в щепки лодку не разнесу. Вспомнил примерную траекторию для швартовки бортом, мне ее Дрика нарисовала предварительно. Так, почти впритирочку, потом задний ход включить, чтобы совсем остановиться…

Получилось. Только не сразу, а с четвертой попытки – до этого или промахивался, с перепугу отворачивая лодку и просто ложась на параллельный доку курс, или отскакивал от покрышек мячиком, с диким скрипом сжимаемой резины. К тому времени "Проныра" уже стоял у стенки, а Сэм с Дрикой бегали по пирсу, сопровождаемые путающимся под ногами котом, размахивая руками и давая всякие полезные советы в рацию. Ладно, получилось в конце-концов, чего теперь-то?

Подтягивали лодки ближе друг к другу наполовину вручную, опять же проложившись кранцами, но и с этой проблемой справились. А затем перекинули шланг с борта на борт, и Сэм первым начал крутить ручку помпы. Десять галлонов в минуту, пять с половиной минут на бочку. Учитывая необходимость перетаскивания всего с места на места, надо было готовиться к нескольким часам скучной и утомительной работы. Но это уже почти последняя стадия подготовки к походу, а дальше… дальше еда еще, и вода, потом все остальное.

Пока Сэм качал, а Дрика ему помогала, я взялся за "лишние вещи". Глубина под нами была изрядная, я померил веревкой с грузом, поэтому я смело начал швырять за борт "Проныры" все, что мог поднять и до чего мог дотянуться. Первым упорхнул телевизор из салона, большая плазменная панель, следом полетели кресла, разобранный стол – и так далее, дел хватало, на пару-тройку тонн в общей сложности лодку точно можно разгрузить. Для нас каждый килограмм может быть спасением – это плюс либо к дальности, либо к остойчивости. Ничем нельзя пренебрегать, тем более, что мы собираемся брать топлива куда больше нормы.

Пустые бочки выкатывались на корму "Туга", откуда я их легко перекидывал на "Проныру" и тащил вниз, в машинное отделение. Понимаю, что не дело размещать там топливо, но мы сочли, что самое лучшее место именно там, поближе к танку, на случай, если придется переливать – именно эти бочки мы собирались заново заполнить соляркой. Для устойчивости я просто сматывал их друг с другом нейлоновым шнуром, после чего прихватывал его ко всему, до чего удавалось дотянуться.

Затем пришла очередь кают экипажа – были здесь и такие, скромные, маленькие, с откидными койками – владелец такой большой лодки сам управлять ей не мог, нанимал людей для выходов в море. И как раз возле машинного отсека. При откинутых полках туда влезло двадцать четыре бочки, после чего мы сочли запас достаточным, перегружать тоже боялись, а сколько всего можно загрузить – понятия не имели, мануал про это молчал. Грузить что-то на палубы опасались – и шланг не везде дотянется, и опять же боялись нанести ущерб остойчивости яхты – ей через океан идти, а там всякое бывает. Все вниз, как можно ближе к днищу, чтобы как Ванька-встанька.

Интересно, что самих мысль о грядущем переходе нисколько не пугала, просто хотелось быстрее справиться с подготовкой. После всего происшедшего с нами за последнее время не пугало уже, кажется, ничего. А перспектива же оказаться в лодке посреди Атлантики даже немного радовала – никаких зомби в течение двух недель, разве плохо?

Потом за рукоятку насоса взялась Дрика и дело с вышвыриванием деталей обстановки пошло веселей, мне взялся помогать Сэм. Одну спальню разгромили совсем, лишив даже обшивки стен и двери, вторую – до стен. Разобрали шкафы, выбросили аппаратуру. Одну все же оставили нетронутой, вдруг кто заболеет, или еще что – пригодится. В салоне из всей мебели оставили только диван и маленький столик перед ним. Смотреться стало так, как будто здесь затеян переезд и осталось дождаться, когда придет фургон за вещами. А вещей-то и нет, утонули к черту.

К четырем часам дня последний литр солярки что из бочек, что из танка "Туга", с журчанием переселился в танк "Проныры". А следом отправился весь наш груз. Все, с этим справились. С "Туга" сняли блок навигатора, кранцы, наколупали предохранителей про запас, прихватили огнетушители – и оттолкнули его от дока, отпустив на волю течения. Все, мавр свое дело сделал, пусть плывет дальше, зеленый. "Под занавес" с помощью шлюп-балки подняли с "Туга" мотоцикл, который и закрепили на верхней палубе, замотав полиэтиленом. Пусть хоть какой-то наземный транспорт, но сохранится.

Совет собрали на палубе. Дождик прекратился, все взмокли, так что проветриться было самое дело. Полукруглый диван "летучего мостика" дал нам для этого прекрасную возможность, все равно его выкинуть не получилось бы, да и нужен он был, прикрывая большие рундуки в которых хранился спасательный плот и жилеты на случай чего.

– Ну что, – спросил я, обращаясь не только к Сэму и Дрике, но и к самому себе, – когда займемся генератором на нефтебазе?

– Думаю, что завтра, – сказал Сэм. – Все устали, можем наделать ошибок, да и до темноты близко – будет неприятно напороться на зомби, которого не заметил.

Это верно, и не заметить очень легко, они ведь неподвижные как статуи, когда не шевелятся, даже не дышат, и цвет у них все больше становится грязный, от окружающей среды не сразу отличишь.

– Тогда распределяем смены и уходим спать пораньше, – выдал я решение. – А пока давайте думать, где разжиться едой. И водой. И как сюда это все доставить. Кстати, как все же будем лить солярку? Шланги ведь не подходят.

– Лодку пригоним, – устало зевнул Сэм. – Сделаем в ней заземление и будем лить в нее как в корыто. А оттуда откачивать насосом – ничего другого в голову не приходит, да сэр.

– Да, пожалуй, – согласился и я, массируя ноющие плечи. – У меня предложений вообще никаких нет. Хорошо, с этим решили. – закрыл тему я, после чего заявил: – А теперь спускаем "зодиак".

– Зачем? – удивилась Дрика.

– Прокачусь по реке, посмотрю, что есть на берегу или близко к берегу. Еду искать все же надо. И воду. Тигр со мной пойдет, поможет.

– А мы?

– А вы на охране и обороне вверенного объекта. Нам нельзя потерять эту лодку и этот док. Стреляйте во все, что приблизится.

Где-то вдалеке послышались неторопливые и раскатистые очереди из крупнокалиберного пулемета, к нему присоединился второй. Все разом обернулись к далекому силуэту нефтеперерабатывающего завода – звук шел оттуда. Кто же сомневался, что в таком месте люди засядут? Что Хьюстон, что Нью-Джерси – нефтяные ворота. Тут и хранилищ хватает, я внимательно карты разглядывал.

А вот пересекаться с ними не хочется. Увидят, что мы покушаемся на "уже их" солярку – и начнут стрелять из крупнокалиберный уже в нас. Быстрее шевелиться надо и сваливать отсюда куда подальше. Рискованно здесь торчать, наверное даже рискованней, чем лезть на нефтебазу, полную мертвяков.


29 апреля, вторник, утро. Нью-Йорк Сити, США. | Я еду домой! (Том 2) | 29 апреля, вторник, вечер. Нью-Йорк Сити, США.