home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement






* * *


Перрин потянул на себя ветку дуба. Она обломилась, подняв в воздух мучнистую древесную пыль. Когда он поднял сук, с надломленного конца на бурую траву посыпалась древесная труха.

- Это произошло прошлой ночью, - сказал Кивлин Торр.

- Целая роща засохла всего за одну ночь. Полагаю, около сотни деревьев.

Перрин бросил ветку на землю и отряхнул с рук пыль.

- Мы видели вещи и похуже.

- Но…

- Не беспокойся об этом, - сказал Перрин. - Направь сюда людей, чтобы вырубили лес на дрова; мне кажется, они будут отлично гореть.

Кивлин кивнул и поспешил прочь. Остальные ходившие между деревьев дровосеки, выглядели встревоженными. Дуб, ясень, вяз и орешник, погибшие за одну прошедшую ночь, - само по себе это было уже достаточно плохо. Но высохнуть так, будто жизнь ушла из них уже много лет назад? Это было очень тревожно. Лучше всего отнестись к этому спокойно, хотя бы для того, чтобы не пугать и без того перепуганных людей.

Перрин направился обратно в лагерь. Ещё издалека он почувствовал характерный запах кузниц. Они скупили каждый кусочек железа и стали, который смогли добыть в Беломостье. Люди с готовностью обменивали товары на еду, и Перрин получил пять кузниц и людей для работы в них, вместе с молотами, инструментами и углём.

Возможно, он спас кого-то в городе от голода. По крайней мере, на какое-то время.

Кузнецы работали без остановки. Перрин надеялся, что работа не слишком изматывает Неалда с остальными. Созданное при помощи Силы оружие даст его людям чрезвычайное преимущество. Неалд не мог точно сказать, что именно он сделал, чтобы помочь выковать Мах’аллейнир, однако Перрин не был удивлён. Та ночь была особенной. Он положил руку на оружие, чувствуя его слабое тепло, думая о Прыгуне.

Теперь Неалд выяснил, как сделать мечи, которые никогда не затупятся и не сломаются. Чем больше он практиковался, тем более острые клинки у него получались. Айильцы уже стали требовать, чтобы для их копий изготовили такие же острые наконечники, и Перрин отдал Неалду приказ вначале позаботиться о них. Это было меньшее, чем он мог им отплатить.

На краю самой большой площадки для Перемещений продолжающего укрепляться лагеря стояли соединенные в круг Анноура, Масури и Грейди, поддерживая открытыми врата. Последняя группа беженцев отправлялась в Кэймлин. Вместе с ними он отправил для Илэйн послание. Вскоре им предстоит встретиться, и он не был уверен, нужно ли ему об этом беспокоиться или нет. Время покажет.

Через другие Врата возвращались какие-то люди, везя с собой телеги с купленным в Кэймлине, где ещё можно было пополнить запасы, продовольствием. Наконец он заметил направляющуюся к нему через лагерь Фэйли. Перрин поднял руку, привлекая её внимание.

- У Бавина всё в порядке? - спросил Перрин. Она была в палатке квартирмейстера.

- Всё хорошо.

Перрин потёр подбородок.

- Уже какое-то время я собираюсь тебе сказать - мне кажется, он не совсем с нами честен.

- Я специально слежу за ним, - ответила она, её запах выдавал удивление.

- Берелейн стала проводить больше времени с Белоплащниками, - сказал Перрин. - Кажется, ей приглянулся Дамодред. Она полностью оставила меня в покое.

- Правда?

- Да. А ещё она во всеуслышание объявила, что не одобряет слухи о нас с ней. Свет, кажется, люди действительно этому верят. Я беспокоился, что они подумают, что это отчаянный ход!

От Фэйли пахло удовлетворением.

Он положил руку ей на плечо.

- Я не знаю, что ты сделала, но спасибо тебе.

- Ты знаешь, чем ястреб отличается от сокола, Перрин?

- В основном, размером, - ответил он. - А также формой крыла. Сокол скорее похож на стрелу.

- Сокол, - сказала Фэйли. - гораздо лучше летает. Он убивает клювом и может очень быстро летать. Ястреб же медленнее, но сильнее; он превосходит других в ловле добычи, которая передвигается по земле. Он убивает когтями, нападая сверху.

- Хорошо, - сказал Перрин. - Но не значит ли это, что, увидев внизу кролика, ястреб победит?

- Именно так, - улыбнулась Фэйли. - Ястреб лучше охотится на кролика. Но, видишь ли, сокол всегда справится с ястребом. Ты отправил сообщение для Илэйн?

Женщины. Он никогда их не понимал. Хотя сейчас, это казалось не так уж и плохо.

- Да, отправил. Надеюсь, мы скоро сможем с ней встретиться.

- В лагере уже вовсю толкуют о том, кого ты возьмёшь с собой.

- Зачем им это? - удивился Перрин. - Это будешь ты. Ты лучше других знаешь, как вести себя с Илэйн. Хотя, возможно, не повредит взять с собой Аллиандре.

- А Берелейн?

- Она может остаться в лагере, - сказал Перрин. - Следить за порядком здесь. Ей пришлось пойти в прошлый раз.

Сейчас от Фэйли запахло ещё большим удовлетворением.

- Нам следует… - она прервалась, нахмурившись. - Так, кажется, наконец облетел последний лист.

- Что? - спросил Перрин, оборачиваясь. Фэйли смотрела на приближающуюся к ним группу. Возглавляла её престарелая Лини, а следом плелись Моргейз с Талланвором, которые смотрели друг на друга словно парочка, вернувшаяся с их первого совместного Бэл Тайна.

- Я думал, он ей не нравился, - удивился Перрин. - А если и нравился, то она не собиралась выходить за него замуж.

- Мнения меняются, - сказала Фэйли, - и гораздо быстрее, чем чувства.

Её запах выдавал небольшую злость, хоть она и пыталась скрыть её. Она так до конца и не простила Моргейз, хотя была уже не столь враждебно настроена.

- Перрин Айбара, - произнесла Моргейз. - В этом лагере, помимо моего приёмного сына, ты больше остальных имеешь право называться лордом. Но сыну не пристало выдавать замуж собственную мать, и в таком случае, полагаю, это сделаешь ты. Этот мужчина попросил моей руки и хочет на мне жениться. Проведёшь ли ты для нас эту церемонию?

- Ты выбрала странный способ просить моей помощи, Моргейз, - ответил он.

Женщина, прищурившись, посмотрела на него. Фэйли тоже взглянула на него, судя по запаху, она тоже была сердита. Перрин вздохнул. Даже когда они враждуют, эти женщины всегда не прочь вместе накинуться на мужчину, который сказал что-то не так - пусть даже чистую правду.

Однако Моргейз успокоилась.

- Прости меня. Я не хотела подрывать твой авторитет.

- Всё в порядке, - ответил он. - Полагаю, у тебя есть причина.

- Нет, - сказала Моргейз, будто становясь выше. Свет, когда она захочет, то может выглядеть по-королевски. Как они не заметили этого раньше?

- Ты - лорд, Перрин Айбара. Твои поступки это доказали. Благодаря тебе, спасено Двуречье, а, возможно, и весь Андор. До тех пор, пока вы остаётесь его частью.

- Двуречье и в будущем останется его частью, - пообещал Перрин.

- Что ж, если ты выполнишь мою просьбу, - сказала она, поглядев на Талланвора, - тогда я замолвлю за тебя словечко перед Илэйн. Могут быть сделаны назначения и дарованы соответствующие титулы.

- Хорошо, мы принимаем твоё предложение говорить от нашего имени, - быстро ответила Фэйли вместо Перрина. - Но мы сами обсудим с Её Величеством, является ли дарование титулов… приемлемым в данном случае.

Перрин уставился на неё. Неужели она не оставила мысль о том, чтобы превратить Двуречье в отдельное королевство? Они никогда не обсуждали этого открыто, но ведь это она подтолкнула его поднять флаг Манетерен. Ничего, они ещё вернутся к этому разговору.

Неподалёку он заметил направляющегося прямо к ним Галада Дамодреда. Берелейн, как всегда в последнее время, шла рядом. Оказывается, Моргейз отправила за ним посыльного. Галад что-то прятал в карман - небольшое письмо с красной печатью. Откуда это у него? Он выглядел обеспокоенно, хотя, когда он приблизился, его лицо просветлело. Он не выглядел удивлённым известием о браке; молодой человек кивнул Перрину и обнял свою мать, затем строго, но вежливо поприветствовал Талланвора.

- Какого типа церемонию вы хотели бы? - спросил Перрин Моргейз. - Я знаю только двуреченские обычаи.

- Уверена, будет достаточно простых клятв в вашем присутствии, - сказала Моргейз. - Я не молода и устала от церемоний.

- Согласен с вами, - сказал Перрин.

Галад отступил в сторону, а Моргейз и Талланвор взялись за руки.

- Мартин Талланвор, - сказала она, - Ты давал мне больше, чем я заслуживаю, и дольше, чем я осознавала это. Ты говорил, что любовь простого солдата - ничто перед мантией королевы, но я скажу, что величие мужчины скрывается не в его титуле, а в его душе.

Я видела твою храбрость, верность, преданность и любовь. Я видела, что в твоей груди бьётся сердце принца, сердце мужчины, который остался верен, когда сотни других отвернулись от меня. Я клянусь тебе в любви. И перед лицом Света, я клянусь не покидать тебя. Я клянусь любить и почитать тебя, как своего мужа.

Берелейн вынула платок и промокнула уголки глаз. Да, женщины всегда плачут на подобных событиях. Хотя Перрин… хорошо, он тоже немного прослезился. Возможно, это из-за солнечного света.

- Моргейз Траканд, - сказал Талланвор, - я полюбил тебя за то, как ты относилась к подданным . Я увидел женщину, которая не только ответственно исполняет свои обязанности, но и со страстью. Даже когда я значил для тебя не больше, чем и любой другой гвардеец, ты обращалась со мной с добротой и уважением. Ты относилась так ко всем.

Я люблю тебя за твою доброту, твой ум и силу воли. Даже Отрёкшийся не смог сломать тебя. Ты сбежала от него, когда он полагал, что полностью тебя подчинил. Даже самому ужасному из тиранов ты оказалась не по зубам, хотя ты была у него в руках. Не смогли тебя сломать и Шайдо. Другой на твоём месте, кому пришлось бы пройти через подобные испытания, озлобился бы. Но не ты… ты превратилась в ту, кем нужно восхищаться, лелеять и уважать.

Я клянусь тебе в любви. И перед лицом Света я клянусь, что никогда, никогда не покину тебя. Я клянусь вечно любить и почитать тебя как свою жену. Я клянусь тебе в этом, Моргейз, хотя какая-то часть меня до сих пор не верит, что это происходит на самом деле.

Они стояли, глядя друг другу в глаза, словно Перрина рядом не было.

Он откашлялся.

- Ну, значит, так тому и быть. Объявляю вас мужем и женой.

Должен ли он дать какой-нибудь совет? Как он может что-то советовать Моргейз Траканд, королеве, чьи дети одного с ним возраста? Он только пожал плечами.

- Ну, вот и дело с концами.

От стоящей рядом Фэйли повеяло удивлением и немного недовольством. Лини фыркнула, когда Перрин закончил, но ушла вместе с Моргейз и Талланвором. Галад кивнул ему, а Берелейн сделала реверанс. Они удалились, Берелейн при этом отметила, как неожиданно всё произошло.

Фэйли улыбнулась ему.

- Тебе нужно будет потренироваться.

- Они же сами хотели, чтобы всё было по-простому.

- Так все говорят, - ответила Фэйли. - Но ты можешь придать церемонии дух торжественности, одновременно сохраняя её краткой. Мы ещё поговорим об этом. В следующий раз у тебя получится лучше.

В следующий раз? Когда Фэйли повернулась и направилась к лагерю, он покачал головой.

- Куда ты идёшь? - спросил Перрин.

- Обратно к Бавину. Нужно реквизировать несколько бочек эля.

- Для чего?

- Для торжества, - ответила Фэйли, оглядываясь через плечо. - Если требуется, церемонию можно сократить. Но не праздник по её поводу. - Она посмотрела вверх. - Особенно в такие времена.

Перрин смотрел ей вслед, как она растворяется в огромном лагере. Солдаты, фермеры, ремесленники, айильцы, Белоплащники, беженцы. Почти семьдесят тысяч человек, не считая тех, кто ушёл или погиб в бою. Как ему досталось такое количество людей? Перед тем, как покинуть Двуречье, он никогда не встречал больше тысячи человек, собранных в одном месте.

Самой крупной в его лагере была группа бывших наёмников и беженцев, которых обучали Тэм и Даннил. Они называли себя Волчьей Гвардией, что бы это ни означало. Перрин направлялся проверить телеги c продовольствием, когда что-то маленькое мягко ударило его по затылку.

Он замер и обернулся, осматривая лес за спиной. Справа он стоял бурый и мёртвый; слева - лес редел. Но там никого не было.

«Может, я переутомился? - удивился он, потирая голову и поворачиваясь, чтобы продолжить свой путь. - Раз мерещится всякое …»

И вновь что-то маленькое ударило его по затылку. Он развернулся и заметил, как что-то упало в траву. Нахмурившись, он опустился на колени и поднял жёлудь. Ещё один стукнул его прямо в лоб. Он прилетел из леса.

Перрин зарычал и направился в чащу. Возможно, это шалят немногочисленные детишки из лагеря? Впереди рос большой дуб; его ствол был таким толстым, чтобы за ним легко мог кто-нибудь спрятаться. Подойдя ближе, он вдруг засомневался. Что если это ловушка? Он опустил руку на молот и стал подкрадываться. Дерево стояло по ветру, и он не мог уловить запах…

Вдруг из-за дерева высунулась рука, сжимавшая коричневый мешок.

- Я поймал барсука, - произнёс знакомый голос. - Хочешь, выпустим его на деревенском лугу?

Перрин замер… и разразился громким смехом. Он обошёл вокруг дерева и обнаружил за ним человека в красном с золотом кафтане с высоким воротником и добротных коричневых штанах, сидящего на обнажённых корнях дерева. У его ног извивался мешок. Мэт лениво жевал кусок вяленого мяса. На голове была широкополая чёрная шляпа. Рядом к дереву было прислонено чёрное копьё с широким лезвием на конце. Откуда у него такая шикарная одежда? Не он ли сам осуждал Ранда, когда тот принялся носить подобные наряды?

- Мэт? - спросил Перрин, слишком ошарашенный встречей, чтобы сказать что-то ещё. - Что ты здесь делаешь?

- Ловлю барсуков, - ответил Мэт, тряся перед ним мешком. - Проклятье, ты знаешь, как это трудно, особенно, когда у тебя не так много времени.

В мешке что-то зашевелилось, и Перрин услышал внутри слабое рычание. По запаху он чувствовал, что действительно, в мешке находится нечто живое.

- Ты и, правда, его поймал?

- Считай, что у меня ностальгия.

Перрин не знал, то ли ему отчитать Мэта, то ли засмеяться - такая мешанина эмоций была обычным явлением, когда поблизости находился Мэт. К счастью, теперь, когда они были вместе, перед глазами Перрина больше не кружили никакие цвета. Свет, они бы сильно мешали. Однако, Перрин чувствовал… скованность.

Его долговязый друг улыбнулся, положил мешок на землю, встал и протянул ему руку. Перрин пожал её, но потом заключил Мэта в крепкие дружеские объятия.

- Свет, Мэт, - сказал Перрин. - Кажется, будто мы не виделись целую вечность!

- Целую жизнь, - сказал Мэт. - Может две. Я сбился со счёта. В любом случае, Кэймлин уже гудит новостями о твоём прибытии. И вот я решил, что единственный шанс перекинуться с тобой парой слов - это если я проскользну сквозь Врата и найду тебя прежде, чем это успеет сделать кто-нибудь ещё. - Мэт поднял своё копьё и положил его себе на плечо.

- Где ты был? Чем занимался? А Том с тобой? Что с Найнив?

- Вопрос на вопросе, - сказал Мэт. - Насколько ты уверен в своём лагере?

- Он безопасен так же, как и любое другое место.

- Значит, недостаточно, - Мэт стал серьёзным. - Слышь, Перрин, за нами охотится много опасных людей. Я пришёл, потому что хотел предупредить тебя - будь осторожнее. В скором времени убийцы найдут тебя, и ты должен быть готов к их приходу. Нам нужно поговорить. Но я не хочу делать это здесь.

- А где же?

- Встретимся в гостинице «Весёлая компашка», в Кэймлине. Да, и если ты не возражаешь, я хочу ненадолго позаимствовать у тебя одного из тех парней в чёрных мундирах. Мне нужны Врата.

- Зачем?

- Я объясню. Но позже. - Мэт коснулся шляпы и повернулся и бросился бегомко всё ещё открытым вратам в Кэймлин. - Я серьёзно, - сказал он, развернувшись, на бегу. - Будь осторожен, Перрин.

С этими словами он увернулся от нескольких беженцев и прошёл сквозь Врата. Как ему удалось проскользнуть мимо Грейди? Свет! Перрин покачал головой, а затем нагнулся, чтобы развязать мешок и освободить бедного барсука.



Глава 44. Необычная просьба | Башни полуночи | Глава 45. Воссоединение